Верховный Бессмертный (Новелла) Sleeping Fall Ох уж этот Шань! Собрался пробить небесную твердь, а в итоге по чистой случайности стёр мир в пыль. И теперь, под укоризненными взглядами бессмертных, которым и силы не нужны, чтобы его раздавить, он чувствует себя глубоко недооценённым. ==================== Том 1 Глава 1 Глава 1. Духовные предметы. Ян Шань был в такой панике, что внезапно сел на большую кровать, которая издавала шум, когда он сильно дрожал. Теплый и сладкий воздух пронизывал знакомую деревянную кровать, балки, стропила, стены, мебель и украшения, которые напоминали ему что-то в глубине его памяти. Единственной незнакомой вещью было его маленькое тело, но все еще в знакомой одежде. "Как я мог стать ребенком?" Прежде чем он подумал об этом, в его разуме появилась великая мысль и поразила его: он возродился! Так он выглядел сто лет назад. Нынешняя память и переживания через сто лет отталкивали друг друга. Шань был в трансе, когда вспыхнули воспоминания о разных местах и времени. Пока маленькая белая рука не стала все более отчетливой, он вернулся на землю. Маленькое личико с цветочной улыбкой внезапно появилось в его поле зрения, с хихиканьем: "Брат, Брат, живой! Живой!" Когда его глаза снова стали яркими, Ян Шань посмотрел на прекрасную девушку и в неверие спросил: "Моя младшая сестра?" Маленькая девочка ухмыльнулась ему, убрала свою ручонку и сладко сказала: "Ты так затерялся, что даже не узнаешь свою сестренку? Ты был в оцепенении на кровати почти два часа. Ты думаешь о горе сотни воробьев?" Слова маленькой девочки заставили Шаня задуматься о том, что произошло более ста лет назад, пока он не вспомнил одну сцену, которая была в полной гармонии с текущей ситуацией и блудным сыном, который прошел через все превратности жизни более чем за сто лет, и мальчик Ян Шань, наконец, пересекается в одном человеке. Девушка подошла к нему в серии прыжков, обернулась, положила руки на край кровати, села рядом с Ян Шанем, а затем сладко сказала: "я слышала от отца и дяди Байшаня, что только духовные предметы, оставленные другими, доступны на горе сотни воробьев, и это место очень опасно, где свирепые животные часто едят людей. Ты просто мог забыть об этом?" Шань коснулся ее головы нежно, этим он сделал Ян Син несчастной. Она сказала: "Ах! Не прикасайся к моей голове! Мама тщательно заплетала мне волосы рано утром!" Он думал о сценах прошлой жизни, смеялся и говорил: "Не волнуйся. Хотя гора сотни воробьев очень опасна, секта Сотрясающих небеса и другие голубых кровей выбрали необычные духовные предметы, возможно, есть еще некоторые хорошие предметы, которые я могу найти с помощью удачи." "Это будет трудно сделать." Голос привлек Янь Шаня, а затем он увидел мальчика, который был на два или три года моложе его и был похож на него. Мальчик стоял в дверном проеме. Услышав, что сказал Шань, он скривил губы и сказал, "Брат, отец наконец-то получил земной духовный камень от бабушки. Хотя это не самый лучший, это все еще духовный предмет среднего класса. Ты знаешь, нашей семье было трудно с тех пор, как дедушка умер. Отец, должно быть, насмехался над пятым дядей и некоторыми другими людьми из-за этого камня. Только секта Сотрясающие небеса и некоторые семьи в префектуре Юй, могут позволить себе духовный предмет среднего класса. Даже отец просто использовал духовный предмет среднего класса, чтобы пробудить свою духовную акупунктуру. Теперь ты настаиваешь на поездке на гору сотни воробьев, но это опасно!" Шань был на два года старше своего брата, и они часто ссорились и дрались. Несколько дней назад они спорили из-за лука. Ян Шань схватил тутовый лук у своего брата большей силой, что заставило его брата плакать перед их отцом и матерью в течение длительного времени. Пока отец не пообещал купить новый для брата, когда ему исполниться 12 лет, чтобы он просто перестал плакать. Шань посмотрел на своего брата, который выглядел обеспокоенным и немного виноватым, думая об опыте, пережитом во сне более ста лет, что заставило его почувствовать тепло в своем сердце, и затем он мягко сказал: "Не волнуйся. Я просто схожу к горе сотни воробьев разок. Если я ничего там не найду, я вернусь и использую духовный камень земли, чтобы пробудить свои духовные акупунктурные точки. Но если я найду другой духовный предмет, тогда он твой." Внезапно глаза Ян Пина загорелись. Затем он подумал о чем-то и пробормотал: "Если бы ты сказал это раньше, я бы не стал сражаться с тобой за тутовый лук. Я знаю, что отец купил этот лук для тебя на случай, если ты поедешь на гору сотни воробьев." Видя, что его брат что-то бормочет, Ян Шань не мог не спросить: "Что ты говоришь?" Его брат ворчал :"Я не хочу твой духовный камень земли. Тебе легко сказать это, как будто ты успешно получишь духовный предмет. Гора сотни воробьев опасна, поэтому я советую тебе пробудить твои духовные акупунктурные точки с помощью духовного камня земли. Брат. Ху, сын кузнеца Чжана, который жил на востоке деревни, на год младше тебя, но у него интеллект третьего класса. Он развивался с тобой с самого начала и вскоре преуспеет в пробуждении своих духовных акупунктурных точек. Брат. Ху часто хвастается перед нами. Если ты не разбудишь свои духовные акупунктурные точки как можно скорее, в следующий раз мы потерпим поражение." Ян Шань спрыгнул с кровати, подошел к брату, похлопал его по плечу с улыбкой и сказал: "Будь уверен. Все будет хорошо." После этого, он обошел своего брата, толкнул дверь и вышел. Ян Пин стоял прикованный к земле, пожимая плечом, которое похлопал старший брат. И затем он повернулся, чтобы посмотреть на спину Шаня, и последовал за ним, бормоча что-то. За пределами комнаты, их отец Ян Тяньган только что закончил раскуривать трубку с табаком, сидя на жернове и стуча по трубке с табаком, в которой табачный пепел издавал шорох падения. С помощью Ян Фань, третьей тети Ян Шаня, его отцу удалось заполучить эту высококачественную медную табачную трубку с нефритовым горлышком, которая стоила почти половину семейной собственности. В результате, семье Ян пришлось нелегко. Пока Ян Тяньган жил отдельно от клана Ян, он переехал с семьей в село Туку,города Хунгу, округа Менджаю, и стал сельским главой, их жизнь стала потихоньку налаживаться. На табачной трубке висело два мешочка. Один, сделанный из обычной черной ткани, был наполнен разрезанным табаком, а другой, сделан из парчи, выглядел меньше и сморщенным. Ян Шань знал, что в парчовом мешочке был некий низкосортный табак, который был сделан из холодных нефритовых листьев табака. Люди, которые курили его, могли чувствовать холод, который сделает их полностью расслабленными и счастливыми. Только когда Ян Тяньган почувствовал себя счастливым или пришел посетитель, он мог курить. И Ян Шань также узнал, что этот мешочек может содержать не только холодно-нефритовый табак, но и многое другое, намного большее, чем сам мешочек. Увидев, как Шань выходит из дома, Ян Тяньган медленно достал табак из черного мешочка, а затем потер табак большим и указательным пальцами. Внезапно засияли искорки, и табак загорелся. Выплевывая облако белого дыма после пары вдохов, он посмотрел на Ян Шаня и сказал: "Ты принял решение?" Шань выглядел молодым, но крепким. Он кивнул: "Да, я решил отправиться на гору сотни воробьев!" "Я не позволю тебе туда пойти!" Закричала его мать. С видом беспокойства, Хань Сюмэй быстро вышла из кухни. Она стряхнула воду с рук и протянула палец, чтобы ткнуть Шаня в лоб, а затем сказала: "Ты действительно знаешь гору сотни воробьев? Эти кланы и богатые семьи зло, а так называемые возможности это греческие дары. Они просто впускают детей, так что такое поведение равносильно смерти. Я не позволю тебе пойти туда. Если ты осмелишься пойти туда, я сломаю тебе ноги!" Шань попытался увернуться от ее пальца, но палец всегда точно тыкал ему в лоб. Поэтому он был вынужден защищать лоб руками, и воскликнул: "Ах! Больно!! Поверь мне, со мной все будет в порядке." Услышав это, его мать была в ярости. Удар упал на затылок Ян Шаня перед его реакцией, которая заставила его пошатнуться. Его мать сказала : "Ты маленький придурок! Я пережила много трудностей, воспитывая тебя. Твоему отцу потребовалось много работы, чтобы найти этот духовный камень земли. Но ты все равно продолжаешь настаивать на поход к горе сотни воробьев! Даже если у тебя есть возможность вернуться с горы ста воробьев, ты действительно можешь найти духовный предмет лучше, чем духовный камень земли? Там ничего хорошего не осталось, много людей уже все обыскали!" Шань просто ухмыльнулся, но его мать знала, что это был его старый трюк, который показал, что он решил сопротивляться до конца. Она так волновалась, что ей пришлось просить отца о помощи. "Что ты думаешь по этому поводу?" Спросила она. Ян Тяньган курил табак и был объят табачным дымом. Через некоторое время он медленно сказал Шаню: "Ты всегда мечтал об одном. Так, обучение стрельбе из лука в течение одного года было для того чтобы пойти на гору сотни воробьев?" Шань прикоснулся к своей голове и ответил с улыбкой: "Да!" Ян Тяньган продолжил курить молча. Между тем, Ян Пин и Ян Син молчали с тех пор, как вышли из комнаты. Семья Ян стояла и ждала, когда глава этой семьи примет решение. Закончив эту трубку с табаком, Ян Тяньган сбил табачный пепел с трубки, взглянул на Шаня и сказал: "Просто сделай это!" Хань Сюмэй сразу стало тревожно, и закричала, "Ты…" Ян Тяньган махнул рукой, чтобы прервать ее, и сказал: "Все решено. Шань редко сосредотачивался на чем-то одном так долго. Год назад он занимался стрельбой из лука и готовился отправиться на гору сотни воробьев. Таким образом,я планирую взять его туда через три дня." Видя, что Хань Сюмэй все еще беспокоилась о своем сыне, Ян Тяньган добавил: "Я просто покажу ему окрестности горы сотни воробьев, это будет безопасно. В худшем случае мы ничего не найдем." ---------- Том 1 Глава 2 Глава 2. Духовная Формула Ночью, Ян Шань тихо подошел к колодцу в огороде. Обод колодца был сделан из голубого камня, с лебедкой наверху. Когда он посмотрел на дно колодца, холод внезапно наполнил воздух, заставляя Ян Шаня чувствовать себя бодро. Этот колодец был сделан семьей Ян, когда они переехали в деревню. Ян Тяньган использовал силу своей семьи, чтобы разграбить должность главы деревни. После деления поля Ян Чжан сделал три колодца для полива на своих полях. Чего Ян Тяньган не ожидал, так это того, что его удача, казалось, становилась лучше после распада семьи. Когда он выкопал третий колодец, он вдруг почувствовал слабую духовную энергию воды из колодца! Это потрясающе. Хотя духовная энергия в этом колодце была действительно слабой, духовному фермеру деревни Ту Цю было трудно оценить ценность этого духовного колодца. Духовные фермеры деревни Ту Цю, которые были враждебны к Ян Тяньгану, потому что он занял должность главы деревни, они совместно организовали тяжелую борьбу за этот духовный колодец. Используя культивацию второй ступени энергии убивающей демонов из сферы воина и с помощью своей жены, Хань Сиумэй, которая обладала культивацией пятой ступени владения бессмертной магией из смертной сферы, а так же двух своих братьев и при помощи магии Табачной Трубки, Ян Тяньган разбил передние зубы двум людям, сломал лопатки четырём, пять человек лишились оружия и ещё у одного пострадало бедро. Этого было достаточно, чтобы напугать всю деревню. Он не только сохранил духовный колодец, но и получил имя эксперта номер один в деревне. Никто больше не смел желать его места. После этого Ян Тяньган установил свой дом рядом с этим духовным колодцем, защищал его день и ночь. Этот колодец стал сокровищем дома семьи Ян. Из-за воды духовного колодца Ян Тяньган всегда мог собрать больше духовных крупиц, чем другие. Так их жизнь стала лучше за три года. Год назад Ян Шань вернулся домой в графство Чэнь Юй, чтобы принять участие в тесте талантов. У него было две бессмертные духовные дыры, он был оценен как талант четвертого класса. Это был плохой результат. Врожденный талант был первым порогом для культиваторов, чтобы войти в мир культивации. Хотя этот порог не является решающим фактором для культиватора, но он считается важным для них. В общем, было только два типа врожденного таланта. Во-первых, в их телах были духовные дыры, чтобы они могли поглощать духовную энергию из мира. Другие люди, у которых не было духовных дыр они не могли культивировать духовную энергию мира. С этой точки зрения, Ян Шань был счастлив, что у него было две духовные дыры в теле. Однако, человек с духовным отверстием в теле, может сдать на пять уровней таланта в зависимости от количества духовных отверстий. Человек мог иметь только пять духовных отверстий и такой талант, естественно, был лучшим. С этой точки зрения, талант Ян Шаня на четвертом уровне был лишь немного сильнее, чем низший уровень. После культивирования в течение года, Ян Шань сумел поймать слабую духовную энергию в воздухе и зафиксировать ее в своем теле. Это была первая стадия царства смертных: ведение в духовной ауре. В этот момент Ян Шань сидел, скрестив ноги, на голубом камне рядом с колодцем. Он закрыл глаза и сосредоточился на двух бессмертных духовных дырах в своем теле. Он попытался пробудить бессмертные духовные дыры, захватив духовную энергию из колодца. Это была вторая стадия царства смертных: призыв бессмертного духа. Однако Ян Шань все еще был далек от входа во вторую стадию сферы смертных. На самом деле, с талантом четвертого класса Ян Шаня, потребуется много времени, чтобы достичь второй стадии смертного царства, просто ведя в духовной энергии. Поэтому ему нужно было использовать бессмертные духовные предметы, чтобы сократить время достижения второй ступени, таково происхождение имени призвания бессмертного духа. В своей предыдущей жизни Ян Шань не хотел признавать свой ранг таланта четвертого уровня. Он практиковался в стрельбе из лука в течение года, готовясь отправиться на охоту в горы Сотни Воробьев, но он почти умер от нападения дикого кабана. Тем не менее, это не означало что у него не было никаких успехов. В конце концов, он вернулся домой с бессмертным духом низкого класса и, очистил желтый земной камень, чтобы прорваться на вторую стадию смертного царства. На этот раз, когда Ян Шань снова отправится на гору Сотни Воробьев, он не будет так несчастен, как в предыдущей жизни. На самом деле, у него был отличный план на эту поездку. Однако, хотя у Ян Шаня было всего три дня, он все еще пытался увеличить свою силу. Мир смертных был разделен на пять этапов, на первом этапе Формирование духовной ауры, второй этап призыв бессмертного духа, третий открытие духовных отверстий, четвертый возведение бессмертной основы, последний, пятый этап назывался владение бессмертной магией. Даже Ян Шань культивируя в течение года, только освоил вторую стадию призыв бессмертного духа, и он все еще был далек от достижения стадии совершенства. У семьи Ян был свой метод культивирования, называемый "духовной формулой покрытия земли". Легенды говорили, что это была упрощенная магическая формула секты Сотрясающих небеса “формула сокровище покрытия земли”. Никто не знал, правда это или нет, но эта духовная формула была распространена различными силами в секте Сотрясающие небеса. Ян Шань был прямым потомком семьи Ян в городе Цин Ши округа Чэнь Юй. Несмотря на то, что у него был более низкий талант к культивации, он все еще мог изучать духовную формулу покрытия землю. Если бы он не был прямым потомком семьи Ян, он мог бы изучить магическую формулу покрытия земли только на нижней стадии. Ян Шаню преподавал Ян Тяньган с тех пор, как он начал культивировать духовную формулу покрытия земли. Ян Шань не был ни ленивым, ни прилежным, но у него был талант на четвертом уровне. Через год он едва мог достичь первой стадии культивации, поэтому уделял больше внимания бессмертным духовным предметам в горной охоте на горе Сотни Воробьев. Для культиваторов этого мира врожденный талант был важной частью процесса культивирования, но он не был решающим. Как далеко может зайти культиватор в мире культивации, зависит от множества факторов. После более чем ста лет опыта в своей предыдущей жизни, Ян Шань теперь был в состоянии полностью использовать его, заставляя себя путешествовать дальше, чем в мире сновидений. Но в это время Ян Шань не культивировал “духовную формулу покрытия земли” семьи Ян. Это был метод культивации, который Ян Шань получил от оставшихся в живых учеников секты, Сотрясающих небеса в своих воспоминаниях. Эта формула называется “духовная формула пятой земли”, Ян Шань хотел заменить духовную энергию из “духовной формулы покрытия земли” духовной энергией из “духовной формулы пятой земли”. В противном случае, было бы трудно изменить его методы культивации, когда он достигнет стадии призыва бессмертного духа. Магическая формула не могла сравниться с духовной формулой. Была также легендарная формула сокровища над духовной формулой. После культивирования магической формулы покрытия земли, можно было бы культивировать духовную формулу покрытия земли более высокой ступени, затем формулу сокровища покрытия земли. Последний метод культивации, был даже на одну ступень выше духовной формулы пятой земли. "Духовная формула покрытия земли" семьи Ян и “духовная формула пятой земли", которую культивировал Ян Шань, были унаследованы от секты Сотрясающих небеса, но они были двумя отдельными методами культивации. Формула сокровище покрытия земли, была более высоким методом культивации, чем духовная формула покрытия земли. Тем не менее, это был секрет секты Сотрясающих небеса. Семья Ян пыталась получить ее несколько раз, но потерпела неудачу. В конце концов, они были просто местной богатой семьей. Согласно культиватору, который обучал Ян Шаня духовной формуле пятой земли в его предыдущей жизни, на более высокой ступени существовала формула сокровище пятой земли. Хотя это была формула сокровище покрытия земли, в секте Сотрясающие небеса это был секрет. Этапы и методы культивации были основаны на крайних пределах культивации. Согласно разнице в глубине и сложности, методы культивирования на той же стадии также имеют разностные уровни. На примере формула сокровище покрытия земли и формула сокровище пятой земли, обе были методами культивации секты Сотрясающих небеса. Культиватор мог достичь бессмертного царства с ними, но процесс культивации первой был относительно быстрее и проще, поэтому он был оценен как средний уровень формул сокровищ. Тем не менее, процесс культивирования последнего был очень медленным в секте Сотрясающих небеса, и было много суровых условий. Это можно рассматривать как чрезвычайно трудная практика в методах культивирования секты Сотрясающих небеса. Поэтому почти никто в секте Сотрясающих небеса не желал культивировать формулу сокровище пятой земли, поэтому ее можно было оценить только как низшую. Тем не менее, ученик секты Сотрясающих небеса, который научил его духовной формуле пятой земли в его предыдущей жизни, Ян Шань знал, что Формула сокровище пятой земли была связана с формулой культивирования на более высокой стадии в секте Сотрясающих небеса. Этот полный набор наследования был ортодоксальными формулами культивации секты Сотрясающих небеса. Тем не менее, эта формула высшей ступени никогда не была обнаружена в секте Сотрясающих небеса, что привело к отсутствию во всем наследстве. Это было также причиной, почему немногие ученики секты Сотрясающих небеса были готовы культивировать формулу сокровище пятой земли. Однако эта формула появилась когда секта Сотрясающие небеса была уничтожена. Но он быстро разбился в борьбе и в конце концов проиграл. Когда подул ночной ветерок, Ян Шань усердно культивировал на голубом камне рядом с колодцем. Скудное количество духовной энергии, которое он накопил в своем теле в течение года, было поглощено духовной энергией, конденсированной новой духовной формулой. И из-за новой духовной формулы первоначальная духовная энергия была только наполовину конденсирована. Ян Шань криво усмехнулся. Именно поэтому духовная формула пятой земли не была принята. Большое количество духовной энергии было максимально конденсировано. По сравнению с другими духовными формулами, глубина культивации была бы намного меньше. Трудно представить себе трудности культивирования формулы сокровище пятой земли. Однако Ян Шань быстро обнаружил, что духовная энергия, конденсированная из духовной формулы пятой земли, также была в несколько раз толще, чем раньше. Это означало, что в будущем, если обе стороны будут использовать одну и ту же магию, Ян Шань будет еще более мощным, чем его противник с меньшим потреблением. Конечно, поглощение духовной энергии будет значительно быстрее при культивировании духовной формулы пятой земли. По оценке Ян Шаня, количество поглощаемой энергии будет, по крайней мере, на четверть больше, чем раньше. Однако, пока она сжимается духовной формулой пятой земли, культивация будет всё еще медленнее, чем прежде. ---------- Том 1 Глава 3 Глава 3. Нефритовая монета. Культивация была чем угодно, только не удовольствием. Было не только скучно, но и больно, когда собирали духовную энергию, а затем концентрировались на бессмертных духовных отверстиях. Духовная энергия просачивалась в тело, как будто тело снова и снова кололи конусом. Однако Ян Шань быстро понял одну вещь, которая его обрадовала. Первоначально он хотел заменить духовную формулу покрытия земли, духовной формулой пятой земли. Первое, что ему нужно было сделать, это преобразовать накопленную за последний год духовную энергию покрытия земли в духовную энергию пятой земли. Однако в процессе культивации Ян Шань обнаружил, что он поглощает слабую духовную энергию из колодца, когда он собрался, чтобы преобразовать духовную энергию покрытия земли, и сжал их все в духовную энергию пятой земли. Это означало, что он мог делать две вещи во время своего культивирования! Подумав некоторое время, Ян Шань приписал все это своему предыдущему воплощению. В этом мире, хотя талант Ян Шаня был посредственным, ему все же удалось продвинуть свою культивацию к четвертой стадии царства воинов. Возможно, именно из-за своего предыдущего воплощения Ян Шань мог чувствовать и понимать намного лучше, чем его ровесники, ему было легко культивировать с его многозадачностью. Иногда Ян Шань не мог сказать, был ли он перерожден с предыдущим воплощением или ему просто приснился сон с предсказанием. Тем не менее, было одно, что Ян Шань мог подтвердить. Тот опыт оказал на него огромное влияние. Зрелый ум, намного превосходящий уровень его сверстников, и завершенная формула сокровища пятой земли, и разумное чувство, которое может занять многозадачность. Этой ночью Ян Шань культивировал в течение долгого времени, пока луна не появилась над головой. Дело не в том, что он устал, но его тело достигло предела владения духовной энергией. Его тело было недостаточно сильным. В противном случае, с сильной волей Ян Шаня, это превосходило бы его сверстников, он был бы в состоянии продержаться дольше. Тем не менее, Ян Шаню было всего 12 лет, он был достаточно хорош, чтобы натянуть тутовый лук. Утром следующего дня Ян Шань проснулся рано и увидел своего второго брата Ян Пина и его младшую сестру Ян Синь, которые уже позировали и практиковали технику кулака. Эта техника кулака называлась «Кулак дикого быка». Это была техника бокса, переданная младшими членам семьи Ян. Она главным образом была использована для тренировки прочности тела. Все члены семьи Ян должны были научиться этой технике, чтобы закалить свое тело, включая семилетнюю Ян Синь. Когда Ян Шань вышел из дома, Ян Синь, которая задыхалась от тренировки «кулака дикого быка», остановилась и крикнула: «Отлично, мой старший брат снова лениться, и он отлынивает каждый раз!» Хань Сюмэй готовила завтрак и высунула голову из кухни. «Девочка моя, не ленись. Твой старший брат проверил свои бессмертные духовные отверстия. Прошлой ночью он слишком усердно культивировал, поэтому опоздал к утру. Когда твой младший брат и ты в десять лет проверите свои бессмертные духовные отверстия, вы также будете культивировать духовные техники во дворе ночью.» Ян Шань вытер лицо холодной водой и скорчил рожу своей младшей сестре. Затем он позировал, чтобы попрактиковаться в кулаке дикого быка со своими младшим братом и сестрой. Кулак дикого быка Ян Шаня отличался от его брата и сестры. Каждый раз, когда он бил, он издавал рев который был похож на новорожденного теленка. Его ноги были сжаты, а талия полна сил. Его руки давили вниз, а шея была полна энергии. Даже его глаза были широко открыты, из-за рева. Там действительно был дух, который не боялся тигров. Напротив, Ян Пин был больше похож на тощую корову, и его сила была очень слаба. Ян Синь была просто новорожденным теленком, спотыкающимся и ковыляющим, только чтобы встать в позу. Хотя кулак дикого быка Ян Шаня был намного лучше, чем у его брата и сестры, его практика сегодня была совсем другой. Возможно, это было потому что он испытал жизненный опыт, или потому что он практиковал формулу сокровища пятой земли. Ян Шань чувствовал, что сила его кулака значительно увеличивается, и его движения были совершенно гладкими и сложными, как будто он практиковался в течение длительного времени. Не только прогресс Ян Шаня быстро привлек внимание Хань Сюмэй, даже Янь Пин и Ян Синь почувствовали разницу Ян Шаня. Они остановили свои удары, чтобы наблюдать за каждым движением кулака дикого быка Ян Шаня. “Эй - - , Ха!!!” Каждый удар сопровождался ревом Ян Шаня. Он чувствовал, что каждая мышца его тела двигалась, и его основные сухожилия вздулись под кожей, когда он практиковал кулак дикого быка. Он мог ясно чувствовать, что его собственная сила становится более сильной и жесткой. На самом деле, кулак дикого быка не была большой техникой кулака. Его можно было использовать только для укрепления кожи и плоти. В лучшем случае, его было достаточно только в низкосортных методах очистки тела. В своей предыдущей жизни Ян Шань изучил технику рафинирования тела среднего класса, называемую "кулак подвижной земли". Этого было достаточно, чтобы тренировать его мышцы и кости, и это было намного лучше, чем кулак дикого быка. Однако, практикуя эту технику кулака, он должен был лежать на земле и делать различные подвижные движения. Независимо от того, как это выглядит, он казался смущенным. Когда он закончил с кулаком дикого быка, он был весь в горячем поту. Он умылся холодной водой и услышал, как Хань Сюмэй сказала: «Кулак дикого быка который практикует Шань действительно хорош.» Ян Шань определенно знал, какого уровня он достиг. Он улыбнулся и сказал: «Ваш сын стал немного просветленным. В конце концов, я должен идти на гору ста воробьев. Если я не сделаю не какого прогресса, как я смогу идти на гору сотни воробьев.» Хань Сюмэй была явно недовольна, услышав о горе сотен воробьев. Тем не менее, она не хотела, лить дождь на его поход, когда ее сын был счастлив. Она заставила себя улыбнуться и сказала: “Сделай перерыв и подожди, пока твой отец вернется к завтраку. Сегодня у нас более чем достаточно духовной рисовой воды и духовных пшеничных лепешек." Его второй брат и младшая сестра радостно вскочили. Хотя семья Ян Шаня была довольно богатой, они не могли позволить себе есть духовный рис и духовную пшеницу три раза в день. Это было для Ян Шаня, который послезавтра собирался на гору ста воробьев. Духовный рис и духовная пшеница были своего рода низкосортным духовным растением. Они легко выращивались и имели большой урожай. Они содержали небольшое количество духовной энергии и были легко поглощены, поэтому культиваторам нравилось есть их в качестве основной пищи. Однако так называемый “большой” урожай был как раз относительно других духовных растений. Духовные фермеры выращивали духовный рис, но по сравнению с обычным зерном, духовное зерно нуждалось в довольно суровых условиях для роста. Поэтому даже духовным земледельцам было трудно построить самодостаточность в духовном зерне. Большинство из них все еще специализировались на обычном зерне, с духовным зерном в качестве дополнения. Хотя семья Ян Шаня считалась богатой в деревне, Хань Сюмэй которая делала всю домашнюю работу, готовила духовный рис и духовные блюда только один раз в день на обед. На ужин, в основном, была смесь духовного риса и обычного риса, в то время как утром, это могла быть только обычная еда. Напряженные сезоны были разными. Ян Шань не видел Ян Тяньгана после того, как он закончил практиковать кулак дикого быка, поэтому он спросил: “Мама, где папа?” Хань Сюмэй указал на заднюю часть дома и сказала: «На заднем дворе. Сегодня ярмарка города Хуан Ту. Твой отец собирается в город, а сейчас он кормит лошадь.» «Сегодня городская ярмарка?» Ян Шань обрадовался «Я иду с отцом!» Хань Сюмэй показала выражение «Я знала, что ты захочешь поехать» на ее лице. «Наша маленькая лошадь ростом с человека, так что тебе будет удобно. Если твой отец согласится.» Ян Шань рассмеялся и взял с полки тутовый лук, который Ян Тяньган дал ему. Сила лука равнялась силе десяти ведер. Когда его отец купил лук, Ян Шань мог натянуть его только на 70%, но теперь он мог легко натянуть его полностью. Взяв колчан со стрелами из бамбука и перьев, Ян Шань и пошел на площадку за пределами двора, на котором была мишень в пятидесяти шагах. Он начал практиковаться стрельбе из лука. Как только он натянул лук, Ян Шань почувствовал, что его стрельба из лука значительно улучшилась, как и его техника кулака дикого быка. Следуя знакомому и давно потерянному чувству, Ян Шань выстрелил семь стрел подряд, и каждая из них попала в бычий глаз. В своих предыдущих стрельбах он мог поразить три или пять бычьих глаз из десяти стрел, хотя тренировался больше года. Сердце Ян Шаня было встревожено. Внезапное улучшение в его кулаке дикого быка уже удивило мать этим утром. Кроме того, тот факт, что он культивировал у духовного колодца до полуночи, не могло остаться незамеченным его родителями. Если бы его стрельба из лука внезапно стала намного лучше, даже его родители заподозрили бы, точно ли он все еще их сын. Ян Шань горько улыбнулся. Он намеренно выпустил несколько партий стрел и восемнадцать из тридцати попали в бычий глаз. Остальные попали в окрестности цели. Тем не менее, это был очень хороший результат, так как Ян Шань только начал практиковать стрельбу из лука. «Значительные улучшения!» Ян Шань извлек свои стрелы из мишени и увидел Ян Тяньгана, стоящего перед воротами. Очевидно, он наблюдал за его тренировкой. Ян Тяньган только что поднял ногу, чтобы выбить пепел из трубки. Он небрежно схватил горсть травы под забором двора и немного вытер курильную трубку, шутя: «Я все еще немного беспокоился о твоей безопасности на горе сотни воробьев. Кажется, у тебя действительно есть уверенность!» Ян Шань самодовольно улыбнулся и сказал: «Верно. Если я не уверен, как я могу рисковать на горе ста воробьев?» Ян Тяньган протянул руку и постучал табачным прутом по голове Ян Шаня. Ян Шань уже подготовился и изо всех сил старался увернуться, но в конце концов, он все еще не мог увернуться. Ян Шань сильно пострадал от этого, он оскалил зубы и закричал от боли. Ян Тяньган просто улыбнулся и сказал: «Не будь самодовольным. Если ты идешь к горе ста воробьев, как может мишень стоять там неподвижно. Это отличается от живой цели и неподвижной цели.» Ян Шань знал это. На самом деле, пока он мог практиковаться день или два, он мог бы восстановить некоторые из стандартов своей предыдущей жизни, и это было бы достаточно хорошо, чтобы справиться на горе сотни воробьев. Ян Тяньган щелкнул большим пальцем в ладони, и блестящий предмет был брошен в Ян Шаня. Ян Шань быстро взял ее в руку и посмотрел на нее. Появился круглый предмет с квадратным отверстием в центре ладони. Лицо Ян Шаня тут же загорелось: «Нефритовая монета!» Ян Тяньган развернулся и пошел во двор. Он сказал: «Позавтракай и пойдешь со мной на ярмарку. Эта Нефритовая монета подарок для тебя. Покупай, что хочешь.” ---------- Том 1 Глава 4 Глава 4. Партнеры. Ян Шань быстро побежал в свою комнату, достал деревянную шкатулку из-под подушки и осторожно встряхнул ее. Звук "Хуала, Хуала" эхом отозвался внутри. Ян Шань открыл деревянную шкатулку, и появился всплеск духовной ауры, которая была не слабее, чем аура от нефритовой монеты. Тем не менее, Ян Шань мог ясно чувствовать, что хотя количество духовной ауры в деревянной шкатулке не была слабой, но она была менее чистой, чем аура от нефритовой монеты. Внутри шкатулка была заполнена на половину светящимися каменными монетами. Эти монеты были всеми деньгами, которые Ян Шань сохранил за последние два года. Он посчитал, там было 103 монеты. Включая нефритовую монету, она стоила 203 каменных монеты, что соответствовало цене двух ведер духовного зерна. Однако он мог купить двадцать ведер обычного зерна, этого было достаточно, чтобы Ян Шань прожил полгода. Среди ровесников деревни, Ян Шань был довольно богат, но теперь в его двенадцатилетнем теле была столетняя душа, что он мог сделать только с двумя сотнями каменных монет! Хань Сюмэй позвала Ян Шаня позавтракать, он неохотно поставил деревянную шкатулку, чтобы позже пойти на ярмарку и посмотреть сможет ли он купить что-нибудь полезное. Когда Ян Шань выходил из хижины, его схватил его второй брат Ян Пин. Ян Пин нервничал, Ян Шань спросил: «Мама позвала нас поесть, что случилось?» Ян Пин сказал: «Ты забыл, что обещал мне преподать урок Чжан Ху Цзы. Сегодня я договорился с ним о встрече. Если ты пойдешь на ярмарку, кто будет иметь с ним дело? Я не его противник даже с братом Хай и братом Бао Лян. Я слышал, что он почти преуспел в культивировании второй бессмертной духовной дыры, и его сила увеличилась почти в два раза. Если бы ему удалось очистить вторую бессмертную духовную дыру, его сила была бы еще больше!» В это время Ян Шань не собирался участвовать в борьбе между детьми. Он сказал: «Найди его и задержи. Когда я вернусь с ярмарки, я буду бить его, пока его зубы не выпадут!» После того, как он это сказал Ян Шань был ошеломлен. Казалось, он сделал что-то подобное в своей прошлой жизни. Он, отказал помочь младшему брату, но его упрямый брат попал в драку и победил. После этого они несколько месяцев не разговаривали. В то время, когда Ян Шань возвращался с горы сотни воробьев, это сильно повлияло на его уверенность. Он был удрученным некоторое время и даже не заметил ситуации своего брата. После этого положение Ян Шаня в рядах сверстников упало из-за его страха битвы. Но в то время у Ян Шаня не было времени заботиться об этом. Ян Пин почувствовал беспокойство, когда увидел, что его брат игнорирует его, но он боялся, что Хань Сюмэй услышит их поэтому он не осмелился кричать, а прошептал: «Мы сделали ставку на этот бой. Если мы не придем, то проиграем.» Услышав это, Ян Шань остановился и спросил: «Младший брат, как ты смеешь делать ставки на деньги своего старшего брата. Скажи, какую сумму ты поставил?» Ян Пин неловко сказал: «Десять каменных монет, плюс деньги брата Хая и брата Бао Ляна, всего тридцать каменных монет. Чжан Ху Цзы тоже поставил тридцать каменных монет. Кто выигрывает, тот забирает все.» Ян Шань закатил глаза и сказал: «Ты сделал ставку на мои деньги, но я ничего не получу. Нет, я хочу половину денег, если ты выиграешь!» Выражение лица Ян Пина было радостным, когда он сказал: «Брат, ты не идешь на ярмарку?» Ян Шань хмыкнул и сказал: «Это не займет много времени, чтобы победить ублюдка Чжан Ху Цзы. После завтрака, ты можешь пригласить его на встречу, мы можем побить его за время сжигания ароматической палочки, тогда я все еще смогу пойти на ярмарку с папой.» Ян Пин, не поверил ему «Сжигание ароматической палочки?» Ян Шань не хотел видеть неверующий взгляд своего брата, поэтому он сказал: «Что, ты не доверяешь мне? Ладно, я не собираюсь этого делать, ты сам найдешь способ!» Ян Пин поспешно схватил Ян Шаня, который собирался уходить и сказал: «Я доверяю тебе, но брат, как насчет десяти каменных монет, если мы выиграем?» «Убирайся!» Когда Ян Тяньган проверял лошадь, Ян Шань и Ян Пин покинули свой дом, после того как съели духовный рис и духовные лепешки. Ян Пин пожаловался: "Я слишком много съел. Почему мама сделала духовный рис сегодня? Как я могу бороться с Чжан Ху Цзы с таким количеством еды внутри?” Ян Шань рассмеялся: «Ты ел больше всех, как голодный призрак.» Ян Хай и Ян Бао Лян были примерно одного возраста с Ян Шанем и его братом. Они были друзьями. И Ян Хай, и Ян Шань были двенадцати лет, Хай был оценен как талант пятого класса, даже хуже, чем Шань. Ян Бао Лян был на год моложе, он был талантом четвертого класса с двумя бессмертными духовными дырами, как и Ян Шань. Их отец, Ян Тянью и Ян Цинью, были члены филиала семьи Ян в Цин Ши округа города Чэнь Юй. Они подружились с Ян Тяньганем с тех пор, как были детьми, на самом деле они были партнерами Ян Тяньгана. Три года назад Ян Тяньган отделился от семьи. Семья планировала, что он станет главой деревни Ту Цю, города Хуан Ту, округа Мэн Юй. Ян Тянью и Ян Цинью пришли сюда с ним. Ян Тяньган занял должность главы деревни, за исключением его силы на второй стадии царства воинов, он зависит от поддержки этих двух братьев. Четыре мальчика встретились под большим деревом пагоды на западе деревни, Ян Хай и Ян Бао Лян начали культивировать. Тем не менее, их методы культивирования были всего лишь магической формулой покрытия земли, которую могли культивировать члены ветвей семьи Ян, которая находилась на более низкой стадии духовной формулы покрытия земли и духовной формулы пятой земли. Ян Тянью нашел низкосортный бессмертный дух для Ян Хая с помощью Ян Тяньгана, Бессмертная духовная дыра Ян Хая была у его ног, и в настоящее время он работал над улучшением бессмертного духа, поэтому его шаги казались немного странными. И с его низшими способностями, он, вероятно, не сможет усовершенствовать его очень скоро. Эта странная походка, вероятно, продлится долго. Ян Хай посмотрел на Ян Шаня некоторое время, затем его выражение было наполнено радостью, «брат Шань, ты выглядишь по-другому. Ты начал использовать желтый камень земли, который дядя Ян нашел для тебя, чтобы очистить бессмертные духовные дыры? Если это так, то мы наверняка победим.» Ян Шань сказал: «Это всего лишь Чжан Ху Цзы, я смог заставить его плакать год назад, и теперь я все еще могу бить его, пока он не потеряет зубы!» Ян Бао Лян был на год моложе Ян Шаня, но его рост ничем не отличался от Шаня, только немного худощавый. Он встревоженно сказал: «Брат Шань, Чжан Ху Цзы использовал черный железный дух, чтобы очистить бессмертную духовную дыру в своей правой руке после проигрыша тебе год назад. Я слышал, что он удвоил свою силу и может порвать мешок с песком одним ударом. Ты должен быть осторожен.» Услышав это, Ян Шань улыбнулся. Удвоение силы может быть правдой, но порвать мешок с песком было бы шуткой. Тем не менее, это было возможно, если Чжан Ху Цзы ударял мешок с песком в то же место непрерывно. «Поле битвы» было полем на севере деревни. Чжан Ху Цзы и его группа из пяти человек уже ждали. И было семь или восемь ровесников, очевидно, они пришли сюда для шоу. Когда он увидел, что группа Ян Шаня прибыла, Чжан Ху Цзы и его группа сразу закричали «Ян Шань, ты напуган? Мы думали, ты не посмеешь прийти!» Чжан Ху Цзы был в том же возрасте, что и Ян Шань, но его рост был огромен. Он был не только на полголовы выше Ян Шаня, но и намного больше. Отец Чжан Ху Цзы, Чжан Тай, был лучшим кузнецом в деревне, поэтому его также называли кузнецом Чжан. Он мог делать низкосортные магические инструменты, был также одним из немногих экспертов области воинов в деревне Ту Цю, поэтому он имел большой престиж в деревне. Ранее, когда Ян Тяньган прибыл в деревню, Чжан Тай был сильным кандидатом на пост главы деревни. Некоторое время он бегал повсюду. Но он был побежден Ян Тяньганом. В результате обе семьи враждовали друг с другом. Когда Ян Тяньган нашел духовный колодец, Чжан Тай был одним из людей в деревне, который вел вражду. Когда Ян Шань увидел Чжан Ху Цзы, стоящего в центре поля, он решил не показывать никаких признаков слабости. Он быстро подошел, с презрением пожимая руки: «Чжан Ху Цзы, у тебя снова чешется кожа? Ты не мог дождаться, когда тебя снова ударят, да? Ты забыл, что случилось год назад?» Лицо Чжан Ху Цзы покраснело. Год назад они сражались на этом тренировочном поле, и это было потому, что, когда Чжан Ху Цзы узнал, что Ян Шань был просто талантом четвертого класса, он издевался над Ян Шанем. Но в конце концов, он действительно громко кричал, что заставило его стать шутом перед ровесниками. На этот раз Чжан Ху Цзы вернулся отомстить. Он уже выяснил, что Ян Шань не использовал бессмертный дух для очищения бессмертных духовных дыр. Чжан Ху Цзы успешно обработал первую бессмертную духовную дыру в правой руке своим талантом третьего класса и бессмертным духом среднего класса "черный железный дух", он был уверен, что сможет отомстить. Неожиданно, когда они только встретились, Ян Шань заговорил о скандале годичной давности. Глаза Чжан Ху Цзы сразу покраснели. Он закричал и бросился в бой с Ян Шанем. Ян Шань сказал: "Подожди!” Чжан Ху Цзы размахивал кулаком, который был еще темнее, чем его кожа, и крикнул: «Что, Ян Шань, ты боишься?» Ян Шань взглянул на правый кулак Чжан Ху Цзы, который выглядел так, будто был покрыт слоем железа. «Хе-хе» Он улыбнулся и сказал: «Кто боится, а как насчет каменных монет, на которые мы договорились поставить? Что делать, если вы убежите и откажетесь от долга.» Глаза Чжан Ху Цзе расширились от гнева, когда он крикнул: «Я заплачу долг! Возьмите каменные монеты!» Товарищ позади Чжан Ху Цзе бросил ему маленькую черную сумку. Чжан Ху Цзе вытащил сумку и сказал: «Смотри, тридцать каменных монет. А как насчет твоих?» Ян Хай собирался передать тридцать каменных монет, которые они собрали, но он увидел, что выражение лица Ян Шаня стало удивленным. Шань сказал: «Эх, почему там только тридцать каменных монет? Разве мы не говорили, что все ставят тридцать каменных монет? У вас пятерых должно быть сто пятьдесят каменных монет!» ---------- Том 1 Глава 5 Глава 5. Духовный фрукт. Как только Ян Шань закончил говорить, Чжан Ху Цзы и компания были ошеломлены, даже Ян Пин и остальные позади него с удивлением посмотрели на Ян Шаня и сказали: «Брат, есть только 30 каменных монет!» Ян Шань посмотрел на него, затем услышал, как человек позади него выпрыгнул и проклял: «Ян Шань, ты не преувеличиваешь. Ты сказал тридцать каменных монет каждый. Можете ли вы четверо достать сто двадцать каменных монет?» «Вот именно, Совершенно верно!» Друзья Чжан Ху Цзы вскрикнули. Даже подростки семи или восьми семей деревни не верили, что Ян Шань может иметь сто двадцать каменных монет. Эти деньги были для них огромной суммой. Тем не менее, Ян Шань достал сумку, которая была примерно такой же, как черная сумка Чжан Ху Цзы. Однако она выглядел гораздо более пухлой и была полна каменных монет. Похоже, она была полна каменными монетами! Все тупо уставились на черный кошелек в руке Ян Шаня и вдохнули глоток холодного воздуха. Они не ожидали, что Ян Шань посмеет взять так много каменных монет, для сражения. Он не боялся, что глава деревни Ян узнает о его поступке? Ян Шань посмотрел на Чжан Ху Цзы, который все еще был ошеломлен, и усмехнулся «Чжан Ху Цзы, ты посмеешь сделать ставку? Если ты не струсил, тогда выкладывай монеты!» Лицо Чжан Ху Цзы стало темно-красным. Другой товарищ выскочил из-за спины и сказал: «Ху Цзы, мы не принесли столько денег. Мы не можем конкурируем с ними. Более 100 каменных монет, это шутка! Дядя Тай узнает об этом!» Ян Шань рассмеялся и сказал: «Шутка? Шутка, если ты сдашься!» Ян Хай, который был рядом, посмотрел в глаза Ян Шаню и закричал: «Правильно, до тех пор, пока ты признаешь поражение, ты сможешь бегать по деревне!» Ян Шань посмотрел на Чжан Ху Цзы со смешным взглядом. Этот ребенок действительно не мог выдержать волнения. Он взревел: «Держу пари, тебе не нужно успокаиваться. Если проиграешь, заплатишь мне сто двадцать каменных монет!» Ян Шань нашел время, чтобы сказать: «Хорошо, пока у тебя есть возможность победить меня, но опять же, у тебя достаточно каменных монет? Нам не нужны кредиты!» Услышав это, на лице Чжан Ху Цзы появилось нерешительное выражение. У этого Чжан Ху Цзы действительно богатая семья. Веки Чжян Ху Цзы дрогнули, как будто он принял решение. Он обернулся и позвал своего друга, который помогал ему с пальто. Он отодвинул часть пальто, засунул руку в карман и нащупал два фрукта размером с оранжевый апельсин, как Ян Шань увидел эти фрукты его глаза изумленными. «Ах, это желтый Нефритовый фрукт семьи Чжан!» «Я слышал, что желтое нефритовое фруктовое дерево семьи Чжан это магическое дерево среднего класса. Каждый год, будут дюжины желтых нефритовых фруктов. Один желтый нефритовый фрукт можно продать за пятьдесят каменных монет, а эти два за 100 каменных монет!» Веки Ян Шаня поднялись. Хотя он ожидал, что происхождение Чжан Ху Цзы не слабее его, он никогда не думал, что он достанет два желтых нефритовых фрукта. Этот желтый нефритовый фрукт был сокровищем семьи Чжан. Хотя Чжан Тай был кузнецом, он из богатой семьи. Он владел желтым нефритовым фруктовым деревом среднего ранга. Под тщательной заботой Чжан Тая, желтое нефритовое фруктовое дерево может произвести 30-40 фруктов каждый год. Часть он оставлял для себя, оставшиеся плоды желтого нефритового дерева можно было обменять на дюжину нефритовых монет каждый год. Можно сказать, что Чжан Тай заботился о желтом нефритовом фруктовом дереве ненамного лучше, чем Ян Тяньган о духовном колодце на заднем дворе. Два желтых нефритовых фрукта в руках Чжан Ху Цзе были явно даны Чжан Таем его сыну для помощи в культивировании. Думая об этом, сердце Ян Шаня тоже горело. Эти два желтых нефритовых фрукта были очень полезны для его культивирования. Чжан Ху Цзы немедленно воскликнул: «Эти два плода стоят сто каменных монет. В дополнение к пятидесяти каменным монетам здесь есть в общей сложности сто пятьдесят монет.» «Вас пятеро, нас четверо, почему вы хотите, чтобы мы заплатили сто пятьдесят каменных монет?» Тем не менее, Ян Шань махнул рукой и сказал: «Хорошо, сто пятьдесят кусков каменных монет, мы поддержим пари!» Увидев, что Чжан Ху Цзе достал 150 каменных монет, Ян Шань также отсчитал 150 каменных монет из кошелька и сказал Чжан Ху Цзе: «Давайте оставим каменные монеты под стражей неродственного человека. Кто победит, заберет все каменные монеты.» Чжан Ху Цзе на мгновение заколебался. Он увидел, что Ян Шань уже бросил кошелек одному из семи или восьми юношей, которые пришли посмотреть бой: «Сюй Лэй, что ты будешь делать? Кто победит?» Сюй Лэй и Ян Шань были двенадцатилетними. Среди десяти человек в деревне было три Сюй, Сюй был первым по имени в деревне, и из толпы, нынешний глава семьи была матерью Сюй Лэй Сюй Саньян. Хотя в семье Сюй было много людей, но не было экспертов, которые всегда были в состоянии успокоиться, они всегда были в конфликте со своим положением клана номер один в деревне Ту Цю. Единственным воином в области боевых искусств была женщина. Увидев, что Ян Шань на самом деле ищет его, Сюй Лэй был ошеломлен на мгновение, прежде чем он почувствовал взрыв радости. Там было так много людей, и этот Ян Шань только искал своего противника. Это сделало тщеславие Сюй Лэя большим удовлетворением, а также позволило ему укрепить свое положение молодого поколения в деревне. В этот момент Сюй Лэй увидел, что Чжан Ху Цзе все еще колебался. Может быть, он задавался вопросом, будет ли он жаден до каменных монет в своих руках или презирает себя? Сюй Лэй не мог не чувствовать себя немного несчастным в своем сердце. Хотя он передал сумочку Сюй Лэй мгновение спустя, она все еще была в его голове. Он уже очищал вторые отверстия бессмертного духа, но другие не знали, что Чжан Тай, отец Чжан Ху Цзе, купил Бессмертных духов среднего качества за нефритовые монеты, которые он кропотливо копил в течение последних нескольких лет. Он заслужил бессмертный дух среднего уровня, хотя и уступал ему по качеству. Более того, это не соответствовало технике культивирования, которую практиковал Чжан Ху Цзе, но по сравнению с большинством людей, которые могли использовать только одну бессмертную духовную энергию, это уже было завидным делом. Размышляя до этого момента, уверенность Чжан Ху Цзе взлетела до небес, и его руки сжались в кулаки перед его грудью. Кожа его левой руки, которая только начала уплотнять вторую бессмертную духовную дыру, была темнее, чем кожа его правой руки. «Ян Шань, на этот раз ты умрешь!» У четырех партнеров позади Чжан Ху цзе на лицах были выражения волнения. Они все повеселели, в то время как Ян Пин и двое других показали намек на беспокойство. Только Ян Шань не заботился об угрозе Чжан Ху Цзе ни в малейшей степени. Презрение Ян Шаня привело Чжан Ху Цзы в ярость. Он схватил левую руку, и его правый кулак слегка сжался. Он атаковал Ян Шаня. Это была поза ковки железа. Его левая рука держала артефакт, а правый кулак был готов ударить в любой момент. Он готовился ударить молотком, как будто использовал Ян Шаня в качестве куска металла. Ян Шань понял, что это был «кулак молота», который Чжан Тай передал своей семье. Это также была техника кулака для рафинирования тела низкого уровня. Со второй бессмертной аурой Чжан Ху Цзе, он должен был призвать совершенство Духа. Чжан Ху Цзе был уверен, что как только он ударит, Ян Шань проиграет! На самом деле, его догадка была, вероятно, неплохой, но она должна была быть основана на том, что он действительно мог победить Ян Шаня. Его кулак еще не упал, но внезапно перед его глазами появился цветок. Чжан Ху Цзе глумился в своем сердце. Он думает, что сможет спрятаться от этого? Его левая рука резко развернулась, преследуя тень, которая промелькнула мимо Ян Шаня. Тем не менее, хватка на его левой руке была внезапно оторвана вытянутой рукой Ян Шаня. Сила этого парня была не мала. Он почувствовал шок в своем сердце и почувствовал, что в тот момент, когда он открыл запястье, другая рука Ян Шаня схватила его за левое запястье и повернул его спину назад! Ты хочешь побороться? Чжан Ху Цзе сжал левую руку в кулак и попытался освободиться. Он не мог не использовать этот год, чтобы пробудить духовную энергию неба и земли, которую накопила бессмертная духовная дыра. Чжан Ху Цзе немедленно почувствовал огромную силу в своей скрученной левой руке и даже начал стряхивать пальцы, собираясь освободиться. Но как раз в это время Ян Шань внезапно направил всю духовную энергию в свои бессмертные духовные дыры, которые он очищал в течение года. Хотя их было всего несколько, чистота духовной энергии, конденсированной из бессмертного духа, была намного более утонченной, чем духовная энергия, собранная Чжан Ху Цзы. Поскольку духовная энергия циркулировала в его руках, Ян Шань схватил несколько ключевых меридианов на руке Чжан Ху Цзы в соответствии с его предыдущими воспоминаниями. Чжан Ху Цзы почувствовал, что его духовная энергия в теле стала вялой, а его руки были слишком слабы, чтобы поднять какую-либо силу. Затем Чжан Ху Цзе оттолкнулся от спины и снова пнул его в зад. Он больше не мог себя контролировать и упал на землю. ---------- Том 1 Глава 6 Глава 6. Ледяной кинжал. “Хахахахаха…” Когда окружающие парни увидели, что Чжан Ху Цзы упал, они безудержно рассмеялись. Сюй Лэй смеялся громче остальных. Ян Пин аплодировал, но не из-за унижения Чжан Ху Цзы. Вместо этого он крикнул: "Мы победили! Мой старший брат победил! Пятьдесят каменных монет, два желтых нефритовых фрукта, мы выиграли!" "Это не считается, сражайся снова!" Им было всего двенадцать или тринадцать лет. Двух желтых нефритовых плодов и пятидесяти каменных монет было достаточно, чтобы заставить их пожалеть. Не дожидаясь, пока Чжан Ху Цзы встанет с земли, один из четырех товарищей, последовавших за ним, начал кричать. Когда остальные услышали это, они все громко закричали: "сражайтесь снова!" Ян Хай и Ян Баолян в ярости проклинали: "ты нарушил свои слова, позор тебе!" Ян Пин прыгал вверх и вниз и кричал на парней, которые наблюдали за битвой: "Смотрите, смотрите, Чжан Ху Цзы и другие говорят ерунду!" Ян Шань посмотрел на Чжан Ху Цзы. Он поднялся с земли, выплюнул грязь и посмотрел на Ян Шаня со стыдом и гневом. "Чжан Ху Цзы, что скажешь?" Все посмотрели на Чжан Ху Цзы, который поднялся. Он крича, снова бросился на Шаня. Четверо друзей позади него увидели, что Чжан Ху Цзы собирается драться, они немедленно бросились вперед. Они полагались на свою численность, чтобы победить Ян Шаня. Ян Хай и Ян Баолян быстро закатали рукава и шагнули вперед, чтобы помочь. Ян Пин был самым молодым, но и самым умным. Он взял рогатку, поднял камень и выстрелил в человека перед ним. Он не промахнулся на таком близком расстоянии. Камень ударил мальчика по лбу и сделал припухлость, он чуть не заплакал. Ян Хай воспользовался возможностью, чтобы ударить его. Этот парень крикнул "Ч**т" и прикрыв кровоточащий нос, упал на землю. Но в это время, другой человек воспользовался возможностью, чтобы нагнуться и подбежать. Он схватил Ян Хая за талию, и они вместе покатились по земле. С другой стороны, Ян Баолян тоже дрался с мальчиком. Избитый мальчик громко кричал и проливал слезы с кровью. Не ясно, плакал он или раздражался. Он бросился к Янь Пину. Ян Пин был быстр, прежде чем мальчик приблизился, он уже убежал. Раздалась еще один выстрел рогатки, но на этот раз мальчик упал на землю и увернулся. Битва на поле превратилась в рукопашную, мальчики, наблюдавшие за битвой, повеселели. Сюй Лэй поднял свои две сумки и крикнул: "нам все равно, как они сражаются, но Чжан Ху Цзы был побежден Ян Шанем, мы видели это. Таким образом, два мешка принадлежат Ян Шаню. Я Сюй Лэй позабочусь о них. Когда они закончат, я верну их Шаню. " Хотя Сюй Лэй был недоволен из-за недоверия Чжан Ху Цзы, но когда мальчики из семей Чжан и Ян дрались, он не помог Ян Шаню в это время он уже дал слово, держа мешки. В конце концов, у Ян Шаня было меньше людей, они с большей вероятностью проиграют. Если Чжан Ху Цзы откажется, то Сюй Лэй будет сражаться с ними. Однако за Сюй Лэй последовало несколько друзей. Его уровень культивации был даже выше уровня Чжан Ху Цзы, так что он не боялся. Даже если Чжан Ху Цзы победит, сколько у них еще будет сил? План Сюй Лэй был очень хорош. В этот момент Ян Шань столкнулся как с Чжан Ху Цзы, так и с одним из его партнеров. Два человека перед ним уже культивировали после тестирования бессмертных духовных дыр, и кроме Чжан Ху Цзы, другой должен был иметь самый высокий уровень культивации. Ян Шань думал, что он может легко справиться с битвой этих детей с опытом своей предыдущей жизни. Но он забыл, что теперь он всего лишь двенадцатилетний мальчик, и люди, вступившие на путь культивации, не могли быть предсказаны здравым смыслом. Например, хотя Ян Шань контролировал меридианы Чжан Ху Цзы одним касанием, духовная аура в теле Чжан Ху Цзы отозвалась эхом, заставив пальцы Ян Шаня заболеть. В самом деле, нынешнее культивирование Ян Шаня было намного ниже, чем у Чжан Ху Цзы. В этот момент Ян Шань столкнулся с двумя людьми. Хотя Чжан Ху Цзы был избит им, но он не был ранен. Единственным преимуществом было то, что Чжан Ху Цзы потерял рассудок. Он только пытался ударить Ян Шаня и раздавить его кулаком. Ян Шань увернулся от удара Чжан Ху Цзы. Хотя Чжан Ху Цзы изо всех сил старался стоять ровно, Ян Шань все равно оттолкнул его на тридцать футов. Друг Чжан Ху Цзы воспользовался возможностью, чтобы ударить Ян Шаня в спину. Ян Шань уже изо всех сил пытался увернуться, когда он оттолкнул Чжан Ху Цзы, он был ошеломлен силой Чжан Ху Цзы. Затем удар пришелся ему по плечу. Ян Шань испытал боль. Очевидно, что партнер Чжан Ху Цзы уже начал культивировать. Хотя он был не так хорош, как Чжан Ху Цзы, который уже пробудил две бессмертные духовные дырки, но его сила была не слабее, чем у Ян Шаня. Если бы Ян Шань не стал сильнее, культивируя кулак дикого быка, он бы уже упал на землю. Когда другой напарник Чжан Ху Цзы увидел, что Ян Шань отошел на два шага вперед от удара, он протянул руки чтобы схватить Ян Шаня. Ян Шань ожидал, что он будет в таком положении. Шань неожиданно вытянул ногу и откинувшись назад, тяжело приземлился на живот. Лицо друга исказилось от боли, он наклонился с криком. Ян Шаня это не волновало. Чжан Ху Цзы собирался снова броситься вперед. Он быстро развернулся и ударил напарника по голове, тот упал без звука. Когда Чжан Ху Цзы подбежал, увидел жестокое действие Ян Шаня запаниковал, а затем остановился. В конце концов, он был еще ребенком. Ян Шань воспользовался возможностью и сделал шаг вперед. Он нанес удар, ударил в середину груди Чжан Ху Цзы, в результате чего Чжан Ху Цзы не смог перевести дыхание. Затем Ян Шань ударил снова. Чжан Ху Цзы был тяжело травмирован в живот, он упал на землю, схватился за живот и начал плакать. В мгновение ока Ян Шань победил двух противников, которые казались сильнее его самого. Особенно лидер, Чжан Ху Цзы, который лежал на земле и стонал. Остальные три товарища были в ужасе и поспешно закричали: "больше никаких сражений, мы признаем поражение!" Ян Хай и Ян Баолян остановились после того, как они воспользовались преимуществом. С другой стороны, Ян Пин все еще преследовал противника со своей рогаткой, тот почти плакал. Ян Пин остановился, когда Ян Шань подошел к нему. Увидев, что Ян Шань и остальные остановились, трое партнеров быстро подняли Чжан Ху Цзы с земли. Ян Шань остановил их: "притормозите, отдайте все свои каменные монеты!" Лицо старшего друга изменилось, и он сказал: "Ян Шань, у нас есть ставка. Все в руках Сюй Лея, возьми ее сам!" Ян Шань усмехнулся и сказал: "я уже выиграл пари в бою с Чжан Ху Цзы, но ты просто пожалел и начал другой бой. Посмотрите на двух моих братьев, которых так сильно избили, как с ними можно обращаться без ваших каменных монет?" Ян Шань мог ясно видеть, что два желтых нефритовых плода и пятьдесят каменных монет были даны Чжан Ху Цзы. Предыдущие тридцать каменных монет все еще были в руках его партнеров. Кроме этого, у них должны быть каменные монеты для сдачи. Ян Шань хотел получить каменные монеты прямо сейчас. Ему нужно было подготовиться к поездке на гору «ста воробьев», поэтому он должен был обратить внимание на каждую каменную монету. Как Ян Хай и Ян Баолян были хорошо скоординированы с Ян Шанем. Как только они услышали слова Ян Шаня, они сразу же закричали: "ой!" И прикрыли животы, говоря, что у них они болят. Чжан Ху Цзы с трудом поднялся с земли. Его желудок все еще болел, холодный пот лился с головы. Он крикнул: "Ян Шань, не заходи слишком далеко!" «О», сказал Ян Шань с улыбкой «Ты все еще знаешь, что значит [заходишь слишком далеко]. Почему ты не сказал этого, когда издевался над нами? Быстрее, или вы будете пробиты снова, если вы не отдадите каменные монеты!" Лица Чжан Ху Цзы и его партнеров изменились, они увидели Ян Хая и Ян Баоляна, стоящих по обе стороны от Ян Шаня. Очевидно, они ждали слова Ян Шаня, чтобы продолжить борьбу. Чжан Ху Цзы сразу почувствовал, что его живот вот-вот снова заболит, поэтому он стиснул зубы и сказал: "Отдай ему их!" Ян Шань странно рассмеялся и сказал: "Правильно, все покажите мне свои карманы. Да, ты все еще хочешь их спрятать?" Когда Ян Шань сражался с Чжан Ху Цзы, он уже почувствовал что-то твердое на груди Чжан Ху Цзы под рубашкой. Он схватил рубашку Чжан Ху Цзы и зарылся в его нижнее белье. «Что за черт!» Лицо Чжан Ху Цзы изменилось, и он попытался бороться, но Ян Шань ударил его в живот, заставил его наклониться, и он начал кашлять. Тем временем, Ян Шань воспользовался возможностью, чтобы захватить предмет, спрятанный в нижнем белье Чжан Ху Цзы. "Боже мой, я не ожидал, что у тебя есть такая вещь!" Ян Шань достал из кармана нижнего белья Чжан Ху Цзы кинжал в ножнах. С бронзовой рукоятью кинжал был шести дюймов в длину. Когда он вытащил его, луч холодного света засиял. Даже Ян Шань не мог не задрожать. "Какой хороший кинжал! Это должен быть стократно утонченный легкий ледяной кинжал!" Выражение лица Ян Шаня было полно похвалы. Это было сокровище, которое кузнец Чжан сделал для своего сына. Хотя он не мог сравниться с низкосортными магическими инструментами, он все еще был сокровищем, которое могло резать железо, как грязь. Чжан Ху Цзы не вынимал этот кинжал, когда они сражались, иначе Ян Шаню потребовалось больше времени, чтобы победить его. ---------- Том 1 Глава 7 Глава 7 - Город Грасс "Ян Цзюньшань, этот кинжал холодного света-подарок моего отца на день рождения, быстро верни его мне!" Увидев это, Чжан Хуси запаниковал и с тревогой бросился вперед, чтобы забрать кинжал из рук Ян Цзюньшаня. Однако неожиданно Ян Цзюньшань умело держал в руке кинжал холодного света и выпустил несколько лучей холодного света, заставив Чжан Хузи немедленно отступить. Никто не знал остроту холодного светового кинжала лучше, чем он, было ясно, что его отец усовершенствовал для него стопроцентную сталь, существование которой уступало только магическим инструментам. На этот раз он планировал найти какое-нибудь оружие во время своего путешествия к горе Баньян. Появление кинжала холодного света было просто слишком своевременным, с небольшим количеством духовной энергии, которую Ян Цзюньшань использовал для улучшения небесной духовной апертуры,он не мог использовать даже самые низкие магические инструменты. Тем не менее, с сотней Кинжалов холодного света в его руке, этого было достаточно, чтобы пронзить большинство зверей. Ян Цзюньшань" хе-хе "рассмеялся:" разве вы, ребята, не сказали только, что вы не следуете правилам, когда дело доходит до борьбы? То, что у вас есть, это мои военные трофеи, если вы хотите вернуть этот кинжал, вам придется подождать, пока Чжан Хузи победит меня в следующий раз. Пошли!" Забрав два желтых нефритовых плода и пятьдесят каменных монет у Сюй Лэя, у которого было странное выражение лица, Ян Цзюньшань польстил маленькому сопляку. В конце концов, он все еще был ребенком. Ян Цзюньшань уже некоторое время отсутствовал и спешил домой, он не хотел, чтобы отец спросил его, что он делает. Но сначала он должен был избавиться от трех братьев, которые смотрели на него. - Делим добычу, делим добычу!" Завернув за угол, Ян Цзюньшань помахал пятью мешками с деньгами в руках, заставив Ян Цзюньпина, который уже не мог ждать, немедленно громко развеселиться. Ян Цяньхай и Ян Бао Лян тоже засмеялись, их лица были полны нетерпения. Этот кузнец Чжан был действительно достоин быть самым богатым человеком в деревне. Кроме двух желтых нефритовых плодов и пятидесяти каменных монет, у его сына Чжан Хузи было еще двадцать с лишним каменных монет. Обычно, когда он выходил, он приносил с собой столько денег. Кроме тридцати каменных монет, у остальных четырех товарищей более или менее было с собой более десяти каменных монет. Точно так же были собраны еще пятьдесят каменных монет. Эта битва принесла 160 каменных монет из группы Чжан Хуси из пяти, добавив два желтых нефритовых плода, это было уже огромное состояние в глазах четырех детей. Ян Цзюньшань тут же отсчитал шестьдесят каменных монет, разделил их между тремя и сказал: "Все разделите каменные монеты на двадцать, послезавтра я отправлюсь на гору Баньян, и мне все еще срочно нужны эти деньги." Когда Ян Цяньхай услышал это, он уже собирался вернуть каменные монеты в свои руки и сказал: "брат Шань, если ты хочешь использовать его срочно, то не дели его!" Ян Цзюньшань рассмеялся, помахал кошельком с деньгами в руке и холодным кинжалом в руке и сказал: "Этого более или менее достаточно, у меня есть свои планы. Кроме того, Кинжал холодного света стоит по крайней мере одну Нефритовую монету или больше." Ян Цзюньпин, который был в стороне, посмотрел на желтый Нефритовый плод в руках Ян Цзюньшаня и сказал: "брат, мне не нужны каменные монеты, ты можешь дать миэсу желтый Нефритовый плод, чтобы попробовать его?" Ян Цзюньшань засмеялся и отругал: "ты прожорливая тварь, у тебя все еще нет Небесного испытательного отверстия духа, поэтому духовная энергия не может войти в твое тело. Желтый Нефритовый плод во рту не так вкусен, как обычные яблоки и груши, и когда вы проверите свой врожденный талант в следующем году, этот брат найдет духовный плод, который даже лучше, чем желтый Нефритовый плод для вас." Глаза Ян Цзюньпина загорелись, и он спросил: "Правда?" Ян Цзюньшань сказал с уверенностью: "конечно, это правда, этот брат все еще лжет тебе?" В конце концов, Ян Цяньхай был все еще немного стар, но он знал, что эти духовные фрукты не были настолько хороши, не говоря уже о том, что этот желтый Нефритовый плод был волшебным фруктом среднего уровня. В противном случае, зачем специалисту по боевым искусствам вроде кузнеца Чжана так обращаться с желтым нефритовым фруктовым деревом? Братья тайком вернулись домой. Ян Тяньган уже приготовился к походу в Грасс-Сити, и в то же время он выкопал много дыма из каменной мельницы во дворе. Когда они вдвоем вошли, они увидели, что Ян Тяньган курит, заставляя Ян Цзюньпина подпрыгнуть в испуге, бессознательно прячась за Ян Цзюньшань. Ян Цзюньшань" хе-хе "засмеялся и спросил:" отец, все ли вьючные лошади готовы?" Ян Тяньган взглянул на братьев и, как и ожидалось, не стал спрашивать, куда они направились. Вместо этого он повернулся к Ян Цзюньшань и сказал: "будет лучше, если я быстро вернусь в Грасс-Сити, соберу вещи как можно скорее и поеду на этой маленькой вьючной лошади." Когда Ян Тяньган был молод, он потратил много энергии, чтобы подчинить себе самку горбатого коня. В настоящее время самка Горбатого зверя находилась в расцвете сил и обладала силой, не уступающей четвертой ступени царства смертных, лежащей на Бессмертном фундаменте. Для Ян Тяньгана возможность закрепиться в деревне Туцю была большим вкладом. Его культивирование на четвертой стадии царства смертных уже было большим подспорьем для него, не говоря уже о том, что охотничьи лошади обладали мягким характером и были также довольно сильными. Они были хорошими духовными животными, используемыми для выращивания Лин Тянь. Во всей деревне Туцю было не более пяти таких духовных зверей,и среди этих пяти был также маленький вьючный конь семьи Ян, который еще не был взрослым и не мог быть выращен. Именно из-за этого вьючного животного Ян Тяньгана и того факта, что семья Ян передала "накладывающиеся искусства Духа Земли", которые были лучшим способом заботиться о Лин Тянь, Ян Тяньган смог вырастить около трех акров низшего ранга Лин Тянь. Это было также потому, что у нынешнего маленького вьючного животного была только культивация второй стадии вызова бессмертных духов, и только когда его культивация достигла уровня третьей стадии реактивации духовных полостей и смогла втянуть духовную энергию природы и сохранить ее для себя, он смог бы перетащить румпель и вспахать духовную энергию Лин Тянь и поместить ее в почву. И как только эта маленькая вьючная лошадь полностью созреет, семья Ян с двумя духовными животными сможет не только распахать три акра Лин Тянь в деталях, но они также смогут культивировать Лин Тянь других семей в деревне, чтобы заработать каменные монеты, духовную долину и тому подобное. Положение семьи Ян также еще больше улучшится. Каждый раз, когда он достигал травяного города, все окрестные пять деревень спешили в город, чтобы купить себе пропитание. Это был также самый напряженный день в городе Пустоши. Ян Цзюньшань ехал на маленькой вьючной лошади и следовал за большим вьючным животным Ян Тяньгана, бегом возвращаясь на рынок города Пустоши. Примерно через час город Пустошей был уже в поле зрения. Две большие бамбуковые корзины, наполненные духовной Долиной, вокруг двух камней. Согласно цене одной Нефритовой монеты и двух духовных долин, эти два камня стоили десять нефритовых монет, что было эквивалентно годовой зарплате Ян Тяньгана как главы деревни. Хотя семья Ян вайч, они не имели столько свободных монет, как кузнец Чжан. Основой семьи Ян была духовная долина, и только когда им нужно было срочно использовать ее, они могли получить травяной рынок в городе, чтобы обменять его на нефритовые монеты. А в это время Ян Тяньган явно готовился отправиться на гору Баньян за Ян Цзюньшанем. Три акра земли Лин Тянь в деревне Туцю, принадлежавшей семье Ян, могли собирать только около шести камней в год. Это было также благодаря секретным методам ведения сельского хозяйства семьи Ян и воде в колодце, которая содержала духовную энергию. Однако каждый год пятая часть урожая выплачивалась городу в качестве хлебного налога. В это время на пути к травяному городу уже было много духовных земледельцев из разных деревень. По пути многие духовные фермеры приветствовали Ян Тяньгана с благоговением. Как посторонний человек, когда Ян Тяньган приехал в уезд Мэнъю из уезда Чэнью тогда, где были не только жители деревни Туцю, но и другие четыре главы деревни, которые держали обиду на него. Даже стражники города Пустошей не любили таких чужаков, как он. После инцидента в деревне Туцю дух Ян Тяньган больше не имел мужества оскорблять людей в деревне Туцю, он все еще был сбит несколькими другими деревенскими старостами и несколькими экспертами по боевым искусствам в городе. Однако, пройдя через открытую и интенсивную битву в темноте, Ян Тяньган победил всех экспертов сферы боевых искусств, которые спровоцировали его. Даже те, у кого было такое же развитие, как у него, могли остаться непобедимыми только под его руководством. Результаты этой битвы быстро распространились по всей пустоши города. Хотя Ян Тяньган не был вторым по силе экспертом в городе Пустоши, его сила уже уступала только по силе охраннику, поэтому ни один человек в городе Пустоши не смел недооценивать этого чужака. На травяном рынке пустыря царили шум и возбуждение. Не только магазины в городе, а также окружающие деревни, духовные фермеры, было также много торговцев, которые приходили, чтобы продать все виды предметов, которые духовные фермеры нуждались каждый день. После того, как Ян Тяньган вошел в травяной город, он позволил Ян Цзюньшань бродить по городу, в то время как он вел своего Горбатого зверя к общественному Ямену, который охранял город. Ян Цзюньшань знал, что место, где находились стражники, было местом, где собирались эксперты города Пустошей. Каждый раз, когда в городе был травяной рынок, город пустоши охранялся, делясь своими знаниями, обмениваясь некоторыми вещами для выращивания, обмениваясь некоторой полезной информацией, опытом обучения и так далее. Без Ян Тяньган, Ян Цзюньшань чувствовал себя еще более свободным. В этот момент он нес две сотни каменных монет и нефритовые монеты, это было идеальное время, чтобы купить некоторые вещи, чтобы подготовиться к поездке в горы Баньян. Хотя Ян Цзюньшань был молод, у него было много лет опыта в области боевых искусств. Вдобавок ко всему, он вел за собой наполовину выросшего вьючного коня, так что было легко сказать, что он был ребенком влиятельной семьи. Взрослые в городе, которые боялись его, не думали о том, чтобы зарабатывать для него деньги, но эти бизнесмены были другими. Однако в это время Ян Цзюньшань также думал об этих торговцах, потому что у этих торговцев были бы некоторые грязные, но странные вещи в их руках, когда они бродили, и Ян Цзюньшань хотел испытать свою удачу с этими торговцами, чтобы увидеть, может ли он найти некоторые полезные вещи с знаниями, которые он получил от своей предыдущей жизни. ---------- Том 1 Глава 8 Глава 8 Очень скоро несколько торговцев, которые либо устанавливали палатки, либо бродили по травяному рынку, заметили, что подросток, который вел вьючную лошадь, отличался от подростка, который сидел перед ними. Они предположили, что подросток перед ними был жирной овцой, которая ждала, чтобы ее зарезали. -Эх, братишка, что ты хочешь купить? Я, ли Лаосан, иду по дороге на север и на юг, и у меня в руках много хороших вещей. Не хочешь взглянуть?" Перед ним стояло стойло длиной в три метра и шириной в пять футов, которое держалось как бамбуковая и деревянная палка. Там были все виды вещей, размещенных на стойле, и использование различных предметов было различным, это выглядело очень грязно. В прошлом он понес потери от рук этого человека. Обычный короткий меч из голубой стали был превращен им в утонченный меч синего света, и нефритовые монеты, которые дал ему Ян Тяньган, попали в руки этого человека в мгновение ока. Ян Цзюньшань взглянул на свое стойло, а затем покачал головой, как будто собирался уходить. Человек быстро сказал: "маленький брат, не уходи. Что бы вы ни хотели, пока вы говорите это вслух, есть вероятность от 80 до 90%, что у нас, ли Лаосан, есть что-то подобное здесь!" Ян Цзюньшань нашел это забавным и, взяв с прилавка короткий меч в ножнах, спросил: "Сколько стоит этот короткий меч?" Глаза мужчины загорелись, и он сказал: юный брат, у тебя хорошее зрение, этот резной зеленый змеиный меч сделан мастером-ремесленником, даже если он очищен 100 раз, это не предмет первого класса, а предмет первого класса, как говорится, 1 каменная монета за 1 каменную монету. Этот резной меч зеленой змеи первоначально будет продаваться за 1 Нефритовую монету, но вы можете забрать его за 80 каменных монет! Ян Цзюньшань взвесил короткий меч в руке, а затем вытащил его, чтобы посмотреть. Меч был таким ярким, что можно было разглядеть даже тень, а острие клинка действительно было довольно острым. Мужчина самодовольно рассмеялся: "как ты думаешь, маленький брат, с этим коротким мечом в руке, даже если ты обычный зверь, ты можешь проткнуть свое тело одним мечом. Если бы не достойная внешность младшего брата, Я, старый, подружился бы с тобой, и не продал бы тебя за восемьдесят каменных монет, несмотря ни на что." Ян Цзюньшань умело вытащил несколько цветов меча из своего короткого меча. Этот человек был явно знающим человеком, с одного взгляда он мог сказать, что цветы меча Ян Цзюньшаня были не только для шоу. Ян Цзюньшань бросил короткий меч обратно в ножны и холодно сказал: "качество меча жесткое и неподатливое. Даже сталь не осмелилась бы сказать, что она в тридцать раз рафинирована, самое большее-в тридцать шесть раз! Тем не менее, мастерство этого слоя меча довольно хорошое, и, очевидно, очень удобно. Это не может быть твоим мастерством, дядя, верно? Мужчина посмотрел на Ян Цзюньшаня так, словно увидел привидение, потому что все сказанное Ян Цзюньшанем идеально соответствовало истинному материалу "диагонального змеиного Кинжала зеленого света", о котором он упоминал. Он был всего лишь двенадцатилетним подростком, но у него было такое видение, может быть, он был учеником одного из переработчиков? Торговцы, которые первоначально смотрели шоу, видели выражение лица ли Лаосана и знали, что он видел все насквозь. Один за другим они начали безудержно насмехаться над ли Лаосанем, но в их взглядах больше не было и следа презрения. Хотя травяной город бурлил от шума и возбуждения, большинство духовных фермеров в пяти соседних деревнях были знакомы с ним. Теперь, когда он был замечен ребенком, новость быстро распространится по всему травяному городу, и в то время никто больше не придет покупать его вещи. Сегодня можно было считать, что он зря приехал в травяной город пустоши. "Братишка, береги себя!" Ян Цзюньшань давно предсказывал, что этот человек остановит его, и внутренне рассмеялся, но на его лице отразилось потрясение, и он сказал: "что, ты все еще хочешь? Я местный житель города Пустоши!" Слова Ян Цзюньшаня заставили мужчину еще больше встревожиться, он сразу же замахал руками и сказал: "Маленький Большой брат, не пойми меня неправильно, определенно не пойми, я все еще собираюсь делать некоторые дела в городе, я не смею распространять эту репутацию." Ян Цзюньшань сказал отрывисто: тогда зачем ты позвал меня? Лицо мужчины было полно улыбок, когда он сказал: "У этого младшего брата острые глаза. У меня все еще есть несколько вещей в моей руке. Этот младший брат хочет посмотреть, есть ли что-нибудь, что мне нравится." Это было именно то, чего он хотел! Ян Цзюньшань был втайне восхищен. В своей предыдущей жизни, после того, как его семья была разрушена, Ян Цзюньшань стал культиватором. Чтобы накопить ресурсы для культивации, он некоторое время был странствующим торговцем, поэтому он, естественно, знал об этом месте, и положение большинства из них было мошенническим культиватором. Ян Цзюньшань улыбнулся и сказал: "О, тогда мы должны увидеть, насколько хороша вещь в вашей руке!" У мужчины вдруг возникла иллюзия, что человек, стоящий перед ним, теперь уже не пятилетний подросток, а 120-летний хитрый лис. Ли Лаосань огляделся, торопливо похлопал Ян Цзюньшаня по плечу и сказал: "маленький брат, иди сюда, иди в тихое место!" Затем он подозвал знакомого торговца и попросил его позаботиться о ларьке. Ян Цзюньшань понимающе кивнул головой и последовал за Ли Лаосанем подальше от толпы в тихое место, но Ян Цзюньшань все еще не позволял себе оставить их взгляд на травяном рынке. Видя Ян Цзюньшаня таким, ли Лаосань еще больше уверился в том, что молодой человек перед ним был опытным человеком и мог только втайне чувствовать себя неудачником. Он достал из-за пояса потрепанный мешочек и встряхнул его, и только четыре предмета упали и закружились перед Ян Цзюньшанем, затем Ян Цзюньшань поднял брови и сказал: "Только эти четыре предмета?" Ли Лаосань, который уже знал, что Ян Цзюньшань был "профессионалом", "хе-хе" засмеялся и сказал: "Конечно, дело не только в этом, но я видел, что маленький друг только начал культивировать и что его Небесная духовная апертура еще не полностью проснулась. Даже если бы там были хорошие вещи, я боюсь, что вы не смогли бы их использовать!" Ян Цзюньшань взглянул на него и повернулся, чтобы уйти. Ли Лаосань запаниковал и быстро оттащил Ян Цзюньшаня: "маленький друг, береги себя, береги себя! Есть еще несколько вещей, которые маленький друг должен оценить! " Только тогда Ян Цзюньшань остановился, но он все еще смотрел на него сверху вниз, как будто не верил словам Ли Лаосаня. Ли Лаосан стиснул зубы, вынул из-за пазухи три вещи и сказал: "тогда эти семь вещей, если маленький друг все еще не удовлетворен, тогда мы, Старый ли, можем только развернуться и покинуть город пустоши, так как дело не будет работать!" Жалоба ли Лаосаня полностью остановилась в центре сердца Ян Цзюньшаня, потому что, когда Ли Лаосань достал третий предмет, глаза Ян Цзюньшаня вспыхнули, а затем он изо всех сил подавил радость в своем сердце: я выбрал уреазур! Нелегко было фугу-культиватору занять ларек на травяном рынке маленького городка. Хотя казалось, что ли Лаосан жаловался, на самом деле он не хотел сдаваться на травяном рынке города Пустоши. Из семи предметов, лежавших перед ним, было двести усовершенствованных видов оружия, щит, три камня разной фактуры и защищающее сердце зеркало с отчетливым отпечатком кулака на поверхности. Ян Цзюньшань указал на защищающее сердце зеркало со следами Кулаков на поверхности и спросил: "Что это говорит?" Этот ли Лаосан явно боялся, что Ян Цзюньшань увидит его" резной Кинжал зеленой змеи " раньше, поэтому на этот раз он достал все свое оружие, руды и тому подобное, показывая свою искренность. Это защищающее сердце зеркало было одним из предметов, которые он достал последним. Ли Лаосан засмеялся: "Это было волшебное оборудование, когда-то ... " -Но он был уничтожен!"Ян Цзюньшань указал на отпечатки кулаков и усмехнулся:" формирование уже было полностью разрушено этим ударом!" - Но когда-то это было магическое оборудование, - с тревогой сказал Ли Лаосан, - на нем до сих пор сохранились остатки магической формации!" -Это всего лишь низкосортный магический инструмент!"Ян Цзюньшань продолжал насмехаться, на его лице появилось выражение презрения, и сказал: "Даже если есть один или два оставшихся мистических отпечатка, что вы можете с этим поделать?" Ли Лаосан сделал шаг назад: "по крайней мере, материал этого защитного зеркала сердца все еще является предметом магического оборудования!" На этот раз Ян Цзюньшань не стал возражать, а вместо этого кивнул головой и сказал: "это означает, что материал все еще может войти в ваши глаза, но без поддержки массива, насколько сильнее это защитное зеркало сердца по сравнению с сотней раз усовершенствованным щитом?" Внушительная манера, о которой говорил ли Лаосан, исчезла, и в конце концов он смог только заикаться: "это, это все еще немного сильнее, верно?" Ян Цзюньшань снова и снова холодно смеялся. Видя, как смеется ли Лаосан, становясь все более неуверенным, Ян Цзюньшань наконец сказал: "Почему бы вам не дать мрису?" Ли Лаосань сначала обрадовался, когда услышал это, но потом горько улыбнулся и испытующе спросил: "маленький брат, посмотри на сто пятьдесят каменных монет … …" - Что?"Ян Цзюньшань тут же пришел в ярость и громко закричал: "просто этот кусок сломан ...." Ли Лаосань поспешно поклонился и приложил палец ко рту, его лицо было полно беспокойства, когда он попросил Ян Цзюньшаня не реветь. Юноше, стоявшему перед ним, было нелегко окончательно успокоиться, но он услышал, как тот тихо сказал: "Только это разбитое сердце, защищающее зеркало, - это вортундред и пятьдесят каменных монет?" Это было именно потому, что Ян Цзюньшань был всего лишь одиннадцатилетним ребенком. Если бы он был взрослым, который так ревел, то ли Лаосан должен был бы повернуть голову и уйти, даже если бы он не занимался бизнесом в травяном городе Пустоши. У Ли Лаосана было встревоженное выражение лица, когда он сказал: "Но сердце, защищающее зеркало, не разбилось. Хотя нет никакого массива формирования, исходный материал намного лучше, чем сто изысканных оружия, сто изысканных длинных клинков также требуют двадцать или тридцать каменных монет, это сердце защитное зеркало будет стоить сто пятьдесят каменных монет." Ян Цзюньшань покачал головой и сказал: "Не забывайте, что раньше вы были тем, кто хотел обмануть меня, но теперь вы не отпустите меня, вы, очевидно, больше не искренни." Сердце Ли Лаосаня было охвачено огнем, если бы человек перед ним не был ребенком, он не смог бы взять ситуацию под контроль, если бы это был кто-то другой, он бы давно сдался. Малыш, похоже, ты тоже начал впитывать духовную энергию в свое тело, на этом сердечном защитном зеркале еще остались какие-то остатки образования. Хотя формация сломалась и больше не имеет защитной силы, эти остатки формации могут действительно соответствовать вашим потребностям. Ян Цзюньшань, естественно, знал, что он воспользовался ею, но так как он был ребенком сейчас, это не было большим делом, чтобы приставать к нему. - Сто пятьдесят каменных монет-это хорошо, тогда позвольте мне выбрать камень!" ---------- Том 1 Глава 9 Глава 9 - Нефритовый Дух - Сто пятьдесят каменных монет-это хорошо, тогда позвольте мне выбрать камень!" - Сказал Ян Цзюньшань, указывая на трех орков перед собой. - Что?- Это невозможно!- Ли Лаосан была похожа на кошку, которой наступили на хвост, и тут же взорвалась. Затем Ли Лаосан успокоился и огляделся: "Братан, ты хочешь поставить камни?" Ян Цзюньшань удивился: "что, не можешь?" Ли Лаосан холодно рассмеялся: "хорошо, почему это невозможно, но мы, получили эти три руды из разных шахт. У нас у всех есть такой камень, разница только в том, сколько внутри, такой камень будет стоить по крайней мере пятьдесят каменных монет, ты сопляк, сто пятьдесят каменных монет стоит сердце защитное зеркало, Лао-цзы хочет, чтобы мы потеряли камень, даже не думайте об этом." Мина? Ян Цзюньшань усмехнулся про себя: если бы ты мог добывать руду из шахт, ты бы все еще был в таком отчаянном положении? Однако Ян Цзюньшань не осмелился показать это на своем лице. Вместо этого он осторожно спросил: "тогда, еще десять каменных монет? Ли Лаосан посмотрел на него и сказал: "я оставлю тебе десять каменных монет, сто девяносто каменных монет будут отняты!" Ян Цзюньшань некоторое время порылся в его объятиях, а затем с выражением неохоты на лице выудил нефритовые монеты и шестьдесят девять каменных монет. Он сказал обеспокоенным тоном: "смотри, все мои нефритовые монеты и каменные монеты здесь." Веки ли Лаосана подскочили, подавляя гнев в сердце. В это время он понял, что человек перед ним был всего лишь ребенком, независимо от того, насколько старым он выглядел, сколько каменных монет было у одиннадцатилетнего или двенадцатилетнего ребенка? Честно говоря, когда Ли Лаосань увидел, что Ян Цзюньшань может взять уундред и шестьдесят девять каменных монет, он уже был достаточно удивлен. Ли Лаосан немного не хотел, но еще больше ему не хотелось расставаться с таким количеством каменных монет. Фугу культиватор, как и он, эти сто или около того каменных монет не были небольшой суммой дохода. Ли Лаосань стиснул зубы и затопал ногами, с таким выражением лица, как будто он потерял очень много, он нетерпеливо пожал ему руку и сказал: "Хорошо, хорошо, это твое, это твое. Быстро подберите камень и быстро возьмите это зеркало защиты сердца и уходите, не задерживайте нас, мы сегодня много потеряем!" Ян Цзюньшань не мог дождаться, когда уберет защищающее сердце зеркало, но после того, как он оглядел три руды некоторое время, нетерпение в глазах ли Лаосаня стало более плотным, затем он нерешительно выбрал один из них: "тогда, этот!" Ли Лаосан не сомневался в нем, он уже видел две группы людей, которые останавливались перед его стойлом и просматривали его вещи, поэтому он быстро сказал: "Эта часть руды, которая содержит железо сущности Дхармы низкого качества, если вы можете расплавить ее на 30%, Вы ее заработаете. Быстро иди, быстро иди, не говори, что мы, задираем маленьких детей." 30% Рафинированного Железа? Ли Лаосан усмехнулся, даже будучи в состоянии очистить 10% этой руды было уже довольно хорошо! Наблюдая за спиной ли Лаосаня, когда он спешил обратно к своему стойлу, Ян Цзюньшань бросил руду в его руку, в которой был маленький кусочек руды, который, казалось, был длиной в дюйм и красным, как ржавчина, и самодовольно рассмеялся. Это защищающее сердце зеркало было низкосортным артефактом духа, формирование которого было рассеяно большим количеством монстров. Однако, с точки зрения Ян Цзюньшаня, это защитное зеркало сердца стало пустой тратой с самого начала, а также потому, что создатель этого защитного зеркала сердца не имел достаточного уровня кузнечного дела, поэтому было сказано, что этот артефакт духа, который первоначально мог быть усовершенствован в духовное оружие среднего класса, был уменьшен до совершенно нового уровня. Голубая и красная сталь были спиртовыми материалами среднего класса. Они были лучшими духовными материалами для очистки защитного магического оборудования среднего класса. После того, как сердце защитное зеркало было разрушено одним ударом от кого-то, и отпечаток кулака был оставлен на поверхности зеркала, четыре отпечатка пальцев на поверхности кулака сияли зеленым и красным светом, заставляя Ян Цзюньшань полагать, что исходный материал этого сердца защитное зеркало было сделано из голубой и красной стали. В своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань бродил вокруг культиватора после того, как его клан был уничтожен. Для того чтобы сохранить все ресурсы культивирования, точнее было бы сказать, что изгои культиваторы не могли найти никого, кто помог бы им с их накопленными ресурсами, и могли только выбрать, чтобы сделать это сами. Таким образом, самой большой характеристикой культиваторов-изгоев было то, что они должны были немного знать о всевозможных методах культивирования. Тем не менее, в своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань упорно продвигал свое развитие вплоть до четвертой стадии сферы боевых искусств. Если бы он был одним из самых сильных, то смог бы контролировать существование маленького городка. Его опыт, естественно, был чем-то, с чем не мог сравниться культиватор таогу, как Ли Лаосан, который даже не достиг сферы боевых искусств. Несмотря на то, что ли Лаосань не знал об этой голубой красной стали, Ян Цзюньшань был уверен, что он не ошибся. Сто пятьдесят каменных монет, чтобы купить это защищающее сердце зеркало, даже если это защищающее сердце зеркало будет помещено обратно в печь, зеленая и красная сталь будет стоить по крайней мере пять нефритовых монет. Тем не менее, Ян Цзюньшань в это время, естественно, не желал бы немного голубой красной стали, которая была расплавлена внутри. Даже без защиты формирующего массива, это защитное зеркало сердца все еще было бы в состоянии защитить себя от сотни усовершенствованных видов оружия, которые были усовершенствованы в зеленой красной стали. Кроме того, с точки зрения Ян Цзюньшаня, оставшиеся руны на поверхности защитного зеркала сердца могут быть использованы снова! Можно было бы сказать, что культиватор был чрезвычайно беден. Чтобы использовать все имеющиеся в его распоряжении ресурсы, нужно было использовать как можно больше даже сломанных магических инструментов и духовного оборудования. Хотя более половины рун на защитном зеркале сердца уже были уничтожены, Ян Цзюньшань все еще мог легко связать оставшиеся несколько рун. Хотя он не мог достичь того же уровня силы, что и защитное зеркало сердца, он мог, по крайней мере, немного увеличить защитную силу защитного зеркала сердца. Только это защищающее сердце зеркало уже заставило Ян Цзюньшаня потратить сто шестьдесят девять каменных монет на предметы, кроме того, у него в руке был кусок руды. Раньше Ян Цзюньшань выглядел так, как будто он колебался между тремя рудами, но на самом деле его целью был кусок ржавого красного камня в его руке с самого начала. Некоторые из ресурсов культивирования, такие как железо и камень, были скрыты в камне, или они даже могли быть растворены в камне. Даже самым продвинутым культиваторам было бы чрезвычайно трудно определить, нужно ли им что-то, или они едва могли определить это, но они не смогли бы определить, сколько это было. Эта неопределенность, естественно, блокировала игру в Стоун. Однако, если бы можно было определить, есть ли в руде какие-либо руды, то игра в камень, естественно, была бы бессмысленной. Таким образом, руды, которые могли быть заключены и были широко известны, естественно, не будут помещены. Ржавчина руды способ руды, которая могла бы определить, какой ресурс культивирования был внутри. Однако знания о ржавой руде распространились более 10 лет назад. Поколение выдающихся учеников класса, которые имели дело с рудами, обнаружили, что эта руда была завернута в слой очищенной железной руды, и на ее поверхности часто была слабая Красная ржавчина размером с дюйм. Если не смотреть внимательно, они даже проигнорируют эту руду с красными полосами ржавчины, и эта руда определенно будет содержать маленький кусочек духовного нефрита! Это верно, это был спиртовой нефрит, используемый для резки нефритовых монет. В своей предыдущей жизни сын видного класса узнал об этой тайне и быстро сообщил ее семье. Семья увидела в этом возможность для него подняться и очень быстро попыталась тайно собрать большое количество ржавых камней, но эти ржавые камни сами по себе были очень редки, и эта семья не хотела, чтобы это стало известно общественности, поэтому собранная сумма была не так уж велика. Через три года, когда эта тайна была наконец раскрыта другими, она получила широкое распространение. Ржавая Руда, которой пренебрегали, немедленно контролировалась всеми большими и малыми силами,и ржавый камень редко появлялся на рынке. Тем не менее, после трех лет накопления, семья, которая впервые обнаружила секрет ржавой руды, в результате чего семья выросла из небольшого и отдаленного видного класса в богатую семью. Позже у Ян Цзюньшаня были хорошие отношения с учеником этой семьи. Последний однажды сказал ему, что если бы не тот факт, что ржавая руда была чрезвычайно редкой, его семья, по крайней мере, смогла бы заставить одного или двух искусных культиваторов царства появиться и даже прославиться в округе после трех лет накопления секретов, о которых никто не знал. На самом деле, ржавая руда была не только редкой, она обычно была очень маленькой, не больше кулака, что ограничивало размер нефрита духа, содержащегося внутри. В своей предыдущей жизни он обнаружил, что самый большой кусок нефрита духа, который он извлек из ржавой руды, мог вырезать только тридцать нефритовых монет, и он даже получил тонкий кусок нефрита духа, который даже не стоил нефритовых монет. Однако, независимо от того, был ли спиртовой нефрит, содержащийся в ржавой руде, разным по размеру, было одно точно — спиртовой нефрит определенно существовал в ржавой руде. Взвешивая руду в руке, Ян Цзюньшань подумал, что это действительно короткий путь к богатству. Просто ржавый камень изначально не был обычным явлением, и вероятность встретить его в этом глухом заброшенном городке была еще меньше. Кроме того, с нынешним возрастом Ян Цзюньшань часто ходил в травяной город, чтобы играть в азартные игры, очевидно, был слишком привлекательным. Кроме того, самым важным моментом было то, что он не мог вырезать нефрит духа внутри Камня ржавчины с его текущим уровнем культивирования, поэтому без нефрита Духа он не смог бы вырезать нефритовые монеты. Без нефритовых монет, как мог Ян Цзюньшань тайно собрать камень ржавчины? Казалось, что если он хочет заранее накопить богатство, то ему придется позаимствовать силу у своего отца. С областью боевых искусств его отца, он, естественно, не будет подозреваться другими, если он захочет использовать камень, играя в азартные игры. Ян Цзюньшань, казалось, думал о чем-то, и выражение его лица сразу стало серьезным: кроме того, чтобы противостоять бедствию, которое охватит весь Юйсянь через несколько лет, он должен сделать все возможное, чтобы помочь Ян Тяньгану увеличить свое развитие. ---------- Том 1 Глава 10 Глава 10-Лин Дан Забрав добычу у Ли Лаосаня и отомстив ему за то, что он играл с ним в прошлой жизни без его ведома, Ян Цзюньшань почувствовал себя немного непринужденно. Однако, пройдясь некоторое время по травяному рынку, он не нашел ничего, что привлекло бы его внимание. Это было не потому, что у него не было ничего, что стоило бы купить для будущих целей, а скорее потому, что у Ян Цзюньшаня не было много каменных монет. Несколько сотен каменных монет, которые он накопил за эти годы, вместе с Нефритовой монетой, которую он получил от Чжан Хузи и других, были не более 300. Он только что израсходовал больше половины каменных монет,и теперь у Ян Цзюньшаня было только 130 каменных монет. Он купил шестьдесят железных стрел в городской кузнице. Эти стрелы были сделаны полностью из черного железа, а стрелы были сделаны из тонкой стали. С добавлением сильного лука они могли даже пробить шкуру высокоуровневого злобного зверя на подходящем расстоянии. В своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань также покупал здесь стрелы из железных перьев, но поскольку раньше его вымогал ли Лаосань и каменные монеты на нем были несравнимы с тем, чем он был сейчас, он купил только тридцать стрел, которые были выпущены вскоре после того, как он вошел в гору Баньян. Теперь, Ян Цзюньшань не только купил дополнительный горшок, его навыки стрельбы также значительно улучшились по сравнению с его предыдущим разом, и его охотничий опыт был также намного богаче. Эти 60 железных стрел стоили Ян Цзюньшань 100 каменных монет, и тогда кузнец увидел его, ребенка, идущего купить что-то. Когда он спросил Мастера своей семьи, Ян Цзюньшань намеренно раскрыл преимущества, которые его отец, Ян Тяньган, получил от своего великого имени. С этими шестьюдесятью железными стрелами путешествие Ян Цзюньшаня к горе Баньян было еще более безопасным. Однако, с этим, поклон Сан Му, который Ян Тяньган дал ему только что, стал мягким. На самом деле, после практики кулака Ман Окс этим утром, Ян Цзюньшань уже чувствовал, что его сила значительно увеличилась. Это чувство стало еще более очевидным, когда он позже практиковался в стрельбе из лука Сан му. Хороший лук стоил недешево, он был даже дороже, чем сотня усовершенствованного оружия, но у Ян Цзюньшаня в настоящее время не было много каменных монет на нем, не говоря уже о хорошем луке, он не мог позволить себе даже лук Сан му. Однако Ян Цзюньшань знал, что его отец Ян Тяньган должен иметь в руках приличный лук. Говорили, что Ян Тяньган использовал его, когда был молод, и он задавался вопросом, Сможет ли он вытащить его. После покупки двух бутылок стрелы из Железного пера у Ян Цзюньшаня осталось всего тридцать каменных монет. Он бессознательно протянул руку и коснулся ржавого камня на груди. Накопив карманные деньги за все эти годы, он потратил их почти все за один день. Прикинув, что еще можно купить на эти тридцать или около того каменных монет, он увидел травяной магазин на стороне улицы Грасс-Маркет. Тем не менее, они были в основном сделаны с низким уровнем духовных трав, смешанных с обычными травами, и оказали некоторое влияние на культиваторов на ранней стадии смертного царства. Кроме того, на высокой ступени царства смертных культиваторы создали бессмертную основу и могли использовать бессмертные искусства, так что если и были какие-то раны, которые можно было исцелить этими духовными лекарствами, то в то время культиваторы нуждались в таблетках. Но для такого культиватора, как Ян Цзюньшань, который даже не закончил первый уровень царства смертных, лекарственной пасты в хранилище духовной травы, которая была сделана из смеси духовных трав и обычных трав, было достаточно для лечения травм. 35 каменных монет. Еще раз, в связи с тем, что он был ребенком и маленьким вьючным животным за пределами магазина, владелец магазина дал ему 4 куска лекарства, наклеенные на 10 каменных монет каждый. Положив лекарство в мешок на спину маленькой вьючной лошади, Ян Цзюньшань похлопал его по сморщенной груди, и в конце концов у него не осталось ни одной каменной монеты. Глядя на цвет неба, казалось, что его отец все еще не выходил из городской охраны, Ян Цзюньшань начал скучно прогуливаться по травяному рынку, небрежно оценивая предметы, выставленные на магазинах по обе стороны улицы, и в то же время шел в сторону городской охраны. Городская охрана, естественно, была центром города Пустошей, и поскольку это было обычно место, где собирались эксперты сферы боевых искусств города Пустошей, всякий раз, когда появлялся травяной рынок, люди, которые открывали магазины рядом с городом, были немногочисленны. Эти странствующие культиваторы не осмеливались пачкать глаза экспертов сферы боевых искусств своим мусором. Однако те, кто действительно осмеливался ставить палатки возле правительственного двора, были бродячими практиками, уверенными в своих товарах. Поэтому самым шумным местом в Грасс-Сити было не здание правительственного суда, а, скорее, самое лучшее в Грасс-Сити. В это время Ян Цзюньшань сидел на корточках перед ларьком, в котором было восемь или девять изящных деревянных коробок, и пускал слюни на таблетки внутри. Не только Ян Цзюньшань, но даже другие люди, проходившие мимо этого ларька, часто останавливались и с завистью смотрели на таблетки в деревянных коробках перед ларьком. Это стойло принадлежало холодному и высокомерному культиватору в черной одежде. С того момента, как Ян Цзюньшань присел здесь на корточки, этот холодный и суровый культиватор сидел там с закрытыми глазами, неподвижно. Было ясно, что этот холодный и надменный культиватор был чрезвычайно уверен в своих вещах и полностью игнорировал тех, кто пытался вести с ним переговоры. Но с точки зрения Ян Цзюньшаня, таблетки, продаваемые этим холодным культиватором, могли считаться только лекарственными таблетками, а не эликсирами. Самое большее, создатели этих таблеток медицины смогли только быть рассмотрены рафинадами таблетки, они были все еще шагом далеко от быть истинными рафинадами таблетки. Первоначально Ян Цзюньшань думал, что культиватор перед ним испустит ощущение, что он был очистителем пилюль, но, посмотрев на таблетки в деревянной коробке, Ян Цзюньшань развеял свои предыдущие мысли. Владелец пилюли перед ним явно думал, что он ученый, поэтому он намеренно сделал такое холодное выражение из-за ценника. Хотя все эти пилюли были только на стадии лекарственных таблеток, и все они были сделаны из тайно кипящей спиртовой травы с секретными методами, они были явно намного более глубокими по сравнению с лекарственной пастой, которая была сделана из смеси спиртовой травы и обычных трав. Среди этих таблеток Ян Цзюньшань смог использовать несколько из них, хорошо подходящих для культиватора, который только что вошел в мир смертных. Коробка, на которую Ян Цзюньшань обращал внимание, была пилюлей притяжения духа, которые культиваторы, которые только начали использовать, этот вид пилюли был бы полезен для культивирования Ян Цзюньшаня. Цена, которую надменный культиватор указал на коробке, на самом деле была пять нефритовых монет! Пять нефритовых монет, Ян Цзюньшань, просто взглянув на цену продажи, это была просто обычная таблетка, коробка пилюль вызова духа стоила не более трех нефритовых моне, но в этом маленьком и пустынном городе большинство духовных фермеров даже не увидят несколько таблеток, этот холодный и надменный культиватор ясно показал, что он бесстрашен. Тем не менее, Ян Цзюньшань все еще неохотно смотрел на десять пилюль вызова духа, которые были внутри деревянной коробки. Этот надменный культиватор слегка прикрыл глаза, глядя на юношу, который сидел на корточках перед магазином и не уходил. Уголки его рта изогнулись в улыбке, несущей в себе след незаметной насмешки. Если бы это был кто-то другой, надменный земледелец уже приказал бы ему уйти с холодными словами, но, увидев маленькую вьючную лошадь позади юноши и подумав о городском правительстве, он решил подождать еще немного. Глядя на лицо молодого человека, было ясно, что он очень хотел получить свое собственное лекарство, и каждая таблетка здесь содержала несколько нефритовых монет, что давало понять, что у молодого человека не было денег, но глядя на маленькую вьючную лошадь позади него, он был уверен, что молодой человек не был кем-то, на кого можно смотреть сверху вниз, и думая о чиновниках соседнего города, высокомерный и холодный культиватор определил, что мастер молодого человека был мастером сферы боевых искусств, который в настоящее время находился в центре правосудия города. Эти гранулы были естественно экстравагантны для обычных духовных фермеров культиваторов, но если это был эксперт в области боевых искусств, это не было невозможно купить несколько предметов нефритовых монет. На самом деле этот самонадеянный культиватор угадал половину того, что он сделал. Ян Цзюньшань действительно ждал, когда его отец выйдет, он действительно хотел купить эту коробку таблеток вызова духа, хотя цена этой коробки была явно дорогой, но то, что Ян Цзюньшань хотел купить, было три таблетки в коробке. В своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань провел некоторое время, исследуя и совершенствуя приготовление таблеток, а также лично сделал несколько обычных таблеток, которые будут использоваться в обмен на владение людьми. Он едва ли мог считаться очистителем пилюль полувека, и эта пилюля вызова духа была также одной из пилюль, которые он сделал раньше. Эзульт, Ян Цзюньшань имел определенный уровень знаний о таблетках. Из-за этого, когда он увидел коробку с пилюлями вызова духа, он был уверен, что надменный культиватор перед ним не был очистителем пилюль, потому что для очистителей пилюль было невозможно не сказать, что три из десяти пилюль в деревянной коробке были не лекарственными пилюлями, сделанными из лекарственной пасты, а настоящими пилюлями Духа, очищенными очистителем пилюль! Может быть, это было из-за метода очистки таблеток, но они были очень похожи на пилюлю вызова духа. Если бы не тот факт, что Ян Цзюньшань Вайль ученый алхимик в своей предыдущей жизни и также упорно работал над Дао таблеток, он не смог бы так легко отличить их друг от друга. В глазах ледяного надменного культиватора вспыхнул огонек. Это было потому, что он увидел высокого и крепкого земледельца, который также держал вьючную лошадь, и его внешний вид был чем-то похож на молодого человека перед ним. Проницательный человек мог с первого взгляда определить отношения между ними двумя. Конечно же, увидев дородного культиватора, юноша перед ним поспешно встал и поманил его к себе с возбужденным выражением лица. Ледяное высокомерное лицо культиватора наполнилось еще большей радостью. Ян Тяньган увидел, что Ян Цзюньшань стоит рядом с ларьком, где продавались лекарственные таблетки, и заметил это еще до того, как пошел в ратушу. Цена проданных там лекарственных таблеток, несомненно, была намного выше реальной цены, и они были бесполезны для культиватора боевого царства, поэтому Ян Тяньган не покупал их из любопытства. - Папа, я хочу купить коробку таблеток притяжения Духа!" Вместо того, чтобы Ян Цзюньшань хотел купить таблетку, Ян Тяньшань был еще более удивлен, что он на самом деле знал о пилюле притяжения духа, но, глядя на человека, продающего таблетку, Ян Тяньшань естественно верил, что он сказал Ян Цзюньшань об этом. Ян Тяньган посмотрел на таблетки в деревянной коробке. Цены на пять нефритовых монет были слишком высоки. Однако, когда он подумал о своем сыне, отправляющемся на гору Баньян через два дня, сердце Ян Тяньгана смягчилось без всякой причины. Глядя на одетый в Черное культиватор перед ним, Ян Тяньган слегка нахмурил брови. ---------- Том 1 Глава 11 Глава 11-Стрелки Символов По сравнению с презрением, которое он испытывал к другим культиваторам Духа, холодное высокомерие одетого в Черное культиватора уже исчезло, как дым в воздухе, когда он столкнулся с Ян Тянгангом. В одно мгновение у него даже появился намек на лесть, которая, казалось, понравилась ему, когда он тихо засмеялся: "старший прав, но и младшему нелегко сделать эти шарики. В конце концов, это место не уездный город, так что этому младшему тоже придется нести большой риск. Ян Цзюньшань усмехнулся. Хотя он не сказал, что он ученый алхимик, он не отрицал, что он сам состряпал пилюлю, поскольку было ясно, что он вводил в заблуждение Ян Тяньган, полагая, что он никогда не повышал свой статус в качестве ученого алхимика создающего таблетки. Ян Тяньган, очевидно, не хотел делать вещи слишком сложными для него, поэтому он отказался от идеи покупки таблеток. Неожиданно Ян Цзюньшань в это время дернул Ян Тяньгана за рукав и взмолился: "Отец, ты можешь купить эту коробку лекарственных таблеток?" Его сын редко просил его об этом, но когда Ян Тяньган посмотрел вниз, он увидел, что глазные яблоки Ян Цзюньшань двигаются, очевидно показывая, что он просит его о помощи. Ян Тяньган не мог не вздрогнуть, подумав, что за этим кроется какая-то другая тайна. Держа деревянную коробочку в руке, Ян Тяньган осматривал таблетки в коробке одну за другой, как бы подтверждая качество таблеток. В конце концов, он вздохнул, как будто он не имел никакого отношения к просьбе Ян Цзюньшаня, и сказал: "Товарищ культиватор, как там четыре нефритовые монеты? "Если это не сработает, то у меня не будет выбора, кроме как принять его. Я действительно нуждаюсь в деньгах." Возможность продать коробку с пилюлями вызова духа за четыре нефритовые монеты уже была огромной прибылью. Однако он все еще показывал трудное выражение на своем лице и сказал: "Хорошо, забудьте об этом, если младший вернется в город снова в будущем, я хотел бы попросить старшего позаботиться о бизнесе." - Ну конечно!- Ян Тяньган достал четыре нефритовые монеты из мешочка, привязанного к дымовой палочке, и бросил их в культиватор в черном одеянии. Дуэт отца и сына держал по одной лошадке и покинул травяной город. - Говори, как ты узнал, что в этой коробке три таблетки эликсира?" Ян Тяньган был, в конце концов, экспертом в области боевых искусств, поэтому у него, естественно, был некоторый опыт и понимание. Раньше его только обманывал подобный взгляд на поверхность таблетки. Ян Цзюньшань уже был готов к этому, когда он хихикнул: "Отец, ты забыл, что есть семейный клан, который передал книгу о духовных травах и медицине? Я обнаружил разницу между тремя пилюлями духа и пилюлей вызова духа в этой коробке на основе информации, приведенной в книге. Я только хотел рискнуть, не думал, что мне так повезет." Ян Тяньган засмеялся и отругал: "сопляк, с каких это пор ты стал так интересоваться руководством по лекарственным таблеткам? С этими тремя гранулами в ваших руках, эти четыре нефритовые монеты цветы стоят того." Хотя Ян Цзюньшань знал предысторию этих трех духовных танцев, он все же притворился счастливым и спросил: "Отец, как называются эти три духовных Дана?" Ян Тянган достал из сумки для хранения маленькую вышитую коробочку. Он осторожно достал три духовные гранулы и положил их в маленькую вышитую коробочку, и сказал: "Эти три духовные гранулы выглядят очень похожими на духовные направляющие гранулы, но на самом деле они называются гранулами глубокого культивирования, которые помогают культиваторам на четвертом и пятом уровнях царства смертных." Ян Цзюньшань был в восторге: "тогда не означает ли это, что эти три духовных гранулы значительно увеличивают культивацию матери?" Ян Тяньган не мог скрыть волнение на своем лице и кивнул: "правильно, с этими тремя гранулами духа я смогу продвинуть культивацию твоей матери на пиковый уровень через полгода, в это время я рассмотрю возможность конденсации Духа Ци, чтобы открыть ее даньтянь и продвинуть сферу боевых искусств." - Отлично!"Ян Цзюньшань, естественно, знал роль другого культиватора боевого царства в своей семье. В это время положение Ян Тяньгана, поддерживающего себя в деревне Туцю, сильно изменится, и его собственный контроль над деревней Туцю, безусловно, станет еще сильнее. Ян Тяньган бросил оставшиеся семь пилюль вызова духа в руки Ян Цзюньшаня и сказал: "Хорошо, остальное твое, хорошо, через два дня отец приведет тебя в лагерь горы Баньян, это верно, кроме двух горшков с железной Оперенной стрелой, что еще ты купил на этот раз?" Ян Цзюньшань самодовольно рассмеялся и достал зеркало, защищающее сердце. Когда Ян Тяньган увидел отпечатки кулака на зеркале, его лицо на мгновение застыло. Затем он в шоке посмотрел на зеленовато-красный огонек, мерцавший на отпечатках пальцев. Ян Цзюньшань взволнованно кивнул и сказал: "правильно! 169 каменных монет, как насчет этого, дешево, верно? " Ян Тянган взял защитное зеркало сердца и внимательно посмотрел на него: "это действительно голубая красная сталь, и хотя это защитное зеркало сердца повредило формацию, просто качества Голубой Красной стали достаточно, чтобы принять удар от культиватора пятого этажа царства смертных. Как раз в этот момент, это защищающее сердце зеркало стоит четыре или пять нефритовых монет." "Более того!"Ян Цзюньшань достал камень размером с кулак под озадаченным взглядом Ян Тяньгана. Именно эта ржавая Красная руда и сказала: "эта скала является дополнением к этому сердцу, защищающему зеркало, отец, почему бы не попытаться удалить камень и посмотреть, возможно, удача вашего сына сегодня удивит эту скалу!" Ян Тяньган получил заржавленную руду, и в его выражении был намек на упрек: "игра в камень?" Однако ради секрета ржавой руды Ян Цзюньшань не мог не рассмеяться: "это просто бонус,который я получил тогда. Я не хочу этого ни за что, я не собираюсь этому учиться." Ян Тяньган холодно фыркнул и сказал: "это ставка девять из десяти. Забудьте об этом на этот раз, в конце концов, не заражайтесь этими вещами снова, культивирование-это только шаг. Все, о чем вы думаете, это срезать путь, и в конце концов, единственное, что вас задержит-это вы сами." Ян Цзюньшань немедленно получил его учение: "ваш сын помнит. Видя, что выражение лица Ян Тяньгана было немного невозмутимым, Ян Цзюньшань сразу же сказал с застенчивым лицом: "отец, если, я говорю, если, вы действительно достали хорошую вещь из этого камня, не забудьте дать своему сыну некоторые преимущества!" Ян Тяньган уставился в его глаза, как будто он собирался начать бой. Ян Цзюньшань тут же прикрыл голову и отругал: "ты, вонючий сопляк, ты смеешь договариваться об условиях со своим отцом!" Однако Ян Тяньган все же ответил: "я не очень хорошо открываю камни, поэтому это займет много времени, но не держите никакой надежды, даже если внутри действительно есть что-то хорошее, я боюсь, что вы не сможете его использовать." Как он мог им не воспользоваться? Это был нефрит духа! Однако Ян Цзюньшань мог только думать об этом, но на этот раз разочарование на его лице, казалось, стало более реальным. - Отец, чем ты обменялся с культиватором боевого царства в городе?" Несмотря на опыт своей прошлой жизни, Ян Цзюньшань все еще смотрел на Ян Тяньган с некоторым ожиданием. На этот раз главной целью поездки Ян Тяньгана в Грасс-Сити было подготовиться к поездке Ян Цзюньшаня на гору Баньян, поэтому он даже привез с собой две духовные долины. Увидев выражение предвкушения на лице своего сына, Ян Тяньган был удовлетворен. Он отругал: "ты, вонючий сопляк, на этот раз этот папочка потратил на тебя много!" Сказав это, Ян Тяньган достал из своей вышитой сумки три яркие Серебряные стрелы, на которых были выгравированы руны. Глаза Ян Цзюньшаня загорелись, и он воскликнул: Это стрела? Ян Тяньган воскликнул и сказал: "брат, твои навыки в последнее время растут, похоже, ты прочитал довольно много руководств по культивации, которые собрал этот папа!" Ян Цзюньшань почувствовал смущение от всей души, но все же сказал самодовольно: "это правда, раз я иду на гору Баньян, как я могу не подготовиться заранее?" Ян Тянган положил три талисмана стрелы в свою руку и сказал: "Эти три талисмана стрелы вырезаны с талисманами низкого уровня, один из них-взрывчатая Стрела, и при попадании в цель она взорвется с необыкновенной силой. Другой-ледяная отравленная стрела, после того, как холодный яд вырвется, даже звери высокого уровня должны будут понести большие потери; последняя стрела эта стрела не используется, чтобы ранить врага, но убежать." Ян Тянган сделал паузу, видя, что выражение лица Ян Цзюньшаня было спокойным и не казалось недовольным, удовлетворение в его сердце возросло, и он продолжил: "После того, как эта символ Стрела будет выпущена, между символом Стрела и луком будет духовная линия, и она быстро уменьшится и принесет человеку, который выстрелил в нее, это спасительное сокровище, вам нужно использовать его осторожно." Ян Цзюньшань получил три стрелы в приступе возбуждения. В своей предыдущей жизни Ян Тяньган также обменял для него три стрелы, но в то время Ян Цзюньшань был еще подростком. Войдя в гору Баньян, он уже израсходовал все стрелы, но не нашел ничего, чем был бы доволен, и потратил три стрелы впустую. Видя, как Ян Цзюньшань радостно играет с тремя стрелами в руке, Ян Тяньган напомнил ему: "хотя эти три стрелы будут вырезаны только с талисманами низкого уровня, с небольшим количеством духовной энергии, хранящейся в вашем теле, я боюсь, что вы сможете только вытащить одну стрелу, поэтому вы должны быть осторожны при ее использовании." Ян Цзюньшань кивнул головой, когда услышал это, но Ян Тяньган не знал, что духовное искусство, которое Ян Цзюньшань в настоящее время культивирует, очень отличается от накладывающегося искусства земного духа, хотя духовная Ци в его теле была сжата первой, духовная Ци, хранящаяся в его теле, была намного более утонченной, поэтому духовная Ци, необходимая для активации Зачарованного талисмана, была намного меньше. Несмотря на это, было все еще немного трудно для духовной энергии, хранящейся в теле Ян Цзюньшаня, чтобы вызвать две магические стрелы,но разве не было еще двух дней до того, как открылась Гора Баньян?! Ян Цзюньшань прикоснулся к семи пилюлям притяжения Духа в своем кармане, затем подумал о двух волшебных кубических нефритовых фруктах среднего класса в своем доме, в эти два дня он определенно мог использовать этот шанс, чтобы значительно увеличить количество духовной Ци в своем теле. В это время он сможет непрерывно извлекать два талисмана. Однако подготовка Ян Тяньгана к Ян Цзюньшань, очевидно, не ограничивалась только этим. Передав ему три талисмана, Ян Тяньган достал из своей вышитой сумки два талисмана размером с палец. Глаза Ян Цзюньшаня вспыхнули, когда он увидел два талисмана, но на этот раз он не позвал их. Вместо этого он спросил: "Отец, это талисманы?" -Вот именно! Ян Тянган посмотрел на него и сказал: "Эти два талисмана вырезаны с помощью техники каменной стены, когда вы используете духовную энергию в качестве проводника и врезаетесь в землю, стена Земли поднимется перед вами, чтобы блокировать врага; а другой камень запечатан с помощью техники Зыбучих Песков. Как только он упадет в землю, он станет зыбучим песком, чтобы блокировать врага." Эти две вещи были предназначены для защиты его жизни. ---------- Том 1 Глава 12 Глава 12-Завершение После возвращения домой, вся семья была приятно удивлена, когда Ян Цзюньшань узнал о голубой красной стали и высшей духовной грануле. Хань Сюмэй, который первоначально был несколько обеспокоен вопросами, касающимися горы Баньян, также был удивлен, когда услышал о помощи трех таинственных шариков. Вечером, под одобрительные возгласы Ян Цзюньпина и его друзей, вся семья съела еще одну сладкую и ароматную рисовую трапезу. После этого Ян Цзюньпин был вызван в боковую комнату, чтобы понежиться в лечебной ванне, и десятилетний Ян Цзюньпин собирался пройти тест на профпригодность. Чтобы быстро проверить духовные пустоты в его теле, любой клан культиваторов, у которого были условия, должен был бы сделать некоторые приготовления Заранее для своих детей. Хотя семья Ян округа Ченю семьи Ян Тяньгана можно было рассматривать как видную семью класса во всем округе, они все еще собирали некоторые простые и грубые формулы медицины ковать тела. Хотя Ян Тяньган уже разделился, его накопление за последние три года было в пределах возможностей его детей. Затем Ян Цзюньшань вернулся в колодец духа, чтобы подготовиться к культивации. Первоначально колодец имел каменную доску с выгравированными рунами, чтобы предотвратить утечку духовной ци внутри, обычно только культиватор боевого царства, такой как Ян Тяньган, мог открыть его, но теперь, чтобы сделать его удобным для Ян Цзюньшаня, отец Ян Цзюньшаня открыл колодец заранее. На Тихом заднем дворе слышалось только чириканье насекомых. Серебристый лунный свет падал на землю, добавляя окружающим спокойствия. Это было хорошее время для медитации и самосовершенствования. Ян Цзюньшань сидел, скрестив ноги, у колодца. Сначала он направлял духовное искусство Вуту и культивировал его в течение полного цикла, позволяя себе больше привыкать к изменению своих методов культивирования. Только после этого он достал из деревянной коробки, которую носил с собой, пилюлю притяжения духа и положил ее в рот. Чтобы нейтрализовать эти ароматы, в лекарственные таблетки часто добавляют большое количество меда. Кроме того, поскольку лекарственные пилюли были чрезвычайно грубыми на травах, вкус лекарственных пилюль можно было описать как странный. Эта пилюля притяжения Духа издавала ужасное зловоние после того, как ее жевали во рту. Хотя таблетка была смешана с медом, это сделало сладкий запах еще более отвратительным. Несмотря на то, что Ян Цзюньшань уже приготовился к приему таблетки, его все равно чуть не вырвало, когда он ее жевал. Задержав дыхание, Ян Цзюньшань беспорядочно жевал и глотал лекарство во рту. Не заботясь о том, чтобы направить свое духовное искусство на развитие, но вместо этого, выпив весь кувшин духовной воды у колодца, чувствуя, что небесное зловоние, которое устремлялось к его голове, исчезло, Ян Цзюньшань быстро успокоил свой ум и начал распространять для развития. Это было также связано с тем, что тело Ян Цзюньшаня в настоящее время скрывало столетнюю душу. Иначе как двенадцатилетний юноша мог быстро погрузиться в культивацию под воздействием этого странного запаха? Ян Цзюньшань уже чувствовал, как волна духовной Ци поднимается вверх, устремляясь влево и вправо в его животе, хотя эта духовная ци не считалась богатой, но она была по крайней мере толще, чем духовная Ци источника духа. Циркуляция духовного искусства Вуту в теле Ян Цзюньшаня становилась все более и более гладкой, и с каждым круговоротом он мог вытягивать духовную энергию из своего желудка и заполнять меридианы и кровеносные сосуды вокруг двух духовных полостей в своем теле. Духовное заклинание, которое он культивировал, уже имело чрезвычайно высокую концентрацию и использование духовной энергии, но для него все еще было неизбежно тратить небольшую часть духовной энергии, содержащейся в лекарственных таблетках во время процесса культивирования. Вчера Ян Цзюньшань специально культивировал духовное искусство Вуту, чтобы уменьшить количество духовной энергии, накопленной в его теле в течение предыдущего года культивирования наполовину, но ему все же удалось развить первый уровень смертной сферы до стадии совершенства, поэтому меридианы и кровеносные сосуды, окружающие две духовные полости, уже были расширены. Теперь ему нужно было только восполнить недостающую духовную энергию, и с этим Ян Цзюньшань будет намного легче восстановиться до стадии совершенства первой ступени. Духовное искусство циркулировало в течение трех дней в его теле, и энергия от лекарственной таблетки, проглоченной в его желудке, была полностью поглощена. Если бы это было раньше, то окутывающее Землю духовное искусство семьи Ян, вероятно, заняло бы четыре-пять недель, чтобы закончить очистку. Конечно, время, необходимое для каждого цикла, было намного быстрее, чем в первом. После трех циклов он уже достиг пика Луны, поэтому Ян Цзюньшань проглотил вторую пилюлю притяжения духа и пережил неописуемый вкус, когда он вылил последнюю половину банки спиртовой воды в свой желудок. Он начал еще три цикла, но на этот раз время тренировок было намного короче. После рассвета Ян Цзюньшань, проспавший всего два часа, был в приподнятом настроении и начал практиковать бешеный кулак быка. Сила между каждым движением была намного глубже, и его навыки были намного более мощными, даже сам Ян Цзюньшань мог чувствовать, что его кулачное искусство снова улучшилось. Даже Хань Сюмэй похвалил его с улыбкой: "Шань Эр теперь действительно просветленный, после этого набора Кулаков, вы не похожи на новичка, который практикует боевые искусства в течение года, я думаю, что это займет по крайней мере десять лет. Его отец, когда вы были молоды, могли бы вы сравниться с моим сыном?" Внезапно, он услышал вопрос жены. Ян Тяньган сразу же вернул свое внимание обратно к зверю перед ним, но вместо этого выпустил изо рта "Хм" и сказал: "но он только немного улучшился, он все еще далек от этого!" Как могла Хань Сюмэй не знать, о чем думал ее муж, видя его последние двадцать лет. Услышав ее слова, Хань Сюмэй не смогла удержаться от смеха. Причина, по которой техника очищения тела Ян Цзюньшаня прогрессировала в темпе, была главным образом из-за воспоминаний и опыта его прошлой жизни, которые начали восстанавливаться дальше. Кроме того, вчерашняя культивация позволила ему восстановить более половины своей силы с первой стадии, и духовное искусство Вуту первоначально славилось своим медленным культивированием, но энергичным накоплением, что позволило технике кулака Ян Цзюньшаня чувствовать себя способным двигаться со скоростью тысячи миль в день. После того, как Ян Цзюньшань закончил свой кулак Ман-быка, второй брат Ян Цзюньпин вышел из комнаты, вымыл лицо холодной водой и встал позади Ян Цзюньшаня с полностью раскрасневшимся лицом, практикуя кулак Ман-быка вместе с ним. Этот вид целебной формулы ванны переданный вниз семьей Yang, после использования его, одно определенно не смогло бы спать крепко всю ночь, но в Утре, одно потеряло бы даже самую малую часть духа. Ян Цзюньшань сам испытал это в прошлом. После того, как второй раунд ударов был закончен, ошеломленная младшая сестра, Ян Цзюньсинь, наконец была вынуждена встать с постели из-за невыносимого желания Хань Сюмэя лично поднять ее одеяло. Она ворчала неразборчивые слова, когда начала практиковаться со своими двумя старшими братьями, пока Хань Сюмэй не отругал ее несколько предложений, прежде чем заставить себя практиковаться в бешеном кулаке быка. Хань Сюмэй готовил завтрак на кухне, а Ян Тяньган, который не знал когда, уже приготовил двух горбатых зверей и сидел на ролике в углу двора, курил, наблюдая, как трое братьев и сестер отрабатывают свои удары. Однако Ян Цзюньшань чувствовал, что его сердце болит без причины. Эта сцена часто появлялась в воспоминаниях Ян Цзюньшаня о его прошлой жизни, но в своей прошлой жизни он жил как призрак, найденный годами, и у него больше не было члена семьи рядом с ним. Такая сцена никогда больше не повторится в этой жизни! Ян Цзюньшань крепко сжал кулаки, и решимость на его лице даже превратилась в дикость. Он громко взревел и изо всех сил использовал последнее движение взбешенного бычьего кулака. Хотя братья и сестры Ян Цзюньшань ничего не заметили, Ян Тяньган, который собирался вдохнуть полный рот дыма в уши, казалось, что-то услышал. Его взгляд внезапно сфокусировался на Ян Цзюньшане, но неожиданно дым, застрявший в горле, потек через нос прямо к голове. В то время даже самая невежественная младшая сестра знала, что ее мать ходила на гору Баньян только за своим старшим братом Минтианом три раза в день, чтобы приготовить рис из духовной долины и риса Духа. После завтрака супруги Ян Тяньган привели к Лин Тяню большую вьючную лошадь, Ян Цзюньпин привел свою младшую сестру вместе с двумя братьями Ян Цяньхаем и Ян Бао Ляном, которые пришли, и пошли играть. Воспользовавшись покоем в доме, Ян Цзюньшань снова отправился к колодцу Духа на заднем дворе, чтобы культивировать. Он хотел восстановить духовную энергию в своем теле до совершенства первой стадии к завтрашнему дню, и только полагаясь на плотную духовную энергию, производимую "духовным искусством Вуту", шансы Ян Цзюньшаня на успех значительно возрастут. Тем не менее, эффект тренировки в течение дня был явно не так хорош, как культивирование в течение ночи, и за все утро Ян Цзюньшань едва успел усовершенствовать одну пилюлю притяжения Духа. Что касается рассеянной духовной энергии в колодце, хотя Ян Цзюньшань мог использовать ее дважды, но шумное дневное время явно отвлекало его слишком сильно. Невозможно было даже сохранять спокойствие ума, не говоря уже о том, чтобы культивировать его дважды. Если бы только он мог построить комнату на вершине колодца. Он не только будет блокировать дневной шум, но и сможет поддерживать духовную энергию в колодце. В будущем он мог бы использовать эту комнату в качестве уединенной культивационной площадки! Особняк Ян не был тайным местом, и все знали, что этот колодец духа не был тайным местом. Можно было построить павильон, чтобы укрыться от ветра и дождя, и место для выращивания было не тем, что нынешняя семья Ян Цзюньшань могла себе позволить. Поскольку он не смог разделить свою энергию между духовной энергией в колодце, Ян Цзюньшань решил вернуться в свою комнату, чтобы усовершенствовать пилюлю притяжения Духа. На самом деле эффект был намного лучше, и до ужина конденсированная духовная энергия в его теле была всего в шаге от совершенной первой стадии восстановления. Ночью, когда Ян Цзюньшань полностью очистил пятую пилюлю притяжения Духа в деревянном ящике, его культивация, наконец, вернулась в идеальное состояние для первой стадии извлечения духовной энергии. И поскольку он специализировался на духовном искусстве Вуту, концентрация духовной энергии вокруг двух духовных полостей в его теле почти удвоилась. Глядя на холодный полумесяц в небе, Ян Цзюньшань втайне подбадривал себя. Завтра должен быть первый день, когда он сделает изменения, он должен добиться успеха! ---------- Том 1 Глава 13 Глава 13 Ранним утром второго дня Ян Цзюньшань нес Сан му Гуна на спине и повесил два горшка с железными стрелами на спину маленькой вьючной лошади. Он последовал за своим отцом и был сопровожден Хань Сюмэй и ее младшей сестрой за пределы деревни Туцю. В деревне было даже обнаружено несколько духовных полостей, и люди того же возраста, которые также должны были отправиться на гору Баньян, чтобы искать небесных духов, были привезены в деревню своими хозяевами клана, чтобы собраться. Когда они увидели Ян Тяньгана, они все приветствовали его. Рождение Ян Тяньгана в уезде Чэнью не было секретом в деревне Туцю, но в их глазах уезд Чэнью можно было считать частью выдающегося класса, так как гора Баньян уже прошла через два раунда набегов, поэтому оставшиеся бессмертные предметы не должны были помещаться в их глазах. Несколько жителей деревни Туцю огляделись вокруг. Может ли быть, что слухи, которые пришли из округа Чэнью, были правдой, что семья Ян Тяньган действительно игнорировалась семьей, и что как прямой потомок Ян Цзюньшань не мог даже получить ни одного кусочка Небесного предмета от семьи? Эта мысль мелькнула у всех в голове, но на поверхности они сохраняли достаточное уважение к главе деревни. Хотя Ян Тяньган был силен в деревне Туцю все эти годы, но он всегда был справедлив в своем поведении, и многие из них были убеждены в Ян Тяньгане, что также было причиной, по которой иностранец из семьи Ян смог быстро закрепиться в деревне Туцю. Трое юношей, направлявшихся вместе в сторону горы Баньян, были примерно одного возраста с Ян Цзюньшанем, а также были знакомы с Ян Цзюньшанем. Слева стоял чуть более низкорослый, но более сильный юноша по имени Хао Чжуан, один из лакеев Чжан Хузи. Другую вахиртин-летнюю девочку звали Сюй Цзин, она была ученицей семьи Сюй из деревни Туцю. Я слышал, что ее способности не так уж плохи, и у нее было три бессмертных духовных впадины, похожие на способности Чжан Хузи к самосовершенствованию. Тем не менее, бессмертные духовные полости Сюй Цзин, как говорят, находятся за ее ушами, что чрезвычайно ценно. Количество бессмертных духовных полостей в теле определило бы его способность к самосовершенствованию. Однако расположение духовных полостей в теле также определило бы возможность обладания особыми талантами. Возможность появления особых талантов в чертах лица была чрезвычайно высока. И именно из-за этого эта маленькая девочка могла считаться гордым человеком в деревне Туцю. Даже для такого молодого мастера, как Ян Цзюньшань, ученика такого эксперта в области боевых искусств, как он, даже если бы это был сын патриарха семьи Сюй, Сюй Лэй, он все равно позволил бы ей выпустить пар. Ходили также слухи, что лидер семьи Сюй, Сюй Саннян, уже устроил брак для своего сына, и когда они оба станут взрослыми, это произойдет из-за таланта Сюй Цзина. Несмотря на то, что Сюй Саннян была единственным культиватором боевых искусств в семье Сюй, и хотя она пользовалась большим авторитетом в семье Сюй, она все еще не могла найти подходящего мужа для семьи Сюй. Как единственный ее сын, Сюй Лэй не был слишком доволен старейшинами семьи Сюй и хотел проложить путь для своего сына, чтобы контролировать семью Сюй в будущем. Ян Цзюньшань, естественно, был ясен в этом вопросе, и он также знал, что высокомерие Сюй Цзина намного превзошло ожидания Сюй Санняна. Несмотря на то, что она уже договорилась о браке с Сюй Лэем, после этой поездки на гору Баньян она определенно привлечет внимание охраняющих горы культиваторов секты потрясенных небес. В то время маленькая семья Сюй уже постепенно вырастала из ее поля зрения. Третий молодой человек выглядел намного старше Ян Цзюньшаня, а остальные, тот, кого Ян Цзюньшань узнал, звался Су Баочжан и был старше Ян Цзюньшаня на три года. Три года назад он явно упустил возможность открыть окружение Баньяновой горы. Кто знает, сколько нефритовых монет он скопил на этот раз в обмен на право отправиться из города на гору Баньян. Хотя Су Баочжан отвергал это предложение в течение трех лет, в конце концов, он все же получил шанс, и даже если это был шанс для некоторых людей, он все еще был чрезвычайно ценным. На самом деле, было много подобных вещей, хотя Су Баочжан отвергал предложение в течение трех лет, но в конце концов, он все же получил шанс, и даже если это был шанс для некоторых людей, это было чрезвычайно ценно, даже если это был шанс для некоторых людей. Вся деревня Туцю имела около тысячи дворов, с населением около пяти или шести тысяч человек. Естественно, было больше четырех юношей в возрасте от двенадцати до пятнадцати лет, но большинство юношей того же возраста с трудом обладали талантом к самосовершенствованию. Даже если бы им это удалось, они все равно не смогли бы вынести высокую цену входа в обитель бессмертного духа. Конечно, такие люди, как Чжан Хузи и Сюй Лэй, давно приготовили для них камни бессмертного духа, поэтому они, естественно, не пошли бы на гору Баньян, чтобы рисковать. Первоначально Ян Цзюньшань не должен был идти, но в своей предыдущей жизни он даже не заботился о небесном камне Земли среднего класса. В своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань также отправился на гору Баньян с четырьмя людьми перед ним, но после входа в гору они пошли своими собственными путями, и в конце концов Ян Цзюньшань вернулся в жалком состоянии. Из остальных трех, кроме Сюй Цзина, который пожинал некоторые награды, Су Баочжан был не намного лучше. Увидев, что все жители деревни были здесь, Ян Тяньган кивнул головой и сказал: "Пойдем, не пропустите время!" В каждом из шести уездов Юйсяня были загоны для поднятия бессмертных духов. Эти загоны открывались раз в три года, и каждый раз, когда они открывались, это было для потрясенных небесами учеников секты, чтобы войти в загоны для первого раунда сбора урожая. Лучшие качества бессмертных духов, которые воспитывались в течение трех лет, естественно попадали в руки потрясенных небесами учеников секты. После потрясенной небесами секты ученики из различных больших и малых сект и богатых кланов вошли во второй круг. После того, как оставшиеся эликсиры были собраны на некоторое время, была только очередь третьей группы, чтобы войти на территорию соревнований. С точки зрения репутации, третья группа была нацелена на молодежь в возрасте до пятнадцати лет, которая имела талант культивировать в городе, а Ян Цзюньшань и остальные были именно последней группой людей, которые вошли на территорию соревнований. Однако, после двух раундов сбора урожая, в окрестностях уже осталось очень мало бессмертных духовных объектов. Даже если некоторые из них остались, они были вещами, которые люди из первых двух партий не хотели, многие из них были низшими бессмертными духами, и поэтому это можно было рассматривать как благословение, чтобы иметь возможность получить бессмертный дух среднего класса. Несмотря на это, конкуренция за квоту входа в третий раунд все еще была чрезвычайно интенсивной во всем Юйсяне. Хотя квота на въезд в третий круг была для культиваторов соответствующего возраста во всем округе, культиваторы секты потрясенных небес, охраняющие лагерь, насчитывают ограниченное число небесных духов по имени, поэтому число культиваторов того же возраста, входящих в лагерь, было частным образом ограничено. Кроме назначенной квоты для каждого города и деревни, остальные места для входа использовались для обмена на нефритовые монеты. Первоначально деревня Туцю имела только три места, чтобы войти в ограждение. Что касается места Су Баочжана, естественно, он должен был использовать нефритовые монеты из города, чтобы обменять их. Тем не менее, Ян Цзюньшань знал, что это место изначально не было чем-то, что можно было обменять только на нефритовые монеты. Ян Тяньган видел его только 15 лет, и вся его семья накопила большое количество нефритовых монет, даже не имея возможности получить место в городе. В своей предыдущей жизни Су Баочжан хотела вернуть долг благодарности и помочь Ян Цзюньшань искать бессмертных духов, но неожиданно она была отвергнута высокомерным Ян Цзюньшанем. После этого Ян Цзюньшань был разочарован, когда нашел бессмертного духа низкого ранга, в то время как Су Баочжан был также удовлетворен, когда он нашел бессмертного духа низкого ранга. Деревня Туцю находилась примерно в двухстах от горы Баньян, и со скоростью вьючной лошади они бежали около часа, но во всей деревне Туцю они были только двумя вьючными лошадьми в руках Ян Тяньгана и его сына, остальные трое и родители, которые были с ними на пути к горе Баньян. Они наняли в городе повозку с вьючной лошадью, и с ней им понадобилось бы не меньше четырех часов, чтобы добраться до горы Баньян. По пути Ян Тянган и его сын замедлили шаги, чтобы экипаж мог догнать их, но остальная часть экипажа была не такой удобной, как сейчас, хотя мастерство водителя было чрезвычайно высоким, с более чем двумястами ли ударов, у большинства людей внутри были культивации, поэтому они, вероятно, потеряли бы свою глубокую духовную Ци, но, к счастью, это было во второй половине дня, когда открылись горы Баньян, поэтому у них все еще было время отдохнуть, как только они прибыли. По пути они встретили две или три группы земледельцев из разных деревень, которые также направлялись к горе Баньян. Ян Тяньган хорошо знал большинство из этих людей, поэтому он пошел вместе с ними. Обычно их окружала огромная формация, заложенная потрясенной небесами сектой. Глядя вверх от подножия горы, вся гора была покрыта облаками и туманом, и только когда большая формация была открыта, можно было увидеть всю окружающую территорию. Были даже потрясенные небесами культиваторы секты, стоявшие на страже днем и ночью у оград, и их открывали только три раза в три года, чтобы три группы культиваторов могли войти и выйти. В двадцати пяти деревнях пяти городов округа Мэнъюй в среднем насчитывалось от четырех до пяти земледельцев в возрасте от двенадцати до пятнадцати лет. Добавляя в квоту, данную в частном порядке, общий возраст третьей волны соответствующих культиваторов составлял около двухсот человек. Эти двести молодых людей собрались под горой Баньян. Если добавить к этому различных сельских старост, родителей юноши и других, то их было почти четыре сотни. Были даже какие-то повозки и скот. Все спешились и нашли время, чтобы прийти в себя, но Ян Цзюньшань повернулся, чтобы посмотреть на своего отца, который ехал на вьючной лошади, на которой висел большой резной лук. ---------- Том 1 Глава 14 Глава 14-Кольцо Хотя Ян Цзюньшань было всего двенадцать лет, тот факт, что он овладел бешеным кулаком быка, сделал его намного сильнее, и лук Сан Му в его руке уже, казалось, смягчился, не говоря уже о том, что две фляги в его руках были намного тяжелее обычных бамбуковых стрел. Если бы не они, ему было бы трудно перестроиться. - Отец, твой сын позаимствует твой резной лук!" Ян Тяньган только что закончил копать, и он, казалось, совсем не удивился, когда услышал его. Видя, как его отец уже ожидал, что это произойдет, Ян Цзюньшань пришел к пониманию. Он, вероятно, уже ожидал, что стрела Железного пера будет иметь каменный сильный лук, если нет, с его областью боевых искусств он сможет натянуть тетиву даже с шестью или семью каменными сильными луками. Не было никакой необходимости вешать три каменных лука на спину охотящегося коня. Однако Ян Цзюньшань не знал, что кроме этого, была еще одна причина. Когда он практиковал свои кулачные искусства прошлым утром, Ян Тяньган угадал прогресс его кулачных боев по хрустящему звуку костей, которые он испускал, когда он ударил. На лице Ян Цзюньшаня появилось нетерпеливое выражение, и он сказал: "Я хочу попробовать!" Однако эти юноши, очевидно, не думали, что Ян Цзюньшань может вытащить большой цветочный лук, и не думали, что он может использовать его в качестве оружия. На их лицах застыли презрительные и насмешливые взгляды, и были даже такие, кто втайне надеялся, что это причинит им боль и заставит выйти из окружения, так что у него будет на одного конкурента меньше. В то время как многие из его сверстников радовались его несчастью, Ян Цзюньшань уже безудержно снял свой большой лук со спины Горбатого зверя, и Су Баочжан, который был рядом с ним, увидев ситуацию, немедленно подошел и тихо сказал: "брат Цзюнь Шань, лучше всего сохранить свою энергию в это время, а не тратить ее на бесполезные вещи, в случае, если кто-нибудь узнает о происхождении вашего собственного клана!" Этот Су Баочжан действительно был таким же добрым, как и в прошлой жизни, но у Ян Цзюньшаня были свои планы, он обернулся и тоже пробормотал: "брат Бао Чжан, не волнуйся, я уверен!" Су Баочжан был поражен, затем он понял, что Ян Цзюньшань даже не пытался посоветовать ему остановиться, естественно, у него был более глубокий смысл, поэтому он кивнул головой и отошел в сторону, чтобы посмотреть, как он натягивает лук. Ян Цзюньшань глубоко вздохнул и натянул тетиву одной рукой, в то время как другая держала лук. С громким звуком " Хе " его рукам удалось отвести семьдесят процентов длины лука. Такая огромная сила! Внезапно все юноши, наблюдавшие за Ян Цзюньшанем, вдохнули холодный воздух, и эта мысль одновременно возникла в глубине их сердец. Несмотря на то, что Су Баочжан тренировался на три года дольше, чем он, видеть силу Ян Цзюньшаня сейчас было также немного непостижимо. Но это еще не конец. Ян Цзюньшань медленно выдохнул и ослабил свой резной большой лук. Сразу же после этого Ян Цзюньшань сделал еще один глубокий вдох и использовал свою силу, чтобы вытянуть руки, чтобы еще больше раздвинуть лук. Открыв лук три раза, он всегда отступал назад на семьдесят процентов каждый раз. Несмотря на то, что сила Ян Цзюньшаня в последнее время значительно возросла, и он тяжело дышал и потел на лбу, среди трех юношей в той же деревне, выражение лица Су Баочжана было одним из удивления и зависти, но даже более того, оно было наполнено восхищением. Цвет лица Хао Чжуана был уродливым, и даже его взгляд в сторону Ян Цзюньшаня имел дополнительный намек на страх. Когда Ян Цзюньшань увидел выражение лиц всех присутствующих, он громко рассмеялся. Он потер пальцы, которые были повреждены тетивой, и повернулся, чтобы посмотреть на Ян Тяньгана: "отец, как это было?" Ян Тяньган сказал "просто так-так" и бросил предмет в сторону Ян Цзюньшаня. Нефритовое кольцо было полностью сделано из нефрита духа и было заполнено материалами. Нефритовое кольцо просто использовалось, чтобы вырезать несколько простых рун, которые были равны количеству трех нефритовых монет, кроме того, на нефритовом кольце было выгравировано несколько простых рун, но Ян Цзюньшань смог понять, что руны образуют простой накопитель энергии, и смог сэкономить немного энергии, когда Ян Цзюньшань использовал его, чтобы руки Чжан Гуна не онемели от всего трех попыток. Ян Цзюньшань узнал это нефритовое кольцо, это было то, что его отец часто приносил с собой, это был один из немногих предметов, которые дедушка оставил для отца. На этот раз Сюй Цзин увидела, что большое кольцо из нефрита Духа в руке Ян Цзюньшаня тоже мерцает от зависти, но она быстро отвернулась, намеренно отводя взгляд от Ян Цзюньшаня. На самом деле, даже Ян Цзюньшань был также удивлен в этот момент. В своей предыдущей жизни, когда он пришел на гору Баньян, хотя Ян Тяньган также нес большой резной лук,у него даже не было возможности натянуть три каменных лука. Хотя это нефритовое кольцо не могло сравниться с другими подлинными магическими инструментами, но Ян Цзюньшань никогда не думал, что его отец не только сможет поднять свою силу с помощью нескольких простых рун, но и может быть использован для пополнения скудного количества духовной силы в его теле. Ян Цзюньшань был готов, в это время он ждал культиваторов секты потрясенных небес, которые охраняли лагерь, чтобы открыть большой массив. Однако как раз в это время из горного входа, расположенного недалеко от того места, где отдыхали Ян Цзюньшань и остальные, послышался шум. Все посмотрели вверх и увидели группу людей вместе с двумя людьми, скачущими на двух глупых рогатых животных к входу в лагерь Баньян-Маунтин. "Это отец и сын города Пустоши Чжан Ченгхун и Чжан Юэмин!