В тот день, когда мальчик приехал в мой ледяной дворец, шел сильный

снег. Ребенок, одетый в просторную одежду, которая ему не подходила по

размеру, выглядел так, как будто долгое время плохо питался. Его светлые

волосы были тусклыми, а кожа выглядела нездоровой с желтоватым

оттенком. Он сказал, что в этом году ему исполнилось семь лет, однако он

был таким маленьким и худым, что выглядел года на четыре.

Несмотря

на то, что его общий вид в целом был неприглядным, лицом он походил на

своего отца, который имел репутацию известного распутника. Это было

настолько красивое лицо, что его спокойно можно было принять за девочку.

Тем не менее, внешность этого ребенка сейчас не имела никакого

значения.

- Ты… сын императора?

Эдмунд, старый дворецкий

моего дома, запоздало пришел в себя и спросил у мальчика. Ребенок слегка

кивнул и осторожно протянул мне письмо.

- Ха...

Когда я взяла письмо, то невольно вздохнула.

- Теперь, когда мы передали его вам, мы возвращаемся назад, снежная ведьма.

Сопровождающие,

которые привезли ребенка, изъявили желание поскорее отправится в

обратный путь, как только я получила письмо. В частности, мужчина,

который стоял во главе этой делегации, он совершенно не скрывал своего

нежелания задерживаться на этой земле ни на секунду. Золотая эмблема на

его плаще подтверждала, что он был королевским волшебником.

Была

только одна причина, по которой он хотел покинуть это место поскорее,

несмотря на то, что на улице стоял ужасный мороз, который заставлял вас

чувствовать себя так, будто ваш нос отвалится всего через несколько

секунд пребывания снаружи. Противостоять мане, свободно циркулирующей по

землям Белоса было невыносимо для таких, как он. Обычные люди, которые

не могут контролировать ману не ощущали этого давления, однако, с

квалифицированными волшебниками дело обстояло иначе. Они чувствовали

мощное давление маны настолько сильно, что их тела словно сжимались.

Но даже учитывая это, его отношения было слишком грубым. Эдмунд мгновенно взорвался, увидев это.

-

Вы должны с уважением относиться к Её Светлости! Её Светлость -

единственная великая герцогиня империи. Почему вы даже не преклонились

перед ней, когда она встретила вас? Даже если вы посланники императора,

вы не можете вести себя так неуважительно!

Я же в это время

наблюдала за мальчиком, который стоял прямо передо мной, слушая спор

между посланниками и Эдмундом одним ухом. Я не знала, как отнестись к

этой ситуации. Плечи мальчика дрожали, и он съеживался все сильнее, от

все более нарастающей опасной атмосферы между Эдмундом и посланниками.

Было очевидно, что он пугался этих криков. Его лицо и маленькие ручки

совсем покраснели от холода.

- Оставь их, Эдмунд.

- Но, Ваша Светлость…!

- Я забираю этого ребенка.

Ребенок, который до этого смотрел только в землю, вдруг поднял голову и посмотрел прямо на меня.

Я увидела отражение своего равнодушного лица в его ясных детских глазах.

А ты похоже крепкий паренек.

Даже среди бесстрашных воинов, мало кто мог смотреть мне так прямо в глаза.

-

Я не думаю, что нас должно волновать замерзнут они насмерть в дороге

или нет, не так ли? Давай просто помолимся за упокой их души.

Я

ухмыльнулась и отвернулась от посланников. Этот волшебник, который

выглядит ужасно не компетентным на первый взгляд, скорее всего не сможет

противостоять бурлящей мане этой земли. То, что вы добрались сюда

благополучно, полностью заслуга этого ребенка, но отныне эта удача

покинула вас. Что ж, если вам повезет, то возможно половина из вас

выживет.

Идиоты. Если бы вы были вежливы, я бы обеспечила вас достаточной защитой, чтобы вы могли безопасно добраться до столицы.

Эдмунд и мальчик нерешительно последовали за мной. Я взглянула на ребенка и тихо вздохнула.

Что же мне с тобой делать, маленький дьяволенок?

******

Я

погибла в автокатастрофе по дороге в колледж. Это была довольно

банальная смерть. Когда я снова открыла глаза, то поняла, что стала

Клете, ведьмой из любовного романа «Сердце Тирана». Трудно было

объяснить абсурдность того, что 20-летняя студентка, которая только что

поступила в колледж, однажды станет столетней ведьмой.

Клейтелла.

Это

было имя великой герцогини, правившей территорией под названием Белос,

расположенной в северной части империи, где снег не таял на протяжении

всех четырех сезонов. Из-за её уникальной внешности и способностей люди

давали ей множество прозвищ, например, белая ведьма, снежная королева,

ведьма холода.

Она помогла первому императору основать империю, но

после его смерти вернулась обратно в Белос, где родилась, и стала

править этой страной. Хотя она была второстепенным персонажем, она была

довольно важной фигурой этого мира, потому что она являлась злодейкой,

препятствовавшей любви двух главных героев.

Но каким образом она оказалась на их пути?

Прошло

уже много времени с тех пор, как я оказалась в её теле, поэтому детали

этой истории стали расплывчатыми, и я с трудом могла что-то вспомнить.

Кажется, я где-то записала сюжет этой истории….

Но, где же он?

После

долгих поисков в куче пыльных бумаг, я наконец смогла найти листок в

самом внизу стопки. Листок бумаги, долгое время пролежавший среди кучи

других старых документов, уже стал разлагаться, но все же почерк на нем

был разборчивым. Я стряхнула пыль и прочла написанные на нем слова.

Эти строки примерно описывали историю главного героя и злой ведьмы из оригинальной книги.

Рожденный

как незаконнорожденный сын императора, Арпен – главный герой романа,

потерял свою родную мать, когда был еще ребенком. Он жил в императорском

дворце, пока ему не исполнилось семь лет. После этого его отослали к

Клете, правительнице Белоса. Естественно, Клете не приветствовала Арпена

с распростёртыми объятиями. Для ведьмы человеческое дитя было всего

лишь раздражающей помехой. Однако, Клете была вынуждена принять его

из-за своего контракта с первым императором. Тем не менее, несмотря на

то, что она приняла Арпена, она не обращала на него никакого внимания,

пока ребенок не вырос и не покинул ледяной дворец.

Однако,

проблема была в том, что ее правление Белосом было настолько сурово, что

немногие обычные люди здесь выживали. Этому так же способствовал поток

маны, бушевавший на этих землях.

Так же, в большинстве случаев,

если тело умершего человека не кремировать сразу же, то была велика

вероятность, что он станет нежитью. Таким образом, маленькому Арпену,

которому пришлось расти в таком опасном месте, пришлось пережить серию

несчастных случаев, чуть не лишивших его жизни. Кроме того, из-за

могущественной магии этих земель, в последствии он стал страдать от

безумия.

Затем, когда наследный принц умер от хронической болезни,

Арпену на тот моменту уже было 18 лет, он стал единственным наследником

императорской семьи, поэтому император призвал его в столицу. Арпен, не

желавший подчиняться воле императора, отказался от своего имени и,

покинув ледяной дворец, стал странствующим наемником. Жизнь наемника,

продолжавшаяся несколько лет, еще больше ожесточила его итак жестокую

натуру.

Когда ему было чуть больше 20 лет, он стал Мастером Меча и

заслужил прозвище «Бог Войны» за большой вклад в каждую войну, в

которой он участвовал.

Опьяненный своими великими победами,

однажды он решил, что ему пора занять свое законное место и поднял

восстание, опираясь на силу своей армии, что ему удалось собрать за годы

войн. К этому моменту, он уже был достаточно безжалостным и подлым,

чтобы получить то, что хотел. В итоге это привело к беспрецедентной

гражданской войне в империи. Затем, чтобы увеличить мощь своего войска,

император призвал под свои знамена ведьму Клете и приказал ей вступить в

бой с Арпеном. Их ожесточенная битва продолжалась в течение семи дней и

ночей. Но в конце концов она потеряла свою жизнь в том бою. Но, перед

смертью Клете все-таки собрала все свои последние силы и прокляла

Арпена.

[Узурпатор, судьба поможет тебе достичь самого высокого и

желанного места. Однако взамен она заберет твое сердце и то, что будет

самым дорогим в твоей жизни. Ты потеряешь возможность любить и свой

разум, и будешь блуждать в бесконечном одиночестве и пустоте….]

В этой части я даже запнулась.

Что,

черт возьми, это за проклятие? На твоем месте я бы пожелала ему такого

проклятия, как выпадение волос или что-то вроде того.

Что ж,

поскольку это была романтическая история, то даже проклятие, насланное

злодейкой на плохого парня, было романтичным и небрежным.

Арпен, должно быть, тоже так думал, потому что он рассмеялся над словами Клете.

-

Любовь? Для меня это просто мусор. Моя избранница это всего лишь

помеха, стремящаяся поймать меня в свои сети. Ты, скорее благословила

меня этим проклятием, и теперь мое будущее полно ярчайших звезд.

Благодарю тебя, великая герцогиня!

Арпен добил умирающую Клете и

сжег её мертвое тело, после чего наконец убил своего отца, императора, и

занял трон. Через несколько лет он отправился на охоту, где был

застигнут врасплох оппозицией и почти убит. Он был слишком

самоуверенным, поэтому стал беспечным и забыл об осторожности. Именно

главная героиня, леди Офелия, помогла ему в беде.

Они влюбились в

друг друга с первого взгляда и стали тайно встречаться, но в тот момент,

когда Арпен прошептал слова любви своей возлюбленной, проклятие Клете

обрушилось на него в полную силу. После чего у леди Офилии было видение,

в котором она увидела жестокую и безжалостную натуру Арпена.

Благодаря

своей силе предвидения она поняла, что все это правда, после чего

сбежала от Арпена, он же в свою очередь стал преследовать её.

Я

думаю, что концовка этого романа, вероятно, была очень плохой. Офилия,

наверное, разочаровалась в Арпене и не хотела любить его до конца своих

дней. Честно говоря, я смутно помню каким был финал, поскольку меня

больше интересовала история, касающаяся моего персонажа.

Долгое

время мне было довольно приятно вообще не вспоминать об этом, так как в

этом месте я чувствовала себя уютно и комфортно, будто это был укромный

уголок только для меня…

Нет-нет. Сейчас было не время об этом

думать. Маленький мальчик, который был главным героем и в будущем станет

для меня настоящей «катастрофой», наконец пришел ко мне.

Что я должна теперь делать?

Я

овладела телом Клете более чем за двести лет до того, как родились еще

даже родители главных героев. Сначала я была удивлена, узнав, что это

был персонаж, который умирал от руки главного героя, но вскоре после

того, как я поняла, что у меня в запасе еще много времени, я

почувствовала облегчение. Затем я застряла в этом ледяном дворце, в

ожидании рождения главных героев.

И так прошло целых двести лет….

За

это время я вообще забыла, что собиралась делать, что не удивительно,

поскольку я жила с момента создания страны. Кроме того, в Белосе понятие

времени было относительным, поскольку здесь всегда была только зима.

И вот, когда я вдруг увидела маленького мальчика, то сначала была озадачена.

Но,

затем в уголке моего сознания всплыли воспоминания о главном герое, как

только я увидела глаза этого испуганного ребенка. Конечно, за эти

двести лет спокойной, мирной жизни я ни разу не вспомнила о нем, что уж

тут говорить о таком понятии, как контрмеры.

Так нужно успокоиться, пока еще ничего не случилось...

Увидев

замерзшего маленького мальчика, я почувствовала к нему жалость, поэтому

и взяла его к себе, но теперь это стало настоящей проблемой. Я бросила

непрочитанное письмо на стол и села в кресло.

В письме, скорее

всего говорилось о том, что я теперь стала опекуном этого ребенка и о

вознаграждении. В моем случае эта награда была совершенно бесполезна,

хотя для благородного аристократа она была бы весьма желанна.

Так

какого же черта, вы навязываете мне своего ребенка, прося меня

позаботиться о нем, когда есть множество желающих помимо меня?

Я сердито уставилась на темно-красную императорскую печать на письме.

-

Теперь вы пытаетесь использовать священное обещание данное мною в таком

деле, как это. Как вы вообще посмели отдать мне своего ребенка, чтобы я

нянчилась с ним? Похоже вы уже забыли, благодаря кому вы мирно живете,

вместо того, чтобы трястись от страха перед варварами.

На

протяжении последующих поколений императоры были наглыми и хитрыми, как и

их предки. Раньше они обращались со мной как с ледяным чудовищем, но

все равно старались использовать меня при любом удобном случае. Так что,

в итоге даже низшие дворяне стали относиться ко мне, как к какому-то

дворнику, служившему у императора. Все императоры были людьми, не

имеющими даже понятие о том, что такое совесть или честь, и все что они

делали, это манипулировали моими достижениями по своему усмотрению.

Суждения

людей обо мне тоже время от времени менялись. В одни времена они

уважали и восхищались мной, в другие же боялись и презирали.

Судя по самонадеянному поведению делегации от императора, похоже, что

в эти дни они уже решили перейти к оскорблениям в мой адрес.

«Как, черт возьми, вам вообще пришла в голову такая идея?»

То,

что император избрал меня опекуном своего ребенка, с одной стороны было

вполне разумным решением, однако, если это рассматривать с другой точки

зрения, то это было очень жестоким поступком. Императорская семья на

протяжении многих поколений очень бережно относилась ко всем своим

наследникам. Даже несмотря на то, что этот мальчик был

незаконнорожденным ребенком, императорская семья обязана была принять

его, так как в нем текла кровь императора. Поэтому, его опекун так же

должен был быть благородным человеком. Но в тоже время это должен был

быть человек, который находился как можно дальше от столицы и не имел

там влияния. Оценивая эту ситуацию в целом, можно предположить, что,

хотя и номинально, но все же я имела статус великой герцогини, к тому же

я не интересовалась политикой, поэтому могла отказать ему без

каких-либо последствий для себя.

Однако император, похоже

предполагал, что я могу так поступить, поэтому действовал очень

аккуратно, послав ко мне сразу же своего ребенка, ничего не сообщив мне

об этом предварительно. Таким образом, он переложил все обязательства на

меня.

Я посмотрела на ребенка, который стоял передо мной опустив

голову, будто он был преступником. Он молча стоял так уже минут 10 с

того момента, как Эдмунд привел его ко мне в кабинет.

Была и еще

одна реальная причина, по которой император выбрал именно меня. Он

надеялся, что его незаконнорожденный ребенок умрет в Белосе.

Как я

поняла из равнодушного письма, император не ожидал, что я буду

заботиться о его сыне. И для такого слабого ребенка, как он это было бы

чудом выжить в Белосе и дожить до совершеннолетия без какой-либо заботы.

Возможно, то, что этот мальчик сделает в дальнейшем - это месть отцу за

то, что тот его бросил в таком опасном месте, надеясь на то, что он

умрет. Честно говоря, меня не интересовало умрет император или нет,

самой серьезной проблемой для меня было то, что я должна была умереть

после того, как он потерпел поражение.

Что мне делать теперь?

Я не могла ослушаться императора, но также я волновалась из-за того, чтобы принять этого ребенка.

- Ах, я… Мне очень жаль… - Несчастным голосом прошептал ребенок.

Его

голос был таким тихим и слабым, что я не сразу сообразила, что он

заговорил со мной, если бы не увидела, как дрожат его губы. Я с

недоумением посмотрела на извиняющегося ребенка.

За что ты извиняешься?

На мгновение воцарилось неловкое молчание. Но затем ребенок снова открыл рот.

-

Я знаю, что у тебя будут неприятности, потому что я пришел так

внезапно… Мне очень жаль... Ничего страшного, если ты отошлешь меня

обратно.

- Что?

Конечно, ребенок не ошибался. Но почему-то я почувствовала себя застигнутой врасплох его словами.

Неужели он понял о чем я сейчас думала, поэтому и сказал это?

За

прошедшие двести лет я почти не встречала детенышей живых существ,

поскольку условия для выживания были здесь слишком сложными. Практически

единственными, кто мог выжить в Белосе были лишь чудовища. Из-за этого

здесь не часто можно было увидеть взрослого человека, не говоря уже о

человеческом ребенке.

Кажется, я встречала много милых детей в

своей прошлой жизни, но теперь я уже мало, что помнила о них. Все что

осталось от этих воспоминаний, это лишь абстрактное ощущение того, что

это маленькие, веселые и милые существа. Тем не менее, ребенок, что

сейчас стоял передо мной совсем не походил на них, он выглядел усталым и

истощенным, а на лице у него было выражение, как у старика. Этот

маленький мальчик с испуганным взглядом не казался мне ни безжалостным

тираном, начавшим гражданскую войну, ни мстительным сыном, убивающим

своего отца. Поскольку будущее еще не наступило, а настоящее пребывало в

смятении, я видела только одну неизменную истину.

Без моей помощи этот маленький ребенок не сможет вырасти надлежащим образом. Будь то его тело или разум.

Однако,

в тоже время, мой внутренний голос сейчас подсказывал мне убить этого

ребенка, чтобы в дальнейшем у меня не возникло никаких проблем. Перед

императором мне достаточно будет оправдаться тем, что ребенок покинул

мир, не выдержав климат этой страны. Император, должно быть, даже желает

такого исхода.

Но даже спустя 200 лет в моей личности все еще оставалось что-то человеческое, хотя я уже долгое время жила в теле ведьмы.

Несмотря

на то, что я могла убить это маленькое существо с такой же легкостью,

как и надоедливую муху, у меня не поднималась рука сделать такое с ним.

Если бы он выказал хотя бы тень презрения ко мне, я бы мгновенно

оборвала его жалкую жизнь, успокоив свою совесть тем, что он не проявил

ко мне должного уважения. Однако я не могла спокойно отвернуться от

ребенка, выглядевшего, словно брошенный щенок под проливным дождем. Даже

если этому щенку суждено стать зверем, чтобы убить меня в будущем.

Если бы я воспитала этого ребенка хорошим человеком, разве не смогла бы я изменить будущее?

Получится ли у меня вырастить его порядочным человеком, даже если за его короткую жизнь он уже испытал не мало горя?

Я

несколько раз кашлянула, чтобы прочистить горло, после чего открыла

рот. Я хотела ему сказать, что он не навлек на меня беду, и что ему не

стоит об этом волноваться.

- Вздор! Неужели я выгляжу так, будто у меня будут неприятности из-за такого маленького мальчика, как ты?

Я

не знаю, в чем была проблема, но внезапно его фиолетовые глаза

наполнились слезами, а губы задрожали. Я растерялась, не зная, что

делать.

И что мне теперь делать в такой ситуации?

О, точно! Прежде всего, мне нужно его успокоить...!

- И куда ты хочешь пойти? Тебе же некуда идти.

Итак,

мои утешающие слова, оказались совершенно бесполезны. Слезы, брызнули

из его глаз и полились по щекам, а худенькие плечики трогательно

вздрагивали.

Ох, но разве это не так?

- Что случилось? Почему, ты плачешь? Давай, ты просто успокоишься и мы забудем об этом?

Что бы это ни было, мне очень жаль, так что, пожалуйста, не плачь!

Эдмунд вошел в мой кабинет, как будто услышал мой голос. Он бросил на меня взгляд, полный негодования.

- О Боже, Ваша Светлость! Как вы могли довести ребенка до слез?!

- Он раньше не плакал, но затем вдруг начал плакать без причины…. Я действительно ничего ему не сделала.

Я попыталась объяснить ситуацию, но на лице Эдмунда отразилось недоверие вперемешку с возмущением.

-

Да уж, в этом я не сомневаюсь. Но, даже если вы остаетесь неподвижны,

вы все равно одним своим видом до смерти можете напугать ребенка.

- Что ты имеешь в виду?

- Разве вы не понимаете? Тогда идите и посмотритесь в зеркало.

Я

посмотрела в зеркало, как сказал Эдмунд. Утонченные и холодные черты

лица, стройная фигура, длинные белые волосы и белоснежное платье, будто

сотканное изо льда.

Я выглядела так, словно являла собой живое

воплощение Снежной королевой из сказки. На самом деле, на данный момент

мне было уже более 400 лет, однако я была все так же красива, как и

20-летняя девушка, из-за этнической принадлежности к расе ведьм.

- И в чем проблема? Я прекрасно, выгляжу, в прочем, как и всегда.

В

первые дни после создания империи, когда настоящая Клете еще была

уважаемой и почитаемой, имя Клейтеллы являлось синонимом красивой

женщины. Я также провела не мало всего времени перед зеркалом, когда

завладела телом Клете, поскольку никогда раньше не видела такой

потрясающей красоты.

Даже сейчас, когда имя Клете уже стало

легендой, её красота постоянно воссоздавалась руками многих художников.

Убедившись, что с моей внешностью все в порядке, я уставилась на

Эдмунда.

- Может быть, из-за того, что ты постарел, твоя пресбиопия стала еще хуже? Или ты впал в маразм?

- Ни то, ни другое.

- Не может быть. Я же помню, как ты плакал и страстно говорил мне, что любишь меня! Или ты уже забыл об этом?

Несмотря

на мое замечание, Эдмунд лишь фыркнул в ответ. Застенчивый молодой

человек, который даже не мог посмотреть мне в лицо, теперь стал

седовласым стариком, который даже не моргнул и глазом после моего

красноречивого выпада в его сторону.

- Тогда я был просто еще

молод. Кроме того, я говорил не о вашей красоте. Какому ребенку не будет

страшно при виде вашего холодного лица?

Сказав это, Эдмунд взял мальчика на руки и стал его успокаивать.

- Не плачь, с улыбкой на твоей красивом лице, ты выглядишь намного лучше, чем со слезами.

Его

поведение сейчас было прямо противоположным тому, когда он вел

словесную битву с посланниками от императора некоторое время назад. Он

нежно обнял ребенка, как будто успокаивал своего внука. Вопреки своему

грозному имиджу, у Эдмунда все же было одно слабое место. Похоже он

очень любил детей. Если подумать, то Арпен по сюжету смог выжить в этом

опасном месте и не поддаваться своему безумию, только благодаря ему.

Тем не менее, когда Эдмунд умер, это стало для него настоящим потрясением и он быстро ожесточился.

Интересно, как бы отреагировал Эдмунд, узнав, что этому маленькому мальчику суждено позже убить его хозяйку?

Я

посмотрела на мальчика, который теперь суетился в руках Эдмунда, со

смешанным выражением на лице. Ребенок тоже посмотрел на меня со слезами

на глазах, но как только наши глаза встретились, он сразу же отвел

взгляд.

- Кстати, а почему император послал своего драгоценного сына именно сюда? Это же очень опасное место.

- Он хочешь, чтобы я стала его опекуном.

- Что?!

Эдмунд посмотрел на меня с таким испугом, что чуть не выронил ребенка из рук.

-

Ни за что! Как можно растить ребенка в таком холодном месте? Во дворце,

конечно, ему не грозит опасность, потому что он волшебный, но разве вы

сможете держать мальчика взаперти всегда? Нет, прежде всего, почему он

решил доверить вам своего сына и попросил вас о таком?

Очевидно, потому что он чертов ублюдок.

К

своему неудовольствию, я не смогла ничего возразить. Я довольно хорошо

понимала, о чем он говорил. В моей прошлой жизни и в моей настоящей

жизни слово «воспитание детей» никогда не шли рука об руку. Я была тем

человеком, который умудрился убить кактус, несмотря на то, что это было

самое легкое в выращивании растение.

- Его легитимность под вопросом. Они не могут официально вписать его в семейный реестр.

Независимо

от того насколько он был маленьким, я подумала, что ребенку будет

неловко слышать, когда в его присутствии о нем говорят, как о

незаконнорожденном, поэтому я дала Эдмунду немного более косвенный

ответ.

- Нет, но как же так….

Эдмунд глубоко вздохнул. Он

сразу понял, что я имела в виду. Казалось он также, понял и намерение

императора. Когда он снова посмотрел на ребенка, его глаза наполнились

жалостью к нему.

- Бедняжка. Я боюсь, что этот молодой человек не будет здесь в безопасности. Ему придется расти в таком опасном месте.

- Если мы будем хорошо заботиться о нем, то он не умрет.

Главная проблема сейчас в том, каким человеком он вырастет.

-

Кажется, наш маленький принц уже перестал грустно плакать. Ваша

Светлость, раз он остается, тогда мы должны выделить ему нормальную

комнату.

- Хорошо… Ох, подожди минутку.

Эдмунд оглянулся на меня, собираясь уже выйти из моего кабинета с ребенком на руках.

- …. Подготовь для него самую теплую комнату. Я слышала, что дети очень слабы и легко могут простудиться.

****

Когда

второе письмо пришло от императора, я без сожаления бросила его в

камин. Прошло уже много времени с тех пор, как я написала письмо

императору, чтобы сообщить ему, что ребенок благополучно прибыл.

Независимо от того, насколько плохи были навыки королевских волшебников,

10-ти дней было достаточно, чтобы прислать мне ответ.

В письме,

очевидно, посланном с опозданием специально, говорилось только о том,

как он бесконечно благодарен мне. В нем не было даже ни одного

формального вопроса о том, как чувствует себя ребенок или не заболел ли

он из-за холодного климата. Казалось ему совершенно было все равно что

случится с его ребенком, потому что он считал, что эта проблема теперь

решена. Я содрогнулась от безжалостности императора.

Чертов мусор! Ты действительно заслуживаешь, чтобы тебя убил твой сын.

Убедившись,

что письмо сгорело без следа, я телепортировалась в небольшую

мастерскую, пристроенную к дворцу. Я должна была сделать лечебное зелье и

несколько магических свитков.

Зелья и магические свитки были

необходимы в Белосе, поэтому создание их и распространение среди горстки

жителей было одной из моих самых важных задач. Если я стану небрежно

относиться к этой обязанности, Белос вскоре станет землей смерти, полной

лишь злобных чудовищ.

Солнце уже давно зашло, когда я закончила

все приготовления. По ночам я всегда обычно проверяла письма от каждой

деревни, что находились в Белосе и рассматривала различные документы.

Перед тем как отправиться в свой кабинет, я решила заглянуть в комнату

Эдмунда, чтобы сказать, что зелье лечения готово и он может заняться его

отправкой.

Но я не смогла достичь своей цели.

Мальчик,

который решил поиграть на ледяном полу в коридоре в катание на коньках,

не смог избежать того, чтобы не врезаться в меня, когда я внезапно

появилась перед ним из воздуха. Бутылка с зельем с громким стуком упала

на пол и разбилась. Мы растерянно посмотрели друг на друга, когда наши

глаза встретились.

- Бутылка с зельем разбилась.

Таким образом, я пыталась сказать ему, чтобы он был осторожен и не наступил на стекло, но внезапно ребенок растеряно сказал:

- Ну, мне очень жаль.…

А?

Это была всего лишь одна бутылка с зельем, однако он был настолько испуган, как будто совершил ужасную ошибку.

Кроме

того, это была не только его вина, так что он не должен был извиняться.

Я даже непроизвольно моргнула из-за абсурдности этой ситуации, после

чего с легким смущением посмотрела на него.

Прошло уже два месяца с

тех пор, как он переехал жить ко мне. Первое, что я узнала о ребенке,

было то, что он был слишком застенчив. Когда он проводил время с

Эдмундом, то выглядел немного более оживленным, однако, когда дело

касалось меня, он всегда пугался, от чего я чувствовала себя очень

неловко. Несмотря на то, что я не проявляла по отношению к нему никакой

агрессии, когда мы оставались наедине, он всегда держал рот на замке,

как будто был преступником, и всегда отводил взгляд.

Так же мы с

ним очень редко разговаривали, потому что я не знала, о чем говорить с

ребенком его возраста. И вот, впервые за несколько дней, я вновь

решилась с ним заговорить.

- За что ты извиняешься? За то, что сделал что-то не так?

Я

хотела сказать ему, что он не должен извиняться за этот несчастный

случай, потому что это была не только его вина, но мальчик вдруг

задрожал, а потом поднял руки над головой в умоляющем жесте.

- Я был не прав! Мне очень жаль! Прости меня, пожалуйста!

Я была так смущена, что невольно взяла его за руки. Ребенок застыл на месте.

- Что ты сейчас делаешь?

Я

хотела спросить его, зачем он это делает, но в итоге он просто замолк.

Затем я внезапно вспомнила совет Эдмунда о том, что должна относиться к

нему вдвое мягче, чем к другим людям, из-за того, что у меня был слишком

пугающий вид. Я с трудом заставила себя изобразить на лице подобие

улыбки, приподняв уголки рта, и снова спросила:

- Что ты делаешь?

Несмотря на все мои усилия, выражение лица ребенка стало таким, как будто он сейчас лишиться чувств.

- Почему бы тебе не сказать мне, за что ты извиняешься, Тита?

Тита - так мы стали называть его. Мальчик очень странно реагировал, когда мы

называли его Арпеном. Поэтому я на всякий случай спросила, как его

зовут, и тогда он застенчиво ответил - Титан, слегка покраснев. Эдмунд и

я попытались скрыть свое смущение, искренне удивившись, когда услышали

его слова.

Тита - это звукоподражание, используемое для описания

появления искр фейерверков или пламени, оно никак не могло быть именем

ребенка, унаследовавшего драгоценную кровь императорской семьи. Было ли

такое упоминание в оригинальной книге или нет, я, честно говоря, не

помнила. Затем Тита сказал, что это имя дала ему его мать. После этого

мы с Эдмундом понимающе переглянулись. Узнав, что это имя дала ему мать,

которая была простолюдинкой, нам стало все понятно.

Мы решили

называть его Тита, поскольку так называла его мать, и оно ему было

белее привычным, чем имя - Арпен, от которого так и веяло императорской

семьей.

- Ну же, скажи мне.

Я пыталась говорить в осторожной, ласковой манере.

Затем я снова улыбнулась мальчику. Однако лицо Тита побелело, когда он увидел мою улыбку. Как будто он увидел привидение.

- Я… Т-ты собираешься превратить меня в лягушку?

Зубы Титана застучали.

- Что?

Когда

он задал мне самый нелепый вопрос, который я когда-либо слышала, я

подумала, что Тита решил подшутить надо мной. Однако в выражении его

лица не было и намека на шутку, его маленькое тельце дрожало, что явно

свидетельствовало о том, что он сильно напуган. Я нахмурилась, мгновенно

забыв о совете Эдмунда.

- О чем ты говоришь?

На маленьком личике застыло отчаяние.

- Ну, мне мама сказала, что ведьмы превращают маленьких непослушных мальчиков в лягушек….

В

его воображении, казалось, уже разворачивалась яркая сцена, как его

превратили в лягушку. И уже через пару секунд, не на шутку перепуганный

Тита, внезапно опустился передо мной на колени.

- Что ты делаешь? Почему ты встаешь передо мной на колени?

А что, если ты поранишь колени осколками от стекла?

Я пыталась заставить Тита подняться, но он продолжал опускаться на колени.

- Простите меня, Ваша Светлость. Пожалуйста, не превращайте меня в лягушку! Я не хочу быть лягушкой….

Из его больших глаз покатились крупные слезы.

Как, черт возьми, я оказалась в такой ситуации?! Зачем мне превращать тебя в лягушку?

Конечно,

этого маленького мальчика я могла бы хоть сотню раз превратить в

лягушку, если бы я захотела. Но с чего бы мне делать такую неэффективную

вещь?

Что за чушь наговорила ему мать?

Я решила сначала

убрать осколки от бутылки, вместо того, чтобы успокаивать плачущего

Титана. Я не хотела, чтобы мальчик пострадал из-за этого недоразумения.

- О Боже, что тут произошло?

