Аромат девушки, достаточно сильный, чтобы сделать мужчину легким как

пушинка и сдвинуть малейшим дуновением ветерка, распространился на всю

спальню. Простыня прикрывала ее прекрасную фигуру. При повороте во сне,

ее изящные ноги сдвинулись. Ей было очень комфортно и от этого она

погружалась в сон еще сильнее…

Однако то, что лежало под девушкой, было не постелью и не кроватью. Вместо этого она лежала на юноше.

Молодой человек, пробудившись, почувствовав на себе ее вес, очень удивился.

Что же это могло быть?

Почему эта девушка спит на мне? Тем более, прижавшись? Цзян Сю чувствовал тепло девушки сквозь простыню.

Заговор! Это заговор!

Должно быть, злые люди запланировали это, чтоб навредить Божеству!

Как предводитель Секты Топчущих Небес, Цзян Сю сразу осознал, что

данная ситуация была очень опасной. Исходя из своего опыта, он понял,

что кто-то подмешал ему снотворное и решил подставить его. Не имело

значения, успели они насладиться друг другом или нет, согласно

стереотипному мнению, кавалер этой девушки должен скоро прибыть, чтобы

поймать их «с поличным».

Черт возьми; Божеству нужно срочно бежать отсюда!

Бум! Бум! Бум!

В этот момент кто-то злостно постучал в дверь.

Цзян Сю затих на секунду, казалось, его душа ушла в пятки.

Пора. Человек, который «поймает нас с поличным» пришел. Кто бы

это ни был, он сделал очень хитроумную западню. Несомненно, они должны

были уже подготовить ловушку, снаружи в том числе, причем несколько

экспертов из школы Небесной фазы, скорее всего, ожидают меня.

Они же хотят доставить Божество в Землю мертвых!

Стук в дверь разбудил и девушку. Она открыла глаза. Они были

невероятно красивы, ярки и очаровательны. Как только девушка увидела

его, ее глаза наполнились страхом, и ее рот раскрылся, чтобы закричать.

«Я знал, что все так и будет. Мои великолепные соотечественники

слишком много раз использовали этот сценарий; вы думаете, что сможете

обмануть Божество таким примитивным способом?» - подумал Цзян Сю.

Цзян Сю решил, что он будет кричать. «Я тоже гениально сыграю

свою роль. Так много девушек на континенте Бессмертных Боевых Искусств

хотят броситься в мои объятия; как я могу позволить воспользоваться

Божеством?» - снова подумал он.

Бум! Бум! Бум!

Кто-то снова постучал. Цзян Сю почувствовал, что девушка перед

ним казалась ему знакомой. Он не мог рассмотреть ее до этого, но теперь,

поднявшись, видел ее.

Её кожа была нежно-белой, а напряженный и хмурый взгляд делал её

лицо еще более прекрасным. У нее были чистые глаза, крошечный,

божественный нос, а пышные, изящные и нежные губы, что были сжаты вместе

при выдохе. Сердце Цзян Сю стало безумно колотиться.

Е Бинг!

Е Бинг была его одноклассницей в школе, прежде чем переехала.

Имея прекрасные лицо и фигуру, она была очень знаменитой в школе. Эта

госпожа Совершенство была гордой и холодной как лед.

Это же не могла быть она? Может, она опять переехала? Или это кто-то, похожий на нее?

Несмотря ни на что, тот, кто сделает первый ход, получит преимущество. Таким образом, Цзян Сю приготовился кричать.

Чтобы выразить невыносимое унижение, Цзян Сю подготовился. Он сделал глубокий вдох, чтобы кричать изо всех сил.

Неожиданно девушка узнала мужчину, сидевшего перед ней. Это был

ее одноклассник и неудачник, Цзян Сю. Страх и беспокойство пробежали

внутри ее головы. Подсознательно она вытащила свою руку из-под простыни и

зажала его рот.

Что теперь? Что-то новенькое?

«Не кричи, не кричи» - нервно сказала девушка.

Но как Цзян Сю мог позволить ей победить? Ему пришлось кричать, даже если бы он умер в процессе.

«Цзян Сю, не кричи!»

Хотя его прервали, его глаза широко раскрылись. Так как простыня,

покрывавшая девушку, соскользнула, обнажив ее невероятное тело.

Хотя Е Бинг не знала, как Цзян Сю появился в ее доме и почему он

был в ее кровати, если бы он крикнул, ее родители вошли бы внутрь и что

бы осталось от ее чести?

Если бы об этом узнали в школе, то узнали бы все ее одноклассники и ее жизнь была бы разрушена.

– Бинбинг, открой дверь. Это твоя мать!Сяоюнь пршла!

Услышав, что Сяоюнь прибыла, Е Бинг запаниковала. Она посмотрела

на Цзян Сю, все еще надувая свои вишневые губы. Медленно выдохнула,

пытаясь контролировать свой голос, чтобы казаться как можно более

естественной.

– Мама, скажи Сяоюнь, что я плохо себя чувствую и прошу ее уйти.

Цзян Сю почувствовал недоумение, когда наблюдал за ее паникой.

Она нервничала больше, чем он. Что же сейчас произойдет? Разве не должны

были люди войти внутрь и обнаружить нас в постели вместе?

Не говорите, что есть еще более коварный план с еще более изощренной схемой?

Хорошо, посмотрим, какую роль ты сейчас сыграешь.

– Бинбинг, ты плохо себя чувствуешь? – раздался женский голос из-за двери. – Подойди, открой дверь и позволь мне взглянуть.

А? Еще более коварный план?

Цзян Сю думал, что он уже разобрался в этой схеме, но ее запутанность уже перешла грань его воображения.

Понимая, что ее мать решила войти внутрь, Е Бинг была в

растерянности. Отчаявшись и нервничая, она заметила, что Цзян Сю смотрит

на ее грудь. Она сразу поняла, что она выставила свое тело перед ним и

вскрикнула. Она быстро подбежала, чтобы вытащить простыню и закрыться.

Цзян Сю закатил глаза и посмотрел на потолок, заявив, что ничего

не видел, выражая презрение всем своим видом. Божество ненавидит

школьниц, особенно таких, как ты, которые очень красивы и имеют хорошую

фигуру. И ты думала, что обманешь Божество своим очарованием.

Услышав крик Е Бинг, ее мать с тревогой сказала:

– Бингбинг, ты в порядке? Сяоюнь, достань запасной ключ из ящика стола. Надеюсь, ничего плохого не произошло.

Услышав, что они собираются использовать запасной ключ, чтобы

открыть дверь, цвет лица Е Бинг стал мрачнее и она поспешила сказать:

– Мама, я в порядке...

– Не волнуйся!

Только в этот критический момент она вспомнила причину своей паники.

– Быстро одевай одежду.

Цзян Сю бросил на нее косой взгляд. Его взгляд был пугающим.

Все верно. Это была та самая отчужденная и холодная аура. Вы

хотите оклеветать Божество, сказав, что я тебя обманул, а затем провел с

тобой ночь? Ты наивна, девочка. Слишком наивна.

– Говори, кто ты, и чего ты хочешь от Божества?

– Поторопись!

Сердце Е Бинг чуть не остановилось. Ее мать и Сяоюнь были за

дверью и могли войти в любой момент, но этот проклятый Цзян Сю начал

говорить сумасшедшие вещи.

– Быстро переодевайся.

– Хе-хе-хе ... Ты хочешь, чтобы Божество носило одежду? И тогда,

когда я их надену, разве это не приведет к тому, что я потеряю свою

честь? – холодно спросил Цзян Сю. Это неправильно. Это слишком странно.

Ааахх, что же это за коварная схема? Божество действительно не способно

понять ее.

Е Бинг в гневе дала подзатыльник Цзян Сю.

– Ты собираешься их надеть или нет?

Она уже была на пределе, и в глазах у нее появились слезы.

– Как... как ты смеешь... бить Божество?

Цзян Сю был очень ошеломлен.

Кто на континенте Бессмертных Боевых Искусств не знал о нем? В

одиночку он сражался с девятью великими мастерами Небесной школы. Против

их сотрудничества для нанесения одного единственного удара он

использовал легкий непринужденный разговор и убежал на тысячу миль.

Когда более поздние поколения упоминали об этом, они все задыхались от

изумления, что также стало основой его высшей славы. С тех пор имя Цзян

Сю потрясло весь мир.

– Ха-ха-ха, ты посмела ударить Божество. Интересно, действительно

интересно! – Его голос уже был очень холоден, когда он замолчал,

температура внутри комнаты упала на несколько градусов.

Холодный ветер, похожий на клинок, был беспощаден.

Ты играешь со смертью!

– Если ты не оденешься, я ударю тебя еще раз! – сказала Е Бинг, задыхаясь от гнева.

Зрачки Цзян Сю засветились холодным блеском. Он смотрел на все и

всех с презрением. Несомненно, положение сильного проявило себя. Раньше,

когда Цзян Сю злился, даже армия в миллион солдат не смела идти и

полшага через реку, пока он стоял, блокируя путь с неба. Его голос стал

глубже и страшнее подобно древнему ужасному демону.

– Божество предостерегает тебя, не смей повторять этого.

Затем кто-то вскрикнул. Затылок Цзян Сю снова пострадал. Более того ... ему даже стало немного больно.

Почему я не смог уклониться от этого?!

Это невозможно! Этого не может быть! Признаю, Божество слишком небрежно сейчас!

– Божество предостерегает тебя, не смей снова повторять!

Без всякой вежливости Е Бинг ударила его еще раз.

Цзян Сю снова вскрикнул. Его подзатылок снова ощутил удар. Он был

совершенно потрясен, пока наконец не понял, что случилось. Когда он

пытался манипулировать силой внутри своего тела, его глаза широко

раскрылись. Не было даже намёка на силу.

Черт, они, должно быть, отравили Божество. Яд такой сильный, что

может привести к исчезновению силы Божества. Однако, эти яды можно было

бы посчитать на пальцах и каждый из них был бесценен.

Итак, это и есть ловушка, ожидавшая Божество, не так ли?

Ох и гадкий же ты!

Бум! Бум! Бум!

– Бингбинг, ты в порядке? Не пугай свою мать. – Мать Е Бинг нетерпеливо заговорила из-за двери.

– Сяоюнь, ты нашла ключ? Поторопись.

– Ааах нашла, я нашла...

Прозвучали шаги, то ли стук, то ли бег, прокатились эхом вместе со звоном ключей.

Когда Е Бин услышала, что ее мама вот-вот откроет дверь, она побледнела.

Если мама увидит, что я голая, да еще и спала с парнем из школы, то даже окунувшись в Хуанхэ я не очищу свое имя.

Е Бин могла только стучать зубами.

– Закрой глаза… Я оденусь.

Цзян Сю помотал головой.

Е Бин была в гневе от стыда:

– Ты… Ты глупый.

Цзян Сю ухмыльнулся, его лицо было холодным, как вода.

– Ты думаешь этому Божеству три года? А вдруг ты пырнешь меня ножом пока у меня закрыты глаза?

Я не закрою глаза, ибо я потерял свою силу. Вместо этого я открою их шире… Даа! Я убью ее взглядом!! Убью взглядом!!!

– Ты…

Лицо Е Бин покраснело. Она хотела закусать его до смерти. Ей стало противно.

Так, я не могу тратить время на Цзян Сю. Если чему-то плохому

суждено сбыться, так тому и быть. Что угодно было лучше, чем быть

пойманной в постели… вот так. Моментально ее идеальное тело выскользнуло

из-под простыни, и ее светлые ножки коснулись пола. Ее пальчики

выглядели такими маленькими и нежными… Невероятно мило.

Она направилась к шкафу и быстро осмотрела всю одежду. Вспомнив,

что парень спал на ее кровати рядом с ней, уши Е Бин покраснели.

Что это за сценарий? Цзян Сю был озадачен.

Не важно, но он был довольно злобным.

Как гласила пословица: «Используй множество маневров, чтобы

скрыть свою истинную цель.» Злоба в сердце врага, желала смерти этого

Божества. Они посмели зайти так далеко, используя приманки такого типа;

то показывая, то снова пряча тело. Но самая гнусная часть была в том,

что Цзян Сю не смел закрывать глаза и отводить взгляд. Он продолжал

пристально смотреть на нее… Да… внимательно смотрел на нее.

Е Бин быстро надела свою одежду, в это время говоря:

– Цзян Сю, я не знаю, как ты попал в мой дом и даже… не важно,

как тебе это удалось, но если родители и Сяоюнь увидят нас, моей

репутации конец. Тут всего лишь второй этаж, пожалуйста, можешь

спрыгнуть из окна…

Цзян Сю спросил с сомнениями:

– Ты позволяешь этому Божеству бежать?

Е Бин подбежала к окну, чтобы открыть его.

– Ааах, быстрее. – сказала она с беспокойством в голосе.

– Там внизу газон. Вчера был дождь, так что все должно быть хорошо.

– Ха-Ха-Ха… – засмеялся Цзян Сю, – Ты думаешь этому Божеству 3

года? Ты думаешь это Божество не догадался, что там снаружи прячется

бесчисленное множество экспертов? Я думаю, что там как минимум один или

два эксперта Небесно-Вознесенной Сцены!

Несмотря на то, что сердце Цзян Сю бешено колотилось, лицо его

было спокойным. Он облокотился на кровать, скрестив руки. Что же это за

эксперты? Вот как действовал бы эксперт. Даже если бы гора Тай

разрушилась, они не сдвинулись бы ни на дюйм.

– Бин Бин, мама услышала мужской голос… – в этот момент дверь открылась.

Е Бин бросилась к дивану и села на него, чтобы выглядеть, как

порядочная девушка. Она поправляла свои волосы, пытаясь выглядеть как

можно спокойнее. На ее прекрасном лице появилась милая улыбка. Все это

выглядело так, будто она и не лежала на кровати с… такого никогда не

было.

Увидев, что ее дочь в порядке, мама Е вздохнула с облегчением.

Вспомнив, что она слышала мужской голос пока была за дверью, ее глаза

пробежались по комнате. Парень сидел, прислонившись к кровати со

скрещенными руками. Посмотрев на голый торс, она поняла, что он был без

одежды.

Цзян Сю вел себя естественно, его холодные глаза бдительно

наблюдали. Нынешний настрой был совершенно неуместен в такой ситуации.

Его выражение лица так и говорило: «Делайте все что угодно, я просто

буду смотреть.»

Что же касается мамы Е… Она была ошеломлена!

Стоявшая рядом с мамой Е Сяоюнь широко раскрыла глаза.

– Цзян Сю…

Шок… Это просто не укладывалось в голове.

– Бин Бин…

– Вы оба…

Цзян Сю – неудачник, который был послушным и тихим в школе,

совершил такой странный поступок. Она никогда так пристально никого не

рассматривала, но все же он был вместе с ней. Оставив это в стороне, они

уже…

– Е Бин… Ааах, ты была такой хорошей девочкой, Е Бин.

Шокированная мама схватилась за сердце, которое, казалось, вот-вот разорвется на части. В ярости, мама заревела:

– Бин Бин… Кто он…Ты… Разве мама такой тебя вырастила? Скажи мне, кто этот ублюдок?

Возмутительно! Ты посмела назвать это Божество ублюдком.

Ты хочешь умереть?

Стоп… Это Божество сейчас совершенно бессилен. Я не могу действовать, поддаваясь эмоциях.

Сяоюнь ответила ей:

– Тетушка, это наш одноклассник, его зовут Цзян Сю.

– Одноклассник! – Дрогнули губы мамы Е. Это было уже слишком, казалось, что сейчас она умрет от сердечного приступа.

– Аах. Да. Его тетушка работает в фруктовом киоске.

– Фруктовый киоск!

Глаза мамы Е практически откинулись назад, ее тело стало мягким, и она чуть не упала в обморок. Сяоюнь удержала ее.

– Бин Бин, ты…Ты правда хочешь убить свою мать.

– Мам, ты ошибаешься. Я и он…ничего не было. – Сказала Е Бин.

Маме Е хотелось поверить своей дочери, но, когда ее взгляд упал

на тело Е Бин, ее сердце снова бешено заколотилось. Небрежно сложенные

волосы, неправильно застегнутые пуговицы на одежде.

– Ааах, дочка…Как это «ничего не было»?

– Мам, сначала выслушай меня. Я объясню…

– Я тоже не знаю, что произошло. Он внезапно появился на моей кровати… В моей комнате…

Сердце мамы Е разрывалось от отчаяния. Ты лжешь для этого парня,

но эта ложь не сработала бы даже на трехлетнего ребенка… Это все еще моя

Бин Бин?

Мама Е просила Е Бин прекратить попытки оправдаться:

– Не нужно оправдываться… Не нужно… Буду краткой… Вам нужно расстаться!

Е Бин взревела.

– МАМ!

– Что? – у мамы Е расширились глаза, – Ты не хочешь этого делать?

– Ты! Поднимайся!

Приказала мама Е Цзян Сю. До сего момента Цзян Сю думал, что это

был заговор. Но на самом деле это была самая настоящая, гребаная

глубокая рутина, глубже, чем Тихий Океан.

– Это Божество… У этого Божества нет одежды…

После того как он произнес эти слова, Е Бин больше не могла

просто сидеть, закрыв лицо руками. У нее не было представления, с каким

выражением лица она должна сейчас быть. Лю Саоюнь старалась не

засмеяться. Это было что-то.

А бедная мама Е практически перестала дышать.

Оглянувшись вокруг, она не увидела одежду этого парня в комнате дочери. Аррргхх… Он добежал до моего дома без одежды?

– Жди здесь…

Мама Е принесла спортивную одежду папы Е, и бросила ее на кровать.

– Иди оденься и вернись сюда.

Это была одежда фирмы «Adidas». У него было много воспоминаний,

связанных с этой фирмой. Он жил довольно бедно, и не мог позволить

купить себе нормальную спортивную одежду, но он не особо заморачивался

на этот счет. Неожиданно для него, его отец накопил деньги, чтобы купить

ему ее. Поэтому эта одежда навсегда засела в его памяти.

Он чувствовал себя странно. Все это казалось таким реальным, будто он вернулся домой, во времена, когда был молод.

После этого он вышел из комнаты.

Дом Е Бинов был довольно большим. Это была вилла. Декорации

интерьера выглядели величественно и стильно. Из коридора второго этажа,

он мог видеть зал на первом. Мама Е сидела на диване, все еще в гневе.

По телевизору что-то рассказывали.

Это Божество… вернулся?

Вернулся домой?

Вернулся во времена своей молодости?

Е Бин стояла перед мамой Е, опустив голову, словно ребенок,

совершивший проступок. Лю Сяоюнь сидела рядом с мамой Е и что-то ей

объясняла.

Когда мама Е увидела, что Цзян Сю вернулся, она тщательно

осмотрела школьника. Он был действительно симпатичным, иначе Бин Бин не

стала бы спать с ним.

– Не нужно ничего говорить. Вот бумага и ручка. Напиши обещание… что ты прекратишь общаться с моей дочерью после такого.

– Мама, почему ты мне не веришь? Между нами и правда ничего нет! Е

Бин в гневе топнула ногами. Да какая мать бы захотела размазать

репутацию своей дочери собственными руками?

– Я тоже не знаю, как он очутился в нашем доме.

– Я клянусь!

Цзян Сю выглянул из зала на первом этаже. На улице ярко сияло

солнце, знакомые улицы, проезжающие машины, все это дало ему понять, что

он действительно вернулся. Цзян Сю был взволнован. Хоть он и не знал,

что случилось, но то что происходило на его глазах говорило о том, что

он вернулся.

– Вы и правда ошибаетесь, это Божество вернулся из мира

Совершенных и Бессмертных, и просто так вышло, что я приземлился в

комнате своей одноклассницы – Е Бин. – сказал он.

– Видишь, мам, ты слышала его… – Е Бин думала, что если она будет

придерживаться той версии, что и он, то ей поверят. Но это выглядело

немного странно.

– Перемещение? Можешь прекратить нести чушь?

Лю Сяоюнь засмеялась, прикрывая рот рукой.

«Так ты говоришь, что ты был бессмертным и переместился… Хорошо… хорошо… – Лицо мамы Е побледнело от гнева.

– Невежественная женщина. Взгляни. Это божество сейчас заморозит воду в этой чашке.

– Хорошо. Сделай это. Если сможешь, то я тебе поверю.

«Я слышала, что когда подростков ловят с поличным, они начинают

просить прощения или ведут себя так, будто ничего не было, или пытаются

противостоять вынужденному расставанию, и наконец ставят ультиматум,

клянутся, что умрут вместе. Впервые в качестве оправдания, кто-то начал

говорить о перемещении из другого мира.» – Подумала мама Е, смотря на

него странным взглядом.

Лю Сяоюнь изо всех сил пыталась прикрыть рот, практически не в

состоянии сдерживаться. И только, когда она увидела свою лучшую подругу в

ступоре, она недоверчиво посмотрела на Цзян Сю, и подумала, что не

стоит смеяться в такой ситуации.

Холодный взгляд Цзян Сю пробежался по ним, и он ухмыльнулся про себя.

Плебеи, если бы эксперты мира Совершенных и Бессмертных узнали,

что вы посмели сомневаться в силе этого Божества, они бы точно

рассмеялись. Не так давно это Божество сражался с девятью Небесными

Вознесенными в одиночку, и даже общался… Ммм… Одним словом, это Божество

может спокойно заморозить стометровую реку одним взмахов, не говоря об

этой простой чашке с водой… Хе-Хе-Хе.

Он завел руки за спину, элегантно выпрямил свое тело и подошел к

столу. Каждый его шаг неявно вписывался в правила мира, раскрывая

глубокую и величественную ауру, которой обладали только бесподобные

эксперты.

Мгновенно, его волосы будто зашевелились, а в глаза заблестели.

Он планировал не только заморозить воду в чашке, но и взорвать ее, иначе

каким образом они могли увидеть совершенство Великого Божества Цзяна.

«Ха!»

Цзян Сю помахал ладонью над чашкой, не глядя. Для него эта

маленькая чашка была самой обыкновенной вещью, поэтому ему незачем было

чувствовать гордость.

Он быстро спрятал свою ладонь за спину, и в его глазах проявился

оттенок высокомерия. Это уединение могли понять только настоящие

эксперты.

Уединение Парагона!

Тех, кто мог бы стать его противником, было действительно немного!

– Ты закончил?

Спокойно спросила мама Е. Цзян Сю кивнул. Ему не хотелось

раскрывать свои восхитительные способности перед обычными людьми в своем

родном городе, чтобы не испугать их. Все же это выглядело не совсем

научно. Это могло разрушить взгляды обычных людей: их мировоззрение,

ценности и философию жизни. Он взглянул назад, и увидел, как на лбу мамы

Е вздуваются вены от гнева.

– Эм? Вы настолько испугались, что даже вены вздулись? – Он

помотал головой. Настоящий плебей, никогда не видевший настоящего

эксперта. Испугалась лишь из-за такого?

– Теперь ты должна верить этому Божеству, верно? Это Божество прибыл сюда и случайно попал к твоей дочери, Е Бин. Понятно?

– Хорошо. Ученик Цзян Сю, прекрати этот цирк! – Мама Е пыталась

контролировать ярость в сердце. В конце концов, хоть он и был

одноклассником ее дочери, эта ситуация была ненормальной, но ей не

хотелось все усложнять.

Хмм? Цирк? Эта невежа осмелилась сказать, что это все цирк?

Наглая женщина! Холодный взгляд Цзян Сю снова перешел на нее, но

остановился, когда он увидел, что вода в кружке не только не взорвалась,

но и не заморозилась.

Э-это…Что? Как такое возможно?

Пробормотал про себя Цзян Сю, и сразу почувствовал себя

беспомощным. Как это Божество мог забыть, что я только что переместился

сюда и потерял большую часть своей силы? Ничего страшного; это временно.

Для такого талантливого Божества это будет делом пары минут, чтобы

вернуть свое совершенство.

– Не пытайся сопротивляться… – начала мама Е. – Просто напиши обещание, что гарантируешь больше не связываться с моей дочерью.

– Да как это Божество может вообще смотреть на вашу девчонку? Нет необходимости давать письменное обещание.

Ты хочешь, чтобы это Божество написал обещание, самой-то не смешно?

Е Бин подняла голову, ее милые глаза широко раскрылись.

Ты говоришь, что даже не посмотришь на эту девушку? Да как ты

можешь так говорить? Твои взгляды на жизнь совсем не отличаются от

стандартных. Ты очень плох в спорте. Твоя семья бедна и самое главное, у

тебя отвратительные оценки в школе. Мог бы выдумать причину получше для

оправдания.

– ХВАТИТ! – бросая бумагу и ручку на стол, закричала мама Е, не

обращая внимания на то, что сломала себе ногти. – Прекрати нести эту

чушь и пиши обещание. В противном случае я вызову полицию, и скажу, что

ты проник в комнату моей дочери, чтобы изнасиловать. Тебя посадят лет на

десять!

Цзян Сю побледнел, вены на лбу подергивались.

Я потерял силу, поэтому, если она вызовет полицию, будет не очень

удобно. Кроме того, не хотелось бы иметь дело с такой богатой и

могущественной семьей.