- Тот, кто говорил, был деревенским старостой из соседней деревни, деревни земля Мэн. Как и Ян Тяньган, он был также экспертом в области боевых искусств. На самом деле у него второсортный талант, и он уже испытал четыре духовные пустоты. Говорят, что они уже привлекли внимание потрясенной небесами секты, и как только ребенок успешно вызовет свой дух, он войдет в потрясенную небесами секту, чтобы быть принятым в качестве внутреннего ученика. - Вздохнул еще один культиватор боевого царства. Почти у всех юношей на лицах появилось завистливое выражение. Даже гордый и надменный не был исключением, и свет, который принес Ян Цзюньшань, даже не стоит упоминания по сравнению с этим - Странно!" На лице Ян Тяньгана отразилось сомнение, и он сказал: "Почему отец и сын пришли сюда со своими способностями 2 уровня, беспокоясь о том, что у них нет никаких бессмертных сокровищ?" Мэн Шань засмеялся и сказал: "Лао Ян, хотя ваша семья Лао Ян считается выдающимся классом, но в этом мире округа Мэнъюй ваша информация не очень хорошо информирована!" Ян Тяньган не возражал и с любопытством спросил: "О, брат Мэн, вы понимаете причину? Пожалуйста, объясни! " Мэн Шань сказал: говорят, что сын Чжан Чэн Хуна уже давно был передан ему экспертом секты потрясенных небес для культивирования. Ян Тяньган подошел к нему и сказал: "Так вот как это происходит, но поскольку это всего лишь формальность, то почему подросток вошел в гору почти на двести лет, не боится ли он, что другие люди воспользуются этой возможностью? Даже если потрясенная небесами секта полностью подготовлена, мы не можем позволить этому ребенку конкурировать с двумя сотнями людей! " Слова Ян Тяньгана не только озвучили его собственные сомнения, но и раскрыли мысли окружающих юношей. Однако это не включало Ян Цзюньшань; Конечно же, другой деревенский староста посмотрел на молодежь вокруг него с предупреждающим тоном и усмехнулся: "как может потрясенная небесами секта быть такой без абсолютной подготовки? Если вы действительно хотите протянуть руку Чжан Юэминю, вы ухаживаете за смертью. Не забывайте, кроме культиватора боевого царства, мы не можем войти в окружающую область! " Что касается этого, Мэн Шань также был несколько удивлен и сказал: "Разве вы не знаете, что здесь происходит что-то подозрительное, брат Ян? Может ли быть, что сцена между округом Мэнью и округом Мэнью отличается? " Ян Тяньган сказал: "Если бы уезд Мэнъюй обнаружил такого молодого человека, они должны были бы пройти этот путь, но они непосредственно организовали ребенка среди первого круга культиваторов, поэтому у меня есть подозрения, так как мы собираемся пройти этот путь, мы должны были изначально организовать его в первом раунде, нет необходимости делать специальные приготовления в третьем раунде." Мэн Шань вздохнул и сказал: брат Ян, вы не знаете об этом, уезд Чэнью уступает другим пяти уездам Юйсяня, не говоря уже о нехватке людей, дети с хорошими способностями не появлялись в течение многих лет, не говоря уже о детях, которые привлекли внимание потрясенной секты. Это также привело к тому, что он не смог поднять свою голову по сравнению с другими пятью округами Юйсянь! Мэн Шань на мгновение замолчал, а затем продолжил: "на этот раз, поскольку ребенок, по слухам, встревожил окружного судью, выступление Чжан Юэмин не только должно быть гладким, не должно быть никаких неудач, и она должна уйти красиво и блестяще. Согласно методу брата Яна обращения с ребенком, хотя о нем будут считать, что о нем заботятся, что, если результаты будут ужасными в условиях конкуренции других людей, и он получит бессмертный дух среднего класса? Кроме того, кто знает, кто из учеников потрясенной небесами секты, которые смогли войти в окружение в первый раз, не были чрезвычайно талантливы? Кроме того, их статус и происхождение были даже более глубокими, чем у этого Чжан Юэминя, и никому не было бы дела, если бы они случайно избили деревенскую деревенщину. Объяснение Мэн Шаня заставило Ян Тяньгана опомниться, хотя некоторые из молодых людей были недовольны, но они были недовольны, когда они думали о своих собственных способностях, и были удивлены, когда они услышали, как Ян Тяньган сказал: "По словам брата Мэна, Чжан Юэмин, этот ребенок, будет ли бессмертным духом в конце концов?" Полноценный бессмертный дух! Все снова были поражены. Отсутствие бессмертных духов было первым барьером, ограничивающим число культиваторов; говорили, что даже потрясенные небесами секты не могли популяризировать высокосортных бессмертных духов среди своих учеников; знаменитые кланы и секты в графствах могли собрать как можно больше бессмертных духов среднего класса; а для свободных культиваторов и призраков, подобных им, уже было достаточно иметь низкосортный бессмертный дух для культивирования. ---------- Том 1 Глава 15 Глава 15-Чудо Так же, как толпа обсуждала перед ограждением горы Баньян, Чжан Чэн Хун, казалось, стал центром всех. Многие люди, которые пытались льстить и лебезить перед ним, подходили один за другим, чтобы поздравить его, надеясь, что он сможет вступить в контакт с отцом нового ученика секты, потрясенной небесами, что заставило Чжан Чэн Хуна быть еще более высокомерным. Были также люди, которые не сводили глаз с Чжан Юэминя, но хотя Чжан Чэн Хун был доволен собой, он защищал своего сына так сильно, что они не могли приблизиться к нему. Как раз в тот момент, когда Чжан Чэнхун весело болтал с остальными, два потока пыли внезапно поднялись с той стороны, откуда пришли отец и сын. Несколько сотен человек перед горой Баньян были обычными людьми, просто глядя на два потока дыма, можно было сказать, что кто-то ехал вперед, открытие окружения горы Баньян было крупным событием, и это место можно было рассматривать как территорию потрясенной секты. Все присутствующие молчали. Даже Чжан Чэнхун не заботился о том, чтобы кто-то потревожил лицо его семьи. Когда он обернулся, на его лице было написано удивление, потому что эти двое были людьми, которых он хорошо знал. - Четвертый брат, болезнь отца вернулась, и он в опасности. Он хочет, чтобы ты поскорее вернулся!" - Наркобарон Чжан, развитие моего старшего брата пошло наперекосяк. Он пошел против своего сердца и повредил свои внутренние органы. Я надеюсь, что препарат ученого алхимика может помочь!" Два голоса донеслись издалека почти одновременно. Вслед за двумя рыками вола два земледельца поскакали на своих глупых коровьих зверях к горе Баньян, чтобы одновременно натянуть поводья. Потом они посмотрели друг на друга. Единственное отличие состояло в том, что рыцарь слева был похож на Чжана Чэнхуна, у которого был холодный и отстраненный взгляд; рыцарь справа был слегка напуган, так как не ожидал, что отец мастера Чжана тоже болен. Таким образом, раны его старшего брата должны были лечиться с опозданием, но этот вид внутренней травмы был тем видом внутренней травмы, который больше всего боялся задержки. Во всем городе Пустоши только Чжан Чэн Хун едва мог считаться очистителем воздуха. Кроме того, таблетки, которые он состряпал, были не очень эффективны, и у него был довольно грязный характер, но даже так, у него все еще была очень высокая репутация в городе Пустоши. Увидев эту сцену вдалеке, глава деревни Земли Мэн внезапно усмехнулся и сказал Ян Тяньгану: "брат Ян, как ты думаешь, кто пойдет с Чжан Чэн Хун?" Ян Тяньган удивленно посмотрел на него и сказал: "брат Мэн, ты же не хочешь сказать, что Чжан Чэнхун отпустил бы своего отца лечить другого человека, верно?" Мэн Шань засмеялся, но больше ничего не сказал, и показал Ян Тяньгану, чтобы тот продолжал наблюдать. Хотя Ян Цзюньшань был свидетелем всей этой ситуации в своей предыдущей жизни, когда он увидел ее снова, он все еще чувствовал, что действия Чжан Чэнхуна были странными. -Пошли, пошли скорее. Спасение-это самое главное!" Услышав это, Чжан Чэнхун больше ничего не сказал. Он обернулся и несколько раз проинструктировал сына, прежде чем подойти к ним. Однако, как только Чжан Чэнхун сделал три шага вперед, все заметили, что что-то не так. Когда человек, похожий на Чжана Чэнхуна, увидел, что Чжан Чэнхун не идет в его сторону, он закричал: "брат, куда ты идешь?" Чжан Чэнхун нетерпеливо махнул рукой и сказал: "шестой брат, ты можешь вернуться первым. Старый хозяин болен и не хочет умирать. Сначала я проверю внутренние повреждения босса Лю Сан!" Услышав это, шестой брат Чжан Чэнхуна сразу же встревожился, он свирепо посмотрел на Лю Саня, который стоял не слишком далеко от него, который бросился к горе Баньян в то же время, и сказал: "четвертый брат, что ты говоришь? Лю Сан тоже почувствовала себя немного виноватой от этого взгляда. Несмотря на то, что его босс получил внутренние травмы, он действительно видел, как Чжан Чэнхун оставил своего старика и пошел к нему. Лю Сань попытался заговорить: "мастер Чжан, почему бы вам сначала не пойти к старому мастеру ." -Нет нужды!" Чжан Чэнхуну было все равно, когда он махнул рукой, прерывая слова Лю Саня. Он нахмурился и даже произнес с оттенком обиды в голосе: Он сказал тихим голосом: "Ты не платишь за лечение своего отца!" Большинство присутствующих были культиваторами. Несмотря на то, что площадь перед горой Баньян была огромной, Чжан Чэнхун не понизил голос. Было ясно, что Ян Тяньган и остальные впервые видели такую сцену, и выражение их лиц было ошеломленным; в то время как уроженцы уезда Чэнью, а также люди из города Пустоши, в котором находился Чжан Чэн Хун, все сдерживали свой смех, как будто они не были ни в малейшей степени удивлены. Даже не упоминая о реакции толпы на площади, рыцарь по имени Лю Сан немедленно отреагировал и виновато улыбнулся: "я понимаю, я понимаю. Наркобарон Чжан, что вы думаете об этом номере?" Лю Сань сначала вытянул три пальца, что заставило лицо Чжан Чэнхуна стать уродливым. Он тут же повернул большой и указательный пальцы в одну сторону. На угрюмом лице Чжан Чэн Хуна сразу же появилась улыбка: "по крайней мере, у тебя хорошее зрение.- Он сложил руки рупором и улыбнулся: - Конечно, конечно, давай поговорим об этом. Пять нефритовых монет осели!" Лю Сан быстро спрыгнул с глупой коровы и поддержал Чжан Чэнхуна, сказав: "Пожалуйста, пожалуйста!" Шестой брат Чжан Чэнхуна был явно шокирован действиями своих четырех братьев. Только когда они вдвоем поднялись на борт глупого коровьего зверя и собрались уходить, он пришел в себя. Он даже не потрудился помочь своему четвертому брату почувствовать себя смущенным, поскольку он неоднократно кричал: "четвертый брат, четвертый брат. " Только голос донесся издалека и сказал: "шестой брат, ты возвращайся первым, увидев босса Лю больным, я вернусь, твой племянник будет под присмотром потрясенного небесами эксперта секты, так что тебе не нужно его держать!" Чжан Лаову был так зол, что его уши покраснели, он повернулся и посмотрел на всех на площади, только чтобы увидеть, что у всех были странные выражения, до такой степени, что он хотел бы найти дыру, чтобы спрятаться, он был не единственным, даже Чжан Юэмин был явно потрясен действиями своего собственного отца, он хотел прервать и попытаться убедить своего отца, но, к сожалению для его отца, он ничего не мог сделать, и это заставило его сына очень смутиться. Шестой брат горько вздохнул, обернулся и посмотрел на племянника: "Мин'Эр, вздохни, ты молодец, иди на гору Баньян и будь осторожен сам!" Ему не хотелось больше оставаться здесь, поэтому он развернулся и бросился назад тем же путем, каким пришел. Когда Чжан Лао Лю ушел, люди на площади больше не испытывали никаких угрызений совести, и сразу же начали громко смеяться, пока большой звук не пришел из массива, окружающего лагерь Баньян горы, открывая окружающие земли Баньян горы, которая была окутана облаками и туманом. Из толпы донесся громкий и полный достоинства крик, потрясший всех до глубины души: "кто здесь шумит!" Многие люди были потрясены и потрясены этим громким криком, даже Ян Тяньган и другие боевые сферы культивировали серьезные и торжественные выражения на своих лицах. С самого начала все, что происходило на площади, больше не могло вызвать интерес Ян Цзюньшаня, и его внимание с самого начала было сосредоточено на теле Чжан Юэминя. От шока, когда он впервые увидел выбор своего собственного отца, до настойчивости, когда он хотел говорить, до беспомощности и стыда перед своим отцом, до беспомощности после того, как все громко рассмеялись, и до громкого крика после того, как гора Баньян открыла свои двери, этот ребенок немедленно оправился от своего оцепенения и посмотрел на гору Баньян еще более решительным и горячим взглядом. Ян Цзюньшань не мог не вздохнуть. Как и ожидалось от будущего гениального культиватора Юйсяня, самого молодого прямого ученика потрясенной небесами секты, только основываясь на его решимости, он не мог сравниться с обычными людьми. Неудивительно, что даже если секта потрясенных небес будет уничтожена, он все равно сможет взвалить на себя бремя наследия потрясенной небес секты. Открытие Великой формации в пределах ограждающего поля горы Баньян заставило Ян Цзюньшаня отвлечь свое внимание, когда его взгляд упал на трех потрясенных небом культиваторов секты, которые спустились с неба. У трех потрясенных небесами культиваторов секты не было черного ветра вокруг них, но у двух из них были злые ауры вокруг них, и старик среди них даже прошел по воздуху. Сердца каждого трепетали, это означало, что уровни культивирования трех потрясенных небом культиваторов секты были по крайней мере на третьем уровне сферы боевых искусств, и старик среди них был экспертом на четвертом уровне сферы боевых искусств. Одному из трех культиваторов слева было около тридцати лет, его лицо было бледно-белым без бороды, и от начала до конца, у него была улыбка на лице, когда он смотрел на толпу на площади; у другого справа было смелое и мощное поведение, его пара огромных глаз были похожи на колокола, и то, как он смотрел на толпу, казалось, было наполнено злым намерением, заставляя всех культиваторов боевого царства на площади не сметь смотреть прямо на него. Тот, что шел впереди, выглядел старше, чем двое позади него. Он был одет в зеленую мантию и держал руки за спиной. Вокруг него не было никакой ауры. Он выглядел как обычный пятидесятилетний мужчина. Но даже так, это заставило Ян Цзюньшаня, который оценивал их троих, почувствовать холод в своем сердце. Несмотря на то, что нынешний он был всего лишь культиватором на первом уровне смертного царства, и не мог использовать какие-либо секретные техники, как в своей предыдущей жизни, чтобы исследовать уровни культивирования трех из них, глубокая духовная Ци на всем его теле содержалась в его даньтяне. Это было культивирование пика сферы боевых искусств, всего в шаге от потрясенной небесами секты. Старик сделал шаг вперед и обратился к людям на площади: "я, Чэнь Цзи, человек, который охраняет лагерь горы Баньян. Два человека позади меня-это два моих младших брата Чжан Фэн и и Сюн Ман Шань, и на этот раз, открытие ограждения горы Баньян будет проходить под моим руководством и двумя другими людьми. С этими словами старик, Чэнь Цзи, указал двум людям позади него, что Сюн Ман Шань сделал шаг вперед и махнул рукой в сторону молодых культиваторов, которые спешили к входу на территорию соревнований: "не волнуйтесь, семь дней-это долгий срок, не нужно бороться за этот кусочек времени, все принесите свои доказательства прохождения, если вы думаете, что вам это сойдет с рук, будьте осторожны с нашим старым медведем, мы убьем вас всех, несмотря ни на что!" Бурлящая злобная аура мгновенно поглотила половину площади, заставив почти две сотни молодых культиваторов остановиться. У десяти молодых людей, которые шли впереди них, были бледные лица, и некоторые из них, чьи мысли были немного не в себе, были потрясены его аурой до такой степени, что они сели на землю, глядя на Сюн Ман Шаня со страхом. В этот момент никто из молодых культиваторов на площади не спешил подниматься, и когда Сюн Ман Шань увидел это, он зловеще рассмеялся. Ян Цзюньшань, стоявший на краю площади, давно знал, что там будет такая сцена. В это время он неторопливо укладывал вещи, которые готовил последние несколько дней, следя за тем, чтобы ничего не пропустить. Затем он повернулся к Ян Тяньгану, который, облокотившись на горбатого коня, курил сигарету: "Отец, твой ребенок ушел!" ---------- Том 1 Глава 16 Глава 16-Символ Наследия Увидев, что все молодые культиваторы послушно стоят в очереди у входа в загон, Сюн Ман Шань удовлетворенно кивнул головой. Затем он крикнул, чтобы все приготовили свои соответствующие доказательства прохода, и каждый молодой Сюн Ман Шань, который проходил мимо, давал им сложенный желтый талисман. - Слушайте внимательно, храните этот талисман, Если вы встретите в горах Баньян каких-нибудь свирепых зверей, которых не сможете обидеть, этот талисман, по крайней мере, сможет спасти вам жизнь. Как только талисман будет активирован, мы лично отправимся спасать, но, хотя этот талисман может блокировать смертельную атаку, вы должны иметь возможность продержаться до нашего прибытия!" Лицо Сюн Ман Шаня было наполнено яростью, эти слова заставили всех присутствующих молодых культиваторов вздрогнуть: "конечно, если вы все сможете спасти этот талисман, вы также можете забрать его после ухода с горы Баньян, и этот талисман, который может блокировать атаку культиваторов на пятом этаже смертного царства, будет считаться подарком от моей потрясенной небесами секты." Услышав слова Сюн Ман Шаня, взгляды молодых земледельцев, которые входили в ограду горы Баньян, загорелись, когда они увидели талисманы в руках Сюн Ман Шаня. В это время культиватор Чжан Фэн и, который все это время стоял рядом со стариком Чэнь Цзи, вдруг помахал рукой стоящему в очереди подростку и сказал: "Мин'Эр, иди сюда!" Под завистливым взглядом молодых людей лицо Чжан Юэминя было совершенно красным. Услышав то, что было сказано, он опустил голову и подошел к бледнолицему культиватору Чжан Фэн и сказал тихим голосом: "приветствую дядю Цинь, приветствую старшего Чэня!" Чэнь Цзи слегка улыбнулся и сказал: "Это тот самый гений Чжан Юэмин, которого редко видели в последние годы, Чжан Юэмин? - Неплохо, неплохо. Похоже, у семьи младшего Чжана есть преемник!" Чжан Фэн сказал с улыбкой: "у меня есть только немного таланта. Культивирование-это не только талант. Я также хотел бы попросить несколько хороших слов от старшего брата об этом ребенке в секте." Чэнь Цзи кивнул головой и рассмеялся: "Хорошо, хорошо. Я надеюсь, что этот ребенок будет много работать в будущем. Чжан Фэн посмотрел на Чжан Юэмин и сказал: "Поторопись и поблагодари старшего Чэня!" Чжан Юэмин сразу же поблагодарил его, только чтобы увидеть Шелковый мешок, появляющийся в руках Чэнь Цзи, и он сказал: "Это некоторые вещи, которые секта подготовила для вас, и, конечно, есть также мелкие детали старого меня и двух других, это все, что я могу сделать, вы можете войти в лагерь первым." Ян Цзюньшань, стоявший в конце очереди, мог ясно видеть, что вышитая сумка была такой же, как вышитая сумка его отца, которая была частью сумки для хранения, которая могла использоваться для хранения предметов. Он не мог не завидовать, думая, что он почти использовал большую часть своих сбережений, чтобы получить сумку для хранения в своей предыдущей жизни, и Чжан Юэмин даже получил сумку для хранения в качестве подарка. Теперь, когда она получила помощь мастера, пропасть между ними расширилась еще больше. Вспоминая свою предыдущую жизнь, когда Чжан Юэмин вошел в секту потрясенных небес, он также знал, что нужно много работать, иначе он не смог бы стать третьим поколением прямых учеников из внутренней секты потрясенной небес секты всего за семь или восемь лет. Эзульт, разница между ними была так велика, что Ян Цзюньшань почувствовал отчаяние. На этот раз открытие окружения горы Баньян дает прекрасную возможность Ян Цзюньшань попытаться напрямую изменить свою судьбу, чтобы сократить расстояние между собой и этими гениями! Неосознанно, Ян Цзюньшань уже последовал за линией и прибыл перед Сюн Ман Шанем. Он бросил взгляд на дорогу идентичности в своих руках, заставляя Сюн Ман Шаня стонать, когда он сказал: "семья Ян округа Ченю, вашего отца зовут Ян Тяньган, кто для вас Ян Тяньчэнь?" Это была та же сцена, что и в его предыдущей жизни. Выражение лица Ян Цзюньшаня не изменилось, когда он неторопливо ответил: "докладываю старшему, я старший дядя этого младшего!" Сюн Ман Шань посмотрел на Ян Цзюньшаня с головы до ног, издал странный" хе-хе "смех, вручил талисман Ян Цзюньшаню и сказал:" входи!" Ян Цзюньшань даже не удостоил взглядом талисман в своей руке, так как крепко сжал его в руке и опустил голову. Если бы было сказано, что талисманы в руках других людей могут, по крайней мере, противостоять тотальной атаке культиватора пятого уровня царства смертных, то потрепанный талисман в руке Ян Цзюньшаня уже считался бы неплохим, если бы он был способен выдержать атаку культиватора бессмертной ступени основания четвертого уровня царства смертных. В прошлой жизни единственной причиной, по которой Ян Цзюньшань должен был вернуться в таком плачевном состоянии, было то, что когда он блокировал атаку свирепого зверя, талисман в его руке не показывал своих надлежащих защитных возможностей. Несмотря на то, что Ян Цзюньшань пережил нападение свирепого зверя, он все еще получил тяжелые травмы и не мог быть спасен, потому что свирепый зверь бежал от места, где был активирован талисман. В конце концов, он мог только искать безопасное место в середине горы Баньян, чтобы восстановить силы и ждать возобновления соревнований. Ходили слухи, что потрясенная небесами секта готовится перейти из выдающегося ученика внешней секты в ученика внутренней секты, в то время как выдающиеся ученики внешней секты, Ян Тяньчэнь и уезд Мэнъюй стали прямыми конкурентами, таким образом Ян Цзюньшань попал под перекрестный огонь. Он положил глиф в поясную сумку. Несмотря ни на что, этот глиф все еще имел какое-то применение. Окружение Ян Цзюньшаня уже полностью изменилось. Когда он оглянулся, площадь перед горой Баньян уже исчезла, и только густой туман плыл позади него, полностью изолируя гору Баньян от внешнего мира. Долгий и яростный рев донесся из глубины Баньяновой горы, разбудив юношу, вошедшего в загон, от изменившегося состояния недоумения. Только теперь они поняли, что уже находятся в глубокой опасной зоне и могут оказаться в опасности в любой момент. Су Баочжан покачал слегка закружившейся головой, поднял ее и посмотрел в ту сторону, куда следовал Ян Цзюньшань, только чтобы увидеть, что Ян Цзюньшань уже достал гравированный большой лук на спине, а позади него были два колчана, наполненные 60 железными стрелами. Су Баочжан сделал два шага в сторону Ян Цзюньшаня, но на его лице отразилось некоторое колебание, как будто он хотел что-то сказать. Как только Су Баочжан хотел что-то сказать, Ян Цзюньшань внезапно обернулся и окликнул его. "Брат Бао Чжан, как насчет того, чтобы сделать это вместе?" Выражение лица СУ Баочжана смягчилось, и он рассмеялся: "о, хорошо, я тоже думал об этом!" Глядя на Су Баочжана, который шел к нему, Ян Цзюньшань слегка улыбнулся. Ян Цзюньшань, переживший опыт своей предыдущей жизни, знал, что Су Баочжан был благодарен своему отцу за возможность, которую он просил для него. После входа в гору Баньян, он хотел войти в гору с Ян Цзюньшань, чтобы помочь ему охотиться на бессмертных духов. Нужно было знать, что хотя Су Баочжан пришел на гору Баньян, чтобы просить небесное духовное ядро в течение трех лет, которые он отказался из-за отсутствия нефритовых монет, в течение этих трех лет он все еще усердно культивировал, закаляя свое тело и говоря о способностях, которые были намного выше способностей Ян Цзюньшаня в его предыдущей жизни. В то время Су Баочжан взял на себя инициативу выступить вперед, чтобы помочь Ян Цзюньшань, но на этот раз ситуация была иной. Ранее, когда Ян Цзюньшань выпустил три каменных лука на площади перед горой Баньян, Су Баочжан подумал, что его собственная сила может быть не так хороша, как у Ян Цзюньшаня, не говоря уже о том, что Ян Цзюньшань был сыном главы деревни, поэтому сокровища на его теле определенно будут намного лучше, чем у него. В это время, если бы Су Баочжан опрометчиво шагнул вперед, возможно, другие увидели бы, как он обнимает бедро сына главы деревни. К счастью, в это время Ян Цзюньшань взял на себя инициативу пригласить его. Вдвоем они сделали кое-какие приготовления, и к этому времени уже более половины молодых культиваторов ушли. Су Баочжан держался за стальное лезвие, сделанное из дров, и собирался открыть путь, но неожиданно услышал взрывы насмешек из своего окружения. Су Баочжан повернул голову и тоже был ошеломлен, увидев Ян Цзюньшаня, но быстро пришел в себя. Су Баочжан неловко рассмеялся, поднял нож для дров в руке и сказал: семья бедная, и только у этого ножа для дров есть оружие. - Не беспокойтесь!" Ян Цзюньшань прервал его и сказал: "Независимо от того, насколько хорошо оружие, это зависит от того, у кого оно есть. По-настоящему мощным оружием является человек и мозг. Сильная самооценка Су Баочжана сделала его чрезвычайно чувствительным, но слова Ян Цзюньшаня немедленно развеяли его мысли, заставив его показать выражение благодарности. Ян Цзюньшань знал, что Су Баочжан на самом деле был очень умным человеком. Когда Юйсянь сильно изменился, в деревне было очень мало людей, которые могли убежать, и среди них были Ян Цзюньшань и Су Баочжан, которые полагались на защиту своих родителей, но Су Баочжан мог полагаться только на свой собственный ум. Ян Цзюньшань был заинтересован в сдаче экзамена, поэтому он спросил: "брат Бао Чжан, как вы планируете войти в гору?" "Шшш" Су Баочжан приложил палец ко рту и сердито надул губы в определенном направлении, и сказал тихим голосом: "Я обратил внимание на то, что Чжан Юэмин, прежде чем он привел несколько человек и перешел, с заботой о секте Небесного потрясения и руководством хранителя культиватора, направление, в котором он пошел, определенно будет иметь духов, поэтому мы будем тайно преследовать его, чтобы подобрать любые лазейки, и было бы лучше, если бы мы могли найти вам объект духа среднего ранга. В своей предыдущей жизни Чжан Юэмин пожинал довольно много с горы Баньян, и несколько его последователей не вернулись с пустыми руками. Чжан Юэмин сумел завоевать многих людей, и в конце концов, Су Баочжан смог получить что-то от него одного, не могло ли это быть из-за того, что он следовал за Чжан Юэминем? Если бы Ян Цзюньшань не имел опыта своей предыдущей жизни, эта идея Су Баочжана была бы чрезвычайно хорошей идеей. Но теперь Ян Цзюньшань был знаком с горой Баньян даже лучше, чем Чжан Юэмин. ---------- Том 1 Глава 17 Глава 17-Горная Катастрофа Независимо от того, какая местность это была, Ян Цзюньшань всегда поддерживал равномерную скорость, когда он мчался через нее. Даже когда Су Баочжан думал о том, как он должен был подняться на гору, чтобы собрать дрова, он все еще был очень хорошо знаком с горной тропой. В это время он тоже тяжело дышал и не мог не восхищаться стоящим перед ним Ян Цзюньшанем, который был моложе его на три года. Однако больше всего удивило Су Баочжана то, что, пока он двигался с такой скоростью, у Ян Цзюньшаня всегда было свободное время, чтобы найти то, что он искал с двух сторон дороги. Иногда он отщипывал несколько прядей неразличимых цветных волос от ветвей деревьев, а иногда даже небрежно расчесывал траву на земле, чтобы найти несколько растений, скрученных одним корнем. Несмотря на то, что Су Баочжан следовал за ним сзади, его непостижимые способности слежения ослепили его. Он не обращал внимания на то, откуда взялся предмет в руке Ян Цзюньшаня, и даже начал чувствовать легкое головокружение. Первоначально Ян Цзюньшань не принял его предложение тайно следовать за Чжан Юэминем. Су Баочжан думала, что это из-за высокомерия Ян Цзюньшаня, но шок в сердце Су Баочжана во время этого путешествия становился все больше и больше. Просто он знал, что Ян Цзюньшань не может быть приобретен, если он не был старым охотником. Однако стоявший перед ним молодой человек, который был на три года моложе его, совсем не походил на ловкого охотника. Су Баочжан подумал об этом, но он больше не мог подавить любопытство в своем сердце, поэтому он спросил: "брат Цзюнь Шань, куда мы идем? У вас есть цель? " - Жаль, что я не могу опередить тех людей из моей прошлой жизни!" Ян Цзюньшань пробормотал в своем сердце и ответил: "Мы почти там, перед нами должен быть горный поток. Если ничего неожиданного не случится со свирепыми зверями, которых мы преследуем, они должны пить воду у ручья прямо сейчас!" Услышав это, Су Баочжан крепко сжал в руке деревянный нож и сглотнул слюну. Его нервное выражение все еще имело оттенок волнения, он посмотрел на Ян Цзюньшаня, который вытащил стрелу из Железного пера, и сказал: Цзюнь Шань, я пойду первым, вы используете стрелу из Железного пера, чтобы убить свирепых зверей! Ян Цзюньшань кивнул головой и сказал глубоким голосом: "будь осторожен. Как только Ян Цзюньшань закончил говорить, издалека донесся низкий, но чрезвычайно пронзительный коровий крик. Су Баочжан и Су Баочжан изменились в лице. Су Баочжан выглядел счастливым и взволнованным, и сказал: голос звучал так, как будто он принадлежал взрослому горному мужлану, но он мог бы выкопать Бессмертного зверя среднего ранга, но с зрелым горным мужланом нелегко иметь дело! Тем не менее, Ян Цзюньшань бросился в направлении голоса, не говоря ни слова, и сказал: "Быстро, крик может привлечь других, если вы опоздаете, будет слишком поздно." За то время, которое потребовалось Су Баочжану, чтобы среагировать, он уже прошел сорок-пятьдесят футов по лесу. Увидев это, Су Баочжан стиснул зубы и немедленно последовал за Ян Цзюньшанем в сторону горного ручья. Пейзаж перед их глазами внезапно расширился, и перед ними появился маленький кусочек зеленой долины. Горный поток проходил через долину, и после того, как большая желтая корова, которая была семи футов высотой и была одного метра высотой, услышала звук позади них, просто случилось, что она подняла голову из потока и посмотрела прямо на Су Баочжана, который мчался. "Му!" Еще более громкий коровий рев заставил сердце Су Баочжана затрепетать. Только тогда он заметил, что Ян Цзюньшань, который всегда был перед ним, совсем не спешил из леса вместе с ним. В это время Горный Крушитель уже развернул свое тело и устремился в сторону Су Баочжана. Его огромное тело с громким грохотом ударилось о землю, и одним ударом ноги большие куски земли полетели в спину гигантского быка. Дрожь земли ноги Су уже немеют. Перед лицом неудержимой внушительной ауры Горного быка во рту и на языке Су Баочжана пересохло. Культивация, которую он кропотливо тренировал в течение последних трех-четырех лет, казалось, внезапно исчезла без следа. Именно тогда появился "взрыв" звука из-за Су. Тетива лука все еще гудела в ушах Су Баочжана, и кусачая холодная сила уже просвистела мимо его ушей. Разум Су Баочжана мгновенно пробудился, и он увидел черную тень, пронесшуюся мимо его поля зрения. Горная корова, которая изо всех сил неслась к Су Баочжану, вдруг издала ужасный рев. Сама того не ведая, железная Стрела из перьев, которая сейчас дрожала, уже была воткнута в бедро его левой передней конечности. Как только горный бык ступил на землю, его передние копыта сразу же стали мягкими. С большим трудом ему удалось сохранить стоячее положение, и из кровавых бороздок на Железном пере стрелы потекла свежая кровь. Рана не вызвала у Горного быка ни малейшего страха, но вместо этого его глаза налились кровью. Из его ноздрей вырывались две толстые струи белого газа, и он выглядел еще более свирепым, чем прежде! В это время Су Баочжан, оправившийся от шока, вспомнил предыдущие инструкции Ян Цзюньшаня и крикнул: "Беги!"Воспользовавшись моментом неустойчивой опоры Горного быка, энергия Духа в его теле перелилась в Нож для дров в его руке. Вспышка духовного света прикрепилась к лезвию и полоснула по раненой левой передней ноге огромного быка. Когда Горный бык увидел, что Су Баочжан мчится к нему, он внезапно дернул головой. Несмотря на то, что его левая передняя лапа была почти пронзена, он все еще продолжал атаковать Су Баочжана. Если бы это был кто-то другой, они не смогли бы увернуться от бизона и быть посланными им в полет. Однако Су Баочжан пострадал от приказов Ян Цзюньшаня только сейчас. В тот момент, когда он увидел Горного краха быка, он внезапно согнулся и кувыркнулся на земле, в результате чего Горный крах пропустил свою атаку, но Су Баочжан просто перевернулся перед его левой передней ногой, мачете в его руке вспыхнуло холодным светом, когда он ударил его. Среди горного крушения, Су Баочжан даже не успел проверить последствия этой атаки, как он перекатился и прополз по земле несколько метров, прежде чем был поражен ею. Затем два струнных звука раздались позади него в быстрой последовательности, и болезненный рев горного обвала превратился в жалкий вой. Когда Су Баочжан, наконец, обернулся и посмотрел, он увидел, что огромная корова уже боролась на земле. Левая передняя нога огромной коровы была уже полностью искорежена и сломана, а стрела на ее шее вонзилась на полфута в землю, но истинной причиной смерти была железная стрела, пронзившая правый глаз горного быка, стрела, которая прошла сквозь глазное яблоко и прямо вонзилась в голову. Было неизвестно, была ли стрела в его глазу на самом деле нацелена или была подделана! Су Баочжан подумал об этом, испустив долгий вздох облегчения. Несмотря ни на что, этот большой парень был фактически побежден двумя из них, работающими вместе, о чем он даже не смел думать в прошлом. Этот уровень Берсерк зверь может производить промежуточный класс бессмертных духов! Кроме того, этот вид взрослого Горного краха бык зверя Желтый камень был очень популярным сокровищем среди культиваторов. Одной из главных причин было то, что после того, как Желтый камень Быка был очищен и вызван культиваторами, он позволил бы духовной энергии в теле культиваторов быть чрезвычайно устойчивым к ядам. Хотя он не был полностью невосприимчив к ядам, этого было достаточно, чтобы заставить людей бороться за него. Су Баочжан поспешно схватил с земли нож для дров и направился к колоссальной горной корове, но как только он сделал два шага вперед, он понял, что Ян Цзюньшань не вышел из леса. Сердце его упало, но он быстро побежал к колоссальной горной корове. С помощью "Пучи" он пронзил шею горного вола на три-четыре дюйма глубже, отчего кровь забрызгала все лицо Су Баочжана. Только тогда он заметил, что мачете в его руке давно превратилось в лезвие. Нахмурившись, он все же вышел и попытался вспороть горному быку брюхо деревянным ножом, который держал в руке. С другой стороны ручья доносились звуки бега и крики. Ревущий и жалкий вой Горного быка привлек внимание других молодых культиваторов. Они уже последовали на звук и бросились туда. Су Баочжан забеспокоился еще больше. Однако дровяной нож в его руке был уже тусклым по своей природе, и вдобавок он боялся, что использует слишком много силы, чтобы ранить небесного духа желтого быка внутри своего тела, и будет чрезвычайно трудно вспороть ему живот. Холодный вой донесся сзади легким ветерком. Су Баочжан обернулся и увидел воткнутый в землю рядом с ним короткий меч холодного света длиной в фут. Выражение лица СУ Баочжана было вне себя от радости, и он сказал: "Ха, холодный Кинжал Чжан Хузи!" Однако в это время молодые земледельцы с другого берега реки тоже появились посреди леса. Многие из них уже видели труп Горного быка, который лежал на берегу, а также Су Баочжана, который был в середине желудка коровы в поисках своего бессмертного духа. Горный Грохочущий Бык! Это был злобный зверь, который, возможно, мог дать жизнь среднему быку-желтому бессмертному духу! У молодых культиваторов, которые примчались с двух разных сторон, сразу же покраснели глаза, когда они закричали: "Стой! Отпусти этого горного быка и позволь мне сделать это!" - У каждого своя доля. Даже если вы хотите монополизировать нашу секту, у вас ее нет!" - Черт возьми, небесный дух желтого быка-мой!" - Ты хочешь умереть, остановись прямо сейчас!" Некоторые взволнованные молодые культиваторы были примерно в десяти шагах от Су Баочжана, когда они стреляли в него из своих луков, но Су Баочжан, казалось, не слышал их, он двигался еще быстрее, что касается стрел, которые стреляли в него, не говоря уже о том, что они были уже так далеко, у них не осталось даже головы, а сами стрелы не имели большой проникающей силы, даже если один или два из них должны были пролететь, Су Баочжану нужно было только нагнуться, и все его тело было бы покрыто горным быком огромное тело. В этот момент Су Баочжан, чье лицо было залито кровью, вдруг громко рассмеялся. На его руке, оттянутой назад от живота коровы, был желтый предмет размером с большой палец. ---------- Том 1 Глава 18 Глава 18-Поразительный Лук - Бросайся вперед и убей его!" В тот момент, когда Су Баочжан достал небесного духа желтого быка, молодые культиваторы обнаружили его. Если бы молодые культиваторы думали, что Желтый бык умер раньше, то они бы мгновенно сошли с ума, увидев бессмертного духа. Бессмертный дух среднего класса, не говоря уже о бессмертном духе ню Хуан, который редко встречался среди бессмертных духов среднего класса! Разве Баньянову гору уже дважды не вспахивали молодые земледельцы самых разных сословий? Как они могли позволить кому-то так легко найти Горного быка! Они не думали о том, что хотя взрослая Горная катастрофа могла бы родить бессмертного духа среднего класса, ее природа была известна своей дикой и огромной силой, и ее сила была сравнима с силой злобного зверя. Когда он встречал кого-то, он не мог успокоиться, пока не был мертв. Кроме того, ученики секты и богатые и могущественные культиваторы были людьми с ценными телами и костями. Естественно, они не хотели рисковать, и именно поэтому этот взрослый Горный бык смог избежать двух небесных охот до сих пор. Они только думали, что пока они могут остановить Су Баочжана, желтый бессмертный дух в его руках будет принадлежать им. Даже если они недооценили силу этого горного быка, такого зверя, как Су Баочжан, определенно нельзя было убить в одиночку. Значит ли это, что у него все еще есть сообщник, прячущийся за его спиной, и что он попадет в засаду, если поспешит! Тем не менее, было более десяти молодых культиваторов, спешащих с двух разных направлений. Кроме троих или пятерых, у которых были светлые головы, остальные тоже спешили сюда. Даже если бы у другой стороны была засада, они все равно смогли бы справиться с обеими сторонами. В тот момент, когда Су Баочжан нашел дух феи в животе коровы, он развернулся и побежал к лесу, где был Ян Цзюньшань. Он даже не потрудился поднять с земли тонкий стальной нож для дров. "Не беги, оставь небесных духов позади!" Многие юноши позади него закричали в унисон, каждый из них был так взволнован, что их лица покраснели, когда они просто погнались за Су Баочжаном. Как только Су Баочжан собрался бежать в лес, юноша наконец не смог сдержаться. Он достал полностью заряженный арбалет, поместил стрелу из утиного пера в середину щели для стрел и прицелился в спину Су Баочжана. Однако прежде чем юноша успел нажать на курок, раздался громкий хлопок, и воздух пронзил тихий свист. В тот момент, когда мальчик понял, что что-то не так, пронзительная боль пронзила его ногу, и подросток громко закричал, прежде чем отбросить арбалет в руке. Он наклонился и обнял левую ногу, издав громкий вопль. Сердца юношей, преследовавших Су Баочжана, затрепетали, они бессознательно замедлились, и некоторые из них сразу же достали талисман Хранителя, который они получили от потрясенной небесами секты, когда вошли в гору Баньян. Хотя этот талисман мог непосредственно защищаться от нападения, которое было таким же, как и свирепый зверь на пятом уровне царства смертных, это было только тогда, когда талисман был выпущен, и железная Стрела Ян Цзюньшаня, очевидно, не даст им времени на реакцию. -А чего тут бояться? У нас есть защитные талисманы, так что его стрелы не могут причинить нам вреда!" В то же время раздался звук натягиваемой струны. Юноша подумал, что ситуация складывается нехорошо и уже собирался раздавить талисман в руке, но неожиданно острая боль внезапно пронзила его руку. В мгновение ока он увидел, что стрела пронзила его руку, и талисман уплыл на Землю из его руки. Мальчик, который до этого был полон уверенности, смотрел на свою пронзенную руку глазами, полными ужаса. Он тоже начал садиться на корточки и плакать, в то время как другие подростки вокруг него колебались. Если стрела, пронзившая их ноги, была ошибкой, то стрела, пронзившая их запястья, была предупреждением. В этот период всеобщих колебаний Су Баочжан уже прополз и скатился в лес, только теперь несколько юношей, казалось, очнулись от своего оцепенения, и им было трудно отказаться от искушения бессмертного духа среднего ранга. - Стреляет только один человек. Включая того, кто только что убежал в лес, там всего два человека. Всего у нас четырнадцать человек. Если мы все вместе бросимся наверх, то сможем справиться с несколькими его стрелами, не говоря уже о том, что он может и не убить нас!" Юноша, прятавшийся за скалой у ручья, подбодрил своих спутников и, выпустив в лесу две стрелы, уже не слышал звука тетивы. Это заставило молодого человека, которого только что запугали, снова почувствовать себя жадным, и почти в то же время, поднявшись из своих бункеров, он бросился в лес. В этот момент из леса донесся звук еще одной тетивы, и на этот раз он был гораздо громче, чем два предыдущих. -О нет!" Раздалось несколько громких криков, и около половины юношей так перепугались, что упали прямо на землю. Двое из них даже прямо раздавили хранительские талисманы в своих руках. Лучи земляных желтых барьеров поднимались вверх, окутывая этих немногих юношей внутри барьеров. Глаза подростков быстро переместились. Все они обращали внимание на то, в какую несчастную душу попала стрела на этот раз. Однако, осмотревшись, они обнаружили, что все были в порядке, и они не смогли найти никаких следов стрелы Тие Юя. Все молодые люди посмотрели друг на друга. Вдруг один из них закричал: "черт, нас обманули. Этот парень вообще не стрелял из лука. Он просто натянул тетиву, чтобы напугать нас!" С того момента, как они попытались схватить небесного духа желтого быка, лучник в лесу выпустил только две стрелы и натянул пустую тетиву. Тем не менее, дюжина или около того молодых людей играли вокруг в шоке, страхе и гневе на различные поддразнивания лучника. "Мы не можем просто забыть об этом. Лес находится примерно в 40-50 шагах от нас. Если мы можем выстрелить стрелой так далеко и сохранить ее точность, это должен быть сильный лук с по крайней мере 2 камнями или больше. Сколько раз можно натягивать такой сильный лук?" - Верно, был сын города пустоши, который натянул трехзубый каменный лук на площади перед огороженным полем. Он выпустил только семьдесят процентов своей энергии, и к этому времени лучник, вероятно, уже не сможет стрелять железными стрелами!" -Может быть, лучник в лесу и есть тот самый, которого ты видел на площади!" - Гонитесь за ними! Гонитесь за ними! Вдвоем они не смогут сбежать!" Воспользовавшись эффектом талисмана, они снова ринулись в лес. На этот раз стрел из лука с железными перьями, выпущенных из леса, не было, и после того, как несколько юношей увидели это, они сразу же бросились в лес. Увидев это, несколько юношей, которые все еще колебались, поспешно догнали их, и даже двое или трое юношей, которые нарочно замедлили шаг, убедились, что у лучников в лесу больше нет сил сопротивляться, поэтому они тоже погнались за ними. Кроме двух подростков, которые все еще стонали после того, как их ранили железные стрелы, осталось только три или четыре юноши, которые не гнались за ними. Они посмотрели друг на друга и, казалось, поняли их намерения, а затем четверо подростков вытащили свои мечи и кинжалы, направляясь к трупу огромного горного быка. Однако остальная часть шкуры, говядины и костей были хорошими ингредиентами, используемыми для укрепления костей. Лучники в лесу были очень искусны в стрельбе из лука, так что они могли бы также сломать полезную часть горного быка вместо того, чтобы рисковать своей жизнью, чтобы украсть бессмертный дух. Был только один Желтый бык, но этого жирного горного быка было более чем достаточно, чтобы все могли поделиться. В этот момент на горизонте показалась полоска света, и рядом с ручьем уже опустилось волнующее душу давление. Юноши, препарировавшие трупы Горного быка, все смертельно побледнели под этим напором и прекратили свои занятия. Когда он поднял глаза, чтобы взглянуть, он увидел бледнолицего и обезглавленного культиватора, которому было около тридцати лет, стоящего на вершине дерева и смотрящего на всех сверху вниз. Этот человек был одним из трех потрясенных небесами культиваторов секты по имени Чжан Фэнъи, когда открывалась ограда горы Баньян. В то время как все юноши молчали, как цикады, этот человек уже видел все, что здесь произошло. Когда он увидел труп огромного горного быка у ручья и раны на двух стрелах, выпущенных из кричащего юноши, уголки глаз этого человека слегка дернулись. -Вы двое все еще хотите продолжить охоту?" Чжан Фэн спросил двух раненых юношей, как будто это было обычным явлением, а не в первый раз, когда они были спасены. Двое подростков уже давно были до смерти напуганы ранами от стрел на своих телах. Не было мужества продолжать, когда они закричали: "Нет, никогда!" - Старший, скорее спасите меня!" Взмахнув рукавом, с верхушек деревьев слетели два мерцающих, слабых, ало-красных талисмана. В тот момент, когда они упали в свои раны, две железные стрелы мгновенно разорвались и упали на землю с обеих сторон зияющей раны. В тот момент, когда кровь хлынула из раны, две алые руны духа слились с кровью в ране, и две раны немедленно начали застывать и покрываться струпьями. В этот момент из соседнего леса донесся взрыв призрачных воплей и завываний, из глубины леса донесся звук шумных шагов, за которыми следовали несколько молодых людей, выползающих из леса. У всех на теле были раны, и выглядели они очень некрасиво. Чжан Фэнъи мог с одного взгляда сказать, что эти подростки были пойманы в ловушку, установленную в лесу, и эти методы обычно устанавливались некоторыми чрезвычайно опытными охотниками, когда они охотились в лесу. Думая об этом, слабая улыбка, наконец, появилась на лице Чжан Фэна. ---------- Том 1 Глава 19 Глава 19 Раны юношей, сбежавших из леса, были не такими уж серьезными. В основном это были поверхностные раны, такие как ушибы, синяки и ссадины. Хотя они не были смертельными, они все еще были чрезвычайно болезненными, и было видно, что люди, которые установили ловушки, были снисходительны. Чжан Фанъи слегка приоткрыл глаза, и невидимая волна колебаний распространилась от его тела. Десятеро молодых людей у ручья мгновенно ощутили леденящий холод, проникший в их сердца, и не могли не задержать дыхание и сосредоточиться. Внезапно они услышали звук "э" От Чжан Фэнъи, с легким удивлением в голосе. - Все вы, продолжайте!" Не дожидаясь, пока двое раненых юношей, разбивших свои защитные талисманы, испустят тревожный крик, веревка уже была обвязана вокруг талии четверых юношей. Чжан Фэн взмыл в воздух и ушел вместе с четырьмя юношами, оставив после себя только голос, который эхом отдавался в ушах юношей. Через мгновение сбежавший из леса подросток крикнул: "труп Горного быка, вы, ребята, хотите забрать все себе? Отдайте его быстро, иначе не вините нас за невежливость." Вся молодежь начала кричать. Сначала они спорили и ругались, но очень быстро, из-за драки за труп Горного Быка, это снова стало дракой. Ян Цзюньшань быстро летел через лес, лес был наполнен шипами, но Ян Цзюньшань всегда мог избежать блокировки деревьями, если бы он путешествовал вместе с Су Баочжаном, он понял бы, что текущая скорость Ян Цзюньшаня не была чем-то, с чем он мог бы идти в ногу. Он только что почувствовал ауру, которая заставила его сердце трепетать от глубины его сердца. Это был инстинкт, сформированный из переживания ситуаций жизни и смерти в его предыдущей жизни, за ним определенно было существование, с которым он не мог сравниться. Если он не ошибся, это должен быть талисман хранителя, который привлек культиваторов секты, потрясенной небесами, после того, как она была разрушена. Даже несмотря на то, что потрясенные небеса культиваторы секты не должны вмешиваться в охоту, Ян Цзюньшань все еще имел инстинкт, чтобы защитить себя. Он даже не позаботился о том, чтобы расставить ловушки и капканы в лесу и продолжал бежать. Ян Цзюньшань прислонился к большому дереву и дважды вдохнул воздух, и очень быстро он успокоился от хаоса. Из леса перед ним донесся звук легких шагов, и выражение лица Ян Цзюньшаня застыло; три каменных лука, которые он "использовал всю свою силу", чтобы натянуть три раза на площади, теперь были открыты в четвертый раз, без звука, и указывали в направлении звука. - Брат Цзюнь Шань, ты здесь?" Ян Цзюньшань расслабился, и большой резной лук в его руке опустился на землю, но он не убрал железную стрелу. - Это я!" Когда ветви и листья закачались, фигура Су Баочжана появилась в поле зрения Ян Цзюньшаня. Неосознанно, железная стрела на большом резном луке уже была воткнута в колчан Ян Цзюньшанем. Увидев, что Ян Цзюньшань был цел и невредим, Су Баочжан наконец вздохнул с облегчением и сказал: "Хорошо, что с тобой все в порядке, иначе я действительно не знал бы, как объяснить это господину главе деревни!" -Только эти идиоты хотят поймать меня? Ян Цзюньшань, казалось, был полон гордости, но на самом деле он был очень рад, что Су Баочжан смог вернуться. Ранее, когда его преследовали юноши, Ян Цзюньшань позволил ему сбежать первым с желтым бессмертным духом. Су Баочжан поднялся, затем передал желтую фею. С взволнованным выражением лица он сказал: "брат Цзюнь Шань, я действительно подчиняюсь! - Ну, это желтый бессмертный дух, найденный ранее в брюхе быка. Это настоящий бессмертный дух среднего класса!" Ян Цзюньшань увидел, что глаза Су Баочжана были ясными, и не держал никакого нежелания по отношению к бессмертному духу в своей руке, поэтому он не напустил на себя вид и сказал: "Хорошо, я возьму этот кусок бессмертного духа сначала, мы будем считать, что начинаем счастливо, но бессмертного духа среднего класса далеко не достаточно, у нас все еще есть дела!" Су Баочжан был поражен на мгновение, а затем сказал: "брат Цзюнь Шань, вы действительно можете просто помочь мне, нет необходимости идти на такой риск, как охота на Горного быка!" Су Баочжан, естественно, думал, что сам Ян Цзюньшань будет использовать небесный дух демона быка, чтобы вызвать его дух, потому что в глазах Су Баочжана этот небесный дух среднего класса уже считался бризом, который было трудно найти. В действительности, небесный дух желтого быка, обладавший способностью обезвреживать яды, искал сокровища среди всех бессмертных духов среднего ранга. Многие из сил и учеников Юйсянь, которые вошли во второй круг и пришли из выдающегося класса, смогли получить только бессмертные духи среднего ранга. На самом деле, их сокровища могут даже не сравниться с тем, что находится в руках Ян Цзюньшаня. Если бы это был любой другой человек, возможно, они были бы удовлетворены этим бессмертным духом, но Ян Цзюньшань не был так амбициозен! Ян Цзюньшань засмеялся и сказал: "Пойдем!" На этот раз Ян Цзюньшань шел первым, но скорость была намного медленнее, чем раньше. Ранее, когда они убили быка Горного краха и избежали преследования других юношей, потребление этих двух было чрезвычайно огромным. На этот раз они вдвоем направились на Запад. Су Баочжан обнаружил, что Ян Цзюньшань, казалось, был очень хорошо знаком с местностью горы Баньян, и было очень мало колебаний во время путешествия, как будто он уже рассчитал свою следующую цель. Они вдвоем продолжали идти по лесу в течение часа, пока Су Баочжан наконец не смог больше сдерживать свое любопытство и спросил: "брат Цзюнь Шань, куда мы идем?" Ноги Ян Цзюньшаня не переставали двигаться. Услышав это, он усмехнулся и сказал: "Мы скоро будем там. Ты узнаешь, когда придет время." Су Баочжану ничего не оставалось, как подавить любопытство в своем сердце, когда он последовал за Ян Цзюньшанем и продолжил наступление. Через некоторое время горный ветер пронесся по лесу, и Ян Цзюньшань внезапно остановился. Он был поражен, увидев, что Ян Цзюньшань стоял там неподвижно, и атмосфера мгновенно замерла. Через мгновение Ян Цзюньшань внезапно спросил: "брат Бао Чжан, ты слышал это?" Су Баочжан был поражен, но он сосредоточил свой слух, потому что все, что он мог слышать, было дуновение ветра, дрожание леса, и кроме этого, были только некоторые звуки птиц и насекомых, ничего больше. Ян Цзюньшань увидел, что Су Баочжан улыбается, и сразу же пошел вперед, а Су Баочжан последовал за ним с лицом, полным подозрения. Тем не менее, они не были даже в десятках метров друг от друга, когда они услышали легкий звук "Вэн—", который потряс землю, заставив выражение лица Су Баочжана измениться. Ян Цзюньшань показал ему, чтобы он молчал, и тихо сказал: "Ты слышал?" Су Баочжан кивнул, но в его глазах все еще был вопрос. Хотя Ян Цзюньшань ничего не объяснил, но, глядя на то, как осторожно он шел, Су Баочжан полностью понимал опасность. Он не мог удержаться и крепко сжал в руке стопроцентно холодный Кинжал. По мере того как они продвигались вперед, жужжащие звуки, доносившиеся из леса, становились все отчетливее, как будто что-то огромное безостановочно дрожало. Кроме того, каждый раз, когда толчки заканчивались, раздавались торопливые "хрипящие" звуки, и из звуков дыхания Су Баочжан действительно мог слышать какое-то радостное чувство! Какого черта! Они вдвоем присели на корточки за кустарником. Ян Цзюньшань обернулся и сделал" мысленный подготовительный " жест в сторону Су Баочжана, затем протянул руку, чтобы медленно расчесать кусты перед собой. Су Баочжан тут же широко раскрыл глаза с выражением недоверия. Примерно в пятидесяти футах от них, на склоне холма, росло большое дерево, толщиной с талию человека. Оно лежало на земле, и только половина пня осталась на земле. Однако это было нечто. Что действительно шокировало, так это то, что у сломанного пня стоял медведь вауге почти восьми футов ростом. Его руки и ноги покачивались, а рот издавал звуки "хо-хо-хо". Как раз в тот момент, когда Су Баочжан не нашелся что сказать, гигантский медведь внезапно вытянул обе руки, схватил сломанный пень и потянул его туда, где он стоял. Пятифутовый пень был фактически слегка согнут из-за яростной силы огромного медведя, а затем гигантский медведь внезапно отпустил свои два предплечья, заставляя пень внезапно трястись, и сразу же раздался сильный жужжащий звук. Гигантский медведь, казалось, услышал прекрасную музыку, и сразу же начал танцевать повсюду, выглядя чрезвычайно несчастным! "Это, это, это..." Сцена перед его глазами явно выходила за рамки его познаний. Не только он, но даже лицо Ян Цзюньшаня в настоящее время было наполнено удивлением и глубокой задумчивостью. "Этот черный медведь похож на бегового медведя,но у бегового медведя нет такого тела. Кроме того, этот гигантский медведь выглядит так, как будто он есть, там." Испытав шок ранее, Су Баочжан быстро успокоился и попытался найти происхождение гигантского медведя. Возможность рождения бессмертного духа в теле зверя сукуге была чрезвычайно высока, и качество бессмертного духа также могло быть чрезвычайно высоким. "Духовная мудрость!" Ян Цзюньшань сразу же добавил мысль, которая застряла в голове Су Баочжана, и тогда Су Баочжан внезапно сказал: "Это верно, этот гигантский медведь действительно выглядит так, как будто он получил интеллект, но как могут животные, которые полагаются только на свои собственные инстинкты, иметь интеллект? Так что этот гигантский медведь не похож на бегового медведя. " Ян Цзюньшань посмотрел на огромного медведя витрофаундским взглядом и сказал: "Вы правы, этот огромный медведь на самом деле является беговым медведем, свирепым зверем высокого уровня. Кроме того, это свирепый зверь высокого уровня с интеллектом, или, возможно, у него есть другое имя, "Демон"!" ---------- Том 1 Глава 20 Глава 20-ступая по земле ""Демон"? Что это такое? " Су Баочжан услышал, как Ян Цзюньшань пробормотал что-то себе под нос, и было ясно, что он не знает, о каком "демоне" он говорил. Это было неудивительно, потому что из воспоминаний Ян Цзюньшаня из его предыдущей жизни, культиваторы этого мира не знали, что означает "демон". В этом мире были свирепые звери, дикие звери, дикие звери и другие типы зверей, которые могли выжить только инстинктивно, и даже самые мощные страшные звери могли конкурировать с лучшими культиваторами. Однако только люди с интеллектом могли занять решающее положение в мире культивирования, а звери могли стать добычей только культиваторов. Демонов в этом мире не существовало. Многие животные с интеллектом уже появились, и те, кто обладал мудростью, постепенно стали известны в мире культивирования. Тем не менее, имя "Демон" действительно появится и будет названо через двадцать-тридцать лет, и это вызовет большие волны во всем мире культивирования. На самом деле, даже Ян Цзюньшань не ожидал, что в течение десяти лет от великой перемены, которая произошла в этом мире, монстры в этом мире уже проросли бы. Первоначально он только хотел проследить за этим беговым медведем, основываясь на информации, которую он слышал из своей предыдущей жизни, но он не ожидал, что случайно обнаружит сцену перед ним. На самом деле, тот факт, что три фута ледяного льда не могли сравниться с одним днем холода. Как оказалось, десять лет назад признаки большой перемены уже произошли, но сейчас о них ничего не было известно, и если бы не переживания Ян Цзюньшаня в его предыдущей жизни, он, вероятно, не смог бы найти никаких зацепок. Убедившись, что Бегущий медведь перед его глазами имел дух демонов, Ян Цзюньшань, наконец, понял невообразимые события, которые произошли во время охоты в горах Баньян в его предыдущей жизни. В это время Су Баочжан снова понизил голос и обеспокоенно спросил: "брат Цзюнь Шань, ты же не думаешь захватить этого медведя на беговой дорожке? "Это ВГД высокого ранга злобный зверь. Это далеко не то, с чем может сравниться Горный Бык, и мы просто не в состоянии справиться с этим." Глядя на гигантского медведя, который все еще весело играл в десятках метров от нас, Ян Цзюньшань сказал: "брат Бао Чжан прав, мы не можем справиться с ним, но и другие могут!" -Ты имеешь в виду Чжан Юэминя и остальных?" Су Баочжан тут же о чем-то задумался, и его глаза загорелись: правильно. То, что Чжан Юэмин-гений, что даже потрясенная небесами секта заметила, чтобы быть в состоянии поймать его глаза, он должен быть по крайней мере высококачественным бессмертным духом, возможно, гора, охраняющая культиваторы потрясенной небесами секты, специально расскажет ему новости о беговом медведе. Су Баочжан немного помолчал, потом, казалось, о чем-то задумался и с подозрением спросил: "Интересно, как медведь беговой дорожки, пройдя через первые два раунда охоты, все еще может быть оставлен позади, с такой очевидной целью-свирепый зверь высокого ранга, на этот раз не может быть, что потрясенная небесами секта намеренно зарезервировала его для него или его привезли сюда с нового места, не так ли? Чжан Юэмин, естественно, не получил такого внимания! Ян Цзюньшань думал об этой идее, но он ничего не сказал. На самом деле, сам Ян Цзюньшань пришел сюда только на основании новостей, которые распространились вокруг горы Баньян, как только закончились соревнования. Он не думал, что так быстро столкнется здесь с этим бегущим медведем. Первоначально, согласно легендам его предыдущей жизни, свирепый зверь, которого секта потрясенных небес устроила для Чжан Юэминя, должен был отрыгнуть полосатую свинью, хотя фиолетовая полосатая свинья не могла сравниться с медведем беговой дорожки, для нее все еще было возможно разводить высококачественных свирепых зверей. На самом деле, в своей предыдущей жизни, после того как Чжан Юэмин убил фиолетовую полосатую свинью, он действительно получил высококачественную фиолетовую облачную духовную кожу, и эта фиолетовая облачная кожа также укрепила положение Чжан Юэмин в потрясенной небесами секте в будущем. Однако, когда Чжан Юэмин выслеживал фиолетовую полосатую свинью со своими товарищами, горный тигр, который искал пищу, также захватил фиолетовую полосатую свинью и взял инициативу в атаку. Хотя стойкий Тигр был гораздо более свирепым, чем фиолетовая полосатая свинья, оба они были животными высокого ранга. В конце концов, даже несмотря на то, что стойкий Тигр победил фиолетовую полосатую свинью, он все еще получил довольно много повреждений. Первоначально они хотели оставить тигра со стальным Клыком позади. Нужно знать, что как только гора верхом на Тигровой кости будет сформирована в Небесном духе высшего класса, это будет намного лучше, чем кожа пурпурного облака или что-то в этом роде. К сожалению, несмотря на то, что горный тигр был еще раз ранен атакой всех, он все же сумел прорвать окружение и перехватить Чжан Юэминя и других, и исчез без следа в горах Баньян. После инцидента Чжан Юэмин, который не хотел принимать его, снова попытался найти и убить Горного тигра, но когда территория была закрыта снова, Горный Тигр не появился. С силой Ян Цзюньшаня и Су Баочжана они, естественно, не могли конкурировать в лоб с Чжан Юэминем, поэтому с самого начала Ян Цзюньшань уже решил убить фиолетовую полосатую свинью, но теперь он не хотел сражаться с Чжан Юэминем напрямую. После прорыва окружения и уничтожения группы Чжан Юэминя горный Тигр уже превратился в истощенную силу. Если бы Ян Цзюньшань мог воспользоваться шансом и убить его, это было бы возможно для духа тигра кости высокого класса, тело Ян Цзюньшаня было бы обжигающе горячим! Но почему в это время здесь появился Бегущий медведь? Может быть, то, что произошло в лагере горы Баньян в его предыдущей жизни, пошло не так, и Чжан Юэмин и другие не встретили здесь Повелителя горных тигров? Надо было знать, что Бегущий медведь и Горный Тигр были свирепыми зверями равной силы, и эти двое были врагами, с которыми они не могли встретиться, если бы они встретились, то сражались бы насмерть. В их предыдущей жизни, если бы на месте преступления действительно был Бегущий медведь, то горный Тигр не пришел бы на территорию бегущего медведя, и даже если бы они хотели устроить засаду и убить фиолетовую полосатую свинью, вряд ли их не обнаружил бы Бегущий медведь. Кроме того, медведь беговой дорожки перед ним был намного больше по размеру, чем его сверстники, до такой степени Ян Цзюньшань подозревал, что гигантский медведь уже использовал свое духовное сознание, чтобы медленно демонизировать. Если только то, что Чжан Юэмин и другие сказали после того, как они отправились на охоту, не было правдой, место, где они сидели на горе и прятали свою фиолетовую полосатую свинью, не было здесь! Если это так, то нет никакого смысла оставаться здесь вдвоем. Как раз в тот момент, когда Ян Цзюньшань колебался, стоит ли ему оставаться на месте или нет, гигантский медведь, который был у подножия холма, внезапно перестал играть в игру. Затем он поднял морду и несколько раз принюхался, затем развернулся и побежал вниз по траншее. Ян Цзюньшань слегка замер на мгновение, затем указал Су Баочжану следовать за ним. Эти двое, позаимствовав укрытие с горного склона, держались на расстоянии пятидесяти-шестидесяти метров от гигантского медведя от начала до конца. К счастью, у гигантского медведя было огромное тело. Взгляд Ян Цзюньшаня не отрывался от гигантского медведя,но он вдруг почувствовал, как Су Баочжан дергает его за рукав, заставляя обернуться, и увидел, что Су Баочжан в шоке смотрит на корни половины пня. Из-за угла, под которым они прятались, они не поняли, что под полуразвалившимся пнем было гнездо, сложенное из веток и сухой травы. Рядом с гнездом лежал даже относительно свежий навоз. Это было логово дикого кабана! Ян Цзюньшань мог сразу же определить происхождение берлоги, и первое, о чем он подумал, была фиолетовая полосатая свинья. Может быть, гигантский медведь пришел за пурпурной полосатой свиньей, и не говорили ли они, что там прячется горный тигр? Ян Цзюньшань взглянул на гигантского медведя, который все еще продвигался вдоль траншеи издалека. Дикий кабан в лесу действительно любил ходить по канаве, и этот Бегущий медведь, который собирался стать "демоном", явно направлялся к фиолетовой полосатой свинье. Гоняться или не гоняться? Ян Цзюньшань стиснул зубы, и торжественно произнес: "Иди!" Лицо Су Баочжана изменилось, в конце концов, он все еще крепко держал холодный Кинжал ста цветов и следовал за Ян Цзюньшанем. Гигантский медведь последовал за горным потоком и крадучись двинулся вдоль траншеи примерно на полкилометра. Дойдя до куста, он остановился и огляделся, словно осматривая местность. Затем он упал, и его огромное тело тут же закрылось. Если бы этот гигантский медведь действительно пытался устроить засаду на фиолетовую полосатую свинью, Ян Цзюньшань не смог бы определить, откуда исходит фиолетовая полосатая свинья. Таким образом, им двоим ничего не оставалось, как сделать большой круг и спрятаться за грудой камней в десятках метров за беговой дорожкой медведя. Вскоре после того, как они спрятали свои тела, в горном лесу внезапно подул странный ветер. Ветер, дувший через лес, принес с собой увядшую ветку и сломанный лист. -Откуда взялся этот странный ветер?" Су Баочжан попытался шлепнуть засохшие листья по своему телу, но его резко дернул Ян Цзюньшань, который был рядом с ним. Су Баочжан не понимал, что происходит, но видел яркие глаза Ян Цзюньшаня, смотрящие на лесную вершину в нескольких милях от него. Су Баочжан посмотрел в направлении взгляда Ян Цзюньшаня и увидел лес, полный листьев, как будто что-то проходило в трансе, но когда он внимательно посмотрел, это была на самом деле иллюзия, вызванная качанием листьев, но этот участок леса был не слишком далеко от места расположения логова дикого кабана. -Но что же вы обнаружили?" Хотя он ничего не обнаружил, но видя, как Ян Цзюньшань ведет себя так, как будто он столкнулся с большим врагом, Су Баочжан все же спросил низким голосом. - ТСС!" Неразборчивый голос Ян Цзюньшаня зазвенел в ушах Су Баочжана: "сейчас начнется хорошее шоу." Неосознанно, Су Баочжан вдруг почувствовал, что хотя Ян Цзюньшань подавлял свою силу, возбуждение, которое излучалось изнутри, не могло быть подавлено. В этот момент кустарник на конце холма вдруг начал сильно трястись, как будто по нему пробирался дикий зверь, направляясь прямо к месту расположения сломанного пня на склоне холма. ---------- Том 1 Глава 21 Глава 21 Из кустарника вдруг донесся пронзительный вой. Злобный зверь бесновался в лесу,и многие маленькие деревца были повалены. Трясущийся кустарник шел прямой линией в направлении пней, где находилось гнездо дикого кабана. -Не убегай с фиолетовой полосатой свиньей!" -Вот он, быстро гони его!" Семь-восемь юношей примерно одного возраста с Ян Цзюньшанем вышли из долины за кустами и направились примерно в двадцати-тридцати метрах позади фиолетовой полосатой свиньи, крича и преследуя ее. Один из них был тем, кто вел стаю, и, когда он бежал, он принес с собой луч голубого света, потянув своего товарища, который был позади него, вниз на несколько метров. В руке Чжан Юэмина был шар духовного света. Он подбросил шар духовного света в воздух, и внезапно из шара духовного света появилась пара крыльев. Живая и жизнерадостная маленькая птица света чирикнула в воздухе, и пронеслась по небу Витай духовного света, прежде чем внезапно клюнула спину несущейся фиолетовой полосатой свиньи. "Это магические талисманы?" Глаза Су Баочжана вспыхнули от удивления, когда он тихо спросил: -Да, это магический талисман. Кроме того, это духовный нефритовый талисман, который можно использовать неоднократно!" Когда Су Баочжан услышал это, он не мог не почувствовать зависть в своем тоне и сказал: "потрясенная небесами секта, вы должны были уделять ему больше внимания!" Этот талисман не был сделан из обычной бумаги талисман. Бумага-талисман несла в себе духовную энергию создателя талисмана, а также массив талисманов. Как только талисман был активирован, сила печати высвобождалась через бумагу талисмана, и бумага талисмана, естественно, превращалась в пепел. Первый, с другой стороны, использовал нефрит духа в качестве носителя, а сам нефрит духа содержал богатое количество духовной энергии, и используемый материал был даже более мощным, чем бумага талисмана. До тех пор, пока запечатанная энергия не превышала нагрузку духовного нефрита и не высвобождалась, талисман духовного нефрита мог автоматически или с помощью духовной энергии владельца восстанавливаться. Конечно, использование его несколько раз не означало, что его можно использовать бесконечно, по крайней мере, талисман из нефрита духа в руке Чжан Юэмин был заполнен трещинами после многократного использования и был бы разбит на куски в любое время. Что касается фиолетовой полосатой свиньи, то после того, как ее клюнула духовная светлая птица, из ее спины внезапно хлынула свежая кровь. Узорчатый Кабан издал протяжный вой, и скорость его бега возросла, возможно, потому, что он был близок к своему логову. Узорчатый Кабан воспользовался знакомой местностью, чтобы пробежать слева и справа по кустарнику, и фактически скрылся из поля зрения Чжан Юэминя и других. Однако, когда они двигались, не было слышно ни звука. Молодые люди, все еще стоявшие в кустах в поисках полосатой свиньи, не знали, что пурпурная полосатая свинья уже покинула кустарник и мчалась к логову у подножия холма. Там было по меньшей мере пять или шесть ран примерно такого же размера, как и на спине Чжан Юэминя. Некоторые раны все еще кровоточили, а некоторые уже медленно заживали. Ян Цзюньшань и хозяйка города Ло Хуа смотрели сверху вниз, следы узорчатого кабана, естественно, не покидали их поля зрения, и хотя татуированный Кабан бежал все дальше и дальше от кустарника, он становился все медленнее и медленнее, до такой степени, что они оба могли видеть, что дыхание татуированного кабана становилось все более быстрым, ясно показывая, что его преследовали молодые люди, пока он не был в конце своей силы. Эта фиолетовая полосатая свинья была около пяти футов длиной, и ее тело можно было считать огромным. Его два больших белых клыка изогнулись, как два полумесяца, а темно-фиолетовый мех покрывали круглые облачные узоры. Чем глубже были облачные узоры, тем выше было качество Небесной пурпурной облачной кожи. Но даже в этом случае они не осмеливались делать никаких необычных движений. Не говоря уже о том, что они все еще были довольно далеко от узорчатого кабана, там был гигантский медведь, лежащий на земле в нескольких десятках футов позади небольшого леса, заставляя их обоих не сметь действовать опрометчиво. Кроме того, если то, что сказал Ян Цзюньшань, не было ошибкой, то там был свирепый зверь, скрывающийся в траве еще ближе к гнезду татуированных свиней, ожидая подходящей возможности напасть на татуированного кабана. Он пошел по знакомой тропинке, и расстояние между ним и подростками, которые гнались за ним, становилось все больше и больше. Увидев свое собственное гнездо прямо перед собой, свинья вдруг остановилась, и инерция от ее огромного тела заставила выкопать в земле несколько ям. Огромное дерево, которое первоначально стояло над их логовом, было сломано, оставив только деревянный кол высотой в несколько футов. Почуяв опасность, пурпурная полосатая свинья повернула голову и уже собиралась покинуть траншею у подножия холма. Рев! Сотрясающий небеса, сотрясающий землю рев внезапно взорвался над фиолетовой полосатой головой свиньи. Мало того, что он мгновенно напугал фиолетовую полосатую свинью до такой степени, что она расколола свои кости, даже Ян Цзюньшань и другой человек, которые прятались в полутора километрах, были потрясены этим ревом. Ян Цзюньшань изо всех сил старался стабилизировать свой ум и смотреть вперед. Между ветвями и листьями вылетела большая и энергичная фигура, ее гигантские белые зубы блеснули холодным светом под солнечным светом, когда она направилась прямо к татуированной шее свиньи. Лиловая полосатая свинья, испуганная громким ревом, наконец-то откликнулась в момент жизни и смерти. Пурпурные узоры облаков медленно текли по полосатому телу свиньи, как будто она была живой, ее изначально окоченевшее тело вдруг прыгнуло вперед, и в конце концов она уклонилась от укуса огромного зверя. "Это горный тигр!" Мех был белым, желтым и черным, что затрудняло обнаружение его следов в лесу. Его тело было почти десять футов длиной, с длинным узорчатым хвостом, похожим на стальной хлыст, и тремя черными линиями на огромной и отвратительной морде, которые образовывали смутные очертания "короля". Это был зверь, который успешно сочетал в себе красоту и силу. Пурпурная полосатая свинья, которая уже была на пределе своей привязи и знала, что больше не может убежать, вместо этого активировала свою первоначальную свирепость и нанесла ответный удар по горе Баньян, которая считалась королем всей области. Пурпурные облачные узоры на его шерсти снова задрожали, это было инстинктивное использование собственной врожденной духовной энергии свирепых зверей. Пурпурная полосатая свинья опустила голову, ее изогнутые клыки были похожи на два кинжала, нацеленных прямо на Горного Тигра. Ездовой Горный Тигр явно не ожидал, что добыча перед ним будет такой свирепой. Когда он увидел свинью, которая собиралась бежать в его живот, свинье нужно было только заимствовать импульс от удара, чтобы прыгнуть вверх. Даже горному тигру вспороли бы живот двумя клыками! Огромное тело горного тигра внезапно дернулось, увернувшись в самый последний момент, сопровождаемый пронзительным криком, который пронзил воздух, левая сторона фиолетового полосатого лица свиньи была как будто поражена тяжелым ударом, и его тело было сильно искалечено хвостом тигра, направление атаки тигра также изменилось в одно мгновение, избегая жизненно важных частей груди горного тигра, оставив только две раны на его левой задней ноге. Он никогда не думал, что его первоначальная добыча все еще сможет совершить такую сильную контратаку. В тот момент, когда полосатая свинья открыла две кровавые раны на своих задних ногах, передняя лапа внезапно ударила по спине полосатой свиньи, заставив тысячу фунтов фиолетовой полосатой свиньи упасть на землю. Горный тигр снова издал громкий рык и бросился на фиолетовую полосатую свинью. Два зверя, которые видели кровь друг друга, стали еще более свирепыми и сразу же скатились на землю, но горный тигр вскоре одержал верх, фиолетовая полосатая свинья также полагалась на свои кровожадные инстинкты, чтобы сделать свой последний бит сопротивления. Из-за ближайших деревьев доносились интенсивные звуки шагов и шум. Чжан Юэмин и остальные юноши, потерявшие след пурпурной полосатой свиньи, наконец догнали ревущие звуки борьбы двух зверей. Появление горного тигра превзошло все ожидания этих юношей. Кроме того, его печально известное название заставляло всех испытывать страх, и даже страх можно было увидеть на их лицах. Чжан Юэмин крепко ухватился за что-то в своих руках. Ранее его желание бессмертного духа внутри фиолетовой полосатой свиньи уже изменилось в тот момент, когда он увидел Горного Тигра, и вместо того, чтобы испугаться, он стал еще более возбужденным! Конечно, было бы лучше, если бы он мог получить их обоих. Тем не менее, сейчас, казалось, было самое лучшее время для них обоих, чтобы сделать это. - Брат Лин, что нам делать?" - Брат мин, давай отойдем. Это горный тигр, мы не можем победить его!" Они все-кучка слабых и трусливых людей, и только знают, как цепляться за потрясенную небесами секту позади вас. Неужели потрясенная небесами секта смотрела только на врожденных Рангеров людей, когда они принимали людей? Однако, несмотря на то, что у него были резервные планы, он был слаб без помощи этих людей. В это время он все еще должен стабилизировать их умы и заставить их снова собраться с духом. Это прекрасная возможность для нас, чтобы заботиться об этих двух берсерков животных вместе. Подумайте об этом, это два свирепых зверя высокого ранга, особенно кость тигра духа, которую горный тигр, вероятно, родит. Качество этой кости даже лучше, чем фиолетовая татуированная свиная кожа! Сказав это, Чжан Юэмин раскрыл предмет в своей руке, похлопал по длинному мечу на поясе и сказал: кроме талисмана из нефрита духа, у меня также есть талисман Жар-Птицы. Хотя этот талисман сделан из бумаги талисмана и имеет только одну атаку, этого достаточно, чтобы справиться, и кроме того, у меня есть нефритовый меч, лично дарованный сектой Небесного потрясения бессмертным, хотя он не стоит талисмана Жар-Птицы, но его можно использовать несколько раз. Чжан Юэмин сделал паузу на мгновение, а затем выбросил свой последний козырь: "не забывайте, что эти два зверя высокого ранга имеют возможность воспитывать других бессмертных духов. Мне, Чжан Юэмин, нужна только фиолетовая татуированная свиная кожа и кость Горного Тигра. ---------- Том 1 Глава 22 Глава 22-Осада С вдохновением Чжан Юэмин, все молодые люди еще раз собрали свое мужество. Они даже обещали много преимуществ, которые заставили кровь всех юношей вскипеть, желая, чтобы они могли броситься вперед и убить двух свирепых зверей одного за другим прямо сейчас. Чжан Юэмин немедленно остановила остальных. Он мог сказать, что фиолетовая полосатая свинья еще не достигла конца. Хотя у него хватило уверенности позаботиться о горном Тигре, если бы у него был шанс ослабить его мощь, то лучше было бы не отпускать его. Ян Цзюньшань и Юэ Шань, которые прятались за скалами, видели все, что Чжан Юэмин и остальные планировали, поэтому Су Баочжан коснулся Ян Цзюньшаня и спросил: "Что нам теперь делать, что Чжан Юэмин имеет слишком много сокровищ, мы не подходим им." Несмотря на то, что Чжан Юэмин раскрыла только три сокровища до и после, каждое из них было чрезвычайно пугающим. Даже Ян Цзюньшань, у которого был опыт его предыдущей жизни, думал, что он сделал лучшие возможные приготовления, но он все еще был в невыгодном положении по сравнению с тремя сокровищами в руках Чжан Юэминя. Кроме того, Ян Цзюньшань не просто поверил бы, что у Чжан Юэминя есть только эти три метода. "Не волнуйся!" Ян Цзюньшань надул губы и сказал: "бесполезно беспокоиться. У нас все еще есть беговой медведь впереди нас, если мы не напугаем этого парня до смерти!" Су Баочжан также с любопытством сказал: "Это правда, но беспокойство и этот огромный медведь не имеет ни малейшей активности, это все еще свирепый и жестокий беговой медведь?" Ян Цзюньшань посмотрел на то место, где прятался Бегущий медведь, его глаза сверкали неописуемым блеском, и сказал: "он сделает свой ход!" Хотя задняя часть ноги горного тигра была повреждена контратакой фиолетовой полосатой свиньи, прежде чем она умерла, и было несколько кровавых ран на его спине, его живот был поражен несколько раз подряд, заставляя его казаться, что он теряет некоторую силу. Он не мог стоять спокойно, но все равно прижал узорчатого кабана к земле и укусил его за горло. - Все атакуйте вместе!" Громкий крик раздался из леса позади Горного Тигра, Чжан Юэмин взял на себя инициативу и вылил всю культивированную духовную энергию, хранящуюся в его теле, в талисман Огненной птицы в его руке. Огненный шар внезапно взорвался в его руке, и пламя образовало Трехфутовую огненную птицу, которая щебетала в воздухе, которая бросилась к горному тигру, как будто у нее был свой собственный разум, и независимо от того, как горный Тигр уклонялся, огненная птица оставалась позади него. Видя, что несколько юношей были в восторге, они все держали свое оружие в руках и следовали за Чжан Юэминем, крича, пока талисман Огненной птицы сумел ранить Горного тигра, они смогут получить двух высокоуровневых зверей. Всюду, где пролетала огненная птица, зажигались ветви деревьев, мертвая трава и сломанные лианы. Видя, что тигру негде спрятаться, пока он сидит на горе, его ноги вдруг стали мягкими. Все его тело перевернулось, в то время как огненная птица в это мгновение ударилась о землю рядом с ямой. - Ладно!" -Теперь, когда мы сидим на горном Тигре, мы мертвы. Нам нужно быстро потушить пожар. Мы должны быть осторожны, чтобы не сжечь этого зверя заживо!" Все молодые люди были вне себя от радости, и в том числе Чжан Юэмин, они все побежали вперед, чтобы потушить огонь. Неожиданно в этот момент из пламени донесся сердитый рев. Все молодые люди были поражены. Неужели талисман Огненной птицы не мог даже сжечь такого злобного зверя? Так же, как все были поражены, Чжан Юэмин внезапно понял, что что-то было не так. Выражение его лица сильно изменилось, когда он крикнул: "отступаем!" Однако было уже слишком поздно. Огромное тело горного тигра внезапно вынырнуло из огня. Половина его тела уже была сожжена пламенем талисмана Огненной птицы, но это не отняло у Шань Цзюня жизнь. Место, где раньше находился горный Тигр, было полностью охвачено огнем, созданным талисманом Огненной птицы, в результате чего Чжан Юэмин и другие юноши не смогли обнаружить никаких улик. Однако те двое, что прятались среди скал, могли ясно видеть сверху, что, когда горный тигр убегал, он упал в логово, которое пурпурная полосатая свинья построила под пнями деревьев. Гнездо, построенное из веток, первоначально было разрушено в процессе борьбы между горным тигром и фиолетовой полосатой свиньей, но из-за этого горный тигр смог избежать огненной атаки талисмана Огненной птицы в первый момент. Сразу после этого, хотя тигр все еще был серьезно ранен талисманом Огненной птицы и его две задние ноги уже почернели, Тигр был все еще жив и избежал диапазона атаки талисмана Огненной птицы. Су Баочжан не мог не воскликнуть: "жизненная сила этого горного Тигра настолько сильна, что он может даже встать вот так!" Глаза Ян Цзюньшаня вспыхнули от волнения, и он сказал: "это потому, что тело этого стойкого Тигра, должно быть, было возращено с помощью тигриной кости!" В глазах Су Баочжана мелькнула зависть, когда он услышал это, но она быстро исчезла, и он вновь обрел решимость. Он уже собирался что-то сказать, когда вдруг увидел, как огромное тело медведя-бегуна внезапно поднялось из-за кустов, потом взглянуло вниз на горного тигра, на которого напали, и, воспользовавшись прикрытием кустов, побежало к задней части горы. Выражение лица СУ Баочжана стало взволнованным, и он сказал: "Это наш шанс, что гигантский медведь собирается уйти." Взгляд Ян Цзюньшаня следовал за огромным телом медведя-бегуна, когда тот двигался. Только когда гигантский медведь бесшумно покинул горный склон, он снова перевел взгляд на большую битву у подножия горы. Чжан Юэмин хотел что-то сказать, но было уже поздно. Молодой человек упал на землю, и прежде чем он успел даже закричать вслух, его шею откусил горный тигр. Мертв! Товарищ, который только что смеялся и разговаривал с ним, так и умер! Это сильное воздействие заставило всех молодых людей временно забыть об опасности вокруг них. Они смотрели, как их спутник был растерзан горным тигром, раздавленным трупом, ошарашенным, как деревянная курица! - Быстро, окружите его! Он умирает, мы должны отомстить за семью Чен!" Громкий рев Чжан Юэминя разбудил всех ошарашенных юношей. На мгновение юноша услышал громкий крик Чжан Юэмина, и ему показалось, что он нашел свою главную опору. В своем запутанном состоянии он фактически последовал команде Чжан Юэмина и начал пытаться атаковать тяжело раненного стойкого Тигра. Чжан Юэмин был очень решителен в этот момент. Если сейчас все разбегутся, кто знает, сколько людей погибнет, если их выследит клан Уроборос? Было бы лучше сразиться с тяжело раненным горным тигром, может быть, там будет меньше людей, которые умрут, и до тех пор, пока охраняющие горы культиваторы смогут добраться до потрясенной небесами секты, Горный Тигр попадет в его руки. Пока он думал об этом, Чжан Юэмин уже разбил талисман телепортации в его руке, и в то же время крикнул: "талисман защиты тела может по крайней мере блокировать одну из атак Горного Тигра!" Словно пробудившись ото сна, несколько встревоженных юношей разорвали на части магические талисманы, которые они дали, когда вошли в гору. Слои слабого защитного света поднимались вверх и защищали оставшихся юношей. Однако один из юношей опоздал на шаг. В тот момент, когда он достал талисман, горный Тигр уже набросился на него. Юноша издал громкий крик и повернулся, чтобы убежать. Чжан Юэмин предупредил с громким криком, в то же время, он вытащил меч символа зеленого света из-за пояса и прыгнул за горного тигра, чтобы ударить! Луч изумрудно-зеленой ауры меча был зажжен духовной энергией в теле Чжан Юэмина, и он вырвался из лезвия меча, войдя прямо в спину Горного тигра, который был сбит огромной силой и покатился на землю. Но для нападения Чжан Юэминя было уже слишком поздно. Как раз в тот момент, когда он был готов получить удар и перекатиться от нефритового меча, юноша, который бежал перед ним, внезапно упал на землю. От пощечины половина его лица была рассечена, и он выглядел так, словно вот-вот умрет. - Взревел Чжан Юэмин и снова впрыснул накопившуюся в его теле энергию в меч сигила, отчего луч света меча снова вылетел наружу. Неожиданно Горный тигр оказался на этот раз чрезвычайно проворным и увернулся от летящего кинжала своим раненым телом. - Все, быстро уходите. Не убегайте от этого горного тигра и отомстить за Ван семьи Чэнь и Мао Бин!" Все юноши снова бросились вперед, чтобы окружить тяжело раненного Горного тигра, но когда они приблизились, то неосознанно замедлили шаг. Горный Тигр воспользовался этой возможностью и убежал в лес прежде, чем Чжан Юэмин смог активировать светящийся Нефритовый символ меч в своей руке в третий раз. Все присутствующие юноши были напуганы свирепостью горного тигра. Они стояли перед лесом и не двигались ни на шаг вперед, явно не зная, что делать. В глазах Чжан Юэмина отразилось нежелание, но, посмотрев на труп другой фиолетовой полосатой свиньи, он все же сказал: "Этот горный Тигр уже был серьезно ранен моим талисманом Огненной птицы, он определенно не сможет убежать далеко, если мы будем преследовать его сейчас, это фактически спровоцирует нас на борьбу с нашими жизнями на линии. Сначала мы позаботимся о фиолетовой полосатой свинье, а затем отправимся в погоню за горным тигром, когда придет это время, большая кошка также будет истощена, поэтому мы определенно сможем ее поймать!" Когда юноши услышали это, они сразу же вздохнули с облегчением и сказали: "точно, брат Юэ мин прав!" "Мы последуем примеру брата Юэ Мина!" -На этот раз брат мин точно получит двух высококлассных бессмертных духов!" Кусок фиолетовой полосатой шкуры свиньи медленно срезался. Даже при том, что на нем было несколько трещин, духовная энергия, содержащаяся в узорах облаков, все еще заставляла фиолетовую кожу облака выглядеть так, будто она была переполнена цветом. Су Баочжан сглотнул слюну и тихо сказал: "брат Цзюнь Шань, нам нужно придумать способ украсть этот кусок кожи пурпурного облака?" Ян Цзюньшань прищурился, но вдруг сказал: "Нет!" -Значит, мы собираемся преследовать горного тигра?"Су Баочжан немного волновался:" но направление, в котором бежит Горный тигр, находится в лесу, расположенном по диагонали от нас. Если мы отправимся туда в погоню, нас обязательно обнаружат Чжан Юэмин и остальные!" Ян Цзюньшань улыбнулся и сказал: "Пойдем, погоня за этим медведем!" ---------- Том 1 Глава 23 Глава 23-Травмы - Догнать этого медведя на беговой дорожке?" Су Баочжан почти кричал вслух в шоке: "как мы можем быть противниками? Брат Цзюнь Шань, мы не можем отдать наши жизни ради простого бессмертного духа высокого ранга!" Су Баочжан последовал за Ян Цзюньшанем и последовал в том направлении, которое огромный медведь оставил ранее, и пробрался за горный склон. Ян Цзюньшань тихо засмеялся: "брат Бао Чжан, не волнуйся, посмотри на меня, разве я похож на человека, который не знает своего места?" Не дожидаясь, пока Су Баочжан закончит свои слова, Ян Цзюньшань продолжил: "Я думаю, что к тому времени, когда мы прибудем, мы сможем навестм беспорядок!" Видя неуверенное выражение лица Су Баочжана, Ян Цзюньшань призвал его: "раньше было несколько человек, которые разрушили защитный талисман, я думаю, что скоро прибудут охраняющие гору культиваторы секты Небесного потрясения. Быстро идите, давайте, не дайте им обнаружить нас, вы поймете, когда мы приедем!" Вскоре после того, как Ян Цзюньшань и Су Баочжан ушли, с неба спустился луч света, и крепкая фигура Сюн Ман Шаня появилась над головами юношей, которые расчленяли фиолетовую полосатую свинью. Чжан Юэмин и остальные немедленно поднялись, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Сюн Ман Шань издал звук "Эн", посмотрел на фиолетовую полосатую свинью, которую почти расчленили юноши, и удовлетворенно кивнул: "неплохо, эта фиолетовая полосатая свинья была убита вами, я думаю, что Вы тоже получили фиолетовую кожу!" Чжан Юэмин почтительно ответил: "Это все из-за уважения секты, и благословения старших, что младший смог получить такую удачу!" После того, как Сюн Ман Шань услышал это, он был очень доволен Чжан Юэминем, не говоря уже о том, что он был благосклонен к секте, его будущее развитие было на пике, и возможно даже, что ему придется зависеть от самого себя, поэтому он приложил все свои усилия, чтобы сделать мягкое выражение и сказал: "Поскольку испытание секты уже пройдено, то вы и несколько маленьких ребят, которые уже разрушили защитный талисман, можете покинуть это соревнование." Лица трех юношей, разбивших надписи, побледнели. Раньше они следовали за Чжан Юэминем и охотились на свирепых зверей, но они не получили никаких небесных духов, поэтому, когда они подумали о снятии с соревнований три года спустя, они не могли не чувствовать себя немного грустно. Тем не менее, таковы были правила Небесного ограждения потрясенной секты на протяжении тысяч лет. Выражение лица Чжан Юэмина изменилось, и он сразу же сказал: "старший, вы можете подождать минутку?" Если бы это был нормальный человек, с терпением Сюн Ман Шаня, он бы давным-давно дал ему пощечину. Но прямо сейчас у него было намерение проявить доброжелательность к будущей звезде секты, поэтому он не возражал принять некоторые дополнительные просьбы. Чжан Юэмин быстро подошел к ободранной фиолетовой полосатой свинье, отрезал несколько кусков ее пухлой плоти и отдал их трем юношам, а затем сказал: "Мои три брата, помогите мне получить бессмертный дух-это пустая трата моего времени, Юэ мин чувствует себя виноватым, эти кости-самая полезная сущность дикого зверя, кроме небесного духа, я хотел бы попросить вас, три брата, забрать его для меня, чтобы показать мою признательность." Чжан Юэмин сделал паузу на мгновение, его выражение лица стало более искренним, он сказал: "Вы трое можете быть уверены, хотя я уже получил небесный дух, я не оставлю ограждение, а вместо этого, поможет вам троим найти небесный дух, если есть больше в моих руках, я определенно приведу их к вам троим!" Если было сказано, что трое юношей из прошлого все еще возмущались тем фактом, что они потеряли возможность охотиться из-за помощи Чжан Юэмин, теперь все, что они могли сделать, это почувствовать благодарность, услышав слова Чжан Юэмин. Видя действия Чжан Юэмина, Сюн Ман Шань все больше убеждался, что в будущем он обязательно станет экспертом, и то, как он смотрел на Чжан Юэмина, становилось все более и более дружелюбным. Услышав, что Чжан Юэмин планирует продолжить охоту на бессмертных духов, он небрежно спросил: "раз ты хочешь остаться, у тебя есть даргет?" Чжан Юэмин почтительно ответил: "верно, раньше, когда младший гонялся за фиолетовой полосатой свиньей, я столкнулся с горным тигром . -Что, ты встретила этого зверя?" Лицо Сюн Ман Шаня внезапно изменилось, но он быстро понял, что происходит, и сразу же подавил свой гнев и заговорил с пониманием: "значит, причина, по которой трое из них сломали руну защиты тела, была не из-за фиолетовой полосатой свиньи, а из-за того горного Тигра?" Чжан Юэмин не знал, почему у Сюн Ман Шаня было такое выражение лица, но он все равно почтительно ответил: "Да!" Сюн Ман Шань нахмурился, как будто у него было какое-то сомнение в его выражении, он сказал размеренным голосом: "что такого хорошего в погоне за этой большой кошкой? Для вас, маленьких ребят, это не только опасно, вы можете даже не получить небесного духа." Горные охраняющие культиваторы были все культиваторами высшего порядка сферы боевых искусств, рожденными в секте потрясенных небес, поэтому они не были полностью знакомы с распределением бессмертных духов в окрестностях. Естественно, они были также очень хорошо знакомы с распределением. Хотя правила Сюн Ман Шаня не позволяли разглашать какую-либо информацию об охотнике, который вошел в лагерь, тот факт, что он намекнул ему раньше, был чрезвычайно очевиден. Как внутренний ученик потрясенной небесами секты, если в лагере действительно существовал дух Ваэл, который был лучше, чем кожа пурпурного облака, как он мог не оставить его для него! Была только одна причина, и она заключалась в том, что, будь то Бегущий медведь или горный Тигр, в их телах не было никаких небесных духов! Как мог Чжан Юэмин не услышать скрытый смысл за Сюн Ман Шан, но он только колебался на мгновение, а затем сказал: "младший знает добрые намерения старшего, даже если внутри этого зверя нет небесного духа, его мясо, кожа и кости все еще являются отличной пищей для нас, кроме того, этот зверь уже был ранен талисманом Огненной птицы этого младшего, если мы не убьем его, он потеряет талисман Огненной птицы этого младшего!" Сюн Ман Шань издал звук "о", причмокнул губами и сказал: "Раз так, то мы поступим так, как ты считаешь нужным. Старый медведь больше ничего не скажет, похоже, немногие вещи в ваших руках могут справиться с этим зверем. С тех пор как вы трое здесь, у вас больше нет квалификации, чтобы оставаться в загоне." Ян Цзюньшань и Су Баочжан следовали по следам, оставленным медведем беговой дорожки, один за другим. Брови Су Баочжана были нахмурены с тех пор, как они покинули завалы, и через некоторое время он не мог не спросить Ян Цзюньшаня: "брат Цзюнь Шань, как ты думаешь, что горный Тигр и Бегущий медведь, Эти сильные свирепые звери, могут рассматриваться как вершина всего горного ограждения Баньян? Культиваторы секты потрясенных небес должны были заметить это раньше, почему после двух раундов охоты на бессмертного духа два свирепых зверя все еще живы и здоровы, и это не совсем верно, может быть, удача двух свирепых зверей так же хороша, как и тот Горный бык? " Ян Цзюньшань даже не повернул головы и сказал: "Дело не в том, что этим двум зверям повезло, а скорее в том, что культиваторы, охраняющие гору Небесной секты, просто не думают, что эти два зверя питают бессмертных духов с самого начала. Культиваторы из первых двух раундов бессмертной охоты-это все люди, которые обладают внутренними методами, и я боюсь, что у них есть некоторое понимание этого, поэтому они, естественно, не будут тратить свою энергию на этих двух зверей." Ноги Су Баочжана остановились, и он сказал: "Нет небесного духа? -Этого не должно быть. В то время было ясно, что без бессмертной кости тигра Духа, поддерживающей Тигра стального Клыка, как он мог избежать диапазона пламени даже после того, как был тяжело ранен талисманом Огненной птицы?" Ян Цзюньшань" Хе-Хе "рассмеялся:" проблема в том, что в то время, вы и я были единственными, кто стоял на вершине и наблюдал сцену горного тигра, оказавшегося в ловушке в море огня, поэтому Чжан Юэмин и другие не знали об этом." Су Баочжан был озадачен: "тогда как ты можешь скрывать это от культиватора боевого царства потрясенной небесами секты?" Ян Цзюньшань рассмеялся с непостижимым выражением: "Разве ты не думал, что Большой брат Чжан только что, что гигантский медведь выглядел так, как будто у него есть интеллект, и, возможно, этот горный тигр такой же, и эти свирепые звери с интеллектом, возможно, имели врожденные методы, чтобы скрыть свои бессмертные души!" Вдвоем они перелезли через горный хребет и издалека услышали низкое рычание. Оглядевшись, они увидели поляну в лесу на другой стороне горной долины,а окружающие деревья и трава были повсюду. Два огромных свирепых зверя были вовлечены в напряженную битву не на жизнь, а на смерть. Битва между этими двумя злобными зверями была чрезвычайно напряженной, и кровь летела повсюду. Однако эти два злобных зверя редко рычали друг на друга, и даже когда они это делали, они казались ненормально глубокими. Если бы они не перелезли через горный хребет, то даже не услышали бы его. Спина горного тигра была совершенно красной, а его левая задняя нога была полностью сломана. Он, который был тяжело ранен раньше, едва держался на трех ногах; все тело бегового медведя было также черно-красным, и несколько ран можно было увидеть на его груди и животе. Рана тянулась от лба к челюсти, одна глазница кровоточила, глазные яблоки давно исчезли. Су Баочжан ошарашенно уставился на двух зверей и пробормотал про себя: "как мы могли встретиться здесь, разве этот горный тигр не направлялся на Запад?" Ян Цзюньшань, казалось, уже предвидел это, и сказал глубоким голосом: "очень ясно, что маршрут прорыва через группу Чжан Юэмина во время поездки на спине горного тигра ранее был намеренно ввести их в заблуждение. Эта большая кошка на самом деле хотела убежать в направлении этой долины под горным хребтом, но неожиданно, она попала в засаду бегущего медведя здесь. Су Баочжан с любопытством спросил: засада? Вы хотите сказать, что этот Бегущий медведь здесь специально, отуда он знал, что горный тигр придет сюда? " Ян Цзюньшань засмеялся и ответил вопросом на вопрос: "этот медведь даже умеет слушать музыку, почему бы ему не знать заранее путь горного тигра?" Су Баочжан открыл рот, но не знал, как объяснить. Он недоверчиво покачал головой и спросил: "Что же нам теперь делать?" Ян Цзюньшань засмеялся: Конечно, это богомол выслеживает и ловит цикад, Иволга прямо за нами, но на этот раз мы Иволга! В тот момент, когда Голос Ян Цзюньшаня упал, он увидел, что взгляд Су Баочжана резко изменился. Ян Цзюньшань на мгновение замер,а когда он проследил за его взглядом, то увидел, что примерно в двух-трех километрах от него, на западной стороне седловины, Чжан Юэмин и другие юноши следовали по следу горного тигра. Хотя направление, по которому они шли, было южным маршрутом, Ян Цзюньшань был обеспокоен разноцветной бабочкой, которая порхала над головой Чжан Юэминя. Символ Отслеживания Бабочек! Чжан Юэмин действительно держал в руках такой талисман! С таким талисманом, направляющим их, даже если Чжан Юэмин и остальные следовали в неправильном направлении, пока это была тропа горного тигра, эта бабочка в конечном итоге преследовала их. Это в лучшем случае потеряет некоторое время. -Мне нужно спешить!"