Внезапно

на другом конце коридора появился Эдмунд. Когда он увидел эту нелепую

сцену, то широко раскрыл рот и ошарашенно уставился на нас.

- Я ничего не сделала, а мальчик вдруг начал плакать.

Вместо того, чтобы ответить мне, Эдмунд немедленно подошел к Титу.

- Титан почему ты плачешь?

- М… м-мистер Эдмунд… я просто не хочу превратиться в собаку или лягушку…

Эдмунд

погладил Титана по голове и повернулся ко мне. В его глазах мелькнул

легкий упрек. Почему-то я почувствовала себя сейчас настоящей злодейкой.

Эй, ты несправедлив ко мне, я же ничего не сделала!

- Ваша Светлость, вы сказали, что превратите Титу в лягушку?

- Ты что, сомневаешься в моих словах?

-

Вы должны следить за своими словами в присутствии ребенка. Кроме того,

как вы объясните то, что он сейчас стоит на коленях перед вами?

-

Он сам решил это сделать, я тут ни при чем. Фуххх… но, даже если бы я

захотела кого-то превратить в лягушку, что в этом такого? В любом

случае, я владелица этого дворца, поэтому могу делать то, что считаю

нужным.

На самом деле, я никогда бы так не сделала, но чувствуя,

что меня не несправедливо обвиняли, эти слова вырвались сами по себе.

После этого всхлипывания стали еще громче и печальнее. Эти звуки

почему-то странно раздражали мой слух.

- Хорошо, я ошибалась! Прости меня, больше никаких упоминаний о лягушках.

- Ваша Светлость.

Эдмунд окликнул меня, как будто предостерегая. Это была невыносимая ситуация.

- Хорошо, хорошо. Я не превращу тебя в лягушку. Так что, пожалуйста, перестань плакать, ладно?

Ох, что я говорю? Я же с самого начала не собиралась этого делать. Что вообще мне делать с маленькой лягушкой?

Тита наконец посмотрел на меня, хотя на его лице все еще оставалось грустное

выражение. Я попыталась положить конец этой суматохе, предупредив

ребенка, чтобы он не двигался.

- И не двигайся, иначе можешь

пораниться об осколки стекла. Понимаешь? А, если нет, тогда я превращу

тебя в жабу, а не в лягушку. В очень, очень уродливую жабу. И я буду

вечно кормить тебя только мухами!

Прежде чем прозвучали последние слова, Эдмунд быстро закрыл Титу уши руками.

- Разве я не говорил вам уже много раз, что вы должны вести себя очень ласково, когда разговариваете с Титой?

- Что еще я могу сделать, чтобы быть еще более ласковой к нему? Я действительно стараюсь изо всех сил.

Эдмунд даже не обратил внимания на мою жалобу, и как ни в чем не бывало, заговорил с Титой.

-

Не плачь, Тита. Её Светлость просто пошутила. Так что тебе совсем не

нужно её бояться. Ох, а давай мы попросим Её Светлость почитать тебе

сказку на ночь. Держу пари, тебе очень понравится слушать ласковый голос

госпожи.

Эдмунд, который практически вынес мне сейчас смертный

приговор, хитро подмигнул мне. Я растерялась на миг, не зная, что теперь

делать.

- Ну, я сегодня…

- Правда…?

Тита посмотрел на меня с надеждой. Когда я увидела его глаза, в которых еще стояли слезы, я не могла сказать ему «нет».

Разве смотреть на меня такими глазами это не против правил?

Эдмунд ухмыльнулся мне, когда понял какие мысли сейчас крутятся у меня в голове.

- Конечно. Ну же, будь смелее и попроси Её Светлость.

- Ум… Ваша Светлость, не могли бы вы почитать мне сказку на ночь…?

- Хорошо.

Ответ

пришел сам собой. Я запоздало подумала, что пришла сюда только, чтобы

отдать зелье Эдмунду, но я уже не могла взять свои слова обратно.

- Зачем ты это сделал?

Как только Титан вернулся в свою комнату, я решила выяснить, что задумал Эдмунд.

-

Что это еще за чтение сказки?! Тита же меня боится. И как только я с

ним начинаю разговаривать, он начинает плакать. Я даже старалась

смягчить свои слова улыбкой, но это не сработало.

- Не могли бы вы показать мне эту улыбку?

Я

лучезарно улыбнулась Эдмонду, как раньше улыбалась Титу. Однако лицо

Эдмунда мгновенно посуровело, а через мгновение он сказал:

- Я бы предпочел, чтобы вы и дальше оставались бесстрастной. Я сделаю вид, что никогда этого не видел.

Может быть, мне убить его?

На мгновение я всерьез задумалась о том, сохранить ему жизнь или все

же предать смерти его смертное тело. Эдмунд же, в это время,

естественно, даже не предполагал, какие мысли крутятся у меня в голове, и

что его жизнь висит на волоске, поэтому вновь заговорил как ни в чем не

бывало.

- В любом случае, не волнуйтесь. Вы очень нравитесь Титу, Ваша Светлость. – Сказал он.

Видимо, он пытался так успокоить меня.

- Этого не может быть. В отличие от меня, с тобой он спокойно разговаривает, в то время, как со мной он или плачет, или молчит.

Эдмунд мягко улыбнулся мне и проворчал.

-

Бывают моменты, когда люди не могу говорить в присутствии того, кого

они любят всем сердцем. Так что не волнуйтесь и не идите к нему слишком

поздно.

- Ох, даже и не знаю… но, если Тита снова заплачет, это будет твоя вина, ясно?

В

тот вечер я быстро закончила свою работу и направилась в комнату Титы,

пока он не заснул. С собой я прихватила книгу со сказкой, которую взяла в

библиотеке.

Тук-тук-тук.

Дверь открылась почти сразу, когда

я постучала в неё немного громче, чем собиралась. Я посмотрела вниз и

увидела Титу, неуверенно стоявшего рядом с дверью.

- Можно мне войти?

- О, конечно!

Когда

я вошла в комнату, Тита бросился к кровати. Я села на стул рядом с

кроватью и открыла книгу со сказками. Я не решилась заговорить с ним на

какую-нибудь бесполезную тему, подумав, что атмосфера может только

ухудшится, поэтому сразу перешла к делу. Я слегка поморщилась, когда

прочитала название сказки. Когда я зашла в библиотеку, то наугад взяла

книгу с полки, и в итоге это оказалась сказка про «Снежную королеву».

Какого

черта из всех тех книг, я взяла именно эту? Если бы кто-то увидел это,

то подумал бы, что я весьма самовлюбленный человек.

- В-ваша Светлость, вы все еще сердитесь на меня? – Осторожно спросил Тита, увидев мое застывшее лицо.

Заметив

его обеспокоенный взгляд, я поспешила изменить выражение своего лица,

поскольку не хотела, чтобы этот ребенок снова заплакал.

- Нет, я совсем не сержусь.

Что ж, в любом случае, раз уж я принесла её сюда, то должна прочесть. Я поднесла лампу поближе к книге.

-

Давным-давно, в стране, где всегда стояли морозы и все было покрыто

льдом, жила Снежная Королева. И хотя внешне она была невероятно красива,

в сердце её царил холод, а ум был коварен.

Что за черт?

Это

показалось мне несколько странным, но я все равно продолжала читать.

Как раз в тот момент, когда я попыталась изобразить какие-то звуковые

эффекты, за окном завыла метель.

- Как-то раз Снежная Королева

смотрела на мир сквозь волшебное ледяное зеркало и увидела очень

красивого мальчика. Злая королева непременно захотела завладеть сердцем

мальчика, поэтому похитила его.

Как только я дочитала до момента с

похищением, то подумала, а не слишком ли это крутой сюжетный поворот

для детской сказки? И так же мне не нравилась эта ситуация, в которой

Снежная Королева стала похитителем.

Я подняла голову от книги,

чтобы увидеть реакцию Титы. Я намеревалась сразу же прекратить читать,

если бы заметила малейший намек на неудовольствие.

Однако Тита

смотрел на меня таким горящим взглядом, что я немного опешила. Его

фиолетовые глаза сверкали, а рот был слегка приоткрыт, как будто он с

нетерпением ждал продолжения. У меня не было выбора, кроме как

продолжить чтение.

- Снежная королева хотела, чтобы мальчик забыл

свой прежний мир и жизнь. Однако рядом с ней, ему всегда было холодно,

поэтому она поцеловала мальчика, чтобы он стал нечувствительным к

холоду. Затем она отколола три крошечных осколка от своего волшебного

ледяного зеркала и поместила их мальчику в глаза и грудь. Из-за этих

зеркальных осколков глаза мальчика больше не видели ложь, а его сердце

стало таким же ледяным, как у королевы. После этого мальчик стал во всем

слушаться королеву и мог думать только о ней.

«Снежная Королева»,

в отличие от меня, была персонажем без малейшего чувства морали и

каких-либо принципов, если принимать во внимание её действия, начиная от

похищения и заканчивая промыванием мозгов ребенка.

Мне было весьма неловко читать подобную сказку такому маленькому и впечатлительному мальчику, как Тита.

-

Но в тоже самое время, девочка, которая любила мальчика, была убита

горем, когда он исчез. Девочка так скучала по мальчику, что решила пойти

и найти его. И вот спустя долгое время она наконец-то достигла страны

льда. Там девочка нашла мальчика, похищенного Снежной Королевой. Мальчик

сначала не узнал девочку, но ее горячая любовь в конце концов смогла

растопить ледяные осколки в замерзшем сердце и глазах мальчика, после

чего он вернулся к своему первоначальному состоянию.

Мальчик очень

сильно рассердился, когда узнал, что все это было ложью. Он разбил

зеркало, взял один из острых осколков и побежал прямо к Снежной

Королеве.

Когда он пришел к ней, то ударил этим ледяным осколком

прямо в её замерзшее сердце. Только тогда королева поняла, что мальчик

освободился от ее волшебства.

Королева снова попыталась

заколдовать мальчика, но, к несчастью, ледяной осколок уже слишком

глубоко пронзил ее сердце. Вскоре Снежная Королева умерла, сидя на своем

прозрачном, ледяном троне во дворце.

После победы над Снежной

Королевой и возвращения из страны льда в свой родной город, мальчик и

девочка жили долго и счастливо до конца своих дней.

Эта сказка

была со счастливым концом, но у меня почему-то остался не очень

неприятный осадок. Это было больше похоже на то, как будто я пошла в

туалет, но после него забыла помыть руки.

- Наверное, это не очень удачная сказка.

- Мне так жаль Снежную Королеву.

Внезапно

я и Тита одновременно заговорили. Я с недоумением посмотрела на него,

пытаясь понять по выражению его лица почему он так сказал.

- Не стоит её жалеть, она поступила не очень хорошо. Самые плохие люди в мире - это те, кто причиняет вред детям.

-

Но Снежная Королева очень любила мальчика. Она просто не знала, как это

выразить… Из-за того, что она жила так долго, наверное, ей было очень

одиноко…

- Любовь без заботы о чувствах другого человека, только

заставляет его страдать. Королева совершила непростительную ошибку,

когда заставила мальчика против его воли любить её, и именно за это она

заплатила своей жизнью.

Тита пристально смотрел на меня своими большими глазами некоторое время, затем сказал:

- Но мальчик ведь знал, что на сердце у королевы.

- Почему ты так решил?

- Потому что мальчик видел, тоже что и королева….. эм, думаю...

Тита

нахмурил свои маленькие бровки от чего, у меня создалось впечатление,

что он не может вспомнить или подобрать правильное слово, которое смогло

бы передать смысл того, что он хотел сказать.

- Потому что мальчик следовал образу мыслей королевы? – Подсказала я.

- Да! Именно так. Поэтому я и сказал, что он должен был знать, что королева очень любила его.

- Тогда почему он убил ее?

- Ну, я не уверен, что понимаю причину…

Хм…

Я

посмотрела на Тита совершенно под другим углом. Я думала, что он был

глуп, потому что плакал из-за превращения в лягушку, но сейчас смотря на

него, я была весьма удивлена ходом его мыслей. Хотя в этом не было

ничего удивительного, так как он все же был главным героем этого романа.

Думаю мне не стоит ослаблять бдительность только потому, что он еще

ребенок.

Честно говоря, я не ожидала, что чтение книги позволит

мне завязать с ним разговор, поскольку это была всего лишь сказка. Но

стоит заметить, что эта дискуссия была самой долгой беседой с тех пор,

как Тита приехал в мой зимний дворец.

- Ты любишь сказки?

- Да.

- Если тебе станет скучно, то ты можешь читать их в библиотеке. Там очень много книг со сказками.

Тита смущенно отвел взгляд, услышав мои слова.

- Эм… я… я еще не умею читать… - Еле слышно сказал Тита.

- Что? Не умеешь читать?

- Нет, меня никогда не учили этому.

Интересно,

чем все это время занимался этот ублюдок-император? Обычно дети со

знатным происхождением начинали учиться грамоте с пяти лет.

Независимо

от того, собирался император избавиться от своего сына или нет, мальчик

все же принадлежал к императорской семье, поэтому он должен был нанять

для него учителей. Однако он этого не сделал. Видимо, положение Титы при

дворце императора было еще хуже, чем я себе представляла. Поскольку его

мать была простолюдинкой и умерла молодой, император, скорее всего, все

это время просто игнорировал его, и мальчик рос в одиночестве до того

момента пока от него не решили избавиться вовсе.

Хотя у меня было

достаточно свободного времени, я так же не обращала на него внимания с

того самого, как он приехал ко мне. Осознав этот факт, я на мгновение

ощутила глубоко внутри укол совести, и поддавшись сиюминутному порыву, я

раскрыла рот.

- Тогда я тебя научу.

Нет, погодите, что я только что сказала…?

Я была поражена этим невероятным предложением, которое только что сорвалось с моих губ.

Тита похоже тоже был очень удивлен моими словами, потому что широко раскрыл глаза.

- Правда…? – Спросил Тита.

В его голосе я отчетливо уловила скрытую надежду.

Стоп!

Должно

быть, с этими глазами что-то не так. Когда я смотрю в его глаза, то

говорю или делаю что-то очень глупое, причем это происходит совершенно

непроизвольно. Чувствуя, что моя самооценка стала снижаться, я отчаянно

стала придумывать оправдание. И вскоре я нашла вполне правдоподобную и

очень даже разумную причину. Да, точно, я просто собираюсь посмотреть,

какими интеллектуальными способностями обладает мой будущий враг. И я

делаю это совсем не для того, чтобы помочь этому маленькому дьяволенку.

Проклятье,

как вообще так получилось, что глаза этого ребенка так действуют на

меня? Но, в любом случае, я не могу позволить сбивать меня с толку и

дальше.

- Тогда, может быть, мы закончим на сегодня? Когда завтра встанешь, приходи в мою мастерскую.

- Да!

Когда я услышала в голосе Тита радостные нотки, то сказала:

- Глупо так радоваться, ведь мы будем не играть, а учиться. Но думаю ты скоро поймешь в чем разница.

Поскольку

во дворце императора Тите почти не уделяли внимания, думаю он не

понимает смысла этого слова, но как только он начнет учиться, то поймет,

что в учебе нет ничего милого или веселого.

Что ж, как бы то ни было, дети – это существа, разум которых не доступен обычному человеку.

Подумав об этом, я вышла из его комнаты.

На следующее утро Тита пришел в мою мастерскую, как только взошло солнце.

Его

неожиданное рвение приступить к учебе в такое ранее время, очень

удивило меня, так как я ожидала его появления не раньше полудня.

- Сядь туда.

Когда

я указала подбородком на стул, Тита с осторожностью стал взбираться на

него. Поскольку стул был сделан под мой рост, его короткие ноги теперь

свободно болтались в воздухе. Стол так же был слишком большим для него.

В такой неудобной позе, он, естественно, не смог бы сконцентрироваться на учебе.

Я подняла руку и сделала едва заметный жест в воздухе, после чего стул и стол уменьшились до размеров, подходящих Тите.

- Вот это да!

Тита

так удивился, что широко раскрыл рот и выпучил глаза. Это была всего

лишь элементарная магия, но в глазах маленького ребенка, который ничего о

ней не знал, она, видимо, казалась, великой.

Хммм… я удивила тебя, малыш? Может быть, мне удивить тебя еще больше?

Чувствуя

странный прилив сил, я сделала еще несколько жестов рукой в воздухе.

Затем рой золотистых огоньков заструился по моим пальцам, создавая в

воздухе таблицу с алфавитом. Хотя это был не идеальный почерк, он

выглядел вполне понятным. Тем временем Тита, глядя на появившийся в

воздухе алфавит, выглядел так, словно перед ним весели золотые слитки, а

не простые буквы.

- Это, магия...?

Его ошарашенное лицо

выглядело таким милым, что я не выдержала и из моего рта вырвался

короткий смешок. Однако я понимала, что в данной ситуации, это не

слишком уместно, поэтому поспешно вернула своему лицу привычное

выражение и строгим голосом сказала:

- Да. Тита, я пока займусь

приготовлением зелья, а ты должен запомнишь этот алфавит, потому что

позже у тебя будет тест. Также, если ты дотронешься до букв, то сможешь

услышать, как они произносятся.

Тита кивнул мне, давая понять, что он все понял.

- Если тебе что-то будет не понятно, не бойся и скажи мне.

Убедившись,

что Тита стал запоминать буквы, я положила ингредиенты в большой

железный котелок с водой. Я должна была сварить зелье, которое вчера

разбилось. Примерно через час я почувствовала на себе взгляд и

обернулась. Оказалось, что прямо за моей спиной стоял Тита и смотрела на

меня глазами, полными любопытства. Я так удивилась, что чуть не

выронила из рук черпак.

- Что ты делаешь? Это же опасно! Отойди чуть дальше!

Тита, встревоженный моими криками, растерянно отступил назад.

- Ну, я… я запомнил все, что вы мне велели запомнить…

- Что? Уже?

Я посмотрела на Тита сверху вниз с недоверием. Он казался испуганным, но вроде бы не лгал.

-

Значит ты не возражаешь пройти тест прямо сейчас? Я сотру все буквы в

воздухе, так что, если ты не запомнил их, то мне придется тебя наказать.

- Да, я понял.

Я

стерла алфавит в воздухе и положила перед Титой бумагу и перо с

чернильницей. Тита взял перо и стал писать буквы на бумаге. Поскольку он

не привык держать в руках перо, его почерк был неряшливым, однако он

писал без ошибок. Я не стала относиться к этому слишком критично,

учитывая его ситуацию.

На самом деле это было просто потрясающе,

что семилетний мальчик смог так быстро все запомнить и с первого раза

написать все правильно, при том что он никогда не учился.

Ну все же он был главным героем, так что это вполне ожидаемо.

- Не плохо.

Честно

говоря, здесь я немного покривила душой, поскольку это было не просто

не плохо, а здорово. Когда я училась у меня ушло, по крайней мере, три

дня на то, чтобы запомнить алфавит, но он выучил его так быстро, что я

даже смутилась.

И что же, мне в таком случае делать с ним дальше?

- Ваша Светлость, могу я вам кое-что сказать?

- Да, конечно.

Пока

я пыталась успокоиться и придумать дальнейший план действий, этот

маленький гений обратился ко мне. Посмотрев на него, мне показалось, что

он выглядел несколько неуверенным, поэтому я решила чуть подбодрить

его.

- Говори. Тебе не нужно меня так стесняться.

После моих слов, Тита наконец раскрыл губы и заговорил.

- Не могли бы вы показать мне, как пишется имя Вашей Светлости?

- Почему вдруг тебя заинтересовало мое имя?

- Теперь, когда я смог выучить алфавит, я бы хотел первым делом узнать, как написать имя Вашей Светлости….

Я хмыкнула в ответ.

Хотя

я не понимала, почему он хотел узнать первым словом среди многих других

слов, как пишется мое имя, однако я не увидела в этой просьбе никакого

скрытого подвоха, так что я, как и прежде, наколдовала свое имя в

воздухе.

- К - л - е - т - е. А все вместе читается, как - Клете.

Тита

в точности повторил за мной каждую букву, а затем заикаясь назвал мое

имя. Он даже попытался написать его своей рукой на бумаге. Смотря на то,

как забавно он произносит мое имя, я снова задумалась о его странной

просьбе. Обычно вас больше должно интересовать, как произнести и

написать свое собственное имя, а не чье-то чужое.

- Кстати, а твое имя пишется вот так. Т- и - т- а.

- Клете, Тита.

Затем

Тита стал повторять мое и свое имя поочередно. Я не стала отвлекать его

и позволила ему без спешки запоминать, как читаются наши имена, снова

занявшись приготовлением зелья.

- Ваша Светлость.

- Да?

- Спасибо вам.

-

Ну, я думаю, что тебе пока не за что меня благодарить, ведь я не

сделала ничего особенного. - Ответила я решительно, не отрывая глаз от

котелка.

- В тот день, когда я пришел сюда, вы сказали очень особенные для меня слова.

- О чем ты говоришь?

- Вы тогда сказали, что мне будет холодно.

- Да. И что в этом такого?

- Вы, Ваша Светлость, были первым человеком, кто подумал об этом.

Я

повернулась к нему и встретила с ним взглядом. Как и в первый день

нашей встречи, Тита пристально смотрел на меня своими ясными фиолетовыми

глазами.

Что же я должна ответить, когда он смотрит на меня этим взглядом?

В конце концов, я была первой, кто отвел глаза в сторону.

-

Такой маленький ребенок, как ты, мог замерзнуть в таком холодном месте,

как это, по этим соображениям я предоставила тебе теплую комнату.

-

Спасибо вам за это и за то, что приняли меня. Поэтому я и хотел, чтобы

первое слово, которое я научусь писать, стало вашим именем.

Тем не менее, даже сейчас я не находила подходящих слов, чтобы ответить ему, поэтому я просто решила сменить тему.

-

Понятно. Думаю, мы сегодня закончим на этом, так что можешь

возвращаться в свою комнату. Обязательно повтори то, что запомнил, еще

несколько раз.

- Да.

После этого Тита покинул мою

мастерскую. Но каким-то образом слова Титы продолжали всплывать в моих

мыслях, и я не могла сосредоточиться на своей работе. Я глубоко

вздохнула, пытаясь привести свой разум в порядок. Конечно, дети - это

досадная помеха. А Император, который передал заботу об этом надоедливом

чертенке мне, действительно заслуживал смерти.

******

После

того как Тита прекрасно справился с изучением алфавита и написанием

наших имен, я приказала Эдмунду заняться его обучением. Моей целью было

вырастить Титу умным и образованным взрослым человеком. С другой

стороны, я не планировала обучать его чему-либо, что было бы связано с

насилием, включая приемы самообороны и фехтование. Кроме того, меня

очень интересовало, не проявится ли в Тите жестокая личность через

какое-то время. Но, к счастью, до сих пор он показывал только мягкую и

застенчивую сторону своего характера.

- Тита очень умный ребенок.

Хотя прошло совсем немного времени с того момента, как он выучил

алфавит, а он уже приступил к чтению толстых учебников по истории.

- Что не удивительно, ведь он главный герой.

- А?

- Нет ничего. Скажи-ка мне лучше, а не доставлял ли он тебе неприятностей или, может быть, он вел себя как-то странно?

- Что вы имеете в виду, говоря – «странно»?

- Я имею в виду, не проявлял ли он жестокости или может говорил что-то грубое.

У Эдмунда был вид человека, который услышал самую неудачную шутку в мире.

- О чем вы говорите? Вы же сами знаете, что он очень робкий и добрый мальчик!

- В самом деле?

Я вздохнула с облегчением.

Видимо, мой план по воспитанию этого ребенка продвигался довольно успешно.

- Есть еще одна вещь, о которой я хотел сообщить вам…

- Да?

- Кажется ему здесь очень одиноко.

Ну,

в этом не было ничего удивительного, поскольку во дворце не было детей

кроме него. И не только детей, единственными людьми во дворце были

только я и Эдмунд, поэтому вполне вероятно, что он чувствовал себя

одиноким.

Особенно, если учитывать то, что дети любят играть в группах.

-

Я думаю, он будет очень рад, если вы иногда будете заглядывать к нему.

Кажется, он привязался к Вашей Светлости больше, чем я предполагал.

- Это все, что тебя беспокоит?

- ……

С

того самого дня, как я услышала слова благодарности от Титы, я

старалась не встречаться с ним, поскольку рядом с ним моя бдительность

ослабевала и я, по непонятной для меня причине, становилась мягче. А

этого я ни в коем случае не должна была допускать, так как он был тем

человеком, который мог убить меня в будущем. И, естественно, данный факт

вызывал у меня тревогу.

Единственное чего я хотела это воспитать

этого ребенка так, чтобы в дальнейшем он не принес мне неприятностей. По

этой причине искренняя привязанность к этому мальчику, которая могла

возникнуть в ходе нашего дальнейшего общения, выходила за рамки моего

тщательно разработанного плана.

- Если тебе больше нечего мне сказать, то можешь иди.

Я чувствовала, как Эдмунд сверлил меня осуждающим взглядом. Похоже, ему не нравилось мое отношение к данному вопросу.

Однако я притворилась, что не замечаю этого.

Не

смотри на меня так. Ты не знаешь, что ожидает меня в будущем, глупый

старик. Разве вел бы ты себя так же дальше, если бы оказался на моем

месте?

Но, конечно, то, что он говорил, я не могла оставить без

внимания. Я должна была рассмотреть этот вопрос, поскольку друзья

необходимы для стабильной эмоциональной сферы и получения социальных

навыков. Однако в Белосе мне навряд ли удастся найти ребенка того же

возраста, чтобы он мог стать ему другом.

Хм, а как насчет….

Через

несколько дней я принесла в замок маленького щенка. На первый взгляд,

он выглядел как обычный щенок, но на самом деле это было существо

смешанной расы по имени «Карнис», рожденное от монстра и волка.

Чтобы

его заполучить, мне пришлось просить об особом одолжении у главы

ликанского народа, который жил на моих землях. Поскольку он был еще

детенышем, то был чуть больше ладони, но взрослая особь достигала

довольно больших размеров, и была примерно такого же размера, как и лев.

Несмотря

на то, что это существо рождалось от смешения крови с монстром, его

легко было приручить и оно всегда слушалось своего хозяина. По этой

причине народ ликанов занимался разведением этих существ, используя их

вместо охотничьих собак.

Так же характерной особенностью этих

редких существ, благодаря которой они были весьма знамениты, являлось

то, что они не покидали своего хозяина до самой смерти, если тот растил

их с раннего детства.

В отличие от своих больших размеров, Карнис

был довольно быстрым, поэтому он был также полезен для охоты на

травоядных животных и мог защитить от небольшого размера монстров. И

хотя его было весьма непросто заполучить, в этом мире нет ничего, чего

бы я не могла заполучить, если бы пожелала.

Поскольку в Белосе

дети возраста Титы встречаются крайне редко, и обычным детенышам

животных очень трудно выжить, я собиралась наложить на него защитное

заклинание.

Кстати, что я должна сказать мальцу, когда буду отдавать щенка?

У тебя ведь нет друзей, не так ли? Я подобрала его на дороге по пути во дворец? Я принесла его сюда не ради тебя….

На ум мне приходили только банальные фразы. Тем не менее спрашивать об этом Эдмунда мне было как-то неловко.

Ладно, будем импровизировать.

Итак,

прежде всего я наложила на Карниса заклинание, которое позволяло

переносить холодную температуру без последствий, а затем наложила

заклинание, чтобы укрепить его иммунную систему. Это были те же

заклинания, что я использовала на мальчике, как только он поселился у

меня во дворце.

- Твой хозяин так же одинок, как и ты, так что во всем полагайтесь друг на друга и всегда будьте вместе.

Я взяла Карниса на руки и посмотрела ему в глаза. Карнис, слегка попискивая, зашевелился.

В

воздухе я чувствовала характерный запах молодого животного. Затем я

нежно погладила по голове и спине Карниса, чтобы он успокоился.

Тем же днем, поздно вечером, я расхаживала перед комнатой Титы.

Может он уже спит?

Я

была несколько смущена тем, что собиралась сделать, хотя в моих

действиях не было ничего преступного. Подумав еще немного, я глубоко

вздохнула и постучала в дверь.

- Кто там?

Я услышала

приглушенный голос Тита, после чего дверь в его комнату открылась. Я

быстро скрыла свое присутствие с помощью магии. Не знаю почему, но мне

казалось, что я должна была поступить именно так.

Тита озадаченным

взглядом огляделся вокруг, после чего обнаружил тихо поскуливающего

Карниса у своих ног. Когда перед щенком внезапно появился незнакомец, он

сильно испугался. Он прижал к полу свое тельце и показал маленькие

зубки.

Тита поспешно отступил назад, словно пытаясь успокоить Карниса, и опустился на колени.

- Все в порядке, не бойся.

Но

малыша Карниса не так-то легко можно было заставить ослабить свою

бдительность. Тем не менее Тита не стал давить на него и просто

терпеливо ждал, пока тот сам подойдет к нему.

Хотя ему, вероятно,

было неудобно оставаться в таком положении, он продолжал стоять на

коленях и даже ни разу не сдвинулся с места.

Спустя долгое время,

малыш Карнис, сохраняя бдительность, осторожно подошел к Титу и коснулся

его ладони своей крохотной мордочкой. Тита в свою очередь тоже очень

аккуратно погладил щенка по голове.

Когда Тита понял, что щенок его больше не боится, он взял его на руки и обнял, ласково поглаживая по пушистой шерстке.

- Откуда ты родом? Ты тоже остался один, как и я? Ты пришел сюда, потому что понял, что мне одиноко?

Затем

я увидела, как эти два юных беззащитных существа потерлись лицами,

словно пытались поделиться теплом своих маленьких тел друг с другом,

чтобы согреться. Это выглядело так, как будто они знали о ситуации друг

друга.

Когда я увидела, как Тита прижимал к себе щенка, я поняла

насколько ему было одиноко в этом холодном месте, хотя за все время, что

он был здесь, он никогда не показывал этого.

- Я хотел бы дать

тебе имя. Хм, как бы мне тебя назвать? Не беспокойся я не буду

торопиться и выберу для тебя самое лучшее имя! Оно обязательно тебе

понравится!

Карнис, должно быть, понял, о чем говорил Тита, потому

что слегка пошевелился у него на руках и лизнул ему щеку. Тита

улыбнулся и еще немного поговорил с малышом, после чего вернулся обратно

в комнату.

Я почувствовала, что не зря решила принести ему щенка,

когда увидела, как он счастлив. Но, что стало самым удивительным для

меня, так это звонкий детский смех, донесшийся из-за двери, через

некоторое время. За все время, что Тита провел во дворце, я еще ни разу

не слышала, чтобы он смеялся.

Ох, уж этот ребенок...

Когда я попыталась произнести заклинание, отменяющее действие скрытности, я осознала, что уголки моих губ скользнули вверх.

Нет, погодите, что это я сейчас делаю?

Как только я поняла это, мое лицо снова превратилось в ледяную маску безразличия.

Почему каждый раз я делаю нечто столь глупое только потому, что рядом находится этот наивный ребенок?

Я

неоднократно задавалась этим вопросом, пока неподвижно стояла в

коридоре возле двери. Но затем, будто очнувшись, я поспешно стала

удаляться от комнаты Титы, чтобы снова не подхватить этот дух глупости,

оказывающий на меня столь странное действие.

Впервые за долгое время снегопад прекратился и на землях Белоса

засияло солнце. Такие солнечные дни были очень редки в Белосе, поэтому я

и Эдмунд через некоторое время отправились на прогулку.

- Сегодня хорошая погода.