«Ничего страшного. Не имеет значения. Есть много талантливых

женщин, которые боролись бы за право быть служанкой этого Божества, а

поскольку вы упустили такую возможность, я могу только вам

посочувствовать.»

– Давайте ручку и чернила.

Лю Сяоюнь чуть не рассмеялась. Цзян Сю превзошел сам себя. Почему

онп раньше этого не замечала? Сдерживание смеха вызывало у нее боль в

животе. Но глядя на яростное выражение лица мамы Е, она не могла

смеяться.

– Ты тоже, Бин Бин. – указала на стол мама Е. – Вы оба, подойдите

к столу и пишите обещание. Я хочу, чтобы вы искренне признали свои

ошибки и написали самую настоящую клятву.

Е Бин среагировала простым «Ох». Все, что сегодня произошло, было

для нее невероятной катастрофой. Она взяла ручку и бумагу, и взглянула

на Цзян Сю, прежде чем пойти, и написать обещание.

«Унижение, которое пережил сегодня это Божество, из-за тебя, и у тебя еще хватает наглости так себя вести?» – Подумал Цзян Сю.

Они оба сидели за обеденным столом, готовясь написать обещание.

В течение многих лет Цзян Сю не пользовался шариковой ручкой. В

другом мире он использовал обычные кисти для письма. А как вообще писать

обещания? Хоть он и не был хорошим учеником в школе, и его оценки были

ужасны, он, тем не менее, был хорошим ребенком и никогда не нарушал

никаких правил. Так как он никогда не писал никаких письменных

объяснительных, он не представлял с чего начать.

А вот Е Бин… она была хорошо знакома с письменными обещаниями.

Хоть в этом и была виновата мама Е со своим хобби. В детстве, когда Е

Бин совершала проступок, она должна была написать обещание. Если все ее

написанные обещания с детства сложить вместе, то они превысят ее вес.

Она могла написать все с закрытыми глазами.

Чирк, чирк, чирк. Чирк, чирк, чирк!

– Кхм-кхм… – Попытался привлечь ее внимание Цзян Сю.

Он недовольно сказал:

– Это Божество никогда не писал обещаний. Позволь этому Божеству списать у тебя.

Е Бин посмеялась и ответила:

– Мечтай!

Сказав это, она отодвинулась от него подальше и прижалась к столу, чтобы Цзян Сю ничего не увидел.

– Ты смеешь вести себя так с этим Божеством?

Цзян Сю был в ярости. Кто в другом мире мог бы перечить ему?

Обычный плебей смеет игнорировать мои просьбы о помощи? Разве ты не

должна льстить мне, и сама брать инициативу позволить мне списать у

тебя? Если ты хоть немного разумна, ты обязана написать это за меня.

– Ты думаешь, что если не захочешь показать этому Божеству свой листок, то это Божество не сумеет увидеть его?

Цзян Сю вытянул шею, надеясь заглянуть за Е Бин, но девушка была

непоколебима. К тому же, ее красивые, черные, словно смола, волосы были

сильно растрепаны, что блокировало ему обзор. Он только чувствовал

девичий запах от ее волос, и не увидел ни единой буквы.

«Хмф! Не потеряй я свою силу, этому Божеству достаточно было бы

использовать маленькое умение «Мистического Помощника в Освещении

Изображения», чтобы увидеть твой листок.» - взглянул на нее с презрение

Цзян Сю.

Вот, что написала Е Бин: «Уважаемые папа и мама. Я, Бин Бин,

сегодня плохо поступила и вместе со своим одноклассником…» И еще тысячу

слов.

– Мама, я закончила.

– Неси сюда! – сказала мама Е, и взглянула на Цзян Сю:

– Ты тоже неси свое.

Цзян Сю переживал, что она позвонит в полицию, поэтому он быстро написал:

– Письменное обещание. Я, Цзян Сю, согласен разойтись со своей

одноклассницей Е Бин, и обещаю, что больше у меня с ней ничего не будет.

Обещание Е Бин выглядело очень искренне, а у Цзян Сю было лишь

немного длинных слов. От одного взгляда на это обещание маме Е хотелось

вырвать себе брови, но ей не хотелось учить этого парня, как писать

обещания.

– Принеси красные чернила и поставь здесь печать!

– Вам нужна печать?

Цзян Сю оставил печать, и после этого мама Е сказала ему:

– Цзян Сю, правильно? Запомни слова, которые ты сегодня говорил и

что ты написал в этом обещании. Это обещание, является доказательством

твоего греха…

– Хорошо! Ты можешь идти!

Цзян Сю тоже больше не хотел оставаться в этом доме. Знакомый

запах родного города, наполненного виллами, и нескончаемый траффик. Он

энергично пошел в сторону автобусной остановки.

– Мам, я в порядке, могу я пойти на дополнительные занятия с Сяоюнь?

Мама Е чувствовала, что сердце ее дочери действительно

великодушно. Такое произошло, но она даже не изменилась в выражении

лица. Она махнула рукой:

– Иди. Но будьте осторожны.

После того, как ее дочь ушла вместе с Сяоюнь, мама Е задумалась, она подумала, что письменного обещания будет недостаточно.

– Этого и правда недостаточно. Я не могу позволить этому отродью учиться в одной школе с Бин Бин.

– Здравствуйте, это директор Тан? – спросила мама Е.

– Здравствуйте, миссис Е. – директор немедленно вскочил со своего места. Она была серьезным человеком.

– Я хочу, чтобы вы исключили кое-кого. Этот человек издевался над моей дочерью.

– Хорошо, миссис Е. Можете назвать его имя?

Пока она говорила по телефону, ей послышался звук «Бзз-Бзз».

Сначала она подумала, что это телефон барахлит, но потом, поняла, что

ошиблась. Она обернулась и увидела, что шум был от чашки с водой на

столе. Вода быстро замерзала, как вдруг взорвалась. Лед в чашке

разорвался на куски.

Глаза мамы Е чуть не выпали.

«Миссис Е? Как зовут этого ученика?»

Мама Е подняла разбитый кубик льда; от него можно было чувствовать холодный воздух.

– Ц-Цзян Сю…

Я слышала, что когда подростков ловят с поличным, они начинают

просить прощения, ведут себя так, будто ничего не было, или пытаются

противостоять вынужденному расставанию, и наконец ставят ультиматум,

клянутся, что умрут вместе. Впервые в качестве оправдания, кто-то начал

говорить о перемещении из другого мира. Подумала мама Е, смотря на него

странным взглядом.

Лю Сяоюнь изо всех сил пыталась прикрыть рот, практически не в

состоянии сдерживаться. И только, когда она увидела свою лучшую подругу в

ступоре, она недоверчиво посмотрела на Цзян Сю, и подумала, что не

стоит смеяться в такой ситуации.

Холодный взгляд Цзян Сю пробежался по ним, и он ухмыльнулся про

себя. Плебеи, если бы эксперты мира Совершенных и Бессмертных узнали,

что вы посмели сомневаться в силе этого Божества, они бы точно

рассмеялись. Не так давно, это Божество сражался с девятью Небесными

Вознесенными в одиночку, и даже общался… Ммм… Одним словом, это Божество

может спокойно заморозить 100-метровую реку одним взмахов, не говоря об

этой простой чашке с водой… Хе-Хе-Хе.

Он завел руки за спину, элегантно выпрямил свое тело и подошел к

столу. Каждый его шаг неявно вписывался в правила мира, раскрывая

глубокую и величественную ауру, которой обладали только бесподобные

эксперты.

Мгновенно, его волосы будто зашевелились, а в глаза заблестели.

Он планировал не только заморозить воду в чашке, но и взорвать ее, иначе

каким образом они могли увидеть совершенство Великого Божества Цзяна.

«Ха!»

Цзян Сю помахал ладонью над чашкой, не смотря на нее. Для него

эта маленькая чашка была самой обыкновенной вещью, поэтому ему незачем

было чувствовать гордость.

Он быстро спрятал свою ладонь за спину, и в его глазах проявился

оттенок высокомерия. Это уединение могли понять только настоящие

эксперты.

Уединение Парагона (The solitude of Paragon)!

Тех, кто мог бы стать его противниками, было действительно немного!

«Ты закончил?»

Спокойно спросила мама Е. Цзян Сю кивнул. Ему не хотелось

раскрывать свои восхитительные способности перед обычными людьми в своем

родном городе, чтобы не испугать их. Все же это выглядело не совсем

научно. Это может разрушить три главным взгляда обычных людей: их

мировоззрение, ценности и философию жизни. Он взглянул назад, и увидел,

как на лбу мамы Е вздуваются вены от гнева.

«Эм? Вы настолько испугались, что даже вены вздулись?» - Он

помотал головой. Настоящий плебей, никогда не видящий настоящего

эксперта. Испугалась лишь из-за такого? «Теперь ты должна верить этому

Божеству, верно? Это Божество прибыл сюда и случайно попал к твоей

дочери, Е Бин. Понятно?»

«Хорошо. Ученик Цзян Сю, прекрати этот цирк!» - Мама Е пыталась

контролировать ярость в сердце. В конце концов, хоть он был

одноклассником ее дочери, эта ситуация была ненормальной, но ей не

хотелось все усложнять.

Хмм? Цирк? Эта невежа осмелилась сказать, что это все цирк?

Наглая женщина! Холодный взгляд Цзян Сю снова перешел на нее, но

остановился, ибо он увидел, что вода в кружке не только не заморозилась,

но и не взорвалась.

Э-это…Что? Как такое возможно?

Пробормотал про себя Цзян Сю, и сразу почувствовал себя

беспомощным. Как это Божество мог забыть, что я только что переместился

сюда и потерял большую часть своей силы? Ничего страшного; это временно.

Для такого талантливого Божества, это будет делом пары минут, чтобы

вернуть свое совершенство.

«Не пытайся сопротивляться…» - начала мама Е. «Просто напиши обещание, что гарантируешь больше не связываться с моей дочерью.»

«Да как это Божество может вообще смотреть на вашу девчонку? Нет необходимости давать письменное обещание.»

Ты хочешь, чтобы это Божество написал обещание, самой-то не смешно?

Е Бин подняла голову, ее милые глаза широко раскрылись. Ты

говоришь, что даже не посмотришь на эту девушку? Да как ты можешь так

говорить? Твои взгляды на жизнь совсем не отличаются от стандартных. Ты

очень плох в спорте. Твоя семья бедная, и самое главное, у тебя

отвратительные оценки в школе. Мог бы выдумать причину получше для

оправдания.

«ХВАТИТ!» - бросая бумагу и ручку на стол, закричала мама Е, не

обратив внимания на то, что она сломала себе ногти. «Прекрати нести эту

чушь и пиши обещание. В противном случае я вызову полицию, и скажу, что

ты проник в комнату моей дочери, чтобы изнасиловать. Тебя посадят лет на

8-10.»

Цзян Сю побледнел, вены на лбу подергивались. Я потерял силу,

поэтому, если она вызовет полицию, будет не очень удобно. Кроме того, не

хотелось бы иметь дело с такой богатой и могущественной семьей. «Ничего

страшного. Не имеет значения. Есть много талантливых женщин, которые

боролись бы за право быть служанкой этого Божества, а поскольку вы

упустили такую возможность, я могу только вам посочувствовать.

«Давайте ручку и чернила.»

Лю Сяоюнь чуть не рассмеялась. Цзян Сю превзошел сам себя. Почему

я раньше этого не заметила? Сдерживание смеха вызывает у меня боль в

животе. Но глядя на яростное выражение лица мамы Е, она не могла

смеяться.

«Ты тоже, Бин Бин.» - указала на стол мама Е. «Вы оба, подойдите к

столу и пишите обещание.» Я хочу, чтобы вы искренне признали свои

ошибки и написали самую настоящую клятву.»

Е Бин среагировала простым «Ох». Все, что сегодня произошло, было

для нее невероятной катастрофой. Она взяла ручку и бумагу, и взглянула

на Цзян Сю, прежде чем пойти, и написать обещание.

Унижение, которое пережил сегодня это Божество, из-за тебя, и у тебя еще хватает наглости так себя вести? Подумал Цзян Сю.

Они оба сидели за обеденным столом, готовясь написать обещание.

В течение многих лет, Цзян Сю не пользовался шариковой ручкой. В

другом мире он использовал обычные кисти для письма. А как вообще писать

обещания? Хоть он и не был хорошим учеником в школе, и его оценки были

ужасными, он, тем не менее, был хорошим ребенком и никогда не нарушал

никакие правила. Так как он никогда не писал никаких письменных

объяснительных, он не представлял с чего начать.

А вот Е Бин… она была хорошо знакома с письменными обещаниями.

Хоть в этом и была виновата мама Е со своим хобби. В детстве, когда Е

Бин совершала проступок, она должна была написать обещание. Если все ее

написанные обещания с детства сложить вместе, то они превысят ее вес.

Она могла написать все с закрытыми глазами.

Чирк, чирк, чирк. Чирк, чирк, чирк!

«Кхе-кхе…» - Попытался привлечь внимание Цзян Сю.

Он недовольно сказал: «Это Божество никогда не писал обещаний. Позволь этому Божеству списать у тебя.»

Е Бин посмеялась и ответила: «Мечтай!». Сказав это, она

отодвинулась от него подальше и прижалась к столу, чтобы Цзян Сю ничего

не увидел.

«Ты смеешь вести себя так с этим Божеством?»

Цзян Сю был в ярости. Кто в другом мире мог бы перечить ему?

Обычный плебей смеет игнорировать мои просьбы о помощи? Разве ты не

должна льстить мне, и сама брать инициативу, позволить мне списать у

тебя? Если ты хоть немного разумна, ты обязана написать это за меня.

«Ты думаешь, что если не захочешь показать этому Божеству свой листок, то это Божество не сумеет увидеть его?»

Цзян Сю вытянул шею, надеясь заглянуть за Е Бин, но девушка была

непоколебима. К тому же, ее красивые, черные, словно смола, волосы были

сильно растрепаны, что блокировало ему обзор. Он только чувствовал

девичий запах от ее волос, и не видел ни единой буквы.

«Хмф! Не потеряй я свою силу, этому Божеству достаточно было бы

использовать маленькое умение «Мистического Помощника в Освещении

Изображения (Mystical Light-Aided Image), чтобы увидеть твой листок.» -

взглянул на нее с презрение Цзян Сю.

Вот, что написала Е Бин: «Уважаемые папа и мама. Я, Бин Бин,

сегодня плохо поступила и вместе со своим одноклассником…» И еще 1000

слов.

«Мама, я закончила.»

«Неси сюда!» - сказала мама Е, и взглянула на Цзян Сю: «Ты тоже неси свое.»

Цзян Сю переживал, что она позвонит в полицию, поэтому он быстро

написал: «Письменное обещание. Я, Цзян Сю, согласен разойтись со своей

одноклассницей Е Бин, и обещаю, что больше у меня с ней ничего не

будет.»

Обещание Е Бин выглядело очень искренне, а у Цзян Сю было лишь

немного длинных слов. От одного взгляда на это обещание, маме Е хотелось

вырвать себе брови, но ей не хотелось учить этого парня, как писать

обещания.

«Принеси красные чернила и поставь здесь печать!»

«Вам нужна печать?»

Цзян Сю оставил печать, и после этого мама Е сказала ему: «Цзян

Сю, правильно? Запомни слова, которые ты сегодня говорил и что ты

написал в этом обещании. Это обещание, является доказательством твоего

греха…»

«Хорошо! Ты можешь идти!»

Цзян Сю тоже больше не хотел оставаться в этом доме. Знакомый

запах родного города, наполненного виллами, и нескончаемый траффик. Он

энергично пошел в сторону автобусной остановки.

«Мам, я в порядке, могу я пойти на дополнительные занятия с Сяоюнь?»

Мама Е чувствовала, что сердце ее дочери действительно

великодушно. Такое произошло, но она не изменилась в выражении лица. Она

махнула рукой: «Иди. Но будьте осторожны.»

После того, как ее дочь ушла вместе с Сяоюнь, мама Е задумалась,

она подумала, что письменного обещания будет недостаточно. «Это и правда

недостаточно. Я не могу позволить этому отродью учиться в одной школе с

Бин Бин.»

«Здравствуйте, это директор Тан?» - спросила мама Е.

«Здравствуйте, миссис Е.» - директор немедленно вскочил со своего места. Она была серьезным человеком.

«Я хочу, чтобы вы исключили кое-кого. Этот человек издевался над моей дочерью.»

«Хорошо, миссис Е. Можете назвать его имя?»

Пока она говорила по телефону, ей послышался звук «Бзз-Бзз».

Сначала она подумала, что это телефон барахлит, но потом, поняла, что

ошиблась. Она обернулась и увидела, что шум был от чашки с водой на

столе. Вода быстро замерзала, а затем взорвалась. Лед в чашке разорвался

на куски.

Глаза мамы Е чуть не выпали.

«Миссис Е? Как зовут этого ученика?»

Мама Е подняла разбитый кубик льда; от него можно было чувствовать холодный воздух.

«Ц-Цзян Сю…»

Цзян Сю все еще помнил это место. Это был Болотный Округ Вилл,

поблизости находился Болотный Переулок Белого Оленя. По его памяти, дома

здесь стоили очень дорого. Было сложно купить такой дом, если у тебя не

было десяти миллионов юаней. А если он еще и находился в хорошем месте,

соединяясь с Болотным Округом Вилл, как дом Е Бинов, то он бы стоил

примерно двадцать миллионов юаней.

– Ааах… Е Бин настоящая Мисс Совершенство.

Если он все правильно помнил, то жизнь Е Бин была не такой

гладкой в последние годы, и даже вызывала жалость. Под контролем

родителей ей пришлось расстаться со своим парнем в колледже, а затем

выйти замуж за влиятельного предпринимателя второго поколения в

Императорской столице. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается,

предприниматель бросил ее. Позже, Цзян Сю слышал, что она покончила с

собой, заставив себя навсегда исчезнуть из этого мира, всего в двадцать

семь лет.

Увидев, что Цзян Сю ушел еще не слишком далеко, Лю Сяоюнь подтолкнула Е Бин:

– Бин Бин, смотри, твой парень…

Прежде чем она успела договорить, Е Бин уже рванула в сторону Цзян Сю.

«Черт возьми, какая страсть.»

«Ааах… какая скромность!»

Лю Сяоюнь не могла понять, чего такого сделал Цзян Сю, чтобы так вывести из себя Е Бин?

– Цзян Сю!

Не будет, ошибочно заявить, что невинность красавицы Е была

уничтожена руками Цзян Сю. Это было невозможно объяснить. Быть

пойманной… в постели. Что она должна была говорить? Например, если

кто-то увидит желтое пятно на штанах, он скажет, что это дерьмо, хотя

это вовсе и не является дерьмом.

– Что такое?

Рост Е Бин был около 160-170 см. На ней было белое чёнсам,

украшенное цветочными узорами, и парусиновые туфли с чередующимися

ярко-голубыми узорами. Ее нежное лицо и девичий шарм были довольно

привлекательными.

– Что такое? Моя мама может и простила тебя, но я не могу. Ты

уничтожил невинность этой леди, так что ты должен объясниться. Я-я… Я

точно не прощу тебя!

Е Бин в гневе сжала свои маленькие кулачки.

«Ты хочешь задеть это Божество?»

Цзян Сю ухмыльнулся.

– Разве я не говорил? Это Божество переместился из Континента

Боевых Бессмертных, и каким-то образом очутился в твоем доме. Можешь

считать это большой удачей для тебя.

Голос большой красавицы Е охрип от гнева:

– Большая удача для меня? Да я благодарна всей твоей семье!

– Это Божество знает почему ты так неразумно ведешь себя со мной,

ты хочешь, чтобы я взял ответственность за тебя, верно? – сказал Цзян

Сю.

«Видимо ты не такая уж и глупая, это Божество способен изменить судьбу.» – подумал он.

Красавица Е была ошарашена. Она не могла поверить своим ушам.

– Но к сожалению, это Божество не интересуется тобой.

– Ты…

Красавица Е чуть не закашляла кровью.

– Ты не интересуешься этой леди? О мой бог, кто выпустил этого зверя наружу?

«Ты злишь эту леди!»

Увидев, как красавица Е взорвалась в гневе, Лю Сяоюнь вмешалась в разговор:

– Хорошо… хорошо. Прекратите ссориться. Давайте поторопимся. Мы

опоздаем, если задержимся здесь еще. Сегодня занятие учителя Мецзюэ. Это

будет катастрофа, если мы опоздаем.

В двенадцатом классе их академические обязанности были суровы.

Они должны были посещать занятия даже по выходным. Эти занятия еще

называли «Экстра-занятиями». А еще, они должны были были их оплачивать.

Цзян Сю был ошеломлен. Он почти забыл о том, что он был студентом.

– Я не пойду.

Цзян Сю твердо отказался. Великий Мастер Секты Ступивших на

Небеса должен ходить в школу, чтобы слушать этих невежественных идиотов

учителей? Это шутка? Физическая химия, которую там преподавали, была

абсолютно бесполезной. И они всегда говорят типичные фразы: «Студенты,

время драгоценно.» Осталось всего около трех сотен дней до

вступительного экзамена в колледж. Нужно ли мне посещать занятия, чтобы

слушать эти слова?

– Ты свихнулся? – спросила Е Бин. – Если ты не планируешь

поступать в колледж, тогда ты будешь ни-ни! (поколение NEET) Или ты

собираешься работать в киоске своих родителей?!

Цзян Сю улыбнулся, отказавшись комментировать.

«Моя сила Великого Мастера Секты Ступивших на Небеса… Эх…»

– Ладно. Пошли в школу.

Цзян Сю, все называли его Божество Сю. Пока он шел, над ним

собирались все облака и гремел гром. Аура, которую он излучал, когда

шел, содержала величественные манеры Императора, с которым не могли

сравниться даже Монархи.

– Бин Бин, посмотри на него. Он настолько высокомерен, что даже

ходит, как Император. – Лю Сяоюнь указала на голову, – Мне кажется, у

него тут проблемки.»

Е Бин рассмеялась, прикрывая рот; слушать сплетни Лю Сяоюнь о Цзян Сю развеселило ее.

– Он выглядит как императорская кукла.

Слух Цзян Сю был очень острым – он слышал все, о чем шептались

эти две женщины за его спиной, что заставило вздуться вены на лбу от

гнева.

«Как вы смеете сплетничать об этом Божестве за его спиной? Сейчас

это Божество переживет это, но когда его сила восстановится, ваша

маленькая жизнь будет у него в руках.»

В автобусе…

Цзян Сю попытался циркулировать свое внутренние дыхание и

нахмурил брови. Воздух был ужасным; не было ни одной нити духовного ци.

Даже с его врожденным даром гения, прогресс был бы довольно медленным в таких условиях.

– Эй, дайте ручку и бумагу этому Божеству! – сказал Цзян Сю двум девушкам, сидящим перед ним.

– Что ты собираешься с ними делать?

– Нарисую талисман.

Девушки посмотрели друг на друга. У Е Бин появилась улыбка на

лице. Им стало любопытно. Что за рисунок собирался нарисовать Цзян Сю?

Они достали из сумок ручку и бумагу и дали их ему.

После этого они увидели, что Цзян Сю нарисовал что-то на бумаге, для них это выглядело, как каракули.

– Что это за талисман?

Цзян Сю нарисовал его довольно быстро и ответил:

– Талисман жертвоприношения бездны!

Он держал его, прижав между указательным и средним пальцем,

поднося к губам. Они увидели, как его губы то открываются, то

закрываются с большой скоростью, будто он что-то бормотал, но они ничего

не слышали.

– Иди!

Под непонятливыми взглядами девушек, Цзян Сю открыл окна и

выкинул талисман на улицу. Автобус продолжал ехать, а талисман падал на

землю, сопровождаемый ветром, словно обычный мусор, выброшенный из

машины. Более этого машина сзади даже проехала по нему.

– Это все?

Цзян Сю довольно серьезно кивнул. Он отправил звуковое сообщение

своему ученику в мир Бессмертных Боевых на другом конце вселенной,

приказав ему использовать одноразовый летающий меч для отправки ресурсов

культивирования.

– Ха-Ха…

Лю Сяоюнь рассмеялась, держась за живот обеими руками, а Е Бин

смеялась, закрывая рот, как целомудренная женщина, глаза ее выглядели,

как два полумесяца.

Цзян Сю поморщил брови. Согласно правилам, после того, как он

выбросил талисман, тото должен был исчезнуть с золотой вспышкой; он не

думал, что талисман упадет на землю, словно мусор.

«Как это возможно?»

Примерно в то время, когда автобус доехал до следующего

светофора, талисман, который переехало множество машин и по которому

топталось много людей, внезапно исчез с золотой вспышкой.

– Мы прибыли ко второй средней школе Цзян-Сити; пассажиры могут выйти…

Кампус перед ним выглядел также, как и раньше, даже пятна на чайной кружке улыбающегося охранника были теми же.