Когда Ян Цзюньшань сказал это, он протянул три вырезанных из камня больших лука, которые он нес на спине. ---------- Том 1 Глава 24 Глава 24-Пять Стрелок Было ли это совпадением, что два зверя, горный Тигр и Бегущий медведь, встретились? Или медвежонок лежал в засаде? Если это была преднамеренная засада, как мог Бегущий медведь быть уверен, что горный тигр пойдет по своему текущему маршруту? Многие вопросы мелькнули в голове у Су. Даже Ян Цзюньшань имел лишь приблизительное представление о том, что происходит, но все это уже не имело значения. Важно было то, что они должны были придумать способ убить этих двух свирепых зверей, которые были ранены до прибытия Чжан Юэминя и остальных. В то же время они были достаточно высоко, чтобы наблюдать за Чжан Юэминем и другими, сидевшими на склоне горы, пока они искали следы тигра за пределами седловины. Хотя Чжан Юэмин и другие юноши не понимали в это время, что их вели в обход по следам горного Тигра, под руководством талисмана бабочки, они все еще медленно приближались ко входу в долину. - Ни за что!" Су Баочжан внезапно остановился и сказал: "Мы не можем так спешить, Чжан Юэмин и остальные догонят очень скоро, когда это время придет, мы будем в меньшинстве, так что даже если мы убьем двух свирепых зверей, это будет только для пользы других людей!" Не дожидаясь, пока Ян Цзюньшань заговорит, Су Баочжан уже отбросил назад зажатый в руке кинжал холодного света и сказал: "Эти два свирепых зверя получили ранения. Вы должны принять меры, но вы должны быть осторожны, я заманю Чжан Юэмин и другие прочь!" Ян Цзюньшань схватил Су Баочжана и с тревогой сказал: "Ты сумасшедший, у них есть руководство талисмана бабочки, как ты собираешься заманить их?" Су Баочжан вырвался из объятий Ян Цзюньшаня и отбежал на несколько метров. Он повернул голову и засмеялся: "расслабься, у меня есть уверенность, кроме того, у меня есть талисман защиты тела в руке, даже если они смогут догнать меня, они не смогут, самое большее, они могут просто выйти из окружения." Пока он говорил, Су Баочжан уже отбежал на десяток метров. Видя, что Су Баочжан уже принял решение, Ян Цзюньшань поспешно достал что-то из-за пазухи и бросил в сторону Су Баочжана, сказав: "Этот талисман, он может превратиться в каменную стену, чтобы блокировать врагов. Даже не оглянувшись, Су Баочжан просто протянул руку и пожал ее, его уже бросили в лес, глядя ему в спину, он яростно топнул ногами и быстро бросился к бухте, где сражались два свирепых зверя. Как только Ян Цзюньшань приблизился к входу в седло, из глубины леса за пределами седла раздался громкий и ясный вой. Ян Цзюньшань был поражен, этот вой был очень похож на рев, который он слышал от горного тигра некоторое время назад, и если бы не горный тигр перед ним, Ян Цзюньшань подумал бы, что он услышал галлюцинацию. Ян Цзюньшань не знал, что Су Баочжан обладал высшим навыком, который мог имитировать свирепых зверей, но эта имитация не имела жестокой ауры свирепого зверя, только его форма не была реальной. Однако стойкий Тигр уже был серьезно ранен Чжан Юэминем и другими, поэтому рев "слабый" был в самый раз. Облегчаясь, Ян Цзюньшань уже медленно приближался к краю поля боя между двумя свирепыми зверями. В это время медвежонок беговой дорожки, который только что неторопливо ждал, уже набрал высоту, и две толстые медвежьи лапы, несущие огромное количество энергии, наносили удар с каждым ударом, принося с собой яростный шум ветра, и давили на окружающие сорняки. Горный Тигр, который был на пределе своих сил, изо всех сил старался уклониться от атак гигантского медведя. Если бы его ударили ладони гигантского медведя, он смог бы разбить свое огромное тело о землю. Однако каждый раз Горный Тигр, шатаясь, поднимался на ноги, как будто собирался полностью рухнуть. Несгибаемая сила воли горного тигра сделала бегущего медведя еще более раздражительным. Гигантский медведь, чьи глазные яблоки были разрушены из-за минутной небрежности, также потерял часть своего сознания из-за кровожадности. Что же касается оставшегося следа страха в его сердце, то он взревел и бросился на горного тигра. Горный Тигр уже давно выдохся, но в этот момент он увидел отверстие. Неуклюжее и неуклюжее отступление горного тигра внезапно исказилось под странным углом, наконец изменив немного свою силу, позволив своему огромному телу рвануться вперед в направлении атаки гигантского медведя. Раздался резкий взрыв, отчего Ян Цзюньшань, спокойно стоявший в пятидесяти-шестидесяти шагах от битвы между двумя зверями, отчетливо услышал его. Ян Цзюньшань был очень хорошо знаком с этим звуком, и знал, что это был звук ломающихся костей. Сразу после этого раздался громкий рев, наполненный болью, со звуком "дон-дон-дон-дон", похожим на барабанный бой, приглушенные звуки раздавались один за другим, и каждый звук, казалось, поражал сердце Ян Цзюньшаня, поскольку капли пота бессознательно просачивались из его волос. Ян Цзюньшань отодвинул в сторону кустарник перед собой. Сцена перед его глазами заставила даже Ян Цзюньшаня, который пережил сотни лет в своей предыдущей жизни, почувствовать холодок по спине. Горный Тигр, казалось, знал, что ему невозможно вырваться из смертоносных рук бегущего медведя. В тот момент, когда Бегущий медведь бросился на него, он отломил себе ноги и прыгнул вперед. Бегущий медведь явно не ожидал от горного тигра такой решительности. Горный тигр воспользовался возможностью укусить левую ногу, и его острые зубы глубоко вонзились в плоть. Сразу же после этого ладони беговой медведицы ударили вниз, сломав позвоночник на спине и заставив нижнюю половину ее тела безвольно упасть на землю. Однако уже обезумевший гигантский медведь полностью проигнорировал бедро, которое было почти прокушено огромными зубами горного тигра, и только разбил заднюю половину тела горного тигра ладонью за ладонью, как звук барабана. Спина горного тигра была почти полностью раздавлена медведем, но тигр все еще использовал передние лапы, чтобы удержать половину своего тела, и укусил медведя за бедро, отказываясь отпускать, как бы медведь ни сопротивлялся. Свист! Раздался резкий звук, когда стрела полетела к единственному здоровому глазу медведя, неся в себе сильное убийственное намерение. Как правило, Ян Цзюньшань легко мог сбить своим луком таких зверей, как медведь беговой дорожки. Этот вид животных с начальным интеллектом обычно обладал удивительным инстинктом предвидения опасности, он даже был бы обнаружен до того, как Ян Цзюньшань смог бы даже приблизиться к ним. Однако в этот момент огромный медведь тащил вниз огромное тело горного тигра. Два разъяренных злобных зверя даже не подозревали, что в пятидесяти шагах от них находится подросток. Однако, когда наступил настоящий кризис жизни и смерти, медведь-бегун все же сумел увернуться в последний момент. Стрела Ян Цзюньшаня, которая была в процессе ухода, не попала в глаз гигантского медведя, но вместо этого она выстрелила в нос гигантского медведя. Эта стрела не была смертельной, но ее было достаточно, чтобы обезумевший гигантский медведь запаниковал перед лицом смерти! Единственное, что он знал, это то, что гигантский медведь, который бил заднюю половину тела горного тигра, наконец ударил ладонью вниз по голове горного тигра, заставив его на мгновение почувствовать головокружение. Затем гигантский медведь внезапно оттолкнул горного тигра с дороги, сопровождаемый громким, душераздирающим ревом. Как раз в это время вторая стрела Ян Цзюньшаня последовала его примеру и выстрелила, на этот раз целясь в горло медведя. Неожиданно, в тот момент, когда огромный медведь оттолкнул Горного Тигра, первое, что он сделал, это вытащил стрелу из Железного пера, которая была пробита через его нос, и свежая кровь потекла по его носу. Ян Цзюньшань нахмурился, он не знал, радоваться ему или грустить, и с громким ревом огромный медведь отказался от использования горного тигра и захромал в сторону Ян Цзюньшаня. Ян Цзюньшань не сразу отступил, а вместо этого развернулся и одновременно выпустил третью стрелу. Поскольку гигантский медведь бежал к нему всеми четырьмя конечностями, эта стрела была нацелена в рану на его задней ноге, которую разорвал Горный Тигр. К сожалению, стрела не попала! Гигантский медведь уже сократил расстояние между ним и Ян Цзюньшань. Каждый шаг его огромного тела был похож на приглушенный звук огромного барабана. Ян Цзюньшань небрежно бросил на землю камень размером с яйцо, и тот покатился в сторону гигантского медведя. Маленькое облачко песка последовало за креном скалы и полетело во все стороны, пока скала наконец не покатилась под тело гигантского медведя. Тело гигантского медведя внезапно опустилось вниз. Ян Цзюньшань уже развернулся и выпустил свою четвертую стрелу в плечо гигантского медведя, но она все еще была всего в дюйме от его плоти. Это было совершенно бесполезно для огромного тела гигантского медведя. Гигантский медведь пришел в еще большую ярость и резко встал, а затем обе его передние лапы были убраны одновременно! Ян Цзюньшань внезапно подумал о чем-то, и уже собирался бежать, когда земля внезапно затряслась, посылая огромную волну энергии, заставляя всю его личность упасть на землю. Как и следовало из названия, мощность этого шага распространялась в тридцатиметровом радиусе по земле. Любой враг, который ступил бы в этот диапазон, упал бы на землю, и техника Зыбучих Песков, которая была создана камнем глифа Ян Цзюньшаня, также была бы рассеяна силой этого шага. Медведь беговой дорожки снова приблизился к Ян Цзюньшань. Видя, что тот, кто все еще был в оцепенении, вот-вот с трудом вырвется, гигантский медведь внезапно остановился. Из его рта снова вырвался жалкий вопль. За беговым медведем горный тигр, который уже был на грани смерти, неосознанно тащил свое раненое тело за гигантским медведем, оставляя за собой длинный кровавый след. В тот момент, когда гигантский медведь прорвался сквозь струящийся песок талисмана, он снова укусил в рану на задней ноге зверя. В это время Ян Цзюньшань, который только что с большим трудом избавился от головокружения, вдруг повернулся всем телом. Лук, который он изначально не мог открыть, на самом деле поддерживался двумя ногами, и он яростно натянул тетиву мечом с выгравированными рунами. Нить духовной энергии циркулировала внутри тела Ян Цзюньшаня, и нефритовый палец сиял плотным духовным светом, заставляя метки на всей стреле талисмана шевелиться. Поднялась нить холодного ветра, тетива упала, и талисманная стрела вошла на три дюйма в живот гигантского медведя, руны на стреле, казалось, внезапно ожили и потекли к ране, а нить холодного воздуха растеклась по телу медведя с раной в центре. Поднялся тонкий белый туман, покрывая тело гигантского медведя слоем Хрустального льда. ---------- Том 1 Глава 25 Глава 25-Медвежья Желчь Ян Цзюньшань держался за свой лук, но не выпустил стрелу. В метре перед ним был сломан позвонок, и его спина была сильно изуродована, но он использовал свои две передние ноги, чтобы поддержать верхнюю часть тела, рыча и хвастаясь перед Ян Цзюньшанем. Один человек и один тигр, казалось, были в противостоянии, но на самом деле, Ян Цзюньшань знал, что гигантский тигр перед ним уже выгорел. Причина, по которой он все еще мог стоять, заключалась в том, что его непреклонная воля и его достоинство как горного лорда горы Баньян не позволяли ему упасть перед врагом. Между ними на земле лежал огромный медведь ростом в восемь или девять футов. Слой льда, который покрывал его тело после выстрела ледяной стрелы талисмана, уже растаял, и на его огромном лице была рана, а также сломанное глазное яблоко, из которого все еще сочилась кровь. Вторая глазница была вонзена прямо в мозг сотней холодных ледяных Кинжалов. Его две передние ноги, которые изо всех сил поддерживали половину его тела, уже дрожали. Однако боевой настрой в глазах тигра, смотревшего на Ян Цзюньшаня, не ослабевал ни на минуту. Когда солнце поднималось на Западе, Ян Цзюньшань чувствовал, что этот горный владыка был исключительно трагичен и величествен. Протянув руку, чтобы почувствовать железную стрелу в колчане позади себя, Ян Цзюньшань в конце концов не сделал этого сам. Вместо этого он отошел в сторону и присел на корточки, вынимая стопроцентно холодный Кинжал, вошедший в мозг бегущего медведя. Горный Тигр подумал, что Ян Цзюньшань собирается напасть на него, и огромный тигр, который собирался рухнуть на землю, внезапно ударил его гигантской головой и открыл свою огромную пасть, издав низкий рык с половиной глотки крови. Это действие, которое должно было быть полным боевого духа, истощило последние остатки его сил, две оставшиеся передние ноги больше не могли поддерживать даже половину его тела, и он полностью лежал на земле с широко открытыми глазами, глядя На Ян Цзюньшаня без каких-либо признаков отступления. Ян Цзюньшань взглянул на огромного тигра, но повернулся, присел на корточки и начал препарировать огромное тело медведя. Первое, на что он нацелился, была пара медвежьих лап, сломавших хребет горному тигру. Тот факт, что горный тигр смог вырваться из огненного поля, созданного руной Огненной птицы Чжан Юэминя, позволил Ян Цзюньшань понять, что горный тигр должен иметь в своем теле бессмертную кость тигра духа. Тогда какая же скрытая ладонь может быть у горного тигра, чтобы сломать ему позвоночник? Без инстинктивной защиты бегового медведя Ян Цзюньшань уже мог чувствовать плотную духовную энергию, растущую в двух передних ладонях огромного медведя. Сердце Ян Цзюньшаня сразу же наполнилось удивлением и радостью. Хотя он не мог не издать веселого свиста, он не забыл провести по холодному свету кинжала в своей руке красивым взмахом клинка. Затем он аккуратно проткнул ребро ладони и начал отрезать кусочек своей ладони. Кожа и плоть этого бегового медведя были толстыми, бессмертная сущность конденсировалась в ладонях медведя, даже если бы Ян Цзюньшань использовал Стоцветный холодный Кинжал, это все равно потребовало бы много усилий. Только тогда ему удалось извлечь две части бессмертной сущности. Это были две части бессмертной сущности промежуточного класса! Если бы это был только один кусок, качество, вероятно, не было бы так хорошо, как кусок небесного духа желтого быка, который он ранее получил. По крайней мере, этот небесный дух желтого быка имел сильный детоксикационный эффект после очищения культиватором. Тем не менее, бессмертная сущность в руке Ян Цзюньшаня не была ни одной частью, ни двумя частями! Два небесных духа и пара небесных духов, это было большое дело! Пары бессмертных духов было трудно найти, и точно так же пары бессмертных духовных полостей были также редки в теле культиватора. Таким образом, культиваторы, которые обладали парными наборами полостей бессмертного духа, которые могли найти соответствующие парные пары полостей бессмертного духа, были еще более редкими. В теле культиватора появилась пара бессмертных духовных полостей, даже если он просто использовал обычные бессмертные души, чтобы открыть их. После закладки Бессмертного фундамента, в тот момент, когда культиватор поднимался на пятый уровень царства смертных и начинал культивировать, пара бессмертных полостей взаимодействовала друг с другом, в результате чего культивирование бессмертных духовных полостей имело различные применения. Однако, как только пара бессмертных духов откроет духовное отверстие, эффект будет эквивалентен повышению качества собственного тела бессмертного духа на уровень. Пара бессмертных духов промежуточного уровня была бы эквивалентна бессмертному духу высокого уровня после очищения культиватором с парой бессмертных сущностей. Как только их культивация достигнет определенной сферы, эти культиваторы будут иметь несколько уникальных секретных методов и способностей, которые они могли бы культивировать. Сила этих секретных способностей была всеми техниками, которые намного превосходили те же самые уровни культивирования. Чжан Хуси, который только что перенес большую потерю в той же деревне, что и он, имел пару бессмертных духовных полостей в своем теле, которые появились в его руках. Первоначально это считалось чрезвычайно редким талантом, иначе Чжан Хуси не был бы так высокомерен среди молодежи деревни Туцю. Жаль только, что Чжан Хузи не перерабатывал пару бессмертных духов в один, и что его отец, кузнец Чжан, потратил большое количество энергии, пытаясь найти пару бессмертных духов, даже если это был джусаир из низших рангов. Раритет не уступал даже высокосортным бессмертным духам. Даже если бы у кого-то он был в руках, они либо держали бы его в секрете, либо не выносили бы на обмен. Кузнец Чжан был просто обычным мастером сферы боевых искусств, хотя у него могла быть небольшая репутация, но сколько людей воспримут это всерьез? Не имея другого выбора, кузнец Чжан потратил много лет своих сбережений, чтобы получить Камень бессмертного духа среднего класса для своего сына, чтобы использовать его для вызова бессмертных духов. Можно сказать, что пара бессмертных духовных полостей в теле Чжан Хуси была искалечена наполовину. Этот кузнец Чжан никогда не смог бы получить пару бессмертных духов низкого уровня, но теперь у Ян Цзюньшаня фактически была пара бессмертных духов среднего уровня в его руках. Их качество не уступало высокосортным бессмертным духам, а в плане редкости их ценность была даже выше, чем у высокосортных бессмертных духов. Самое главное, если Ян Цзюньшань правильно помнил, в следующем году второй брат Ян Цзюньпина также будет иметь третьесортный талант, и из трех бессмертных духовных полостей в его теле, два из них также появятся на его левой и правой руках! "Удача этого ребенка действительно хороша! Осторожно отложив пару бессмертных эссенций, Ян Цзюньшань снова посмотрел в сторону живота гигантского медведя. Как на беговой дорожке медведя, там были два, которые проще развивать. Одна была их лапами, а другая-желчью. Кроме того, медведь беговой дорожки уже взрастил пару волшебных существ. Даже сам Ян Цзюньшань не думал, что гигантский медведь сможет родить еще одного медведя желчного Божественного Духа, и чувствовал некоторое сожаление в своем сердце. Это было потому, что Божественный Дух медвежьей желчный пузырь был чрезвычайно хорошим тоником. Ян Цзюньшань использовал холод и кинжал в своей руке, чтобы легко разрезать живот огромного медведя, вытащив огромный медвежий желчный пузырь, затем он стоял там в оцепенении! После этого огромная волна экстаза омыла все тело Ян Цзюньшаня. Даже бессмертная сущность, которую он получил ранее, не была так сильна, как удивление, которое объект перед его глазами принес Ян Цзюньшань прямо сейчас! На этом гигантском медведе действительно был третий небесный дух! Что еще более важно, этот медвежий желчь был на самом деле высокого качества! В прошлой жизни Ян Цзюньшань видел только высокосортных небесных духов после того, как он продвинулся в область боевых искусств. Он не ожидал, что прямо сейчас перед его глазами появятся небесные духи высшего класса! Даже при том, что Ян Цзюньшань имел столетний опыт в своей предыдущей жизни,он никогда не слышал о таком. Размышляя об этом, Ян Цзюньшань мог только приписать причину совместного воспитания трех божественных духов своей начальной стадии демонизации. Только из одного качества, этот небесный дух медвежьей желчи только что пересек границу высокого качества бессмертного духа, поэтому его ценность, естественно, не могла сравниться с бессмертной сущностью, которую питала пара медвежьих ладоней. Но проблема была в том, что бессмертная сущность в теле Ян Цзюньшаня случайно оказалась в его желудке! Это было трудно для настроения Ян Цзюньшань, чтобы успокоиться на некоторое время. И только когда позади него раздался трагический крик, Ян Цзюньшань понял, насколько он напуган, и понял, что все еще находится в опасности. Когда Ян Цзюньшань обернулся, чтобы посмотреть, возможно, он понял приближение смерти, упрямые и непреклонные глаза Горного Лорда больше не имели непреклонного боевого духа раньше. От его взгляда исходило безграничное запустение, и горный тигр изо всех сил старался наклонить свою огромную голову в сторону густого леса. Глаза Ян Цзюньшаня вспыхнули странным блеском, он вдруг сказал: "Я знаю, что ты должен понимать человеческую речь, ты должен знать, что мне нужно сейчас, я могу выполнить твое последнее желание, взамен, передать мне бессмертный дух, который растет в твоем теле, как насчет этого?" Скорбный рев внезапно прекратился, и горный Тигр, изначально наполненный энергией смерти, вдруг стал бороться за свою голову. Хотя в конце концов он все равно потерпел неудачу, его изначально мертвенно-неподвижные глаза показывали признаки возрождения его боевого духа. Ян Цзюньшань остался невозмутимым и холодно сказал: "Это только ускорит потерю вашей жизненной силы, и даже не позволит вам встретиться с вашим ребенком в последний раз. Вы должны понимать, что после того, как вы умрете, ваш ребенок не сможет выжить в этой горе Баньян!" Горный Тигр был уже бессилен пошевелить головой и мог только коситься на Ян Цзюньшаня. Однако в нем уже не было прежнего боевого умысла, а только глубокое чувство настороженности и настороженности. Ян Цзюньшань равнодушно сказал: "Вы должны понять, я изначально не должен был рассказывать вам все, так как я уже знаю, что у вас есть потомки, я могу пойти и найти их сам, причина, по которой этот гигантский медведь прячется здесь, потому что он знает, что это единственный способ для вас вернуться в свое логово, и Ваше логово не слишком далеко отсюда." Горный тигр прекратил свой печальный рев, и впервые в его глазах появилась паника. Ян Цзюньшань рассмеялся и сказал: "Я знаю, что ты не доверяешь мне, но ты ничего не можешь сделать прямо сейчас. Но не волнуйтесь, у меня, естественно, есть способы заставить вас поверить в мою искренность!" Взглянув на вход в бухту, Ян Цзюньшань, под тревожным и сложным взглядом горного тигра, устремился в сторону густого леса. ---------- Том 1 Глава 26 Глава 26 Ян Цзюньшань догадывался, почему медведь на беговой дорожке обязательно устроит засаду на Горного Тигра, он предполагал, что здесь могут быть потомки Горного тигра, но он всегда подозревал одну вещь, и это было, так как медведь на беговой дорожке уже знал, где находится логово Горного Тигра, почему он не собирался устраивать засаду в логове Горного Тигра вместо того, чтобы оставаться в седле? Однако, когда Ян Цзюньшань проходил через густой лес, он, наконец, выяснил причину появления скалистого утеса. Эта местность была сложена из неровных каменных платформ, а Логово тигра располагалось на вершине скалы в пещере. Тело бегового медведя было огромным и неуклюжим, для него было очевидно невозможно подниматься и спускаться по каменной платформе; и хотя тело горного тигра не было маленьким, оно обладало чрезвычайно хорошей прыгучестью по сравнению с беговым медведем, позволяя ему непрерывно прыгать вверх и вниз по каменной платформе. Хотя Ян Цзюньшань не мог обладать такой же прыгучестью, как горный Тигр, но его четыре конечности были гораздо более ловкими, чем у свирепого зверя. Хотя он потратил много энергии, Ян Цзюньшань все же сумел найти логово Горного тигра после половины ароматической палочки времени. Прежде чем Ян Цзюньшань вошел в пещеру, слабая демоническая Ци, смешанная с рыбным запахом, поплыла по всему его телу. Если бы не тот факт, что Ян Цзюньшань прожил две жизни, он не смог бы отличить их друг от друга. Ян Цзюньшань был шокирован, но быстро понял, что даже несмотря на то, что появление демонической ци через сто лет не оправдало его ожиданий, даже сильные свирепые звери, сидящие на вершине горы Баньян, такие как горный Тигр и Медведь-Бегун, только начали свою демонизацию, поэтому внутри пещеры не должно быть никаких опасностей. Напротив, в его предыдущей жизни мир культивирования обсуждал основные изменения в мире и считал их главными виновниками великих изменений в мире. Ян Цзюньшань, с другой стороны, стремился взглянуть на текущую ситуацию и испытывал сильное любопытство, чтобы проверить ее. Ян Цзюньшань еще даже не ступил в пещеру, когда услышал детское, ясное рычание, исходящее от маленького пушистого тигренка, которого он не мог отличить от друга и врага. Услышав этот звук, он подумал, что мать вернулась, и, пошатываясь, выбежал из пещеры, чтобы поприветствовать ее. Ян Цзюньшань наклонился и понес маленького тигренка, возможно, потому что почувствовал, что запах на теле Ян Цзюньшаня был неправильным. Маленький тигренок долго сидел в его объятиях, что также позволило Ян Цзюньшань ясно ощутить слабую нить демонической ауры на маленьком тигренке, которая заставляла его быть крайне шокированным. Успокоив эмоции маленького тигренка, Ян Цзюньшань глубоко вздохнул и большими шагами вошел в пещеру. На утесе примерно в трех километрах от седла Су Баочжан, которому больше некуда было бежать, был принужден к нему Чжан Юэминем и другими юношами. Измученный Су Баочжан не стал дожидаться, пока потемневшее лицо Чжан Юэминя и остальных задаст еще какие-нибудь вопросы, и уже начал громко ругаться: "прямо мать-воровка, вы же не собираетесь выслеживать бессмертных духов, почему вы преследуете меня повсюду?" Действия Су Баочжана были изобретательны,и на мгновение юноши были ошеломлены. Вскоре оттуда выскочил юноша и закричал: "тогда зачем ты бежишь? У тебя явно нечистая совесть!" Су Баочжан смело сказал: "чушь , если вы, ребята, не будете преследовать меня, я побегу? В этой глуши, если у всех вас есть какие-то дурные намерения, как я могу это объяснить?" Юноша все еще собирался заговорить, когда Чжан Юэмин протянул руку, чтобы остановить его. Затем, с мрачным выражением лица, он сделал шаг вперед и спросил: "Эти тигриные рыки были сделаны вами только что?" Су Баочжан пристально посмотрел на него, а затем самодовольно сказал: "правильно, как это, он очень похож на тебя?" Тон Чжан Юэмин внезапно повысился, когда он сказал яростно: "вы пытаетесь привлечь нас, намеренно имитируя рев тигра?" Ранее Чжан Юэмин и другие последовали за талисманом бабочки, чтобы найти следы Горного тигра, но неожиданно раздался рев тигра, заставив всех отказаться от талисмана бабочки, который двигался медленно. Словно рой пчел, они полетели в направлении шипящего звука, но шипящий звук вскоре последовал за ними и двинулся дальше, уводя всех на противоположную сторону бухты. К тому времени, когда Чжан Юэмин и остальные поняли, что что-то не так, Су Баочжан уже привел всех юношей бродить вокруг горы в течение более часа, прежде чем они были преследуемы и отрезаны толпой, заставив их подняться на вершину утеса. Су Баочжан был удивлен, когда услышал вопрос Чжан Юэмина: "я действительно сделал это нарочно, но зачем я заманил тебя сюда? Я изначально хотел привлечь раненого горного тигра, чтобы он сел и воспользовался ситуацией, какое это имеет отношение к вам, ребята? " Один из юношей больше не мог сдерживаться, когда он громко сказал: "Мы были теми, кто ранил тебя. Ты посмел украсть наши вещи. Скажи нам, куда ушел Повелитель гор? Если ты не хочешь этого говорить, то мы не будем сдерживаться!" После того, как Су Баочжан услышал это, он сразу же закричал на небо треск, и сказал: "Вы все еще просили меня о следах этого горного Лорда, я еще не просил их, если бы вы все не преследовали меня так, Этот горный Лорд был бы найден давно." Хотя у них было неприятное чувство, что что-то не так, они не могли сказать это вслух. Только одна мысль проносилась в их головах: может быть, на этот раз они действительно ошиблись? Чжан Юэмин подозревал, что Су Баочжан лжет, но поскольку у него не было никаких доказательств, чтобы разоблачить его, прямо в этот момент из-за его спины вышел юноша и сказал яростно: "несмотря ни на что, направление, в котором вы ввели нас в заблуждение, является истиной, и только этот момент является непростительным, если вы не можете компенсировать нам наши потери!" Услышав это, все были поражены, они все требовали, чтобы Су Баочжан оставил ценную вещь при себе, Чжан Юэмин холодно наблюдал со стороны, но не сказал ни слова. "Позади вас есть скала, которая несколько метров высотой. Вы должны быть свободны от последствий, если вы упадете, и если вы не хотите упасть, лучше всего, если вы передадите вещи, которые вы несете. Кроме того, вы должны взять на себя инициативу, чтобы выйти из этой осады, иначе я не буду возражать против отправки вас сам!" Как только юноша закончил говорить, Чжан Юэмин понял, что это плохо. Он прыгнул вперед и закричал: "остановите его, он хочет разорвать защитный талисман!" Су Баочжан, стоявший на краю обрыва, холодно рассмеялся, но тут же увидел черный валун, который Су Баочжан уже успел схватить в руки. После того, как камень упал на землю, весь окружающий песок и камни начали собираться к валуну, и мгновение спустя перед ним выросла желтая каменная стена. Су Баочжан посмотрел на толпу с улыбкой, затем небрежно передал слабую духовную энергию в своем теле в руки и разорвал талисман Хранителя в своем теле. Еще один слой защитного света поднялся вверх, с этими двумя слоями защиты, этого было достаточно для Су Баочжана, чтобы дождаться прибытия горных защитных культиваторов. Чжан Юэмин пристально посмотрел на Су Баочжана, и символический меч в его руке, который постепенно испускал свет, внезапно загорелся, заставив Су Баочжана вздрогнуть. Когда он внимательно посмотрел, символ меча был немедленно возвращен в ножны меча, и Чжан Юэмин затем повернулся и ушел. Юноши следовали один за другим, продолжая ругаться и вздыхать. Увидев, что все ушли, Су Баочжан не мог не вздохнуть с облегчением и пробормотал про себя: "мы можем только задержать это, я надеюсь, что этого достаточно, чтобы убить двух свирепых зверей." Как только голос Су Баочжана упал, каменная стена перед ним внезапно рухнула, заставив Су Баочжана быть потрясенным. Он только понял, что символический меч Чжан Юэмин вспыхнул и исчез, но на самом деле Чжан Юэмин уже разбил символический камень, который Ян Цзюньшань дал ему, чтобы спасти свою жизнь. То, что Чжан Юэмин явно предупреждал его, он полностью имел возможность спасти свою собственную жизнь, и то, что он сказал ранее, могло быть обмануто другими, но Чжан Юэмин понимал все ясно. Этот человек был достоин называться гением секты потрясенных небес. Неудивительно, что Цзюнь Шань придавал этому человеку такое большое значение. Полоса света пронзила небо, но оказалось, что он не успел найти небесного духа для себя. Су Баочжан почувствовал оттенок сожаления, когда он покинул окружение горы Баньян. Неся маленького тигренка на руках, Ян Цзюньшань вышел из пещеры с волнением и потрясением на лице, но тут же подавил его и с тревогой бросился обратно в бухту. Горный Тигр был уже на последнем издыхании, он не хотел ждать, когда маленький тигр вернется к нему, только его тело останется, если это так, его предыдущий план не будет иметь никакого эффекта. Хотя у свирепых зверей не было разума, но они могли инстинктивно конденсировать духовную энергию природы в своих телах, чтобы взрастить небесный дух, и после заражения демонической энергией горный Тигр и Бегущий медведь уже начали приобретать разум. Они не только знали, как сознательно поглощать духовную энергию природы для культивирования, они даже знали, как скрыть бессмертный дух, который рос в их телах. Разница между ними имела значение. В то время как небесный дух мог родиться в теле злобного зверя, небесный дух определенно существовал в теле демонического зверя, который обрел разум. Однако, поскольку первые не обладали разумом, если бы они были убиты другими, бессмертный дух в их теле, естественно, был бы отнят другими. С другой стороны, когда последние сталкивались со смертью из-за бессмертного духа, они часто уничтожали свой собственный бессмертный дух, в результате чего культиватор ничего не получал. Если бы эти вещи были помещены через сто лет в его предыдущей жизни, не все знали бы об этом или, по крайней мере, были бы широко известны. Однако в современном мире культивирования люди могли даже не знать, что такое демоны, но это знание было действительно уникальным для Ян Цзюньшаня. Ранее, когда Ян Цзюньшань сидел на спине горного тигра, бросающегося из атаки талисмана Огненной птицы, он смог только подтвердить, что в его теле был небесный дух кости тигра. Причина была в том, что он все еще не был уверен, что горный тигр был заражен демонической Ци, как медведь беговой дорожки, и его разум пробудился. Самая важная причина, по которой Бегущий медведь не прилагал столько усилий, как горный Тигр, заключалась в том, что Бегущий медведь уже пришел в бешенство в самый последний момент, в результате чего он потерял весь свой оставшийся интеллект. Ян Цзюньшань, естественно, не беспокоился, что бессмертный дух в теле гигантского медведя разрушит себя прежде, чем он умрет. Ян Цзюньшань поспешно спрыгнул со скалы и побежал к седлу, неся маленького тигра. Маленький тигренок, казалось, тоже почувствовал присутствие Ян Цзюньшаня и продолжал издавать тигриный вой детским голоском, и по мере того, как расстояние между ними становилось все ближе и ближе, крики маленького тигра становились все более короткими и настойчивыми. Кровавая аура, выплывающая из седла, мгновенно стимулировала маленького тигренка, и он едва не выпрыгнул из объятий Ян Цзюньшаня. И только когда раздалось слабое и низкое рычание, тигренок в руках Ян Цзюньшаня наконец остановился. Он только высунул голову из объятий Ян Цзюньшаня, как будто с нетерпением чего-то ждал. ---------- Том 1 Глава 27 Глава 27-Кости Духа Ян Цзюньшань положил маленького тигренка на землю и смотрел, как он ковыляет к горному Тигру. В этот момент тигр едва мог поддерживать свою жизненную силу, и в его теле не осталось ни единого следа энергии. Детеныш понятия не имел, что жизнь его матери вот-вот угаснет, поэтому он продолжал играть в мехе своей матери. Прямо сейчас у Тигра, скачущего на горе, больше не осталось сил, но он чувствовал радость в глазах тигренка, когда тот был рядом. В его остекленевших глазах, однако, виднелись следы любви и нежелания. Ян Цзюньшань тайно вздохнул, но как только он собрался заговорить, слабый черный свет просочился из уголков рта Шань Ху. Ян Цзюньшань был поражен, он не мог быть более знаком с этим видом текучего света, это была сущность конденсированной демонической энергии, которая сформировалась в его теле на начальных этапах культивирования, отличного от естественного конденсированного состояния бессмертных духов, эта сущность была сбор происхождения культивирования демонического зверя. Чернильная демоническая энергетическая эссенция потекла вниз, мгновенно рассеиваясь подобно облакам и туману, окутывая голову маленького тигра. Озорной маленький тигренок подумал, что его мать играет с ним в новую игру, поэтому он покачал головой, желая стряхнуть с головы туманный предмет. Неожиданно в этот момент горный тигр вдруг опустил свою огромную голову и прижал детеныша к подбородку, как бы маленький тигренок ни кричал, он не сдвинулся ни на дюйм. Был ли это приток демонической Ци? Хотя Ян Цзюньшань был удивлен, он больше не был удивлен. Что было удивительно, так это то, что этот тигр со стальным Клыком действительно знал секретную технику, такую как демоническая энергия, заполняющая небо, и причина, по которой он не был удивлен раньше, заключалась в том, что до падения любого клана демонов, который знал эту секретную технику, большинство из них использовали бы ее на своих младших. Хотя это и называлось "посвящение", в теле реципиента не осталось ни единой нити демонической Ци. Более того, эта демоническая ци не могла быть использована для увеличения культивирования получателя, она могла быть использована только для укрепления фундамента. Проще говоря, это война за укрепление фундамента и воспитание фундамента. За то время, которое потребовалось, чтобы выпить чашку чая, черная сущность цвета, которая задержалась вокруг головы маленького тигра, кроме просачивания в тело маленького тигра, остальная сущность постепенно рассеялась. Маленький тигренок покачал головой, не понимал, что происходит. Однако первоначально безжизненный Тигр верхом на горе внезапно пришел в возбуждение. Он даже смог пошевелить передними лапами и оттолкнуть детеныша в сторону. Маленький тигренок не понимал, что происходит, и все еще хотел заползти в материнские объятия,но неожиданно мать снова оттолкнула его. И на этот раз он использовал еще больше силы, заставляя маленького тигра просто перевернуться и проскользнуть под ногами Ян Цзюньшаня. Ян Цзюньшань знал, что едет верхом на спине горного тигра, и в то же время это было его последним испытанием. Таким образом, он наклонился и обнял маленького тигра в своих объятиях, а затем укусил его левый указательный палец и прижал его к центру бровей маленького тигра. Хотя эти церемонии не оказывали большого влияния на человека, давшего клятву, и должны были соблюдаться им самостоятельно, сама церемония была чрезвычайно важна. Клятвы, которые давал Ян Цзюньшань, можно было наблюдать в подавляющем большинстве случаев, точно так же, как люди-культиваторы клялись друг другу заключить союз через кровь, обезглавливание цыплят и сжигание желтой бумаги. Более того, каждый шаг развития культиватора-это естественная пропасть. Незапятнанное состояние ума и ясные мысли часто являются краеугольным камнем развития культиватора, и без этого основания желание человека часто не может достичь его. Очевидно, что он уже получил признание горного тигра, тогда оставалось только, чтобы горный тигр проявил инициативу и сконцентрировал бессмертный дух в своем теле. После того, как гигантский тигр погибнет, Ян Цзюньшань сможет искать дух тигра высокого класса в своем теле. Вскоре после этого Земляной желтый свет Духа осветил всю дорогу вниз от задней части шеи горного тигра до того места, где медведь беговой дорожки сломал ему шею. На этот раз настала очередь Ян Цзюньшаня широко распахнуть глаза. Сгущение кости в дух, может ли это на самом деле сгущение кости в дух? Разве явление тиаре не встречается только в легендах? Может ли быть так, что бессмертный дух тигровой кости, питавший этого горного тигра, действительно достиг высочайшего качества? На этот раз Ян Цзюньшань был по-настоящему напуган! Бессмертный дух высшего класса был чем-то, о чем он даже не смел думать. Даже если бы у Ян Цзюньшаня был опыт его предыдущей жизни,он только осмелился бы иметь бессмертный дух высшего класса. Но если это действительно бессмертный дух класса, то все бессмертные духи, которые он ранее приобрел, будут стоить меньше, чем один бессмертный дух высшего класса. Несмотря на то, что Ян Цзюньшань прожил сотни лет, он никогда не видел ни одного высшего бессмертного духа. Как раз в тот момент, когда Ян Цзюньшань был крайне потрясен, Земляной желтый духовный свет начал отступать от спины Горного Тигра и, наконец, исчез в его теле. Так же, как Ян Цзюньшань был смущен, духовный свет внезапно появился из пасти Тигра, и он конденсировался все больше и больше. След света постепенно распространялся от духовного света и начал просачиваться в длинные клыки. Взволнованное сердце Ян Цзюньшаня наконец успокоилось, удивление вернулось на его лицо еще раз, оно действительно смогло сгуститься один на миллион, может быть, ему действительно посчастливилось встретить эту судьбу? Когда шар света полностью проник в клык тигра, первоначально белая кость внезапно покрылась слоем сверкающего и полупрозрачного нефритового блеска. Весь клык тигра почти превратился в изысканный кусок Хрустального нефрита, и этот трехдюймовый тигровый зуб автоматически выпал из пасти горного тигра, упав прямо перед горным тигром. Выражение лица Ян Цзюньшаня было взволнованным, когда он смотрел на зубы тигра на земле, детеныш тигра в его руках внезапно закричал от горя, сердце Ян Цзюньшаня упало, он поднял глаза, чтобы посмотреть, горный Тигр уже потерял свою жизнь после конденсации бессмертного духа в кости. Ян Цзюньшань снова положил сопротивляющегося тигренка на землю и смотрел, как тот бежит обратно к матери. Но на этот раз, как бы он ни старался, он мог только стоять на теле матери передними лапами, изо всех сил стараясь прижать уши матери ко рту и громко звать ее. Он не мог разбудить свою мать, и он не мог вернуться в объятия своей матери. Ян Цзюньшань наклонил голову и поднял тигровый зуб с земли, затем быстро стер с него пыль рубашкой, как будто боялся, что там будет небольшая шишка. На самом деле, бессмертных духов было не так легко сломать, не говоря уже о том, что это был зуб вайгера, который выглядел как высший сорт бессмертного духа. Но в тот момент, когда бессмертный дух коснулся его, Ян Цзюньшань внезапно вздрогнул, прежнее экстатическое выражение мгновенно застыло на его лице. Это неправильно! Ян Цзюньшань быстро положил клык тигра в свою руку перед глазами снова, чтобы рассмотреть его внимательно. Это было правдой, что поверхность бессмертного духа зуба тигра имела более плотный свет, чем желчь бессмертного духа высшего сорта, которую получил Ян Цзюньшань, но она не достигла уровня бессмертного духа высшего сорта. Этот бессмертный дух тигрового зуба все еще был бессмертным духом высокого класса, в лучшем случае, он должен быть более высокого качества. Однако проблема заключалась в застывании духа до костей. Этот вахеноменон, который могли развить только высшие бессмертные духи. Как он мог в конце концов превратиться в полноценного бессмертного духа? Ян Цзюньшань не мог понять вообще, как он погладил его по голове в расстройстве. На самом деле, Ян Цзюньшань только попросил фойг качества бессмертного духа в начале, если горный тигр оставил ему высокое качество бессмертного духа в начале, Ян Цзюньшань будет удовлетворен. Но ключевым моментом было явное появление высшего бессмертного духа. Как раз когда Ян Цзюньшань собирался упасть с неба в радости, с его аппетитом поднялся, чтобы приветствовать удачу, он вдруг понял, что Высший бессмертный дух вернулся к своему высокому бессмертному духу. Это огромное психологическое падение было трудно для Ян Цзюньшаня принять на мгновение. Его выражение лица мерцало с нежеланием и гневом, когда он снова и снова поворачивал высококачественный Бессмертный клык тигра в своей руке, непрерывно бормоча себе: "это неправильно, это, очевидно, бессмертный дух высшего качества, как он стал бессмертным духом высшего качества ." Ян Цзюньшань думал об этом снова и снова. В конце концов он догадался, что именно из-за того, что спина горного тигра была сломана, процесс уплотнения его костей не мог достичь совершенства. Это также может быть потому, что гора верхом на Тигре потребила слишком много своей жизненной силы, чтобы дождаться своего ребенка, чтобы иметь последний шанс увидеть его, в результате чего он в конечном итоге не смог сконденсировать бессмертный дух. Хотя его сердце было наполнено нежеланием, тот факт, что бессмертный дух в его руках мог достичь качества, был неизменным фактом. Ян Цзюньшань мог только утешать себя тем, что, по крайней мере, он ничего не получил, по крайней мере, высокого качества было достаточно, чтобы завершить свой план. Кроме того, его достижения не ограничивались только этим. Когда Ян Цзюньшань подумал о том, что он видел раньше, когда входил в пещеру верхом на Тигре, он не мог не возбудиться. Как раз в этот момент Ян Цзюньшань вдруг почувствовал, что с него стягивают штаны, и когда он посмотрел вниз, то увидел, что маленький тигренок, который только что пытался разбудить его мать, держится за его штаны, глядя на него растерянными глазами, не зная, почему его мать проигнорирует его, и у него не было выбора, кроме как обратиться к тому, кому его мать доверила сформировать Золотой цветок орхидеи. Ян Цзюньшань вздохнул в своем сердце, наклонился и снова держал маленького тигра на руках, затем поклонился в сторону огромного тела Горного тигра перед ним, затем погладил большую пушистую голову маленького тигра и сказал: "Малыш, отныне мы братья, тебе просто нужно следовать за мной." Маленький тигренок, казалось, понял слова Ян Цзюньшаня. Он поднял голову и посмотрел на Ян Цзюньшань, затем посмотрел на тело своей матери, прежде чем повернуть голову, чтобы снова позвать Ян Цзюньшань тихим голосом, как будто спрашивая о том, что случилось с его матерью. Как только Ян Цзюньшань собрался объясниться с ним, из-за бухты внезапно раздался голос, сопровождаемый звуком шагов, который становился все яснее и яснее, это были Чжан Юэмин и остальные, которые догнали его. ---------- Том 1 Глава 28 Глава 28-Первая Битва Не говоря ни слова, Ян Цзюньшань завернул маленького тигренка за пазуху и обвел взглядом два огромных звериных трупа на земле. При обсуждении меха и костей двух зверей, несомненно, лучше было немного посидеть на горном Тигре. Тем не менее, Ян Цзюньшань держал холодный световой Кинжал и повернулся, чтобы идти к медведю беговой дорожки, хотя кожа горного тигра была ценной, ее было нелегко снять, и все, что ему нужно было сделать, это отрезать четыре лапы медведя. Тем не менее, как только Ян Цзюньшань отрубил третий медвежий коготь, дюжина или около того юношей, которые бросились в седло, уже обнаружили два огромных звериных трупа и действия Ян Цзюньшаня. - Стой!" -Эти два берсерка-наши звери!" Не заботясь о шоке, который вызвали два больших звериных трупа перед ними, молодые люди не могли сдержать свой гнев на действия Ян Цзюньшаня, когда они бросились к нему, выкрикивая проклятия. Юноша, который мчался впереди, не сказал ни слова, но уставился на Ян Цзюньшаня глазами, которые, казалось, выплевывали два потока гнева, это был Чжан Юэмин. Положив третью медвежью лапу в поясную сумку, Ян Цзюньшань тут же привязал поясную сумку весом в несколько килограммов к себе на спину и развернулся, чтобы убежать, оставив после себя только медвежью лапу, на которую даже не смотрел. Что касается трупа горного тигра, Ян Цзюньшань не знал, как избавиться от него перед лицом Сяо Ху, поэтому он просто оставил его для Чжан Юэминя и остальных. "Бежать!" Чжан Юэмин внезапно подпрыгнул высоко в воздух, и с взмахом его правой руки, длинная Лоза внезапно выскочила из центра его ладони. Хотя Ян Цзюньшань отчаянно бежал, повернувшись спиной к Чжан Юэминю, было похоже, что виноградная змея уже знала об этом. Он внезапно наклонился и покатился к траве рядом с ним, заставляя длинную лозу катиться в воздухе. Чжан Юэмин еще не приземлился на землю, но Ян Цзюньшань, который катался по траве, уже стоял на одном колене. "Бац, бац!" Тетива дрогнула, и железная стрела полетела прямо в ногу Чжан Юэминя. Однако Ян Цзюньшань даже не удосужился взглянуть на результат полета стрелы,а продолжил бежать вглубь леса за ним. Чжан Юэмин был в воздухе, по-видимому, не в состоянии уклониться от стрелы. Однако, прежде чем железная стрела достигла его, Чжан Юэмин уже вытащил меч из-за пояса и направил его вперед, точно целясь в стрелу, вызвав металлический лязгающий звук. Железная стрела вылетела, и сам Чжан Юэмин был отброшен назад силой стрелы, боль исходила из его правой руки, которая держала меч. Ян Цзюньшань знал, что стрелку просто сейчас был не в состоянии повредить Чжан, а только пытался его остановить, но он не ожидал, что Чжан, чтобы не использовать какие-либо внешние силы, и вместо этого использовать свою силу, чтобы отправить его стрела летит, вызывая Ян Цзюньшань по оценке Чжан, чтобы подняться на другой уровень. В это время Ян Цзюньшань был всего в нескольких десятках метров от джунглей, и он мог видеть, что Ян Цзюньшань должен был только бежать в джунгли, чтобы использовать деревья в качестве прикрытия, чтобы стряхнуть молодежь позади него. Суровый вой раздался сзади, и в то же время, нефритовый зеленый свет поднялся из его спины, вытягивая фигуру Ян Цзюньшаня из земли более чем на три метра. Это летающий меч с магическими рунами! Ян Цзюньшань подумал, что что-то не так. Ему не хотелось бежать в сторону леса, когда он обернулся, яркий зеленый свет почти полностью закрыл его поле зрения. Ян Цзюньшань сопротивлялся пронзительному свету и провел правой рукой по колчану позади себя. Алая железная стрела, покрытая рунами, уже была натянута на тетиву, вся накопленная в его теле энергия земного духа устремилась вверх по стреле. Кольцо на большом пальце его руки тоже мерцало слабым светом, и Алая стрела уже загорелась огоньком. Когда тетива завибрировала, полоса алого света пронеслась по небу, врезавшись головой вперед в изумрудно-зеленый свет. Когда тетива завибрировала, полоса алого света пронеслась по небу, врезавшись головой вперед в изумрудно-зеленый свет. Хотя талисман летающего меча был сильно ослаблен его взрывной стрелой, он все еще продолжал лететь к Ян Цзюньшань. Ян Цзюньшань не мог меньше заботиться о слепящем свете, его глаза смотрели прямо на зеленый свет. От холодного светового кинжала в руке Ян Цзюньшаня осталась только медная рукоять, а из пасти тигра закапала свежая кровь. Однако слабый нефритовый свет ударил прямо в грудь Ян Цзюньшаня. Лязг! Словно получив сильный удар, Ян Цзюньшань был отброшен назад на несколько метров, прежде чем рухнул на землю, и как только он собрался вскочить, острая боль, исходящая из его груди, заставила его лицо смертельно побледнеть. Когда изумрудно-зеленый свет рассеялся, в руки Чжан Юэминя упал зеленый деревянный меч длиной в два фута. Глядя На Ян Цзюньшаня, который полулежал на Земле, хотя он выглядел в жалком состоянии, он все еще выглядел спокойным и собранным. Чжан Юэмин не мог не быть шокирован, но в своем сердце, он был более потрясен, чем выражение его лица! Он на самом деле был в состоянии и изысканный кинжал, чтобы рубить на зеленый свет глиф стрелу тела! Это отличалось от стрелы из Железного пера, которую Чжан Юэмин отправил в полет раньше, независимо от того, была ли это сила или скорость, Стрела-талисман Нефритового света не была чем-то, с чем могла сравниться обычная Стрела из Железного пера. - Я изначально не хотел убивать тебя, но как только этот светящийся меч-глиф активируется, даже я не могу его контролировать. Если ты отдашь лапу и желчь медведя, я отпущу тебя, хорошо?" Несмотря на то, что Чжан Юэмин все еще был уверен, что он может взять верх, и имел потрясенную небесами секту в качестве своей поддержки, он не был властным человеком. Не говоря уже о том, что если бы эти двое продолжали сражаться, то это была бы только борьба не на жизнь, а на смерть, и убийство людей все еще было чем-то таким, что годовалый мальчик не хотел бы легко сделать. В тот момент, когда он бросился туда, Чжан Юэмин уже ясно видел ситуацию. Было очевидно, что другая сторона не полностью расчленила трупы двух свирепых зверей, заставив Чжан Юэмин вздохнуть с облегчением. Однако большая рана на груди бегового медведя и три отрубленные лапы медведя, все это показывало, что Ян Цзюньшань уже забрал больше половины последних ценных вещей на беговом медведе. Одежда на груди Ян Цзюньшаня уже была разорвана, открывая зеркало-сердечник под ним. В отпечатке кулака, который первоначально был на зеркале, была еще одна вмятина в полдюйма. "Хехе!"Ян Цзюньшань холодно рассмеялся, и неожиданно, рана на его груди заставила его сильно закашляться, но он все еще нетвердо встал с земли и посмотрел на юношей, спешащих из-за спины Чжан Юэминя. - Если тебе нужны медвежьи лапы и медвежья желчь, иди и хватай их!" Это было правдой, что Чжан Юэмин был сильным, но сила, которую Ян Цзюньшань продемонстрировал ранее, шокировала всех присутствующих молодых людей. Даже при том, что он был в состоянии блокировать светящийся Нефритовый меч глиф, сила Ян Цзюньшаня явно не была на их спинах, не говоря уже о том, что большой резной лук в его руке привлек внимание многих людей на площади ранее. Как отец деревенского старосты, который знал, что за ним стоит область боевых искусств, он, естественно, еще больше не хотел его обидеть. Видя, что группа встревожена, Чжан Юэмин также не хотел вступать в смертельную вражду с Ян Цзюньшанем, поэтому он искренне сказал: "Этот горный Лорд был тем, кто ранил его, и изначально был сильнее медведя на беговой дорожке, и теперь, когда два свирепых зверя пострадали больше всего в битве, но последний удар, очевидно, принадлежит этому моему брату, давайте сделаем это таким образом, сущность двух свирепых зверей будет разделена поровну, и у этого брата будет медвежья ладонь в качестве хозяина." Чтобы быть справедливым, Ян Цзюньшань воспользовался Чжан Юэминем и другими, если бы они разделили его поровну, было бы разумно, чтобы Ян Цзюньшань получил от них медвежью лапу, и это не включало тот факт, что другие юноши не знали, что Су Баочжан, который ввел их в заблуждение, изначально был в сговоре с Ян Цзюньшанем. Но как мог Ян Цзюньшань быть готов разделить награды в своих руках, не говоря уже о том, что нападение Чжан Юэмина только что почти убило его, не говоря уже о том, что в его сумке было две духовные сущности и желчный пузырь высшего класса духа зверя. Пока они говорили, Чжан Юэмин указала юношам позади них медленно рассредоточиться, как будто они собирались окружить Ян Цзюньшань. Как могли действия Чжан Юэминя скрыться от глаз Ян Цзюньшаня? Он увидел, как во взгляде Ян Цзюньшаня мелькнула Озорная улыбка, и вдруг почувствовал, что что-то упустил. Он вдруг громко закричал и сказал: "Иди, останови его!" С этими словами нефритовый кулон на его талии внезапно разлетелся на куски. Шар духовного света был небрежно схвачен Чжан Юэминем и затем прижат к рукояти нефритового меча, который был в ножнах. Однако Чжан Юэмин опоздал на шаг. За мгновение до того, как он сделал свой ход, Ян Цзюньшань уже выпустил стрелу в сторону самого высокого дерева в лесу. К концу Стрелы была привязана чрезвычайно тонкая тетива, а другой конец был привязан к рукоятке лука. Затем, опираясь на высокое дерево как на точку опоры, он снова нырнул вглубь леса, как на качелях. В это время, ведущая линия убирающейся стрелы внезапно была перерезана, и фигура Ян Цзюньшаня немедленно покатилась в глубь леса, исчезая без следа, в то время как стрела талисмана зеленого света врезалась в густой лес позади Ян Цзюньшаня, срубив четыре-пять больших деревьев, которые были толщиной с чаши по пути. Только тогда Ян Цзюньшань исчерпал свою духовную энергию. Он действительно позволил этому парню сбежать! Это навело Чжан Юэмина на мысль о Су Баочжане, которого они заставили подняться на скалу. Могут ли эти двое быть в одной группе? - Брат Лин, может, нам все-таки стоит его преследовать?- Осторожно спросил юноша. -Я больше не собираюсь их преследовать. В любом случае, Бессмертный Сюн однажды сказал, что бессмертные духи не могут родиться в телах этих двух злобных зверей. Давайте сначала разберемся с трупами этих двоих!"Чжан Юэмин посмотрел в том направлении, куда ушел Ян Цзюньшань, и в его сердце было предчувствие, что это не первый раз, когда они сражались! ---------- Том 1 Глава 29 Глава 29 На горном хребте в нескольких милях отсюда Ян Цзюньшань держал маленького тигренка, наблюдая, как два огромных зверя в долине сдирают кожу, сухожилия и разрезают кости вместе с молодыми людьми. Потому что маленький тигренок только что родился, хотя Ян Цзюньшань не мог видеть, что происходит в нескольких милях от него, он, казалось, мог чувствовать, что происходит внутри долины. Вопль за воплем вырывались из пасти маленького тигра, заставляя Ян Цзюньшаня чувствовать жалость в своем сердце. Он несколько раз хотел силой увести ее, но ничего не мог с этим поделать, ему отчаянно хотелось остаться. К счастью, хотя горный хребет был пуст, крики маленького тигра не могли уйти слишком далеко. Когда два гигантских зверя были полностью истощены, возможно, потому что они слишком устали, маленький тигренок наконец успокоился в руках Ян Цзюньшаня. Было уже поздно, так что Чжан Юэмин и остальные отдыхали. На второй день Чжан Юэмин, казалось, догадался о причине, по которой горный тигр развернулся, чтобы прибыть в седло, поэтому он начал искать везде в седле. Он потратил около половины дня, чтобы найти логово горного тигра на скале, но в конце концов, все молодые люди вернулись разочарованными. Не долго после того, как группа молодых людей покинула седло, Ян Цзюньшань принес тигренка обратно в седло. Он похоронил в куче пепла и сделал отметку большим камнем. Эта бухта была скрытной с самого начала, так что если бы Ян Цзюньшань и Ян Цзюньшань не следовали за медведем беговой дорожки, Чжан Юэминю было бы нелегко найти это место, даже если бы у него в руке был талисман бабочки. Но теперь, когда Чжан Юэмин и остальные закончили обыск этого места, было маловероятно, что они вернутся в это место, поэтому этот кол был чрезвычайно подходящим для Ян Цзюньшаня, чтобы спрятаться в течение следующих нескольких дней. Неся маленького тигра обратно на каменную арену, Ян Цзюньшань очистил грязный воздух внутри пещеры и использовал немного сухой травы, чтобы сделать удобную подушку для маленького тигра. Только тогда Ян Цзюньшань подошел к каменной стене с западной стороны пещеры. Слабая и своеобразная аура внутри пещеры исходила из-за каменной стены, и место, где в пещере обитал горный тигр, тоже находилось под каменной стеной. Трава, которую Ян Цзюньшань положил для маленького тигра, была также перед каменной стеной, и эта каменная стена была источником демонической ауры в пещере. Этот кусок каменной стены был около одного Чжана высотой,и под ним было бесчисленное количество трещин. Возможно, это было из-за роста корней деревьев за пределами пещеры, но трещины были заполнены грязью. Однако, если бы кто-то внимательно наблюдал за каменной стеной, они обнаружили бы следы грязи на стене из-за просачивания воды. Однако на каменной стене не было никаких трещин, заполненных грязью. Глядя на каменную стену перед собой, Ян Цзюньшань самодовольно рассмеялся, на его лице появился оттенок возбуждения. Затем он схватил лист и вытер грязь о каменную стену. Когда засохшая грязь брызнула вниз, на каменной стене появился горный Тигр с простыми линиями и яркими очертаниями. Глаза горного Тигра были широко раскрыты от гнева, окровавленная пасть полуоткрыта, передние лапы слегка согнуты, а тело слегка откинуто назад, словно он был готов в любой момент напасть на свою жертву. Ян Цзюньшань продолжал очищать пятна грязи на каменной стене, а за диаграммой были выметены еще три фрески горного монарха с разными фигурами. Хотя четыре фрески были разными, выражение лица монарха на каждой из них выглядело так, как будто они собирались поглотить их, и внезапно появилась яростная и гнетущая аура, как будто горный Монарх на каменной стене собирался наброситься на него в любое время. Ян Цзюньшань продолжал счищать грязь с каменной стены. Под четырьмя наборами фресок очень быстро появились четыре набора горных монархов, и эти четыре набора горных монархов отличались от тех, что были выше: первые четыре картины были другими, но выражения горных монархов были все очень похожи, и каждый из горных монархов был агрессивным. Движения четырех горных монархов внизу также отличались, но все они убрали свои когти и клыки, придавая им величественное поведение, которое позволяло им смотреть вниз на всех. Каждый из них имел четыре различных набора диаграмм. Когда Ян Цзюньшань увидел их в пещере ранее, они вызвали у Ян Цзюньшаня сильное потрясение, и были даже выше того факта, что он получил высший ранг Бессмертного медвежьего желчного пузыря. С точки зрения столетнего культиватора боевого царства в предыдущей жизни Ян Цзюньшаня, картина монарха восьми гор была на самом деле чрезвычайно глубокой тайной техникой закалки тела. Хотя Ян Цзюньшань никогда не видел секретную технику закалки тела высокого класса в своей предыдущей жизни, он знал технику закалки тела среднего класса, "кулак Земли". Хотя эти восемь диаграмм закалки тела изображали Горного Лорда, на самом деле, даже люди и демоны могли тренироваться в них. В конце концов, тела демонов все еще должны были трансформироваться в людей, поэтому тайные искусства закаливания тела между людьми и демонами были в основном взаимосвязаны. На самом деле, тайные искусства закаливания тела, созданные людьми, часто использовались для имитации движений тиранических зверей, таких как дикий кулак быка. Уровень культивации культиватора был подобен воде в резервуаре для воды. Уровень культивации, которого может достичь культиватор, зависит не только от размера резервуара для воды, но и от прочности резервуара для воды. Иначе, как только цистерна с водой лопнет, все будет в порядке. Поэтому, независимо от ранга, секретная техника закалки тела считалась чрезвычайно ценным существованием в мире культивирования. Мадам Ян была всего лишь маленькой надеждой, чтобы иметь секретную технику закалки тела низкого ранга, такую как бешеный кулак быка, уже считалась очень ценной. Даже спустя десятки лет, когда произошли великие изменения на небе и на земле, и когда все различные секты и кланы были вынуждены в силу обстоятельств, у них не было выбора, кроме как начать обмениваться техниками друг с другом, и большая часть техник, божественных способностей и тайных искусств потекла в мир культивации. Это было так же, как это было для Ян Цзюньшаня в то время, когда он был культиватором ордена Вайг в области боевых искусств, он уже считался счастливым, чтобы иметь возможность получить набор среднего класса лежа кулак. Что касается техники закалки тела высокого класса, это все еще было секретом, который не был передан. Согласно знаниям Ян Цзюньшаня, во всем Юйсяне только потрясенная небесами секта унаследовала набор техники закаливания тела, и требования к обучению были чрезвычайно жесткими. Тем не менее, вся потрясенная небесами секта рассматривала это как угрозу. Из этого можно было понять, насколько важна для культиваторов качественная техника закалки тела! В его прошлой жизни мир превратился в катастрофу. В мире культивирования ходили слухи, что после того, как культиваторы убьют некоторых из более сильных демонических зверей, они смогут найти секретные методы наследования или редкие сокровища, которые могут помочь демоническим зверям культивироваться в их пещере. Однако происхождение этих секретных приемов и сокровищ часто было довольно загадочным. Даже когда эти демонические звери принимали человеческую форму и становились демоническими культиваторами, они сохраняли свои секреты при себе и становились тайной в мире культивирования. Однако Ян Цзюньшань понимал, что могущественные культиваторы демонов, владевшие таинственным наследством, обычно первыми поднимались на вершину славы после великих перемен, произошедших с небом и землей. Таким образом, когда Ян Цзюньшань обнаружил тело горного тигра, которое было наполнено демонической ци, он предположил, что этот горный тигр должен был быть одним из первых демонических зверей, чтобы получить таинственное наследие и получить интеллект. Однако Ян Цзюньшань не помнил, что в его предыдущей жизни были какие-то тиранические демоны, которые обычно сидели на спине горного тигра, заставляя Ян Цзюньшаня быть немного разочарованным. Однако, думая о битве между двумя зверями в седле, если бы не помощь Ян Цзюньшаня, горный Тигр уже умер бы под руками медведя беговой дорожки, а это означало, что этот горный Тигр уже был убит медведем беговой дорожки, прежде чем он даже стал демоном. На самом деле догадка Ян Цзюньшаня оказалась верной. Внутри пещеры горного тигра, появление набора высококачественных тайных искусств закаливания тела даже временно сделало Ян Цзюньшань неспособным поверить в это. Испытав первоначальное волнение, Ян Цзюньшань быстро успокоился. Он понимал, какой шум поднимет эта секретная техника закалки тела, если она появится в мире культивирования. Тем не менее, он был удивлен, что вещи здесь не были обнаружены горными стражами секты потрясенных небес. Однако он сразу же подумал о Чжан Юэмин и других, которых заманил Су Баочжан. Как только они обнаружат намерения Су Баочжана, они обязательно вернутся. Как он мог спрятать эти восемь рисунков? Ян Цзюньшань хотел выкопать эти восемь рисунков, но у него не было инструментов. Даже если бы он это сделал, как он мог вынести эти рисунки из загона? Именно в этот момент Ян Цзюньшань заметил линии грязевых пятен в расщелинах под каменной стеной, которые были вызваны утечкой воды. Таким образом, он небрежно помешал немного грязи на каменной стене с помощью чайника, и это было правдой, что эти молодые люди ничего не обнаружили после входа в пещеру. Однако на этот раз это было потому, что Ян Цзюньшань скрыл фрески, так почему же в своей предыдущей жизни он никогда не слышал о том, чтобы Чжан Юэмин получил этот набор тайных искусств закаливания тела, но вместо этого не смог выполнить требования по культивированию техники закаливания тела высокого ранга, переданной в секте потрясенных небес, и поэтому у него не было выбора, кроме как культивировать технику закаливания тела среднего ранга для закаливания тела. Единственная возможность заключалась в том, что Чжан Юэмин не обнаружил эту пещеру. Возможно, причина была в том, что после того, как этот горный тигр был убит, его труп унес Бегущий медведь или даже съел. Поэтому, когда Чжан Юэмин выследил горного тигра до седла, он подумал, что этот горный тигр проходил мимо этого места раньше и быстро преследовал его в других местах. После того, как он решил этот вопрос, Ян Цзюньшань мог, наконец, расслабиться и использовать эту пещеру в качестве своего места культивации в течение следующих нескольких дней. До закрытия ограды Баньян-Маунтин оставалось еще пять дней. Ян Цзюньшань, который уже получил два высококачественных бессмертных духа и три средних качества, был полностью уверен, что в горах Баньян нет лучших бессмертных духов. Вместо того, чтобы рисковать своей жизнью, чтобы найти несколько низкокачественных, было бы лучше просто спрятаться в этой пещере и культивировать до конца охоты. Более того, когда молодой человек, участвующий в бессмертной охоте, выйдет из горы Баньян, его наверняка тайно осмотрят культиваторы, охраняющие гору. В это время Ян Цзюньшань не имел возможности скрыть его от трех культиваторов боевого царства, и определенно не поверил бы, что культиваторы, охраняющие гору, на самом деле будут наблюдать за пятью бессмертными духами высокого класса, парой бессмертных духов среднего класса и дорогим желтым бессмертным духом, которых забрал двенадцатилетний мальчик, который мог участвовать только в третьем раунде охоты. ---------- Том 1 Глава 30 Глава 30 - крадущиеся тигры Хотя загон для бессмертных духов был известен как способность молодого культиватора охотиться на бессмертных духов, если Ян Цзюньшань выведет так много бессмертных духов из загона, было очень вероятно, что он будет тайно схвачен несколькими культиваторами-хранителями. Кроме того, не было никакого способа назвать его несправедливым, даже если бы он вывел фон прямого потомка семьи Ян в округе Чэнью, это было бы совершенно бесполезно. Появление бессмертного духа класса фойг в третьем раунде охоты было ошибкой со стороны хранителя горы. В то время, забудьте о печально известной семье Ян из округа Чэнью, даже убить Ян Цзюньшань на месте было бы легко для них. Поскольку это было так, Ян Цзюньшань все еще ставил своей целью охоту на небесного духа высшего класса, естественно, это было потому, что у него был метод скрыть метод получения небесного духа высшего класса. Этот метод был также очень прост, он состоял в том, чтобы вызвать второго небесного духа, который позволил бы Ян Цзюньшань продвинуться в своем смертном царстве в оставшиеся пять дней. Изначально метод культивирования на этой стадии был более или менее одинаковым, требовался период времени, чтобы измельчить вещи, и даже с помощью бессмертного духа это было еще далеко от того, что можно было достичь всего за пять дней. Кроме того, в процессе культивации культиватор постепенно очищал бессмертный дух вне своего тела, так что, когда горные земли Баньяна были закрыты, Ян Цзюньшань не мог скрыть пять бессмертных духов. Однако Ян Цзюньшань знал о секретной технике. Возможность использовать секретную технику для помещения бессмертного духа в свое тело не только значительно сэкономит время при вызове бессмертного духа, но и позволит ему временно скрыть свое собственное развитие. Пока бессмертный дух не будет полностью очищен и культиватор не достигнет Великого круга второго уровня, только тогда культиватор сможет показать истинные характеристики второго уровня царства смертных. В его прошлой жизни небо и земля резко изменились. Для того, чтобы человеческие культиваторы боролись с бедствием, у них не было выбора, кроме как создать много секретных методов и способностей, чтобы сократить время, необходимое для культивирования. Это было чрезвычайно эффективно, и почти не было побочных эффектов. Но даже если бы он использовал эту технику, для Ян Цзюньшаня было бы невозможно завершить второй уровень царства смертных всего за пять дней, но важно то, что если бы он использовал эту технику, небесный дух, который Ян Цзюньшань использовал, чтобы пробудить его духовное отверстие, был бы скрыт в его теле, не будучи обнаруженным. Правой рукой он достал из колчана стрелу из Железного пера, а левой ощупал щель между позвоночником, Ян Цзюньшань стиснул зубы и изо всех сил толкнул стрелу из Железного пера в щель. Ян Цзюньшань втянул в себя полный рот холодного дыхания, а холодный пот стекал по его лбу. Однако он все же без колебаний вытащил стрелу, пронзившую его череп, и вслед за этим из раны хлынула свежая кровь. Сильная боль не могла ни в малейшей степени повлиять на последующие движения Ян Цзюньшаня. Его левая рука нащупала оба конца раны и внезапно вытолкнула наружу, пока рана была открыта, он бросил железную оперенную стрелу правой рукой прямо в рану. Трехдюймовая зубная фея тигра имела дугообразную форму, но рана, нанесенная железной стрелой, была прямой. Ян Цзюньшань прямо толкнул зубную фею тигра на две трети через трещину на стороне его позвоночника, в результате чего внутренняя часть раны была разорвана во второй раз. Пронзительная боль заставила все тело Ян Цзюньшаня задрожать, но он все еще сжимал зубы, и единственное, что он мог слышать, было низкое ворчание, которое непрерывно отражалось в пещере. Он осторожно приложил его к ране на спине. Поскольку он не мог видеть сцену позади себя, он не мог не коснуться раны снова, заставляя Ян Цзюньшань морщиться от боли. Из двух бессмертных духовных полостей в теле Ян Цзюньшаня одна находилась в желчном пузыре, а другая - на позвоночнике. Это было также причиной, почему Ян Цзюньшань был так сосредоточен на получении небесного духа кости тигра, этот вид духовной Вены был чрезвычайно подходящим для бессмертных духовных полостей Ян Цзюньшаня, расположенных в его позвонках. Что касается появления медведя беговой дорожки, то это было полностью вне ожиданий Ян Цзюньшаня. Тем не менее, возможность собрать качественную Небесную медвежью желчь, которая была совместима с другим небесным эликсиром, была совершенно неожиданным сюрпризом. После того, как бессмертный дух был извлечен из заботливой матери, духовная энергия, содержащаяся внутри, быстро сжималась и затвердевала, образуя кусочки Хрустального нефрита, подобные бессмертной сущности. В этот момент высококачественный желчный пузырь бессмертного духа медведя в руке Ян Цзюньшаня застыл в маленьком, плоском, Овальном черном нефритовом теле. Уложив рану на спину, Ян Цзюньшань снова поднял стрелу из Железного пера, которую он выбросил, и очистил ее. Он не мог не вздохнуть, храбрость высокосортного Духа медведя, несомненно, была неожиданной радостью, но теперь у Ян Цзюньшаня не было выбора, кроме как принять еще одно членовредительство. После того, как он легко сломал древко стрелы, Ян Цзюньшань укусил древко стрелы и подтвердил расположение оборудования в его животе, как будто он принял решение, он собрал свое мужество и вырезал отверстие длиной в дюйм в своем животе, но на этот раз он не положил дух медвежьей желчи в рану, но использовал железную оперенную стрелу, чтобы сильно ударить по куску сущности Духа. Со звуком" хлоп " поверхность нефритовой сердцевины разлетелась вдребезги, и из нее полилась светло-золотистая вязкая жидкость, капля за каплей попадая в рану. Эта вязкая жидкость была истинной сущностью бессмертного духа медвежьей желчи. Вообще говоря, если бы липкая сущность небесного духа медвежьей желчи была желтовато-зеленой, это был бы низкосортный бессмертный дух самого низкого качества; если бы он был чернильно-черным, это был бы бессмертный дух среднего класса; и как только он был окрашен в слой золота, качество бессмертного духа медвежьей желчи перескочило бы к высокосортному, и чем плотнее золото, тем выше качество; были даже слухи, что как только медвежья желчь стала золотой, это был бессмертный дух класса среди тысяч. Бессмертная сущность медвежьей желчи в руке Ян Цзюньшаня была лишь слегка золотистого цвета, но она только что достигла порога высокого уровня бессмертного духа и могла считаться только среднего качества. Однако каждый раз, когда капля высокосортной духовной эссенции попадала в рану, лицо Ян Цзюньшаня искажалось от боли, и все его тело дрожало. После того, как сущность Небесного медвежьего мужества капнула все это в рану, золотой духовный свет просочился из раны, смешиваясь с кровью и протекая вдоль раны. Мгновение спустя вся рана затвердела в струп, но Ян Цзюньшань все еще с тревогой наклеивал на рану другое лекарство. После потери большого количества крови, лицо Ян Цзюньшаня стало чрезвычайно бледным, сила, которую он накопил в своем теле, начала изливаться подобно потоку, и постоянно использовал две секретные техники, чтобы подавить себя. В тот момент, когда каждый из бессмертных духов проник в окрестности отверстия бессмертного духа в его теле, они проглотили все нити Ци Духа Земли Вуту, которые Ян Цзюньшань так усердно культивировал, и все его тело рухнуло на землю, как тесто. В это время, независимо от того, кто нашел эту пещеру, Ян Цзюньшань мог только ждать, чтобы быть убитым. Ян Цзюньшань не мог удержаться от Горького смеха, он все еще был неосторожен. Первоначально Ян Цзюньшань думал, что его тело может полностью выдержать эту атаку и использовать "искусство очищения крови", его первоначальный план состоял только в том, чтобы убить горного тигра и получить небесный дух кости тигра. Тем не менее, неожиданное появление медведя беговой дорожки и приобретение высокого класса медвежьей желчи небесного духа заставило Ян Цзюньшаня не иметь выбора, кроме как изменить свой первоначальный план. Чтобы избежать каких-либо непредвиденных событий, он должен был рискнуть и использовать "технику вызова духа очищения крови" дважды в своем теле, и подтолкнуть свое тело к краю коллапса. Не было ничего, что могло быть сделано. Если было сказано, что бессмертный дух среднего класса Ян Цзюньшань мог скрываться от культиваторов, охраняющих потрясенную небесами секту, то аура бессмертного духа высокого класса в глазах культиватора боевого царства была такой же ослепительной, как свет свечи в темноте. Для того, чтобы получить два высших бессмертных духа, у Ян Цзюньшаня не было выбора, кроме как пойти на риск. Оставалось всего пять дней, и он надеялся, что этого будет достаточно. Ян Цзюньшань, который опирался на каменную стену, в настоящее время упорно работал, чтобы распространить "духовное искусство Вуту", пытаясь поглотить слабую духовную энергию, которая проникла в его тело, чтобы он мог завершить первую циркуляцию техники культивирования. Однако каждый раз, когда духовная энергия в его теле с силой поглощалась и направлялась в окрестности двух свитков при поддержке Духовного искусства Вуту, Ян Цзюньшань чувствовал, как две большие горы падают с неба, заставляя духовную энергию, которую было нелегко циркулировать, становиться еще более неясной в его теле. Ян Цзюньшань пролежал на земле целых четыре часа, но духовное искусство Вуту на самом деле не преуспело даже после полного цикла. Как только Ян Цзюньшань почувствовал себя крайне обескураженным, он, пытаясь привести в порядок свое тело, невольно взглянул на диаграммы восьми горных монархов на каменной стене над его головой. Сердце Ян Цзюньшаня яростно подпрыгнуло дважды, когда он быстро поднял голову, чтобы внимательно изучить восемь фресок горного Лорда с различными выражениями. Осмотрев их одну за другой, его взгляд наконец остановился на третьей из четырех фресок, возглавляемых изображением горы тигра. Это изображение Крадущегося тигра. Царь ста зверей, которые должны были бы рычать в лесу, как тигры, и командовать зверями, теперь лежал в траве под деревом. Выражение его лица даже несло след легкости и спокойствия. Ян Цзюньшань внимательно смотрел на фрески ,духовное искусство Вуту внутри его тела все еще непрерывно пыталось циркулировать, но на этот раз он намеренно пропустил что-то во время процесса. Слабая демоническая энергия, которая первоначально распространялась от каменных стен, была фактически поглощена в его тело через его духовные искусства и смешалась чистой духовной энергией, которую Ян Цзюньшань собирал снова и снова. Как будто его сильно ударили по голове, Ян Цзюньшань внезапно откинул голову назад. Крадущийся тигр, который был первоначально в его поле зрения, внезапно ожил, и лучи света начали циркулировать внутри тела Крадущегося тигра. В то же время они, казалось, были глубоко запечатлены в сознании Ян Цзюньшаня. В конце концов, свет, циркулирующий в теле Крадущегося тигра, сформировал полный цикл, и Ян Цзюньшань также уклонился от полного движения закалки тела. Ян Цзюньшань сделал все возможное, чтобы расположить свое тело на манер притаившегося тигра на фреске. Рана, которая первоначально обильно кровоточила, снова начала источать следы крови, но он не заботился об этом вообще, и после размещения своего тела должным образом, он начал циркулировать духовную энергию, которая была поглощена в его тело через его тело в соответствии с маршрутом, записанным в его уме. Первоначально кровоточащая рана вдруг начала слегка подрагивать,и мышцы с обеих сторон начали сдавливаться. ---------- Том 1 Глава 31 Глава 31-Вызов Духа На этот раз сгущенная духовная энергия в его теле была наполнена демонической энергией. Он не знал, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы изгнать все это! Ян Цзюньшань тайно вздохнул, это было вынужденное действие, он изначально планировал завершить "искусство очищения крови духа" и продвинуться в "Царство Бессмертного призыва", прежде чем принять наследство карты восьми монархов на каменной стене. Таким образом, даже если он должен был поглотить дух демона Ци в качестве медиума, чтобы быть в состоянии принять таинственное наследие восьми картин, с продвинутой культивацией Ян Цзюньшаня в вызове духа, было бы намного легче изгнать дух демона Ци, который слился в его теле. К сожалению, Ян Цзюньшань развязал "искусство очищения крови Духа" дважды подряд, почти подталкивая свое тело к краю краха. Чтобы плавно распространить "духовное искусство Вуту" в своем теле, Ян Цзюньшань не имел другого выбора, кроме как поглотить демоническую энергию, испускаемую каменной стеной, прежде чем он продвинулся в "духовную сферу призыва духа", и насильно принять наследство закалки тела от каменной стены, которая вела к горе, чтобы спасти свое тело, которое было на грани краха. Хотя Ян Цзюньшань никогда не был достаточно удачлив, чтобы получить эти таинственные наследства клана демонов в своей предыдущей жизни, он слышал, как люди говорили о них не раз. Способ, которым культиватор хотел получить эти наследства клана демона, был чрезвычайно прост, и это заключалось в поглощении определенного количества энергии демона во время культивирования и смешивании ее с энергией Духа в его теле. Однако демоническая Ци отличалась от духовной энергии, которую поглощают культиваторы. Человеческие культиваторы не были похожи на демонических зверей, и когда демоническая Ци смешивалась в теле культиватора, они не могли видеть много в течение короткого периода времени, но с увеличением их культивирования, демоническая Ци становилась все сильнее и сильнее, как личинки в костях человека. Также становилось все труднее и труднее изгнать его из тела культиватора, и после пересечения сферы боевых искусств демоническая Ци полностью сливалась с культиватором и становилась наполовину человеческим монстром. После наследования диаграммы лежащего тигра Ян Цзюньшань начал практиковать "духовное искусство Вуту", которое должно было циркулировать черепашью скорость в его теле. Бесконечное количество духовной энергии, пройдя через расположение двух духовных полостей в его теле и желчном пузыре, наконец-то смогло циркулировать через эту маленькую трещину под горным давлением. Возможно, это было потому, что в его теле было много демонической энергии, но по мере того, как Ян Цзюньшань непрерывно перемещал духовную энергию в своем теле, циркуляция "духовного искусства Вуту" стала более гладкой. И когда "духовное искусство Вуту" завершило полный цикл в теле Ян Цзюньшаня с чрезвычайным трудом, Ян Цзюньшань мгновенно почувствовал, как его тело дрожит. Из расположения двух бессмертных полостей два густых и плотных потока духовной энергии, словно растаявший снег на снежной горе, торопливо устремились вниз с вершины горы и с грохотом обрушились на две бессмертные полости. Плотная духовная энергия трансформировалась в горный поток и устремилась в духовное отверстие, но два духовных отверстия не двигались вообще. Вместо этого они заставили бурлящую духовную энергию разбиться на куски и устремиться по меридианам в его теле, в результате чего духовная энергия, циркулирующая упорядоченным образом, превратилась в хаос. Это столкновение заставило разум Ян Цзюньшаня дрогнуть, полный цикл духовной энергии, которую он кропотливо создавал в своем теле, почти разрушился. Однако Ян Цзюньшань не был встревожен и вместо этого был счастлив, он с тревогой собрал свой ум и использовал все свои силы для поддержания циркуляции духовной энергии в своем теле, и в то же время использовал силу духовного искусства Вуту, и упорно работал, чтобы соединить два потока плотной духовной энергии в своих меридианах, в результате чего духовная энергия, накопленная в теле Ян Цзюньшаня, значительно увеличилась. С добавлением этой духовной энергии циркуляция духовных искусств в теле Ян Цзюньшаня стала еще более мощной. И каждый раз, когда духовные искусства в его теле циркулировали в течение полного цикла, два потока духовной энергии изливались из двух бессмертных сущностей, встроенных в его тело, и нападали на духовные сущности один раз. После разрушения они рассеивались по его меридианам, сливаясь с духовной энергией самого искусства духа, постепенно усиливая духовную энергию в его теле. Сущность духовной энергии в двух высших бессмертных духах была расплавлена богатой энергией земного духа в теле Ян Цзюньшаня, что также означало, что Ян Цзюньшань успешно пробудил свой бессмертный дух, и его развитие также успешно перешло на второй уровень царства смертных. Однако, поскольку две феи, которых пробудил Ян Цзюньшань, были высокосортными бессмертными духами, даже при том, что каждый раунд транспортировки был в состоянии поглотить плотное количество бессмертной духовной сущности в его тело, духовная энергия, которая циркулировала внутри двух фей, все еще испускала горное чувство, как будто желая полностью слиться с двумя феями, достигая вершины сферы вызова духа, был долгим и длительным процессом. Первоначально процесс вызова бессмертных духов был для культиваторов либо держать их в руках, либо говорить о них. После этого они будут медленно практиковать свои методы культивирования, чтобы постепенно усовершенствовать их, заставляя сущность в бессмертном духе постепенно сливаться с духовной энергией в их телах. Хотя этот процесс был медленнее, чем после того, как Ян Цзюньшань раскрыл свою секретную технику, он все же был лучше, чем весь процесс культивации, который был подобен легкому ветерку и мелкому дождю, и не влиял непосредственно на духовную энергию в теле культиватора, и не влиял на духовную энергию в теле. Это было еще более невозможно для Ян Цзюньшаня, чтобы сделать это так, потому что каждый раз, когда он расплавлял немного Небесной сущности, он должен был думать о том, чтобы использовать его, чтобы прорваться. Однако, как только Ян Цзюньшань сможет должным образом справиться с опасностями, вызванными этой тайной техникой в процессе вызова бессмертных духов, в будущем, это будет иметь большую пользу для него в открытии его бессмертных полостей и продвижении на третий уровень царства смертных. Если культиватор не сумел накопить достаточно духовной энергии во время стадии духовного призыва, то для него было бы невозможно прорваться через барьер духовного котла и полностью открыть духовный котел. Однако все они пытались прорваться на третий уровень царства смертных, пытаясь открыть свои собственные духовные пустоты. У них не было другого выбора, кроме как тратить больше времени на воспитание своей духовной энергии и накапливать силу для перехода на третий уровень царства смертных. Ян Цзюньшань использовал секретную технику, чтобы наполнить свое тело бессмертной духовной сущностью. Каждый раз, когда его бессмертная духовная сущность таяла, она подвергалась сильному воздействию, и когда бессмертная духовная сущность полностью таяла и развитие Ян Цзюньшаня достигло завершенной стадии вызова бессмертных духов, его бессмертные духовные полости уже давно были ослаблены от бесчисленных атак бессмертной духовной сущности. В то время Ян Цзюньшань мог также хранить достаточно мощную духовную энергию с его двумя высококачественными бессмертными духовными сущностями, поэтому открытие его бессмертных духовных полостей было бы в два раза сложнее. К тому времени, когда Ян Цзюньшань очнулся от своего культивирования, прошел еще один день. До закрытия лагеря на горе Баньян оставалось всего четыре дня, и Ян Цзюньшань повезло не так уж сильно. Когда он был в самом слабом состоянии, никто не узнал о пещере, в которой он сейчас находился. В это время тело Ян Цзюньшаня было еще слабым, но уже не таким, как вчера, когда даже легкое движение истощало всю энергию в его теле. Ян Цзюньшань взглянул на две раны на его теле, оставив только дюймовую царапину на животе, а затем, зубная фея тигра, которая была первоначально выставлена за пределы его кожи, казалось, немного уменьшилась. Ян Цзюньшань вздохнул с облегчением. Судя по всему, секретная техника была успешно применена, но все это благодаря изображению Крадущегося тигра. Иначе Ян Цзюньшань не смог бы так быстро восстановиться. Ян Цзюньшань что-то бормотал себе под нос, но в конце концов не принял наследство остальных семи картин. Его тело еще не полностью восстановилось, так что в это время, если он примет наследство остальных семи картин, он определенно поглотит еще больше духовной Ци демона, в любом случае, он уже был здесь. Ян Цзюньшань ясно ощущал слабую демоническую энергию, которая исходила от каменной стены, окружающей тело маленького тигра, и как дыхание маленького тигра медленно просачивалось в его тело. Это был инстинкт самосовершенствования демонического зверя. С течением времени демоническая энергия, хранящаяся внутри детеныша, полностью раскрывала его духовную мудрость, превращая его в демонического культиватора, который знал, как культивировать самостоятельно. В его предыдущей жизни ходили слухи, что все эти знаменитые местные демоны уже активизировали свою духовную мудрость для развития до того, как на небе и на Земле произошли великие перемены. Хотя маленький тигр был еще новорожденным, он уже начал поглощать демоническую энергию для своего инстинктивного развития. Еще через два дня, с помощью диаграммы Крадущегося тигра, тело Ян Цзюньшаня восстановилось чрезвычайно быстро. Хотя его лицо все еще было бледным от потери крови, он уже полностью закрепил вторую стадию своего развития, и только легкая красная линия осталась на ране на животе. Бессмертный дух тигрового клыка на его спине тоже медленно таял, исчезая под кожей. Ян Цзюньшань сразу почувствовал, что все его тело наполнено энергией. Он был абсолютно уверен, что как только две раны на его теле полностью заживут, сила его тела определенно достигнет новой высоты. Однако в это время Ян Цзюньшань сердито смотрел на своего названого брата, который стоял перед ним. Эта маленькая штучка лениво лежала на траве, ее поза была точно такой же, как на картине скорчившегося тигра на каменной стене. Однако то, что Ян Цзюньшань был зол, естественно, не это, но рюкзак, который он положил в сторону ранее, уже был превращен в беспорядок. Из трех медвежьих лап, первоначально положенных рядом с ним, осталось только две, и даже если бы он не спросил ту, что была потеряна, он мог бы сказать, что она уже достигла пасти невинного тигренка, который стоял перед ним. -Ты, ты, маленький ублюдок, эта медвежья лапа стоит, по крайней мере, одного камня духовной долины, по крайней мере, десяти нефритовых монет, как ты можешь вот так ее есть!" Ян Цзюньшань шагнул вперед и убрал соломенный тюфяк под маленького тигренка, обнажив несколько оставшихся костей. Этот малыш действительно умел прятать улики, маленький тигренок издал два звука "АО-АО-АО", как будто слегка смутился. Это было также из-за небрежности Ян Цзюньшаня. Чтобы наилучшим образом использовать свое время для развития и укрепления своей бессмертной сферы призыва, он не смог контролировать этого маленького тигра целых три дня. Под напором голода маленький тигренок, у которого не было возможности охотиться на других, не смог устоять перед искушением вытащить из рюкзака медвежью лапу. В конце концов, он мог оставить Ян Цзюньшань только два детеныша, потому что маленький тигренок не мог съесть их. Однако одна пухлая лапа весила не меньше дюжины фунтов, почти столько же, сколько и сам детеныш. Как он мог столько съесть за два дня? Однако живот у малыша был круглый, и всего за два-три дня его тело выросло почти до фута в длину. Казалось, что есть жирную медвежью лапу было приемлемо. "Хорошо, теперь нам нужно пойти на прогулку и сделать некоторые приготовления, чтобы покинуть гору Баньян!" Положив колчан и рюкзак обратно, Ян Цзюньшань держал в руке большой резной лук и сказал маленькому тигру: ---------- Том 1 Глава 32 Глава 32-Зерновые Камни Прежде чем покинуть пещеру, Ян Цзюньшань использовал стрелу из Железного пера, чтобы полностью уничтожить восемь старых фресок на каменной стене. Только маленькая тигрица, стоявшая позади него, склонив голову набок, смотрела на Ян Цзюньшаня с сомнением в глазах, словно не понимая, зачем Ян Цзюньшань это делает. Как только восемь старых фресок были уничтожены, слабая демоническая ци, которая первоначально испускалась из каменной стены, внезапно исчезла. Ян Цзюньшань также помог округу ликвидировать источник аварии. Хотя Ян Цзюньшань еще не полностью восстановился, успешное продвижение в Царство Бессмертного призыва все еще позволяло ему значительно увеличить свою силу. Среди всех молодых культиваторов, которые отправлялись в горы на охоту за небесными духами, силу Ян Цзюньшаня можно было считать непобедимой. К сожалению, в это время все тело Ян Цзюньшаня осталось только с этим большим резным луком и горшком наполовину железных стрел, и он мог бежать только тогда, когда встретил Чжан Юэминя и остальных. После того, как он положил маленького тигра обратно в рюкзак, Ян Цзюньшань, который вышел из пещеры, мог еще больше почувствовать различные чувства, вызванные увеличением его культивации. Как будто зрение его прояснилось, а слух обострился. Извлекая следы, оставленные группой Чжан Юэмина из бухты, Ян Цзюньшань попытался догнать следы, оставленные этими людьми. К сожалению, ему потребовалось больше полдня, чтобы догнать их и исчезнуть вдоль края горного ручья. После этого Ян Цзюньшань попытался самостоятельно отыскать логово медведя беговой дорожки. К сожалению, в ситуации, когда не осталось следов, по которым можно было бы идти, желание найти логово бегущего медведя в горах Баньян ничем не отличалось от поиска иголки в стоге сена. Хотя Ян Цзюньшань чувствовал, что это бесполезно, в конце концов, у него не было выбора, кроме как сдаться. Горный Тигр и Бегущий медведь уже начали свою демонизацию. Поскольку гнездо горного тигра имело наследство клана демона и источник демонической энергии, означало ли это, что гнездо бегового медведя также имело подобное наследство? Чтобы найти наследие медведя беговой дорожки или уничтожить возможный источник демонической энергии, Ян Цзюньшань должен был найти логово медведя беговой дорожки. К сожалению, Ян Цзюньшань был не в состоянии объяснить этот вопрос другим, и тем более, невозможно было дать всем знать о наследстве демонического клана. Так как он не мог найти гнездо медведя беговой дорожки, Ян Цзюньшань случайно нашел гнездо горных буровых крыс. Горные буровые крысы могли в лучшем случае считаться низкоуровневыми злобными зверями, но сами по себе они не рождали небесных духов. Однако в гнезде горных буровых крыс удалось найти небесного духа низкого уровня под названием "пищевой камень". В процессе сбора пищи они полагались на свои инстинкты, чтобы транспортировать некоторые продукты, богатые духовной энергией, в свои гнезда для хранения. Со временем сущность духовной энергии в этих продуктах начала собираться и конденсироваться, образуя зеленый камень-подобный кристаллу, который был низкосортным духовным энергетическим "камнем зерна". Однако было нелегко успешно взращивать такого рода низкопробный бессмертный дух. Во-первых, в гнезде горной крысы нужно было хранить достаточно пищи, а также много видов и в то же время много времени. Наконец, все эти продукты были богаты духовной энергией. Эти бессмертные духи были в основном найдены в крысиных гнездах, которые передавались из поколения в поколение. Там были старые гнезда, которые были обнаружены в течение длительного времени, и некоторые гнезда, которые были обнаружены, могли иметь многолетнюю историю. По его мнению, гнездо горной крысы, которое обнаружил Ян Цзюньшань, должно быть группой крыс, которые не так давно разделились на группы. Их гнездо будет иметь самое большее несколько лет истории, так что им будет трудно воспитать бессмертный дух. Однако, поскольку он уже нашел след, он должен был преследовать его, несмотря ни на что. Он боялся всего, что могло обернуться не так. Хотя они тоже были злобными зверями, их храбрость была очень мала. Однако если бы их загнали в угол, это было бы хлопотно, если бы там была группа из десяти или даже дюжины горных Буров. После обнаружения пещеры, которая была создана горным буром, Ян Цзюньшань начал обыскивать окрестности. Очень быстро он нашел еще несколько пещер, которые мог использовать Горный бур, но Ян Цзюньшань искал только бессмертных, а не захватил их всех. Через несколько мышиных нор он определил примерное расположение логова, а затем начал копать в мышиной норе, ближайшей к логову. Очень быстро Горный Бур, находившийся в пещере, заметил движение, и оттуда выскочила жирная серая крыса размером с котенка. Зловоние крови распространилось, и в горной дрели быстро появилось возмущение, в это время было ясно, что Ян Цзюньшань не имел преимущества блокировать все отверстия, но эти крысы все разбежались, и около двадцати из них побежали в разных направлениях. В то время как Ян Цзюньшань продолжал рыть ямы, он также обратил внимание на горную Дрель, которая вырвалась из нор окружающих мышей. Он понял, что эти горные буры выглядели очень пухлыми, и это можно было считать хорошим сигналом. Горная дрель зверя, который имел сильное чувство опасности. Их инстинкт хранить пищу побудил их едва выжить даже без безопасного хранения пищи. Поэтому, чтобы определить, достаточно ли богато гнездо Горного сверла для хранения пищи, нужно было просто посмотреть, достаточно ли жирно гнездо Горного сверла. Если гнездо Горного дрилла было достаточно сильным, чтобы есть, то пища в гнезде была достаточно богатой, чтобы заставить их чувствовать себя непринужденно, и чем богаче пища, тем выше шансы на то, что они сгустят бессмертный дух. Горцы, разбежавшиеся во все стороны, поняли, что опасность исчезла, и начали возвращаться. Писк писк звуки непрерывно звучали вокруг Ян Цзюньшань, пытаясь запугать человека, который разрушал их дом. Однако ни у кого из них не хватило смелости взяться за руки, чтобы напасть на Ян Цзюньшань. Наконец, после обрушения слоя грязи, перед Ян Цзюньшанем появилось трехфутовое гнездо, и различные виды пищи, хранящиеся внутри, практически заполнили все гнездо. Ян Цзюньшань прикинул, что в нем было не меньше двух камней высотой. Не обращая внимания на более тревожные крики десятков горных Буров, Ян Цзюньшань использовал стрелу из Железного пера, чтобы копаться в куче еды перед ним. Когда куча еды была извлечена, разочарование на лице Ян Цзюньшаня стало более плотным. Он знал, что даже сменив несколько сотен килограммовую кучу еды на совершенно новый кусок земли, он все равно не мог найти никакой надежды на победу. Хотя он знал, что его шансы на победу невелики, Ян Цзюньшань все еще чувствовал себя немного жалко. Он небрежно бросил стрелу на землю, но неожиданно, стрела прямо влетела на фут или около того в землю. - Воскликнул Ян Цзюньшань. Это не могло быть так, потому что после того, как его развитие продвинулось, его сила увеличилась до такой степени! Когда слой земли на земле провалился, перед глазами Ян Цзюньшаня снова появилось гнездо для хранения еды длиной в фут. Группа горных буровых крыс, которые поначалу шумели в окрестностях, внезапно остановилась. Это оказалось двойное логово. Эта группа мышей была очень умной! Ян Цзюньшань ахнул от восхищения, но все же начал без колебаний рыться в еде на нижних уровнях логова. Очень быстро железное перо стрелы в его руке нашло что-то и выкатило это из кучи семян растений, корней и орехов. Нефритово-зеленый кристалл был круглым, и по мере того, как он продолжал катиться по земле, свет в нем начал циркулировать. Это был низкосортный Бессмертный камень зерна, который был сделан из сущности многочисленных растений. Увидев, что Ян Цзюньшань развернулся и ушел, и что большая часть пищи в разрушенном гнезде действительно не испытывала недостатка, группа горных Буров немедленно бросилась назад, как рой пчел. Они начали создавать новое гнездо под оригинальным, а затем переместили всю еду в новое гнездо для хранения. Он посмотрел на небо и увидел, что до ограждения горы Баньян осталось еще больше половины дня. Ян Цзюньшань взвесил орехи в руке и подумал, что ему должно хватить времени, чтобы ими воспользоваться. Может, ему стоит осмотреться? Орех в руке Ян Цзюньшаня был семенем, образованным из какого-то куста. Этот вид ореха, с другой стороны, был только нормальным плодом. Этот тип гриба сам по себе не был волшебным, но он был сделан из травы низкого качества, которая могла использоваться для очистки лекарственных таблеток, и даже типа лекарственной таблетки. Ян Цзюньшань знал, что это был тип лекарственной травы, которая была чрезвычайно эффективна для культиваторов смертного царства среднего уровня, чтобы поднять их культивирование, и основным ингредиентом, используемым для его очистки, был этот вид гриба. Хотя сам Ян Цзюньшань знал только, как состряпать пилюли и ничего больше, эти травы духа можно было использовать для обмена на нефритовые монеты. Хотя это не была плантация травы духа, там все еще было много трав духа, растущих внутри. В прошлом, когда молодые земледельцы входили в горы Баньян, чтобы охотиться за бессмертными духами, они обычно собирали некоторые духовные травы и тому подобное, что можно было рассматривать как дополнительный урожай. Однако, возможно, это было из-за удачи Ян Цзюньшаня на этот раз, но он не нашел ни одной травы Духа во время своего пребывания в горе Баньян. В противном случае, с сотней лет опыта Ян Цзюньшаня, он никогда не пропустит ни одного. Теперь, когда он, наконец, нашел место с духовными травами, Ян Цзюньшань, естественно, не упустил бы этот шанс получить больше. Однако, как только Ян Цзюньшань повернул за холм и увидел вдалеке заросли кустарника, наполненные надеждой, издалека донесся тревожный крик: "Цзинцзин, быстро беги, эти твари вот-вот догонят!" Услышав этот голос, это был Хао Чжуан, который пришел из той же деревни, но он никогда не ожидал, что он все еще жив, так что Цзинцзин должен быть Сюй Цзин, и они оба были на самом деле вместе! ---------- Том 1 Глава 33 Глава 33-Беспомощность Появление Хао Чжуана и Сюй Цзина заставило Ян Цзюньшаня удивиться, но, услышав настойчивый крик Хао Чжуана, стало ясно, что в это время они оба столкнулись с опасностью. Ян Цзюньшань немного подумал, а потом решил погнаться за ним и посмотреть, не сможет ли он помочь. В то же время, он почувствовал холод в своем сердце, в своей предыдущей жизни Хао Чжуан никогда не выходил из горы Баньян, не умрет ли он прямо сейчас? Если это действительно так, то Сюй Цзин должен быть связан со смертью Хао Чжуана, по крайней мере Сюй Цзин должен знать, как умер Хао Чжуан. Но в своей предыдущей жизни Сюй Цзин ничего не знала о смерти Хао Чжуана. Ян Цзюньшань не мог не почувствовать холод в своем сердце. Лгал ли Сюй Цзин, или это из-за возрождения Ян Цзюньшаня траектория истории изменилась? Независимо от того, какой из них, тогда Ян Цзюньшань, спешащий в этот момент, сможет изменить судьбу Хао Чжуана? Как только Ян Цзюньшань задумался, издалека донесся жалобный вой Хао Чжуана. Сердце Ян Цзюньшаня без всякой причины дрогнуло, он поднял голову и посмотрел вдаль, только чтобы понять, что перед ним был куст, покрытый Гэ ТЭН, и орехи, свисающие с ветки, указывали, что это был куст, который искал Ян Цзюньшань. "Цзинцзин, быстро спаси меня!" Хао Чжуан снова жалобно закричал. На этот раз он просил Сюй Цзина о помощи, но с самого начала и до конца Ян Цзюньшань не слышал от него ни единого слова. Поскольку он не был ясен в ситуации, Ян Цзюньшань не спрашивал, а только шел в направлении голоса, становясь более осторожным. "Сюй Цзин, быстро спаси меня! Что ты делаешь." -Не беги, вернись и спаси меня, умоляю тебя, спаси меня, спаси меня." - Проклятая сука, ты идешь на смерть Диора! - Кто-нибудь, приезжайте скорее, помогите." Когда Ян Цзюньшань проходил через этот участок кустарника, у подножия холма появилась небольшая впадина, а в центре впадины было небольшое болото, смешанное с грязью и водой. Как раз в тот момент, когда Ян Цзюньшань появился на краю котловины, маленькая фигурка мелькнула в лесу с другой стороны котловины. "Сюй Цзин ты ублюдок, спаси меня, быстро пошли кого-нибудь, спаси меня." Следуя направлению Голоса, Ян Цзюньшань увидел фигуру на краю болота по другую сторону холма. Фигура боролась и громко ругалась, прося о помощи, хотя все тело человека было покрыто грязью, но после успешного пробуждения небесного духа зрение Ян Цзюньшаня улучшилось, и он мог ясно распознать, что фигура была молодым человеком из его деревни, Хао Чжуан. Как только он собрался броситься туда, Ян Цзюньшань внезапно остановился, повернулся и пошел к кустарнику, который был переплетен с лозой Кудо, поднял самую жесткую и длинную лозу, используя стрелу из Железного пера, чтобы прорезать корень лозы, затем, держась за лозу в руке, он бросился к другой стороне болота, где был Хао. Ян Цзюньшань кричал на бегу: "прекратите двигаться, раскройте руки, откиньтесь назад, откиньтесь назад!" Хао Чжуан, который уже был в отчаянии, вдруг услышал крик Ян Цзюньшаня, как будто он ухватился за последнюю соломинку надежды спасти свою жизнь. Он внезапно повернулся верхней частью тела в направлении голоса и крикнул Ян Цзюньшань: "Спаси меня, спаси меня!" Ян Цзюньшань увидел, что когда Хао Чжуан внезапно обернулся, все его тело погрузилось обратно в болото, и с тревогой выругался: "не двигайся, если хочешь жить, не двигайся. Ты, блядь, слышал это? Перестань выть! " Возможно, это было потому, что он был напуган, или, возможно, это было потому, что он был слишком далеко, что Ян Цзюньшань был в состоянии положиться на его дальнейшее развитие, чтобы ясно услышать крик Хао Чжуана о помощи. Однако, несмотря на то, что Ян Цзюньшань громко кричал в ответ, Хао Чжуан не сделал, как сказал Ян Цзюньшань, а вместо этого погрузился еще глубже, потому что он был пойман в ловушку в трясине. Когда расстояние между ними сократилось, Ян Цзюньшань внезапно увидел, что недалеко от того места, где Хао Чжуан был в болоте, была черная масса чего-то извивающегося без остановки. Только из-за этого клочка трясины перед ним у этого извивающегося существа не было выбора, кроме как оставаться на краю трясины. Это были черные гнилые муравьи! Сердце Ян Цзюньшаня упало, они действительно осмелились спровоцировать такое, но это также позволило Ян Цзюньшань мгновенно понять, что именно является объектом бессмертного духа среднего класса. Черные гнилые муравьи питались падалью, быстро передвигаясь по болоту, не опасаясь пристраститься к ней. Трупы и гнилое мясо, которые были погружены в болото, давали достаточно пищи для черных гнилых муравьев, и болото также блокировало многих естественных врагов черных гнилых Муравьев, превращаясь в святилище для черных гнилых муравьев, чтобы размножаться и расти. Тем не менее, у черного муравья гнили был шанс иметь бессмертный дух среднего класса в ее теле. Этот бессмертный дух обладал чрезвычайно высокой совместимостью с бессмертными духовными полостями, которые появлялись в глазах и ушах культиваторов. Похоже, что их преследовали и убивали черные гнилые муравьи, когда они убегали. Хао Чжуан запаниковал и упал в трясину, выбирая свой собственный путь, в то время как Сюй Цзин бежал из болота, но в конце концов, он не вышел, чтобы спасти деревню, которая помогла ей раньше. В своей предыдущей жизни Сюй Цзин быстро поднялся после горы Баньян, и с помощью своего небесного духовного котла она подавила Чжан Хузи, Сюй Лэя и других, и быстро стала самым сильным воином в молодом поколении деревни Туцю. К счастью, эта тварь редко выходила из болота. Пока Ян Цзюньшань стоял за пределами болота и бросал лозу кудо в болото, было возможно, что он сможет спасти Хао Чжуана из него. Пока его воображение разыгралось, Ян Цзюньшань снова сократил расстояние между ним и Хао Чжуаном. На этот раз Хао Чжуан, наконец, услышал взрывной рев Ян Цзюньшаня. Тем не менее, тело Хао Чжуана уже провалилось в трясину от его груди до самого низа, хотя он изо всех сил пытался упасть обратно, это стало чрезвычайно трудно. Он мог только громко вопить, прося Ян Цзюньшаня спасти его. Но Ян Цзюньшань на этот раз не ответил. Вместо этого он рванулся вперед, глядя на маленький след на плече Хао Чжуана. В мгновение ока, Ян Цзюньшань понял, что произошло на болоте. После того, как двое из них убили муравья и получили бессмертный дух среднего ранга, они вдвоем побежали в болото, когда их преследовали черные гниющие муравьи, и внезапно упали в трясину в панике, без единого пути перед ними. Тем не менее, Сюй цзин, которая была позади него, не колеблясь, прыгнула на плечо Хао Чжуана и выбежала из болота. Она была юсвельвом или тринадцатилетней девочкой, как у нее могло быть такое злобное и решительное сердце! Несмотря на то, что Ян Цзюньшань пережил сотни лет превратностей в своей прошлой жизни, в этот момент он невольно почувствовал холодок по спине, глядя на эту маленькую девочку. Хао Чжуан уже слишком глубоко погрузился в землю, и эффект от попытки задержать его спуск был минимальным. Хотя Ян Цзюньшань изо всех сил старался бежать в сторону расположения Хао Чжуана, на сердце у него постепенно становилось тяжело. На вершине болота Хао Чжуан выставил наружу только голову и вытянутые руки. В это время Ян Цзюньшань все еще находился в нескольких десятках метров от Хао Чжуана. Взмахнув правой рукой, он бросил какой-то предмет на траву на краю болота, а затем крикнул Ян Цзюньшань, плача: "это все вина Сюй Цзина, Сюй Цзин хотел причинить мне вред. Пожалуйста, вы должны сказать моим родителям, что Сюй Цзин хотел причинить мне вред, я прошу деревенского старосту поддержать справедливость для меня!" Ян Цзюньшань бросился к краю болота, где находился Хао Чжуан. В это время голова Хао Чжуана уже застряла в трясине, но его руки все еще цеплялись без остановки. Ян Цзюньшань проревел "Хватай" и бросил лозу кудо в его руках в сторону Хао Чжуана, но, возможно, потому что он был слишком взволнован, бросок Ян Цзюньшаня ушел слишком далеко, руки Хао Чжуана все еще хватали беспорядочно, но он ничего не мог схватить. Ян Цзюньшань отчаянно схватил Гэ Тэ и снова вышвырнул его. На этот раз он приземлился прямо перед Хао Чжуаном и радостно сказал: "Быстро, поймай его!" Рука Хао Чжуана все еще беспорядочно сжималась, но он не мог ухватиться за то место, где упал Гэ ТЭН. Только теперь Ян Цзюньшань понял, что голова Хао Чжуана даже погрузилась в трясину; он не мог видеть местоположение Гэ ТЭН, и он даже не мог слышать, что говорил Ян Цзюньшань. Ему оставалось только вложить лозу прямо в руки! Ян Цзюньшань с тревогой поднял Гэ ТЭН, но на этот раз он не выбросил их, потому что, когда он собирался поднять Гэ ТЭН, руки Хао Чжуана, которые были вытянуты из болота, перестали двигаться. Когда он попытался бросить их снова, его руки уже исчезли. Хотя до закрытия загона оставалось еще меньше половины дня, Ян Цзюньшань больше не утруждал себя поисками ценных вещей в горах Баньян. Просто сидя в кустах, он был в оцепенении. Напротив, за сто лет своей прошлой жизни Ян Цзюньшань повидал слишком много битв не на жизнь, а на смерть, и даже переживал ситуации, когда умирал еще более несчастной и трагической смертью. Даже после того, как он перевоплотился, когда он был рядом с фиолетовым полосатым логовом свиньи, Ян Цзюньшань также лично видел, как несколько юношей умирали жалкой смертью под когтями Горного Тигра. Тем не менее, эти переживания в сердце Ян Цзюньшаня имели инстинктивное сопротивление, как будто эти вещи могли быть проигнорированы Ян Цзюньшан с отчужденным отношением, как будто он был зрителем, который стоял на вершине. Только тогда, когда Хао Чжуан, который был его ровесником и все еще не мог спасти свою жизнь, несмотря на усилия Ян Цзюньшаня спасти его, по-настоящему понял, что Ян Цзюньшань, обладавший воспоминаниями о своей прошлой жизни, не имел возможности избежать смерти. Напротив, смерть всегда была так близко от него. ---------- Том 1 Глава 34 Глава 34-Туман Ян Цзюньшань думал о похожем на дерево предмете в своей руке, сидя посреди кустарника и думая о нем безучастно. Ян Цзюньшань мог притвориться, что ничего не знает о положении Хао Чжуана. На самом деле, кроме Сюй Цзина и его, никто больше не знал об этом. Кроме того, сама Сюй Цзин не знала, что Ян Цзюньшань пытался помочь Хао Чжуану после ее ухода. Другими словами, если бы Ян Цзюньшань ничего не сказал об этом вопросе, Сюй Цзин определенно не подумал бы, что есть другие люди, которые знают об этом. Но если бы это было так, разве это не означало бы, что Хао Чжуан умер напрасно? Такого рода вещи, естественно, не считались извинительными для Ян Цзюньшаня. В конце концов, он пережил более ста лет в своей предыдущей жизни, вещи, которые были еще более жалкими и причудливыми, чем это, и ум Ян Цзюньшаня давно был отточен, чтобы быть твердым, как камень. Просто Ян Цзюньшань был еще двенадцатилетним мальчиком, у него были воспоминания о прошлой жизни, которые были чисто и наивно, и он инстинктивно сопротивлялся, когда внезапно сталкивался с таким. Кроме того, у него были преимущества, которые Хао Чжуан дал ему перед смертью. Но что еще важнее, безжалостность и решительность, проявленные Сюй Цзин в столь юном возрасте, заставили сердце Ян Цзюньшаня учащенно забиться. Если сукерсон вырастет, Ян Цзюньшань не знала, что она будет делать дальше. Он никогда раньше не видел, чтобы Сюй Цзин наступал на плечо Хао Чжуану. Все это были лишь предположения, сделанные самим Ян Цзюньшанем по следам на плече Хао Чжуана, не говоря уже о том, что труп Хао Чжуана уже погрузился в трясину, в лучшем случае, Сюй Цзин сможет только увидеть его смерть и морально обвинить его. Напротив, в тот момент, когда Ян Цзюньшань раскрыл свою личность как кто-то, кто знал его, и встал напротив него, и если Сюй Цзин был достаточно бдителен, то низкосортный Небесный вяз в руке Ян Цзюньшаня откусил бы, что, в свою очередь, могло бы заставить Ян Цзюньшаня упасть в безвыходное положение. Кроме того, Сюй Цзин уже получила бессмертный дух средней степени, который был совместим с духовными полостями в ее улитке. Как только она покинет гору Баньян, это определенно привлечет внимание культиваторов секты потрясенных небес, и в то время, когда секта потрясенных небес поддержит ее, Сюй Цзин будет еще более бесстрашной. В глазах культиваторов секты потрясенных небес, обычного молодого культиватора, такого как Хао Чжуан, даже если он умрет, он все равно умрет. После выяснения того, что происходит, Ян Цзюньшань внезапно почувствовал, что темные облака, которые задержались вокруг его сердца, исчезли. Смерть Хао Чжуана все еще оставалась тайной и хранила ее в тайне, иначе не только он и его семья выступят против Сюй Цзина, но даже семья виллы пострадает от мести Сюй Цзина. Конечно, Ян Цзюньшань, получивший льготы Хао Чжуана, естественно, не стал бы игнорировать этот вопрос. Однако сейчас было определенно не время. До ограждения Баньяновой горы оставалось еще чуть меньше половины дня, но молодые земледельцы уже начали направляться к выходам, особенно для юношей, получивших что-то от ограждений. Как только они добирались до выхода, они сразу же направлялись в сторону густого тумана ограждений, громко выкрикивая свои просьбы покинуть гору, в то же время бдительно оглядываясь по сторонам, чтобы помешать другим юношам принять меры и вырвать что-нибудь у них. Когда Ян Цзюньшань примчался, у выхода уже собралось много молодых культиваторов. Тем не менее, эти молодые люди в основном прятались за различными предметами сокрытия возле выхода, но в глазах Ян Цзюньшаня эти методы сокрытия были слишком неуклюжими. Молодые культиваторы, которые спрятались, были в основном людьми, которые не получили никаких небесных духов с горы Баньян. Беспомощные, они решили устроить засаду у выхода, ожидая возможности вырвать небесных духов у других культиваторов. Накануне закрытия лагеря на горе Баньян молодые культиваторы в самый последний момент устраивали хаотичную битву. Ученики потрясенной небесами секты также были там, чтобы подлить масла в огонь, задерживая культиваторов, которые получили бессмертных духов, чтобы попросить отпуск, который привлек других юношей, чтобы прийти и схватить его. Самым безопасным способом покинуть гору было сформировать команду, чем больше людей там будет, тем сильнее они будут, в результате чего молодые культиваторы, ожидающие возле выхода, будут еще больше бояться принять меры. Точно так же, как когда Чжан Юэмин и остальные вышли из горы, внушающая благоговейный трепет дюжина молодых культиваторов вошла в туман, и в тот момент, когда Чжан Юэмин крикнул им выйти, они немедленно последовали их примеру. "Ву, неплохо, неплохо, неплохо, высокое качество бессмертного духа фиолетовая облачная кожа, среднее качество бессмертного духа, низкое качество бессмертного духа, О, вы, ребята, даже убили двух свирепых зверей, Горного Тигра и бегового медведя?"Ваша группа молодых людей действительно не плохая, особенно Чжан Юэмин, как и ожидалось от учеников внутренней секты, о которых моя потрясенная небесами секта высоко думает, не плохо, вы можете выйти сейчас! " В разгар регулярного пения Ян Цзюньшань снова услышал голоса потрясенных небесами сектантов, охранявших гору. Награды Чжан Юэминя и других поднимались один за другим, и они даже подчеркивали статус Чжан Юэминя как внутреннего ученика секты потрясенных небес. На самом деле, каждый раз, когда благодушный и самодовольный голос Сюн Ман Шаня заканчивал говорить, завистливые крики доносились из соседних лесов, но от начала до конца никто не осмеливался броситься в густой туман, чтобы вырвать дух, и после того, как Сюн Ман Шань закончил петь, Чжан Юэмин и остальные были немедленно выведены из горы Баньян. После того, как Чжан Юэмин и остальные покинули гору, у выхода воцарилась тишина. Через некоторое время в густой туман робко вошел молодой человек и крикнул: "Джуниор из деревни острых шипов Сэндтауна, Лю Кун. Я хочу родиться, старший хочет уйти с горы!" Свирепый голос Сюн Ман Шаня прозвучал снова, но на этот раз он был наполнен насмешкой, и сказал: "Хе-Хе, этот маленький парень на самом деле получил бессмертный дух низкого уровня, неплохо!" В тот момент, когда он закончил говорить, он больше не издал ни звука. Молодой человек вдруг забеспокоился и взмолился: "старший, Я собираюсь покинуть гору. Быстро выпустите меня!" Однако, как ни умолял юноша, из тумана больше не доносилось ни звука. Вскоре из леса у выхода, из-за склона холма и из-за валуна вышли несколько молодых людей. Они беззвучно бросились в направлении звука, доносившегося из тумана. Вскоре из тумана послышались громкие крики и проклятия, за которыми последовали звуки ударов руками и ногами. Несколько других молодых культиваторов бросились в туман, и вскоре в нем началась хаотичная битва. Несколько молодых людей, казалось, не поняли ситуацию и начали уходить. В это время снова раздался дразнящий голос Сюн Ман Шаня, и он сказал: "сопляк Сэндтауна, Эй, на тебе нет никаких небесных духов, все в порядке, ты можешь выйти!" Юноша по имени Лю Кун громко закричал и сказал: "Я не уйду, старший, Я не уйду, мой небесный дух был забран, я все еще хочу его вернуть." Игривый голос Сюн Ман Шань внезапно изменился, и она сказала своим голосом: "Тогда это не зависит от тебя, если ты не можешь придумать что-то, ты не можешь сказать это, у тебя все еще есть я, страж Небесной секты в твоих глазах?" Подросток хотел что-то сказать, но вдруг удивленно вскрикнул, после чего остановился как вкопанный. Было ясно, что его вывели из загона Баньяновой горы. После этого юноши было также несколько других юношей, которые попытались выбежать из загона. Время, которое охраняющий гору культиватор намеренно оставлял после пения их душам, варьировалось в зависимости от их настроения, и успех или неудача этих юношей в конце концов зависели от их душевного состояния. Как раз в это время Ян Цзюньшань вдруг увидел молодую даму, выходящую из леса неподалеку, небрежно ступая в туман. В то же время Ян Цзюньшань также заметил, что несколько молодых людей, скрывающихся в окрестностях, тайно готовились к нападению. "Город пустоши, деревня Туцю, Сюй Цзин подал заявку на гору Ли. старший, пожалуйста, позвольте ему!" Ясный голос Сюй Цзин выдал ее радость и уверенность, несколько молодых культиваторов уже коснулись края тумана, ожидая, что дух-хранитель споет песню, прежде чем броситься к нему, чтобы схватить его. Конечно же, грубый голос Сюн Ман Шаня прозвучал еще раз, и сказал: "Ха-ха, эта маленькая девочка не плохая, чтобы на самом деле получить бессмертный дух среднего качества, это нелегко, я просто не знаю, смогу ли я его вывести. Услышав, что маленькая девочка несет бессмертную душу среднего класса, кроме нескольких молодых культиваторов, которые поспешно бросились в туман, несколько других молодых людей выскочили из разных укрытий и побежали навстречу туману изо всех сил, боясь упустить эту возможность. Однако, как только Сюн Ман Шань закончил говорить, внезапно раздался безразличный голос, и сказал: "Эй, ты маленькая девочка, у тебя на самом деле есть синяя ушная раковина? Ууу, Гиацинт бессмертной души среднего класса, это бессмертный дух, который питается телом муравья черной гнили, и он вполне совместим с вашими небесными духовными полостями. Нелегко вырваться из черной гнили болота в таком юном возрасте, выйди первым и подойди к этому старику! " Порыв ветра внезапно вырвался из тумана, заставляя нескольких юношей, которые спешили внутрь, вываливаться, и несколько юношей, которые только собирались ворваться, увидели сцену и остановились, удивленный голос Сюй Цзина раздался из тумана: "спасибо, старший!" Она ничем не отличалась от его предыдущей жизни. Сюй Цзин, который получил семя Гиацинта Небесного сорта среднего сорта, быстро привлек внимание охраняющих гору культиваторов,которые вывели его из горы очень рано. Дело было не в том, что они не могли дождаться времени, чтобы добраться до ограждения горы Баньян, но когда это произойдет, все юноши, которые вошли в ограждение горы Баньян, соберутся у выхода, чтобы вступить в хаотичную битву. В это время Великая формация горной обороны рассеется, и все молодые культиваторы, получившие бессмертных духов, будут помечены как шалости горным культиватором-хранителем. В то же время им придется защищаться от нападений других молодых культиваторов, которые приобрели бессмертных духов. В этой хаотической битве, даже если Ян Цзюньшань находился на втором уровне царства смертных, он все равно не смог бы сражаться со всеми четырьмя из них, не говоря уже о том, что он не раскрыл бы свою культивацию и мог сражаться только с культивацией первого уровня. Поэтому у Ян Цзюньшаня не было другого выбора, кроме как подать заявление, чтобы покинуть гору заранее. По крайней мере, он все еще мог одолжить Горное защитное заклинание, чтобы справиться с другими молодыми культиваторами. ---------- Том 1 Глава 35 Глава 35 Погладив тигренка по голове, Ян Цзюньшань тихо сказал: "малыш, теперь все зависит от тебя!" Маленький тигренок поднял голову и дважды крикнул в сторону Ян Цзюньшаня. Ян Цзюньшань рассмеялся: "будьте честнее, будьте осторожны, иначе вы можете что-то упустить!" После того, как он закончил говорить, Ян Цзюньшань положил маленького тигра обратно в рюкзак, оставив голову маленького тигра снаружи. Затем, с тремя каменными резными луками в руках, он решительно направился к выходу из окружения, окруженный туманом. По пути Ян Цзюньшань отчетливо ощущал взгляды окружающих, прямые или тайные. Он даже чувствовал слабую неприязнь к ним и слышал учащенное дыхание, которое ему не терпелось испытать. Когда Ян Цзюньшань ступил в туман, там уже было несколько юношей, которые не могли больше сдерживаться и последовали за ним к краю тумана. В это время около семидесяти-восьмидесяти процентов тех, кто решил покинуть гору заранее, были теми, кто получил небесных духов в пределах горы Баньян. "Город пустоши, деревня Туцю, Ян Цзюньшань попросил покинуть гору. Старший, пожалуйста, разрешите ему!" В то мгновение, когда Ян Цзюньшань ступил в туман, на его тело упало больше одной ряби, которая казалась твердой. Несмотря на то, что он знал, что духовная воля культиватора боевого Царства не могла видеть его насквозь, сердце Ян Цзюньшаня билось беспорядочно. -Ты очень нервничаешь!" Точно так же, как надменный, но несравненно насмешливый голос из его предыдущей жизни, Сюн Ман Шань холодно рассмеялся и сказал: "твои достижения не плохи. Дай-ка я посмотрю, бессмертный дух среднего класса, Ах, это еще и дух быка." Ян Цзюньшань уже слышал тихие крики удивления от окружающих юношей, которые лежали в засаде. Некоторые из них тут же закричали в волнении: "это он, это тот лучник, который убил Горного быка! Сюн Ман Шань, который в одно мгновение вызвал ненависть к Ян Цзюньшаню, продолжал безразлично говорить: "что еще? Там на самом деле кусок низкосортного Бессмертного зернового камня? Может быть, вы выкопали гнездо горных крыс? Кажется, что вы знаете совсем немного" Даже если бы это был поющий дух, он в лучшем случае указывал бы, какого рода бессмертный дух носил молодой культиватор, и когда настала очередь Ян Цзюньшаня, он не только прямо объявил бы качество и имя бессмертного духа, он даже смог бы четко описать использование и происхождение бессмертного духа. Это было в основном намеренно заманивая других молодых людей, чтобы прийти и вырвать его. Уже слышались шаги, медленно приближающиеся к туману. Ян Цзюньшань мог даже представить себе жадные взгляды молодых людей, которые были готовы напасть, поэтому он тихо отошел на три метра влево, чтобы избежать нападения во время боя. -Один человек может идти один и получить двух бессмертных духов? А ты не боишься, что кто-то другой их у тебя отберет?""А? Почему ты двигаешься влево? Это не выход. Вам нужно, чтобы мы открыли формацию." Это был не лонгейнт, а голый призыв к другим сделать свой ход, указывая на позицию Ян Цзюньшаня для них. "Подождите минутку и посмотрите, что еще есть, ха-ха, на этот раз я был почти небрежен, на самом деле есть две медвежьи лапы беговой дорожки и семь грибов травы духа более низкого ранга, даже я начинаю завидовать вашей удаче, ХМ, есть также горный тигренок, вы планируете поднять диких зверей, вы не боитесь ответной реакции, вы собираетесь поймать их и поджарить?""Хаха …" Если поющий дух просто объяснял, есть ли у молодого культиватора бессмертный дух или нет, то в это время сообщалось даже о других достижениях Ян Цзюньшаня с горы Баньян. Молодые культиваторы, которые были очень проницательны, поняли кое-что из слов Сюн Ман Шаня. Сразу после того, как Сюн Ман Шань закончил говорить, молодые люди, которые уже были нетерпеливы, бросились в туман один за другим, и набросились на Ян Цзюньшаня, следуя за звуком. Ян Цзюньшань нисколько не удивился такому результату. В своей предыдущей жизни он играл с этим Сюн Ман Шанем, и хотя ему удалось сохранить небесный дух низкого ранга, который он получил с большим трудом, он все еще был сильно избит другими юношами, которые пытались вырвать его у него. В этой жизни Сюн Ман Шань также хотел усложнить ему жизнь, но по сравнению с его предыдущей жизнью, разница заключалась в том, что выигрыши Ян Цзюньшаня были намного больше, что также означало, что Ян Цзюньшань был намного сильнее, что делало Сюн Ман Шань более готовым использовать свои собственные слова, чтобы привлечь еще больше людей, чтобы вырвать его. Ян Цзюньшань спокойно сделал два шага влево, а затем развернулся и ударил кулаком по лицу юноши, который бросился к нему на прежнее место. У юноши хватило времени только на то, чтобы издать жалкий крик, прежде чем упасть на землю, закрыв лицо руками. Затем Ян Цзюньшань внезапно отпустил тетиву и выстрелил в направлении тумана. "Бах!- Тетива дрогнула, и несколько юношей, которые бросились вперед, но еще не вошли в туман, одновременно упали на землю. Однако они тут же что-то придумали и поползли вверх, раскрасневшись от смущения, и бросились в туман. Это затруднило Ян Цзюньшань высвободить свою тираническую силу в групповом сражении. Вдобавок к тому, что он не осмеливался раскрыть свою культивацию, которая уже продвинулась на второй уровень, он мог только передвигаться в тумане, полагаясь на прислушивание к голосам, чтобы иметь дело со многими молодыми культиваторами. Звук шагов быстро пришел, когда Ян Цзюньшань наполовину присел на корточки, касаясь ладонью земли, пытаясь определить расстояние между ним и человеком, чувствуя вибрации на земле. Затем он внезапно взмахнул длинным луком в своей руке,и просто случайно споткнулся о лодыжку молодого человека, который быстро шел. Тотчас же семь или восемь юношей окружили их в направлении крика удивления. Ян Цзюньшань сразу же понял общую ситуацию, в которой он находился, и поэтому он протянул руку, чтобы развязать тетиву с другой стороны лука. Освобожденный лук и тонкая тетива еще больше походили на хлыст. Ян Цзюньшань внезапно взмахнул луком и хлыстом в том направлении, которое он рассчитал, тетива вызвала резкий свистящий звук в воздухе, сопровождаемый взрывом ясного мясного тарахтения и жалких криков. Четыре или пять человек катались по земле. Ян Цзюньшань одной стороной тела взмахнул луком в другую сторону, и после взрыва призрачных воплей и волчьих завываний еще двое или трое юношей скатились на землю. Даже когда юноша на земле плакал, выражение лица Ян Цзюньшаня совсем не изменилось. Он забрал свой лук и хлыст и снова взмахнул им, но никто не знал, был ли подросток в другом направлении напуган до смерти мальчиком, который катался и кричал на земле, или же он прямо развернулся и побежал, но на этот раз Ян Цзюньшань действительно хлестал пустой воздух. Постояв некоторое время молча, не слыша больше шагов, направляющихся в его сторону, Ян Цзюньшань погладил тетиву в своей руке и снова повесил ее на лук. Только тогда он почувствовал, что его ладонь все еще влажная, и когда он поднес ее к носу, то почувствовал запах крови. - Сопляк, как ты смеешь быть таким злобным? Как ты смеешь …" Конечно, ничто в тумане не могло быть скрыто от трех охраняющих гору культиваторов секты потрясенных небес. Независимо от того, как на это смотреть, в голосе Сюн Ман Шаня звучало раздражение и раздражение. Ян Цзюньшань спокойно стоял в тумане, выражение его лица совсем не изменилось из-за рева Сюн Ман Шаня. Когда голос Сюн Ман Шаня упал, он спросил низким голосом: "старший Сюн, могу я спросить, Может ли младший уйти сейчас?" - Ты! "Ты, молодец, молодец …" Спокойные и миролюбивые слова Ян Цзюньшаня, казалось, были чрезвычайно саркастичны в ушах Сюн Ман Шаня,но также казались намеком и ответом. Этот Сюн Ман Шань, казалось, был взбешен его словами. В тот момент, когда Сюн Ман Шань выглядел так, будто он был разгневан до такой степени, что не мог ничего сказать, резкий холодный порыв ветра накрыл его спину под прикрытием гневного Рева Сюн Ман Шана. К тому времени, когда он понял это, было уже слишком поздно уклоняться. Презренный, достойный эксперт сферы боевых искусств на самом деле объединился с молодым культиватором, чтобы составить заговор против него! Гнев накопился в груди Ян Цзюньшаня, и след убийственного намерения даже промелькнул в его глазах, но в конце концов он выдержал его. Поспешно он слегка согнул спину, и мышцы на его спине тут же скрутились, в то же время он изо всех сил прыгнул вперед, демонстрируя эффект бешеного кулака быка. С четким звуком "па", резкая боль пришла от спины Ян Цзюньшаня. Он заставил себя опуститься на землю и после этого, как кошка в ночи, молча встал и наполовину присел на корточки. Из тумана позади него послышался самодовольный смех: "Хе-Хе, даже если ты похож на привидение, вещи, которые на тебе, все равно мои. Среднего сорта бык-желтый бессмертный дух. Я не думал, что мне так повезет." Голос продолжал говорить, нащупывая землю, на которую упал Ян Цзюньшань. Внезапно до него донесся взволнованный и раздраженный голос Хранителя, и он сказал: "Маленький …" - Хватит!- Внезапно прозвучал безразличный голос, останавливая Сюн Ман Шаня от дальнейших разговоров. Человек, который устроил засаду Ян Цзюньшань, казалось, был смущен тем, что произошло. Услышав шум ломающегося ветра, он тут же бросился ему в лицо. Человек запаниковал и хотел увернуться, но приближающаяся атака была намного быстрее, чем он ожидал. Пуфф! У мужчины хватило времени только на то, чтобы издать жалкий крик, прежде чем он упал на землю. До того, как он потерял сознание, у него была только одна мысль: этот человек попал в засаду сзади Ян Цзюньшаня, и он не потерял сознание, потому что его ударили палкой. Ян Цзюньшань нанес удар, и гнев, который, казалось, накопился в его груди, нашел выход. Шагнув вперед, он ударил ногой в грудь напавшего на него человека. Этот человек уже был без сознания, и этим ударом Ян Цзюньшань отправил его всего лишь на десять метров в сторону края тумана. - Хватит!- Это был все тот же голос, который прервал речь Сюн Ман Шаня. Туман перед его глазами внезапно рассеялся, и перед ним появились мерцающие светом ворота. ---------- Том 1 Глава 36 Глава 36 Площадь перед лагерем Баньяновой горы уже была заполнена родителями, ожидающими своих детей. Ян Цзюньшань вышел из светового экрана у входа в Большую Горную охранную формацию, и небольшое волнение мгновенно возникло среди родителей на площади. Более ста пар глаз пристально смотрели на него, и не было недостатка во взглядах от культиватора боевого царства, среди которых были и Ян Тяньган. Когда Ян Цзюньшань получил известие о том, что он был бессмертным духом среднего класса коровьего цвета, это уже было известно всем внутри и снаружи Великой формации. Как гениальный культиватор, Чжан Юэмин получил высококачественное бессмертное сокровище кожи пурпурного облака, Многие родители, естественно, хотели увидеть, что это был за человек. Три культиватора, охранявшие гору, которые были ближе всего к выходу, были потрясенной небесами сектой. Однако первое, на что обратил внимание Ян Цзюньшань, были не три эксперта сферы боевых искусств, а два молодых культиватора, стоящих за ними. Одним из молодых культиваторов среди них был Сюй Цзин. Похоже, сочетание Небесного энергетического котла в ее улитке и небесного семени женьшеня среднего сорта уже привлекло внимание горных культиваторов секты, охраняющих небеса. Этот вид молодого культиватора, который имел высокую возможность произвести особую врожденную технику в будущем, как только он успешно активировал свою специальную технику, немедленно стал бы внутренним учеником секты потрясенных небес. В это время Сюй Цзин не знал, что дело о том, что он подставил и бросил своего хорошего друга Хао Чжуана в той же деревне, было уже известно Ян Цзюньшаню. И от ее первоначально надменного и самодовольного лица, Ян Цзюньшань не видел никакого намека на вину в ее выражении из-за смерти Хао Чжуана. Что касается другой девушки, которая казалась намного спокойнее, чем самодовольство Сюй Цзин, она была в основном тем, кто уже был внутренним учеником потрясенной небесами секты, Чжан Юэмин. В тот момент, когда она увидела Ян Цзюньшаня, рябь мгновенно вспыхнула на его первоначально спокойном лице. Ян Цзюньшань улыбнулся и указал на них обоих. Возможно, это было потому, что Ян Цзюньшань последовательно послал более десяти культиваторов того же возраста из плотного тумана, но первоначально высокомерная Сюй Цзин фактически показала свое маленькое лицо Ян Цзюньшань; в то время как Чжан Юэмин также улыбался Ян Цзюньшань. Однажды они столкнулись в горах Баньян, и только они вдвоем знали, что за этим кроется. У Сюн Ман Шаня, стоявшего слева, было уродливое выражение лица. В тот момент, когда Ян Цзюньшань вышел, он просто холодно фыркнул и уставился на Ян Цзюньшаня своими глазами, сияющими опасным светом. Если бы это был любой другой молодой культиватор, они могли бы испугаться свирепого взгляда Сюн Ман Шаня, но Ян Цзюньшань полностью закрыл на это глаза. Он сделал шаг вперед и только слегка поклонился старому культиватору Чэнь Цзи в середине, поблагодарив его за то, что он остановил Сюн Ман Шаня от создания слишком сложных для него вещей. В то время Сюн Ман Шань мог перекрыть Голос Ян Цзюньшаня после пения и затруднить ему говорить. Пока он не свалился за борт, два других охраняющих гору культиватора не стали бы вмешиваться. Но теперь они не могли этого сделать. Первоначально причина, по которой Сюн Ман Шань был в такой большой беде, заключалась только в том, что он был зол на дядю Ян Цзюньшаня за борьбу за положение внутреннего ученика потрясенной небесами секты. Первоначальный план Ян Цзюньшаня состоял в том, чтобы любой ценой устранить желание своего дяди стать внутренним учеником потрясенной небесами секты, в конце концов, никто бы не подумал, что потрясенная небесами секта, которая была тираном Юйсянь в течение бог знает скольких лет, внезапно и легко рухнет. Но в тот момент, когда он вышел из земли горы Баньян, Ян Цзюньшань изменил свое мнение. Поскольку Сюн Ман Шань усложнял ему жизнь, он должен был помочь своему большому дяде стать внутренним учеником секты, потрясенной небесами. Когда он узнал, что у Ян Цзюньшаня был небесный дух желтого быка, он уже знал, что Ян Цзюньшань был тем, кто установил ловушку в маленьком лесу у ручья. Как мог молодой человек, которому было всего двенадцать лет, обладать такими хитрыми охотничьими приемами? Только Чэнь Цзи, стоявший посередине, смотрел на Ян Цзюньшаня пристальным взглядом, и когда Ян Цзюньшань поклонился в знак благодарности, культиватор высокого порядка внезапно открыл рот: ваше тело делает очень хорошо, какую технику закалки тела вы обычно используете? Ян Цзюньшань был тайно потрясен в своем сердце, но на поверхности он уважительно спросил: "Это кулак безрассудного быка, который использует младший?" - Безрассудный Кулак Быка?"На лице Чэнь Цзи мелькнуло удивление, затем он кивнул головой и сказал:" Быть способным использовать технику умерения тела низкого ранга до такой степени нелегко, это правда, что вы не являетесь учеником моей потрясенной небесами секты, если бы этот старик не мог передать вам технику умерения тела среднего уровня." Чэнь Цзи пробормотал что-то себе под нос, как будто ему нравился талант Ян Цзюньшаня, и сказал: "это прекрасно, но похоже, что вы довольно талантливы в области закалки тела. Хотя этот старик не может передать вам технику закалки тела среднего уровня из-за моей секты, в будущем, если у вас возникнут какие-либо вопросы, вы можете прийти на гору Баньян и спросить этого старика!" Слова Чэнь Цзи заставили Чжан Фэна, который был рядом, посмотреть на него в шоке, в то время как губы Сюн Ман Шаня с другой стороны двигались, как будто он хотел остановить его, но в конце концов, он ничего не сказал, а только посмотрел на Ян Цзюньшаня недружелюбным взглядом. Как культиватор с высоким уровнем боевых искусств области, Чэнь Цзи был включен в первую пятерку во всем округе Мэнъюй. Было много людей, которые не могли даже встретиться с ним, если бы захотели, не говоря уже о том, чтобы получить его руководство. Ходили даже слухи, что он был всего в одном шаге от того, чтобы его истинная Божественная духовная Ци стала воплощением жизни. Даже если он был слишком стар, чтобы стать учеником-преемником потрясенной небесами секты, по крайней мере один из его старейшин не мог сбежать, и в то время он обладал квалификацией мастера префектуры. До тех пор, пока он не стал культиватором секты потрясенных небес, Ян Цзюньшань, естественно, не упустит такую хорошую возможность. Поэтому он поспешно засвидетельствовал свое почтение и снова поблагодарил внутреннего ученика потрясенной небесами секты. Что Чэнь Цзи удовлетворенно кивнул головой, затем указал на маленького тигренка, который торчал из рюкзака Ян Цзюньшаня и сказал: "Не поднимайте этого зверя больше, иначе это действительно станет помехой для выращивания тигров!" Ян Цзюньшань поспешно кивнул головой. Если бы маленький тигр все еще был свирепым зверем, он, естественно, не осмелился бы поднять его, но теперь, когда маленький тигр был очищен демонической энергией, его интеллект начал развиваться. Он определенно станет культиватором демонов в будущем, так что не будет никаких скрытых опасностей. Он быстро покинул место перед тремя потрясенными небесами культиваторами секты. Только когда трое из них обратили свое внимание обратно на туман горного защитного массива, Ян Цзюньшань испустил долгий вздох облегчения, чувствуя, что одежда на его спине уже стала влажной, даже несмотря на то, что он знал секретную технику, чтобы скрыть свое развитие с помощью демонической Ци, будучи осмотренным тремя культиваторами боевых сфер с головы до ног, Ян Цзюньшань почувствовал огромное давление. После возвращения на площадь, жители деревни Туцю быстро вышли вперед, чтобы поздравить Ян Цзюньшаня с его успехом с желтым бессмертным духом. Ян Цзюньшань отвечал на приветствия один за другим, только тогда они увидели Су Баочжана, стоящего рядом с Ян Тяньганом, глядя на него издалека с лицом, полным радости. Очень редко Ян Тяньган не курил. Вместо этого он постучал кончиком сигареты по ладони, было ясно, что в данный момент он не чувствует себя спокойно. Не дожидаясь, пока Ян Тяньган спросит его о своих переживаниях на горе Баньян, Ян Цзюньшань первым делом спросил: "Отец, я устал, не вернуться ли нам в деревню?" Ян Тянь глянул на сына, кивнул головой и сказал: "Пойдем, пойдем со значком!" Как только все трое собрались уходить, кто-то внезапно окликнул Ян Цзюньшаня сзади. Когда он повернулся, чтобы посмотреть, выражение лица Ян Цзюньшаня слегка изменилось, человек, который пришел, был не кто иной, как отец Хао Чжуана, Хао Сан Ван. "Ян Цунчжэн!" Хао Сан Ван посмотрел на Ян Тяньгана со страхом в глазах, но затем настойчиво спросил Ян Цзюньшаня: "старший племянник, ты уже видел мою виллу Хао? Вы уже нашли небесного духа?" Глядя на полное надежды выражение лица Хао Саньвана, Ян Цзюньшань не знал, что ответить. - Дядя Санван, я никогда раньше не видел Хао Чжуана в горах Баньян. В то время я был с братом Бао Чжаном, вы можете спросить Сюй Цзин, я не знаю, видела ли она Хао Чжуана еще!" -Я ничего не видел!" Разочарование появилось на лице Хао Санвана, но оно быстро сменилось уверенной улыбкой, и он сказал: "Моя деревня Хао тоже преуспевает, мы определенно сможем безопасно вывести бессмертный дух из горы Баньян!" -Тогда мы уйдем первыми!" Ян Цзюньшань выдавил улыбку, затем попрощался и повернулся, чтобы быстро уйти. Увидев это, Ян Тяньган и Су Баочжан сразу же последовали за ними, ожидая, когда они втроем оседлают вьючных лошадей и за один раз отъедут на несколько километров от горы Баньян. Когда они втроем прибыли в тихое место, чтобы отдохнуть, Ян Цзюньшань сказал: "Хао Чжуан умер, это было вызвано смертью Сюй Цзина!" - А?"Су Баочжан ахнул в шоке. Хотя Ян Тяньган не был так потрясен, как он, остановился на мгновение, а затем он спросил: "что именно произошло, почему вы не сказали это в то время?" Ян Цзюньшань рассказал им обо всем, что видел, и Су Баочжан был так потрясен, что у него отвисла челюсть. Ян Тяньган вздохнул и сказал: "Я никогда не думал, что у этой девушки на самом деле будет такое безжалостное сердце, вы не сделали ничего плохого, и в это время я не могу сказать, что вы не видели. Если вы скажете правду, вы не только ничего не сможете сделать с этой девушкой, вы даже можете навредить семье Хао Санвана." Су Баочжан открыл рот, но не знал, что сказать. Через мгновение Ян Цзюньшань сказал: "что мы будем делать дальше, Хао Чжуан оставил сердце Бессмертного вяза низкого ранга, вы хотите тайно вернуть его Хао Санвану?" "Юму Синь?