- Да, вы правы. Будь она всегда такой, население Белоса увеличилось бы не меньше, чем в сто раз.

-

Ну, это естественно, когда слабых оставляют позади. Нам нет нужны

проявлять жалость к слабым людям, которые не могут выдержать холода.

-

А, разве госпожа этих земель не проявляет жалость к этим слабакам,

собственноручно создавая для них зелья, чтобы не оставлять их позади?

-

Ты слишком много говоришь. Мне даже кажется, что с каждым годом ты все

больше становишься ворчливым. Когда ты был моложе, все что я слышала от

тебя, это только речи о том, насколько красиво мое лицо, что даже мои

уши начинали болеть.

- ….Когда был молодым говорите? Эта история давно уже в прошлом.

Услышав

в его голосе несвойственную ему ностальгию, я с удивлением взглянула на

Эдмунда. Для меня тот день, когда мы впервые встретились, казалось, был

только вчера, но, конечно же в действительности это было не так.

Так, когда же ты успел так состариться, друг мой?

Его волосы красивого каштанового цвета теперь были совершенно белыми, а в уголках глаз и губ пролегли морщины.

- О, если подумать, то господин Тита рассказал мне недавно об одном весьма занятном происшествии.

- Что ты имеешь в виду?

- Он сказал, что однажды к нему пришел щенок.

Эдмунд

посмотрел на меня с широкой улыбкой на лице. Под взглядом этих глаз,

которые, казалось, знали все, я невольно почувствовала себя неуютно.

- Неужели? Наверное, он его просто где-то нашел. Я ничего не знаю об этом.

-

Да, конечно, вы не знаете. Я просто хотел поставить вас в известность

об этом случае. Я никогда раньше не видел такого щенка, но он, кажется,

очень умный и милый. Я все думал, как он мог появиться здесь, и решил,

что, может быть, он упал с неба?

Старик, если ты хочешь дожить до глубокой старости, советую следить за своими словами.

- Ох, кстати, так уж случилось, что господин Тита, как раз сейчас выгуливает этого щенка.

Как

только Эдмунд договорил, в поле моего зрения показался Тита. Он бежал в

нашу сторону, проворно преодолевая снежные сугробы своими коротенькими

ножками. Белый щенок Карниса так же следовал за ним. Приглядевшись к

щенку, я увидела, что на нем был одет шерстяной костюм, а на шее висел

маленький колокольчик. На первый взгляд одежка выглядела неряшливо из

чего я сделала вывод, что она, должно быть, была сделана вручную.

- Ой! …Добрый день, Ваша Светлость! Сэр Эдмунд!

Увидев нас, Тита вежливо склонил голову.

Когда

он впервые появился в замке, он был худым и изможденным, однако теперь

его щечки порозовели и округлились. Он стал более подвижным и веселым.

Наблюдая за ним со стороны, я интуитивно чувствовала, что как только

Тита вырастет он разобьет не мало женских сердец, поскольку даже будучи

ребенком он был очень милым. Несмотря на его юный возраст эти выдающиеся

черты лица, которые были единственным наследством, доставшимся ему от

императора, уже сейчас были прекрасно видны.

- Вы тоже решили прогуляться вдвоем?

Карнис,

который повсюду следовал за Титом, внезапно зарычал, как будто я и

Эдмунд представляли для них опасность. Однако сейчас он был не более

чем, маленьким комком шерсти с маленькими клыками, поэтому он не мог

представлять для нас никакой серьезной угрозы.

- Ах, Снежок, не надо!

Тита в спешке попытался успокоить Карниса.

Эдмунд же, громко рассмеялся, увидев реакцию щенка.

- Значит этот малыш, и есть твой новый друг. Ты назвал его, Снежок?

- Да, он белый, как снег, поэтому я и назвал его, Снежком.

- Это прекрасное имя. Оно идеально подходит для собаки, живущей в ледяном замке. Нет, погодите….

Эдмунд,

который долго смотрел на Снежка, внезапно повернул голову и посмотрел

на меня ошарашенным взглядом. Видимо, он только что осознал, что Снежок -

полукровка, поскольку он имел некоторое сходство с монстром.

Я притворилась, что ничего не знаю.

Тем временем Тита, который не понимал, что происходит, радостно улыбнулся, как будто ему нравилось слышать похвалы от Эдмунда.

- Ох, правда? Когда я впервые увидел его, он был таким маленьким и напоминал небольшой снежок.

- Ха-ха... да сходство определенно есть. Но теперь, когда у тебя есть друг, ты больше не будешь одинок. – Кисло ответил Эдмунд.

- Да! В последнее время я каждый день играю со Снежком. Ой! Снежок, так делать не хорошо!

Пока

щенок продолжал рычать, Тита выглядел довольно смущенным. Он изо всех

сил пытался утихомирить его, но тот продолжал скалить свои маленькие

клыки, никак не желая успокаиваться.

Даже если по отношению к Титу

он проявлял лишь свою мягкую сторону, все же в этом щенке текла кровь

монстра, поэтому он всегда будет проявлять агрессию к посторонним, за

исключением только хозяина, которого он сам себе выберет.

- Так странно…. он всегда ведет себя так ласково, но сегодня почему-то очень агрессивен….

Эй щенок, твое поведение совсем не обосновано. Я опекун твоего хозяина, что означает, что я ему не враг.

Снежок

на мгновение замер, будто колебался, когда я посмотрела на него ледяным

взглядом, одновременно, пытаясь утихомирить его с помощью небольшой

магической силы. Однако даже так он не убежал от своего хозяина, и как

преданный ему друг оставался рядом. Скорее, он даже встал между мной и

Титом, преградив его своим маленьким телом от меня.

Хм….. Похоже, глава поселения лейканов передал мне одного из лучших своих щенков, который в будущем будет весьма полезен.

- Снежок, все в порядке. Ты можешь расслабиться.

Когда

Тита погладил его по голове, Снежок отступил назад, потеревшись головой

о его ногу. Тем не менее, он оставался непокорным, намекая всем своим

видом, что в случае опасности встанет на защиту своего хозяина.

Я фыркнула.

- Дерзкий комок шерсти! Ты - единственное животное, которое осмелилось показать мне свои клыки.

- Он на самом деле очень нежный... он, наверное, просто очень испугался, увидев так много людей…

- Он боится, потому что еще не обучен. Ты должен потихонечку его научить всему.

Тита кивнул в ответ на добрые слова Эдмунда.

- Но… я никогда раньше не занимался обучением животных.

-

Ты можешь посмотреть в библиотеке книгу, в которой будет описан процесс

приручения животного. Ты же уже неплохо читаешь, верно?

- Да!

- С этого момента приходи вместе с ним на занятия. Я помогу тебе его приручить.

Если

подумать, то Эдмунд и Тита, кажется, сблизились. Первоначально мальчик

всегда называл его господин дворецкий, а теперь он зовет его просто сэр

Эдмунд.

Погоди-ка, что вообще сделал для него Эдмунд, что он мог

так с ним сблизиться? Ведь это я была тем, кто дал этому дьяволенку

крышу над головой, кроме того я решила обучать его и принесла щенка.

Нет, ну честно, что же такого сделал для него Эдмонд?!

Он же ничего особенного не делает, кроме как мило разговаривает с ним.

Что

ж, вероятно, мальчик не понимает этого, просто потому что он еще

ребенок, но в действительности это я, тот человек, который ему помогает

выжить здесь и не сойти с ума.

Тем временем эти двое, не понимая, что я смотрю на них недовольным взглядом, продолжали беззаботно болтать.

- Этот щенок очень активный на вид, так что ты должен будешь чаще

ходить с ним на прогулку. В противном случае он погрызет всю мебель во

дворце.

- Да, но я не думаю, что Снежок обычный щенок. Несмотря

на то, что он такой маленький, он очень сильный. А еще я никогда не

видел собак с золотыми глазами. Это, должно быть, особенный щенок.

Конечно же, он совсем не обычный щенок. Это даже не собака, это монстр.

- Снежок, должно быть, был подарком от ангела. – Сказал Тита нежно обняв Снежка.

Ч-что, простите...?

Я

чуть не забыла о том, что должна сохранять свой образ полный

достоинства и не произнесла это вслух. Что еще за ангел? Это же полная

чепуха.

Конечно, в этом мире существовали ангелы, но они не были

праздными созданиями, которые дарили бы щенков или подарки одиноким

детям. Кроме того, человеком, который преподнес тебе в подарок Снежка,

была я - ведьма-затворница с довольно скверным характером, чей образ был

весьма далек от ангельского.

- А? Ох, да. Я уверен, что это ангел подарил его тебе…

И

вот пока я стояла немного потрясенная этим блестящим выводом Титы,

Эдмунд, пришедший в себя раньше меня, вдруг спокойно подтвердил его

слова, однако его притворство выдала легкая дрожь в голосе.

-

Вообще-то мне было немного одиноко все это время. И тогда я подумал,

что, возможно, ангел узнал об этом и подарил мне Снежка? Вот почему

сначала я собирался Снежку дать имя Ангел. – Возбужденно продолжал

говорить Тита, совершенно не замечая странной атмосферы.

Услышав

его слова мое лицо моментально покраснело, став похожим на спелый

помидор, а плечи Эдмунда затряслись, пока он сидел, опустив голову.

Было

совершенно очевидно, что он сдерживает смех. Тем не менее, к моему

превеликому счастью, Тита назвал щенка Снежком. Если бы он выбрал имя -

Ангел, то Эдмунд смеялся бы надо мной до того момента, пока не сошел бы в

могилу.

- …..Мне нужно вернуться в свой кабинет. Я вспомнила, что оставила там кое-что. Тита, ты можешь продолжить свою прогулку.

- Ох, старость не в радость!

Ноги Эдмунда затекли, пока он сидел на корточках возле мальчика, поэтому он, кряхтя и ворча, медленно стал подниматься.

- Ну что ж, увидимся.

Я коротко попрощалась и быстро прошла мимо Титы, прежде чем он успел ответить. Эдмунд, прихрамывая, последовал за мной.

-

Экхем, Ваша Светлость. Неужели вы готовились подняться на небеса за

моей спиной? Значит ведьма решила стать ангелом. Я больше чем уверен,

что Бог никогда не видел такой резкой смены карьеры, вы со мной

согласны?

- Помолчи. Я не понимаю, о чем ты.

- Ах, да. Кстати, а Тита знает, что Снежок принадлежит к смешанной расе?

-

Какое-то время молчи об этом. Я не хочу, чтобы он напрасно боялся его,

если ты расскажешь ему об этом. Карнисы - очень преданны своим хозяевам,

так что даже, когда он вырастет, он никогда не причинит вреда мальчику.

Каким бы фантастическим ни был этот мир, обычные люди часто

умирали, не увидев ни проблеска волшебства или монстров за всю свою

жизнь.

Тита, вероятно, тоже никогда не видел этого, пока не

приехал сюда. Этому ребенку, который когда-нибудь вернется в нормальный

мир, было бы трудно привыкнуть к жизни здесь.

- Хорошо. Думаю,

когда он как следует приручит его, тот станет еще более ласковым, чем

обычная собака, так что я не слишком беспокоюсь об этом.

Поначалу

Эдмунду, казалось, не очень понравилась моя затея, но вскоре он

согласился со мной. Я оглянулась на Тита, и увидела, как он счастливо

бегает, играя со Снежком.

Хм, а его энергичность была не так уж плоха.

****

Спустя

некоторое время мне поступило известие о том, что дочь главы племени

Катар, заболела. Хотя её жизни ничто не угрожало, она, кажется, была

серьезно больна, поэтому я решила послать лечебное зелье и лекарственные

травы для неё через Эдмунда. Чтобы добраться до деревни Катар от

ледяного дворца потребовалась бы два с половиной дня, но с помощью

телепорта туда можно было добраться в мгновение ока.

- Ты готов?

- Да.

- Ох, оставь свиток телепорта здесь. Я хочу, чтобы ты вернулся как можно позже. А еще было бы лучше, если бы остался жить там.

Эдмунд поспешно спрятал поглубже в кармане свиток.

- Очень прискорбно слышать это. Кто же позаботится о Вашей Светлости, если меня не будет рядом с вами? - Ответил Эдмунд.

Вместо ответа я положила руку ему на лоб. Белый свет, исходящий от моей руки, через некоторое время покрыл все его тело.

- Пожалуйста, не оставляйте Титу надолго одного….

Эдмунд, похоже, нервничал из-за того, что оставлял ведьму, мальчика и щенка-монстра одних.

- Не волнуйся ты так, все будет хорошо.

- Пожалуйста, не заставляйте Титу плакать….

Я быстро телепортировала Эдмунда, пока он не начал еще больше надоедать мне. Его фигура полностью растворилась в воздухе.

Когда

я увидела пустое пространство перед собой, мне показалось, что я даже

услышала громкий звон фанфар в своих ушах. Я почувствовала облегчение

при мысли, что избавилась от его нытья, хотя это было всего лишь на один

день.

Сразу же после этого, я направилась прямиком в свою

мастерскую. Я собиралась создать много опасных и причудливых магических

предметов, которые я тайно изучала, скрываясь от взгляда Эдмунда.

Когда

я в волнении достала все ингредиенты, я с запозданием подумала, что

должна позаботиться о мальчике. Эдмунд неоднократно мне говорил, что

дети склонны попадать в разные передряги, даже если они достаточно

бдительны, поэтому мы не должны спускать с мальчика глаз. И если теперь

Тита, оставшись без присмотра, проигнорирует все предупреждения и

разобьет что-нибудь из моих драгоценных предметов, это будет

невосполнимая потеря для меня.

При этой мысли мое взволнованное сердце сначала упало, а затем решило устроить толчкообразную пробежку.

Ах… Вот почему дети так раздражают….

Когда я вернулась во дворец, чтобы проверить все ли в порядке, я увидела Титу, идущего по коридору.

Увидев меня, Тита мгновенно остановился, а затем нерешительно заговорил.

- З-здравствуйте, Ваша Светлость. Вы, случайно не видели сэра Эдмунда? Я не могу его найти.

- Он уехал по моему поручению. Сегодня он уже не вернется.

- Ох, вот как…

С подавленным видом Тита отвернулся. Затем он расстроенным голосом пробормотал Снежку:

- Думаю, сегодня нам лучше поесть вдвоем.

- Подожди минутку.

Тита, который топтался на месте, удивленно оглянулся на меня.

- Пойдем вместе. У меня есть кое-какое дело в столовой.

Мы с Титом отправились в столовую. Войдя в комнату, я увидела, что на столе стояла еда, приготовленная заранее Эдмундом.

- Спасибо за еду.

Перед

тем как приступить к трапезе, Тита вежливо поблагодарил за еду. Затем

он сразу же принялся есть. Либо еда была настолько вкусной, либо он был

очень голоден, но ел он довольно быстро.

После того, как он

расправился с тарелкой супа, он откусил большой кусок от хлеба с сыром,

что лежал перед ним. Снежок тем временем неохотно жевал свой корм у ног

Титы. А я сидела напротив и смотрела на них, подперев рукой подбородок.

- Можно подумать, что ты не ел три дня, смотря на то, как быстро ты ешь.

На

самом деле мне нравилось наблюдать за тем, с каким наслаждением он ест,

поскольку на его лице было довольно забавное выражение в этот момент.

Тита, который уже собирался снова откусить кусочек хлеба, сразу же закрыл рот, услышав мое замечание.

- Я проспал и не смог позавтракать... простите.

- Почему ты всегда просишь прощения? Не нужно этого делать, просто доедай то, что ешь.

- Хорошо. Но, почему вы не едите? Кажется, я никогда не видел, чтобы вы что-нибудь ели.

- Ведьмам не обязательно есть человеческую пищу.

- Ох…

- Что случилось? Ты наелся?

Тита отломил малюсенький кусочек от хлеба, больше подходивший для птички, и положил его в рот. Я нахмурилась, глядя на это.

- Ешь так же, как раньше.

- Простите, Ваша Светлость, но разве вы не сказали, что у вас есть какое-то дело в столовой?

- Я занимаюсь им прямо сейчас.

То, что я должна была сделать, это позаботиться о тебе.

Тита как-то странно посмотрел на меня, сидящую в кресле, и ничего не

делающую, но ничего больше не сказал и молча продолжал есть хлеб.

Закончив обедать, он встал со своего места. Затем он так же молча

взглянул на меня, вежливо склонил голову и направился к выходу из

столовой, не забыв позвать Снежка. Я тоже встала и последовала за Титом.

Когда

Тита услышал у себя за спиной мои шаги, то озадаченно оглянулся. Я

кивнула ему подбородком, показывая, чтобы он шел дальше. Тита вздрогнул,

однако снова зашагал с неловким лицом.

Тем не менее, вскоре он опять остановился и посмотрел на меня. Я тоже остановилась.

- Вы следуете за мной?

- Да.

- Почему?

- Не хочу, чтобы с тобой произошел несчастный случай.

- Но со мной ничего не случиться, я же просто хотел поиграть…

- Это не имеет значения. Я все равно должна проследить за тобой.

Тита без дальнейших расспросов направился в свою комнату. Я совершенно естественно последовал за ним.

Как только мы пришли в его комнату, Тита достал куклы и другие игрушки, сшитые из шерсти, и разложил их на ковре перед собой.

За то время, что он их раскладывал, он оглянулся на меня несколько раз, словно, мое присутствие заставляло его нервничать.

- Не обращай на меня внимания и играй как обычно. Во что ты обычно играешь?

- Я придумываю сценки и разыгрываю их с помощью кукол.

- Продолжай, я не буду вмешиваться.

Но Тита почему-то не стал играть, и вместо этого, просто смотрел на куклы, что лежали перед ним.

- Ну же, скорее.

По моему настоянию Тита неохотно повернулся к Снежку.

-

Снежок, давай, я буду сэром Эдмундом, а ты возьмешь на себя роль Её

Светлости, хорошо? Потому что ты такой же белый, как и Её Светлость... а

этой куклой буду я.

После того, как Тита договорил, он взглянул

на меня. Честно говоря, я была так потрясена, что на мгновение потеряла

дар речи, однако я быстро взяла себя в руки и коротко сказала:

- Продолжай.

Тита взял куклу, как будто подумал, что получил мое разрешение.

- Ваша Светлость, позаботьтесь о сэре Тите как следует.

Затем он передал куклу Снежку, имитируя манеру речи Эдмунда.

Конечно же, Снежок, не понимающий человеческих слов, в мгновение ока отгрыз голову кукле, которая была Титом…..

- Ох, Снежок…Зачем ты меня так покусал? Я же так умру!

Тита чуть не расплакался, смотря на растерзанную своим питомцем куклу.

- Стоп! Что ты вообще делаешь?

Я

мгновенно забыла о своем обещании не вмешиваться и прекратила его игру.

Это был первый раз, когда я увидела такую нелепую игру.

- Ты хочешь, чтобы щенок, который не понимает, что ты ему говоришь, сыграл роль за меня? Это же глупо.

- Я …М-мне очень жаль…. П-пожалуйста, простите меня… Я больше не буду этого делать.

С испуганным выражением на лице, Тита принялся, заикаясь, извиняться, как будто решил, что я злюсь на него.

- Ладно, отдай мне эту чертову куклу.

Я встала с его постели и плюхнулась на ковер рядом с ним.

- Ты сыграешь роль Эдмунда. Я буду играть за себя. Эта кукла будет Снежком, а сам Снежок сыграет твою роль. Запомнил?

Затем

я починила куклу, у которой оторвали голову, с помощью магии. Тита,

казалось, немного удивился, что я присоединилась к его игре, но вскоре

закивал головой.

Нелепая игра возобновилась. Тита погладил Снежка и заговорил тихим голосом:

- Сэ-сэр Тита. А вот и Её Светлость…

Тита, должно быть, нервничал, поскольку он заикался и не закончил предложение.

- Что это за дворецкий, который заикается и не может закончить предложение? Твоя речь должна быть четкой и лаконичной.

- Да. Простите, мою ошибку.

Тита извинился четко и лаконично.

-

И не извиняйся слишком часто. Потому что это не похоже на поведение

настоящего дворецкого. Кроме того, если у великой герцогини будет

работать такой слуга, она быстро потеряет все уважение и достоинство в

глазах людей. А теперь, попробуй еще раз.

- Дорогой сэр Тита, а вот и Её Светлость. Иди и поговори с ней. Её Светлость не страшный человек. Тебе не нужно бояться.

- Гораздо лучше.

Тита осторожно подтолкнул Снежка ко мне. Однако щенок мгновенно ощетинился и с большой тревогой уставился на меня.

- Да как ты смеешь…

Я

без долгих раздумий вскинула руку, чтобы проучить этого мелкого

пушистого наглеца, но тут мои глаза внезапно встретились с глазами Титы,

который смотрел на меня из-за спины щенка. И каким-то образом моя рука

безвольно опустилась.

- Да, я не страшный человек. Иди сюда.

Я взяла Снежка на руки. Поначалу он сопротивлялся, но вскоре притих и улегся ко мне на колени.

- Ух ты!

Тита был так взволнован, что даже захлопал в ладоши.

- Молодец, сэр Тита. Разве я был не прав? Её Светлость - очень добрая!

Что, черт возьми, я сейчас делаю?

Я

подумала, что это глупо играть в такие детские игры, но, глядя на его

радостное лицо, я не могла сказать ему, чтобы он остановился.

Тита пребывал в таком взволнованном состоянии, что продолжал все

время подталкивать ко мне Снежка. Когда щенок оказывался у меня на

руках, он пристально наблюдал, как я гладила или обнимала его.

Поначалу

я подумала, что это потому, что он полностью погрузился в роль Эдмунда,

но присмотревшись, мне показалось, что он представлял себя на месте

этого щенка.

Каждый раз, когда я ласково проводила рукой по мягкой шерстке Снежка, в его глазах светилась нескрываемая зависть.

Спустя

примерно минуту, я поняла, что больше не могу игнорировать этот взгляд,

поскольку он заставлял меня чувствовать себя довольно неуютно.

- Эдмунд.

- Да, Ваша Светлость?

-

В последнее время ты очень хорошо заботился о нашем маленьком госте и

усердно помогал ему в учебе. Поэтому я решила тебя вознаградить за

верную службу. Так что, скажи, чего ты хочешь?

- Правда?!

Тита мгновенно забыл, что должен подражать тону Эдмунда и радостно воскликнул своим настоящим голосом.

- Или, может быть, ты собираешься отказаться от награды?

- Ни за что! - Воскликнул Тита таким громким голосом, которого я никогда раньше не слышала у него.

Должно

быть, это потому, что он поспешил, испугавшись, что я передумаю

награждать его. Глубоко вздохнув, словно, пытаясь успокоиться, Тита

вновь заговорил спокойным голосом, которым он говорил некоторое время

назад.

- Я бы хотел, чтобы вы обняли меня…. пожалуйста….

Затаив дыхание, он с надеждой посмотрел на меня.

Но….

- Где же это видано, чтобы хозяин обнимал своего дворецкого?

Услышав мой отказ, Тита не смог скрыть разочарованного выражения на своем лице.

- Хотя, раз ты не настоящий дворецкий, я сделаю исключение на этот раз и обниму тебя.

Как

только Тита получил мое разрешение, он на миг замер и как-то странно

посмотрел на меня, но спустя пару мгновений осторожно придвинулся ко мне

и обнял своими маленькими ручками. Почувствовав его маленькое тело, я

на какое-то время оцепенела, потому что у обычных людей температура тела

была выше, чем у меня.

Тело ведьмы отличалось от человеческого

тем, что было холодным, однако Тита, казалось, это совершенно не

заботило. Чувствуя, как его маленькое тело отчаянно цепляется за меня,

мне не составило труда понять, как сильно он скучал по чужим объятиям.

Когда

я пришла в себя, то поняла, что все это время бессознательно гладила

Титу по спине. Его мягкие светлые волосы щекотали мне шею.

- С вами, Ваша Светлость, играть гораздо веселее, чем с одними игрушками!

- Ну тогда, давай продолжим.

Я

почувствовала себя лучше, когда увидела, что его щеки порозовели, а

глаза радостно заблестели. Ролевая игра продолжалась с Титой и Снежком,

уютно устроившихся на моих руках.

Я вздохнула про себя, глядя на двух малышей.

Как все могло так далеко зайти?

Тита теперь сидел у меня на коленях справа, а Снежок слева.

- Дорогой Тита, тебе ведь очень нравится, когда Её Светлость обнимает тебя, правда?

Снежок демонстративно зевнул, как будто показывал, что хочет спать.

- Ну же, отвечай скорее!

Тита взял Снежка за переднюю лапку и потянул. Раздражение, вызванное его поведением, Снежок выразил тихим рычанием.

- Ваша Светлость, Тита сказал, что ему очень нравится!

С

какой стороны ни посмотри на эту реакцию, но она совсем не походила на

положительный ответ, тем не менее, чтобы не обидеть его, я просто

кивнула головой.

Вот видишь, Эдмунд, я тоже могу прекрасно позаботиться об этом маленьком чертенке!

Мне

стало легче, когда я подумала, какое удивленное выражение лица было бы у

Эдмунда, увидь он нас сейчас. Я торжествующе улыбнулась, глядя на

светловолосую головку Титы, суетящегося у меня на коленях.

Тем

временем Тита старательно двигал за меня куклы, так как я не могла

свободно двигать руками, потому что обнимала его и Снежка.

Фактически,

мое и щенка участие было не так уж и важно, потому что наши роли были

не большими, так что Тита прекрасно справлялся и без нас. Честно говоря,

мне нравилось наблюдать за тем, как он возбужденно играл, но через

некоторое время я начала уставать от однообразной картины.

К этому времени, прошло уже несколько часов…

Неужели этому ребенку не наскучило играть в одно и тоже?

Я даже стала гадать, откуда это маленькое тело черпает свою энергию и концентрацию.

Тем не менее одно было очевидно, если я сейчас скажу: - «давай остановимся», - он точно расстроится.

И пока я беспокоилась о том, как же прекратить эту игру, Тита внезапно пристально посмотрел на меня.

Черт, похоже, я попала в беду!

Но спустя пару мгновений, у меня наконец появилась неплохая идея.

- А, как насчет того, чтобы сыграть во что-нибудь другое?

- Я не против, что за игра?

- Игра называется «надувательство».

- Хм, я никогда не слышал о такой игре.

-

Это традиционная игра Белоса. Правила очень просты. Вы должны лежать

бок о бок в постели и не двигаться. Тот, кто первый двинется, проиграет.

Конечно, такой традиционной игры не существовало.

Но когда я сказала, что это официальная игра Белоса, это не было полной ложью, поскольку с этого момента так оно и будет.

Как

только я закончила говорить, Тита встал с моих коленей и забрал Снежка.

Затем я тоже поднялась, подошла к его кровати и легла. Вскоре он лег

рядом со мной. Приняв наиболее удобную позу, я тупо уставилась в

потолок. На самом деле, никогда бы не подумала, что играть с ребенком –

это так утомительно.

Поэтому, давайте сделаем перерыв.

Еще до того, как я переместилась в тело Клейтеллы, мне нравилось лежать вот так на кровати и не шевелиться.

Возможно, именно благодаря этой лени я и смогла вынести все эти двести лет одиночества в этом холодном, богом забытом месте.

- Ваша Светлость…

- Да?

- Можно мне поговорить с вами?

- Нет. Когда играешь в эту игру, нужно лежать тихо. Так что, молчи.

- Хорошо.

- И даже не отвечай мне.

- …….

Вот так, и прошел примерно час.

Независимо

от того, как я старалась лежать не шевелясь, мне было трудно это делать

в течении долго времени, поэтому в конце концов моему терпению настал

конец.

Я стала прислушиваться, стараясь понять, что делает Тита,

лежащий рядом со мной, но в итоге так и не уловила ни малейшего звука.

Поэтому я, недолго думая, повернула голову в его сторону, думая, что он,

возможно, уже заснул. Однако, моему изумлению не было предела, когда я

поняла, что Тита все это время смотрел на меня. Затем он широко

улыбнулся и сказал:

- Хах… Ваша Светлость, вы проиграли.

Твою ж мать….

- …..Ладно, пойдем поедим. – Нарочно сказала я, чтобы сменить тему.

Вполне,

естественно, что я не желала признавать, что предел моего терпения был

намного меньше, чем у семилетнего мальчика. Войдя в кухню, я смогла

найти из еды только то, что он ел в прошлый раз. Я разогрела суп,

нарезала хлеба с сыром и достала сушеные овощи, после чего разложила все

по тарелкам.

До этого момента мне никогда не приходило в голову,

чем он питается, но, глядя сейчас на это меню, я поняла, что оно было

слишком скудным для растущего организма ребенка.

«Даже монахи лучше питаются, чем он...»

Я взяла себе на заметку, поговорить с Эдмундом, чтобы он с этого момента разнообразил его рацион мясом и рыбой.

После

ужина я повела Титу в его комнату. Когда я остановилась возле двери в

его комнату, он застенчиво улыбнулся, встретившись со мной взглядом.

Я

видела, что он все еще держался немного настороженно со мной, но все же

это отношение определенно было лучше, чем за обедом. Можно сказать, что

мы даже стали немного ближе друг к другу.

Что ж, неплохо.

- Ну все, спокойной ночи.

Когда

я уже собиралась повернуться и уйти, после того как пожелала Титу

спокойной ночи, сильный ветер, завывая пронесся по всему дворцу. До

обеда все было тихо, но вечером он всегда постепенно усиливался, и

теперь он был настолько сильным, что походил на снежный ураган.

Пронизывающий

ветер дул повсюду в Белосе, но сегодня он почему-то был особенно

суровым. И каждый раз, когда этот ветер, натыкался на преграду в виде

дворца, раздавался громкий звук, подобный грому. Тита, испугавшись

громких звуков, подошел поближе ко мне и встал рядом.

- ….Этот звук такой страшный.

- Мой дворец не разрушится от какого-то слабого ветерка. Так что, ничего не бойся.

- А что, если появится жуткий призрак…?

Я презрительно фыркнула.

- Не волнуйся попусту, потому что я сильнее и старше любого призрака.

И все же Тита продолжал стоять возле меня, не желая входить в комнату добровольно.

Это

же всего лишь ветер, так чего же он так боялся? Я не понимала, что

такого страшного в сильном ветре, к тому же рядом с ним все еще

оставался Снежок.

В конце концов я глубоко вздохнула и вошла в комнату вместе с Титой.

Видимо, уложить его спать будет еще более непростой задачей, чем игра в ролевые игры….

Когда

он лег в кровать, я тщательно накрыла его одеялом, чтобы он не

простудился. Так же я зажгла лампу, чтобы ему не было так страшно.

Тем

не менее, Тита никак не мог спокойно заснуть. Каждый раз, когда ветер

сотрясал дворец, он вздрагивал и открывал глаза, даже если ему удавалось

уснуть.

Не в силах смотреть на его мучения, я осторожно положила

руку ему на грудь и наложила на него сонное заклинание, чтобы он смог

спокойно уснуть. Благодаря заклинанию, дыхание Титы постепенно

изменилось и стало равномерным.

«Хех, Эдмунду ни за что не удалось бы так быстро уложить его спать.»

Я

с гордостью взглянула на лицо уснувшего Титы, подумав о своем старом

дворецком. Его лицо сейчас выглядело умиротворенным, и совсем не

походило на то, недавнее испуганное выражение, словно, еще чуть-чуть и

он расплачется.

Какой бы сон ему не снился, это явно было что-то

очень хорошее. Затем я увидела, как он глубоко вздохнул, после чего его

пухлые щеки и губы зашевелились. Я слегка нажала на его щеку пальцем.