Студенты по очереди заходили внутрь; все они были учениками

двенадцатого класса. Так как дополнительные занятия были в выходные, не

нужно было носить школьную форму. В эту эпоху, когда все преследовали

свой собственный путь, студенты использовали эти редкие перемены, чтобы

одеться как им хочется.

– Цзян Сю, подожди!

В этот раз он не был высокомерен, ведь Е Бин оплатила за него проезд.

– Это Божество вернет тебе 2 юаня за проезд завтра.

– Эту одежду я тоже верну завтра.

Е Бин сказала с серьезным выражением лица:

– Это утро, ты… тебе бы лучше держать это при себе, и не зови

меня, если мы столкнемся в школе. Если разлетятся слухи, эта леди точно

не простит тебя.

Цзян Сю сказал:

– Ты шутишь?» Это ситуация – пятно на всю жизнь этого Божества, зачем мне рассказывать?

Гневу Е Бин не было предела. Слова этого парня действительно выводили из себя.

– Так будет лучше всего!

Е Бин и Лю Сяоюнь вошли в кампус, держась за руки.

Лю Сяоюнь спросила:

– Бин Бин, ты хочешь так просто расстаться?

Е Бин сказала:

– Между нами ничего не было, никогда. Прекрати говорить глупости. Да! И ты тоже никому об этом не рассказывай!

Лю Сяоюнь сказала:

– Думаешь я не понимаю этого? У меня только один недостаток. Мои губы слишком сильно сшиты, поэтому у меня мало друзей.

Знакомый учебный блок, коридоры, игровая площадка, кампус, имена,

казавшиеся такими старыми. Цзян Сю ускорился, взволновано осматривая

школу.

Его взгляд внезапно остановился!

Рядом с ним шла парочка, парень и девушка в школьной форме.

Парень выглядел симпатично, а красота и соблазнительность девушки не

проигрывала даже Е Бин. Ее звали Чэн Линсу, изящное имя.

У них с Цзян Сю были особые отношения. Она была… невестой Цзян Сю!

«Наконец, мы снова встретились?»

Сцены из прошлого медленно проскакивали у него в голове. В его

глазах была видна злоба и ярость. Когда все трое пересеклись, Чэн Линсу

даже не взглянула на Цзян Сю.

Близкий друг отца Цзян Сю, отец Чэн Линсу, Чэн Ханьлинь, устроил

обручение в детстве. Это было не просто устное обещание, он даже сделал

подарок на обручение 10, 000 юаней, что было немаленькой суммой в то

время. Этого было достаточно, чтобы купить дом в Цзян-Сити, и хватало на

бизнес Чэн Ханьлиня.

Финансовое положение дома Цзян Сю в его детстве было неплохим.

Его отец был госслужащим, и его положение тоже было хорошим. До того

момента, как против них ввели дисциплинарные взыскания из-за нарушений

правил. Тут у семьи и началась полоса неудач. Причина была связана с его

тестем, Чэн Ханьлинем. Это было незаконное посягательство на землю.

Папа Цзян потерял работу и попал в тюрьму. Но так как Папа Цзян

помогал семье Чэн в течении многих лет, они сумели получить постоянное

место жительства, находящееся в местном имении. За десять лет активного

развития, судьба двух семей стала совершенно другой, заставляя их

отдаляться друг от друга.

Одна семья находилась в ужасном положении, а другую преследовало богатство и честь.

Используя свою юную красоту, Чэн Линсу могла заставить биться

сердце любого, кто посмотрит на нее, не говоря уже о Цзян Сю. Она была

его невестой. В прошлом, она уже начала нравится Цзян Сю, тогда он

впервые почувствовал любовь, но гигантский корабль, под названием

судьба, уже все решил, и опять сыграл над с ним злую шутку.

Он не понравился Чэн Линсу и ей хотелось разорвать помолвку. Цзян

Сю, естественно этого не хотел. Иметь такую милую жену для неудачника

из фруктового киоска, а кто-бы захотел расставаться? К тому же, она уже

ему понравилась!

Из-за настойчивости Цзян Сю, даже его родителям пришлось

страдать. Папа Цзян отправился обсудить этот вопрос с Чэн Ханьлинем, и

ему было обещано, что брак все еще в силе. Но по пути назад от семьи

Чэн, Папу Цзян сбила машина. Хоть он и не умер, но его тело

парализовало.

Это был «Гром среди ясного неба» для нищей семьи. Папа Цзян не

хотел быть обузой, поэтому покончил с собой в ту же ночь, а в след за

ним, решила убить себя и Мама Цзян.

Цзян Сю никогда бы не смог забыть эту ночь. Тогда он был разорван болью и отчаянием!

Он прошел мимо Чэн Линсу, шаг за шагом, его глаза холодно заблестели.

'Ты слишком бесстрашна, чтобы посметь скрытно атаковать это Божество.'

Нахмурившись, он столкнулся с еще более извращенным взглядом.

«Иди быстрее. Хочешь, чтобы тебя ждал весь класс?»

Насколько он помнил, это была учитель Медзюэ, классная

руководительница 12 класса. До недавнего времени она не могла

преподавать, потому что сильно ругалась. Этот человек был психически

нездоровым. Она чувствовала себя плохо, если бы за весь день не наорала

бы на кого-нибудь.

'Хорошо… Очень хорошо. Пока что, это Божество вытерпит вас.

Подожди пока силы этого Божества восстановятся, и тогда я посмотрю, что

ты сможешь сделать.'

'

«Почему ты так сияешь? Ты злишься? Быстро садись.»

Цзян Сю действительно был зол. Любой, кто осмелился бы говорить с

ним в таком тоне на континенте Боевых Бессмертных, был бы уже мертв. В

ярости, он подошел к своему месту. Пройдя мимо Е Бин, он увидел, что она

смеется над ним, прикрыв рот рукой. В ее глазах так и читалось: «Так

тебе и надо!»

Классная руководительница торжественно сказала: «Сегодня утром у

нас будет первый экзамен по английскому языку. На этот раз тест будет

сложным. Я надеюсь, что каждый из вас будет стараться изо всех сил.

Позвольте вашему учителю увидеть ваш уровень владения языком. Староста,

раздайте тесты…»

Экзамены были обычным делом в 12 классе – маленькая викторина каждые три дня и тест каждую неделю.

Держа тест в руке, Цзян Сю ухмыльнулся. Когда он изучал этот

глупый язык, его оценки были плохими, так как он не знал много слов. Не

прошло и трех тысячелетий. Он даже не помнил слова «fuck».

Чирк, чирк. Чирк, чирк, чирк!

Все ученики быстро начали отвечать на вопросы. В 12 классе они

делают все возможное, чтобы подготовится к единственному экзамену,

прилагая большие усилия.

«Хмм?»

Дух Цзян Сю услышал голос, зовущий его; это бы ответ от Талисмана

Жертвоприношения Бездне. Он был в восторге. 'Я знал, что заклинание

сработает. Мерзкая, глупая девчонка.' Скорость передачи звука была

слишком медленной, и даже могущественные эксперты ничего не могли

поделать, чтобы отправить передачу с одного конца Вселенной на другой.

Наконец-то… «Появляйся!»

После того, как он это сказал, на тесте по английскому,

неожиданно, появилось несколько символов. Звуковая передача не могла

дойти, но жертвенная сила смогла пройти через бездну. Вскоре, на листе

проявились чистые символы, словно кто-то написал их ручкой. Но это был

не современный язык. Там были древние символы, которые, казалось, не

имели смысла, но будто придерживались какой-то системе правил, а их

каллиграфический стиль придавал им безграничное чувство древности.

«Это от Цзянь И!»

Цзянь И был его Великим Учеником (Grand Disciple).

Содержимое ответа было следующим: «Мастер, одноразовый летающий

меч уже в пути с материалами и таблетками культивирования. Ожидаемое

время прибытия на Землю – 321 год. Я хочу, чтобы возвращение мастера,

было восхитительным.»

'321 год?'

«Ублюдок!»

Божество Сю чуть было не опрокинул стол от гнева. '100 лет для

обычного человека, это считалось очень долгой жизнью. Через 300 лет твой

мастер уже превратиться в скелет.'

«Эти маленькие отродья и вправду ненадежны. Это все вина слепых глаз этого Божества; Я не мог взять к себе ни одного умного.»

'Гнев родил еще больший гнев; Сначала, я должен найти какой-то другой способ.'

Так как жертвенная сила практически исчезла с теста, у Цзян Сю

внезапно появилась идея. Он что-то пробормотал. Учитель Медзюэ уже

обратила внимание на Цзян Сю. Пока все были заняты тестом, он ничего не

делал. Учитель Медзюэ расширила глаза, так как Цзян Сю укусил свой палец

до крови, пока держал тест между указательным и средним пальцем.

'Что он делает? Самоповреждение как форма протеста?'

'Разве это не слишком пессимистично?'

'Не надо кусать палец, вместо этого можно использовать нож, чтобы порезать себя.'

«Великое Искусство Пожертвования Крови и Поглощения Духа (Greater Sacrificial Blood Spirit Absorption Art).»

Демонический взгляд появился в глазах Цзян Сю, когда его окровавленный палец коснулся символов на бумаге.

Эта способность появилась от Демонического Дао (Demonic Dao). Это

было очень злобно, использовать кровь в качестве медиума, чтобы

поглощать духовную энергию других. Способность демонической атаки была

обычным делом для Клана Храма Крови (Blood Shrine Clan). Поскольку они

были одержимы уникальным раем, то противились способности создания новой

крови. Это позволило им использовать свои заклинания в течении долго

времени, и способность непрерывно поглощать духовную энергию своих

врагов. Это было слишком властно.

Хоть жертвенная сила, исходящая от Цзян Сю, была довольно слабой,

для него сейчас это было очень важно. По крайней мере, он смог бы

обладать хоть небольшой силой, чтобы отделяться от обычных людей.

Сразу же, Цзян Сю почувствовал теплый, текущий поток в своем

теле, проникающий через кровь на его пальцах. Он обрадовался. 'Это

сила?' Он слегка сжал руку в кулак, сосредоточив всю энергию в нем.

Прямо сейчас, Цзян Сю почувствовал, что сможет с легкость проделать дыру в школьной парте перед ним.

«Это выглядит как первый слой стадии очистки Ци (Qi Refining Stage).»

«Хотя это все равно, что быть муравьем, но все лучше, чем ничего.»

Дин-Дон. Зазвонил звонок, означающий, что урок закончился.

«Хорошо. Положите свои ручки. Староста, соберите все тесты.» - сказала

учитель Медзюэ.

Лю Сяоюнь сморщила брови, когда взяла тест Цзян Сю. «Цзян Сю, что случилось? Твой листок пуст. Так ты относишься к тестам?»

«Это не твое гребаное дело. Контролируй себя и хватит показывать авторитет, который ты не имеешь.» - сказал Цзян Сю.

– Ты… – Лю Юйян не ожидал, что Цзян Сю, обычно прилежный во время

занятий, сегодня будет хамить. Его глаза расширились от злости.

– Вау. Братец Сю слишком крут сегодня. Он не ответил ни на один

вопрос и собирается лицом к лицу встретиться со старостой класса.

– Он сошёл с ума?

Учитель Мецзюэ смотрела на Цзян Сю, не отводя взгляд. Вскоре вернулся её мальчик на побегушках.

– В чём дело?

Лю Юйян немедленно ответил:

– Учитель, он не ответил ни на один вопрос теста.

Все студенты зашумели.

Аааахх, братец Сю хочет устроить скандал.

В тесте по английскому даже были варианты ответов. Если бы Цзян

Сю и не знал верных ответов, он мог просто попытаться угадать их или

поставить галочки случайно. Это определённо был вызов власти учителя.

– ЧТОО! – лицо учителя Мецзюэ потемнело, как небо перед бурей.

Она подняла лист с тестом и проверила его. Он был абсолютно белым. Ни

одно задание не было решено, включая вопросы с вариантами ответов.

– Почему ты не ответил ни на один вопрос и даже нигде не поставил галочку?

– Ты боялся провалиться и опозориться?!

– То есть ты думал, что вовсе не сможешь ни на что ответить?

Учитель Мецзюэ смотрела на Цзян Сю с большим отвращением. Она

считала, что уровень Цзян Сю такой низкий, что даже если он бы он

старался изо всех сил, то всё равно не добился бы высокого результата.

– Дайте ручку!

Цзян Сю холодно улыбнулся, его левая рука осталась за спиной,

тогда как правую он протянул вперёд. Его соседу по парте было любопытно,

поэтому он передал ему ручку, и увидел, как он быстро отмечает ответы

на бланке теста.

Ему не нужно было много времени, так как всего было двенадцать заданий с выбором ответов.

После того, как закончил, он спрятал свою руку за спину, показывая своё безразличие.

Переполненная сомнений, учитель Мэцзюэ сказала Лю Юйяну:

– Сходи возьми ответы.

– Первый вопрос, верно!

– Второй вопрос, верно!

– Третий вопрос, верно!

Видя, что учитель Мэцзюэ обводит красным правильные ответы,

студенты кругом были в замешательстве, и чем больше учитель Мэцзюэ

проверяла, тем больше у неё было опасений.

– Четвёртый вопрос, верно!

– Пятый вопрос, верно!

Студенты сходили с ума, а учитель Мэцзюэ бледнела.

– Шестой вопрос…

– Седьмой…

Верно, все из них были отвечены верно. Галочки, расставленные

Цзян Сю так стремительно, все стояли около правильных ответов. Самый

высокий балл за двенадцать вопросов, капля пота стекла по бледному лицу

учительницы Мэцзюэ.

Каждый правильно выбранный ответ давал пять баллов, общий балл был равен шестидесяти.

– Цзян Сю, он сдал?

Все ученики, присутствующие сегодня, были шокированы. Нынешняя

тема была не из простых, и даже студенты, хорошо знавшие английский

язык, понимали, что правильно ответили только на половину вопросов. Но

Цзян Сю смог ответить на все.

Более пугающим было то, что он набрал все шестьдесят баллов, ни

больше, ни меньше, только выбрав правильные варианты ответов, что и

являлось проходным баллом. Его основной задачей было не получение

проходного балла, а достижение этого таким доминирующим способом. Братец

Сю буквально дал ей пощёчину.

Учительница Мецзюэ чувствовала, как краснеет её лицо. Это был критический удар для неё!

«Невозможно. Как это может быть? Как может ученик с низкой

успеваемостью ответить на все вопросы верно?» Не имело значения,

решалась ли она поверить в это, всё на самом деле произошло перед её

глазами.

Он не боялся провалиться, а просто не посчитал нужным сделать тест!

«Мистический обман света, вот и всё!»

Невежественные идиоты!

Цзян Сю пошёл и забрал бланк с тестом, а затем разорвал его на

две половины прямо перед лицом учительницы Мецзюэ. Он снова сложил его и

разорвал, и повторял это снова и снова, пока не остались только

маленькие кусочки.

– Что сложного в таком поверхностном языке. В сравнении с моим прекрасным китайским языком, это просто речь ребёнка.

Трата времени!

Никто не осмелился сказать, что Цзян Сю был слишком дерзким или

жестоким, потому что у него на самом деле было право говорить такие

слова.

Это Божество уже восстановило небольшую часть своей силы, и ты думаешь, что я позволю этим плебеям унижать меня?

Волосы Божества Сю встали дыбом, и его глаза вспыхнули, когда он

выбрасывал обрывки теста. Они разлетелись по всей классной комнате,

прямо как снежинки зимой.

– Мецзюэ, запомни эти слова. После всего этого Божество больше никогда не войдёт в класс английского.

Бум. Весь класс был в замешательстве.

Вскоре последовали бурные аплодисменты.

Все студенты безумно хлопали в ладоши.

Лицо учительницы Мецзюэ изменило цвет.

– Т-ты…

Откуда ей было взять смелости остаться в классе. Она в ярости

ушла, бросилась наутёк и сбежала. Достигнув двери, она поскользнулась и

почти упала.

– Супер, Цзян Сю!

– Слишком круто!

– Братец, я ошибался, ты на самом деле крутой…

Цзян Сю расправился не с учительницей Мецзюэ, а с демоном,

угнетающим их. Он разорвал не бумажку с тестом, а гору, давящую на них и

не дающую им дышать. Это разрушило всю злость, которую они на него

держали.

– Правда, Цзян Сю на самом деле настоящий мужчина, - тихо прокомментировала Лю Сяоюн.

Шок, испытываемый Е Бин, тоже был не слабым. Она не знала, что сказать.

Лю Сяоюн тыкала её в бок и говорила:

– А он не так плох, как ты говорила ранее. Почему ты не думаешь о

том, чтобы быть с ним вместе? В любом случае, ты ведь уже сделала то,

что надо, верно?

Е Бин была напугана.

– Хочешь умереть? Говори тише. Вонючка Сяоюн, прекрати говорить глупости. Между нами ничего нет.

Цзян Сю появился в её комнате, но она знала, «того» никогда не было.

– Прекрати нести ерунду. Если кто-нибудь услышит, эта Леди умрёт вместе с тобой.

Она была очень взволнована. Её пугало, что произошедшее дома

повлияет и на школу. Если бы одноклассники узнали об этом, она не смогла

бы жить дальше.

Лю Сяоюн дразнила её:

– Посмотри на себя. Ты вся покраснела.

Е Бин потрогала свои щёки. Они были обжигающе горячими.

– Почему вы так шумите? Что произошло в классе?!

Низкий, темнолицый толстяк вошёл в класс, он держал руки за

спиной, его глаза, похожие на бобы, смотрели с жестокого и серьёзного

лица, которое, казалось, говорило: «Никто меня не переубедит».

– Директор Ван!

Он был управляющим по делам студентов. Староста класса Лю Юйян немедленно доложил ему:

– Директор Ван, директор Ван. Этот негодник Цзян Сю сошёл с ума.

Он так взбесил нашу учительницу, что она покинула классную комнату, он

вызвал в классе хаос.

Как только он сказал эти слова, многие студенты нахмурили брови.

Он добавил некоторые лишние детали к истории. Никто не знал раньше, что

Ли Юйян был таким смутьяном.

Цзян Сю смотрел на вошедшего человека. Он помнил это лицо, Ван

Сюэбин. Причина, по которой он помнил это лицо так чётко, заключалась в

том, что оно оставляло сильное впечатление. Этот человек был отбросом

общества.

Однажды он увидел, как Ван Сюебин домогался к студентке, но тогда

Цзян Сю был трусом. По этой причине он чувствовал себя очень виноватым.

Намного позже того, как были сданы вступительные экзамены в колледж, он

наконец-то был пойман. Были подозрения, что он домогался ко многим

студенткам, и минимум смеь из них имели сильные повреждения.

Ублюдок!

Директор Ван сказал беспощадно:

– Цзян Сю. Выйди!

Это было похоже на команду и не ставилось под сомнение.

Он всегда распоряжался студентами вокруг и его мысли по поводу этого студента, Цзян Сю, были глубоки.

Что это за ситуация? Ты хочешь протестовать? А у тебя хватает

смелости. Чего не достаёт этим студентам, так это наказания, а если их

не наказывать, они бы не бунтовали!

Никто не мог ничем помочь Цзян Сю, только посочувствовать.

Это был управляющий делами студентов, настоящий их враг. Этот

человек был чересчур извращён. Если учительница Мецзюэ была извращенкой

номер 1, тогда он был суперизвращенцем самого высокого ранга.

Даже не встреча с ним, а просто его упоминание заставляло сердца

студентов болеть, лица меняться и ноги холодеть. Даже если кто-нибудь

случайно в него врезался, то разворачивался и убегал.

Он был чудовищем, поглощающим людей.

Цзян казался всем слишком несчастным в тот момент; он попал к нему в руки.

«Пускай выйдет твоя сестра!»

Если бы это был Бессмертный Военный мир, Цзян Сю убил бы этого парня одним ударом:

– Исчезни для этого Божества!

Тишина, в классе повисла мёртвая тишина.

– Чёрт, братец Сю беспощаден сегодня, готов убить всех у себя на пути!

Староста класса и все остальные остолбенели.

Они были готовы преклониться перед ним.

– О Боже!

– Мне не послышалось, верно? Цзян Сю только что бросил проклятье прямо в лицо этому жмоту Вану!

Все иногда проклинали его за спиной, но кто бы осмелился сказать это ему в лицо?

Ван Сюебин остолбенел, по-настоящему остолбенел. К тому времени,

как до него дошло, что произошло, он уже был вне себя от ярости, рыча:

– Ты слишком смел, чтобы оскорблять учителя на людях!

– Т-ты….

Как мог Ван Сюебин быть настолько униженным перед студентами, которым он так любил показывать свою власть?

Его лицо стало мертвенно-бледным, он глубоко вздохнул, и направился прямо в класс, чтобы вытянуть Цзян Сю вон.

Как только он протянул руки, он увидел, как Цзян Сю холодно

улыбнулся. Удар! Цзян Сю ударил Ван Сюебина прямо в лицо. В глазах

божества Сю этот Ван Сюебин был всего лишь муравьём; он сразу же осел на

пол от одного удара.

– Ты хочешь атаковать это божество? Идиот!

Это было слишком. На самом деле слишком. Весь класс не мог издать ни звука.

Даже после того, как он ударил его, Цзян Сю не почувствовал

удовлетворение, поэтому он направился прямо к Ван Сюебину, лежащему на

полу, и пнул его несколько раз.

Упав на землю, Ван Сюэбинь поднял голову, и, продолжая бравировать своей властью директора по работе со студентами, заорал:

– Ты, чертов сопляк, ты посмел ударить своего…

Его рассудок был уже на пределе.

«Щенок, ты уже мертв. Как ты смеешь на меня нападать!!»

До того как он успел закончить фразу, Цзян Сю пнул его еще раз.

– Я просто бью негодяя!

– Ааааааа… ты убьешь меня... – взыл Ван Сюэбинь.

Сцена избиения директора Вана учеником Цзян Сю была очень захватывающей. Тем не менее, ученики не решались смотреть на это.

Несмотря на то, что присутствовавшие здесь ученики были

ошеломлены увиденным, они всем сердцем желали, чтобы Цзян Сю еще попинал

его. Было понятно, что Директор по работе со студентами не пользуется

популярностью.

И только божество Сю устроил грандиозный скандал, избив Директора

по работе со студентами. Вполне возможно, что его теперь могли

исключить. Самое малое, он мог бы получить, это дисциплинарное

взыскание.

– Увы, Цзян Сю не повезло.

– Слышал, что дома у него проблемы. И, если его исключат, думаю, что он останется не у дел.

– Думаю, что такой человек останется прежним, даже если поступит в колледж?

В их словах чувствовалось презрение, которое они испытывали к

Цзян Сю. Даже несмотря на то, что он ответил на двенадцать трудных

вопросов, чтобы получить сегодня пропускной балл, и у него хватило

мужества порвать тестовую работу и избить Директора по работе со

студентами, в глазах одноклассников он оставался все тем же, кем был до

этого – никем, чья семья держала фруктовую лавку.

В нынешнюю эпоху особое внимание уделялось экономическому

происхождению, и единственным выходом для бедного парня, который пытался

скинуть бремя судьбы – была смерть.

Одноклассники, особенно те, что были из семей, принадлежащих

высшему обществу с хорошим материальным достатком, неизменно чувствовали

свое превосходство и смотрели на Цзян Сю свысока, когда бы его не

встретили. И не важно, что он делал, в их глазах это не могло изменить

его принадлежность к низшему классу.

– К-кровь… - Ван Сюэбинь дотронулся до головы. Кровь била

фонтаном, заливая лицо. Зрелище было жалкое. И тут он испугался. Этот

человек был совершенно беспощаден. Ван тотчас же взмолился:

– Умоляю, пощади…Ученик, пожалуйста. Ааааа…!

Наконец, злость Цзян Сю уже отступила. К счастью этого негодяя,

он был под защитой закона. Если бы это произошло на Бессмертном

Воинственном Континенте, Цзян Сю убил бы его, не моргнув глазом.

– Слишком импульсивный. Он не справится с последствиями.

– Я слышал, что у этого ничтожества Вана есть небольшая поддержка, возможно, что Цзян Сю посадят.

Услышав это, несколько студенток с симпатией посмотрели на него.

– Этого же не произойдет, правда?

– Почему бы и нет? У него уже кровь идет, поэтому можно классифицировать как преступление.

Ван Сюэбинь посмотрел на Цзян Сю со страхом и злобой:

– Ты совершаешь преступление. Тебя точно посадят!

– Посадят?

Зло рассмеявшись, Цзян Сю схватил Ван Сюэбинь за волосы и произнес:

– Внучок, даже если другие не знаю всего того, что ты сделал, это Божество лично видел, как ты лапал Бай Жо в классе.

Бум!

Мозг Ван Сюэбинь взорвался, его глаза, похожие на бобы, открылись так, что чуть ли не выпали.

Цзян Сю все еще помнил тот день. Небо уже собиралось темнеть,

когда он заходил в школу. Он оставил свои вещи в классе, поэтому

вернулся, чтобы забрать их, но вместо этого стал свидетелем сцены,

которую никогда не забудет. Этот мерзавец, Ван Сюэбинь, лапал

беспомощную ученицу. Хотя он не мог видеть лица Ван Сюэбиня, так как тот

стоял к нему спиной, Цзян Сю видел лицо девушки.