- С сомнением спросил Ян Тяньган,-разве вы не получили только двух небесных духов, одного демонического быка среднего класса и один низкосортный пищевой камень?" Ян Цзюньшань гордо рассмеялся и сказал: "отец, я как раз собирался сказать тебе, что твой сын намерен дать брату Бао Чжану бессмертный дух коровьего цвета среднего сорта!" С этими словами, не дожидаясь ответа Су Баочжана, который, казалось, решил, что ослышался, он погладил маленького тигра по голове и сказал: "Хватит, выкладывай. Только не говори мне, что ты действительно проглотил этих трех бессмертных духов!" ---------- Том 1 Глава 37 Глава 37-Обещание На мгновение он не поверил своим ушам. Он изначально думал, что поскольку Ян Цзюньшань получил двух духов с горы Баньян, он будет удовлетворен только двумя кусками пищевого камня низкого качества. Духовный зверь среднего класса был чем-то, о чем он даже не смел мечтать. Су Баочжан, который отреагировал быстро, собирался отказаться. Тем не менее, он увидел, как Ян Цзюньшань погладил голову маленького тигра, а затем открыл его рот, игнорируя протест маленького тигра, он вытащил из его рта матерчатый мешок. Свирепый зверь, начавший свою демоническую трансформацию, мог инстинктивно использовать демоническую энергию, чтобы скрыть бессмертный дух, который был возращен, и даже мог скрыть его от культиватора боевого царства. Ян Цзюньшань использовал демоническую энергию, которую он получил от наследства искусства очищения тела Владыки восьми гор, чтобы скрыть свое развитие, которое уже продвинулось до второй стадии вызова бессмертного духа. В это время Ян Цзюньшань использовал тот же метод, чтобы спрятать в рот пару бессмертных духов среднего класса и древесину вяза, которую он получил от Хао Чжуана. Хотя Су Баочжан не очень ясно представлял себе чудесное воздействие пары бессмертных духов среднего ранга, добавляя к ним трех бессмертных духов среднего ранга, которые были бычьими желтыми бессмертными духами, этого было более чем достаточно, чтобы у этого молодого человека, который никогда не видел реального мира, закружилась голова. Несмотря на то, что Ян Тяньган был экспертом в области боевых искусств, он в настоящее время неотрывно смотрел на пару небесных духов медвежьей ладони в руках Ян Цзюньшаня. Он сделал два глубоких вдоха и выпустил облако дыма, закрывая лицо Ян Тяньгана и заставляя его думать более спокойно, прячась за дымом. "Вы не можете использовать эту пару небесных духов!" Ян Тяньган стряхнул пепел сигареты в дымовую трубу и сказал: "Вы хотите использовать эту пару бессмертных духов для обмена бессмертным духом? Ценность этих бессмертных духов достаточна, но есть некоторые вещи, которые нельзя обменять только из-за их ценности. " Полноценный бессмертный дух? Когда он тайно наблюдал, как Чжан Юэмин и другие охотятся на фиолетовых полосатых свиней, у него была такая же качественная кожа бессмертного духа фиолетового облака, но это было только для будущего гения потрясенной небесами секты С. Ян Цзюньшань рассмеялся и сказал: "в любом случае, разве эта пара бессмертных духов не лучше, чем бык желтый бессмертный дух?" Ян Тяньган посмотрел на рассеянного Су Баочжана и на мгновение задумался. Тогда он сказал: "так как вы, ребята, получили то, что я вам дал, то мы дадим это вам, ребята, решать!" -Ни за что, ни за что!" Су Баочжан, который наконец протрезвел, сразу же отверг: "я просто хочу иметь небесного духа низкого ранга, этого достаточно, небесный дух среднего ранга слишком ценен, брат Цзюнь Шань должен сохранить его для себя. Более того, я совсем не помогал брату Цзюнь Шаню в горах Баньян." Ян Цзюньшань немедленно бросил желтый бессмертный дух в своей руке в руки Су Баочжана и засмеялся: "брат Бао Чжан, ты можешь взять его, если бы ты не привлек внимание Горного быка, мне было бы трудно убить этого зверя. И потом, все это было благодаря тебе, заманившему Чжан Юэминя и остальных прочь, иначе эти бессмертные духи медвежьего когтя среднего уровня не добрались бы до меня." Видя, что Су Баочжан вот-вот упадет, Ян Цзюньшань прямо сказал: "Будьте уверены, брат Бао Чжан, пара бессмертных духов в моих руках намного лучше, чем ваш коровий-желтый бессмертный дух." Су Баочжан не знал, что сказать, и продолжал отвергать, пока Ян Тяньган не рассмеялся и не сказал: "Хорошо, не отвергайте это, мы все братья, если вы снова отвергнете это, об этом не будет и речи. Вы можете взять этот кусок сокровища бессмертного духа желтого быка, не нужно смущаться, это то, что вы заслуживаете." Су Баочжан лишь почувствовал тяжесть бессмертного духа в своей руке. Бессмертный дух среднего ранга, как и он сам, имел возможность использовать бессмертный дух среднего ранга для вызова духа, он был чрезвычайно благодарен отцу и сыну семьи Ян. Посмотрев на своего сына, Ян Тяньган сказал тихим голосом: "когда ты вернешься в деревню, больше не распространяй новости о небесном уровне. Используйте это время для самосовершенствования и стремитесь как можно скорее достичь второй ступени, чтобы никто не узнал о Небесной ступени в ваших руках." Су Баочжан крепко держал в руке бессмертный дух и кивнул головой: "Не волнуйтесь, дядя Ян, я отнесусь к этому легко. Когда другие спрашивают меня об этом, я только сказал, что я иду в низший ранг бессмертного духа успешно, и никто больше не будет знать о желто-бычьем Небесном духе." Ян Тяньган кивнул головой и сказал: "не только это дело, но еще более важно, не говорите никому о деле Хао Чжуана. Как только эта девочка Сюй Цзин откроет свое Кохлеарное Небесное отверстие, есть шанс, что появится какой-то врожденный навык, и этот ребенок уже вошел в глаза потрясенной небесами секты. Когда он думал о том, как Ян Цзюньшань действовал так злобно и решительно в горах Баньян, Су Баочжан не мог не содрогнуться, хотя он относился к маленькой девочке холодно. Услышав ее слова, Су Баочжан поспешно кивнул головой в знак согласия. Ян Тяньган немного подумал, а потом сказал: "С сегодняшнего дня ты будешь приходить ко мне каждые пять дней и ходить к колодцу духа, чтобы возделывать его вместе с Цзюнь Шан!" Во всей деревне Туцю, и даже во всем городе Пустоши, кто не знал, что Ян Цунчжэн из деревни Туцю держал дух третьего сына хорошо на своем заднем дворе. Су Баочжан был так взволнован, что не знал, что сказать, но Ян Тяньган сделал ему предложение: "три акра Лин Тянь, которые деревня возделывает у подножия Западной горы, вот-вот станут привычными, вы должны открыть свои духовные полости и поднять свое культивирование до третьей стадии как можно скорее, чтобы у вас была квалификация, чтобы разделить свою землю в деревне, и в то время я могу бороться за ваши права, но я не смею сказать, что половина АКРА Лин Тянь, но я уверен, что я могу дать вам три порции его, таким образом, Вы можете иметь прочную основу в деревне Туцю." Ян Цзюньшань наблюдал за перемещенным Су Баочжаном со стороны и не мог не вздохнуть про себя от методов своего отца. Раз уж он собирался проявить доброту, то давай не будем валять дурака. Однако, когда он услышал, как его отец говорит о Лин Тянь у подножия Западной горы, сердце Ян Цзюньшаня зашевелилось. Он поспешно спросил своего отца: "Отец, Лин Тянь у подножия Западной горы уже созрел?" Намек на счастье также появился на лице Ян Тяньгана, когда он сказал: "Это верно, это действительно трудно достичь за три года. Несмотря на то, что это всего лишь три акра, это первый раз за более чем десятилетие, что количество Лин Тянь с На Му увеличилось." Как только Лин Тянь была сформирована, она, естественно, приняла форму. Например, если бы внезапно появились места сбора духов, энергия Духа, содержащаяся в почве, была бы даже выше, чем у других полей. Второй способ состоял в том, чтобы поднять Лин Тянь вручную. Он просто думал, что не только поднятие Лин Тянь займет много времени, это также будет стоить много усилий и усилий на ранних стадиях. Самое главное, что не все знали, как воспитывать Лин Тянь. До того, как Ян Тяньган пришел в деревню Туцю, Лин Тянь С во всей деревне не увеличилась на акр в течение более чем десяти лет. Кроме того, с непрерывным земледелием существующих Лин Тянь, даже с духовными фермерами, защищающими их всеми силами, духовная энергия, содержащаяся в почве, продолжала рассеиваться, и качество Лин Тянь продолжало снижаться. После того, как Ян Тяньган опустился до должности главы деревни, хотя он получил достаточно престижа в деревне благодаря духу битвы, реальная вещь, которая заставила деревню Туцю начать принимать, заключалась в том, что Ян Тяньган сам знал, как поднять Лин Тянь. В эти последние три года Ян Тяньган привозил людей из деревни Туцю и лелеял Лин Тянь у подножия Западной горы, вкладывая большую часть своей энергии в их обучение, и всякий раз, когда Лин Тянь взрослел, положение Ян Тяньгана в деревне Туцю становилось все более и более консолидированным. Это был первый раз за более чем десять лет, когда размер Лин Тянь увеличился, и уважение деревни Туцю к главе деревни шло из глубины его сердца. После того, как все трое вернулись в деревню Туцю, они попрощались с Ян Тяньганом и его сыном, прежде чем Су Баочжан поспешил домой. Ему уже не терпелось пробудить бессмертный дух в своих руках и увеличить свое развитие. Вернувшись домой и узнав, что Ян Цзюньшань на этот раз вернулся с большим урожаем в горы Баньян, вся семья разразилась радостными криками. Ян Цзюньсинь изо всех сил старался удержать маленького тигренка размером с ногу, не отпуская его, а Ян Цзюньпин, напротив, смотрел на две гигантские медвежьи лапы, которые принес его старший брат, и непрерывно глотал слюну. Не говоря уже о двух взволнованных мальчиках, вернувшись домой, Ян Тяньган и Хань Сюмэй привели Ян Цзюньшаня во внутреннюю комнату. Ян Тяньган постучал по трубе и засмеялся: "говори, что еще хорошего ты нашел в горе Баньян, и как ты спрятал это от горы, охраняющей земледельцев?" Ян Цзюньшань рассмеялся "хе-хе "и сказал тихим голосом:" отец, мать, я нашел бессмертный дух высокого класса в горе Баньян!" - Что?"Лицо Ян Тяньгана было полно шока. Он не только забывал курить, когда сигарета была у него во рту, он даже не закрывал рот. - Что?"Хань Сюмэй сказал с лицом, полным приятного удивления," Ты на самом деле? Тогда как же ты скрыл это от них?" -Это правда!"Ян Цзюньшань давно ожидал, что вопрос его собственного бессмертного духа Ци высокого класса будет таким, и что его родители будут такими, посторонние, естественно, не смогут сказать, кроме того, Ян Цзюньшань должен был объяснить причину, по которой он знал "искусство очищения крови". Тогда Ян Цзюньшань рассказал им обоим, что он встретил медведя тигра войны в горах Баньян, и что он стал рыбаком. После этого он сказал им, что искусство очищения крови было чем-то, что он получил от каменной стены логова Горного Тигра, и он не знал, кто из экспертов оставил это наследство, но содержимое каменной стены уже было уничтожено им перед отъездом. Однако, глядя на ошеломленные лица своих родителей, Ян Цзюньшань все же чувствовал, что лучше рассказать им о наследстве позже. Кроме того, Высший бессмертный дух также скрыл правду, сказав, что он имел медвежью желчь и капал ее желчь в свои раны, чтобы стать заклинателем духов. Что касается того, почему он скрывал свое культивирование, он только сказал, что это было так после получения наследства на каменной стене. "Ву, это должно быть наследство, оставленное сектой потрясенных небес, я слышал, что секта потрясенных небес обладает большими способностями выращивать свирепых зверей в качестве домашних животных, но перед смертью эти свирепые звери уже отослали бы назад свое бессмертное окружение, возможно, этот великий божественный культиватор был в приподнятом настроении и оставил после себя эту секретную технику наследования, я не ожидал, что ты воспользуешься ею, малыш." Предположение Ян Тяньгана было гораздо меньше, чем предположение Ян Цзюньшаня. -Что толку гадать о таких вещах!"Хань Сюмэй упрекнул:" ты сделал порез на собственном животе, ты уверен, что готов сделать шаг, быстро дай мне посмотреть, как твоя рана." Однако Ян Тяньган сказал: "Если это не так, то почему хранитель секты, потрясенной небесами, позволил ему вывести бессмертных духов высокого класса?" ---------- Том 1 Глава 38 Глава 38 Это означало, что менее половины высокосортного небесного духа тигрового Клыка было очищено. Что касается другой медвежьей желчи, то, возможно, потому, что ее качество было не столь высоким, как у бессмертного духа тигрового Клыка, или потому, что духи, превратившиеся в желчную эссенцию, легче усваивались, более половины из них были очищены за последние три месяца после возвращения с горы Баньян. Нужно было сказать, что Ян Цзюньшань вызвал двух высококачественных бессмертных духов, и чем выше качество, тем сильнее воспитание бессмертного духа, тем труднее будет полностью очистить их. Однако, чем выше качество бессмертного духа, тем больше богатства культиваторы смогут накопить после его очищения. Ян Цзюньшань изначально предполагал, что примерно через полгода он сможет поднять свое развитие до Великого круга небесной сферы призыва за один раз, готовясь к третьему уровню, но с его текущим прогрессом он боялся, что не сможет полностью очистить двух небесных духов за следующие два месяца. Причина, по которой Ян Цзюньшань имел такую быструю скорость, была в том, что он усердно культивировал эти последние несколько дней. Причина была очень проста; С тех пор, как он получил бессмертный дух среднего ранга, а также долю Ян Тяньгана в обещании, вся личность Су Баочжана полностью сошла с ума от культивирования. По его словам, он хотел лелеять эту возможность, которую было нелегко получить. Даже сам Ян Цзюньшань чувствовал, что это было похоже на то, что повелитель грома наблюдал за ним сверху, боясь, что если он ослабит хватку, то с неба ударит молния. Он посмотрел на Су. Кусочек желтого в его руке был утончен до размеров кончика мизинца. Нужно было знать, что по сравнению с Су Баочжаном, который приходил к колодцу духа только раз в пять дней, Ян Цзюньшань хорошо охранял его каждый день. Мало того, что секретные техники, которые Ян Цзюньшань использовал, чтобы прорваться на вторую стадию, имели эффект сокращения времени культивирования, но даже так, прогресс культивирования Ян Цзюньшаня все еще был далеко позади Су Баочжана. Культивирование духовной энергии в теле было подобно металлическим иглам, и когда духовная энергия циркулировала через тело с помощью техники циркуляции, она затем превращалась в многочисленные колючие шары, и независимо от того, как они сталкивались и катились, это приносило огромное количество боли телу культиватора. Бешеный кулак быка Ян Цзюньшаня уже был очень тренирован, его физическое тело было намного сильнее, чем у Су Баочжана, но даже так, длительная продолжительность тренировок все еще заставляла Ян Цзюньшаня постоянно жаловаться. Он действительно не знал, сколько упорства Су Баочжан должен был выдержать. Ему пришлось изменить технику закаливания своего тела. Согласно текущей силе его тела, если бы он продолжал тренироваться подобным образом, боль, вызванная его развитием, превысила бы предел того, что его тело могло бы выдержать. В то время его тело было бы оковами его развития. Если бы у него был год времени, Ян Цзюньшань мог бы использовать бешеный кулак быка, чтобы медленно культивировать. Даже если сила его тела не увеличивалась достаточно быстро, он все равно мог медленно накапливать ее. На самом деле, текущая скорость культивирования Су Баочжана уже была затронута. Даже если его настойчивость и сила воли были поразительны, его тело не могло выдержать давление быстрого роста культивации,поэтому его культивация определенно увеличивалась бы скачками. Даже если бы он едва смог очистить дух демона-быка и продвинуться на третью ступень духовного отверстия, узкое место все равно препятствовало бы его пути развития. Однако методы закалки тела было не так легко изменить, в отличие от методов культивирования, последние можно было выполнять просто сидя в безопасном месте, и никто не знал, что тренировать. Если бы это был первый, желающий тренироваться, бесчисленные люди увидели бы это, особенно отец Ян Цзюньшаня, который был деревенским старостой. Там уже было много людей, входящих и выходящих из дома, так что если Ян Цзюньшань внезапно переключится на технику закалки тела, это определенно привлечет внимание людей. Для Ян Цзюньшаня не было невозможным использовать кулак Земли среднего ранга. Хотя только знаменитые секты могли использовать кулак Земли среднего ранга, но в то время Ян Цзюньшань должен был только доверять потрясенной небесами секте, охраняющей культиватор Чэнь Цзи, и все знали бы об этом. Проблема заключалась в том, что Ян Цзюньшань, у которого в руках была карта Горного монарха,не мог практиковать кулак Земли! Поэтому, прямо сейчас, Ян Цзюньшань хотел найти скрытое место, чтобы культивировать карту восьми горных монархов без чьего-либо ведома. В то же время, как человек, который имел опыт из своей прошлой жизни, Ян Цзюньшань нуждался в тайном месте, которое принадлежало ему, чтобы скрыть свои секреты. Когда Ян Тяньган упомянул, что Лин Тянь у подножия Западной горы вот-вот созреет, он заставил Ян Цзюньшаня вспомнить что-то из его предыдущей жизни, и эта материя изначально была связана с духовным колодцем, который принадлежал Ян Цзюньшаню. На самом деле, когда Ян Тяньган спустился в духовный колодец, он обнаружил, что духовная вода внутри была фактически ликвидирована, что означало, что вода в духовном колодце должна иметь происхождение. Поскольку вода была так богата духовной энергией, то в какой ситуации находился источник ликвидированной воды? Ян Тяньган никому не рассказывал эту тайну, но тайно искал источник воды в колодце. Беспомощно, даже когда его семья была уничтожена, Ян Тяньган не нашел источник воды. На самом деле, главная причина, по которой Ян Тяньган решил культивировать Лин Тянь у подножия Западной горы в течение последних трех лет, заключалась в том, что он всегда подозревал, что источник живой воды в духовном колодце находится прямо над Западной горой. Предположение Ян Тяньгана не было ошибочным. На самом деле, после Великого изменения неба и земли в его предыдущей жизни, когда западная гора рухнула, всплеск родниковой воды Духа вышел, родниковая вода духа была не слишком далеко от Лин Тянь, которая была сформирована у подножия западной горы, и сразу же была потоплена горным потоком. После этого весь уезд Мэнъюй впал в неистовство, и никто не пытался искать родниковую воду духа. Если бы он мог найти родниковую воду Духа в Западной горе, он мог бы открыть там тайную комнату. Ему не придется беспокоиться о том, что другие обнаружат, что он культивирует высококачественную технику очищения тела, и он также может заимствовать родниковую воду духа, чтобы увеличить свое развитие. В своей прошлой жизни он видел только родниковую воду духа, хлынувшую из земли, когда рухнули Западные Горы. Теперь он помнил только общее расположение источника родниковой воды духа, не говоря уже о том, что родниковая вода духа, скорее всего, находилась под землей. Ян Цзюньшань вернулся во двор и увидел свою младшую сестру Ян Цзюньсинь, сидящую на корточках на земле и наблюдающую, как маленький тигр пытается откусить кусок мяса. Всего за три месяца тело маленького тигра выросло еще на один размер. Увидев приближающегося Ян Цзюньшаня, маленький тигренок поднял голову и издал звук АО Ву, приветствуя его. Затем он опустил голову и попытался справиться с мясной костью. Ян Цзюньсинь жаловался: ху ню снова растолстел, я даже не могу его больше нести! Брат, они все сказали, что ху ню не знаком с ним, когда она вырастет, я хочу съесть его мясо! Брат, давай не будем есть его мясо, ладно? Когда Ян Цзюньсинь сказала, что хочет съесть мясо тигренка, ху ню, который опустил голову, чтобы поесть, внезапно поднял голову. Ян Цзюньшань ясно увидел вспышку жестокости в его глазах,и демоническая энергия, которая скрывалась в его теле, внезапно появилась. Ян Цзюньшань погладил голову маленького тигра, маленький тигр, который изначально был полон волос, вдруг удобно прищурился, и только услышал, как Ян Цзюньшань сказал: "Никто не смеет есть ху ню, не слушайте их глупости, ху ню-названый брат моего старшего брата, хм, названая сестра тигра!" Ху ню тут же гордо подняла голову, и демоническая энергия, вышедшая из его тела, снова вошла в его тело, но Ян Цзюньсинь не обратил внимания ни на одну из этих вещей, а только сказал: "это здорово, теперь, когда у моей семьи есть ху ню, не с кем играть, отец увлечен азартными камнями, и каждый день ходит в город травы, и даже раз в два-три дня и полмесяца, я не знаю, сколько денег я потратил, и всегда забираю кучу бесполезных камней. Я все еще должен попросить отца Чжан Хуси помочь ему понять камни, отец Чжан Хуси смеялся над своим собственным отцом, заставляя его большинство камней внутри своего тела. Просто в прошлом он заключил соглашение со своим отцом, чтобы получать по одной за каждые десять нефритовых монет, которые он из них получал. Руда, которую он привез с рынка, дала ему большой кусок спиртового нефрита, и его отец разрезал десять нефритовых монет на части, дав ему одну на месте в соответствии с соглашением. Ян Цзюньсинь продолжил: "в прошлом мать тоже немного заботилась о нем. Но с тех пор, как полмесяца назад мать и отец сильно поссорились из-за камня и вернулись в дом своей бабушки по материнской линии, никто больше не заботился о нем." Это была еще одна идеальная ловушка, и он не знал, были ли три мистические таблетки сильными или нет. Теперь его мать была в закрытом культивировании двери в доме его бабушки, не делая никакого прогресса вообще. Брат, все, что ты знаешь, это то, что ты должен культивировать с братом Бао Чжаном каждый день. С тех пор как второй брат съел медвежью лапу, его сила значительно возросла, и видя, как Тянь Эр привел брата Тие ню и брата Цянь Хая сражаться в деревню, Чжан Хузи и Сюй Лэй больше не выходили играть. Дети в деревне не ровня второму брату. Ян Цзюньшань не мог не нахмуриться. Этот ребенок был прижат к кровати Ян Цзюньшань, чтобы узнать картину Крадущегося тигра в диаграмме восьми горных монархов, и из восьми диаграмм закалки тела только эта могла быть уточнена в помещении. Диаграмма первоначально была больше сосредоточена на восстановлении после травм, но эффект увеличения силы своей силы был не так очевиден, как другие семь диаграмм, но даже так, сила Ян Цзюньпина значительно увеличилась. Тем не менее, Ян Цзюньпин был в порядке, но как мог ребенок не хвастаться, когда у него было что-то хорошее. Но почему Ян Цяньхай и Ян Бао Лян тоже сошли с ума? Ян Цяньхай уже начал очищать камни бессмертного духа, а Ян Бао Лян также получил камни бессмертного духа низкого качества, которые Ян Цзюньшань принес с горы Баньян. В это время он должен культивировать так же усердно, как Чжан Хузи и другие. ---------- Том 1 Глава 39 Глава 39-Омоложение Как раз в тот момент, когда Ян Цзюньшань собирался выйти и найти их троих, заставив их сосредоточиться на культивировании, все трое уже бежали обратно в плачевном состоянии. Их троих явно преследовали, и они даже не заметили Ян Цзюньшаня, который стоял во дворе. В тот момент, когда он вбежал во двор, он отчаянно закрыл дверь, как будто человек позади него собирался бежать к нему домой и свести с ним счеты. "Что ты делаешь?" Низкий голос Ян Цзюньшаня немного напугал их троих, но когда они обернулись и увидели Ян Цзюньшаня, все трое сразу повеселели. "Брат, ты вышел?""Отлично!" Ян Цзюньпин был вне себя от радости: "брат, тогда этот Чжан Хузи действительно что-то. На этот раз брат попал в его руки, ты должен отомстить за нас!" Увидев всех троих с синяками на лицах, выражение лица Ян Цзюньшаня сразу потемнело, и он спросил: "Это сделал Чжан Хузи?" Все трое быстро закивали головами. Ян Цяньхай поколебался и спросил: "брат Шань, разве ты не культивируешь? Как ты выбрался? Может быть, вы также полностью очистили свой бессмертный дух и достигли великого круга вызова духа?" После того, как Ян Цяньхай закончил говорить, и Ян Цзюньпин и Ян Баолан, которые были рядом, имели радостные выражения. Однако Ян Цзюньшань остался спокоен и сказал: "Неужели Чжан Хузи уже очистил свой бессмертный дух?" Ян Цзюньпин тут же воскликнул: "Правильно! Этот ублюдок полагался на свое высшее развитие, чтобы запугать нас, и вы видите, как он избил нас, и не только это, он даже преследовал нас всю дорогу домой. Этот ублюдок, наверное, знает, что мамы и папы нет дома в эти дни, поэтому он смеет быть таким высокомерным! " Перед лицом возмущенных жалоб Ян Цзюньпина Ян Цзюньшань мгновенно пришел в ярость и громко сказал: "Вы, наконец, знаете, что над вами издевались? Как вы трое полагались на свою огромную силу, чтобы запугивать других в эти дни? Скольких людей вы избили до полусмерти? Не думайте, что я не знал, что вы трое не преследовали меня всю дорогу до чьего-то дома и не кричали и не ругались! Все вы стали способными, и вы уже знаете, как действовать высокомерно после изучения нескольких навыков кунфу? " Ян Цзюньпин и двое других посмотрели друг на друга, так как они не знали, почему Ян Цзюньшань был так зол, но Ян Цзюньпин знал, что определенно был кто-то, кто действовал как посланник их старшего брата. Он внезапно поднял голову и сделал свирепую гримасу на младшую сестру, прячущуюся за его старшим братом, и когда он увидел, что Ян Цзюньшань смотрит на него, он быстро опустил голову. -У вас все еще есть лицо, чтобы жаловаться? Обычно я призываю вас усердно тренироваться, но вы, ребята, лучшие, если никто не заботится о вашем собственном бизнесе, вы, ребята, можете делать все, что вам нравится. Когда вы, ребята, полагались на свое развитие, чтобы запугивать других, вы должны быть готовы к тому, что сегодня вас будут запугивать люди с более высоким уровнем развития, чем вы. Ян Цзюньшань взревел одновременно, напугав всех троих до смерти. Ян Цзюньпин никогда не видел, чтобы его старший брат так злился, до такой степени, что он почти мог сравниться со своим отцом! Ян Цзюньшань устал от ругани, когда Ян Цзюньпин слабо сказал: "но старший брат, я собираюсь запугать тебя, ты действительно не собираешься заботиться, или ты не на пике сферы вызова духа, я боюсь, что ты не противник Чжан Хузи?" Этот сопляк действительно умел использовать провокацию! Ян Цзюньшань был одновременно зол и удивлен. Он сверкнул глазами и сказал: "Заткнись. У тебя еще есть лицо, чтобы сказать!" Ян Цзюньпин знал, что его трюк был замечен его старшим братом, поэтому он сжал свою шею назад и не смел больше говорить. В этот момент несколько молодых людей крикнули снаружи: "Ян Цзюньпин, выходи сюда, мы знаем, что ты внутри!" Ян Цзюньпин, Ян Цяньхай, Ян Бао Лян, где твое обычное высокомерие, выходи, давай драться!" "Ян Цзюньпин, у вас троих был такой день! - Брат Ху Цзы здесь. Выходите, если у вас есть возможность. Брат Ху Цзы выберет троих из вас!" Звуки проклятий за дверью поднимались и опускались, голоса тоже становились все громче и громче. Ян Цзюньпин и двое других уже беспокойно сидели во дворе, но Ян Цзюньшань стоял там с мрачным лицом, не говоря ни слова, так что все трое не понимали и не смели пошевелиться. В этот момент с заднего двора послышались торопливые шаги. Ян Цзюньпин и остальные подняли головы, когда услышали голос, и увидели Су Баочжана, сердито идущего со двора, все трое знали, что Ян Тяньган согласился позволить Су Баочжану тренироваться в колодце духа каждые пять дней. Это был не только он, Ян Цяньхай и Ян Бао Лян также приходили каждые три дня, поэтому все были очень знакомы с ним, но они не ожидали, что Су Баочжан на самом деле тренировался на заднем дворе. Су Баочжан сердито вышел, он посмотрел на людей во дворе и спросил: "кто снаружи, разве они не знают, что это табу беспокоить других, когда они культивируют?" Ян Цзюньпин немного подумал, посмотрел на своего старшего брата и быстро ответил: Это Чжан Хузи и остальные! Ян Цзюньшань впился в него взглядом, и Ян Цзюньпин уже давно опустил голову. Не говоря ни слова, Су Баочжан направился к двери, и через мгновение снаружи двора послышались проклятия и треск борьбы. Ян Цзюньпин и двое других посмотрели друг на друга, а затем Ян Цзюньпин тихо сказал: "Разве это не слишком позитивно, это наша семья!" Ян Цзюньшань взревел: ты все еще знаешь, что это твой собственный дом? Тем не менее, вы все еще отказываетесь помочь? " Группа из трех человек Ян Цзюньпина сразу же стала более смелой. Когда они развернулись и выбежали, они сказали: "Хорошо, помогите мне, убейте нескольких из этих ублюдков!" -Мы не можем быть трусами перед посторонними. С нами, семьей Ян, шутки плохи!" "Ху ню, пойдем тоже!" Ян Цзюньпин и еще несколько человек выбежали наружу, отчего звуки битвы стали еще громче, проклятия и крики смешались с несколькими криками боли, а иногда слышались звуки плача. Ян Цзюньпин не сразу вышел, чтобы принять участие в сражении. С Су Баочжан и двумя другими, по крайней мере, Ян Цзюньпин не будет в невыгодном положении, но Су Баочжан был явно зол в своем сердце, в эти последние несколько дней скорость культивирования Су Баочжана стала еще медленнее. Ян Цзюньшань сказал Это раньше, это было потому, что скорость развития превысила скорость улучшения, и количество духовной энергии, хранящейся в теле, превысило предел того, что тело могло справиться, теперь, когда он хотел полностью очистить бессмертный дух, он должен был замедлить свое развитие и занять некоторое время, чтобы закалить свое тело, только когда сила тела увеличилась, его уровень развития вернется к нормальному. Су Баочжан знал в своем сердце, что Ян Цзюньшань был прав, и тайно передал бешеный кулак быка Су Баочжану, чтобы тренироваться с ним, но сам он уже был на последней ступени развития и собирался достичь стадии совершенства второго уровня царства смертных. До тех пор, пока он сможет достичь стадии совершенства, он сможет только открыть свое духовное отверстие и подняться до третьего уровня. Ян Цуньчжэн однажды пообещал, что как только он достигнет третьей ступени, он будет квалифицирован, чтобы разделить Лин Тянь на разные части в деревне. Думая о Лин Тянь, Су Баочжан почувствовал, что все его тело стало горячим и сухим, духовным желанием фермера было иметь свою собственную Лин Тянь. С его фундаментом Лин Тянь, он сможет утвердиться в мире культивации, и он больше не будет учеником бригодира, поэтому ему больше не придется опускаться до других в будущем. Видя, что Лин Тянь становится все ближе и ближе к зрелости, Су Баочжан не стал тратить время на закалку своего тела. Чем больше Су Баочжан думал об этом, тем больше он чувствовал, что ему нужно еще немного поработать, чтобы достичь великого круга духовного преображения. Даже если его физическое тело было слабым,оно не должно было немного перегружать его. Чем больше Су Баочжан был таким, тем труднее ему было прогрессировать. Су Баочжан, который был первоначально подавлен, будучи погруженным в культивацию, был обеспокоен проклятиями Чжан Хузи и остальных, как он мог подавить гнев в своем сердце? Не говоря ни слова, он бросился к выходу. Когда Ян Цзюньшань вышел из двора, битва уже приближалась к своему завершению. Хотя Чжан Хуси призвал дух своего бессмертного, чтобы достичь совершенства, и его тело было сильнее, чем у Су Баочжана, в конце концов, он был на два или три года моложе Су Баочжана. Поскольку Су Баочжан имел преимущество в росте и длине рук, он был чрезвычайно ловок, когда охотился в горах, особенно после путешествия с горы Баньян, у него было больше методов борьбы, чем у Чжан Хузи, поэтому он уже твердо одержал верх в это время. Когда Су Баочжан удерживал их, Ян Цзюньпин и двое других, естественно, больше не беспокоились, под их объединенными усилиями они избивали молодых людей, пока те не плакали о своих матерях и отцах, но в процессе они увидели проворную фигуру, бегущую под ногами каждого, иногда срывая обувь человека, а иногда срывая штаны человека. Юноша, попавший в засаду Су Баочжана и его компании, издал крик потрясения, и в то же время Ян Цзюньпин и другие сражавшиеся повалились на землю. "Ху ню, кусай его и кусай. Хорошая работа, я дам вам всем знать, насколько силен ху ню!" Было неизвестно, когда Ян Цзюньсинь на самом деле последовал за ним, но она все еще осмеливалась отпустить тигра, чтобы укусить людей. Стоя на лестнице за пределами двора, она вскочила и приказала ху ню помочь ему. В конце концов, получив удар Чжан Хузи, Су Баочжан был отброшен на землю, что считалось концом этого боя. Чжан Хуси, который встал, яростно сплюнул на землю, повернулся и ушел с лицом, покрытым грязью. Ян Цзюньпин, который превратил столы в победу, сразу же обрадовался, увидев, что Ян Цзюньшань смотрит на них с потемневшим лицом, приветствия сразу же уменьшились. Хотя Су Баочжан отбил Чжан Хузи, сам он тоже был не в лучшей ситуации. Он получил удар в левую щеку, отчего его лицо сильно распухло. Увидев Ян Цзюньшаня, стоящего у входа во двор, Су Баочжан смущенно почесал голову и сказал: "Черт, я почти не смог победить Чжан Хуси. Этот парень с огромными кулаками, и он, кажется, прав, это тело действительно будет избито." Су Баочжан мог видеть сквозь это дело, эта борьба определенно стоила того. Ян Цзюньпин и другие были в восторге и хотели отпраздновать свою победу, но после того, как Ян Цзюньшань отчитал их, они удрученно пошли во двор и практиковали бешеный кулак быка с Су Баочжаном. ---------- Том 1 Глава 40 Глава 40-Раскопки Хотя у западной горы была только одна главная вершина, вся гора занимала чрезвычайно широкую площадь, почти сравнимую с окрестностями горы Баньян. Это было главным местом для жителей деревни, чтобы охотиться, колоть дрова и собирать травы в деревне Туцю и деревне на горе. На западной горе было много весенних ручьев. Эти потоки устремлялись с горы, образуя плоскую открытую землю у подножия Восточной горы, которая была известна как самая важная область поселения в двух деревнях. Ручьи стекали с гор, чтобы обеспечить водой орошение полей, но они также делили открытую местность на несколько участков. Впоследствии эти ручьи постепенно сходились, пока не оказались примерно в семи-восьми милях от двух деревень, где все ручьи извивались на восток через половину округа Мэнъюй. По пути они сходились с несколькими притоками, питая более десяти тысяч акров земли по обе стороны дороги. Это место изначально было плодородной землей для возделывания. Под руководством Ян Тяньгана из деревни Туцю три акра Лин Тянь, которые в настоящее время возделывала деревня Туцю, находились рядом с небольшим ручьем у подножия западной горы. Были высоко оценены всеми в деревне Туцю, особенно когда они увидели, что Лин Тянь вот-вот созреет. Поскольку духовные фермеры охраняли три акра Лин Тянь, днем и ночью, Ян Тяньган и два других культиватора боевого царства также искренне сотрудничали в этом вопросе и взаимно согласились, что до того, как Лин Тянь созреет, по крайней мере один культиватор боевого царства будет охранять деревню. Посмотрев мимо трех акров Лин Тянь, деревня Туцю была недалеко, и место, где Ян Цзюньшань и Лин Тянь стояли, просто оказались на прямой линии. На самом деле, когда Ян Цзюньшань был рядом с Западной горой, он смутно видел родниковую воду духа, вытекающую из воды, которая была вокруг того же места, но Ян Цзюньшань уже искал ее три раза, но он не нашел никаких следов родниковой воды. Как только он вернулся в горы, ху ню сразу же испустил жизненную силу, которая намного превосходила мирные времена дома. Мощь Повелителя гор постепенно исходила из тела ху ню, потому что в Западной горе не было крупных свирепых зверей, и даже если бы там были дикие кабаны или гиены, пока ху ню не проявил инициативу, чтобы спровоцировать их, они не были бы в опасности. Таким образом, после того, как Ян Цзюньшань вошел в гору, он больше не ограничивал ху ню. В Западной горе было много добычи. Несмотря на то, что Ян Цзюньшань вошел в горы только для того, чтобы найти источник, за эти полдня тяжелой работы ху ню уже принес двух жирных диких кроликов, фазана и Немертвого земляного барсука. Глядя на ее круглый живот, можно было предположить, что там уже была добыча, которая вошла в ее желудок. Сейчас все еще стояла поздняя летняя погода, солнечный свет поднимался все выше и выше, погода становилась все жарче и жарче. Под беспомощностью поисков этого поколения у Ян Цзюньшаня не было выбора, кроме как уйти в гранатовый лес, чтобы избежать солнца. Этот кусочек гранатового леса должен был расти естественным путем, его ветви были скручены и даже ветви двух-трех деревьев переплетались друг с другом. В тени дерева с ветвей свисали огромные плоды граната, большинство из них уже пожелтело и покраснело. Но теперь, когда он думал об этом, хотя гранат не был полностью приготовлен, и зерно также имело сладкий вкус, и хотя лес был прохладным и ветреным, Ян Цзюньшань все еще чувствовал немного тепла, которое он не мог скрыть, и, увидев огромный плод граната, он сразу почувствовал, что его язык слюни, и был еще более слюнявым. Пройдя несколько шагов по лесу, он нашел самое толстое гранатовое дерево, плоды на нем были самые полные и самые большие. Через несколько шагов он вскочил на ствол дерева, чтобы сорвать лучший кусочек граната, слегка красноватые семена которого были похожи на сверкающие драгоценные камни. Не в силах больше ждать, Ян Цзюньшань отломил десятки зерен и запихнул их в рот, позволив немного прохладного и сладкого вкуса собраться во рту. Мгновенно, Ян Цзюньшань почувствовал, как будто все тепло в его теле исчезло. Ян Цзюньшань, сидевший на вершине дерева, с удовольствием поедал зернышко граната, выглядывая из просветов между пышными зелеными листьями. Половина Западной горы попалась ему на глаза. Западная гора была покрыта пышной растительностью. Оглядевшись с гранатового дерева, можно было увидеть пятна темно-зеленого цвета. Когда дул горный ветер, верхушки деревьев раскачивались вместе с ветром, заставляя волны на море подниматься и падать яростно. Глядя на дрожащий лес и деревья вокруг него, Ян Цзюньшань слегка вздрогнул, он забыл о великолепном пейзаже и начал думать: этот гранатовый лес находится только на полпути вверх по горе, земля неровная, почему ему кажется, что он достиг самой высокой точки? Его сердце было наполнено подозрениями, Ян Цзюньшань больше не заботился о вкусном гранате в его руках, он встревоженно стоял на вершине ветви дерева и оглядывался вокруг, только чтобы понять, что это не окружающий лес, который имел более высокую землю, но гранатовый лес под его ногами был выше и сильнее, чем окружающий лес! Кроме того, ветви гранатового дерева легко деформируются во время его роста, что затрудняет рост выше. Тем не менее, количество гранатовых деревьев, в которых жил Ян Цзюньшань, казалось, было еще толще и толще, чем обычные деревья, особенно гранатовое дерево, на котором сейчас сидел Ян Цзюньшань, было самым высоким во всем гранатовом лесу. Ян Цзюньшань сначала подумал о духовном источнике, он подозревал, что гранатовый лес питался водой духовного источника, что делало его еще более обильным по сравнению с другими деревьями. Он положил все зерна граната в его руке в рот, чтобы жевать, почти заполнив рот Ян Цзюньшаня. В то же время он сосредоточился на ощущении, большом количестве собирающегося сока, и действительно было обнаружено, что в нем есть слабое количество духовной энергии. Теперь Ян Цзюньшань был еще более уверен. Спрыгнув с дерева, он смахнул засохшие листья на землю, а затем побежал к другим деревьям, чтобы сравнить их. Он обнаружил, что почва на поверхности гранатового леса была еще более влажной, чем почва на других деревьях. Однако, после тщательных поисков в гранатовом лесу еще раз, ничего не найдя, Ян Цзюньшань, наконец, принял решение. Он подошел к самому толстому дереву, с которого раньше собирал гранаты, и начал копать землю возле леса лопатой, которую заранее приготовил. По сравнению с тем, как он вошел в гору Баньян, сила Ян Цзюньшаня почти удвоилась. За короткий миг усилий он вырыл яму около фута шириной и двух футов глубиной возле корней гранатового дерева. Почва на дне ямы была еще более влажной, но все еще не было никаких признаков весенней воды. Ху ню хорошо провел время в близлежащих горах и вернулся в гранатовый лес, чтобы посмотреть, как Ян Цзюньшань копает. В ее глазах мелькнуло любопытство, поскольку она не знала, что делает Ян Цзюньшань. Выплюнув полный рот слюны на ладонь, Ян Цзюньшань сначала расширил яму на фут, потом прыгнул в яму и продолжил копать. Через некоторое время яма снова опустилась на два фута, и к этому времени половина тела Ян Цзюньшаня была уже внутри ямы. Отдохнув некоторое время, Ян Цзюньшань продолжил расширять яму и копать вниз, но на этот раз почва была намного тверже, чем раньше. Обычно, когда он копал, он мог выкопать только половину лопаты, но если он продолжал спускаться, он мог выкопать только 3 дюйма и еще один дюйм. Ян Цзюньшань был уже измучен и вспотел, но выражение его лица становилось все более оживленным, и чем тверже была почва, тем счастливее он был. Глядя на выражение лица Ян Цзюньшаня, ху ню сначала заподозрила неладное, но после того, как она понюхала твердую почву, которую Ян Цзюньшань выкопал со дна ямы, она тоже начала смеяться. Если бы Земля питалась духовной энергией, она определенно стала бы твердой. Более того, почва, содержащая больше духовной энергии, станет еще более жесткой. Иногда он даже становился твердым, как камень. Почему только духовные фермеры могут культивировать Лин Тянь, это было не только потому, что все люди духовных фермеров знали, как культивировать с их собственной культивацией, что более важно, только культиваторы могли культивировать жесткий Лин Тянь, и нормальные люди, даже культиваторы с менее чем третьей стадией культивирования, нашли бы чрезвычайно трудным культивировать более низкий уровень Лин Тянь. Только подумайте об этом, каменная доска размером с акр была бы раздавлена на куски, а затем превращена в пену. Не говоря уже о простых людях, даже культиваторы ниже третьего уровня не смогли бы этого сделать. Конечно, они могли также воспользоваться помощью могучего быка-зверя, который имел нежную и легкую в укрощении природу, чтобы культивировать их Лин Тянь. Тем не менее, во всей деревне Туцю было только несколько таких крупных животных, и было еще труднее контролировать обычных людей или тех, кто имел низкую культивацию. В это время, чем глубже Ян Цзюньшань копал, тем тверже становилась почва, что означало, что тем богаче была духовная энергия, содержащаяся в почве, и это также доказывало, что предположение Ян Цзюньшаня было правильным. Весь человек уже находился внутри ямы, и в этот момент почва на дне ямы уже начала источать следы духовной энергии. Ян Цзюньшань мог только сломать слой почвы с каждой лопатой, которую он копал. Он опирался на лопату и задыхался в яме, когда вдруг услышал звук "ху-ху-ху" ху ню над ее головой. Ян Цзюньшань подняла голову и увидела, что передняя половина тела ху ню уже падает в яму, готовая к прыжку. Ян Цзюньшань немедленно закричал: "Не прыгай, не прыгай! Яма тебя не удержит!" Но было уже слишком поздно, как только он это сказал, ху ню набросился на его тело. Ян Цзюньшань с тревогой обнял 30-40-летнего детеныша Цзинь, который уже был тяжелым, его тело внезапно опустилось. Казалось, что детеныш снова набрал вес. Как только эта мысль мелькнула в его голове, Ян Цзюньшань услышал звук "Кача", идущий из-под его ног. Сразу после этого раздалась еще одна серия звуков "ча-ча-ча", заставив Ян Цзюньшаня внезапно расслабить ноги, и даже не успев издать крик, он подсознательно крепко обнял ху ню, и все его тело упало вниз. Грохот звук падающей на землю грязи был похож на удар гравия, сопровождаемый приглушенным звуком "Дон". Из темноты донеслось "Айо, Айо" Ян Цзюньшаня. Ху ню, который был в его объятиях, вырвался из объятий Ян Цзюньшаня в тот момент, когда он приземлился. Ее тигриные глаза даже слабо светились в темноте. Ян Цзюньшань сел на землю, и услышал звук воды, текущей в его ушах, заставляя его быть окруженным темнотой. Он не мог определить, где находится, но сразу же, серия разрывающих сердце и разрывающих легкие кашлей позволила Ян Цзюньшань быть уверенным, что его окружение было заполнено плотной духовной Ци, потому что он задыхался. ---------- Том 1 Глава 41 Глава 41-Источники После адаптации к окружающему свету, с помощью тусклого света из отверстия, падавшего на его голову, Ян Цзюньшань смог, наконец, разглядеть, что он находится в пещере. Плотная духовная энергия в окружении плотно окружала его тело, и Ян Цзюньшань чувствовал, как будто бесчисленные шила пытались пронзить его кожу и проникнуть в его тело, заставляя его чувствовать себя невыразимо неудобно. Обращая вспять "духовное искусство Вуту" внутри его тела, прилипала к его коже, вытесняя окружающую духовную энергию. Ян Цзюньшань мгновенно почувствовал, что все его тело становится намного более удобным. Огненный поршень зажег пламя размером, и черная как смоль пещера сразу стала намного ярче. Ян Цзюньшань поднял разбитую духовную почву на земле, чтобы осмотреть, но обнаружил, что все духовные камни были толщиной только с палец. Неудивительно, что когда ху ню набросилась на них, духовная грязь под ее ногами не выдержала веса человека и зверя и рухнула. Это была естественная пещера с окружностью около десяти метров и высотой около десяти метров. Стены пещеры, а также половина дуги над ней были каменными стенами, и только верхняя половина дуги над тем местом, где упал Ян Цзюньшань, была сделана из слоя земли. Кроме того, после того, как он был пропитан духовной энергией пещеры в течение бог знает скольких лет, почва этой дуги уже стала твердой, как камень. Ян Цзюньшань поднял куски духовной почвы, упавшие из отверстия над его головой, и проверил их, только чтобы обнаружить, что духовная энергия, содержащаяся внутри, достигла уровня Лин Тянь среднего ранга. В середине пещеры была чистая родниковая вода, и бассейн был около двух футов шириной. Дно бассейна было заполнено слоем круглых камней, и там был источник, который журчал водой изнутри, в то время как плотная духовная энергия также сопровождалась водой, которая распространялась в пещеру. Тем не менее, бассейн не увеличивался вообще, как будто он просочился в подземную реку, и духовный колодец Ян Цзюньшаня просто открыл эту подземную реку. Он протянул руку в воду. От прохладной родниковой воды его руку слегка покалывало. Можно было видеть, что духовная энергия, содержащаяся в родниковой воде, все еще находится над духовным колодцем. Ведь это был Исток подземной реки. Схватив горсть камней из пруда, Ян Цзюньшань был удивлен, обнаружив, что все камни имели след тепла на них. На их поверхности мерцали слабые духовные огоньки, и было вполне возможно вырезать эти камни и использовать их в качестве каменных монет. Глядя на полный слой мелких камешков, лежащих в бассейне, если бы они были вырезаны в каменных монетах, это не было бы близко к тысяче из них, кто знает, как долго они должны были бы замочить в духовном источнике, чтобы быть в состоянии сделать это, и как долго они должны были бы замочить в воде, прежде чем они могли бы вырасти в духовный нефрит, который мог бы вырезать нефритовые монеты. Кроме этой родниковой воды, весь пол пещеры имел твердую каменную поверхность. Даже если это не было гладко, этого было достаточно для Ян Цзюньшаня, который искренне культивировал карту монарха, не говоря уже о том, что духовная энергия в пещере была бесконечной. Это было не только тайное место для закаливания его тела, но и отличное место для уединенного культивирования. Хотя расположение гранатового леса было очень сложным, сюда мало кто приходил, поэтому приходилось быть осторожным на случай, если кто-то действительно обнаружит эту пещеру. Согласно предположению Ян Цзюньшаня, по крайней мере, он сможет привлечь весь город Пустоши, чтобы бороться за него. Если бы он хотел скрыть вход в пещеру, ему сначала нужно было бы перекрыть утечку духовной энергии из пещеры. По сравнению с другими лесами, гранатовый лес за пределами пещеры уже начал выделяться, и если бы он выпустил духовную энергию из пещеры, это заняло бы больше года или около того. Пробормотав что-то себе под нос, Ян Цзюньшань выудил со дна пруда целую охапку камешков, богатых духовной энергией, а затем тщательно собрал упавшую из входа в пещеру духовную почву с помощью матерчатого мешка. После того, как он выкопал несколько зарубок в каменной стене входа в пещеру, чтобы подняться, когда он обернулся и позвал ху ню, он обнаружил, что этот парень сидит на корточках на земле. Он подошел и хлопнул ху ню по голове, игнорируя тот факт, что ху ню закричала в знак протеста из-за того, что он прервал ее культивирование, он положил ее на плечо и выполз из пещеры. Маленький матерчатый мешочек Ян Цзюньшаня просто не мог удержать его, поэтому он просто затолкал всю духовную грязь обратно в пещеру, а затем использовал несколько толстых ветвей, чтобы удержать ее у входа в пещеру. Почва сверху перекрыла промежутки между ветвями, а затем использовала выкопанную почву, чтобы покрыть землю, а затем разбросала высохшие ветви и листья, чтобы она выглядела точно так же, как земля вокруг, чтобы даже не рухнуть, если кто-то наступит на нее. Хотя это не остановило бы высвобождение духовной энергии из пещеры, обычные люди, по крайней мере, не смогли бы обнаружить, что внизу есть пещера, если бы они не были осторожны. Они поспешно вернулись домой, но Ян Тяньгана все еще не было дома. В течение последних нескольких дней, пока они не нуждались в Ян Тяньгане, чтобы охранять деревню в течение дней Лин Тянь С, которые должны были созреть, был шанс, что Ян Тяньган не был дома. Хотя все жители деревни говорили, что Ян Цунчжэн увлекался азартными играми, Ян Цзюньшань знал, что его отец несколько раз возвращался в уезд Чэнью. Он ведь не мог рассказать семье о ржавой руде, верно? Ян Цзюньшань не мог не нахмуриться, но в конце концов, он не собирался останавливать своего отца. В конце концов, желание тайно собрать ржавую руду самостоятельно было действительно слишком медленным, и ему нужна была помощь ресурсов клана, чтобы сделать это. Таким образом, он не знал, сколько сможет получить его отец, и чем больше людей будет знать, тем труднее будет сохранить это дело в тайне. На переднем дворе Су Баочжан привел Ян Цзюньпина, Ян Цяньхая и Ян Бао Ляна, чтобы попрактиковаться в кулаке Ман-быка. С тех пор как Ян Цзюньшань вышел из себя в прошлый раз, Ян Цзюньпин и двое других стали гораздо более послушными. Позже Су Баочжан также осознал важность закаливания своего тела,поэтому он попросил Су Баочжана привести их троих для совместной практики. Поспешно поздоровавшись с Су Баочжаном, Ян Цзюньшань пошел в комнату отца и стал рыться в ней. Наконец, он нашел рунную каменную табличку, которая не была даже двух футов в размере от дна коробки. Эта каменная табличка была такого же размера, как и дух, запечатывающий колодец на заднем дворе. Первоначально Ян Тяньган использовал его как резервную копию, поэтому ему нужно было только встроить его с источником духа, чтобы активировать формирование руны запечатывания Духа на каменной табличке, предотвращая утечку энергии Духа. Когда небо потемнело, Ян Цзюньшань взял рунную каменную табличку и тихо поднялся на Западную гору. Ху ню, казалось, ждал Ян Цзюньшаня все это время, и когда он увидел его выходящим, он молча последовал за ним. Затем он положил каменную табличку на дно ямы, а затем положил дюжину или около того духовных камней, которые были вычерпаны из-под бассейна на каменную табличку. Рунический круг на табличке был немедленно активирован, и духовная энергия, которая излучалась из пещеры, была немедленно изолирована от воздуха, кроме того, эта каменная руна также была способна изолировать звук, поэтому даже если Ян Цзюньшань громко кричал в середине пещеры во время тренировки карты Горного Лорда, его не услышит никто за пределами пещеры. Затем он связал крышку входа в пещеру веревкой так, чтобы при входе и выходе из пещеры требовался только деревянный ряд. Кроме того, после того, как он опустил деревянный ряд, он был точно таким же, как и окружающая земля, поэтому ему не нужно было беспокоиться о том, что кто-то что-то заметит. Завалив вход в пещеру, Ян Цзюньшань решил начать культивировать внутри пещеры. Кроме того, первое, что он сделал, - это составил для Тигра карту восьми гор. Хотя существовала только одна схема наследования картины обитателя Тигра, унаследованные воспоминания имели набор движений. Там было всего восемь поз, и каждая из восьми поз позволяла плавно трансформироваться, позволяя тренировать каждую часть своего тела в этих восьми позах. Каждый раз, когда тело Ян Цзюньшаня занимало позицию, духовное искусство Вуту циркулировало по всему его телу один раз в течение полного цикла. С этим он смог завершить преобразование восьми позиций, и духовные искусства уже циркулировали в его теле в течение восьми полных циклов. Возможно, это было из-за карты Горного монарха, но в течение этой ночи, когда Ян Цзюньшань культивировал, боль, вызванная духовной энергией, омывающей меридианы в его теле, была значительно уменьшена. В дополнение к плотной духовной энергии в пещере, эффективность культивирования Ян Цзюньшаня также значительно возросла. Выведя энергичного ху ню, который также культивировал в течение всей ночи из пещеры, она закрыла духовную запечатывающую табличку и восстановила маскировку у входа в пещеру. Она глубоко вдохнула прохладный горный воздух и сразу почувствовала себя освеженной с головы до ног. Он обернулся и посмотрел на гранатовое дерево позади себя. Возможно, это было из-за духовной энергии, испускаемой вчера из входа в пещеру, и духовной энергии, которую испускал Ян Цзюньшань, когда он входил и выходил из пещеры. Ян Цзюньшань почувствовал, что листья гранатового дерева тоже стали свежими и зелеными, а плоды граната, которые висели на нем, стали гораздо более гладкими. С такой скоростью, даже несмотря на то, что запечатывающий дух шифер изолировал духовную энергию, пока Ян Цзюньшань непрерывно входил и выходил из пещеры, гранатовый лес медленно питался, и почва постепенно превращалась в Лин Тянь. Гранатовое дерево у входа в пещеру, возможно, даже смогло бы произвести духовную сущность в прошлом. Спускаясь с горы, Ян Цзюньшань обнаружил, что деревенские жители, которые недавно патрулировали вокруг зрелого трехакрового Лин Тяня, стали более прилежными, и даже когда у Су Баочжана было свободное время, он часто приходил сюда. Каждый раз, когда он видел, что есть маленький кусочек Лин Тянь, который принадлежал ему, Су Баочжан немедленно возвращался в свой дом, полный жизненной силы, чтобы практиковать кулак Ман ню и культивировать "тайное искусство окутывания Земли", которому научил его Ян Тянь. По словам Су Баочжана, жители соседних деревень часто приходили к подножию Западной горы, чтобы посмотреть на три акра Лин Тянь, которые вот-вот созреют. Почва всего округа Мэнъюй была бесплодной, и выращивать Лин Тянь было гораздо труднее, чем в других местах. В тот год, когда Ян Тяньган отправился культивировать Лин Тянь, не только жители деревни Туцю были настроены скептически, даже духовные фермеры из других деревень насмехались над ним, услышав эту новость. Многие из них делали саркастические замечания в ушах жителей деревни Туцю, и многие культиваторы сферы боевых искусств, поскольку Ян Тяньган был иностранцем, ждали, что он станет шуткой. Однако, по мере того, как накопленная духовная энергия на этих трех акрах полей росла все выше и выше, и когда они уже почти созрели и стали, при таком повороте событий жители деревни Туцю, увидев других жителей деревни, внезапно начали с гордостью хвастаться, которые были выведены в этой деревне. Каждый раз, когда они слышали слова других жителей деревни, которые были полны кислой воды и видели зависть на их лицах, наконец настала очередь деревни Туцю поднять брови и дать волю своим чувствам. Однако после того, как новость распространилась, все больше и больше людей из всех четырех деревень пришли в деревню Туцю, чтобы взглянуть на это, в результате чего вся деревня Туцю немедленно стала осторожной, так как они боялись, что кто-то уничтожит Лин Тянь, который должен был вырасти. Особенно соседняя деревня, деревня земляного камня и деревня Туцю; ---------- Том 1 Глава 42 Глава 42-Любовь Перед глазами жителей деревни, следивших за этими тремя акрами Лин Тянь, жители деревни Туцю, естественно, объединились против одного и того же врага и были против внешнего мира. Деревня Туцю Лин Тянь ни на сколько не увеличилась за последние десять лет. Хотя Ян Цунчжэн потратил почти четыре года и потратил впустую большое количество человеческих и финансовых ресурсов, чтобы возделывать этот трехакровый Лин Тянь, можно сказать, что город пустоши был одним из редких и щедрых усилий округа Мэнъюй. Однако три акра Лин Тянь были все еще слишком малы для тысячи с лишним семей деревни Туцю. Даже если эти тысячи крестьян были не все духовными фермерами, эти три акра Лин Тянь были как капля в ведре для деревни Туцю, но вся деревня Туцю смотрела на эти три акра Лин Тянь с жадностью. Как они были разделены и насколько они были разделены, это было что-то очень особенное, если бы не осторожность, вся деревня стала бы хаотичной из-за этих трех арок Тянь. За эти несколько дней, проведенных в деревне, Ян Цзюньшань ясно почувствовал, что все больше и больше людей приветствуют его и выражают доброжелательность. Среди них, кроме Ян Тяньгана, который становился все более и более уважаемым в деревне Из-за дела Лин Тянь, было также несколько других жителей деревни, которые хотели разделить с ним три акра Лин Тянь. Они становились все более и более учтивыми по отношению к сыну деревенского старосты, и были даже такие, кто косо спрашивал его, не собирается ли он поделить поля. По дороге домой Ян Цзюньшань издалека увидел Чжан Хузи. После того, как этот парень был первым, кто призвал небесного духа, чтобы достичь стадии совершенства среди молодежи деревни Туцю, он быстро вернулся к своему обычному виду хвастовства и хвастовства, особенно после новостей о том, что Сюй Лэй и Ян Цзюньшань находятся на стадии совершенства стадии вызова духа и группе Ян Цзюньпина приказано культивировать дома. Среди молодежи деревни не осталось противников, и этот парень даже стал называть себя экспертом номер один среди молодежи деревни Туцю. Что касается вопроса о том, что он был в невыгодном положении против Су Баочжана несколько дней назад, по его словам, это было разумно. Ему, Су Баочжану, было почти шестнадцать, и скоро он станет взрослым. Дело было в том, что у семьи Чжан был дальний родственник в городе Пустоши. Этот его дальний родственник, гениальный культиватор, уже был официально принят сектой потрясенных небес в качестве внутреннего ученика и даже, по слухам, был учеником одного из адептов секты потрясенных небес. Адепт Культиватор Царства! В глазах детей деревни Туцю, которые никогда не видели мир, культиваторы царств жизни были подобны богам, если дальний родственник Чжан Хузи смог стать учеником богов, то не означает ли это, что семья Чжан Хузи была родственницей богов? Несколько дней назад его отец, кузнец Чжан, лично отправился в город Пустошей, чтобы присутствовать на свадебном банкете старшего племянника. За это время он даже доставил Чэн и пятьдесят каменных монет и два желтых нефритовых плода. Говоря о любви, Чэн и можно считать самой последней шуткой в округе Мэнью, и главным героем был не кто иной, как отец известного гения номер один округа Мэнью, Чжан Юэмин, Чжан Чэнхун. После возвращения с горы Баньян Чжан Юэмин всецело сосредоточился на выращивании и очистке кожи Небесного пурпурного облака высшего сорта. Будучи внутренним учеником секты потрясенных небес, Чжан Юэмин никогда не испытывал недостатка в чудесных пилюлях и источниках Духа нефритовых монет. Несмотря на то, что качество кожи фиолетового облака, которая была высшим небесным классом, было даже лучше, чем храбрость медведя беговой дорожки Ян Цзюньшаня, он все еще успешно усовершенствовал небесный дух полмесяца назад и достиг совершенного царства вызова небесного духа. После того, как его отец, Чжан Юэмин, пришел в восторг и немедленно пригласил своих близких друзей, желая, чтобы гости банкета отпраздновали за своего сына, естественно, не было причин для его близких друзей отклонить приглашение. Даже некоторые дальние родственники, видевшие, что Чжан Юэмин вот-вот превратится в феникса на ветке, пришли выслужиться перед ним. Однако, когда все бросились к дому Чжан Чэнхуна, они увидели, что на самом деле в главном зале было написано шесть слов: "дань любви, предложите путь". В сельской местности только такие вещи, как красная и Белая свадьба или День рождения старости, люди принимали подарки и деньги, и у всех у них было для этого определенное правило. Для таких людей, как Чжан Юэмин, которые были приняты в качестве учеников внутренней секты известными сектами, у них было бы несколько столов, полных гостей банкета, но подарки и деньги были всем, что не могло быть дано, и полностью зависело от пожеланий их друзей и родственников. Однако такие люди, как Чжан Чэнхун, которые боялись, что их друзья и родственники не дадут им денег, прямо повесили бы баннер посреди зала. Не говоря уже о том, что это было очень редко, даже их собственные друзья и родственники чувствовали бы себя неловко, когда они видели его. На самом деле, во время банкета в тот день, хотя большинство его друзей и родственников покинули Чэн и, чтобы показать свою любовь к нему, возможно, собственные братья Чжан Чэнхуна помогли ему организовать банкет, или, возможно, они были разгневаны его действиями, никто не достал ни одной каменной монеты. Это привело Чжан Чэнхуна в ярость. После того, как все гости разошлись с банкета, Чжан Чэнхун, который проверил свой подарочный стол, прыгнул в дверь и ругался в течение часа. В конце концов, это был Чжан Юэмин, который не мог выдержать методы своего отца, и поэтому он уговорил и обманул Чжан Юэмин, чтобы заставить его вернуться в свой дом. Однако, несмотря на то, что ей не нужны были деньги, она все равно чувствовала себя подавленной, поэтому продолжала говорить, что ее раздражает брат. Пролежав дома три дня, она наконец придумала, как это исправить. Прямо во главе банкета, семь дней спустя, Чжан Юэмин собирался отправиться в уезд Мэнъюй, чтобы встретиться с другими культиваторами, которые пришли поприветствовать его. Чжан Чэн Хун уже предупредил своих братьев, чтобы они отпустили его пораньше, так что у самого выдающегося молодого поколения семьи Чжан не было причин, чтобы его братья не пришли проводить его. Однако, когда его братья прибыли в дом Чжан Чэнхуна, они были потрясены, увидев, что баннер с надписью "дань, любовь" все еще висит в центре зала. Как тут может быть что-то непонятное? Несколько их собственных братьев тайно обсуждали это некоторое время, и в конце концов, каждый из них все же запечатал красный пакет, и только тогда они отправили Чжан Юэмина в карету зверя в городе со счастливым Чжан Чэнхуном. Очевидно, он не понимал причины этого, он просто думал, что кузен, который смог войти в потрясенную небесами секту, был очень могущественным, и использовать это как демонстрацию силы перед своим маленьким другом было также очень респектабельно. Причина, по которой кузнец Чжан хотел дать ему два желтых нефритовых плода и пятьдесят каменных монет, была, вероятно, в том, что он хотел использовать желтый Нефритовый плод, чтобы ухаживать за своим дальним родственником, который прошел через несколько поворотов. Остальные пятьдесят каменных монет были, вероятно, потому, что он не ожидал, что их "полюбят"! Тем не менее, духовный плод среднего сорта был очень щедрым подарком. Похоже, этот кузнец Чжан потратил немало денег, чтобы выслужиться перед своим дальним родственником. Ян Цзюньшань рассмеялся и уже собрался уходить, когда услышал, как Чжан Хузи продолжает: "на банкете моего дальнего родственника мой отец даже пригласил отца моего дальнего родственника, знаменитого мастера медицины Чжан Чэнхуна в мой дом в качестве гостя. Мой отец также приготовил много спиртовых трав и эликсиров, мастер Чжан уже пообещал, что когда придет время, с этими таблетками мое развитие сможет продвинуться еще дальше, и я, возможно, смогу пробиться в третью стадию." Один из юношей с тревогой спросил: "брат Ху цзы, Когда придет этот алхимик?" Высокомерие на лице Чжан Хузи стало еще больше, и он сказал: "через месяц, через месяц наркобарон Чжан согласится прийти в наш дом в качестве гостя. В это время, если кто-нибудь из ваших семей приготовит какие-нибудь спиртовые травы или подобные вещи, приготовит подарок, а затем попросит моего отца высказаться за них, возможно, мастер лекарств Чжан состряпает для вас какие-нибудь таблетки." Через месяц? Ян Цзюньшань подумал, что это был именно последний момент зрелости Лин Тянь, и в это время вся деревня будет сосредоточена на нем. Как три эксперта сферы боевых искусств деревни, кузнец Чжан все еще будет иметь настроение, чтобы развлечь гостей? Если только этот уважаемый гость не был здесь, чтобы помочь ему бороться за Лин Тянь! Тем не менее, этот Чжан Чэн Хун был тем, кто не отпустит, даже если он не видел кролика. Кто знает, какую цену пришлось заплатить кузнецу Чжану, чтобы доставить его сюда. Он не знал, знал ли об этом его отец, но с культивацией Чжан Чэн Хуна на пятом уровне царства смертных, он мог считаться экспертом в деревне Туцю. Если бы он действительно хотел помочь кузнецу Чжану, это было бы не мелочью, не говоря уже о том, что у Чжан Чэн Хуна был хороший сын, и с его статусом внутреннего ученика секты потрясенных небес, если бы он пошел против Ян Тяньгана, он определенно заставил бы нескольких жителей деревни встать на сторону кузнеца Чжана. Когда наступили сумерки и Ян Тяньган вернулся домой из уезда, Ян Цзюньшань рассказал отцу о новостях, полученных от Чжан Хузи. Неожиданно Ян Тяньган холодно рассмеялся и сказал с презрением: "чтобы объединить силы с чужаками для давления на своего соседа, его кузнец Чжан действительно сделал шаг вперед!" Культивация Ян Цзюньшаня была на пике второй стадии сферы боевых искусств, но доблестные жители деревни Туцю все еще осмеливались атаковать Ян Тяньган. Даже если бы Ян Тяньган воспользовался этой возможностью, чтобы утвердить свое могущество, жители деревни Туцю все равно отказались бы принять его. Только до тех пор, пока Ян Тяньган не начал энергично наказывать деревню Лин Тянь и постепенно воспитывать и развивать новую Лин Тянь, вся деревня Туцю, наконец, приняла Ян Цунчжэна, и вся семья смогла интегрироваться в деревню Туцю. Он думал, что, привлекая сильные подкрепления из внешнего мира, он сможет поднять свой собственный престиж в деревне Туцю. Однако он забыл, что этот метод объединения с чужаками для запугивания своих соседей был тем, что вызывало у жителей деревни Туцю наибольшее недовольство. Отпустив свои тревоги, Ян Цзюньшань сразу же стал озорным и спросил с озорной улыбкой: "отец, вы успешно искали ржавый Рудный камень в последнее время?" Ян Тяньган удовлетворенно вдохнул дым, взглянул на него и спросил, даже не поднимая головы: "что?" Ян Цзюньшань забеспокоился: "разделите деньги, мы договорились, что если мы получим 10 нефритовых монет, мы разделим один, вы не можете вернуть назад свое слово!" ---------- Том 1 Глава 43 Глава 43 В конце концов, Ян Цзюньшань все еще не мог взять нефритовые монеты из кармана своего отца, поэтому Ян Тяньган легко отменил соглашение, которое у него было с сыном. Хотя внешне Ян Цзюньшань выглядел встревоженным, в душе он был уверен. Похоже, что урожай его отца был не маленьким, иначе он не стал бы действовать бесстыдно, как он, было очевидно, что он собрал слишком много нефритовых монет, так много, что Ян Тяньган чувствовал, что ребенок, как Ян Цзюньшань, не должен иметь так много нефритовых монет. Через мгновение Ян Цзюньшань спросил размеренным тоном: "отец, несколько дней назад ты вернулся в уезд Чэнью?" Ян Тяньган кивнул головой, продолжая затягиваться сухим дымом во рту. Ян Цзюньшань снова спросил: "Ты рассказал им о ржавой руде?" Ян Тяньган снова кивнул, выпустил кольцо дыма и сказал: "я сказал твоему дяде, в конце концов, это просто твоя мать, и я собираю информацию слишком медленно. У твоего дяди личность внешнего ученика секты потрясенных небес, так что его путь намного шире моего. Ян Цзюньшань кивнул головой и сказал: "Теперь мы можем считать, что у нас есть свой собственный клан, хотя дядя и ваши братья и сестры, но он все еще старший сын старшего сына семьи Ян города голубого камня, поэтому это дело справедливо передано ему. Нет никаких причин, даже если бы они захотели дать нам свое имя, чтобы быть эгоистичными, но отец, ты уверен, что дядя сообщит клану об этом деле?" Ян Тяньган снова молча курил свою трубку. Ян Цзюньшань продолжал говорить: "вы наиболее ясно представляете себе темперамент дяди, для него невозможно не получить выгоды, когда это дело доходит до него, даже если он уведомит об этом клан, это, вероятно, задержит его, но ребенок догадывается, что на этот раз дядя не уведомит клан, и не будет ждать выгоды сам в первую очередь." Ян Тяньган наконец перестал молчать, а вместо этого поднял голову с недоуменным видом: "ерунда!" Ян Цзюньшань издевательски рассмеялся и сказал: "отец недавно забыл, что проверка секты, потрясенной небесами, для внешних учеников уже достигла самого критического момента, и большой дядя долгое время пускал слюни по поводу личности внутреннего ученика. Если бы большой дядя доложил о ржавой руде потрясенной небесами секте, отец говорит, что вклад большого дяди можно считать великим, и из-за этого он не стал бы внутренним учеником?" Ян Тяньган был, наконец, поражен, и, по-видимому, он уже думал об этой возможности, вздохнул и сказал: "Ваш дядя делает это для собственного блага семьи, в конце концов, если вы станете внутренним учеником секты, потрясенной небесами, после достижения высокого уровня сферы боевых искусств, вам будет даровано "искусство сокровищницы Земли", которое является техникой культивирования на одну ступень выше, чем "искусство Духа Земли", переданное в вашей семье." Ян Тяньган помолчал немного, затем продолжил: "унаследованная техника культивирования семьи Ян была получена из этого набора сокровищ. Тогда, когда развитие вашего деда достигло пика сферы боевых искусств, именно потому, что "искусство покрывающего Духа Земли" было недостаточно высоко, он неоднократно сталкивался со стенами во время попытки прорваться через сферы жизни, и последний раз, когда он с силой прорвался, он впал в демоническое состояние на месте." Однако он помнил, что это был чрезвычайно строгий старик. Если бы дед Ян Цзюньшаня был еще жив, Ян Тяньган определенно не приехал бы в уезд Чэнью, чтобы основать свою собственную семью. -Твой дед всегда хотел стать внутренним учеником секты потрясенных небес, и было бы ужасно, если бы он не смог научиться "искусству окутывать Землю сокровищами". Если ваш дядя сможет успешно стать внутренним учеником, это будет считаться исполнением желания вашего дедушки. Если ваш дядя действительно сможет стать внутренним учеником потрясенной небесами секты в будущем, семья Ян будет иметь квалификацию, чтобы унаследовать "искусство сокровищницы Земли"." Ян Цзюньшань был озлоблен: будем надеяться, что когда придет время, он не забудет о тебе, брате, который помог ему! Ян Тяньган снова замолчал. Если бы его старший брат Ян Тяньчэнь был в состоянии стоять рядом с ним все эти годы назад, даже если бы у него не было отца, поддерживающего его, он не приехал бы в эту отдаленную деревню Туцю таким жалким образом. Именно тогда Ян Тяньган внезапно заговорил: "сегодня, когда я возвращался в деревню, я услышал от твоего дяди Тие ню, что Сюй Лэй также очистил бессмертный дух среднего ранга и достиг великого круга духовного призыва." - О!"Ян Цзюньшань не заботился об этом вообще, независимо от того, был ли это Чжан Хузи или Сюй Лэй, до тех пор, пока эти люди имели некоторые достижения, они были бы ниже своих отцов. Ян Тянган видел, что Ян Цзюньшань не заботился и знал, о чем он думает, но его сын на самом деле очищал Ци небесного духа высокого класса, и его техника закалки тела была еще более заподозрена в высоком уровне. С самого начала Ян Тяньган уже превзошел их с большим отрывом, но то, что он хотел сказать, было чем-то другим: "Сюй Саньян уже проинформировал жителей деревни, и после того, как Сюй Цзин полностью очистит небесный дух Ци, она вступится за Сюй Лэя и Сюй Цзина." Хотя им обоим было всего по двенадцать или тринадцать лет, такие вещи были обычным делом, но Ян Цзюньшань все равно смеялся: "этот Сюй Саньнян беспокоится." Ян Тяньган также рассмеялся: "в тот момент, когда эта Сюй Цзин прорвется через третью стадию Божественного духовного отверстия, есть шанс, что она родит другую талантливую технику, согласно тому, что сказал этот внутренний культиватор секты Чэнь Цзи. В то время секта потрясенных небес, скорее всего, примет ее в качестве внешнего ученика, если она не решит взять эту жену в жены сейчас, то она может потерять уважение к своему сыну." - Боюсь, дело не только в этом!" Ян Цзюньшань добавил: "Хотя этот Сюй Саньян носит фамилию Сюй, у ее сына все еще есть отец с другой фамилией. Поэтому, хотя Сюй Саннян хорошо информирован в семье Сюй, но ее сын не очень хорошо рассматривается в семье Сюй. Брак между Сюй цзин, которая стала гением семьи Сюй одним махом, и ее собственным сыном, безусловно, развеет все сомнения в семье Сюй, и проложит путь для ее сына, чтобы унаследовать главу семьи Сюй." Ян Тяньган несколько раз кивнул головой, явно испытывая удовлетворение от того, что его сын смог увидеть этот пол. Однако, когда он заговорил о "зяте", Ян Тяньган вдруг о чем-то задумался и сказал: "Твой седьмой дядя через несколько дней приедет к нам в гости." - Неужели?"Лицо Ян Цзюньшаня выражало радость, но он сразу же подумал о чем-то и спросил глубоким голосом: "это из-за вопроса о распределении земли?" Седьмая тетя Ян Цзюньшаня, Ян Тянь Янь была младшим братом ее дедушки, а также была четвертой тетей Ян Цзюньшаня, старшей дочерью Ян Цзяо. Семья Ян из голубого камня заняла видное место в поколении дедушки Ян Цзюньшаня. После того, как Ян Ли стал внешним учеником секты потрясенных небес, он начал строить семью Ян со своими тремя братьями и сестрами. Чтобы захватить защиту города голубого камня, Ян Ли женился на овдовевшей дочери старейшины королевств жизни и получил помощь этого старейшины, успешно сделав видный класс семьи Ян. Тем не менее, фундамент мадам Ян был все еще неглубоким. Чтобы вернуть власть своей семье, братья и сестры Ян Ли установили чрезвычайно строгое семейное правило: всем девушкам с талантом к самосовершенствованию в Мадам Ян, после того как они станут взрослыми, не разрешается вступать в брак, а разрешается только выходить замуж! Чтобы соблюсти это семейное правило и подать пример молодому поколению мадам Ян, третья тетя Ян Ян подала пример и взяла на себя инициативу найти мужа, который был очень богат. Седьмой дядя Ян Цзюньшаня, Ань Ся, был спасен четвертым дедушкой Ян Цзяо, когда он шел в мир культивации в молодости. Пока город голубого камня восстанавливался, он и Седьмая тетя Ян Тянь были влюблены, но, к сожалению, правила клана мадам Ян запрещали женщинам выходить замуж. Когда Ань ся выздоравливала, Ян Тяньган и Ань Ся были естественно совместимы,и они стали лучшими друзьями. Для этого Ян Тяньган однажды попросил у своего отца Ян Ли разрешения жениться на его тете. Неожиданно его отругали как черти. Позже Ань Ся не выдержала уговоров Седьмой тетки и, чтобы отплатить семье Ян за спасение своей жизни, заставила себя стать ее зятем. После свадьбы Седьмой дядя Ян Цзюньшаня часто выезжал за границу, и в семье он редко возвращался домой. Иногда он даже брал свою тетю на экскурсии, чтобы развлечься, и кроме того, что у него все еще были хорошие отношения с Ян Тянгангом, его отношения с другими людьми были чрезвычайно равнодушными. В прошлом, когда Ян Тяньган приехал в деревню Туцю, чтобы обосноваться, только седьмой дядя смог сопровождать свою семью до самого уезда Мэнъю. По дороге Седьмой дядя рассказал Ян Цзюньшаню обо всем, что он видел и слышал во время своих путешествий, что значительно расширило горизонты Ян Цзюньшаня. Увидев, что Ян Тяньган кивнул головой, Ян Цзюньшань спросил: "тогда как мы должны разделить Лин Тянь, отец, у тебя есть Лин в твоем сердце?" Ян Тяньган сменил горшок с табаком и использовал свои руки, чтобы удержать его на месте. Подув на него, из его рта вылетело небольшое пламя, и, приземлившись в середине горшка, табак быстро воспламенился. Он положил дым в рот и издал два звука "па да", после чего он выдохнул дым, сказав: "семьдесят процентов, тогда три акра Лин Тянь будут разделены на семьдесят процентов!" "Сколько?"Ян Цзюньшань был немедленно раздражен. - Всего семь баллов? Если бы не отец, который был хозяином, где бы деревня Туцю получила три акра Лин Тянь? Сколько энергии вы вложили за последние три года? С точки зрения вклада, наша семья получит по крайней мере акр! " -Да что ты знаешь!"Ян Тяньган бросил на него взгляд и сказал:" Вы знаете, сколько семей есть в деревне Туцю? И сколько из этих семей имели духовных фермеров? Сколько было Лин Тянь и ни одного духовного фермера? А у скольких есть духовные фермеры, но нет Лин Тянь? " "Забудьте о том, что наша семья не может получить акр нового Лин Тянь, даже если семья Сюй возьмет на себя часть населения деревни Туцю, Сюй Саньян в лучшем случае предложит долю в Акре Лин Тянь, чего может даже не хватить." -У нашей семьи Лао Ян в деревне всего три семьи. Добавим к немногочисленным семьям в деревне, которые находятся рядом с нами, семь акров доли Лин Тянь уже являются самыми высокими по доле их голов. Это включает в себя две части Лин Тянь, которые мы обещали ребенку Баочжана." Тем не менее, Ян Цзюньшань моргнул в это время и сказал: "Отец, Вы когда-нибудь думали о перемещении некоторых членов клана мадам Ян сюда с вами? Не спешите отказываться, я уже знаю, что у вас есть несколько приятелей, чьи отношения сравнимы с дядей ти ню и дядей Цин ню. Теперь, когда вы заняли свою позицию в деревне Туцю, почему бы не побудить их выйти из тени? ---------- Том 1 Глава 44 Глава 44-Прибытие Как культиватор боевого царства, а также глава деревни, они могли владеть тремя му низкого ранга Лин Тянь для ведения сельского хозяйства. Но даже с помощью охотничьего конного зверя, как Ян Тяньган, так и Хань Сюмэй смогли бы культивировать только два му с половиной Лин Тянь. На самом деле, Ян Тяньган и его жена всегда должны были взять отпуск, чтобы культивировать и заботиться о делах деревни. Поэтому, не говоря уже о двух с половиной му Лин Тянь, было уже неплохо, если они могли заботиться о двух с половиной му домашнего скота. Ян Тяню и Ян Цинню были экспертами на пятой стадии царства смертных, и когда они впервые последовали за Ян Тяньганом в деревню Туцю, они едва разделили три части Лин Тянь с каждой. После этого они также разделили полтора АКРА Лин Тянь С, которые Ян Тяньган не мог вырастить в шесть частей для аренды. Оставшиеся 90% Лин Тянь Ян Тянь можно было только продолжать сдавать в аренду другим духовным фермерам, у которых не было Лин Тянь для ведения хозяйства. Половина их годового урожая будет передана семье Ян Тяньган в аренду. Несмотря на это, было все еще много духовных фермеров, которые хотели арендовать Лин Тянь у семьи Ян, потому что Лин Тянь Ян Цунчжэн поддерживал их духовную энергию хорошо. Что еще более важно, Лин Тянь, которые были арендованы, могли получать воду из духовного колодца, поэтому их урожай был немного выше, чем у других Лин Тянь. Хотя семья Ян могла считаться большой семьей в округе Чэнью, все еще было много членов семьи ветви, которые жили в трудной жизни, и для них было невозможно заботиться обо всех них. Все эти годы семья Ян изо всех сил старалась приблизиться к потрясенной небесами секте, и отдала большое количество ресурсов для культивации адепту-культиватору сферы, поэтому у них не было больше ресурсов, чтобы заботиться о членах семьи ветви. В это время, если бы Ян Тяньган мог использовать, чтобы привлечь людей мадам Ян, даже если бы это была просто аренда, вероятно, было бы много людей, приходящих. В мире культивирования, если духовный фермер был способен культивировать три части Лин Тянь, он обычно мог содержать свою семью из пяти человек. А культиватор с пятой стадией царства смертных будет культивировать не более шестидесяти процентов Лин Тянь. Если семья Ян получит девять частей земли, сданной в аренду духовным фермерам в деревне, и добавит семь частей Лин Тянь, которые они получили на этот раз, даже если Су Баочжан получит двадцать-тридцать процентов s, они все равно смогут нанять от трех до пяти членов клана из города голубого камня, чтобы подчиниться им. И с помощью членов его клана, контроль Ян Тяньгана над деревней Туцю определенно будет еще более жестким. После того, как отец и сын поговорили ночью, Ян Цзюньшань снова возобновил свои дневные и ночные тренировки. Ян Тяньган не знал, был ли он тронут его предложением, но, похоже, он возвращался в город голубого камня несколько раз за эти дни, всегда действуя так, как будто он спешил. Ян Цзюньшань также не мог догадаться, что делал его отец. И ночью, волна за волной жители деревни Туцю пришли в гости, говоря о расколе Лин Тянь С. Ян Цзюньшань терпеливо ждал, он решил пойти на Западную гору, чтобы спрятаться в гранатовом лесу. Вот так прошло больше полугода. В это утро Ян Цзюньшань выкопал последний мешок спиртовой грязи из гранатового леса и вылил его в Лин Тянь своего клана. Лин Тянь, на котором находился Ян Цзюньшань, был самым большим во всей деревне Туцю, занимая площадь в один акр и три акра. Это был также Лин Тянь, который Ян Тяньган и его жена никогда раньше не культивировали своими руками. Хотя подножие Западной горы взрастило три му Лин Тянь, на самом деле эти Лин Тянь были также разделены на множество частей. Процесс культивирования Лин Тянь был чрезвычайно тщательным, и было очень редко, чтобы кто-то мог культивировать целый кусок Лин Тянь. Два Лин Тянь с, сложенные вместе, занимали площадь в один акр и две половины. После того, как он был отдан Ян Тяньгану, Лин Тянь был насильно поднят до уровня Лин Тянь Ян Тяньганем, используя спиртовую воду колодца и некоторые другие методы, чтобы культивировать нормальное поле между двумя Лин Тянь с. Кроме того, два Лин Тянь также стали одной частью, и площадь увеличилась на один акр. Качество духовной земли здесь было, по крайней мере, среднего ранга Дхармы. Хотя это было похоже на чашку воды с большим размером Лин Тянь, это могло, по крайней мере, заставить количество духовной энергии в почве Лин Тянь упасть без исключения в течение следующих двух-трех лет. Среди Лин Тянь кисточки тяжело свисали с их голов. Зерна были круглыми и пухлыми, и по мере того, как дул бриз, волна долины задирала их, порождая следы освежающей духовной энергии. Именно в это время издалека по дороге, ведущей за пределы деревни, приближалась повозка с животными. В этот момент около дюжины людей вышли из деревни, чтобы поприветствовать их, во главе с одним из трех культиваторов боевых сфер деревни Туцю, отцом Чжан Хузи, кузнецом Чжаном. Если бы Ян Цзюньшань получил откровение, то, когда он обернулся, чтобы посмотреть на повозку зверя, он увидел бы, что человек, который вышел из нее, не был гением номер один округа Мэнъюй, отцом Чжан Юэмина, Чжан Чэнхун. Когда эти двое встретились, они обменялись чрезвычайно интимными приветствиями, а затем кузнец Чжан, казалось, представил его людям из деревни Туцю, которые стояли позади него. При встрече с другими Чжан Чэнхун сразу же выглядел очень сдержанным, и толпа жителей деревни Туцю все дали ему выражение чести. Кузнец Чжан уже взял на себя инициативу, чтобы принять меры, было видно, что зрелость Лин Тянь была уже неизбежна, различные духовные фермеры больше не могли сидеть на месте, даже Ян Тяньган пригласил седьмого дядю Ань ся в качестве резервного на всякий случай, поскольку он не знал, что будет делать самый большой клан деревни Туцю, семья Сюй. Однако, все это не было вещами, с которыми Ян Цзюньшань мог что-либо сделать в данный момент. Он был полностью сосредоточен на очищении Духа Бессмертного и прорыве к совершенству второй ступени. В эти дни он занимался земледелием в гранатовом лесу и пещере с родниковой водой. С помощью богатой духовной энергии не только значительно возросла скорость очищения бессмертных духов, но и значительно улучшилось развитие карты Горного Владыки. В настоящее время Ян Цзюньшань уже создал две из восьми диаграмм горных монархов, картину Крадущегося тигра и картину Крадущегося тигра. Основным эффектом изображения Крадущегося тигра было исцеление и восстановление, но только одна картина тигра заставила силу физического тела Ян Цзюньшаня значительно увеличиться, и эффект был далек от того, что мог сравнить разъяренный кулак быка и тому подобное. Надо знать, что это были только две из восьми диаграмм горных монархов. Тем не менее, Ян Цзюньшань уже заметил, когда он культивировал карту надписи, что с его текущим уровнем культивирования и силой его тела, он был не в состоянии выдержать бремя обучения другим шести изображениям картины Горного Лорда. Он не знал, насколько сильнее стало его тело, прежде чем он смог продолжить свое развитие. Теперь, каждый раз, когда Ян Цзюньшань культивировал образ скорчившегося тигра, кости в его теле издавали взрывные звуки, похожие на гром. Подобная ситуация имела место только в его предыдущей жизни, когда он также достиг высокого уровня смертного царства, и самым непосредственным эффектом, вызванным укреплением его физического тела, было увеличение его силы. Теперь три каменные скульптуры большого лука тоже, казалось, стали мягкими в его руках. Однако, несмотря на то, что увеличение силы его тела сделало его чрезвычайно удовлетворенным, Ян Цзюньшань все еще мог чувствовать, что, казалось, были некоторые неизвестные изменения, происходящие в его костях, когда он культивировал схему обитателя Тигра. Поскольку он не знал, был ли результат этой перемены хорошим или плохим, он несколько нервничал в душе. Бессмертная духовная сущность в медвежьей желчи уже была полностью очищена Ян Цзюньшанем. Теперь, за пределами отверстия небесного духа в мужестве Ян Цзюньшаня, вздымающийся шар бессмертной духовной сущности был подобен озеру, которое накопило бесчисленную энергию, ожидая, когда барьер внутри отверстия небесного духа сломается. Тем не менее, Ян Цзюньшань столкнулся с проблемой при очистке последнего куска Божественного Духа, возможно, потому, что последний кусок был сконденсирован из сущности бессмертного духа тигровых зубов, скорость очистки стала чрезвычайно медленной. Это было на вершине Божественного духовного царства, на вершине Божественного духовного царства. После культивирования в гранатовом лесу в течение нескольких дней без особого прогресса, Ян Цзюньшань беспомощно вернулся в деревню. Как только он вошел в деревню, он услышал, что Сюй Цзин уже усовершенствовал Маяк Бессмертного ветра среднего ранга, и позавчера его даже вызвал на допрос лорд-протектор города Пустошей. Все говорили, что это был лорд-защитник, пытающийся проявить добрую волю к своим будущим младшим сестрам, потому что, как только Сюй Цзин достигнет третьей ступени, было очень возможно, что она станет ученицей внешней секты потрясенной небесами секты, как и лорд-защитник. И пустоши города уже более или менее никогда не производили сукалент. И сегодня был день, когда была назначена свадьба Сюй Лэя и Сюй Цзин. Семья Сюй уже устроила большой банкет в деревне, и говорили, что даже великий Хранитель послал кого-то, чтобы дать им чрезвычайно ценный подарок. Прибыв в переднюю часть резиденции Сюй, Ян Цзюньшань и Сюй Цзин произносили тосты за гостей, высокомерие на лице Сюй Цзина исчезло, но оно было заменено более уверенным взглядом, особенно спокойствием девушки, что заставило Ян Цзюньшаня почувствовать, что ему нужно подготовить достаточно сочувствия к будущему Сюй Лэя. "Брат, где ты был последние несколько дней?" Ян Цзюньпин появился из ниоткуда, его рука все еще держала множество изысканных блюд, когда он ел, он сказал нечетко: "брат, ты не знаешь, всего несколько дней назад Чжан Хузи был слишком высокомерным, он сказал, что лекарство Чжан, которое пришло в его дом, собиралось состряпать концентрированные лекарственные гранулы для него и помочь ему прорваться к отверстию бессмертного духа, когда он был первым, кто открыл его отверстие бессмертного духа, он уже был бы молодым экспертом номер один в деревне Туцю." Ян Цзюньшань рассмеялся, услышав это, и сказал: "несколько дней назад? Разве он уже не хвастался, что он-молодой специалист номер один? Значит ли это, что он сам знает, что не оправдывает своего имени? " Ян Цзюньпин засунул в рот кусок пирога с бобами и сказал: "Это верно, позвольте мне сказать вам, что эта девушка Сюй Цзин действительно сильна. Несколько дней назад, когда Сюй Цзин вернулся из города и встретил ее, этот Чжан Хузи издалека назвал ее "маленькой женой Сюй Лэя". Не знаю, может быть, она просто несла какую-то плутовскую чушь, но она разозлила ее в одно мгновение, как вы думаете, что произошло дальше?" Он проглотил всю вкусную еду во рту изо всех сил, но он не возражал против того, что Ян Цзюньшань не ответил на его вопрос. Он продолжил: "А потом Чжан Хузи был избит Сюй Цзин! Братан, почему я раньше не знал, что эта девчонка такая свирепая! Даже Чжан Хуси не был его противником, неудивительно, что он был внешним учеником потрясенной небесами секты! " Ян Цзюньпин говорил радостно, но Ян Цзюньшань нисколько не удивился. Казалось, Ян Цзюньшань уже знал ответ на вопрос, подходит ли ему этот маленький негодяй Чжан Хузи. Как только он повернулся, чтобы уйти, он увидел пухлого маленького мальчика, бегущего со своей младшей сестрой, а за ним следовал красивый маленький тигренок. Он услышал, как его младшая сестра кричит на бегу: "старший брат, второй брат, семья Седьмой тети и седьмого дяди здесь. Папа говорит вам двоим, чтобы вы поскорее вернулись!" ---------- Том 1 Глава 45 Глава 45-Тянь Хуан Увидев перед собой этого пухлого маленького мальчика, Ян Цзюньшань радостно присел на корточки и потер ему голову, говоря: "Тринадцатый брат, ты все еще помнишь, кто я?" Маленький мальчик наклонил голову и некоторое время смотрел на Ян Цзюньшаня, как будто он производил на него впечатление, но в конце концов он покачал головой и сказал своим детским голосом: "я его не знаю!" Ян Цзюньшань усмехнулся и понес маленького мальчика на своем теле. Он сказал: "Маленький Хао, я твой четвертый брат, Ян Цзюньшань. Теперь ты вспомнил?" В конце концов, ему было всего пять лет. Когда он видел его в последний раз, ему было всего два с половиной года, а когда он произнес свою речь раньше, три года пролетели незаметно. Ян Цзюньшань уже давно не мог узнать его, и теперь он был вундеркиндом, обладающим фотографической памятью. Да, даже несмотря на то, что его тринадцатый брат действительно станет великим в будущем. Ян Цзюньхао был тринадцатым в третьем поколении семьи Ян, и кроме четвертой тети, Ян Тянь фан, женщины в четвертом доме семьи Ян никогда не выходили замуж. Согласно рейтингу четвертой ветви семьи Ян, Ян Цзюньшань занимала четвертое место, Ян Цзюньпин-девятое, а Ян Цзюньсинь, которая была всего на год старше ее, занимала двенадцатое место. Человек, который был занят приготовлением пищи на кухне была седьмая тетя Ян Тянь Янь. Увидев, что Ян Цзюньшань вернулся с сыном на спине, Ян Тянь Янь рассмеялся: "маленький Шань вернулся, он все больше и больше похож на твоего отца теперь, когда прошло два или три года!" - Седьмая Тетя!" После того, как Ян Цзюньхао, с которым он познакомился по пути, спустился со спины, Ян Цзюньшань погладил его рукава с намерением выйти вперед и помочь. Ян Тянь Янь быстро прогнал его и сказал: "Иди, иди. Там нет необходимости для вас здесь. Иди в свой зал, чтобы встретиться с седьмым дядей. Я слышал, что ты вот-вот преуспеешь в вызове своего духа. На этот раз твой дядя принес тебе хороший подарок!" Услышав, что есть подарок, Ян Цзюньшань сразу же обрадовался. Он попрощался с тетей и побежал в гостиную. Ян Цзюньхао и маленькая Двенадцатая сестра уже давно кружили вокруг ху ню рядом с ней. Подойдя к фасаду дома, Ян Цзюньшань случайно услышал, как его отец рассмеялся: "Я слышал, что ты не выезжал путешествовать в течение этого периода времени, а честно остался в городе. Я думал, что ты изменил свой пол, но на самом деле ты культивировал за закрытыми дверями, тайно поднимая свое развитие до пика первой стадии сферы боевых искусств. Из дома донесся сердечный смех, и он сказал: "третий брат, что за чушь ты несешь, как можно так легко пробить второй уровень сферы боевых искусств? У вас есть опыт в этом деле, и, кроме того, как третий брат не мог нанять меня в качестве своего шурина!" Человек, сидевший справа, выглядел немного моложе Ян Тяньгана, но по сравнению с грубой внешностью Ян Тяньгана этот человек больше походил на ученого. У ГУ Паньпаня была несколько оживленная аура, которая указывала, что он был седьмым дядей Ян Цзюньшаня, Ань Ся. Что касается двух сидевших напротив него, то они были высокими и крепкими, одетыми в грубую одежду с преданным лицом. Это были братья Ян Тяню и Ян Цинню, которые последовали за Ян Тяньганом из города голубого камня. - Отец, Седьмой Дядя, Дядя Ти Ню, Дядя Цин Ню!" Когда он обернулся, чтобы посмотреть, он увидел, что седьмой дядя Ань Ся улыбается ему и говорит: "Шаньцзы, за эти несколько лет ты не сильно вырос. Седьмой дядя принес вам что-то хорошее на этот раз, интересно, нравится ли вам это!" Ян Цзюньшань тут же рассмеялся: "подарок седьмого дяди мне определенно нравится!" Услышав это, Ань ся от души рассмеялась и сняла с груди кожаную сумку размером с ладонь. Ян Цзюньшань мог видеть это ясно, эта сумка была похожа на сумку для хранения, которую Ян Тяньган использовал для хранения предметов внутри. После встряхивания мешка для хранения в его ладони, предмет размером с ладонь немедленно упал в ладонь Ся из середины мешка для хранения. По внешнему виду он выглядел ничем не примечательным, и если бы не следы духовной энергии, которые просочились наружу, Ян Цзюньшань, вероятно, рассматривал бы его как глиняный камень, который был сломан и едва мог склеиться. Видя сомнение на лице Ян Цзюньшаня, Ань ся засмеялась: "как это, ты узнаешь это?" Ян Цзюньшань сказал с некоторым колебанием: "это похоже на духовный материал среднего класса, камень Тянь Хуан, но это совсем не похоже." На этот раз настала очередь Ань Ся удивляться, и она сказала: "Шаньцзы, ты видел это раньше?" -Ваш сын никогда не видел материальных объектов, но я читал об этом в "объектах ветра". Просто этот кусок скалы не похож на тот, что в книге, так что я не уверен." Увидев, как Ян Цзюньшань покачал головой, Ань ся продолжал хвалить его: "Неплохо, неплохо, это духовный материал среднего класса, камень Тянь Хуан. Это то, что дядя я случайно получил от старого резчика, что старый резчик является экспертом в вырезании нескольких рун узора духа и чрезвычайно известен в регионе. Ань Ся бродила вокруг много лет, и ее опыт даже превзошел опыт Ян Тяньгана. когда он говорил о том, что произошло снаружи, все остальные слушали с удовольствием. "Несколько культиваторов, которые преследуют элегантность, произведут несколько печатей и подобных магических инструментов. Эти типы магических инструментов будут вырезаны из духовного материала среднего ранга мира, прежде чем быть переданным алхимиком для уточнения." Каждый раз, когда этот старый гравер вырезает эти надписи для людей, он собирает частицы порошка, которые падают с камня Тянь Хуан, и со временем они собираются, чтобы сформировать большой кусок. Хотя этот объект не считается камнем Тянь Хуан среднего ранга Дхармы, его можно считать куском грязи Тянь Хуана, и среди низкосортных духовных материалов ранга Дхармы он будет считаться пиком. Ян Тяньган увидел, что его сын был поглощен своим рассказом, поэтому он с улыбкой пожурил его: "поторопись и поблагодари своего седьмого дядю! Такой большой кусок желтой грязи, должно быть, дорого обошелся твоему дяде! " Хотя Тянь Хуан так дал Ян Цзюньшань подарок, он все еще был драгоценным сокровищем. Кроме того, его отец должен был придумать способ превратить его в артефакт духа, поэтому Ян Тяньган, естественно, принял дар от его имени. После еды стало ясно, что Ян Тяньган и остальные все еще хотели что-то обсудить, в то время как тринадцатый брат Ян Цзюньхао все еще кружил вокруг ху ню, играя вместе со своей младшей сестрой и вторым братом. По совпадению, это позволило Ян Цзюньшань найти время, чтобы ударить Улая, и единственным человеком, который должен был принести жертву, был ху ню, которого несколько братьев и сестер рассматривали как игрушку. Как только Ян Цзюньшань собрался покинуть деревню и подняться на Западную гору, он встретил Су Баочжана, который пошел посмотреть, как возвращается Лин Тянь. -Ты знаешь, что отец Чжан Юэмин приезжает в нашу деревню?"В тот момент, когда Су Баочжан увидел Ян Цзюньшаня, он сразу же начал говорить о Чжан Чэн Хун, что на мгновение смутило Ян Цзюньшаня, и мог только кивнуть головой, спокойно ожидая следующей части. "Я никогда не думал, что этот парень будет настолько способным, он использовал несколько таблеток, которые он сделал в деревне, чтобы лечить травмы нескольких человек, заставляя многих людей в деревне чувствовать себя благодарными. Есть даже люди, которые говорят, что у кузнеца Чжана много лица, и пригласили в деревню очистителя таблеток, если бы это был любой другой человек, они даже не смогли бы пригласить деревенского старосту!" Су Баочжан пришел в ярость: "послушай меня, разве ты не ругаешь меня, как ученого! Однако у этого человека есть некоторые навыки. Несколько дней назад я услышал, что что-то пошло не так с культивацией ли Шэня, и он случайно заразил высокую температуру Фэн СЕ, в результате чего он не смог отступить. Все его тело затуманилось от огня, и с одной пилюлей от Чжан Чэн Хуна его лихорадка спала, и он сразу же стал ясным. "Однако болезнь, вызванная отклонением Ци, труднее всего поддается лечению. Через полдня у Ли Шэня снова поднялась температура, поэтому Чжан Чэн Хун дал ему еще одну таблетку, и жар спал. Через четыре дня Чжан Чэн Хун дал пять таблеток ли Шэню и, наконец, удалил болезнь Фэн Се. Эх, что это за выражение такое, что-то не так в том, что я сказал?" Слова Су Баочжана были точны, но лицо Ян Цзюньшаня было наполнено насмешкой и насмешкой. Он чувствовал себя подавленным в своем сердце, думая, что Ян Цзюньшань смеется над ним. Ян Цзюньшань холодно рассмеялся и спросил: "тогда какова цена таблеток Чжан Чэн Хуна? Брат Бао Чжан, вы знаете?" Су Баочжан был поражен на мгновение, а затем сказал: "Это было не дешево. Было сказано, что он заплатил ли Шэню в общей сложности пять гранул культивирования за три из своих нефритовых монет, заставляя его чувствовать себя очень больно. Ян Цзюньшань холодно фыркнул и сказал: "Коробка из 10 пилюль, направляющих дух для культиваторов царства смертных, стоит всего пять нефритовых монет, а он, Чжан Чэнхун и несколько других сделали такие грубые пилюли, на самом деле осмеливается взять три нефритовые монеты?" Су Баочжан был поражен и сказал: "но его таблетки действительно эффективны!" Насмешка на лице Ян Цзюньшаня стала еще более очевидной: "это только Фэн Се входит в тело, даже если это просто дрянная таблетка, делающая пилюлю, этого было бы достаточно, но он использовал пять из них! Однако стоимость злой пилюли составляет всего десять каменных монет, что эквивалентно продаже за двадцать каменных монет. Этот парень продал их за шестьдесят каменных монет каждый, что было просто безумием! " -Но что я могу с этим поделать?" "Если бы у него не было денег, разве он не мог бы заработать деньги только на одну таблетку?" Ян Цзюньшань мгновенно был ошеломлен его вопросом. "Что касается контроля болезни туда и обратно, это просто слишком легко. Все, что вам нужно сделать, это добавить некоторые дополнительные приправы в таблетку." Через некоторое время Су Баочжан сказал с недоверием: "неужели он действительно такой презренный?" Ян Цзюньшань холодно рассмеялся: "чтобы иметь возможность нагло повесить" любовную записку " на банкете нашего сына, насколько хорошо вы можете надеяться на него?" -Нет,мы не можем позволить этому человеку продолжать лгать нам!" Су Баочжан быстро подошел к деревне и сказал: "Мы должны разоблачить презренное лицо этого человека. В эти дни он все еще использовал название стряпни таблеток, чтобы купить травы и травы из разных семей. Мы даже не знаем, сколько трюков он спрятал, мы определенно не можем позволить жителям деревни снова попасться на эту удочку." Ян Цзюньшань оттащил его назад и сказал: "У вас есть доказательства? -Не забывай, все это было сделано добровольно жителями деревни. Даже жители деревни не поддержали тебя, когда ты нагло выступил с критикой." ---------- Том 1 Глава 46 Глава 46-Сокрытие Было ли это потому, что он уже достиг точки насыщения в очищении бессмертного духа? Временно остановив Су Баочжана от необдуманных действий, Ян Цзюньшань вернулся в гранатовый лес и начал культивировать его в подземной пещере. Однако прошло полдня, и прежнее ощущение того, что Ян Цзюньшань может ясно ощущать прогресс, исчезло. Такого рода ситуация не изменилась за последние несколько дней, которые вааре случались во время процесса вызова бессмертного духа. Обычные культиваторы не встретятся с какими-либо узкими местами в процессе вызова бессмертного духа, пока они не достигнут завершенной стадии, что заставило Ян Цзюньшаня задаться вопросом, не потому ли, что они уже исчерпали весь свой потенциал? Если это действительно было так, то Ян Цзюньшань уже достиг Великой стадии совершенства. Что касается оставшегося бессмертного духа тигрового зуба, может быть, ему придется разрезать свою шкуру, а затем вытащить ее? С этой мыслью Ян Цзюньшань решил остановить окончательное усовершенствование зубной феи тигра и попытался отбросить ее с пути циркуляции духовного искусства Вуту. Дело не в том, что не было точки насыщения в процессе очищения бессмертных духов в мире культивации, но такая ситуация обычно случалась с культиваторами, которые рождались без достаточного количества или имели слабые тела. У большинства культиваторов не было бы такой ситуации, независимо от того, какой бессмертный дух они очищали. Ян Цзюньшань превратил свое тело в образ скорчившегося тигра, и духовное искусство Вуту циркулировало еще быстрее по его меридианам. Он врезался в оставшийся зуб тигра бессмертный дух вне бессмертных духовных полостей, пытаясь покинуть расположение бессмертных духовных полостей и уступить место бессмертной сущности, которая уже была очищена и сохранена в полостях. Неожиданно, когда тигровая зубная фея пошевелилась, сильная боль тут же охватила все ее тело. Из его позвоночника вдруг вырвался резкий звук, как будто его разбили вдребезги. Неожиданная перемена заставила Ян Цзюньшаня на мгновение забыть о боли во всем теле, и он сразу же сосредоточил все свое внимание на своем теле. Первоначально Ян Цзюньшань думал, что он использует духовную энергию в своем теле, чтобы атаковать оставшийся бессмертный дух, позволяя бессмертному духу продолжать очищать его. Так же, как Ян Цзюньшань был в недоумении, он внезапно почувствовал изменение в пути циркуляции духовной Ци в своем теле. Маршрут циркуляции, который был первоначально открыт во время вытягивания духовной Ци, теперь перемещался к ближней стороне Божественного духовного котла на его позвоночнике. После звука "бум", который мог слышать только Ян Цзюньшань, бурлящая духовная энергия разблокировала скрытый духовный путь, а затем вернулась к своему первоначальному маршруту циркуляции. "Духовное искусство Вуту" снова начало плавно циркулировать, только когда оно было перенесено в позвоночный столб, через него проходил дополнительный духовный канал. И в конце этого недавно открытого туннеля, барьер препятствовал заряду духовной энергии, заставляя духовную энергию, которая устремилась внутрь, вернуться на свой первоначальный путь циркуляции. Небесные духовные пустоты! Подумать только, что здесь появится хоть один! Ян Цзюньшань был крайне потрясен. Если бы не тот факт, что это был самый ответственный момент культивации, и он боялся, что сойдет с ума, он только хотел встать и крикнуть: "Это невозможно!" Как тут может быть бессмертная духовная пустота!? Очевидно, он был врожденным талантом четвертого класса с двумя бессмертными духовными полостями. Как могла появиться такая причудливая бессмертная духовная пустота, и почему он не был обнаружен, когда проверял свой врожденный талант? В своей предыдущей жизни Ян Цзюньшань всегда был талантом 4 уровня, поэтому даже если кто-то использовал метод, чтобы скрыть духовный котел в своем теле, в будущем, когда развитие Ян Цзюньшаня достигнет сферы боевых искусств, он все равно сможет узнать. Другими словами, Была ли это его предыдущая жизнь или его нынешняя жизнь, врожденный талант Ян Цзюньшаня изначально был четвертым классом, поэтому у него определенно было две бессмертные полости! Тогда какова же была причина внезапного появления бессмертных духовных полостей, и действительно ли они существовали в теле Ян Цзюньшаня, и почему он появился? Прежде чем Ян Цзюньшань успел успокоиться, он услышал еще один резкий звук внутри своего тела, заставив его снова обратить внимание на свое тело. Он увидел, что поверхность бессмертного духа тигрового зуба, которая ранее была покрыта трещинами, внезапно начала трескаться, и маленький шарик кроваво-красной жидкости потек наружу, следуя по вновь открывшемуся духовному пути и прямо прибыл перед барьером вновь образованного духовного колодца. Духовное искусство Вуту продолжало непрерывно циркулировать, разрушенные фрагменты бессмертного духа тигрового зуба продолжали смываться духовной энергией, и первоначально застоявшаяся бессмертная духовная сущность начала собираться снова. В то же время красная жидкость, которая вышла из бессмертной души тигрового зуба, начала очищаться духовной энергией. Эта красная жидкость на самом деле была бессмертным духом, и бессмертный дух непосредственно стремился к вновь появившимся бессмертным духовным полостям. В это время, если кто-то все еще был в пещере источника духа, они могли бы заметить, что слабая аура красного света поднималась из первоначально темной пещеры, и светлая аура исходила от спины Ян Цзюньшаня. Эта сцена была точно такой же, как сцена, где горный тигр, сидя на горе Баньян, пытался "уплотнить свои кости и преобразовать свой дух" перед Ян Цзюньшань. В это время Ян Цзюньшань также понял, что этот шар кроваво-красной жидкости, скорее всего, был высшим бессмертным духом, который Тигр стального Клыка пытался собрать через свой дух формирования костей. Он думал, что Тигр со стальным Клыком уже потерпел неудачу, но он никогда не думал, что самый драгоценный высший бессмертный дух будет скрыт внутри небесного духа тигрового Клыка. Кроме того, это был бессмертный дух высшего качества и бессмертный дух высшего класса, который превосходил медведя беговой дорожки. Если бы Горный Тигр не был первоначально ранен Чжан Юэминем, даже если бы он попал в засаду на полпути, медведь беговой дорожки определенно не был бы его соперником. Поскольку он уже разгадал тайну Небесной ступени, успокаивающий Ян Цзюньшань тайно вспомнил скрытые легенды своей прошлой жизни о Небесной ступени, и это, наконец, заставило его вспомнить тайну, которую он слышал в своей предыдущей жизни. После Великой перемены в его предыдущей жизни, это был конец мира культивирования, который произошел от бедствия. Первоначальные секреты многих культивационных миров начали распространяться; один из них-ваумор о скрытых секретах культиваторов. Одним из объяснений было то, что было очень мало культиваторов, которые не знали о существовании бессмертных духовных полостей, и эти бессмертные полости будут обнаружены только тогда, когда культиватор достигнет сферы боевых искусств. Однако в это время культивирование культиваторов уже было зафиксировано, поэтому обнаруженные бессмертные полости больше не могли обеспечить ни малейшей поддержки для культивирования культиваторов. Такое явление могло быть связано с рождением, но Ян Цзюньшань был более склонен полагать, что это был способ заманить других в ловушку. Кто-то намеренно использовал секретную технику, чтобы скрыть первоначальный талант юноши, когда его проверяли молодые культиваторы. Раньше, когда Ян Цзюньшань раскрыл свои [скрытые Меридианы] в своем теле, он также подозревал, что кто-то установил урап для него на семейном экзамене. Однако он быстро опроверг эту гипотезу, потому что, когда Ян Цзюньшань достиг сферы боевых искусств в своей предыдущей жизни, он не обнаружил [Божественного духовного отверстия], скрытого в его теле. Поскольку в своей предыдущей жизни он не обнаружил никаких скрытых духовных полостей в своем теле во время сферы боевых искусств, то в ситуации, когда он доказал, что он не подстрекает никого подставлять его, это также показало, что скрытые полости в теле Ян Цзюньшаня не были врожденными. Тогда его можно было вызвать только послезавтра! На этот раз взгляд Ян Цзюньшаня был прикован к диаграмме восьми горных монархов! Второй слух о скрытом отверстии был еще более невероятным. Было сказано, что с молодым культиватором, обладающим некоторыми неизвестными способностями и несколькими другими существенными ситуациями, существующими в то же время, если он усердно практиковал технику закалки высшего тела, он мог бы создать дополнительное скрытое отверстие. Он не знал, обладало ли тело Ян Цзюньшаня неизвестной способностью, и не знал, какие дополнительные условия требовались для этого одновременно. Он только знал, что оккультизм восьми горных монархов, который он культивировал, первоначально считался техникой закалки тела, но если слухи были правдой, то это означало бы, что оккультная сила восьми горных монархов на самом деле сильно изменилась в его предыдущей жизни. Сердце Ян Цзюньшаня сразу же начало сильно биться. С обнаруженным скрытым отверстием врожденный уровень Ян Цзюньшаня, который изначально был только четвертым классом присущего уровня, был немедленно поднят на новый уровень. Это, несомненно, окажет чрезвычайно благотворное влияние на будущие перспективы развития Ян Цзюньшаня. Кроме того, появление высшего бессмертного духа было неожиданным сюрпризом. Это позволило бы Ян Цзюньшань накопить еще более мощные ресурсы, сделать его фундамент еще более прочным и позволить ему прогрессировать более устойчиво в своем будущем развитии. Что касается техники закалки тела высшего класса, это было то, что существовало только в легендах в глазах Ян Цзюньшаня. Это будет сопровождать его на протяжении всей его профессиональной карьеры в будущем и позволит ему пройти дальнейший путь в будущем. Череда приятных сюрпризов заставила Ян Цзюньшаня полностью возбудиться, он даже забыл о боли во время тренировки, и был полностью погружен в процесс очищения бессмертного духа. В то же время атмосфера деревни Туцю также постепенно становилась напряженной по мере взросления Лин Тянь. Деревня, в которой обычно играли дети, тоже притихла, и когда селяне встречали их на дороге, они тоже кивали и здоровались. Приветствия исчезли, и все они, казалось, о чем-то задумались. В подземной тайной комнате в доме Ян Тяньгана Ань ся потрясла багрянокожую сумку для хранения в руках, и около десяти ржавых руд разных размеров упали на землю, и сказала: "после того, как третий брат рассказал мне новости, хотя я упорно работала, чтобы найти больше, этих ржавых камней изначально немного, я могу получить только это!" Ян Тяньган махнул рукой и сказал: "Вы должны сохранить его. Ваша культивация вот-вот прорвется, а культивация Седьмой сестры застряла на пике смертного царства уже долгое время, так что это правильно, когда вам нужны нефритовые монеты. Кроме того, третий брат уже собрал некоторые руды, так что нынешних нефритовых монет более чем достаточно." Ань Ся не отказалась, убрав большую часть руды, она сохранила руду размером с кулак и сказала: "Это для маленького Шана, он такой умный, поэтому независимо от того, сколько духа нефрита внутри, это будет его наградой." ---------- Том 1 Глава 47 Глава 47-Перкуссия Сам Ян Цзюньшань не знал, как долго он культивировал, он только чувствовал, что было ли это в его предыдущей жизни или в этой жизни, его тренировочный процесс не был таким гладким, как сейчас. Боль, вызванная вхождением духовной энергии в его тело, была безгранично уменьшена, первоначально медленное и устойчивое духовное искусство Вуту теперь стало ненормально быстрым во время циркуляционного цикла, и плотная духовная энергия, накопленная в пещере, была поглощена в его тело, образуя поток духовной энергии, который быстро сформировал последний бит небесного духа тигрового Клыка. Высший Бессмертный мозг, который был завернут в зуб тигра небесный дух начал собираться вне отверстия бессмертного духа, которое также было в костном мозге. Она постепенно поглощалась бурлящей духовной энергией, превращаясь в бессмертную сущность, которая витала вокруг Бессмертного духовного отверстия в костном мозге. Хотя этой капли Небесной сущности было не так уж много, каждый раз, когда он очищал ее каплю, у него возникало странное ощущение, как будто горы и горы непрерывно давили ему на спину, словно хотели раздавить его. Кроме того, Ян Цзюньшань мог лишь слегка ослабить давление, непрерывно циркулируя духовную энергию в своем теле, но духовная энергия продолжала циркулировать, заставляя еще больше Небесной сущности очищаться в небесную сущность. Наконец, бессмертная духовная сущность, которая задержалась за пределами скрытого отверстия в костном мозге, казалось, достигла предела, с которым могли справиться меридианные каналы. Утонченная сущность бессмертного духа развернулась и врезалась в стену скрытого проема. Бум! Рядом с ушами Ян Цзюньшаня раздался взрыв. Когда он был близок к завершенной стадии вызова бессмертных духов, утонченная бессмертная сущность уже нетерпеливо атаковала барьер Бессмертного духовного отверстия. Ян Цзюньшань знал, что это было потому, что фундамент, который он заложил, был слишком плотным, это было уже неплохо для обычных культиваторов, чтобы очистить только один бессмертный дух, после достижения великого круга бессмертного духа, им нужно будет накопить духовную энергию, чтобы быть в состоянии прорваться через барьер Божественного духовного отверстия и продвинуться на третий уровень смертного царства. Ключевой вопрос заключался в том, было ли слияние между небесными духами и бессмертными духовными полостями совместимо с техникой культивирования, которую они культивировали, и этот вид слияния также включал в себя совместимость атрибута, совместимость типа и так далее. Если бы кто-то говорил обо всех этих вещах, это было бы чрезвычайно сложно, и каждый тип мог бы более или менее влиять на утонченность небесных духов, разница лишь в том, насколько это было. Например, у некоторых людей были свои духовные полости в почках, которые были сделаны из воды, но этот человек культивировал технику земного типа. Еще хуже, после истощения такого количества энергии, ему удалось получить двух бессмертных духов, один из которых был камнем бессмертного духа огненного типа, в то время как другой был мечом бессмертного духа водного типа низкого качества. Это был только самый простой из пяти элементов, было много других вещей, чтобы отметить, такие как медвежий желчный небесный дух, воспитываемый в желчном пузыре, и бессмертные духовные полости Ян Цзюньшаня, находящиеся также в желчном пузыре, это был также тип совместимости и так далее. Обычным культиваторам было нелегко найти бессмертный дух, который полностью соответствовал бы их собственным полостям бессмертного духа, и большинство культиваторов могли быть затронуты только негативными последствиями различных неподходящих методов. Хотя такое влияние не повлияло бы на выращивание культиваторов, оно определенно замедлило бы их темпы улучшения. Независимо от того, были ли два небесных Духа Ян Цзюньшаня небесными духами тигрового зуба, которые он замыслил, или небесными духами медвежьей желчи, которые он случайно получил, или еще более неожиданными высшими небесными сущностями, которые были обернуты в небесных духах тигрового зуба, для трех небесных отверстий Ян Цзюньшаня, даже если они не были совершенными, они все еще были тремя чрезвычайно совместимыми небесными духами. Как только Ян Цзюньшань закончил очищение трех типов духов и достиг пика вызова бессмертных духов, накопленная богатая и мощная основа, которой он обладал, была далека от того, с чем мог бы сравниться обычный культиватор. В это время утонченная бессмертная духовная сущность высшего класса больше не нуждалась в контроле со стороны Ян Цзюньшаня. Движимый бессмертной сущностью высшего сорта, утонченная сущность бессмертного духа тигрового зуба также начала шевелиться. Вслед за этим духовная энергия в его теле также начала устремляться к бессмертным духовным полостям в его позвоночнике. Поскольку два типа бессмертной духовной сущности одновременно атаковали духовное отверстие, у Ян Цзюньшаня не было выбора, кроме как использовать технику культивирования, чтобы поглотить еще больше духовной энергии в свое тело, тем самым позволяя бессмертной духовной сущности собрать еще более мощное воздействие, заставляя духовную энергию в его меридианах двигаться и стимулировать бессмертную духовную сущность в его теле. Сущность медвежьего мужества продолжала вибрировать за пределами духовного отверстия и в конце концов создала волну энергии, которая ударила в стену за пределами духовного отверстия. По сравнению с жестоким воздействием бессмертного духа высшего класса на барьер бессмертных духовных полостей и бессмертного духа тигрового зуба, воздействие бессмертной духовной сущности медвежьей желчи на духовные полости можно было описать только как прохладное. Казалось, это было несколько неохотно, но из-за сильного беспорядка, вызванного двумя другими сущностями и растущей плотностью и скоростью духовной энергии, у него не было выбора, кроме как следовать за рябью. Вне его тела, потому что Ян Цзюньшань начал прорывать узкое место его третьей духовной полости после вызова его бессмертного духа, большое количество духовной энергии в пещере начало собираться вокруг него. Кроме того, из-за того, что духовная энергия в его теле циркулировала так быстро, духовная энергия в пещере, казалось, внезапно закончилась, и постепенно образовался слабый вихрь вокруг Ян Цзюньшаня. Как только духовная энергия вытекала из духовного источника, она немедленно собиралась в направлении Ян Цзюньшаня. Постепенно, поскольку духовная энергия непрерывно рассеивалась из воды духовного источника, небольшой пруд, в котором находился духовный источник, имел слой слабого водяного тумана, и водяной туман также постепенно окружал Ян Цзюньшань вместе с конденсированной духовной энергией. Лязг! Видя, что слой тумана на одежде Ян Цзюньшаня вот-вот намочит его, из тела Ян Цзюньшаня внезапно вырвался чистый звук колокольчика, и вслед за этим хрустящим звуком на Землю упал кусок мусора. Слой тумана тут же рассеялся и деформировался, как испуганный кролик. После резкого звука, все тело Ян Цзюньшаня снова успокоилось. Просто водоворот духовной энергии образовался вместе с ним, когда центр стал больше, и когда он поглотил духовную энергию в пещере, он принес легкий ветерок. Рассеянный туман собрался еще раз, и на этот раз, благодаря влиянию легкого ветерка, скорость, с которой туман собрался вокруг Ян Цзюньшаня, увеличилась совсем немного. Однако, как раз когда этот клубок тумана собирался быть унесенным в водоворот духовной энергии, еще один взрывной звук вышел из тела Ян Цзюньшаня. Этот звук отличался от звука "серебряной бутылки, пробивающейся сквозь воду" из прошлого, и был еще больше похож на удар военного барабана. Но после звука поглощение духовной Ци снова увеличилось, водоворот духовной Ци образовался еще раз, духовная Ци в бассейне даже не успела рассеяться, вместо этого она была непосредственно вытащена из родниковой воды Духа. На этот раз туман был непосредственно втянут в водоворот духовной энергии, и очень быстро половина одежды Ян Цзюньшаня промокла. Однако в это время из его тела раздался низкий приглушенный звук, как будто тетива большого резного лука Ян Цзюньшаня внезапно была выпущена, и даже сам звук, казалось, нес в себе невидимую силу, поскольку он разрушил третий водоворот духовной энергии. В то же время он вызвал странный ветер, который пронесся через всю пещеру. Через некоторое время, когда хаотическая Ци в пещере успокоилась, единственными звуками, оставшимися в тихой пещере, были булькающие звуки родниковой воды Духа, хлынувшей из пруда, и еще более громкие звуки родниковой воды Духа, хлынувшей из земли. Столб белого дыма, смешанного с густым туманом, внезапно поднялся из водяного пара источника, поднялся в воздух, а затем изогнулся и вытянулся в сторону Ян Цзюньшаня. Затем он опустился прямо на его голову, и духовная энергия непосредственно вошла в его тело, пар, образованный белым туманом, уже давно промочил все тело Ян Цзюньшаня. Ян Цзюньшань никогда не думал, что барьер, разделяющий бессмертные царства, будет сломан так быстро. Во-первых, это была высококачественная сущность бессмертных сфер, которая продолжала прорываться через барьер с помощью духовного искусства Вуту, и вскоре барьер рухнул с хрустящим звуком. Всплеск бессмертной духовной энергии мгновенно заполнил отверстие небесных духовных полостей, не говоря уже о том, что в тот момент, когда бессмертная духовная энергия была влита в бессмертные духовные энергетические полости, изначально очищенная бессмертная духовная энергия начала быстро сливаться с духовной энергией, и каждая капля бессмертной духовной энергии требовала огромного количества духовной энергии для поглощения. Таким образом, духовная энергия в полостях бессмертной духовной энергии быстро расширялась, поддерживая открытие полостей бессмертной духовной энергии вместе с ней, и пространство внутри полостей бессмертной духовной энергии быстро расширялось, удваивая количество духовной энергии, которое было до ее открытия. Бессмертная духовная сущность тигрового зуба начала усваиваться духовной энергией после того, как она вошла в Небесное духовное отверстие. Хотя для ее усвоения не требовалось большого количества духовной энергии, она все же поглощала большое количество духовной энергии, в результате чего пространство Небесного духовного отверстия удваивалось. Последним, кто прорвался через барьер, был, естественно, низший из трех бессмертных духов-небесный дух медвежьей желчи. Последний, кто прорвался через барьер, был, естественно, самым низким качеством из трех бессмертных духов, и в конце концов, небесный дух медвежьей желчи воспользовался двумя другими бессмертными сущностями, чтобы расширить пространство. Во время процесса открытия и расширения трех бессмертных духовных полостей, Ян Цзюньшань только чувствовал, что духовной энергии в его теле было недостаточно, он мог только использовать всю свою силу для циркуляции [духовного искусства Вуту], поглощая духовную энергию вокруг себя столько, сколько он мог, но он не знал, что духовной энергии в пещере больше не было достаточно. Возможно, потому, что духовная энергия весной была чрезмерно извлечена Ян Цзюньшанем, когда он пытался расширить свою Небесную духовную апертуру, цепная реакция, о которой никто не знал, была произведена в венах горного пика Западной горы. Молочно-белая жидкость внезапно хлынула из источника, и с приглушенным "глотательным" звуком поверхность бассейна взорвалась, и молочно-белая жидкость была высосана насухо столбом дыма над головой Ян Цзюньшаня. Как только жидкая духовная энергия была извлечена из источника, из глубины подземелья раздался грохочущий звук, и вся пещера слегка затряслась, как будто Ян Цзюньшань внезапно пробудился от оцепенения и открыл глаза. Он действительно преодолел стадию совершенства вызова бессмертного духа и вступил на третий уровень царства смертных. ---------- Пантотен У подножия западной горы почти все из шести тысяч плюс жителей села Tuqiu прибыли сегодня. Они окружили небольшую равнинную площадку, образуя море людей. В центре этой равнинной земли находилась группа людей с наименьшим количеством людей. Однако они занимали лучшие позиции, в то время как две другие группы не ставили под сомнение статус этой группы. Лидер этой группы действительно был экспертом номер один в селе Туцю, культиватором на пике второго уровня Смертельного царства Ян Тяньган. В то же время, он был также старостой села Туцю, человеком, который руководил выращиванием Линг Тянь в селе Туцю. Немного отстал от официанта Ян Тяньгана, с которым вся деревня Туцю была крайне незнакома. Однако всплеск ауры, которую испускали жители деревни Туцю, вызвал шок у всех присутствующих. Два культиватора с вершиной Смертельного царства, стоящие позади него, были чрезвычайно знакомы друг с другом, это были правая рука Яна Чунчжэна, братья Ян Цинню и Ян Тянь Ниу. За ними стояли более десяти жителей деревни Туцю, в том числе и Су Баочжан, который также стоял среди них. Слева от Ян Тяньгана и остальных было от двадцати до тридцати человек во главе с тридцатилетней молодой женщиной. Эта молодая женщина была лидером семьи Сюй, величайшей целью деревни Туцюй и единственным членом семьи Сюй, Сюй Саньян. Однако, в то время рядом с Сюй Саннян стоял другой культиватор недалеко от семьи Сюй, и аура этого человека была еще сильнее, чем у Ян Тяньгана. Однако, несмотря на то, что этот человек выглядел в том же положении, что и семья Сюй, в действительности, с той дистанции, которую он поддерживал со Сюй Санняном, он все же хотел показать на поверхности свой превосходный статус. За ними стояли от двадцати до тридцати членов клана Сюй, все из которых занимались выращиванием в Духовных Земледельцах, а недавно заключенный брак Сюй Лей и Сюй Цзин, вместе с молодым человеком и женщиной, также стояли в центре клана Сюй. Обычно они оба находились в Великом Круге Духовного Царства, но присутствие Сюй Цзина, очевидно, было более навязчивым, чем Сюй Лэй, в то время как Сюй Лэй был глубокомысленным. Однако Ян Тяньган был встревожен тем, что кузнец Чжан на самом деле сумел прорваться во вторую ступень царства боевых искусств, не замечая, что кто-то заметил. Несмотря на то, что все его тело излучало сильную ауру, было ясно, что грязная энергия Дантьяна совсем недавно перешла на вторую ступень, и он не соответствовал Ян Тяньгану, положение единственного культиватора второй ступени в области боевых искусств в деревне Туцю было на самом деле нарушено. Несмотря на то, что в группе кузнеца Чжана было много людей, очевидно, что она была не так переполнена, как в группе Ян Тяньгана и клана Сюй. Когда собиралось от сорока до пятидесяти человек, они постоянно шептали друг другу на ухо. Первоначально все эти люди были под предводительством кузнеца Чжана, в основном, воевали против самого большого клана в деревне - сюйцев. Однако после того, как Ян Тяньган спустился в деревню Туцю, их различные запястья не только были мягкими и твердыми, но и являлись экспертами на втором этапе развития боевых искусств. Успех возделывания Линь Тянь особенно заставил многих людей в селе Туцю встать на сторону старосты села, и в то же время на стороне кузнеца Чжана осталось немало людей. Как кузнец Чжан мог не знать мыслей этих людей? Раньше, поскольку Ян Тяньган только что прибыл в деревню Туцю, а его фундамент все еще был неглубоким, кузнец Чжан все еще мог вертеть в сердцах людей и стоять рядом с ним, позволяя им стоять рядом с ним. Однако, поскольку Ян Тяньган продемонстрировал ряд методов, вся ситуация в деревне Туцю полностью контролировалась Ян Тяньганом. Первоначально он планировал использовать власть дальнего родственника Чжан Чэнхуна, чтобы повысить свой престиж в деревне Туцю. Не говоря уже о том, что у Чжана Чэнхуна был хороший сын, который был учеником внутренней секты Небесной секты, он сам был несколько способным аптекарем, он мог выставить себя дураком в деревне Туцю. Вскоре после этого по всей деревне распространилось множество злых дел, связанных с обманом и обманом. Если бы не он, гениальный сын Небесной Связи, уже был бы избит жителями деревни Тукиу, что заставило удивиться кузнеца Чжана, сосредоточившего все свое внимание на том, чтобы прорваться сквозь свое культивирование. Он не ожидал, что этот парень уже стал сумасшедшим только ради нефритовых монет. К счастью, его культивирование успешно перешло во вторую стадию, поэтому он снова получил квалификацию, чтобы бросить вызов Ян Тяньгану. … …. Если человек, который еще не культивировался, говорили, что это пустошь, которую еще предстоит выкопать, то первое, что ему нужно было сделать, это естественным образом стимулировать поток воды. Таким образом, первый уровень Царства Смерти потребовал бы использования энергии духа для создания ирригационных канав на пустыре; второй уровень потребовал бы использования энергии духа для поиска подходящего места для рытья цистерны на пустыре. Независимо от того, была ли это первая ступень Комнаты Поглощения Духа или вторая ступень Комнаты Восстановления Духа, хотя меридианы и меридианы тела культиватора были открыты, и духовная энергия, циркулирующая в их теле, увеличивалась, вся эта духовная энергия безвоздушно дерева. Кроме того, что эта духовная энергия использовалась для питания тела, любое другое использование этой духовной энергии привело бы к тому, что духовная энергия, накопленная в пределах меридианов, была бы полностью истощена. Поэтому земледельцы не могли использовать никакие магические техники для первых двух этапов Смертельного царства. Они могли управлять только магическими инструментами и другими методами, и могли лишь немного духовной силы приложить к своему оружию для борьбы. В крайнем случае, они могли использовать магические талисманы, символические мечи, и тому подобное, и это потребовало только немного духовной силы, чтобы активировать методы. Однако, после того, как культиватор активировал третью ступень Царства Смерти, все это стало совсем другим. Культиваторы с Духовным Котелком были подобны полям водохранилищам, и, циркулируя Духовную Энергию в своём теле, они могли, наконец, хранить часть своей избыточной Духовной Энергии в Духовном Отверстии. Таким образом, им не нужно было бы беспокоиться о неловкой сцене, где Духовная Энергия в их теле была бы полностью израсходована. Конечно, такое остроумное хранилище, как Божественное Духовное Отверстие, не означало, что культиваторы могут изгнать заклинания из тонкого воздуха, не говоря уже о том, что количество духовной энергии, которое может быть собрано в Божественном Духовном Отверстии, уже было ограничено, даже если бы пространство Ян Чжуньшаня было расширено, чтобы быть далеко за пределами пространства обычного человека, позволяя ему хранить ещё больше духовной энергии, чем другим людям, он всё равно не смог бы выдержать потребление использования заклинаний из тонкого воздуха. Причина этого заключалась в том, что даже несмотря на то, что культиваторы расширяли свои небесные духовные полости, чтобы хранить духовную энергию, они всё ещё не могли оторваться от природы безкорневого дерева, поэтому им всё равно приходилось непрерывно поглощать духовную энергию, чтобы преобразовывать её. В действительности, когда культиватор действительно мог использовать заклинания, они могли это сделать только тогда, когда достигли вершины Царства Смерти. В середине всего этого, культиватор должен был бы также полностью преобразовать бессмертные духовные полости в бессмертные корни, и этот процесс был четвертым слоем Царства Смерти, Бессмертного Основания. Однако, несмотря на то, что культиваторы третьего слоя не могли использовать магические приёмы из воздуха, они всё же могли использовать и другие приёмы. Наиболее распространенными среди них были талисманы и талисманы. В отличие от техник, которые могут активировать талисманы и оружие только на первой и второй ступенях Смертного царства, культиваторы, открывшие Отверстие Бессмертного Духа, уже сегодня способны использовать накопленную в своем теле духовную энергию для нарисования талисманов и вписывания талисманов сами по себе. Хотя они и не в состоянии завершить эти талисманы на одном дыхании, они способны заранее подготовить, освободить и свободно контролировать их, что в бесчисленное множество раз сильнее первой и второй ступеней. Более того, культиваторы, которые открыли свои бессмертные духовные полости, уже имели возможность управлять магическими орудиями. Несмотря на то, что у них была только квалификация, многие из них в то время не были знакомы с управлением магическими инструментами, но Ян Цзюнььшань не был одним из них, потому что у него был богатый опыт управления магическими инструментами в предыдущей жизни. Он также обладал гораздо более сильным восприятием, чем обычно, и, что более важно, его бессмертные духовные полости обладали огромным пространством, которое могло хранить энергию духа, которая намного превосходила другие. Конечно, желание владеть духовным оружием было нелегким делом. Нужно было только взглянуть на то, что сфера боевых искусств Ян Тяньгана была только на втором уровне, и у него была только высококачественная магическая палка для курения, и этого было достаточно, чтобы знать о редкости духовного оружия. Говорили, что во всей деревне Tuqiu было только четыре магических инструмента. Кроме магического оборудования номер один в руках Ян Тяньгана, кузнечный кузнечный молот Чжан также был магическим инструментом среднего ранга, и было сказано, что он передавался через его хозяина. Пять лет назад кузнец Чжан использовал этот молоток