Она была нежной и мягкой, как хорошо пропеченная булочка.

Это

показалось мне настолько забавным, что я не удержалась и еще несколько

раз нажала на неё пальцем, однако Титу мои действия, похоже, не

понравились, поскольку он недовольно наморщил свой носик и пошевелился.

Я со смешком поднялась с его кровати, сказав:

- Спокойной ночи.

*****

На следующее утро, как только Эдмунд вернулся из деревни Катар, он сразу же спросил, как дела у Титы.

- Вы хорошо провели время вчера? Вы ведь не заставили его плакать, правда?

-

О, Боже мой! Ты всегда был подозрительным и надоедливым, но с тех пор,

как ты постарел, ты стал просто невыносим. У Титы все очень хорошо. Он

не плакал и хорошо ел.

Несмотря на то, что я сказала правду,

Эдмунд все равно направился в комнату Титы, сказав, что он должен

убедиться в этом собственными глазами.

Сразу же после того, как Тита проснулся, он увидел Эдмунда с обеспокоенным лицом.

- Сэр Эдмунд, вы вернулись? Я так рад видеть вас!

- Тита, как твое самочувствие?

Эдмунд с тревогой оглядывал Титу.

-

Интересно, что же могло произойти ужасного всего за один день? - С

иронией заметила я, прислонившись к дверному косяку комнаты Титы.

Эдмунд даже не притворился, что услышал меня. И наконец, убедившись, что мальчик не ранен, он спросил:

- Как ты провел вчерашний день? Не случилось ли чего-то страшного или грустного?

- Нет, вчера было очень весело! Я играл с Её Светлостью, а еще она научила меня новой игре.

- Играл с Её Светлостью…?

- Да.

Эдмунд недоверчиво покосился в мою сторону.

- Сэр Эдмунд, вы когда-нибудь играли в игру под названием «надувательство»?

- Надувательство?

- Это традиционная игра Белоса, когда вы лежите и не шевелитесь.

-

Ох, действительно, я знаю эту игру. Это такая расслабляющая игра для

детей. Скажи, а ты хорошо спал? Вчера было довольно ветрено.

- Да, Её Светлость усыпила меня.

Эдмунд

не сразу поверил словам Титы, но в итоге с облегчением вздохнул, поняв,

что особых проблем вчера не возникло. И уже, выходя из комнаты Титы, он

сказал:

- Вы позаботились о ребенке лучше, чем я думал. Но было

бы еще лучше, если бы не эта дурацкая игра. Видимо, с этого момента я

смогу спокойно оставлять Титу с моей госпожой.

- О чем ты говоришь? Знаешь ли ты, как я вчера была раздражена и утомлена? Ни о каком втором разе не может быть и речи.

- В любом случае, я рад, что вы двое смогли сблизиться.

Изначально,

я собиралась похвалиться тем, как хорошо я позаботилась о мальчике,

когда Эдмунд только вернулся, но когда для этого пришло время, я не

смогла вымолвить ни слова, почувствовав невероятное смущение. Поэтому я

просто сменила тему.

- Как поживает дочь вождя племени Катар?

-

Она чувствует себя уже лучше. Возьмите несколько дней отпуска и

хорошенько отдохните. Кстати, вождь племени Катар сказал, что хотел бы

преподнести вам дар в знак благодарности и уважения.

- Какой дар в

знак уважения и благодарности может преподнести тот, у кого практически

ничего нет? Скажи ему, что мне не нужны подарки от нищих.

Я пошла быстрее, оставив Эдмунда позади. Теперь, когда он здесь, мне больше не нужно беспокоиться о ребенке.

С того дня Эдмунд снова стал заботиться о мальчике в одиночку.

Мы больше не играли и не ели вместе.

Тем не менее, наши отношения немного изменились.

Тита

теперь уже не был таким робким со мной. Когда мы случайно сталкивались,

он всегда приветствовал меня с улыбкой, а иногда, если он, казалось,

был в приподнятом настроении, он даже подходил ко мне и старался

поддержать светскую беседу.

Слушая, как Тита застенчиво пытался

говорить со мной, я поначалу чувствовала легкую неловкость, но со

временем это чувство стало меркнуть.

Таким образом, я начала привыкать к присутствию этого маленького незваного гостя в моем доме.

Тита спрыгнул вниз с прозрачной ледяной лестницы.

- Иди сюда, Снежок!

Снежок

не стал прыгать и пробежал все то расстояние, которое Тита преодолел

всего одним прыжком. С каждым днем щенок становился все больше,

благодаря крови монстра, что текла в его жилах.

Прошло всего два месяца с тех пор, как он прибыл в замок, но он уже был размером с большую собаку.

- Эй! Почему растешь только ты? Неужели ты ешь что-то особенное, пока я сплю?

Тита,

который даже не подозревал, что Снежок являлся не чистокровной собакой,

с угрюмым выражением на лице косился на длинные лапы и густой мех пса.

Похоже он завидовал своему другу, поскольку не мог так же быстро расти, как он.

Тем временем Снежок, словно, желая утешить своего хозяина, начал облизывать ему шею и лицо.

- Аха-ха-ха! Щекотно!

Тита весело засмеялся и обнял Снежка, зарывшись лицом в его мягкий пушистый мех.

- Сэр Эдмунд сказал, что мне нельзя сегодня выходить вечером на улицу. Так что мы можем погулять только сейчас.

Эдмунд велел ему вернуться в свою комнату до захода солнца, потому что в этот день на небо взойдет особенная луна.

Тита слегка потянул за поводок Снежка.

Теперь

он больше не мог контролировать Снежка своей небольшой силой, как

раньше, тем не менее пес послушно двинулся в направлении, указанном ему

молодым хозяином, без малейшего сопротивления.

Как и следует из его названия, ледяной замок, сотворенный изо льда, и все что его окружало, было полностью белым и прозрачным.

Но,

в этом ахроматическом, лишенном ярких красок мире, Тита и Снежок

чувствовали себя самыми счастливыми на свете и веселились, как только

могли. Им никогда не было скучно, несмотря на то, что ежедневно они

гуляли по одному и тому же маршруту.

И сегодня, как обычно, они прямиком направились к голубому саду.

Голубой сад был единственным местом в ледяном дворце, где можно было посмотреть на цветы.

Как

только они вошли в сад, тысячи голубых роз затрепетали на легком ветру,

словно, в приветственном жесте. Голубые розы были такими же красивыми,

как и настоящие цветы, но их лепестки были сделаны из голубого хрусталя,

а стебли и листья изо льда. Этот сад без пчел и бабочек, Тита считал

самым красивым местом в мире.

Проходя через сад, Тита внезапно остановился и присел на корточки перед цветами.

Когда

он смотрел на сияющие голубые лепестки роз, они всегда напоминали ему

глаза одного человека. И вскоре, очарованный красотой цветов, Тита

бессознательно протянул руку к одной из роз. Роза оказалась холодной на

ощупь, но этот холод был в принципе терпим.

Когда он сжал руку

чуть сильнее, то неожиданно наткнулся на ледяной шип. Отдернув руку, он

все же случайно, уронил несколько капель своей красной крови на голубые

лепестки. Тем не менее, холодная роза, поранившая его, продолжала сиять

спокойным голубым светом, как ни в чем не бывало.

- Больно….

Даже когда он сунул палец в рот, боль никуда не ушла.

- Ладно, пойдем дальше. - С грустью произнес Тита.

Снежок встревоженно посмотрел на своего внезапно расстроившегося хозяина.

-

Все в порядке! Ничего страшного со мной не случилось. - Нарочито бодрым

голосом сказал Тита, чтобы успокоить четвероногого друга.

Когда, пройдя через сад, перед ними появился широкий двор, Тита достал, принесенный им метательный диск.

Метание диска было любимой игрой Снежка.

- Лови!

Снежок ринулся за летящей добычей и, подпрыгнув, поймал её в полете.

Через некоторое время, Титу надоело кидать диск, и они стали играть в прятки.

Так

они играли еще долго, пока Тита не почувствовал, что взмок от пота и не

лег на снег, тяжело дыша. Снежок подбежал к нему и тоже лег рядом с

ним.

Тогда Тита достал из кармана вяленое мясо и отдал его Снежку,

а сам стал есть свой заранее приготовленный перекус. Это было домашнее

печенье, которое Эдмунд специально пек для него, и в последнее время оно

было его любимой едой.

Когда Тита расправился с печеньем, и

грустно посмотрел вниз на оставшиеся от него крошки, то запоздало понял,

что небо уже немного потемнело. В пасмурные дни, как и сегодня, он

часто не замечал течения времени.

Тита торопливо поднялся со своего места, намереваясь вернуться во дворец.

- Пойдем, нам пора возвращаться.

Снежок,

который все еще был полон сил, обиженно посмотрел на Титу, но тот лишь

решительно покачал головой. После этого они стали возвращаться тем же

путем, каким пришли.

Вновь проходя мимо сада с розами, Тита неосознанно повернул голову и посмотрел на цветы.

А? Почему здесь так темно?

В темном саду розы устрашающе поблескивали голубым светом.

Когда

он потер глаза и снова посмотрел на них, в саду все еще было темно. Это

было странно. Сейчас определенно должен был быть только ранний вечер,

поэтому в саду не могло быть так темно. Дорога от двора до сада занимала

менее десяти минут. Тем не менее, за этот короткий промежуток времени

каким-то образом наступила глубокая ночь. Даже если это были земли

Белоса, где солнце садилось довольно быстро, это не имело никакого

смысла, он все равно должен был успеть вернуться вовремя.

И вот пока Тита был сбит с толку, не понимая, что происходит, тишину разорвал громкий лай Снежка.

- Что случилось?

Однако,

Снежок даже не оглянулся на Титу, когда тот заговорил с ним. Как будто

столкнувшись с невидимым врагом, он напрягся всем телом, как перед

атакой, и яростно зарычал, обнажив клыки, словно, впал в неистовство.

Тита, взволнованный внезапным поведением Снежка, попытался его

успокоить.

- Снежок, не надо так делать! Нам нужно быстрее возвращаться!

Но,

как бы Тита ни дергал его за поводок, пес не шелохнулся ни на

сантиметр. Зато его маленький хозяин был совершенно измотан этой

безуспешной битвой.

И в это время на небе появилась Луна.

Луна,

которая была достаточно велика, чтобы покрыть ночное небо, казалась

настолько причудливой, что смогла привлечь внимание наших двух юных

героев даже при таких обстоятельствах.

В бледно-голубом лунном

свете, маленькие снежинки, падавшие с ночного неба, кружились в

завораживающем танце. В это же время розы затряслись, из-за пронесшегося

ветра, и наткнувшись друг на друга, издали чистый мелодичный звук.

Тита,

полностью поглощенный созерцанием этого нереалистичного зрелища,

выпустил поводок из рук, даже не понимая этого. Ему, казалось, что

что-то пошло не так, но он не мог точно вспомнить, что именно.

Единственное,

что он теперь ощущал, это только лунный свет, мерцающие снежинки в небе

и чистый звук, издаваемый розами. Он стоял, как вкопанный на одном

месте, и смотрел на ближайшую к нему розу. Это была та же самая роза,

шип которой уколол ему палец ранее. Кровь, упавшая на лепестки и листья,

была ядовито-красного цвета. Затем он увидел, как роза под лунным

светом медленно распустилась и постепенно стала увеличиваться в

размерах.

Прозрачный стебель начал слегка изгибаться, шипы

удлиняться, а голубые лепестки сливаясь со стеблем, выглядели так,

словно, таяли. И вскоре, роза, менявшая свой изначальный облик, наконец

приобрела форму человеческой фигуры.

- Тита….

Бледные, как лунный свет, волосы, сливались со снежинками, слегка развевались на ветру.

- Ваша Светлость?

Тита

широко раскрыл глаза от удивления. Перед ним стояла Клете, хотя она и

была достаточно прозрачной, чтобы можно было разглядеть, то, что, было у

неё за спиной.

- Подойди ко мне, Тита.

Когда Клете махнула прозрачной рукой в

повелительном жесте, Тита невольно приблизился к ней. Не меняя выражения

лица, на её красных губах появилась легкая улыбка. Стоя под лунным

светом, она была так же прекрасна, как и всегда.

Нет, разве можно описать ее внешность только одним этим словом?

Прежде чем встретиться с ней, Тита видел в императорском дворце несколько картин и скульптур, изображающих Клете.

Независимо

от того, сколько времени проходило, художники и скульпторы всегда

придавали ей образ красивой и бесстрашной воительницы с яркими голубыми

глазами и живым выражением лица. Но в тот момент, когда он действительно

увидел Клете, Тита понял, что все они ошибались.

Ее красота

превосходила мирскую красоту, и в то же время в ней чувствовалось

подавляющее чувство силы и собственного достоинства, но вместе с этим в

ней присутствовала и некая отстраненность.

Ни самая красивая женщина в столице, ни самый храбрый генерал не могли сравниться с Клете.

То впечатление, что она производила, было подобно столкновению с бесконечным ледяным морем.

Однако Клете, стоявшая сейчас перед Титой и улыбавшаяся ему, выглядела немного иначе, чем обычно.

Тита

нерешительно посмотрел Клете в глаза. Ему было все еще страшно смотреть

в голубые глаза, в которых отражалась мудрость бесчисленно прожитых

лет, но иногда он все же замечал, как эти глаза светились нежностью.

Поэтому Тита всегда старался держаться поближе к Клете, бродя недалеко

от неё, чтобы увидеть это снова.

И вот теперь Клете смотрела на

Титу тем нежным взглядом, который он так желал увидеть. Она протянула

руку, как будто предлагала взяться с ним за руки. Поэтому Тита взял её

за руку. Но, в тот момент, когда он взял её за руку, лютый холод

пробежал по всему его телу. Удивленный Тита инстинктивно попытался

высвободить свою руку, но Клете крепче сжала её и не отпускала.

- Все в порядке. Не нужно бояться, холод скоро исчезнет.

Как она и сказала, холод вскоре прошел. Тита растерянно уставился на руку Клете.

Ее рука, которая раньше была холодной, как ледяные шипы, теперь казалась мягкой, как перо, и теплой.

- Почему вы здесь? Вы решили прогуляться так же, как я? - Спросил Тита, вспоминая встречу с Клете, когда он играл со Снежком.

- Потому что ты позвал меня.

- Я? Но, как я это сделал?

- Да, твоя кровь привела меня к тебе.

Тита, не понимая, о чем говорит Клете, задумчиво посмотрел на неё. Но вскоре это уже не имело для него значения.

- Тебе, должно быть, было очень одиноко все это время. Мне так жаль….

Когда

он услышал эти слова, произнесенные странным голосом, у него на глаза

навернулись слезы. Клете ласково провела другой рукой по его волосам,

словно, желая утешить.

- Да, мне было очень одиноко…

- Теперь я всегда буду рядом с тобой. Ты больше не будешь одинок.

- ….П-правда?

- Конечно. Я не лгу.

- Я так счастлив!

Тита с широкой улыбкой бросился в объятия Клете. Ее руки были очень теплыми.

- Но тут есть одна загвоздка.

- А? Какая именно? – Настойчиво спросил Тита, испугавшись, что она передумает.

- Взамен ты должен стать моим.

- И как я могу это сделать?

Тита непонимающе посмотрел на неё. Клете улыбнулась еще шире.

- Назови мне свое имя, и ты станешь моим.

Моим. Это слово прозвучало очень мило. Поэтому Тита без колебаний произнес свое имя.

- Меня зовут Тита. Я даже могу показать как его написать.

-

Это имя - подделка. Скажи мне свое настоящее имя, то имя, что

выгравировано на твоей душе. Ты должен произнести свое настоящее имя,

чтобы стать навсегда моим.

- Мое настоящее имя? Я не знаю, настоящее ли это имя, но еще есть Ар…..

Он

хотел было ответить, что у него есть еще имя Арпен, но вдруг его голос

оборвался. Поскольку в это же время в его мыслях всплыл вопрос.

Зачем Её Светлости спрашивать мое имя?

Она уже знала его настоящее имя. Ведь поначалу она называла его Арпеном.

Он

до сих пор отчетливо помнил озадаченное выражение её лица, когда он

назвал ей имя - Тита. И тут Тита внезапно почувствовал, что ее теплые

уютные объятия стали холодными, как лед.

Нет, все это обман.

То, что он считал теплым и мягким, было просто иллюзией. Когда Тита осознал, что все это ложь, он грубо оттолкнул Клете.

- Кто ты такая? Не смей подражать Её Светлости!

Прозрачное

лицо фальшивой Клете ужасно ожесточилось. В то же время все чувства

Титы вернулись к нему. Он услышал лай Снежка. Его голос уже был хриплым

из-за того, что он долго пытался привлечь внимание своего хозяина. Когда

Тита обернулся к нему, Снежок прыгнул между ними. Словно защищая Титу,

он встал, повернувшись к нему спиной, и оскалился на Клете.

- Как тебе удалось разрушить эту иллюзию?!

Клете

заскрипела зубами от злости. Глядя на ее лицо, Тита полностью убедился в

том, что она ненастоящая. Клете никогда не сердилась так сильно.

- Ты – фальшивка. Я никогда не буду твоим!

-

Ну и дурак. Если бы ты назвал мне свое имя, ты бы смог жить в

счастливой иллюзии вечно. Что ж, тогда мне придется забрать тебя силой.

Фальшивая

Клете снова протянула руку к Титу. Но каким-то образом форма её руки

стала меняться, размываясь. Фальшивая Клете смотрела на это сверху вниз

не верящими глазами. Затем все её тело стало меняться так же, как и

рука.

- Почему…? Почему?!

Она с отчаянием посмотрела на Титу.

- Ты не сможешь забрать меня с собой.

-

Ах, ты, жалкий мальчишка! Ты действительно веришь, что эта высокомерная

ведьма полюбит тебя?! Этому никогда не бывать! В конце концов она тебя

бросит, так же, как и все остальные.

Тита хотел было опровергнуть

это замечание, но не смог придумать ни чего, чтобы возразить, поэтому

промолчал. Фальшивая Клете понимающе усмехнулась, своими причудливо

искривленными губами.

- Когда-нибудь ты все же станешь моим…

После

этого Снежок набросился на фальшивую Клете, и когда его зубы сомкнулись

на её шее, она разлетелась на тысячи кусочков, и те обрушились на Титу.

- Ах!

Тита,

смотревший на неё в это время, вдруг вскрикнул от боли. Его глаза и

сердце горели, словно, были в огне. И лунный свет, и фальшивая Клете

исчезли, и все погрузилось во тьму. Тита в страхе обнял Снежка. Но и это

продолжалось недолго. Вскоре измученное тело Титы медленно опустилось

на снег. Он даже не мог нормально дышать из-за боли.

Неужели я умру вот так?

Почувствовав

холодное прикосновение ночи, Тита вдруг вспомнил, как впервые встретил

Клете. Она смотрела только на него, в то время как люди, которые привели

его к ней ругались с Эдмундом. Тогда Тита обреченно склонил голову,

думая, что она тоже скоро изольет поток недовольства на него. Но то, что

сказала Клете в тот день, стало совершенно неожиданным для него.

Снежная

ведьма, выглядевшая самой страшной из всех людей, что он когда-либо

встречал за свою короткую жизнь, охотно приняла его, позволив жить в

своем ледяном дворце. Кроме того, она беспокоилась о том, будет ли ему

холодно и распорядилась выделить для него теплую комнату, чтобы он не

простудился. Даже его родная мать никогда не задумывалась, будет ему

холодно или нет. Поэтому тогда он испытал какое-то странное щемящее

чувство в своем сердце. Титу, казалось, что он никогда не забудет этот

момент. Ребенок, которого никогда не любили, не мог забыть ни одного

слова, сказанного от чистого сердца.

«Я хочу, чтобы меня любили. Я хочу быть драгоценным ребенком…»

Желания,

которые он так долго подавлял в себе, что даже не подозревал о их

существовании, вновь проявились в нем с невероятной силой в тот момент,

когда он повстречал Клете.

- Ваша Светлость…

Испытывая мучительную жестокую агонию, Тита позвал только одного человека, которого хотел увидеть в последний раз.

Рядом с ним лежал Снежок, и в тишине ночи, был слышен только его жалобный вой.

Затем веки Титы медленно закрылись.

Ледяной дворец был очень старым зданием, которому было больше тысячи

лет. Некоторые говорили, что король духов построил его для своей любимой

любовницы, в то время как другие, что это была гробница, сотворенная

одной ведьмой еще при её жизни. Я не знала, какое из этих двух

утверждений было правдивым. Однако, несомненным было лишь то, что этот

ледяной дворец являлся таким же старым, как эти легенды, поскольку

обладал бесчисленными древними и таинственными сокровищами. И среди них

книги, безусловно, были самыми ценными сокровищами.

Бесчисленные

книги непостижимой ценности зарастали пылью и паутиной в библиотеке

ледяного дворца. Если бы ученые-исследователи из башни слоновой кости

узнали, что истории павших королевств в забытый период времени пылились в

библиотеке ледяного дворца, они бы все по умирали от сердечного

приступа.

Я медленно шла между этими книгами и, когда нашла то,

что искала, остановилась. Это была коллекция книг о монстрах. Я взяла

одну из книг о существах, которых люди могли приручить. Книга была

написана на древнем языке, который уже давно исчез, но мне не составило

особого труда прочесть его. Каждый раз, когда я переворачивала страницы,

появлялось маленькое облачко пыли, отчего мой нос ужасно чесался.

- Апчхи!

Чихнув

несколько раз подряд, пока переворачивала страницы, я остановилась на

рисунке одного из существ. Это был Василиск (Кокатрис), приручаемое

существо.

Большой монстр с характерным птичьим внешним видом несомненно вызвал бы восторг у ребенка возраста Титы.

Хм, нет.

Василиски могут быть опасны, потому что, когда они вырастают, агрессия, присущая монстру, проявляется особенно сильно.

А как насчет Сеши?

Этот змееподобный монстр умен и даже умеет говорить по-человечески, поэтому он сможет играть с ребенком в разные игры.

Нет, Сеши слишком уж хитрые, так что он непременно попытается одолеть своего хозяина.

Что ж, тогда пошли дальше.

В конце концов, дойдя до конца книги, я так и не смогла найти подходящего монстра для ребенка.

- Почему все эти монстры настолько опасны?

Такой

нежный вид полумонстра, как Канис, не слишком сложно приручить, но

человеческое дитя, скорее всего, не смогло бы легко приручить настоящего

монстра. Возможно, благодаря особенным способностям, будучи главным

героем, он мог бы это сделать, но я не хотела идти на такой рискованный

шаг.

- Фуххх.

Из моего рта вырвался тяжкий вздох.

Почему я вообще делаю такие бесполезные вещи уже целый день, ради этого маленького мальчика?

Но, конечно же, я знала, почему я это делаю.

Единственным

другом, с кем Тита мог поговорить и поиграть, был Снежок, поэтому в

последнее время он каждый день бродил где-то неподалеку от меня, видимо,

рассчитывая, что я присоединюсь к нему, так же как и в тот день, когда

не было Эдмунда. По этой причине я собиралась найти ему еще одного

друга, потому что его поведение несколько смущало меня, а еще мне было

чуточку жаль его. Однако найти монстра, который был бы столь же послушен

и умен, как полукровка Карнис, оказалось непростой задачей.

Вздохнув, я повернулась к отделению с растениями.

Тогда как насчет растений?

Даже

если эти растения были не обычными, они все равно были менее опасны,

чем монстр-животное, к тому же, если за ними хорошо ухаживать они

расцветали прекрасными цветами. И хотя уход за ними требовал немалых

усилий, их цветение было гораздо красивее, чем у обычных растений. Кроме

того, эти растения можно было использовать в качестве материала для

магических исследований. Во многих отношениях растения были более

полезными и менее опасными, поэтому мой разум склонялся к ним, а не к

животным. Более того, если научить его ухаживать за растениями, он

сможет стать прекрасным помощником.

В этом мире, не были прописаны

законы об эксплуатации детского труда, поэтому никто не сможет ни в чем

обвинить меня. Но, естественно, в первую очередь, я это делаю потому,

что Титу здесь очень скучно, а небольшой труд, как правило, только

пойдет ему на пользу.

Будь готов, малыш! Я не буду баловать тебя, и стану настоящим начальником-демоном для тебя.

- Хе~ хе~ хе~

Я зловеще смеялась, находясь в одиночестве, когда Эдмунд неожиданно ворвался в библиотеку, с грохотом раскрыв дверь.

- Ваша Светлость!

Какого черта, ты так врываешься?!

- Что такое? Почему ты вошел без стука? – Нервно воскликнула я, смущенная тем, что меня застали за таким странным занятием.

- Я не могу найти Титу!

- Не стоит так суетиться из-за чего-то вроде этого. Я уверена, что он где-то играет. Поищи его получше.

- Его уже несколько часов нигде не видно. Кроме того, разве не сегодня пятнадцатый день, когда восходит полная луна Девет?

Внутри

меня шевельнулось зловещее предчувствие, а вместе с ним холодок

пробежал у меня по спине. Я отложила книгу, которую читала и поднялась с

кресла.

- Сейчас еще не время для восхода полной луны.

В

тот момент, когда я уже собиралась пойти на его поиски, взошла полная

луна и лунный свет, пробившись через занавески, осветил темную

библиотеку.

Лицо Эдмунда при этом зрелище побелело. Мое лицо стало

точно таким же, как у него. Сегодня, последнее полнолуние в году, и

день, когда восходит могущественная луна, Девет.

Девет, была

хранительницей духов, и в этот день духи, выходившие под лунный свет,

получали немыслимую силу, после чего проказничали, используя её в свое

удовольствие. На других землях империи в этот день, случались лишь

небольшие несчастные случаи, но в Белосе, где скапливалось огромное

количество магических сил, влияние Деветы было особенно сильным и

последствия могли быть непредсказуемыми. Если Тита, умрет или внезапно

исчезнет, то велика вероятность, что это связано с Девет.

- Я забыла сказать ему, чтобы он никуда сегодня не ходил…

Так как я была ведьмой, на меня не действовали проказы духов, поэтому я забыла предупредить об этом ребенка.

- Я предупредил его, но это моя вина, что я не уследил за ним.

- Мы поговорим об этом позже. Где сейчас Снежок?

- Его я тоже нигде не видел. Скорее всего, он с Титой.

Это

очень удачно. Если Снежок сейчас с ним, то весьма вероятно, что худшего

исхода не произойдет. Без дальнейших расспросов я стала

телепортироваться в те места во дворце, где мог быть Тита.

- Тита! Тита!

Но,

как бы я ни звала его, вместо ответа мальчика, все что я слышала, это

эхо моего голоса. Время шло, и чувство тревоги росло вместе с ним. Духи

были настолько непостоянны и капризны, что даже мне было трудно

предсказать, что произойдет.

Я нервно кусала губы, боясь, что случилось что-то плохое.

И лишь спустя довольно большой промежуток времени, мне удалось найти

Титу лежащим без движения в углу сада роз. У меня перехватило дыхание,

когда я увидела, что все оказалось серьезнее, чем я ожидала.

Тита

был без сознания, а рядом с ним лежал Снежок, согревая его своим телом.

Никаких других существ, включая духов, видно не было. При моем

появлении, Снежок из последних сил поднялся на ноги и взглянул на меня.

В

этом взгляде сквозила скорее отчаянная мольба, а не угроза. Я прекрасно

видела, как он устал, защищая своего хозяина все это время, поэтому с

помощью заклинания усыпила его, чтобы он отдохнул, и поспешила к Титу,

проверить его состояние. К счастью, он дышал, хоть и едва, а вот

температура его тела упала настолько, что его жизни грозила опасность.

Осторожно

подхватив Титу на руки, я обнаружила, что вокруг него валяются ледяные

осколки, и мое лицо ожесточилось. Хотя изначальную форму определить было

невозможно, по цвету осколков я догадалась, что это была роза.

Что, черт возьми, тут произошло?

Было

очевидно, что с заколдованной розой, которую невозможно расколоть,

что-то случилось, раз она разлетелась на куски. Но сейчас это не самый

важный вопрос. Без дальнейших промедлений, я телепортировалась во дворец

вместе с Титой и Снежком.

- Тита!

Эдмунд, который с нетерпением ждал нашего возвращения, сразу же подбежал к нам, но увидев, что Тита без сознания, побледнел.

Я

опустила Титу на кровать и положил руку ему на грудь. Вскоре я

почувствовала, как под моей ладонью бьется его маленькое сердечко.

Закрыв глаза, я произнесла заклинание, после чего его бледные щечки

порозовели, а температура тела вернулась в норму. Неустойчивое дыхание

так же стало ровным. Однако он не вернулся в сознание.

- Умм….

Продолжая находиться в бессознательном состоянии, Тита тихонько застонал.

Я взяла одеяло и накрыла его до самой шеи.

- Где вы его нашли?

- Он лежал без сознания в саду роз.

- Там что-то случилось?

- Я не знаю. Но думаю, это связано с Девет.

- ……Это моя вина. Если бы я был внимательнее, этого бы не случилось. – Мрачным голосом сказал Эдмунд.

- Нет, старый друг. Это я виновата. – Тихо ответила я, вытирая капельки пота со лба Титы.

Тепло

его тела заставило меня почувствовать облегчение и, в тоже время,

раскаяние. Я была слишком наивна, думая, что в этих суровых условиях он

сможет вырасти крепким и не озлобленным, если я буду уделять ему немного

внимания. Однако на этой земле было слишком много опасностей для такого

маленького мальчика. Поэтому этот несчастный случай, был полностью на

моей совести, так как вызван моей, до смешного минимальной, заботой и

самодовольством.

- Я позабочусь о нем.

Я отрицательно покачала головой, услышав слова Эдмунда.

- Нет, сейчас я должна быть с ним.

- Но….

-

Если духи решат что-то сделать с ним, ты не сможешь избавиться от них. Я

позову тебя, если мне понадобится что-нибудь. Так что иди отдохни.

Разве у тебя не много дел завтра?

Отправив Эдмунда спать, я осталась с Титой на всю ночь.

Тем не менее, ни на следующий день, ни через день, мальчик так и не пришел в себя.

Более того, его состояние оставалось прежним, даже когда я использовала на нем магию восстановления и зелье лечения.

«Зелье

лечения», которое я собственноручно приготовила, было превосходным

лекарством, способным спасти даже тех, кто был при смерти. Без

преувеличения.

Но, впервые за все время, оно не оказало никакого

эффекта на пациента, из-за чего я была смущена, потому что не знала

причины, по которой он не возвращался в сознание. Снежок, который тогда

тоже был с ним, уже давно очнулся и периодически тихо поскуливал, лежа

рядом со своим юным хозяином.

В один из дней, когда я пришла

проверить состояние Титы, я присела на краешек его кровати и рассеянно

посмотрела на его лицо. И вскоре, сама даже не осознавая этого, я

протянула к нему руку и нежно погладила по щеке. Когда я прикоснулась к

нему, то увидела, как его пушистые ресницы, слегка задрожали. Золотистые

немного вьющиеся волосы, прикрывавшие его белый лоб, маленький носик и

пухлые губки - выглядели очень трогательно, пока он еще не вырос. Когда я

коснулась мягких волос возле уха Титы, он вдруг взяла меня за руку.

- Тита! Ты проснулся?!

- Мама…. – Тихо пробормотал он.

- Открой глаза, если ты слышишь меня!

- Мама, нет, не умирай…. Я всегда буду слушаться тебя и не стану плакать, даже если ты ударишь меня…

От этих слов, мое сердце сжалось в груди.