Он никогда не сможет забыть его. Девушка взглядом, в котором

отражались неуверенность, беспомощность и еще больше стыд, молила его о

помощи. В тот раз робкий Цзян Сю сбежал и даже не решился рассказать

кому-нибудь об увиденном.

Цзян Сю сказал так, чтобы его мог слышать лишь Ван:

– Хорошо. Давай вызовем полицию и попросим их разобраться в этом.

– НЕТ!

Душа Ван Сюэбиня чуть не покинула его. Если этот случай

раскроется, конец его карьере, его репутации, всему. Его даже могут

посадить в тюрьму.

– Не вызывай полицию!

Бах! Ван Сюэбинь упал на колени перед Цзян Сю.

– Умоляю, не вызывай полицию. Я сделаю все, что ты хочешь. Только не вызывай полицию. Я прошу тебя…

Ученики, стоявшие вокруг, были изумлены. Что такое? Побивший

хочет вызвать полицию, а побитый умоляет его не вызывать? Возможно ли

это, в самом деле? Неужели это ничтожество Ван потерял рассудок после

побоев Цзян Сю? Похоже на то, он не винит его, даже говорит, что сделает

все, что Цзян Сю пожелает.

Может быть…

Цянь Сяоцзюнь, стоявший за спиной старосты, негромко сказал:

– Староста, это очень странный случай. Этот Цзян Сю не тигр,

замаскированный под свинью, верно? Возможно, он наследник какой-то

богатой семьи.

Эти слова вырвали его из оцепенения.

Лю Юйян развернулся. Он считал, что слова Цянь Сяоцзюня

действительно не лишены смысла. Прямо сейчас Цзянь Сю говорит что-то

этому мерзавцу Вану на ухо, и это так испугало Вана, что его глаза чуть

не вылезли из орбит. Определенно, он должен был показать свое истинное

лицо.

Обычно он ходил в простых вещах, но сегодня пришел в спортивном

костюме Adidas ограниченного выпуска, который был из серии для гольфа.

Такая пара стоила несколько тысяч.

И никто этого не заметил.

Что ж, молодой мастер Сю, ты действительно хитер. Ты хорошо замаскировался!

– Возможно. Смотрите, как напуган мерзавец Ван. Даже, сказал бы,

он готов выполнять все его приказы. Боюсь, что он не только богат, но и

имеет хорошее происхождение.

К этому времени в школе тоже стало известно об инциденте.

Директор школы Цинь Линь, которому в этом году исполнилось пятьдесят

лет, быстро подошел вместе с охранниками. Увидев, что ученик так жестоко

избил Ван Сюэбиня, что тот умолял его, директор Цинь Линь пришел в

ярость:

– Тыы…не достоин быть учеником! Посмотри, что ты сделал с директором по работе со студентами.

Ван Сюэбинь бросился к директору:

– Нет, нет, господин директор. Ученик Цзян Сю здесь ни при чем. Я поскользнулся. Был неосторожен и упал.

Черт, что случилось с твоим самоуважением?

Зачем так откровенно лжешь? Как можно так сильно пострадать, просто упав?

Ученики начали искренне сомневаться в своем жизненном опыте.

Староста класса и Цянь Сяоцзюнь понимающе посмотрели друг другу в глаза.

– Именно это мы и предполагали. Посмотри, как испуган мерзавец Ван.

Директора школы не так легко было провести:

– Что? Как вы сами себя могли довести до такого состояния? У вас вся голова в крови, и на вас даже отпечатки ног.

– Сюэбинь, не бойтесь. Я на вашей стороне и школа тоже и даже правительство!

Ван Сюэбинь смог только выдавить из себя жалкую улыбку.

– Ха-ха. Это ничего. Ничего. Я сравнивал записи с Цзянь Сю, и

все. Не ожидал, что упаду, ведь за долгие годы не делал резких движений.

Цзянь Сю помогал мне встать и нечаянно наступил на меня. На самом деле

это чудовищное недоразумение, не так ли?

Второй раз за день ученики начали искренне сомневаться в своем жизненном опыте.

Неужели действительно ничего не произошло, и Цзян Сю не топтался по нему?

– Ученик Цзян Сю, вы поступили правильно, ваша физическая форма просто невероятна!

Человек, который говорил это, был не кто иной, как жертва

избиения, и он даже нахваливал невероятную физическую подготовку своего

оппонента.

– Остальным ученикам стоит поучиться у Цзян Сю. Нагрузка, с

которой вы столкнетесь в двенадцатом классе больше, чем в колледже, и

поэтому вы должны закалить свое тело. Если ваше тело не будет здоровым,

вы не сможете справиться с огромной учебной нагрузкой даже до начала

экзаменов».

Третий раз за день ученики начали искренне сомневаться в своем жизненном опыте.

Души их почти вознеслись к небесам.

В углу возле окон, опустив голову, стояла обычная школьница. На

ней были очки. И сейчас она закрывала пол-лица и крепко сжимала в руке

шариковую ручку, плечи ее сильно вздрагивали.

Она не осмелилась поднять голову и взглянуть на кого-нибудь.

Но она знала, что Цзян Сю избил этого дьявола. Однажды она сильно

возненавидела Цзян Сю за то, что не смогла спастись. Но теперь Цзян Сю

победил этого дьявола. Этот дьявол... сначала он не был таким страшным.

В конце концов, через несколько минут мысленной борьбы она

подняла голову и посмотрела на Цзян Сю, в ее глазах были искорки

радости. Это был взгляд полный признательности.

Цзян Сю было все равно, хотела ли она поблагодарить его или нет, он лишь хотел искупить свой грех.

Наблюдая за ее изменившимся выражением лица, Цзян Сю знал, что

она не будет теперь похожа на прежнюю себя, ту, которая оставила

предсмертную записку и прервала свой жизненный путь.

– Так, время самостоятельной работы!

Как мог директор школы Цинь Линь поверить словам Ван Сюэбиня? Как

ни крути, он был жестоко избит. Но раз жертва сама так решила, то Цинь

Линь тоже сделать ничего не мог. Обратив внимание на кровь, стекающую по

лицу Ван Сюэбиня, он произнес:

– Сначала зайдите в медпункт.

Новость об этом случае пронеслась по всему кампусу как торнадо.

В другом классе один ученик разговаривал с Е Вэньчэнь:

– Ты слышал? Вана избил какой-то студент Цзян Сю из класса №5, и сильно искалечил его.

– У него вся голова была в крови!

– На самом деле ученик? Кто он по происхождению этот Цзян Сю? – Е

Вэньчэнь был фигурой влиятельной, как он мог обратить внимание на

ничтожного ученика-неудачника?

Что же до Чэн Линсу, которая сидела рядом с ним, ее разум был

сильно шокирован, хотя взгляд был спокойным и собранным. Этот парень

посмел ударить Ван Сюэбиня? Откуда набрался храбрости? Хотя это и

привлекает людей, это было не что иное, как показная храбрость

невежественного человека. Ты определённо не справишься с последствиями.

Придет время, и ты упросишь отца прийти к моей семье просить помощи.

Она решила, что как-нибудь зайдет к Цзян Сю.

«Вы думаете, что средства семьи Чэн ваши?»

В глазах Чэн Линсу промелькнуло презрение. В прошлом, когда им было

по три года, она очень восхищалась Цзян Сю, потому что тот очень быстро

бегал. Она не могла поймать его, даже если гналась за ним изо всех сил.

Крича и гоняясь за ним, она считала, что Большой брат Цзян был

великолепен, и никто не мог превзойти его. Только позже она обнаружила,

что Цзян Сю был всего лишь кучкой грязи из ее глупого детства.

К тому же между ними была эта помолвка. Из-за этого Чэн Линсу

чувствовала себя неловко. Самое смешное, что он даже торжественно

поклялся, что обязательно будет хорошо заботиться о ней.

Как именно он о ней позаботится? Он просто не понимал, что

обстоятельства, сложившиеся для его семьи, постепенно все дальше

разводили по разным сторонам их отношения. На самом деле Цзян Сю был

добродушным. Он был тихим и рассудительным.

Девушка вздохнула. Под руководством огромного корабля под

названием Судьба, при положении твоей семьи, а также твоих способностей,

мы можем стать только обычными друзьями, возможно, даже незнакомцами,

которые никогда не будут пересекаться друг с другом.

Поскольку это так, мне придется дать ему понять, что у него нет

ни единого шанса стать зятем в семье Чэн. Он навсегда останется только

незнакомцем. Тогда у него не будет наглости пользоваться средствами

семьи Чэн.

Это тоже для его блага, не так ли? Вместо того, чтобы дать ему

погрузиться в несбыточный сон, лучше разбудить его и заставить понять

какая жизнь ожидает его в будущем.

Цзян Сю проживал в интернате при школе, поэтому после уроков он вернулся в общежитие.

Сначала он снял спортивный костюм Adidas из серии для гольфа. Это была одежда отца Е Бин.

Он поискал одежду, которую обычно носил в старших классах. Было

ощущение, что Цзян Сю жил в прошлом поколении. Вся его одежда была

уличной. Надевая эту простую одежду с традиционной вышивкой, он не

чувствовал, что она выглядит не очень хорошо, вместо этого он считал,

что одежда была довольно прилична.

Надев ее, он посмотрел на себя в зеркало. И правда, хорошая

одежда красит человека. Несмотря на то, что он был повелителем

Бессмертного Воинственного Континента, Великим Мастером Ордена

Следующего за Небесами, титулованным Божеством Сю, Цзян Сю сразу же

превратился в отброса. Эта плотная аура «неудачника» была слишком

очевидна.

Внезапно зазвонил мобильник, лежащий на кровати. Телефоны не

разрешалось приносить в классы, но принести в школу их было можно.

Обычно ученики, проживающие в интернате, оставляли свои телефоны в

общежитии, чтобы они не мешали учиться. Хотя многие все-таки нарушали

эти правила и приносили телефоны в классы. У Цзян Сю был только один

телефон и, хотя он был довольно стар, им все еще можно было

пользоваться. По нему он звонил домой.

«Хм? Чэн Линсу!» Звонившая девушка в телефоне была записана как

«Сусу». Цзян Сю был очень удивлен, что она взяла на себя инициативу

позвонить ему. Поразмыслив немного, он решил ответить.

– Алло?

Раздался глубокий и густой голос божества.

– Цзян Сю, нам необходимо увидеться!

Голосок на том конце провода был очарователен, но обладал ледяными нотками.

– Хорошо! – ответил Цзян Сю. – Божество в общежитии, приходи.

На том конце провода повисла тишина. Даже через некоторое время

Чэн Линсу ничего не сказала. Она не хотела, чтобы другие ученики узнали,

что они были знакомы, и также не хотела, чтобы узнали об их отношениях.

Она позвонила Цзян Сю, чтобы разорвать помолвку, но не ожидала, что он

использует этот ее шаг.

Если бы она, школьница, пошла в общежитие для мальчиков, чтобы

найти с Цзян Сю, не стало бы это объявлением для всей школы, что они

знают друг друга и их отношения не совсем обычны?

Глаза Цзян Сю холодно улыбались. Ты думаешь, что божество Сю все тот же Цзян Сю, каким он был прежде?

И это божество будет делать все, что ты скажешь, и не будет души в тебе чаять?

Невежественно и глупо!

– Мне будет неудобно прийти туда. Выходи ты.

Цзян Сю ответил:

– Ааа… у Божества нет времени!

Если бы это был прежний Цзян Сю, он бы подпрыгнул на 3 фута от

счастья и назначил ей встречу не зависимо от обстоятельств, но в этот

раз он категорически отказался.

У Цзян Сю действительно не было времени. Он хотел

совершенствоваться. И теперь, когда в его тело вошло немного духовной

силы, он снова хотел ступить на путь совершенствования к бессмертию. Во

внешнем мире было мало духовной силы, поэтому он мог извлекать ее только

из линии рода.

Он хотел вызвать пробуждение Линии Рода!

На том конце провода снова повисла тишина.

Чэн Линсу уже приехала в ресторан «Тысячу Перьев и Надежд». Она

никогда не думала, что Цзян Сю откажет ей, причем так твердо. С самого

начала, когда она позвонила, Чэн Линсу почувствовала его холодное

отношение к себе. Ее и вправду утомляла его страсть, когда бы она ему ни

позвонила, но сегодня было все по-другому.

– Я не займу у тебя много времени, минут пять.

Сказав это Чэн Линсу почувствовала себя странно.

«Почему это мои слова… и тон такие, как- будто я умоляю его? Я сошла с ума?»

– Ты готовить умеешь? – спросил Цзян Сю.

Почему он спрашивает об этом?

В доме у благородной юной леди семьи Чэн было много слуг, вне

дома было много гостиниц высшего уровня. Так зачем ей учиться готовить?

– Нет! - ответила она сразу.

– Так, готовить ты не умеешь, а стирать? – снова спросил Цзян Сю.

Дома были слуги, были и химчистки, юная леди Чэн Линсу никогда не

надевала одежду трижды, так как после второго раза она становилась

историей.

Ммм. Что-то не так!

Юна леди Чэн была проницательной и тотчас же поняла, что не так.

Все, о чем спрашивал Цзян Сю, она не умела. Она не умели ни готовить, ни

стирать. Это было то, что больше всего не любила школьница. Не говоря

уже о том, что она чувствовала, что ее игнорируют и даже смотрят

свысока, она быстро отреагировала:

– Естественно, я могу. Зачем ты об этом спрашиваешь?

Цзян Сю заметил кучу нестиранного нательного белья, лежащего на кровати и сказал:

–Хорошо. Где встретимся?

– Тысяча Перьев и Надежд, шоссе Бэйтан.

– Божество прибудет вовремя

Поскольку служанка сама себя предоставила, ему не надо было об этом волноваться.

В ресторане «Тысяча Перьев и Надежд» Чэн Линсу спокойно сидела и

маленькими глотками попивала кофе из чашки, стоявшей перед ней. Степень

ее влияния в школе была довольно высока, многие ее знали. Поэтому она

назначила встречу в этот раз в ресторане на шоссе Бейтан, что находился в

двадцати минутах езды на автобусе от школы, чтобы не столкнуться с

другими учениками или знакомыми.

Хоть он и уехал на три тысячи лет, это было место рождения Цзян

Сю, и он тут жил. Действительно, невозможно, чтобы божество Сю

потерялся. Через двадцать минут он вошел в ресторан «Тысяча Перьев и

Надежд».

Девушка заметила его и помахала рукой цвета снежно белой лилии.

– Иди сюда!

Цзян Сю слегка кивнул, он был совершенно спокоен.

Он больше не сердился, а также не чувствовал обиды.

– Ты пришел!

Цзян Сю сразу сел прямо напротив нее с величественным видом:

– Божество дал слово, и естественно я, Цзян Сю, пришел.

Он удобно расположил сумку под столом. Чэн Линсу слегка улыбнулась.

– Что будешь есть?

Цзян Сю ответил:

– Гость должен следовать пожеланием хозяйки. Если ты попросила меня сегодня прийти, значит, тебе нужно обсудить что-то важное?

Чэн Линсу подумала, что его манера разговора образованного человека была нелепой.

«Ты все еще используешь древний язык? Ты это делаешь, чтобы

привлечь мое внимание, потому что твое поведение вызывает у меня

любопытство? Ты слишком наивен.»

– Ваш заказ.

Чэн Линсу передала ему меню. Это был стейк-ресторан и его блюда

нельзя было сравнить со стейками, продававшимися в уличных ларьках за

несколько монет. Это был один из ресторанов высшего класса в городе, и

повара были французами.

Цена за стейк из вырезки - 1888 юаней!

Чэн Линсу знала, что расходы Цзян Сю на проживание составляли

всего триста юаней в месяц Другими словами, если бы он не ел и не пил

полгода, то тогда смог бы позволить себе съесть этот кусок стейка. Она

даже добавила:

– Не беспокойся о деньгах, я заплачу!

Это была неприкрытая насмешка!

Лицо Цзян Сю ничего не выражало.

– Хорошо. Я закажу комплексный обед А.

– Один комплексный А и В, спасибо, - вежливо сказала Чэн Линсу официанту

– Окей. Подождите минуточку.

– Ты же мне позвонила сегодня не для того, чтобы пообедать, так ведь? – произнес Цзян Сю.

В прошлой жизни обед вместе девушкой, сидящей напротив, был откровенной роскошью для него.

– Я слышала, что ты сегодня набедокурил в школе, избив директора

по работе со студентами, учителя Вана и даже серьезно его поранил.

На самом деле она специально отправила кое-кого взглянуть на раны директора Вана.

Ему наложили двенадцать швов на голову, у него было сотрясение

мозга и несколько сломанных ребер, не считая синяков по всему телу.

Этого было достаточно, чтобы классифицировать действия Цзян Сю как

преступление.

– Угу! – признался Цзян Сю.

Чэн Линсу нахмурилась:

– Ты думал о последствиях? Тебя не только исключат из школы, но тебя еще и посадят. Сроком от трех до пяти лет.

Цзян Сю продолжал молчать.

– Какой у тебя план? – все поведение Цзян Сю говорило о том, что ему было наплевать на это. И Чэн Линсу злилась, видя это.

«Кто воодушевил тебя на это безрассудство? Не наша ли семья?»

– Цзян Сю, ты не был таким в детстве… – Чэн Линсу хотела отыскать

и сказать хоть об одной из его сильных сторон, но, к сожалению,

действительно не смогла этого сделать. В конце концов, она же не могла

сказать, что «Ты довольно быстро бегал в детстве».

– Это последний раз, когда моя семья Чэн поможет тебе. С этого момента дороги наших семей расходятся».

– Давай прекратим наши отношения!

– Разорви помолвку!

Прошло семь лет с того момента, когда Чжан Хью впервые услышал эти

слова. Тогда он был в шоке. Он как будто лишился разума, а весь мир

окрасился в серые тона. Даже солнце померкло. Но сейчас он абсолютно

ничего не почувствовал.

После трех тысячелетий он приобрел очень много опыта. Его сердце

давным-давно полностью успокоилось. Когда-то Ченг Лингсу была очень

важна для него, он любил ее больше жизни. НО теперь он чувствовал к ней

лишь равнодушие. Если бы его спросили, для кого нет места в его сердце,

он бы определенно назвал ее имя!

Но за это время Ченг Лингсу очень сильно изменилась.

Заметив его хладнокровие, Ченг Лингсу очень удивилась. Она

думала, что он будет ее умолять или разозлится и заставит ее совершить

самоубийство вместе с ним. Но она никогда не ожидала, что он будет так

спокоен.

Ченг Лингсу сказала:

– Сейчас другие времена. Каждый имеет право самостоятельно выбирать жизненный путь и решать свою судьбу.

Глядя на эту красивую и жизнерадостную девушку, Чжан Хью

почувствовал, что раньше вел себя очень глупо, отдавая ей всю любовь и

получая взамен лишь равнодушие и бессердечие. Также он понял, что глупо

было жертвовать своими родителями.

– Разумеется, наше семейство Ченг компенсирует тебе этот ущерб.

Компенсация.

«Мой отец опустился, превратившись из крупного гражданского

чиновника в заключенного самого низшего ранга. Это его и убило. Моя мать

когда-то была элегантной светской дамой, а потом стала простой

продавщицей фруктов. Это так расстраивало меня, что мне было стыдно даже

смотреть в глаза друзьям и одноклассникам. И все это из-за вашего

семейства Ченг. Если вы действительно хотите компенсировать мне этот

ущерб, верните нам былую славу, почет, богатство и уважение – все, что

вы у нас забрали!»

«Но…сможете ли вы компенсировать…то, что нам пришлось испытать?»

«Ты ужасная женщина!»

Чжан Хью остановил ее:

– Это не угодно Божеству!

– Ты…

Ченг Лингсу порядком разозлилась. Она думала, его псокойствие

свидетельствует о том, что он смирился с ситуацией. Поскольку Чжан Хью

казался равнодушным, в глубине души она немного расстроилась. Но,

немного поразмыслив, она поняла: он не расстанется с ней так легко,

потому что близкие отношения с семьей Ченг сулят ему большие

перспективы. Такие, которые и не снились обычному человеку. Так что он

не бросит ее просто так.

– Чжан Хью, надеюсь, ты заметил, что я не люблю тебя.

Чжан Хью холодно рассмеялся. Если бы он услышал эти слова раньше, они бы ножом пронзили его сердце.

Ченг Лингсу снова посоветовала ему:

– Подумай об этом на досуге!

– Если заставлять любить насильно, любовь не продлится долго. Ты

тоже взрослый, поэтому тебе следует это понимать. Если ты переживаешь

насчет компенсации, не нервничай. Ты знаешь моего отца, он никогда не

обижал твою семью. Будь уверен, он поможет твоим родителям прожить

спокойную и мирную жизнь. Твоим дяде и тете больше не придется трудиться

в поте лица, продавая фрукты.

Официант принес заказ. Это был стейк-филе, настоящее французское

блюдо. Сегодня Чжан Хью собирался устроить Кровавое Пробуждение, а это

требовало сил и энергии. Поэтому стейк на обед – то, что надо.

Бесконечный путь бессмертной культивации никогда не пустовал. По

нему шли истинные культиваторы, очистители душ, чародеи, ученики школы

Инь и Янь… каждый из них выбирал свою дорогу, но всем были необходимы

духовные силы для освоения базовых навыков культивации. В его родном

городе духовных сил уже не осталось, он мог лишь немного зарядиться

энергией. А для того, чтобы устроить Кровавое Пробуждение и сделать

поток крови мощных, требовалось мобилизовать скрытый потенциал.

Эта форма культивации получила известность как Культивация Божества!

В соответствии с легендой, люди были потомками Богов, и в каждом

человеке текла божественная кровь. Но по прошествии веков поток

божественной крови стал постепенно иссякать. Ритуал культивации Божества

заключался в мобилизации внутренней энергии с помощью постепенного

укрепления потока божественной крови.

Первым этапом был этап пробуждения. Он был доступен на девяти

мифических уровнях. Если Кровавое Пробуждение было успешным, на свет

появлялось уникальное существо, представитель уникальной расы – без тени

сомнения, это существо принадлежало к Божественной расе. Каждое

движение руки или ноги этого существа отличалось необыкновенной силой и

скоростью. После завершения заключительных этапов Пробуждения, вновь

рожденное существо получало в дар сверхъестественные способности: полет,

телепортация и даже власть над погодой (умение контролировать ветер,

облака, огонь, вызывать грозу). Все это становилось возможным.

Чжан Хью с нетерпением ждал начала Кровавого Пробуждения и думал о

том, какие же способности божественных предков он сможет унаследовать. А

может быть, он сможет унаследовать сразу несколько способностей и стать

родоначальником абсолютно новой божественной расы?

Ченг Лингсу спросила:

– Ты хорошо подумал?

Чжан Хью ответил:

– Я не изменю своим словам. Это неугодно Божеству!

Ченг Лингсу ужасно разозлилась:

– Чжан Хью, в таком случае не надейся на помощь моего отца, если

попадешь в тюрьму. Конечно, тебе это не понравится, но я должна сообщить

тебе, что мой отец уехал за границу и вернется только через шесть

месяцев. К этому времени ты уже сядешь в тюрьму.

Чжан Хью слабо улыбнулся:

– Это правда?

Он поверил словам Ченг Лингсу. Ее отец часто ездил за границу. В

настоящий момент он активно занимался своими делами в городе, поэтому

версия Ченг Лингсу о его отъезде казалась вполне правдоподобной.

Что касается корыстолюбивой матери Ченг Лингсу, она всеми силами старалась отодвинуть помолвку дочери с Чжаном Хью.

– Мы уже в 12м классе, – счказала Ченг Лингсу, – Если ты попадешь

в тюрьму, ты пропустишь вступительные экзамены в колледж. Через пять

лет, когда ты освободишься, другие уже окончат колледж, а на тебе на всю

жизнь останется клеймо преступника. Какие перспективы тебе тогда

светят? Не позволяй чувствам влиять на твое решение и подумай обо всем

как следует…

Чжан Хью выслушал ее и кивнул. Если бы он услышал эти слова несколько лет назад, он бы без раздумий пошел на уступки.

– В твоих словах есть доля правды. Хорошо. Думаю, что Божество согласится разорвать эту связь.

Ченг Лингсу очень обрадовалась, услышав хорошие новости.

– Правда?

Действительно, кто угодно пойдет на уступки, чтобы избежать тюрьмы.

Чжан Хью кивнул:

– Неважно, что нас уже считают парой…

Сказав эти слова, он вынул из-под стола сумку и поставил ее наверх.

– Только нужно кое-что сделать для Божества!

– И что же? – с недоверием спросила Ченг Лингсу.

Она расстегнула молнию и оказалось, что сумка наполнена грязной,

неприятно пахнущей одеждой. Ченг Лингсу чуть не потеряла сознание от

этого запаха, быстро закрыв нос и рот. Она разозлилась:

– Чжан Хью, ты надо мной издеваешься?