для создания единственного по сей день волшебного инструмента, но в конце концов он продал его в обмен на желто-нефритовое дерево среднего ранга и бессмертный дух Чжан Хузи среднего ранга. Что касается двух других артефактов, то они были в руках семьи Сюй. Кроме артефакта среднего класса, косы отрубленной головы, в руках патриарха Сюй Санняна, был еще один низкосортный артефакт, который никто никогда раньше не видел. Хотя Ян Цзюнььшань теперь имел кусок низкосортного спиртового материала, полевую желтую грязь, переделать этот кусок спиртового материала в волшебное орудие было нелегко. Более того, при его нынешнем выращивании, даже если бы у него было волшебное орудие, он бы бхрёл-летним мальчиком, держащим в руках золотой слиток. После стабилизации его выращивания, Ян Чжуньшань не мог дождаться выхода из подземной пещеры. Прежде чем Ян Джуньшань, который все еще был погружен в волнение от прорыва, покинул гору, он увидел у подножия западной горы большую группу жителей деревни Туцю, окружавших Линь Тянь. Он также видел, как эти три группы людей вступили в противостояние внутри круга. Сердце Яна Чжуншана пропустило биение, как он думал про себя: Что происходит, разве Линь Тянь до зрелости еще полмесяца? После поспешного спуска с горы, Ху Ниу, казалось, обнаружила ауру Ян Цзюнььшаня очень далеко, так как она побежала к нему издалека. За ним, Ян Цзюньпин, Ян Цзюньсинь, Ян Цзюньхао и несколько других детей также кричали. Когда они были рядом, не дожидаясь, пока Ян Цзюнььшань спросит, Ян Цзюньпин спросил громко: "Брат, где ты был последние семь-восемь дней? Мы нигде не могли тебя найти, поэтому Ху Ниу нас проигнорировал!" "Семь или восемь дней?" Ян Чжуньшань испугался. Он пробыл в подземной пещере семь или восемь дней? Как такое могло случиться, что простой культиватор, культивирующий второй уровень Царства Смерти, смог выдержать воздействие энергии духа на своё тело в течение семи-восьми дней? Но потом он подумал об этом. Прошло всего семь-восемь дней - от очищения небесного духа высшего качества до достижения вершины Небесного Царства, а затем открытия небесных сущностей. Кто поверит в это, если он расскажет об этом другим? "Что происходит? Почему так много людей собралось здесь? Не пора ли Линг Тянь повзрослеть?" "Брат, это всего лишь духовная сила. Земля внезапно потрясла два дня назад, и Линг Тянь у подножия западной горы не только рано созрел благодаря духовной силе, но и расширился на целый акр. Что еще более важно, у нее есть лишние семьдесят процентов Линг Тянь среднего яруса!". ---------- Мщение "Что?" Земля содрогнулась! Духовный апостол? " Лицо Яна Чжуншана было наполнено неверием, как он неискренне спросил: "На самом деле есть такая хорошая вещь?" Ян Чжунпин подозрительно посмотрел на своего старшего брата и сказал: "Брат, движения были очень большими два дня назад, разве ты не знал об этом, когда был на горе?" Только тогда Ян Чжуньшань вдруг вспомнил, что два дня назад, когда были открыты три бессмертные духовные полости в его теле, он действительно был потрясен, проснувшись от своего культивирования, как будто потерял контроль над собой. Однако, когда он проснулся, дрожь прекратилась, и он подумал, что это всего лишь иллюзия, вызванная дискомфортом, который испытывало его тело после того, как в его культивировании произошел прорыв. Хотя Ян Чжуньшань в то время только что совершил прорыв в своем культивировании, он знал, что чем больше он успокаивает себя, тем больше ему нужно успокоиться и стабилизировать свое культивирование. Таким образом, он продолжал возделывать в пещере, и только недавно он вышел из пещеры "Весна Духа". Однако, вспомнив об истинных событиях своей жизни, сердце Яна Цзюньшаня внезапно наполнилось паникой, потому что он не знал ни о чем из этого. В его предыдущей жизни три акра Линг Тянь с, которые пострадали от некоторых неудач, на самом деле были безопасно разделены, но почему земля двинулась сегодня, и почему появилось внезапное увеличение количества с, которые приобрели акр Духа Ци, и как качество Линг Тянь с, которые приобрели средний уровень? На мгновение Ян Цзюнььшань почувствовал, что знакомые ему воспоминания постепенно отдаляются от него все дальше и дальше. Все, что было перед ним, постепенно выходило из-под его контроля, и изначально ясное будущее также становилось расплывчатым. Паника немедленно охватила все тело Ян Чжуншана. "Брат, брат, что случилось?" Ян Чжунпин почувствовал, что его старший брат сегодня стал очень странным, на самом деле стоял в поле и в это время впал в истерику. Он поспешно толкнул Ян Чжуншана и сказал: "Брат, что нам делать?" "Хватай кузнечиков!" Ян Чжуньхао поднял гусеничную траву в руке и сказал: "Брат, что же нам делать?" "Хватай кузнечиков!": "Давайте продолжим ловить кузнечиков. Смотрите, я уже поймал столько саранчи!" Ряд зеленых кузнечиков размером с мизинец пасутся на верхушке куска хвостового травы Коболда, а на верхушке кузнечиков - толстая гигантская саранча в виде большого пальца человека, с черно-коричневым телом с пятнами на нем и парой неудовлетворенных и острых пил на сильных задних лапах. Он не переставал сопротивляться даже тогда, когда его осыпали вокруг стебля травы Кобольда, и в то же время он постоянно хлопал крыльями, пиная кузнечиков под собой. "Иди, давай поговорим о правильных вещах", - с радостью сказал Ян Чжунпин, притворяясь взрослым. "Маленькое отродье, не мешай хозяину говорить о правильных вещах!" Неожиданно Ян Чжуньшань внезапно оторвался и проснулся от своего оцепенения. Он повернул голову, чтобы посмотреть на траву с собачьим хвостом в руках Тринадцатого брата Ян Чжуньхао, и спросил: "Тринадцатый брат, где ты поймал саранчу?" Взгляд Ян Чжуншана выглядел как настоящий. В конце концов, Ян Цзюньчжуньхо был ребёнком, которому не было и шести лет, и на его лице появилось выражение страха, как он говорил с печалью: "Там много кузнечиков, и еще много саранчи". Все они были пойманы в полях". Видя, как его старший брат был так шокирован, Ян Чжунпин стал еще более уверен в том, что его старший брат заболел от холода в горах в эти несколько дней. Он осторожно спросил: "Большой брат, с тобой все в порядке? "Убирайся!" Ян Чжуньшань с неудовольствием ударил его по затылку и сказал: "Возьми с собой младшую сестру и маленького Хао, чтобы поймать саранчу, не забудь поймать еще. Я пойду к отцу, посмотрю". Ян Чжунпин посмотрел на спину своего старшего брата, затем посмотрел на его младшую сестру и маленького Хао, которые были рядом с ним и сказал: "Маленькая сестра, вы двое можете пойти поиграть". Я последую за старшим братом, чтобы посмотреть, вспомнить слова старшего брата, поймать еще саранчу!". Когда Ян Чжуньшань вошел в толпу, он услышал голос, который не был ни быстрым, ни медленным, и сказал: "На этот раз я приехал в селение по приказу Гу Шугао для охраны, и когда хозяин гвардии услышал, что виллагад Туцю созрел, он был чрезвычайно счастлив, и специально приказал наблюдать за распределением земли для всех, чтобы свидетельствовать о городе, а также доставить для хозяина гвардии сельскохозяйственную технику для его будущей младшей сестры. Конечно, Хранитель также должен поприветствовать Патриарха Сюй и сказать, что прежде, чем госпожа Сюй сможет перейти на третий уровень Смертного царства, он позаботится о Патриархе семьи Сюй. Когда он поздоровался с семьёй Сюй, Сюй Саннян одновременно поклонился. Затем он сказал, что с нетерпением ждет, когда семья Сюй позаботится о Сюй Цзине, и что Сюй Саннян сможет вовремя выполнить свое обещание; и, наконец, он пригласил брата Цяня вернуться и позаботиться о Сюй Цзине. Очевидно, что они оба имели негласное понимание друг друга и могли с одного взгляда сказать, что человек по фамилии Цянь был представителем семьи Сюй, поддерживающим талию, хотя по имени он хотел сохранить справедливость, но его цель была очевидна. Его глаза сразу же превратились в кровь, и он хотел броситься вперед, чтобы бороться с другой стороной, но он быстро понял, что это уже не его предыдущая жизнь, и он, он сам, безусловно, не матч фохерд сцены боевых искусств области культивирования. Однако, когда он посмотрел на другую сторону, Ян Цзюнььшань вовсе не скрывал в своих глазах намерения убить. Цянь Чунлай стоял там и с благодушным взглядом смотрел на лицо Яна Тяньгана. Хотя причина, по которой Хранитель послал его вниз, действительно была в том, чтобы засвидетельствовать разделение Ling Tian села Tuqiu, а также принести некоторое оборудование для культивирования девушке семьи Сюй, Цянь Чунлай не возражал, пользуясь этой возможностью, стоять на стороне семьи Сюй, чтобы нанести мазь на глаза Ян Тяньгана. У него не было намерения убить его. Он, Цянь Чунлай, долгое время был депутатом. После ухода Хранителя, с его выращиванием на третьем уровне в области боевых искусств, вполне возможно, что он сможет занять этот пост и стать одним из учеников внешней секты Небесной Пошатнувшейся секты. В будущем его культивация может увеличиться еще больше. Однако, согласно информации, полученной от Господа Хранителя, было сказано, что Господь Хранитель заинтересован в проверке нескольких специалистов в области боевых искусств и надеется выбрать двух-трех человек с сильными способностями, чтобы рекомендовать Небесную секту. Что касается того, кто унаследует эту должность, то решение будет принято Секцией Потрясенных Небесами. Это вызвало тайное недовольство Цянь Чунлая, хотя он также был одним из покровителей, но в отношении уровня его возделывания и квалификации он, Цянь Чунлай, считал, что у него больше квалификации, чем у остальных людей в Пустынном городе, чтобы унаследовать эту должность. Он не осмеливался ненавидеть нового защитника, которого собирались повысить до ученика внутренней секты в Небесной Пошатнувшейся Секте, и поэтому он бросил свой гнев и ревность на других сельских старосты, которые имели квалификацию, чтобы конкурировать с ним. Несмотря на то, что этот человек не был в Пустоши в течение четырех лет, он уже заработал себе отличную репутацию в Пустоши. Несмотря на то, что его культивирование было лишь немного ниже, чем у него, было сказано, что за этим человеком стоял выдающийся класс, и его брат-близнец охранял его. Он также был внешним учеником Небесной Связи, таким образом, по сравнению с другими его конкурентами, этот Ян Тяньган заставил его бояться больше. На самом деле, из воспоминаний о прошлой жизни Ян Чжуншана, Ян Тяньган действительно намеренно охранял позицию хозяина секты, и в течение нескольких лет, которые последовали за этим, вел деревню Туцю в создание "Линг Тянь", в результате чего его репутация вновь и вновь поднималась в пустынном городе. В конце концов, он одержал победу над Цянь Чунлай и стал заместителем опекуна Пустоши, а также был принят в качестве внешнего ученика Небесной сектой. Неожиданно за короткое время Потрясенная небесная секта, которая выглядела как огромное чудовище, полностью рухнула, Цянь Чунлай, который был полон неудовлетворенности, тут же повернулся и заявил о своей преданности врагу Потрясенной небесной секты, а также привел свои силы для уничтожения остальных врагов в Потрясенной небесной секте. Он расправился со многими деревнями, в которых находились его старые обиды, в том числе с семьей Ян Дзюньшаня, а также с селом Тукью, в котором проживало более шести тысяч человек. Ян Джуньшань посмотрел на счастливое лицо Цянь Чунлая, думая, что весть о том, что Хранитель готовится отфильтровать преемников, еще не распространилась. Похоже, что Цянь Чунлай уже получил эту новость заранее, и знал, что его отец также был одним из преемников, о которых Хранитель высокого мнения, поэтому он специально приехал сегодня, чтобы подавить своего отца. Конечно, в это время, сказал Цянь Чунлай: "Так как это сама деревня Туцю, разделяющая землю, то я должен выступить от имени Хранителя, чтобы высказаться за насыпь". Деревня Туцю, разделяющая Линь Тянь, является делом рук самого Туцю, почему сегодня здесь так много посторонних? Когда Цянь Чунлай говорил, он холодно смеялся, глядя на Ань Ся, который был рядом с ним, но вся деревня Туцю верила, что он привезет с собой и Чжан Чэн Хуна, и с народом семьи Сюй, который за него болел, они говорили друг за другом: "Господь Цянь прав, вопросы нашей деревни Туцю должны решаться народом деревни Туцю, что такое участие посторонних!". Цянь Чунлай не возражал, так как он пытался воспользоваться услугами Хранителя, Чжан Чэн Хун был подонком, хотя у него был знаменитый сын, но Хранитель вскоре должен был стать учеником внутренней секты, даже если бы в нем был огонь, он бы не сжег его тело, не говоря уже о том, что Чжан Чэн Хун, вероятно, использовался в своих интересах другими людьми. Неважно, был ли это Ань Ся или Чжан Чэн Хун, один из них был культиватором, который открыл свой Даньтянь для первого этапа в области боевых искусств, а другой, несмотря на то, что он был идиотом, имел известного сына, и присутствие этих двоих могло непосредственно повлиять на ситуацию в селении Туцюй. Сейчас ему было неудобно критиковать Ян Тяньгана, поэтому он мог бы позаботиться о них обоих, если бы смог подавить Ян Тяньгана, это было бы выгодно семье Сюй. Однако Ань Ся сделал шаг вперед и сказал суровым лицом: "Этот друг, то, что вы сказали, не подходит". Хотя я и не являюсь гражданином деревни Туцюй, я всегда стоял здесь, ничего не сказав, и никогда не вмешивался в разделение Линь Тянь в деревне Туцюй. Почему вы получили от меня такую необоснованную критику?". Однако Цянь Чунлай улыбнулся и сказал: "Так как вы не вмешивались, это к лучшему, слова этого скромного человека просто предостережение". Раз уж это так, почему бы вам не встать на сторону и не посмотреть, как жители села делят свои земли, разве это так хорошо?". "Так как старший Цянь сказал, что Линь Тянь из села Туцю должны решать жители села Туцю, то старший Цянь не является членом моей деревни Туцю, не должен ли ты также вмешиваться в дела моей деревни Туцю и просто стоять рядом и смотреть, как мой Седьмой дядя"? Как только Цянь Чунлай закончил говорить, из толпы позади него вышел молодой голос. ---------- Борьба за землю "Этот маленький ублюдок прячется там и разговаривает, убирайся отсюда!" Цянь Чунлай сразу же взбесился и яростно закричал в сторону направления голоса. Толпа рассталась с обеих сторон, и Ян Цзюнььшань спокойно встал там и посмотрел прямо в глаза Цянь Чунлаю. В их глазах не было ни печали, ни радости, и образ, который они отражали на Цянь Чунлае, больше походил на клоуна. "Старшеклассник, могу я спросить, было ли то, что сказал этот младший, неправильным? Может быть, старший уже вошёл в резиденцию моей деревни Туцю?" В тот момент, когда появился Ян Джуньшань, не только глаза Ян Тяньгана и Ян Тяньгана загорелись, даже кузнец Чжан и Сюй Саннян, которые были с обеих сторон, сфокусировали свои глаза. Даже Сюй Цзин, который до сих пор имел спокойное выражение, смотрел на тело Яна Цзюньшаня в тот момент, когда он появился, и бесчисленные тиранические лучи сознания проносились мимо его тела. Третья Эстафета Смертельного Царства, когда этот парень действительно открыл свои духовные полости? До этого он даже не слышал о том, что он созвал Великий Круг Бессмертного Духа. Только Чжан Чэн Хун, который прятался за кузнецом Чжаном, не мог не бормотать себе: "Что в этом такого особенного? Мой сын уже приезжал три дня назад с вестью о том, что он продвинулся на Третью ступень"! Слова Чжана Чэньхуна, естественно, не могли быть скрыты от ушей присутствовавшего здесь Боевого Культиватора, и левое ухо Сюй Цзина тоже дёргалось, как будто он что-то слышал, когда смотрел на Ян Цзюньшаня с ещё более глубоким взглядом. Другой человек пробормотал: "Я слышал, что ребёнок усовершенствовал среднеклассный Жёлтый Окс Небесный Дух". Его можно считать отличным качеством, но я никогда не ожидал, что он будет всего на три дня позже Чжана Юэминя". Впечатляет!" Только Цянь Чунлай не знал, что деревня Туцю уделяет внимание этим немногим многообещающим детям, и, увидев, что Ян Джуньшань опроверг его необоснованный ответ, ни один человек в деревне Туцю не опроверг его, что привело его сердце в еще большее ярость, и он сказал: "Чей он сын, и почему он такой необразованный". А как же твои родители, если ты не заберешь этого ребенка, я, возможно, даже буду его наказывать!". "Приятель Цянь поистине потрясающий и дьявольский, ты даже можешь наказывать детей из моей деревни Туцю!" В это время Ян Тяньган вдруг заговорил: "Приятель Цянь, осмелюсь спросить, что с моим сыном, что-то не так, чтобы вы так разозлились?" "Ты!" Цянь Чунлай мгновенно разозлился на этот вопрос, но потерял самообладание и начал спорить с маленьким ребенком, заставив село Туцю смотреть на него свысока без всякой причины. В это время Сюй Саннян заговорил: "Ты не можешь так говорить, глава деревни Лорд". В конце концов, товарищ Цянь пришел сюда вместо лорда-хранителя, чтобы стать свидетелем раскола нашей деревни Линь Тянь. Как ты можешь считаться аутсайдером?" Затем Ся открыла рот: "Поскольку она всего лишь свидетель, это значит, что великий Хранитель Пустоши не хотел, чтобы он вмешивался в разделение деревни Туцю Линь Тянь". Так как это так, почему бы вам не встать в сторону и спокойно наблюдать за тем, как жители села делят свои земли, это нормально?". Ся возвращал предупреждение, которое Цянь Чунлай дал ему ранее, с той позицией, что кто-то напал с копьем. Цянь Чунлай на мгновение потерял слова, но в то же время люди из кузнечного Чжана снова начали кричать и говорить: "Верно, верно, мы не можем позволить другим говорить ерунду о делах нашей деревни Туцю, мы должны решить сами!" Как кузнец Чжан мог не заметить, что истинной целью Цянь Чунлай было подавление Ян Тяньгана? Только, между его словами, он подавлял других жителей деревни Туцюй, поддерживая семью Сюй, что, естественно, вызвало крайнее недовольство кузнеца Чжана, и, таким образом, не остановило шум толпы. Раньше, в связи с тем, что все еще имели свои оговорки из-за его личности, теперь, когда они видели, как Цянь Чунлай унижался и злился на ребенка и подвергался допросу со стороны Ань Ся, их авторитет был серьезно поврежден. Эсулт, они начали кричать и запретили ему вмешиваться в дела села Туцюй. Ян Тяньган хладнокровно смеялся в своем сердце, но все равно говорил вежливо: "Приятель Цянь, пожалуйста, смотрите со стороны. После того, как моя деревня Туцю разделена, товарищу нужно только доложить о результатах охранникам". Цянь Чунлай храпел, видя, что его предыдущие слова были потрачены впустую, и что он был отвергнут всей деревней Туцю. Все его тело дрожало от головы до ног, он не был великодушным человеком, поэтому он посмотрел на того, кто спровоцировал это, Ян Цзюнььшаня, с еще несколькими опасностями, но выражение Ян Цзюньшана все еще было чрезвычайно спокойным, и посмотрел на Цянь Чунлая только с еще несколькими взглядами на ненависть. С Цянь Чунлай в качестве аутсайдера, несмотря на то, что семья Сюй была несчастлива, они увидели, что на стороне Яна Тяньгана также не хватает Культиватора Боевого Царства. Чжан Ченхун со стороны кузнеца Чжана видел напряженную атмосферу, и у него уже был Мао Мао, хотя он и не хотел, но в глубине души он мог только неохотно смириться с этим. Нет никаких сомнений в том, какой вклад сделал староста деревни, чтобы позаботиться о выращивании Линг Тянь". В будущем, если село Туцю все еще хочет продолжать расширять масштабы выращивания Лин Тянь, он должен будет принять в этом участие". Несмотря на то, что со стороны Ян Тяньгана было наименьшее количество людей, у них была самая навязчивая манера, и причина была в том, что обе стороны должны были признать, что без обучения Лин Тянь в селе Туцюянь со стороны Ян Тяньгана не было бы никакого способа начать. "Естественно, мы не осмеливаемся забыть заслуги старосты села Линь Тянь!" Столкнувшись с аурами Ян Тяньцюяня и другими властными аурами, народ Сюй и кузнец Чжан не могли не признать этот момент. Однако, была изменена следующая тема: "Но это из-за старосты села, какое отношение это имеет к вам и другим? "Хэхэ, так вы все также признаете, что Ян Чунчжэн внес наибольший вклад?" Две группы на мгновение замолчали, затем семья Сюй взяла на себя инициативу и выступила с речью: "Не забывайте, что инвестиции в выращивание Линь Тянь огромны, большую их часть вырастила наша семья Сюй. С точки зрения инвестиций, наша семья Сюй будет первой!". Семья Сюй, в конце концов, была поддержана семьёй Сюй, поэтому их отношения и эффективность намного превзошли чужие. У Ян Тяньгана не было другого выбора, кроме как воспользоваться ими. Через некоторое время кто-то из кузнеца Чжана также сказал: "Не забывайте, что брат Чжан также изготовил ряд уникальных сельскохозяйственных орудий для выращивания Линг Тянь". В это время они могли видеть разницу между куском рыхлого песка и совместной работой. Независимо от того, были ли это Ян Тяньцзюй, Ян Циннюй или народ клана Сюй, обе стороны сделали все возможное, чтобы защитить интересы Ян Тяньгана и клана Сюй. Это было потому что они знали что защищать интересы этих двух людей было защищать их собственные интересы. И на месте кузнеца Чжана, хотя людей много, мы не в состоянии сформировать группу. Будет ли защита собственных интересов Кузнеца Чжана выгодна всем? Даже Кузнец Чжан не поверил в эти слова, и из-за этого, спустя долгое время, у него наконец-то появился близкий друг, у которого были глубокие отношения с Кузнецом Чжаном, чтобы заступиться за него. Хотя обе стороны горячо боролись, правда в том, что обе они хотели подтвердить основное разделение выгод для своих сторон. Когда пришло время им бороться за конкретные права, им все равно понадобилось бы, чтобы три Боевых Царства Cultivatoo подтвердили это. "Я могу попросить менее низко ранга Линг Тянь, но я хочу 30% средне ранга Линг Тянь"! Без контроля Цянь Чунлая Ян Тяньган снова взял инициативу в свои руки. Даже когда она сражалась за Линг Тянь, она все равно была очень навязчивой, надо знать, что средний уровень Линг Тянь стоил одного му от низкого уровня Линг Тянь. "Почему сельский староста должен послать так много Линг Тянь? У вас так много людей под вашим командованием на ферму?" Сюй Саньян сгладил волосы по бокам волос и сказал с улыбкой в углу ее глаз: У моей семьи Сюй меньше людей, поэтому я думаю, что у моей семьи Сюй должен быть нижний ярус Линь Тянь, а что касается среднего яруса Линь Тянь, то, по правде говоря, у моей семьи Сюй их даже четверо; Ян Чунчжэн должен заботиться обо всех повседневных делах Линь Тянь, поэтому я думаю, что одного пункта достаточно, а остальное я отдам брату Чжуну. Как насчёт этого? "Четыре"? Какие у тебя большие слова! "Кузнец Чжан чихнул, его хриплый голос пронзил тон человека, пересекшего дорогу с золотом и железом, и сказал: "С точки зрения числа, у вашей семьи Сюй больше людей, чем у этого Чжана? Что касается Линг Тянь среднего уровня, то даже если культиваторы Смертельного царства будут его возделывать и культивировать, это будет пустая трата времени. Только мы, три Культиватора Смертельных Царств, в состоянии полностью высвободить силу среднего уровня Ling Tian, но Третья Мадам, ваше культивирование самое низкое, поэтому Ling Tian следует делить меньше! " Сюй Саньян смеялся до конца своей жизни, и сказал: "Эти люди никак не связаны с братом Чжаном, так сколько людей готовы принять твою благосклонность, если ты за них заступишься"? Боюсь, что село Туцю уже задолжало услугу старосте села, верно? " Кузнец Чжан вкусил, а потом продолжил: "Что касается Линг Тянь среднего ранга, тебе действительно нужен Военный Культиватор, чтобы в полной мере использовать силу Земли, но ты, брат Чжан, просто кузнец, с каких пор ты стал экспертом в сельском хозяйстве? Разве Линг Тянь в твоей семье не меньше двух мю, сданных в аренду другим для выращивания? " "Саннианг прав, брат Чжан, ты не умеешь фермерство, так что тебе стоит сосредоточиться на фермерстве". Тем не менее, брат Чжан прав, выращивание Санниана слишком низко, поэтому я думаю, чтобы не тратить энергию впустую, я поделюсь этим Линг Тянь Медиала!". "Почему ты так усердно работаешь, брат Янг? Деревня Туцю вынуждена тратить много времени и сил каждый день, так что тебе все равно нужно много планировать, брат Янг". "Хм, я не верю, что ты сможешь найти другой Культиватор Боевого Царства, чтобы культивировать этот Линг Тянь среднего ранга!" Сюй Саннян и кузнец Чжан озвучили свое несогласие. Неожиданно, как только они закончили говорить, голос внезапно пришел издалека и явно приземлился в уши каждого: "А как насчет среднестатистической семьи Янь, Линь Тянь, никто не придет на ферму? Так как у него нет времени беспокоиться о полях, то у меня, Хань Сюмэй, есть время"! Толпа ворвалась в шум. Когда они обернулись и посмотрели в сторону голоса, то увидели большой порыв ветра, подметающий с дороги за пределами деревни. Фигура, ехавшая на большом порыве ветра, направилась в их сторону. Только Боевой Культиватор мог двигаться на ветру, но культиваторы с ранней стадией боевых искусств не смогли увеличить свою скорость вообще. Они могли летать только по дорожному покрытию, их скорость была не очень быстрой, но их импульс был чрезвычайно сильным, и казалось, что в воздухе есть песок, а в земле - камни. Выражения Сюй Санняна и Кузнеца Чжана изменились. Только Цянь Чунлай издал яростный крик и сказал: "Кто там играет в трюки. Это дело деревни Туцю, посторонним запрещено вмешиваться!". "Брат Цянь, похоже, моя жена только что вернулась с прорыва!" Тёплые слова Яна Тяньгана сразу же превратили лицо Цянь Чунлая в цвет свиной печени. Когда шторм достиг точки, когда Линь Тянь остановилась, Хань Сюмэй, у которой было сияющее выражение лица, медленно вошла в толпу и встала рядом со своим мужем среди их сложных взглядов. Аура, которая колеблется вокруг ее тела, показывает, что она только что выровнялась в области боевых искусств. ---------- Разрядка возмущения С внезапным появлением Хань Сюмэй в качестве культиватора области боевых искусств, разделение Tuqiu Village s, казалось, превратилось в тигровую змею. Первоначально культивирование кузнеца Чжана, прорвавшего второй уровень в области боевых искусств, уже было достаточным, чтобы шокировать всех в деревне Туцю, но теперь, когда у семьи Ян Чунчжэн было два Боевых Культиватора Боевого Царства s за короткий промежуток времени, это, естественно, вызвало тайный шок у всех в деревне Туцю. Кузнец Чжан и Сюй Саннианг смотрели друг на друга, не оставляя следов, и они пришли к соглашению, пытаясь остановить семью Ян Тяньгана. Неожиданно, с добавлением Культиватора Боевого Царства, Ян Тяньган все еще был в состоянии упорно продолжать с разделением трех средних и одного акра нижнего яруса Ling Tian s, что сделало их обоих чрезвычайно шокированы, так как они не могли понять, почему Ян Тяньган внезапно остановится, когда ситуация выглядит хорошо, в результате чего они двое чувствовали, что они, наконец, собрались с силами и ударили по пустому воздуху. "В конце концов, у нас все еще есть небольшое количество людей на нашей стороне!" В конце концов, Ян Джуньшань был старостой села Туцю, он хотел создать справедливый образ перед жителями села, хотя уровень возделывания был странным и невозможно было добиться настоящей справедливости, но такое размещение со стороны Ян Тяньгана все же сделало всю село Туцю, особенно тех жителей, которые получили свою долю Линь Тянь, благодарными. А на самом деле, это было еще и потому, что на стороне Ян Тяньгана было небольшое количество людей. Хотя Линь Тянь не имел абсолютного преимущества в общем делении, но число Линь Тянь, которые были даны другим людям, не было небольшим, и что было более важно, что после получения этих трех среднего уровня Линь Тянь, Ян Тяньган и его жена, безусловно, не будет притворяться другими. Ян Тяньган и его жена сосредоточили свою энергию на трех частях Ling Tian. Естественно, у них не было много времени, чтобы позаботиться о двух акрах нижнего уровня Линг Тянь, которые они выращивали лично, когда придет время, они должны будут сдать большую их часть в аренду Духовным фермерам, у которых в деревне был избыток рабочей силы. Таким образом, они могли бы пропорционально распределить людей, чтобы встать на сторону Ян Тяньгана. Возделывание не перешло на третий этап, как планировалось, но Ян Тяньган все же обещал, что разделит Линь Тянь на две части и возьмет в аренду семя. Хотя Су Баочжан был расстроен, он винил себя больше, и все же был благодарен Ян Тяньгану. Очень быстро Ян Тяньган послал кого-нибудь, чтобы записать экземпляр подземелья, и передал Цянь Чунлаю контракт на "Линг Тянь", а также копию земельного акта: "Так как он является свидетелем, посланным гвардией, то теперь, когда в нашей деревне завершено подразделение Линг Тянь, он должен подписать контракт, а также попросить его вернуть копию для записи в лорд-гвардию". Злой Пламя в груди Цянь Чунлая становилось всё сильнее и сильнее, а рука, держащая кисть, дрожала. Он использовал свою духовную энергию в качестве чернил и нарисовал на контракте особый знак духа, это было даже эффективнее, чем подписание контракта. Получив копии дел из рук Яна Тяньгана, Цянь Чунлай в очередной раз выпустил холодный храп и безжалостно пожал рукава. Сегодня он вернулся разочарованным, его лицо было вычищено деревней Туцю, но он больше не хотел оставаться в деревне Туцю. "Брат Цянь, береги себя!" Еще до того, как он успел сделать два шага, голос Ян Тяньгана остановился в ушах Цянь Чунлай, как будто она призывала его быстро уйти. Он не дождался, когда выйдет из толпы, пока на дне его ног не возникнет злая аура, и подметает черный ветер высотой в десять метров, подталкивая свое тело в воздух. Жители деревни Tuqiu вокруг него закричали в тревоге, они были вынуждены бежать везде от яростного ветра убийственный замысел, сцена была беспорядок, внезапно гневный крик пришел с неба: "Чья семья воспитывает этого свирепого зверя, не боитесь ли вы последствий в будущем"? Раз уж ты хочешь, чтобы я это увидел, может быть, сначала мы поможем тебе разобраться с этой катастрофой!". Ян Чжуньшань был шокирован, даже не подумав, как он схватился за длинный лук на спине. Железная перьевая стрела мгновенно наполнилась духовной энергией, и поверхность стрелы начала светить холодным светом. Свуш! После того, как Ян Чжуньшань выпустил тетиву, он понял, что на самом деле атакует культиватор с культивацией на третьем уровне в области боевых искусств. Однако, чтобы спасти своего противника, Ян Цзюнььшану было все равно, против кого он сражается. Просто он не ожидал, что этот Цянь Чунлай будет настолько презренным, настолько узколобым, что на самом деле возьмет четырех или пятимесячного тигренка, чтобы выпустить свой гнев, особенно перед тысячами сельских жителей в селе Туцю. Те, у кого реакция была быстрее, чем у Яна Чжуншана, были Ян Тяньган и Ань Ся. Два Боевых Культиватора Боевого Царства не атаковали специально для спасения Ху Ниу, а потому, что культивисты Боевого Царства сделали такой смелый ход, что территория была чрезвычайно широка. Если бы Цянь Чунлай был взбешен и атакован, было бы чрезвычайно вероятно, что он случайно ранит невинных. Самое главное, что Ян Цзюньсинь и Ян Цзюньхао играли с маленьким тигренком. Если бы Цянь Чунлай действительно ранил их обоих, Ань Ся и Ян Тяньган сражались бы против него до смерти. Ноги Ань Ся сделали паузу, и слой пыли поднялся с земли, образуя серый барьер длиной около трех метров и длиной тридцать метров, который защищал всех людей за барьером. Затем аура Яна Тяньгана внезапно стала серой изнутри, за чем последовал громкий взрыв. Ян Тяньган улетел обратно, его дыхание стало стремительным, а зловещая аура в воздухе также была разрушена удивленным криком Цянь Чунлая. Но в этот момент Ян Чжуньшань выстрелил стрелой со всей силы. Техника Цянь Чунлая была нарушена Яном Тяньганом одним движением, и время, когда сила его старой силы уже была использована, а торнадо злобной ауры было нарушено, мешая его чувствам. Самое главное, что он не ожидал, что у маленького культиватора на третьей стадии Царства Смерти хватит мужества напасть на него! В связи со всеми этими факторами, под взглядом жителей деревни Tuqiu, которые смотрели друг на друга в ужасе, достойный Цянь Чунлай, специалист в области боевых искусств, на самом деле был ранен в задницу железной перьевой стрелой. "А-а-а-а-а-а!" Это было не слишком больно. Даже если бы тело Боевого Культиватора Царства было поражено тремя каменными луками, он смог бы проникнуть в свою плоть только на дюйм, максимум. Больше половины причин, по которым Цянь Чунлай кричал от боли, было вызвано гневом из-за стыда. Он был очень ясен, что после сегодняшней стрелы, он станет целым Пустоши, и даже весь уезд Мэнъю будет смеяться без конца: В мире земледелия он был первым тринадцатилетним юношей Смертельного царства, которого ударил в задницу Военный Культиватор Царства! Эти люди определенно не задумывались о том, почему в них стреляли, и издевались над собой только из-за этого. Думая о том, как они обращались к Цянь Чунлаю, Цянь Чунлай чувствовал, что ему не только стыдно, он чувствовал, что у него больше нет лица, чтобы продолжать жить в этом мире. "Если я не отомщу за эту обиду, я этого не допущу". Я точно убью тебя, я точно убью тебя....". Цянь Чунлай лихорадочно проклял по дороге, но скорость его бегства не замедлилась ни на минуту, и очень быстро он исчез из глаз жителей деревни Tuqiu. Присутствовавшие на месте происшествия жители деревни Tuqiu посмотрели друг на друга, а затем внезапно взорвались в дикий смех. Каждый из них засмеялся так сильно, что слезы чуть не вылились наружу. В это время Ян Джуньшань нашел Ху Ниу, который лежал ровно на земле за валуном. Дух Ци вокруг тела Ху Ниу колебался, а Дух Демон Ци, спрятанный в её теле, медленно рассеивался, было очевидно, что когда Цянь Чунлай напал раньше, Ху Ниу уже изо всех сил старалась уклониться, но это всё равно было пятимесячное маленькое чудовище Демона Духов. Несмотря на то, что Ян Тяньган заблокировал большую часть силы одной атаки из Цянь Чунлай, она все еще была тяжело ранена. Увидев, как Ян Тяньган переступил порог, Ян Чжуньшань положил свою ладонь на голову Ху Ниу, Истинная Сущность в его теле начала течь обратно в тело Ху Ниу, вызвав изменение изначально умирающего выражения Ху Ниу, Дух-демон Ци в его теле, который начал яростно рассеиваться, также сразу же успокоился и прокрался обратно. Ян Цзюнььшань взглянул на Ху Ниу, который лежал на земле и случайно спросил: "Есть ли другой способ спасти его?" Ян Тяньган не знал о существовании "демона", он видел в Ху Ниу только как в романе игрушку для детей, и, естественно, его это не сильно волновало. На самом деле, Ян Тяньган также имел намерение убить Ху Ниу, так как он был потомком свирепого зверя, в конце концов. Выражение Ян Цзюньшаня стало серьезным, как он сказал: "Я не знаю, отец, я хочу вернуть Ху Ниу на гору". Если Ху Ниу не выживет, я похороню ее в горе". У Ян Тяньгана шевельнулись губы. На самом деле он хотел сказать, что мог бы снять шкуру с сына заживо и съесть его заживо, но, увидев серьезное выражение сына, в конце концов кивнул. Вдалеке Ян Цзюньсинь и Ян Цзюньхао, сбежавшие куда-нибудь поиграть, были обнаружены Ань Ся. Когда они проходили мимо, Ань Ся сделал им случайный выговор. С другой стороны, Ян Цзюньпин всегда был прямо под носом у Хань Сюмэй. Раньше он шел за Яном Цзюньшанем в толпу, и, увидев, как его старший брат сердито допрашивает великого знатока боевых искусств, братишка уже давно распростерся в поклонении своему старшему брату. Затем он последовал за Су Баочжангом и послушал, как его отец и два других Боевых Культиватора спорили о разделении Линг Тянь. Все, что произошло в деревне Туцю, мгновенно распространилось по всему пустынному городу, как ветер. Появление Линг Тянь среднего уровня, как таблетки духа, заставило другие деревни позавидовать, а выращивание и развитие области боевых искусств Хань Сюмэй можно считать огромным делом для Пустоши. Когда люди насмехались над Цянь Чунлай, которому ребенок выстрелил в задницу, они не могли не смотреть свысока на достойного Боевого Культиватора Цянь Чунлай, который использовал своего питомца, чтобы выпустить свой гнев на глазах у всех, и громко восклицать о том, что хотя этот человек выглядел спокойным нормально, на самом деле он был таким узко мыслящим человеком, который не мог позволить себе проиграть. В это время Ян Цзюнььшань перенес Ху Ниу в пещеру родниковой воды Духа гранатового леса, где энергия духа все еще не была восстановлена после прорыва Ян Цзюньшана. Может быть движение земли вызвало, что вода источника духа выпустила намного меньшую энергию духа, которая сделала Ян Джуньшань чрезвычайно тревожным. После того как я подумал некоторое время, Ян Джуньшань вытащил слой камней духа изнутри бассейна и распространил его под телом Ху Ниу, после этого поместил Ху Ниу в положение приседающего тигра. Через некоторое время энергия духа, рассеянная от камней духа, наконец-то начала просачиваться в тело Ху Ню. ---------- Гигантский локус t (Красные Голоса + 10 000) Ян Чжуньшань оставался в гранатовом лесу три дня подряд. После того, как аура Ху Ниу постепенно стала сильнее и твёрже, Ян Цзюнььшань знал, что Ху Ниу прошёл тройной период опасной для жизни опасности. Хотя она еще не проснулась, на самом деле она была погружена в свое культивирование. Убив несколько диких зайцев-куриц на западной горе и бросив добычу перед Ху Ниу, которая снова запечатала пещеру, Ян Цзюнььшань, наконец, смогла расслабиться и спуститься вниз с горы. Перед тем, как Ян Цзюнььшань покинул гору, седьмая тетя Ян Тянь Янь и дядя Ань Ся взяли Ян Цзюньхао и уехали в уезд Чэньюй. После того, как Ян Цзюнььшань вернулся домой, было очевидно, что его отец Ян Тяньган был не в хорошем настроении. "Твой дядя доложил о проблеме Ржавчины в Секцию Небесных Взломщиков. В настоящее время Секция Потрясенных Небесами уже ввела запрет на участие всех культиваторов из Юсяни в азартных играх с камнями! Хань Сюмэй тайно рассказал Ян Цзюньшану причину. "Этого не может быть!" Ян Цзюнььшань был удивлён: Почему Секта Небесная так велика, разве не прекрасно спокойно собирать их? Если мы будем продолжать делать это в таком большом масштабе, какие еще секреты есть у Ржавого Камня? "Точно!" Хань Сюмэй также сказал: "Я слышал от твоего отца, что сейчас все руды на рынке конфискуются, а сейчас, неважно, в Травяном Городе или на рынке уездного города, даже торговцев, продающих товары, редко можно увидеть. Даже Ли Лаосань, который раньше продавал все виды руд своему отцу в Травяном городе, был захвачен им два дня назад, и все вещи, которые у него были при себе, были конфискованы. Выражение Ян Чжуньшаня замерзло и сказало: "Он здесь ради моего отца?" "Твой отец сказал, что у него было такое намерение, но у него не было такого мужества. Есть большой шанс, что он пытается выпендриваться перед твоим отцом!" "У него есть только небольшие способности, тогда почему мой отец несчастлив? Неужели только потому, что мы запрещаем азартные игры, мы не можем собрать Ржавый Рудный Камень?" Хань Сюмэй вздохнул и сказал: "Несмотря на то, что наша семья была разлучена, сердце твоего отца все еще не может отпустить семью Ян. На этот раз, когда я рассказал твоему дяде о Ржавом Равнинном Камне, твой отец на самом деле все еще хотел сообщить семье Ян через твоего дядю, но он знал, что твой дядя сообщит об этом в Секту Небес, ничего не сказав. Твой отец, естественно, был не в восторге от этого". Но в это время мысли Яна Чжуншана уже не были о Ржавчине, в чем причина того, что Секта Небес, сотрясаемая небесами, так стремилась собрать Ржавчину? По логике вещей, в это время он должен был стараться изо всех сил скрывать информацию, и тогда тайный сбор Ржавчины был лучшим способом максимизации пользы. Независимо от того, насколько сильной была Небесная Секта, она контролировалась только юйсяном. Если бы это дело было сделано тайно, количество собранных руд можно было бы увеличить, не зная об этом, но с тем, как идут дела, люди вскоре узнали бы о секрете Ржавых Камней. Несмотря на то, что ржавчина на поверхности Юсяня может быть очищена за короткий промежуток времени, в долгосрочной перспективе люди определённо не смогут получить доступ к ржавчине из-за пределов Юсяня. Если только Секте Небеса не понадобится срочно огромное количество нефритовых монет, чтобы спасти их, и только такой стабильный метод, который занял бы много времени, будет заброшен, и будет использован такой метод, который мог бы сливать воду из пруда. Но какова же была причина, по которой Небесная Секта так сильно жажда нефритовых монет? В конце концов, поколебленная небесами секта была не единственной, кто доминировал в юсянах на протяжении стольких лет. Такой колосс не должен нуждаться в деньгах, несмотря ни на что! Хотя Ян Цзюнььшань не понимал причины, он знал, что поколебленная небесная секта в его предыдущей жизни все еще оставалась недостижимым колоссом в сердцах культиваторов Юсяни в тот момент, когда она рухнула. Никто бы не подумал, что такое колоссальное существование вдруг рухнет! Может быть, место, которое никто не мог видеть, было уже прогнившей Небесной Сектой, и на этот раз инцидент с Ржавым камнем случайно коснулся раны Небесной Секты, поэтому Небесная Секта отреагировала так яростно. Ян Цзюнььшань поспешил на задний двор, Су Баочжан привела Ян Цзюньпина и остальных на тренировку в кулак Ман Ниу, увидев, что Ян Цзюнььшань вернулся, Су Баочжан засмеялся: "Брат Цзюнь Шань, тогда как же травмы Ху Ниу, почему ты не вернул ее?". Ян Цзюнььшань что-то задумал и собирался искать Ян Тяньгана, но, услышав это, мог только сказать: "Она все еще восстанавливается!" Подумав об этом, Ян Чжуньшань остановился, помахал рукой Яну Чжунпину и сказал: "Второй брат, я приказал тебе поймать кузнечиков на полях в последние несколько дней. Ты ушёл?" Услышав это, Ян Чжунпин проявил невольное выражение лица и сказал: "Это все детские игрушки, мне уже почти 11 лет, и я все еще хочу пойти в поля, чтобы поймать кузнечиков"? Увидев, что лицо Ян Чжуншана потонуло, Ян Чжунпин поспешил сказать. "Я ловил кузнечиков последние несколько дней, особенно, когда два дня назад был Тринадцатый Брат. Ян Джуньшань снова нашел свою младшую сестру. В эти несколько дней Ян Цзюнхао, который был того же возраста, что и она, ушел, пока Ху Ниу был тяжело ранен. В эти дни Ян Цзюньпин оказался под влиянием своего старшего брата и, таким образом, узнал о его прилежном воспитании, в результате чего Ян Цзюньсинь, потерявший товарища по игре, был крайне несчастлив. Услышав, как брат спрашивал ее об отлове саранчи, хотя Ян Цзюньсинь чувствовал, что это странно, он все же сказал: "В поле много саранчи". Дядя, который занимается сельским хозяйством, сказал, что сегодня лучший день, но в поле много кузнечиков". "Тогда, сестренка, насколько велика саранча, которую ты поймала за последние несколько дней?" Ян Чжунсинь на мгновение подумала, а потом жестикулировала рукой: "Она такая большая!" Ян Чжуньшань увидела, что размер саранчи, которую он рисовал, был почти размером с кошку. Царапая ей нос, он не знал, смеяться ему или плакать: "Почему такая большая саранча не съела тебя?" Су Баочжан увидел, что Ян Чжуньшань постоянно спрашивал его о размерах саранчи, поэтому он спросил с улыбкой: "Брат Чжун Шань, почему ты спрашиваешь об этом, может ли быть, что в этом году будет саранчовая чума?" Ян Чжуньшань на время подумал, а потом сказал: "На всякий случай, я видел много саранчи, летающей в горах на заднем плане Западной горы в эти несколько дней". Я просто не знаю, хорошо ли у них получается в других местах, или там будет саранча". Видя, что Ян Чжуньшань был серьезен, Су Баочжань сказал, что его выражение стало серьезным: "Несмотря на то, что в нашей деревне уже есть четыре саранчи, поэтому мы можем противостоять вторжению саранчи, если объединим наши усилия, но всегда будут моменты, когда мы не сможем о них позаботиться, в прошлом каждый раз, когда рой саранчи всегда приносил какие-то потери, я думаю, что лучше сначала рассказать об этом старосте деревни Мастер. Лучше подготовиться заранее". Ян Чжуньшань признал свое присутствие и прошел в комнату Ян Тяньгана. Если бы это была обычная саранча, Ян Чжуньшань не беспокоился бы об этом. Когда саранча нападала со всех сторон, большинство из них были бы уничтожены деревенскими культиваторами еще до того, как они смогли бы приземлиться на полях. В конце концов, даже если и были потери, они были крайне ограничены. Однако проблема состояла в том, что чума в воспоминаниях Ян Джуншана в его прошлой жизни была совсем не простой. Саранча, покрывавшая небо, не была обычной саранчой, их тела были почти вдвое больше нормальной саранчи, а обычная саранча была только примерно на один-два дюйма больше нормальной. Столкнувшись с совместными атаками столь многих культиваторов Духовных Земледельцев, количество убитой саранчи было крайне ограничено. Оставшаяся саранча воспользовалась возможностью прорваться и прорваться в Линг Тянь, чтобы поглотить их. Несмотря на то, что в то время староста деревни видел, что ситуация была плохая, и немедленно приказал своим людям захватить духовную долину, когда вся деревня пыталась контролировать саранчовый рой, только тридцать процентов духовной долины сумели схватить его обратно, а остальные ушли в желудки саранчи. Чума саранчи не только поразила город Пустошь, она поразила почти все уезды Мэнъю. Кроме уезда Мэнъю, еще три уезда в пяти уездах и один уезд во всём Юсяне также поразили чума гигантской саранчи. После этого, цена духовной долины, которая была под контролем Небесной Потрясенной Секты, удвоилась. Как и ожидалось, когда Ян Тяньган услышал о чуме саранчи, он вовсе не принял ее близко к сердцу. Однако Ян Цзюнььшань не мог сказать, что чума саранчи сильно отличалась от обычной саранчи, поэтому он мог только сказать, что нашел несколько гигантских саранчовых в два раза больше обычной саранчи. Они не были похожи на обычную саранчу, а скорее на маленьких яростных зверей. Однако, когда Ян Тяньган спросил его, где находятся трупы саранчи, он рассказал ему всё только в соответствии с воспоминаниями о прошлой жизни, в том числе и о том, откуда взялись трупы гигантской саранчи. Единственное, что он мог сказать, это то, что он сопровождал Ху Ниу в горах в течение последних нескольких дней, и зажарил его, чтобы он съел саранчу после того, как поймал их. Несмотря ни на что, глупости Ян Чжуньшаня привлекли внимание Ян Тяньгана. Ян Тяньган на мгновение подумал и сказал: "Таким образом, глядя на нынешнюю ситуацию и климат, кажется, что это был год, когда произошла саранчовая чума". Просто гигантскому саранчовому червю, о котором вы говорите, всё ещё нужно найти несколько живых существ или трупов, если нет, то я бы хотел собрать всю деревню, чтобы защитить её от саранчовой чумы". Ян Чжуньшань знал, что он может только предупредить его об этом в лучшем случае, поэтому он кивнул головой и внезапно засмеялся злобно: Тогда я буду искать еще, но, отец, не должен ли ты дать мне нефритовые монеты из Ржавых Равнин? Выражение Ян Тяньгана затвердело и сказало: "Почему ты хочешь так говорить о нефритовых монетах?" был в восторге, когда услышал это, но по отцовскому тону, он мог сказать, что на этот раз его доходы определенно были не маленькими, и он быстро закричал: "С тех пор, как гора Баньян в последний раз вернулась, на мне даже не было каменной монеты, а теперь, когда я прорвался на третий этап, я должен научиться делать талисманы, резьбу и т.д.". Я также должен подготовить для себя некоторые предметы культивирования, и не могу позволить вашему сыну использовать три каменных лука, чтобы стрелять в ягодицы Martial Realm Cultivator!". Ян Тяньган издал звук "У" и сказал: "Да, это правда. Вот, возьми эти нефритовые монеты!" Ян Чжуньшань нетерпеливо схватил сумку, которую Ян Тяньган бросил ему в руки, и взвесил ее, выражение его лица сразу же изменилось, и сказал: "Отец, это неправильно, почему у нас только десять нефритовых монет, мы же договорились, что десятая часть нефритовых монет из Ржавчины моя, вы не сможете вынуть 100 нефритовых монет, так?" "Даже если их десять, этого все равно недостаточно?" Глаза Ян Тяньгана вдруг стали широко смотреть и ругаться: "У какого ребёнка в руках столько нефритовых монет? На этот раз все нефритовые монеты, которые вы распутали, используются вашей матерью, чтобы прорваться через царство боевых искусств? Если ты думаешь, что это слишком мало, спроси свою мать!" Ян Чжуньшань немедленно вышел из себя. Как раз в тот момент, когда он собирался в унынии покинуть комнату отца, его позвали. Он поднял голову и увидел, как в него бросили камень. Ян Чжуньшань поспешно поймал его в руку. На самом деле это была красная ржавая руда размером с полкулака. Он только слышал, как Ян Тяньган сказал: "Это то, чем наградил тебя твой Седьмой дядя, умение расшифровать несколько нефритовых монет будет зависеть от твоей удачи". ---------- Зерновой автомобиль t Прибыв на задний двор, Су Баожан подошел и спросил: "Что сказал староста Лорд Виллидж?" Ян Чжуньшань помахал рукой и сказал беспомощно: "Мой отец не верит в это!" "Тогда что же ты собираешься делать?" спросил Су Баочжан. Ян Чжуньшань на время подумал, а потом сказал: "Брат Бао Чжан, у меня есть кое-что, с чем мне нужна твоя помощь!" Су Баочжан возбудился и сказал: "Что такое, просто скажи это!" Ян Чжуньшань вытащил пять нефритовых монет s из своей сумки, подумал какое-то время и вытащил еще две, а потом сказал: "Брат Бао Чжан, через некоторое время я дам тебе список, ты сможешь купить все вещи на нем для меня в течение следующих двух дней. Помни, что ты должен запомнить вещи из списка, а также покупать вещи по отдельности, так что не позволяй никому тебя заметить". Когда Су Баожан вытащил семь нефритовых монет одним махом, Су Баожан был в шоке. Он никогда в жизни не видел столько денег, поэтому спросил с нерешительностью: "Не слишком ли много, это что-то, что устроил староста деревни?" Очевидно, Су Баочжан не думал, что у Ян Чжуншана будет столько нефритовых монет, поэтому Ян Чжуньшань мог только сказать: "Мой отец знает об этом, оставьте его мне". Вам просто нужно следовать списку, который я вам дал, и купить их. Когда наступила ночь, Ян Цзюнььшань взял ржавый камень, который Ань Ся оставил для него, и держал его в руке, готовясь открыть камень. Открыть камень было нелегко. Ржавая руда была очень твердой, потому что в ней были следы тонкого железа. Более того, это могло повредить нефрит во время вскрытия камня. Однако, у Ян Чжуншана был свой особый метод. Сначала он острым ножом выгравировал несколько простых рун на поверхности руды, а затем вылил энергию духа в своем теле в руны. В тот момент, когда руны активировались, раздавался звук "трещины", и на поверхности руды появлялись трещины. Ян Цзюнььшань использовал все свои силы, чтобы потереть руду в руке, а на самом деле непосредственно сломал слой разбитого камня на куски. Открыв свой Духовный Отверстие, Ян Цзюнььшань снова поднялся, если бы не этот метод, он бы не использовал своими руками, но потому, что этот метод не требовал никаких других инструментов, а вместо этого позволил ему еще больше защитить дух нефрита внутри камня. Этот слой разбитых камней после того, как он был раздавлен на куски, все еще находился в рудном слое, поэтому Ян Цзюнььшань снова мог только рисовать руны, а затем разгадывать камень голыми руками. После того, как он сделал это три раза, этот плотный блеск наконец-то проявился после того, как разбитые куски разбились на куски. Ян Чжуньшань вытер немного пота на лбу и сказал: "Неплохо, если я продолжу снимать, нефрита не останется". После полуночи ожесточенных боев на второй день у Яна Джуншана в кармане было еще четыре нефритовых монеты. На расстоянии он наблюдал за тем, как его родители рано утром выносили вьючную лошадь к подножию Западной горы, и он мог только беспомощно вздыхать. Отцу явно было наплевать на саранчовую чуму, не говоря уже о том, что его мать уже сравнялась с боевыми искусствами, так что даже если отец и столкнулся с саранчовой чумой, ему нечего было бояться. Они не только сконцентрировали всю свою энергию на восстановлении среднего уровня Линг Тянь, они думали, что два других Боевых Культиватора в деревне также были такими. Они должны были поторопиться и восстановить новый Линг Тянь, прежде чем духовная долина созреет, и ждать, пока духовная долина соберет урожай, прежде чем посеять семена вместе. Войдя в комнату отца, на стене висел длинный железный лук. Это был железный лук из семи камней, которым Ян Тяньган пользовался до этого, но после того, как его сфера боевых искусств продвинулась вперед, он редко снимал лук, который висел в его комнате. Вытащив длинный лук из рук, Ян Чжуньшань почувствовал, как он погрузился в его руки. В этой главе Железный лук весил от двадцати до тридцати килограммов, а тонкая тетива была сверкающей и полупрозрачной; очевидно, что это не было обычным делом. Потянув лук рукой, он медленно развернул его. Видя, что длинный лук имел колчан стрел, наполненный стрелами, Ян Цзюнььшань снял его и посмотрел, думая, что его удача была не плохая, тридцать стрел внутри были все сделаны из изысканного железа, каждый вал стрел и головка стрелы были простые руны выгравированы на них, с которыми, вместе с семью камнями длинный лук неожиданной атаки, он даже мог стрелять через щит культиватора, основанные на технике. Прислонив длинный лук на спине, Ян Чжуньшань сказал себе: "Отец, ты невежественен по отношению к моим нефритовым монетам, этой длинной луке и этому чайнику со стою изысканными талисмановыми стрелами, я возьму его без предупреждения! Внутри гранатового леса и весенней пещеры духа Ху Ниу уже просыпался и разрывал зайца и фазана, оставленных Ян Цзюньшань. Хотя она все еще выглядела побежденной, она знала, что ее выздоровление не так уж и плохо. Паттинг Ху Ниу по голове, Ян Цзюнььшань проинструктировал: "В ближайшие два дня я отправлюсь в дальнее путешествие, тебе нужно остаться здесь, восстановить силы и тренироваться самостоятельно". Я оставлю достаточно еды для вас, не бегайте, пока вы ранены, и ждите, пока я вернусь". Ху Ниу закричала, как будто она протестует, она даже хотела встать, но так как у нее не осталось много сил в тяжело раненом теле, она могла только лечь на землю и смотреть на Ян Чжуньшань с недовольством. "Не волнуйся, я обязательно возьму тебя поиграть, когда тебе станет лучше!" После выхода из пещеры Ян Чжуньшань направилась на юг. Если его воспоминания из прошлой жизни были верны, то эта саранча пришла с юга и поглотила более половины Юсяня, в результате чего производство всего Юсяня сократилось вдвое. Что касается самой южной точки города Вангшань, то это была горная варварская деревня. Горная варварская деревня находилась у подножия Туо Ву Шаня, а Туо Ву Шань была границей между уездом Мэнъюй и уездом Цзиньюй. В то же время, это была также граница между уездом Юйсянь и уездом Чжан. В его предыдущей жизни, после того как гигантская саранча случилась, уезд Mengyu и уезд Jinyu понесли самые тяжелые ушибы в шести уездах Yuxian, и гигантская орда саранчи пришла с юга. Хотя уезд Чжан, находившийся в южных районах Юсяня, пострадал от саранчового роя, район бедствия был крайне мал, поэтому с точки зрения Ян Цзюнььшаня, место, откуда произошла гигантская саранчовая катастрофа, скорее всего, находилось в этом уезде Туо У Шаня. По мере того, как Ян Цзюнььшань путешествовал на юг, после входа в город Wangshan, он видел несколько тележек с едой, которые перевозили духовную долину обратно на Травяной Рынок города. Там были даже пустые тележки с едой, которые перевозили их из города в различные деревни. Когда он прибыл за пределы горной варварской деревни, Ян Чжуньшань увидел еще две тележки с едой. Не сумев подавить свое любопытство, Ян Чжуньшань подошел к мужчине средних лет, который вел телеги, и спросил: "Дядя, куда мы посылаем эту духовную долину?". Водитель осмотрительно посмотрел на Яна Чжуншана, увидев, что он лишь наполовину взрослый ребенок, его выражение расслабилось и сказало: "Ты ведь не сельский житель, да?" Ян Чжуньшань указал на лук позади него и сказал: "Я сейчас учусь охотиться, я слышал от отца, что у Туо У Шань самая большая добыча, поэтому мне захотелось зайти, чтобы посмотреть, но по дороге я увидел много тележек с едой, которые перевозили духовную долину в город, мне было любопытно, поэтому я хотел спросить". Услышав, что Ян Чжуньшань едет в Туо У Шань, водитель сразу же помахал рукой и посоветовал ему добрые намерения: "Молодой парень, Туо У Шань не похож на другие места, он илас наполнен густыми горами и лесами, а также находится на границе с уездом Цзиньюй и уездом Чжан. Несмотря на то, что здесь много добычи, здесь также много свирепых зверей. Ян Цзюнььшань моргнул глазами и сказал: "Дядя, ты до сих пор не сказал мне, почему так много тележек с едой?" Водитель засмеялся: "Конечно, это для того, чтобы продавать духовную долину! Видя, что это год с хорошим урожаем, цена на еду определенно упадет. Так как цена еды пользуется этим временем, давайте быстро продадим старые рационы нашей семьи, чтобы освободить место для нового. " Ян Чжуньшань на секунду подумал, а потом спросил: "Дядя, кто в этом городе собирает еду, это Секта Небес, или сильные и знаменитые секты округа?" Водитель покачал головой и ответил: "Я не знаю. Они все равно чужие, но поскольку лорд-гвардия согласилась на их миссию, то проблем с их личностью не возникает". Ян Чжуньшань издал звук "У". Так как даже охранники города Ваншань знали об этом, не должно быть никакого "брутля". В таком случае, может быть, Секта небесных потрясений тайно собирала еду? Думая о ржавой руде, Ян Чжуньшань задался вопросом, не может ли быть, что Небесотрясённая секта нуждалась в большом количестве нефритовых монет, чтобы купить духовную долину? Однако, он быстро отрицал эту идею. Если Секта Небес, сотрясаемая небесами, нуждалась в покупке духовной долины, то это можно было бы сделать во всем уезде, а в Пустоши, в которой находился Ян Цзюнььшань, очевидно, никогда не слышали о покупке духовной долины за высокую цену. У Ян Цзюнььшаня было ворчливое чувство, что что-то было не так с людьми, которые купили духовную долину s на этот раз. Более того, по дороге Ян Цзюнььшань увидел, что многие из деревень в городе Wangshan имели тележки для зерна, которые использовались для перевозки духовной долины s. Думая о том, как внезапно вспыхнула гигантская саранча и как они даже не собрали всю духовную долину, которую уже были съедены, Ян Цзюнььшань взглянул на вопрос о том, какую духовную долину покупают в горном городе. Размышляя об этом здесь, Ян Цзюнььшань снова напомнил: "Дядя, я прошел весь путь с севера и обнаружил кузнечиков группами в пустыне. Боюсь, что в этом году саранча может покраснеть. Водитель чихнул: "Дитя, чего тут бояться из-за саранчовой чумы? В какой деревне нет одного или двух культивировщиков боевого царства? Когда мы объединимся, больше половины саранчовой чумы будет уничтожено..." Ян Джуньшань был очень хорошо знаком с этим видом саранчовой чумы, будь то Ян Тяньган, Су Баочжан или другие люди в селе Туцю, у них у всех было такое же мнение о саранчовой чуме, как и у водителя кареты. "Что, если саранчовая катастрофа этого года действительно сильна, и даже Военный Культиватор не может ее убить?". "Мы не можем убить даже культивирующих боевые искусства?" Водитель, кажется, услышал анекдот и сказал: "Может ли быть, что над ним пролетит группа злобных зверей?". Это была не просто группа свирепых зверей. Хотя сила одной гигантской саранчи не могла сравниться даже с силой горной учения, которая могла выдержать группу свирепых зверей, покрывавшую небо и покрывавшую землю? Yang Junshan пытался напомнить водителю не спешить продать духовную долину, и водитель также пытался напомнить Yang Junshan не входить слишком глубоко в Tuo Wu Shan, но результат был очевиден. Обе стороны не прислушивались друг к другу, и люди, которые должны были продавать еду в городе, продолжали, а те, кто хотел поехать в Туо Ву Шань, не останавливались. ---------- Темный путь Он находился на границе между двумя уездами, Ю и Чжан. Гора была не только местом роста птиц и зверей, но и местом рождения нескольких ожесточенных зверей, ядовитых зверей и других редких сокровищ. Ян Цзюнььшань уже был в Tuo Wu Шань в течение двух дней, и он уже был очень осторожен в течение этого периода. Однако, когда он попытался пересечь каньон, он столкнулся с барьером, образованным миазмой, которая поднялась из каньона. После того, как эта миазма поднялась из каньона, он быстро воспользовался горным ветром, чтобы распространиться по направлению к лесу, в котором находился Ян Цзюнььшань. Ян Джуньшань начал бежать, но миазма начала окутывать его со всех сторон. Видя, что он больше не может спасаться бегством, он может только циркулировать Духовное Искусство Уту на полную мощность, пытаясь использовать духовную энергию в его теле, чтобы противостоять миазме, которая вторгалась в его тело. В то же время, он пытался держать дыхание как можно больше, чтобы уменьшить скорость дыхания. К счастью, по мере распространения в больших масштабах, миазма также постепенно истончалась. Думая об этом, яд миазмы также должен быть ослаблен, до тех пор, пока они бежали из области, покрытой миазмой, они могли бы справиться с этим. Однако в тот момент, когда Ян Чжуньшань вдохнул первый рот миазмы в свое тело, в его мозг проник сладкий запах, и он сразу почувствовал головокружение. Ян Цзюнььшань был в шоке, он не ожидал, что яд миазмы будет настолько сильным, и точно так же, как он собирался циркулировать Уту Духовного Искусства в полную силу, он чувствовал, как его сердце дважды яростно пульсировало, как будто его лицо было наполнено кровью. Тем не менее, в тот момент, когда это чувство встало изнутри его тела, ощущение головокружения из-за миазмы было мгновенно подавлено. Ян Чжуньшань почувствовал, что его разум дрожит, он не боялся последствий миазмы на всех? Но прежде, чем Ян Чжуньшань смог вырваться из радости иммунитета к миазме, Ян Чжуньшань, который случайно вдохнул дыхание миазмы, вдруг почувствовал, что миазма, которая была подавлена ранее, начинает двигаться снова. Удивленный, Ян Чжуньшань воспользовался возможностью, чтобы покинуть зону действия миазмы, пока его разум был еще чист. Он сделал два глубоких вдоха, скука от поглощения миазмы в груди медленно рассеивалась, в это время Ян Чжуньшань имел возможность подумать о том, что на самом деле он не боится миазмы. В процессе побега Ян Чжуньшань ясно видел это. Не только ему, но и многим диким зверям удалось сбежать, когда они увидели, что миазма поглощает их, а один из диких кроликов случайно наткнулся на виноградную лозу и связал ей четыре конечности. После того, как миазма прошла, дикий кролик быстро начал дергаться, а затем упал на землю и перестал двигаться. Так как миазма была достаточно ядовита, чтобы представлять смертельную угрозу для человека, то причина, по которой Ян Чжуньшань смог отбить ее, была в том, что он был сам по себе. Думая об этом, Ян Цзюнььшань почувствовал, что это произошло просто по трем причинам. Первая заключалась в том, что техника культивирования Ян Цзюнььшаня [Духовное искусство Уту] имела чрезвычайно сильный ядовитый эффект, но Ян Цзюнььшань считал, что это невозможно. Вторая причина состояла в том, что нынешнее тираническое тело Яна Цзюньшаня, или, надо сказать, Карта горного монарха, позволило его телу стать достаточно сильным, чтобы защититься от миазмы. В предыдущей жизни Ян Цзюнььшаня он слышал, что после открытия высококлассных бессмертных духовных полостей можно было иметь особый талант, как Сюй Цзин, или же его можно было использовать для культивирования каких-то странных техник, подобных тем, которые используются в бессмертных полостях. Однако, все это были слухи, и Ян Цзюньшань не смог проверить их подлинность. Тем не менее, причина, по которой он смог открыть свой Скрывающий Меридиан с его первоклассной Бессмертной Сущностью, не в том, что у него не было надежд на то, что он сможет использовать особое Внутреннее Своеволие. Ян Чжуньшань, кроме того, что его Бессмертная Сущность была расширена, чтобы стать намного более могущественной, не чувствовал, что у него появилось какое-то другое особое Внутреннее Способность. Однако, на этот раз он смог покинуть область, покрытую миазмой. Изначально безнадежная врожденная техника Яна Джуншана снова наполнилась надеждой. Может ли быть, что бессмертные духовные полости высшего класса дадут ему технику, которая сможет излечить от всех ядов? Думая об этом, Ян Чжуньшань увидел, что миазма позади него перестала расширяться, поэтому он храбро вернулся к краю миазмы. Очень быстро это ощущение головокружения вернулось, но оно было гораздо слабее, чем раньше, оно было только на краю. Очень быстро, "Донг Донг", его сердце дважды прыгнуло в грудь, вызвав у Яна Чжуншана небольшую панику. Раннее покрасневшее лицо и горячие уши снова появились на его лице, и это головокружительное чувство было немедленно подавлено. Ян Чжуньшань поспешил сделать два шага назад и покачал головой, но он быстро вспомнил, что произошло раньше, и подумал про себя: Не похоже, что яд невосприимчив к нему, а скорее, что яд обладает сильным сопротивлением, которое попадает в мое тело, и миазма, которая вторгается в мое тело, не рассеяна, а временно подавлена мощной жизненной силой в организме Яна Цзюньшаня. Мне все еще нужно управлять духовной энергией в моем теле, чтобы рассеять ее одну за другой. У обоих была способность укреплять Ци и кровь культиваторов. Судя по всему, это не обязательно было связано с каким-то особым Внутренним Способностью, которая родилась в скрытой части тела, что сделало Ян Цзюньшана немного разочарованным. Найдя укромное место и не обнаружив поблизости никаких следов свирепых зверей, Ян Цзюнььшань быстро начал циркулировать свое искусство, чтобы восстановить энергию духа, потребляемую в его теле. В то же время, он также удалил яд миазмы, который все еще подавлялся его кровью и энергией. В мгновение ока прошло полдня, и были слышны звуки криков людей, в то же время приближался звук людей, катящихся по дороге, пробуждая Яна Цзюньшана от его культивирования. Откуда взялся этот дикий горный хребет? Это сомнение только что возникло в сердце Яна Цзюньшаня, но он, казалось, сразу что-то придумал. Он поспешно оглянулся и пробормотал про себя: "Неужели это секретный проход Туо У Шаня? Юйсянь и уезд Чжан контролировались разными силами, и хотя были торговые пути, которые были связаны друг с другом, они оба облагались большими налогами со стороны сил, которые контролировали эти два уезда. Таким образом, было много людей, которые открывали секретные проходы в опасных местах, которые редко можно было увидеть, чтобы избежать тяжелых барьеров для сбора налогов, установленных великими державами на торговом пути. И секретный путь Туо У Шань был связан с Юйсянь и уездом Чжан через контрабанду. В предыдущей жизни Ян Цзюнььшань несколько раз проходил через этот секретный проход, чтобы попасть в уезд Чжан и Юйсянь, поэтому он был очень хорошо знаком с этим секретным проходом. Просто на этот раз его преследовала миазма, пока он не понял, что делать. Следуя за звуком, он побежал через лес. Через некоторое время Ян Чжуньшань склонился и посмотрел из-за куста вниз, а на дне скалы увидел грунтовую дорогу шириной в десять футов, кажется, что она была открыта недолго. Дорога была полна выбоин, по ней было очень трудно ходить, поэтому три вагона, которые шли к нему, шли очень медленно. Когда они подошли ближе, Ян Цзюнььшань увидел, что эти три вагона изначально были тремя тележками с зерном. Каждая из тележек с зерном вела зрелых глупых зверей скота, и хотя скорость глупых зверей скота и вьючных лошадей была намного медленнее, они обладали большой выносливостью и ходили неуклонно, что делало их наиболее подходящими для такого рода дороги, которая была похожа на недавно открывшийся тайный проход. Эти три тележки с едой отличались от тех, которые Ян Цзюнььшань видел в городе Ваншань. Коробки для запечатывания духов этих трех тележек с едой были намного больше, чем те, которые он видел в городе Ваншань. Согласно опыту Ян Цзюньшана, ящики для духовной запечатывания каждой из трех тележек с едой могли поместиться в духовной долине в 50 камней, а в трех тележках по крайней мере 150 камней. Всего в этих трех тележках было пять человек, все они выглядели как обычные торговцы едой, но, конечно, все они выращивали, как обычные люди могли ходить по ним? Когда Ян Цзюнььшань увидел эти три тележки с зерном, первое, что пришло в голову, это то, что город Ваншань купил всех троих людей духовной долины, и, глядя на этих пятерых, их ауры были явно не от Военного Культиватора Царства, что позволило Ян Цзюнььшану успокоиться. До тех пор, пока они не были в области боевых искусств, без его Духовного Чувства, он не смог бы обнаружить Ян Цзюнььшаня, прячущегося на скале. У пяти из них было три водителя, и двое из них сидели на вершине последней тележки с едой. По дороге они разговаривали и смеялись, и когда они добрались до района под Ян Цзюньшанем, старший из них внезапно замолчал, оглянулся вокруг, и внезапно закричал: "Стойте!" "Ууууу". Три тележки с едой остановились. Водитель обернулся и громко спросил: "Брат Ма, мы здесь выходим?" Старший боевой брат Ма, который закричал "Стоп", прыгнул вниз с тележки и сказал: "Давай сделаем это здесь". Если мы продолжим идти пешком еще какое-то расстояние, то, боюсь, мы выйдем за пределы диапазона восприятия талисмана сердца". Если я не буду осторожен и позволю Нин Цзи думать, что его сын мертв, то эта старая штука определенно выпадет. Старший боевой брат Ма жестовал культиваторам, все еще находящимся в вагонах, и продолжил: "Слезай отсюда". Мы с младшим боевым братом Ченгом привезем это маленькое привидение, чтобы встретиться со старшим боевым братом Чжао и остальными в горах". Мы будем беспокоить младшего военного брата Ниу и двух других, чтобы доставить эти тележки с едой обратно в уезд Чжан". Во время беседы младший брат Ченг, который все еще находился в карете, получил сигнал старшего военного брата Ма и открыл ящик под ногами, открыв всю духовную долину. Затем он засунул руку в ящик и вытащил из него четырнадцати-пятнадцатилетнего подростка. Молодой человек был плотно связан, его рот был набит мешковиной, он был похоронен под духовной долиной, но он все равно задохнулся до смерти. Прямо сейчас его бросили в карету и он собирался бороться, но старший брат Ма держался за затылок, он сразу же стал послушным. Этот младший брат Ниу засмеялся и сказал: "Этот тайный проход открыт не так давно, поэтому мы не знаем многих людей". Кроме того, на другой стороне Туо Ву Шаня нас уже ждёт военный дядя Фэн и другие. С другой стороны, старший брат Ма и старший брат Чжао всё ещё находятся в Туо У Шань. Более того, дело старшего брата Чжао довольно опасно. После того, как две группы людей разошлись, младший брат Ниу повёл три тележки с едой вперёд, но старший брат Ма и младший брат Ченг привезли связанную молодёжь на другую сторону скалы и вошли в гору. От начала и до конца обе группы не знали, что все, что произошло, уже было в глазах Яна Джуншана. ---------- Задний план Талисман, соединяющий сердца? Вскоре после его рождения Ян Тяньган также подбросил в него талисман, связывающий сердце, и не только он, два его младших брата и сестры также подбросили в него талисман, связывающий сердце, когда он родился. Такой талисман использовался для того, чтобы почувствовать связь между кровными линиями. На коротком расстоянии они даже могли использовать связь между талисманами для общения друг с другом. На большом расстоянии они также могли использовать талисманы, чтобы определить, безопасен ли человек, использующий этот вид талисмана. Тогда, безусловно, был прямой предок, который был культиватором области боевых искусств. Более того, из разговора старшего брата Ма и младшего брата Ниу, Ян Чжуньшань мог приблизительно предположить, что этого молодого человека, вероятно, использовали, чтобы заставить старейшин своего клана согласиться на некоторые вопросы после того, как он был похищен. Глядя на три вагона с зерном, которые были заполнены духовной долиной, Ян Цзюнььшань естественным образом подумал о том, что город Wangshan покупает духовную долину, и затем в его голове всплыла мысль: Может ли быть, что старший, культиватор Нин Цзи, был стражем города Ваншаньшань, и поскольку этот молодой человек был похищен, у стражи города Ваньшань не оставалось другого выбора, кроме как согласиться на то, чтобы они купили духовную долину за высокую цену в городе? Наряду с уездом Чжан и Юйсянь, эти люди явно были из уезда Чжан. Они покупали духовную долину без ограничений в этот критический момент, может быть, они уже заранее знали, что надвигается саранчовая чума, и были уверены, что она движется в сторону Юйсяня? Не смотря ни на что, он должен был последовать за ними и взглянуть! Весь Ян Цзюнььшань был похож на леопардового кота, так как он осторожно, но ловко путешествовал по лесу. Одолжив покров деревьев, он повис за двумя культиваторами, и издалека он мог видеть только то, что двое из них говорили в нон-стопе. В это время Ян Чжуньшань не использовал свое Духовное Чувство, чтобы исследовать культивации дуэта, но в то же время он смог подтвердить, что оба они не были Военным Культиватором Царства. Таким образом, наглый Ян Цзюнььшань просто кружил вокруг, чтобы спрятаться перед двумя из них, и когда они оба прошли мимо, он подслушал их разговор, чтобы подтвердить свою догадку. "Старший брат, как ты думаешь, что старший брат Чжао и остальные делают, оставаясь в этом лесу на один-два месяца?" "Не спрашивай, о чём не стоит спрашивать, но узнаешь, когда приедешь туда!" "Старший брат, ты думаешь, мы действительно сможем отпустить этого отродья, когда придет время? Он нас уже видел, его отец должен заняться делами в Военном Культивирующем Царстве, что если он найдет с нами неприятности, когда придет время?". "Хе-хе, я не уверен, сможет ли его отец жить к тому времени. Если этот старик заснёт из-за этого ребёнка, то мне не придётся слишком сильно волноваться". Если Нин Чжи проницателен, то, возможно, нам просто придется отрубить голову его сыну и отправить его обратно, хаха!" "О, о, о..." Их разговор полностью остановился в ушах молодого человека. Молодой человек сразу же начал ожесточенно бороться, и они оба неожиданно убежали от них. Позади него старший боевой брат Ма в шутку отругала: "Черт возьми, твоя верхняя часть тела перевязана". Куда еще ты мог сбежать? Надо было уже позволить старшему боевому брату Яо запечатать твоё культивирование, чтобы избавить себя от неприятностей!" Младший брат Ченг также улыбнулся, когда взял петушок с земли и внезапно бросил его в сторону молодого человека, который сбежал в глубины леса. Он даже закричал: "Да!" Камень пролетел более ста футов и точно врезался в пятки молодого человека. Юноша сразу же упал вперёд и упал, как собака, грызущая грязь. Старший боевой брат Ма и младший боевой брат Ченг издалека засмеялись. Однако они не могли видеть, что когда юноша упал на землю, половина его тела была послана летающей травой. Когда трава рухнула, пара глаз и половина лица внезапно приблизились к его взгляду. Очевидно, что юноша был шокирован сценой перед ним. Он открыл рот, чтобы закричать, но неожиданно пара глаз по ту сторону лица внезапно замерзла. Слабый голос дотянулся до ушей юноши: "Не кричи!" Молодежь была ошеломлена на мгновение, прежде чем услышать голос: "Не кричи, если хочешь, чтобы тебя спасли"! Только теперь он понял, что лицо перед ним похоронено в слое грязи. Его тело было полностью покрыто сорняками, и если бы он сам не наткнулся на траву, ему было бы трудно обнаружить, что в траве кто-то прячется. "Повернись и сядь!" На этот раз молодёжь сделала так, как сказал голос. Его тело, изначально лежавшее ровно на земле, вдруг обернулось и с трудом высидело наполовину, как раз вовремя, чтобы увидеть, как старший боевой брат Ма и младший боевой брат Ченг идут навстречу ему с холодными улыбками на лицах. В этот момент мальчик, который сидел, случайно открыл свои связанные руки, и между его рук был помещен длинный предмет. Мальчик поспешил прикрыть предмет руками и почувствовал, что он похож на сломанную стрелу. В этот момент он услышал неразборчивый голос, звучавший рядом с его ухом: "Подождите, подождите возможности пошевелиться!" Младший брат Ченг подошел к юноше и схватил его с земли, проклиная: "Маленький ублюдок, ты не можешь быть более спокойным, если будешь продолжать бежать, я сломаю твои собачьи ноги!" Пасть юноши была фарширована льном, но он все равно продолжал кричать на них двоих. Старший боевой брат Мама ударил его по голове и проклял: "Если ты не будешь вести себя хорошо, я пошлю тебя прямо сейчас!" Они вдвоем затащили молодого человека и споткнулись глубже в лес. Молодой человек воспользовался случаем, чтобы оглянуться позади него, и увидел пучок травы, движущийся вместе с ветром. Там никто не прятался! Издалека раздавались голоса старшего военного брата Ма и младшего военного брата Ченга, сопровождавших юношу: "Старший военный брат, куда нам идти дальше?". "Давайте сначала направимся на запад. Там есть горный ручей. Пойдём туда отдохнём немного..." В это время Ян Чжуньшань быстро путешествовал по миазме. Потому что ему больше не нужно было бояться быть замеченным, его скорость снова увеличилась, и направление, в котором он хотел идти, было маленьким потоком в его памяти, который был не слишком далеко от пути Tuo Wu Шаня. Старший боевой брат Ма взял их обоих примерно на час, прежде чем услышал звук воды, текущей в лесу. Жара и влажность в лесу уже делали их обоих нетерпеливыми, поэтому, когда они услышали звук течения воды, они сразу же стали бдительными, и их шаги стали легче. Когда они подошли к ручью, булькающая чистая вода текла по лесу, словно темно-зеленый нефритовый пояс. Прохладный водяной пар давал ощущение свежести. Младший брат Ченг лизал губы и сгибал ногу. Молодой человек упал на землю и сказал: "Старший брат, иди и остынь первым". Я присмотрю за этим мальчиком". Старший военный брат Ма улыбнулся и сказал: "Младший военный брат слишком осторожен. Может быть, здесь будут люди, чтобы спасти его? Хорошо, я пойду и утолю жажду первым!" Присев на корточки у ручья, Старший Брат Мартиал Ма сначала проглотил два полных рта воды, а затем яростно умыл два его лица. В этот момент в горном лесу также поднялся нежный ветерок, от которого шелестят листья и деревья. Со звуком протекающей воды он соединился со звуком ручья, создав в горном лесу спокойную и безмятежную атмосферу. Подобно тому, как старший боевой брат Ма погружался в спокойную атмосферу вокруг себя, звук падающего тяжелого предмета внезапно доносился сзади. Старший Брат Мартиал Ма был поражен, и внезапно переместился на пять футов вправо, прежде чем повернуть. Талисман из звериной кожи испускал черный дым с ладони, и из поднимающегося черного дыма падала черная пыль, превращаясь в черный занавес из пыли, покрывавший его тело. "Сюй!" В тот момент, когда черный дым опустился, стрелка руны прорвалась в воздух и ударила по барьеру черного дыма, заставив его обрушиться внутрь. В тот момент, когда черный дымовой барьер рухнул, старший брат Ма вынужден был отступить на семь-восемь шагов, вплоть до центра небольшого ручья, прежде чем он, наконец, остановился. Несмотря на то, что черный дымовой барьер перед ним стал намного тоньше, он всё ещё защищал его. Только в этот момент из глубин леса был слышен звук падения тетивы. Было очевидно, что скорость стрелы была намного быстрее звука. В это время старший военный брат Ма наконец нашел время, чтобы увидеть, что случилось. Он увидел, что под большим деревом младший боевой брат Ченг уже упал на землю, и руническая стрела пронзила его спину. Из раны еще текла кровь, и он уже умер через мгновение после того, как в него стреляли. Рядом с младшим братом Ченгом юноша все еще был связан на земле. Он посмотрел на младшего брата Чена с унылым взглядом и лицом, полным сюрприза. Было очевидно, что даже он не знал, что произошло. "Кто это? Выходи, неважно, какие навыки ты скрываешь. Если у тебя хватит смелости, выходи и сражайся со мной один на один!" Так как это была тайная атака, противник определенно не был бы Боевым Культивирующим Царством, а стрела противника была еще быстрее звука. Очевидно, что он использовал чрезвычайно сильный лук, в соответствии с силой стрелы, выстрелившей в него ранее, противник, скорее всего, будет культиватором с Царством Смерти как минимум 4-го уровня. Однако, когда талисман дыма защищал его, он не только не боялся сильного лука противника талисмановыми мечами, но и с дымом, старший брат Чжао и другие сразу же бросались к нему, как только получали сигнал. Главное сейчас - не дать атакующему спасти сына Нин Цзи. Помня об этом, старший боевой брат Ма использовал защитный чёрный туман, чтобы повернуть в том направлении, откуда пришли стрелы. В то же время он бесстрашно шел в сторону юноши, который сидел на земле. Однако как раз тогда, когда старший боевой брат Ма подошел к юноше: "Сюй!". Свуш! Это привело к тому, что старший военный брат Ма ни на секунду не осмелился быть беспечным, так как он быстро повернулся лицом к направлению, откуда шла стрела. Его кончик пальца постепенно сформировал небольшое пламя, и он направил его перед собой, в результате чего перед ним взорвались две летающие стрелы. Однако третья стрела не успела вовремя поразить его, столкнувшись с дымовой завесой и вновь вызвав ответный удар старшего брата Мартила Ма. Однако в тот момент, когда старший брат Ма сделал два шага назад, его выражение внезапно застыло. У него выстрелили глаза, и когда он опустил голову, чтобы посмотреть, то увидел намек на пленительный красный цвет, распространяющийся из одежды перед его грудью. Когда он упал на землю, он, наконец, увидел подростка, который до этого был связан и сидел холостым на земле. Теперь он стоял позади него с разбитым руническим мечом в руке. ---------- Нинг Бин Молодой человек незаметно уставился на капающий от крови меч, ни на дюйм не сдвинувшись с места, пока молодой человек, выглядевший еще моложе его, не вышел из леса с большим бантом в руке, лицо которого было покрыто половиной куска ткани, оторванной от его рубашки. Ян Чжуньшань посмотрел на выражение спасенной молодости, затем подошел к трупу младшего брата Чена и шатался по округе, после чего на землю было положено много разбитых вещей. Из этих вещей Ян Джуньшань взял от пяти до шести нефритовых монет s, два волшебных талисмана, рунический короткий меч длиной в фут и различные другие предметы. Ян Чжуньшань подбросил их все в ручей. Подняв голову, чтобы посмотреть на молодого человека, который все еще был в оцепенении, Ян Цзюнььшань не сказал ни слова, но подошел к старшему брату Ма и продолжил обыскивать его вещи. Однако этот старший брат Ма был поистине достоин того, чтобы стать культиватором в сфере бессмертного земледелия, так как сокровища на его теле были намного богаче, чем у того младшего брата Чэна. Сначала он взял двенадцать нефритовых монет s, затем бутылку "Ян Пиллз", в которой было шесть таблеток, налил одну в рот, чтобы посмотреть на цвет и цвет, а затем поместил одну в нос, чтобы спросить. Лицо Яна Цзюньшаня сразу же открыло счастливое выражение, эта облачная гранула класса waop, и подходила для высокоуровневых культиваторов в Смертельном царстве, хотя и не была так хороша, как глубокая гранула, которую Ян Цзюньшань нашел, когда собирал их, это все равно была подлинная гранула, рафинированная из печи, а не лекарственная гранула. Она была точно такая же, как талисман из кожи зверя, который блокировал несколько волшебных мечей подряд. Однако, когда он увидел голову волка, нарисованную на коже зверя, Ян Чжуньшань был поражен, а затем, не задумываясь, бросил талисман к ногам молодого человека. Еще два круглых куска красных камней привлекли внимание Яна Цзюньшана. На круглом камне были различные виды пламенных рун, которые использовались для дополнения его культивирования Алым Огненным Руном. Культиваторы, которые использовали энергию своего духа для активации Fire Rune, могли использовать Технику Алых Огней до достижения пятой стадии возделывания. Такой талисманный камень отличался от талисманов, которые могли быть активированы только духовной энергией в теле. Сначала нужно было освоить техники, запечатленные на талисмане, что позволило бы создать мощь, сравнимую с магической техникой как таковой. Более того, он продолжал бы управляться культиватором, а не магическим талисманом, который ослаблял бы его силу на некоторое время и больше не контролировался бы культиватором. Ранее старший брат Мартиал Ма использовал пламя на кончиках пальцев, чтобы зажечь два Практикующих Меча, используя технику Алых Огней. Ранее старший брат по военному искусству Ма использовал пламя на кончиках его пальцев, чтобы зажечь два меча-практика, используя технику Алого пламени. Хотя использование этих талисманов было довольно сложным, так как они были связаны с выращиванием культиваторов, ценность этих талисманов и мечей часто была выше, чем талисманов и талисманов. К сожалению, сам Ян Цзюнььшань не планировал культивировать в технике "Алое пламя", и он тоже не знал, как это делать. Поэтому эти два камня-символа алого пламени не принесли ему никакой пользы, но если бы он обменял их на нефритовые монеты, то, наверняка, к ним бы спешили многие культиваторы. Наконец, Ян Джуньшань вытащил из талии пять-шесть камешков размером с утиное яйцо и металлический шарик. Все три металлических шарика были низкосортными спиртовыми материалами, которые были рафинированы и извлечены из сырой породы, и первым было Железо Алых Пламеней, эссенция, которая была извлечена из Камня Алых Пламеней. Алый пламенный камень был рудой, которую он получил из двух рун Алый пламень ранее, а второй - Star Point Steel, металл самого низкого качества, который был очищен от метеоритов, упавших с неба. Одним взглядом Ян Джуньшань мог сказать, что эти три типа низкосортных спиртовых материалов были сокровищами, которые старший брат Ма копил для него, чтобы усовершенствовать магические инструменты. Остальные три были каменными шарами, а два из них были красными ржавыми камнями, с которыми Ян Джуньшань был чрезвычайно знаком, в результате чего его сердце опустилось на дно. Похоже, что тайна красной ржавой породы просочилась, и даже культивиторы уезда Чжан начинают это замечать? Вначале Ян Цзюнььшань не видел сквозь каменную сферу, но, взглянув поближе, понял, что на самом деле каменная сфера - это бессмертное духовное чудовище среднего класса, называемое "Каменным яйцом". Яйцо камня не было яйцом, но этот тип бессмертного духа был довольно особенным. Оно было посудой, которая конденсировалась в горной скале. На этот раз урожай был не мелким. Ян Чжуньшань кивнул головой в удовлетворении и сложил два трупа вместе. Затем он начал искать в горном лесу высушенные ветви, готовясь сжечь трупы. Подойдя к подростку, который стоял на месте, спросил Ян Чжуньшань: "Впервые убил кого-то?" Молодой человек посмотрел на Ян Цзюнььшань, чье лицо было только наполовину раскрыто, и, казалось, что-то придумал, следы эмоций, наконец, пришли в его глаза. Слегка кивая головой, молодой человек бросил кровь капающей стрелой на землю и сказал низким голосом: "Да"! "Ничего страшного. Эти люди заслуживают смерти. Если я не убью их сейчас, тем, кто умрет позже, возможно, будешь ты. Это может быть даже твой отец, которому грозит опасность!" Ян Чжуньшань засмеялся, а потом продолжил: "Пока ты можешь продолжать жить, ты привыкнешь к такой резне." "Отец!" Молодой человек внезапно поднял голову и закричал: "Не хорошо, эти люди убьют моего отца, дядюшка Сунь, нет, Сунь Цзэ Лэй - шпион из уезда Чжан, он обманул меня, чтобы попасть в плен к ним, они заставили моего отца купить духовную долину, и они даже убили моего отца, Сунь Цзэ Лэй, чтобы занять позицию гвардии, нет, я должен быстро вернуться!" Молодой человек собирался уходить, когда вдруг остановился и посмотрел на Ян Чжуньшаня: "Я не осмеливаюсь благодарить Вас за спасение моей жизни, я - Нин Бин, мой отец - Нин Цзи, я - гвардеец города Ваншань, пожалуйста, сообщите мне мое имя, я обязательно отплачу Вам в будущем". "Нин Бин, тебя зовут Нин Бин?" Ян Чжуньшань с шокирующим выражением лица посмотрел на молодого человека, который был только на один-два года старше его. Просто Нин Бин в воспоминаниях о прошлой жизни пережил много поворотов, а его выражение и темперамент были наполнены зрелостью, которая пережила много трудностей, в отличие от молодости перед ним, которая теперь была полна жизненной силы. Видя, что Ян Чжуньшань не мог скрыть удивления на своем лице даже с половиной лица, спросил Нин Бин: "Господин, вы узнаете меня?" "Я его не узнаю!" Ян Чжуньшань сразу же отрицал это и продолжил: "Однако, этот знает о семье Нин, одной из трёх могущественных семей в уезде Мэнъю". Я слышал, что у третьего поколения семьи Нин есть хрупкий сын, чей талант не обязательно уступает гению номер один в уезде Мэнъюй, Чжан Юэмин, так что это не можешь быть ты, верно?". "Конечно, я не могу сравниться с Чжаном Джуниором!" Очевидно, что Нин Бин признался в том, что сказал, и из того, как он назвал Чжана Юемина "младшим братом", стало ясно, что он был принят и в Секту Небес, потрясенную небесами. Нин Бин продолжал говорить: "Поскольку господин, вы уже знаете мое происхождение, то, какие бы приказы вы ни отдавали мне в будущем, я обязательно пойду и передам их моему отцу или семье Нин в уездном городе Мэнъюй". Ян Чжуньшань подумал некоторое время, а затем взял на землю сломанный меч-символ и сказал: "Ничего страшного, ты мне тоже должен". Если настанет день, когда он мне понадобится, кто-нибудь принесет сломанный меч-символ, чтобы найти тебя". Нин Бин снова порезал руки в сторону Ян Чжуншана: "Договорились, но сейчас я беспокоюсь, что мой отец пострадает от этого маленького человека, так что сначала мне придется уйти". "Не волнуйся!" Ян Чжуньшань позвонила Нин Бину, который собирался уходить, и сказала: "Это в глубине Туо У Шаня, за сотни миль от города Ваншань". Вы находитесь только на четвёртой стадии выращивания, вам нужно не менее четырёх часов, чтобы вернуться в город Wangshan. Нин Бин был поражен, до этого он забыл о расстоянии между этим местом и городом Wangshan, кроме того, он очень хорошо знал, что он не сможет распознать дорогу, если не остановить его Ян Цзюнььшань, он будет потерян в лесу. "Гора?" Нин Бин сразу что-то придумал. "Ты хочешь сказать..." Ян Чжуньшань поджег два трупа, и посмеялся: "Как насчет этого, лидер по фамилии Ниу выращивание только слабее, чем ваше, оба находятся на четвертом слое Immortal Foundation, два других, вероятно, слабее, у вас хватает духу убить больше? Нин Бин посмотрел на сгоревший труп на земле, пылающее пламя делает его лицо еще более зловещим. "Сделай это!" Когда слова покинули его рот, Нин Бин вдруг почувствовал чувство расслабления. Ян Чжуньшань засмеялся и сказал: "Это хорошо, Туо У Шань только что открыл потайной путь, дорога впереди чрезвычайно тяжелая и труднопроходимая". Вероятно, три тележки с едой в это время не смогут уехать слишком далеко, мы с тобой сможем срезать путь в горах и устроить засаду". Нинг Бин кивнул головой и сказал: "Я буду слушать тебя, но могу ли я использовать два твоих талисмана "Алый пламень", я также культивировал технику "Алый пламень", и с помощью силы талисмана я могу отбрасывать технику, так что моя сила, безусловно, значительно возрастет". "О!" Ян Чжуньшань бросил ему два талисмана и засмеялся: "Я дал его тебе, а также нашел талисман с волчьей шкурой на земле из тела старшего брата Ма. Увидев голову волка сверху, я принесла этот талисман твоему отцу, думая, что твой отец знает, что такое голова волка". Остановившись на минутку, Ян Чжуньшань продолжил: "Так как ты можешь использовать руну для произнесения заклинания, то, похоже, позже ты будешь главным нападающим. Я помогу вам с формированием массива, будьте осторожны, чтобы не сжечь корову-глупого зверя и тележку с едой!" Нин Бин посмотрел на другие военные трофеи, которые собрал Ян Чжуньшань, и сказал торжественно: "Не волнуйся!" Ян Джуньшань знал, что некоторые из украденных им вещей определённо принадлежали Нин Бину, и, вероятно, именно из-за того, что он ограбил тогда, их обыскали старший брат Ма и младший брат Ченг. Однако все эти вещи были военным трофеем Яна Чжуншана, так что Нин Бин чувствовал себя слишком смущённым, чтобы открыть рот и спросить как Ян Чжуньшань естественно, так как он был бы счастлив притвориться, что не знает об этом. После того, как Ян Цзюнььшань указал направление, на этот раз Нин Бин был впереди, а Ян Цзюнььшань позади них, он прикрыл все следы, оставленные ими двумя, когда они проходили через горный лес. Через час после того, как двое из них ушли, два трупа на земле были сожжены до неузнаваемости, но растущий дым все еще привлекал внимание других людей в Туо У Шань. ---------- Локус саранчи t "Брат Чжао!" Культиватор вышел из ручья и приземлился с несколькими предметами, которые он только что вытащил из воды. Он сказал: "Это все вещи, которые принадлежали старшему брату Ма и младшему брату Ченгу. Похоже, что эти два обожжённых трупа - скорее всего, вещи двух младших братьев!". Огонь уже потушен, остались только два обугленных трупа. Когда старший брат Чжао подошел к ручью, он стоял рядом с двумя трупами, пока семь или восемь земледельцев, которые обыскивали все вокруг, не подтвердили личность погибших. "Согласно новостям, которые старший брат Яо прислал раньше, младший брат Ма Инь привезёт сюда сына Нин Чжи. Теперь, когда младший брат Ма и младший брат Ченг упали, я полагаю, что ребёнка, должно быть, кто-то спас". Голос старшего брата Чжао был похож на холодный ветер, который дул через лес, заставляя тех, кто слышал его, чувствовать прохладу в своих сердцах. Несколько его юниоров стояли вокруг него, даже не осмеливаясь дышать. "Вы осмотрелись и нашли что-нибудь?" Один из культиваторов подошел вперед и сказал: "Старший, в юго-восточном направлении, мы нашли несколько скрытых следов. Похоже, что враг пытался скрыть следы, пока они отступали. Однако эти следы исчезли, пройдя полмили". Другой культиватор сказал: "Старший брат, мы также обнаружили следы людей, идущих в северо-западном направлении, но...". Мрачный взгляд старшего военного брата Чжао мгновенно пронесся. Культиватор не мог не дрогнуть и поспешил сказать: "Однако, судя по оставленным следам, кажется, что кто-то прошел через миазму и прибыл туда". Он сказал: "Неважно, какие уловки у того, кто спас сына Нин Цзи, застряли в рукаве, в конце концов, он должен вернуться в город Ваншань, чтобы уведомить об этом Нин Цзи. Всех надо преследовать, и до того, как это отродье вернётся в Пустошь, мы должны остановить его. В то же время, мы должны как можно быстрее сообщить старшему брату Яо обо всём, что здесь произошло, и подготовиться к своевременной реакции". Ранее культиватор, вышедший из ручья, использовал свое мужество, чтобы дать совет: "Старший брат, если мы пойдём и выследим этого маленького ублюдка, что нам делать с гигантской саранчой, за которой мы несём ответственность?". Старший брат Чжао фыркнул и сказал: "Не волнуйтесь, за сотни миль от Туо У Шаня, обнаружено, по крайней мере, десять групп гигантской саранчи. Мы наблюдали только за одной из них". Ян Джуньшань стоял на вершине скалы и смотрел вниз на центральную дорогу, где он сражался с младшим братом Ниу. Три тележки с едой уже остановились посреди дороги, а двое других водителей лежали под тележками, каждый из которых сундуками пронзил рунами и стрелами. Это было поистине достойно того, чтобы стать будущими тремя вундеркиндами Потрясенной небесной секты. Этот младший брат Ниу был старше его и долгое время был погружен в царство Бессмертного фонда. Его методы борьбы также были гораздо более проницательными и изощренными. Он надеялся, что его план заманить тигра с горы увенчается успехом. Ян Чжуньшань вытащил стрелу из колчана на спине, и семь каменных наконечников стрел были немедленно разорваны, свет циркулировал на пальцах каждого из семи пальцев, вызывая немедленное движение рун на стреле. Лук трясся, и стрела нарисовала в воздухе пронзительный звук, когда она выстрелила в сторону ноги младшего брата Ниу. Прямо в тот момент, когда была прострелена первая стрела, Ян Джуньшань быстро встряхнул лук и вплотную проследовал за ним со второй стрелой. Однако, эта стрела явно сошла с цели и улетела в сторону тела младшего брата Ниу. Младший брат Ниу уже давно обнаружил, что у его противника в засаде все еще лежал благочестивый лучник. Причина, по которой он так долго мог равномерно сражаться с этим мальчиком-подростком, заключалась в том, что у него была большая часть энергии, чтобы защититься от холодных стрел этого благочестивого лучника. В тот момент, когда Ян Джуньшань выпустил свою первую стрелу, младший брат Ниу уже заметил направление, откуда идет стрела. Он сделал два шага вперед последовательно, так как стрела руны приземлилась на землю, на которой он стоял ранее, и тут же создал маленькое отверстие глубиной в полфутра. Однако, как только младший брат Ниу уклонился, Нин Бин заметил, что поддержка Яна Чжуншана стала ещё сильнее, и он крепко схватил руну Scarlet Flame Rune, выпустив два потока техники Scarlet Flame Technique, чтобы атаковать младшего брата Ниу с обеих сторон. Младший брат Ниу запаниковал и быстро сделал еще один шаг назад, чтобы пропустить эти два заклинания. Неожиданно в воздухе вспыхнула черная тень, и в этот момент в его шею слева направо пронзила вторая стрела из талисманного пера Яна Джуншана. Он открыл рот, чтобы попытаться дышать, но рана на шее начала пузыриться кровью. Вскоре перед ним появился красный свет, и "Техника алого пламени" Нинг Бин уже полностью проглотила его на огненно-красном свете. Стоя рядом с сгоревшим младшим братом Ниу, Ян Чжуньшань покачал головой и вздохнул: "Какая жалость, у меня до сих пор нет никакого опыта, хороший бессмертный культиватор фонда, сгоревший до пепла, как этот, не может даже получить свою трофейную добычу!". Лицо Нин Бина покраснело, больше не нужно было использовать эту технику, даже если бы он использовал ее прямо на лице, это не только сконцентрировало бы силу техники и увеличило бы ее мощность, но и не дало бы ему сжечь все свое тело, по крайней мере, он смог бы сохранить свою военную добычу. К счастью, три тележки с зерном и три глупых коровы-зверя все еще находятся в хорошем состоянии. Ян Цзюнььшань указал на последнего глупого коровьего зверя, который тянул тележки с зерном, и сказал: "Эта корова выглядит самой сильной, вы должны поторопиться и прокатиться на ней!". Нин Бин подрезал руки в сторону Ян Чжуншана, а затем снял вал тележки с тела простой коровы, повернул голову и поехал на ней, желая вернуться обратно тем же путем, откуда и приехал. Ян Чжуньшань закричал издалека: "Позвольте мне дать вам совет: не ходите прямо в тюрьму, чтобы найти отца, будьте осторожны, иначе он устроит вам ловушку, и вы попадете в его ловушку"! Фигура Нин Бин больше не могла быть видна в темном туннеле, Ян Чжуньшань затем обыскал трупы двух других мастеров, кроме двух нефритовых монет s, которые имели несколько десятков каменных монет, не было никаких других привлекательных результатов. Ян Цзюнььшань повернул тележку, положил ствол третьей тележки на вторую, и начал идти обратно по пути, откуда они пришли. Пройдя около двух-трех Ли, увидев, что зверь Mute Ox, тянущий две тележки с зерном, полностью истощен, Ян Цзюнььшань посмотрел на скалы с обеих сторон тропы и сказал: "Ян Цзюнььшань, не смотря ни на что, не смотря на то, что он не смотрел на тропу, сказал: "Ян Цзюнььшань, не смотря на то, что он не смотрел на тропу с обеих сторон тропы: "Это должно быть оно!" По его памяти, грязевые скалы по обеим сторонам тайного прохода этого поколения были чрезвычайно рыхлой почвой, и в сезон дождей они часто обрушивались, а иногда даже тайные проходы перекрывались. В этот момент, хотя секретный проход открывался недолго, но на дне скалы по обеим сторонам дороги уже образовались пучки грунта, образовавшиеся в результате обрушения скалы. Ян Чжуньшань бросил все три тележки с зерном на дно скалы, затем выгрузил валы двух глупых коровоподобных зверей и вывел их на другую сторону дороги. Он поднялся на скалу и внимательно осмотрел их, пока не нашел несколько трещин в скале, а затем один за другим выстрелил в них своими руническими стрелами. Глядя на десятки пучков земли по обе стороны дороги, Ян Чжуньшань предсказал, что никто их не заметит, поэтому он привязал ветку к хвостам каждого из двух волов. Затем он позволил им самостоятельно идти к секретному проходу, одновременно подметая следы на земле, насколько это было возможно. Покончив со всем этим, Ян Чжуньшань тут же вернулся в лес, где черный столб дыма, который он создал при сжигании трупов, полностью рассеялся. Чтобы не выманить тигра с горы, Ян Цзюнььшань все-таки сделал объезд посреди леса и вернулся в маленький ручей. Ян Цзюнььшань обыскал окрестности. Кроме следов людей, спешащих с юго-запада, были также следы людей, которых искали в других направлениях. Это были следы, оставленные людьми с севера, когда они уходили. Казалось, что они направляются к северу, надеясь, что Нин Бин не столкнется с ними, но эта группа людей, безусловно, не думал, что Нин Бин вернется в город Wangshan через тайный проход, и они не ожидали, что он будет иметь гору, чтобы ехать на них. С другой стороны, эта группа людей все еще спешила к северу от Туо Ву Шаня, что означало, что Нин Бин должен быть в состоянии вернуться в город Wangshan впереди них. Следуя по следам этой группы людей, они направились на юго-запад. После того, как Ян Цзюнььшань прошел около пяти километров по горной дороге, жужжание дрожания стало еще громче, как будто крылья чего-то дрожали стремительными темпами. Сердце Ян Чжуншана дико билось. Он знал, что уже был близок к цели, которую искал, и его движения были еще более осторожны, боясь, что он будет предупреждать вещи, скрытые глубоко в горах и лесах. Вдруг над его головой раздался жужжащий звук. Ян Чжуньшань поспешил остановить его шаги и посмотрел в сторону, откуда исходил звук, только чтобы увидеть черную саранчу, которая была более четырех дюймов в длину посадки на ветку небольшого дерева. Гигантская саранча потрясла крыльями и приземлилась на ветку небольшого дерева, ее верхние и нижние челюсти стремительно дрожали. Гигантская саранча действительно была гигантской саранчой, точно такой же, как и гигантская саранча, появившаяся в его воспоминаниях после катастрофы гигантской саранчи в прошлой жизни! Ян Чжуньшань сдержал свой страх и волнение, когда он осторожно отодвинул в сторону стоявшие на его пути шипы и ветви. Затем перед его глазами появилась долина. Это должна была быть долина, покрытая травой, но в этот момент вся эта долина была лишь суетливой черно-серой. Бесчисленное множество гигантских саранчовых заполнило всю эту долину, и видны были только пробелы, которые время от времени обнаруживали себя; Однако Ян Чжуньшань видел в долине много неросших личинок. Эти личинки были размером с взрослую саранчу, но крылья на их спине не были полностью выращены, вероятно, потому, что их было еще много, поэтому гигантская саранча s в долине не стала похожей на саранчу. Тем не менее, Ян Чжуньшань всё ещё видел, как гигантская саранча улетела в лес вокруг долины. Через некоторое время они все улетели обратно, а у некоторых из них даже во рту были целые листья. Если бы они упали в долину, то сразу же привлекли бы внимание личинок. Ян Чжуньшань был ошарашен. Эти гигантские саранчовые жуки на самом деле знали, как поднять личинок! Демон! Может, это другой демон? ---------- ГАЗАРД Первой реакцией Ян Чжуньшаня стало обнаружение демонического насекомого среди гигантской саранчи! Только демонизированная гигантская саранча могла понять, как пропустить взрослых червей позади их личинок, и если бесчисленное множество гигантской саранчи в долине было демонизировано, то среди этой группы гигантской саранчи должен быть демонизированный король насекомых. Этот король-насекомое контролировал всю гигантскую саранчу в долине, сдерживая их от бегства из долины. В то же время он приказал взрослым собрать листья и пищу из окружающего леса, чтобы личинки могли покусывать. Yang Junshan мог представить, что как только вся гигантская саранча в этой долине выросла в взрослых, тогда как только король насекомого отдал приказ, бесчисленная гигантская саранча вырвалась бы из долины и вырвалась бы из Tuo Wu Shan. Yang Junshan принял объезд вдоль леса на краю долины, в тоже время, он обратил пристальное внимание к движениям гигантской саранчи, и попытался найти короля насекомого, который был спрятан внутри. Однако долина была плотно заселена гигантской саранчой, и даже если бы Царь Насекомых был немного больше, чем другая гигантская саранча, найти её в долине было бы чрезвычайно трудно, возможно, потому, что демонстрация явно отличалась от других гигантских саранчовых. Ян Цзюнььшань прокрался вдоль края долины, в то же время, он также тихо убил несколько гигантских саранчовых, которые прилетели в лес в поисках пищи, а затем держал труп гигантской саранчи в талии в мешочке. Однако, когда Ян Чжуньшань подошел к лесу с южной стороны долины, он обнаружил, что количество гигантской саранчи, прилетевшей в лес, уменьшается, и чем больше он летал в южную сторону леса, тем меньше ее было. В то же время резкий запах, пронизывающий лес, становился сильнее. В это время Ян Джуньшань обнаружил, что лес, будь то земля или ветви листьев, был покрыт слоем желто-коричневой пыли. Разумно было сказать, что в горном лесу часто бывает горный ветерок, когда трясутся листья, на него падает очень мало пыли. Он аккуратно положил пыльный лист на нос и понюхал. Резкий запах, гораздо более резкий, чем тот, который проникал через лес, бросался в его сознание, из-за чего Ян Чжуньшань до сих пор не мог остановить себя от чихания. Ян Джуньшань также понял, что пыль желто-коричневого цвета обладает особенно сильной адгезионной способностью. После того, как она приземлилась на листья дерева, как бы сильно она ни качалась, она не упала. Резкий запах лечебной пыли не позволил гигантской саранче в долине искать пищу на юг. В будущем, как только саранчовый рой вспыхнет, возможно, он инстинктивно избежит южного направления и поглотит весь север, что, вероятно, и стало причиной того, что саранчовый рой в своей прежней жизни быстро поглотил половину Юйсяня. Тем не менее, количество бедствий в уезде Чжан было крайне ограничено. Катастрофа гигантской саранчи была стихийным бедствием, но это была и антропогенная катастрофа! Ян Цзюнььшань был почти уверен, что люди, которые распространяли лекарственный порошок, были такими же, как те, кто купил духовную долину. Просто гигантская саранчовая катастрофа охватила почти половину всего Юсяня, так что количество жуков в этой горной долине было далеко от достаточности. Другими словами, во всём Туо У Шань было бесчисленное множество похожих жуков. Кроме того, силы уезда Чжан, что Ян Цзюнььшань знал о том, что использовали голову волка в качестве индикатора, вероятно, не имели возможности контролировать такой большой рой насекомых. Другими словами, силы, которые хотели контролировать всю группу гигантской саранчи и ошибок в Туо У Шань будет необходимо, по крайней мере, совместные действия нескольких держав в уезде Чжан. Ян Цзюнььшань, который двигался незаметно, вдруг остановился в своих следах, весь его человек прятался за огромным деревом, на дороге, по которой он шел, была гениальная ловушка, установленная там. Если бы не тот факт, что Ян Чжуньшань был опытным лесным охотником, у него не было бы возможности обнаружить эту ловушку, и если бы он слегка прикоснулся к ней, его бы обнаружили скрывающиеся люди. Появление предупреждающей ловушки означало, что эта группа мониторинга культиваторов также должна быть поблизости. Он просто не знал, заманили ли их на север, чтобы преследовать их, или остались еще люди, которые должны были их охранять. Ян Чжуньшань осторожно обошел предупреждающую ловушку и продолжил движение вперед. За это время он обнаружил еще два предупредительных устройства, одно для небольшого участка открытой земли появилось перед его глазами, а в середине открытой земли валаф похоронен дом, сделанный из бревен. Вокруг была полная тишина, никого не было видно, но Ян Чжуньшань все равно не осмеливался быть беспечным, он держал в руках два талисмана, которые получил от младшего брата Чэна, и в то же время, положил короткий меч с талисмановыми метками, где он мог случайно вытащить его, и медленно шел в сторону хижины. По опыту Яна Чжуншана, в этом лагере должно быть как минимум шесть-семь культиваторов, и они только что ушли, поэтому, судя по тому, что оставил лагерь, они ушли в спешке. И судя по информации, полученной от мертвого старшего брата Ма, лагерь должен возглавлять этот старший брат Чжао, а этот человек, без сомнения, должен быть Военным Культиватором Боевого Царства. Аккуратно открыв дверь деревянной хижины, Ян Чжуньшань в конце концов подтвердил, что в лагере никого не осталось, и никаких ловушек тоже не осталось. Только после этого Ян Чжуньшань расслабился и начал тщательный осмотр кемпинга. Кроме духовной долины в пятьсот цзинь, там также остались остатки соленого мяса и жареного мяса. Среди них Ян Цзюнььшань даже мог различить два или три вида мяса, которое должно было быть получено от Туо У Шаня. Просто он не знал, получили ли они какие-нибудь Небесные Духи. Ян Цзюнььшань также нашел в углу бочку для запечатывания духа высотой в фут и коробку для запечатывания духа шириной в полтора фута толщиной. После открытия ведра Духа-Запечатывающего, из него исходил густой зловоние крови. Внутри было половина ведра крови, которая не застаивалась после того, как была обработана методом Дух-Запечатывания. Эта кровь была кровью злобных зверей. Что касается ящика с Духом-Запечатлением, то он был наполнен дубленой свирепой кожей зверя, аккуратно разделенной на двадцать частей. Эти свирепые звериные кожи использовались в качестве талисмановой бумаги для поддержания энергии духа в талисмане в течение длительного времени, не ослабляя его силы. Ведро духовного запечатывания было слишком большим и его было неудобно носить с собой, но Ян Чжуньшань не устоял перед двадцатью нечетными кусками свирепой звериной кожи и ящиком духовного запечатывания. Кроме того, вокруг кемпинга было много трав на открытом воздухе, которые должны были быть собраны культиваторами, размещенными там во время их свободного времени в Туо У Шань. Несмотря на то, что большинство из них были обычными травами, их все равно было достаточно с точки зрения лекарственной силы, и большинство из них использовалось бы в качестве дополнительных ингредиентов при рафинировании лекарственных таблеток. Ян Цзюньшань естественно не сдерживал. Если бы культиваторы в лагере говорили, что они умели только употреблять лекарственные травы, то сам Ян Цзюнььшань в своей предыдущей жизни не мог сравниться с талантом очистителя таблеток, но он запомнил в уме более десяти формул таблеток, что позволяло ему с легкостью выбирать самые дорогие лекарственные травы. Просмотрев весь лагерь, Ян Цзюнььшань нашел спрятанную глиняную печь за деревянным домом. После ее открытия над ней пронесся сильный, резкий запах, и в лесу вопрос Яна Цзюньшана был таким же, но более резким. Ян Цзюнььшань прикрыл нос и рот тканью, которая использовалась для покрытия его лица и рта водой, Ян Цзюнььшань вошел в центр печи, там была каменная платформа, на нее было положено много бутылок и банок, а также было положено много различных видов порошков в разные чаши. Там была даже открытая фарфоровая банка высотой около фута, в которую наливали много порошка, а внутри помещали глиняный стержень, который, казалось бы, перемешивал. А на дне каменной площадки стояли два мешка, каждый весом около двадцати тридцати килограммов. Когда Ян Чжуньшань открыл мешки, он увидел, что желтовато-коричневый порошок внутри был точно таким же, как и лекарственный порошок, который был разбросан в лесу. Ян Цзюнььшань сразу понял что порошок эти люди использовали для того чтобы препятствовать гигантской саранче от идти вниз к уезду Zhang был сделан не только на месте, но сырье для того чтобы сделать этот порошок должно быть травами принятыми от Tuo Wu Шаня. Не удивительно почему этот маленький лагерь был заполнен с травами которые сушили повсюду, казалось, что метод для того чтобы сделать порошок был травами принятыми, но Ян Цзюнььшань все еще не знал точного процесса стряпни. Глядя на лекарственный порошок в десятках бутылок перед ним, Ян Цзюнььшань просто не мог вывести точную формулу лекарственного порошка из этих предметов. Под его беспомощностью, он мог только носить мешок с лекарственным порошком на спине и принести его обратно в Пустошь. Но как раз в тот момент, когда он собирался повернуть в северо-западный угол долины, изнутри долины внезапно вырвалось множество червей. Поднявшись в воздух посреди долины, они улетели во все стороны, словно рассеяли серо-коричневое облако на небе. Укусовой холодный и злой ветер медленно дул из долины в лес, и когда он дул на тело Ян Чжуньшаня, казалось, что через него прорезается нож, как будто свирепый, смертоносный зверь жадно смотрел на него. Злая аура. Это была злобная ци. В этой долине был источник злобного ци! Ян Чжуньшань внезапно сел за большое дерево и посмотрел в сторону долины. Он увидел, что густые стаи жуков кружили вокруг долины слева направо, постепенно образуя вертикальный столб насекомых, достигающий в воздухе десятка метров. Король жуков должен быть там! Источник адской энергии должен быть там! Причина, по которой рой гигантских саранчовых насекомых собрался в этот огромный столб, на самом деле заключалась в том, чтобы бороться за зловещую ауру, выплеснувшуюся из источника. Ян Чжуньшань смог сделать однозначное предположение почти за мгновение! Однако, когда Ян Джуньшань отправился на северный конец долины, чтобы вернуться, столбы жуков, высотой в десятки метров, внезапно обрушились, и все роящиеся жуки приземлились в долине. Ян Цзюнььшань все еще не мог обнаружить Короля Насекомых, который был спрятан внутри роя, но он больше не мог чувствовать вид пожирающей ауры, которая появилась бы, когда злобная аура была на его теле. Источник этой адской энергии был прерывистым? Тем не менее, он не знал, обнаружили ли культуристы в шести или семи кемпингах, которые наблюдали за долиной, эту ситуацию. Более того, узнав об этом, узнали ли они, что просочившаяся ужасающая аура была источником редко встречающейся злобной ауры? Однако в это время Ян Чжуньшань должен был поспешить обратно в Пустошь. Толстый дым поднялся из разожженного лагеря далеко позади него, но Ян Чжуньшань, пройдя несколько километров пешком по лесу, нырнул в миазму. ---------- Смерть Оставив миазму, Ян Цзюнььшань совсем не остановился и вернулся через Туо У Шань в горную варварскую деревню. Используя дюжину или около того каменных монет, он сел в деревню, чтобы продать свою тележку с едой в городе, и, не дожидаясь караульного поста, он обошел Травяной город города Ваншань, и провел два дня, чтобы вернуться в Пустошь. В эти два дня у Ян Тяньгана было неплохое настроение. Он только что закончил вспашку трех средних ярусов Линг Тянь s под своим именем и с помощью Старейшины Хранителя купил нижний ярус духовной травы и семена золотых цветов с духовной плантации духовной плантации. Золотой красный цветок был духовной травой, которую обычно использовали для рафинирования лекарственных таблеток. Поэтому, несмотря на то, что эта духовная трава легко выращивалась и ее урожайность не была низкой, ее цена всегда была стабильной. Это была идеальная духовная трава для выращивания. Духовные травы Медиальной степени Ling Tian изначально можно было использовать для выращивания духовных трав Медиальной степени, но если бы они выращивали духовные травы низкой степени, то их урожайность не только увеличилась бы, но и цикл созревания также был бы значительно сокращен. Таким образом, преимущества не были бы хуже, чем выращивание Духовных Травы Медиальной Классы. Конечно, самое главное, что семена духовных растений было не так легко получить. Семена золотых красных цветов, которые купил Ян Тяньган, в лучшем случае смогли вырастить немного Линг Тянь. Что касается остальных семян, то Ян Тяньган планировал придумать что-то от своего старшего брата Яна Тяньчэня. Несколько дней назад Ян Тяньчен прислал несколько новостей, но из-за ржавой руды он уже должен был быть принят в качестве внутреннего ученика Небесной секты, и после того, как он услышал, что его второй брат произвел треть семян Линг Тяня среднего уровня, он сразу же согласился помочь найти часть семян духа Линг Тяня. Однако он должен был разделить ее на тридцать процентов урожая от Ян Тяньгана. Ян Тяньган, естественно, понимал характер и характер своего старшего брата. Однако в то время он мог только попросить о помощи у этого старшего брата, который имел статус и хранителя Голубого города, и внутреннего ученика Небесной секты. Кроме того, были и те немногие семена духовных трав, которые посылали его близкие друзья и родственники, такие как Седьмой брат Ань Ся. Количество было крайне ограничено, но было много различных типов, которые случайным образом собирались ими на протяжении многих лет. На самом деле, Ян Тяньган все еще размышлял над тем, стоит ли ему просить помощи у Четвертой Сестры. Четвертая сестра Ян Тянь Фан фактически считалась его третьей сестрой, и была четвёртой среди прямых потомков второго поколения мадам Ян, она была первым ребёнком, рождённым его отцом и мачехой, кланом Wang. Клан Wang даже родил дочь и сына, которые были ранжированы девятым и двенадцатым соответственно Ян Тянь Лин и Ян Тяньшоу. Ян Тяньган и его мачеха не были на хороших условиях, но их отношения все еще были довольно хороши с четвертой сестрой Ян Тяньфань. Главной причиной было то, что Ян Тяньган занял третье место у мадам Ян, и был примерно того же возраста, что и Ян Тяньфан и четвёртый номер. В прошлом они играли вместе, но Ян Тяньган позаботился о своей сестре. После этого, как единственная женщина в мадам Ян, которая вышла замуж, Ян Тяньфан вышла замуж за свою мачеху, жену своего племянника, и стала внуком самого большого покровителя мадам Ян, старейшины Ван из Небесной Секты. Она также воспользовалась семейным положением своего мужа, чтобы заботиться о Ян Тяньган. Тогда, когда Ян Тяньган был в семье филиала Ян Тяньгана, если бы не забота четвертой сестры Ян Тяньган, даже если бы сам Ян Тяньган накопил за многие годы и подготовил все необходимые для создания артефактов духовные материалы, было бы нелегко найти художника, который изготовил бы высококачественное магическое снаряжение. Более того, оно было создано за один раз. Однако именно из-за этого Ян Тяньган больше не хотел просить помощи у Четвертой Сестры. В конце концов, он все еще был замужней женщиной. Вздох, хотя этот средний уровень Линь Тянь хорош, есть много неприятностей, в конце концов, это единственные духовные травы во всей деревне Tuqiu, после того, как посадили, они должны были бы установить массив защиты за пределами Линь Тянь, в то время, вы должны были бы получить мастера формирования, чтобы установить массив, и было бы много других различных элементов, таких как нефритовые монеты. Если бы не нефритовые монеты, которые он заработал из Ржавчины, он бы уже не смог вырастить этот Ling Tian! Что касается двух других Боевых Культиваторов в деревне, Сюй Саньян, при поддержке всего клана Сюй, и с возвращением двух очков Линг Тянь, кузнец Чжан оказался в беде. После того, как была восстановлена одна часть Линг Тянь, оставшиеся точки остались такими же бесплодными, как и раньше, и даже если бы они были восстановлены, они не смогли бы выдержать высокую стоимость их посадки, поэтому лучше не восстанавливать их, так как это могло бы, по крайней мере, уменьшить рассеивание энергии духа Линг Тянь. Точно так же, как Ян Тяньган беспокоился о том, откуда у него взялось семя духа, так и его старший сын Ян Цзюнььшань, ушедший на семь-восемь дней, наконец, вернулся. Более того, в тот момент, когда он вернулся, он принес ему плохие новости. Он подробно рассказал отцу о том, что случилось с ним в Туо У Шань за последние несколько дней, в том числе о том, что некоторые силы из уезда Чжан отправились в город Ваншань, чтобы закупить пайки и спасти Нин Бинь. Конечно, самой важной причиной визита Яна Цзюньшаня было то, что он привез с собой несколько трупов гигантской саранчи, а также то, что он увидел огромное количество гигантской саранчи в долине. "Отец, атака саранчи вот-вот произойдёт, этот вопрос уже неоспорим, более того, за этим всё ещё стоят силы уезда Чжан, нужно принимать меры предосторожности!". Ян Тяньган не сразу отреагировал на слова Ян Цзюнььшаня, вместо этого он внимательно наблюдал за трупами гигантской саранчи. Через некоторое время, сказал он: "Как появился такой гигантский рой саранчи? Никогда не слышал о таком гигантском рое саранчи. Ян Чжуньшань очень хотел сказать своему отцу, что это была не какая-то демоническая техника, но это был просто признак до великих перемен, и в мире выращивания было гораздо больше таких признаков. Просто он понял это только после того, как оглянулся на текущую ситуацию на долгие годы. Но прежде, чем Ян Чжуньшань смог придумать способ объяснить это своему отцу, он увидел, как глаза Яна Тяньгана внезапно посмотрели на него и ругали его: "Хороший мальчик, ты осмеливаешься убить кого-нибудь во время поездки! Сколько тебе лет, и ты совсем не боишься? К счастью, тебя до сих пор считают быстродействующим, не встретившимся с Военным Культиватором Царства, иначе мне пришлось бы пойти и отомстить за сына! " Ян Чжуньшань хихикал, потом спросил нерешительно: "Отец, мы собираемся сообщить об этом в сторожку?" Ян Тяньган выстрелил в него одним взглядом и сказал: "Репортируй, задница моя. Это соревнование между силами за пределами Юсяня, и можем ли мы, маленькие гражданские лица, участвовать в нем? "Ты еще даже не уклонился от этого, почему такой маленький ребенок, как ты, все еще хочет попасть в поле зрения и почувствовать вкус мишени"? Ян Чжуньшань тут же улыбнулся извинительной улыбкой своему отцу: "Лучше, если об этом не сообщают, лучше, если об этом не сообщают!" В это время Ян Тяньган отозвал свое выражение лица и торжественно поговорил с Яном Цзюньшанем: "Скажите, несколько дней назад этот парень, Гуй Чжан, купил для вас много странных вещей, он должен был готовиться к защите от чумы саранчи, верно? Однако, судя по всему, ты, кажется, хочешь установить строй. Ян Чжуньшань быстро изменил тему и сказал: "Первоначально мы пытались установить массивную расстановку, но позже нашли этот лекарственный порошок в лагере Туо У Шань, пока мы рассеивали их по всему Линь Тянь, я думаю, что к тому времени саранчовая чума не сможет ворваться". С большим трудом Ян Чжуньшань наконец-то сумел обмануть собственного отца. Ян Цзюнььшань сначала отправился в гранатовый лес на Западной горе, чтобы освободить Ху Ниу, который находился там в ловушке семь-восемь дней. После того, как Ху Ниу был подпитан энергией духа в пещере в течение последних нескольких дней, раны Ху Ниу были практически невредимы. После прыжка из пещеры Ян Чжуньшань собирался привезти его, чтобы сразиться с несколькими дикими животными, но неожиданно из гранатового леса внезапно выскочил дикий кролик. Ху Ниу заревел на кролика, и тот внезапно упал на землю в страхе, будучи съеденным Ху Ниу, который шел перед ним. Ян Цзюнььшань посмотрел на сцену перед ним с агапом во рту, и в момент, когда Ху Ниу заревел, из тела Ху Ниу внезапно вытекла вспышка Духа Демона Ци, образуя вспышку решающего Духа Демона Ци. Рев Витигера, он бросился к дикому кролику, сразу же запугав дикого кролика, что, несомненно, был метод Дух Демон культиваторы использовали, чтобы найти кровь и пищу. который закончил есть его начинку, обернулся и подал слабый сигнал Яну Чжуньшану. В изумлении Ян Цзюнььшань увидел слабую улыбку на лице Ху Ниу, и только теперь он понял, что прошло всего семь или восемь дней с момента их последней встречи. Когда Ян Цзюнььшань поспешил домой, он уже почувствовал, что в доме есть несколько тиранических аусов. Пройдя в зал, он увидел, что в дом прибыли все четыре воинственных царства Культиватоад, скорее всего, Ян Тяньган собрал их всех здесь. В то же время внизу сидели еще несколько уважаемых культиваторов Смертельного царства из деревни. Когда пришел Ян Цзюнььшань, все только взглянули на него, а затем вернулись, чтобы продолжить обсуждение, и услышали, что сказал Чжан Кузнецов: "Брат Ян сказал, что в этом году чума саранчи моя, но я верю тебе". Тем не менее, в этом году чума саранчи полностью отличается от предыдущих лет, есть также гигантская саранча, которая атакует вас, и они могут даже прорваться через оборону, установленную четырьмя военными Культиватондами, многочисленными культивирующими Землю Смертных". Сюй Саннян также засмеялся: "В конце концов, я не видел, чтобы брат Ян говорил о гигантской саранче, и никогда не слышал о такой саранче, так что трудно судить по словам брата Яна, это не похоже на саранчовую чуму, а наоборот, я чувствую, что это невероятно!". Все в зале также обсуждали "кайф", и было очевидно, что в это трудно поверить. Однако, несмотря на то, что Ян Тяньган рассказал эту новость всем, он так и не показал никому труп гигантской саранчи, который Ян Чжуньшань привез в лагерь. Однако Ян Цзюнььшань знал, что его отец защищал его, если нет, то как только новость попадет в город Ваншань, эти люди из уезда Чжан, вероятно, догадаются, что человек, спасший в тот день Нинбиня, ограбил его грузовик с зерном и сжег его лагерь, был не кто иной, как Ян Цзюнььшань. Видя, что все такие, Хань Сюмэй не мог не усмехнуться и сказал: "Значит ли это, что все не верят словам моего хозяина?" Сюй Саньян смеялся: "Слова невестки семьи Ян слишком тяжелые, это не то, что она не верит мне, но слова без доказательств действительно немыслимы!". Хань Сюймэй хладнокровно храпела, но как раз в то время, когда она собиралась что-то сказать, луч духовного света выстрелил из окна. Ян Тяньган воскликнул, и протянул ей руку, в результате чего духовный свет вошел в его ладонь. Талисман меча общения был методом общения, который нельзя было использовать, если только это не было срочным делом, и, увидев это, все затаили дыхание и посмотрели на Ян Тяньгана, который смотрел на послание Талисмана меча. "Город Вангшань Сунь Цзэ Лэй вступил в сговор с уездом Чжан, чтобы напасть и убить, чтобы охранять Нин Цзи"! Ян Тяньган поднял голову и сказал. ---------- РЕШЕНИЕ После этого Нин Цзи спас человек, который заставил Нин Цзи заплатить высокую цену в городе. После этого, Ворота Сириус обнаружили, что заложник был потерян, а затем Ворота Сириус напали на Нин Цзи и убили его. После этого Нин Бин тайно уведомил семью Нин, одного из трёх сильнейших воинов в округе, и через семью Нин привез эксперта из Потрясённой небесной секты. С помощью дымового амулета из Врат Сириуса в качестве приманки он убил двадцать три человека из Врат Сириуса, в том числе одного из Военного Культиватора Царства, в двадцати милях отсюда. Ян Тяньган размахивал талисманом Меча Связи в своей руке, рассказывая всем присутствующим о содержании талисмана, затем продолжал говорить: "После этого вице-охранник города Ваншань У Фэнчжу, который всегда работал со своими оппонентами, принял меры, чтобы убить Сунь Цзэлей, а также сотрудничал с семьей Нин и подкреплением Небесной секты, чтобы прорваться через тюрьму. Остальные Врата Сириуса послали своих людей отступать в Туо Ву Шань". Ян Тяньган объяснил всем присутствующим все, что произошло в городе Ваншань. Сюй Саньян спросил любопытно: Почему Небесная Банда Вольфов купила город Ваншань s по выгодной цене. Хань Сюмэй хладнокровно посмеялся: мне кажется, что эти ворота Сириуса уже знают, что надвигается саранчовая чума, возможно, из-за их собственной схемы: Не смотрите на высокую цену духовной долины, после встречи с ней даже не удивитесь, если она будет продана нам по высокой цене, даже если она удвоится! Кузнец Чжан сказал нерешительно: "В этом есть смысл. Брат Ян, в послании Мастера-Хранителя Лю сказано, сколько духовной долины умерло на этот раз?". Ян Тяньган вздохнул и сказал: "Несколько деревень в городе Ваншань были привлечены высокой ценой, предложенной Воротами Сириуса, а общее количество купленных духовных долин достигло тысячи восьмисот камней!". "Восемнадцатьсот камней!" Все произнесли восклицания удивления, и кузнец Чжан невольно закричал: "Почему их так много?" Должно было быть известно, что выход из духовной долины s не был высок в первую очередь. За год весь урожай духовной долины s составил всего лишь тысячу пятьсот шестьсот камней. Прямо сейчас они были в канун урожая духовной долины, так что даже проведя полгода, семьи, вероятно, не имели многого из своего пайка. Ян Тяньган сказал торжественно: "Город Ваншань в этом году даже лучше, чем наш, и самые опытные духовные фермеры также определили, что духовная долина в этом году определённо будет иметь хороший урожай, поэтому, естественно, в городе Ваншань не будет никаких забот, и, добавив к этому, закупочная цена Ворот Сириуса очень высока, и духовные фермеры также обеспокоены тем, что цены духовной долины упадут после сбора урожая, поэтому все они начали продавать духовную долину, которая была в их домах". "Из этих