Затем

Тита крепче сжал мою руку, потерся о неё щекой и заплакал. Я даже не

подумала вытереть горячие слезы, скатывавшиеся на внутреннюю сторону

ладони, и просто сидела замерев.

- Кажется, тебе снится твоя мать.

Я

знала, что его мать рано умерла из-за болезни, но я не знала, каковы

были их отношения. За исключением того случая, когда он рассказал, что

его мать дала ему имя, он больше не упоминал о ней, поэтому я считала,

что она не слишком важна для него.

Вероятно, Тита не был любим своей родной матерью. Так я решила, немного поразмыслив в каких условиях он с ней жил.

Его

мать, страдавшая от продолжительной болезни, не могла позволить себе

проявлять хоть каплю привязанности к кому бы то ни было.

Я молча вытирала слезы с лица Титы, пока он плакал, находясь в бессознательном состоянии.

Поскольку

Тита не просыпался в течении большего времени, чем я ожидала, я стала

обыскивать библиотеку, чтобы посмотреть, есть ли какие-нибудь полезные

зацепки. Однако ничего стоящего внимания, я так и не нашла.

Я глубоко вздохнула. Ледяные осколки розы, лежавшие рядом с Титой, так же не стали ключом к разгадке его странного состояния.

В итоге, чтобы я ни пыталась сделать, ничто не помогало ему.

Если

подумать, то в оригинальной истории говорилось только, что Тита вырос в

ледяном дворце, но там не говорилось детально, что именно с ним

произошло.

- Может быть, духи забрали его душу? - Осторожно выдвинул гипотезу в один из дней Эдмунд.

- Я так не думаю. Он говорил во сне. А, тот, кто лишен своей души, не может говорить.

- Тогда почему он не может проснуться?

Я

не могла ответить на этот вопрос, поэтому промолчала. С тех пор как он

заговорил о своей матери, он больше не разговаривал во сне. Глядя на

спавшего ребенка, я гадала, слышал ли он хотя бы наши голоса.

Наконец на пятнадцатый день я решила прибегнуть к последнему в моем арсенале методу.

- Ничего не поделаешь, мы же не можем позволить нашему маленькому гостю пропустить Новый год из-за какого-то дурацкого сна.

Я

закрыла глаза и прижалась лбом ко лбу Титы. Я собиралась наложить

пробуждающее заклинание непосредственно на разум Титы, а не на его тело.

Кроме того, если все пойдет хорошо, я смогу выяснить, что с ним

происходит. Однако техника непосредственного погружения в разум субъекта

была крайне опасна не только для субъекта, но и для заклинателя.

Настоящая Клете, кажется, использовала эту технику несколько раз, но я

впервые это делала.

Я глубоко вздохнула и крепко сжала руку Титы.

Мы непременно будем в Новый год все вместе! Я обещаю тебе!

Серебристая

мана, исходившая из моего тела, вскоре покрыла наши тела. Когда наши

разумы соединились, мысли Титы беспорядочно потекли в мою голову.

Мама, одиноко, больно, Эдмунд и Снежок. Однако наибольшая часть его мыслей приходилась именно на меня.

«Её

Светлость… Она выглядит устрашающе… Я боюсь говорить с ней… Она хочет

поиграть со мной? …Что это за игра, называемая «надувательство»?

Благодаря

обрывкам фраз, которые время от времени всплывали в моем разуме, я

смогла живо осознать, что Тита думал обо мне до сих пор, и мое лицо

запылало.

Слава Богу, Эдмунд был обычным человеком и не мог

прочитать мысли Титы. Я изо всех сил попыталась преодолеть смущение и

сосредоточила всю свою силу на внутреннем «я» Титы.

«Но мне все равно нравится Её Светлость…. Она нравится мне больше, чем кто-либо еще в этом мире…. Даже больше, чем моя мама…»

В тот момент, когда эти мысли пронеслись у меня в голове, я полностью проникла в разум Титы.

[Тита…! Тита…!]

Когда

я позвала его несколько раз, и он не ответил, я углубилась еще больше в

его мысли. Теперь я, впервые с момента погружения, могла читать мысли

Титы, которые раньше текли, как обрывки фраз, нормально.

«Мама

больше не вернется. Но все нормально, потому что теперь у меня есть она.

Я хочу, чтобы она снова обняла меня. А что, если она меня бросит? Могу

ли я стать драгоценным ребенком для неё?»

В то же время ужасное

чувство одиночества и печаль проникли в меня. Честно говоря, я с трудом

могла поверить, что такие сильные эмоции могут принадлежать маленькому

ребенку. Когда эти чувства коснулись моего сердца, мне показалось, что в

нем возникла невыразимо-глубокая рана, которой там быть не могло. И в

какой-то момент у меня появилось непреодолимое искушение оставить все

позади и утешить Титу.

Однако, если я стану усердно работать над эмоциями мальчика, и ни я, ни он никогда полностью не проснемся.

Это

была первая из двух причин, по которым техника прямого воздействия на

разум была опасна. Если эмоции субъекта были очень сильными или

заклинатель испытывал к нему привязанность, то сознание субъекта могло

влиять на сознание заклинателя, из-за чего их души могли переплестись

друг с другом. И тогда они оба никогда не проснутся.

Как хорошо, что я не сентиментальна.

Двести

лет прошло с тех пор, как я завладела телом этой ледяной ведьмы. И на

протяжении этих долгих лет я практически перестала что-либо чувствовать,

поэтому вскоре я смогла прийти в себя.

Я сделала еще один шаг вперед в поисках сознания Титы, не обращая внимания на усиливающиеся эмоции.

[Тита.]

Но даже сейчас Тита снова не откликнулся.

Так, где же, черт побери, он прячется?

Со

временем я начала немного нервничать. Чем дольше я нахожусь здесь, тем

больше шансов, что наши души смешаются. Ментальный и реальный миры имели

разное представление о времени, поэтому я должна была быть особенно

осторожной. Однако если я погружусь слишком глубоко, то могу быть

атакована бессознательным «я» Титы.

Что же заставило тебя так глубоко спрятаться?

Пока я искала Титу, я звала его много раз, но вместо ответа, я слышала только его мысли.

Что ж….. Боюсь, на сегодня мне придется сдаться.

Если

он не отпустит все свои сожаления и не будет пытаться сам покинуть это

место, тогда это приведет к необратимым последствиям.

Мы попробуем еще раз позже.

Когда

я уже собиралась возвращаться, решив отложить спасательную операцию на

следующий раз, мимо меня вдруг что-то пронеслось. Это была очень слабая

энергия, которую я бы не заметила, если бы не сконцентрировалась.

Что это такое?

Это не энергия Титы и не моя. Это была какая-то странная энергия.

Спокойная

и холодная, эта энергия на первый взгляд казалась похожей на энергию

духа, но она имела более глубокую и плавную текстуру. Более того, она

почему-то выглядела странно знакомо. Я повернулась в том направлении,

куда проплыла энергия. Она выглядела слабой и маленькой, поэтому

маловероятно, что она оказывала какой-то эффект на сознание Титы, однако

что-то не позволяло мне уйти.

После минутной нерешительности я

все же решилась последовать за ней. Это было нелегко сделать, но у меня

возникло сильное чувство, что, если бы я не сделала этого сейчас, я

никогда уже не смогла бы отыскать её снова.

Глубоко внутри

подсознания Титы энергия, казалось, распространялась инстинктивно. Пока я

гналась за ней, то не заметила, как слишком глубоко вошла в сознание

Титы. И как только я осознала этот факт, меня сильно ударили.

Бессознательное «я» мальчика распознала чуждую энергию и начало

атаковать.

Это была вторая причина, по которой эта техника была опасна.

«Уммм…!»

Острая

боль пронзила все мое тело. Должно быть, мое лицо исказилось от боли,

поскольку я услышала, как Эдмунд вскрикнул от удивления и заговорил со

мной.

- Ваша Светлость, с вами все в порядке?

Его голос был

слышен приглушенно, как будто он находился в отдалении от меня. Я снова

очистила своё сознание и сосредоточилась на внутреннем «я» Титы.

Однако энергия уже исчезла без следа.

Что это было? Я не думаю, что это была сила духа.

В любом

случае, теперь я действительно должна была возвращаться, поскольку я

потеряла след этой энергии. Я поспешно стала мысленно читать заклинание,

чтобы отменить технику. Но, прежде чем я закончила заклинание, меня

снова атаковали.

После первого удара, заблокированного моим инстинктивным защитным барьером, последовала следующая более яростная атака.

И последствия этого второго удара потрясли не только мою душу, но и все мое тело.

Что это за чертовщина?!

Я

никогда не видела и не слышала ничего о психической атаке, которая была

бы достаточно сильной, чтобы воздействовать на физическое тело. Она

даже изменила способ нападения после того, как поняла, что я остановила

атаку. Более того скорость была настолько велика, что не давала мне и

шанса вернуться в реальность.

Это и есть та сила, которой обладает Тита?

Даже если он и был главным героем, автор тебе не кажется, что ты переборщил с его силами, а? Это уже чересчур…!

Пожалуй,

теперь понятно, почему настоящая Клете в книге потерпела поражение от

Титы. Я даже не могла себе представить, насколько он станет сильнее,

когда вырастет, глядя на то, каким сильным было его бессознательное «я» в

семилетнем возрасте.

Тем временем эта сила обрушилась на меня в свою полную мощь, как будто не желая дать мне хоть немного времени на раздумья.

Я стиснула зубы.

Тем

не менее, так как ему сейчас всего семь лет, это не означает, что у

меня нет никаких шансов выжить, если мы столкнемся с ним лицом к лицу в

битве на выживание. Однако у меня не было другого выбора, кроме как

защищаться, поскольку я опасалась, что могу ранить сознание Титы.

И

вскоре, естественно, разница между нами стала проявляться. Так всегда

бывает, когда один из двух выбирает защиту, а другой нападение. Исход

нашей битвы был предрешен в тот момент, когда я стала только защищаться,

вместо того, чтобы атаковать.

Поэтому, в конце концов, я решила отказаться от этой бессмысленной борьбы.

[Тита!]

Глядя

на огромную силу, которую Тита направил на меня, я в последний момент

собрала остатки своей и позвала его. Мой голос эхом разнесся по всему

его сознанию.

[Вернись, Тита. Я жду тебя!]

Ужасная атака

остановилась прямо у меня перед носом. В то же время магическая сила,

связывавшая меня и Титу, была полностью исчерпана, и меня выбросило в

реальность.

- Хууу…

Принудительный обрыв магической связи

никогда не был приятным для заклинателя. Когда я со стоном открыла

глаза, то почувствовала, что вся моя одежда была влажной от пота.

Это был всего лишь короткий вход в сознание Титы, однако все мое тело болело так, как будто меня сильно избили.

Затем я увидела Эдмунда, смотревшего на меня с беспокойством.

- Ваша Светлость, с вами все в порядке?

- Лучше не бывает. – Уверенно ответила я, в то время, как мое тело кричало об обратном.

Эдмунд, заметивший это, поспешил мне на помощь. У меня закружилась голова, а перед глазами все плыло.

- Я беспокоился из-за того, что вас долго не было.

- Не думаю, что я пробыла там так уж долго.

Вместе

с этими словами, я посмотрела в окно, и была поражена, увидев, что

снаружи стемнело. Солнце давно уже село, хотя я погрузилась в сознание

Титы утром. Теперь понятно, почему Эдмунд так беспокоился.

- А что с Титой…?

Эдмунд слегка улыбнулся, глядя на меня.

- Похоже, вам удалось привести его обратно.

Как только он закончил говорить, я услышала бормотание Титы.

- Ваш….

С

помощью Эдмунда мне удалось встать, и я подошла к кровати Титы, чтобы

проверить его состояние. Вскоре его веки открылись, и, хотя его взгляд

все еще казался сонным, я была счастлива, что он очнулся.

Пару раз быстро моргнув, Тита, видимо, наконец осознал, что мы стоим у его кровати и посмотрел на нас немного растерянно.

- В-ваша Светлость…..? Сэр Эдмунд? ….Эм, а почему вы здесь?

Услышав

свой голос, охрипший из-за долгого молчания, Тита широко раскрыл глаза и

с удивлением посмотрел на меня. Как только наши взгляды встретились, я

села на кровать и крепко обняла его. Я чувствовала его высокую

температуру тела и неповторимый детский запах. Может быть, это потому,

что я побывала в сознании Титы некоторое время назад, но сейчас я не

могла контролировать свои эмоции так, как обычно.

Внезапное объятие, заставило Титу замереть.

- Ваша Светлость…?

- Ты действительно проснулся. Я так волновалась, что ты никогда не откроешь глаза….

-

Что вы имеете в виду, Ваша Светлость? Я же только что проснулся после

сна. – С недоумением ответил Тита, видимо, смущенный этой ситуацией.

Пока

я обнимала его маленькое тельце, в моей голове бесчисленные вопросы

сменяли друг друга один за другим: - «В порядке ли он? Болит ли у него

что-то? Что с ним случилось? Голоден ли он?» - Но я не могла ничего

сказать, так как из-за нахлынувших чувств у меня перехватило дыхание.

Эдмунд, видевший мое волнение, заговорил вместо меня.

- Мы просто рады, что ты пришел в себя. Тита, скажи, как ты себя чувствуешь? Может, у тебя кружится голова или тошнит?

- Нет, со мной все в порядке. И я не понимаю, почему вы спрашиваете меня об этом….

Тита попеременно смотрел то на меня, то на Эдмунда.

- Все в порядке, теперь все в порядке. С этого момента я буду часто обнимать тебя……

Так я и продолжала постоянно повторять, что все в порядке и, что буду часто обнимать его, словно, сумасшедшая.

Затем сквозь угасающее сознание, я услышала, как Эдмунд громко воскликнул в панике.

Последнее, что я почувствовала, прежде чем потеряла сознание, это как Тита извивается в моих руках.

****

Услышав шорох, я открыла глаза. Сумеречное окружение, казалось, указывало на то, что солнце еще не взошло.

Когда я заснула?

Я

впервые заснула таким глубоким сном после того, как стала ведьмой. Если

подумать, это было странно. Я чувствовала ужасную слабость, а моя мана

едва ощущалась, как будто кто-то выкачал её из моего тела. И пока я

размышляла над этим, я наткнулась на глаза, светившиеся живейшим

любопытством.

- Ваша Светлость, вы проснулись?

Я нахмурилась, услышав этот невинный голос. Почему Тита в моей комнате?

- Тита? Почему ты здесь в такой час? Возвращайся в свою комнату.

- Но Ваша Светлость…. это моя комната.

- Что?

Я повернула голову и смотрелась вокруг. Как и сказал

Тита, я лежала на его кровати, в его комнате. С запозданием придя в

себя, я стала вспоминать, что случилось как раз перед тем, как я

заснула.

Итак, я проникла в сознание Титы, чтобы разбудить его,

затем там на меня напали, после чего произошел обрыв магической связи, и

я отключилась.

- А где Эдмунд? Почему он не перенес меня в мою комнату?

-

Именно это и собирался сделать сэр Эдмунд. Но вы, Ваша Светлость, не

захотели отпускать меня, поэтому он сказал мне, чтобы я позаботился о

вас, пока вы не проснетесь.

- Ты говоришь абсурдные вещи. Я имею в виду, то, что я обняла тебя и заснула…

Но, когда я посмотрела вниз, то увидела, что крепко обнимаю Титу.

Что, чет побери, происходит?

Я

даже не подумала отпустить его, и просто застыла на месте. Я была

преступником, которого поймали на месте преступления, так что отрицать

произошедшее не имело смысла.

- Хм? Ваша Светлость, с вами все в порядке?

Тита с тревогой посмотрел на меня, и мгновение поколебавшись, положил свою маленькую ладошку мне на лоб.

- Кажется, у вас небольшая температура.

- О чем ты говоришь? Ты ошибаешься.

Я

почувствовала облегчение от того, что еще не рассвело. Если бы сейчас

был день, он бы непременно увидел мое пылающее от смущения лицо.

-

Но сэр Эдмунд сказал, что вы сегодня немного больны. Я старался не

потревожить ваш сон, пока вы спали, поэтому оставался с вами всю ночь.

В любом случае, Эдмунд, почему ты говоришь всякие глупости этому ребенку?

- Не слушай этого глупого старика. Неужели ты думаешь, что я такая же слабая, как и ты?

Честно говоря, после вчерашнего инцидента у меня болело все тело и голова, но я не хотела показывать это перед Титой.

- Нет! Вы самый сильный человек из всех, кого я знаю!

Тита,

полностью уверенный в моих словах, энергично замотал головой. Держу

пари у всех бы закружилась голова, когда они увидели бы, как быстро он

это делал. Я слегка коснулась головы Титы одной рукой, чтобы остановить

это энергичное действие.

- Да, это очень мило с твоей стороны, так

думать. Ты ведь хороший мальчик, не так ли? Тогда ты не должен быть

таким противным, как этот старикашка.

- Хорошо. Но, Ваша Светлость, вы так и останетесь?

Когда

я уже хотела спросить, о чем он говорит, я догадалась, что он пытался

намекнуть мне на то, что я все еще сжимала его в своих объятиях.

Вчера,

я была не совсем в себе и постоянно твердила, что буду крепко обнимать

его, и вот теперь, как будто, пытаясь сдержать это обещание, мои руки

крепко сжимали тело Титы.

Я должна сейчас же отпустить этого малыша!

Но почему-то мои руки сопротивлялись моей воле…

- Ваша Светлость? - Снова спросил Тита.

Я притворилась, что ничего не слышу.

Да,

я признаю это. Мне нравилось, ощущать его мягкое и нежное тело в своих

руках. Более того, из-за его сладкого запаха, это больше походило на то,

как будто я обнимала большую зефирку. Очень хорошенькую зефирку, с

золотистыми волосами и фиолетовыми глазами.

- Ты можешь уйти, если тебе неудобно.

Хоть

я так и сказала, но, честно говоря, я не хотела отпускать его. Я и

раньше обнимала его, но делать это лежа в постели было гораздо удобнее.

Я хочу и дальше лежать так, хоть всю вечность……!

- Нет! Нет! Мне это нравится! Я просто боялся, что вам будет неудобно.

-

Поскольку у тебя высокая температура тела, а сейчас холодно, это

идеально подходит для тебя, - сказала я. – Так что это не потому, что

мне нравится обнимать тебя, ясно?

О Боже, какая же я жалкая….

- Да, я знаю.

Тита

широко улыбнулся, глядя на меня. Это было то выражение лица, которое,

казалось, знало все, и на миг мне даже показалось, что он прочел все мои

мысли.

- И что же ты знаешь?

- Когда я обнимаю Снежка, мне становится тепло, поэтому я сплю с ним каждый день.

- Вот как.

Ну,

кажется, из-за своего плохо самочувствия, мои глаза сейчас видят то,

чего и быть не могло, так что, скорее всего, поэтому я неправильно

поняла этого наивного ребенка.

Я повернула голову и посмотрела на Снежка, который лежал у наших ног.

Снежок недовольно сопел, подозрительно глядя на гостью, занявшую его место рядом с его хозяином.

- Кажется, Снежок ревнует.

- Он не в том положении, чтобы делать нечто подобное.

Внезапно

я почувствовала умиротворение. В моих объятиях Тита, а большая собака у

моих ног, мерный треск горящих дров в камине, мягкая постель с теплым

одеялом и большие хлопья белого снега, кружащиеся в воздухе за окном.

Ветер сегодня тоже был необычайно спокоен. Я не могла вспомнить, когда в

последний раз чувствовала себя так.

- Это было бы похоже на настоящий Новый год, если бы мы еще переодели Эдмунда в костюм Деда Мороза.

- Что?

- Не обращай внимания.

Я

ослабила объятия и приподнялась. Хотя мне было жаль это делать, я не

могла оставаться в таком состоянии вечно. Скоро уже встанет солнце, и

мне придется вернуться к работе. Пока я заботилась о мальчике, у меня

скопилась целая гора дел. К счастью, у меня еще осталось немного

магических сил, которых должно хватить, чтобы телепортироваться прямо в

мою комнату. Но, вполне вероятно, что это состояние сохранится еще

некоторое время.

Тита торопливо встал вместе со мной.

- Вы уже уходите?

На

его детском личике появилось печальное выражение. Его маленькая ручка

неуверенно потянулась ко мне, словно, он хотел схватить меня за рукав

платья. Однако, вскоре его рука опустилась, так и не коснувшись меня.

«Я надеюсь, что Её Светлость снова обнимет меня.»

Внезапно я вспомнила желание Титы, услышанное мной после того, как я вошла в его сознание.

Это воспоминание и трогательное выражение на лице Титы, заставили мое холодное сердце дрогнуть.

Я подошла к его постели и села на краешек.

-

Если подумать, то здесь, наверное, будет теплее. Вчера в моей комнате

камин наверняка не разжигали. Поэтому я останусь здесь до восхода

солнца.

- Правда?

- Я не хочу, чтобы ты меня неправильно понял. Я остаюсь здесь не потому, что ты выглядишь одиноко. Ты же понимаешь это?

- Да! – Радостно воскликнул Тита, затем лучезарно улыбнулся, подошел ко мне и сел рядышком.

В

этом не было ничего особенного, но из-за того, что он был так счастлив,

я почувствовала легкое смущение. Затем я неловко подняла свою повисшую

руку и погладила его по голове. Тита на короткое мгновение, казалось,

удивился и пристально посмотрел на меня, а затем взял мою руку и

прижался щекой к моей ладони. Его белые мягкие щечки окрасились в

розовый цвет.

- Золотоволосая зефирка.

- Зефирка? Что это такое?

-

Зефирка - это сладость, похожая на пушистую мягкую конфету. Попроси

Эдмунда сделать это позже, если тебе захочется попробовать.

Говоря о зефире, я вспомнила, что Тита даже не мог нормально поесть, потому что я заснула в его кровати на всю ночь.

- Разве ты не голоден?

- Нет, сэр Эдмунд принес мне поесть, пока вы спали. - Тита указал пальцем в сторону чайного столика, стоявшего у кровати.

На

нем стояла тарелка с остатками хлеба, пустой стакан из-под молока и

сырные крошки. Хоть Эдмунд и был довольно придирчив, но в отношении

своей работы он всегда оставался педантичен.

«Ты был бы гораздо более симпатичен мне, если бы хоть на чуточку меньше придирался ко мне.»

Но, конечно же, Эдмунд никогда не откажется от этой своей злостной привычки, ради моей симпатии.

- Вот как.

- Да.

И на этом наш разговор закончился.

Когда между людьми возникает неловкая пауза, её уже не так-то легко разорвать.

Тита, который раньше без умолку болтал, как чирикающий воробей, теперь был так же молчалив, как и при первой встрече с ним.

Если бы я знала, что будет так неловко, я бы лучше ушла.

- Тита.

- Ваша Светлость.

Как

только я решилась разорвать это неловкое молчание, поскольку больше не

могла его терпеть, я заговорила, однако Тита, должно быть, думал о том

же, так как тоже обратился ко мне.

- Говори первым.

- Нет, Ваша Светлость, скажите вы сначала.

- Нет, ты говори первым.

- Нет, Ваша Светлость, пожалуйста, сначала скажите мне, то, что хотели.

Тита

прикусил губу, как будто показывая, что не станет говорить, пока я

первая не скажу то, что хотела. А этот малыш, похоже, был весьма упрям.

- Хм. Ты хорошо себя чувствуешь?

- Да, со мной все в порядке.

- Зачем ты пошел в тот вечер в розарий? Разве Эдмунд не просил тебя вернуться пораньше? – Спросила я решительным тоном.

-

Ну…. это немного странно. Как и просил сэр Эдмунд, я хотел вернуться с

прогулки до захода солнца. Но, когда я проходил мимо сада, внезапно

стало темно. Как будто солнце не село, а просто исчезло. И это может

прозвучать странно…

Тита замолчал, не решаясь продолжить.

- Продолжай.

- Мне кажется, что роза говорила со мной. И что-то еще, кажется, произошло, но я не могу вспомнить.

Лицо Титы нахмурилось, как будто он пытался вспомнить, что было дальше.

- Не нужно торопиться все вспомнить, делай это постепенно.

Пока

я советовала ему не торопиться, в моей голове развернулся

полномасштабный мыслительный процесс. Даже учитывая то, что это был

детский рассказ, слова Титы были довольно странными.

Внезапно

исчезнувшее солнце. Что он имел в виду? Кроме того, та часть его

рассказа, в которой с ним разговаривала роза, тоже казалась весьма

подозрительной. Розы в саду не имели ничего общего с обычными цветами, и

были созданы с помощью волшебства. Кроме того, они сами обладали

волшебной силой, поскольку существовали с момента создания ледяного

дворца. Так что большинство людей даже не могли к ним прикоснуться.

Каким

бы сильным ни стал обычный дух, благодаря восходу Девет, он никогда не

смог бы этого сделать. Искажение времени и управление розой с помощью

волшебства требовало по меньшей мере силы высших духов. Может быть, это

был высший дух? Но среди самых сильных существ в Белосе нет никого, кто

мог бы тайно использовать свою силу во дворце так, чтобы я, хозяйка

этого места, не заметила.

Было ясно, что ни один супер-сильный дух

не соблазнился бы обычным ребенком без причины, и что он знал истинную

силу Титы. Должно быть, этот дух попытался захватить его, пока он был

еще маленьким и не осознавал всей своей могучей силы.

Я шаг за шагом начала распутывать этот клубок.

Учитывая,

что он долго не просыпался, и, то, что роза говорила с ним, он,

вероятно, был одержим заклинанием духа, а не подвергся физическому

нападению. Если это так, то можно предположить, что Тита, напуганный

силой, с которой столкнулся, спрятался в своем подсознании из-за чего и

не смог прийти в себя. Тогда все сходится.

Но откуда этот дух узнал о силе Титы?

Я сама не понимала, какой силой он обладает, пока не вошла в контакт с его бессознательным «я».

- А что случилось, когда ты вышел на прогулку? Расскажи мне все, даже самую малость.

-

Я перекусил со Снежком и сыграл с ним в метание диска. Ох, точно, перед

этим я поранил палец о шип, когда осматривал розы. И несколько капель

попало на листки одной из них.

Тита протянул руку, чтобы показать,

где он поранился. Но на указательном пальце правой руки уже не осталось

и следа от крохотной ранки.

Кровь.

Похоже, этот дух,

похороненный в хрустальной розе, узнал о силе Титы, благодаря его крови.

Но сила Титы оказалась сильнее, чем он думал, поэтому он убежал, не

сумев достичь своей цели. Когда хрустальная роза, которую этот дух

использовал в качестве своего временного пристанища, разбилась на куски,

он, вероятно, в последний момент использовал их, чтобы атаковать Титу

из-за чего, он так сильно и пострадал.

Мне стало стыдно за себя,

поскольку, в то время как Тита справлялся со всем этим в одиночку, я

спокойно просматривала книги в библиотеке, ни о чем не подозревая.

Как я могла считать себя повелителем холода, если даже не могла защитить такого маленького мальчика?!

-

Я не знаю, кто ты, но как ты посмел проникнуть в мой дворец и применить

такое ужасное заклинание? В следующий раз ты не сбежишь, и как только я

поймаю тебя, то сразу же уничтожу. - Пробормотала я со всей яростью,

которую испытывала против мерзавца, осмелившегося проникнуть в мой

дворец и чуть не убившего Титу.

Внезапно я почувствовала легкую вибрацию сбоку.

Снова ветер поднялся?

Думая таким образом, я посмотрела в ту сторону, откуда шла вибрация, и увидела, дрожавшего Титу с побелевшим лицом.

Упс, неужели я снова напугала его?

Внимательнее посмотрев на него, я уверилась в том, что он действительно очень боялся меня.

Вот черт…

Похоже, из-за того, что я так сильно разозлилась на духа, мое лицо и мои слова показались ему устрашающими.

- В… Ваша Светлость… мне страшно.

- Я не имела в виду, что собираюсь уничтожить тебя.

- Правда?

Тита задал вопрос с подозрением в голосе.

- Если бы я хотела уничтожить тебя, то уже сделала бы это, не так ли?

Почему-то его дрожь, казалось, становилась все сильнее.

Неужели я такая страшная?

На

моей памяти не было еще ни одного человека до него, кто бы боялся меня

до такой степени. Оглядываясь назад, я вспомнила, что Тита пугался меня

каждый раз, когда я встречалась с ним взглядом. Даже просто установить

зрительный контакт со мной для него это, как будто было не простой

задачей, и он всегда выглядел так, словно, еще чуть-чуть и он упадет в

обморок.

Я хотела улыбнуться, чтобы успокоить его, но внезапно

передумала, вспомнив, как Эдмунд сказал мне, что я не должна улыбаться.

Вместо этого я стала гладить Титу по спине. Через некоторое время, я

почувствовала, как дрожь постепенно стала утихать. Похоже, это

сработало.

Нет, какого черта, тут происходит?

Я никак не

могла понять, как этот ребенок, который чуть ли не плачет и трясется,

как осиновый лист, когда ты просто смотришь на него или улыбаешься ему,

может стать сумасшедшим одержимым мужчиной, узурпировавшим трон?!

Было

бы уже хорошо, если бы он смог пройти по пути главного героя и не

умереть в самом начале, не говоря уже о том, чтобы стать безжалостным

сумасшедшим тираном.

Спустя еще некоторое время, Тита, должно

быть, почти перестал бояться, благодаря тому, что я долго гладила его по

спине, и взглянув на меня, робко заговорил.

- Ваша Светлость, можно задать вам вопрос?

- Да.

-

А что случилось со мной в тот день? Сэр Эдмунд сказал мне, что я

проспал пятнадцать дней, но я даже не знал, что спал так долго.

Если

сказать ему правду, он может еще больше испугаться, поэтому я сочинила

более или менее не страшную историю, и самым легким тоном, каким только

могла говорить, сказала:

- В тот день, когда ты вышел на прогулку,

духи стали сильнее. И ты столкнулся с озорным духом, который захотел

поиграть с тобой, а потом ты заснул на долгое время из-за того, что он

подшутил над тобой.

Тита без удивления просто кивнул.

- Значит этому духу тоже нужен был друг? Я думаю, что ему было очень скучно и одиноко, раз он решил подшутить надо мной.

- Что? Ну, наверное, так и было.

- В следующий раз, когда мы увидимся, я попрошу его сначала стать моим другом.

Что творится у него в голове?

Независимо

от того, насколько ты юн, каждый в этом мире знает, что невозможно

подружиться с духом. Образ мышления духов, был совершенно отличен от

людского, кроме того, никогда нельзя было предсказать, когда они могут

превратиться в опасных существ.

- Ну тогда так и сделай.

Я

специально не стала говорить, чтобы он этого не делал. В конце концов,

Тита никогда больше не встретит духов или что-то в этом роде. Я

собиралась наложить на него защитное заклинание, чтобы никто не мог

прикоснуться к нему, включая и духов. И пока я размышляла, какую

волшебство мне использовать, Снежок внезапно влез между мной и Титой.

- Ой, Снежок! Почему ты мешаешь нам с Её Светлостью? Разве ты не видишь, что у нас важный разговор?

Пока Тита отчитывал Снежка, я пыталась удержаться на краю кровати и не упасть, поскольку он чуть не столкнул меня.

- Ну, если бы не Снежок, у тебя были бы большие неприятности. Он согревал тебя все то время, что ты лежал без сознания в саду.

- Неужели? Спасибо тебе, Снежок!

Тита стиснул в объятиях своего верного друга.

- Если подумать, то мне снился очень долгий сон, когда я спал. - Сказал Тита, зарываясь пальцами в мягкий мех Снежка.