– Постирай мою одежду! Ты никогда ничего не делала для этого

Божества. Это будет расценено как главная жертва с твоей стороны, ведь

ты пока еще моя невеста, – сказал Чжан Хью.

Услышав эти слова, Ченг Лингсу была немного тронута. Ведь, если

подумать, их связь была родом из детства, но даже простые дружеские

отношения между ними должны были скоро прекратиться. Она никогда ничего

для него не делала. Почему бы не постирать ему белье хотя бы раз в

жизни!

– Хорошо, обещаю тебе.

– Официант, еще стейк, пожалуйста. Нет, лучше давайте два, с

собой! – сказал Чжан Хью. Сегодня, чтобы провести ритуал обновления

крови, ему требовалось много сил, поэтому важно было не проголодаться.

Родители Ченг Лингсу торговали недвижимостью. Естественно,

девушка жила в роскошном частном доме. Вилла чудесно выглядела снаружи, а

интерьеры были отделаны с большим вкусом.

Ченг Лингсу вернулась домой. И когда она вышла на балкон с бельем, к ней подбежала служанка, тетя Ву.

– Я вижу, у вас грязное белье, позвольте помочь вам со стиркой.

– Прошу, позвольте мне сделать это самой.

– Но, младшая госпожа, вы ведь не умеете стирать.

– На этот раз все по-другому. Это конец старой жизни и начало

новой. Постирав эту одежду, я наконец-то порву с ним все отнощения, –

радостно ответила Ченг Лингсу.

Служанка тетя Ву так и не поняла, о чем говорила младшая госпожа,

поэтому не отказалась от своего намерения поучаствовать в стирке.

– Послушайте, младшая госпожа, вы хотите воспользоваться стиральной машиной или будете стирать вручную?

– Вручную, – проборомтала себе под нос Ченг Лингсу.

Вот видишь, Чжан Хью, как я благосклонна по отношению к тебе.

– Что?

На шум вышла очаровательная женщина в шикарной дорогой одежде. Служанка тетушка Ву объяснила ей:

– Мадам, младшая госпожа желает сама стирать белье.

Этой красивой женщиной была родная мать Ченг Лингсу, Сун

Хьяохонг. Она очень удивилась неожиданному желанию своей изнеженной

дочери и спросила:

– Сусу, что ты делаешь? Что за странное поведение?

Увидев такую грязную одежду, она еще больше поразилась. Это была школьная форма юноши, довольно изношенная.

«Моя дочь стирает белье одноклассника?» – Она побелела, как мел.

«Даже для меня, родной матери, она ни разу ничего не постирала.»

– Чья же это одежда? – спросила она вслух.

– Чжан Хью.

Сун Хьяохонг широко раскрыла глаза от удивления.

– Как? Чжана Хью? Правда? А почему ты стираешь его белье?

– Мама! – Ченг Лингсу крепок взяла мать за руку.

– Чжан Хью обещал, что оставит меня в покое! – радостно сообщила она.

– Как? Что ты сказала? Чжан Хью обещал разорвать вашу помолвку? – переспросила Сун Хьяохонг.

– Не может быть! Его семья что, рассудка лишилась?

Ченг Лингсу рассказала матери об их последнем разговоре. Сун

Хьяохонг очень обрадовалась. Ведь она изначально была против этого брака

и много раз ссорилась с Ченг Ханлином по этому поводу, но он упорно

настаивал на своем.

«Очень хорошо. Самые большие проблемы человек доставляет себе

сам. Под страхом тюрьмы его семья вряд ли откажется пойти на

компромисс.»

– Отлично. Нам больше не стоит бояться перспективы обрести нищего зятя из семьи Чжан.

Она тут же добавила:

– Но не стоит забывать об одном довольно деликатном деле. Только в

том случае, если Чжан Хью подаст письменное прошение, мы поможем ему

избежать наказания за нападение на того человека.

– Иначе мы ничего не сделаем.

– Понимаю, мама, – хихикнула Ченг Лингсу.

Мать ласково погладила дочь по руке, мокрой от белья.

– Наверное, за восемь поколений он получил немало достоинств, и вот теперь ему повезло: моя любимая дочь стирает ему белье.

Эта ночь была по-особенному мрачной. Над головой нависли занавесы

ночи и странный светящийся туманный слой появился на фоне луны. Инь Ци

было довольно сильно, и небо было заполнено черными облаками, которые

иногда мелькали от грома. Надвигалась гроза.

ГРОХОТ! Прогремело, как будто в небе открылась дыра. Молния непрерывно засверкала, пролился сильный дождь.

Вдоль горы поднимался надменный, властный силуэт. Каждый шаг его

был наполнен мощью. Свет молнии осветил его лицо, когда он поднял

голову, чтобы посмотреть в небо. На лице застыло серьезное выражение,

когда его аура поднялась ввысь Ночи Небесного Затмения.

Время, когда небеса покрыты темными тучами, – прекрасное время, чтобы пробудить родословную Божественной Расы.

Пробуждение Родословной зависело от Искусства Усовершенствования

Тела, и на Бессмертном боевом континенте было лишь несколько искусств по

совершенствованию тела, каждое из которых имело свои собственные взлеты

и падения. Несмотря на то, что Цзян Сю никогда не уделял этому много

внимания во время своего совершенствования, после беспрепятственного

перемещения в течение трех тысячелетий на Бессмертном военном

континенте, он собрал несколько секретных искусств, боевые навыки,

божественные искусства, сокровища и артефакты, их было слишком много,

чтобы сосчитать. Только для простых искусств по совершенствованию тела

было около ста тысяч ремесел.

Он уже вычислил в уме. Будучи нынешним Учителем Секты Ступивших

на Небеса, он, естественно, выбрал высшую технику Секты Ступивших на

Небеса, технику Неподвижного Небесного Наступления. Эта техника была

создана Старым Сумасшедшим из предыдущего поколения Секты Ступивших на

Небеса. Хотя он был сумасшедшим, он тиранил всех со своим Неподвижным

небесным наступлением и победил всех на небесах будучи вовсе

невооруженным.

Чем сильнее был противник, тем сильнее становился он сам. Такова

была догма Старого Сумасшедшего. Свирепо продвигаясь вперед, подобный

метод был вполне подходящим, чтобы разбудить его родословную.

«Рев!»

Из уст Цзян Сю раздался громкий рев. Его аура взлетела в небо,

переплетаясь с непрерывным грохотом молний. Казалось, что даже небеса в

этот день были встревожены силой Цзян Сю.

Закон, вернись к первоисточнику. Пустота, вернись ко мне!

Цзян Сю с презрением смотрел на мир. Еще до того, как он закончил

мистическое искусство, используя свою руку, кровь внутри его тела

начала циркулировать быстрее. Ему казалось, что он горит. Это напоминало

капли воды, падающие на горячую железную панель, когда дождь спадал на

его тело, превращаясь в шипящий пар. Гены Божественной Расы, скрытые в

его родословной, начали медленно активизироваться; те цепочки, которые

накапливали пыль в течение нескольких тысячелетий, начали открываться.

«Рев!»

Снова раздался рев сквозь горы и гром. Этот рев был более

экстремальным, чем предыдущий, и, казалось, прибыл из древней эры. Этой

пугающей ауры было достаточно, чтобы вселить страх в любого человека.

– Какая ужасная погода!

Черный Мерседес Бенц ехал по дороге к вершине горы. Шофер его был

низким человеком, носящим шляпу внизу. С ним, на задних сиденьях

машины, сидело несколько человек, но их не было видно, поскольку было

слишком темно.

«Рев…..»

Глаза Цзян Сю изменились. Из них стекала алая кровь. Вены на лице, шее, теле и руках непрерывно расширялись, ритмично пульсируя.

Началось пробуждение Кровавой линии!

«Рев. Рев.»

Цзян Сю закричал от боли, как античное чудовище.

– Такой страшный вой. Есть ли еще животные в горах?

Все те, кто были внутри машины, почувствовали, как их волосы встали дыбом, когда они услышали вой.

– Возможно!

Горы пробегали вдалеке, их тайны были бесконечны. Ранее в

новостях упоминалось, что в Нанкинском Рунде был найден леопард. Внутри

холма Цзиншань. Этот холм был довольно маленьким, поэтому многие люди

привыкли подниматься на него, чтобы закаляться. В результате двое

погибли и один человек оказался ранен до того, как леопард был наконец

был усмирен электрическим током. Это было действительно невообразимое

событие.

«Рев!»

Снова рев!

Цзян Сю почувствовал, как будто на его кожу объяло пламя. Все его

мышцы тела пульсировали, издавая потрескивающий звук, похожий на

фейерверк внутри его тела.

Он сжал кулаки и почувствовал бесконечную силу в своем теле.

«Какая это Божественная Раса?»

БУМ! Казалось, все его тело вдруг раскрылось, мир перед глазами

более не был таким как раньше – цвета стали ярче, звуки – яснее. Кровная

линия Цзян Сю пробудилась, но это была своего рода невиданная ранее

Божественная Раса. Единственным знаком, казалось, были черные глаза,

проявившиеся из родословной.

Он направил кулак к дереву перед ним и это тридцатиметровое дерево яростно затряслось, сбрасывая сноп листьев.

«Я никогда не слышал об этом раньше. Возможно, это новая Божественная Раса!

Существовали бесчисленные Божественные Расы, и у них не было так

называемой генетической изоляции. Другими словами, любая из Божественных

Рас могла спариваться друг с другом, и следующее поколение могло

обладать уникальными генами, что в результате приводит к тому, что

родословная Божественных Рас становилась более сложной.

«Эта сила не вредна!»

Старые деревья в глубине гор были, естественно, прочными, их

твердость была больше, чем у неряшливого металлургического завода на

городском рынке. Из его удара сформировался глубокий отпечаток кулака,

заставивший кору дерева проломиться. Такая мощь после только что

пробудившейся родословной была довольно полезна.

Пробуждение родословной использовало много энергии, поэтому он достал еду, которую он приготовил ранее.

Два стейка из филе стоимостью в тысячу восемьсот восемьдесят

восемь юаней за каждый, он не почувствовал себя сытым даже после того

как съел их.

Тогда Цзян Сю сел в позу лотоса и начал медитировать, чтобы осмыслить особенности его Божественной Расы.

Он был намерен как можно скорее пробудить Небесное умение своей Божественной Расы.

В это время на склоне горы раздавались звуки колес автомобиля,

раздавливающие камни. Машина поднималась в гору, и Цзян Сю почувствовал,

что это очень странно. В такой страшный день, а тем более ночью, как

мог кто-либо ехать на машине к вершине горы? Это было довольно опасно!

Пронзительная молния пронеслась вместе с грохочущим звуком! Молодежь в «Бензе» говорила:

– Чжу Тяньнань, неужели он так жесток, как говорят легенды?

– Он даже беспокоил дедушку, чтобы явиться лично!

Старик сказал:

– Согласно легенде, боевое дао и совершенствование Чу Тайнань

довольно высоки, и у него даже была сила, превосходящая силу обычных

людей. Он современник эпохи эксцентричности. К такому человеку вы можете

проявлять почтение, но никогда не может гневаться!

– Не опасно ли идти в гору в такую плохую погоду?

Шофер также сказал:

– Старик Тан, дорога становится все более скользкой. Там впереди,

похоже, будет павильон. Почему бы нам не дождаться, когда гроза

закончится, а затем двинуться дальше?

Старик пробормотал про себя и затем сказал:

– Хорошо!

Машина помчалась к павильону, люди, сидящие внутри, наконец, сошли.

– Здесь кто-то есть!

Четверо из них вошли в павильон и стремили свои взгляды на тело Цзян Сю.

– Хм?

Старик был изумлен, и даже двое мужчин за ним не срыли своего удивления.

– Что это? – спросил юноша, чувствуя себя озадаченным.

Старик ответил:

– Посмотрите внимательно на него, вы замечаете что-то необычное?

Молодежь посмотрела на Цзян Сю:

– Нет. Ничего необычного. Только это очень странно, что этот человек спал всю ночь в этом павильоне на горе во время грозы.

– Наблюдайте за его дыханием! – сказал старик.

– То есть? – Юноша поднял свои брови в форме мечей.

– Это один из видов древнего внутреннего метода

совершенствования. Многие внутренние методы культивирования древних сект

требуют особых климатических условий. Точно так же, как сегодняшняя

гроза. Если я не ошибся, он должен совершенствоваться прямо сейчас.

Молодой человек с любопытством подошел к нему, чтобы проверить

слова дедушки. Казалось, что на теле Цзян Сю была странная магнитная

сила, которая привлекла к нему весь окружающий воздух. Попытавшись

внимательно прислушаться, он даже заметил слабый крик грома среди

каждого вздоха.

– Удивительно. Действительно удивительно, – сказал старик. –

Такой молодой, а его внутреннее совершенствование уже настолько глубоко.

Возможно даже, что он может сформировать Истину Ци.

Цзян Сю медленно очнулся. Его открывшиеся черные глаза казались заумными и таинственными, как звездные небеса.

Старик, видя это, сказал:

– Прости, Маленький Друг, ты знаешь Чу Тяннаня?

Цзян Сю покачал головой. Это заставило Старого Тан почувствовать удивление:

– Иы не ученик Чу Тяннань?

Цзян Сю фыркнул, холодно говоря:

– Этот говнюк ничто по сравнению с моим Учителем.

В сердце Цзян Сю его покойный Учитель занимал очень важное место. Никто не мог сравниться с ним на Бессмертном континенте.

Шофер, стоящий за стариком, был очень поражен.

– Ты... Ты оскорбляешь Великого Учителя Чу!

Цзян Сю ухмыльнулся.

– Оскорбляю его? Это Божество уже высоко отозвалось о нем.

– Дитя, хотя у тебя тривиальные навыки, твой характер невелик. Я

вижу, что тебе только что удалось войти в начальную стадию Внутреннего

Культивирования. Но ты знаешь, какого уровня сейчас мастер Чу? Он на

стадии гроссмейстера. Возможно, он даже прорвался к следующему этапу.

Позвольте мне предложить вам совет. Оставьте свои замечания при себе и

не ведите себя так, как лягушка в колодце, квакая вслепую!

Цзян Сю улыбнулся:

– Разве?

Когда разговор становится неприятным, сказать еще одно слово -

это пустая трата дыхания. Цзян Сю закрыл глаза и подумал о своих делах.

В павильоне снова наступила тишина.

Примерно через десять минут гроза прекратилась. Эти люди ушли в

гору. Дорога ухудшилась, и оказалось, что на вершине произошел оползень,

из-за которого машина сильно дрожала, поднимаясь вверх.

«Ба-бах!»

Звук прорвался сквозь шину. Мерседес-Бенз стоимостью более трех

миллионов юаней внезапно повернулся в сторону. Горная тропа была

довольно узкой и с одной стороны она резко обрывалась вниз. Внезапно

машина вышла из-под контроля и ее бросило в сторону обрыва.

«Aaaaаа!!»

Люди в машине тревожно закричали.

«Старик Тан!»

«Дедушка!»

В этот момент они чувствовали только страх и отчаяние. Они поняли, что их ждет... Смерть.

Они полностью исчезнут из этого мира.

«Кто-нибудь, спасите нас!»

«Спаси нашу жизнь!»

Половина Бенза уже слетела со скалы, и в этот момент внезапно к

ним бросился человек. Он бросился по горным тропам, идя против горных

скал, а затем, точно, как божественный солдат, упавший с неба, он

схватил эту машину.

Сталкиваясь с ситуацией, когда их автомобиль вот-вот слетит с обрыва,

люди ощущают невероятное отчаяние. И даже если появится кто-то, чтобы

спасти их, их сердца по-прежнему будут испытывать это чувство. Ведь они

считают, это бесполезно. Неважно, кто пришел, он не сможет ничего

сделать.

Мерседес Майбах весил около полутра тонн. Добавив кинетическую

энергию автомобиля, даже группа людей не могла бы оттянуть машину назад,

не говоря уже о простом мальчике. Возможно, он упал бы со скалы вместе с

ними.

«Если бы это Божество не смогло вытащить даже эту ничтожную машину, что было бы с его лицом!»

– Aaaаа!

Божество Сиу взбушевало, казалось, его глаза плавятся, они

окончательно становились черными и выглядели очень ужасающе. Мышцы на

его руках настолько вздулись, что вены вырывались наружу. Божественная

сила внезапно взорвалась.

«Поглядите на это Божество!»

Люди внутри чувствовали, как машина резко остановилась, и изначально падающий Бенз теперь неподвижно парил в воздухе.

– Aaaааа!!

Наряду с этим ревом машина была поднята, словно Мерседес был легким, как перышко.

Люди внутри машины были совершенно ошеломлены. Возможно, они были

в ужасе, но, тем не менее, были совершенно ошеломлены невообразимой

сценой перед ними.

Грохот!

Передняя часть машины поднялась, а затем переместилась на горную

тропинку. Когда шины коснулись земли, на влажной почве образовалась

небольшая впадина.

– Мы ... Мы не упали?

Четверо человек в машине почувствовали, будто они очнулись ото

сна. Они тут же выкатились из машины, желая поскорее ощутить твердую

почву под ногами. И только они почувствовали ее, то осознали, что их

жизни были спасены.

Но то, что только что произошло, было по-прежнему слишком нереальным!

Цзян Сю положил руки за спину. В глубине ночи этот силуэт казался

таким необыкновенным. Когда передняя часть его одежды развевалась на

ветру можно было разглядеть стройность его тела.

Этот молодой человек действительно только что использовал свои руки, чтобы поднять машину?

Если бы не отпечатки от ладони на заднем бампере автомобиля, никто бы не поверил в происходящее.

– Спасибо, маленький друг, за то, что спас наши жизни!

Старик сразу же выразил благодарность. Что касается шофера, у которого были претензии к Цзян Сю, его лицо казалось смущенным.

– Это было слишком легко для меня!

– Я был слеп, когда принизил Маленького Брата, пожалуйста, прими мои извинения!

Цзян Сю вздохнул.

– Вождение автомобиля на горе опасно даже днем, не говоря уже о

грозовой ночи. Встречу с этим Божеством сегодня можно считать вашей

удачей. Теперь вы сами по себе.

Сказав это, Цзян Сю обернулся, собираясь уйти. Старик бросился кричать:

– Мистер, пожалуйста, подождите секунду!

Он быстро догнал его и передал карточку:

– Хотя мы не можем отблагодарить Мистера за спасение наших

жизней, этого старика зовут Тан Чжэньшань, я имею некий авторитет в

городе Цзян.

В настоящее время в голове старика был беспорядок от всего случившегося. Неужели этот мальчик в самом деле был человеком?

Что же касаемо телохранителя, сопровождающего Тан Чжэньшань, он

вовсе и не понял, что произошло, так как не заметил отпечатков ладони на

машине. Он много лет следил за своим старшим офицером, но сегодня

впервые увидел такое ужасное боевое искусство. Он был основательно

ошарашен. Этой силы было достаточно, чтобы непосредственно стереть

человека в порошок.

Действительно страшно!

– Тан Чжэньшань?

Цзян Сю почувствовал, что это имя было немного знакомо, когда он взял карточку.

Тан Чжэньшань сказал:

– Мистер, мне интересно, кто ваш учитель? Ему удалось

культивировать такого шокирующего эксперта, как вы. Боюсь, вы должно

быть, уже достигли стадии Грандмейстера Жесткой Культивации.

– Грандмейстер Жесткой Культивации может сделать то, что совершило это Божество сейчас? – спросил Цзян Сю.

Тан Чжэньшань кивнул.

– Говорят, Грандмейстеры Жесткой Культивации достигает вершины

силы своего материального тела и являются существами, которые стоят в

стороне от людей. Они могут легко поломать стальной нож голыми руками и

взорвать стену одним ударом!

– Мощная сила, которую проявил господин Мистер, это то, что могут сделать только грандиозные мастера Великой Культивации.

Причина, по которой Старик Тан считал, что Цзян Сю был

Гроссмейстером культивации заключалась в том, что он считал, что сила

Цзян Сю проявилась в результате жесткой культивации навыков. В противном

случае это не было бы столь внушительно.

Цзян Сю еле-еле улыбнулся. Как может Трудное Искусство

Культивирования сравниться с культивированием Божественности? Но

поскольку они видели, как он использовал силу своего тела, это было не

удивительно, что они неправильно поняли.

– Этот Мистер тоже человек из города Цзян?

Цзян Сю кивнул.

– Цзян-Сити, Цзян Сю!

Тан Чжэньшань был по натуре разговорчивым. С тех пор как он

встретил этого исключительного юношу, намерение подружиться с ним уже

родилось в его сердце. Этот ребенок должен был встать как комета,

возможно, его достижения даже превзойдут Чу Тяннан.

Тан Чжэньшань сказал с беспокойством:

– Мистер Цзян, я не буду скрывать этого от вас. Причина, по

которой этот старик поднимается в гору в такой дождливый день, - увидеть

Великого Учителя Чу.

– Один из моих врагов вернулся из-за границы и пытается создать

мне сложности. Это произошло так внезапно, что я ни к кому не мог

обратиться и могу лишь подняться в гору, чтобы попросить помощи Великого

Мастера Чу. Великий Учитель Чу живет в уединении на вершине этой горы!

После проливного дождя на горе случалось множество оползней,

следовательно, было трудно ехать туда на машине. Если бы ситуация

повторилась, Цзян Сю не спас бы вновь.

– Могу ли я просить помощи господина?

Но было ли легко просить помощь Божества Сиу?

Когда Цзян Сю собирался ответить, два силуэта быстро показались с

вершины холма. Они пересекали по четыре метра за один шаг, столь же

гибко, как ласточки.

– Хахаха. Я пытался угадать, кто это, так это старый отец Тан Чжэньшань.

Как только человек сказал эти слова, эти люди как раз к ним

спустились. Это были двое стариков в возрасте шестидесяти лет, со

здоровыми крепкими телами.

– Великий мастер Чу!

Мужчина справа в костюме Тан был Великим Мастером Чу, Чу Тяннан.

Его фигура была хорошей, а взгляд смышлёным. Он обладал уровнем

гроссмейстера. У человека рядом с ним были мускулистые руки и ноги,

сдержанная аура, которая к счастью или несчастью казалась очень обычной.

Тан Чжэньшань был удивлен.

– Я…

– Я уже знаю дела старого отца, поэтому специально пригласил

моего близкого друга Лю Чжэнцзюня защитить старого отца Тан от обид.

Вид у Великого Мастера Чу был таким спокойным, как весенний ветер.

– Замечательно!

Тан Чжэньшань был очень доволен. Он задавался вопросом, как

подняться на холм, а тут Великий Мастер Чу спустился лично, да еще и

привел другого гроссмейстера в качестве помощника.

– Кто этот маленький друг? – Взгляд великого мастера Чу упал на Цзян Сю.

Чтобы избежать неудобств Тан Чжэньшань прямо сказал:

– Это г-н Цзян Сю, друг, которого я попросил пойти со мной. Его

сила тоже довольно хороша. В сотрудничестве с вами тремя, я считаю, что

сегодня мы будем в безопасности.

– Юноша?

Взгляд великого мастера Чу пронесся сквозь Цзян Сю. В его глазах

вспыхнуло презрение. Боевое совершенствование могло накапливаться только

с течением времени, и кроме того, что он за личность? Как он мог быть

помещен на том же уровне, что и мальчик?

– Давайте с нами. Подождем, пока противник пожалует!

Дом семьи Тан был расположен на самой плодородной земле

Цзян-Сити. Он стоял между горами, и солдаты патрулировали с обеих

сторон. У этих солдат даже были при себе автоматы. Только тогда Цзян Сю

вспомнил, что это за персонаж Тан Чжэньшань. Он был старшим офицером

высшей армии в Цзян-Сити.

Поскольку его личность была настолько высокой, его оппоненты

отнюдь не слабее. Неудивительно, что они просили помощи гроссмейстера.

Весь путь в военный комплекс и даже дверь в конспиративной

квартире охранялись солдатами. С дежурными снаружи и теми, что были

скрыты, тремя оборонительными линиями снаружи и тремя оборонительными

линиями внутри, было по крайней мере двенадцать отрядов. Несмотря на то,

что защита была так сильно укреплена, старый отец Тан все еще

беспокоился.

– Старый Отец может успокоиться. С гроссмейстером Лю и мной никто не сможет ступить в этот двор!

Цзян Сю много раз метался этой ночью, поэтому он действительно немного устал. Он сказал:

– Старик Тан, предоставьте мне комнату, я немного устал.

– Мистер, пожалуйста, проходите на эту сторону!

Внук старика Тана, Тан Уэнкэ направил Цзян Сю в гостевую комнату.

– Старый Отец, что за история с этим парнем? – спросил Великий

Учитель Чу, – простите меня за грубость, но Боевое совершенствование -

это одинокий путь, и нельзя полагаться на других. Ему нужно время для

отшлифовки. Кто знает, откуда этот юноша? Старый Отец не должен быть

обманут.

Лю Чжэнцзюнь согласился.