восемнадцати сотен камней духовной долины одна тысяча двести камней уже были перевезены обратно в уезд Чжан". Остальные восемьсот камней были сожжены культиваторами Ворот Сириуса, которые эвакуировались во время восстановления гарнизона, и в конце концов, только около двухсот камней были захвачены". Зал был снова наполнен звуками людей, бьющихся о грудь и топчущих ногами, так как они громко прокляли Ворота Сириуса за то, что они растратили сокровища внезапно. Другим людям было трудно понять одержимость Духовных Крестьян Линг Тянь и духовной долиной. Сюй Саннян мягко сказал в этот момент: "То есть вы говорите, что надежда всего города Ваншань возложена на духовную долину, которую мы сейчас получим". Если то, что сказал брат Ян, правда, то случится необыкновенная саранчовая катастрофа. Тогда, разве это не значит, что весь город Ваншань..." Все впали в тишину, их сердца замерзли, можно сказать, что действия Сириуса Ворота закончили его жизнь. В это время Ян Тяньган нарушил тишину и сказал: "Независимо от того, рой саранчи или нет, Лю Чжэнь просит все села быть начеку, конечно, он говорит, что села должны быть осторожны с посторонними, чтобы не допустить проникновения уезда Чжан в наш город, но мы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы организовать все село, и подготовиться к катастрофе, если гигантская саранча не придет, то мы не полностью беспомощны против нее". Все культиваторы села Туцюй в зале смотрели друг на друга, и в конце концов, под руководством Сюй Санняна и кузнеца Чжана, все говорили одновременно: "Мы выполняем приказ старосты села". Ян Тяньган громко сказал: "Хорошо, если дело города Ваншань действительно связано с саранчовым роем, то, скорее всего, саранчовая чума придет с юга, и соберет на юге деревни самое большое количество людей, выращивающих саранчу, чтобы сформировать оборонительное формирование. По традиции, пока я нахожусь в центре села, брат Чжан и Патриарх семьи Сюй могут охранять оба крыла, но эта саранчовая чума, скорее всего, будет отличаться от прошлой, и сейчас у нас есть четыре Военных Культиватора Царства, поэтому я хочу объединить усилия с братом Чжаном для охраны юга, как насчет этого?". Не дожидаясь, пока кузнец Чжан кивнет головой, Сюй Саннян начал хихикать: "Так ты говоришь, что эти два крыла охраняют моя сестра Ян и я! Однако невестка семьи Ян только что продвинулась в мир боевых искусств, и у нее нет своего волшебного инструмента, поэтому я буду охранять юго-восточный угол. " Реальным направлением города Вангшань должна быть юго-восточная часть Пустоши. Если бы саранча действительно пришла оттуда, то оборона в юго-восточной стороне определенно была бы в юго-западном направлении могущественных народов. Хань Сюйэй повернул глаза, а также посмеялся: "Я слышал, что у семьи Сюй есть магическое орудие низкого ранга, если сестра может одолжить мне это орудие, как насчет того, чтобы позволить невестке использовать его для обороны в юго-восточном направлении". Сюй Саннян улыбнулся ей в губы и сказал: "Золовка шутит, не слушайте деревенских сплетен, у нашей Сюй Семьи в ваших руках только это волшебное снаряжение". Если бы у нас действительно было еще одно волшебное снаряжение, как бы мы могли его спрятать до сегодняшнего дня"! Игнорируя драку между двумя девочками, Ян Тяньган продолжал инструктировать: "Приготовьте всех сильных людей деревни. Хотя зерна внутри Линг Тянь еще не полностью созрели, как только саранчовая чума действительно превзойдет наши ожидания, мы немедленно организуем всех, чтобы сначала захватить Линг Тянь". После минутной паузы Ян Тяньган продолжил: "В деревне также есть несколько семей, которые знают, как жить своей жизнью только на своих землях". Скажите им, что если на этот раз деревню нельзя будет защитить, то Линг Тянь будет уничтожен, и скажите им, чтобы они не были мелочными, и послушно послали своих собственных Духовных Крестьян на юг деревни, а не охранять тридцать процентов Линг Тянь собственного клана"! "Также, - внезапно что-то придумал Ян Тяньган и добавил: - Сегодня днём мы заберём две трети нефритовых монет из счёта деревни". Мы попросим брата Чжана привезти семью Сюй, Железный Окс, Цин Ниу и других, чтобы собрать тележки с зерном из деревни и отправить его в городскую охрану. Кузнец Чжан знал, что это срочное дело, а не личная обида. Он торжественно кивнул головой и сказал: "Будьте уверены, я вас не разочарую!" Ян Тяньган кивнул головой и сказал: "En, это все, что я могу придумать, кто из вас всех имеет еще предложения, давайте обсудим это еще раз". Подобно тому, как Ян Тяньган и жители села Туцю обсуждали, как защититься от нападения саранчи, Ян Джуньшань внезапно почувствовал себя в замешательстве, так как воспоминания о его прошлой жизни отклонились от реальности его нынешней жизни. В воспоминаниях о прошлой жизни преемником гарнизона города Ваншань, Нин Цзи, был Сунь Цзелей. После этого сын Нин Цзи сбежал из Туо У Шаня после нападения саранчи, и при поддержке семьи Нин опознал Сунь Цзелея как шпиона, который помог Вратам Сириуса похитить его и использовать для принуждения Нин Цзи. Сунь Зелей быстро признался и был казнен. После этого Нин Цзи был отправлен семьёй на тренировку во внутреннюю секту Небесной Потрясённой Секты, а опекун города Ван Шань упал на голову У Фэнчжу. Он вспомнил, что в то время, когда развалилась сотрясаемая небесами секта, он первым объявил о своем уходе из Юсяня и вступил под командование Ворот Сириуса, и очень быстро стал линией фронта Ворот Сириуса. В то время опекуном города Ваншань был У Фэнчжу, и за короткий период времени ворота Сириуса смогли занять более половины уезда Мэнъю. Ранее причина, по которой Ян Цзюньшань спас Нин Бин, была в том, что он думал, что раннее спасение Нин Бин может спасти жизнь его отца. Таким образом, город Wangshan все еще был бы в руках уезда Mengyu и даже если бы Юсянь изменился в будущем, южный город Wangshan также стал бы барьером для того, чтобы остановить ворота Сириуса от входа в уезд Mengyu. Неожиданно, в конце концов, Нин Цзи все еще умер. Несмотря на то, что Sun Zelei был выставлен заранее, положение хранителя города Wangshan все еще упало к Wu Fengzhu в конце концов. Кто поверил бы, что Wu Fengzhu был также шпионом для ворот Сириус? С другой стороны, этот человек пережил всевозможные унижения. В конце концов, вклад в восстановление города Ваншань-Шань уже был несомненным. Ян Цзюнььшань изо всех сил старался внести некоторые изменения, но когда он повернул за угол в реальности, он все равно вернулся на тот путь, на который пришел из своей предыдущей жизни, заставив Яна Цзюньшана почувствовать еще большее беспокойство. Поскольку Ян Тяньган согласился со всеми жителями деревни, вся деревня Туцю начала двигаться очень быстро. Все взрослые, достигшие четвертой стадии Царства Смерти и выше, собрались за пределами деревни. На самом деле, количество кузнечиков в дикой природе за последние несколько дней действительно возросло, и опытные Духовные Фермеры могли сказать, что вспышка чумы была неизбежна. Тем не менее, в деревне все еще было много людей, которые думали, что староста деревни и все остальные устраивают большую суматоху из ничего. Кузнец Чжан, который покупал духовную долину в городе, быстро вернул первую партию духовной долины, которую они купили за чуть более высокую цену. Количество было не более 60 камней, и в то же время весть о распространении саранчовой чумы распространилась по всему городу. Утром второго дня Ян Тяньган снова приказал кузнецу Чжану значительно поднять цену покупки духовной долины s, и в конце концов вернул им только 120 камней. На этот раз действия деревни Туцю, наконец, встревожили Лю Чэнъю. Лю Чжэньбяо только что прибыл, чтобы сделать выговор Яну Тяньгану за то, что тот потревожил свой народ, но до того, как Ян Тяньган смог объясниться, еще одна вспышка красного света и резкий свист уже тревожили всю деревню Туцю. Под неудержимым взором всех, Ян Тяньган, который изо всех сил старался сохранять спокойствие, проверил содержимое жетона меча. Глубоким голосом он сказал: "К северу от города Вангшань распространилась саранчовая чума, а длина тел саранчи составляла три-четыре дюйма". ---------- Формирование Плохие новости продолжали поступать. С горной варварской деревней, где город Вангшань первым пострадал от гибели гигантской саранчи, будучи застигнутым врасплох, Линь Тянь был практически бесплоден, и неурожай уже был предрешен. Остальные села под защитой всех культиваторов смогли сохранить в лучшем случае только двадцать процентов урожая. После того, как Ян Тяньган получил от Лю Чжэня срочный меч-знак, группа гигантской саранчи уже вошла в самую южную точку Пустоши и достигла своего пункта назначения - деревни Линг Лян. Они находились всего в двадцати пяти километрах от деревни Туцю. Еще один красный меч-знак попал в руки Ян Тяньгана вместе с шокирующим мечным свистком: "Большая группа гигантской саранчи появилась и в Песчаном городе, который так же близко от Туо У Шаня, как и город Ваншань". спросил кузнец Чжан: Сэндтаун? А саранча там тоже есть? " Ян Tiangang сказал в глубоком голосе: "Не только Sandtown нашел крупномасштабную гигантскую саранчовую катастрофу, уезд Jinyu, который примыкает к этому уезду, также нашел его. Потому что область между уездом Jinyu и Tuo Wu Шань узка, саранчовая катастрофа уже распространилась через уезд Jinyu и распространилась в границы уезда Mengyu". "Три уезда пострадали!" Кузнец Чжан был настолько ошеломлён, что не знал, что сказать. С другой стороны, когда Ян Цзюнььшань и остальные еще проводили беседу в зале, он уже выбежал, чтобы собрать своих подчиненных. Кроме Су Баочжана, Яна Цзюньпина, Яна Цяньхая, Яна Бао Ляна и нескольких других прямых потомков были также Ге Эрси, Хуан Миншэн, Су Минь, Ли Цзе Жун и еще пять или шесть детей из семьи Ян Цзюньшана. Он велел им разбросать оставшиеся шесть килограммов лекарственного порошка среди своих собственных Линг Тянь с, или среди арендованного клана Ян Цзюнььшань Линг Тянь с. Ян Чжуньшань сначала позволил Ян Чжунпин взять его сестру и полкилограмма лекарственного порошка и разбросать их по всему саду на заднем дворе, а затем принес оставшиеся пять килограммов лекарственного порошка и Су Баочжань и два других, чтобы броситься на место, где Ян Тяньган и его жена лично занимались сельским хозяйством крупнейшего Линг Тянь в деревне Tuqiu шириной полтора акра. Затем они посыпали все пять килограммов лекарственного порошка среди созревающих Линь Тянь. Ян Чжуньшань уже экспериментировал с лекарственным порошком, который он привез, и обнаружил, что хотя лекарственный порошок пахнет резким запахом, он нетоксичен, даже если его разбросать по еде, до тех пор, пока он использует воду для очистки резкого запаха, он исчезает. Позаботившись о порошке, Ян Цзюнььшань и Су Баочжан бросились к подножию западной горы на средний уровень Линг Тянь с. Ян Цяньхай и Ян Баолан уже бросились туда с двумя вьючными лошадьми и одной каретой. Хотя три среднеуровневых Ling Tian s не посадили духовную долину Spirit Grass, плотная энергия духа определенно привлекла бы гигантскую саранчу и положила бы яйцо насекомого на землю. Когда яйцо насекомого вылупится в следующем году, Ling Tian не только поглотит энергию духа, накопленную внутри, но и съест урожай, посаженный внутри Ling Tian. Эти три яйца среднего уровня Ling Tian s были одним из самых важных фундаментов семьи Янг в будущем, и не было места ошибкам. Ян Чжуньшань хотел использовать свой последний козырь, три Линг Тянь s, и собрать всех своих товарищей, чтобы как можно больше защитить эту территорию от саранчового роя. Подобно тому, как Ян Цзюнььшань и Су Баочжан собирались бросить лекарственный порошок среди Линг Тянь, Сюй Лэй привела свою невесту Сюй Цзин и несколько учеников Сюй. Чжан Хузи привезла несколько компаньонов и аналогичным образом прибыла среди двух средних Линь Тянь в их соответствующие дома. Три воинственных царства Культиватоад уже бросились на юг деревни, чтобы справиться с защитой от атаки саранчи, но их дети все равно бросились в средний ряд Лин Тянь, чтобы подготовиться к этому. Очевидно, что значение, которое каждый клан придавал среднему Линг Тянь, было одинаковым. Однако, это отличалось от того, когда Ян Чжуньшань посыпал лекарственный порошок. Семья Сюй бросала на Линь Тянь длинные куски ткани, на верхней части ткани были линии рун, вышитые хлопчатобумажными спиртовыми нитями, они образовывали большие триггерные талисманы, а когда на талисман приземлялась гигантская саранча, то это приводило к собственному нападению талисмана, убивая гигантскую саранчу сверху. Однако Ян Чжуньшань знал, что этот метод невозможен. Как только гигантская саранча прорвёт южную линию обороны, саранчовый рой, заряжавшийся в направлении Линг Тянь, определённо, последует один за другим, и гигантский талисман сможет убить саранчовый рой на некоторое время, но будет прикрыт трупами саранчи и не сможет спровоцировать атаку. Более того, энергия духа талисмана была ограничена, и он не мог срабатывать бесконечно. Как только гигантская саранча попадет в сеть, она не сможет улететь, но будет такой же, как гигантские талисманы семьи Сюй. В тот момент, когда сеть была заполнена саранчой, функция гигантской сети была бы бесполезна. Точно так же, как Ян Цзюнььшань рассматривал два других семейства, устанавливающих методы защиты своего Линг Тяня, Сюй Лэй и Чжан Хузи также рассматривали Яна Цзюньшана и остальных, которые были заняты, но двое из них были сбиты с толку действиями Ян Цзюньшана и остальных. Ян Цзюнььшань и остальные выгрузили из тележки всевозможные инструменты, вытаскиваемые большими вьючными лошадьми зверей. Там было девять круглых каменных пластин размером в один фут, и на каждой каменной пластине была вырезана канавка посередине. Вокруг них были всевозможные деревянные орудия труда, и даже пучки спиртовой хлопчатобумажной нити. "Что они делают?" Чжан Хузи не понял и спросил такого же сомнительного Сюй Лэя. Сюй Лэй покачал головой. Он не знал, но Сюй Цзин, который был на стороне, колебался: "Это похоже на формирование массива!" "Собрать строй?" Чжан Хузи был сбит с толку: "Ян Чжуньшань знает, как устанавливать массивы? Какая шутка, эта штука, даже если в будущем ты сможешь войти в Секту Небес, то, возможно, даже не сможешь ее выучить, верно? Только он может установить строй? " Лицо Сюй Цзина замерзло, и даже цвет лица Сюй Лэя, который был на стороне, был не слишком хорош. Сердце Чжан Хузи вдруг замерзло, и она вспомнила, как несколько дней назад она была побеждена девушкой, стоявшей перед ним. В этот момент Сюй Цзин смотрела на Ян Цзюнььшань с удивительным видом, как будто у нее развился большой интерес к тайне, окружающей тело Ян Цзюнььшаня. С другой стороны, голова Сюй Лей была опущена, а выражение ее лица постоянно менялось, как будто она что-то задумала. Ян Цзюнььшань смотрел на Сюй Цзин и Сюй Лэй издалека. Один держал голову высоко и грудь, другой спокойно смотрел, в то время как другой был наполнен уверенностью; один действительно был глубокомысленным, его разум - нет. Его взгляд был расфокусирован, и все его тело, казалось, было заполнено чувством неполноценности. Ян Цзюнььшань направил всех разместить девять круглых каменных таблеток в центре Линг Тянь в квадрат. После этого на каждом каменном столе была молодежь, которая знала, как культивировать. Формирование, которое создал Ян Цзюнььшань, было простым формированием, которое обычно использовалось для борьбы с гигантскими саранчовыми катастрофами в его предыдущей жизни. В предыдущей жизни, после того, как впервые произошла гигантская саранчовая катастрофа, все Духовные Фермеры сильно пострадали из-за того, что были застигнуты врасплох, а после этого, после великой смены неба и земли, гигантские саранчовые катастрофы происходили повсюду, и причиненные потери становились ещё меньше. Это произошло потому, что гигантская саранчовая катастрофа была, в конце концов, самым слабым видом саранчи, и люди быстро нашли способ ее сдержать. В то время как Ян Чжуньшань был занят работой в одиночку, все молодые люди с тревогой наблюдали за происходящим. Только когда они узнали из Су Баочжанга, что Ян Цзюнььшань на самом деле устанавливает пласты, они все начали задыхаться от шока и недоверия: Молодой хозяин старосты на самом деле знал, как установить строй! Подобно тому, как Ян Цзюнььшань собирался использовать всевозможные простые массивные надписи для соединения восьми каменных пластин, он увидел, как лицо Сюй Цзина внезапно изменилось, его голова кружилась в разных направлениях, как будто он внимательно что-то слушал. В конце концов, он повернул ее лицо к югу от деревни и закричал: "Они здесь!" "Что происходит?" Чжан Хузи случайно спросил. Ян Цзюнььшань долго смотрел на левое ухо Сюй Цзина, затем внезапно встал и посмотрел в сторону южной части деревни. Небо было совершенно пустым, но ничего не было. "Совсем ничего!" Несколько молодых людей пробормотали себе. Неожиданно, после того, как они закончили разговор, на небо медленно поднялось темно-серое облако. Темное облако продолжало подниматься, меняя свою форму. За время, необходимое для приготовления чашечки чая, оно уже покрыло половину неба к югу от деревни. Саранчовая чума наконец-то пришла! Ян Чжуньшань тут же бросил эти восемь мешков в руки восьми человек, которые знали, как культивировать, и сказал это громко: "Каждая из восьми каменных пластин снаружи отвечает за по одной, а внутри мешка - нефритовые монеты и каменные монеты". Он поместил монеты Jade Coins s в центр паза каменной пластины, а пять маленьких вмятин на каменных монетах снаружи отвечают за защиту монет Jade Coinnd в каменной пластине от саранчи. Все согласились, что это так. Один из юношей открыл мешок и увидел, что внутри нефритовой монеты было не менее трех-четырех десятков каменных монет. Он сразу же был в растерянности, потому что никогда раньше не видел столько денег. По мере приближения серовато-коричневых облаков все ощущали удушающую атмосферу. Наконец, все могли ясно видеть, что серовато-коричневые облака на самом деле были заполнены бесконечным количеством саранчи. Впервые многие молодые люди увидели такую апокалипсическую сцену, стоя среди Ling Tian s, все они были одурманены. Только Ян Чжуньшань не был ни капельки заинтересован в этой сцене, в его предыдущей жизни, он уже испытал слишком много, даже больше, чем этот саранчовый рой, много раз. В этот момент он был полностью сосредоточен на организации формирований, и в то же время, он тайно думал, что его выращивание все еще было слишком слабым. Серый и туманный саранчовый рой был похож на обрушившуюся гору, когда они разбивались в направлении села Туцю, как нефритовый столб, толкающий золотую гору. Кроме Сюй Цзин, несколько девочек из Линг Тянь выпустили крики удивления одновременно, в то время как их младшая сестра Ян Цзюньсинь спряталась за своим старшим братом и крепко обняла бедро Ян Цзюнььшаня. И в это время четыре самых ослепительных луча света поднялись с четырех разных направлений юга деревни, принеся с собой сотни разных волшебных волн. Они образовали плотную магическую защитную сеть над югом деревни, и саранча, врезавшаяся в южную часть деревни, тут же превратилась в гору, которая была выдолблена. "Хорошо!" Молодые люди Линг Тянь закричали и прыгнули во время ликования. ---------- Саранча войны Подобно тому, как молодые люди в Линг Тянь праздновали тот факт, что все культиваторы деревни Tuqiu были собраны в один ход, а у остальных, находившихся в деревне на юге, на лицах были мрачные выражения. "Черт возьми, там призрак". Эта волна саранчи на самом деле исходит от смеси гигантской саранчи и регулярной саранчи. Разве не сказано, что каждый раз, когда саранча пересекает границу, появляется гигантская саранча? Как может быть больше половины обычной саранчи?" Глядя на падающих с неба насекомых, которые были более концентрированными, чем дождь, причем половина из них смешалась, кузнец Чжан взбесился и начал громко ругаться. Из варварской деревни на горе Ваншань до деревни Лян на земле в пустынном городе последовало большое количество гигантских саранчовых. Сила заклинаний сельхозпроизводителей была не такой эффективной, как борьба с саранчой, и после того, как их заставила ворваться в деревню гигантская саранча, за ними последовало большое количество обычной саранчи, в результате чего сельхозпроизводителям стало труднее защищаться, и зрелая духовная долина среди Линг Тянь сгорела без всякой сдержанности, что привело к большим потерям. Для этого Ян Тяньган специально собрал всех культиваторов над Фондом Бессмертия в деревне Туцю, чтобы несколько раз тренироваться на юге деревни. Он надеялся, что сумеет высвободить наибольшую силу в ходе первого удара до прихода саранчи и нанести тяжелые ранения нападавшей группе гигантской саранчи. Однако они не ожидали, что гигантская группа саранчи действительно изменит свою стратегию. Первая волна саранчи, атаковавшая деревню, состояла из гигантской саранчи и нормальной саранчи. Несмотря на то, что нападение с использованием всей мощи деревни Tuqiu было очень плодотворным, но из-за того, что гигантская саранча содержала обычную саранчу, ущерб, нанесенный гигантской саранче, был лишь средним. Рой саранчи, выдолбленный деревней Туцю, внезапно снова заполнил гору, и людоедское чудовище устремилось к деревне Туцю с непреодолимой силой. "Готовьтесь, отпустите!" Ян Тяньган закричал, его голос резонировал через сущность духа в его теле и распространился по всей деревне. Он внезапно сильно ударил высококачественным магическим снаряжением, в результате чего дым и пепел летящих зверей превратился в огненный шар в воздухе, сжигая жуков, которые падали с неба в пепел. Недалеко от него, кузнец Чжан в среднем классе Аффинажный галстук "Кузнец Чжан" не имел никаких сильных навыков групповой атаки. Несмотря на то, что сила Рафинированного Железного Молота была впечатляющей, он все же был способен справиться с бесчисленным роем саранчи, создавая ощущение, что это было похоже на удар молотком по москитам. Потребовалось немало усилий, чтобы усовершенствовать молоток, но результат был ограничен. Каждый раз, когда Ян Тяньган использовал свое высококачественное магическое оборудование, чтобы выстрелить огненный шар, каждый огненный шар, который ворвался в саранчовый рой, несомненно, причинит огромный ущерб рою саранчи. Тем не менее, рой саранчи может также инстинктивно избежать опасности, и когда рой саранчи заплатил цену и избежал огненных шаров, огненный шар Ян Tiangang будет полностью исчерпан. Как раз в это время кузнец Чжан внезапно вытащил свое волшебное снаряжение и ударил в сторону огненных шаров. Волна огня мгновенно взорвалась во всех направлениях, образуя в радиусе переливающихся метров огненное море, дважды убивая саранчу. Даже тот ущерб, который эта огненная волна нанесла саранче, был намного больше, чем в первый раз. Два старых врага деревни Туцю объединили свои усилия, чтобы сформировать передовую линию обороны деревни Туцю от саранчи, и они очень хорошо координировали свои действия друг с другом, и именно благодаря руководству этих двух людей культиваторы деревни Туцю, стоящие за ними, с большим трудом смогли выпустить одну технику за другой. В то же время увеличение результата битвы, они также предотвратили саранчу от яростного нападения. Из-за препятствия, исходящего с южной стороны деревни, рой саранчи естественным образом начал огибать два фланга. Волшебство с юго-востока и юго-запада вдруг расцвело, но это было ничто по сравнению с южной стороной деревни. В это время атака гигантской саранчи уже стала основной силой саранчовой чумы. В прошлом, даже если культиваторы должны были позаимствовать силу талисманов Фонда Бессмертия, чтобы наложить заклинание, в пределах силы заклинания, было очень мало саранчи, которая могла бы выжить. Однако, столкнувшись с атакой гигантской саранчи, даже если бы культиватор, использующий искусство бессмертия, произвел заклинание, он смог бы убить только две трети гигантской саранчи в диапазоне действия заклинания. Остальная часть гигантской саранчи затем воспользовалась шансом и поспешила в деревню. Кузнец Чжан громко сказал: "Так не пойдёт, мы не сможем остановить проникновение гигантской саранчи в деревню!" Выражение Ян Тяньгана стало чрезвычайно мрачным. Он уже видел, что саранча постепенно наклоняется в сторону юго-запада, где Хань Сюмэй отвечал за оборону, а также в район, где оборона деревни Туцю была самой слабой. Он не ожидал, что саранча так быстро его обнаружит. Впервые Ян Тяньган почувствовал, что перед ним как будто стоит противник с таким же интеллектом, как и перед ним самим, который также способен искать слабость линии обороны. Как будто он столкнулся с противником с тем же интеллектом, что и он. "Первоначально мы не думали, что сможем остановить гигантскую саранчовую катастрофу, все, чего я хотел - это задержать прибытие гигантской саранчи в деревню. Жители деревни уже давно собрали урожай Линг Тянь, и чем дольше мы будем его затягивать, тем больше Линг Тянь будет урожай, тем меньше будут наши потери! Ян Тяньган громко ответил кузнецу Чжану. В то же время он объяснял ситуацию всем культиваторам деревни Туцю, чтобы поднять их моральный дух. "Хаха, ты прав!" Кузнец Чжан также громко смеялся: "Мы, Старый Чжан, всегда были неубедительны для тебя, но после этой саранчовой катастрофы, мы, Старый Чжан, угостим тебя вином!" Ян Тяньган тоже громко засмеялся: Это я угощаю брата Чжана вином! Они продолжали общаться друг с другом, в результате чего моральный дух культивировщиков села Туцюй вновь поднялся. Они были еще более взволнованы и подавлены из-за постоянных волн гигантской локации, обрушившихся на деревню. Поскольку рой саранчи уже вступил в оборонительную линию, которую он установил, Ян Тяньган и остальные не смогли остановить всех культиваторов от использования техники, они смогли только защитить свои линии и истощить всех гигантских саранчовых, которые атаковали деревню Туцю. В то же время, смертные из деревни Туцю уже были собраны и собрали урожай Линг Тянь. Несмотря на то, что духовная долина еще не полностью созрела, им все же удалось снизить урожайность за счет сбора урожая. Однако, увидев рой саранчи, покрывающий всю деревню и небо, они, возможно, даже не смогут сохранить ту небольшую часть духовной долины, которую они собрали в конце концов. В это время в деревню уже вторгались десятки или даже сотни мелких саранчовых, эти обыкновенные саранчи налетали на растения до тех пор, пока они их видели, хотя Линг Тянь был для них более привлекателен, но эта саранча полагалась на их инстинкт передвижения и съедала обычные растения до того, как был найден Линг Тянь. Что касается этой гигантской саранчи, то после того, как они ворвались в деревню, они сразу же последовали за слабой духовной энергией, высвободившейся из духовной долины, чтобы найти Линг Тянь, а затем приземлились перед Гу Цзы и начали жевать его без всякой сдержанности. Верхняя и нижняя челюсти гигантской саранчи были чрезвычайно острыми и имели большое тело. Футовое духовное растение долины с более чем десятью шипами зарядилось, и за время, необходимое для выпивания чашки чая, оно съедало все. Затем эта гигантская саранча захотела съесть все листья всего растения духовной долины, прежде чем отпустить это растение. Однако тем смертным, которые хотели собрать урожай в духовной долине s, вообще не было дела до этих маленьких саранчовых, которые набросились на Линг Тянь s, а вместо этого ухватились за каждое мгновение, чтобы продолжать собирать урожай в духовной долине s. Пучок духовной долины s после сбора урожая был привязан к петле на вершине повозки, и, собрав их в кучи, они затащили их в деревню и поместили в дома своих семей, в то же время плотно запирая дома своих семей, чтобы они не могли пропустить саранчу внутрь и наружу из промежутков между домами. И как раз в этот момент в деревню ворвалась орда саранчи. Следуя за рассеянной духом энергией духовной долины, они пришли в дом, который был наполнен грудами духовной долины, покрывавшей землю, стены и крыши. Тем временем смертный фермер, который собирал Линг Тянь с из Ян Чунчжэна, Ян Тьеня и Ян Цинню, понял, что хотя в деревню приходило все больше и больше саранчи, по сравнению с другими Линг Тянь с из Духовных Земледельцев, в этих трех семьях было очень мало саранчи, которая приземлялась. Особенно фермеры, которые пожинали Линг Тянь с из Ян Тянь Ниу и Ян Цинню, время от времени их душили слезами и у них были сопливые носы. Хотя Ling Tian s семьи Yang Cunzheng также сочился резкий запах время от времени, запах был уменьшен на много, и фермеры там все еще едва могли упорствовать. Это было потому, что Ян Цзюнььшань равномерно разбросал лекарственный порошок среди Ling Tian, но Ян Цинню и Ян Tieniu явно не были убеждены в действии лекарственного порошка. Они посыпали его в разных местах более тщательно, чем Ян Цзюнььшань, в некоторых местах меньше, а в некоторых местах меньше, но фермеры были все обычные люди без культивирования, и когда они встречали места с сильным лекарственным порошком, они часто задыхались от него. Подобно тому, как культиваторы на въезде в деревню во главе с Ян Тяньганом блокировали орду саранчи, которая направлялась в деревню Туцю, Ян Джуньшань уже завершил окончательную подготовку к формированию массива в пределах Линг Тянь. По приказу Ян Цзюньшана, несколько юношей, отвечавших за соответствующие каменные плиты, в соответствии с инструкциями Ян Цзюньшана, в пазы каменных плит в мешочке вставили каменные монеты с нефритовой монеткой. После того, как Ян Джуньшань закончил вставлять нефритовые монеты, девять юношей, которые начали культивировать, налилили в каменные пластины под ногами больше или меньше своей духовной энергии. "Buzz ~ ~ ~ ~" Нефритовые монеты, которые были вложены в каменную пластинку, сначала начали светить спиртовым светом, а затем слабый свет начал мигать сквозь нити спиртового хлопка, которые соединяли каменные пластинки. Сразу же активировался весь массив, и тогда все встали в массив и в ужасе посмотрели друг на друга, не почувствовав ничего необычного. Су Баожан спросил нерешительно: "Брат Чжун Шань, это, эта формация была успешно выложена?" Ян Чжуньшань кивнул и сказал: "Да, мне удалось!" Су Баочжан прошел два шага среди Линг Тянь, но он все равно не почувствовал ничего необычного, поэтому с неуверенностью спросил: "Действительно ли он преуспел?". На этот раз, прежде чем Ян Цзюнььшань смог ответить, младшая сестра позади него, Ян Цзюньсинь, долгое время была недовольна допросом Су Баочжаня о своем старшем брате. Ян Цзюнььшань вдруг понял и похлопал его по голове, как он объяснял: "Эта техника формирования была упрощена по сравнению с известной в мире культивирования техникой божественных способностей, потому что она используется только для борьбы с саранчой, она сильно ослабила силу формирования, и это формирование имеет прозвище, которое называется "Одно Цзинь" формирование. Другими словами, неважно, будет ли это гигантский человек или комар, все они потерпят лишние пятьдесят килограммов после того, как войдут в формирование!". ---------- Huwei "Одно джинское формирование?" На этот раз они обнаружили, что одежда на их телах действительно была немного тяжелой, но все они немного выросли. В возрасте тринадцати или четырнадцати лет их сила была сравнима с силой взрослого смертного фермера. С другой стороны, Ян Цзюньсинь изначально была всего лишь маленькой девочкой, которой не было и семи лет, поэтому ощущение того, что на ее теле находится один килограмм, было намного яснее, чем у других. Сила, прилагаемая к образованию была незначительной для людей, но когда саранча бросилась в образование, каждый из них получил бы дополнительный джин веса. Тогда, независимо от того, была ли это нормальная саранча или группа гигантских саранчовых, они будут раздавлены на землю. К этому времени южная часть села все сильнее блокировала саранчу. Все больше и больше саранчи бросалось в деревню. Линг Тянь у подножия западной горы можно было считать самым удаленным местом от южной части деревни. В это время Ян Чжуньшань обнаружил, что саранча, заблокированная за пределами села, медленно двигалась, и с юга двигалась в юго-западный угол. Хотя движение саранчи не было очевидным, оно все же принесло огромное давление в юго-западный угол, который охранял Хань Сюмэй, и все больше и больше маленьких групп саранчи начали просачиваться из юго-западного угла. Ян Цзюнььшань в одно мгновение был почти уверен, что среди этого роя саранчи есть демон, просто он не пошел в южную часть села, чтобы столкнуться с первой волной саранчи, иначе к тому времени он смог бы подтвердить существование Царя Насекомых. "Брат, саранча идет!" Когда они прибыли к подножию Западной горы, они уже превратились в серовато-коричневого муслина, покрывающего вершину Ян Чжуньшаня и головы других. "Все наденьте одежду из звериной кожи и прикройте головы!" Когда все услышали это, они надели свою уродливую кожаную одежду. Эти кожаные одежды выглядели очень простыми и грубыми, но они могли бы покрыть все тело зверя. Когда саранча заряжалась, для обычной саранчи это не было большой проблемой, так как гигантская саранча могла использовать свою магию, чтобы прорваться сквозь неё, будь то размер тела, сила или даже свирепость, все они были намного сильнее обычной саранчи. Несмотря на то, что саранча не стала бы напрямую метаться, но столкновение с человеком всё равно было бы чрезвычайно болезненным, до тех пор, пока она роилась навстречу человеку, даже взрослый человек мог бы снести ей голову. "Все в строй!" Саранча приближалась, и Ян Чжуньшань накричал на них. "Большой брат, младшая сестра ещё не пришла!" Услышав это, Ян Цзюнььшань оглянулся и увидел, что младшая сестра Ян Цзюньсинь играет с Ху Ниу и бежит более чем в дюжине футов, и не услышал, как Ян Цзюнььшань зовёт всех войти в массив. Подобно тому, как Ян Цзюнььшань собирался бежать из массива, он увидел, как Ху Ниу внезапно выпрыгнула из-за спины своей младшей сестры, и в сторону роя саранчи, который подпрыгивал к нему, он внезапно заревел вслух. Это было похоже на невидимую силу, с Ху Ниу в центре, распространился во всех направлениях, и странная сцена внезапно произошло. Когда стаи саранчи были в трех футах от Ху Ниу, они все обернулись в сторону или сверху, и образовали пространство, состоящее из трех футов от Ху Ниу, которое было полностью лишено саранчи, в то время как расстояние в три фута уже превратилось в океан саранчи. Тигр может! Тело Ху Ниу на самом деле обладало могуществом тигра! Раньше, когда Ху Ниу выходила из Пещеры Весны Духа, чтобы напугать дикого кролика и превратить его в пищу, она только подозревала, что на самом деле она была создана, чтобы даже не осмелиться обидеть орду саранчи. Ян Чжуньшань уже была уверена, что Ху Ниу культивировала мощь тигра, и этим навыком могли обладать только культиваторы расы Большого Демона. "Маленькая сестренка, следуй за Ху Ниу и не бегай вокруг!" Ян Чжуньшань смутно увидел, что его сестра все еще цела и невредима, и после громкого предупреждения успокоился и сел на каменную платформу в центре строя. В тот момент, когда бесконечная орда саранчи бросилась в окрестности Линг Тянь, строение могло увеличиться до размеров тел всех саранчи. Даже если бы они были гигантской саранчой, они не выдержали бы гравитации и упали бы на землю одна за другой, легкая саранча заставила бы их упасть в обморок, тяжелая заставила бы их крылья разорваться, а ноги щелкнуть, но число людей, убитых напрямую, как саранча, было крайне малым. Тем не менее, эти гигантские саранчи были все еще настойчивы, хотя они не могли ни летать, ни прыгать, они все равно пытались ползти к Линг Тянь. В это время Ян Чжуньшань громко закричал: "Второй брат, всё зависит от тебя!". Когда Ян Чжунпин, чья голова была полностью прикрыта, услышал приказ своего брата, он сразу же отправился встречать стоявшего позади него Гэ Эрси. Каждый из них вел большого и маленького вьючного зверя, идущего к падающему на землю рою саранчи, а позади двух вьючных зверей они оба потянули за собой маленькую и большую пару колес, раздавив их вперед по дороге. Бледно-зеленая жидкость разбрызгивалась повсюду, превращая саранчу в фарш. Количество саранчи, попавшей в деревню, увеличилось, а ее масштаб стал еще больше. Все больше и больше гигантской саранчи заряжалось к среднему ярусу Линг Тянь у подножия западной горы. Ян Чжунпин и Гэ Эрси вели двух своих вьючных лошадей и бесчисленное количество раз ходили туда-сюда по массиву. Трупы саранчи под ними были раздавлены и превращены в петлю из зеленой грязи, которая продолжала падать в зеленую грязь. Это была очень жуткая сцена. Каждый шаг, который они делали, вызывал выбрызгивание темно-зеленого сока, и две башенки были полностью окрашены в зеленый цвет. Пока они катились по земле, они были покрыты плотью саранчи, и жидкость стекала вниз, делая их похожими на два катящихся колеса с мясом. Как раз тогда Су Баочжан внезапно закричал: "Нехорошо, энергия духа нефритовых монет, встроенных в каменную платформу, исчезла!" Пока они говорили, саранча на южной стороне массива, где Су Баочжан внезапно вспыхнула, небольшая их часть была столкнута вниз массивом и упала на землю, большинство из них бросились к Линь Тянь с. "Духовная энергия нефритовых монет здесь тоже ослабевает!" "Я тоже счастлив здесь. Что же мне делать?" Ян Чжуньшань был еще спокоен, в какой-то момент в его руке появился талисман, намного превосходящий духовную энергию обычного культиватора в Царстве Духовного Просвещения, и время, затраченное на активизацию талисмана, также было значительно сокращено. Из его руки внезапно выскочила огненная змея, сожгла большую часть саранчи, заряженной в небо над Линг-Тянем, но, в конце концов, десятки гигантских саранчовых все еще заряжены посреди Линг-Тяня. Ян Чжуньшань громко кричал: "Не беспокойтесь, десятки гигантских саранчовых в порядке, мы должны быстро изменить их, формирование массива будет восстановлено в ближайшее время, в следующий раз помните, до того, как энергия духа нефритовых монет почти исчерпана, последний кусочек энергии духа у вас есть, не волнуйтесь, сейчас не время, чтобы сохранить". Подобно тому, как Ян Цзюнььшань и остальные собирались выпустить небольшую группу гигантских локусов и устремиться в Линг Тянь после убийства бесчисленного количества саранчи, еще два Линг Тяня защиты, Сюй Лэй, Сюй Цзин и Чжан Хузи, были в большой беде. Эти две группы молодых людей не подготовили одежду из кожи зверя, как Ян Цзюнььшань и другие, чтобы предотвратить столкновение гигантской саранчи. Когда рой саранчи впервые прибыл, несколько молодых людей были непосредственно сбиты с ног. Семья Сюй Линь Тянь была покрыта огромным талисманом. Когда прибыл рой саранчи, сила талисмана сработала, и все саранча, летавшая над Линг Тянь, сгорела до пепла. Однако по мере того, как рой саранчи увеличивался в количестве и становился все плотнее, и конца его не было видно, огромный талисман семейства Сюй Линь Тянь также постепенно начал ослабевать. У Сюй Лэя и остальных на самом деле были запасные талисманы, но такие талисманы были явно не дешевые, и даже у семьи Сюй их было бы не так уж и много. Однако, когда молодой человек из семьи Сюй попытался заменить талисман, саранчовый рой воспользовался возможностью попасть в Линь Тянь, который был защищён талисманом. Этот юноша попытался прогнать саранчовый рой, прежде чем распространить талисман. Однако рой саранчи вымыл небо и покрыл землю, когда они упали на Линг Тянь, который, чтобы защитить их, потерял свои талисманы. Увидев это, Сюй Цзин тут же оттолкнул молодого человека, затем взял гигантский талисман и внезапно открыл его. Луч раскаленного света вырвался наружу, сжег землю, и орда саранчи, которая еще полностью кружила над землей, воспользовавшись временем, когда саранчи здесь не было, она бросила талисман на землю и отремонтировала часть ямы на Линь Тянь. Затем, когда сила духа была исчерпана, ученики семьи Сюй последовали примеру Сюй Цзина и быстро очистили окрестности от саранчи. Они использовали время, когда саранча в других местах не пополняла свою силу духа и быстро меняла местонахождение. Однако, это было сделано только для того, чтобы обеспечить безопасность Линг Тянь на некоторое время. При постоянном истощении энергии духа гигантского талисмана, запасной гигантский талисман Семьи Сюй был недостаточен. Беспомощные, они могли только наблюдать, как Линг Тянь постепенно заполнялся до краев саранчой. Что касается другого Линг Тяня, Чжан Хузи, то он все еще находился в таком же затруднительном положении. После того, как гигантская сеть захватила всю саранчу в начале и последовала за непрерывным потоком саранчи, саранча внутри сети была уже толщиной в полфутра, и три гигантские сети не могли воспользоваться возможностью, пока они менялись, поэтому через два часа все больше и больше гигантской саранчи падало. Как раз в это время Сюй Цзин внезапно закричала: "Смотрите, Западная гора!" Этот крик не заслонил даже звук саранчи, летящей в воздухе, не только ученики семьи Сюй, даже Ян Цзюнььшань, Чжан Хузи и остальные слышали его, когда они оглянулись, то увидели, что с западной горы внезапно поднялось серо-коричневое облако насекомых. ---------- Ищу короля Теперь, когда рой саранчи атаковал из-за Западной горы, практически не было больше никаких культиваторов деревни Tuqiu, охраняющих это место. Как только рой саранчи бросился в деревню, не было необходимости охранять это место к югу от деревни, а те, кто был ближе всего к Западной горе, на самом деле были Ян Джуньшань и другие юноши из двадцати-тридцати жителей деревни Туцю! Все присутствующие молодые люди запаниковали. Ян Чжунпин, который даже забыл вести Охотничьих Лошадей, только поднял голову и уставился безучастно на облако насекомых, которое поднялось с вершины горы. В это время гигантские талисманы семьи Сюй Ling Tian s уже израсходовали всю свою силу духа и превратились в несколько разорванных кусочков ткани, покрывающей Ling Tian's. Через некоторое время они все были разорваны в клочья гигантской саранчой, роющейся навстречу им. Когда Сюй Цзин услышал низкий жужжащий звук из облака насекомых над западной горой, последний вздох воздуха, который все держали, был полностью уничтожен. Только семья Янов, Линь Тянь, все еще постоянно тянула вниз гигантскую саранчу, пролетавшую над Линь Тянем из-за работы массива. "Второй брат, продолжай!" Внезапный крик Яна Чжуншана взбудоражил Яна Чжунпина из его ошеломленного состояния, и он поспешно унес на спине вьючного лошадиного зверя и продолжил катиться вниз по дороге, раздавив выпавшую из воды гигантскую саранчу. В это время только Ян Цзюнььшань мог ясно видеть, что саранчовый рой, поднявшийся с Западной горы, был не гигантской саранчой, а обыкновенной саранчой на Западной горе. Однако, когда большинство жителей деревни не знало, правда это или нет, им было очень легко впасть в панику из-за внезапного появления этой орды саранчи. На самом деле, когда саранча поднялась на Западную гору, жители южного селения Туцю уже обнаружили ее. Что касается Ян Тяньгана и другого Военного Культиватора, то из-за того, что они были слишком далеко, они также не могли видеть, что облако насекомых на западной горе вовсе не было гигантской саранчой. На самом деле, даже они сами чувствовали, что это немного огорчает. К счастью, сбор урожая Ling Tian в деревне Tuqiu начался еще до того, как случилась гигантская саранча. Теперь он должен суметь сохранить от сорока до пятидесяти процентов урожая, а не сокращать производство на семьдесят-восемьдесят процентов, как в других селах и городах. "Цянь Хай, иди сюда!" Ян Чжуньшань кричал на приказ: Бао Лян, иди и обменяй на меня брата Бао Чжана. Си, иди и займи позицию Цянь Хая! Позволив нескольким своим товарищам поменяться местами друг с другом, Су Баочжан и Ян Цзюнььшань наконец-то успели освободить место для всех. Ян Чжуньшань накричал на них: "Сначала я передам вам это строение, помните, как только энергия духа нефритовых монет на каменной платформе иссякнет, вы сможете обменять ее на новую". Ян Чжунпин громко спросил: "Брат, ты куда? Если ты уйдешь, все не будут уверены в себе!" Ян Чжуньшань сказал: "Помните мои слова, не бойтесь. Менее чем через час и отец, и мать обязательно поспешат, и как только они увидят это строение, они поймут, и мы очень скоро вернемся". После того, как Ян Чжуньшань закончил говорить, он засмеялся в сторону этого строя. Плотная саранча вокруг него внезапно рассеялась, и Ху Ниу последовала за ним, когда они вошли в строй. Поставив Ян Цзюньсинь в центр строя рядом с каменной платформой, он позаботился о ней. Ян Цзюнььшань привел Ху Ниу и остальных, которые были с двумя другими Лин Тянь, и подошел к ним. "Вы слышали о короле жуков?" Сюй Цзин уже открыла свои духовные полости, и было очевидно, что ее Cang Ear вход имел какой-то особый талант. Даже если бы был звук машущих крыльев саранчи, Ян Цзюньшань могла их слышать, и ей пришлось бы кричать, если бы она разговаривала с Сюй Лей и Чжан Хузи. Трое из них явно не знали, что среди саранчи все еще был король насекомых, поэтому титул короля насекомых был не очень подготовлен. Его точная идентификация должна была быть саранчой, что означало, что это должна быть демоническая гигантская саранча, потому что у нее был интеллект, который мог сделать из саранчи саранчу, которую она использовала. Ранее он использовал гигантскую саранчу, чтобы доставить обыкновенную летучую саранчу на южную оборону деревни, а затем приказал саранче устремиться на юго-запад, где она была слабее, и затем прокрасться на Западную гору, чтобы догнать обыкновенную летучую саранчу и напасть на деревню с обеих сторон, в результате чего моральный дух деревни Tuqiu рухнул. С точки зрения Ян Джуншана, саранча контролировала все сзади. Конечно, Ян Джуньшань знал, что пока он убивает спрятанную гигантскую демонскую саранчу, он способен вызвать хаос среди гигантской саранчи и вызвать коллапс всей орды саранчи, что значительно уменьшит силу саранчовой чумы. Эсульт, даже если бы он знал, что за чумой саранчи стоит команда Демона-саранчи, он был беспомощен сделать что угодно. Но теперь демонская саранча, которая не смогла превратиться в Рой саранчи, была насильно вызвана обратно, и кроме демонской саранчи Ян Чжуньшань не думал, что есть какая-либо другая возможность того, что это произойдёт. "Мы уже видели мощь гигантской саранчи. Должен быть король червей, направляющий ее сзади. Иначе как такие вещи, как саранча, которые существуют только по инстинкту, могут знать, как атаковать с двух сторон"! Ян Джуньшань закричал, чтобы убедить их троих: "До тех пор, пока мы бросаемся на западную гору и убиваем этого короля насекомых, саранчовая чума в деревне Tuqiu, по крайней мере, сможет облегчить половину из них!". Сюй Лэй громко сказал: "Это всего лишь ваши догадки, как мы можем знать, правда это или нет?". Ян Чжуньшань ответил не задумываясь: "Так сказал мой отец, он изначально думал, что Король Насекомых будет следовать за саранчой и вместе напасть на деревню, поэтому он уже был готов напасть с южной стороны деревни. Откуда ему было знать, что Царь Насекомых побежал на западную сторону горы? Вывод Ян Тяньгана действительно значительно усилил бы его убежденность, и Ян Чжуньшань знал, что этот возраст был одним из самых импульсивных и горячонокровных юношей, которых нельзя было спровоцировать. Сказав последние несколько предложений, Чжан Хузи был первым, кто взорвался: "Чего тут бояться, я просто боюсь, что ты, Ян Чжуньшань, не сможешь найти Царя Насекомых"! Ян Тяньган увидел, что Сюй Лэй все еще колеблется, но у Сюй Цзин, который был на стороне, было лицо, полное подозрений. Очевидно, что он не поверил Яну Цзюньшану, и поэтому сказал: "Какой смысл вам двоим охранять здесь Линг Тянь"? Сила гигантской сети талисмана недостаточна, и гигантская сеть знает, что скорость саранчового роя не может сравниться со скоростью их движения. На этот раз даже Сюй Лэй был тронут тем, что сказал Ян Цзюнььшань, но он всё равно думал о Сюй Цзине, который был на стороне. Тогда Сюй Цзин спросил: "Невежественные звери, даже берсерковые звери должны действовать, основываясь на инстинкте, даже если есть Король Насекомых, как он может иметь такую мудрость?". Неожиданно Сюй Цзин продолжил: "Я думаю, что есть большой шанс, что он - человек". Раньше уезд Чжан был в передней части группы, чтобы купить духовную долину по высокой цене, а затем близко к угрожающей гигантской саранче, если бы я сказал, что Сириус ворота не чувствовали его заранее, я был бы первым, кто не верит в это!". Слова Сюй Цзина также заставили Чжан Хузи почувствовать себя виноватым, сказал он: "Хотите сказать, что у гигантской саранчи, нападающей на нашу деревню прямо сейчас, есть культиватор ворот Сириуса, направляющий их сзади, тогда мы сможем стать их противником?" Сюй Цзин, не задумываясь, посмотрел на Чжан Хузи с презрением и сказал: "Я только сказал, что саранчовая чума могла быть вызвана воротами Сириуса, и не сказал, что это они командуют. Более того, они направляли весь путь через деревню, так что вы действительно думаете, что не знает об этом сотрясаемая небесами Секта"? Ян Чжуньшань сказал с нетерпением: "Хватит, хватит, если хочешь идти, быстро иди, зачем теряешь дыхание!" Пять юношей, чье культивирование достигло Царства Духовного Просвещения, плюс молодой тигр, ехали на саранче в сторону западной горы. На полпути вверх по горе Ян Чжуньшань улыбнулся Сюй Цзину: "Сестра семьи Сюй уже должна была активировать свою врожденную технику". Через некоторое время, когда мы найдем Царя Насекомых, нам нужно будет больше полагаться на сестру семьи Сюй"! Сюй Цзин осмысленно посмотрела на Ян Цзюньшаня, а затем посмотрела вниз с горы и сказала: "Я думаю, что всем вам лучше взглянуть на это!" Все посмотрели в ту сторону, на которую указал Сюй Цзин, увидели серовато-коричневую зону под горой, которая покрыла весь пейзаж, не увидели ни деревню, ни реку, ни поля. Все, что они видели, было плотной и меняющейся серо-коричневой землей, и время от времени несколько волшебных огней пробивались сквозь покров саранчи, но через некоторое время все они стали тихими среди более роящихся серовато-коричневых саранчи. Ян Чжуньшань внезапно указал вниз на северо-восток горы и сказал: "Смотрите, это направление - Каменная деревня!" Издалека плотность саранчи в воздухе над деревней намного превышала плотность саранчи в деревне Туцю. Из деревни Туцю еще можно было видеть лучи магии, вырывающиеся из облачного покрова насекомых, и ни одного признака сопротивления в воздухе над деревней не было видно. Су Баочжан вздохнул и сказал: "Боюсь, что каменная деревня уже упала, они начали готовиться после получения извещения от Лю Чжэня, и находятся всего в одном дне от нашей деревни, интересно, сколько в этом году осталось от их духовной долины". Однако Чжан Хузи безжалостным голосом сказал: "Лучше, если все вы умрете". Деревня земляных камней и деревня Туцю были разделены двумя этажами. Однако большая часть Линг Тянь в этих двух деревнях была расположена в верхнем течении Циньшуй. Эсулт, когда две деревни орошали поля, между ними было много противоречий. Кроме того, во время сезона дождей или когда снег таял весной, когда вспыхивали горные паводки, вверх по течению реки часто меняли маршруты, что приводило к частым спорам между двумя деревнями после того, как река меняла маршруты со своими сельскохозяйственными угодьями, и даже вызывало несколько ссор из-за борьбы за землю. Кузнец Чжан однажды потерпел скрытую потерю во время борьбы с Каменной деревней, поэтому у Чжан Хузи не сложилось хорошее впечатление о деревне. "Хорошо, не забудьте о нашей цели, чтобы приехать сюда. Если мы не сможем найти Короля Насекомых как можно скорее, боюсь, что наша деревня Туцю будет такой же, как и наша!". Пятеро из них быстро продвинулись в тыловые горы. Ян Цзюнььшань возглавил фронт, а Сюй Лэй и Чжан Хузи защищали Сюй Цзина посередине слева и справа. Каждый раз, когда Сюй Цзин проходила определенное расстояние, она клала руки за уши. В то же время, она поворачивала налево и направо, как будто собирала голоса со всех сторон, в то время как Ян Цзюнььшань шлёпал Ху Ниу по голове. При этом Ху Ниу в мгновение ока бросилась в горный лес и исчезла снаружи. ---------- Локус t Ян Чжуньшань никогда не думал, что саранча на самом деле была в гранатовом лесу, на вершине самого высокого гранатового дерева рядом с пещерой Весна Духа! Когда он, наконец, подтвердил, что гигантская саранча перед ним определённо демонический король насекомых, у Ян Джуншана возникло ощущение, что он поднял камень и разбил его на своей собственной ноге. Он мог только надеяться, что все не обнаружат существование пещеры Весны Духа, когда войдут в гранатовый лес. Думая до этого момента, Ян Цзюнььшань не имел другого выбора, кроме как взглянуть на Сюй Цзин, который был в стороне. Раньше именно она слышала необычный звук летящей в воздухе гигантской саранчи, поэтому он привез сюда группу людей. Кроме уже демонизированного Короля Насекомых, который был длиной в фут, остальная часть гигантской саранчи была на самом деле около семи-восьми дюймов в длину. Они были почти в два раза больше, чем обычные гигантские саранчи длиной в три-четыре дюйма. Эти десятки гигантских саранчовых прыгали вверх и вниз в гранатовом лесу или летали на землю и обратно. Однако они всегда находились в радиусе тридцати метров от тела гигантской саранчи, защищая её. "Кача, кача!" Ян Чжуньшань оглянулся, когда услышал шум, и увидел, что саранча на самом деле обгрызала огромный красный гранат, находившийся на гранатовом дереве. Она не испугалась боли от кожи граната и тут же разбрызгала сок, который был на семени вместе с кожей. Гигантский гранат, который рос на дереве граната, первоначально был планом Ян Джуньшаня собирать их для младшей сестры, чтобы поесть. Эти большие гранаты сильно пострадали от питания спиртовой родниковой водой, а соки уже несли в себе следы спиртовой энергии, это был очень хороший вкус, это было очень полезно для Яна Цзюньсиня, который не начинал культивировать, сам Ян Цзюнььшань не хотел их есть, но теперь он позволял жуку есть так счастливо! Он должен был убить его! Не дожидаясь, пока Ян Цзюнььшань что-нибудь выразит, Чжан Хузи, который был на стороне, больше не мог сдерживаться. Он ударил обоими кулаками: "Ты собираешься торопиться и убить этого парня прямо сейчас?" Все слышали его и были слишком ленивы, чтобы обратить на него внимание. Су Баожан, с другой стороны, был вспыльчив, объяснил он: "Все эти ребята могут летать, если ты сейчас поднимешься, даже не упоминай, противник ли ты группы гигантской саранчи, если все они улетают, куда мы можем пойти тебя найти". Чжан Хузи знал, что сказал что-то глупое, но все равно упорно отвечал. "Это всего лишь гнездо саранчи, неважно, насколько оно большое". Тем не менее, Ян Чжуньшань знал силу этой гигантской саранчи, поэтому он взглянул на саранчу, которая все еще грызет плоды граната, и сказал, думая: "Я уверен, что смогу убить этого короля насекомых, но смерть короля насекомых, несомненно, заставит другую гигантскую саранчу отомстить, и в то время я боюсь, что все должны будут работать вместе, чтобы отбить их!". Все кивнули, но только Сюй Цзин вдруг сказал: "Брат Чжун Шань, кажется, вы хорошо знакомы с гигантской саранчовой группой, на этот раз наша деревня может подготовиться к вторжению группы саранчи на один день раньше других деревень, не могли бы староста деревни и брат Чжун Шань уже видели эту группу гигантских саранчовых групп"? Ян Джуншан кивнул головой и сказал: "Несколько дней назад, когда я привез Ху Ниу на охоту на Западной горе, я уже видел и убил гигантскую саранчу. В то время рост гигантской саранчи был всего три-четыре дюйма, но как только она умерла, окружающая трава и кузнечики тут же взорвались. Ян Джуньшань знал, что деревня Туцю заранее предупредила гигантскую саранчу о катастрофе и безудержно купила духовную долину за день до прибытия гигантской саранчи. Рано или поздно это вызвало бы подозрения у других, и вместо того, чтобы скрывать это, Ян Джуньшань мог бы также сказать это вслух и распространить это, чтобы другие узнали об этом. В то время как он говорил, Ян Цзюнььшань уже схватил жесткий лук в руке, когда он положил на него одну из стрел руны и торжественно сказал: "Приготовьтесь!". Саранча не почувствовала опасности, которая невольно обрушилась на ее голову и продолжала прыгать вверх и вниз по гранатовому дереву, используя свою интуицию для поиска гранатового плода, содержащего наибольшую энергию духа. Однако недалеко от гранатового дерева пещера Духовного Весны была заблокирована Духовным Запечатывающим Сланцевым Деревом, из-за чего саранча не смогла его обнаружить. "Бах, ууууу!" Прозвучали два взрывных звука, и когда саранча заметила, что что-то не так, перед ней уже появилась руническая стрела, не успев услышать этот звук. Однако в спешке саранча все же отреагировала, за ней внезапно развернулась пара тонких, как у цикады крыльев, и саранча мгновенно взлетела в небо, фактически пытаясь улететь назад в воздухе, в то время как две пары передних ног под брюшком были сложены перед ней, прекрасно образуя оборонительную позу, белая сильная задняя лапка воспользовалась возможностью выбить в сторону рунической стрелы. Тем не менее, саранча Дух-Демон все еще недооценивала силу семикаменной сильной лука и рунической стрелы Ян Чжуньшаня. Руническая стрела несла в себе сильную силу лука и прямо разорвала задние ноги саранчи Spirit Demon, и стрела внезапно взорвалась, разорвав грудь и живот. В то же время Ян Чжуньшань мог чувствовать, как из тела саранчи Дух Демон внезапно выбрасывается слабый Дух Демона Ци. Саранча упала с неба, но пара крыльев всё ещё быстро дрожала. Странный крик, доносившийся от тяжело раненой саранчи, привел к тому, что окружающая гигантская саранча взорвалась. На самом деле он его не убивал! Взгляд Ян Чжуншана потемнел, саранча оказалась явно более настойчивой, чем он ожидал. Десятки гигантских очагов вокруг него бросились к ним, в то время как Ян Чжуньшань поместил на нос вторую руническую стрелу. Он увидел, что после того, как Дух демонской саранчи упал на землю, три её пары ног уже были разбиты на куски рунической стрелой, но ему всё же едва удалось с помощью крыльев уклониться в сторону задней части дерева. Эти десятки гигантских саранчовых, охранявших саранчовый рой, были чрезвычайно быстрыми, и прежде чем Ян Чжуньшань смог выстрелить второй стрелой, они уже набросились на всех. Чжан Хузи первым громко закричал, он яростно ударил, принеся сильный порыв ветра, и разбился в сторону одной из гигантских саранчовых, летавшей к нему. "Будьте осторожны с их крыльями и задними ногами!" Видя, что Чжан Хузи настолько глуп, Ян Цзюнььшань не мог не напомнить ему, что Чжан Хузи, очевидно, знал, насколько сильны его железные кулаки, и не принял близко к сердцу предостережение Ян Цзюньшаня. "Айя!" Несмотря на то, что гигантская саранча, которая нападала на него, была разбита ударом в мясную пасту, задняя часть его правой руки также была разрезана задней лапой одной из гигантских саранчовых. Хотя эти гигантские саранчи не подходили для этих юношей, под бесстрашным зарядом они поставили пятерых из них в трудное положение, особенно несколько десятков гигантских саранчовых, заряжавшихся вместе, что часто приводило к проигрышу. Культивирование Чжан Хузи составляло половину его железных кулаков, и после того, как он полностью рафинировал бессмертный дух среднего класса и пробил духовные полости в своем теле, его кулаки уже были рафинированы до того же цвета, что и черное железо. Однако, если он все-таки смог прорваться сквозь Кровавый край, то нет необходимости упоминать об остальных. Он уже убил шесть гигантских саранчовых, но на его спине было нанесено два кровавых ранения. Эти раны были нанесены крыльями одного из гигантских саранчовых, а также его одежда была повреждена, но, к сожалению, Ян Чжуньшань и другие не смогли доставить одежду из звериной кожи на вершину горы, потому что она была слишком громоздкой, в противном случае, он смог бы заблокировать заряд гигантских саранчовых. Что касается деревянного ножа в его руке, то первоначально Ян Цзюнььшань хотел, чтобы он купил сотню лезвий из рафинированной стали или длинное лезвие, но он сказал, что может использовать деревянные лезвия только плавно, и настоял на том, чтобы сделать сотню лезвий из рафинированной стали, что считалось странным делом. Сейчас Сюй Цзин выглядела еще более несчастной, но под ее руками уже погибло более семи-восьми гигантских саранчовых, и на ее теле не было ни одной раны. Но по сравнению с Су Баочжан и Чжан Хузи, которые были на твердой лошади и должны были бороться с гигантской саранчой, Сюй Цзин не хотела, чтобы эти отвратительные вещи разрезали ей кожу, особенно когда она собиралась убить двух гигантских саранчовых одним махом, она не ожидала, что третья внезапно появится с затылка. В это время Сюй Лэй выступил исключительно хорошо, окружая его с гигантской саранчой летали в ее направлении. В результате на его теле уже было три-четыре кровавых раны, а количество гигантской саранчи, скончавшейся на руках, также составляло от четырех до пяти. И после того, как Чжан Хузи потерпел поражение в начале, он стал гораздо послушнее после обучения, но он уже был очень ошеломлен собой, даже если он немного и научился, у него был предел. Среди них четверых он убил самых гигантских саранчовых, почти десять из них, но и они пострадали больше всех, и их одежда была разорвана до неузнаваемости. Тем не менее, разрыв между ними четырьмя и Ян Цзюньшанем был гораздо более очевидным. Ян Цзюнььшань держал в руках меч-саранчу, и под непрерывными атаками гигантской саранчи он мог легко уклониться от атак гигантских саранчовых, и в то же время каждый раз, когда он ударял руническим коротким мечом, он мог точно поразить одного из гигантских саранчовых стражников. До сих пор на теле Яна Чжуншана не было ни одного ранения, а количество гигантских саранчовых, упавших вокруг него, уже превысило 15. "Больше половины охранников гигантской саранчи были убиты. Брат Чжун Шань, не дайте сбежать королю насекомых, иначе мы всё потеряем!" Несмотря на то, что Сюй Цзин, уклоняясь, выглядела жалко, её глаза были очень хитрыми. Все окружающие сцены были в ее глазах, и она, естественно, видела спокойствие Ян Чжуньшаня. "Не волнуйся, она не сможет сбежать". Разве ты не слышала следы Ху Ниу?" Из рунического короткого меча в руках Ян Чжуньшаня вылетел луч света, и в то же время, со звуком "Ду", он проткнул дыру в трехдюймовом гранатовом дереве глубиной в три дюйма. Прямо в это время сзади гранатового дерева внезапно раздался рев, неизвестно, когда Ху Ниу, приехавший на задворки леса, внезапно отскочил от травы, надавив на саранчу, которая пыталась убежать после того, как получила тяжелые травмы. "Будьте осторожны!" Как раз в тот момент, когда Ху Ниу схватил саранчу, два гигантских саранчи внезапно спрыгнули с деревьев с обеих сторон, острыми задними ногами они вонзили ножом прямо в глаза Ху Ниу. Короткий рунический меч в руке Яна Джуншана был брошен в сторону одной из гигантских саранчовых, в то время как он сам зарядил вперёд и ударил другую гигантскую саранчу. Со звуком "чи-ла" одежда на спине Ян Джуншана уже была разорвана шипами крыла гигантской саранчи, и сверкающие бусины крови сразу же просочились наружу. ---------- Птерин Пятеро из них стояли на талии западной горной вершины и смотрели вниз с горы. Сразу после того, как саранча была убита одним ударом Ху Ниу, саранчовый рой, покрывший всю гору, стал хаотичным. Несмотря на то, что перед саранчой, казалось бы, не было очевидного порядка, всегда существовала общая закономерность. Например, гигантская саранча приносила обычную саранчу, двигаясь с юга деревни на юго-запад для нападения и так далее. С общей точки зрения, рой саранчи мог сохранять последовательную схему направления. Однако саранча под горой всё ещё промокала в небе. Однако они находились в полном хаосе, как мухи, случайно рассеивающиеся вокруг. Большое количество саранчи улетало из двух деревень со всех сторон, поэтому саранча, покрывавшая их, выглядела гораздо слабее. "Хорошо, этот король насекомых действительно может воздействовать на весь рой саранчи. Брат Чжун Шань, сегодняшний поступок совершают две деревни с более чем десятью тысячами человек, мы в долгу перед вами!" Ян Чжуньшань улыбнулся, когда махнул рукой, и сказал: "Сегодня дело в пятерых, не только во мне, но и в Каменной деревне". Су Баочжан сказал с суровым лицом: "Брат Чжун Шань, не надо быть скромным, если бы ты не поднял нас на гору, боюсь, мы бы даже не знали, существовал ли Король Насекомых, не говоря уже о том, что если бы его убили вы с Ху Ниу, в конце концов, большая часть заслуги досталась бы тебе!". Су Баочжан явно делал все возможное, чтобы защитить Ян Чжуньшаня. Хотя остальные трое не желали его принимать, они не смогли найти повода для опровержения, но с лестью Су Баочжанга им было еще труднее согласиться. "О, да!" Ян Чжуньшань ударился головой и сказал: "На самом деле я забыл собрать свою военную добычу!" Остальные четверо странно на него посмотрели. Это была всего лишь несколько дюжин гигантских саранчовых, какие останки войны? Видя, что всем было любопытно, Ян Чжуньшань снял одно из крыльев гигантской саранчи и спросил Чжан Хузи: "Ху Цзы, твой отец - кузнец, ты должен был многому научиться у своего отца, что ты думаешь о крыльях этой гигантской саранчи?". Глаза Чжан Хузи сразу загорелись и сказали: Ах да, как я мог не подумать, эта штука тоньше бумаги, но она настолько острая, что может даже порезать руку, что я должен принести ее обратно, чтобы отец увидел. Ах да, задние ноги этой гигантской саранчи еще сильнее, она может даже прорезать мне заднюю часть руки, если ее использовать как секретное оружие... Не дожидаясь выступления Чжан Хузи, остальные уже начали собирать крылья и задние ноги гигантской саранчи. Чжан Хузи издал громкий крик и быстро присоединился, хотя этот мальчишка был немного ошеломлен, но способ, которым он собирал подобный материал, был вовсе не небрежным. Однако Ян Цзюнььшань ничего не сделал, потому что лучшая пара крыльев уже приземлилась в его руках, это была штука на саранче. К сожалению, эта пара задних ног была уничтожена стрелой Руна, и он не мог их найти, даже если бы захотел. Хотя крылья и задние ноги нормальной гигантской саранчи тоже были очень острыми и твёрдыми, они явно не были на уровне оружия, с помощью которого можно было бы усовершенствовать оружие. С другой стороны, тело и боевая мощь гигантской саранчи намного превышали мощь обычных гигантских саранчовых, в результате чего ценность их крыльев и задних ног значительно возросла. И с точки зрения Ян Джуншана, это было связано с тем, что гигантская саранча также была заражена демонической саранчой ци, и не исключено, что Дух демонской саранчи целенаправленно заразил их, хотя демонической ци было недостаточно, чтобы заставить их превратиться в демонов, этого было достаточно, чтобы поднять их силу. Конечно, самое главное в демонской саранче на элементарной стадии было не то, какой материал она имела, что могло быть использовано в качестве духовного материала, а небесный дух внутри её тела. Дух демонического зверя, который трансформировался в демона, должен был обладать интеллектом, и в то же время, он породил фею. И дух этой демонической саранчи заставил Ян Чжуньшаня почувствовать странное чувство, что у него все еще должна быть эта пара крыльев, хотя он и был справедливым из низших бессмертных духов, но это была настоящая пара крыльев! После того, как саранча Духовного Демона была убита Ху Ниу, пара крыльев раскрыла свой истинный облик из-за потери сокрытия Духовного Демона Ци. К счастью, Ян Чжуньшань уже был готов, и быстро убрал пару крыльев. Небесные духи также могли быть использованы в качестве примера духовных материалов, точно так же, как и Божественная Сущность Холодной Стали среднего класса, которую Чжан Хузи усовершенствовал, это был сам духовный материал, который мог быть использован для создания духовных инструментов среднего класса, однако, сокровища, которые могли быть использованы между духовными материалами и духовными материалами, были уже чрезвычайно редки, и Ян Цзюнььшань имел в руках два крыла, и самое главное, это была на самом деле пара крыльев! Раньше говорили, что парные бессмертные духи крайне редки, но этот тип двойного крылатого бессмертного духа наиболее подходил для пары с парой бессмертных полостей ниже ребер. Как говорится, пара крыльев образовывала ребра, но казалось, что культиватор с такими странными полостями бессмертного духа в земледелии отсутствовал даже больше, чем пара бессмертных полостей, образованных обеими руками, как Чжан Хузи и Ян Чжунпин. "Пойдем, спустимся с горы!" Половина материалов о десятках гигантских саранчовых была взята Чжан Хузи в одиночку. Ликующий Чжан Хузи закричал и призвал всех поторопиться и спуститься вниз с горы. Ян Цзюнььшань, естественно, хотел, чтобы все покинули гранатовый лес. Несмотря на то, что он был достаточно хорош как прикрытие и не беспокоился о том, что экстремальный новичок перед ним почувствовал, что что-то не так, Ян Цзюнььшань, который рассматривал это место как свою личную территорию, естественно, не хотел, чтобы все здесь задержались. Из-за потери роя саранчи Духовного Демона, изменения в деревне не могли быть скрыты от Ян Тяньгана и другого Военного Культивирующего Царства s. Однако, в это время Духовный Фермер уже вернулся в свои соответствующие Линг Тянь s, было нелегко организовать их снова. В это время, кроме духовной долины, которую ограбили, остальная часть духовной долины уже была съедена гигантской саранчой. Однако в это время деревня Tuqiu s все еще защищала Линг Тянь, чтобы саранча не откладывала больше яиц среди Линг Тянь, и во время второго года земледелия это было неприятно. Даже Ян Тяньган и жена Хань Сюмэй бросились к подножию западной горы. Когда группа Ян Чжуньшаня из пяти человек спустилась с западной горы, три средних Линь Тянь собрались в деревне у четырех Военных Культиваторов Царства. Они уже слышали от Ян Цяньхая и других о том, что пять подростков поднялись на гору, чтобы убить Царя Насекомых. Немногие из них не могли не смотреть друг на друга в страхе, не зная, что среди орды саранчи есть еще один Король Насекомых. Однако, саранча в деревне бегала вокруг, как безголовые мухи. Многие из саранчи даже улетели из деревни и уже не были такими эксклюзивными, как когда напали на деревню. Как будто они потеряли контроль над деревней. Сюй Саннян в шоке спросил: "Брат Ян, я слышал от детей, что ты рассказал своему сыну о Короле Насекомых среди саранчи?". Ян Тяньган смущенно засмеялся, ему пришлось закончить эту ложь и сказал: "Это была просто догадка, кто бы мог подумать, что это отродье отнесутся к этому серьезно, он на самом деле привел Маленького Брата семьи Сюй и Ху Цзы Брата Чжанга, чтобы пойти, какой высокомерный парень, на самом деле преподать ему урок так случайно!" Сюй Саньян посмеялся и сказал: "Похоже, брату Яну очень повезло. Кто знает, может быть, эти немногие дети совершили достойный поступок!" Кузнец Чжан посмотрел на массивы, расположенные вокруг Линг Тянь из семьи Янь и сказал: "Брат Янг, я не ожидал, что ты умеешь создавать формирования, но что это за формирование, его сила, похоже, не велика, но против саранчи это кажется невозможным, так как брат Янг уже упоминал об этом раньше. Если бы у нас был такой массив, у нас не было бы таких трудностей, не мог ли брат Янг скрыть какие-то секреты?". Положив обе руки на талию, он изрыгнул на Кузнечного Чжана полный рот звезд: "Старый Чжан, что ты имеешь в виду? Исходя из того, что я сказал, если бы мой хозяин не привел бы всю деревню к победе над саранчовым роем, сколько бы процентов духовной долины деревни осталось? Сколько процентов потеряла бы духовная долина вашей семьи Чжан? И теперь вы обвиняете моего хозяина в том, что он пришел, что вашу совесть съела собака? " Хотя он был в ярости, когда поспешил с юга деревни в Линг Тянь, ранее он остановил несколько фермеров духовной долины s. Он знал, что его собственная духовная долина s собрала восемьдесят процентов урожая, и хотя это было на несколько дней раньше зрелого дня, все же этого было достаточно, чтобы спасти семьдесят процентов урожая в прошлые годы. А возможность сохранить семьдесят процентов урожая после гигантской саранчовой катастрофы уже была благословением на небесах, и все в деревне были свидетелями этого. Видя, как кузнеца Чжана так жестоко ругали, Хань Сюмэй мог только храпеть и не говорить. Видя, что волнение закончилось, Сюй Саннян сразу же сообщил об этом: "Мы все из одной деревни, и на этот раз, столкнувшись со стихийным бедствием, мы должны работать вместе". Если есть разногласия, мы можем поговорить об этом позже". В это время, также сказал Ян Тяньган: "Брат Чжан, пожалуйста, дайте мне знать, что способность моего сына к образованию - это то, о чем я не знаю, я верю, что у этого брата была какая-то случайная встреча, поэтому он решил установить этот массив, в конце концов, образования слишком глубокие, и не могут быть выучены только потому, что он хочет, если у брата Чжана есть вопросы, ну, дети скоро спустятся с горы, так что брат Чжан может спросить!". Даже отец не знал способностей сына, поэтому для такого постороннего человека, как он, было естественно спросить об этом перед отцом! Когда Ян Чжуньшань и остальные с радостью спустились с Западной горы, чтобы вернуться в Линг Тянь с, они увидели, что Ян Тяньган и другое военное царство Культиватоад уже бросились в средний ярус Линг Тянь с и истребляют их. По сравнению с ранее хаотичной сценой подростков, когда четыре Боевых Царства Культиватонд несколько Духовных Фермеров достигли пятого этажа Смертельного Царства вместе взятых, это было гораздо более расслабленным, и самым расслабленным среди них был Ян Тяньган и его жена. Хань Сюмэй, напротив, просто присел на каменную платформу перед каменным столом, за который изначально отвечал Ян Цяньхай, и начал изучать строй. Что касается Яна Цяньхая, то он, естественно, сам себя встал на сторону, не только его, но и других юношей, которым даже не нужно было ухаживать за нефритовыми монетами, которые истощились на каменном столе после того, как Ян Тяньган приземлился на каменном столе. Собственная огромная сущность духа Яна Тяньгана была достаточна для того, чтобы вся формация работала бесперебойно. ---------- Соло "Там действительно есть король жуков?" Ян Тяньган увидел, что его сын на самом деле также хотел спросить о стройке, но после того, как он посмотрел на Сюй Сан и кузнеца Чжана на минуту, он все еще спрашивал о других вещах. Король насекомых, естественно, был чрезвычайно важен. Если бы он мог быть уверен в этом, когда он снова столкнулся с гигантской саранчой в будущем, самой важной вещью было бы найти и убить Короля Насекомых. Кроме того, многие гигантские саранчи в разных частях Юсяни были поражены этой катастрофой, и она была наполнена печальными новостями. Если бы он действительно мог подтвердить, что среди каждого роя саранчи был Король Насекомых, то это было бы большим подспорьем для Юйсяня в его борьбе с саранчовой чумой. Прямо сейчас, это был уже второй день вторжения саранчи. Даже если бы Ян Цзюнььшань не рассказал им секрет Короля Насекомых, завтра он был бы открыт случайно, и через два-три дня, когда различные культиваторы подтвердят это, гигантская саранча Юйсяня была бы подавлена одна за другой. Ян Цзюнььшань кивнул: "Действительно есть Король Насекомых!" Этим он рассказал остальным о том, что случилось на западной горе. Кузнец Чжан слышал, что группа гигантской саранчи, напавшая на деревню Туцю, была из одной и той же группы, и после того, как Ян Джуньшань убил Короля Насекомых, он выпустил холодный фыркать. "Эти ублюдки из деревни воспользовались мной!" Ян Тяньган на секунду задумался и сказал: "Хотя мы не уверены, что король насекомых существует в каждой волне, мы все же должны сообщить об этом Лю Чжэнь. Как только существование короля насекомых подтвердится в любой другой деревне, это, несомненно, будет полезно для борьбы с гигантской саранчой". Сюй Саньян говорил кислым тоном: "Если это так, брат Ян, то, боюсь, вы оказали еще одну достойную услугу. В последнее время в городе ходят слухи, что Лю Чжэнь может подняться в звании, а Небесная Секта решит занять в городе должность Военного Культиватора Царства. Боюсь, что брат Ян Йот на этот раз может стать кандидатом, и даже может быть принят в качестве внешнего ученика Потрясенной небесами сектой, поднявшись, чтобы стать сильнейшим в городе"! Хотя потери, понесенные деревней Туцю в результате гигантской саранчовой катастрофы, еще не материализовались, они определенно были гораздо меньше, чем потери, понесенные им ранее в деревне. На самом деле это был большой вклад, если бы в сочетании с делом Царя Насекомых, Ян Тяньгану было бы трудно не привлечь внимание Небесной Потрясенной Секты. Хотя Ян Тяньган сообщил гвардии о возможном существовании короля жуков среди гигантской саранчи, Ян Чжуньшань не заботился об этом вопросе. В конце концов, возможность уменьшить саранчовый рой во всём Юсяне всё же считалась хорошей вещью. Дело в том, что Ян Юньшань действительно заботился о том, что хотя секрет короля насекомых не мог храниться долго, земледельцы в то время не знали, что король насекомых на самом деле был демонизированной саранчой, и что звери, которые были демонизированы саранчой, должны были иметь небесные духи в своем теле. Следовательно, даже если культиваторы, которые убили царя-насекомого, имели бессмертных духов, они не знали, что у царей-насекомых гигантской саранчи все были небесные духи в их телах. Ян Чжуньшань тайно рассказал об этом Яну Тяньгану, а также показал Крылатую Фею Духу, который он получил для пары. Они оба были поражены, ранее, Ян Цзюнььшань, получив эту пару Демонической Медвежьей Пальмы Бессмертного Духа Ци уже было чем-то, что сделало их двоих чрезвычайно счастливыми, они не ожидали, что его сын найдет пару Бессмертного Духа Ци. Несмотря на то, что это был всего лишь низкосортный духовный камень и сфера его применения была чрезвычайно узкой, в конце концов, это все-таки была пара. "Вы хотите сказать, что у царей насекомых из других гигантских групп саранчи могли быть небесные духи?" Ян Тяньган взглянул на кузнеца Чжана и Сюй Санняна, особенно на невестку Сюй Санняна. Затем он тихо сформировал рукой печать, и причудливая волна начала циркулировать вокруг Ян Тяньгана, так что никто не мог услышать его слова. Ян Цзюнььшань, естественно, знал, что эта техника на самом деле называлась "Метод скрытого звука", это waechnique, который культивисты использовали для обсуждения секретов. После применения этой техники, даже если бы Сюй Цзин обладала особыми врожденными слуховыми способностями, она не смогла бы услышать разговор членов семьи Ян с ее нынешним культивированием. Ян Цзюнььшань смеялся: "В любом случае, убийство нескольких королей насекомых неплохо, наоборот, это еще больше укрепит вашу репутацию старика". Если действительно есть фея, то ты заработаешь!". Выражение Ян Тяньгана было явно тронуто, но Хань Сюмэй тоже спровоцировал: "Я вижу, что то, что сказал мой сын, имеет смысл, с учетом того, насколько распространена катастрофа, наверное, будет трудно для всех здесь, если мы сможем получить несколько бессмертных духов, тогда мы сможем получить хотя бы несколько сотен нефритовых монет, и этого будет достаточно для нас, чтобы провести длительный период времени!". Когда Ян Чжуньшань увидел, что даже его мать присоединилась к убеждению, он понял, что, скорее всего, ей это удалось. На самом деле, Ян Цзюнььшань мог бы сделать это сам, но с его нынешним выращиванием, ему было бы нелегко найти саранчовый рой. Тем не менее, для Военного Культиватора Королевства, как Ян Тяньган, который уже имел свое собственное сознание, было гораздо проще. Так как группа гигантской саранчи, напавшей на деревню, была занесена в песок, хотя количество унесенных обычных саранчовых все еще было выше группы гигантской саранчи, но совместными усилиями деревни Tuqiu, утром второго дня саранчовый рой деревни Tuqiu был в основном под контролем, а на третий день саранчовый рой уже был истреблен в больших количествах. К четвертому дню саранчовый рой деревни Туцю был практически уничтожен, став первой деревней во всем Пустоши, которая спаслась от чумы саранчи. Деревня Туцю приблизительно оценила потери, вызванные саранчовой чумой на этот раз. Все Линг Тянь получили лишь около семидесяти процентов духовных долин, а поскольку они не достигли полностью зрелого мира, их производство сократилось на сорок процентов по сравнению с прошлым годом. Когда новость распространилась, не только деревня Туцю не разочаровалась, напротив, все они были рады и даже счастливее, чем когда собрали урожай в позапрошлом году, потому что новости о бедствиях, которые происходили в различных частях уезда Мэнъю, также постоянно распространялись и в деревне Туцю. Из этих новостей, забудьте о других деревнях в уезде Мэнъю, даже тех, кто потерял шестьдесят процентов урожая, было крайне мало. Во всем уезде Мэнъю только фермы, расположенные недалеко от уездного города, имели урожай, сопоставимый с деревней Туцю, но поскольку в уездном городе во главе с Культиватором Адепт Царства стоял Адепт Царства, то считалось, что в других деревнях урожай составляет от тридцати до сорока процентов, а в деревне Туцю сложилась уникальная ситуация во всем уезде Мэнъю. Если было сказано, что вся деревня Туцю восстановила только шестьдесят процентов урожая, то семья духовной долины Ян Джуньшань также отняла, по крайней мере, восемьдесят процентов урожая. Благодаря действию ядовитого порошка, Линг Тянь s семьи Ян Тяньган не получил слишком много повреждений от саранчи. Только менее 10% духовной долины s было съедено саранчой из-за неравномерного распределения ядовитого порошка. В Пустоши было много слухов, что после того, как Лю Чжэнь покинул город, очень вероятно, что Ян Тяньган будет перемещен в город. Даже если бы он не взял на себя роль охранника, он, по крайней мере, стал бы помощником Ян Тяньгана, и через несколько лет Пустынный город определенно оказался бы в его руках. Однако, как и все в Пустынном городе обсуждали Ян Тяньгана, эта деревня Туцю лежала в ожидании возле деревни в Пустынном городе. Используя метод, который предоставил Ян Цзюнььшань, Ян Тяньган спокойно покинул деревню Туцю в день, когда саранчовая чума была ликвидирована, а затем он отправился в деревню Земля Мэн и деревню Земля Юань. Не предупредив две деревни Военного Культиватора Царства s, он нашел и убил двух Королей Жуков и переоценил охрану Короля Жуков, и, как и ожидалось, получил двух Небесных Духов низкого яруса. Однако, в это время большая часть гигантских саранчовых бедствий Пустоши уже эффективно контролировалась, поэтому Ян Тяньган приехал в эту деревню Пустоши. Чума саранчи в этой деревне еще не полностью рассеялась. Глядя издалека, можно было увидеть, что духовная долина среди Линг Тянь в этой деревне уже была разорвана на куски. Ян Тяньган наблюдал снаружи деревни более двух часов. Благодаря специальной технике, которую Ян Чжуньшань умышленно воспитывал, когда говорил о Царе Насекомых, он уже определил местонахождение Царя Насекомых. Только потому, что это место было слишком близко к деревне, если бы он сделал шаг, то, скорее всего, это вызвало бы тревогу у Военного Культиватора в деревне. Чтобы избежать ненужных недоразумений, Ян Тяньган ждал этой возможности, ожидая, когда эта группа Царей Насекомых покинет деревню на некоторое время, прежде чем сделать свой ход. Однако в настоящее время он немного волновался, и, основываясь на своих расчетах, в это время он должен был уже подтвердить сообщение, которое он сделал Небесному Секту о Царе-насекомых. Как раз в это время от саранчи вдалеке произошло движение. Ян Тяньган поднял голову и посмотрел, только чтобы увидеть, что одна техника за другой взорвалась в саранчевом рое, в результате чего гигантский локусо умер. Два культиватора из области боевых искусств вышли из деревни, разговаривая и смеясь, человек перед ним, Ян Тяньган, был человеком, с которым он был чрезвычайно знаком, это был Цянь Чунлай, на которого он ранее имел обиду. "Странно, что этот Цянь Чунлай делает в Пустоши!" Ян Тяньган быстро сдерживал своего Ци, опасаясь, что его обнаружат два культиватора одного и того же уровня возделывания. К счастью, они не ожидали, что во время нашествия саранчи кто-нибудь спрячется сбоку. "Тогда решено. Когда придет время, я надеюсь, что староста Ye Village поможет мне сказать еще несколько слов. Я определённо вознагражу тебя красиво!" Цянь Чунлай выглядел очень серьёзно и искренне. Другой культиватор, который вывел Цянь Чунлая из деревни, засмеялся и сказал: "Будьте уверены, брат Цянь". Предоставь это мне, старина Йе. Когда придет время, мой шурин обязательно за тебя заступится". Перед отъездом Цянь Чунлай даже засунул вышитый мешок в руки мужчины. Судя по опыту Яна Тяньгана, вышитая сумка должна быть заполнена большим количеством нефритовых монет, но Цянь Чунлай не знал, что он делает, чтобы на самом деле быть готовым потратить столько денег. После того, как Цянь Чунлай уехал, староста деревни Е также вернулся в деревню через группу гигантской саранчи. Прошло уже пять-шесть дней с момента вспышки саранчовой чумы, и даже самое медленное село уже контролировало бы ситуацию, но староста села Е, похоже, не заботился о саранче в селе. Ян Тяньган с презрением смотрел на спину старосты Йе, и только до тех пор, пока спина человека не была полностью прикрыта саранчовым роем, он бросился к западу от деревни. Когда Цянь Чунлай и староста деревни Йе раньше вышли из деревни, то вдали от деревни, к западу от нее, царя насекомых напугала вспышка безумной бомбардировки. ---------- Налог на продукты питания Подобно тому, как половина Юйсяня находилась в состоянии хаоса из-за гигантской саранчи, жители деревни Tuqiu уже спешили убрать урожай с духовной долины s, превратить его в гранулы, греть на солнце и хранить. Точно так же, как вся деревня Tuqiu начинала быть занята, Ян Джуншань принес Ху Ниу обратно к источнику духа в Западной горе, чтобы снова начать культивирование. С возрастом Ян Цзюнььшаня, говоря логически, он должен был участвовать в работе по дому, чтобы помогать фермерам, но Ян Цзюнььшаню не нужно было беспокоиться о семейных делах, так как престиж Ян Тяньгана в селе Туцю был на пике, и многие жители села были готовы сражаться за него, даже Хань Сюмэй не нужно было ничего делать, им нужно было только наблюдать за собственными полями. Но Ян Цзюнььшань в это время не культивировался внутри пещеры "Дух Весны", он проверял раны на плече. В тот день, когда он убил саранчу Дух-демон в гранатовом лесу, в последний момент Ху Ниу попал в засаду, устроенную гигантскими саранчовыми охранниками, лежащими в засаде на дереве. Чтобы защитить Ху Ниу, Ян Чжуньшань был разрезан крыльями гигантской саранчи пополам. В то время, хотя Ян Цзюнььшань чувствовал, что рана не легкая, кровотечение на его плече не было серьезным, до такой степени, что и Су Баочжань, и остальные считали, что рана не была тяжелой, особенно после спуска с западной горы, рана на его плече уже сама по себе начала сгущать струпья крови, Ян Тяньган считал, что это был всего лишь порез на коже, ничего страшного не произошло. Однако только сам Ян Цзюнььшань знал, что его плечо было порезано на дюйм, если бы это был кто-то другой, то они не осмелились бы быть беспечными, по крайней мере, не такими, как он, у которого осталось такое небольшое количество крови. С тех пор, как Ян Цзюнььшань спрятал свое истинное тело и активировал свой бессмертный костный мозг высшего класса, Ян Цзюнььшань надеялся, что у него будет особый талант, как у Сюй Цзина. Однако, выровнявшись до Царства Духовного Просвещения, он так и не понял, что в его теле произошли какие-то изменения, и его особые таланты, казалось бы, были просто принятием желаемого за действительное. Только после поездки в Туо У Шань Ян Цзюнььшань понял, что он действительно может путешествовать по миазме, не беспокоясь о том, что его отравят. Несмотря на то, что он не был по-настоящему непроницаем для ядов, его тело было чрезвычайно устойчивым к ядам, и в этом не было никаких сомнений; Может ли быть, что помимо способности противостоять ядам, его тело также обладало способностью быстро исцелять себя? Что это была за странная техника? Он никогда не слышал о любой другой врожденной способности. Качая головой, несколько смущенный Ян Чжуньшань мог сосредоточиться только на практике Карты Горного Монарха и [Духовном Искусстве Уту]. Хотя Ху Ниу не мог с ним общаться, но от культивирования Ху Ниу "Тигрового маяка", Ян Цзюнььшань опасался, что он уже достиг уровня "Тигровой диаграммы воюющего тигра", и по сравнению с Ян Цзюньшанем, восемь изображений "Картины горного властелина" были гораздо более подходящими для тренировки Ху Ниу. Нынешнее культивирование Ху Ниу можно рассматривать как вызов духов по мнению Ян Цзюнььшаня, но такому демоническому культиватору, как Ху Ниу, естественно, не нужно было, чтобы Ян Цзюнььшань помог ему найти бессмертных духов, а скорее, она начала конденсировать свой собственный бессмертный дух внутри тела Ху Ниу после купания в демонической энергии. То есть, если бы Ху Ниу вытащили из его кожи, она могла бы даже получить одного или двух высококачественных бессмертных духов. Однако, Ян Чжуньшань сам знал, что будущее Ху Ниу будет экстраординарным. По словам великих демонических культиваторов в его предыдущей жизни, все они уже пробудили свой интеллект еще до того, как произошли великие изменения, и с текущими способностями Ху Ниу, в сочетании с ее собственной помощью, ее будущие достижения не были бы ничуть не хуже, чем те великие демоны в его предыдущей жизни. Что касается самого Яна Чжуншана, то, хотя его культивирование уже перешло в третью стадию Смертельного царства, третья стадия Смертельного царства была важной переходной стадией, а мир культивирования обычно рассматривал третью стадию Смертельного царства как среднюю стадию Смертельного царства. Именно потому, что на этой стадии земледельцам часто приходилось тратить большое количество времени на накопление и хранение своих культиваций, чтобы окончательно превратить свои духовные полости в бессмертные корни и заложить самый основной источник возделывания. Причина была очень проста. Качество бессмертных духовных сущностей, которые он использовал для вскрытия бессмертных духовных полостей, было слишком высоким, расширяя их далеко за пределы обычных людей, и ему было нелегко заполнить духовные полости духовной энергией, не говоря уже о том, что культивирование [Уту Духовного Искусства] Ян Цзюнььшаня изначально было стабильным методом, и оно славилось очень медленными методами культивирования в Небесной Потрясенной Секте. Если вы хотите ускорить свое культивирование, вы можете думать только о таблетках для культивирования, нефритовых монетах, спиртовых венах и других вещах, которые необходимо использовать. Что касается опыта выращивания, то, имея опыт прошлой жизни в качестве основы, я не испытываю недостатка в нем, но чтобы найти возможность выйти и уехать, после переезда из Ченьюского уезда в Пустошь, я не выходил из царства Меньгюского уезда. Раньше мое выращивание не было достаточно высоким, но теперь я должен идти собирать хорошие вещи, чтобы подготовиться к будущему. После пребывания в пещере Весны Духа в течение нескольких дней, Ян Чжуньшань привез Ху Ниу домой. Как только он вошел в дом, он почувствовал, что атмосфера в доме сегодня не в порядке. Видя, как его второй брат осторожно указывает на гостиную, спросил Ян Цзюнььшань: "Отец вернулся?" Ян Чжунпин взглянул в сторону зала и сказал: "Я вернулся. Я бросаю лицо, похожее на истерику!" Ян Чжуньшань спросил любопытно: "Почему?" Ян Чжунпин сказал: "Я должен спросить, иди спроси маму, верно, Сюй Саннян и отец Чжан Хузи тоже только что пришли!" Когда Ян Чжуньшань подошел к входу в зал, он услышал громкое проклятие кузнеца Чжана: "Что? Весь Юсянь имеет как минимум три округа, которые пострадали от гигантской саранчи. Забудьте о других, просто тот факт, что наш округ Менгюй Линь Тянь смог сохранить 30% урожая за последние годы, уже довольно неплохой. Только в этом году налоги на продукты питания в Небесах были снижены на треть? Разве это не то же самое, что выкопать последний кусочек духовной долины, который использовался для поддержания выращивания из промежутков зубов? Не смотря ни на что, ты все еще деревенский староста, как ты можешь не сражаться с городом за себя? " Под звук "па" Ян Тяньган ударил по столу и сказал: "Думаешь, этот папа не сказал, как ты думаешь, шесть или семь деревенских старосты - все немые? Но приказ, пришедший из Небесной секты, был о снижении налога на зерно на одну треть, что может сделать этот папа!? " Чем больше говорил Ян Тяньган, тем злее он становился и продолжал говорить: "Теперь, когда я прибыл и охраняю всех старосты деревни, все они с сарказмом говорят мне: "Лао Ян, твоя деревня Туцю была установлена по стандартам всего города, и скорость передвижения гигантской саранчи была снижена только на треть, а налог на продукты питания в Небесной Святилище также был снижен только на треть". Если там действительно есть желе, то ваш отец определённо даст вам нулевой налог на продукты питания, а все остальные определённо заплатят 10%! " Голос Сюй Санняна сразу же прозвучал: "Успокойтесь, братья, это все из-за налога на продукты питания, это не имеет к нам никакого отношения, не то, что нам нужно ущипнуть себя в первую очередь!" Зал был тихим на мгновение, потом Сюй Саннян снова спросил: Брат Ян, что ты думаешь о Хранителе, Владыке Лю? Ян Тяньган сказал приглушенным голосом: "Лю Чжэнь прятался, он, наверное, знает, что это нелегко объяснить старосте деревни, это Цянь Чунлай всегда передавал информацию различным старосте деревни! Голос кузнеца Чжана все еще нес гнев, как он и говорил: "Не может же быть, что Цянь Чунлай, этот ублюдок, действует за его спиной?" "Он осмеливается!" Ян Тяньган сказал глубоким голосом: "Он просто мошенник, который издевается над слабыми и боится сильных, у него, Цянь Чунлай, не хватает смелости. Даже Лю Чжэньбяо не осмеливается оскорблять массы по этому поводу, но это также доказывает, что сумма налога на продукты питания, которую Небесная Секта установила для него, бесспорна". Кузнец Чжан яростно сказал: "Ты не боишься потерять сердце в Юсяне?" "Человеческое сердце?" Ян Тяньган чихнул: "Чего ты боишься, Небесная Секта? Сколько лет в Юсяне было отстойно? Кто может сказать? До тех пор, пока Потрясенная небесами Секта говорит, что они хотят завербовать внешних учеников, многие культиваторы во всем Юсяне будут стараться изо всех сил прятать свои головы внутри, платить налог на продукты питания и не изменять сумму будет только ложью, и это только если они являются внешними учениками! " Сюй Саньян почувствовал скрытый смысл слов Яна Тяньгана и засмеялся: "Брат Ян на этот раз много сиял для нашей деревни, и даже для нас из всего уезда Мэнъюй, кто знает, сможешь ли ты сделать себе имя после того, как на этот раз небо сотрясается Секта вербовки? После того, как он закончил говорить, и Сюй Саннян, и кузнец Чжан посмотрели на Ян Тяньгана с восхищением. Но кто знал, что после того, как Сюй Саннян закончил говорить, Ян Тяньган на самом деле замолчал, и только еще более яростно курил под звуки "Ба Да Да". Видя, что Ян Тяньган не разговаривает, они вдвоем посмотрели на Хань Сюмэй и услышали, как Хань Сюмэй говорил яростно: "Потрясённая небесами секта несправедлива". На этот раз, несмотря ни на что, не будет нашей очереди быть главой секты, когда Секта Небес, потрясенная небесами, примет внешних учеников!". "Почему?" Кузнец Чжан и Сюй Саньян спросили одновременно. Обычно эти три семьи чрезвычайно ожесточенно сражались в деревне, но в это время вопросительный тон, который использовали эти две семьи, был наполнен изумлением, а не злорадством. Это было действительно потому, что Ян Тяньган преуспел в этом рое саранчи, и они не могли придумать никакой другой причины, чтобы помешать Ян Тяньгану стать внешним учеником Небесной потрясающей секты. "Вздох!" Хань Сюмэй также вздохнула, а затем показала насмешку в углу ее рта: На самом деле все довольно просто, просто стандарт для Потрясенной небесной секты на этот раз - набирать внешних учеников - определяется силой сбора налогов, и деревни с более низким урожаем в конце концов будут платить налог на зерно, тогда производительность главы деревни будет лучше, а верность Потрясенной небесной секции будет еще лучше. С нашим нынешним престижем взимать налог на зерно, естественно, очень просто, и у нас нет возможности проявить лояльность Небесной Потрясенной секте! Когда кузнец Чжан услышал это, он не мог не возмутиться до такой степени, что ворвался в смех: "Что за чушь это за логика!?" В это время Ян Тяньган вдруг сказал: "В этом городе появился слух, что старший сын семьи Богатого Класса Сюн находится всего в шаге от того, чтобы стать Учеником Небесной Потрясенной Секты". "Что?" Почему семья Сюн позволила всему уезду Мэнъю убрать за его сыном беспорядок? " ---------- Штормовой дождь "Поскольку семья Сюн - самый сильный человек во всем уезде Мэнъюй, он всего в шаге от того, чтобы стать новой восходящей звездой в Юсяне!" Ян Тяньган спокойно сказал: "До тех пор, пока его семья Сюн может стать одной из знаменитых сект в Юсяне, он будет одной из самых сильных держав под Небесной Связью! Какое отношение к ним имеет жизнь и смерть уезда Мэнъюй!?!? " Тираническая семья Сюн прижимала к себе в комнате четыре боевых культивитора, как гора, из-за чего они не могли дышать. После минуты молчания, сказал кузнец Чжан: "Тогда как насчет двух других тиранов в этом уезде? Что говорят семьи Нин и Ю?" На этот раз, даже без ответа Ян Тяньгана, Сюй Саннян уже догадался: Даже семьи Нин и Юй в это время не усложнили бы ситуацию для семьи Сюн! Кузнец Чжан был озадачен: "А что, ты не боишься, что семья Сюн подавит их после того, как станет знаменитым кланом Юйсянь? Более того, вся духовная долина уезда сократила производство, а действия Семьи Сюн, не понесли ли Семьи Нин и Юй каких-либо потерь? " Сюй Саньян горько смеялся: "Именно потому, что семья Сюн находится на грани продвижения в известную секту, кто бы ни хотел усложнить им жизнь, семья Сюн, безусловно, будет бороться за свою жизнь, так что две другие семьи избегают делать что-либо, более того, Семьи Нин и Юй имеют "Адептский Культиватор Царства" в качестве своего лидера, и ущерб, нанесенный им гигантской саранчой, будет сокращен в лучшем случае на тридцать - сорок процентов, налоги Семьи Сюн увеличились только на треть, вероятно, чтобы позаботиться об эмоциях этих двух семей! " Ян Чжуньшань услышал в комнате слова Военного Культиватора Боевого Царства s. Чем отличалось от того, что они думали, почему Небеса так легко согласились с этим методом? Потрясенная небесами секта, естественно, могла бы увидеть логику, лежащую в основе этого, но потрясенная небесами секта все еще молча позволяла Семье Сюн делать это, и в лучшем случае только заставляла Семью Сюн брать на себя ответственность и вину за потрясенную небесами секту. Видно, что главная причина заключалась не в том, что поколебавшаяся небесная секта была жадной к этой маленькой духовной долине, а в том, что поколебавшаяся небесная секта действительно нуждалась в этом большом количестве от духовной долины! Начиная с инцидента с рыжей рудой и заканчивая текущим инцидентом с налогами на продукты питания, Ян Чжуньшань, казалось, видел гигантского монстра, стоящего на краю скалы, пытающегося схватиться за каждую соломинку, чтобы спасти свою жизнь. С приходом Ян Тяньгана сбор налогов на продукты питания в деревне Туцю был завершен очень быстро, и это уже было в пределах ожиданий всех, но в других деревнях это было не то же самое. Из-за гигантской катастрофы с саранчой их производство было сокращено на две трети, но после того, как были обнародованы налоги на продукты питания в Небесах, можно сказать, что вся деревня была заполнена жалобами. Более того, в процессе сбора налогов были даже культиваторы верхних эшелонов рукотворной секты, которые спустились, чтобы призвать их пройтись по ней. Тем более, что этот вопрос был связан с судьбой клана, люди из рода Сюн во имя поколебавшейся небесной секты объезжали небольшие деревни и городки уезда Мэнъюй. Любых Духовных Крестьян, сопротивлявшихся эмоциям, эти люди ругали, оскорбляли, угрожали или даже избивали! В Пустоши, тот, кто платил налоги близко после деревни Tuqiu, на самом деле был деревней Земля происхождения, а предыдущий глава деревни Земля происхождения был Qian Chunlai. После того, как этот человек вступил в должность Хранителя, глава деревни Земля происхождения спустился на своего брата Цянь Инли. Несмотря на то, что Цянь Чунлай сумел вытеснить своего самого большого конкурента, Яна Тяньгана, чтобы получить рекомендацию от учеников внешней секты Небесно-Потрясенной секты из Лю Чжэня, несомненно, была лучшая возможность для него. Говорили, что Цянь Чунлай вызвал шум в деревне "Происхождение Земли". Ходили слухи, что старый Духовный Фермер в Деревне Происхождения Земли был вынужден умирать братьями Цянь Чунлай, потому что он не хотел платить налог на продукты питания. Однако, что касается вопроса о том, сможет ли он стать внешним учеником сотрясаемой небесами секты, было очевидно, что Цянь Чунлай не заботится о негативном воздействии сбора продуктов питания на него. Под подавлением братьев Цянь, наконец, были подавлены внутренние разногласия в семье Цянь. На этот раз Цянь Чунлай наконец-то стал популярным кандидатом в ученики внешней секты Пустоши. Говорили, что он получил поддержку непосредственного потомка от семьи Сюн, и что ученик семьи Сюн также был учеником внешней секты Небесной Пошатнувшейся секты. Однако само земледелие само по себе является воинственным местом, где можно отступить, если не продвинуться вперёд. Таким образом, будь то духовная долина, пшеница Духа, рис Духа или другие культуры, которые могли бы дать большие урожаи и короткие периоды времени, все они обычно использовались большинством культиваторов низкого уровня в качестве поддержки для увеличения своего возделывания. Когда Spiritual Farmers возделывают до определенного уровня, это не для того, чтобы держать их в тепле и насыщенности, а для того, чтобы, по крайней мере, гарантировать, что их культивация не будет снижаться даже в условиях нехватки ресурсов. Вот почему почти все Духовные Фермеры так упрямо владеют своим собственным Линг Тянь. Возьмем, к примеру, духовную долину Камень - это всего лишь ценность нескольких нефритовых монет, но использование нескольких нефритовых монет для культивации, в лучшем случае, истощит духовную энергию, содержащуюся в течение нескольких дней, и в эти несколько дней культивация культиватора может даже усилить эзульт, но как насчет того, что после нефритовых монет их культивация начнет снижаться, так как они не смогли надолго пополнить духовную энергию, и их культивация начнет уменьшаться. Однако, если бы они использовали эти Jade Coino в обмен на камень духовной долины, то, возможно, культивация культиватора увеличилась бы не столько из-за потребления духовной долины, сколько, по крайней мере, в течение двух-трех месяцев до того, как духовная долина закончит питаться, культиватор смог бы сохранить уровень своей культивации от снижения! Поэтому обычные культиваторы придавали большее значение духовной долине, чем нефритовым монетам! Но для старых Духовных Крестьян, которые были вынуждены умереть в Деревне Происхождения Земли, после того, как он перешагнул через вершину своего расцвета, его культивация не только потеряла всякую возможность продвижения, но и плотское тело тоже начало деградировать. Если бы он хотел сохранить свое культивирование, то количество духовной долины, которое он должен был пополнить, могло бы даже превзойти количество, которое должно было быть у взрослого человека. Если бы братья Цянь Чунлай силой забрали оставшуюся в его руках духовную долину, то это привело бы только к тому, что скорость старения его тела увеличилась, а его культивирование начало снижаться еще быстрее. Время его смерти, естественно, было бы гораздо короче, поэтому в конце концов он принял такое короткое решение. Через несколько дней после уплаты налогов настроение Ян Тяньгана совсем не улучшилось. У него все еще было мрачное лицо весь день, пугающее Яна Цзюньпина и Яна Цзюньсиня так сильно, что они спрятались и ушли, когда они увидели их отца. Ян Чжуньшань нашел Хань Сюмэй и спросил: "Мама, отец все еще размышляет над делами относительно учеников внешней секты Небесной Пошатнувшейся Секты?" По мнению Ян Цзюнььшаня, было хорошо, что Ян Тяньган не стал внешним учеником сотрясаемой небесами секты. Несмотря на то, что Секта Неба была сильной, это была только огромная лодка, которая вот-вот погрузится в океан. Хань Сюмэй вздохнул и сказал: "Некоторые вещи могут быть сказаны только для посторонних, чтобы услышать, с оригинальными достижениями твоего отца, нет необходимости использовать такие вещи, как сбор налога на продукты питания, чтобы рассмотреть, реальная причина, почему твой отец не может стать внутренним учеником, это из-за твоего дяди"! "Твой дядя был принят в качестве внутреннего ученика Небесной сектой, потому что он сообщил о вкладе Ржавого камня. Поскольку внутренний ученик уже вышел из семьи Янь, независимо от того, является ли это поколебленной небесной сектой или силами Юсяня, все они хотят стать внутренними учениками поколебленной небесной секты, они не хотят, чтобы семья Янь занимала еще одно внешнее место ученика. Когда Ян Цзюнььшань увидел своего отца, Ян Тяньган лежал на ротанговом кресле, курил и читал книгу. Когда Ян Цзюнььшань подошел, чтобы взглянуть, он обнаружил, что Ян Тяньган читал книгу о травах низкого духа. Ян Чжуньшань некоторое время думал, а потом сказал: "Отец, мы не определили, что посадит наш среднестатистический Линг Тянь." Ян Тяньган сказал: "Ну, я уже получил достаточно семян для Золотой Красный Цветок, достаточно, чтобы посадить несколько Линг Тянь s; ваш дядя также согласился помочь мне получить партию семян Алое пламя Grass, которая будет примерно достаточно, чтобы посадить несколько Линг Тянь s"; теперь осталось только немного Ling Tian's, я не знаю, что посадить, и, кстати, низко ранговое Небесное Сердце Вязов, которое вы привезли с горы Баньян, а также три низко ранга Небесных Духа, которые вы получили от убийства гигантского Царя-саранчи, в настоящее время рассматривают вопрос о том, стоит ли использовать нефритовые монеты, чтобы приобрести партию семян духовной травы, но до сих пор не подумали о покупке каких-либо семян. " Ян Чжуньшань пролистал карту травы духа на столе, нашел карту и сказал: "Как насчет того, чтобы вырастить это?" Ян Тяньган опустил голову, чтобы посмотреть, и спросил с сомнением: "Странные фрукты? Это семя было нетрудно найти, но какая польза от его посадки? Хотя этот предмет можно считать низкосортной волшебной травой, собранные плоды редко используются кем-либо. В процессе рафинирования можно использовать только некоторые неортодоксальные таблетки, поэтому даже если они выращены, их нельзя продать по заниженной цене! " Ян Чжуньшань "хэхэ" смеялся: "Может быть, в будущем это вдруг станет полезным!". Видя, что Ян Тяньган подозрительно смотрел на него, Ян Цзюнььшань случайно солгал и сказал: "Раньше я видел, как культиваторы ворот Сириуса собирали и очищали эту Духовную Траву без всяких ограничений. Кажется, что это из-за какой-то новой таблетки и требует большого количества странных фруктов, я слышал, что Сириус Гейт уже купил ее по высокой цене в уезде Чжан!". Ян Тяньган помахал рукой и сказал: "Так не пойдёт, это Ворота Сириуса покупают эту штуку, это же не Небесная Потрясённая Секта просит эту штуку, кому я буду её выращивать и продавать?". Отец, ты можешь посмотреть и сделать макрип в округе Чжан. Это все равно недалеко, с вашим выращиванием в области боевых искусств, въезд и выезд из Чжанского уезда нелегкий! Ян Тяньган нетерпеливо помахал рукой и сказал: "Мы поговорим об этом в будущем". Всё равно никакой спешки!" В это время Ян Чжуньшань, казалось, что-то придумал и сказал: "Верно, отец, говоря о Туо У Шань, я кое-что вспомнил. Помните долину, где мы встретили рой саранчи? Похоже, в долине был источник замысла убийства! " "Что?" Ян Тяньган внезапно вскочил со стула из ротанга, и стул из ротанга, который не мог взять его силы сразу же сломался, но Ян Тяньган даже не посмотрел, как он уставился на Яна Цзюньшана: "Что вы сказали, источник зла Ци? Что за х*** k ты знаешь об источнике адской энергии!"? " Ян Чжуньшань "Хэхэ" засмеялся и описал сцену в то время, когда в долине появилась орда саранчи, которая боролась за источник умысла убийства. В то же время он догадался, что источник умысла убийства прерывается, и поинтересовался, обнаружили ли уже они источник умысла убийства, когда он следил за саранчой в долине. Ян Тяньган уже был в восторге, он никак не мог сидеть спокойно. Когда он шел, он сказал: "Я еду в Туо У Шань, если все будет так, как вы сказали, я обязательно вознагражу вас за это, когда вернусь". Ян Чжуньшань сразу же последовал за ним и сказал: "Отец, на самом деле есть кое-что, о чём я тебе ещё не сказал!" Через семь дней после того, как Ян Тяньган бросился к Туо У Шань, все небо над пустынным городом потемнело, за ним последовал проливной ливень. В одно мгновение прошло еще пять-шесть дней, и небольшие ручьи в западных горах уже превратились в наклонный канал для потопа. Циньшуй также парил до самого края переполненной насыпи. Ян Цзюнььшань с тревогой наблюдал за дождем снаружи. Если это продолжится, после гигантской саранчовой катастрофы, произойдет еще одно наводнение! ---------- Красный Глаз После пяти дней и пяти ночей проливного дождя, сразу же после саранчовой чумы произошло еще одно наводнение. Дождь уже размылся в воспоминаниях Ян Чжуншана. Казалось, что-то подобное произошло, но неожиданных происшествий не должно было быть, иначе его воспоминания не были бы такими расплывчатыми. Несмотря на то, что Ян Тяньган в данный момент не был в деревне, он все равно каждый день докладывал семье о том, что произошло в деревне. Если бы это была нормальная ситуация, то этот Военный Культиватор мог бы сделать это за него. Несколько ручьев уже полностью превратились в канал для наводнения. Сбросившись с горы с бесчисленным множеством песка и камней, они сразу же распространились с двух сторон реки, затопив большое количество земли, открытой галькой и курганами в верхнем течении Циньшуй, включая несколько акров Линь Тянь. В этот день, точно так же, как Ян Цзюнььшань думал о том, когда дождь прекратится, он увидел, как Ян Тянь Ниу бежал под проливным дождем. Как только он вошел в дверь, он громко закричал: "Золовка, брат только что вернулся?". Хань Сюмэй знал, что что-то должно было случиться. Она поспешно вышла и сказала: "Твой брат ещё не вернулся. Брат Стальной Окс, расскажи мне, что случилось." Ян Тьеню с тревогой сказал: "Это деревня земляных камней, они сейчас затопляют затопленные поля. Хотя горные потоки затопили сельскохозяйственные угодья, жители деревни Земляной камень, очевидно, пересекли границу. Несколько акров Линг Тянь, которые изначально принадлежали нашей деревне, также были захвачены ими, и внутри ещё остались несколько акров Линг Тянь нашей семьи Ян!". Хань Сюмэй гневно сказал: "Дождь настолько сильный, что вода в полях стекает, что жирный Ши все больше и больше выходит из-под контроля. Брат Тхие Ниу, видишь, сколько их там?" Ян Тьену сказал: "Все три Военных Культиватора из Деревни Земных Камней здесь". Ах да, и этот парень, Цянь Чунлай, я думаю, что это дело могло быть начато этим парнем!" Хань Сюмэй сказал решительно: "Брат Тие Ниу, иди проинформируй Сюй Санняна и Кузнеца Чжана и позвони тому, у кого лучшее выращивание в деревне. Пойдём посмотрим!" Когда Хань Сюмэй ушёл, Ян Чжуньшань немедленно последовал за ним. Ху Ниу, который изначально был похож на хвост Ян Цзюньшаня, не последовал за ним из-за проливного дождя снаружи. Новость быстро распространилась по деревне Туцю, и когда Ян Цзюнььшань вошел в деревню, из их домов вышли по крайней мере сотни Духовных Фермеров, с мачете, металлическими прутьями и несколькими руническими мечами на талии. Было ясно, что они были готовы к бою. Ян Чжуньшань, естественно, не стал бы участвовать в групповом бою, с его нынешним воспитанием, он даже не знал, кем его побьют. Ян Цзюнььшань повернул глаза, на самом деле он одел дома соломенную накидку и сперва нырнул в дождь, но он не направился к полям вверх по течению от Циньшуй, а вместо этого повернул и направился к деревне Ту Ши. В это время большинство Духовных Фермеров из селения Ту Ши следовали за тремя Культивату из Боевого Царства в сторону Циньшуй. Когда Ян Цзюнььшань прошел весь путь до села Ту Ши, он вообще не заметил чьей-либо личности. "Духовные крестьяне деревни последовали за деревенским старостой, чтобы подняться вверх по течению. Редко бывает, что они не останавливаются даже на два дня в этот дождливый день". Несколько деревенских лакеев болтали во время дождя, но когда они увидели, что Ян Чжуньшань подошел к ним, чтобы послушать их глупости, они не обратили на него внимания и продолжили болтать и громко смеяться. Что вы знаете? Верхние районы Циньсюй омываются проливным потопом в огромный океан, староста деревни и остальные привезли Духовных Фермеров, чтобы очистить сельскохозяйственные земли, сэкономив время, когда жители деревни Туцю захватили нашу деревню! Кто не знает, что вы пользуетесь наводнением, чтобы воспользоваться преимуществами деревни Туцю моей семьи. Я слышал, что в верхнем течении Циньшуй еще есть несколько акров Линь Тянь, так что я полагаю, что есть большая вероятность, что вы направляетесь к тем акрам Линь Тянь. "Не говорите мне, что деревня Туцю никогда раньше не занимала земли нашей деревни"? Две деревни уже много раз воевали за землю и воду, но на этот раз вам все равно придется сражаться? " Честно говоря, с тех пор, как деревня Туцю перешла к старосте деревни, новый Ян Чунчжэн - это не пустая трата времени. За последние два года наша деревня никогда не пыталась ничего от него получить. "Если у вас нет уверенности в себе, сельский староста Ши осмелится пойти на такой риск"? На этот раз нашу деревню поддерживает вице-президент города Цянь Чунлай. До тех пор, пока мы владеем этими несколькими акрами Линг Тянь, а затем силой меняем Тянь Ци и отправляем его в город для протокола, тогда эти несколько акров Линг Тянь будут принадлежать и нам, и когда это время придет, Цянь Чунлай сможет заступиться за нас! " "Вице-капитан Цянь?" Когда Цянь Чунлай стал охранником? " "Ты не знаешь этого? Первоначально наш город внес наибольший вклад и, скорее всего, станет внешним учеником сотрясаемой небесами секты. Но потом мы внезапно изменили правила, Ян Чунчжэн не соответствовал требованиям Потрясённой небесной секты, но Цянь Чунлай действительно внезапно поднялся и получил поддержку трёх лучших тиранов нашей страны, Семьи Сюн. Стать внешним учеником поколебленной небес Секты - это то, в чем все уверены, и теперь, когда люди в городе видели его, его называют "Вице-командующий Цянь"! " "Черт, этот парень - подонок, который получил свой путь ради своих будущих перспектив в Деревне Земного происхождения. Я слышал, что он сильно пострадал от большой потери Яна Чунчжэна в деревне Туцю и даже получил пулю в задницу от сына Яна Чунчжэна. Думаешь, на этот раз он будет сильно страдать?" В этот момент несколько бездельников выпустили несколько удушающих смех, прежде чем один из них сказал: "Неважно, проиграет этот парень Цянь или нет, до тех пор, пока наша деревня не понесет никаких потерь в этот раз"! "Вообще-то, это всё из-за роя саранчи. Несмотря на то, что нашей деревне удалось сохранить сорок процентов урожая, после того, как сбор налога на зерно завершен, осталось не так уж много, и после того, как село Туцю услышало, что шестьдесят - семьдесят процентов урожая гарантировано. После сбора налога на зерно оставшиеся духовные долины сравнимы с теми, что были в прошлом! Если мы не воспользуемся этой возможностью сейчас, если так будет продолжаться, в следующем году, потому что нашим духовным фермерам не хватает духовной долины для поддержания нашего урожая, то между нами и деревней Tuqiu обязательно возникнет разрыв, и мы не сможем противостоять ему! " "Они все завидуют!" "Кто в Пустоши не ревнует к деревне Туцю? Мало того, что хранилище его семьи в духовной долине переполнено, я слышал, что до саранчовой чумы Ян Чунчжэн воспользовался деревенской казной, чтобы закупить 180 камней из духовной долины и сложил их на деревенском складе, чтобы подготовиться к войне. Скажите, как вы думаете, кого деревня Туцю не привлекает ничьей ненавистью? " Игнорируя восхищение и изумление группы бездельников, Ян Чжуньшань уже бросился из самого большого и лучшего дома в деревне. Это должен быть дом старосты деревни. В это время Ши Цзюцзютун воевал с людьми из деревни Земляной камень за землю в верхнем течении Циньшуй. Дома никого не было, но Ши Цзюцзютун все-таки был культиватором с областью боевых искусств. Ян Тяньган даже установил строй внутри дома Ян Джуншана, особенно для защиты духа во дворе. Обычно, если в доме кто-то был, то строй не активировался, но если в доме никого не было, то он активировался сам по себе и не позволял другим войти. Если бы существовал Военный Культиватор, то эти простые защитные образования или предупреждающие талисманы, естественно, не смогли бы его остановить. Однако, культиваторы, в основном, несли бы с собой свое богатство и редко оставляли бы его дома, так что Боевой Культиватор, естественно, не вложил бы ничего из этого в его глаза. Однако вещи, которые он не вкладывал в свои глаза, используя свое боевое царство, не были совершенно бесполезны для нынешнего Яна Чжуншана. Дао образований было огромным и глубоким, и его отправной точкой была даже алхимия и кузнечная работа с артефактами. Обычно его можно было изучить только достигнув области боевых искусств, а хорошие мастера формирования были всеми уважаемыми существами в мире земледелия. Кроме того, в прошлой жизни, после великих перемен, произошедших в мире, из ниоткуда появились различные мистические искусства и техники мира культивирования. Все секты и семьи не осмеливались игнорировать метлу перед лицом катастрофы, и это позволило такому негодяю, как Ян Чжуньшань, иметь возможность соприкоснуться с секретами массива, с которым негодяи-культуроведы изначально даже не имели квалификации, чтобы соприкоснуться. Пройдя однажды по большому двору и обнаружив, что вокруг нет людей, Ян Джуньшань вытащил из талии два нефритовых монетчата и раздавил их в руках, выпустив шар с плотной энергией духа. Затем Ян Джуньшань сформировал правой рукой печать для пальцев, и шар энергии духа был немедленно активирован. Если бы кто-нибудь, кто знал лучше, увидел это, они бы, безусловно, кричать в тревоге. Способности Яна Чжуншана было достаточно, чтобы бороться плечом к плечу с теми ветеранами-мастерами-символами. Толкая пустой талисман на стену двора, прежде чем он упал на землю одной рукой, талисман тут же зарылся глубоко в кирпичи. Затем Ян Чжуньшань почувствовал, как земля под его ногами слегка дрожит, после чего он низко посмеялся, подпрыгнул и прилип к стене, а затем перевернулся во двор. В то же время вверх по течению Циньшуй наводнение с западных гор уже превратило землю перед ними в страну озер. Однако в это время в воде стояли две группы по несколько сотен человек! Между двумя группами людей стояла каменная табличка, разбитая на куски, кузнец Чжан со стороны деревни Туцю держал гигантский железный молоток плотно, его лицо было слегка бледным, лицом к другому гигантскому человеку, который также достиг второй стадии боевых искусств, держась за стальной жезл, он смотрел на кузнеца Чжана с суровым выражением лица. Когда жители деревни Туцю поспешили, жители каменной деревни в настоящее время перемещают Граничный камень с поля на сторону деревни Туцю. Когда они увидели, что жители деревни Туцю спешат сюда, они спешно приготовились похоронить Граничный камень. Кузнец Чжан, человек с самым высоким уровнем возделывания среди всех присутствующих, не сказал ни слова. Он тут же принес свое собственное волшебное орудие среднего класса - Утонченный Железный Молот - и разбил его в сторону тех немногих жителей Каменной деревни, которые несли с собой Камень Мира. Однако, Мировой Камень был разбит на куски Кузнецом Чжаном. Как раз в этот момент с противоположной стороны пролетел еще один волшебный инструмент и столкнулся с Кузнечным молотком в воздухе. Кузнец Чжан был слегка уступал, а толстяком перед ними был глава деревни из Деревни Земного камня Ши Цзюцзютун. ---------- Украдено Дао формации изначально имел как нападение, так и защиту, но поскольку массив формации был ограничен во времени и пространстве, он в основном использовался в качестве опекуна. Независимо от того, были ли они культиваторами, кланами или сектами, все они должны были использовать дао массива формирований. Поэтому статус массивных мастеров в мире боевых искусств был чрезвычайно высок, и эти массивные мастера пользовались большим уважением у других, так что, естественно, у них не было недостатка в культивационных ресурсах. Почти каждый мастер массива думал, что он превосходит других, и гордо хвастался тем, что он превосходит других! После великой перемены неба и земли, везде случилось бедствие, и весь мир возделывания находился в состоянии хаоса. После великой перемены неба и земли повсюду произошла катастрофа, и весь возделывающий мир находился в состоянии суматохи. Так называемая "кража", естественно, относилась к тем, кто хорошо разбирался в искусстве массивных образований. Они использовали свои достижения в массивных образованиях, чтобы либо разгадать, либо обойти барьеры массивных образований и проникли в жилища культиваторов, кланов и сект, чтобы украсть вещи. Однако, очевидно, что уровень формирования массивов в доме старосты селения Ши был слишком низким. Если бы другие хозяева массива узнали о действиях Ян Дзюньшаня, их бы, наверное, отругали как подонков среди хозяев массива и опозорили как одного из них! Из того, что Ян Цзюнььшань видел в своей предыдущей жизни, формирования и защитные методы, установленные талисманами, были чрезвычайно грубыми. То есть, мастера формирования в современном мире культивирования считали себя высоко выровненными, если не считали себя таковыми, то Ян Цзюнььшань мог себе представить, что большинство пещерных резиденций в мире культивирования на самом деле были запрошены собственным двором. Однако, если бы это было так, то менее чем через три года все мастера образования в мире земледелия упали бы со своих божественных алтарей и стали бы уличными крысами. В доме во дворе старосты Каменной деревни не было спрятано ничего хорошего, что заинтересовало бы Ян Цзюньшана, но причина, по которой Ян Цзюньшань пробрался в его дом на этот раз, была только для того, чтобы разозлить его, так что, естественно, было бы лучше, если бы он узнал об этом. Однако даже Ян Цзюнььшань не ожидал, что так быстро откроет для себя сюрприз. Обыскав прихожую и спальню дома и ничего не обнаружив, Ян Цзюнььшань быстро нашел потайную комнату в задней части спальни. В очередной раз заимствовав энергию духа, излучаемую раздавленными нефритовыми монетами, Ян Цзюнььшань с легкостью использовал "Технику пальцев", чтобы прорваться сквозь иллюзию, находящуюся перед ним. В центре этой потайной комнаты находился каменный коврик для молитвы, используемый для выращивания, а на западной стороне комнаты вау из книжных полок с палубным шезлонгом под ними. На вершине книжной полки находились несколько записей о выращивании, путевые заметки, подробное объяснение магических приемов и тому подобное. Эти вещи не были бесполезны для выращивания, но большинство из них были вычурными и нереальными. Перед откидывающимся стулом стоял также пятифутовый письменный стол. Поверх него лежало несколько листов талисмановой бумаги, в том числе два готовых талисмана, а поверх талисмановой бумаги на Леопарда был вырезан кусок пресс-папье, вырезанный из фригидного горного камня. Большинство талисманов были уже закончены, а на подставке для ручек рядом с ней находилась кисть-талисман, изготовленная из щетины Духа Бамбука и Ночного Волка. Бумажный штатив "Фригидный горный камень", кисть-талисман из бамбука "Духовный канал" и платформа для чернил из нефритового камня "Циановый нефрит" - все это было бесценными предметами. И хотя их нельзя было сравнить с волшебными инструментами, специально усовершенствованными для рисования талисманов, они все же были хорошими предметами, которыми могли пользоваться новички в талисманах. Под столом находилась корзина для мусора, внутри которой было восемь или девять скомканных талисманов. Очевидно, что это была работа старосты села Ши, который потерпел неудачу, когда рисовал талисманы. Он держал в руках два завершенных талисмана, один - талисман из камня, а другой - талисман из каменной брони, который так получилось, что был оскорбительным талисманом, это были настоящие талисманы из области боевых искусств, сила каждого талисмана после активации превышала пределы силы культиваторов Смертного царства и была намного сильнее, чем талисманы, нарисованные двумя культиваторами с культивациями Смертного царства в руках Ян Чжуншана. Прогулявшись некоторое время по центру культивационной комнаты и ничего больше не обнаружив, Ян Цзюнььшань собирался уходить, когда его взгляд внезапно упал на молитвенный коврик в середине комнаты. Не было сомнений, что главным приоритетом культивирующей комнаты было собрать энергию духа. На самом деле, было много рун, которые собирали энергию духа на земле и стенах культивирующей комнаты Ши Цзюцзютуна. Несмотря на то, что она все еще представляла собой Массив Сближения Духов, она все же была чрезвычайно эффективна для сбора энергии духа. Как культиваторы, они часто контактировали с культиваторами больше всего во время культивации и, как правило, высоко ценились культиваторами. Даже если они не могли получить качественный Дух, собирающий молитвенный коврик, им все равно приходилось готовить молитвенный коврик, который содержал духовную энергию или обладал превосходным эффектом. Как культиватор со вторым уровнем боевого искусства и глава деревни, Ши Цзюцзютун был, естественно, богат. Все в культивационной комнате выглядело чрезвычайно изысканно, так почему же он сделал молитвенный коврик из обычного голубого камня? Перевернув каменный коврик для молитвы посреди потайной комнаты, Ян Цзюнььшань увидел шар света, собирающийся в самом низу. Ян Цзюнььшань тайно проклял, и сразу же активировал каменную броню талисмана, которую он только что получил, в результате чего каменная броня черного коричневого цвета мгновенно надета на тело Яна Цзюньшана, защищая его внутри него. С громким ударом, после того, как Ян Цзюнььшань был отправлен лететь в стену тайной комнаты, каменная броня на его теле сразу же разбилась, и превратилась в пятна света, которые рассеялись вдали. Ян Цзюнььшань громко кашлял, когда он встал, потирая грудь, которая чувствовала себя душно, он втайне думал, что он был слишком небрежен, он не ожидал, что будет запрещено движение под этим каменным ковриком для молитвы. Если бы не руна Каменной Брони в его руке, этой техники сейчас было бы достаточно, чтобы взять его имя, то Ши Цзюцзютун сидел бы на молитвенном коврике и культивировал бы весь год безо всякой заботы. Хотя огромный взрыв только что произошел в потайной комнате, он определенно не был слабым. Может быть, кто-то уже заметил и захотел прийти проверить, или даже доложить Ши Цзюцзютуну, он должен был быстро уйти. Ян Чжуньшань подошел к каменному коврику для молитвы, который упал на землю. Естественно, этот коврик для молитвы сейчас больше не подвергался бы опасности. Ян Чжуньшань повернул молитвенный коврик, и его выражение сразу же изменилось, так как он не мог не издавать звука "А". Он не ожидал, что деревенской старосте Деревни Земных Камней так повезет. Он не знал, откуда у него наследство духовного искусства, но это наследство было выгравировано на каменной скрижали на обратной стороне каменного коврика для молитвы. Культиваторы Царства Смерти на самом деле смогли использовать свои магические орудия, когда достигли четвертого слоя Фонда Бессмертия. Достигнув пятого слоя бессмертного царства, они смогли использовать магические приёмы из воздуха; Однако в реальном мире приёмы земледелия были более сложными, чем высококлассные культиваторы Смертного царства, магические орудия были более сложными, духовное искусство - более сложными, а артефакты духа - ещё более сложными! В Пустынном городе было несколько культиваторов, достигших третьего этапа в области боевых искусств, но как Ян Тяньган смог войти в пятерку лучших специалистов в Пустынном городе со своим вторым этапом в области боевых искусств? Это произошло не только благодаря высокому качеству магического снаряжения в его руках, но и потому, что, будучи потомком семьи Янг из Bluestone Town, он успешно культивировал единственное духовное художественное наследие, которым обладала семья Янг. Текущая ситуация в мире культивирования заключалась в том, что только у культиваторов, владеющих сферой боевых искусств, был шанс владеть артефактом духа, и не только качество артефактов