- Сон?

У меня возникла мысль, что я могу получить ключ к разгадке в его сне.

- Да. Это был очень грустный сон.

- О чем же он был?

-

Ничего особенного в нем не было. Это был просто сон, в котором я жил в

ледяном дворце, как сейчас. Там были вы и сэр Эдмунд. Но, как ни

странно, вы, Ваша Светлость, вели себя в моем сне, не так, как сейчас.

- И как же я себя вела?

-

Вы не смотрели мне в глаза, не разговаривали со мной, когда я пытался с

вами заговорить. А если я ошибался, вы запирали меня в маленькой

комнатке. В течение очень долгого времени, я был в ней один. И хоть это и

был сон, но там было очень холодно. Да, и Снежка тоже не было. Поэтому в

этом сне мне было очень грустно и одиноко.

Это была не очень приятная тема, так что я быстро подвела её к концу.

- Это ложный сон.

- Ложный сон?

- Это означает бессмысленный сон. Так что не беспокойся слишком сильно об этом сновидении.

-

Да, верно. Когда я проснулся, и вы обняли меня, я подумал, что это был

всего лишь сон. Ох, Ваша Светлость, а как вы смогли меня разбудить?

- Откуда ты знаешь, что это я тебя разбудила?

- Я слышал ваш голос во сне.

Это

был настоящий сюрприз. Я полагала, что он меня не слышал, потому что ни

разу мне не ответил. Честно говоря, я даже подумала, что Тита проснулся

просто потому, что ему повезло.

- Вот значит, как. Я использовала волшебство, чтобы разбудить тебя. В противном случае, ты бы спал вечно.

- Понятно. Благодарю вас, Ваша Светлость. Если бы не вы, мне бы все время снились кошмары. А кошмары такие страшные.

- Сны не материальны. Не нужно их бояться.

- Значит вы, Ваша Светлость, не боитесь кошмаров?

- Я не вижу снов.

Услышав мои слова, Тита широко раскрыл глаза.

- Неужели? А почему?

- Это одна из особенностей ведьм.

Повседневная жизнь ведьм немного отличалась от людской, поскольку они не испытывали нужды в еде или во сне, а даже если и спали, то не видели сновидений. И что самое интересное, они никогда не плакали. Поначалу мне все это казалось странным, но со временем я привыкла, и теперь уже не считала это чем-то необычным.

- И вам никогда не снились счастливые сны?

- Совершенно верно. – Без колебаний ответила я, однако лицо Титы почему-то стало печальным, как только он услышал мои слова.

- Но, когда я вижу счастливый сон, то чувствую себя прекрасно.

- Бессмысленно видеть счастливые сны, если ты все равно проснешься, не так ли? Просто потому, что тебе это приснилось, это ничего не значит.

Я замолчала на мгновение, глядя на Титу сверху вниз, а затем спросила:

- А что тебе еще нравится, кроме счастливых снов?

Уже после того, как я спросила его, мне пришло в голову, что я никогда не задавала ему такого вопроса. Честно говоря, я понятия не имела, что нравится этому малышу или чем он интересуется, так как Эдмунд позаботился обо всем, что было связанном с ним, и за исключением того, что я была назначена его опекуном, я мало участвовала в его жизни.

Тита ответил сразу же, без малейших колебаний.

- До приезда сюда я больше всего любил свою маму. Но теперь ее нет.

Тита поднял глаза и посмотрел на меня. У него были ясные глаза, но я сразу же пожалела, что, не подумав спросила об этом.

Это была одна из ран, заставлявших его страдать.

Когда я не смогла подобрать слов, Тита быстро добавил:

- Зато теперь у меня есть много других вещей, которые я люблю, кроме моей мамы. Так что я очень рад, что оказался здесь.

- И чему же ты так рад? Это пустынное место, где нет ничего, кроме монстров и холода.

Это страна смерти, куда никто не хочет приходить. Тита никогда бы не пришел сюда, если его отец, император, не отослал его.

- Это не так. Я люблю Снежка и люблю сэра Эдмунда, а еще я… я люблю вас, Ваша Светлость.

Последние слова были едва слышны. Словно испытывая чувство стыда, Тита отвел взгляд от моего лица. Честно говоря, я уже знала об этом, но ставить его в еще более неловкое положение мне не хотелось, ведь он не догадывался, что я слышала все его мысли, пока была связана с его сознанием.

Он боялся меня и в то же время очень любил.

Тогда он сказал, что я нравлюсь ему больше, чем даже его мама.

И откровенно говоря, я не могла сказать, что мне были неприятны эти мысли, но в то же время мне стало горько и совестно. Рассматривая себя объективно со стороны, могу с уверенностью сказать, что была недостаточно заботливым и добрым опекуном для этого мальчика. Однако настоящая причина, по которой он так привязался ко мне, заключалась в том, что рядом с ним никогда не было действительно любящего его человека.

Тем временем Тита продолжал свой рассказ.

- Сначала я очень волновался, когда мне сказали, где я буду жить. Те люди… Они сказали мне, что я замерзну здесь до смерти, и даже если мне повезет, и я не умру от холода, то меня все равно съест ведьма.

- …..Что, простите? Кто тебе это сказал?

Эти угрозы настолько вывели меня из себя, что я разозлилась, даже не осознавая этого.

Это они, те, кто замерзнут насмерть на этом Сибирском холоде!

Как вообще, черт побери, им пришло в голову сказать подобное семилетнему ребенку?!

- Кто те люди, что сказали тебе это? Я лично найду их и заморожу до смерти, чтобы они больше так не говорили.

- Ой, нет не нужно!

Тита удивленно посмотрел на меня, когда понял, что я разозлилась, и поспешно схватил меня за руку.

- Поначалу я был напуган и зол, услышав их слова, но теперь я очень полюбил это место, так что все в порядке.

Просто удивительно, как этот ребенок смог вырасти таким милым в такой-то обстановке. С каждым его словом я проникалась все большим сочувствием к нему, поэтому мне хотелось хоть как-то утешить этого маленького мальчика. Не задумываясь я протянула руку и погладила Титу по голове.

- Я уверен, что они будут очень завидовать мне, если узнают, что со мной все хорошо. Наверное, они сами не очень счастливы, вот и сказали мне эти гадости.

- Значит, сейчас ты счастлив?

- Да.

Тита поднял голову и посмотрел мне в глаза. Он больше не избегал моего взгляда, и смотрел на меня своими большими фиалковыми глазами без страха и смущения.

- Я очень счастлив, Ваша Светлость.

Арпену, главному герою романа «Сердце тирана», не суждено было быть счастливым, ведь с самого рождения его судьба уже была предрешена. Он стал проклятым безумным императором, который приносил несчастья не только себе, но и другим. И даже то мимолетное счастье, что он смог испытать, встретив главную героиню Офилию, было быстро поглощено проклятием Клете.

Так о каком же счастье говорит мне сейчас Тита?

- Я счастлив, когда всю ночь смотрю на снег, и счастлив, когда гуляю со Снежком, а еще я счастлив, когда сэр Эдмунд учит меня. И даже когда я просто разговариваю с Вашей Светлостью, я тоже очень счастлив.

То, о чем говорил Тита, было сущими пустяками. Такие банальные вещи, никак не могли осчастливить безумного тирана, которому в будущем суждено владеть всем миром. Это было нелепо и смешно, поэтому я не смогла сдержать легкого смеха.

Глаза Титы расширились.

- Когда-нибудь ты встретишь человека, который покажет тебе истинное счастье. И ты станешь самым счастливым человеком в мире.

На этот раз я точно не допущу, чтобы ты потерял свою возлюбленную, Офелию, из-за проклятия.

Однако, казалось, Тита не понял, о чем я говорила, поскольку молчал, не сводя глаз с моего лица. Впрочем, это не имело значения. Все, что мне нужно сделать - это воспитать его человеком, который сможет принять счастье таким, какое оно есть. Далее уже идет работа Офелии. Он поймет, что я имела в виду, когда встретится с ней.

Хотя, возможно, к тому моменту пройдет уже слишком много времени, и он забудет мои слова. Но это тоже не имело значения.

- Ты любишь цветы?

Я вспомнила о своем плане подыскать подходящий подарок, который отложила на время, когда Тита не приходил в сознание. В прошлый раз я принесла ему Снежка, не поинтересовавшись, что ему нравится, поэтому в этот раз я хотела сделать подарок с учетом его интересов.

- Да, раньше я выращивал полевые цветы. А что такое?

- Полевые цветы, значит.

Это дикие цветы, которые обычно любят лошади, и на самом деле их по большей части можно считать сорняками.

- Просто стало интересно. А ты предпочитаешь яркие или обычные цветы?

- Ну, что-нибудь необычное и восхитительное.

Это был немного неожиданный ответ. Я думала раз ему нравятся простые вещи, то он выберет обычные цветы.

- А как насчет каких-нибудь необычных трав или деревьев?

- Деревья. Я никогда раньше не выращивал деревья.

Итак, согласно вкусу Титы, подарком должно быть необычное цветущее дерево. Это был вывод, к которому я пришла в ходе нашего разговора. Быстро прокрутив в голове различные виды цветущих деревьев, я смогла найти несколько подходящих кандидатов.

Затем посреди всей этой болтовни, я вдруг заметила, как начало светать. Между занавесками уже виднелась полоска света.

Я встала с кровати и раздвинула занавески. Солнце почти не было видно из-за пасмурного неба, но вместо него мир осветил выпавший ночью снег.

К счастью, Тита смог благополучно дожить до Нового года.

- Желаю тебе всего наилучшего в Новом году, Тита.

- И я, желаю вам всего наилучшего в Новом году, Ваша Светлость.

Когда Тита застенчиво повторил мое поздравление, Снежок зашевелился на кровати, недовольно глядя на нас.

- И тебе всего хорошего в Новом году, Снежок.

В тоже время, как Тита поздравил и Снежка, из его живота послышалось громкое урчание. Лицо Титы мгновенно стало красным, как помидор.

Что ж, каким бы маленьким он ни был, хлеба и сыра в период активного роста ему явно недостаточно.

- Вероятно, Эдмунд уже приготовил завтрак. Так что давай-ка пойдем в столовую.

Я повела Титу и Снежка в столовую на первом этаже. Спускаясь по лестнице, я почувствовала себя несколько странно, поскольку уже давно перемешалась по дворцу только с помощью телепортации.

Как только мы с Титой и Снежком вошли в столовую, Эдмунд, сервировавший стол к завтраку, застыл, как вкопанный, с открытым ртом.

- Сэр Эдмунд, желаю вам доброго здравия в Новом году! – Радостно приветствовал Тита, старого дворецкого.

Эдмунд недоверчиво прищурился, а затем несколько раз моргнул, как будто не верил своим глазам.

- Да, я надеюсь, что у вас молодой человек тоже будет счастливый Новый год. Но, что же я вижу? Неужели, это Её Светлость, рядом с тобой Тита? Или это с моими глазами что-то не так?

- Пока что, все в порядке с твоими глазами, но, если ты будешь продолжать в том же духе, я могу это исправить. Кроме того, это мой дворец. Разве есть здесь место, куда я не могу пойти? – Ответила я, высокомерно вздернув подбородок.

- Конечно, это так. Но, все же вы так неожиданно….

- Закроем эту тему. Лучше скажи, что у нас сегодня в меню? – Поспешно перебила я его, чтобы сменить тему.

- Грибной суп, картофельное пюре, сыр, хлеб и запечённые овощи.

- На днях я увеличила бюджет для продуктов, так почему же меню все еще такое скудное? Почему нет мяса?

Эдмунд слегка вздохнул во время моего допроса.

- Есть мясо по утрам не очень хорошо, потому что оно слишком долго усваивается, и из-за этого может заболеть живот. Но я всегда подаю мясо на обед и ужин.

- Хм, понятно. – Ответила я, подходя к столу, однако внезапно я заметила кое-что и слегка нахмурилась.

Эдмунд поставил тарелки с супом и овощами только перед собой и Титой.

- А что насчет моей порции?

- Нету.

- Что? А почему для меня ничего нет?

- Потому что я готовил только на двух человек, себя и Титы.

- Так ты хочешь сказать, что больше нет еды?

- Да, вы же не предупредили, что присоединитесь к нам. Но, я надеюсь, что из-за этого вы не лишите своего престарелого слугу или маленького ребенка еды, не так ли? – Осторожно спросил Эдмунд.

Я хотела было возразить, но мне, откровенно говоря, нечего было на это сказать.

- Возьмите мою порцию, Ваша Светлость.

Тита неуверенно подтолкнул ко мне свою тарелку.

- ….Все в порядке, ешь сам.

Я по-вашему совсем что ли бессовестная сволочь, чтобы отнимать тарелку с едой у маленького ребенка или престарелого старика?!

Проклятье, кажется Эдмунд на него плохо влияет.

- Совершенно верно. Её Светлость - это прежде всего не тот, кто нуждается в пище.

Эдмунд молниеносно вернул тарелку Титы на прежнее место. Однако, когда я уставилась на пустой стол, Эдмунд неохотно взял свою тарелку с едой и поставил ее передо мной.

- Нет, спасибо. – Отказавшись, я развернулась и отправилась на кухню.

Порывшись немного в шкафах, где обычно хранилась еда, я нашла немного черствого хлеба, после этого я вернулась в столовую, и сев за стол, принялась медленно жевать его. Может быть, это было потому, что я уже долгое время ничего не ела, но вкус хлеба казался особенно ярким.

Тем временем Эдмунд как-то странно посмотрел на меня и спросил:

- А почему вы так внезапно проявили интерес к еде, если ранее вы ни разу не взглянули на неё, даже когда я просил вас попробовать?

- С этого момента я буду есть. Я чувствую, что мое тело ослабло.

- Значит отныне я стану приносить еду в вашу спальню.

- Нет, мы будем есть здесь все вместе.

Эдмунд, который как раз поднес ложку с супом ко рту, закашлялся.

- Люди меняются, прямо перед самой смертью, так что, возможно ли что…. – начал было говорить он, но вдруг замолчал и перевел тему. - Кстати, в прошлом году вам исполнилось 416 лет. И раз пошел новый год, тогда скоро вам исполнится 417. Хм, я думаю, что вы уже достаточно прожили, чтобы умереть без сожалений.

Что? …..417?

Я была потрясена этим осознанием. На тот момент, когда я завладела телом Клете ей было уже более 200 лет, и если я вычту эту цифру, то мне будет по меньшей мере 220.

Когда же я успела так состариться?

Даже Эдмунд, над которым я вечно подшучивала из-за его возраста, по факту мог бы быть мои прапраправнуком, если сравнивать наш возраст....

Внезапно у меня заболела голова.

- Здесь шумно. Неважно, сколько мне лет. В любом случае это тело всегда будет вечно молодым. Так что, беспокойся лучше о себе, а не обо мне.

Не смотря на мои слова, от шока у меня пропал аппетит. Я несколько раз подносила ко рту кусочки хлеба, но заставить себя жевать его не могла, поэтому оставив эти тщетные попытки, я стала смотреть, как едят двое, что сидели рядом со мной. Эдмунд, будучи благородным аристократом и по своей природе, имевший склонность делать все идеально, продолжал есть с безупречными манерами. Тита же, напротив, все время что-то бормотал и ел картофельное пюре с завидным аппетитом, полностью игнорируя какие-либо манеры. Пока я смотрела на него, то изо всех сил пыталась подавить в себе желание сжать его пухлые щечки, пока он уплетал картошку.

- Ваша Светлость.

- Ммм?

- Если вы не хотите вызвать несварение у меня и Титы, почему бы вам не отвести от нас глаза?

- Разве мой взгляд способен на такое?

- Вы хотите услышать честный ответ?

- Нет, спасибо.

Ну что за мерзкий старик!

Когда-нибудь я тебя хорошенько отругаю за твое несносное поведение.

Я нехотя отвела от них взгляд, и взяв вилку, стала тыкать ею в черствый хлеб, представляя себе, что это голова старого слуги.

И к тому времени, как Эдмунд с Титой закончили трапезу, твердый кусок хлеба превратился в одну сплошную массу из крошек.

Когда они стали подниматься из-за стола, я тоже встала со своего места и посмотрела на Эдмунда.

- Меня некоторое время не будет во дворце.

- Но куда же собрались, если болеете?

- С моим телом все в порядке, я просто почти исчерпала свой запас магический сил.

На самом деле у меня все еще болела голова, но я не хотела этого показывать. Оставив взволнованного Эдмунда позади, я отправилась в свою мастерскую и достала свиток телепортации.

Я сделала его на всякий случай, но не думала, что настанет тот день, когда он мне пригодится. Затем я развернула свиток и прочитав на нем заклинание, почувствовала, как под ногами исчезает твердый пол. Я быстро уравновесила себя, и сконцентрировавшись на перемещении, закрыла глаза, а когда я вновь их открыла, то мое окружение изменилось.

Место, где я оказалась, было рядом с небольшим садом полным различных цветов и высоких деревьев.

Этим садом, совершенно не соответствовавшим природе Белоса, заправлял молодой ликанец по имени Руфел.

Вскоре дверь в сад бесшумно отворилась, и оттуда выбежал молодой человек с серебристыми волосами.

- Добро пожаловать в мою скромную обитель, Ваша Светлость! Почему же вы не сообщили мне заранее, что собираетесь меня навестить?

Руфел встретил меня с большой суетой, впрочем, как обычно. Будучи внуком вождя ликанцев, он предпочитал растения мясу, поэтому был известен, как чудак, не только среди ликанов, но и среди других племен Белоса. Он был одержим растениями с самого детства, и в конечном итоге разбил сад на этой суровой земле.

Хотя он и сам приложил немало усилий, чтобы создать этот маленький садик, все же это была больше моя заслуга, чем его. И поддерживала я его, конечно же, не только для одного этого человека, но и для изучения растений, которые могли бы расти естественным образом в Белосе.

Когда я небрежно махнула рукой в знак приветствия, он сопроводил меня в свой сад. Цветочный сад, где росли всевозможные растения, был похож на гудящий мир пчел.

- Пока Ваша Светлость не посетила меня, мое сердце было таким же замерзшим, как и ледник! – Идя рядом со мной, продолжал говорить Руфел.

Не обратив ни малейшего внимания на его слова, я сказала:

- Мне нужно увидеть несколько цветущих деревьев. И неважно, даже если это монстр.

- Ох, Ваша Светлость, вы заинтересовались цветами! Неужели ваш интерес к цветам означает, что вы наконец-то примете мою любовь?

Руфел нежно взял меня за руку и поцеловал в тыльную сторону ладони.

В отличие от своей высокой и атлетической фигуры, как у гиганта, черты его лица были тонкими и изящными, поэтому в Белосе он считался одним из самых красивейших мужчин.

Тем не менее, в моих глазах он выглядел просто маленьким мальчиком.

Незаметно, вытерев руку об одежду в том месте, где его губы касались моей кожи, я сказала:

- Оно должно быть стойким к морозу и расцветать красивыми цветами.

- Хм. Немногие виды, какими бы стойкими они ни были, цветут на морозе. Кроме того, если вам нужно дерево, цветущее красивыми цветами, его еще сложнее отыскать.

- Даже если оно редкое, это не имеет значения. Я заплачу за него любую цену, так что можешь не беспокоиться. Просто назови мне цену.

Услышав мои слова, Руфел улыбнулся одними глазами.

- В деньгах нет необходимости. Одного поцелуя Вашей Светлости будет для меня достаточно.

- Ты когда-нибудь слышал историю, в которой после трехкратного поцелуя Снежной Королевы умирают?

- Я думаю, это было бы очень романтично, если бы я тоже мог умереть от ваших поцелуев.

Это явно не то, что должен говорить маленький мальчик.

- Не думаю, что твоя стая гордилась бы тобой, если бы услышала твои слова.

- Ничего страшного. Мой дед уже давно махнул на меня рукой. – Быстро ответил Руфел.

Ну и неудачник. Не пора бы тебе уже сдаться?

Вождь, с которым я познакомилась, когда приходила к нему за Снежком, выглядел так, будто днями и ночами не спал, беспокоясь о поведении своего внука. Его волнение было очевидным для меня, поэтому я еле сдержалась, чтобы не отчитать этого глупого юнца.

Полностью игнорируя его, я медленно бродила по саду, глядя на цветы и деревья.

Желтоватые глаза Руфела пристально следили за мной.

- Почему ты так смотришь?

- Потому что я единственный человек в истории Белоса, который видел вас стоящей в окружении прекрасных цветов. Как и ожидалось, я не зря решил разбить здесь сад.

Сумасшедший парень.

Я покачала головой. Независимо от пола и возраста, ликаны были в основном честными и благоразумными, но с Руфелом все было наоборот. В юности он был застенчивым ребенком, но теперь, когда он вырос, то стал совсем другим. И мне было жаль видеть его таким, поскольку большинство его соотечественников в этом возрасте уже находили себе партнера и были преданы ему до конца своей жизни, в отличие от него, до сих пор остававшегося в одиночестве.

Проходя через ботанический сад, который мог похвастаться своей редкой коллекцией растений, благополучно выживших в этом холодном климате, я остановилась перед одним из деревьев. Его небольшой размер и упругие листья напоминали мне Камелию. На верхушке этого дерева я так же заметила, нераспустившиеся крошечный бутон, в будущем обещавший превратиться в прекрасный цветок.

- Вам оно нравится? - Спросил Руфел, стоявший позади меня.

- Что это за дерево?

- Оно называется Камелия и скрещено с монстром. Мне пришлось преодолеть не мало трудностей, чтобы вырастить его. Это один из немногих видов, который цветет в самом холодном месте, как вы и хотели. Его также можно использовать в качестве материала для зелий.

Это же просто Камелия, не так ли?

Автор, написавший роман «Сердца тирана», по-видимому, обладал ограниченным воображением. Судя по названию и его внешнему виду, оно очень похоже на обычную Камелию, так что оно не будет сильно отличаться от той формы, что я помню, когда полностью расцветет.

Ярко красные цветы дерева будут сильно выделяться на фоне белоснежных просторов этого места, кроме того, это растение чем-то напоминало мне Титу, который прекрасно рос в этих суровых условиях. Так же поскольку, эта Камелия была частично монстром, она имела устойчивость к холоду, и её можно будет выращивать в ледяном дворце.

- У неё немного неприятный характер, но я уверен, что она будет слушаться Вашу Светлость.

- Неприятный характер? И насколько же?

Услышав слова Руфела, мое лицо слегка напряглось. Каким бы красивым ни было это дерево, оно будет бесполезно, если оно не безопасно.

- Она не причиняет смертельных ран, но иногда может отрезать глупым людям пальцы. И за свою любовь к подобным вещам, она даже получила прозвище «режущая пальцы».

Что?

Я вспомнила маленькие пухлые пальчики Титы. Мысль о том, что его палец будет порезан или отрезан, несмотря на волшебную регенерацию, была ужасна.

Нет, это не подойдет, нам нужно найти что-то другое.

- О чем вы так беспокоитесь? У неё есть здравый смысл, и она никогда не сделает ничего подобного с Вашей Светлостью. Вам нужно будет только предупредить старика-дворецкого, чтобы он был с ней поосторожнее. Но, если и это вас не успокоило, то можете просто с самого начала преподать ей урок. - Сказал Руфел с легкой улыбкой.

- А ты тоже станешь более покорным, если я накажу тебя?

- Конечно, каким бы великим ни был мужчина, он никогда не устоит перед вами. Кстати, можно узнать, почему вы внезапно заинтересовались цветами?

- Здесь нечего знать. – Сухо ответила я и уставилась на бутон.

Несмотря на свое свирепое прозвище, безупречный вид нераспустившегося бутона этого дерева, в будущем обещал показать изумительной красоты цветы.

Так же их внешний вид разительно отличался от совершенной красоты хрустальной розы. И этого было вполне достаточно, чтобы получить проходной балл, и стать претендентом в подарок. Хотя слово «режущая» и звучало тревожно, но это не означало, что мы не можем первоначально победить этого цветущего монстра, чтобы в дальнейшем у нас не возникло с ним проблем.

Ладно, решено мы возьмем с собой эту красотку.

- Я возьму её.

Когда я протянула руку к Камелии, она угрожающе затрясла своими листьями, но как только я коснулась её ствола, она моментально притихла.

- Тогда, вы желаете, чтобы я доставил её во дворец или, заберете с собой сразу?

- Нет, доставь сам её.

- Хорошо. Эм, Ваша Светлость, до меня недавно дошел слух, что у вас во дворце поселился человеческий ребенок, и, что вы преподнесли ему в подарок Карниса… Это действительно так?

- Это тебя не касается.

Однако, почему-то сегодня Руфел был более настойчив, чем обычно, и не желал сдаваться так быстро.

- Вы выбрали эту Камелию ему в подарок? Пожалуйста, скажите мне! Я приму любое наказание за свою дерзость…

- Руфел.

Я отвела взгляд от Камелии и посмотрела на Руфела.

- Ты забыл, кто перед тобой?

Когда я расслабленным движением вскинула руку вверх, Руфел, взлетевший в воздух и зависший в невесомости, побледнел и поспешно закрыл рот.

- Я заплачу, когда ты доставишь дерево в ледяной дворец.

- Мне нужна не такая плата. – Усмехнулся Руфел с искрящимся в глазах весельем.

Что ж, его испуг длился не дольше мгновения, и теперь он снова вернулся к своему обычному шутовскому поведению. Честно говоря, я не понимала почему он продолжает упорствовать, но это уже начинало меня нервировать, так что видимо придется действовать более жестко, чтобы проучить этого глупого щенка.

- Как я уже говорил вам ранее, все чего я прошу, это одного поцелуя Вашей Светлости.

- Неужели? Тогда закрой глаза.

- Правда?!

Руфел быстро закрыл глаза и выпятил губы, в ожидании поцелуя. Я же тем временем неспешно подошла к нему, затем крепко сжала руку в кулак и одним ударом в лицо, разбила все его надежды.

Через два дня, как и было обещано, Руфел доставил Камелию во дворец. Синяк, который он получил два дня назад от моего удара по лицу, так и не зажил, поэтому у него на щеке красовался темно-синий подтек. Тем не менее его красивое лицо, этот синяк нисколько не портил, и даже напротив, придавал ему образ лихого разбойника.

- Молодец. Вот, твоя плата.

Я бросила в руки Рефелу кольцо с драгоценным камнем. Он ловко поймал его, однако после этого снова протянул его мне.

- Вам не нужно платить за неё. Пожалуйста, считайте Камелию символом моей любви и примите её в подарок от меня.

- Ну что ж, тогда мне тоже придется показать тебе символ моей любви.

Когда я стала поднимать руку и сжимать её в кулак, Руфел неохотно положил кольцо в карман. В это же время я услышала какой-то шум позади нас с Руфелом, как будто за нами кто-то подглядывал.

Оглянувшись, я увидела Титу, спрятавшегося за стеной и высунувшего из-за неё только голову.

Его глаза, полные невинного любопытства, перебегали с Камелии на Руфела и обратно. Должно быть, он был удивлен появлением во дворце незнакомца, потому что уже давно не видел никого, кроме меня и Эдмунда.

- Тита? Что ты там делаешь?

Тита смущенно улыбнулся, когда понял, что его поймали за подглядыванием. Но, затем он побежал в мою сторону. Глаза Руфела резко сверкнули желтой радужкой, которая на первый взгляд казалась золотой, пока он пристально наблюдал за Титой.

- Малыш? А не тот ли это мальчик, о котором я слышал? Ха-ха!

Договорив, он громко рассмеялся, как будто над своими тайными мыслями. Тем временем Тита подошел к нам и спрятался за мной, с любопытством глядя на человека из племени ликанов, которого он видел в первые в жизни.

- Ну здравствуй!

Руфел присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне глаз с Титой, и протянул руку.

- Не делай глупостей, Руфел.

- Я просто поздоровался.

Тита немного замялся, но все же взял его за руку. Руфел усмехнулся и погладил его по голове.

- Милый маленький господин, как тебя зовут?

- Тита.

- Тита? Какое необычное имя. Это звучит так, как будто горит пламя.

- Совершенно верно.

- Как и ожидалось, у меня хорошее чутье.

Руфел торжествующе улыбнулся.

Это выглядело так, словно он был котом, поймавшим крысу.

В отличие от меня, не одобрявшей поведения Руфела, ему, казалось, понравился этот приставучий парень.

- А как вас зовут, сэр? – Спросил Тита, улыбнувшись.

- Меня Руфел. Приятно познакомиться.

- Это вы, сэр Руфел, принесли это дерево?

- Да.

- Должно быть, это было тяжело.

- Не стоит беспокоиться об этом. Для моего тела — это сущий пустяк.

- Оно такое красивое...

Тита внимательно посмотрел на Камелию.

- Тита, это опасно, так что если ты подойдешь ближе…

Как только я попыталась предупредить Титу, чтобы он не приближался слишком близко к дереву, он уже потянулся к красному бутону в окружении крупных листьев.

Маленькая ручка коснулась монстра, которого я еще не успела присмирить…

И я, и Руфел, оба застыли на месте, зная, что сейчас должно произойти.

- Нет...!

Я крепко зажмурилась, не желая видеть последующей за этим сцены. Но, как бы это ни было абсурдно, никаких криков я не услышала. Когда я открыла глаза, то увидела, что Тита ласково гладит листья Камелии. В тоже время та самая Камелия, которая по слухам, любила резать пальцы, робко коснулась руки Титы.

Честно говоря, со стороны это было довольно впечатляющее зрелище, как будто пред вами предстал настоящий главный герой, способный покорить весь мир.

Руфел ошарашенно раскрыл рот и спросил:

- Кто этот малыш?...

- О чем ты? Он просто маленький мальчик. Тита, тебе нравится это дерево?

- Да. Мне оно очень нравится. Но Ваша Светлость, почему вы вдруг приобрели его?

- Дворец показался мне несколько мрачным и неуютным, так что я купила его, чтобы немного освежить интерьер. Если оно тебе нравится, ты можешь отнести его в свою комнату и ухаживать за ним сам.

- Ух ты, правда?!

Глаза Титы широко раскрылись, словно, он не мог поверить тому, что услышал. Руфел, наблюдавший со стороны за этой сценой, многозначительно улыбнулся.

- А я все думал, каким же будет этот человек... Ваша Светлость, похоже, что вы уже выбрали себе спутника жизни.

- Ты опять несешь чушь. Возьмись уже наконец-то за ум. Или ты желаешь заплутать в один из снежных дней и замерзнуть насмерть на улице?

- Но любой, кто знает язык цветов, подумал бы то же самое, что и я.

Язык цветов?

Если подумать, это было нечто такое, о чем я никогда не думала. Я слегка наклонилась к Руфелу и тихо прошептала ему на ухо:

- Что ты имеешь в виду?

Если значение этого растения будет нормальным, я позволю малышу о нем узнать.

- Сердце, трепещущее в ожидании любви. – Прошептал Руфел вслед за мной.

- Кхм… вот как.

Это романтично, но это не то, что можно было бы рассказать ребенку.

- Но я не верю в подобные вещи. И так же я не знала, что ты настолько глупый парень, чтобы интересоваться этим.

- Мне нравится язык цветов. Кроме того, мне кажется, что у каждого цветка есть своя история, поэтому мне становится грустно от мысли, что не будет никого, кто помнит о них.

- Понятно. Что ж, если ты закончил, то возвращайся обратно в свой сад.

- Хорошо, я с нетерпением буду ждать встречи с вами снова.

Руфел вежливо поцеловал тыльную сторону моей ладони, после чего быстро исчез, прежде чем я успела замахнуться кулаком.