– Я не мог почувствовать даже немного внутреннего дыхания в его

теле. Скорее всего, он знает только несколько инородных искусств. Почему

бы нам не проверить его, действительно ли он способный?

– Это было бы совершенно неуместно! – сказал Старик Тан.

Великий Учитель Чу посмотрел на Лю Чжэнцзюня.

– Старый Отец, если вам действительно нужно попросить кого-нибудь

о помощи, почему вы сначала не приехали к нам? Для нас работать вместе с

этим юношей несколько сложно…

Старый Тан показал огорченное лицо.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но, поскольку человек уже пришел, если я скажу ему уйти, не будет ли это...

– Гроссмейстер Лю, похоже, сегодня мы слишком надоедливы.

Сказав это, они вдвоем неожиданно собрались уйти.

Лицо Старика Тана стало мрачным.

– Гроссмейстеры, пожалуйста, подождите секунду.

– Я попрошу мистера Цзяна уйти.

Чу Тяннань и Лю Чжэнцзюнем были выдающимися Гроссмейстерами

Культивирования, куда более жесткими и властными, нежели другие. И

старый отец Тан Чжэньшань отчетливо понимал в своем сердце, кому он

должен был придавать предпочтение.

Тем не менее, он тоже был растерян. Если Цзян Сю действительно

был гроссмейстером, то это было прекрасно, поскольку он мог использовать

предлог, чтобы попросить его уйти. В конце концов, с такой личностью,

как Тан Чжэнцзюнь, никто бы не осмелился спорить. Но Цзян Сюй спас их

жизни. Он был для них спасшим жизнь благодетелем!

– Гроссмейстеры, это будет крайне плохо выглядеть, - начал Тан

Чжэньшань. – Мистер Цзян недавно спас наши жизни. Прогнать сейчас его

непростительно. Я скажу кому-нибудь охранять дверь его комнаты, чтобы,

когда придет время, он оставался внутри!

Изгнание спасшего их жизнь благодетеля было не очень хорошей

идеей. Чу Тяньнань и Лю Чжэнцюнь смотрели друг на друга, и хотя их лица

выражали недовольство, они кивнули.

Тан Чжэньшань, наконец, расслабился.

– А'Донг, ты справишься с этим. Охраняйте дверь комнаты, в

которой находится мистер Цзян, не позволяйте ему выйти, когда придет

время.

A'Донг был шофером автомобиля.

– Да!

Он ответил кратко.

– Враг в этот раз весьма жесток, поэтому пусть он останется в комнате, - сказал Чжу Тяньнань.

Сказав это, он рассмеялся, насмешка была очевидной, в его словах слышалось злорадство.

Его близкий друг Лю Чжэньшань также беспомощно покачал головой.

– Он, естественно, не может сравниться с Великим Учителем Чу.

Даже если Цзян Сю спас жизнь таким шокирующим ходом, подняв целый

автомобиль, А'Донг ясно понимал, что доброта была добротой, а сила была

силой. Он согласился с тем, что Цзян Сю обладал огромным потенциалом,

но он еще очень сильно отставал по сравнению с Чу Тяньяном.

Дойдя до дверей, за которыми находился Цзян Сю, он встал на стражу.

Он собирался четко выполнить указания Старого Отца и не позволить

Цзян Сю сделать и полшага за пределы комнаты, чтобы Великий мастер Чу и

Великий Мастер Лю не почувствовали себя оскорбленными.

И в это же время сам Цзян Сю неожиданно заснул! Его родословная

пробудилась, он вошел в первую стадию мифического царства Пробуждения,

которое истощило его из-за большого потребления ци и крови. Вполне

возможно, что он заснул, как только он лег на кровать.

Он спал точно ребенок, даже порой храпел. Когда храпы дошли до

ушей А'Донга, на его лбу появились вены. Он действительно заснул.

Гроссмейстеры все еще не спали, сидя в кресле, скрестив ноги, и если бы

Цзян Сю не был их спасителем, А'Донг бы немедля его бы проучил.

Разве ты пришел сюда не для того, чтобы защитить Старого Отца?!

Прошло время, наступило раннее утро. Внезапно в тихом военном

комплексе раздался крик. Все проснулись. Вскоре раздались звуки

стрельбы. Глаза Цзян Сю внезапно открылись, сцена, которую он увидел,

любого бы привела в ступор.

В окнах комнаты и уже даже на полу ползали лазурные змеи всех

размеров. Несколько десятков из них пробирались вперед, оставляя на

земле серебристый след.

Если бы это были обычные змеи, они давно бы испугались. Однако, видя Цзян Сю, они агрессивно шипели.

«Ядовитые змеи? Они даже обучены!»

После того, как эти ядовитые змеи ясно увидели Цзян Сю, они

наконец испытали страх. Да, это был страх, потому как они чувствовали,

что человек перед ними был отнюдь не обычным.

«Враг прибыл?»

Цзян Сю проигнорировал этих скользких существ. Он сам был для них

куда ядовитее, чем они для него. Он встал, ядовитые змеи быстро

отступили назад, как будто пытаясь избежать крайней опасности, отступая в

угол и выползая обратно в окна.

Цзян Сю открыл дверь и обнаружил, что А'Донг стоял на страже снаружи, рукой держась за ручку, не позволяя ему открыть дверь:

– Мистер Цзян. Для вашей безопасности, пожалуйста, оставайтесь в комнате. Будьте уверенны. Ничего с вами не случится!

– Каковы ваши намерения?

Он пришел на помощь, враги прибыли, так почему же они заставили его оставаться в комнате?

А'Донг засмеялся.

– Ничего такого. Вы наш уважаемый гость, так как мы можем

позволить вам столкнуться с опасностью? Пожалуйста, подождите в номере

для вашей же безопасности. Великий Учитель Чу и Великий Учитель Лю скоро

решат проблему.

Сказав это, он закрыл дверь.

Щелк! Она была закрыта!

Оборона военного комплекса была строгой, но постепенно рухнула под натиском ядовитых змей. Все охранники были выведены из строя.

Будь он достаточно ярким, можно было бы увидеть, что слой зеленого тумана покрыл все небо.

И в этом тумане большими шагами шел человек.

– Тан Чжэньшань. Сегодня настанет ваше смерть!

Его голос был ледяным, заставляя кровь всех его слышащих людей похолодеть.

– Лин Чжэньбэй!

Тан Чжэньшань побледнел, когда увидел человека. Он вступил в

армию в детстве, занимался военными делами на протяжении всей своей

жизни, и даже он не знал, сколько раз возвращался с края жизни и смерти.

Его сердце уже давно стало таким же крепким, как сталь, но когда он

увидел этого человека, он почувствовал страх.

– А вот и ты!

Раздался голос из далека. Чжу Тяньнань выбежал из дома, слева от двора. С ругой стороны, правой, показался Лю Чжэнцзюнь.

Два великих гроссмейстера!

Взгляд Лин Чжэньбэя прошелся по ним, и он издал дикий смех:

– Они... Потому ты так уверен?

Его аура возрастала с каждым сделанным шагом.

– Хахаха ....

Чжу Тяньнань нарочито засмеялся, указав на него пальцем:

– Лин Чжэньбэй. Самая большая ошибка, которую вы совершили в

своей жизни, было то, что вы стали врагом Отца. Самое глупое это то,

что, поскольку вы видели меня, Чжу Тяньнань, вам не спастись.

– Почему ты говоришь с этим отбросом? Просто избей его!

Лю Чжэнцзюнь взелел, поднимаясь, как перо, и приземлился на землю

с огромным импульсом. БУМ! Он топал по земле изо всех сил, заставляя

каждую черепицу на полу струиться, как морские волны.

– Какие ничтожные шаги!

Лин Чжэньбэй посмотрел на волнующийся пол и поднял правую ногу,

топнув ею в ответ. Бестелесная энергия бросилась навстречу, с треском

сталкиваясь с ней.

На полу появилась огромная дыра, воцарился беспорядок, в воздух

поднялось облако пыли. В дыму Лин Чжэньбэй уже бросился вперед,

замахиваясь ослепительно белым кинжалом. Пораженный, Чу Тяньтань нырнул,

избегая атаки.

И тут же Лин Чжэньбэй оказался рядом с Лю Чжэнцзюнем. Кинжал окрасился кровью, став выглядеть ужасающе и даже злобно.

– Подлец!

Лю Чжэнцзюнь проклинал в ярости, но был слишком шокирован.

Скорость противника была невероятной. Они были на дистанции двадцати

метров, но все же этот человек сблизился с ним в мгновение ока и даже

нанес удар!

– Ммм?

Лин Жэньбэй почувствовал сильный ветер, исходящей со стороны. Он

странно замахнулся кинжалом в руке, заставив его искривиться, и лезвие

направилось точно в сторону движущегося на него кулака Чу Тяньтаня.

Гроссмейстер обладал ужасающим ударом, так что даже если это был кинжал, он не мог нанести ему вреда.

Однако, в это время тело Лин Чжэньбэя странно переместилось в

сторону, заставив его кинжал избежать кулака и коснуться внутренней

стороны запястья.

Визг! Кинжал нанес удар, показалась темно-алая кровь..

Кулак же, не меняя своего курса, ударил Лин Чжэньбэя под ребра.

Этого нападения было достаточно, чтобы вывести его из строя, но на лице

Лин Чжэньбэй появилась странная улыбка. Его талия вдруг стала мягкой,

как змея, и искривилась. Кулак Чу Чаннан не достиг цели и пронесся мимо.

Лин Чжэньбэй с гордостью посмотрел на свой кинжал, раскрыв в себе

безрассудную страсть. Он был увлечен своими навыками режущего лезвия, а

также любил танцы и искусство.

– Ты…

Наряду с этим голосом из темноты дома медленно выходил силуэт. Под

тенью это выглядело очень странным. Его лицо было невыразительным, когда

его глаза спокойно проносились по Чу Тяннану, лежащему вдалеке в луже

крови.

– Это ты!

Чжу Тяньнань мог ясно видеть, что тот, кто пришел, был Цзян Сю, и

он ему не понравился. Тан Чжэньшань также смотрел на Цзян Сю, чувствуя

себя несколько неловко. Разве я не сказал А'Донгу задержать его?

К тому времени показался и А'Донг:

– Старый Отец, он...

Он был ошеломлен сценой перед глазами, прежде чем смог закончить

свои слова. Лагерь был заполнен мертвыми солдатами, некоторые висели на

деревьях, другие лежали на земле, некоторые даже на лестницах и в окнах.

И Чжу Тяньнань, которого он так почитал, и гроссмейстер, которого

он привез с собой, Лю Чжэнцзюнь, оба были при смерти, лежащие посреди

луж крови.

Они проиграли! Это было сокрушительное поражение!

– Э..Это ... Как это возможно?

Лин Чжэньбэй заблокировал путь Цзян Сю с кинжалом в руке, кровь

капала по земле. Темные облака покрывали луну, и небо стало черным, даже

ветер, казалось, замерз.

– Извините.

Цзян Сю поднял ногу и двинулся вперед.

Между Лю Чжэньбэем и ним был всего метр. И Цзян Сю сделал еще

один шаг вперед, приближаясь к Лин Чжэньбэю. Лин Чжэньбэй наблюдал,

ожидая возможности атаковать.

И вдруг Цзян Сю стал быстрее.

Лин Чжэньбэй был поражен. Его взгляд был устремлен на плечи

оппонента, потому что независимо от того, насколько быстрыми были

движения человека, их последующие движения можно было предсказать,

наблюдая за их плечами.

Правое плечо Цзян Сю ушло назад, когда его левое плечо двинулось вперед.

Лин Чженьбэй усмехнулся. Его самым сильным элементом была не

быстрая скорость его кинжала, и даже не его гибкое тело, скорее, это был

его проникающий взгляд. Обнаружив возможность, он немедленно двинулся

влево.

Но он не ожидал, что он будет ослеплен последующей сценой.

Цзян Сю уже приблизился менее чем на полметра. Его кинжал

двинулся вперед, чтобы поприветствовать его, готовясь нанести ему удар,

но Цзян Сю внезапно бросился вперед.

Если он не отступит, они столкнутся друг с другом.

Лин Женьбэй рассердился, но все же нанес удар кинжалом.

Тело Цзян С совершило хитрые движения. Это было настолько

незначительно, что никто не ощутил его действий, но Линь Женьбэй

чувствовал, что каждое из вражеских движений было нацелено на его слабые

места, как будто он предсказывал каждый из его ходов.

Все это, казалось, происходило без каких-либо движений, это чувство было действительно невообразимым.

Он не смог его убить, и Цзян Сю прошел мимо.

Глаза Лин Женьбэя широко раскрылись, как будто его мозг был

поражен молнией, превратившись в сплошное месиво. Только когда Цзян Сю

добрался до Чу Тяннана, он понял, что Цзян Сю уже пересек его линию

обороны. В этот момент он был залит потом, его руки дрожали.

Сильный! Слишком сильный!

В этот момент он почувствовал сильное желание убежать отсюда, но

он не посмел. Его интуиция предупредила, что второе движение его врага

станет моментом его смерти.

Чу Тяннан также был потрясен в своем сердце. Этот маленький юноша

так решительно пересек оборонительную линию Лин Чжэньбэя. Страх смерти

заставил его сделать все возможное, чтобы выжить. И он потратил много

сил, чтобы сказать:

– Я... умоляю тебя... спаси меня.

Цзян Сю ухмыльнулся.

– Разве ты не проигнорировал это Божество и не сказал, что тебе не нужна помощь?

Эти слова глубоко ранили Чу Тяньнань.

Его взгляд стал отстраненным, когда в его глазах промелькнуло раскаяние. Чу Тяньнань с большим трудом закарабкался к Цзян Сю.

– Я был тем, кто был слепым...

– Я... я... умоляю тебя... спаси меня...

Цзян Сю сказал.

– Это Божество было заперто в комнате на три минуты. Если вы сможете выдержать еще три минуты, вы выживете.

БУМ!

Взгляд Чу Тяньнана затуманился, сердце замерло. На его теле было

множество ран. Вся его кровь должна была вытечь через минуту, не говоря

уже о том, что через три минуты, все, что от его останется – это труп.

– С-Спаси...

Чу Тяньнань бессильно ударил руками по земле. Его зрачки расширились от раскаяния, поскольку все следы жизни исчезли внутри.

– С-Спаси меня... Этот вопрос... не связан со... мной.

Лин Чжэнцюнь использовал свое последнее дыхание, чтобы сказать это.

– Это Божество будет делать, как и обещал. Осталось две с половиной минуты.

– На самом деле...нет…

Лин Чжэнцзюнь также выглядел бледно.

– Могу я спросить, кто этот сэр? – спросил Лин Чжэньбэй. – Почему

Сэр путается в этих грязных водах. Я Лин Чжэньбэй. Сэр, пожалуйста,

отпустите это и позвольте мне осуществить мою ненависть.

Цвет лица Чжэншань изменился от тревоги. Его сердце полно

раскаяния. Такой промах! Если я смогу выбраться из этого живым, я

определенно не буду оскорблять этого загадочного юношу. Если он будет в

гневе, моя жизнь исчезнет. Я могу только винить себя. Виновные

действительно заслуживают наказания. Он спас вам жизнь и даже принял

нашу просьбу о борьбе с врагом, и мы заставили его понести унижение. Это

действительно возмездие.

– Сэр…

– Потеряйся! – равнодушно сказал Цзян Сю. Лицо Лин Чжэньбэна было

неподвижно. Вспоминая прошлые методы Цзян Сю, он вздрогнул. Он даже не

осмелился произнести никаких слов и даже не взглянул на своего врага,

Тан Чжэньшаня, отступая назад. Его ноги стали как желе, заставляя его

выглядеть жалким.

– Хуух!

Тан Чжэньшань расслабился. Только сейчас он начал спокойно дышать.

Шофер, А'Дун, рядом с ним уже оцепенел. Лин Чжэньбэй, который так

легко убил Чу Тяньнана и Лю Чжэнцзюня, ушел подобным образом. Он был

испуган без ума от справедливого приговора Цзян Сю?

Разве это не значит, что этот Цзян Сю был сильнее Чу Тяньнана?!

К-Как это возможно?

Но испуганного лица Лина Чженьбэя было достаточно, чтобы все объяснить.

Тан Чжэньшань быстро вышел вперед: «Мистер Цзян. Мне не хватает

слов, чтобы выразить свою благодарность. Я, Тан Чжэньшань, никогда не

забываю ответить благодарностью. Как насчет награды за этих двух

гроссмейстеров? Десять миллионов!

В текущем 2008 году десять миллионов было значительной суммой.

Даже семейству с виллы Е Бинга принадлежало всего около трех. Этого было

достаточно. чтобы купить тридцать домов в Золотой зоне города Цзян.

– Если господин Цзян не удовлетворен этим, мы можем добавить еще!

– Цзян Сю спокойно двинулся в сторону Тан Чжэньшаня, по дороге поднимая

нож с земли. Тан Чжэньшань не знал, что он хотел сделать, и просто

наблюдал за ним, чувствуя себя неловко в своем сердце.

– Это Божество не хочет эти десять миллионов, Я хочу ваше...

– Aaaх!

Тан Чжэньшань внезапно закричал, точно как резанная свинья. Его

левая рука отлетела прочь, когда из оставшегося обрубка фонтаном хлынула

кровь.

– Старый Тан! – А'Донг был совершенно потрясен.

Его взгляд был полон страха и тревоги. Мускулы на лице Тан

Чжэньшаня болезненно дрогнули, когда холодный пот пропитал его тело.

Даже если результат был таким, он выдавил улыбку. Он был человеком и

имел одно из самых высоких воинских званий в городе Цзян:

– Большое спасибо... г-н Цзян за то, что он уберегли эту жизнь. Этот Старик заслуживает этого наказания.

Цзян Сю отбросил клинок и повернулся, чтобы уйти.

– Безопасного путешествия вам, мистер Цзян!

После того, как Цзян Сю полностью исчез из поля зрения, Тан

Чжэньшань больше не мог терпеть и упал на землю. А'Донг быстро

подскочил, чтобы поддержать его:

– Старик Тан, все будет хорошо... Доктор. Доктор…!

Тан Чжэньшань сказал:

– А'Донг. Помните одно. Моя рука была отрублена Лин Чженьбэем, а не Цзян Сю.

– Но почему? Очевидно, это было...

– Я боюсь, что они не смогут отличить правильные и неправильные дела. Г-н Цзян уже предоставил большую услугу.

– Хммм! Я запомню!

К тому времени, когда Цзян Сю вернулся в общежитие, туманная луна

ярко светила в небе. Стоило ему опустить на кровать, как он уснул. И в

сонном дыму кто-то коснулся его плеча.

– Вставай!

Цзян Сю открыл глаза. Туманная сцена перед его глазами стала

яснее. Это было красивое лицо. Аккуратные длинные волосы, собранные в

пучок наверху. Длинные брови, как два листка ивы, раскрывали

процветающий героический дух, редко встречающийся у женщин. Эти большие

глаза казались ясными, как вода в безмятежном озере, это сияние было

полное рациональности и мудрости. У нее был небесный нос в сочетании с

ее сексуальными губами.

Красота открыла глаза, чтобы выговориться.

– Что с тобой? Уже 9 часов утра, и ты все еще спишь в комнате в общежитии. Ты не хочешь идти в класс?

Цзян Сю очень устал.

– Это нагло с вашей стороны. Вы не смеете нарушить сон этого Божества.

Красота сморщила нос от гнева. Раньше она никогда не видела такого ученика. Она закусила губы и схватила постель, подняв ее.

– Вставай!

Ааах, она была действительно бесстрашна, чтобы поднять одеяло школьника.

В следующую секунду этот прекрасный учитель немедленно вернулся.

Было раннее утро, и это было подросток, переживший половое созревание,

так что этот приятель над туловищем был настолько высок, насколько мог.

Лицо прекрасного учителя сразу покраснело, когда она говорила с

ненавистью:

– Быстро, одевайся и выходи.

– Это Божество...

Цзян Сю собирался перевернуться, но потом вспомнил, что вернулся в

свой родной город. Более того, он был совершенно голый. Он наклонился,

чтобы посмотреть.

Божество Сиу немедля смутилось и сразу же укрылось одеялом.

Вы смеете шпионить за секретами этого Божества! Вы будете казнены!

Через десять минут Цзян Сю вышел из комнаты общежития. Красавица

ждала в коридоре, глядя на него, как тигр, наблюдающий за своей добычей.

Кроме Цзян Сю, еще десять учеников стояли на улице. С ними

присутствовал Ян из соседней комнаты общежития. Каждый из них опускал

голову, точно так же, как делали это дети начальных классов.

– Посмотрите на себя. Вы точно студенты? Солнце уже поднялось, а

вы все еще спите, как свиньи. Что именно вы хочешь, чтобы я написал в

оценке, когда вы выпуститесь?

Ее тон был крайне суров.

Цзян Сю был озадачен. Кто эта женщина? Почему все так ее боятся?

– Кто она?

Ян спокойно натянул рукав:

– Начальник отдела боевых искусств, спортивный тренер, Гу Си!

«Так это она!»

Помимо литературы, были также специализированные студенты. И

одной из этих специализаций было боевое искусство. Это был довольно

нетипичный стандарт, и в нескольких школах не было боевых искусств как

предмета. Но этот учитель был невероятен. Хотя в школе было много

королевских кампусов, она была единственным красивым учителем. Более

того, даже ее личность была необычной. Она была выходцем из легендарного

военного подразделения, боевого полка дракона. Город потратил много

усилий, чтобы добыть ее и специально устроил преподавать в лучшей

средней школе города Цзян, второй по величине.

Из-за ее прибытия лидер города и школьный лидер придавали большое

значение боевым искусствам, надеясь, что некоторые из первоклассных

студентов будут привлечены, особенно в университете в Имперской столице.

И кто из учителей боевых искусств не был жестоким или сумасшедшим?

Добавьте к этому ее влиятельную личность, даже директор по делам

студентов был никем перед ней. Неудивительно, что все были так напуганы.

В прошлом взаимодействие Цзян Сю с подразделением боевых искусств

было нулевым. Хотя он уже видел эту прекрасную учительницу, он просто

ничего не мог вспомнить.

«Так это был учитель!»

Подумав о своей ранней реакции, Божество Сью покраснело от стыда

подсознательно, когда он застыл во внимании. Он ругался в уме: «Даже

если вы учитель, ваша смелость - это что-то. Так как вы учитель, разве

вы не должны думать перед тем, как действовать? Из-за вас на этом

Божестве нет лица!»

Хи Ян сказал робко:

– Сегодня соревнование. Было решено, что наш класс поедет туда поддержать ребят.

– Так хлопотно.

Заметив, что Цзян Сю шепчется с одним из учеников, которых она

предупредила, холодный слой мороза, казалось, накрыл прекрасное лицо

учителя. Она подошла большими шагами. Цзян Сю чувствовал слабый, нежный

аромат, заставляющий его смотреть в изумлении. Демон Гу Си уже смотрел

на него ледяным взглядом.

Лицо Цзян Сиу разогрелось.

– Это Божество не делало этого нарочно!

Этот мальчик коснулся больной темы. Ледяное выражение Учителя Гу

Си стало совершенно неестественным; она повернулась к остальным и

сказала:

– Сначала вы отправитесь в здание боевых искусств. Цзян Сю, ты останешься.

Услышав, как дьявольский учитель сказал, что они могут уйти, им казалось, что они получили амнистию.

Одноклассник Цзян Сю, ты хороший человек. Это потрясающе, что вы берете на себя всю вину.

В мгновение ока все из них, включая Хи Яна, убежали. Никто не остался позади, чтобы сопровождать его по этому огненному пути.

Цзян Сю ругал их. У этой паршивой группы не было даже малой

лояльности. Они осмелились отказаться от этого Божества таким образом.

Как только все ушли, Гу Си подняла свои гибкие брови, ее глаза, похожие на феникс, демонстрировали достоинство.

– Цзян Сю, ты ребенок из скромной семьи. Это редкая возможность

поступить в известную Вторую по величине школу. Почему ты этого не

ценишь? Это ленивое отношение приведет к тому, что ты забросишь учебу.

Цзян Сю почувствовал отвращение к ее резкой критике. Он нахмурил брови:

– Вы не будете оскорблять это Божество за то, что оно один раз

проспало, верно? Вы понимаете фразу «Люди не святые, как они могут не

иметь недостатков»?

– Вы не можете просто использовать палку для битья и должны дать этому Божеству возможность исправить ошибку.

Гу Си не ожидала, что этот мальчик не проявит к ней никакого уважения. Вместо этого он даже рассуждал. Она сказала:

– Просыпающие без всякой причины просто не проявляют уважения к учителю...

Цзян Сю засмеялся.

– Какая связь между неуважением к учителям и учебой? Вам не нужно

ничего говорить. Причина, по которой мы приходим в школу, естественно,

не для учителей, а для вас самих.

– Ты…

Гу Си онемела.

Цзян Сю продолжил:

– Возвращаясь к нашей главной теме, это Божество очень уважает Учителя Гу Си, уважает вас от всего сердца.

Он уже сделал это ранее в качестве приветствия.