духа в руках Яна Тяньгана было выше, чем у большинства Культиваторов Боевого Царства, он также успешно культивировал наследие духовных искусств, что позволило ему полностью бросить вызов культиваторам третьей ступени сферы боевых искусств. На самом деле, несмотря на то, что культивирование Цянь Чунлай находилось на третьей ступени области боевых искусств, он всегда находился в невыгодном положении, когда дело доходило до борьбы с Ян Тяньганом, и именно по этой причине. Просто он не знал, овладел ли уже Ши Цзюцзютун этим духовным искусством. Если ему удалось, без собственного отца подавить массив, то есть шанс, что деревня Туцю окажется в невыгодном положении в сегодняшней битве между двумя деревнями. Не сказав ни слова, Ян Джуньшань завернул на спину футовую скрижаль из квадратного камня. Выйдя из потайной комнаты и заметив, что снаружи дома никого нет, он тут же перелез через дворовую стену, накрыл все свое тело остроумным плащом и поспешно вышел из деревни. Выйдя из деревни из земляного камня, Ян Джуньшань не сразу вернулся в деревню Туцю, а вместо этого отважился на проливной дождь и пешком направился к Западной горе. Подобно тому, как Ян Джуньшань делал все, что хотел, во дворе деревенского старосты, ситуация между двумя деревнями, стоявшими лицом к лицу вверх по течению реки Циньшуй, также становилась все более и более напряженной. Хотя кузнец Чжан разбил Граничный камень одним ударом и не оказался в невыгодном положении даже во время боя с деревенским старостой Каменной деревни, его выращивание только что перешло во вторую стадию. Несмотря на то, что мутная аура в его теле была еще жива, она была далека от того, чтобы быть сравнимой с культиватором, таким как Ши Цзюцзютун, который перешел на вторую ступень в течение многих лет. Хань Сюмэй выделялся из толпы и громко расспрашивал: "Что значит сельский староста Ши? Пытаешься ли ты силой украсть "Линь Тянь" моей деревни Туцюй?" Огромное тело Ши Цзюцзютуна дрогнуло, и глубоким голосом ответило: "Сельскохозяйственные угодья двух селений всегда были неясными, но на этот раз потоп гор затопил все поля, и я воспользовался случаем, чтобы прояснить сельские угодья двух селений, чтобы избежать неприятностей в будущем!". Кузнец Чжан был в ярости, когда услышал это: "Жирный Ши, не говори мне, что твое тело полно жира? В прошлом году мы с тобой заключили договор на землю, и земли двух деревень уже расчищены. Что ты имеешь в виду?" Ши Цзюцзютун хладнокровно храпел и сказал: "У тебя нет квалификации, чтобы разговаривать с главой деревни, так что выходи!" Хань Сюмэй чихнул: "Я боюсь, что у старосты Ши не хватит смелости прийти, когда нашего босса нет рядом". Может быть, он забыл, что в прошлом году, когда мы расчищали сельхозугодья, Тянь Ци пришел в три раза быстрее. Вы, наш босс и остальные жители города подписали и поставили все подписи. "Хе-хе". Внезапно из-за Ши Цзюцзютуна появилась хихикающая хихика, в результате чего Цянь Чунлай выпрыгнул, смеясь навстречу толпе: "Простите, я здесь, чтобы сообщить старосте двух деревень от имени города". Благодаря постоянному дождю и протеканию многочисленных домов, охраняющих село, в прошлом году обеим деревням удалось прояснить ситуацию. В это время Ши Цзюцзютун также смущенно смеялся: "Хэхэ, земельный участок, который мы хранили в этой деревне, тоже случайно промок!" ---------- Растворение зла "Бесстыжий!" Хань Сюмэй гневно ругался: "Если ты хочешь драться, то просто скажи это, хотя ты, Толстяк Ши, всегда был праведником, но это не первый и не второй раз, когда ты дрался со мной в других селениях, почему ты должен заставлять этих неортодоксальных людей смотреть на тебя свысока!". Лицо Ши Цзюцзютуна покраснело, а сбоку Цянь Чунлай сказал с улыбкой, которая не доходила до его глаз: "Госпожа Ян ошибается, как это может быть борьбой за землю? Я здесь для того, чтобы представлять город, чтобы контролировать дело Тяньцзе, чтобы я мог доверять словам старосты двух деревень, пока Ян Чунчжэн ясен в этом вопросе, тогда Тяньцзе ясен в этом вопросе". Сюй Саннян также чихнул: "Господин Цянь продолжал просить Яна Чунчжэна выступить. Разве господин Цянь не спрашивал о местонахождении Яна Чунчжэна, когда он отправился в деревню Земного камня?". Цянь Чунлай в оцепенении сказал: "Как мне узнать? Разве Ян Чунчжэна нет в деревне?" Хань Сюмэй так разозлилась, что начала смеяться и сказала: "Я не верю, что когда наш хозяин находится в селе, кто-то все-таки осмелится прийти с деньгами!" Цянь Чунлай с недовольством сказал: "То, что госпожа Ян сказала раньше, здесь нет. Я, Цянь, здесь кто-то есть, так что неважно, если Ян Чунчжэн не появится. В любом случае, мы можем доверять старосте села в этом городе, так что оставим это ему"! Кузнец Чжан громко проклял: "Как, черт возьми, это может быть причиной, чтобы слушать только одну сторону истории? Если Ян Чжунчжэн не появится, то будет ли этот Толстяк Ши единственный, кто выплёвывает всякую чушь?" Лицо Цянь Чуньлая замерзло, и он холодно сказал: "Почему я не доверяю своему старосте деревни и хочу верить словам такого деревенского болвана, как ты? Хотите сказать, что в городе все было нечестно, а господин Лю Чжэнлэн - нечестно? " Ши Цзюцзютун сделал шаг вперед и закричал на кузнеца Чжана: "Чжан Хэйдзи, это всего лишь вопрос двух дюймов. Если ты не принимаешь это, то иди прямо ко мне, Старый Ши. "Я сказал, что Цянь Чунлай поступил несправедливо, когда он сказал, что Лю Чжэнь был начеку"? Толстяк Ши, не смей нас оклеветать! " Ши Цзюцзютун кричал: "Дерзкий, вице-председатель Цянь представляет город, вы сказали, что вице-председатель Цянь нечестен в решении вопросов, вы говорите, что город нечестен в решении вопросов, вы говорите, что Лю Чжэнь нечестен в решении вопросов, вы говорите, что Лю Чжэнь нечестен? "Пойдемте, пойдемте, пойдемте. Я слышал, что вы, Чжан Хэйцзи, в последнее время добились немалого прогресса. Позвольте нам, Олд Рок, хорошенько посмотреть и посмотреть, сколько мужества вы должны смотреть свысока на Лю Чжэнь!" "Если ты хочешь сражаться, то сражайся! Я тебя не боюсь!" Кузнец Чжан воспитывал свое оружие среднего класса, изысканный железный молоток, а в воздухе молоток повернул на три ноги длинную тень, разбившись вниз по направлению к голове Ши Цзюцзютуна. "Подойди ко мне!" Ши Цзюцзютун рычал, и волшебный инструмент в его руке, Жезл Холодной Стали, также откинулся, превратившись в гигантский предмет, который разбился о волшебный инструмент кузнеца Чжана. Духовные Фермеры Смертного Царства отступили позади двух отступивших, оставив позади двух деревень Военного Культиватора Царства. Бах! В небе раздался громовой удар, вызвавший гул ушей всех присутствующих. Два черных шторма поднялись в воздух и снова столкнулись в воздухе. Разрозненные штормы взорвали грязную воду и камни на земле во всех направлениях, в конце концов заставив Боевое Царство Cultivatoo уклониться друг за другом. Кузнец Чжан и Ши Цзюцзютун имели старую обиду, но теперь, когда они встретились, можно сказать, что они были врагами. В тот момент, когда они начали сражаться, они использовали все свои силы, и битва быстро разгорелась. Как раз в это время из толпы Духовных Крестьян каменной деревни вдруг раздался голос: "Жители деревни, сегодня у нас есть деньги, чтобы защитить вас". "Сражайтесь!" Сражайтесь! Назад! " "В атаку!" Заряд! " Что-то было не так с Хань Сюмэй, и она сразу же протянула руку к земле. Поток воды вытекал между жителями двух деревень, вызывая огромную волну, которая останавливала обе стороны на своих путях. Голос заворожил толпу еще раз: "Не слушайте ее". Их деревня Туцю не испытывает недостатка в духовной долине s, и они все еще хотят занять большую площадь земли. Это самая большая несправедливость. "Кто это!" Хань Сюмэй воет: Кто ты, кем ты пытаешься нас соблазнить, выходи и говори! Тень вышла со стороны и заблокировала перед Хань Сюмэй и сказала: "Почему, если госпожа Ян хочет быть сильной и слабой, то она должна быть в состоянии пройти мимо меня, Ши Наньшэн!" Хань Сюмэй гневно отругала: "Маленькая куница на том же холме, какой позор!" Ши Наньшэн вздохнул и сказал: "Этот не умеет проклинать землеройку, мы с тобой увидим правду!" Хань Сюмэй быстро оказался в невыгодном положении. Хань Сюмэй не только долгое время не удавалось продвигать свои боевые искусства, но и не имела собственного волшебного снаряжения. Она просто не была в матче с Ши Наньшэном, и если бы не опасения Ши Наньшэна, Хань Сюмэй, скорее всего, ранила бы его несколько раз. Сюй Саньян также сражался против другого Военного Культиватора Земного Камня из деревни. На этот раз все три Боевых Культиватора из Деревни Земного Камня были запутаны в битве, и Деревня Земного Камня выпустила крик, когда они бросились в сторону Деревни Туцюй. Духовные фермеры деревни Туцю также отказались проявить слабость. Очень скоро две деревни образовали крупномасштабную хаотичную битву в верхнем течении Циньшуй, в разгар которой многие люди получили ранения. Некоторых из них даже непосредственно сбило с ног и они упали в воду, а затем наступали на них до последнего вздоха. В это время Цянь Чунлай покачал головой, вздохнул и сказал: "Почему так должно быть. Даже если бы вы, ребята, забили меня до смерти, это было бы бесполезно. После того, как он закончил говорить, он подошел на два шага вперед и, обхватив талию, схватился за полевой столб длиной в три фута и шириной в один фут в руке, как ни в чем не бывало. Затем он повернулся к Ши Цзюцзютуну, который оказался в невыгодном положении по отношению к кузнецу Чжану и спросил: "Так как Ян Чунчжэна здесь нет, то могу ли я спросить старосты селения Ши, где находятся полевые таблетки двух селений? Ши Цзюцзютун засмеялся и сказал: "Конечно, именно в Тянь Юаньской стеле эта Хэй Цзы уничтожила. Этот Хэй Цзы не забыл, что он даже осмелился уничтожить Тянь Юаньскую стелу, которая была установлена в городе, даже сказав, что он не смотрел свысока на Лю Чжэня"! "Чушь собачья!" Черное лицо кузнеца Чжана сразу же покраснело. Под непрерывным подавлением техники Ши Цзюцзютуна он мог произнести только это слово. "Хорошо, согласно тому, что сказал староста селения Ши, как глава селения, естественно, я могу доверять вашему моральному авторитету. С этой суммой денег я могу вернуться и объяснить это господину Хранителю Лю!" Затем Цянь Чунлай взял кисть оуализма и размахивал ею над тремя поступками в своих руках. Он написал свое имя на бумаге и сказал: "Тянь Чи, три комплекта талисманов, отдай их на хранение в Хранилище, село Стоун и село Туцю, я уже написал на них свое имя, все остальное будет зависеть от старосты села Ши". Что касается Яна Чунчжэна, то, поскольку Тяньцзе Стеле будет создан вскоре, после возвращения в свою деревню, он должен будет подписать его!". Ши Цзюцзютун разбил кузнечный молот в воздух, заставив кузнеца Чжана отступить, чтобы избежать могущественной сущности духа, скрытой в магическом снаряжении Ши Цзюцзютуна. Затем он засмеялся: "Спасибо заместителю Цяню за вашу защиту, после того, как мы, Старый Ши, позаботимся об этом кузнечном ниггере и подпишем наш контракт, после этого мы обсудим этот вопрос". "Это всего лишь маленький вопрос, давайте поговорим об этом!" Цянь Чунлай слегка улыбнулся и мягко толкнул в руку Тянь-Ши-Стиль, в результате чего она упала на Тянь-Ши-Стиль, которая была разбита кузнецом Чжаном. Как раз тогда Хань Сюмэй внезапно бросился к Тянь-Ши-Стиле, Ши Наньшэн, который изначально стоял за ней, имел возможность одним махом нанести ей тяжелые травмы, но когда он собирался сделать свой ход, она засомневалась, и в конце концов отпустила Хань Сюмэя. "Нань Шень, что ты делаешь!" Подобно тому, как Ши Цзюцзютун собирался победить кузнеца Чжана, в то время как деревня Земной камень держала лотерейный билет, они не ожидали, что Ши Наньшэн на самом деле отпустит его, сильно разозлив Ши Цзюцзютуна. Видя, что Тянь-Ши-Стиль вот-вот упадет на землю и будет уничтожена Хань Сюмэй, Цянь Чунлай вдруг хладнокровно вздыхнул и сказал: "Как ты смеешь! Ты даже осмеливаешься богохульствовать против Тянь-Ши-Стиль, подаренной Хранителем. При этом Цянь Чунлай фактически использовал свое собственное очаровательное средство, прямо врезавшись в Хань Сюмэй. Видя, что Хань Сюмэй вот-вот будет поражён волшебным инструментом, даже Цянь Чунлай чувствовал себя встревоженным. Он спровоцировал Деревню Земляных Камней, чтобы сразиться с ним, и с первого взгляда все знали, почему, не говоря уже о том, что он нашел время, когда Ян Тяньган не был там, чтобы напасть. Первоначально он смотрел на него свысока, и если бы это нападение продолжалось, Хань Сюмэй был бы, по крайней мере, тяжело ранен, и в то время, действительно, не был бы мертв. Но потом Цянь Чунлай подумал о том, что в последний раз его унизил мальчик-подросток с неуправляемым луком, и в это время он, естественно, станет посмешищем для всего уезда Мэнъюй. Цянь Чунлай не мог не разозлиться, семья Цянь Чунлая и Ян Тяньгана давно прошла через ад! Думая об этом, Цянь Чунлай не мог не почувствовать прохладу в позвоночнике, волшебное снаряжение в его руках стало еще быстрее. Подобно тому, как Хань Сюмэй чуть не погибла под руками Цянь Чунлая, она услышала звук грома, доносящегося с неба. Яростный рев трансформировал интоллирующую звуковую волну, в результате чего бесконечное количество злобных Ци всплеск в сторону Циньшуй: "Цянь Чунлай, ты ухаживаешь за смертью!" Щелкни! Искры летали во всех направлениях, но в тот момент, когда зачарованный предмет Цянь Чунлай попал в зачарованный предмет Хань Сюмэй, его мгновенно поразила палка сухого дыма. Он почувствовал волну беспрецедентной силы, и его духовная сущность мгновенно расплавилась, в результате чего заколдованный предмет был выброшен на берег, так как вся его личность была толкана к луже воды на земле. "Это Ян Чжэн! Янг Чунчжэн вернулся!" Деревня Туцю выпустила волны приветствия. Как будто они нашли костяк сотни Духовных Фермеров, что значительно повысило их моральный дух, избивая Духовных Фермеров Каменной Деревни до тех пор, пока они не были вынуждены отступить. Среди всего этого шума никто не заметил слабой вибрации струны лука, идущей от далекого занавеса дождя. Хуа-ла-ла, Тянь-Ши-Стиль, которую бросил Цянь Чунлай, была разбита на куски, прежде чем она смогла удариться о землю. Это признак того, что ваше культивирование достигло третьего этапа в области боевых искусств. Вы, на самом деле, прорвались на третью ступень области боевых искусств! Боевой Культиватор из Деревни Земных Камней отступил после того, как почувствовал, как Ян Тяньган возделывает землю. "АХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ!" ---------- XIV В мгновение ока прошло больше года с момента вспышки гигантской саранчи. Яну Цзюньшану было уже четырнадцать лет, и в этот период более года можно было считать, что весь Юсянь прошел через дождь и ветер. Однако, из-за того, что гигантская саранча в прошлом году была слишком ожесточённой, в сочетании с тем, что различные уезды не смогли противостоять этому бедствию, во втором году произошло маломасштабное повторение катастрофы. Несмотря на то, что оно было быстро устранено, оно все же привело к определенным потерям, а также к тому, что самому Линг Тянь потребовалось слишком много времени, чтобы восстановиться, урожай духовной долины со второго года, пострадавшего от катастрофы, едва восстановился до семидесяти процентов от того, что было в предыдущем году. Конечно, сюда не входит деревня Туцю. Несмотря на то, что Линг Тянь в селе Туцю были также уничтожены гигантскими личинками саранчи, по напоминанию Ян Дзюньшаня, Ян Тяньган уже давно был к этому готов. В течение этого года налоги на продукты питания в Небесной Потрясенной секте также вернулись на прежний уровень, и большинство Духовных Фермеров, естественно, были полны жалоб. Многие из Духовных Фермеров, полученных из деревень, сохранили только свое собственное культивирование, и на росте многих молодых земледельцев отразилось дальнейшее сокращение их культивационных ресурсов. Некоторые из родителей, чтобы позаботиться о будущих поколениях, даже не задумываясь, снизили потребности в выращивании в духовной долине s, что привело к падению их уровня выращивания. Что касается новости о том, что старые Духовные Крестьяне не в состоянии поддерживать его возделывание, то срок его жизни был сокращен, и он даже умер из-за этого. Все это не произошло в деревне Тукиу, и изначально немного самодовольные жители деревни Тукиу также замолчали. Они молча наблюдали за всем, что происходило в окрестных деревнях, и по сравнению с тем, что происходило, они лелеяли тот факт, что их нынешние условия жизни были нелегкими, и престиж Ян Тяньгана также поднялся до несравненного уровня. Ян Чжунпин последовал за Ян Чжуншаном и побежал к западной горе. Двое из них никогда не останавливались по дороге, пока не достигли гранатового леса. Дыхание Ян Цзюньшаня совсем не изменилось, но Ян Цзюньпин уже начал задыхаться. В конце концов, он был еще двенадцатилетним ребенком, несмотря на то, что он усердно практиковал "Дикий кулак быка" и "Диаграмму лживого тигра" каждый день под наблюдением Яна Цзюньшаня в течение последних двух лет, в результате чего его тело было чрезвычайно выдающимся среди своих сверстников, разница между ним и Яном Цзюньшанем была совсем не маленькой. "Брат, что ты здесь делаешь? Ты изматываешь меня, но не можешь притормозить по дороге. Я только что проверил свои духовные полости, и духовная ци еще не циркулировала по всему моему телу"! Сидя на земле, Ян Чжунпин приподнялся и сказал: "Брат, быстро выбери мне гранат, я умираю от жажды!" Месяц назад Ян Тяньган привез Яна Чжунпина обратно в Голубой город и испытал его врожденный талант в семье Янов. Как и в предыдущей жизни, у Яна Чжунпина было три бессмертных духовных полости, одна из которых находилась посередине его левой и правой ладоней. По сравнению с предыдущей жизнью, когда он узнал, что у Яна Чжунпина есть пара бессмертных духовных отверстий, у него не было того же прискорбного выражения, что и у них. В то время Ян Тяньган был настолько взволнован, что почти трижды закричал вслух. Тогда, когда его сын привез с горы Баньян пару бессмертных духов из медвежьей ладони, у Ян Тяньгана возникла мысль обменять их на нефритовые монеты или другие культивационные ресурсы. Несмотря на то, что стоимость этой пары бессмертных духов среднего качества была сравнима с высококачественными духовными камнями, редкость этой пары духовных камней была даже выше, чем высококачественные духовные камни, если бы ее использовали для обмена на культивационные ресурсы, это было бы чрезвычайно высокой ценой. Но в конце концов, его все же убедил Ян Джуньшань, сказав, что у него все еще есть два младших брата и сестры. Он никогда не думал, что слова его сына действительно сбудутся. Его второй сын на самом деле имел пару бессмертных духовных полостей, и самое ценное, что они на самом деле появились у него на ладони. Как только я буду счастлив, моему сыну, естественно, тоже не повезет. Ожидания, которые я возлагаю на своего второго сына, сразу же возросли, и после возвращения Лао Яна в деревню Туцю, он лично начал обучать Яна Чжунпина, обучая его практическому использованию the《 "Перекрытие земного духа" Art》 и обучая его поглощению духовной энергии. По словам Лао Яна, твой старший брат рисковал жизнью, чтобы вернуть с горы Баньян пару бессмертных духов среднего класса, и тебе повезло, что у тебя есть такая квалификация. Если ты не будешь усердно работать, чтобы эта пара хороших вещей сошла на нет, я воспользуюсь этой возможностью, чтобы убраться как можно быстрее! Когда Ян Чжуньшань сказал, что хочет привести его на игру в Западной горе, Ян Чжунпин сразу же обрадовался и прыгнул на три фута в воздух. Он быстро согласился, его отец тренировал его до такой степени, что даже мольбы о помощи от Хань Сюмэй, которая заботилась о сыне, были заблокированы Ян Тяньганом. Только его брат Ян Цзюнььшань, который все больше и больше смущался перед отцом, осмелился позвать его на игру. Ян Цзюнььшань выбрал из самого высокого дерева в лесу увесистый, краснокожий гранат и перекинул его ему. Затем, под удивленным взглядом Ян Чжуньпина, он пролетел сквозь кучу высохших листьев под деревом, и Ян Чжуньшань поднял камуфлированный деревянный плот, открыв находящуюся под ним пещеру. Не потрудившись очистить руку от граната, Ян Чжуньшань встал и подошел к краю пещеры. Он увидел, что на дне пещеры была каменная скрижаль, и эта каменная скрижаль была точно такой же, как и камень, запечатывающий дух, который был на колодце духа во дворе. "Брат, что это? Ты здесь что-то хорошее прячешь?" Ян Чжуньшань смеялся, наклонился и внезапно вскрыл скрижаль Дух-Запечатления, и из пещеры за каменной плитой мгновенно вырвался всплеск энергии духа. Застигнутый врасплох, Ян Чжунпин тут же сел на землю с поднятой головой и три раза подряд чихнул, прежде чем успел восстановиться. Но после выздоровления Ян Цзюньшань не мог удержаться от неприятностей со старшим братом, он положил голову на бок пещеры и высунул ее, на этот раз он был более осторожен, его не размазало густым Духом Ци. "Брат, это та самая духовная пещера, которую ты нашел?" Неудивительно, что ты всегда ходишь на западную гору, я думал, ты хочешь привести Ху Ниу поиграть, но оказалось, что здесь такое хорошее место, Дух Ци здесь даже плотнее, чем наш Дух Ну! " Сначала Ян Чжунпин похвалил, а затем с неудовольствием сказал: "Брат, ты слишком неблагодарный, это ты меня сюда привел!". "Ерунда!" Ян Чжуньшань смеялся и ругался: "Если бы я привел тебя сюда раньше, что бы ты сделал? Однако бессмертные духовные полости были непостижимы, и он не начал культивировать. Его тело не могло поглотить ни капли духовной энергии, а вместо этого каждый день возносило тебя на гору. Вместо того, чтобы вызывать подозрения, что нам делать, если мы обнажаем это место? " Видя, как ее брат прыгнул в пещеру, Ян Чжунпин тоже быстро последовал и продолжил: "Тогда ты не можешь спрятать это от меня". Это ты нашел это место, отец знает?" Не дожидаясь ответа Ян Цзюнььшаня, пузырящаяся в пещере родниковая вода духа уже привлекла его внимание, и тут же раздал приветствие, бросив гранат в руку, он подбежал к берегу бассейна, чтобы схватить чистую родниковую воду, и проглотил два рта вниз. С западной стороны пещеры стояла большая каменная платформа, а наверху - ящик для запечатывания духов, маленькая бочка с руническими чернилами и зелёный нефритовый камень. На вершине каменной платформы была также кисть с несколькими разбросанными талисманами, а некоторые из талисманов уже были нарисованы с большим количеством талисманов на ней. На вершине этих талисманов находился альсис Холодного горного камня, который был вырезан на золотом леопарде. Чувствуя плотную энергию духа и прохладный воздух в пещере, Ян Чжуньшань позавидовал: "Брат, место, которое ты ищешь, действительно хорошее, могу ли я приехать сюда, чтобы культивировать в будущем"? Ян Цзюнььшань посмеялся: "Ты опять говоришь ерунду, причина, по которой я привел тебя сюда сегодня, в том, что ты можешь приехать сюда тренироваться в любое время в будущем, энергия духа здесь плотная, и я верю, что это может значительно сократить время для тебя, чтобы ты мог поглотить энергию духа. Твой отец уже беспокоится о том, когда ты вызываешь свой дух, пару бессмертных духов медвежьей ладони, он действительно хочет прижать их к твоей ладони прямо сейчас". Ян Чжунпин похлопал по зеленой скале под его телом и сказал: "Я слишком волнуюсь, брат, ты не знаешь, как мне нравилась эта пара Небесных Духов Медвежьей Пальмы, и я чувствовал, что они - вещи, которые я должен был очистить от них, я был нетерпелив в течение долгого времени, теперь с помощью этой Точки Духа, я определенно смогу достичь результатов в два раза с половиной усилий". "Однако, - с тревогой сказал Ян Чжунпин, - я хочу часто ездить на Западную гору, чтобы культивировать, как отец может объяснить это?". Ян Чжуньшань посмеялся: "Как ты думаешь, твой брат не знает, что я нашел сочный кусок земли? Думаешь, он действительно беспокоится, что я буду каждый день бежать на западную гору? Иногда хорошо, что я не возвращаюсь домой несколько дней и ночей? " "Отец знает это место?" Ян Чжуньшань сказал: "Конечно, я знаю, он не просил нас оставлять ему место!" Ян Чжунпин кивнул головой и сказал: "Думаю, отец тоже очень волнуется, тем более, что это место не видно!" Ян Чжуньшань кивнул и сказал: "Хорошо, что ты понимаешь, что с сегодняшнего дня это твоя территория, в будущем, когда младшая сестра начнет культивировать, тебе придется привезти ее сюда". Ян Чжунпин посмеялся: "Если вы всегда будете входить в Западную гору, по крайней мере, у вас будет Ху Ниу в качестве оправдания. Тогда, как насчет меня, два отродья семьи Ян будут ходить на Западную гору один за другим, даже дурак заподозрит тебя". Ян Чжуньшань сказал: "Раньше я боялся, что кто-нибудь украдёт её у нас, но сейчас обнаруживается эта пещера Весны Духа, и что с того? Кто в Пустоши посмел ограбить нашу семью Ян? " Ян Чжунпин засмеялся, когда услышал это: "Это правда, теперь все в Пустоши говорят, что наш отец - один из трёх лучших экспертов в этом городе". Я думаю, кроме Лю Чжэня, никто в Пустоши не сравнится с отцом!". Ян Цзюнььшань также смеялся: "С сегодняшнего дня пещера Дух Весны принадлежит не только нашей семье Ян, вся Западная гора также будет принадлежать нашей семье Ян!". В это время Ян Чжунпин, казалось, что-то придумал, он сел и спросил: "Брат, ты дал мне указания, ты недавно уходишь?" Ян Чжуньшань с удивлением сказал: "Откуда ты знаешь?" Ян Чжунпин ответил: "Конечно, в этом году Сюй Цзин впервые был привезен в город Лю Чжэньчжэнем, став внешним учеником сотрясаемой небесами секты. Вскоре после этого отец Чжан Хузи нашел ему работу в качестве ученика в кузнечной мастерской в уезде. ---------- Прошлые события По дороге с западной горы он увидел, что село Туцю работает одно за другим в направлении Линг Тянь с у подножия горы. Когда жители села увидели Ян Джуншана и Ян Джуншана, они останавливались и приветствовали их. "Четвертый молодой господин, девятый молодой господин!" К ним подошел старый хейл около шестидесяти лет, остроумие на плече, улыбнулся и сказал: "Наблюдая за этими двумя малышами, очень старательно, они так рано утром сползли с западной горы, а мой старший внук все еще спит в постели, ему действительно стоит поучиться у этих двух малышей!" "Дедушка Бяо!" Два брата не посмели задерживаться и сразу же поприветствовали старика. Ян Чжуньшань даже беспокоился и спросил: "Семья дедушки Бяо уже больше месяца живёт в деревне Туцю, вы привыкли здесь останавливаться?" "Я привык, почему я не привык!" Старик засмеялся: Как фермер, у меня есть только один Линг Тянь в качестве основы, с достаточной духовной долиной в качестве пищи, я не испытываю недостатка ни в одном из них, и жизнь с нетерпением ждет этого. Хотя я уехал из Голубого города с Третьим молодым господином, моя жизнь намного комфортнее, чем жизнь в Голубого городе, но чем же я недоволен! Полное имя старика было Yang Zhenbiao, хотя он не был прямым потомком семьи Yang города Bluestone, он все еще был старейшиной семьи Yang. Назад тогда, он был тем, кто начал его семью после Yang Junshan деда Yang Lie, хотя он не имел культивирования области боевых искусств, он был опытным культиватором на пике Царства Смерти, и имел много опыта среди внешних ветвей семьи Yang. После смерти деда Ян Цзюньшана, Ян Ли, из-за отступления Ци из-за насильственного прорыва через царства жизни, авторитет патриарха семьи Ян Ли попал в руки отчима Ян Ли, семьи Ван. Это привело к тому, что часть культиваторов внешней секты семьи Ян, которые были лояльны к мадам Ян, была чрезвычайно недовольна, Ян Чжэньбяо был одним из более влиятельных людей в семье. Эти люди первоначально надеялись, что старший сын Yang Lie, Yang Tianchen, выйдет и займет позицию патриарха госпожи Yang, возвращая Bluestone Town обратно в прямую линию спуска госпожи Yang. Однако Ян Тяньчен был одержим идеей стать внутренним учеником Потрясенной Небесной Секты, а отец семьи Ван вел жизнь старшего из Потрясенной Небесной Секты. Он был самым большим столпом поддержки госпожи Ян, и в это время для Яна Тяньченя было уже слишком поздно угождать своей мачехе, так зачем же ему бороться за власть с ней? В конце концов, чтобы разорвать их отношения, Ян Тяньчен отказался от наследования поста патриарха госпожи Ян. Она делала это только для того, чтобы сохранить свою личность как внешнего ученика Потрясенной небесной секты, так как занимала ложное положение гвардии Голубого города, а реальная власть, которой она обладала, также находилась в руках госпожи Ван. Действия Ян Тяньченя, естественно, вызвали большое разочарование у этой партии старейшин семьи Ян. Эсулт, у них не было другого выбора, кроме как возлагать свои надежды на второго сына Яна Ли, Яна Тяньгана, в надежде, что он встанет и отнимет права у клана Ван. В это время, чтобы закрепить свои позиции и успокоить мятежные эмоции кланов мадам Ян, она объявила мадам Ян, что в настоящее время она лишь контролирует права клана мадам Ян, и что как только прямая линия мадам Ян продвинется на четвертый уровень в области боевых искусств, она вернет себе авторитет. С этой целью она даже рекомендовала клану первым объявить о кандидатах на унаследование клана, что еще раз ослабит настроение представителей клана Мадам Ян. В то же время, она также надавила на брата Ян Ли, который также был вторым сыном деда Ян Цзюньшана, Ян Тяньлей, и порекомендовала ему стать преемником следующего патриарха мадам Ян. Он сражался лицом к лицу с Ян Тяньганом и вызвал второго деда Ян Цзюнььшаня, который не имел другого выбора, кроме как стоять рядом с ней. Ян Tianlei был старшим сыном Ян Xi, и был ранжирован вторым в поколении прямых потомков мадам Ян. Хотя Ян Tiangang был вторым сыном старшей жены, он все еще был ранжирован третьим в поколении прямых потомков мадам Ян. При поддержке первого поколения Адептского Культиватора Царства и поддержке второго поколения мадам Ян, а также в связи с тем, что старший сын второго поколения добровольно сдался, и что семья Ван также была чрезвычайно способной женщиной, если объединить эти факторы, и получила поддержку только людей более низкого уровня мадам Ян, которая осталась противником кажущегося на первый взгляд незрелым Ян Тяньгана, естественно, было одержать чрезвычайно унизительное поражение. Под гневом Ян Тяньган решил оставить семью филиала и приехал в отдаленный уезд Мэнъю, чтобы стать деревенским старостой, вновь создав свой фонд. Эти несколько лет жизнь членов семьи Ян не шла по плану, и не было похоже, что Ян Тяньган не помог им после того, как основал их фонд в деревне Туцю. В конце концов, он был один в деревне Туцю и подумывал о том, чтобы нанять сюда людей, но всегда считал, что это будет полным предательством семьи Янг. На этот раз Ян Тяньган привез Ян Чжунпина обратно в город Блустоун, чтобы пройти проверку на пригодность, и он попытался связаться с некоторыми людьми, которые были толще его тогда, пытаясь убедить их последовать за ним в Пустошь. Эти два года были нелегкими для Голубого города, потому что он потратил большое количество ресурсов для возделывания райских святынь. Помимо саранчи, многие внешние ветви мадам Ян находились в затруднительном положении с выращиванием и жизнью своего народа. Однако эти внешние ветви Мадам Ян не могли этого игнорировать, поэтому многие внешние ветви клана постепенно становились обузой в глазах семьи Ян. И в это время Ян Тяньган хотел увезти с собой несколько человек, это, несомненно, облегчило бремя для госпожи Ян, поэтому, естественно, госпожа Ян не хотела бы, чтобы они это делали; И эти внешние члены секты изначально были близки к Ян Тяньгану, поэтому, увидев, что в пустынном городе не только много Линг Тянь, но и относительно много духовных долин, включая Ян Тяньну и Ян Цинню, они были сильно тронуты красивой сценой посреди деревни Туцю. Более того, Ян Тяньган сам смог собрать группу доверенных людей рядом со своим окружением, позволив себе постепенно возделывать башни, которые соответствовали его престижу в деревне Туцю. Поэтому, когда Ян Тяньган привез Ян Цзюньпина из синего города, сюда переехали еще пять семей, во главе которых стоял Ян Чжэньбяо. В пяти семьях мадам Ян были 33 члена клана. 8 из них имели базы для выращивания Immortal Foundation, а 6 из них были молодыми людьми, обладающими способностями к выращиванию или уже приступившими к выращиванию. Независимо от того, было ли это сейчас или в будущем, все они были людьми, которые могли помочь. Ян Тяньган тоже не был скупым, он разделил созревших в прошлом году Линг Тянь s на свою собственную группу и разделил их по частям на каждого члена семьи. Он даже помог частицам духовной долины s, что позволило пяти семьям быстро осесть. Если бы кто-то говорил о деревне Туцю или даже обо всем Пустоши, и чья семья имела больше духовных долин s, то это определенно была бы семья Ян Тяньгана. Не говоря уже о том, что три акра низкосортных дней духа его семьи считались богатой урожаем в прошлых двух годах, как раз тот факт, что Ян Тяньган принес назад сто пятьдесят каменных духовных долин s, которые похоронили Ян Цзюнььшань под тремя грудами запечатанных экипажей духа в темной дороге Tuo Wu Shan, был достаточен, чтобы обеспечить, что семье Ян Цзюнььшаня не пришлось бы беспокоиться в течение нескольких лет. Должно было быть известно, что из-за непрерывного крупномасштабного сокращения производства Юсянь в течение двух лет, весь Юсянь в настоящее время находится в крайне ограниченном количестве. Это также привело к тому, что цена на "духовную долину" взлетела до такой степени, что их практически невозможно было купить даже по низкой цене. Также потому, что Ян Тяньган имел духовную долину и нефритовые монеты в качестве своего фундамента, поэтому он осмелился посадить духовные травы на всех трех средних ярусах Линг Тянь. Хотя духовные травы были более ценны, но при той же низкой стоимости и длительном цикле производства, люди без определенного уровня силы не смогли бы справиться с этим. После прощания с Ян Чжэньбяо, оба брата уже достигли верхнего течения Циньшуй. Издалека они увидели, что Су Баочжан работает на небольшой территории среди Линг Тянь. Глядя на потливость Су Баочжана, было видно, что он уже давно работает в Линг Тянь, издалека Ян Цзюнььшань кричал: "Брат Бао Чжан, еще очень рано!". Су Баочжан стёр пота, когда увидел двух братьев, подошел и засмеялся: "Мы называем эту летающую глупую птицу, мы наконец-то стали племянницей Линг Тяня, и я не знаю, как культивировать, если мы не будем усердно учиться, не будет ли стыдно взять только тридцать-пятьдесят процентов в этом году?". Обычно Духовные Земледельцы ссылаются на земледельцев, которые занимались земледелием выше бессмертного фонда, и, как правило, только земледельцы, которые занимались земледелием выше бессмертного фонда, будут иметь квалификацию для получения Линг Тянь с. Но поскольку Линг Тянь изначально испытывал нехватку, у них не было другого выбора, кроме как распространять Линг Тянь среди людей более высокого уровня, в надежде получить более высокую продукцию духовной долины. Кроме того, последние два года он практиковал Кулак Манг Окс, что привело к значительному увеличению силы его плотского тела. Несмотря на то, что выращивание Линг Тянь было несколько напряженным, его было более чем достаточно, и после отталкивания деревни Земной камень, которая пришла сражаться за его территорию в прошлом году, Ян Тяньган решил отдать три очка Линг Тянь, находящемуся выше по течению Циньшуй под его именем. Говоря о соревновании между двумя деревнями в прошлом году, кроме Цянь Чунлая, которому дважды пронзил зад Ян Цзюнььшаня, кроме Цянь Чунлая, который весело смеялся, самые подавленные люди должны быть сверху донизу от деревни Земного камня. Первоначально два поля деревни были ограничены небольшим потоком со стороны Циньшуй. В тот день, по наущению Цянь Чунлай, люди деревни Земной Камень хотели воспользоваться возможностью, когда Ян Тяньган не был в деревне, чтобы протолкнуть границу через боковой поток Циньшуй в сторону деревни Туцю. Неожиданно Ян Тяньган использовал свой третий этап в области боевых искусств, чтобы трансформироваться в зловещий ци и вылетел в самый последний момент. Он не только победил Цянь Чунлай одним ударом, но и напугал Каменную деревню до отступления. К счастью, Ян Тяньган в конце концов не проявил никаких признаков слабости, что позволило им вновь согласиться следовать по горной реке, как их границе. Однако, когда проливной дождь наконец прекратился, проливные воды постепенно отступили, и первоначальный приток горного потока изменил своё русло. Кроме того, с этим изменением длительный поворот потребовался в направлении деревни Земляной камень, охватывающей большую территорию, которая изначально располагалась в деревне Земляной камень на юго-западной стороне берега реки. Вся деревня Туцю, естественно, не была вежливой, и на этот раз Ян Тяньган тоже не остался вежливым, он тут же подвёл Духовных Фермеров деревни к разделению трёх акров Линг Тяня, но спешившие из Каменной деревни люди не осмелились ничего сказать, а когда подумали о нынешнем плачевном состоянии Цянь Чунлай, кто осмелится бросить вызов Яну Чунчжэну! Во время битвы в тот день Ян Тяньган и его сын имели негласное понимание. Мало того, что Ян Цзюнььшань еще раз ударил его по заднице, он даже сломал суставы бедер своим руническим стрелой эзультом грозной силы лука. ---------- Духовное искусство Не только суставы бедра Qian Chunlai были сломаны 7 каменными тяжелыми луком Yang Junshan, стрела Rune также разбила кость на суставе. Несколько кусочков кости вылетели из плоти и упали в воду, но их нигде не было. Когда весть о том, что сын Цянь Чунлай снова ударил по ягодицам деревни Туцю, даже Лю Чжэнь не мог ни в чем обвинить деревню Туцю. В конце концов, Ян Чжуньшань был еще ребенком, которому еще не исполнилось и тринадцати лет, и Цянь Чунлай на этот раз причинил слишком много неприятностей. Однако такой хромой человек, как он, никогда не сможет стать внешним учеником Небесной Потрясенной Секты, несмотря ни на что. Несмотря на то, что Лю Чжэньбяо всё ещё помнил имя Цянь Чунлай, изначально популярный вице-президент Цянь Шугао был быстро уничтожен Потрясённой небесами сектой, а изначально неизвестный староста деревни Ту Мэн взял на себя большую ответственность, став настоящим вице-покровителем Пустоши. Цянь Чунлай, ставший калекой, все еще охранял это место и шел пешком. Однако изначально нежный и утончённый "вице-капитан Цянь" теперь стал намного темнее и мрачнее, особенно после того, как Секта Небес, потрясённая небесами, выбрала учеников внешней секты. Взгляд Цянь Чунлая на людей был похож на ядовитую змею, прячущуюся в тени, заставляя многих людей смотреть на него с уважением. Вернувшись домой, Ян Чжуньшань был вызван в комнату. "Ты всё объяснил Чжун Пин?" Ян Тяньган спросил, как он выкопал табак из своей трубки. Ян Тяньган кивнул, а потом спросил: "Как продвигается ваше выращивание?" Ян Чжуньшань горько засмеялся: "Я до сих пор не достиг совершенства!" Однако лицо Яна Тяньгана не показало выражения, которое превзошло его ожидания, и он ответил: "Пространственное расширение двух высококлассных Небесных Духов должно выйти за рамки обычного, если кто-то хочет достичь этапа Великого Совершенства, нужно определенно замедлить". Чего Ян Тяньган не знал, так это того, что в теле Яна Чжуньшаня было не только две бессмертные духовные полости, но одна из них была пробуждена первоклассным бессмертным костным мозгом. Это скрытое пространство полостей было расширено еще больше, и оно было почти в два раза больше, чем у обычных культиваторов. Если бы существовало только две бессмертные духовные полости, хотя пространство внутри все равно расширялось бы за пределы обычных людей, то скорость возделывания Ян Цзюнььшаня не была бы медленной. С относительно плотной энергией духа пещеры Весны Духа, Tuo Wu Шань получил партию Jade Coinnd 6 таблеток Fa Yun, Ян Цзюнььшань смог быстро заполнить 2 бессмертные духовные полости. Но теперь, когда у него было три бессмертных духовных полости, а третья была расширена высококлассной бессмертной духовной жилой, несмотря на то, что Ян Цзюнььшань усердно культивировал, он смог заполнить только треть этих бессмертных духовных полостей. Ян Тяньган выдохнул облако дыма и сказал: "Несмотря на то, что ваше культивирование все еще находится далеко от продвижения к четвертой стадии, не похоже, чтобы наша семья Янг не имела необходимых условий для подготовки к будущему, Корень Бессмертного Божества требует, чтобы вы сами выбрали технику своей жизни, поэтому я планирую позволить вам вернуться в Голубой Город и пойти в библиотеку семьи Янг, чтобы выбрать несколько техник для подготовки к будущему". Ян Чжуньшань засмеялся и спросил: "Какое заклинание ты хочешь выбрать? Кроме того, даже если вы не культивировали все эти техники в хранилище книжной коллекции семьи Лао Янг, боюсь, что вы все еще знаете треть из них. Просто передайте их мне, нет необходимости возвращаться в Блустоун Таун". Ян Тяньган смотрел, затем сказал: "Откуда мне знать, какие техники вам подходят для возделывания, кроме того, я культивировал только семь или восемь видов техники, и знаю только дюжину или около того техник, и я все еще в трети шага от их изучения, что если есть какие-то техники, которые вам подходят, но я не знаю, как их практиковать"? Ян Чжуньшань засмеялся и перестал говорить. Ян Тяньган проглотил еще один полный рот дыма и сказал: "Однако, какую бы технику вы ни выбрали в качестве своей врождённой техники, есть три техники, которые вы должны культивировать, а это "Техника ломающих камней", "Техника разрушения Земли" и "Техника летающих песков". Эти три техники являются техниками, которые семья моей Мадам Янг унаследовала от духовной техники - "клематис". В земледельческом мире наследование заклинаний было известно как сто восемь тысяч, но существовало только три тысячи духовных искусств, и каждое духовное искусство можно было считать секретом в земледельческом мире. Ян Тяньган продолжал говорить: "С точки зрения духовных техник, есть еще более драгоценные техники. Говорят, что "клематис", переданный в моей мадам Ян, тот же самый, что и в моей поколебленной небесами секте, но, к сожалению, за эти многие годы моя мадам Ян не только не смогла получить "Искусство накладывающегося на Землю", мы даже не можем получить "Искусство накладывающегося на Землю", которое находится выше "Искусства накладывающегося на Землю Духа", не говоря уже о наследовании духовных техник". Ян Чжуньшань был взволнован, когда услышал о семье Янов, поэтому он сменил тему: "Папа, где мама? Я давно её не видел!" "Твоя мама?" Внимание Ян Тяньгана действительно отвлеклось, и он засмеялся над "Хэхэ": "Твоя мама изучала наследство духовного искусства, которое ты недавно привезла с собой, и увлеклась им!" Наследство "Spirit Arts", которое Ян Чжуньшань украл из дома старосты деревни в деревне Земной камень, называлось "Ye Mao Spirit Technique", это древесное наследство, ориентированное на поддержку, и не имевшее сильной убойной силы по отношению к врагу. Она не подходила для техники выращивания древесной породы семьи Янг, но была чрезвычайно совместима с техникой выращивания древесной породы Хань Сюмэй. Несмотря на это, Хань Сюмэй не мог ждать и начал культивировать. Наследование духовного искусства было бесспорно ценным, и возможность получить его уже считалась благословением для семьи Ян, как они могли заботиться о типе наследства. Более того, духовное искусство было духовной техникой. Даже если сила этого "Цветочного Искусства Духов" была немного слабее, чем обычная Духовная Техника, она все равно была намного сильнее, чем сила заклинания. В последний раз, когда она скрещивала мечи с Ши Наньшэн, она была полностью подавлена. Тем не менее, материалы, необходимые для уточнения набора зачарованных инструментов не было то, что можно было бы собрать за короткое время, но если она была в состоянии овладеть этим искусством духа, ее сила, безусловно, увеличится на большое количество. Тем не менее, техника [Судьба], которую культивировала Хань Сюмэй до того, как она продвинулась в области боевых искусств, не имела к этому особого отношения [Искусство Цветочного Летучего Духа]. Если бы она продолжала тренировать эту технику, ей было бы нелегко овладеть [Искусством Духа Судьбы] после того, как она перешла в область боевых искусств. В наши дни, несмотря на медленный прогресс в обучении, Хань Сюмэй всё ещё страстно увлечён изучением Духовного Искусства Судьбы. Сказав это, Хань Сюмэй отругала: "Брат, ты становишься все более и более бесполезным, думать, что ты действительно придешь в дом Ши Цзюцзютуна, чтобы воровать, получив некоторое наследство от массива, и что это только мы, деревенские ухабы, небрежны". Если бы истинные мастера образования в мире культивирования знали, что вы используете массивы для таких презренных вещей, я боюсь, что они сравняют с землей нашу семью Ян!". Ян Чжуньшань смеялся: Этот ребёнок тогда тоже был в хорошем настроении, поэтому было бы неплохо, если бы Ши Цзюцзютун воспользовался ситуацией, чтобы вступить в сговор с Цянь Чунлай, но кто бы мог подумать, что у толстяка будет наследство от духовных искусств. В то время я был слишком напуган, чтобы что-то найти, поэтому я просто взял камень и побежал! Ян Тяньган вздохнул и сказал: Старый Ши смог получить наследство от духовного искусства. Первоначально ему повезло неплохо, но на этот раз он был довольно сильно ранен вами, и тот факт, что оборонительный массив его семьи был легко пробит, несомненно, был работой мастера-строителя. В связи с тем, что его духовная техника была украдена, а также инцидент с Линг Тянь в верхнем течении Циньшуй, у него ушло три месяца на то, чтобы оправиться от шока. При этом Ян Тяньган бросил выпуклый черный мешок перед Яном Цзюньшанем. Ян Цзюнььшань взвесил сумку в руке и сразу же обрадовался. Ты действительно хочешь! " Ян Тяньган сказал: "В последнее время моя семья была довольно благополучной, я воспользовался твоим отродьем, но на этот раз, когда я поехал в Bluestone Town, я не только выучил несколько техник, у меня есть и другие вещи, которые я хотел бы, чтобы ты делал. Если вы будете делать это хорошо, естественно, будут преимущества, поэтому вам придется остаться в Bluestone Town на долгое время, так как у вас есть время, чтобы использовать эти нефритовые монеты". Пять лет назад, когда семья Яна Тяньгана переехала сюда из Голубого камня, они уже проезжали мимо уездного города Мэнъю, но не останавливались на этом надолго. На этот раз, когда Ян Чжуньшань снова проезжал мимо уездного города по дороге в Bluestone Town, ему случайно пришлось нанести визит старшему по званию, и в то же время, хотел узнать, есть ли разница между этим уездным городом, который он посещал несколько раз в своей предыдущей жизни. Человек, приехавший навестить его Ян Джуньшань, был внутренним учеником сотрясаемой небесами секты Чэнь Цзи. До этого он охранял гору в окрестностях горы Баньян. На нем уже были воспоминания о прошлой жизни, поэтому его знания и опыт не могут быть хуже, чем у этого человека. Не говоря уже о том, что с Картой Горного Монарха это абсолютное искусство, которое подозревалось в подделке тел для боп-класса, даже если бы это был кто-то, кто имел квалификацию, чтобы направлять его, они, по крайней мере, были бы Адептом Культиватором Царства. До прошлого года, после катастрофы гигантской саранчи, Ян Тяньган упоминал, что старший сын одного из трех великих тиранов уезда Мэнъю стал истинным учеником Потрясенной небесной секты. Однако это внезапно напомнило Ян Цзюньшань о человеке из его предыдущей жизни. В своей предыдущей жизни, когда семью Сюн получили повышение в секте, он смог одной рукой покрыть небо, но чтобы семья Сюн не зашла слишком далеко позади него, ему пришлось убрать положение Царства жизни Предка, и изменить его на положение Царства жизни Небесной Пошатнувшейся Секты Старейшины Чэнь Цзи. После того, как этот уездный чиновник Чен вступил в должность, он объединил усилия с семьями Нин и Ю, чтобы ограничить и уравновесить семью Сюн, в результате чего они пострадали от неудач. Семья Сюн до глубины души ненавидела этого чиновника Чена. Он первым поднял флаг, пытаясь контролировать весь уезд Мэнъюй в своих руках. Этот уездный чиновник Чен, который был верен поколебленной небес секте, естественно, был одним из немногих в семье Сюн, и два адепта из королевства Культиватоад объединили свои усилия, чтобы окружить и убить его. Однако один из них был тяжело ранен контратакой уездного чиновника Чена. В предыдущей жизни этот герцог Чен был известен своей кузнечной работой, особенно перед смертельной битвой. Его выращивание и численность были в невыгодном положении, но он все еще был в состоянии серьезно травмировать одного из членов семьи Сюн, из-за упорной жизненной силы его тираническое тело дало ему. Если уездный чиновник Чен Цзи из его предыдущей жизни действительно был нынешним культиватором Чен Цзи из горной охраны, то нет необходимости объяснять, насколько важен был этот человек, более того, причина, по которой Ян Цзюнььшань ценил этого человека, не в том, что он в будущем станет адептом культивирования королевства. ---------- Чэнь Цзи В своей предыдущей жизни этот адепт Чен из Чен Цзи также произвел большое впечатление, когда его перевели в сферу жизни. Исходя из двухсотлетнего срока службы культиватора высокого порядка s, после ста двадцатилетнего возраста пик его возделывания должен был уже быть пройден. Если бы он не переступил порог области боевых искусств до ста двадцати лет и не стал бы Адептом Культиватором Царства, чтобы еще раз продлить свою жизнь, то оставшиеся восемьдесят лет в основном считались бы последними годами его жизни. В действительности, не говоря уже о ста двадцатилетнем возрасте, даже после ста лет, было очень мало культиваторов, которые могли бы продвинуться в области жизни. На самом деле, хотя этот Духовный Мастер Чен Цзи и был внутренним учеником поколебленной небесной секты до того, как перешел в царства жизни, ему было уже завышено и двадцать лет, и у него не было потенциала для продвижения в царства жизни. Таким образом, он был послан на гору Баньян, чтобы стать вождем земледельцев, охраняющих гору. Однако этот адепт Чен никогда не отказывался от попыток продвинуться в сферы жизни, и этот человек всегда верил в то, что другие люди будут относиться к этому просто как к глупости, и что когда его тело укрепляется, возрастная граница сфер жизни может быть отложена. Как раз тогда, когда все почти забыли об этом старике, который был искренне одержим идеей продвижения в сферы жизни, Чэнь Цзи, с другой стороны, шокировал всех своим потрясающим исполнением. Когда он достиг возраста ста сорока лет, он, наконец, преобразовал свою сущность в астральную энергию и прорвался через преграды царств жизни одним махом рук. После адепта Чена мир культивирования юйсянь действительно породил волну эмоций, особенно когда продолжительность жизни удлинилась. Культиватор, который изначально считал, что потерял всякую надежду на продвижение своего культивирования, стал еще более оптимистичным. Однако в прошлой жизни, еще до падения адепта Чена, Ян Цзюнььшань никогда не слышал о том, чтобы после ста двадцатилетнего возраста кто-то успешно прорвался в царство жизни. Были также люди, которые утверждали, что этот Адепт Чен овладел техникой ковки тела, по крайней мере, высокого качества. Ключевым моментом такого секретного метода был не эффект закаливания тела, а то, что секретный метод сам по себе обладал способностью продлевать срок службы культиватора, а также способен продлевать срок службы Боевого Культиватора, по крайней мере, на пятьдесят лет, в результате чего срок службы достигает двухсот пятидесяти лет. Таким образом, несмотря на то, что этому адепту Чену уже было сто сорок лет, его, как правило, даже не считали ста двадцатью годами. Была ли эта догадка реальной или фальшивой, Ян Цзюнььшань не знал в своей предыдущей жизни, но теперь у него был шанс разобраться в этом. С тех пор как Ян Цзюнььшань признал, что этот Чэнь Цзи может быть тем уездным чиновником Чэнь из его предыдущей жизни, и с того дня в горе Баньян, он однажды сказал Ян Цзюнььшань прийти и спросить его о вопросе кузнечной работы тела. После того как Циньшуй воевал над землей, Ян Цзюнььшань пошел к горе Баньян для того чтобы искать руководство Чэнь Цзи на тайне кузнечной работы тела. Этот Чэнь Цзи был действительно очень хорошо знаком с тренировкой тела. Во время обмена Ян Цзюнььшань обнаружил, что этот старший Чен Цзи провел исследование по крайней мере семи типов низкосортной ковки тела, и он определенно овладел более чем тремя типами низкосортной ковки тела. Было, по крайней мере, три-четыре типа кузнечной работы для тела среднего ранга, с которыми он был знаком, но было два типа кузнечной работы для тела среднего ранга s, в которых он сам тренировался. В процессе обучения Ян Цзюнььшань, несмотря на то, что в предыдущей жизни у него был переоцененный опыт, и его опыт может быть не меньше, чем у этого Чэнь Цзи, но когда Чэнь Цзи случайно перечислил ряд недостатков и ошибок в процессе "Могучего кулака" Ян Цзюньшана, а также преимущества и недостатки самой техники "кулака" низкого ранга, Ян Цзюнььшань был настолько шокирован, что по всему телу вспыхнул холодный пот. Он не только сдержал свои первоначальные мысли об учёбе, но и начал искренне просить совета у этого старика. Чего Ян Цзюнььшань не знал, так это того, что Чэнь Цзи был также шокирован Непостоянным Способностью Ян Цзюньшана [Температура тела]. Он никогда не видел тринадцати-четырнадцатилетнего мальчика, чье тело еще даже не полностью созрело. Чен Цзи также был рад тому, что во время обмена между ними, юноша перед ним не только обладал чрезвычайно высокими способностями к пониманию, но и мог быть в принципе понятен в одном месте. Он также смог указать на несколько новых точек зрения, которые заставили самого Чэнь Цзи почувствовать себя обновленным. Первоначально, Чен Цзи не хотел видеть Ян Цзюньшань, который был странным человеком, который имел талант в кузнечном деле, похоронен так, и поэтому он только хотел дать ему несколько указателей. Но неожиданно, после нескольких визитов Яна Цзюньшана, в процессе общения, Чэнь Цзи все больше и больше увлекался им, и то, чему он учил, переходило от мелкого к глубокому, и он был еще более усердным, как будто он учил Яна Цзюньшана, как своего ученика. Изначально Ян Цзюнььшань приходил с целью в уме, но постепенно был покорен достижениями старика в кузнечном деле. Он начал искренне просить совета и относиться к нему как к своему хозяину. В этот период более года, хотя выращивание Ян Цзюнььшаня происходило медленными темпами, его прогресс с точки зрения тела увеличивался прыжками, и теперь, когда железный лук Ян Тяньгана из семи камней был в его руках, казалось, что он стал мягче и мягче. Что сделало его еще более счастливым, так это то, что, несмотря на то, что Ян Цзюнььшань никогда не раскрывал секреты карты горного монарха, после более чем года накопления и обогащения, казалось, что он все ближе и ближе подбирался к культивированию "Тигриного прыжка" с карты монарха. В последний раз, когда Ян Цзюньшань посетил старика на горе Банянь, он сказал ему, что готовится покинуть гору Банянь, чтобы тренироваться. В следующий раз он мог сразу же отправиться в уездный город, чтобы найти его. По воспоминаниям, которые у него остались от уездного города в прошлой жизни, и по адресу, который дал ему Чэнь Цзи, Ян Цзюнььшань с легкостью нашел место, где находился Чэнь Цзи. Это был небольшой двор в небольшом переулке, который мог подумать, что человек, живущий внутри, будет внутренним учеником высшего уровня в области боевых искусств Небесной Потрясенной секты. "Приветствую, старший!" Это уважительный поклон, но уважение Ян Чжуншана к старику исходило из глубины его сердца. Чен Цзи все еще был одет в зеленое с белыми волосами и бородой, но был полон сил и жизненной энергии. Увидев Ян Чжуншана, он оценил его и сказал: "Ты уезжаешь далеко?" Ян Чжуньшань кивнул головой: "Правильно, культивирование младшего находится почти на пике Царства Просвещения Духа, мой отец поручил мне вернуться в особняк Яна в Голубом городе, чтобы выбрать заклинание для четвертого этапа, и прийти в гости к старшему сегодня, в то же время, я также прощаюсь со старшим, идя в уезд Чэньюй на год или около того, я боюсь, что младший не сможет попросить старшего о вашей помощи.". Личность Яна Цзюньшана естественно не была бы скрыта от Чэнь Цзи, по крайней мере, семья Яна из Bluestone Town, с которой можно было бы считаться, тогда дедушка Яна Цзюньшана, который был известен как "Liehu", "Liehu" уезда Чэньюй, Ян Ли также был довольно известен, Он был в том же поколении, что и Чэнь Цзи, Чэнь Цзи также слышал о репутации этого человека, тогда, когда он услышал, что не удалось в его попытке прорваться через сферы жизни, он вздохнул постоянно, и Ян Цзюнььшань не нужно было ничего скрывать. Чэнь Цзи кивнул головой и сказал: "Кстати, этот старик также должен пойти в уединение, чтобы культивировать, так что на этот раз культивирование также чрезвычайно важно для этого старика". Ян Цзюнььшань рассчитывал на основе времени, которое он имел в его предыдущей жизни, Chen Ji вероятно собирался пойти в выращивание закрытой двери на этот раз для того чтобы сделать его последнее усилие для того чтобы прорваться через царства жизни, таким образом он сказал: "Старший, безусловно, будет в состоянии завершить свое культивирование закрытой двери на этот раз, это был успех"! Чэнь Цзи посмеялся: "Первоначально этот старик был еще немного взволнован, но после обучения тело ковки более года, этот старик приобрел довольно много, особенно ваши собственные причудливые теории, хотя большинство из них не имеют оснований, но но новизна много очков все еще имеет некоторые преимущества, это добавляет уверенности этому старику". Ян Цзюнььшань не мог не покраснеть немного, мнения, которые он использовал для общения с Чэнь Цзи, были в основном взгляды на небо и землю, меняющиеся, основные взгляды после интеграции мира культивирования, все эти взгляды не были собственными вещами Яна Цзюньшана, но Чэнь Цзи был всего лишь маленькой жареной картошкой посреди сект, и ему было трудно увидеть все с одного взгляда. Ян Цзюнььшань на мгновение подумал, а потом сказал: "Прошло много времени с тех пор, как я смог извлечь из этого выгоду, как старший, младший определенно не сможет культивировать так быстро, как я делал это в прошлом". Старшеклассник, у вас есть еще что-нибудь, чему меня можно было бы научить?" Чен Цзи кивнул головой и вдумчиво сказал: "Большинство искусств Голубого города передается в поколебленную небесами секту, на самом деле, многие из больших и малых семей, сект и власть в Юсяне связаны с поколебленной небесами сектой. Мн, я слышал, что ваша семья Ян унаследовала технику выращивания земных атрибутов, и среди техник земных атрибутов есть чрезвычайно распространенная техника, которую очень немногие люди готовы культивировать, в обмен на "технику земных атрибутов", вы можете использовать ее для культивирования в течение некоторого времени". "Техника накопления земли?" Ян Чжуньшань, конечно, знал об этой технике, но было очень мало людей, которые хотели бы ее культивировать, поэтому он спросил в замешательстве: "Какова польза от практики этой техники?" Эта техника была сосредоточена на заклинателе и впитывала всю грязь и камни вокруг него в заклинатель. В конце концов, все его тело было покрыто толстым слоем почвы, превращая его в неуклюжего туземца. Говорили, что культиваторы, создавшие эту технику вначале, пытались передвинуть духовную землю в процессе создания Линг Тянь, а позже люди узнали, что эту технику можно использовать и как оборонительную технику. Ведь грязь и камни, которые впитывались в тело человека, оказывали защитное воздействие. Однако это заклинание было просто слишком бесполезным. Если бы было удобно построить поле, то можно было бы использовать большую карету для перевозки духовной земли, так зачем же она должна была прикрывать голову и лицо? Если бы оно использовалось для защиты от врагов, то даже собственная голова была бы прикрыта, но если бы противник ударил вас повсюду, как вы могли бы от него защититься? Потому что это заклинание никого не волновало, оно никем не было спрятано. Вместо этого оно было широко распространено в мире культивирования, но очень немногие люди были готовы культивировать его. "Ты знаешь "Искусство Наземного Духа"?" Чен Цзи спросил ещё раз. "Конечно!" Ян Чжуньшань ответил: "Элементарное духовное искусство Земли - это спасающая жизнь техника, используемая земледельцами, а также одна из самых трудных методик в мире земледелия". Ян Цзюнььшань сделал паузу, увидев улыбчивое и кивающее выражение Чэнь Цзи, спросил он в изумлении: "Может ли быть, что между "Методикой гвоздей Земли" и "Методикой бегства с Земли"...?" Чен Цзи кивнул головой: "Верно, этому старику посчастливилось услышать от старейшины из Небесной секты, который культивировал из уст "Искусство Исчезающего Духа Земли", что "Техника Сбора Земли" была выведена из "Искусства Исчезающего Духа Земли". Если бы вы успешно культивировали "Технику Разочарования Земли", если бы вам посчастливилось культивировать "Искусство Исчезающего Духа Земли" снова в будущем, то это было бы в два раза больше, чем результат вашей работы с половиной усилий! Ян Чжуньшань был очень рад и сразу же выразил свою благодарность: "Спасибо за ваше руководство, старший!" Чэнь Цзи кивнул головой, засомневался и сказал: Есть некоторые вещи, которые нужны семье вашей известняковой госпожи Ян, и этот старик изначально не хотел держать ее рот на замке, но ты, отродье, я могу считать, что у меня есть чувства, поэтому я буду слушать тебя, и по какой бы причине твой отец не приехал в уезд Мэнъю, я буду знать, хотя ты прямой потомок семьи Ян, но в данный момент человек, который поддерживает тебя, не тот, кого ты можешь спровоцировать. Так как он только возвращается в старый дом, чтобы выбрать некоторые техники, а затем возвращается после того, как вы закончили, и не нужно оставаться там, чтобы держать глаза открытыми. ---------- Остатки Слова Чен Цзи были предельно очевидны. Как ученику внутренней секты Небесной Потрясенной Секты, другим старейшинам клана было нелегко говорить о подобном. Хотя Ян Цзюнььшань и не планировал возвращаться в Пустошь сразу после выбора своей техники, он все же принял бы эту благосклонность. "Причина, по которой этот старик позвал тебя, в том, что я должен тебе кое-что сказать!" Чэнь Цзи сделал паузу, прежде чем продолжить: "Несмотря на то, что этот старик является внутренним сектантским культивистом Небесной Потрясённой Секты и принял несколько учеников, больше всего этот старик гордится не тем, что я способен выделиться в плане культивирования, а тем, что мои достижения в плане совершенствования тела довольно глубоки, но все ученики одержимы культивированием, поэтому достижения этого старика в плане кузнечной работы с телом слишком трудны для кого-либо, чтобы унаследовать". "Учитель, хотя ученик и глуп, но я готов унаследовать мантию Учителя на телесной ковке!" Чэнь Цзи кивнул головой в удовлетворении и сказал: "Этот старик - культиватор из поколебленной небесной секты, и у него нет квалификации принять тебя как моего ученика, поэтому этот старик может принять тебя только как моего почетного ученика; и этот старик научился всяким кулачным приемам в поколебленной небесной секте, поэтому естественно, что он не может научить тебя". Только этот старик собрал несколько техник кулачных кулачков за все эти годы, и кроме техник кулачных кулачков из Потрясённой небесной секты и двух наборов техник кулачных кулачков из низких классов, остальные могут быть переданы вам". После того, как Чен Цзи закончил выступление, он передал три черных талисмана и два серебряных талисмана Яну Джуньшану: "Среди этих трёх чёрных талисманов есть три вида техники кулака низкого класса, включая кулак Манг Окс, с которым вы очень хорошо знакомы; два серебряных талисмана, с другой стороны, есть два набора техники кулака среднего класса, а также кулак Земляного качения, с которым вы хорошо знакомы. Тем не менее, среди этих пяти талисманов, помимо записи наследования техники кулака, есть также некоторые улучшения, заметки, опыт и т.д. Три набора техник кулака низкого ранга и два набора техник кулака среднего ранга. Несмотря на то, что Ян Цзюнььшань уже был мысленно подготовлен к этому, он все же был потрясен глубоким накоплением его учителем техник очищения тела. Нужно знать, что это даже не включало в себя технику кулака Небесной Потрясённой секты и два набора техник кулака низкого ранга. Когда он торжественно получил наследство от Чэнь Цзи, Ян Цзюнььшань уже четко почувствовал вес этих пяти талисмановых страниц. И не только благодаря самим пяти наборам кулачных техник, но и, что более важно, объяснениям, улучшениям и опыту его хозяина на талисмановых страницах. Ян Чжуньшань собирался склонить голову и выразить благодарность, но неожиданно, воспользовавшись случаем, схватил его и сказал: "Я не занят!" После того, как он закончил говорить, на собственном лице Чэнь Цзи появились следы торжественности, а затем он очень осторожно вытащил из нагрудного кармана сумку с тканью. Он осторожно открыл тканевый мешок. Внутри были два золотых талисмана, один из которых сиял золотым светом, в то время как другой, находившийся на дне, казалось, имел следы времени и был чрезвычайно разорван. В углах талисмана было много повреждений, и в нем было два или три маленьких отверстия. Чэнь Цзи посмотрел на две страницы, которые он тщательно сохранил, и сказал: "Большая часть причин, по которым этот старик был одержим Дао Температуры тела на протяжении всей моей жизни, заключается в том, что я получил эту испорченную золотую страницу!" Он продолжал говорить: "Эта золотая талисманская страница была получена, когда этот старик путешествовал по миру. Тайная техника ковки тела, записанная на ней, была восхитительна, до такой степени, что поражала воображение. Этот старик может полностью подтвердить, что эта техника кузнечной работы с телом находится на низком уровне, однако, когда этот старик получил эту талисмановую страницу, на ней было много областей повреждения, в результате чего секретная техника, записанная на этой страничке, также не хватает нескольких". Он воспользовался возможностью вздохнуть и сказал: "Причина, по которой этот старик все эти годы был одержим изучением кузнечного дела для тела, заключается в том, что я надеюсь обогатить массы и усовершенствовать этот набор техник кузнечного дела для тела на золотой странице". Поскольку кузнечно-прессовочное дело для тела ценно для начала, большинство людей, которых я получил, не стали бы раскрывать моих секретов, и поскольку талант этого старика ограничен, я могу лишь сделать некоторые простые исправления и догадки по отсутствующему содержанию золотой страницы, то он совершенно не может сравниться с тем случаем секретных техник, которые записаны на золотой странице! Затем, воспользовавшись случаем, он поднял еще одну неповрежденную золотую талисмановую страницу и сказал: "Этот старик записал все прошлые ремонтные работы и догадки на этой талисмановой странице. В будущем, если вы будете изучать эту технику ковки тела, вы сможете использовать вещи этого старика". В тот момент, когда Ян Цзюнььшань получил золотую страницу, у него была интуиция, что причина, по которой Чэнь Цзи смог продвинуться в своей области боевых искусств в возрасте ста сорока лет в предыдущей жизни, вероятно, в том, что секретная техника ковки тела была записана на этом золотом талисмане. Техника ковки тела, записанная на этой разорванной дополнительной странице, была чрезвычайно странной. Она называлась "парча из шести висцера", и этот способ ковки тела использовался для укрепления шести органов. Будь то в прошлой или в этой жизни, Ян Чжуньшань никогда не видел такой чудесной техники кузнечной обработки тела. В мире культивирования большая часть кузнечной работы шла только снаружи, изнутри, от сильной наружной кожи, к внутренним мышцам и костям, и, наконец, к внутренним органам, к кровеносной системе и костному мозгу. Однако эта "шестерка висцера парча" начиналась непосредственно с внутренних органов человека, и это не только звучало немыслимо, но и было чрезвычайно опасно. Однако, из-за дополнительных повреждений на рунической странице, в этой "парче из шести висцер" не хватало толстого кишечника, трех жизненно важных органов и большей части секретной техники ковки, а также малой части желудка. На другой талисмановской странице Чен Цзи ремонтировал "парчу из шести висцера" внутри желудка, и его догадка заключалась в том, что она была больше внутри толстой кишки и тройной гравитационной диаграммы. Ян Цзюнььшань знал Чэнь Цзи только менее года, и Чэнь Цзи действительно приложил большие усилия, чтобы научить его, как усовершенствовать свое тело. Теперь, когда он принял его как почетный ученик и даже прошел все его достижения в области тела, как учитель Чэнь Цзи, он уже сделал все возможное. Тем не менее, карта горного монарха была чрезвычайно важна для него в конце концов. Она не только произошла от демона, но и сильно отличалась от кузнечной ковки тела человека. Она также включала в себя секрет его перерождения в прошлой жизни, поэтому Ян Чжуньшань не стал бы ее вынимать, несмотря ни на что. После прощания с Чэнь Цзи, когда Ян Цзюнььшань вернулся на улицы уездного города, он не обрадовался тому, что наследство было сделано. С тех пор, как Ян Цзюнььшань вернулся с воспоминаниями о своей прошлой жизни, с одной стороны, он всегда использовал свое предвидение, чтобы посмотреть вниз на все, что было знакомо ему в его нынешней жизни. С другой стороны, чтобы изменить судьбу своей прошлой жизни и своих родственников, Ян Цзюнььшань всегда упорно трудился, строил планы и интриги. Но на этот раз, когда он общался с Чэнь Цзи, Ян Цзюнььшань снова нашел слово "искренность" при общении с ним. Стремление к выгоде всегда было наполнено безжалостностью и предательством; Прогуливаясь по знакомым, но, очевидно, менее шумным улицам своей прошлой жизни, Ян Цзюнььшань вдруг понял, что он гуляет перед огромным залом медицины. Над залом медицины вахри-нога длинная вывеска, написанная тремя словами "Большой зал котелка". Ву, так что Большой зал котельной существовал до великих перемен! Ян Чжуньшань вошел в зал лекарств. Большой котел был залом медицины, который совместно открыли секта Небес, три тирана уезда Мэнъю, а также различные силы и специалисты уезда Мэнъю. Поскольку он объединил различные силы уезда Меньгю, различные лекарства в зале медицины были довольно полными, и его положение было довольно высоким в уезде Меньгю. Планировка зала Большого котелка была все той же, что и в его предыдущей жизни, не было никаких изменений, и он походил знакомо западной стороне зала медицины. Там стояли прилавки, где было от трех до четырех алхимиков среднего возраста. "Сэр, я бы хотел обменять немного Духовной травы на таблетки для культивирования!" Тринадцати-четырнадцатилетний мальчик, вошедший в Большой котел один, естественно, привлек бы к себе внимание. Столкнувшись с изумленными взглядами толпы, Ян Чжуньшань спокойно спросил мужчину средних лет за прилавком, не хочет ли он сделать запрос. О, он хочет обменять на душистые травы, "фармацевт среднего возраста улыбнулась и спросила, когда увидела, что Ян Цзюнььшань находится только на третьем уровне Царства Смерти", - сколько душистых трав там? Ян Чжуньшань вытащил из мешка на спине коробку для запечатывания духов. Открыв его, он нашел семь полностью сохранившихся, размером с палец, грибов, которые были именно теми низкосортными грибами Духа, которые Ян Цзюнььшань приобрел с горы Баньян. А, так это гриб. Эта духовная трава, и ее ценность довольно хороша, но качество не слишком высокое. Это просто низкосортное сокровище Дхармы. Ян Чжуньшань покачал головой и сказал: "Я хочу таблетку Фа Юн, а также хочу обменять ее на десять!" Фармацевт среднего возраста покачала головой и сказала: "Как такое возможно? Качество таблеток Фа Юнь уже на один класс выше, чем таблеток Фа Юнь. Более того, ты хочешь десять из них. Улыбка появилась на лице Яна Цзюньшаня, когда он сказал: "Насекомые и грибы - главный ингредиент для приготовления таблетки "облако", но для приготовления каждой партии таблеток "облако" требуется только один гриб". Семь грибов этого младшего достаточно, чтобы приготовить семь партий таблеток, и даже если вы приготовите пять таблеток за одну партию, вы все равно получите тридцать пять из них". На этот раз не только аптекарь среднего возраста перед ним, но и два аптекаря рядом с ним также выявили выражение удивления. Фармацевт среднего возраста был еще более удивлен. Знаете ли вы конкретную формулу таблеток, чтобы приготовить эту таблетку от тумана облака? " ---------- Облачная плитка Выражение фармацевта среднего возраста стало еще более удивительным, но он сказал: "Маленький друг, ты прав". Так как маленький друг знает специфическую формулу таблетки, то вы также должны знать, что для ее усовершенствования требуется не только один тип Духовной травы, но и шесть других типов Духовной травы, чтобы успешно ее усовершенствовать. Более того, вам также понадобилось бы потреблять энергию духа, чтобы очистить таблетку, поэтому для маленького друга абсолютно невозможно в любой момент обменять эти семь видов Духовной травы на таблетку "Облачное небо"". Несмотря на то, что алхимики мира культивирования не были такими высокомерными, как мастера образования, их статус все же был чрезвычайно высок. Хотя три алхимика Большого котелового зала обычно были здесь только для того, чтобы оценить духовные травы и возглавить обмен, Ян Цзюнььшань знал, что они были тремя самыми важными алхимиками Большого котелового зала, а также были истинными хозяевами Большого котелового зала. Ян Цзюнььшань с презрением сказал: "Вы правы, но не забывайте, что хотя Гриб Насекомых и является Травой Низкого Ранга, его ценность намного выше, чем у остальных шести Травы Насекомых". Когда других шести Духовных Растений не хватает, их можно заменить Духовными Травами с аналогичным лечебным действием, если Грибы Насекомых не хватает, то обменять на них нечего"! Улыбка на лице фармацевта среднего возраста замерла, но он вдруг спросил: "Маленький друг, раз уж ты так хорошо знаком с искусством очистки таблеток, могу я спросить, есть ли у тебя мастер?". Ян Чжуньшань был напуган, но его лицо показалось нерешительным, наблюдая за реакцией алхимика средних лет, он засмеялся: "Если маленький друг не хочет говорить, я не буду заставлять тебя". Ян Цзюнььшань посмотрел налево и направо, затем внезапно положил на прилавок и наклонился ближе, и сказал низким голосом: "Если вы дадите мне десять таблеток Фа Юнь, то я приду снова, чтобы купить еще таблеток". А, забудь, я слышал, что в твоем Большом котелке есть нефритовый жетон духа, если ты дашь мне его, я скажу Йойпе из Травы Духа, чтобы он заменил Грибы Насекомых, что с ним делать?". Когда аптекарь среднего возраста услышал слова Ян Чжуньшаня, на ее лице появилась улыбка. Когда она услышала об облачной плите Spirit Jade, ее улыбка сразу же застыла, а затем она услышала слова Ян Цзюнььшаня, которые можно было даже использовать в качестве замены Грибам, что сделало ее несчастной, и она сказала это: "Маленький друг, не говори ерунды, какая Облачная Плита Нефритового Духа? Более того, раньше вы говорили, что грибы-жуки не могут быть заменены при рафинировании таблетки Фа Юнь, а теперь, когда вы сказали, что у вас есть грибы-жуки, чтобы заменить духовную траву, не думаете ли вы, что определенную семью может обмануть ребёнок? Видя, что вы так молоды, я не хочу с вами спорить, поэтому вам следует быстро уйти, Большой зал котел s - это не те вещи, с которыми можно прийти и обмануть! " Ян Чжуньшань сказал безразлично: "Ничего страшного, если ты не веришь в это, но ты серьезно насчет грибов-жуков? Фармацевт среднего возраста был слегка озадачен, но твердо сказал: "С десятью таблетками это невозможно". Я могу дать тебе только семь максимум!" "Семь - это семь", - сказал Ян Чжуньшань, остроумно раздражая, заставляя его выглядеть несколько недоверчивым и злым в своем возрасте. Он принял семь таблеток Фа Юнь, которые фармацевт среднего возраста вытащил, и аккуратно поместил их в нефритовые бутылки из овечьего жира, которые он собрал в прошлый раз в Туо У Шань, и сказал низким голосом: "Хм, хотя Грибы растут в тени, у них сильная натура, поэтому они заслуживают того, чтобы их взорвали, когда вы их оттачиваете!". Ян Цзюнььшань говорил тихо, но алхимик среднего возраста мог слышать все отчетливо, рука, которая держалась за гранулу духа Ян Цзюньшана, сразу же застыла на месте, и когда он отреагировал, то увидел, что Ян Цзюнььшань уже отодвинулся на несколько метров. "Молодой друг, пожалуйста, подождите минутку!" Под шокированными глазами двух других фармацевтов, аптекарь среднего возраста даже не успел выйти из-за прилавка. Вместо этого он прямо перепрыгнул через прилавок, встал перед Ян Чжуньшань и посмеялся. "Что ты делаешь?" Ян Чжуньшань сделал шаг назад, и осторожно посмотрел на аптекаря средних лет перед ним. После этого он оглянулся вокруг зала Большого котелка, и только после того, как понял, что немало людей уже заметили здесь беспорядки, он вздохнул с облегчением. Культиватор средних лет поспешил вежливо сказать: "Маленький друг, пожалуйста, не пойми меня неправильно". Я просто хочу спросить, серьезно ли ты". Ян Цзюнььшань увидел, что два других фармацевта позади него также догнали их с полными удивления лицами, и сказал беззаботно: "Изначально усовершенствование бесформенной таблетки "Облако" было не слишком сложным, сложность заключалась во взрыве таблетки, одна бесформенная таблетка "Облако" изначально производила только одну мусорную таблетку, но она могла забрать две или три лучшие таблетки, если она случайно взорвалась, как может повыситься процент успеха!" "Да, да, да." Культиватор среднего возраста быстро кивнул головой и спросил: "Но я не спрашиваю о взрыве таблетки, но есть ли у маленького друга действительно способ заменить Lava Caterpillar, чтобы избежать взрыва?". Ян Чжуньшань посмотрел налево и направо и сказал: "Хочешь это сказать?" Фармацевт среднего возраста похлопал его по голове и быстро ввел в курс дела. "Пожалуйста, заходите!" Ян Цзюнььшань не почувствовал ни малейшего переполнения неожиданной услугой, оказанной ему, когда он шел вперед, и даже не нуждался в медике среднего возраста, чтобы вести за собой, как будто он был очень хорошо знаком с дорогой. Три мастера медицины смотрели друг на друга, с выражениями недоумения и недоумения на своих лицах. Культивационная таблетка "Облако" была одной из самых качественных гранул, которые мог употреблять культиватор "Смертельное царство", поэтому она была популярна среди культиваторов, а также была одним из основных источников дохода для Большого котелового зала. Если бы он действительно мог решить проблему взрыва гранул, то процент успешности Cultivation Cloud Pill увеличился бы, по крайней мере, на двадцать - тридцать процентов. Другие, может быть, и не знают, но Ян Чжуньшань знал, что эти три очистителя таблеток смогли выстоять на фоне изменений, произошедших на Небе и на Земле, несмотря на то, что их выращивание не было высоким и находилось только на высоком уровне в области боевых искусств, правда, что обычным людям будет трудно достичь такой мудрости и таких методов. Ян Чжуньшань только в прошлой жизни с большим трудом добрался до высокого уровня своего возделывания, и только после того, как он был признан экспертом в возрасте уезда Мэнъюй, он, по стечению обстоятельств, нашел шанс узнать их личность. Алхимик средних лет, который был во главе с тремя другими алхимиками в тайной комнате после прибытия в Большой зал котелка, с нетерпением спросил: "Неужели маленький друг действительно может избежать взрыва, который часто происходит в процессе рафинирования Высшей Облачной Пеллеты? Ян Цзюнььшань спокойно ответил: "Не беспокойтесь, чтобы мы могли избежать ненужных подозрений, я думаю, будет лучше, если мы раскроем наши личности. Я Ян Чжуньшань, сын Ян Тяньгана из Пустоши!" О, "они втроём выглядели просвещёнными, так как, очевидно, знали имя Ян Тяньган. Культиватор средних лет засмеялся: "Так получилось, что это сын Яна Чунчжэна, а Меня зовут Ян Чунчжэн, который также звучал по всему уезду с моими ушами". Видя беспомощность на лице Яна Чжуншана, три аптекаря улыбнулись. Затем аптекарь среднего возраста продолжил: "Думаю, маленький друг уже догадался, что я алхимик Большого котелового зала, а также владелец Большого котелового зала". Меня зовут Конг, и меня зовут Конг Де Лян; После того, как Конг Де Лян закончил говорить, рафинёр таблеток Гу Шаочжун снова спросил: "Я слышал, что Ян Чунчжэн родом из уезда Чэньюй, а маленький друг Чжун Шань тоже изначально был выдающимся классом"? Так как они поняли личность Яна Цзюньшаня, то трое из них были более уверенны в том, что Ян Цзюнььшань сказал раньше. Ян Тяньган имел довольно хорошую репутацию в уезде Мэнъюй, и его можно было бы считать одним из экспертов. Ян Цзюнььшань кивнул головой: "Так как мы уже знаем правду, то младший будет откровенен, и я сообщу вам о травах духа, которые были заменены. Все трое из вас имеют опыт в рафинировании таблеток, поэтому я скажу вам правду, но у младшего все те же самые слова, вы трое будете использовать пластину "Spirit Jade Plate" для обмена"! Их трое возглавлял Конг Делян. Конг Де Лян обменялся взглядом с ними и пробормотал: "Так как маленький друг знает о Плите Духа-нефрита, знает ли маленький друг и об использовании Облачной Плиты в Большом Колодронном Зале?" Ян Чжуньшань кивнул головой и сказал: "Я немного знаю об этом, но я слышал, что только у тех, кто покупает в Большом котелке, может быть что-то подобное". С помощью этого значка можно купить гранулы из зала Большого котелка за восемьдесят процентов от цены". Ян Чжуньшань сделал паузу, а потом сказал: "Этот знает, что покупка доли с душистой травой - слишком детская игра, но этот бонус не нужен, пока применяется 80%-ная скидка". Конг Делян собирался что-то сказать, когда вдруг почувствовал, что кто-то дергает его за лацкан. Он услышал, как Гу Шаоджун сказал сзади: "Если то, что говорит маленький друг, правда, нет ничего плохого в том, чтобы вручить маленькому другу медальон "Нефритовый дух"! С тех пор, как Гу Шаочжун уже сказал это, Конг Делян больше не говорил. Лицо Ян Чжуньшаня, наконец, показало улыбку и сказало: "Хорошо, но есть кое-что, что я должен сказать заранее. Услышав это, они были ошеломлены. Конг Делян горько улыбнулся: "Изначально я думал, что все будет не так просто, но стоит увеличить или уменьшить количество таблеток". Однако, кажется, что то, что сказал маленький друг, было не просто обменять их на один основной ингредиент". Большую часть дня Ян Цзюнььшань оставался в Большом котелке. Подтвердив, что сказанное им было правдой, Ян Джуньшань, наконец, ушел с нефритовой плитой "Облако Духа", которую ему подарил Конг Делян. В то же время он забрал семь таблеток, которые дал ему Конг Делян, и которые имели только оригинальные девяносто процентов эффектов. Среди Большого котелового зала, после того, как Ян Чжуньшань ушел, Конг Де Лян повернулся к Гу Шаояну и спросил: "Почему младший брат-ученик так легко согласился на просьбу этого ребенка?" Гу Шаоджун сказал: "Во-первых, то, что он сказал, действительно стоит нефритовой облачной плиты "Spirit Jade", во-вторых, Ян Тяньган является эльзантным экспертом из уезда Мэнъюй, за ним стоит выдающийся класс, интересно, как он не будет прогрессировать дальше в будущем!" Конг Делян был явно тронут. "Какие новости получил младший?" "Разве старший брат не чувствует, что недавняя ситуация очень странная?" Гу Шаоджун сказал: "Первоначально Большой Колоденский Зал ежегодно выплачивал дивиденды Небесной Потрясённой Секте, но начиная с полугода назад Небесная Потрясённая Секта приходила каждый месяц, чтобы получить бонус; в то время как семья Сюн несколько раз пыталась увеличить количество акций, которыми они владеют; кроме того, в Большом Колоденском Зал увеличивается доля спиртных таблеток, установленных семьёй Нин и Ю в Большом Колоденском Зал. Хотя ежемесячное увеличение ограничено, но и за последние шесть месяцев оно не является низким...". Конг Делян сказал: "Младший брат, ты имеешь в виду..." "Не может быть?" Хорошо готовить день феномена. Я слышал, что недавно из Блустоуна вышел внутренний ученик, и это действительно этот брат Ян Чунчжэн, и человек, который состязался с ним за эту должность, является учеником семьи Сюн. Его статус внутреннего ученика должен быть одобрен Adept Realm Cultivator, и даже с властью семьи Сюн, он все еще не может конкурировать с Яном Тяньганом, так что же это значит? В это время вдруг заговорил You You, который вообще не говорил: "Вчера тайный посланник уезда Чжан связался со мной наедине, и я надеюсь, что смогу купить акции в Большом Колодронном Зале!" Как раз в это время в потайную комнату за залом пришел помощник Большого котелка и доложил трем из них: "Перед тем, как эта молодёжь пришла в этот зал, он остановился на полдня в переулке западного переулка." "Переулок Западной аллеи?" Конг Делян был перемещен: "Это он?" ---------- Дядя Подобно тому, как три алхимика из Большого котелового зала ломали голову над ним Ян Цзюньшаня, Ян Цзюньшань уже садился в дальний вагон, который ехал в Чеченский уезд. Карета проезжала целый день и две ночи, а тряска кареты не позволяла Яну Цзюньшану погрузиться в возделывание. Кроме того, Ян Цзюнььшань не был единственным, кто находился в карете, поэтому он не мог выставить позу тигра в карете. В своей скуке Ян Цзюнььшань погрузился в остатки диаграммы "Шесть висцера парча". Парча из шести вискер имела подробные записи о сильных и мощных шести вискер в человеческом теле, и даже была сопоставлена с чрезвычайно тонким рисунком. К сожалению, более половины рисунков трех сердечников и двух кишечников в толстой кишке были разрушены, а также были нанесены некоторые повреждения картины живота, что сделало невозможным для Ян Чжуншана увидеть полную картину мистической техники кулака. Ян Цзюнььшань впервые прочитал все три внутренности, Ян Цзюнььшань, естественно, думал о тренировках в течение некоторого времени, так как он мог тренироваться в этой секретной технике, он, безусловно, будет беспокоить других, и не боялся, что другие видят через его секретную технику. Он посылал своё сознание в своё тело и пытался использовать энергию духа, записанную в шести парчах висцера, чтобы причудливым образом вибрировать его внутренние органы, пытаясь использовать секретную резонансную технику, записанную внутри, чтобы узнать, какая из шести техник легче всего культивируется. В то же время, он тайно молился о том, чтобы не фокусироваться на трех жизненно важных органах - толстой кишке и желудке. К счастью, молитва Яна Цзюньшаня, казалось, сработала, и по прошествии неизвестного периода времени Ян Цзюньшань вдруг почувствовал, что, когда духовная энергия в его теле была направлена в устройство, возникла аномалия, духовная энергия в изначально расширенных духовных полостях, казалось, была возбуждена, духовная энергия в полостях сразу же начала кипеть, и медленно стала вращаться. Ян Чжуньшань был потрясен, и сразу же открыл глаза, только для того, чтобы понять, что экипаж все еще трясется, и люди, которые проходили через экипаж, все качались, как будто спали. Только тогда он понял, что уже рассвет, а на самом деле он уже так долго тренировался в парче из шести висцера. После того, как Ян Чжуньшань снова погрузился в свое тело, он уже отчетливо почувствовал, что все его тело стало немного другим, как будто появился дополнительный слой жизненной силы. Духовный котел внутри Духовного котелка уже был наполнен внезапной духовной энергией, но в данный момент духовная энергия постепенно проявляла признаки затвердевания. Это было знаком закладки бессмертного основания, вызывающего еще большую тревогу у Ян Цзюньшана. Может ли это быть причиной того, что он культивировал парчу из шести висцера? Но он тренировался только одну ночь! Чтобы сделать его бессмертные корни более совершенными, он должен был использовать свою энергию духа, чтобы заполнить пробелы в его бессмертном фундаменте. По этой же причине Ян Чжуньшань внезапно проснулся от своего культивирования. Сгущенная энергия духа в теле Ян Цзюньшаня была уже достаточно плотной и плотной, он не ожидал, что когда он будет культивировать парчу из шести висцерий, он действительно увидит признаки концентрации. Независимо от того, было ли это в его предыдущей или текущей жизни, Ян Чжуньшань никогда не видел подобного явления. Даже если бы эта парча из шести висцера обладала эффектом ускорения конденсации бессмертного фундамента, но такое сильное сжатие духовной энергии также замедляло скорость его выращивания. Это увеличение и уменьшение, он не знал, хорошо это или плохо, но разве эта парча из шести висцера не была техникой ковки тела? К счастью, у него в руках было десять таблеток "Cloud Concocting Pills" и семьдесят или восемьдесят нефритовых монет. До тех пор, пока он не перейдет на четвертый этап в течение полугода, этого будет достаточно для его культивирования. Ян Джуньшань, который не знал причины, решил перестать думать об этом, и снова сосредоточился на выращивании "Топора храбрости" в парче из шести внутрений. Очень быстро, после еще одного дня и ночи, экипаж наконец перестал трястись. Ян Чжуньшань был гораздо менее знаком с городами Чэньюйского уезда, чем с городами уезда Мэнъюй. Это было не потому, что он никогда не был там раньше, а потому, что весь город был сожжен в битве вскоре после распада Небесной сотрясаемой секты. Ян Цзюньшань на самом деле был хорошо знаком с руинами города уезда Чэньюй. Но, глядя на них сейчас, Чэньюйский уездный город был гораздо процветательнее, чем город уезда Мэнъюй. На улицах царила суматошная атмосфера. Ознакомившись с планировкой города, Ян Чжуньшань не задержался надолго, а вместо этого покинул город, отправившись на карете в сторону Голубого уездного города. Достигнув Голубого города, Ян Цзюнььшань не сразу направился к особняку Яна. Вместо этого он пошел по маршруту в его памяти и направился на запад, прибыв в большой дом. Хань Сюшэн, который уже получил известие, ждал за дверью. Увидев, что Ян Цзюнььшань на самом деле шел, на его лице сначала промелькнуло сомнение, но потом он удивился. Ян Чжуньшань засмеялся: "Дядя, ты меня больше не узнаешь?" "Неужели это действительно Большой Брат Шан?" Хань Сюшэн с изумлением посмотрел ему в глаза и сказал: "Прошло три года с нашей последней встречи. Большой брат Шань стал таким высоким, если бы не тот факт, что он все больше и больше похож на твоего отца, даже дядя не осмелился бы тебя узнать". После того, как они обменялись приветствиями, Хань Сюшэн сказал: "Сяошань, почему ты перешагнул через себя? Ты ещё не пошёл в старый особняк в Чжудуне?" Семья Янь была выдающимся классом в Блустонском городе, а дома в восточной части сторожевого дома принадлежали госпоже Янь, старый дом семьи Янь, естественно, был одним из них. Вопрос Хань Сюшэна пришел как вопрос к Хань Сюшэну о том, почему он не пошел в старый дом, чтобы сначала навестить своих пожилых людей. Ян Цзюньшань неодобрительно сказал: "Так как мы собираемся остаться у дяди, мне не нужно идти первым, если нет, то когда я встречу много людей, я буду чувствовать себя неуютно, и если есть кто-то, кто хочет остаться на ночь, а потом отказывается, то это будет неловко". Я мог бы использовать дядю как щит, так как обе стороны готовы прийти". Хань Сюшэн смеялась и ругалась: "Ты, маленькое отродье, такой умный, что даже думаешь, что можешь замышлять против собственного дяди. Если ты не пойдешь, то не пойдешь, твой дядя будет у тебя дома, но, честно говоря, если ты сейчас вернешься в свой старый дом, то может быть много людей, которые захотят тебе понравиться". Сцена из его прошлой жизни была еще свежа в памяти Ян Чжуншана. Причина, по которой Ян Чжуньшань непосредственно приехал жить в дом своего дяди, заключалась в том, что он не хотел столкнуться с таким количеством неприятностей. "Давай прогуляемся, перестанем стоять на улице и поговорим дома". Твоя жена приготовила духовную пищу в долине и ждет тебя!" Хань Сюшэн сказал, что когда он втянул Ян Чжуньшань в дом. Семья Хань также являлась культиватором в Блустонском городке, хотя они и не были частью выдающегося класса, они существовали в нем много раз и могли считаться семьей с длинной историей. Однако у семьи Хань не было много членов, а когда дело дошло до поколения отца Хань Сюшэна, то остались только Хань Сюшэн и Хань Сюмэй. Когда они вошли в дом, женщина средних лет уже вышла из дома. Увидев издалека Ян Цзюнььшань, она засмеялась: "Это что, маленькая гора? Она все больше и больше похожа на твоего отца. В прошлой жизни дом его дяди был не таким. Дядя был с ним по-прежнему так же близок, как и раньше, но тетя была гораздо менее страстной, чем когда увидела его сегодня. Причина была в том, что перед смертью дедушка Ян Чжуньшань доверил Ян Тяньгану заботиться о своей семье, а Ян Тяньган также устроился для него на работу в городскую шахту "Дух Земли". Позже Ян Тяньган ушел в семью в Пустоши и потерял заботу о своей семье, поэтому его жизнь была не такой спокойной, как в прошлом. Когда месяц назад Ян Тяньган привез Яна Чжунпина в Синий Каменный Город, чтобы проверить на наличие духовных полостей, он не только сам был экспертом в области боевых искусств третьего этапа, но и привез с собой десять каменных духовных долин от семьи своего дяди. Что касается Десятикаменной духовной долины, то половина юсян в настоящее время страдает от голода. Хотя цена духовной долины и нефритовых монет и была средством возделывания, это не было слишком возмутительно для духовной долины, чтобы быть такой дорогой. Главная проблема заключалась в том, что даже с нефритовыми монетами они не смогли купить духовную долину! Десятикаменной духовной долины было достаточно, чтобы семья его дяди, состоящая из четырех человек, потратила на возделывание как минимум два-три года. В Блустонском городке это уже было культивационным ресурсом, которого так жаждали обычные земледельцы. Добавив к этому новость о том, что семья Седьмой тети Яна Джуншана привезла из деревни Туцю, которая в настоящее время находится во всем Голубом городе, о третьем брате которого семья до сих пор не знала, после того, как он гневно уехал, его дни в Пустынном городе расцвели. Несколько дней назад он вернулся в Голубой город, и сразу же за ним последовало пять членов семьи, которые отправились в Пустошь. Войдя в зал, Ян Чжуньшань спросил: "Куда делись Маленький Цзин и Маленький У, почему я их не видел?" Хань Сюшэн покачал головой и горько засмеялся: "Кто знает, куда я ходил играть. Дома мне теперь все равно, твоя жена так избаловала двоих детей, а теперь, когда ты достиг возраста, чтобы испытать свои бессмертные меридианы, твой "Кулак бешеного быка" просто беспорядок". "Давайте не будем о них говорить", - помахал Хань Сюшэн рукой и сказал: "Так как ты уже сейчас в Голубом городе, было бы неоправданно не возвращаться в старый дом". Но не волнуйтесь, какой бы глубокой ни была пропасть между вами и людьми в доме, они не дали бы вам сейчас лицезреть". Выражение Ян Чжуньшаня не изменилось, когда он спросил: "Дядя, что происходит?". Хань Сюшэн хладнокровно засмеялся: "Что еще это может быть? Во-первых, дни семьи Лао Ян становятся всё хуже, и твой отец на подъеме, но кто-то из семьи Лао Ян, вероятно, имел намерение вернуть твою семью домой; во-вторых, твой отец перешёл на третий уровень в области боевых искусств, и его статус и происхождение также различны. Во всей семье Янг только твоя бабушка, твой второй дед и твой старший дядя имеют культивирование выше третьего уровня в области боевых искусств. Однако Ян Джуньшань был немного недоверчив: "Можно сказать, что половина Голубого города - это семья Лао Яна, так как же жизнь может быть такой трудной? Даже если в течение этих двух лет в производстве не производилось ничего, это все равно место, где они накапливались в течение стольких лет, в конце концов...". "Накопить?" Какие еще резервы у вас есть? " Хань Сюшэн прервал Ян Чжуньшань холодным смехом: "Если жизнь действительно хороша, то нам даже не придется грабить девятую дядюшку Пэн-семью"! Ян Чжуньшань испугался, как будто не верит своим ушам, и спросил: "Дядя, что ты сказал?" Хань Сюшэн вздохнул и сказал: "Ты до сих пор не знаешь, полмесяца назад старые раны твоего Девятого дяди Пэн Шидао после прорыва в мир боевых искусств повторялись, и он не смог выдержать этого. Через три дня после его смерти семья Янг забрала единственную оставшуюся в живых младшую сестру твоего девятого дяди, Пэн Шитонга, в семью Янг, позаботившись о его имени, но все богатства, которые семья Пэнг накопила за эти годы, а также несколько акров Линь Тянь, были забраны семьей Янг". Ян Чжуньшань пробормотал себе: "Девятый дядя умер!" ---------- Семья Янг Семья Янг имела неписаное правило для вербовочного мужа, которое заключалось в том, что выращивание мужа должно быть, по крайней мере, в области боевых искусств или выше. Таким образом, набирая мужа, он мог также нанимать экспертов для укрепления власти семьи. Однако многие специалисты в области боевых искусств были гордыми и высокомерными людьми, а быть зятем не было славным делом, поэтому дополнительные мужья, которых семья Янг набирала для своих дочерей, которые должны были выйти замуж, были в основном теми негодяями-культивистами, которые пришли из Боевого Царства Культиватор. Девятый дядя Ян Чжуньшаня, Пэн Шидао, был нечестным культиватором. Семья Пенг унаследовала несколько поколений культиваторов в Блустоуне, и их клан процветал намного выше дяди Ян Джуншана. Отец Пэн Шидао был культиватором со второй ступенью боевых искусств и мог считаться экспертом в Блустонском городе. Девятая тетя Ян Тянь Лин была второй дочерью деда Ян Чжуншана, Ян Ли. Она была сводной сестрой Яна Тяньгана, а также родилась от клана Ван вместе с четвертой тетей Ян Тянь Фан. Она была девятой среди детей второго поколения семьи Янг. Однако его упрямый отец, Ян Ли, твердо придерживался своего статуса дополнительного зятя и границ своей области боевых искусств, и твердо отказался разрешить им пожениться друг с другом. И хотя семья Пэн не была столь могущественна, как семья Ян, они все же не хотели посылать своего сына в семью Ян, чтобы он стал их зятем. Для того, чтобы как можно скорее достичь требований Ян Ли, Пэн Шидао силой прорвался в мир боевых искусств. Несмотря на то, что в конце концов ему это удалось, он все равно повредил свой фундамент, и в будущем не только его культивирование перестало улучшаться, но и травмы внутри его тела часто повторялись. Первоначально, высокодуховная молодежь стала больным человеком. Даже если Пэн Ши был готов стать зятем семьи Ян, как Ли Ян мог позволить своей дочери выйти замуж за такого человека, который выглядел бы так, как будто он не хочет оставлять ее в живых, не говоря уже о том, что поврежденный фонд Пэн Ши все еще мог принести некоторую силу семье Ян, и даже стать обузой для семьи Ян. На этот раз именно Девятая тетя Ян Тянь Лин использовала свою жизнь, чтобы заставить руку Пэн Ши. Это еще больше разозлило Ян Линь. Ян Тяньган, Ян Тянь Фан и другие женщины-юниорки обратились с мольбой о пощаде, но все они были прогнаны Ян Ли. В конце концов, это была двоюродная бабушка Ян Чжуньшаня, третья сестра Ян Ли, которая пришла, чтобы убедить своего старшего брата, который, в конце концов, согласился на брак. Несмотря на то, что семья Пэнов тоже не пожелала этого, после того, как увидела двух молодых людей в сукредативе, они больше не шли против своих желаний. В Голубом городе было много шахт для добычи духов, и семья Пенг смогла передать свое наследие из поколения в поколение, потому что семья Пенг эксплуатировала шахту Broken Vein Stone. Каждый год они могли производить небольшое количество порошка Broken Veins Powder, который был волшебным спиртовым материалом среднего класса с широким спектром применения в рафинировании, изготовлении талисманов и установке массивов. Пять лет назад отец Пенг Шидао и его единственный брат были похоронены в пещерной шахте, которая внезапно обрушилась. Несмотря на то, что отец Пэн Сидао обладал царством боевых искусств, его божественных способностей все еще не хватало. В семье Пенг Сидао, кроме Пенг Шидао, который был добавлен в семью, был только Пенг Шитонг, который еще не был взрослым. Когда Пенг Шидао услышал эту печальную новость, его и без того ужасные раны усугубились. В то время был голос госпожи Ян, которая хотела принять все минералы и земли семьи Пэн, и когда Ян Тяньган и его жена услышали эту новость, они даже пригрозили им смертью. В то время Ян Тяньган, конкурировавший с Ян Тяньлеем за пост патриарха госпожи Ян, даже сделал выговор членам клана, у которых были эти мысли. В течение последних пяти лет, из-за защиты семьи Пэн, семья Ян не могла сделать ход. Однако из-за этого Пэн Шидао потратил всю свою энергию и кровь, что в конце концов привело к его молодой смерти, и имущество семьи Пэн вскоре после падения Пэн Шидао было аннексировано семьёй Ян. Отдохнув в доме дяди на ночь, Ян Чжуньшань на следующий день вернулся в особняк Яна, чтобы отдать дань уважения своей бабушке Ван Ши. Как дочь старейшины сотрясаемой небесами секты, дао мастера Ван Цяня, она имела необычайный уровень возделывания, когда вышла замуж за Ян Ли. После смерти Ян Ли ее уровень культивирования на четвертом уровне в области боевых искусств стал самым сильным в семье Ян. Мало того, что семье Янь требовалась поддержка эксперта из области жизни, так еще и специалиста из Голубого города на поверхности. С этой точки зрения, культивирование второго деда Яна Тянченя и Яна Джуншана, находившегося на третьем уровне области боевых искусств, было несколько недостаточным. Несмотря на то, что лицо госпожи Ван было достойным и достойным, в молодости она не видела никаких следов своей красоты. Тем не менее, ее продолжительность жизни была завышена, и после того, как она вышла замуж за семью Ян в течение стольких лет, ее воспитание никогда не увеличивалось, так что она, вероятно, потеряла возможность дальнейшего продвижения по службе. Тем не менее, поскольку она отвечала за госпожу Ян круглый год, ее высказывание имело достойный характер. "Приветствую, бабушка!" Выражение Ян Чжуньшань было спокойным. Взгляд госпожи Ван пронзил все его тело, он знал, что госпожа Ян проверяет его собственное культивирование, и уже был к этому готов, в его теле циркулировало Духовное Искусство Уту, а скрытые полости духа в его костном мозге были немедленно скрыты бессмертными кристаллами в его позвоночнике. "Йи", - вздохнула госпожа Ван: "Духовная энергия в вашем теле в изобилии, и ваше основание прочно укоренилось". Я слышала, что вы получили среднестатистический Желтый Окс Небесный Дух на горе Баньян, и что вы действительно намного сильнее, чем Желтый Земной Камень, который ваш отец привез из семьи. Что касается вашего возделывания, то достижение третьей стадии в этом возрасте уже очень ценно!". Ян Чжуньшань ответил: "Отцовский надзор строг, этот внук не осмеливается расслабиться ни на минуту!" Госпожа Ван кивнула и указала: "Тянь Ган очень смел и осторожен, но бабушка знает, что причина, по которой моя семья завербовала его в Пустоши, заключалась в том, чтобы закалить его еще больше, и теперь кажется, что он успешно это испытал. Видно, что шаг нашей семьи в шахматы был неплохим, и деревня Туцю, безусловно, станет плацдармом для расширения нашей семьи Ян в будущем". Леди Ван сделала паузу, а затем продолжила: "Этот уезд Мэнъю - самое пустынное место в Юсяне, так как твой отец уже тренировался, остаться там будет пустой тратой его таланта, и теперь, когда я, Лао Ян, здесь, чтобы нанять слугу, мне нужно, чтобы твой отец вернулся прямо сейчас". Ян Чжуньшань хладнокровно посмеялся в своем сердце, не была ли его семья тогда вынуждена была уехать в эту пустынную землю уезда Мэнъю? Теперь, когда его отец совершил суку в деревне Туцю, его семья определенно не смогла бы так легко собрать персики. Ян Чжуньшань остался спокойным и продолжил: "Все это требует, чтобы отец был главным. Слова бабушки будут даны отцу вашим внуком". После прощания с кланом Wang и выхода из родового зала, появился дополнительный вышитый мешок в руках Yang Junshan. Сзади от клана Wang, его взаимодействия с кланом Wang более или менее все еще поддерживали этикет для семьи, но этот вышитый мешок, когда Yang Junshan перевернул его, принял вне 3 монеты нефрита s от мешка. Он не мог не надуть губы и подумать: "Интересно, действительно ли дни семьи Янг настолько плохие, или этот мой внук недоволен, что эти три монеты Jade Coins действительно слишком потрёпанные". После того как он увидел клан Wang, Yang Junshan немедленно пошел оплатить его уважение к его второму дедушке Yang Xi, его тете Yang Yan и его четвертому дедушке Yang Jiao. Все три старейшины дали ему награды, но они все еще были похожи на клан Wang. После того, как Ян Цзюнььшань покинул Bluestone Town более чем на четыре года, его внешний вид сильно изменился с тех пор, как он повзрослел, многие из кланов госпожи Ян больше не знали этого бывшего молодого хозяина семьи Ян в третьем поколении, но Ян Цзюнььшань действительно узнал некоторых из людей там, и то, как они шли, вызвало приветствие на их лицах. После того, как Ян Цзюнььшань узнал личность, выражение на лицах кланов госпожи Ян стало еще более приятным, и на их лицах даже появились какие-то ласки, что полностью отличалось от пустынной сцены, когда семья Ян Тяньгана покинула тогдашний Голубой город. Казалось, как говорил дядя, положение семьи Янг было не слишком хорошим, многие члены клана были чрезвычайно увлечены Янг Чжуньшань, сыном Янг Чунчжэна, у которого был полный запас зерна. После ухода из дома четвертого старейшины Ян Цзяо, Ян Цзюнььшань изначально хотел навестить семью седьмой тети Ян Тянь Янь. Но неожиданно, седьмой дядя Ань Ся повеселился с семьёй, в результате чего Ян Цзюнььшань оказался с пустыми руками. Он прошел мимо небольшого дворика на обратном пути и увидел, что белый плакат на внешней стене двора не снят, Ян Цзюнььшань на мгновение засомневался, прежде чем войти, так же как и молодая леди, выходящая на улицу. Это была Девятая тетя Ян Чжуньшаня, Ян Тянь Линь. "Ты, Сяошань?" Внешность Яна Цзюньшаня все больше и больше напоминала Яна Тяньгана; любой, кто был ему ближе, мог догадаться о его личности, только взглянув на его внешность. "Девятая тётя, я только что вернулся из Пустоши, после того, как отдал дань уважения четырём старейшинам и услышал о деле дяди, я захотел приехать и поклониться!" У Ян Тянь Лин глаза покраснели. Она вздохнула и сказала: "Хорошее дитя, ты внимательный!" Когда Ян Тянь Лин привёл его к скрижали с духами в Пэн-Ши-Дао, Ян Чжуньшань покорно опустился на колени и несколько раз опустился на колени, чтобы поклониться. После еще одной палки благовоний времени, он увидел, что Ян Тянь Лин вынимает маленький, но полный мешок духа запечатывания. "Девятая тетя, ты..." Ян Тянь Лин вытеснил улыбку и сказал: "Это материал для среднего класса духа, порошок сломанной вены, произведенный моей семьей твоего дяди. Я услышал от твоего отца о твоем намерении вернуться в Голубой город, твой дядя изначально обещал приготовить для тебя порошок "Сломанная вена". Теперь, когда шахта не в руках твоей тети, я могу дать тебе только этот маленький пакет". Хотя это был всего лишь маленький мешочек, но для Ян Чжуншана он был чрезвычайно ценен. Это было слишком много по сравнению с наградами, которые он получал раньше, но Ян Чжуньшань не захотел его брать. "Военная тётя, я не могу принять эти вещи". Дядя ушёл, и теперь остались только ты и десятая сестра, которые полагаются друг на друга для выживания. Вы должны хранить эти вещи на случай, если они вам понадобятся в будущем". Выражение Ян Тянь Линь стало серьезным, как она сказала: "Если я скажу тебе взять это, то возьми это. Этот порошок "Сломанная вена" имеет много применений. Когда ты прославишься в будущем, возможно, у этой тёти будет о чём тебя попросить". Ян Чжуньшань была беспомощна. Точно так же, как он держал в руке чехол с Духом-Запечатлением, он слышал звуки людей, убегающих со двора, и в то же время был слышен голос: "Мама, моя тётя устроила дяде засаду на полпути, и они поймали её!" "Что?" Ян Тянь Лин быстро подошел к двери и с тревогой спросил: "Где они сейчас?". ---------- Старые ущелья Той, что забежала, была маленькая девочка, которая была всего на один-два года старше своей младшей сестры. Ян Джуньшань узнал, что это дочь Девятой тети, Ян Джунки. Когда он увидел Ян Джуншана, Ян Джунки, очевидно, испугался, он давно забыл о четвертом брате Яне Джуншане. Ян Тянь Лин уже с тревогой выбежал из маленького дворика, Ян Цзюнььшань не потрудился его представить, так как он быстро последовал за ним. Видя, как группа людей вокруг них пинается и избивает их, а по земле скатываются камни размером с четыре-пять яиц, молодой человек в возрасте около двадцати лет подпрыгнул и закричал, держась за плечо, яростно проклиная: "Бей его, забивай до смерти! Если бы не семья моего Лао Яна, ухаживающая за ним, эта маленькая волна копыт вроде тебя уже была бы куплена кем-нибудь в бордельном остроумном заборе, как бы у тебя хватило сил устроить мне засаду!". "Стойте!" Ноги Ян Тянь Линя двигались как ветер, но все это время он управлял своей духовной энергией. Когда он увидел эту сцену, он стал еще более взволнованным и закричал: "Двенадцатый брат, скажи своим людям, чтобы остановились". Ты меня слышишь?" Молодой человек увидел, как Ян Тянь Лин перебегает издалека. Он хладнокровно храпел, но все равно кричал на группу людей рядом с ним. Все остановились, оглянулись позади, и увидели, как Ян Тянь Лин перебегает с ашеным лицом. Ян Тянь Лин не заботился о том, чтобы отчитать толпу. Вместо этого она быстро пошла к тому месту, где собралась толпа. Там стояла официантка, разорвавшая одежду и растрёпанные волосы со следами ног по всему телу. "Маленький Тонг", "Маленький Тонг", как ты? Где твои травмы?" Слова Ян Тянь Линя принесли Иньеру слезы, когда она аккуратно обняла маленькую девочку. Пурпурное лицо маленькой девочки, которое было защищено ее руками, было раскрыто. Хотя оно было покрыто пылью, других повреждений не было. "Золовка, я в порядке!" Голос маленькой девочки был низким и дрожащим. Было очевидно, что она переносила боль. Увидев это, молодой человек поспешно сошёл с ума, посоветовав сначала уйти лакеям позади него. Он увидел, что недалеко от него появился молодой человек с его ростом, и, увидев знакомое лицо молодого человека, на его лице промелькнула паника. Тогда он, казалось, отреагировал и яростно посмотрел на молодого человека. "Все вы, остановитесь!" Он вздохнул с облегчением, но когда увидел, как группу людей так избивают маленькую девочку, как он мог сдержать свой гнев? Увидев, что группа людей вот-вот уйдет, он тут же встал в гневе и посмотрел на молодого человека: "Маленький Шенг, что происходит? Разве вы его не знаете? Как ты мог так сильно ударить его?" Молодой человек убрал свой свирепый взгляд с тела Яна Чжуншана и сразу же переоделся в неправильный взгляд. Он закричал на Ян Тянь Линя: "Сестренка, как ты можешь винить меня за это, твой брат, ты же не знаешь, что я дважды попал в засаду из-за этих маленьких копыт. Каждый раз, когда они прятались на дороге и били меня камнями. Молодой человек сразу же дал Ян Тянь Линь увидеть одежду на плечах и сказал: "Твой брат, я не могу позволить, чтобы кто-то ударил меня и не мстил, верно? Грязевой человек все еще немного безжалостен. Более того, это не в первый раз. Она это заслужила!" Ян Тянь Лин, кажется, поняла, что произошло. Очевидно, что это было не в первый раз. Когда она убирала пыль с тела девушки, она сердито сказала: "Какой маленький ребенок, как ты на самом деле могла это сделать? И его так сильно ударили? Сколько тебе лет? Не смотря ни на что, ее выращивание уже достигло Фонда Бессмертия. Ударить камнем тринадцатилетнюю девочку, как она могла потерять лицо? " Молодой человек засмеялся, а потом сказал: "Разве я не в первый раз слышу, как она так высокомерно относится к нашей семье Лао Янг? Это не должен был быть первый раз, когда она использовала камень, чтобы разбить меня, если бы не ты, подарив мне лицо, я бы выдержал до сих пор"? "Но она всё-таки ребёнок. Это было неправильно с твоей стороны поступить так с ней!" Тон Ян Тянь Лин все еще был суровым, на ее лице появились буря беспомощности и трудностей. Но сестрёнка, твоему брату тоже есть что сказать сначала: если эта маленькая девочка продолжит ухаживать за смертью, то не вини меня за то, что я не позаботилась о лице старшей сестры, я не поверю, у этого члена семьи Лао Ян всё ещё есть страх и трепет в сердце! " Закончив разговор, молодой человек повернулся, чтобы поприветствовать его и захотел уйти, но, пройдя мимо Ян Чжуншана, вдруг остановился и чихнул: Некоторые люди, у которых хватило мужества уйти тогда и не вернуться, у них не было лица, чтобы вернуться, но они не забыли позвать своего маленького ублюдка обратно, чтобы воспользоваться Лао Ян, я плюнул, что это за штуки! Столкнувшись с саркастическими замечаниями молодого человека, Ян Чжуньшань естественно ответил в ответ: "Похоже, что некоторые люди просто недостаточно их научили. Даже в 21 год они все еще находятся на уровне Фонда Бессмертия. Они прожили уже пять или шесть лет!" Этот молодой человек был вторым сводным братом Ян Тяньгана, двенадцатым дядей Ян Чжуньшаня, Ян Тяньшоу. Как младший сын, рожденный от Ян Ли и клана Ван, и Ян Ли, и клан Ван уделили ему особое внимание. Личность Яна Ли изначально была сильной, как огонь, и строго контролировала его молодое поколение, но когда он обращался со своим младшим сыном, то это было из-за того, что его темперамент становился все более сдержанным, и, возможно, это была старая поговорка: "внук старшего сына, сын старшего сына, сын старшего сына". Именно такая привязанность способствовала надменному и господствующему характеру Tianshou Yang внутри семьи Yang, и даже всему городу Bluestone. Ян Тяньшоу, естественно, был талантлив, но он воспитан с деликатной личностью, так как же он мог выдержать скуку и боль от выращивания? Он шел пешком и боролся весь день только для того, чтобы разжечь неприятности, никто в Bluestone Town не осмеливался его остановить. Ян Тяньган был добрым человеком, он видел, что одно или два ограничения он не имел возможности вылечить болезнь, и не мог вынести, чтобы увидеть, что талант культивирования его младшего брата впустую, поэтому он начал лично контролировать выращивание Ян Тяньшоу. Ян Тяньшоу был настолько под контролем Яна Тяньгана, что он не осмелился говорить из гнева, но решил не понимать намерения Яна Тяньгана. Вместо этого он питал ненависть в его сердце, но после того, как он контролировался Ян Tiangang в течение нескольких лет, культивирование этого отродья увеличилось на много. Пять лет назад, когда семья Яна Чжуншана покинула Голубой город, они увидели, как этот парень прыгал и смеялся, когда он шел за каретой и проклял. К тому времени шестнадцатилетний Ян Тяньшоу уже поднял свое культивирование до четвертого уровня Царства Смерти. Сейчас, пять лет спустя, выращивание этого ребёнка всё ещё находилось на четвёртом уровне. За эти несколько лет Ян Тяньган несколько раз возвращался в Bluestone Town, и каждый раз, когда он возвращался, этот мальчишка прятался далеко и не осмеливался встретиться с Ян Тяньганом. Как раз сейчас, когда он увидел Яна Цзюньшаня, он подумал, что третий брат Ян Цзюнььшань снова вернулся в клан, он был потрясен, но потом сразу же подумал, что третий брат не может быть еще моложе его, а его воспитание еще ниже его собственного. Таким образом, он сразу понял, кто перед ним человек, и не мог не начать издеваться над ним. Кто бы мог подумать, что этот племянник не только не испугался, но и его рот был достаточно гладким, чтобы тыкать в его легкие. Это разозлило ребенка: "Твой отец тогда не подходил твоему отцу, так как я мог позволить такому маленькому зверю, как ты, издеваться надо мной сегодня". "Дерзкий, как ты можешь так разговаривать со своим 12-м дядей? Старый Третий действительно учит хорошего сына. Сегодня я буду наказывать тебя от имени Старого Третьего!" Этим, ладонь Ян Тяньшоу ударила по лицу Ян Чжуньшаня. Как Ян Чжуньшань мог позволить ему ударить её? Легким шагом он уже уклонился в сторону. "Ян Тяньшоу, что ты делаешь!" Точно так же, как Ян Тянь Лин помогала своей невестке, она видела, как Ян Тяньшоу и Ян Чжуньшань ссорились, и не могла не кричать громко. Этот рык также вызвал лакеев рядом с Ян Тяньшоу, которые жаждали дать ирис, чтобы посмотреть, что происходит. Как Ян Тянь Лин мог не знать о вражде между третьим братом и его младшим братом? Она не могла не злиться. Издеваясь над маленьким ребенком, этот младший брат уже не выглядел как кузен. "Хороший мальчик, ты все еще осмеливаешься уклониться? Ты идешь против небес!" Ладонь Ян Тяньшоу превратилась в кулак и разбилась о плечо Ян Чжуньшаня. Сила кулака вызвала звук ветра, и энергия духа уже направлялась к кулаку, и если бы кулак ударили, то у любого нормального подростка, которому было не менее четырнадцати или пятнадцати лет и на третьей стадии Смертельного царства, лопатка бы сломалась. Это был не урок, это была травма, это была месть! Ян Чжуньшань храпел, два его кулака били, неожиданно он не уклонился и не уклонился, а на самом деле столкнулся с кулаками Яна Тяньшоу. "Хороший мальчик, ты на самом деле осмелился дать отпор. Ты просто ухаживаешь за смертью!" не разозлился, а вместо этого умыл руки. Сила его кулака бессознательно увеличилась, из пор его кулака просочилась духовная энергия, в результате чего пространство между его кулаками исказилось, и он бросил свой левый кулак прямо в кулак Ян Чжуньшаня. В то же время, его левая рука сформировала кулак на талии. С боевым опытом Ян Тяньшоу, Ян Цзюнььшань уже мог догадываться, что он собирается делать с закрытыми глазами. "Па!" Кулаки Ян Тяньшоу столкнулись с кулаками Ян Цзюньшаня, и ожидаемой разрушительной сцены не произошло, и он не услышал ни звука боли. Вместо этого, как будто кулаки Ян Тяньшоу сами разбились о два стальных стержня, вызвав у него боль. Не успев обдумать причину, кулак Ян Тяньшоу, спрятанный в его талии, вот-вот должен был наверстать упущенное. Неожиданно стиль Дикого Оксового Кулака Яна Чжуншана внезапно изменился, и его железные руки, ранее напоминавшие железо, внезапно заползли в объятия Яна Тяньшоу, как две большие змеи. Прежде чем кулак Яна Тяньшоу упал на землю, обе руки Яна Юньшана внезапно скрутились, и рука Яна Тяньшоу сразу же издала звук "скрипа", как будто он может сломаться в любой момент. Интенсивная боль заставила Яна Тяньшоу мгновенно заплакать, как призраки плачут и завывают, как волки, и даже там, где был расположен другой кулак, он все равно мог приземлиться. Хотя Ян Тяньшоу не мог переносить боль, он не был глупцом, по крайней мере, он знал, что его выращивание было выше, чем Ян Цзюнььшань. Хотя слова были земными, энергия духа в его теле сразу же контратаковала, пытаясь подавить Ян Цзюнььшань используя его выращивание. Неожиданно, энергия духа в теле Ян Tianshou была likide, врезаясь в волны одна за другой, но энергия духа в теле Ян Junshan была как твердый риф. Несмотря на то, что он снова и снова был поглощен волнами и время от времени разбивался в кузницы, он не двигался ни на дюйм. Чем больше Ян Тяньшоу циркулировал духовной энергии в своем теле, тем сильнее он был потрясен. Он не только не мог силой подавлять Ян Цзюнььшань своим культивированием, но сила, исходящая из его рук, становилась все сильнее и сильнее, и для того, чтобы облегчить боль, исходящую из его рук, у Яна Тяньшоу не оставалось другого выбора, кроме как повернуть его тело вспять. Все его тело повернулось лицом к Яну Цзюньшану, который можно было считать полностью контролируемым другими, и отказалось от возможности сопротивляться. Ян Тяньшоу был убого контролируется четырнадцатилетним мальчиком, когда он повернулся, он так случайно увидел Ян Тянь Линь, который стоял перед ним. Он не чувствовал ни малейшего стыда, но как будто вдруг увидел своего спасителя. Даже Ян Тянь Линь почувствовала стыд за младшего брата, но все равно сказала: "Сяошань, отпусти двенадцатого дядюшку". Он - юсуолиган, который не помнит есть и сражаться. Не опускайся до того же уровня, что и он". "Ну и слабак!" Ян Чжуньшань молча проклял. Толкнув руки вперед, Ян Тяньшоу весь пролетел мимо Ян Цзюньшана, разбился о нескольких своих подчиненных и упал на них. Получив помощь сразу от нескольких его последователей, Ян Тяньшоу ожесточенно посмотрел на Ян Цзюньшаня. Оставив после себя слова "увидишь", он покинул это место в плачевном состоянии вместе с несколькими своими подчиненными. Ян Тянь Лин посмотрел на Яна Тяньшоу, затем снова посмотрел на Яна Цзюньшана и беспомощно сказал: "Сяошань, ты в порядке?!" Ян Цзюнььшань ясно почувствовал, что Ян Тянь Лин находится в трудной ситуации. Он улыбнулся и сказал: "Девятая тетя, если больше ничего нет, я уйду первой". Ян Тянь Лин кивнула, не зная, что сказать. На ее лице было неловкое выражение лица. Так же, как Ян Чжуньшань собирался уходить, маленькая фигурка появилась из-за спины Ян Тянь Лин, думая, чтобы посмотреть, это была маленькая девочка, которая была избита Ян Тяньчжоу, а остальные до полусмерти. Ян Чжуньшань кивнул на маленькую девочку, затем подошел к ней и ушел, не оглядываясь назад. "Золовка", кто этот человек? Он не такой уж и старый, но он такой потрясающий!" Ян Тянь Лин посмотрела на спину Ян Чжуньшаня и сказала: "Он сын моего третьего брата". Маленький Тонг, не пытайся снова устроить засаду на Тянь Шоу. Делать это бесполезно, это только еще больше разозлит их". Маленькая девочка кивнула и сказала: "Золовка, не волнуйся. Меня не будет в будущем. Я хочу правильно культивировать. Это то, что принадлежит нашей семье Пенг. Я сам верну его в будущем". Дилемма на лице Ян Тянь Лин углубилась, как она горько сказала: "Давай вернёмся сначала. Поговорим об этом позже!" ---------- Шахтеры Как только Ян Чжуньшань подошел к двери особняка Яна, он увидел, как женщина средних лет спешно ходит. Эта женщина, казалось, спешила и не заметила, что Ян Цзюнььшань, находившийся недалеко от нее, сразу же бросился к ней. Ян Цзюнььшань немедленно повернул свое тело в сторону, чтобы пропустить женщину, но он все еще отчетливо видел внешний вид человека, который пришел, и со звуком "Yi", - сказал он: "Тетя, это ты?" Женщина испугалась, услышав это, и остановилась, чтобы повернуть голову, чтобы посмотреть на Ян Чжуньшань. Выражение ее лица изменилось, и ее взгляд взволновался, но она тут же восстановила свою улыбку и сказала с лицом, полным приятного удивления: "Ух ты, разве это не маленькая гора? Ты только что вернулся в Блустоун Таун? Жаль, что твой дядя не будет охранять это место в эти два дня. Иначе тебе стоит пойти к нему! " После того, как женщина увидела Яна Чжуншана, она сразу же выстрелила в него и сказала: "Последняя просьба твоего отца к дяде уже сформировала картину". Он, в конце концов, твой родной брат, поэтому на этот раз твой дядя по твоему делу отправился в поколебленную небесную секту! Твой дядя в настоящее время находится всего в шаге от того, чтобы попасть на четвертую ступень в области боевых искусств, а также является внутренним учеником поколебленной небесной секты. Его можно считать членом клана. Эта женщина была дядей Яна Чжуншана, женой внутреннего ученика Небесной Потрясенной секты Яна Тяньчэня. Ян Чжуньшань не ожидал встретить ее здесь. Ян Цзюнььшань могла слышать глубокий смысл ее слов, и из паники, которую она испытывала при встрече с ним, было ясно, что у госпожи Ли были срочные дела, и что он, вероятно, собирался найти госпожу Ван в это время и не хотел, чтобы кто-нибудь увидел ее. Поэтому он так много сказал Ян Чжуншань Барабелле, и казалось, что он пытается отвлечь своё внимание. Ян Чжуньшань также был нетерпелив в своем сердце и непосредственно прервал ее: "Тетя, для тебя, чтобы вернуться в свое жилище, это, что это?" Мадам Ли рассмеялась и сказала: "Ничего страшного". Твоего дяди здесь нет. В твоей семье так душно, что тебе приходится спешить в старый особняк, чтобы подышать свежим воздухом". "О, - кивнул Ян Чжуньшань и сказал: - Потом, когда через два дня вернётся Большой дядя, я пойду навещу Большого дядю!" "Хорошо, хорошо!" Вернувшись в дом дяди, Ян Чжуньшань более или менее рассказал Хань Сюшэну о своих впечатлениях от жизни в семье Лао Ян. Когда Хань Сюшэн услышал о попытке госпожи Ван перевести Ян Тяньгана обратно в Голубой город, он чихнул: "Она бредит, семья Лао Яна даже сейчас не может добраться до уезда Мэнъюй, если только твой отец не захочет". Иначе никто больше не сможет трогать его положение в деревенском старосте". Ян Чжуньшань сам это знал, но когда упомянул, как избил двенадцатого дядю Яна Тяньшоу, Хань Сюшэна, то был ещё больше удивлён. Он никогда не думал, что его племянник на самом деле был настолько силён, чтобы победить Яна Тяньшоу, который перешёл на четвёртую стадию Nascent Soul Stage всего лишь на третьей стадии Mortal Realm. Не забывайте, что Ян Тяньшоу был еще взрослым, а Яну Цзюньшану не было и пятнадцати. "Хорошо сражался, этот плейбой, половина репутации твоей семьи Лао Янг был разрушен им. Вздохни, сейчас во всей семье Янг, только твой отец и ты осмеливаешься преподать ему урок". Хань Сюшэн увидел озадаченное выражение лица Яна Чжуншана и сказал: "Твой дядя никогда не заботился о семье, и после того, как он стал внутренним учеником в поколебленной небесной секте, он захотел поднять свой уровень культивирования до четвертого уровня в области боевых искусств, поэтому он заинтриговал эту семью Ван, но он не осмелился ругать ее драгоценного сына"; Сердце Ян Чжуньшаня тронулось, когда он услышал это, и сказал: "О, я слышал, что второй дядя сейчас в деревне Лонг Ривер в городе Лонг Рок". В деревне самое большое Железо Алых Пламеней, и как староста деревни, второй дядя должен жить очень комфортно". Хань Сюшэн хладнокровно храпел: "Ты просто не понимаешь ситуацию, староста деревни в Лонг-Ривер должен был стать твоим отцом, но, к сожалению, в конце концов, семья Ван и твой второй дед объединились и оттолкнули твоего отца, позволив твоему второму дяде стать старостой деревни". В первые два года твой второй дядя действительно был очень счастлив, но в последние два года твой второй дядя слишком много бреется в деревне Лонг Ривер, и жители деревни Лонг Ривер жалуются на это; В прошлом, даже если бы выход из духовной долины не был высоким, его все равно можно было бы обменять на шахту "Алое пламя". Но теперь человек, купивший шахту "Алое пламя", готов купить ее по жалкой цене, вместо того, чтобы обменять на одну духовную долину Джин. Может ли быть так, что если обменять нефритовые монеты с большим количеством людей, то он сможет выращивать их всего по одной в день? Очевидно, что Ян Цзюнььшань не знал об этом, но в прошлой жизни Ян Тяньлей действительно потерял свою должность сельского старосты в деревне Лонг Ривер на следующий год и был вынужден вернуться в Блустоун Таун, из-за чего он выглядел очень несчастным. Тем не менее, Ян Чжуньшань до сих пор странно говорит: "Это ведь не должно быть возможным, в конце концов, с Алым пламенем в руках, какой бы дорогой ни была духовная долина, не должно же быть невозможным обменять их даже на маленькую духовную долину, верно?". "Суть проблемы не в шахте "Алое пламя", а в том, что большая часть добычи руды была продана семье Янг по низкой цене твоим Вторым дядей". Ян Чжуньшань был шокирован и сказал: "Зачем семье Янг нужно столько руды, чтобы перепродать ее семье Янг?" Но потом Ян Чжуньшань подумал об этом и сказал: "Это неправильно, если она была продана семье Янг, тот, кто должен быть богатым, должен быть семьей Янг, но сейчас семья Янг, кажется, не процветает". "Не знаю насчет этого, но я думаю, что семья Янг оправдывает Бога удачи!" Ян Чжуньшань кивнул звуком "Ву", как будто он что-то понял. Однако, в это время Хань Сюшэн сделал паузу, его выражение колебалось, как будто было что-то трудно сказать, но он сказал: "Есть еще одна вещь, которую вы, возможно, захотите запросить у своего второго дяди в то время". Ян Чжуньшань внезапно спросил: "Ты имеешь в виду "Железо с алым пламенем"?" Хань Сюшэн кивнул головой и сказал: "Волшебный артефакт, который твой отец запланировал для тебя, нуждается в Железо Алый, которое является лучшим Железо Алый во всем уезде Мэнъю". Через два дня ваш отец отправит письмо вашему второму дяде, и когда это время придет, вы сможете отправиться в деревню Чанхэ, чтобы найти своего второго дядю. Он устроит тебе добычу в шахте". Ян Чжуньшань кивнул, увидев, что он ничего не сказал, Хань Сюшэн подумал, что не хочет идти, и посоветовал: "В конце концов, это злоба между предыдущим поколением, а твой второй дядя вполне здравомыслящий и не усложнит тебе жизнь". Кроме того, твой отец напишет ему письмо, если ты сможешь получить алое пламя железной руды, ты не можешь позволить твоему отцу тратить его время!". - — — В то же время, в доме во дворе в доме Лао Яна в Блустоун Тауне, Ян Тяньшоу посмотрел на подопечных и громко спросил: "Говорите, что вы узнали? Почему на этот раз этот парень приехал в