- До свидания, Тита! Увидимся в следующий раз.

Однако, несмотря на свое поспешное отступление, этот прилипчивый парень не забыл попрощаться с Титой. Я же в этот момент вылила немного волшебного зелья на тыльную сторону ладони, чтобы продезинфицировать место, где его влажные губы коснулись моей кожи.

- Ваша Светлость.

Неожиданно я услышала, как Тита позвал меня. Он пристально смотрел на тыльную сторону моей ладони, которую только что поцеловал Руфел.

- Что такое?

- Почему вы только что «это» делали?

- Ты имеешь в виду почему он поцеловал мою руку?

- Да. Почему сэр Руфел поцеловал вас? Разве не должны целоваться только те, кто любят друг друга? Это значит, что вы, Ваша Светлость, и сэр Руфел любите друг друга?

- О чем ты говоришь? Кто вообще в здравом уме влюбится в этого недоделанного парня?!

Когда мой голос от изумления перешел в крик, Тита вздрогнул и отпрянул на несколько шагов назад. Я глубоко вздохнула, подумав, что пора бы уже научиться держать себя в руках, и попытавшись придать своему голосу ласковый тон, вновь заговорила.

- Так часто делают, когда выражают свое уважение.

- Уважение? Как это?

- Это значит, смотреть на кого-то снизу-вверх, так что Руфел сделал это, потому что он уважает меня.

- Значит, если я хочу выразить уважение Вашей Светлости и сэру Эдмунду, то мне нужно целовать вам руки?

Его невинное детское лицо было таким забавным, что я не смогла сдержать смешок.

- Нет. Это взрослое выражение уважения при приветствии и прощании, так что тебе пока не надо так делать. Я дам тебе знать, когда ты немного подрастешь.

- Да!

Он так мило выглядел, отвечая в своей невинной манере, что я невольно улыбнулась.

Интересно, будет ли он так же хорошо меня слушаться, когда вырастет?

Думаю, теперь я могла понять чувства родителей, сожалеющих о том, что их дитя росло слишком быстро.

- А может ты хочешь навсегда остаться ребенком? Мне под силу сделать это с помощью заклинания.

Мне было так жаль представлять себе этого малыша взрослым, что я сказала то, о чем думала, сама того не осознавая. Однако Тита отрицательно покачал головой и сказал:

- Нет, я не могу дождаться, когда вырасту.

- Но почему?

- Когда я вырасту, то стану сильным и ловким. Совсем как тот человек, что приходил к вам.

Ты хочешь быть сильнее?

Даже сейчас ты уже был сильным, и если твоя сила так и будет расти, то через десять лет у тебя точно не будет соперников. Прошло три дня с тех пор, как он потерял сознание, но моя магическая сила все еще не восстановилась должным образом. При этой мысли, по моему телу невольно пробежали мурашки.

- Когда я вырасту, я буду вам полезен, верно?

- Полезен…?

Если подумать, то, кажется, это было одним из внутренних желаний Титы.

Стать полезным ребенком.

Но, честно говоря, я все еще не понимала, что это значит.

- Сейчас я бесполезен. Ваша Светлость и сэр Эдмунд всегда так добры ко мне, но я не могу отплатить вам…

Когда Тита замолчал, в уголках его глаз выступили крохотные слезы.

Нет, о чем ты говоришь? Разве милым созданиям нужно делать что-то еще, кроме как всегда оставаться рядом?

Хотя осознание того, что за словами Титы и его глазами, в которых стояли слезы, крылась иная причина, не связанная со мной или Эдмундом, пришло и не сразу, все же я сумела это понять. Однако, несмотря на свое внутреннее нежелание копаться в его прошлом, я должна была знать о ней, даже если для этого нужно было разбередить его старые раны.

- Почему ты думаешь, что бесполезен? – Осторожно спросила я, отбросив все сомнения прочь.

- Его Императорское Величество всегда так говорил. Он говорил, что я бесполезный ребенок. Поэтому он всегда злился.

Ах ты сукин сын!

Я заставила себя проглотить проклятие, которое вот-вот должно было вырваться наружу. Я ужасно разозлилась, когда услышала, что этот больной ублюдок, его отец, мог таким образом разговаривать с Титой. И если уж говорить о бесполезности, то во все времена на этом континенте не было более бесполезного императора, чем этот парень.

Ему просто повезло родиться в мирные времена, поэтому сейчас он мог наслаждаться праздной жизнью.

Более того, по воле судьбы ему было суждено привести эту великую империю в течение следующих двадцати лет к полному краху.

Я вытерла слезы Титы рукавом. Такой отец точно не смог бы научить ничему хорошему своего сына. Я даже подумала, что это большая удача для Титы, что император послал его именно сюда.

- Если кто-нибудь скажет тебе это в будущем, отвечай, что он еще бесполезнее, ладно?

- И Его Императорскому Величеству тоже?

- Да. Я позабочусь об остальном, так что можешь смело говорить и ему. Нет, лучше просто назови его червяком-ублюдком.

Тита удивленно уставился на меня с открытым ртом, услышав от меня грубые слова.

- А что, если император накажет вас за такие слова?

- Ты думаешь, что император сможет сделать со мной что-то? Я намного сильнее его. Так что не волнуйся за меня.

- Да! Вы самая сильная! Ваша Светлость в сто, нет, в тысячу раз сильнее, чем Его Императорское Величество, верно? - Спросил Тита, изо всех сил пытаясь изобразить в воздухе большой круг, который, по его мнению, мог выразить эти сто или тысячу раз.

- Все, что, тебе нужно сделать это просто довериться мне и громко крикнуть эти слова ему.

Из-за контракта с первым императором я должна была служить им из поколения в поколение, но это не означало, что императоры могли относиться ко мне с пренебрежением.

Я была ведьмой, которая жила по человеческим стандартам в течение бесчисленных лет, и так же я являлась одним из основателей этой империи. Нынешний император, который не мог даже отличить навоз от золота, совершил аморальный поступок, передав своего сына под мою опеку с почти открытым намеком, чтобы я убила его, но, в отличии от него, прежние императоры всегда были по-своему вежливы, когда имели дело со мной.

Естественно, я была оскорблена таким отношением с его стороны до такой степени, что любое упоминание о нем выводило меня из себя. Не поступи я по-своему, я бы оказалась в большой беде и в последствии умерла, но, к счастью, мне об этом уже было известно, хотя не думаю, что, даже если бы я не знала об этом, я бы поступила по-другому. Однако, в тоже время, это не означало, что я хотела, чтобы для него все закончилось хеппи эндом. И в данный момент я чувствовала себя немного, как врач, выписывающий смертельный рецепт, так сказать, больному.

Только невежественный нынешний император не знал этого.

- А знаешь, давай-ка немного потренируемся. Скажи громко - червяк-ублюдок.

- Черв-червяк уб… ублюдок…. – Заикаясь Тита повторил ругательство за мной тихим голосом.

- Громче! Разве тебя кто-то сможет услышать так? Ты же не хочешь выглядеть перед ним слабаком?

- Нет….

- Тогда говори громче. Повторяй за мной, червяк-ублюдок!

- Червяк-ублюдок! - Крикнул Тита изо всех сил.

- Ну вот, молодец.

Когда я, похвалив Титу, взъерошила ему волосы, то внезапно услышала, как сзади кто-то осуждающе прищелкнул языком. Обернувшись, я увидела Эдмунда, угрюмо смотревшего на меня.

- Зачем вы учите ребенка таким вещам? Молодому господину ни к чему знать такие грубые выражения.

Почему этот старик всегда появляется в такое время, чтобы смутить меня, а? У него что, есть сверх способности?

- Э-это тебя не касается! Я лучше знаю, что ему нужно, я же все-таки его опекун. Лучше скажи, все ли ты приготовил, как я тебе велела?

Я повысила голос на несколько тонов, надеясь, что это сможет скрыть мое смущение.

- Конечно, Ваша Светлость, я приготовил пять видов блюд из мяса, как вы и велели мне.

- Если они невкусные, то будь готов к наказанию.

- Как пища, что я приготовил, может быть невкусной? Я уже несколько десятилетий живу один и сам готовлю для себя.

Моя угроза, казалось, совершенно не оказала никакого действия на Эдмунда.

- Ой, а что это за дерево такое? Не знаю даже, сколько времени прошло с тех пор, как я видел настоящее зеленое растение. Ох, а раз там есть бутон, значит скоро распустятся цветы? – Спросил Эдмунд, подходя к Камелии.

Его некогда яркие зеленые глаза заблестели, когда он увидел бутон. Если подумать, то Эдмунд с детства очень любил цветы. Даже теперь, когда он стал стар, его интерес, кажется, не остыл.

- Это Камелия. Но, если ты не хочешь лишиться своих пальцев, то лучше держись от неё подальше. Это не обычное растение.

Последнюю фразу я добавила уже шепотом, чтобы Тита не услышал.

- Если это не обычное растение, то…. О Господи! Разве вы не должны были предупредить меня об этом раньше?! – Укоризненно закричал Эдмунд, поспешно отходя от дерева.

- Прошу прощения, но мне показалось, что было бы забавно, если бы произошел маленький несчастный случай.

Я с притворной печалью посмотрела на пальцы Эдмунда, прикусив губу, чтобы не засмеяться.

- Если у меня не будет пальцев, кто позаботится о вас и о маленьком мальчике?

- Что ж, ты прав. Беру назад свои слова.

Но, даже несмотря на то, что Эдмунд услышал такие ужасные вещи об этом растении, он не мог оторвать восхищенного взгляда от Камелии.

- Ах, да, чуть не забыла. Тита с этого момента, я доверяю тебе заботу об этом дереве, так что надеюсь ты меня не подведешь.

На самом деле, не имело значения, если Тита даже не справится, и Камелия погибнет, но мне не хотелось, чтобы он продолжал винить себя за то, что он был бесполезным.

Разве не почувствовали бы вы себя немного более уверенно и стали бы меньше корить себя за бесполезность, если бы вам дали задание, даже самое тривиальное?

- Если ты будешь поливать её и подпитывать удобрениями, то однажды она расцветет. Цветы Камелии - очень ценный лекарственный ингредиент, поэтому, если ты будешь хорошо ухаживать за ней, то в конце концов она зацветет, и это поможет моим исследованиям. Ты же справишься с этим?

- Да, Ваша Светлость!

- Я так рад видеть, что вы наконец-то поладили с Титой. – Пробормотал Эдмунд, глядя на нас с улыбкой.

От его слов, меня мгновенно бросило в жар, а мое лицо застыло, превратившись в маску.

- Я просто выполняю свои обязанности опекуна. Разве не долг Великой Герцогини заботиться о своем подопечном?

- Конечно, я именно это и имел в виду. Что бы ни делала Ваша Светлость, все только во имя благой цели.

Эдмунд с преувеличенной бравадой поклонился мне.

Я почувствовала себя несколько лучше, представив, как он ударился бы лбом обо что-нибудь.

Тем временем Эдмунд, не подозревавший о моих мыслях, подошел к малышу и заговорил о Камелии. Я же полностью откинулась на спинку кресла, глядя на спины этих двоих. В любом случае, я невольно даже почувствовала гордость, видя их такими радостными и оживленными.

Как и следовало ожидать, я внимательная и щедрая хозяйка.

С тех пор как появился Тита, в этом холодном мрачном дворце стало теплее.

И несмотря на то, что мы трое не были кровными родственниками, я вдруг подумала, что сейчас мы очень похожи на настоящую семью.

Ну, в каком-то смысле мы не были исключением.

Точно так же, как другие заботятся о своих лисах - супругах, и кроликах - детях, у меня вместо них был дворецкий, похожий на лиса, и подопечный, похожий на кролика.

Значит, дворецкий – лис, и подопечный – кролик.

Забавно, но неплохо.

Я быстро подавила смех, чтобы эти двое беззаботно болтающие о дереве ничего не заметили.

****

С того дня, как Камелию привезли, прошло уже 15 дней, и моя магическая сила наконец-то полностью восстановилась. Первое, что я сделала после того, как магия восстановилась, это наложила на Титу всевозможные защитные заклинания. Я специально это сделала, чтобы то, что случилось в ночь Деветы, больше не повторилось.

Любой, кто владел хоть каплей магии, теперь мог с первого взгляда понять, что этот ребенок находился под моей защитой. Так что отныне большинство из враждебных существ никогда не осмелятся прикоснуться к моему маленькому подопечному.

Но события того дня все еще оставались для меня загадкой, и я даже не догадывалась, кто мог попытаться ему навредить.

Пытаясь докопаться до истины, я связалась с другими ведьмами и трансцендентными существами, которые так же, как и я жили уже на протяжении многих лет, чтобы попросить у них совета, но никто из них так и не смог дать мне четкого ответа.

Может быть, из-за того, что он был главным героем, он должен был пережить определенные трудности, и мои попытки защитить его не смогут помочь в предопределенных случаях?

Я пыталась убедить себя, что это нормально, что я не могу уберечь его от всего, но эти мысли все равно тревожили меня.

Размышляя об этом, я сидела в кресле, подперев подбородок рукой, и наблюдала за Титой, который шел с ведром воды. Он поил Камелию с невинным, ничего не подозревающим лицом. Слово поливал в данном случае будет не совсем уместно, поскольку каждый раз, когда он лил воду, листья Камелии глотали её с широко открытыми ртами.

Это выглядело так, словно, она кричала во всеуслышание: - «я монстр!»

Хотя я уже не раз видела эту сцену, но до сих пор не смогла приспособиться к этой причудливой манере растения поглощать воду.

Я была очень смущена, когда увидела это впервые, поскольку, выбирая Камелию в саду Руфела, не заметила в ней никаких внешних характеристик монстра. И, естественно, в мои намерения не входило раскрывать эту тайну малышу. Поэтому я даже не подумала о том, что она буду потреблять воду таким образом. Тем не менее, вопреки моему беспокойству, что Тита может быть шокирован этим, ему напротив это понравилось, и он даже сказал, что это довольно удивительно и мило.

Насколько я могла судить по его реакции, он подумал, что все растения Белоса изначально такие. Но, честно говоря, во всей этой ситуации, больше всего меня смутило, то, что он назвал такое поведение Камелии - «милым». Я же со своей стороны не видела ничего милого в этом, поэтому решила, что у Титы, похоже, весьма уникальные вкусы.

В любом случае, я была очень расстроена, когда Тита узнал, что Камелия была монстром.

- Мне даже удалось успешно скрыть, что Снежок относится к монстрам смешанной расы. И я хотела лишь показать ему безобидных и простых в обращении существ. Так почему же Руфел ничего не сказал? – Шепотом пожаловалась я Эдмунду, пока Тита занимался Камелией.

- Ну, с этим ничего не поделать. Ваша Светлость, вы не сделали ничего плохого. Кроме того, разве вы не знаете, что у любого, кто живет на этих землях, нет другого выбора, кроме как привыкнуть к монстрам и волшебству?

- Это правда, но... но я хотела, чтобы он узнал об этом, как можно позже.

Я рассеянно посмотрела на Камелию. Тита все еще продолжал поить её водой. Это отвратительное чудовище выпивало огромное количество воды ежедневно. И обычно это составляло где-то около 30 литров в день. Поэтому Тита всегда держал в руках ведро с водой.

Даже Снежок нес во рту большое ведро воды….

Эдмунд тоже попытался помочь, но после того, как он чуть не лишился пары пальцев, он теперь держался в радиусе двух метров от Камелии.

Так что за полив этого ненасытного растения отвечал полностью Тита.

И почему-то, глядя на этого энергичного ребенка, я почувствовала себя человеком, эксплуатирующим детскую рабочую силу.

В один из дней, когда я так же наблюдала за тем, как Тита носит тяжелые ведра, я не выдержала и сказала, что с этого момента буду просто подпитывать дерево с помощью магии, но он наотрез отказался, сказав, что все будет делать сам. Он был так решительно настроен, что я не смогла его никак переубедить.

В это время Эдмунд, смотревший на Тита, стоя рядом с креслом, в котором я сидела, вдруг слегка нахмурился и сказал:

- Ведро, должно быть, тяжелое, и он, наверное, уже устал.

- Если так он станет сильнее, это тоже неплохо.

- Я знаю. Он настолько физически крепок и энергичен, что я даже не могу больше играть с ним. Мои суставы постоянно ноют.

- Те дни, когда твои суставы были в порядке, уже давно канули в лету. Но я сделала хорошее зелье для тебя, так что воспользуйся им и тебе сразу станет легче.

- Да уж, с этим уже ничего не поделать. В такие дни я не могу поверить, что когда-то тоже был таким же молодом и энергичным, как этот ребенок.

- И тем не менее, ты все еще в порядке. Тебе бы стоило наведаться в столицу. Там есть много пожилых людей с намного худшими болячками в более молодом возрасте, чем у тебя сейчас.

- Хах, неужели? Что ж, ваши слова утешили меня. – Со смехом ответил Эдмунд, а затем продолжил, как будто только что вспомнил. – О, кстати, скоро ваш день рождения.

- Уже? Разве мы недавно не справляли его?

Прожив так долго, я уже даже не помнила толком, когда он должен быть. На самом деле это была не совсем моя жизнь, и год здесь длился тринадцать месяцев, а не двенадцать.

Я только смутно помнила, что Клете родилась в середине зимы, как и я. Кроме того, в Белосе всегда была зима, так что даже это время года не имело большого значения. Тем не менее Эдмунд никогда не забывал отмечать мой день рождения каждый год.

Что мы делали в мой день рождения в прошлом году?

Когда Титы не еще было с нами, мы с Эдмундом, кажется, просто наслаждались обычным ужином.

- О, Тита ведь не знает об этом. Нужно будет рассказать ему.

- Не стоит. Иначе он будет подавлен, потому что не сможет приготовить мне подарок.

- Почему вы так думаете? Может быть, он наоборот сделает вам такой подарок, что от удивления вы раскроете рот.

В ответ я лишь фыркнула. Честно говоря, я не ожидала, что Тита сделает мне подарок. Поскольку население Белоса невелико и нет магазинов, торгующих товарами, здесь очень трудно достать какие-либо материалы.

- А какой подарок ты мне сделаешь? Только не говори мне, что ты опять подаришь мне что-то белое.

- Зачем же спрашиваете, если вы уже знаете? Не так давно племя ликанов предлагали нам мех белой лисы, поэтому я сшил меховую накидку, достойную Вашей Светлости.

- Что? Опять белая вещь!

Прошло пятьдесят лет с тех пор, как Эдмунд стал моим дворецким, и этого времени было достаточно, чтобы слегка высокомерный аристократ превратился в умелую экономку.

То, что вся моя одежда была белой, в основном была заслуга Эдмунда. Но, каждый раз, когда я жаловалась, что белый слишком быстро пачкается, он лишь улыбался в ответ и продолжал молча делать по-своему. Хотя, я и знала, что меня прозвали Белой Снежной Королевой, но после десятилетий ношения белой одежды, я чувствовала, что сойду с ума, если продолжу носить только белое. И вот, когда я уже больше не могла вынести этот до тошноты приевшийся цвет, я спросила его, почему мои вещи все белые, на что он дал мне простой, но нелепый ответ.

- Красить вещи сложнее.

Когда он сказал это, я не нашла подходящих слов для ответа.

Тогда мне, казалось, что Великой Герцогине не пристало беспокоить занятого старого дворецкого цветом её одежды, поэтому я больше никогда не заикалась об этом.

Однако, как только Тита прибыл во дворец, Эдмунд купил небольшое количество краски для одежды и пряжи на сэкономленные им бюджетные деньги. Естественно, заметив это, я почувствовала себя преданной, и сразу же высказала свое негодование Эдмунду, но он легко отклонил мою жалобу, назвав это новым хобби.

Таким образом, у Титы всегда была яркая новая одежда. И даже сейчас, глядя на него, я испытывала некоторое чувство зависти.

Свитер, сотканный из желтой шерсти, дополняли милые розовые шерстяные бубенчики, а бежевые хлопчатобумажные брюки были теплыми и просторными, чтобы он мог свободно двигаться.

И все это было делом рук Эдмунда.

Хм… Когда он одет в желтое, то выглядит совсем, как милый цыпленок.

Может мне стоит покрасить Эдмунда в какой-нибудь яркий цвет?

Я посмотрела на свое изящное белое платье с легкой меланхолией. Единственными яркими пятнами на моем теле были только глаза и губы, но, если бы я сейчас оказалась на улице в окружении снежных сугробов, то меня навряд ли можно было бы отличить от одного из них.

Задумавшись о том, стоит ли мне нанять красильщика или нет, даже если это будет не дешево, я перевела взгляд на Камелию, которая до сих пор жадно пила воду.

На верхушке красовался все тот же один маленький бутон, несмотря на то, что она поглощала воду в таком огромном количестве.

Руфел сказал, что она находиться в таком состоянии уже более семи лет. Независимо от того, насколько хороша окружающая среда, если вы ей не нравились, она не зацветет. Похоже, эта мерзавка была довольно высокомерной для монстра. Из-за её ужасного характера теперь страдали Тита и Снежок.

Вероятно, если она не будет цвести слишком долго, мне придется высушить её и использовать в качестве ингредиентов для зелий.

Камелия неожиданно вздрогнула, словно прочитав мои мысли.

- Ахххх….

В последнее время я часто засиживалась в своем кабинете до позднего вечера, занимаясь утомительным составлением годового плана. Я отложила в сторону почти законченный план и потянулась в кресле, чтобы размять затекшие плечи. Бросив взгляд на часы, стоявшие на моем столе, я увидела, что было уже чуть больше полуночи.

Если подумать, то сегодня у меня день рождения.

Со вчерашнего дня Эдмунд поднял такой шум, что я, естественно, не могла забыть о нем.

И все же, я не понимаю, зачем так суетиться из-за какого-то дня рождения?

День рождения был лишь одним из бесчисленных дней, которые проходили мимо, и больше ничего не значил. Ладно, тогда я просто использую свой день рождения как предлог, чтобы покормить Эдмунда и Титу чем-нибудь вкусным и сытным.

Как раз, когда я думала об этом, кто-то постучал в мою дверь.

Тук-тук.

- Что тебе нужно, в такой час?

Естественно, я подумала, что это Эдмунду понадобилось что-то от меня в такое позднее время, поэтому мой голос прозвучал несколько раздраженно, когда я откликнулась. Однако, тем, кто пришел ко мне оказался не Эдмунд, а Тита. Когда дверь открылась я увидела, как из темного коридора в мой кабинет входит Тита, держа в руке лампу. Я сразу же подумала, что что-то случилось, потому что его лицо раскраснелось, а дыхание было прерывистым.

Он что, бежал…?

- Ваша Светлость! – Закричал Тита, как только увидел меня.

Громкий голос Титы в тишине прозвучал оглушительно громко. Услышав его, Тита еще сильнее удивился, чем я, и даже вздрогнул.

- Тита? Что случилось? Почему ты здесь в такой поздний час?

- Ваша Светлость, идемте скорее. Я хочу вам кое-что показать.

Я не знала, что могло случиться такого срочного, но Тита без дальнейших объяснений взял меня за руку и потянул за собой.

- В чем дело?

- Я расскажу вам чуть позже. Нам нужно спешить.

Да, что с тобой такое?

Я была немного смущена, но подумала, что должно быть случилось что-то срочное, раз Тита так настаивал, поэтому просто последовала за ним.

- Тита иди медленнее, иначе упадешь.

Однако он совсем не замедлился, хотя я и предупредила его, что он может упасть.

Что, черт возьми, происходит?

К тому времени, как я уже начала всерьез беспокоиться, думая, что случилось что-то плохое, Тита наконец остановился. Местом, куда он привел меня, оказалась гостиная. Поскольку время было позднее, гостиная, естественно, была пуста. Но войдя в комнату, я сразу же почувствовала витавший в воздухе свежий и странно сладковатый аромат. Это был аромат, который я первые почувствовала в Ледяном дворце.

- Что это за аромат?

- Та-дам, Ваша Светлость! Взгляните туда!

Тита ткнул пальцем в какую-то точку. Я с легким любопытством повернула голову в ту сторону, куда он указывал.

- Камелия? Ох….!

Я была так поражена увиденным, что не смогла удержать удивленного возгласа. На верхушке Камелии, среди гладких зеленых листьев, распустились ярко-красные цветы. Как я и думала, она ничем не отличалась от Камелии, что росла в Корее. Однако сейчас это не имело большого значения, поскольку самым удивительным было то, что она зацвела. Очарованная красотой цветов, я медленно подошла к Камелии.

Тот аромат, что заполнил гостиную, исходил непосредственно от цветов Камелии. Изначально, насколько я знала, цветы Камелии почти не пахли, но в комнате ясно ощущался тонкий сладковатый аромат. Возможно, это было потому, что она была волшебным деревом.

Ох, значит этот чудесный аромат и правда исходит от цветов!

Я никогда не думала об этом раньше, поэтому не сразу догадалась.

- Значит цветы, все же распустились. Ты привел меня сюда, чтобы показать их?

- Я слышал, что ваш день рождения будет в этот день, поэтому каждый день просил зацвести её сегодня! И она действительно послушалась меня! - Голос Титы повысился от волнения.

Какое-то время я не могла ничего сказать и просто смотрела на Камелию. Даже в темноте ярко-красные цветы привлекали внимание своей соблазнительной красотой.

Я осторожно погладила лепестки цветка, чувствуя их мягкую, бархатистую текстуру кончиками пальцев, и в тоже время ощутила, как в глубине моего замерзшего сердца растекалось едва уловимое тепло.

- Может он и не слишком особенный, но… это мой подарок вам. - Робко произнес Тита.

- Он….. прекрасен.

Тита радостно улыбнулся, услышав мои слова.

Я тоже улыбнулась ему. Нет, погодите….

Внезапно я осознала, что улыбалась еще до того, как мне улыбнулся Тита. Я не могла поверить в то, что могла быть настолько впечатлена только от тем, что мне преподнесли подарок на день рождения.

- Спасибо. – Кое-как произнесла я.

Хотя я произнесла всего одно слово, но даже это оказалось для меня довольно сложной задачей.

Тем не менее, несмотря на мой весьма скромный ответ, Тита вновь широко улыбнулся. Пока я смотрела на его улыбающееся лицо, то отчетливо почувствовала какое-то странное покалывание в сердце.

Я присела на корточки, чтобы оказаться на одном уровне глаз с ним.

- А ты уже показывал Эдмунду цветы? Я уверена, он очень хотел бы на них посмотреть. Хочешь верь, хочешь нет, но Эдмунд тоже любит цветы. Хотя по нему и не скажешь.

- Нет, я нарочно ему не сказал о них. Я даже не стал брать с собой Снежка, потому что хотел сначала показать их вам. Кстати, это секрет, так что, пожалуйста, не говорите об этом сэру Эдмунду.

Хотя Эдмунд, скорее всего, уже видел десятый сон, Тита все равно говорил шепотом, словно, боялся, что он его услышит.

- Хорошо. – Так же шепотом ответила я, следуя его примеру.

- О, теперь вы можете сделать зелье из этих цветов. Я читал в книге, что цветы Камелии очень ценятся у людей, которые могут использовать волшебство.

Услышав его слова, я отрицательно покачала головой. Я не хотела использовать эти драгоценные цветы для изготовления лекарств. Чтобы их использовать для изготовления зелий, мне пришлось бы срезать их до того, как они отцветут. Кроме того, сама Камелия, вероятно, придет в ужас, если мы поступил с ней таким образом, и может больше не пожелать цвести.

После того, как цветы отцветут, я намеревалась положить их в шкатулку для драгоценностей и наложить заклинание, чтобы они оставались в таком виде всегда.

- Разве могу я использовать эти прекрасные цветы в качестве материалов для зелий? Когда цветы завянут, я хочу сохранить их на память с помощью волшебства.

- Понятно. Ваша Светлость, а у меня есть для вас еще один подарок….

- Что? Еще один?

Когда я посмотрела на него, Тита откашлялся и с напряженным лицом уставился на меня, а затем….

~ С днем рожденья Ваша Светлость ~

~ Желаю радости и долгих лет жизни нашей любимой Великой Герцогине ~

~ С днем рожденья поздравляю я вас ~

Тита пел тихим голосом, но с четким произношением.

Однако еще до того, как песня закончилась, я обняла его. Это было то, что я сделала совершенно неосознанно.

Аромат цветов Камелии и неповторимый детский запах смешались вместе, наполняя мои легкие. Его запах был не таким чарующим, как у цветов, однако для меня он был самым особенным.

- Спасибо.

- Простите… вам, должно быть, не понравилось… я не очень хорошо пою. Я тренировался, но, кажется, получилось хуже, чем я ожидал.

- Нет, ты просто умничка. Мне очень понравилось.

- П-правда? Тогда я рад, что не разочаровал вас.

Засмущавшись, Тита почесал затылок и застенчиво улыбнулся. Эта улыбка заставила меня кое-что понять.

Маленький мальчик, которого я считала раньше лишь незваным гостем, глубоко проник в мое сердце.

Я не придавала этому большого значения, потому что он был для меня не более слабого моросящего дождика, но вскоре я осознала, что уже вся промокла. Теперь я понимаю, что Тита имел в виду под счастьем. Тепло этого маленького тела в моих руках, его запах, смешанный с ароматом цветов Камелии, и застенчивые фиалковые глаза. В глубине этих глаз, так беззаветно смотревших на меня, светилась искренняя теплота.

- Спасибо, Тита. Большое спасибо, что пришел ко мне.

Я поцеловала его в лоб и вспомнила цветочный язык камелии. Тита, должно быть, каждый день с нетерпением ждал, когда она расцветет. И Камелия, откликнувшись на его зов, наконец-то расцвела, принеся мне это нежное чувство.

«Сердце, трепещущее в ожидании любви.»

Эти слова были еще одним подарком, который Тита подарил мне.

На следующий день Эдмунд, войдя в столовую, заговорил необычно взволнованным голосом:

- Ваша Светлость, вы уже видели?

У него могла быть только одна веская причина для волнения. Но я притворилась, что ничего не знаю.

- Видела, что?

- Камелия за одну ночь расцвела! О Боже, я уже и не надеялся, что когда-нибудь увижу еще хоть разок что-то, что может расцвести.

- Зачем ты поднимаешь такой шум только из-за каких-то цветов?

- Потому что, как только я вижу цветы, мое сердце начинает биться как сумасшедшее. Наверное, я даже омолодился, благодаря этому. - Шутливо сказал Эдмунд, неся приготовленную им еду.

Похоже завтраку он тоже уделил немало внимания, поскольку все блюда пахли намного восхитительнее, чем обычно.

- О, может тогда мне заполонить весь Ледяной дворец Камелиями? Вероятно, так, ты быстрее всего сможешь стать опять молодым юношей.

- Нет уж, спасибо. Вы ведь хотите увидеть, как я буду пугливо шарахаться от Камелий, а не омолаживаться, не так ли?

- Какой сообразительный. А что плохого в том, чтобы немного испугаться? Как по мне, так уж лучше быть напуганным, но молодым, чем невозмутимым и дряхлым.

- Что значит «дряхлым»? Я все еще достаточно молодо выгляжу среди своей возрастной группы!

На самом деле Эдмунду было около 70 лет, но он выглядел так, как будто ему было 50 с небольшим. Вероятно, он входил в ту группу людей, которые медленно стареют, благодаря своим генам, но у него и над ними было преимущество, поскольку он так же употреблял немалое количество моих лечебных зелий.

- В любом случае, ты, кажется, и правда помолодел. Сегодня ты энергичнее, чем обычно.