– Если учитель все еще недоволен, я гарантирую, что буду уважать вас вдвойне!

– Прекрати зубы мне заговаривать, – предупредила Гу Си. – Я видела студентов хуже тебя.

В этих словах можно было почувствовать слабый угрожающий тон.

– Это Божество - хороший ребенок»

Гу Си мог понимала, что Цзян Сю в ее глазах был просто хитрым лисом. Ее благоговение как учителя на него никак не повлияло.

– Цзян Сю, я уже слышала о вчерашнем деле. Независимо от того,

как ты относишься к директору по делам студентов, ты только принесешь

себе проблемы, если будешь действовать таким образом передо мной.

Сегодняшний вопрос не решен!

Был ли это учитель или босс женской мафии? Она угрожала ему так прямо.

– Пойдем со мной в здание боевых искусств.

Гу Си пошла вперед, и Цзян Сю последовал за ней. Его взгляд,

естественно, упал на ее зад. Талия Гу Си была довольно тонкой, а ее

ягодицы обладали изящными изгибами и имели хороший размер. На ней были

белые туфли на невысоком каблуке вокруг идеальных икр; она обладала

фигурой модели.

– Удачи! Ты можешь это сделать…!

Голоса аплодисментов можно было услышать, выходящие изнутри

далекого здания боевых искусств. Сегодня проходило зачетное

соревнование. Зачеты были значимыми для специально набранных студентов

боевых искусств, поскольку это был единственный критерий для них.

Они вошли в здание боевых искусств. Все ученики классов уже

присутствовали там. Двенадцатый класс сильно нервничал из-за учебы. Они

сумели получить свободное воскресенье с такими большими трудностями, но

их притащили сюда, чтобы поддержать тех, кого они не знают.

Е Бинг и Лю Сяоюнь, естественно, тоже были здесь, причем в первом

ряду. Так было устроено, симпатичные девушки сидели впереди. Это также

имело смысл, поскольку вызывало напряжение, скрытое внутри мальчиков.

– Постарайтесь!

Были знаки, надувные палочки и даже свечи.

– Как проходит конкурс?

Гу Си пошла вперед, чтобы спросить одного из студентов отдела боевых искусств, который наблюдал за матчем с мрачным лицом.

– Сяохай уже занял верх. – Студент отдела боевых искусств был очень взволнован.

Конкурс боевых искусств был очень провокационным. Они могли искренне бить друг друга кулаками и ногами.

«Бах, Бах…»

Прогресс битвы был интенсивным. Один шаг следовал за другим, когда они обменивались ударами.

На противоположной стороне юноша в белой спортивной одежде

серьезно смотрел матч на арене. Он был главным капитаном спорта города

Цзяна, а также учеником двенадцатого класса по имени Сит Шэн. Он был

самым сильным специалистом по боевым искусствам среди средних школ

города Цзян. Говорили даже, что он уже решил присоединиться к военному

подразделению.

Он даже мог войти в боевой полк дракона.

Хух!

После удара Сяохая последовал звук рассечения воздуха. Не видя

этого своими глазами было трудно представить, что студент средней школы

мог так ударить. Этот удар был устойчивым и стабильным, с прочной

основой.

Но и его противник также казался неустанным, делая смелые и мощные боксерские движения.

– Вес Сяохая составляет около 43 кг, а противник весит около 50

кг. Аналоги его ударов тяжелее чем у Сяохая, но его удары довольно

устойчивы. Как только сила противника будет исчерпана, бой будет окончен

Отдел боевых искусств в дальнем конце проанализировал ситуацию.

– Ммм. – Учитель Гу Си кивнула.

Лю Сяоюнь тоже услышал это, сказав взволнованно:

– Мы победим.

Е Бинг тоже была взволнована.

– Студент Сяохай, вы можете это сделать!

Школьницы стали энергичнее.

Это было делом чести школы. Они были в восторге, так как собирались победить.

– Он уже проиграл!

Услышав такое отрицательное предложение, обеспокоенная школьница повернулась, чтобы проверить.

–Цзян Сю, что вы понимаете? Вы даже не знаете боевых искусств.

Цзян Сю сказал:

– Пробивки противника сильнее чем у Сяохая. У него даже нет

выдающихся навыков, так как он может изменить ситуацию? Ожидать, что

противник использует свои силы, просто безграмотно и глупо.

– Сяоюн, не возись с ним, – вмешалась Е Бинг. – Он смеет говорить, что мы проиграем!

Говоря так, она по-прежнему относилась к Цзян Сю как к бесчувственному красавчику.

– Хах ... Хехе ...

Божество Сиу злилось. Ее тон, казалось, говорил, будто он

сознательно пытался найти тему, чтобы побеседовать с ними. Бесчисленные

красавицы пытались броситься на это Божество. Ты все еще слишком

тщеславна.

– Простите это Божество за то, что говорит прямо, но, что Сяохай проиграет через десять ударов.

Е Бинг нахмурился.

– Разве ты не можешь хоть как-то надеяться на своего одноклассника?

Цзян Сю слабо засмеялся.

1-й удар!

2-й удар!

3, 4, 5 ...

Обмен был довольно быстрым. Почти в то же время, когда Е Бинг

закончила говорить, несколько ударов уже было совершено. И каждый тяжко

пал на тело Сяохая. Наконец, его противник подпрыгнул, нанося

сокрушительный удар ногой. Цзян Сю улыбнулся, увидев это.

Сяохай был в полуобморочном состоянии. По его внешнему виду было

ясно, что он терпит сильную боль. Он изо всех сил старался держаться на

ногах, кулаки его дрожали. Было трудно переносить тяжелые удары весом

пятьдесят килограмм. Удары прорвались сквозь его блок, защищающий левую

сторону, и тяжелый удар прилетел прямо на его грудь, заставив его с

треском отлететь.

Не больше, не меньше, ровно десять ударов.

Аплодисменты утихли.

Е Бинг и Лю Сяоюнь переглянулись; шок был виден в глазах обеих.

Если бы Цзян Сю просто заявил, что Сяохай проиграет, это было бы не

странно, но он точно предсказал поражение Сяохай за десять ударов. Это

было немного шокирующим.

– Цзян Сю, ты просто угадал, – усмехнулась Е Бинг.

Цзян Сю с холодным взглядом произнес:

– Если хочешь, могу повторить.

– Ты… – Ноздри Е Бинг раздулись от гнева. Она повернула голову.

– Ты говоришь так, будто я умираю от желания поболтать. Но кто

захочет поговорить с таким щенком, как ты?! Чем ты гордишься? Тебе

просто повезло!

После того, как Сяохай проиграл, начался второй матч.

На этот раз появился человек из подразделение боевых искусств, Гу

Сюань, а его противник был среднего веса учеником с квадратным лицом.

– Удачи! Ты можешь это сделать!

– Удачи, Гу Сюань!

Е Бинг не жалела сил, чтобы поддержать студента, сражающегося на арене.

– Покажи силу Первого класса!

Внезапный голос прозвучал нежно и равнодушно прямо в уши Большой красотки Е:

– Гу Сюань проиграет после двадцати двух ударов.

Йе Бинг с большим трудом успокоила свою ярость, и этот парень снова разбередил ее.

– Ты злишь эту Леди.

Небеса. Кто позволил этому проклятому зверю свободно бродить здесь?

Матч начался!

Е Бинг, Лю Сяоюнь и все заинтересованные женщины нервно наблюдали

за матчем. Бойцы бросились друг против друга, используя финты, чтобы

обмениваться ударами и тычками.

– 1-й удар, 2-й удар, 3-й удар...

Цзян Сюй равнодушно считал.

– 4-й удар...

На этот раз Йе Бинг была в ярости.

– Зачем ты их считаешь? Ты так жаждешь, чтобы Гу Сюань проиграл?

Если школа проиграет соревнования, ты думаете, что заработаешь

репутацию?

Обернувшись, она обнаружила, что Цзян Сю даже не смотрел матч и закрыл глаза, он казался спокойным и беззаботным.

Е Бинг также обнаружила, что Цзян Сю считал медленно. В то же

время противник нанес удар, Цзян Сю продолжал считать. Его подсчет был

точным до совершенства.

– Седьмой удар, восьмой удар...

Как он это делает?

«Я слышала, что некоторые эксперты по боевым искусствам могли

найти позицию, услышав звуки, но Цзян Сю простой ученик двенадцатого

класса. Как он может обладать такими высокими достижениями в боевых

искусствах?»

– Семнадцать, восемнадцать.

Один ученик с первого курса закричал:

– Используйте всю свою силу!

Их движения стали быстрее, и их стили накладывались друг на

друга. На арене раздались звуки ударов, бой стал интенсивным. Даже

приветствия становились все громче и яснее.

– Двадцать, двадцать один.

– Поражение!

Как только Цзян Сю сказал последнее слово, Гу Сюань закричал,

будто с ним соглашаясь, полетел назад и упал, столкнувшись с подушками

позади.

Шок, Е Бинг и Лю Сяоюнь были очень встревожены!

– Невозможно! – Девушки потеряли дар речи. Это было слишком

загадочно. Е Бинг чувствовала себя растерянной ещё от того, что он

считал не открывая глаз.

Может быть, он специалист по боевым искусствам?

Е Бинг решила спросить его, полностью забыв о своих предыдущих мыслях о разговоре с таким щенком, как он.

– Эй, как ты это узнал? Невозможно точно предсказать нечто подобное.

– Разве ты это уже не сказала? – холодно сказал Цзян Сюй, – это Божество знает все.

– Хорошо, забудь, если не хочешь говорить. Все равно никому не интересно.

Хотя Е Бинг сказала эти слова, ей было действительно любопытно. В этом мире не могло быть такого совпадения.

Следующие матчи уже подтвердили, что он никоим образом не угадывал случайно.

– Чэнь Ян проиграет, 5 ударов!

– Ло Вэньбинь проиграет, 11 ударов!

– Чжан Чжэнь проиграет, 9 ударов!

– ...

Неподвижные и ошеломленные, Е Бинг и Лю Сяоюнь не имели слов,

чтобы описать потрясение, которое они почувствовали в своих сердцах.

Цзян Сюй казался просто причудливым пророком, его слова были точны.

К настоящему моменту девушка не сомневалась, что Цзян Сюй, несомненно, обладал сверхчеловеческими навыками суждения.

– Это Ван Инань. Капитан Ван Инань собирается сражаться.

– Мы должны выиграть этот бой!

Они не могли позволить себе снова проиграть. До этого Второй курс

уже проиграл шесть раз. Ван Инань был самым сильным. Если они проиграют

эту битву, все будет кончено.

Е Бинг тихо спросила:

– Этот матч?

Цзян Сюй сказал тем же тоном, что и раньше:

– Ван Инань проиграет, двадцать семь ударов!

– Невозможно!

Вы Бинг и Лю Сяоюнь вскрикнули и тут же закрыли рты. В этот

момент они свято верили в решение Цзян Сюй, и поскольку он сказал, что

Ван Инань проиграет, в этом не было никаких сомнений.

Они не могли проиграть снова, иначе они потеряли бы своё лицо.

– Дерись спокойно. Не позволяй влиять на тебя результатом

предыдущих матчей. – Красивое лицо учителя Гу Си было уже

пепельно-серым. Поскольку все матчи закончились поражениями, она была

тем, кто потерял от этого больше всего. Она тренировала неудачников, а

ведь у него была такая хорошая репутация.

– Брат Нан, сделай все возможное! Мы не можем проиграть этот матч.

– Ты можешь это сделать!!

Арена располагалась на территории Второго курса. Если бы новости о

том, что они были побеждены на их родной площадке, вышли за пределы,

это было бы полным позором.

Гу Си дала окончательный психологический совет: «Нет никакого

отношения между их поражениями и тобой. Не раздражайся и верь в свои

силы.

– Ммм!

Ван Инань торжественно кивнул.

– Я не могу позволить себе проиграть этот матч!

Когда матч начался, чтобы защитить честь второго курса, все присутствующие студенты встали и безумно закричали.

– Брат Нан, ты можешь это сделать. Сделай его.

– Всего наилучшего!

Их крики стали хриплыми сливались в один гул.

В этот момент воля всего Второго курса была объединена в одном

человеке. Некоторые девушки даже плакали, когда махали руками со всей

своей силой, когда приветствуя бойцов.

– Почему ты не поддерживаешь его?! – Прозвучал холодный голос.

Цзян Сюй поднял голову, чтобы посмотреть; это был учитель Гу Си. Ее

ледяное лицо было неподвижным в этот момент.

Взгляды тех, кто был рядом, были направлены в другую сторону.

Гу Си уже давно приметила Цзян Сюя. Он хладнокровно отдыхал с закрытыми глазами и даже не смотрел матч.

– Разве ты не ученик Второго курса? Ты не чувствуешь коллективный дух? Ты действительно не можешь быть студентом нашей школы.

– Если бы только поддержки было достаточно, они бы не проиграли! – сказал Цзян Сю.

– Ты…

Учитель Гу Си почти потеряла сознание от гнева. Ее красивые глаза

стали свирепыми. Начиная с этого момента, учитель Гу Си начала сильно

ненавидеть Цзян Сю.

– Тем не менее, они лучше тебя. Продолжительность курса боевых

искусств длительная, поэтому они все равно смогут собирать кредиты,

участвуя в матчах, и даже если у них не было никаких достижений, они

собирали специальные кредиты, необходимые для вступительного экзамена в

колледж. Но ты? В тебе ничего хорошего!

Внезапно началось волнение вокруг них. Ван Инань был пнут

противником в середине арены и не мог даже встать через некоторое время.

– Побежден?!

Победитель стоял посреди арены. Он носил спортивную одежду и

стоял рядом со своей командой. Он был ростом 178 см, его звали Лю Ян. Он

с гордостью протянул кулак, складывая его в оскорбительном жесте:

– Второй курс, выкуси!

Тишина. Не было слышно ни единого голоса.

Проигравшие повесили головы как бродячие собаки.

Семь поражений подряд, ни одной победы.

Какие слова можно было сказать?

– Ха-ха-ха... – Глядя на жалкое поведение людей со Второго курса, ученик Первого стал еще более гордым, и он смело рассмеялся.

– Второй, вы не могли выиграть даже один раз. Открытие отдела боевых искусств? Что за шутка! Просто собирайтесь и уходите.

Цзян Сюй сказал:

– Хорошо. Теперь я вернусь в свою комнату в общежитии, чтобы поспать.

Он очень устал и спал всего три часа, поэтому чувствовал себя очень плохо.

– Ты... Учитель Гу Си, которая уже была расстроена из-за поражения, получила еще один сильный удар.

– Ты слишком чрезмерен. Мы выглядим так жалко из-за проигрышей, и у тебя все еще есть сарказм!

– Верно!"

Е Бинг с негодованием посмотрела на Цзян Сю, как будто она не могла существовать в одном и том же мире, что и он.

И тогда Цзян Сюй, вздохнув, внезапно направился к ученикам

первого курса. Увидев, что Цзян Сюй блокирует их путь, безудержный Лю Ян

протянул руку, чтобы оттолкнуть его.

– "Свали!

Глаза Цзян Сюй стали холодными, когда он мимоходом ударил ладонью.

БУМ!

Эта ладонь расколола воздух властной мощью. Лю Ян отлетел назад под изумленные взгляды каждого.

– О, мой бог!

– Побейте его!

Когда люди первого класса увидели, что Лю Ян полетел от удара,

они немедленно ринулись в наступление, но сцена перед их глазами

изменилась в считанные секунды. Каждое из их лиц ощутило пощечину, и все

они полетели назад.

Когда Синь Шэн увидел, что его товарищи-юниоры были в мгновение

разбиты, он также атаковал, замахнувшись кулаком на Цзян Сю. Но Божество

Сиу уже дошло до него, его нога пнуло тело Синт Шэна, заставив его

отлететь, как артиллерийский снаряд, удариться о стену, даже заставив

стекло на стене разлететься на куски.

В эту секунду Божество Сиу впервые раскрыло свою яростную мощь.

Группа из более чем десяти человек была полностью побеждена. Никто не

мог сравниться с ним, все кричали от боли на земле.

К тому времени, как последний человек упал на землю, Цзян Сюй уже покинул здание боевых искусств.

– Мне не показалось, верно? Он в одиночку победил всех учеников первого класса.

Е Бинг была настолько потрясена, что ее челюсть почти касалась пола.

Даже Учитель Гу Си стояла совершенно ошеломленной, глядя на раскинувшуюся перед ее глазами сцену.

Сцена была действительно слишком властной и шокирующей, она была как сцена из кино.

Студенты первого курса либо попадали в обморок, либо корчились от

боли на земле. Некоторые даже плакали. Где теперь была та мощь, которую

они показывали раньше?

– Это…

Студенты, которые сейчас критиковали Цзян Сю, уже были полностью ошеломлены.

– Ого!

После нескольких секунд тишины все здание боевых искусств

взорвалось ураганами криков, подобных цунами. Даже крыша, казалось,

дрожала. Наряду с восхищением весь мрак, ярость и унижение, казалось,

полностью рассеялись. Все ученики второго курса были чрезвычайно

взволнованы.

Это было слишком невероятно и подняло имидж всего Второго курса!

– Это была истинная сила Второго курса!

Синь Шэн находящийся в углу произнес с болью:

– П-помогите. Мои ребра сломаны.

– Хахаха...

Все ученики второго курса рассмеялись, увидев, как капитан Отряда боевых искусств Первого обратился за помощью.

– Я вызову вам скорую помощь! – Учитель Гу Си поняла ситуацию,

только ее взгляд все еще был направлен в направлении, в котором исчез

Цзян Сюй, мысли в ее голове были в полном беспорядком:

– Неудивительно, что даже он не следить за матчами. Он на самом деле эксперт!

«Второй курс!»

«Второй курс!»

Все студенты были взбудоражены, как будто одержали огромную победу.

Лю Сяоюнь подтолкнула Е Бинг, которая все еще находилась в оцепенении, и тихо сказала:

– Твой парень настоящий мужчина.

– Прекрати говорить глупости. Что, если кто-то услышит

Она быстро закрыла рот Лю Сяоюнь рукой. Хотя она также была очень удивлена. Случившееся было действительно очень поразительно.

Лю Сяоюнь оттолкнула руку Е Бинг.

– Но, если он специализируется только на боевых искусствах, дядя и

тетя не согласятся. Конечно, он может получить рекомендацию в колледже

Империал-Капитал… Это может выглядеть хорошо для простых людей, но с

точки зрения вашей семьи такой человек для тебя не подходит. Бинбин, ты

должна обдумать всё это спокойно.

– Держи свои мысли при себе. Я его никогда его не полюблю. – Она даже добавила в конце, – Он ведь даже не самый красивый!

*

Цзян Сюй решил поспать, и как только он вернулся в свою спальню и

упал на кровать. И только он начал проваливаться в сон, его сотовый

телефон зазвонил.

Это была Чэнг Линсу, поэтому он взял трубку:

– Есть что сказать Божеству?

Чэнг Линсу в настоящее время держала в руках сумку, грязная одежда внутри нее уже была помыта, и даже сама сумка была чистой:

– Где мы можем встретиться? Я верну твою одежду. Она уже чистая.

Цзян Сюй спросил:

– Вся?

– Да! – ответила Чэнг Лингсу, – Я жду в кафе у входа в школу. Я верну твою одежду.

Цзян Сюй сказал:

– Хорошо!

Чэнг Лингсу казалось, что встреча в кафе рядом с входом в школу

была на самом деле немного опасной, однако, вспоминая, что она может

окончательно расторгнуть обязательства между ними, она стала

нетерпеливой и более не могла ждать.

Сегодня она надела стильную черную ветровку с поясом того же

цвета, который делал ее талию стройной. Обулась в пару белых туфель,

которые демонстрировали изящество красивых ног. Она казалась лилией,

расцветающей весной, заставляя человека чувствовать, будто он купается в

весенних ветрах. Это выглядело красиво.

Куда бы ни отправлялась Чэнг Лингсу, она привлекала внимание других.

– Чэнг Линсу, Божество здесь!

– Неожиданно к ней подошел Цзян Сюй, махая рукой, будто боялся, что она его не заметит.

Все люди в кафе сначала посмотрели на Цзян Сю, а затем повернулись, чтобы посмотреть на Чэнг Линсу. Лицо Чэн Линсу покраснело.

Ты сделал это намеренно, не так ли? Побоялся, что другие не будут

знать, что мы знакомы. Ты гордишься тем, что красивая женщина пришла к

тебе на встречу?

Чэнг Лингсу опустила голову, а затем медленно подошла к Цзян Сю.

– Твои вещи!

Цзян Сюй открыл сумку. Изнутри потянуло ароматом жасмина. Чэнг

Линсу использовала в своем доме лучшую жидкость для стирки. Её запах был

опьяняющим.

Цзян Сюй сказал:

Ты хорошо их постирала, даже чище, чем из магазина.

Чэнг Лингсу взяла документ и протянула его к Цзян Сюю вместе с ручкой:

– Напиши свое имя внизу, и отношения между нами закончится с прямо сейчас.

Это был проект контракта, специально составленного адвокатом.

«Это, наконец, закончится».

Прямо сейчас, в тот момент, когда Чэнг Линсу произнесла эти

слова, она чуть-чуть сочувствовала этому мальчику. Она обнаружила, что

чувствует себя плохо, так как причиняет ему боль. В конце концов, он был

приятелем, с которым она играла в детстве. Только мир все равно

заставит его понять, что отношения между ними невозможны, и раз так, не

было необходимости откладывать.

Так было лучше для него!

Цзян Сюй взял контракт и взглянул на него, внезапно спросив:

– Когда это Божество согласилось расторгнуть наши обязательства?

Чэнг Линсу изменилась в лице.

– Цзян Сю, что ты имеешь в виду?

Глядя на выражение насмешки на его лице, Чэнг Линсу встала. Она поняла, что Цзян Сюй играет с ней.

– Ты обещал вчера! Ты хочешь сейчас отступить?

Вчера вечером она закончила всю стирку до одиннадцать вечера,

стирая все лично. Утром ее руки были усталые и болели, даже слегка

дрожали. Она не могла даже держать ручку должным образом.

Он не хочет делать это сейчас?

Цзян Сюй сказал:

– Отступиться? Слова Божества неоспоримы!

Он наклонился к ней и понизил голос. Этот голос напоминал демона, когда он нежно произнес:

– Школа не исключила меня, да и полиция не нашла это Божество.

Чэнг Линсу озарила вспышка понимания.

Да! Точно! Как это возможно? По объективным причинам, Цзян Сюй

должен был быть задержан вчера, так как же он мог входить и выходить из

школы так свободно?

Если... Он не будет изгнан или заключен в тюрьму, то разве это не значит, что я стирала его одежду напрасно?

– Нет, это не имеет смысла. Ты так сильно ранил его. Школа не

может молчать. Невозможно, чтобы Учитель Ван не подал на тебя жалобу за

это преступное деяние.

Чэнг Линсу не могла поверить. У нее было твердое убеждение, но

лучшим доказательством было то, что Цзян Сюй сидел перед ней невредимый.

– Ты хорошо всё постирала. Я найду тебя, если у меня снова появится грязная одежда!

После того, как он всё сказал, Цзян Сюй допил кофе на столе, взял сумку и ушел.

«Как это...»

Чэнг Линсу не могла поверить в это. Что случилось со школой? Они

ничего не делали, даже когда студент совершил такое тяжкое преступление.

«Ну уж нет. Так не пойдет. Я поговорю с директором!

– Эй леди! Вы все еще не заплатили?

Чэнг Линсу повернулась, сиденье напротив было пустым.

«Цзян Сю, ты, ублюдок!»

В кабинете директора Цин Линь просматривал файлы Цзян Сю.

Взглянув на застенчивого молодого человека на фотографии, его рука с

сигаретой начала дрожать.

Этот студент избил руководителя по делам студентов. Когда его

обследовали, ему сообщили, что у него сотрясение мозга категории B. Все

ребра были сломаны, везде были синяки. Еще более отвратительным было то,

что, несмотря на то, что он был руководителем по делам студентов и был

избит так жестоко, но он сказал, что упал и не хотел признавать, что его

избили.

– Цзян Сюй...

Директор школы проверил последние достижения Цзян Сюй. Он был

слабым учеником, класс детей из обедневших семей был неплохим, но он был

другим, его оценки были самыми низкими.

С такими оценками он даже не поступит на бакалавриат.

«кусок дерьма!»

Директор проклиналего.

«Имя Цзян Сюй звучит немного знакомо. Где я его слышал раньше?»

Директор попытался напрячь память и, наконец, вспомнил, что Мисс Е

упомянула об этом в диалоге ранее.

Она хотела, чтобы он исключил Цзян Сюй, сказав, что он преследовал ее дочь.

«Это оно! Это он. В том же классе, что и Йе Бинг!»

Тук-тук. Раздался дверной стук.

– Войдите!

– Студента Чэнг Линсу!

Чэнг Лингу подавляла свой гнев, но она не могла сохранять спокойствие.

– Директор, почему вы не исключили его? Он так сильно избил Учителя Вана и он плохой пример. Почему вы его не исключили?!