Блюстонский город? " Молодой человек примерно того же возраста, что и он, вышел вперед и сказал: "Двенадцатый молодой господин, я слышал кое-какие новости из Маленькой шестерки". Ян Тяньчжоу взглянул на человека, прежде чем немного отступить от своего доминирующего положения. "А, так ты брат Ву? Может быть, это связано со вторым братом? Что сказала Лил Шесть? " Этот человек засмеялся: "Последний раз, когда Третий Магистр, о, когда этот Ян Тяньган вернулся в Голубой Город, он однажды попросил Седьмого Магистра пойти в деревню Лонг Ривер. Маленькая шестерка случайно услышала разговор между ними и тем сыном Ян Тяньгана, который на этот раз вернулся в Голубой город, чтобы усовершенствовать свое собственное волшебное снаряжение. И когда он использовал Железо Аленького Пламени, чтобы подделать свое собственное волшебное снаряжение, Седьмой Мастер пошел туда, чтобы умолять об этом". Ян Тяньшоу сказал в ревности, когда услышал это: "У этого папы даже нет волшебного снаряжения, у этого маленького ублюдка есть только культивирование третьей ступени, а Ян Тяньган уже начал прокладывать ему дорогу? Неужели он так уверен, что в будущем его сын обязательно перейдет в мир боевых искусств? " Ян Тяньчжоу повернул голову и спросил: "Что говорит мой второй брат, согласен ли он?" Однако Сяо Лю сказал, что мой второй шурин все-таки разрешил седьмой тете передать сообщение, сказав, что это то, что только Ян Тяньган должен сказать ему лично, что он должен будет хотя бы написать письмо об этом, и что оно того не стоит, если третий человек придет, чтобы передать сообщение! Ян Тяньчжоу "Хэхэ" чихнул: "Это второй брат заставляет Ол'тройку опустить к нему голову! Ах да, брат Ву, сказал ли Маленький Шестой, когда этот маленький ублюдок уехал в деревню Чанхэ? Ты шурин моего второго брата, ты должен присматривать за ним для меня эти несколько дней. " Человек засмеялся и сказал: "Двенадцатый молодой господин, не волнуйся. Я уже заставил малыша Чжун Мина принять это к сведению. Как только Ян Чжуньшань отправится в деревню Чанхэ, новости будут отправлены немедленно". Ян Тяньчжоу хлопнул в ладоши и сказал "хорошо", а потом сказал: "На этот раз я точно заставлю этого маленького ублюдка, неспособного пользоваться волшебным снаряжением, заставить старого Ян Сана заплатить цену и потерять своих людей!" С этим Ян Тяньчжоу повернулся к другим и сказал: "В эти несколько дней проследите за этим парнем и посмотрите, куда он пошёл. Утончить артефакты не так просто, даже если определить основные материалы для духа, есть, по крайней мере, семь или восемь других дополнительных материалов для духа. Этот ребёнок определённо не пришёл прямо в Bluestone Town за одним или двумя духовными материалами". - — — посмотрел на металлический шарик в руках Яна Чжуншана с лицом неверие. Тщательно осмотрев его в руках, он воскликнул: "Это действительно "Алое железо", и оно выглядит чрезвычайно изысканно, остроумно чисто. Оно чрезвычайно подходит для непосредственного рафинирования артефакта, откуда у вас это сокровище? Даже твой отец не знает об этом?" Ян Чжуньшань сказал удручающе: "Я также не знал, что он даже позволил Седьмому дяде найти моего второго дядю!" Хан Сюшэн кивнул головой: "Это к лучшему, твой второй дядя хочет, чтобы твой отец лично написал письмо, на самом деле он хочет подавить твоего отца и усложнить ему жизнь". Он знает, что твой отец напишет письмо для тебя, но это бесполезно сейчас, с этим куском Железа Алый Пламя в руках, он не пойдет в деревню Чанхэ! На второй день Ян Чжуньшань последовал за Хань Сюшэном в деревню "Зеленое дерево" города Блустоун. Там, в деревне Зеленого Деревня, была глиняная шахта, которая производила тип низкосортного спиртового материала. Это был спиртовой материал, который часто использовался в процессе рафинирования, и был посредником, который мог лучше интегрировать различные спиртовые материалы и принести больше эффекта. На этот раз он привел сюда Яна Джуншана из-за его положения и благосклонности, и хотел, чтобы он работал в шахтах здесь. Помимо того, что он отдавал большую часть руды, он брал с собой остальное сырье, пока не накопил достаточно глины. Хань Сюшэн сначала привел его в дом старосты деревни в деревне Зеленого Дерева, который также был владельцем земной шахты. Увидев Хань Сюшэна, он засмеялся и сказал: "Сюй Шэн, откуда у тебя эта духовная долина, твоя невестка вчера также сказала, что покупать такую хорошую духовную долину становится все труднее и труднее". Не говоря уже о той возмутительной цене, которую Чэньюйский уезд сейчас увидел на рынке, в духовной долине есть как минимум три литра травы и песчаника. Хань Сюшэн сразу же извинилась: "Хозяин шахты, посмотрите на то, о чём вы вчера говорили... Владелец шахты посмотрел на Яна Чжуншана и засмеялся: "Так это сын старого Яна? В прошлом третий старейшина Ян был добрым человеком в Голубом городе, но так как он был его сыном, он все равно продал бы ему это лицо, но... ...". Хань Сюшэн понял, что он имел в виду, и сразу же сказал: "Пожалуйста, будьте вольны, мой господин. Это дитя понимает правила, и поскольку невестке это нравится, я прислал пятнадцатую часть того, что прислал мой шурин, я принесу их тебе сегодня вечером, чтобы ты попробовал". Владелец шахты быстро помахал рукой: "Вздохни, в этом нет необходимости". Это пустая трата денег..." "Конечно, конечно!" В тот день Ян Чжуньшань принес мотыгу, которую Хань Сюшэн приготовил для него, и принес бамбуковую корзину из миасманского рудника села Цянь Тэри. Деревня Зеленых Деревеньей, глиняная шахта. Хе-хе, какое знакомое имя. Просто я не знаю, какой туннель в руднике, который привел к гибели десятков людей, ждал, чтобы его выкопали. Однако, в то время Ян Джуншань все еще прятался в деревне Туцю, чтобы возделывать. Хотя у Яна Тяньгана были на него какие-то планы, так как у него не было уверенности и финансовых ресурсов в этой жизни, большинство из них еще не было реализовано. Главным его приоритетом сейчас было спокойно найти туннель, в котором было найдено сокровище. Затем он должен был придумать, как вытащить сокровище, чтобы никто не узнал об этом. Процесс добычи также был отличным процессом закаливания тела. Ян Тяньган лично попросил его копать, кроме того, что попросил его поддержать себя в подготовке к усовершенствованию своего первого магического инструмента, на самом деле, был также одной из форм закаливания для Яна Чжуньшаня. Ян Цзюнььшань хотел каждый день заходить в шахты, чтобы добывать руды, а затем разбивать эти руды на куски и фильтровать их. Затем он забирал отфильтрованную руду из шахт, и передавал оставшиеся 10% руды начальнику Духовой шахты Хань Сюшэну, а оставшиеся 10% привозил. Более того, оставшиеся десять процентов руды должны были бы пройти через дюжину или около того процессов измельчения, измельчения, замачивания в воде, фильтрации, сушки на солнце и так далее, прежде чем, наконец, получить такое маленькое количество спиртового материала, порошкообразной земли. ---------- Приглушение Ян Джуньшань будет добывать каждые три дня, а каждые несколько дней он будет приносить обратно более десяти процентов концентрата руды, который он потратил на оставшиеся два дня или около того. Через месяц он заработал всего шесть таэлей порошковой глины, что не было даже минимальным количеством, которое он использовал бы для волшебного инструмента. Более того, это был только тип духовного материала, и для усовершенствования каждого магического инструмента, даже если это был низкосортный магический инструмент, требовалось по крайней мере семь или восемь типов духовных материалов, и даже более десяти типов духовных материалов. Ради духовного материала, необходимого для одного магического инструмента, культиваторам часто приходилось тратить от нескольких лет до более десяти лет, чтобы собрать их. Даже если бы у них были подготовлены все спиртовые материалы, культиватор все равно должен был бы найти рафинировщик и попросить его доработать их для них; однако, в процессе рафинирования все равно мог бы случиться сбой, и эти риски также должен был бы нести сам культиватор. В конце концов, было бы неплохо, если бы волшебное орудие было успешно рафинировано. Конечно, не было сомнений в том, что магические орудия были тираническими. Когда воинственный культиватор держал в руках магический инструмент, если разница в выращивании не была слишком велика, он, как правило, увеличивал свою силу на тридцать-пятьдесят процентов. В течение этого месяца Ян Чжуньшань не только занимался добычей в шахтах деревни Зеленое Дерево. Он также грубо исследовал туннели, которые образовались в результате добычи на рудниках в течение многих лет, проверяя и убирая слухи о сокровищах, которые были найдены один за другим, постепенно сужая границы сокровищ, которые могли существовать в шахтах. В этот день, после того как Ян Чжуньшань вошел в шахты, он начал ходить по тем немногим тоннелям, которые после проверки постепенно сокращались. Неожиданно, когда он подошел к развилке на дороге, его неожиданно встретили два зрелых шахтера, один спереди, а другой сзади, заблокировавшие ему путь. "Малыш, знаешь, почему я остановил тебя?" Человек, блокирующий перед Ян Чжуншань Ваалл и крепкий человек. Ян Чжуньшань честно покачал головой и сказал: "Братья, я никогда вас не обижал, так что надеюсь, что вы, братья, сможете меня удобно искать". Я воспользовался советом менеджера Хана..." Сильный человек нетерпеливо помахал рукой и сказал: "Я знаю, что ты следуешь по пути Хань Сюшэн, но, отродье, не думай, что сможешь использовать его, чтобы подавить меня". Поскольку я осмелился заблокировать тебя в шахтах, я не позволю тебе жаловаться, если ты спровоцируешь меня, я сверну тебе шею и брошу в глубины шахт, кто знает". Ян Чжуньшань в последнее время очень быстро бегал, но не мог скрыть от остальных свое незрелое лицо. Сильный человек не верил, что не будет бояться этой угрозы. Как и ожидалось, Ян Чжуньшань испугался, его голос дрожал, когда он говорил: "Б-два старших брата, у меня нет вражды, вы, вы двое......................". Человек позади него нетерпеливо сказал: "Босс, этот бродяга трус, просто избивайте его и возвращайтесь за деньгами". Почему ты так много с ним разговариваешь, мины повсюду, если бы кто-то это услышал, было бы неприятно, даже если бы ты сказал, что Хань Сюшэн!". Сильный человек уставился на человека позади него и сказал: "Что ты знаешь? Все, что ты знаешь, это как копать, сколько нефритовых монет ты можешь заработать? После того, как крепкий мужчина закончил читать лекции своему партнеру, он посмеялся над Яном Цзюньшанем: "Малыш, я уже давно обращаю на тебя внимание, добыча всегда занимала яму в шахте, и никогда не была такой. Каждый день, когда я иду в другое место, цвет руды, которую я привожу, будет явно выше, чем у других". "Скажи мне, как тебе удалось вытащить такую прекрасную руду из шахты? Что в этом такого загадочного?" Услышав слова храбреца, человек, стоящий за ним, тоже обрадовался, и он сказал: "Так что босс принял это к сведению, малыш, поторопись и скажи нам, если ты можешь сказать это хорошо, то мы, наверное, сделаем легкий ход позже, если ты этого не скажешь, хе-хе, то не вини нас за грубость, кто бы тебе не сказал обидеть их, ему не повезет!" "Заткнись!" Сильный человек рычал, потом посмотрел на Ян Чжуншана и сказал: Брат, ты слышал, семья Лао Яна - это то, что ты можешь позволить себе обидеть, а мы, два брата, просто люди, преданные другим, но если ты расскажешь нам свой метод выбора шахт, я могу принять решение отпустить тебя, но когда придет время, семья Лао Яна пришлет кого-нибудь, кто позаботится о тебе, и это не будет иметь ничего общего с нами, как насчет этого, подумай об этом! Для шахтёров в шахтах было обычным делом - сражаться за шахты, и большие бои за руды. Ян Цзюнььшань видел это несколько раз за последний месяц или около того, но так как он всегда просил Хань Сюшэна передать руды и наполовину взрослого ребенка, никто никогда не обращал на него внимания. Что касается семьи Лао Яна, которая искала с ним неприятностей, кроме его собственного двенадцатого дяди Яна Тяньшоу, то, похоже, не было никого, кто бы воспользовался таким недобросовестным методом. В предыдущей жизни Ян Чжуньшань три месяца копал эту пещеру ради почвенного порошка, но это было после того, как были раскопаны сокровища пещеры. Поэтому, хотя Ян Цзюнььшань слышал много слухов от шахтеров, он не был уверен, из какого туннеля выкопаны сокровища. Хотя он все еще не раскопал все места из своей прежней жизни, для Ян Цзюньшаня раскопки были обычным делом, согласно его воспоминаниям о месте, где были богаты шахты. На самом деле, получить шесть таэлей порошкообразной земли всего на десять процентов от Рудной сущности уже было чрезвычайно впечатляющим подвигом, даже Хань Сюшэн был поражен этим. Чтобы не привлекать внимания, каждый раз, когда он сдавал свою Рудную Сущность, он смешивал ее с состоянием кого-то другого. Тем не менее, Ян Цзюнььшань не ожидал, что его заметят. "Брат, ты уже решил? У меня нет терпения тратить время на тебя!" Сильный человек выглядел нетерпеливым, он сделал два шага навстречу Яну Цзюньшану, и, казалось, ждал, когда Ян Цзюнььшань скажет "нет", и собирался напасть на него. Неожиданно, честно выглядящий Ян Цзюнььшань вдруг засмеялся и спросил: "Вы все, должно быть, были обмануты Ян Тяньшоу, но вы все знаете, кто я?". Услышав это, крепкий человек был удивлен, и подсознательно спросил: "О, кто ты?". "Меня тоже зовут Ян!" До того, как он закончил говорить, Ян Чжуньшань уже сделал шаг и врезался в крепкого человека. "Как ты смеешь!" Сильный мужчина рычал, обе его ладони выпустили шар коричневого света, летящий к Ян Чжуньшану слева и справа. "Маленький ублюдок, ты все еще смеешь нападать!" Человек позади Ян Цзюнььшаня не ожидал, что Ян Цзюнььшань все еще осмелится сопротивляться, и хотя он был медленнее на уровне, он все еще гнался за Ян Цзюньшанем, и бросил удар Spirit Gathering в молодое поколение. Двое из них атаковали спереди и сзади, и как раз в то время, когда Ян Цзюнььшань должен был упасть в трудное положение, Ян Цзюнььшань внезапно вытолкнул его ладони, в результате чего крепкие руки человека были схвачены за его запястья. С большой силой, крепкий человек понял, что сила Ян Цзюнььшаня на самом деле не была слабее его. В то же время Ян Цзюнььшань внезапно улетел с ударом назад, как будто он предсказал это, и врезался в кулак человека сзади него. Шар духовного света внезапно взорвался, и столбик кулаков и ног столкнулся, и человек храпел и отступил на шаг, в то время как Ян Цзюнььшань воспользовался этой возможностью, чтобы разбить его лоб в лицо человека. Подобно тому, как крепкий человек собирался уклониться, молоток головы, должно быть, расцвел в цветущий цветок, но неожиданно, Ян Цзюнььшань вдруг почувствовал его собственное тело, парящее в воздухе, вот-вот полетит над головой крепкого человека. Но оказалось, что крепкий человек не смог убежать из-под хватки Ян Цзюнььшаня, поэтому он просто воспользовался моментом, чтобы поднять Ян Цзюнььшаня вверх, из-за чего голова Ян Цзюньшаня естественным образом промахнулась. Руки Ян Цзюнььшаня расслабились и собирались схватить крепкого человека за голову, но неожиданно крепкий человек уже планировал движение Ян Цзюнььшаня, и в то же самое время, когда он упал назад, его нога быстро ударила вверх, прямо к животу Ян Цзюньшана. Летавший в воздухе Ян Цзюнььшань увидел, что его тело странным образом скрутило в воздухе, прежде чем сильный человек смог даже поднять одну из ног, его руки уже были на запястьях Яна Цзюньшана, весь его человек ползал по его ногам, как большая змея. Сильный человек думал, что это нехорошо, он хотел оттянуть ногу назад, но было уже слишком поздно. Наполненная энергией духа рука Ян Чжуншана уже стучалась в его лодыжку, из-за чего сильный человек стонал от боли, его лодыжка уже была вывихнута, в то же время его теленок был в руке Ян Чжуншана, энергия духа земли уже просочилась в кровеносные сосуды вокруг него, так что если сильный человек снова сместится, то вывихнутая лодыжка больше не сможет быть прикреплена к нему. "Брат, ты ухаживаешь за смертью!" Человек, стоящий за Ян Цзюньшанем, был вынужден вернуться всего одним движением Ян Цзюньшана, и к тому времени, как он снова пошел в атаку, мускулистый человек уже потерялся, и человек сразу же разозлился. Он держал в руке Алый Камень-символ пламени, и его коричневый Свет Духов мгновенно затопил половину Руны. "Остановись, ты тоже хочешь меня сжечь?" Мускулистый человек рычал, человек не только действовал безмозгло, это было нормально для шахтеров драться в туннелях, но независимо от уровня их возделывания, они редко использовали какую-либо магию, волшебные талисманы и тому подобное. Во-первых, как только они использовали какую-либо магию, было бы трудно уклониться в таком маленьком пространстве. В конце концов, даже если бы все были целы и невредимы, как можно было скрыть мощь мощной техники от владельца шахты и стюардов? В то время, будучи изгнанным из шахты, было бы светло, а быть забитым до смерти или калекой - обычным делом. Сам Ян Чжуньшань был поражен, кто бы мог подумать, что этот человек на самом деле тренировался в технике Алых Пламеней, эта шахта была узкой и негде было спрятаться, если бы он использовал техники Алых Пламеней, кроме как сопротивлялся им с силой, у него не было бы никакого способа сопротивляться этому. Как раз в тот момент, когда крепкий человек закричал, чтобы он остановился, Ян Чжуньшань уже имел в руке Глиф и Рунический меч. ---------- Сотрудничество Это уже второй раз, когда Ян Чжуньшань победил культиватора с четвертой ступенью Царства Смерти в прямом столкновении. Более того, на этот раз он был против двух человек, независимо от того, кто из них, их сила была намного сильнее, чем этот мусор Ян Тяньчжоу. На этот раз борьба между двумя сторонами была очень короткой, но исключительно опасной, мускулистый человек и его спутники были явно подготовлены. Если бы не сила Ян Цзюньшана, которая превзошла их ожидания, то Ян Цзюньшань на этот раз мог бы оказаться в невыгодном положении. Все это произошло благодаря тому, что Ян Цзюнььшань в последнее время продвинулся в кузнечном деле, особенно когда он изучал технику кулака "Python Form Fist", ссылаясь на сущность оттаивания тела, которую оставил ему Чэнь Цзи, он смог подтвердить, что техника "Могучий Окс-кулак" и кулачное искусство "Python Form Fist Art" переплетались. На самом деле, он практиковал два набора техник кулаков низкого ранга до такой степени, что они были твердыми и гибкими, до такой степени, что эффект кузнечной обработки тела был почти близок к эффекту техники кулаков среднего ранга. Еще более ценным было то, что до того, как Ян Цзюньшань перешел на четвертую ступень Смертельного царства, эти две техники кулака на самом деле все еще могли играть еще большую роль в битве. Сначала был Ян Тяньшоу, а затем перед ним стояли два культиватора. Тем не менее, эти два набора кулачных приемов в конце концов остались одинаковыми. Эти два комплекта кулачных приемов столкнулись друг с другом и прекратили оказывать влияние на внутренние органы культиватора, но Ян Цзюнььшань не испытывал никаких сомнений по этому поводу. В этот период он усовершенствовал кузнечные работы, которые Чен Цзи дал ему, в том числе и таинственную парчу из шести висцера, которая специально использовалась для закаливания его внутренних органов. "Брат, отпусти моего босса, иначе ты умрёшь!" Несмотря на то, что человек явно пытался вести себя жестко, на самом деле он пытался показать, что внутри он слаб. Однако талисман "Алый огонь" в его руке действительно мерцал ярким светом и был готов взорваться в любой момент. Тем не менее, если бы они действительно атаковать в шахтах, вызывая пещеру рухнуть, это была бы битва взаимного уничтожения. Поэтому, когда Ян Чжуньшань столкнулся с угрозой человека, он повернул голову и посмотрел на крепкого человека, лежащего на земле: "Босс Чу, что вы думаете?". "Вы меня знаете?" Сильный мужчина в шоке посмотрел на Ян Цзюньшаня, затем посмотрел на меч и талисман в руке и сказал: "Брат, ты тоже член семьи Ян, почему ты должен идти по пути Управляющего Хана, как тебя зовут?" "Я Ян Чжуньшань, управляющий Хань - мой дядя." Сильный человек вдруг понял и сказал: "Ты сын третьего хозяина семьи Лао Янг?" Ян Чжуньшань нахмурился и сказал: "Узнаёшь моего отца?" "Хахаха", - засмеялся крепкий человек и сказал: "Несколько лет назад третий хозяин семьи Янг был влиятельной фигурой в Голубом городе, как мы могли, старина Чу, не узнать тебя? Вы потомок третьего хозяина семьи Янг, неудивительно, что Янг Тяньшоу ненавидел вас. кивнул. Тогда второе поколение семьи трех братьев Ян Тяньчэнь, Ян Тяньчэнь, Ян Тяньлей и Ян Тяньган одна за другой продвинулись в области боевых искусств, догнав четырех братьев и сестер мадам Ян, основавших тогда семью Лао Янь. Bluestone Town назвал их "Три маленьких тигра мадам Ян" сверху донизу, и все они восхваляли преемников семьи Лао Ян. Этот наглый человек тоже был наглым и говорил: "Так как ты потомок Третьего Мастера семьи Янь, то давайте, братья, извинимся перед Молодым Мастером Янь за сегодняшнее дело, мы, братья, не будем и не будем участвовать в конфликте твоего дяди и племянника, я надеюсь, Молодой Мастер Янь отпустит нас, Старый Чу, но позже я дам тебе наставления, и это будет мой долг!". Ян Цзюнььшань мог поверить своим словам, так как он уже раскрыл свою личность, если бы они оба еще осмелились не отпустить его, то это было бы ухаживанием за смертью, если бы они оба не смогли утащить Яна Цзюньшаня за собой, но они оба еще не сформировали обиду. Более того, в предыдущей жизни Ян Цзюнььшаня он узнал этого человека с фамилией Чу, его звали Чу Чуан, и он был боссом группы шахтеров в селе Зеленое Дерево. Он культивировал пятую ступень царства Смерти и был прямолинейным и праведным человеком. Поэтому он выжил во время резни шахтеров, и когда Ян Джуньшань отправился в шахты в деревне Зеленого Дерева, чтобы начать копать, он уже был культиватором на ранней стадии царства Боевых Искусств. Тогда Хань Сюшэн не только навестил владельца шахты Ху, он даже навестил его и сделал ему щедрый подарок. На данный момент выращивание Чу Чуань даже не находилось на пятом этапе Смертельного царства, поэтому у него не было ауры нормального шахтера. "Ладно, на этот раз забудем об этом. Я доверяю тебе!" После того, как Ян Чжуньшань закончил говорить, он скрутил лодыжку Чу Чуаня, и со звуком "кача" вывихнутая кость была переставлена, и он сразу же отступил на шаг, талисман в руке и меч в руке тоже были сохранены. Чу Чуан немного растянул лодыжку, пытаясь встать. Затем он взглянул на человека, который все еще держался за алую руну пламени. Человек немного колебался, но он также убрал камень. "Так как это недоразумение, то давайте расстанемся. Молодой господин Янг, не волнуйтесь, мы ничего о вас не скажем". Неожиданно у Ян Чжуншана вспыхнули глаза, и он сказал: Не торопитесь, мы с вами не узнаем друг друга без борьбы, на самом деле меня также беспокоит медленный темп добычи полезных ископаемых, хотя у меня есть некоторый опыт в горной промышленности, в конце концов, я всего лишь один человек, если у вас двоих будет время, вы можете мне помочь? Чу Чуан и Юе Ян посмотрели друг другу, хотя это было неожиданно, в их глазах было беспокойство. Чу Чуан пробормотал про себя: "Дело не в том, что я не хочу, а в том, что молодой господин Ян так не доверяет нам, братьям". Ты должен знать, что только что мы все-таки были..." Ян Цзюнььшань посмеялся: "Брат Чу, мы с тобой не будем говорить правду напрямую, если не за то, что ты всего лишь нормальный Духовный Крестьянин в Секте Зеленого Дерева, и у тебя есть семья, ты не посмеешь обидеть меня, или, возможно, человек позади меня не тот, кого ты можешь обидеть"! Лицо Чу Чуана изменилось, он посмотрел на Ян Джуншана с неустроенным выражением лица, но в конце концов, он все равно горько засмеялся и сказал: "Ты прав, будь то твой отец или клан позади тебя, сокрушить нас, духовных фермеров, ничем не отличается от сокрушения муравьев до смерти". С еще двумя подчиненными Яна Цзюньшаня, это позволило ему сэкономить больше времени для исследования шахт, которые с наибольшей вероятностью были раскопаны, и дело с добычей закончилось для Чу Чуанга и его брата Чу Яна. Ян Цзюнььшаню нужно было только вспомнить места расположения шахт, которые были богаты его предыдущей жизнью, и с учетом того, что оба брата были знакомы с различными шахтами, которые они выкапывали много лет, они смогли бы быстро найти правильное место в правильных шахтах. Пока они ожесточенно копали, они могли бы получить много руды, что сэкономило бы им время на слепую добычу шахт. Однако, когда руды ломались для отбора руды, Ян Джуньшань еще раз осознал, что методы двух братьев были очень грубыми. Они не только потеряли много руды, которая изначально была богата порошкообразной глиной, но и потеряли много бесполезного гравия. В отчаянии Ян Джуньшань не имел другого выбора, кроме как исправить все эти ошибки, а затем передал обоим усовершенствованные методы добычи, что позволило им значительно повысить эффективность отбора концентрированной руды. В то же время, это также позволило Ян Джуньшану сэкономить время, продолжая осматривать шахты, братья Чу уже завершали все процедуры добычи, и больше не было необходимости, чтобы Ян Джуньшань помогал им, ему нужно было только забрать ту часть, которую он заслужил, когда выходил из пещеры. Ян Цзюнььшань не ожидал, что он получит такую благодарность от братьев Чу после того, как научит их обоих фильтровать руды. По его мнению, причина, по которой он нашел место для отфильтровывания руд, была только в предвидении его предыдущей жизни, а методы, использованные для фильтрации руд, также были чрезвычайно популярны в его предыдущей жизни. Более того, многие из методов были усовершенствованы братьями Чу после того, как они победили шахтёров деревни Цин, Ян Джуньшань просто заимствовал цветы, чтобы предложить их Будде, позволив этим методам появиться несколько лет назад. Однако он забыл, что братья Чу живут на горных разработках. Ян Джуньшань дал им указатели для раскопок богатых руд и улучшения их методов на выбор, все это оказало огромное влияние на их средства к существованию. Он передал эти вещи братьям Чу безоговорочно, заставив их почувствовать благодарность по отношению к Ян Джуньшану. Точно так же прошло еще полмесяца, а количество почвенного порошка, собранного Ян Джуншаном, уже давно достигло ожидаемого уровня. Однако Ян Джуньшань все еще не планировал покидать шахты, потому что после воспоминаний о прошлой жизни и постоянной проверки Ян Джуншана он уже определил пять мин, которые, скорее всего, будут существовать в сокровище. Хань Сюшэн также не ожидал, что Ян Цзюнььшань так быстро закончит собирать порошок почвы. Видя, что Ян Цзюнььшань не собирался останавливаться, и даже думая, что он планирует воспользоваться возможностью, чтобы собрать больше грунта, чтобы обменять его на нефритовые монеты в будущем, Хань Сюшэн не остановил его. В этот день, в момент, когда Ян Цзюнььшань прибыл за пределы шахт, он увидел десятки шахтеров, собравшихся за пределами шахт, кричащих что-то агрессивно. Затем он вошел перед ними и спросил: "Почему никто не собирается работать в шахтах, что случилось?" Чу Чуан вздохнул, и Чу Ян яростно отругался: "F * Щёлкнув Ху Сайпин, с сегодняшнего дня этот парень будет собирать гонорары, каждый шахтёр сначала должен будет заплатить десять каменных монет!" "Это верно, - сказал шахтёр сбоку, - каждый раз, когда мы заходим копать камни, мы должны будем передавать 90% отфильтрованного рудоконцентрата, а оставшиеся 10% должны будут потратить два дня на производство этого небольшого количества почвенного порошка". Через месяц мы изначально не смогли бы заработать много нефритовых монет, но теперь мы должны платить 10 каменных монет каждый раз, когда мы спускаемся вниз, как мы живем после этого". "Я слышал, что семь из десяти каменных монет были взяты по приказу Небесной секты. Все шахты в Юсяне взяты по приказу. Этот Ху Спин воспользовался возможностью добавить десять каменных монет!" "Духовная долина была очень дорогой последние два года. Не говоря уже о нефритовых монетах, которые мы зарабатывали, мы не можем купить даже несколько боевых духовных долин. Мы даже не можем купить их, даже если захотим". ---------- Винтерланд Из всех культивационных ресурсов, добываемых юйсянами, включая духовную долину s, первым определенно будет поколебленная небесами секта s. Вторым будут различные известные секты, сильные люди и кланы s. Потрясенная небесами секта была слишком высокой, эти знаменитые и могущественные люди также были очень далеки, даже такие выдающиеся семьи, как семья Янг, были похожи на гигантских зверей в глазах обычных жителей деревни, поэтому, когда жители деревни Зеленое Дерево не могли выдержать волнения, в лучшем случае, они осмеливались столкнуться с тем, что это был всего лишь Ху Сайпинг. Ян Чжуньшань, естественно, не принимал участия в делах, касающихся деревни Зеленое Дерево. Поздоровавшись с Чу Чуангом, он вошел в шахту под слегка завистливым взглядом Чу Чуанга и остальных. Десять каменных монет, Хань Сюшэн имел право освободить своего племянника. Chu Chuang внезапно встал вверх, и яростно сказал: "Этот день не закончится хорошо, независимо от того, есть ли кто-то, кто осмелится сражаться против Ху Синь, встаньте здесь". Ян Цзюнььшань не знал, что в прошлой жизни только из-за того, что Чу Чуан положил в шахту десять каменных монет, он начал выходить на дорогу захвата шахтеров из деревни Green Tree Village, превратившись в противостояние между шахтами и сферой боевых искусств s. Однако этот раз был чрезвычайно хорошей возможностью для него. В прошлом Ян Чжуньшань должен был быть осторожен, когда он исследовал шахты, боясь, что другие обнаружат его аномалии. Тем более, что он почти попал в засаду братьев Чу, зондирование Ян Цзюнььшаня становилось все более и более осторожным. Но на этот раз Ян Цзюнььшань смог, наконец, выйти из засады без всякого беспокойства. Он не знал когда вещи вне пещеры будут решены, и когда шахтеры бросятся в пещеру. С того момента, как он вошел в пещеру, Ян Цзюнььшань уже бросился к последним трем туннелям, вспоминая сцену из своей предыдущей жизни, где были раскопаны сокровища, которые передавались среди шахтеров. Говорили, что когда сокровища сойдутся и приобретут форму, они впитают в себя всю сущность окружающей земли и камней, в результате чего вокруг каждого сокровища образуется небольшая пещера. Эсульт, почти каждый раз, когда из туннеля выкапывали пещеру, можно было получить сокровище. Последние три шахты, которые выбрал Ян Джуньшань, использовались шахтерами из деревни Зеленое Дерево, которой не было здесь долгое время. Все эти три шахты были выкопаны давным-давно, а остальные считались чрезвычайно бесплодными. Это также доказало, что, возможно, это произошло из-за того, что сокровища в пещерах высосали всю духовную энергию из этих лопастных шахт, что и послужило причиной того, что все добытые глиняные шахты превратились в бесплодные. Поскольку Ян Чжуньшань не смог различить два последних туннеля, он решил использовать мотыгу в руке, чтобы быстро выкопать дно одного из туннелей. Динь! Динь! Динь!... Поскольку ему больше не нужно было беспокоиться о звуках добычи, чтобы привлечь других шахтеров, шахтерский голос Ян Чжуншана звучал концентрированно и ритмично. Он был специалистом по многим видам средне- и низкокачественной техники кузнечной ковки тела кулаками, и все мышцы, сухожилия и кости его тела уже были твердыми, как железо, его сила не уступала силе культиваторов пятой стадии Смертельного царства. Даже семь каменных луковиц в его руке теперь были намного мягче. В прошлом, когда он занимался горным делом в шахтах, так как не хотел привлекать к себе внимание, Ян Чжуньшань не использовал всю свою силу. Но сегодня, кроме него, никого не было рядом. В то же время, он тренировался в шести парчах висцера и Карте горного монарха. Эти кузнечные тайные техники не только увеличивали его физическое тело и силу, но и позволяли значительно повысить его выносливость. Даже по прошествии часа у него все еще не было ни малейшего намека на отдых. Только тогда раздался щёлкающий звук. Мотыга, которая использовалась для добычи руды, больше не могла выдержать непрерывную добычу Ян Джуншана и разорвалась на куски. Ян Чжуньшань беспомощно вздохнул. Потому что Дух Ци в его теле высох, Дух Ци, поглощенный "Духовным Искусством Уту" больше не мог поддерживать Дух Ци, использованный в добыче. Дух Ци в его теле не мог покрыть мотыгу, поэтому износ мотыги значительно увеличился. Это означало, что когда физической силы Яна Чжуншана все еще было достаточно, чтобы поддержать его в добыче полезных ископаемых, духовная энергия в его теле уже была исчерпана. Это показало, что нынешний уровень выращивания Ян Цзюнььшаня все еще не соответствовал уровню его мастерства в кузнечной работе с плотным телом. Необходимо было знать, что хотя "Духовное искусство Уту" культивировалось очень медленно, оно было чрезвычайно плотным, что означало, что в таких условиях культивирование Ян Цзюнььшаня третьей духовной полости уже сильно отставало. Среди трех больших духовных полостей, благодаря шести висцерам парчи, скорость, с которой затвердевала духовная энергия, снова и снова замедлялась. С другой стороны, более половины духовной энергии уже застыло в позвоночных костно-духовных полостях, а что касается костного мозга, то духовная энергия ещё не была полностью заполнена. К счастью, сломанная мотыга была обычным явлением в горнодобывающей промышленности, поэтому у Ян Джуншана было два запасных варианта. Заменив его новой мотыгой, Ян Джуньшань непосредственно положил в руки нефритовые монеты и начал культивировать. После ожидания восстановления духовной энергии в его теле, Ян Цзюнььшань снова начал извлекать духовную энергию. На этот раз он был более осторожен, скорость добычи замедлилась на много, и он постоянно обращал внимание на циркуляцию его культивирования и духовной энергии. Еще через два часа он, наконец, выкопал на три метра глубже в твердом туннеле. Тем не менее, маленькая пещера, которую он ожидал, не появилась, в результате чего Ян Чжуньшань был немного обескуражен. Казалось, что он выбрал единственную ошибку из трех шахт. Подобно тому, как он собирался отказаться от этого прохода и выбрать другой, Ян Цзюнььшань внезапно махнул мотыгой вниз. С "трещиной", мотыга в его руке стала легче. Тем не менее, в это время, духовная энергия в его теле не было недостатка вообще. Когда он поднял голову, чтобы посмотреть, он увидел, что шахта не была сломана. Вместо этого он сразу же погрузился в руду и не достиг ее вершины. Глаза Яна Чжуншана сразу же загорелись! Он не торопился проверять ситуацию с мотыгой, но вместо этого с тревогой подошел к входу в шахту и внимательно выслушал, и, поняв, что в шахте никого нет, вернулся на дно шахты, где и вскрыл ее. С "взрыва" кусок шахты упал, и перед Ян Джуншаном появилась пещера из натурального камня длиной в полтора фута. Гульп, гульп. Из маленькой пещеры скатился желтый каменный шарик размером с яйцо, и его сразу же поймал Ян Джуньшань, не дожидаясь, пока он врежется в скалы. Изначально медленно движущееся "Духовное искусство Уту" внезапно сильно ускорилось, и энергичная духовная энергия, которая вошла в его тело, мгновенно очистилась. Она последовала за циркулирующей энергией духа вокруг его тела и бросилась в духовные полости костного мозга, и огромное влияние вызвало бессмертные духовные полости, которые были первоначально наполовину заполнены энергией духа, чтобы внезапно сотрясаться, до такой степени, что Ян Цзюнььшань сам мог слышать громовые звуки, идущие от его тела. амилопирит, это был поистине амилопирит, естественная конденсация сущности духовной силы почвы! Для земледельцев, практиковавших земледельческую атрибутную технику возделывания, эффект от применения амилопиритовой помощи при их возделывании был почти эквивалентен применению лекарственных гранул, однако побочных эффектов лекарственных гранул, требующих времени на успокоение, просто не было. Другими словами, если бы было достаточно амилопирита, Ян Джуншань мог бы полностью заимствовать силу амилопирита s, чтобы продолжить культивирование. Теперь он должен был увидеть, сколько амилопирита он может получить из шахт на этот раз, и как он может думать о том, как вытащить эти амилопириты из пещеры. После получения первого куска амилопирита Ян Джуньшань был в полном спокойствии. Это означало, что до тех пор, пока секрет этой шахты не был раскрыт, Ян Джуньшань мог мирно раскопать второй, третий, или даже больше. Однако он не торопился, потому что у него временно не было возможности вытащить амилопирит из пещеры. Ян Чжуньшань просто сидел там со скрещенными ногами и начал культивировать, чтобы отточить в своем теле всю элементарную энергию почвы, содержащуюся в амилопирите. С помощью силы амилопирита Ян Джуньшань большую часть дня культивировал в шахтах, и просыпался только тогда, когда время для работы шахт почти подошло к концу. В это время кусочек сущности амилопирита в его руке был сделан только наполовину, но сегодняшний прогресс в выращивании заставил Ян Джуншана почувствовать, что он эквивалентен эффекту культивирования в течение трех дней. Выкопав все камни, которые образовали пещеру, Ян Джуньшань еще раз поместил амилопирит внутрь и смешал его с бесполезными камнями. Ян Джуньшань вышел из туннеля с корзиной на спине, и пришел в запрещенную вилку на пути. Причина была в том, что после того, как он нашел амилопирит, он мог использовать свое время для уточнения амилопирита и, таким образом, был не в состоянии добыть его. Чтобы избежать подозрений со стороны других, ему нужно было только перенести руду и отдать ее. Даже с помощью Хань Сюшэна он не смог вынести амилопирит на глазах у всех, не говоря уже о том, что сам Хань Сюшэн не знал, что у Яна Цзюньшана были другие намерения в добыче на этот раз. Он слышал от Хань Сюшэна, что все шахтеры села Зеленое Дерево собираются бастовать вместе под руководством человека по имени Чу Чуан. Они просили, чтобы Ху Сайпин уменьшил стоимость десяти каменных монет до семи каменных монет, установленных Небесной сектой. "Вздохните, если этот Чу Чуань будет путаться под ногами, это, вероятно, отразится и на доходах наших менеджеров." Хань Сюшэн, очевидно, не стоял на стороне шахтера, но когда Ху Сайпин поднял цену на каменные монеты, Хань Сюшэн и другие смотрители также получили бы долю. ---------- Семь Когда Ян Цзюнььшань вошел в шахты на следующий день, все еще не было много шахтеров, которые были готовы заплатить. Хотя Ян Цзюнььшань больше не был один, в шахтах было много мин, и несколько человек были разбросаны внутри них. Более того, шахты, которые нашел Ян Цзюнььшань, уже были заброшены, и не так много людей были готовы идти, поэтому они не будут обнаружены. Первоначально Ян Цзюнььшань ходил в шахты каждые два дня, но он сказал Хань Сюшэну, что сейчас в шахтах меньше людей, и он собирается воспользоваться этой возможностью, чтобы добыть больше руды. В тот момент, когда каменный шар размером с яйцо потерял энергию духа, он превратился в песчаный шар и упал между пальцами. Ян Цзюнььшань уже чувствовал, что энергия духа, сконденсировавшаяся в его полостях духа костного мозга, немного увеличилась, и при таком темпе Ян Цзюнььшань подсчитал, что ему понадобится всего десять дней - полмесяца, чтобы полностью достичь вершины третьего уровня, и начать затвердевать свои полости духа. В оставшееся время Ян Цзюнььшань вырыл еще несколько раз в туннеле, и снова нашел небольшую пещеру. На этот раз амилопиритовый шар внутри был меньше последнего. Удар в Деревне Зеленого Дерева продлился недолго. Как только шахтеры возобновили свою работу, дни бессмысленной добычи и возделывания Ян Джуньшаня ушли в прошлое. После сегодняшнего ухода с работы он услышал, как Хань Сюшэн говорил о том, что происходило в "Деревне Зеленого Дерева", когда он вернулся в город. "Сегодня Ху Сюшэн отправился в дом Чу Чуаня, и неожиданно он попал в засаду. Если бы не его признание поражения при первой же возможности, боюсь, что староста села Чу Чуан поменялся бы местами". Ян Чжуньшань был потрясен в своем сердце и сказал: "Что, может быть, Чу Чуан не может ничего сделать с таким боевым культивированием, как Ху Сипинг?" Выражение Хань Сюшэна содержало в себе намек на беспокойство: "Это не Чу Чуан, а два других Боевых Культиватора Боевого Царства из деревни Зеленого Дерева". Они предсказали, что Ху Сайпин будет использовать его выращивание, чтобы найти неприятности с Чу Чуан и будет ждать его в доме Чу Чуан давно, так что Ху Сайпин также был безрассудным и непосредственно заряжен в дом. Несмотря на то, что он согласился почти сразу же снизить стоимость рудника на три каменные монеты, его репутация в деревне Green Tree Village совершенно плохая". Ян Цзюнььшань с удивлением сказал: "Тогда какая же добродетель и способность у Чу Чуанга должна быть в состоянии сделать так, чтобы мой Культиватор Боевого Царства поддерживал его, Культиватор Смертельного Царства?". Хань Сюшэн вздохнул и объяснил причину Яну Цзюньшану. Оказалось, что хотя хозяином шахты был Ху Сайпин, сельский староста, а шахтерами были все жители села, остальные руководители и главы шахтеров также были из отдаленных сел. Это была эльсула, установленная небесной сектой. Однако плохо то, что Ху Сайпин был слишком жадным и жадным, и для того, чтобы добраться до шахты, он без колебаний вступил в сговор с другими начальниками. Хоть он и не осмеливался перевезти то, что передал, но именно они решали, сколько жители деревни заплатят за шахту. Согласно тому, что сказал Хань Сюшэн, в шахтах, переданных секте Небеса, и различных рангов власти, было только восемьдесят процентов шахт. Что касается Ху Сайпина и стюардов разных рангов, то они в частном порядке подняли шахту до девяноста процентов, так что остальные, естественно, будут разделены между ними. Однако, таким образом, Ху Сайпину было бы более чем достаточно для себя, но шахтеры другой деревни и Культиватор Боевого Царства не пожелали этого. В глазах селянина Голубого Дерева типичный локоть Ху Сипена теперь был выворочен наружу, и польза от этого была бы отдана жителям села, а не сельским жителям. Особенно это касалось двух других Культиваторов Боевого Царства из Деревни Голубого Дерева. По правилам Небесной секты, владельцем рудника мог быть только староста села, а Ху Сипинг всегда был начеку у этих двух Боевых Культиваторов, которые, возможно, могли угрожать его положению. Эсулт, в этом ударе по шахтерам в Деревне Зеленого Дерева, два Боевых Культиватора Королевства Чу Чуан оказали Чу Чуангу максимальную поддержку. "Означает ли это, что шахтеры из Деревни Зеленого Дерева вернутся к работе?" Хань Сюшэн немного волновался и сказал: "Надеюсь, если мы не начнем работать снова, этот вопрос распространится на весь город и округ". В то время не только Ху Сыпин, даже мы попадем в беду". Глаза Яна Чжуншана мерцали, но было неизвестно, о чем он думал. Однако на третий день шахтеры из деревни "Зеленое дерево" так и не вернулись, поэтому Ян Джуньшань, естественно, не упустил бы этот шанс. На этот раз, на дне туннеля, он выкопал неподалеку две маленькие пещеры и получил два амилопиритовых шара. Если бы только у него был мешок для хранения! Теперь, когда на Ян Цзюньшане было все больше и больше сокровищ, неважно, был ли это тщательно обработанный мешок с талией или сумка на нем, все они медленно становились недостаточными, не говоря уже о том, что приносили так много вещей на него, что все они влияли на движения Ян Цзюньшана. В эти два дня лицо Хань Сюшэна выглядело не очень хорошо. На третий день Чу Чуан и другие снова сделали запрос, чтобы уменьшить долю рафинированных руд, которые они сдали бы наполовину, от каждого раза, когда они сдавали в общей сложности 90%, в противном случае они не получили бы выполненную работу. Казалось, будто целью горняков в деревне Green Tree Village был Hu Siping. На самом деле, кровь, которую добывали шахтеры, была не только в руках Ху Сайпина, но и в руках нескольких стюардов и голов на шахтах. Почему Хань Сюшэн тогда попросил Ян Тяньгана об этой работе, разве не из-за нефти, которую можно было добыть для него? На четвертый день Ян Цзюнььшань и Хань Сюшэн только что добрались до шахт деревни Зеленое Дерево, но жители деревни все еще не пришли сегодня на работу. Пока Ян Цзюнььшань собирался идти в шахты, они внезапно бросились в шахты и громко закричали: "Нехорошо, нехорошо, будет драка, будет драка за пределами деревни!" Хань Сюшэн изменил свое выражение и сказал: "Кто с кем борется, скажи это ясно!" Тот парень кивнул и спросил: "Кто еще это может быть? Люди из Секты Зеленого Дерева остановили наших людей за пределами деревни. Сейчас они находятся в конфронтации, и похоже, что скоро будет драка!". Выражение Хань Сюшэна стало тревожным: "Где Культиватор Боевого Царства Ху и другие, куда они пошли? Пошли, пошли, остановим их за пределами деревни. Мы не должны позволить им сражаться, иначе, как только город узнает об этом, не говоря уже о том, чтобы ловить рыбу на нефть, наша работа будет разрушена! " Услышав слова Хань Сюшэна, смотрители на минах начали паниковать, так как они вышли за Хань Сюшэном из деревни, как рой пчел. На минах остался только один надзиратель и один надзиратель, чтобы наблюдать за местом происшествия. Увидев эту хорошую возможность, Ян Цзюнььшань сразу же использовал все свои силы, чтобы устремиться к туннелю шахты Уту. На этот раз он не заботился о сохранении своей энергии, он не заботился о добыче полезных ископаемых, вместо этого он рассчитал время, которое понадобится Ханю Сюшэну и остальным, чтобы броситься за пределы деревни, чтобы остановить конфликты, успокоить ситуацию и вернуться в шахты. Достигнув дна шахты, он использовал всю свою силу и разбил шахту вместе со своей мотыгой. У него закончилась духовная сила, и он прямо втянул в свои уста таблетку Духа. Ему даже не нужно было беспокоиться о яде, оставшемся в его теле после переработки таблетки; он просто должен был изменить его на новый после того, как сломал мотыгу; у него не было достаточно выносливости, он мог только медленно и упорно делать глоток воды. Небольшая пещера была выкопана снова, как второй мяч амилопирит выкатился. Третий, четвертый, весь путь до пятого мяча был выкопан, Ян Джуньшань, наконец, исчерпал все свои оставшиеся силы. Через два часа, под безумные раскопки Ян Джуншана, весь шахтный туннель практически протолкнулся вперед на полметра, пять меридианов амилопирита выкопали спереди и сзади, в том числе и два оставшихся вчера. В этот момент у Ян Джуншана в руках было семь амилопиритовых шариков. Приседая на земле, он выпил всю воду в кувшине для воды и не осмелился остаться в пещере ни на секунду. Он быстро встал и быстро вышел из пещеры, пытаясь успокоить свое тело, чтобы оно выглядело нормальным. Увидев, что Ян Чжуньшань выходит из пещеры с пустыми руками, он улыбнулся и сказал: "Эй, это не племянник управляющего Хана? Как он так быстро вышел? Сегодня нет добычи?" За последние несколько дней, благодаря Менеджеру Ханю, Ян Чжуньшань познакомился с людьми, ответственными за горную добычу, и, следовательно, знал, что человек перед ним по фамилии Цуй. Ян Цзюнььшань заставил улыбнуться и сказал: "Дядя Цуй, мой дядя еще не вернулся?" Цуй Ли также очень беспокоился о ситуации за пределами деревни. Если бы не тот факт, что кто-то охраняет шахты, он бы тоже бросился за пределы деревни: "Пока нет". Я не знаю, что происходит за пределами деревни. Надеюсь, они не начнут драку". Ян Чжуньшань сказал: Дядя Цуй, я беспокоился, что с моим дядей что-то может случиться, поэтому я вышел к себе, так как у меня не было для этого настроения. Послушай, в корзине ничего нет, так что я не пойду искать дядю. Туннель массива был простым монитором, установленным на рудной шахте, чтобы у людей не было секретов. После того, как шахтеры вышли из шахты, им пришлось бы выйти из туннеля массива и сдать руду, чтобы оплатить счет. Цуй Ли ругался с улыбкой: "Что мы можем добыть за два часа, вы, большие семейные ученики, вы хотите тренироваться, вы хотите, чтобы я просто использовал нефритовые монеты, чтобы купить кучу руды из шахты и рафинировать ее самостоятельно? Ладно, поторопись и выходи, активация этого массива будет стоить нам денег, хочешь ли ты этого только для себя?". "Спасибо, дядя Куи!" Ян Чжуньшань тут же вышел из входа в рабочую зону шахтера и попрощался с другим менеджером, который еще охранял, а потом выбежал из деревни Цянь-Три. ---------- Подгородок Коллективная забастовка шахтеров в деревне Зеленое Дерево с требованием отказаться от доли руды, очевидно, ранила Ху Дяня и его людей, среди которых были Хань Сюшэн и другие руководители, отвечающие за шахты. Неизвестно, кто из них придумал способ, а именно - завербовать свободных сельских жителей из других деревень, чтобы они пришли на прииск. Во-первых, это позволило бы им быстро вернуться на работу, а во-вторых, это также оказало бы давление на Чу Чуан и других. На самом деле, после того, как Ху Дянь и его люди обнародовали эту новость, они собрали миндальных шахтеров, чтобы приехать в деревню Зеленое Дерево. Однако они не ожидали, что этот инцидент не заставил их оказать давление на деревню, а полностью разозлил всю деревню. По мнению жителей деревни, иловая шахта в деревне Грин Три была их собственностью. Ху Сипинг и его люди привели на шахту чужаков, чтобы заманить волков в дом, поэтому шахту в деревне Green Tree Village могли выкопать только люди из деревни Green Tree Village. К счастью, в это время Хань Сюшэн руководил более чем десятью менеджерами шахты, когда они спешили. Все эти люди были экспертами пятого уровня Царства Смерти, а группа людей, стоявших посреди группы людей, стоявших против него, имела какое-то сдерживающее средство, и смогла вовремя остановить кровавую битву. В это время Ху Глоток бросился в его мутный воздух. Раньше он застрял в деревне со своим боевым Культиватором Боевого Царства, не имея возможности выйти. Только в это время не только Ху Сиппин, даже Хань Сюшэн и остальные поняли, насколько большую ошибку он совершил. Когда Ян Цзюнььшань выходил из массива, он случайно наткнулся на Хань Сюшэна, который спешил обратно. Увидев Яна Цзюньшана, Хань Сюшэн спросил любопытно: "Эй, зачем ты вышел? "Но это хорошо, что ты вышел, так что мне не нужно перезванивать тебе с шахты". Давай сначала пойдём домой!" "Ты уже с кем-то воюешь, как я мог, твой племянник, быть в настроении моей!" Ян Чжуньшань в шоке сказал: "Почему? Дядя, ты больше не ходишь в шахты?" Хань Сюшэн была расстроена: "Не поднимай больше эту тему, я чуть не облажался. Пока я не вернусь в шахты, я буду ждать, пока люди из города не разберутся с этим первыми". Однако им сообщили, что охранника Яна Тяньчэня нет в городе. Подобно тому, как староста села, управляющий, глава и остальные с облегчением вздохнули с облегчением, они вдруг получили известие, хотя у Хранителя не было времени разобраться с этим делом, протектор Bluestone Town не смог бы разобраться с этим делом в будущем, и в это время он лично займется этим делом! Заместитель опекуна? С каких пор у Блустоун Тауна есть второй охранник? Со времени взлёта группы Ян Ли сорок лет назад должность опекуна Bluestone Town никогда не спадала со стороны семьи Ян, даже сейчас должность опекуна Ян Тяньчэня остаётся прежней. Поскольку размеры Голубого города зависели от патриарха семьи Ян, то для Голубого города нецелесообразно было создавать какого-либо рода заместителя опекуна, но почему Небесная Потрясенная Секта внезапно перешла к заместителю опекуна? Может быть, Секта Небесная уже была недовольна семьей Лао Янгов? Или, возможно, в этом была какая-то непостижимая тайна? Точно так же, как в Городе Голубых Камней чувствовали себя подозрительно, Ян Чжуньшань нашел время, чтобы использовать амилопирит, который он вывел, для культивирования. Без всяких сюрпризов, этих шести амилопиритов ему хватило, чтобы через десять дней поднять свое выращивание к Великому Кругу Царства Духовного Просвещения. Однако на второй день Хань Сюшэн прервал выращивание Ян Цзюньшаня странным выражением лица: "Твой шестой дядя пришел, чтобы найти тебя". "Мой шестой дядя?" Ян Чжуньшань спросил врасплох: Почему он ищет меня? Шестой дядя Ян Чжуньшаня, впечатление Ян Тяньлиня о нем в воспоминаниях Ян Чжуншана было не слишком глубоким. Он был старшим сыном двоюродной бабушки Ян Цзюнььшаня и занимал шестое место в семье Ян. "Следуй за мной, твоя тетя хочет тебя видеть!" Увидев Яна Чжуншана, Ян Тяньлинь больше не тратил слов и напрямую сообщил ему о своей цели - найти его. Когда Ян Цзюнььшань встретил свою тетю Ян Янь с полным подозрений желудком, он увидел, что его тетя и дед Чжан Мэнхэ также находились в центре зала. Чжан Мэнхэ также был культиватором в области боевых искусств, но смог заняться культивированием до первой стадии после открытия своего Даньтянь. "Вы уже должны знать, что Блустонский город будет охранять депутат, верно?" Ян Ян сразу же спросил после встречи с Ян Чжуньшань. Ян Чжуньшань честно ответил: "Понял". "Тогда твой отец тоже должен знать, верно?" "Да". Ян Цзюнььшань естественно имел свои глаза и уши на такие вещи в Bluestone Town, и быстро распространил бы новости в село Tuqiu. Не нужно было скрывать это от Ян Яна. На этот раз я позвал тебя, потому что есть некоторые слова, которые не могут быть произнесены другими, которые не могут дотянуться до ушей твоего отца. Слушай внимательно, твой дядя, под предлогом того, что он находится в закрытой тренировке, чтобы подготовиться к переходу на четвертый этап в области боевых искусств, взял на себя инициативу, чтобы отказаться от позиции Bluestone Town. В настоящее время заместителем гвардии Bluestone Town является племянник клана Ван, который также является твоим четвертым дядей, Ван Юань. Ян Чжуньшань кивнул головой и сказал: "Я всё запомню, но зачем тётя заставила меня сказать эти слова моему отцу". Мы уже разделили семью пять лет назад". "Какого чёрта!" Ян Ян уставился на него, и с пощечиной на столе, она внезапно встала и сказала: "Он истекает кровью из семьи Лао Янь, и, включая тебя, осталась только кровь твоего дедушки Янь Ли". Yang Junshan сказал в низком голосе: "Тетя должна вероятно сказать моему дяде эти вещи". "Ты..." "Как ты смеешь!" Ян Янь не думала, что этот ребенок на самом деле посмеет с ней поговорить. Это заставило ее почувствовать глубокую отчужденность между ней и этим ребенком. "Хорошо, хорошо!" Тетя дедушка Чжан Мэнхэ улыбнулась Ян Чжуньшаню, затем повернулась к Ян Янь и сказала: "Чем ты старше, тем хуже твой темперамент, что мне делать, если ты пугаешь ребенка?" После этого Чжан Мэнхэ повернулся к Ян Цзюньшану и сказал: "Дитя, тебе просто нужно рассказать отцу о словах твоей бабушки". Что касается того, что делать, никто в семье Лао Янг больше не может принуждать его, ты можешь идти". Ян Чжуньшань кивнул головой и собирался уходить, когда услышал слова Чжан Мэн Хэ: "Ах, да, твой дядя вот-вот уйдёт в выращивание за закрытыми дверями, и мы уже знаем о твоём приезде в Блустоун, в это время нам может понадобиться лицо твоего дяди, чтобы искать для тебя недоброжелателя, так что всё должно скоро улаживаться, или когда твой дядя уйдёт в выращивание за закрытыми дверями, когда твой дядя и твой отец будут одной матерью, ты должен навестить их". Наблюдая за тем, как Ян Чжуньшань уезжает, Ян Ян мягко сказал: "Старый Чжан, мы что-то сделали не так?" Чжан Мэнхэ на мгновение засомневался, затем покачал головой и сказал: "Правильно, что твой брат ушел слишком рано и слишком быстро". Даже если бы у него никогда не было шанса войти в царство жизни, пока он еще жив, семья Лао Янь ничего не сможет с этим поделать!" "Вздыхай!" Ян Янь тут же замолчала, но, похоже, она что-то придумала и сказала: "Нет, я все еще волнуюсь, лучше я лично приеду в уезд Мэнъю." Чжан Мэн Хэ быстро посоветовал: "Не уезжай, если ты уедешь, это может привести к недоразумениям между обеими сторонами. Ты должен четко знать, кто твоя невестка, если она действительно слишком остро реагирует, те, кто пострадает, будут семьёй Лао Яна!". Чжан Мэн Хэ обернулся и сказал Ян Тяньлинь: "Отпусти Старого Шестого, иди улаживай дела, не распространяй новости, с каким оправданием ты должен ехать в уезд Мэнъюй? Расскажи об этом своему Третьему Брату и принеси слова матери". Ян Тяньлинь молча кивнул головой, затем повернулся и ушёл. Ян Ян посмотрела на спину сына и сказала: "Вы сказали, что мой брат ушел слишком рано и слишком быстро, но теперь я понимаю, что чувствовал мой брат в то время, если бы он действительно шагнул в царство жизни, семья Ян не была бы скованна другими, и я боюсь, что когда мой брат Шан Инь захватил клан Ван, он бы уже подумал о таком дне, просто он был слишком неохотно это делал для семьи Ян". Ян Цзюньшань, естественно, поняла смысл слов своей тети Ян Янь. Она хотела, чтобы ее отец вернулся в Голубой город, и было очевидно, что Ян Ян уже почувствовала опасность для семьи Лао Ян и упорно работала над тем, чтобы объединить семью Лао Ян и преодолеть трудности. Однако Ян Янь не знала, что, хотя и чувствовала опасность, она не нашла подходящего врага. Перед грозой, которая вот-вот должна была начаться, дом Лао Ян даже нельзя было считать местом, где можно было бы удержать экипаж. Вернувшись в дом дяди, Ян Чжуньшань все бросил на произвол судьбы и сосредоточился на культивировании. Что касается амилопирита в шахтах деревни Green Tree Village, то он временно не мог потрудиться копать, так как их нельзя было обнаружить в течение короткого периода времени. Надо знать, что открытие амилопирита в шахтах его предыдущей жизни произошло уже через два-три года. В первый же день, когда они прибыли в Bluestone Town, они собрали старосты, стюардов, глав и жителей деревни Green Tree Village, чтобы понять ситуацию. На второй день шахтеры деревни Green Tree Village снова приступили к работе, и месторождение для рудника было установлено в размере семи каменных монет. В то же время, в пещере рудника находились еще два владельца вторичного рудника, два из них - из Военного Культиватора Королевства из Green Tree Village. Несмотря на то, что они не вмешивались в процесс добычи на руднике Миасма, они специализировались на надзоре за разработкой рудника, обращая внимание на развитие рудника, а также на эскульт, вся шахта была очищена, и энтузиазм шахтеров поднялся. Подобно тому, как все в Голубом городе восхваляли вице-президента Вана, неизбежно появились люди, которые думали о Небесной Секте и семье Лао Яна. Однако очень быстро личность вице-президента Вана была раскрыта, и оказалось, что вице-президент Ван на самом деле был зятем Лао Янга, который в настоящее время является старшей дочерью бабушки Ван из семьи Лао Янг, Янг Тянь Фанга. Так вот как обстоят дела, Блустоун Таун все еще семья Лао Янга, просто он превратил своего сына в зятя. В тайной комнате Ян Чжуньшань внезапно открыл глаза, и последний кусочек пространства в его костных полостях наполнился, наконец, богатой энергией земного духа. ---------- Бессмертный Роо Содержащаяся в амилопирите отложенная земляная энергия могла быть непосредственно очищена и использована Ян Джуншаном, а эффект культивирования был сравним с потреблением лекарственных гранул для культивирования. Но в грануле было три яда, и как бы высоко ни был алхимик, они не могли изгнать весь отложенный яд лекарственных гранул. Таким образом, наслаждаясь удовольствием от выращивания гранул значительно возрастает, они также должны были бы потратить бесконечное количество времени, чтобы уточнить и изгнать яд таблетки. Обычно, каждый раз, когда человек употреблял лекарственную пилюлю, соответствующую уровню выращивания, ему требовалось не менее трех дней для того, чтобы очистить яд этой пилюли. Таким образом, для приема лекарственной таблетки обычно требуется четыре дня, и если в течение этих четырех дней принимать другую лекарственную таблетку, в результате чего в таблетке накапливается яд, то это не является простым делом "один плюс один". По крайней мере, для полного избавления от яда таблетки потребуется полмесяца или около того. Четыре дня - это всего лишь минимальное количество времени. На самом деле, даже если бы Ян Чжуньшань имел достаточно таблеток, ему пришлось бы потратить как минимум пять дней, чтобы выпить одну таблетку. У переработки амилопирита, с другой стороны, не было таких ограничений. До тех пор, пока амилопирита было достаточно, он мог продолжать их оттачивать до тех пор, пока уровень его культивирования не повысился до такой степени, что жизненной силы, хранящейся в амилопирите, уже не хватало для повышения уровня его культивирования. В шахтах один амилопирит мог грубо поддерживать выращивание Ян Джуншана от полутора до двух дней, и после возвращения в дом его дяди Хань Сюшэна, Ян Джуньшань закрылся и культивировался независимо от того, был ли это день или ночь, ему почти каждый день требовалось бы оттачивать один амилопирит. Когда семь амилопиритов в его руках были полностью очищены, его Отверстие Духа костного мозга, наконец, достигло совершенного царства. В это время, по сравнению с несколькими другими людьми того же возраста в деревне Туцю, время, которое потребовалось Ян Джуншану, чтобы достичь совершенства третьей стадии, было примерно на восемь-девять месяцев позже. По логике вещей, в это время Ян Джуньшань уже должен был считаться действительно достигшим совершенного состояния для третьей стадии Смертного царства, но, видя все, что происходило внутри Духовного Отверстия, даже сам Ян Джуньшань не был уверен, следует ли его считать достигшим совершенного состояния для Духовного Отверстия, или же он уже ступил в четвертую стадию Смертного царства. С тех пор, как Ян Цзюнььшань начал культивировать парчу из шести внутрений, возможно, это было связано с тем, что в органах были полости духа, что сделало его первым, кто успешно их почувствовал. Среди трех великих духовных полостей Ян Цзюнььшаня желчный пузырь был первым, кто достиг уровня совершенства. Поскольку Ян Цзюнььшань еще долго работал над тем, чтобы впитать в себя богатую энергию земного духа и насыпать ее в костно-мозговые духовные полости, то духовные полости стали постепенно становиться плотнее и более твердыми. В глазах обычных культиваторов, духовные полости Ян Цзюнььшаня уже вступили в царство закладки Бессмертного Основания. Обычно в процессе возделывания культиваторы начинали выходить в четвертый слой только тогда, когда все бессмертные духовные полости в их теле достигали уровня совершенства, а затем одновременно закладывали свои бессмертные корни. Однако для трех бессмертных духовных полостей в теле Ян Джуншана, так как костный мозг и духовные полости еще не были закончены, то духовные полости уже вошли в четвертый слой первыми. Более того, возможно, именно из-за того, что духовные полости первыми вошли в стадию установления бессмертного фундамента, Ян Цзюнььшань не столкнулся с какими-либо препятствиями во время своего следующего прорыва в четвертую стадию. Обычно, когда культиваторы пытались прорваться на четвертый этап создания бессмертного фонда, им приходилось тратить от трех до пяти месяцев времени на то, чтобы накопить и прокормить их. Однако, процесс продвижения Ян Цзюнььшаня казался естественным, он начинался сначала с Отверстия Божественного Пузыря, за которым следовало Отверстие Божественного Духа позвонка, а когда костный мозг также начал постепенно затвердевать, у Ян Цзюньшана не оставалось другого выбора, кроме как временно замедлить его продвижение в культивации. Это было связано не только с тем, что амилопирит, находившийся в его распоряжении, полностью израсходовался, но и с тем, что он закончил рафинирование тех немногих "Облачных таблеток", которые у него остались, а процесс закладки "Бессмертного фундамента" изначально представлял собой процесс бессмысленного поглощения энергии Духа. Другими словами, как только он прорвался сквозь узкое место четвертого уровня, ему оставалось только аккумулировать исключительно духовную энергию, чтобы катализировать формирование Бессмертного Основания. Скорость его возделывания будет зависеть от количества духовной энергии, которое культиватор сможет впитать в своё тело. В это время со времени забастовки в Green Tree Village прошел всего месяц. Для того, чтобы обеспечить бессмертный фонд достаточной энергией духа и ускорить темпы возделывания, у Яна Джуншана не оставалось другого выбора, кроме как войти в шахтную пещеру Green Tree Village, чтобы обнаружить амилопирит. Кроме Ян Джуншана, который часто жаловался на то, что работать на шахте становится все труднее и труднее, другие ситуации, похоже, менялись к лучшему. Кроме того, здесь было много других шахтеров из других деревень. Сначала глиняные шахты деревни "Зеленое дерево" не запрещали шахтерам входить в шахту. Однако в последний раз это случилось из-за того, что Ху Диехан и его люди перестарались и попытались превратить всех шахтеров из глиняных шахт в чужих. Это вызвало сильную реакцию со стороны жителей деревни. Теперь, когда деревня Green Tree Village была реорганизована и атмосфера в шахтах расчищена, шахтеры смогли заработать больше. Естественно, было больше шахтёров, готовых присоединиться. Однако, таким образом, Ян Джуншану было бы трудно копать амилопирит. Поскольку новые шахтеры не были знакомы с ситуацией на шахтах, было много людей, которые приходили в туннели, где шахты были истощены, поэтому Ян Джуньшань должен был быть еще более осторожным. На самом деле, в предыдущей жизни впервые были обнаружены амилопириты, и поскольку некоторые шахтеры не были знакомы с ситуацией, они обнаружили нечто неожиданное при случайных раскопках. После того, как эта новость была постепенно передана, ситуация постепенно перешла в неконтролируемое состояние. Помимо тайных раскопок амилопирита с, Ян Джуньшань провел последние несколько дней в шахтах, стараясь изо всех сил возделывать. Из-за обработки на шахтах теперь было еще более невозможно вытащить амилопирит, поэтому у него не было другого выбора, кроме как снова похоронить одиннадцать амилопиритов, которые он выкопал на дне шахт. На самом деле, в эти несколько дней, потому что было бесчисленное множество шахтеров, которые приходили искать шахты, у Ян Джуншана не было другого выбора, кроме как стать прерывистым. Единственной хорошей новостью было то, что после того, как Ян Цзюнььшань спустился в шахты, братья Чу Чуан оставили ему еще один экземпляр тщательно отобранной руды. "Молодой господин Ян, пожалуйста, простите меня, в этом мире нелегко возделывать, эти люди, следующие за Старым Чу, все горькие и ха-ха братья. Раньше, чтобы завоевать меня и рисковать жизнью, чтобы бороться против такого боевого культивирующего царства, как Ху Сипинг, чтобы отфильтровать для этих братьев больше хороших мин, без разрешения Молодого Мастера, я передал метод, который вы дали нам, братьям, раньше, это действительно грех". Видя виновное выражение Чу Чуан, Ян Джуньшань засмеялся и сказал: "Брат Чу, мы с тобой все еще братья, я всего лишь сын старосты села и не заслуживаю того, чтобы к нам обращались как к молодому хозяину. Методы отфильтровывания руд - твои, а вот кому ты хочешь их передать - решать тебе". Чу Чуанг очень обрадовался, когда услышал это и сказал: "Ян Сяо, хаха, брат Ян действительно великодушен, мы, Старый Чу, должны тебе услугу". Хэхэ, в ближайшие несколько дней тебе больше не нужно копать больше, тебе просто нужно направить нас к моим, и мы оставим для тебя лучшие руды, которые мы вырыли в Старом Чу". Ян Чжуньшань уже выкопал более двадцати амилопиритов в этом туннеле. В предыдущей жизни он выкопал около пятидесяти амилопиритов из двух туннелей в деревне Green Tree Village, и почти выкопал все амилопириты в этом туннеле. Недавно Ян Джуньшань целый день копал в этом туннеле, но не нашел ни одного. "Согласно воспоминаниям о моей прошлой жизни, среди этих двух шахт есть три камня Уту Эссенс. Один из них был выкопан, в то время как другие два были выкопаны." Согласно воспоминаниям о моей прошлой жизни, всего было три камня Вуту Эссенции. Посуда Wutu Earth Essence Stone была ещё более чистой и энергичной, чем Wutu Earth Essence, которая была сгущена амилопиритом. Если можно сказать, что амилопирит s имел большую пользу для культивирования Земного Царства Смерти, то камень Wutu Essence Stone был так же полезен для культивирования Земного Царства Боевых Царств. Однако, это было не самое главное. Истинная ценность камня Wutu Essence Stone заключалась в том, что он был чрезвычайно полезен для культиваторов, чтобы прорваться сквозь оковы пятой стадии Царства Смерти, открыть свой дантиан и продвинуться в области боевых искусств. Мало того, это было также очень полезно для Martial Realm Cultivator, чтобы прорваться через узкие места ранней и средней стадии Царства Смерти. Среди тысяч людей в деревне было всего около нескольких сотен, которые могли начать свой путь культивирования. Из этих нескольких сотен человек только двое или трое смогли продвинуться в область боевых искусств, но доля людей, застрявших на пятом уровне Царства Смерти, часто достигала четверти или даже трети от числа людей в деревне. Отсюда видно, насколько важна была забота о культивировании на пятом этаже Смертельного царства. Преодоление этого барьера подразумевало не только повышение силы, статуса и богатства, но также означало, что можно было бы получить более длительный срок службы и более высокую возможность сделать это. Кроме того, это сокровище оказало положительное влияние и на прорыв в выращивании культиваторов на ранних стадиях боевого искусства! Несмотря на то, что Земной камень сущности Уту формировался из сущности земли и мог помочь прорваться только тем земледелам, которые культивировали земледельческие техники, под контролем Потрясённой небесной секты, число людей, которые обучали земледельческим техникам, было самым большим в Юсяне. Именно из-за появления камня сущности земли Уту изначально конкуренция за амилопирит усилилась, и, услышав эту новость, Боевое Царство Культиватохат сразу же без колебаний присоединилось к конкурсу, в то время как культиваторы пятого уровня Боевого Царства также рисковали своей жизнью, чтобы продвинуться в область боевых искусств, заставляя все больше и больше Культиваторов Боевого Царства спешить, и битва быстро превратилась в массовую резню культиваторов Боевого Царства Смерти. Однако после битвы различные фракции в округе Менгю быстро вмешались и взяли под контроль всю шахту, но им не удалось раскопать ни одного камня сущности земли Уту, даже самую обыкновенную амилопиритаду выкопали. С начала работы двух шахт осталось всего три Камня Земной Сущности Уту. Ян Чжуньшань уже достаточно глубоко копал в шахте, но не только не смог найти легендарный Камень Сущности Уту, даже самый обыкновенный амилопирит не смог найти ни одного. Это сделало Яна Чжуншана немного удручающим. Может быть, в прошлой жизни он услышал не ту новость, что в этом туннеле не было камня сущности Уту на Земле? Ян Чжуньшань спустил свою мотыгу вниз, и со звуком "пу" мотыга была полностью погружена в руду. Ян Чжуньшань был слегка напуган, подсознательно он использовал свою силу, чтобы открыть руку. Огромный кусок скалы треснул, а за ним появилась трехметровая пещера из натурального камня. ---------- Запросы Каменная сфера перед ним была размером с кулак. Он отличался от глиняного желтого цвета амилопирита, из-за которого каменная сфера выглядела как золотая, так как смотрела на нее с небольшим блеском. Это был камень сущности Вуту. Правильно, камень эссенции Вуту, содержащийся внутри, был намного превосходит амилопирит как по плотности, так и по качеству. Это был камень Вуту Эссенс, который мог помочь культивистам прорваться в мир боевых искусств. Неожиданно его рука остановилась на полпути. Перед тем, как спуститься в шахты, каждый человек должен был сначала сдать свои вещи начальнику, чтобы тот их оставил, и они должны были взять с собой только бамбуковую корзину, мотыгу и две мотыги. В это время забудьте о том, что Ян Чжуньшань не имел на себе никаких коробок с запечатывающими духами, даже если бы он это сделал, он не смог бы вывести их через строй. После того, как Ян Цзюнььшань положил в руку Земной Камень Сущности Уту и некоторое время искал его, у него не было другого выбора, кроме как похоронить его под кучей шлака, которую он выкопал рядом с ним, и вместе с десятью нечетными амилопиритами. Неся мотыгу и корзину на спине, Ян Чжуньшань без колебаний вышел из туннеля шахты. Как только он подошел к входу в шахту, он случайно прошел мимо двух шахтеров, которые весело болтали. Увидев, что Ян Чжуньшань вышел, они взглянули на корзину на его спине. Один из шахтеров насмехался: "Малыш, ты выкопал бесплодную шахту?" Ян Чжуньшань самоуничижительно засмеялся и сказал: "Моя удача не слишком удачлива!" Другой шахтер засмеялся и сказал: "Ты кажешься довольно молодым, так что ты должен быть новичком". Ты должен быть более конкретным в горнодобывающей промышленности. Чем больше опыта вы испытаете, тем больше вы получите". Ян Чжуньшань горько смеялся: Спасибо за ваше руководство. Они вдвоем кивнули в Ян Джуньшань, затем повернули и пошли в пещеру недалеко от места нахождения Ян Джуншана, и через мгновение раздались звонкие звуки. Ян Цзюнььшань насмехался, туннель был не намного лучше его, было очевидно, что эти двое не какие-то опытные старые шахтеры, они просто воспользовались возрастом Яна Цзюньшана. В эти дни количество культиваторов, проходящих мимо туннеля, становилось все более частым, что также приводило к тому, что Ян Джуньшань становился прерывистым как в добыче, так и в выращивании полезных ископаемых. Раньше одного амилопирита было достаточно для того, чтобы он мог культивировать в шахте в течение двух дней, а теперь, находившийся в его руках, даже через три дня не впитал всю нерасколоченную энергию земли в туннель. Раньше Ян Джуньшань думал об использовании пространственных предметов, таких как мешок для хранения s, чтобы избежать обнаружения дао формирования, и по этой причине у Яна Джуншана был план поиска мешка для хранения s, но теперь даже шахтеры должны были сдать предметы, которые были на них, прежде чем спуститься в шахты. На второй день Ян Джуньшань поспешил зайти в последний из трех тоннелей. Большая часть амилопирита в предыдущем туннеле уже была выкопана Яном Джуншаном, так что даже если бы ему пришлось копать больше, это стало бы только труднее. Он хотел найти еще один туннель, содержащий амилопирит s. Это было потому, что он мог подтвердить, что существует, по крайней мере, еще один камень Wutu Essence Stone, и копать обычный амилопирит s было бы намного проще, чем предыдущий. Но несмотря на то, что Ян Чжуньшань уже был мысленно подготовлен, сцена, которая появилась перед ним после того, как он выкапывал камни более чем на полдня, все равно оставила его в недоумении смеяться или плакать. Он не смог найти амилопирит, но, прокопав участок бесплодной шахты, нашел богатую глиняную шахту. За час до того, как они спустились в шахты, Ян Джуньшань выбрал минералы, которые уже были выбраны в соответствии с местами, в которых он согласился встретиться с Чу Чуаном и остальными. Им хватило двух-трех дней, чтобы добраться до рудника, когда в следующий раз они придут на месторождение титановой руды. Однако на этот раз Ян Джуньшань подошел с корзиной, полной руд, и услышал, как Чу Чуан и остальные разговаривали издалека. "Черт, духовная долина в этом городе становится все дороже и дороже!" "Босс Чу привёл нас к тому, чтобы уменьшить количество денег в шахте и уменьшить количество концентрированной руды, которую мы должны заплатить. Наш урожай порошкообразной почвы также увеличился, но в конце концов мы все-таки купили ту же самую духовную долину". "Если бы не босс Чу, вы бы даже не смогли купить эту маленькую духовную долину сейчас." "Вздох, он не это имел в виду, но качество духовной долины в последнее время становилось всё хуже и хуже. Бог знает, сколько песчаной травы укоренилось в духовной долине, и его отношение еще более властное, чем раньше, выглядит так, будто он хочет ее купить или нет, мы можем только сломать ему зубы и проглотить ее!"". Для того, чтобы сэкономить средства на выращивании зерна для своего внука, старик Лян с восточной стороны деревни уже более десяти дней не ест духовную долину. В его возрасте его выращивание, вероятно, скоро рухнет. "По сравнению с другими деревнями, ситуация в нашей деревне гораздо лучше. Это всё благодаря тому, что босс Чу привёл нас к этому". Бамбуковая корзина тихо подошла к Ян Джуньшану, и когда немногие взрослые увидели Ян Джуншана, они все были очень уважительны и кричали один за другим: "Молодой господин Ян!" Перед ним стояли все жители деревни, которые бастовали с Чу Чуангом. После этого Чу Чуан стал начальником шахт в Секте Зеленого Дерева, потому что в то время все рисковали своей жизнью. Первоначально Ян Цзюнььшань не мог считаться аартом своей группы, но с их точки зрения Ян Цзюнььшань, очевидно, овладел секретной техникой поиска. Это было связано с тем, что с тех пор, как Чу Чуан встретил этого "Молодого Мастера Яна", количество концентратов, которые они отсеивали каждый день, было на 10% больше, чем раньше, а урожайность порошкообразной почвы также увеличилась на 15%. В результате, хотя Ян Джуньшань каждый раз брал у них корзину просеянного концентрата каждый раз, когда он не добывал его, эти люди вообще не жаловались. Чу Чуан поспешно прошел мимо. Видя, что корзина Ян Джуншана наполнена до краев рудами, он не мог не жаловаться: "Айя, брат Ян, разве я не говорил, что тебе больше не нужно моё"? Кроме того, что мы нашли несколько мест для моего, мы также можем найти место, где можно спокойно культивировать". Одной рукой Ян Чжуньшань выгрузил двести килограммов сырой руды со спины и бросил ее на землю. С "уалалой" выпала корзина, полная руд. "Хисс шипит!" Даже если Чу Чуан считался опытным шахтером, когда увидел корзину сырой руды Ян Чжуньшаня, он не мог не воскликнуть в восхищении: "Эта руда имеет такое высокое качество, по сравнению с этой так называемой богатой рудой из прошлого, брат Ян, молодой мастер Ян, где ты это нашел?" Ян Чжуньшань беспомощно засмеялся и сказал: "Я нашёл её ненамеренно, поэтому после того, как ты заставишь братьев раздавить и отфильтровать руду, мы поделим её между собой". Чу Чуан быстро помахал рукой: "Так не пойдёт, сорт этой корзины с рудами слишком сильно отличается от других руд, мы этим слишком злоупотребляем". "Все в порядке, все в порядке. Просто возьмите. Я собрал достаточно почвенного порошка и боюсь, что скоро уеду. Когда я скажу вам все, что я нашел эту богатую шахту, этого должно хватить на несколько дней, чтобы увеличить ваш доход". Причина, по которой он все это время оставался в шахтах, была в амилопирите. По этой причине даже Хань Сюшэн призывал его собирать другие шахты. Неожиданно, чем более невозмутимым был Ян Цзюньшань, тем более благодарным был Чу Чуан к нему. Ранг этих богатых руд был почти выше чем у обычных руд, и после скрининга, урожайность руд вероятно увеличила бы также. Для Чу Чуанга и остальных это уже можно было считать довольно большой суммой дохода, но Ян Цзюнььшань просто так отдал ее. По указанию Чу Чуанга, один из братьев аккуратно взял корзину на спине Яна Джуншана, а другой взял руду, которая была разбросана по земле без остановки. "Брат Янг, что ты пытаешься сказать нашему Старому Чу?" Ян Чжуньшань засмеялся: "Мы все друзья, только мы можем помочь друг другу". Взгляд в глазах Чу Чуана, который он раньше смотрел на Яна Цзюньшана, становился все более и более благодарным, и он поворачивался, чтобы посмотреть на своих братьев, как будто у них было какое-то молчаливое понимание друг с другом. После этого Чу Чуан посмотрел на Яна Цзюньшана и, казалось, хотел что-то сказать, но остановился после того, как немного поразмыслил. Увидев это, несколько братьев встали и вернулись к работе, Ян Цзюнььшань засмеялся: Брат Чу, пожалуйста, говори! Чу Чуан был в растерянности из-за слов: "Мы, бедные братья, уже получили помощь от брата Яна, мы не должны были делать еще один шаг вперед, просто каждый из нас борется за выживание, но у меня, Старый Чу, нет другого выбора, кроме как просить у тебя помощи". Видя, насколько серьезен был Чу Чуан, лицо Яна Джуншана показалось мне серьезным, и он сказал: "Пожалуйста, говорите!" Чу Чуан сказал низким голосом: "Мы, старый Чу, не будем скрывать это от брата Яна". После того, как мы узнали твою личность, мы, Старый Чу, послали людей в город, чтобы понять положение Третьего Хозяина семьи Янг......................". Пока он говорил здесь, Чу Чуан не мог не посмотреть на выражение Ян Цзюнььшаня, и увидев, что Ян Цзюнььшань не был недоволен, он продолжил: "Я не ожидал многого от Мастера Яна из города, и последний слух о том, что деревня Мастера Яна была опустошена гигантской саранчой и не уменьшала производство в течение последних двух лет. Говорят, что в настоящее время в деревне Мастера Яна было много провизии, поэтому наш Старый Чу был достаточно смел, чтобы попросить врага у брата Яна, и не могли бы мы обменять его на какую-нибудь духовную долину от Мастера Яна"? Точно так же, как Ян Джуньшань поднял брови, он услышал, как Чу Чуан с тревогой добавил: "Конечно, цена не усложнит жизнь Мастеру Сану". Мы обменяем молотый глиняный порошок на него, и цена будет на рынке. " Сказав это, Чу Чуан сжимал зубы и говорил: "Даже чуть выше - это нормально!" Ян Цзюнььшань в шоке сказал: "Даже если он выше, это все равно возможно? "Тогда почему бы тебе не купить его в городе!?" "Айё, мой молодой господин Ян!" Чу Чуан скулил: "Настоящая трудность сейчас не в цене, с ней ничего не поделаешь, только духовная долина в городе, смешанная с сухой травой и песком, ограничена в предложении, как высока цена, все за неё борются!" ---------- Два "Эта идея долгое время была в голове у Старого Чу". Изначально он планировал рассказать тебе позже, но только что услышал, что ты уезжаешь. Если ты сейчас ничего не скажешь, у него не будет шанса." Ян Чжуньшань спросил любопытно: "Вы уверены, что я соглашусь?" Чу Чуан покачал головой и сказал: "Я не могу быть уверен, но если я не попытаюсь, откуда мне знать!?" Ян Чжуньшань сказал серьезно: "Во-первых, этот вопрос, я могу передать только одно сообщение моему отцу, в конце концов, я не могу принять решение за себя; во-вторых, честно говоря, сколько глиняного порошка вы двое можете собрать сейчас? Сколько порошка вы можете молоть из шахт, кроме духовной долины? Если порошок, который я накопил, можно обменять только на три-четыреста килограммов духовной долины, то зачем моему отцу ехать из уезда Мэнъю в уезд Чэнъю? " Когда Чу Чуан услышал первое предложение, которое сказал Ян Цзюньшань, на его лице появилась улыбка, но после того, как он услышал второе предложение, его выражение потемнело, и он не мог не вздыхать. Его рот покачивался, но в конце концов он ничего не сказал. То, что сказал Ян Чжуньшань, тоже было правдой. Из уезда Мэнъюй в уезд Чэнъюй, даже если бы экипаж мог двигаться день и две ночи, все равно понадобилось бы день и ночь, даже если бы они могли двигаться чуть-чуть быстрее. Более того, в этом новом году духовная долина должна пройти через два уезда в полностью заполненной тележке с продуктами питания. Чтобы не пробудить ревности у двух семей, им нужен хотя бы специалист в области боевых искусств, который встанет у них на пути и купит из рук крестьянина Голубого Дерева порошок молотка. Это действительно не стоит того. Вечером Ян Джуньшань вернулся в туннель рудника накануне и привез с собой корзину с сырой рудой. Попрощавшись с Чу Чуаном, он взял с собой корзину рафинированной руды и ушел. Он мог сказать, что Чу Чуан, казалось, хочет ему что-то сказать, но в конце концов, казалось, что он волнуется и ничего не говорит. На третий день Ян Цзюнььшань выкопал еще одну небольшую пещеру со дна тоннеля. После сбора амилопирита размером с голубиное яйцо, хотя этот амилопирит был маленький, его было достаточно, чтобы успокоить Яна Джуншана. Еще три дня прошло вот так. Янг Джуншан уже выкопал около девяти амилопиритов во втором туннеле. Хотя он все еще не смог выкопать второй камень Wutu Essence Stone, его урожай был неплох. В последние несколько дней Чу Чуан фактически дал Ян Джуньшань маленький флаг, на нем было написано слово "Чу". Говорили, что в эти дни Чу Чуан и его братья столкнулись с другими шахтерами из-за борьбы между ними за шахты, и Чу Чуан и другие объединились, и начали занимать некоторые шахты, которые были богаты ресурсами. Вставив флаг "Чу" на входе в шахту, они сказали другим шахтерам, что за эту шахту отвечают люди Чу Чуанга, и если кто-нибудь попытается взломать ее снова, у них будут проблемы с Чу Чуангом. Чу Чуан уже сделал себе имя среди шахтеров, с этим флагом, это спасло Ян Джуньшань много неприятностей. Вечером седьмого дня, как обычно, Ян Цзюнььшань нес корзину с рудами к месту сбора группы Чу Чуан. После того, как он поменялся корзиной руды и готовился к отъезду, Чу Чуан внезапно втянул его в тихий шахтный туннель. "Брат Янг, если у меня будет много почвенного порошка, ты можешь помочь мне построить мост между мной и третьим хозяином семьи Янг?" Чу Чуан искренне спросил. Ян Чжуньшань был удивлён: "Большое количество порошковой глины? Сколько их у вас? Чу Чуан сжимал зубы и говорил: "Дайте мне два месяца, я смогу накопить достаточно, чтобы купить полную машину с духовной долиной s!" "Невозможно!" Ян Чжуньшань совсем не поверил в это, и сказал: "Вы накопили достаточно почвенного порошка, чтобы за два месяца купить сто пятьдесят камней духовной долины s, даже если вы и ваши подчиненные не будете есть, пить или возделывать в течение этих двух месяцев, вы не сможете сэкономить все!" Чу Чуан сказал: "Вам не стоит беспокоиться об этом, так как у нас, Старый Чу, есть способ собрать достаточно пороха, до тех пор, пока брат Ян может достать нам карету, полную духовной долины, мы, Старый Чу, определённо не позволим вам понести какие-либо потери". Ян Цзюнььшань коснулся глаз и увеличил размер Чу Чуаня, но в конце концов он всё равно покачал головой и сказал: "Старший брат Чу, не то, чтобы я тебе не доверяю, но я тебе верю. Взгляд Чу Чуанга блуждал, очевидно, что он также боролся в своем сердце. В конце концов, он, казалось, принял какое-то решение и сказал: "Хорошо! "Нас всех втягивают в это". Старый Чу ставит на свою жизнь и судьбу!" Глядя на допрос Яна Джуншана, Чу Чуан сказал глубоким голосом: "Брат Ян, мы случайно вырыли тайный проход на дне удаленного туннеля в шахтах, проход, который ускользает от наблюдения и ведет за пределы шахт! "Что?" Ян Чжуньшань сразу понял, что его голос стал громче, и тут же прикрыл рот, когда он шептал: "Как такое возможно, может быть, среди ваших братьев вы разбираетесь в искусстве формирования?" Чу Чуан горько смеялся: Какие мастера формирований, я случайно нашел их. Чу Ян уже опробовал их и отправил из пещеры корзину с мелкой рудой. После этого из туннеля массива не было никакого предупреждения, поэтому после того, как мы закончили работу, мы с ним спокойно вынесли корзину с мелкой рудой обратно с задней горы. Кроме того, по пластовым путям рудника можно было определить, есть ли на теле шахтера пояса. Кроме того, пластовая траектория также имела функцию раннего оповещения о ситуации с выработкой шахты, поэтому, как только кто-то выкопал тоннель до земли, начальник шахты сразу же об этом узнал. Ян Цзюнььшань посмотрел на Чу Чуан с неурегулированным выражением лица. Чу Чуан не знал, что думает Ян Цзюнььшань, он только посмотрел на него нервно, и услышал, как Ян Цзюнььшань вдруг сказал: "Боюсь, что этого не случится, менеджер шахты не идиот, каждый раз, когда мы осматриваем шахту, мы можем грубо оценить количество руды, которую мы соберем". Если вы, ребята, провезете руду контрабандой, вы, ребята, определенно будете добывать меньше, и со временем, вы, ребята, определенно будете замечены". Чу Чуанг смеялся: "Во-первых, под руководством брата Яна мы всегда можем найти несколько шахт, которые богаты, и количество, которое мы добываем, естественно, будет разграблено". Во-вторых, брат Янг знает, что недавно я привел своих братьев, чтобы они заняли поле, и чтобы они каждый день силой захватывали несколько шахт с целью добычи. Это избавляет меня от необходимости каждый день бороться за это с другими шахтерами". "Так ты уже подумал об этом!" Неудивительно, что в прошлой жизни ему удалось стать лидером сотни шахтёров в деревне Зелёное Дерево. Но для Ян Чжуньшаня это прекрасная возможность: "Нет, это огромное дело, я должен лично взглянуть на это тайное место." Более того, путь массива в шахтах не обязательно должен быть каким-то глубоким образованием массива, и там должны быть лазейки. С нынешними способностями Яна Цзюньшаня, если бы он увидел диск массива и основание пути массива, возможно, он смог бы найти секретный проход в шахтах, но точно так же, как Чу Чуан, который случайно нашел лазейку в шахтах, его удача могла подняться только до небес. Услышав, что Ян Цзюнььшань хотел лично взглянуть на секретный проход, Чу Чуан изменил свое лицо и сказал: "Брат Ян, в этом нет необходимости, в конце концов, что мой был найден моим братом, и я рисковал нашими жизнями, чтобы найти его, как насчет этого, ты даешь мне одну вещь, я не верну его тебе после прохождения через тайный проход". Разве это не доказывает, что у нас, Старый Чу, больше нет этого секретного прохода?" Ян Цзюнььшань также знал, что будет трудно лично проверить этот секретный отрывок, поэтому, увидев, что Чу Чуань против него, он не стал настаивать и сказал: "Хорошо, завтра ты скажешь Чу Яну не ходить на работу, я спущусь в шахты, чтобы дать тебе кое-какие вещи, потом я выйду из шахт посередине, ты останешься позади, после того, как я выйду, я соглашусь встретиться с Чу Яном на месте встречи, если он сможет дать тебе что-то, это естественно докажет, что у тебя есть способы избежать туннеля массива, что ты думаешь?". Чу Чуан тайно думал о методе Яна Цзюньшаня, но не нашел ни одной лазейки, поэтому кивнул и сказал: Хорошо, мы сделаем это, как вы говорите! На второй день работы, после того как Ян Цзюнььшань вошел в шахты, он не сразу пошел искать Чу Чуан. Вместо этого он быстро пошел к туннелю, где он копал амилопирит. Динь черт возьми! Щелк! Нехорошо, кто-то пришел сюда раньше! Ян Чжуньшань замедлил темп и подошел к входу в вырытую им шахту, обнаружив, что внутри нет шахтеров, и тут же вздохнул с облегчением. Но когда он последовал за звуком и обнаружил шахту, в которой он сейчас работает, его лицо сразу же стало мрачным, а выкапываемая шахта на самом деле была еще одной шахтой по добыче амилопиритов. Как кто-то так быстро заметил эту шахту? Ян Джуньшань вспомнил, что в его предыдущей жизни открытие амилопирита было через полтора года, а поездка Яна Джуншана на шахту была еще более продолжительной два года спустя! Когда Ян Цзюнььшань увидел груду шлака на дне туннеля, он вдруг понял, что причина все еще в нем. Любой, кто видел, сколько шлака было свалено в одном тоннеле, подумал бы, что рудное месторождение неплохое, и подумал бы, что должно быть много людей, добывающих, чтобы накопить столько шлака. Глядя на две непоколебимые фигуры в конце туннеля, хотя Ян Джуньшань уже выкопал около 20 амилопиритов и кусок Wutu Essence Stone, он догадался, что должен был играть с большинством амилопиритов с. Кто знал, что если останется еще один амилопирит, который будет выкопан. Ян Чжуньшань повернул и побежал на дно другого туннеля. Секрет амилопирита мог быть утечён, и было необходимо, чтобы Янг Джуншан бросился и выкопал ещё несколько амилопиритов до того, как новости вышли. В настоящее время его потребность в энергии духа после выравнивания до четвёртой стадии значительно превосходит потребности культиваторов той же стадии, если бы у него не было достаточного количества амилопирита, гарантирующего скорость его тренировки, то его выращивание, вероятно, увеличило бы расстояние между ним и этими гениальными культиваторами. К счастью, после того, как он переместил шахтный туннель, Ян Джуньшань также переместил амилопирит и камень сущности Уту, который был спрятан под шлаком, в шлак, который был выкопан в шахтном туннеле. Иначе все стало бы еще более хлопотным. Черт возьми! Черт возьми! Кланк! Ян Чжуньшань снова безумно начал добычу, звук удара мотыги по земле был почти сравним со звуком двух шахтеров рядом с ним. Раз, два... Ян Чжуньшань поменяла сломанную мотыгу на новую. Три, четыре... Ян Чжуньшань сжимал зубы, бросал последнюю таблетку Фа Юн в рот и жевал ее интуитивно. Толстая волна энергии духа распространилась изнутри его желудка, следуя циркуляции Духовного Искусства Уту, она проникла по всему его телу. Когда был выкопан пятый амилопирит, мотыга Ян Чжуньшаня снова была сломана. Поменяв его на последнюю мотыгу, они продолжили мою, и в конце концов раскопали шестой амилопирит. Ян Цзюнььшань уже был истощен, и непрерывная работа высокой интенсивности почти исчерпала последний бит энергии Ян Цзюньшана. Не имея другого выбора, Ян Цзюнььшань смог только медленно выйти из туннеля. Его положение при ходьбе было очень похоже на положение горного властелина, неторопливо гуляющего в горах. И снова они тихо подошли к входу в шахту. Хрустящий звук горной добычи внутри шахты был слышен до сих пор. Внезапно из туннеля раздался голос: "Старый Цинь, давно не виделись". Посмотрите, что мы откопали. Слишком низкое качество этих руд. Поехали. Хочешь потратить здесь весь день впустую?" "Старина Чжао, почему бы тебе сначала не пойти копать где-нибудь в другом месте? Я тебе не верю. С такой большой кучей шлака, может, шахтер из прошлого тоже идиот? Твой старейшина будет таранить эту южную стену!" "Ай, ладно. Я буду копать с тобой, и мы будем тратить время впустую. Но мы же договорились, что если мы ничего не сможем копать, то завтра мы должны переехать в другое место..." Ян Цзюнььшань не продолжал слушать его, но повернулся и вернулся в шахты, продолжая бросать мотыгу в руду перед ним. "Пуччи!" Еще один звук чего-то ударившего в воздух прозвучал. Ян Чжуньшань испугался и подумал про себя: Может ли это быть таким совпадением! На самом деле, это было не только совпадение, но и великое совпадение! Большой кусок полой оболочки был разорван на части. Внутри была пещера высотой около четырёх футов, а изнутри с булькающим звуком скатился золотой каменный шар, который был намного больше предыдущего. Ян Чжуньшань поймал его в руке. Камень сущности земли Уту, второй камень сущности Уту, был получен! Ян Чжуньшань нес корзину, наполненную рудами, и шел перед Чу Чуангом. Устье бамбуковой корзины было перевязано Ян Джуншаном так, что ни одна руда не могла выпасть. Когда Чу Чуан увидел бамбуковую корзину Яна Цзюньшаня, он с удивлением сказал: "Брат Ян, что ты делаешь....". "Отправьте эту корзину с рудой нетронутой, я пойду в условленное место и подожду Чу Яна". Я уже отметил эту бамбуковую корзину эксклюзивным символом семьи Янг. Пока ты получишь эту бамбуковую корзину с рудами, я тебе поверю!" ---------- Судьба Ян Чжуньшань нес на спине половину корзины руды и отправился в шахты. Попрощавшись с Хань Сюшэном, он покинул деревню Зеленое Дерево и прибыл в тихое место. Через два часа Чу Ян, который обильно потел, взял с собой бамбуковую корзину и перебежал к Яну Джуньшану. "Молодой господин Янг, это ваша бамбуковая корзина, мы гарантируем, что вы ее не тронете!" Когда бамбуковую корзину поставили перед Яном Джуншаном, он уже знал, что бамбуковую корзину достали, не оставив следов, поэтому он кивнул и сказал с серьезным выражением: "Это действительно была бамбуковая корзина, которую я отдал Большому Брату Чу". Большой Брат Чу не лгал мне!" Чу Ян засомневался: "Тогда мой брат расскажет тебе об этом с молодым хозяином...". Ян Чжуньшань кивнул и сказал: "Вернись и скажи старшему брату Чу, я обязательно постараюсь изо всех сил убедить отца, у меня есть семидесятипроцентная уверенность в успехе в решении этого вопроса, конечно, этот вопрос должен быть решен в тайне, если это распространится, отец этого не допустит". Чу Ян кивнул с благодарностью и сказал: "Не волнуйтесь, молодой господин, только мой брат и я знаю о тайном туннеле. Что касается точного расположения тайного туннеля, только мы с братом знаем". Ян Чжуньшань подумал об этом и посчитал, что он должен напомнить твоему брату о возможной причине амилопирита s, поэтому он подумал об этом: "Ты должен вернуться и сказать брату, что в последнее время в районе шахты не так уж и мирно, как будто скоро произойдет что-то большое. Скажи ему, чтобы он был осторожен, если это не сработает, он должен вернуться в деревню, чтобы спрятаться на два дня". Видя, что Чу Ян ушел с подозрением, Ян Джуньшань открыл бамбуковую корзину и вылил все руды на землю. Двадцать нечетных амилопирита и большой мешок с тканью выкатились наружу. Ян Чжуньшань первым взял мешок с тканью. Открыв ее, под заходящим солнцем сияли два камня золотистого цвета. Это Ян Чжуньшань потратил несколько месяцев, чтобы найти два камня сущности Уту. Он вернул связку тканей обратно в свою сумку и положил её в бамбуковую корзину с половиной корзины руды на спине. Затем он поднял двадцатиодовые амилопириты и смешал их с рудой. В предыдущей жизни ходили слухи, что из рудников деревни Грин Три Виллидж выкопано около пятидесяти или шестидесяти амилопиритов и три камня сущности вуту. Включая те, которые он уже выращивал, Ян Джуньшань уже выкопал тридцать семь амилопиритов и два камня эссенции Уту. На этот раз Ян Джуньшань не планировал возвращаться после того, как покинул деревню Зеленого Деревня, а через три дня новость о том, что кто-то выкапывает умилопирит, распространилась из шахт деревни Зеленого Деревня, что заставило многих культиваторов Mortal Realm, которые занимались выращиванием в близлежащих деревнях, приехать на расследование. На второй день другой человек нашел амилопирит, и эта новость окончательно подтвердилась. Все больше и больше культиваторов Mortal Realm приезжали в Секцию Зеленых Деревьев для раскопок. На третий день новость об амилопирите распространилась далеко и далеко, и в то же время было подтверждено, что все амилопириты пришли из двух шахт. Однако тоннели были узкими, и было много людей, которые хотели выкопать амилопирит. Ситуация ухудшалась, потому что шахты не позволяли шахтерам выносить вещи за пределы шахт, и потому что культиваторы, которым удалось выкопать амилопирит, могли только оттачивать его внутри шахт, шахтеры, которые первоначально сражались за шахты, медленно превращались в битву за амилопирит, пока один из шахтеров, которому удалось выкопать амилопирит, не попал в засаду и не погиб от рук двух культиваторов. В конце концов, битва превратилась в хаотичную, и весть о том, что кто-то умирает, непрерывно распространялась из-под шахты. Владелец шахты, Ху Синь, наконец, понял, что ситуация не очень хорошая, и поспешно собрал своих людей, чтобы подготовиться к входу в пещеру, чтобы подавить его. Если бы было слишком поздно, вся пещера могла бы рухнуть в разгар хаотичной битвы между культиваторами. Однако, прежде чем Ху Сайпин и компания смогли войти в шахты, появилась еще одна шокирующая новость. Камень земной сущности Уту! Кто-то выкопал Земной Камень Сущности Вуту из одного из двух туннелей, в которых добывали амилопирит! Ху Сайпинг даже не успел привести своих людей, он тут же бросился в пещеру, и все, кто пытался его остановить, были убиты, и вскоре после того, как несколько Боевых Царств Культиватушировали в пещеру, услышав эту новость, хаотичная битва, наконец, превратилась в бойню против культиваторов Смертного Царства. Через полдня гвардия города Блустон, люди Ван Юаня бросились к нему и запечатали всю пещеру, а затем прогнали всех. К этому времени десятки людей уже погибли в бою, и около двадцати-тридцати туннелей обрушились. После того, как вице-президент Ван взял ситуацию под свой контроль, в Блустонский город пришла семья выдающегося класса Ян, семья выдающегося класса Юнь из Каменного города, а также могущественная семья Сунь и семья Ма из уезда Чэньюй, у которых появился свой Военный Культиватор. Несколько семей, вице-губернатор Ван и подчиненные уездного магистрата быстро пришли к соглашению о разделе ресурсов между собой и приступили к разработке двух шахт. Однако, в течение следующих нескольких дней, кроме выемки от трех до пяти амилопиритов, остальное было ничем иным, как большой кучей шлака, которая намного превзошла ту сумму, которую ранее выкопал Ян Джуньшань. В эти дни Хань Сюшэн попросил отпуск и его не было на шахте. Когда он вернулся, он услышал об амилопирите и почувствовал, что это была большая жалость. Однако, когда он услышал, что двое из менеджеров, которые спустились вниз, чтобы схватить камни, умерли из-за своей жажды амилопирита, и четверо из них умерли, и что Военный Культиватор Царства, как и владелец шахты Ху Сипинг, который не смог удержаться из-за появления камня сущности Уту, бросился вниз по шахте, чтобы устроить резню, и, наконец, умер в шахтах по каким-то причинам, Хань Сюшэн был тайно шокирован. Если бы он был там сам, он мог бы также броситься вниз, чтобы схватить амилопирит s. Вскоре после этого все оставшиеся руководители шахт и даже те, кто участвовал в битве за амилопирит, были изгнаны, в то время как Хань Сюшэн, подавший заявление на отпуск, смог сохранить только несколько рабочих мест, и в это время Хань Сюшэн был уже не шокирован, а счастлив. В последние дни Хань Сюшэн получил известие от своего шурина Яна Тяньгана и мадрипа в деревню Туцюй. Это был первый раз, когда он поехал навестить свою старшую сестру Хань Сюймэй после того, как он последовал за своим шурином в уезд Мэнъюй, будь то пустыня в уезде Чэньюй или уезд Мэнъюй, сильное влияние богатого и процветающего контраста во время их путешествия в деревню Туцюй. Несмотря на то, что то, что Ян Тяньган сказал ему, было несколько рискованно, он все равно согласился, не задумываясь. Точно так же, как новости о деревне деревьев Цин были взбудоражили, Ян Джуньшань на самом деле выбирал подходящую технику жизни в библиотеке семьи Ян. Чем больше врождённых техник было выбрано, тем лучше, не считая будущего культивирования духовных искусств. Это было связано с тем, что методы культивирования Царства Смерти были чрезвычайно монотонными по своей природе, и иногда, утонченность одной врождённой техники на самом деле была намного лучше, чем освоение трёх-четырёх врождённых техник. Более того, несмотря на то, что большинство культиваторов находились на пятой стадии Смертельного царства и могли использовать техники голыми руками, количество духовной энергии, накопленной в их телах, также было крайне ограничено. Но воздействие на Ян Чжуньшань было гораздо меньшим. Хотя у него было только три бессмертных духовных полости, одна из них была перекрыта, которая появилась позже, и не имела больших способностей над другими, но основание Ян Цзюнььшаня в двух стадиях пробуждения духа и возделывания бессмертных корней было чрезвычайно хорошим. Количество энергии духа, вырабатываемой желчным пузырем и позвоночным столбом, было больше половины, чем у обычных культиваторов, а скрытые бессмертные корни в его костном мозге содержали еще больше энергии духа, что позволило Ян Цзюнььшану сэкономить еще больше энергии духа для выполнения различных техник. Кроме того, Ян Цзюнььшань, имея опыт предыдущей жизни, смог сэкономить большое количество времени при тренировке своих техник, и непосредственно достичь уровня, на котором он мог исполнять заклинания по своему желанию. Первое заклинание Ян Цзюнььшаня, естественно, было одним из трех, которые унаследовала семья Янов благодаря своим техникам. Он выбрал технику "Разбитая скала", технику "Удар по Земле" и технику "Летающий песок". Согласно первоначальному замыслу Яна Тяньгана, он на самом деле хотел, чтобы Ян Джуньшань обучался, по крайней мере, трем видам техники, и с этим, в будущем, он сможет еще более свободно развивать унаследованные его кланом духовные искусства. Однако Ян Чжуньшану не нужно было об этом думать, в прошлой жизни он уже полностью овладел техниками, которые передавались через его семью, и ему нужно было только культивировать технику расширения, в то время ему было бы достаточно, чтобы полностью раскрыть силу "клематиса". В конце концов, Ян Чжуньшань выбрал технику дробления камней, по сравнению с двумя другими типами техники, эта техника проверяла контроль культиватора над техникой. Несмотря на то, что сила техники была не такой большой, как у двух других, эффект от нее был более сфокусированным, а сила атаки - более сильной. Естественно, он последовал предложению своего мастера Чен Цзи выбрать технику второго жизненного типа, и выбрал такую технику, которая не понравилась бы обычным культиваторам, так как, с другой стороны, достаточно было быть продолжением знаменитой "Техники Земного Побегов" в "Трехтысяче Духовных Искусств". Даже когда Ян Чжуньшань в прошлой жизни имел возможность получить наследство от "Искусства Земного Побегов" и горько тренировался в течение года, в конце концов, он не культивировал эту технику всю дорогу домой, и в конце концов, он мог только с сожалением отказаться от нее. В то время культивирование Ян Чжуншана уже перешло на высокий уровень боевых искусств. Другие техники могли бы, по крайней мере, поддерживать определенный уровень силы при использовании против врагов, но если бы кто-то смог освоить "Технику побега с Земли" и все же осмелился ее использовать, то она стала бы техникой самоубийства. Пока кто-то думал о том, что нельзя выбраться из-под земли бегом, он понимал бы отвратительную природу этой техники. Конечно, если удавалось успешно культивировать эту технику, то польза была очевидна. Когда культиватор использовал для побега другие техники побега, их все равно можно было преследовать, но как только техника побега с земли была успешно использована, противник не мог ее отследить. Более того, технология побега из-под земли также могла спастись от множества различных образований. Несмотря на то, что это была только разновидность и не все из них, она все же считалась уникальной среди всех техник побега. После выбора наследства этих двух техник, по замыслу Яна Цзюньшана, ему изначально нужно было культивировать магию Судьбы, но в Своде Коллекции Книг семьи Ян не было той техники, которую он хотел бы видеть. Это была техника, которой Ян Цзюнььшань никогда раньше не учился в своей предыдущей жизни, но она была в значительной степени связана с его планами на будущее. Выйдя из Хранилища Книжной Коллекции, Ян Цзюнььшань увидел молодого человека, который был чуть старше его, стоящего недалеко от него. Ян Цзюнььшань не мог не посмеяться, он сделал два шага вперед, наклонил голову, посмотрел на него и засмеялся: "Второй брат!". Эта молодёжь храпнула и сказала: "Ян Чжуньшань, пять лет назад, когда ты уехал из Голубого камня, я уже говорил, что однажды ударю тебя, если ты осмелишься вернуться. Три года назад, когда ты вернулся в свой старый дом, чтобы проверить свой врожденный талант, даже если бы твой отец был со мной, он все равно ничего бы не смог с тобой сделать. ---------- Макадам Разница между Ян Цзюнььшань и Ян Цзюньсянь составляла более полутора лет, возможно, из-за разницы в возрасте они часто ссорились с самого раннего возраста, и в будущем, когда Ян Тяньган и Ян Тяньлей ссорились, даже их соответствующие дети не любили бы друг друга, но с тех пор они ссорились еще меньше, и их действия стали бы еще более беспощадными, и отношения между ними стали бы еще более далекими, и даже ненавидели друг друга. Ян Цзюньсянь был на два года моложе его. В молодости она, естественно, была в невыгодном положении в боях, но у Ян Цзюнььшаня были свои маленькие уловки. Ян Цзюнььшань посмотрел на своего кузена перед ним и улыбнулся: "Второй брат, сколько тебе лет?! Ян Цзюньсянь было всего девять лет, когда она покинула Блустоун Таун, а ему было всего 11 лет. Она приняла то, что сказала тогда, за правду, и хотя Ян Цзюньсянь гордился тем, что был высокомерен, если бы она не нашла оправдания, он не смог бы сделать ход. Ян Цзюнььшань наблюдал и чихнул: "Это был двенадцатый дядя, который подтолкнул тебя прийти, верно?" Ян Чжунсянь снова испугался. Потом, как будто ее унизили, ее лицо покраснело: "Чушь собачья! Если я хотел тебя побить, зачем мне понадобились другие, чтобы меня спровоцировать?" Ян Чжуньшань хлопал в ладоши: "Ах, да, если ты хочешь драться, тогда дерись. С каких это пор ты, Ян Цзюньсянь, научился быть достойным своих слов, и даже придумал такую дрянную причину, что ты действительно заставляешь меня смеяться над зубами"! "Ты ублюдок!" Ян Цзюньсянь сделал два шага вперед, и пол перед библиотекой, вымощенной тремя дюймами известняка, начал издавать под ногами звуки "ge ge", как дикий бык, который вот-вот зарядит свою мощь. Еще до того, как она приблизилась, его кулаки уже яростно разбились в сторону летавшего в воздухе Яна Цзюньшана, из его кулаков вырвались два шара духовной энергии, и на расстоянии трех футов разбились в сторону Яна Цзюньшана. Когда культиватор перешёл на четвёртую ступень, хотя голыми руками он не мог произнести заклинания, он уже мог контролировать духовную энергию в своём теле и высвобождать её наружу, что сделало его намного сильнее, чем третья ступень. Ян Цзюньсянь также находился на уровне бессмертного основания, но ее сила была явно сильнее, чем у Ян Тяньшоу, и его основание было намного прочнее. Не дожидаясь, пока Ян Цзюнььшань уклонится, два шара духовной энергии уже устремились к его фронту, но Ян Цзюнььшань не запаниковал, он также выбросил два удара, и плотная и глубокая энергия земного духа сразу же рассеяла два шара духовной энергии, в то же самое время, он также столкнулся с двумя кулаками Ян Цзюньсяня, которые находились прямо за двумя шарами духовной энергии. Их кулаки столкнулись! Хуала! Волна Ци взорвалась наружу от центра кулаков, в результате чего пыль на земле сдулась, образуя огромное земляное кольцо. Ян Цзюньсянь почувствовала, что ее кулак действительно разбился о лоб горной коровы. Интенсивная боль вызвала подергивание угла рта, но выражение Ян Цзюнььшаня с другой стороны ничуть не изменилось. Действуй, ты действительно можешь действовать! Ян Цзюньсянь не верил, что с Ян Цзюньшанем ничего не случилось. Он отступил на несколько шагов, а затем, сделав прыжок, уже преодолел расстояние в три метра до стороны Яна Цзюньшана. Шагая вперед левой ногой, бесчисленное количество рун ярко сияло из-под ее ног. Нехорошо, это была техника земляного ошеломления. Эта Ян Цзюньсянь на самом деле выгравировала землятрепещущую руну на дне ее ботинок, используя силу рун для произнесения заклинания. Земля потрясающее заклинание не повлияло на людей на земле. Оно может использовать землю, чтобы заставить людей закружиться голова и дать возможность противнику. Серьезные могли даже рассеять духовную энергию в теле культиватора, позволяя им быть убитыми по желанию. Но Ян Цзюнььшань быстро понял, что даже с властью Руны Ян Цзюньсянь не в состоянии полностью культивировать эту технику. Ян Цзюнььшань пошел в обратном направлении, но Дух Ци в его теле уже рассеял эту технику в момент нападения. Видя, что Ян Цзюнььшань отступил, Ян Цзюньсянь спокойно засмеялся, он потер ноги, и все его тело вообще не двигалось, а на самом деле порезалось в сторону передней части Ян Цзюньшана. Видя, что Ян Цзюнььшань отступил, Ян Цзюньсянь засмеялся самодовольно, и потер ноги, и фактически продолжал двигаться в сторону Яна Цзюньшаня. Сделал шаг вперед и собирался сделать свой ход, пока Ян Цзюнььшань был поражен, но неожиданно Ян Цзюнььшань внезапно поднял голову и показал насмешливую улыбку. Сердце Яна Цзюньсяня было в панике, она знала, что у нее неприятности, и хотела убежать, но он использовал технику "Sand Treading". Как она могла снять заклинание, в котором она не была искусна в первую очередь, когда ее тело еще летело в сторону Ян Цзюнььшаня. В какой-то момент в руке Яна Цзюньшаня появился сияющий камень, он щелкнул большим и указательным пальцами правой руки, и камень сразу же выстрелил в сторону Яна Цзюньсяня. Ян Цзюньсянь старалась изо всех сил исказить ее тело и уклониться, но неожиданно камень внезапно взорвался со звуком "Pa", когда летел перед ним, и со всей силы разбился в сторону лица Ян Цзюньсяня. "Техника дробления камня!" Ян Цзюньсянь закричала, она с тревогой использовала свои руки, чтобы защитить лицо, но частицы камня, которые взорвались, причинили боль обеим его рукам, некоторые острые куски даже разрезались на коже его рук, вызывая темно-красную кровь, которая постепенно истекала. По полученной информации, в последний раз, когда Ян Чжуньшань сражался с двенадцатым дядей, он явно находился на третьей стадии, и только до четвертой стадии выровнялся. Теперь, когда он находился в павильоне "Компендиум", он явно выбирал свою жизненную технику, но Ян Цзюньсянь не мог понять, как Ян Цзюнььшань смог так быстро культивировать технику дробления камней. Тем не менее, он не знал, что Ян Цзюнььшань приходил в Павильон Сборника на показ, не говоря уже о трёх типах техники наращивания, таких как "Техника разрушения камней", он очень хорошо знал даже наследство семьи Ян "клематис", пока его культивирование было достаточно сильным, он мог использовать его в любое время. Когда он находился только на третьей стадии своего возделывания, он уже вырезал несколько простых рун на поверхности камня. До тех пор, пока он мог культивировать Фонд Бессмертия, он мог использовать его для активации своего Shatter Rock Art. Жаль только, что в это время Ян Чжуньшань только что поднялся на четвертую ступень, и хотя он мог заимствовать силу извне, чтобы отбросить эту технику, так как он не запечатлел руну на Бессмертном основании и превратил её в свою жизненную технику, сила этой техники была значительно снижена. Несмотря на то, что Ян Цзюньсянь потерпел поражение, на самом деле он не пострадал. К этому времени он уже восстановил контроль над летящим песком под ногами, что привело к тому, что песок взлетел и врезался в окружающее тело Яна Цзюньшаня. Сам летающий песок был не слишком мощным, но он был чрезвычайно привлекательным. Если он попадал в руки высококвалифицированного культиватора, он даже мог пробить нос и легкие культиватора, чтобы задушить их до смерти. Несмотря на то, что Ян Цзюньсянь не имел такого точного управления, он все же мог использовать этот шанс, чтобы запутать уши и глаза Яна Цзюньшаня, и воспользоваться возможностью прокрасться внутрь и выиграть. Видя, как Ян Цзюнььшань окутан летящим песком, Ян Цзюньсянь яростно смеялся и собирался броситься в летящий песок, чтобы показать Яна Цзюньшана, но неожиданно, по мере того, как он бросался вперед, летящий песок перед ним также быстро сжимался. Ян Цзюньсянь с тревогой хотел вернуть контроль над техникой, но неожиданно, он почувствовал, что летящий песок внезапно, казалось, не слушать его приказы, и был привлечен причудливой силой. Геденг, сердце Яна Цзюньсяня. Ее собственное заклинание было на самом деле сломано этим отродьем Ян Цзюнььшань! Ян Цзюньсянь отступил еще дальше, но она не ожидала, что песчаный шар, сконденсировавшийся в шаре, внезапно взорвется снова, и снова бросится к нему. На этот раз, даже если бы Ян Цзюньсянь защищала его лицо, она не смогла бы устоять перед густым песком, все ее тело было покрыто грязью и пылью. Ему было нелегко стереть песок с лица, когда она открыла ему глаза, она увидела кулак, растущий все больше и больше перед его глазами. Ян Чжуньшань разозлился из-за того, что этот ребенок всегда издевался над ним, когда он был молод, поэтому он был полон решимости дать ему незабываемый урок. Хотя Ян Цзюнььшань сдержал его силу немного для того чтобы предотвратить его глазные яблоки от взрыва, он по крайней мере был бы в состоянии продержаться ему 10 до половины месяца. Видя, что кулак вот-вот должен был удариться твердо, Ян Цзюньсянь уже был готов к сильной боли, но неожиданно кулак не опускался долгое время. Ян Цзюньсянь подозрительно открыл глаза, только для того, чтобы увидеть, что кулак, находившийся всего в трех дюймах от его глаз, удерживался горизонтально рукой. "Седьмой дядя!" "Седьмой дядя!" Двое из них поклонились Ся, который внезапно появился. Ся посмотрел на них двоих и спросил: "Что происходит, почему мы боремся перед библиотекой, ты не боишься, что другие будут смеяться?" Ян Чжуньшань расслабился, когда сказал: "Он загораживает меня здесь". Видя, что аура вокруг Ань Ся почти равна ауре ее собственного отца, Ян Цзюньсянь тайно щелкнула языком и засмеялась "хэхэ": "Давно не виделись, но я просто ищу Четвертого Брата, чтобы немного поспорить со мной". Как Ань Ся мог не знать, что происходит? Она холодно храпела, напугав Яна Цзюньсяня до такой степени, что начала дрожать, и сказала: "Двоюродный брат, двоюродный брат - ребенок семьи Ян, но они познакомились, как будто они были врагами. Они даже использовали половину заклинания". Они оба опустили головы и не разговаривали. Ся сказал в плохом настроении: "Чего же вы ждете? Тело Яна Цзюньсяня дрогнуло, она извинилась перед Ань Ся, и в то же время, мрачно посмотрела на Яна Цзюньсяня, и ушла в спешке. Подождав, пока Ян Цзюньсянь уйдет, Ян Цзюнььшань сказал, улыбаясь: "Поздравляю Седьмого дядюшку, ваше культивирование значительно улучшилось. Когда ты вернулся? Ся взглянул на него, а потом сказал: "Хватит тут улыбаться, как дурак". Позволь мне спросить тебя, ты снова дал своему отцу несколько злых идей, что я только что продвинулся на второй уровень в области боевых искусств, что я даже не смог закрепить свое культивирование, прежде чем он поспешил вернуть меня из внешнего мира. Он сказал, что речь идет о духовной долине, и даже послал меня спросить об этом у твоего дяди"? Ян Чжуньшань издал звук "ах", а потом смущенно засмеялся: "Тогда тебе лучше спросить моего дядю!" ---------- Дядя "Ты только что нарушил технику заклинания "поймать песок"?" Ся вышел из особняка Яна вместе с Яном Чжуншаном и сказал, хмурясь: "Не говори мне, что ты овладел "Техникой накопления Земли" к заклинанию Судьбы? Это заклинание очень слабое, и причина, по которой Вы смогли прорваться через искусство ловли песка, заключается в том, что само заклинание еще не освоено. Ся не знала, что Ян Цзюнььшань на самом деле только что выровнялся до четвертой стадии и не успел попрактиковаться в Магии Судьбы, поэтому она не удивилась, как Ян Цзюнььшань смог его использовать. Ян Цзюнььшань ответила "Хорошо" и спросила: "Дядя, ты путешествовал последние несколько дней, есть ли у тебя что-нибудь интересное?". Ся вздохнул и сказал: "Нет ничего интересного, просто куча проблемных вещей, о которых стоит беспокоиться". Вздох, давай не будем об этом, ради того, чтобы прорваться во вторую ступень боевых искусств, я, твой дядя, потратил все средства на выращивание, которые накопила моя семья за все эти годы. Все это благодаря твоему отцу, который сообщил мне, что я собрал партию "Ржавчины", иначе мой прорыв задержался бы, по крайней мере, на один-два года". Ся покачала рукавами и самоуничижительно сказала: "Теперь, когда твой дядя - всего лишь мимолётный ветерок, а Цзюнь Хао вот-вот достигнет возраста культивации, я должен кое-что приберечь для него. Иначе он бы не спешил возвращаться после получения вестей об отце, похоже, что новости твоего отца как-то связаны с духовной долиной"? Ян Чжуньшань увидел, что он может видеть сквозь старый особняк, и сказал: "Дядя знает, и должен знать, каковы следующие несколько округов Юсяня, так как мой отец накопил много духовной долины за последние два года, если он не воспользуется этим шансом, чтобы укрепиться, то это было бы слишком неразумно". Затем Ся кивнула головой в глубоком раздумье: "Это правда, что в последние два года следующие несколько уездов Юсянь, особенно три уезда, а именно Цзиньюй, Мэнъюй и Чэнь Юй, выглядели не слишком хорошо. Но сколько духовной долины у вашего отца, может быть, вся деревня Tuqiu уже под его контролем?". Ян Цзюнььшань посмеялся: "Это естественно невозможно, духовная долина просто использует средства, если вы только протаскиваете тележки с едой через Юйсянь, то нет необходимости беспокоить дядю с вашей большой каретой". Ся посмотрел глубоко на Яна Цзюньшаня и сказал. "Может, это и Третий Брат тоже..." Ян Чжуньшань покачал головой и сказал: "Я нашел только тайный путь в Город Элементарных Боевых Искусств уезда Линь Чжан, в то время мои дядя и мать будут отвечать за дела Чэнь Юя и Мэн Юя, но дядя, ты очень знающий, и твоя собственная сила высока, мой отец мог бы попросить тебя позаботиться о раскрытии тайного пути". Ся вздохнул и сказал: "В течение этого периода времени я видел много похожих вещей в Юсяне, во многих деревнях и городах вблизи границы, все использованные спиртовые материалы и минералы, добытые сами по себе, чтобы обменять их на духовную долину. Были даже какие-то внешние силы, тайно проникающие в города и деревни юйсян, чтобы продать низкокачественную духовную долину, но те культиваторы все равно продолжали мчаться вперед, как сумасшедшие, весь юйсян был как сито, наполненное воздухом, контроль над нижним уровнем поколебленной небесной сферы был ослаблен до такой степени"! "Это просто вопрос эгоизма!" Ян Чжуньшань улыбнулся: "Несмотря на то, что мой Четвертый дядя в настоящее время является заместителем защитника Голубого города, то, что он сделал - это защитник села. После несчастного случая в деревне "Зеленое дерево" он воспользовался смертью хозяина шахты и непосредственно использовал имя "Небесотрясаемая секта", чтобы признать владельца шахты, который не из деревни. Кроме того, у него есть фамилия Ван. В конце концов, вы просто носите с собой знамя Потрясенной небесной секты для личной выгоды. " Ся взглянул на Яна Чжуншана и сказал: "Брат, ты на самом деле знаешь достаточно много, откуда ты знаешь, что твой четвёртый дядя преследует свои собственные интересы?" Ян Цзюнььшань улыбнулся и ничего не сказал, он естественно не раскрыл бы существование Чу Чуаня, несколько дней назад культивирование Чу Чуаня успешно прорвало пятую стадию Смертельного царства, количество шахтеров под его командованием увеличилось, и многочисленные глаза и уши также разведали много вещей, которые не были известны другим. За несколько месяцев, прошедших с тех пор, как он приехал в Блустонский город, выращивание Ян Джуншана развивалось быстрыми темпами, особенно после того, как он получил амилопирит s из шахт деревни Цин Шу. Благодаря достаточному запасу элементарной энергии почвы, три бессмертных корня Ян Джуншана смогли плавно конденсироваться. Более того, возделывание двух Техник Судьбы - "Разбитый песок" и "Питание Земного Искусства" уже было на правильном пути. Изначально техника "Разбитая скала" была заклинанием Судьбы, которое Ян Чжуньшань культивировал в предыдущей жизни, поэтому он, естественно, был очень хорошо знаком с ней, а саму технику не так уж трудно было освоить. В противном случае, для Яна Юньшана было бы невозможно позаимствовать силу амилопирита, чтобы использовать этот навык, чтобы разрушить заклинание Судьбы под маскировкой техники "Летающий песок". Сейчас не хватает только техники "Третьей жизни", что Ян Джуньшань и планировал сделать дальше! Но Ян Чжуньшану нужно было навестить своего дядю, которого он давно не видел. С тех пор, как он стал внутренним учеником поколебленной небесной секты, появление Яна Тяньчэня в Голубом городе становилось все меньше и меньше. После того, как Ян Чжуньшань приехал в Голубой город, он услышал, что его дядя уехал либо в уездный город, либо в уездный город. Ян Цзюнььшань, вероятно, мог догадаться о некоторых причинах, по которым Ян Тяньчэнь был так занят, что для того, чтобы стать учеником Небесной Святыни, Ян Тяньчэню пришлось приложить немало усилий, и перевести большую часть накопленных им ресурсов выращивания во внешний мир, чтобы облегчить его отношения с Ван Ши. Его первая тётя тайно перебежала к ней домой, которая знает, сколько раз, произнесла несколько добрых слов, и даже отдала должность опекуна Bluestone Town племяннику госпожи Ван, только после этого она получила кивок поддержки от отца Ван Ши, Духовного Властелина Вана. Из-за этого у Ян Тяньчэня не было другого выбора, кроме как везде искать помощи. Он не знал, сколько он задолжал, и был ещё более неуверен, были ли эти долги задолжаны от его собственного имени или от имени семьи. "Большой брат, третий брат!" Ян Чжуньшань поприветствовал двух юношей у порога своего дяди на расстоянии. "Гора приближается. Идём, идём, идём!" Ян Чжунлу стоял за дверью и помахал Ян Чжуншану, чтобы пройти, но и он, и Ян Чжунсай не сдвинулись с места ни на дюйм. "Большой брат, Третий брат, давно не виделись!" Ян Цзюнлу засмеялся: "Мы с твоим третьим братом шли за старшим дядей по уездному городу, и когда ты вернешься в Голубой город, ты нас больше не увидишь". Более того, ты последовал за Третьим дядей в сукцессионную деревню в уезде Менгю, так далеко от нас, что даже если бы ты захотел, то не смог бы нас увидеть!". Со стороны Ян Джункай также смеялся: "Верно, Третий дядя был прав тогда, ты должен был бежать в суцемотную деревню, чтобы стать каким-нибудь деревенским старостой, хорошо остаться хотя бы для вас троих, и смотри, теперь, когда ты вернулся в Bluestone Town, ты больше не хочешь возвращаться в эту деревню, даже в новом году, ты в доме моего дяди, мой Bluestone Town - это всего лишь тюрьма". Если ты поедешь в такое процветающее место, как графство, боюсь, у тебя даже не будет времени посмотреть на улицы". Ян Чжуньшань улыбнулся извинительно, но в глубине души он не был счастлив. "Ладно, ладно. Если есть шанс, давайте привезем Шаньцзы в уездный город, чтобы посмотреть. Сначала поедем домой. Папа уже ждет здесь." Ян ЧжунЛу похлопал Ян Чжуньшань по плечам, и они втроём отправились домой. Ян Тяньчэнь вахин и высокий мужчина средних лет, он не был таким мускулистым, как Ян Тяньган. Ян Цзюнььшань раньше слышал, как Хань Сюмэй говорил, что Ян Тяньчэнь был похож на бабушку, которую Ян Цзюнььшань никогда раньше не видел, но Ян Тяньган был похож на своего отца, Яна Ли. Увидев, что Ян Цзюнььшань приехал навестить его, Ян Тяньчэнь стал очень дружелюбным человеком. Сказав Ян Чжуньшану сесть, он сказал: "Я слышал, что твой отец воспитывал Линг Тянь в деревне Туцю, ему повезло, он встретился со зверем Духа и получил несколько Линг Тянь среднего ранга". Как это, как семя Малиновой травы, которое дядя нашел для твоего отца, должно было повзрослеть в этом году"? Семя алой травы пламени, которое нашел Ян Тяньчэнь, после того, как оно созрело, должно было быть возвращено с 30% урожая. Ян Чжуньшань "Хэхэ" засмеялся и сказал: "Это неплохо, его потенциальное увеличение примерно верно!" Ян Тяньчэнь засмеялся от души: "Мой третий брат ни в чём другом не разбирается, он эксперт по сельскому хозяйству". Дать ему семена алой травы пламени было бы идеально, я не тратил свое время на то, чтобы попросить семена травы алой травы, сотрясаемой небесами". "Я слышал, у твоего отца есть Линг Тиан среднего уровня. Кроме "Алой травы пламени", какие еще духовные травы посадил твой отец? Как его рост?" Говорила старшая тётя Гуо Шурен. Ян Чжуньшань уклонился от предыдущего вопроса и напрямую ответил на него: "Мой потенциал роста все еще в порядке, но я должен быть в состоянии созреть его в этом году!" Она smogла только услышать что Guo Shuren посмеялась и сказала: "Третий брат действительно хорош, ты даже хорошо вел себя в сумотовом месте". Янзи, вернись и скажи своему отцу, когда созреют травы духа, ты можешь передать их своему дяде, твой дядя теперь внутренний ученик в поколебленной небесами секте, со связями, он определенно сможет купить хорошую цену, мы все братья твоей семьи, не будь вежлив, все". После того, как Го Шурен закончил говорить то, что хотел сказать Ян Тяньчэнь, Ян Тяньчэнь тут же улыбнулся и сказал: "Ладно, ладно, давайте не будем говорить о том, что происходит дома". Малыш Шань, мы уже знаем о том, что твой отец попросил тебя приехать в Блустоун Таун на этот раз, прежде чем культиваторы семьи Лао Ян продвинут свое культивирование, они должны подготовить все спиртовые материалы для уточнения всех своих артефактов, это правило твоего дедушки установил. Твой отец попросил меня найти для тебя рафинировщик, хотя я и потратил много усилий в течение этих нескольких дней в графстве, но я всё равно получил ответ от мастера Фей. "Это потому, что твой дядя стал внутренним учеником поколебленной небесной секты, если бы у него не было такого шанса"! "Маленький Шань, ты не знаешь, но Мастер Фей даже успешно усовершенствовал магическое орудие среднего класса. Твой дядя использовал все свои силы, чтобы убедить Мастера Фей, и по этой причине ты даже не знаешь, сколько нефритовых монет, спиртовых материалов и так далее застряло там. Твой дядя вот-вот перейдет на четвертый уровень в области боевых искусств, а он еще даже не закончил подготовку собственных культивационных ресурсов, так что, если бы это был кто-то другой, разве твой дядя потратил бы свои силы?". "Зачем ты рассказываешь это детям!" Ян Тяньчэнь посмотрел на Го Шуанг Ронга, а затем вздохнул на Ян Чжуньшаня: "Старший дядя готовится возделывать в уединении, и в это время у него не будет времени заботиться о тебе". До тех пор, пока Старший дядя переходит на четвёртый уровень боевых искусств, наша семья Лао Янг не будет контролироваться только семьёй Ван, и в то время, пока твой отец вернётся, чтобы одолжить Старшему Дядюшке, эта семья Лао Янг будет ещё более процветающей, чем время твоего деда! ----------