- Ваша Светлость, вместо того, чтобы смеяться надо мной, вы лучше бы сходили к Камелии. Это действительно удивительно. Такое ощущение, как будто она специально ждала вашего дня рождения, чтобы расцвести.

- Неужели я похожа на впечатлительную девушку, которая придет в восторг, увидев цветы?

Я солгала, не моргнув и глазом. Я была уверена на все сто процентов, что он будет смеяться надо мной, если узнает, насколько я была поражена и как много раз я поблагодарила Титу ночью.

Да, я скорее умру, чем позволю ему прознать про это.

- Что ж, Ваша Светлость всегда были самой достойной и лучшей среди людей этой страны. Наверное, мне не следовало говорить что-то настолько нелепое в присутствии человека, который старше, чем сама история этой империи. Разве Ваша Светлость сможет понять трепет сердца молодого юноши при виде распустившихся цветов?

Когда он неуместно громко рассмеялся, в столовую вошел Тита. Прошлой ночью он поздно лег спать, так что сейчас глаза у него слипались.

- Пахнет восхитительно.

Было забавно, и в тоже время, жалко наблюдать, как он морщит свой носик, улавливая аппетитный запах еды, пока шел к столу все еще сонный с полуприкрытыми глазами. Эдмунд сразу же заговорил с ним, как только увидел его состояние.

- Тита, разве у тебя неудобная кровать? Ты выглядишь сонным.

- Нет… - Пробормотал Тита и сильно покачал головой.

Однако, затем он широко открыл рот и сладко зевнул.

- Или ты поздно лег спать? - С улыбкой спросил Эдмунд.

Тита потер глаза и снова покачал головой, пытаясь стряхнуть с себя сон.

- Нет, это не так.

Но Эдмунд, естественно, не попался на ложь семилетнего малыша.

- Тогда почему ты до сих пор не можешь проснуться?

- Эдмунд, когда ты соизволишь накрыть на стол? С таким слугой немудрено умереть с голоду.

Я поторопила Эдмунда, чтобы он еще больше не смутил сонного Титу.

- Те, кто даже не чувствуют голода, не могут умереть от него.

- Мне не терпится поесть. Еду же просто нужно поставить поближе ко мне, верно?

Вся еда, стоявшая на столе, переместилась ближе ко мне, когда я поманила её пальцем. Эдмунд, увидев спонтанное перемещение еды по столу, хмуро посмотрел на меня и сказал:

- Вы не можете ставить блюда, как вам вздумается. Есть правила этикета, касающиеся размещения блюд на столе.

- Не имеет значения, как они расставлены, если для них уготован только один путь. Лучше садись за стол.

Затем я взяла тарелки Титы и Эдмунда, и сама наложила для них еду.

- Кажется, завтра солнце взойдет с запада. – Сказал Эдмунд со смехом, принимая из моих рук тарелку.

Затем я поставила тарелку перед Титой, однако он чуть не клюнул в неё носом, как будто заснул раньше, чем сам понял.

- Кстати, Тита, Камелия ночью расцвела. Может, сходим посмотреть на неё после ужина? – Внезапно обратился к нему Эдмунд.

- О, правда?

Реакция Титы на слова Эдмунда была весьма неубедительной, впрочем, как и его ответ.

- Неужели вы вдвоем уже видели Камелию?

Эдмунд, уловив нашу странную реакцию, прищурился и посмотрел на нас обоих.

- Конечно же, нет.

Я солгала даже бровью не повела. На самом деле, не имело значения, если бы он поймал нас на том, что мы смотрели на Камелию без него. Пока он не знал о моих вчерашних постыдных словах и смущающих поступках, у меня не возникло бы проблем. Более того, Эдмунд, скорее всего, похвалил бы Титу, узнай, что он сначала показал мне Камелию.

Но обещание, есть обещание.

Поскольку я уже пообещала сохранить это в тайне, я решила идти до конца.

- Зачем бы мне смотреть на Камелию темной ночью, когда не было ни одного намека на то, что она зацветет?

- И правда. Ваша Светлость наверняка проигнорировала бы это, даже если бы вас предупредили месяцем раньше. Интересно, почему же тогда мне так неуютно?

- Кто знает? Могу только предположить, что все дело в чувствительном сердце молодого юноши, которое мне не дано понять.

Я посмотрела на Титу, и украдкой подмигнула ему, чтобы Эдмунд ничего не заметил.

Тита, поняв, что я имею в виду, игриво рассмеялся.

Это был самый восхитительный и веселый день рождения за все мои 200 лет пребывания в теле Клете.

- Ваша Светлость, я приготовил сонное зелье из оставшихся вчера материалов. Не могли бы посмотреть, правильно ли я смешал ингредиенты?

Тита заговорил со мной, пока я раскладывала магические материалы в своей мастерской. В последнее время он стал больше интересоваться зельевареньем. Я взглянула на пурпурную жидкость, которую он держал в руках.

- Ну, давай посмотрим. Что ты туда добавил?

- Я добавил кошачьи когти, усики мотылька и маковый сок. Эдмунд, кажется, вообще не мог спать в последнее время, поэтому я делал его в спешке.

- Что ж, неплохо для зелья, сделанного наспех.

На самом деле это была ложь. Он очень хорошо постарался, и если бы Эдмунд выпил его, то проспал бы полтора дня.

- Вы лжете.

- …А?

Когда я подняла голову, подумав, что ослышалась, то увидела широкую улыбку на губах Титы.

- Вы лжете мне. На самом деле, это зелье приготовлено очень хорошо. Ваша Светлость всегда говорит неплохо, вместо того, чтобы похвалить меня.

Эй, как ты догадался?

Я растерянно уставилась на него. Должно быть, у меня сейчас было довольно глупое выражение на лице, поскольку Тита озорно подмигнул мне и засмеялся.

В оригинальной истории говорилось, что все женщины столицы были одержимы главным героем, и пытались всеми возможными способами соблазнить его. И сейчас, когда я смотрю на его улыбающееся лицо, я понимаю, что с подвигло их на такие отчаянные меры.

- Ваша Светлость, а вы знали, что у вас сейчас невероятно забавное выражение лица? И вы, должно быть, подумали: - «Как он догадался?» - я прав?

- Ах, ты мелкий…

В последнее время меня все чаще посещала мысль, что я перестаю справляться с Титой. Когда он был маленьким, то тихонько ходил за мной хвостиком, но примерно с прошлого года он начал подшучивать надо мной и дразнить.

Когда я заговорила об этом с Эдмундом, он сказал: - «Я думаю, что у него наступило половое созревание», - и добавил: - «Не волнуйтесь слишком сильно и не реагируйте на это остро». Но, откровенно говоря, иногда он доводил меня до такой степени, что злость брала верх над здравым смыслом.

В результате, я вела целое сражение против Титы, хотя и понимала, что веду себя по-детски.

Эдмунд, естественно, замечал наше противостояние, и ворчливо спрашивал: - «Как 424-летняя Великая Герцогиня может поддаваться на провокации 13-летнего мальчика?»

Однако, несмотря на слова Эдмунда, я считала, что смогу справиться с воспитанием мальчика такого возраста, только если внушу ему четкое понятие иерархии.

И все же я не могла поверить в то, что он мог так резко измениться.

Как у моего милого Титы мог развиться синдром восьмиклассника средней школы?! Его застенчивое выражение лица, когда он показывал мне цветущую Камелию, все еще было свежо в моей памяти…..!

Я с сожалением смотрела на лицо Титы. У него все еще было то, красивое лицо, с которым вы спокойно могли принять его за юную девушку, однако его черты постепенно становились все более резкими, а это значит, что его мужское начало вот-вот вырвется наружу.

- Пришло время быть честной. Неужели вы действительно должны быть такой бессердечной по отношению к своему единственному ученику, слуге и подопечному?

- Разве стала бы я делать так, если бы ты внимательно слушал меня? Как только ты начнешь стараться и сможешь сделать зелье лучше этого, я буду полна гордости за тебя.

- Хммм, вы были очень милы со мной, когда я был маленьким. А теперь ваше сердце изменилось, когда я повзрослел?

Тита неторопливо провел пальцем по нижней губе, пристально смотря на меня. Я невольно смутилась под этим взглядом.

Когда этот ребенок успел так вырасти?

Я только-только сумела приспособиться к юному мальчику, а он уже вырос и стал юношей. Еще не так давно я беспокоилась из-за того, что он был таким маленькими, по сравнению со своими сверстниками, а теперь его голова достигла уже моего носа. Казалось, что с каждым днем он становился все выше, и я с трудом могла привыкнуть к этому.

- Я шучу, Ваша Светлость, не будьте так серьезны. А иначе на вашем лбу появятся некрасивые морщины.

Мой голос звучал несколько неловко, когда я вновь заговорила.

- Я всегда была такой. Приложи руку к моему сердцу и поймешь, кто тут действительно изменился. Ты - неблагодарный подопечный. Неужели ты думаешь, что кто-то вроде меня, может стать тебе другом?

- Хм….

Тита прикоснулся ладонью к моей груди и закрыл глаза. Его лицо с закрытыми глазами казалось вполне серьезным, но теперь меня уже не обманешь этим видом. Причина, по которой Тита сейчас выглядел таким серьезным, целиком и полностью заключалась лишь в его красивой внешности.

Конечно же, когда он открыл глаза, то игривым тоном сказал:

- А знаете, что мне приходит в голову, когда я думаю об этом? Может все дело в том, что это Её Светлость неблагодарная?

- Вот как? Тогда давай-ка ты подумаешь об этом еще раз, пока будешь убирать снег во дворе.

До сих пор я позволяла ему ускользнуть от наказания за его насмешки, но не сегодня. Тита даже представить себе не мог, как много я делала для него, поэтому его слова, естественно, задели меня.

Я потянулась к нему, произнося заклинание. Однако Тита, поняв мое намерение, с поразительной ловкостью увернулся от моей руки. Он сделал это так неожиданно, что я чуть не упустила его.

Тем не менее, как бы ловок он ни был, он все еще оставался подростком.

Спустя некоторое время он все же попал под действие моего заклинания.

- С вашей стороны подло - использовать магию против слабого мальчика!

- Уху-ху, а ты только сейчас это понял? Я же всегда была ледяной ведьмой, не знающей пощады.

Я громко рассмеялась, совсем как злодейка из фильма, глядя на Титу, дрожащего от злости.

Так-так, малыш, и почему же ты так злишься на эту ледяную ведьму, когда сам напрашивался на неприятности, постоянно дразня её?

[Пусть дорожки во дворе очистятся от снега….]

Как только приказ был отдан, Тита энергичным шагом отправился за лопатой, стоявшей в углу мастерской. Конечно, эти действия, происходили против воли Титы. Он изо всех сил пытался взять под контролировать свое тело, которое не следовало его собственной воле, но все попытки были тщетны.

- Вы бессердечная ведьма, не способная пролить ни слезинки! Вам не сойдет это с рук! – Крикнул он, сверля меня яростным взглядом.

- Да неужели? Разве тебе не потребуется по меньшей мере сто лет, чтобы победить меня?

В отличие от лица Титы, которое по-прежнему было повернуто ко мне, его ноги неуклонно вели его в сторону двери.

- После трех часовой уборки снега ты поймешь глубокий смысл слов своего опекуна. Вот тогда мы снова поговорим. – Ласково сказала я ему в след.

Спустя некоторое время я направилась в гостиную.

Пока я пила чай, приготовленный Эдмундом, я поведала ему о произошедшем.

- Ох, неужели вы думаете, что это верный метод воспитания, если вы наказываете его лишь за ребячливое поведение? Он же просто немного пошутил и все.

- Мне кажется, что даже трех часов уборки снега для него будет недостаточно. Кроме того, я не думаю, что мои методы воспитания не правильные. Этот ребенок слишком энергичен, поэтому не может контролировать свои мысли и действия.

Откровенно говоря, я не горела желанием наказывать Титу, но я не могла позволить ему продолжать в том же духе и дальше. И дело было не только в нашем последнем разговоре. Помимо того, что он дразнил и подшучивал надо мной словесно, он так же совершал некоторые поступки, которые вызывали во мне немалое раздражение. Например, иногда он тайно смешивал мои ингредиенты для зелий, делая какие-то странные зелья, и добавлял потом в мой чай, кроме того он прятал мои любимые магические инструменты в месте, которое знал только он и т.д. Таким образом, он, похоже, пытался изощренно подшутить надо мной. Я не знаю, почему он делал что-то подобное сейчас, когда даже будучи семилетним малышом он никогда не доставлял никаких особых проблем.

Когда я посмотрела в окно и увидела, как Тита убирает снег с дорожек, я стала немного успокаиваться и даже невольно подумала о том, чтобы отменить его наказание. Но, напомнив себе еще разок обо всех его проделках, мысль, о проявлении милосердия к нему, моментом покинула мой разум. К тому же, тот факт, что Эдмунд продолжал упорствовать, не желая принимать мою сторону, подпортил мое настроение еще больше.

- А может все дело в том, что Ваша Светлость никогда не воспитывала детей, поэтому сама стала ребенком, когда приняла под свое крыло маленького подопечного?

- О-о-о, тебе так не терпится пойти убирать снег вместе с ним на улице?

- О Боже, пожалуйста, не шутите так. Если я выйду убирать снег в такой день, как сегодня, то срок моей жизни сократится вдвое, и место вашего дворецкого освободится раньше, чем вы думаете.

Эдмунд замахал руками, притворившись испуганным.

- Какой же ты шумный. От свежего воздуха и физического труда еще никто не умирал.

Но, несмотря на свои слова, внутренне я переживала, что здоровье Эдмунда в последнее время ухудшалось. Независимо от того, насколько хорошо я владела магией лечения и как эффективны мои зелья, я не могла предотвратить естественный процесс старения.

Кажется, до меня доходили слухи, что в восточной части Белоса был найден горячий источник….

Интересно будет ли он полезен от боли в суставах, если я отправлю его туда на отдых?

Тем временем Эдмунд, не подозревавший о моих благих мыслях, то и дело поглядывал в окно. Похоже, он очень переживал за Титу. Если подумать, то именно из-за такого отношения Эдмунда, характер моего милого подопечного испортился.

- Почему бы тебе просто не вылезти в окно? Ты был с ним слишком мягок, вот почему он стал таким.

- Ну, я не думаю, что ребенок может стать таким только потому, что кто-то беспокоится о том, чтобы с ним не приключилось беды. К тому же, не вам мне об этом говорить, ведь я знаю, что толщина защитных заклинаний, наложенных вами на Титу, превышает десять пальцев.

Эдмунд коротко рассмеялся, а затем вновь заговорил.

- Это суровое место. И чтобы вырастить здесь ребенка, вы должны быть ко всему готовы. Кроме того, такой метод воспитания больше походит на то, как будто вы пытаетесь приручить лошадь, а не вырастить достойного мужчину.

- В любом случае, я все равно сделала это только один раз, так что наставляй его соответствующим образом в дальнейшем, чтобы он не нарушал дисциплину.

- Хм, а что вы сделаете, если он из-за этого пойдет по кривой дорожке?

Будущее Титы, в котором он уже превратился в подростка, ступившего на кривую дорожку, моментально развернулось в моей голове. Это была яркая картина, где он стоял в окружении своих сверстников, курящих сигареты, и вымогал деньги у случайных прохожих.

О Боже, нет.......! Мой Тита не должен стать малолетним преступником!

Пока я прокручивала эту ужасную сцену в своей голове, Эдмунд покачал головой и спокойно сказал:

- Ха-ха. Нет, это исключено. Разве может он пойти по кривой дорожке в таком пустынном месте? У него ведь нет друзей его возраста, чтобы общаться с ними, и нет никакой возможности раздобыть алкоголь, поскольку в округе нет ни одного бара или постоялого двора. Даже если бы мы нарочно подталкивали его к срыву, у него нет ни единой возможности ступить на этот путь здесь.

- Вот как?

Услышав его слова, я немного успокоилась.

- Я слышал, что дети-подростки часто чувствуют себя неловко со своими опекунами, но Тита, слава Богу, ведет себя очень дружелюбно по отношению к вам. Однако если вы будете слишком резки с ним, то можете ранить его чувства, и он станет отдаляться от вас, поэтому, пожалуйста, постарайтесь сохранять спокойствие, даже если он вас разозлит.

- Понятно. И все же я ничего не могу поделать с собой, когда он ведет себя так.

- Я уверен, что придет день, когда вы будете скучать по этим временам. Снежок, иди сюда.

Эдмунд взял печенье с тарелки и протянул его Снежку. Снежок радостно завилял своим длинным пушистым хвостом и потерся головой о талию Эдмунда.

Снежок, теперь стал уже совсем взрослым, и был крупнее любого другого обитателя Ледяного дворца. Внешне он был похож на волка, однако размером был с тигра. На втором месте по скорости роста после него, была Камелия, которая вымахала за эти годы до весьма приличных размеров.

- Ах, негодник ты этакий. Сколько раз я говорил тебе не делать так, а? Твоя шерсть теперь будет по всюду.

Хотя на самом деле Эдмунд был моложе меня, но иногда у меня возникало такое чувство, будто он был моим добрым дедушкой. Возможно, причиной этому было то, что за последние годы он сильно постарел.

Смотря на Эдмунда, я невольно вспомнила слова, принятые говорить пожилым людям на Ближнем Востоке.

- Эдмунд.

- Да?

- Проживи долгую жизнь.

- Не думаю, что это в моей власти. Кроме того, в долгой жизни тоже нет ничего хорошего, потому что болезнь будет разъедать тело все больше. И чтобы я ни делал, с каждым заходом солнца мое тело становится все более немощным.

- Эй, тогда почему ты не заботился о своем здоровье, когда был еще молод?

- Ваша Светлость, а вам не кажется, что все потому, что кто-то попросту бездельничал все это время? Какое тело сможет выдержать, когда все хозяйство по дому висит на нем? – Возразил Эдмунд с укором в голосе.

Честно говоря, это правда, что он баловал меня, так что я не могла не ощутить укола совести.

Глядя, как я вместо того, чтобы ответить, закатила глаза, Эдмунд вздохнул и снова заговорил.

- В любом случае, какое это имеет отношение ко всему происходящему сейчас? Независимо от того, насколько тщательно вы следите за своим здоровьем, вы в конечном итоге все равно постареете.

- Эй, не говори так. Это звучит слишком странно.

В тот момент, когда я ответила ему, дверь открылась и вошел Тита, весь промокший от пота.

Эдмунд вскочил с кресла и быстро переключился на новую мишень.

- Вижу, ты хорошо сегодня поработал, Тита.

- Да уж.

Тита бросил на меня такой взгляд, как будто чувствовал, что его предали.

- Значит, вы двое наслаждаетесь горячим чаем с печеньем, пока я убираю снег?

- Проходи и выпей с нами чашечку чая. – Пробормотала я, кивком указав на кресло.

Тита нахмурился, и вскинув повыше подбородок, отвернулся.

Эдмунд ласково улыбнулся ему, сделав вид, что не заметил этого.

- Присаживайся в кресло, тебе нужно согреться.

- Сначала я пойду помоюсь. Я сильно вспотел. – Резко ответил Тита и прошел мимо нас.

Уловив в его голосе явное недовольство, я широко раскрытыми глазами уставилась ему в спину, и смотрела на него, пока он не скрылся на втором этаже. Тем не менее он даже не обратил на меня внимания, хотя знал, что я смотрю на него. Я еще никогда не видела его таким рассерженным.

- Да что с ним такое? Он что, злится? Но почему он так разозлился?

Это просто смешно.

- Ну, по правде говоря, вы заслужили это.

- Почему ты всегда встаешь на сторону Титы? Ты мой дворецкий, а не его. Это я та, кто платит тебе ежемесячное жалованье. Разве ты не должен принимать мою сторону?

- Вы ревнуете меня к ребенку?

- У тебя старческий маразм? Кто это тут ревнует?

О Боже, только подозрений в ревности мне еще не хватало….

Я взяла вилку и стала протыкать ею печенье в форме цветка, надеясь, что это поможет мне немного успокоиться, как вдруг с потолка стал раздаваться глухой стук.

Комната Титы находилась как раз над гостиной на втором этаже.

Как только я поняла, что громкий стук - это шаги Титы, мой рот открылся сам собой от удивления.

Эдмунд, который подносил печенье ко рту, тоже растерянно поднял глаза и посмотрел на потолок.

Спустя некоторое время Тита наконец спустился вниз по лестнице в гостиную. С его мокрых волос стекали капли воды, вероятно, из-за того, что он не вытер их как следует. Затем, негромко насвистывая, он подошел к пустому креслу и плюхнулся в него.

- На обивке кресла останутся пятна. – Равнодушным тоном сказала я, а затем создала теплый ветерок и высушила его мокрые волосы.

На самом деле я просто не хотела, чтобы он ненароком простудился.

- Пф, может быть, вы хотите наказать меня и за это?

- Не расстраивайся так. Просто Её Светлость так проявляет свою заботу о тебе. Лучше скажи, не хочешь ли выпить чашечку чая?

- Нет, потому что кое-кто недавно сказал, что я неблагодарный.

- Что значит неблагодарным? Где ты услышал такое слово?

Эдмунд был ошеломлен резкими словами Титы.

- Об этом мне сообщила хозяйка этого дворца, которая сидит напротив меня.

Тита без колебаний указал на меня пальцем.

- Ох, Ваша Светлость, как вы могли сказать ему такое? Вот почему Тита небрежно относится к урокам этикета.

При этих словах я удивленно приподняла бровь. А затем поставила чашку с чаем, которую держала в руках, на столик.

- В чем дело, Тита? Разве ты не говорил, что усердно учишься в последние дни?

Тита вздрогнул, услышав металлические нотки в моем голосе. Однако вскоре он расправил плечи и спокойно ответил:

- Неужели мне так обязательно учиться? Если подумать, учеба - это еще не все в жизни. Счастье ведь не в отличных оценках, не так ли?

Что….?

Конечно, это было верное утверждение. Однако эти замечания не были уместны в устах Титы, который являлся круглым отличником с того момента, как начал учиться.

- А что же ты тогда хочешь делать, если не собираешься учиться?

- У меня есть мечта.

- Мечта? И какая же?

Серьезный взгляд глаз Титы заставил мое сердце тревожно забиться.

А что, если его мечта - это стать королем наемников и захватить империю, или сместить нынешнего императора и взойти на трон?

- Я собираюсь пойти по стопам Эдмунда и стать самым великим дворецким, который когда-либо был в Ледяном дворце. В этом случае, гораздо эффективнее научиться ведению домашнего хозяйства, чем уделять время учебе. Кроме того, у нас здесь бывает не так уж много гостей, так что мне не обязательно изучать придворный этикет.

- Что…?

Мне это не послышалось? Д-д-дворецкий…?

Мы с Эдмундом обменялись взглядами с глупыми выражениями на лицах, не в силах поверить в услышанное.

Первым пришел в себя Эдмунд. Уловив, искреннее намерение в голосе и взгляде Титы, он попытался переубедить его.

- Тита, это хорошо, что у тебя есть мечта, но разве не трудно быть дворецким в реальности? К тому же, я никогда не слышал, чтобы член императорской семьи стал дворецким.

- Не определяйте мое будущее за меня! Более того, то, что я принадлежу к императорской семье, для меня все равно ничего не значит.

Решимость, прозвучавшая в его голосе, была почти осязаема. Само собой, это заставило меня еще больше удивиться.

- Что значит, ты хочешь стать, дворецким? Я не хочу, чтобы ты был моим дворецким.

- Но почему? - Вызывающе спросил Тита.

Когда воздух между мной и Титой сгустился, заметно похолодев, Снежок, лежавший рядом с нами на полу, забеспокоился и ткнулся носом в руку Титы, а затем в мою.

- Ты спрашиваешь, потому что действительно не понимаешь? Тогда ответь, почему с течением времени ты не становишься более зрелым? Слыша твои слова, я бы подумала, что тебе до сих пор семь лет.

Как только я договорила, Тита в гневе вскочил с кресла.

- Вы даже не представляете, что я чувствую..!

- А?

Затем он позвал Снежка, развернулся и исчез.

Что это, черт возьми, было?

Я повернула голову и посмотрела на Эдмунда.

Не то чтобы я разозлилась, скорее, я была просто поражена его абсурдной мечтой.

Эдмунд, похоже, тоже был шокирован, поскольку так и застыл в напряженной позе с чашкой чая в руке.

- И что это только что произошло?

- Ну… кажется, Тита гораздо более чувствительный мальчик, чем мы думали.

- Что это за мечта стать великим дворецким вдруг? Он должен был сказать что-то, что имеет смысл.

- У мальчиков-подростков тонкий и сложный ум, поэтому невозможно предсказать их мысли и действия.

- Эдмунд, ты тоже вытворял подобное в подростковый период?

- Этот период был несколько десятилетий назад. Как я могу помнить об этом, когда я стал уже настолько старым, что даже Ваша Светлость постоянно упрекает меня в склерозе и старческом маразме?

Хм, тогда как же проходило мое половое созревание?

Я порылась в уголках своей памяти, о которых уже долгое время не вспоминала. В возрасте 13 лет я была всего лишь на второго году обучения в средней школе. Кажется, в то время я тоже была погружена в гущу своих безумных мыслей и идей, которым никогда не суждено было сбыться.

Но затем, внезапно мне на ум пришли мои подростковые эмоциональные записи, которые я тайно вела в своем дневнике одно время.

И одно из самых напряженных предложений вдруг выскочило из моего рта, без моего ведома.

- Чувствуя дыхание смерти в темноте, я оказалась во власти удушающего ветра, прилетевшего с западного берега.

И.

- Роковая судьба…

Ах... похоже, я забыла, что было дальше.

- Что? Ваша Светлость, что вы только что сказали? - Спросил Эдмунд с озадаченным видом.

- Ничего, забудь. Иногда в моем разуме всплывают обрывки воспоминаний из далекого прошлого.

Я быстро перестала думать, решив снова похоронить подростковые воспоминания. Совсем как дьявола из романа, которого невозможно убить, но можно запечатать.

Это было действительно счастье, что я не могла вспомнить больше ничего из своего прошлого.

Тем временем Эдмунд посмотрел на меня каким-то странным взглядом, после чего сменил тему.

- Тогда что же нам делать с Титой? Может, мне стоит последовать за ним в комнату?

- Я думаю, что прямо сейчас, его лучше оставить в покое. Нужно дать ему время подумать в одиночестве обо всем.

Я тихонько вздохнула, бросил взгляд в ту сторону, где исчез Тита, а затем добавила.

- Иметь дело с врагом гораздо легче, чем с подростком.

Когда этот ребенок был еще маленьким, его достаточно было окружить любовью и заботой, но теперь я понятия не имела, как должна была воспитывать взбунтовавшегося подростка.

Да уж, вырастить и воспитать из ребенка нормального взрослого человека было довольно долгой и сложной задачей.

****

С улицы донесся громкий шум. Когда я выглянула в окно, то увидела Титу гуляющего со Снежком. Сцена, в которой белый волк и светловолосый мальчик весело резвятся посреди снежных сугробов, была поистине шедевром. Раньше я бы просто покачала головой, удивляясь их энергичности, и вернулась к своим делам, оставив их дальше играть в снегу, но сейчас, глядя на них, я начала переживать по-настоящему.

Нет, только не дворецкий! Ни за что! Я не для этого тебя воспитывала! Я знаю, что мы много баловали тебя, позволяя тебе жить легкой беззаботной жизнью в Ледяном дворце, но это уже слишком!

Я всегда думала, что такие мысли были только прерогативой родителей, но, когда я сама оказалась в таком положении, я поняла их чувства в полной мере. Когда Тита был маленьким, он был таким нежным и ранимым, что я никогда даже не предполагала, что у меня могут возникнуть неприятности, как только он станет подростком.

- Это проблема. Огромная проблема.

Ему сейчас 13 лет, а значит наследный принц умрет в течение пяти лет, согласно оригинальной истории. После этого император признает Титу своим сыном, и он, естественно, станет единственным наследником трона. И если в будущем не произойдет никаких неожиданных сюрпризов, Тита, скорее всего, станет императором. До того, как этот момент наступит, я собиралась научить Титу всем необходимым знаниям, которыми должен обладать монарх. Поскольку он обладал блестящим умом и выдающимися способностями, он стал бы превосходным императором и великим полководцем, который бесспорно оставил бы свой след в истории.

Так откуда же взялась эта чертова мечта стать дворецким?

Конечно, я испытала большое облегчение, когда узнала, что он не собирается стать тираном или бродягой-наемником, но все же идея стать дворецким мне тоже не понравилась.

Неужели я слишком строго воспитывала его? Или это проблема в землях Белоса?

Поскольку мне был дарован титул Великой Герцогини, у меня было так много денег, что я могла даже топить ими камин, но так как Белос был изолирован от остальной части страны, ни титул, ни деньги, здесь не имели большого значения. И даже если люди в империи с благоговейным страхом отзывались обо мне, называя великой ведьмой и хранительницей империи, я ничего об этом не слышала в этих изолированных землях Белоса. Эдмунд, хоть и был выходцем из престижной аристократической семьи, но сейчас он являлся всего лишь моим домоправителем, а Тита, в котором текла кровь императорской семьи, по сути был просто обычным мальчиком возраста ученика средней школы.

Без сомнения, проблема заключалась в окружающей его среде.

Это тоже самое, как если бы вы никогда не пробовали мяса высшего качества, то вы, естественно, никогда не смогли бы отличить его от низкокачественного.

Думаю, ему просто необходимо пожить роскошной жизнью в столице, и почувствовать ту власть, которой он может обладать, чтобы понять разницу.

В конце концов, люди — это не рыбки, и они не могут жить в тихой заводи всю жизнь.

- Почему бы нам не восстановить особняк в столице?

После ужина я решила обсудить этот вопрос с Эдмундом.

- А почему вы так внезапно заговорили об этом? Вы же из тех людей, что ненавидят шумные, людные места.

- По-моему, Тита хочет стать дворецким, потому что ему не хватает опыта жизни в большом городе. Он живет здесь, как лягушка в колодце, не видевшая мира. Я думаю, он передумает, если поедет в столицу, встретится с другими людьми и потратит немного денег. Может быть, у него даже появятся друзья его возраста.

- В ваших словах есть смысл. Но будет ли он рад переезду и жизни в столице? Возможно, он вспомнит о старых ранах, если поедет в столицу. - С тревогой ответил Эдмунд.

- Но, если он не поедет туда, то может и не передумать. Поскольку я не могу покинуть дворец, ты поедешь с ним в столицу. Я буду время от времени навещать его.

- Я не поеду в столицу.

Тем, кто внезапно вступил в разговор был Тита, стоявший в дверях с напряженным лицом. Судя по его виду, он уже некоторое время подслушивал наш разговор.

Когда Снежок появился рядом с ним, он вошел в гостиную и продолжил.

- Я не хочу уезжать. Зачем мне туда ехать? Я уверен, что там меня ничего не ждет, кроме людей, которые будут указывать на меня пальцем и насмехаться.

- Даже если такие люди найдутся, мне не составит труда их уничтожить. Но, ты пока еще не встретил их, так почему же волнуешься об этом?

- Хах.

Тита усмехнулся и нервно взъерошил волосы. Каждое его движение было мне почему-то знакомо, как будто я точно так же делала, когда сама была в средней школе.

- Неужели Ваша Светлость, вы так наивны, потому что живете уже так долго в изоляции в этом Ледяном дворце?

- Я не понимаю, о чем ты.

Он только что сказал мне, что я наивная? Минуточку, что эта мелкая фасолина сейчас надумала там в своей голове?