Директор удивился, увидев, что Чэнг Лингсу так рассердилась.

– Он тоже обидел тебя?

Ченг Лингсу был ошеломлена и поняла, что она забыла о своих манерах. Она пригладила волосы и успокоилась.

– Как это может быть? Как может быть какое-то отношение между

нами? Я просто не могу понять, ведь студент травмировал учителя таким

образом. Директор, вы должны серьезно относиться к этому. В противном

случае мы не сможем учиться свободно.

– Я займусь этим всерьез!

Во-первых, он ударил своего учителя и даже обидел семью Е, теперь

оскорбил еще и семью Чэнг, этот Цзян Сюй просто играет со смертью!

Изначально этот вопрос был достаточно прост. Цзян Сюй ударил

директора по студенческим делам, следовательно, должен быть исключен из

школы без каких-либо обсуждений. Однако проблема была в том, что

пострадавший учитель Вонг был непреклонен, говоря, что он просто упал.

Это усугубляло ситуацию. Школа не могла просто выдвинуть обвинение в

том, что Цзян Сю ударил учителя, если бы, конечно, он сам не сознался в

содеянном, и это нельзя было передавать в бюро просвещения.

Но теперь было все по-другому. Не имело значения была ли это

семья Е или семья Ченг, все, кто был из бюро просвещения уважительно к

ним относились. Если были бы еще какие-то проблемы, они были бы решены

этими двумя семьями.

– Студент Ченг Линсу. – Начал Цинь Линь. – Расслабьтесь. Наша

школа относится к подобным вопросам очень серьезно. Случившееся имеет

негативное воздействие не только на лучших учеников, готовящихся к

поступлению в колледж, но и ставит под сомнение персональную

безопасность учителей.

– Это полная чепуха. Студент, избивающий учителя, является

попросту человеком без принципов. Все учителя школы выразили свое

намерение, заявив, что никто из них не желает идти на занятия, особенно в

двенадцатый класс, где учится Цзян Сюй.

– Каким образом директор планирует поступить в этой ситуации? – Спросила Ченг Линсу.

Цинь Линь пробурчал:

– В понедельник на площадке при поднятом флаге я заставлю его

извиниться перед всеми учителями и учениками, чтобы он осознал свои

ошибки. Впоследствии школа опубликует доклад о его отчислении. Не важно,

является ли он учеником 12-го класса, близок ли он к вступительному

экзамену для поступления в колледж. Школа не потерпит таких жестоких

поступков со стороны учеников.

Хотя приговор звучал жестоко по отношению к ученику, само

наказание же было легким при рассмотрении ошибки, которую сделал Цзян

Сюй. Это событие содержало криминальный акт, поэтому он должен был быть

заключен в тюрьму. Простое отчисление из школы означало, что он

отделается достаточно легко.

Ченг Линсу сказала:

– Оно и к лучшему.

Когда его отчислят, он узнает в каком положении теперь находится и

какое общество его ждет. Тогда он поймет, что человек не может

противостоять течению реки и что у него есть только один способ –

перестать сопротивляться, только тогда он сможет восстановиться в школу.

Цзян Сюй… Ах… Цзян Сюй, мы с тобой люди с абсолютно разными

внутренними мирами. Стремление вскарабкаться вверх по социальной

лестнице приносит тебе одни лишь неприятности.

– Тогда я более не буду беспокоить директора.

Ченг Линсу была вполне удовлетворена решением, которое принял директор школы. Ей нужно было просто дождаться следующей недели.

Развязку этой ситуации можно было увидеть лишь, дождавшись понедельника.

Понедельник настал очень быстро.

Согласно обычаю, каждый понедельник проходила церемония поднятия

флага, все дети должны были обязательно присутствовать и быть выстроены в

ряд. Директор школы или директор по студенческим вопросам выступали с

речью, и все это длилось около получаса.

В этот день было все как обычно.

Многие дети были сонными, направляясь к детской площадке группами по пять человек. Цзян Сюй также бынаходился среди толпы.

Случай, который произошел в здании боевых искусств не вызвал

каких-то особых беспокойств и даже был забыт. Это произошло главным

образом по той причине, что эта ситуация не привлекла большого внимания.

Если бы Цзян Сюй вместо этого, сокрушал бы своих противников в

баскетбольных соревнованиях или на футбольном поле, он бы стал очень

знаменитым человеком в студенческом городке. Умения, которые он проявил в

здании боевых искусств не достигли той степени, чтобы быть достойными

внимания директора по делам студентов.

Фактически, людей, которые находились в здании боевых искусств

вчера, было очень мало. Если бы не учитель Гу Си, что буквально

притащила несколько человек, вполне возможно, что никто бы не пришел

вовсе.

– Подожди, Цзян Сюй! – позвала его пожилая учительница.

Цзян Сюй мало что знал о ней, только то, что она была

вице-директором школы. Также она читала лекции по понедельникам на

детской площадке, которые, казалось, не заканчивались.

Ее фамилия должно быть Вэй, учитель Вэй!

– Тебе не нужно стоять в рядах вместе с остальными на сегодняшнем собрании. Отойди и встань в стороне от площадки.

Взгляд учительницы Вэй был наполнен презрением, как будто Цзян Сюй был грязным и недостойным.

Когда Цзян Сюй был на бессмертном боевом континенте, даже

правители должны были преклонить колени и оказать ему тем самым честь. А

сейчас простой учитель мог поучать его. Это его разозлило, но кроме как

слушать, что ему говорят, делать было нечего, ведь сейчас он было всего

лишь учеником.

– Почему?

Учитель Вэй странно засмеялась. «У тебя хватает совести

спрашивать об этом? Разве ты не знаешь какого рода ошибку ты совершил?

Подумай об этом как следует и после глубоко раскайся над тем, что ты

сделал и извинись перед всеми представителями школы.

Цзян Сюй сказал,.

– Какие извинения вы хотите услышать от божества?

Учитель Вэй гневно взглянула на него.

– Ты ударил учителя и еще пытаешься рассуждать об этом? Если ты

не принесешь глубокие извинения всем учителям старших классов, включая

меня, мы не станем проводить уроки. Если мы не можем чувствовать себя в

безопасности, как мы можем вести занятия?

Цзян Сюй только выдал в ответ «о».

– Подумай над этим хорошенько… – После того, как учитель Вэй

сказала это, она повернулась, чтобы уйти, больше о нем не заботясь.

Когда ученики увидели учителя со стороны, они стали выкрикивать

приветствия в ее адрес.

Цзян Сюй всматривался в толпу и был удивлен, когда нашел

директора по ученическим делам, Ванга Сюэбина, так далеко. Этот парень

разве не получил сотрясение мозга? Разве у него не сломаны ребра? Каким

образом он все еще приходит в школу?

Но вот его жалкая внешность было совершенно неподдельной.

«Знает ли он, что школа требует, чтобы я принес свои извинения во время общего школьного собрания?»

Цзян Сюй подумал, что возможно он знал это, возможно не знал, но

это не имело значения, ведь он не в силах был предотвратить этого.

Случай, в котором он ударил учителя был уже известен каждому, и даже

если бы он объявил, что это была ложь, весь класс и большинство людей

видели это совершенно отчетливо их собственными глазами.

Вполне возможно, что Ванг Сюэбин был вынужден посетить школу.

Хотя согласно обычным обстоятельствам, он должен был находится либо в

больнице, либо дома, находясь в покое.

«Это божество желает увидеть, как ты со мной справишься!»

Цзян Сюй шел к площадке, когда учитель приказал, и он прошел мимо 12 класса. Ченг Линсу каким-то образом появилась рядом с ним.

– Директор публично отчислит тебя сегодня. У тебя все еще есть

время, чтобы раскаяться в содеянном. У меня с собой контракт, если ты

его подпишешь, директор отменит свое решение.

– Каждый, кто когда-либо угрожал этому божеству, имел большие проблемы.

Он даже не взглянул на Ченг Линсу.

Цзян Сюй быстро прошелся к площадке. Если бы это был любой другой

ученик, которого так критиковали, он бы опустил свою голову от стыда.

Но он был другим, не говоря уже о том, что он прошел к площади большими

шагами, он сделал это вызывающим образом. Те, кто был не осведомлен о

случившемся, могли даже подумать, что он выходит из толпы, чтобы

получить грамоту.

Его руки размещались позади, его походка напоминала грациозные движения монарха.

Во всяком он вел себя внушительнее, чем любой присутствующий здесь учитель.

Каждый обратил внимание на Цзян Сюя, стоящего на платформе и уже

практически все были осведомлены, что он избил учителя, при том сделал

это с особой жестокостью. Что касается братьев и сестер из десятых и

одиннадцатых классов, то они не знали о случившемся и с любопытством

наблюдали за ним.

– Я полагаю, что Цзня Сюй пожалеет на этот раз о своем поступке! – сказал Лин Сяоюнь из толпы.

Е Бинг сказала:

– Его же не выгонят, правда? – Хотя девушке не нравился Цзян Сюй,

хотя он был ей отвратителен, но он был ее одноклассником, поэтому она

не могла спокойно смотреть, как отчисляют этого несчастного.

– Он ударил учителя, почему его не должны отчислять? – Спросила одна из учениц со стороны.

С другой стороны, где стоял двенадцатый класс Ченг Линсу уже повернулась к толпе и задыхаясь от гнева сказала:

– Я вижу ты не собираешься раскаиваться, пока не столкнешься с

последствия своего поступка. Не вини меня. Ты сам навлек на себя эту

ситуацию.

Сегодня она была одета в школьную форму, но даже повседневная

форма не смогла скрыть ее естественной красоты. Вместо этого она

придавала ей еще больше шарма, делая ее истинной королевой кампуса.

И на данный момент в поле зрения Ченг Линсу был только Цзян Сюй.

Увидев, что все готовы к собранию, директор школы Цинь Линь лично

держал микрофон, чтобы произнести речь. Он сделал горькое и ненавистное

выражение лица:

– Ученики, два дня тому назад, в субботу на прошлой неделе, в

помещении школы произошел довольно серьезный случай. Это был

беспрецедентное, болезнетворное событие, детали которого настолько

ужасны, что заставляют вставать волосы дыбом.

Услышав, что этот случай был так серьезен, даже незаинтересованные ученики начали проявлять внимание к этой теме.

– Что случилось?

– Ты еще не знаешь? Директор по студенческим делам был избит учеником из двенадцатого класса.

– Действительно? Этот старшеклассник поразителен.

Ванг Сюэбин имел плохую репутацию.

– Вы должно быть хотите знать, что произошло в средней школе, –

продолжал Цинь Линь шепотом, – Лучшая школа в городе Цзян. Вы не

поверили бы, даже если бы я это описал, я даже сам не мог поверить в то,

что такое может произойти в нашей школе. Наш учитель, наш уважаемый

учитель Ванг Сюэбин был избит учеником. Он находился в ужасном

состоянии, его голова обильно кровоточила.

Каждый сейчас смотрел на Ванг Сюэбина, белая марля на его голове

все еще скрывала рану и вместе с его безобразным лицом он действительно

казался убогим.

– И знаете ли вы, кто является виновником этого поступка? Он…

Ученик двенадцатого класса, Цзян Сюй, – объявил его имя Цинь Линь с

особой яростью в голосе.

– Я преподавал очень долго, но таких гнусных учеников не

встречал. Это на самом деле ужасно, что этот бич учился в нашей средней

школе.

– Школа решила наказать ученика Цзян Сюй, и, соответственно, его исключили!

– Ого. – Доносился шум удивления со стороны площади.

Слушая директора Чэн Линсу чувствовала полную беззаботность. Она подняла подбородок вверх.

Ты переносишь это на себя. Зло, которое мы приносим себе сами, переносится сложнее всего.

В то время, когда ее взгляд упал на Цзян Сю, она подумала, что

всё это очень странно. Этот парень не испытывал никаких угрызений

совести, и он не был ни капли опечален. Руки он держал за спиной, стоял

ровно, как лезвие, бросая взгляд на всех, стоящих вокруг, глядя на них,

будто презирая… так, как если бы он не был тем, кого изгнали они, будто

кого-то изгонял он сам.

Чем больше она смотрела на него, тем быстрее Чэн Линсу начинала злиться.

– Цзян Сю, тебя исключили. Ты больше не студент моей школы Цзян Сити Хай!

Директор принял окончательное решение. Лица всех учителей, не только директора, были полны недовольства и ненависти.

– Цзян Сю, тебе есть что сказать? – директор внимательно смотрел

на него. Он надеялся, что Цзян Сю, всё-таки, признает свои ошибки и

извинится перед всеми, возможно даже поблагодарит за своё воспитание.

Директор кивнул в сторону Цзян Сю, передав ему микрофон.

Прямо сейчас Цзян Сю был врагом всех учителей, каждый из которых

хотел прилюдно отругать его. И только один учитель был ошеломлен и

испуган больше остальных. Этим человеком был Ван Сю Бин. Он понял, что

если Цзян Сю будет отчислен, то он, без сомнений, растрезвонит всем про

нападения на школьниц.

Он схватил вице-директора учителя Вэй, стоящую рядом с ним, крикнув на неё во весь голос:

– Почему? Почему такой важный вопрос был скрыт от меня?

– Почему?

Учитель Вэй была испугана и начала объяснять:

– Мы приняли единодушное решение, все школьные руководители. Мы уже довели это до сведения Бюро Просвещения.

– Неясно почему вы не хотите признавать того, что этот ученик

жестоко обращался с вами, но это факт и многие ученики видели это своими

глазами. Дело сделано и ничего изменить уже нельзя!

Лицо Ван Сю Бина побледнел.

– Учитель Ван, расслабьтесь. У этого ученика нет родных за

спиной, его родители продают фрукты. Даже если мы отчислим его, они

ничего не смогут вам сделать.

– Все в порядке!

Ван Сю Бин был ошарашен, посмотрев на учителя Вэй.

«Подождите минутку. Возможно она права. Я просто слишком

переживаю. Если бы он отправился в полицейский участок, чтобы сообщить о

случившемся уже после отчисления Цзян Сю, то его заподозрили бы, как

минимум, в клевете. Если бы даже все пострадавшие студенты осмелились

раскрыть эту тайну, даже со своими связями в полиции он всё равно может

ничего не опасаться».

Думая об этом, и, поскольку всё уже случилось, Ван Сю Бин постепенно успокоился.

Цзян Сю взял в руки микрофон.

– Директор Цинь Линь – тварь в академических кругах, настоящий

паразит. Этот человек не может быть учителем, тем более занимать

должность директора.

Но его первого сказанного предложения было достаточно, чтобы все присутствующие учителя и студенты закричали...

– Позор!

– Ууууу!

– Он вообще в своём уме? Обвинять директора так открыто!

Выражение лица директора сразу изменилось, он выглядел страшно

уродливо. Он явно переоценил свое воспитание, и, к большому сожалению,

недооценил ум этого юнца, Цзян Сю.

Лицо же Цинь Линя стало похоже на замороженный баклажан, он весь начал дрожать.

– Идите. Заберите у него микрофон...

В то же время в тихом кампусе раздались звуки сирены. Все были испуганы. Воцарился полный хаос.

– Что случилось?

– Они пришли арестовать Цзян Сю?

Чэн Линсу не смогла сдержать смех, в её глазах вспыхнул беспокойный огонёк. Она правда переживала о его исключении.

Цзян Сю не пошёл на компромисс, доведя дело до крайней точки, но

теперь всё было кончено. Полиция на месте, и он скоро столкнется с

тюремным заключением лицом к лицу. Ему придется идти на компромисс, даже

если он этого не хочет.

Группа из шести полицейских в форме, в шляпах, с национальной

эмблемой, переливающейся под солнечным светом, приближались очень

быстро.

– Хорошо, что вы здесь.

Искренне обрадованный директор смотрел на полицию, будто увидел своих родителей.

– Арестовать его!

Визг!

Даже новостные фургончики приехали на площадку, проехав прямой

вход в школу. Группа людей держала записывающие устройства, микрофоны и

камеры.

– Даже СМИ прибыли на место, это дело вызвало сильное беспокойство.

Но полиция не пошла напрямую к Цзян Сю, а вместо этого обратилась к директору по делам студентов Ван Сю Бину.

– Господин Ван Сю Бин. За домогательство ... домогательство к студенткам школы…. Вы арестованы!

Когда полицейские только появились перед Ван Сю Бином, он уже

заподозрил, что что-то не так. Его ноги превратились в желе, он почти

что упал на землю. Он был словно закован в кандалы.

Площадка взорвалось невероятным гулом.

Учителя и студенты просто не могли оставаться спокойными.

– Я знал, что этот Ван Сю Бин извращенец!

– Он приставал к студенткам!

– Ублюдок!

Журналисты воспользовались этой возможностью, бросившись вперёд,

одна решительная женщина почти воткнула микрофон в лицо Ван Сю Бина:

– Извините, что подтолкнуло вас совершить такую мммм… аморальную вещь… творить такие извращения?

– Это отголоски вашего детства?

– Или неудачный брак?

Лицо Ван Сю Бина было мертвенно недвижимым, так как если из него просто вынули душу.

– Пожалуйста, дайте ответ!

Полицейский отряд никого не ждал, пряча Ван Сю Бина.

Да, они буквально тащили его. Его ноги больше не работали. Он чётко понимал, что ждет его дальше.

Средства массовой информации поняли, что ничего от Ван Сю Бином не получить, поэтому накинулись на Цзян Сю.

– Простите, вы, Цзян Сю? Вы тот, кто разоблачил преступление вашего учителя?

Цзян Сю все еще держал микрофон.

– Да ... это... гммм ... гммм ... Я сам всё это видел. Поэтому я

избил ублюдка, чтобы подать пример школьницам, которые подверглись

приставаниям, что нужно защищать себя. Столкнувшись с преступлением, мы

не должны быть робкими и мириться с ним. То, что сделал я, должны были

сделать и пострадавшие школьницы.

Но сам Цзян Сю, по сути, не сообщал об этом случае, это сделала жертва.

– Вот только жаль... Хоть я и выступал на стороне справедливости и

спасал школьниц, я был исключен из школы этим худшим во всём мире

директором.

– Почему? – спросила женщина-журналист.

– Потому что я избил этого ублюдка Ван Сю Бина, а директор хотел его защитить, поэтому всё, что он мог сделать, изгнать меня.

– Ууууу! – Нарастало волнение среди присутствующих студентов и преподавателей.

Гнев появился на красивом женщины-журналиста. У нее была масса вопросов, но тут прямо-таки зарычал директор Цинь Линь:

– Вы говорите глупости, я просто ...

– Что? – сказал Цзян Сю.

– Вы все еще хотите помешать мне говорить правду? Вы, в качестве

директора, открыто защищали преступника, превращая эту приличную,

хорошую школу в грязное место. Да, это я сказал, что вы грязь, вы

паразит. Был ли я неправ?

– Здесь сейчас присутствует пресса. Давай обсудим этот вопрос под пристальным вниманием общественности!

Услышав его слова, лицо Цинь Линя заметно побледнело. Цзян Сю

избил Ван Сю Бина, защищая жертв, а он его исключил. Это и правда

выглядело подозрительно, так, будто он защищал Ван Сю Бина. Это было

серьёзно. Цинь Линь отреагировал мгновенно:

– Хахаха! Мы никогда не планировали отчислять студента Цзян Сю, это наоборот, это собрание в честь благодарности.

Шок! Все были в шоке!

– Студенты, студенты!

– Успокойтесь все, пожалуйста!

– Вероятно, всем ясно, что сейчас произошло. Директор по делам

студентов Ван Сю Бин напал на школьницу, за что и был арестован

полицией. Наш маленький герой, ученик Цзян Сю, не подчинился и выступил

за справедливость, и, несмотря на опасность, он столкнулся с

преступником. Мы должны взять с него пример. Все должны поприветствовать

его...!

Он первым начал хлопать в ладоши, но почувствовал себя крайне неловко, так как его никто не поддержал.

Проклятия Цзян Сю, сказанные минут назад, все еще звенели в ушах.

– Награду! Быстро принесите награду!

– Ох... – Учитель бросился вручать ему награду.

– Я лично вручаю награду маленькому герою Цзян Сю за храброе сражение с извращенными демонами...

Вот и всё... Собрание ради изгнания и критики превратилось в

собрание похвалы и благодарности. Цинь Линь вёл себя достойно должности

директора. В то время, когда другой учитель ушел за наградой, он

восхвалял героические дела Цзян Сю в течение пяти минут, что было очень

важно.

Даже сам Цзян Сю, подготовленный эксперт, привыкший к лести и

лживым словам, чувствовал бегающих по коже мурашек. Под напряженные

звуки музыки директор школы лично вручил медаль Цзян Сю.

– Давайте все вместе, аплодисменты!!!

Лицо Чэнг Лингсу задрожало. Поначалу она хотела видеть Цзян Сю

униженным, а теперь его не только не исключили, но вместо этого просто

боготворили. За его героический поступок он мог получить дополнительные

кредиты для вступительного экзамена в колледж, до двадцати кредитов!

– Сегодняшняя церемония награждения заканчивается на этом этапе.

Все, пожалуйста, вернитесь на свои места и напишите эссе о студенте Цзян

Сю, количество слов должно быть не менее десяти тысяч слов. Эссе должно

быть очень глубоким, очень глубоким по смыслу…!

После разгона собрания представители СМИ продолжали беседовать с

директором школы, спрашивая, как он отреагирует в дальнейшем на

происшествие относительно Ван Сю Бина. Директор школы приготовился было

ответить, но вдруг резко побледнел, закричав:

– Я закончил, я всё сказал!

Вчера он отправил документ об отчислении Цзян Сю в Бюро

Просвещения. Если он действительно будет исключён, то подозрение, что он

защищает Ван Сю Бина, станет реальностью. Где же у него было время для

интервью? Он быстро помчался в Бюро и пот струился по его лбу.

Хоть директор и сбежал, вице-директор всё еще был здесь, учитель Вэй подтвердила журналистам всю информацию:

– Ммм… Да! Цзян Сю всегда был добрым учеником, он был

замечательным ребенком, очень перспективным, очень храбрым. Я лично с

нетерпением жду увидеть, что же ждёт его в будущем.

Вся школа теперь знала, что Цзян Сю избил учителя, и был не только

отпущен, а наоборот, это стало его заслугой. Все говорили, что он

поступил правильно, что наказал этого учителя. Особенно на стороне Цзян

Сю выступали школьницы. У них о нём сложилось очень хорошее впечатление.

Значительных изменений претерпело впечатлении, которое Цзян Сю

произвёл на Е Бинг. Теперь она думала, что он не такой уж и ужасный

человек. В ее взгляде даже просматривалась благодарность. Независимо от

своего происхождения, оценок или внешних характеристик, смелый школьник

привлек к себе восхищённое внимание всех.

Даже Чэнг Линсу, которая не любила Цзян Сю, теперь нечего было

сказать, думая, что не могло быть так, чтобы у него не было ну ни одного

положительного качества. Но даже если правосудие и было на стороне Цзян

Сю, это не могло изменить её решение о том, чтобы не отменять помолвку.

Она совершенно ясно усвоила, что Цзян Сю и она были людьми двух разных

миров. Один из них был обычным юношей, а другая – избалованной дочерью

влиятельной родителей. Их домашние миры не совпадали. Даже если бы это

пришлось сделать по принуждению, это не закончилось бы счастливо. Не

говоря уже о том, что она попросту ему не нравилась

Глядя на Цзян Сю, который спокойно стоял на платформе, Чэнг Линсу слегка покачала головой:

«Поскольку ты так смело противишься злу, почему бы тебе так же

смело не положить конец этой помолвке и не жить дальше своей жизнью?» –

Чэнг Линсу решила ещё раз поговорить с Цзян Сю.

Она была очень обеспокоена вопросом их помолвки. Ей казалось, что

вокруг нее цепи. Фактически, она сейчас находилась в стадии зарождения

любви. Она жаждала любви и даже верила, что Е Венкен был неплохим

вариантом испробовать вкус первой любви, но она всё никак не решалась.

Дело было не в том, что она все еще была ученицей, в школе было уже

много пар, даже классные руководители не были такими несгибаемыми как

раньше. Это было из-за помолвки. Она чувствовала, что это было бы своего

рода предательством, если бы она стала встречаться с кем-то ещё, пока

помолвка все еще была в силе. Это не была верность, она просто не могла

этого сделать.

Поэтому она хотела как можно скорее отменить эту договорённость,

что была между ними. Вот почему она всё время носила с собой контракт,

чтобы Цзян Сю мог подписать его в любое время. Как только бы это было

сделано, она, наконец, вырвалась бы из этих оков.

Чэнг Линсу отправила Цзян Сю смс.

«Встретимся после утренних занятий.»

«Где?» – ответил Цзян Сю.

Ченг Линсу бормотала себе под нос. Они не могли выйти за пределы

школы в полдень, они могли встретиться только на территории школы. Самым

безопасным местом был заброшенный учебный блок, поскольку его никто не

посещал.

Заброшенное здание.

Утром было четыре урока. Чэнг Линсу не уделила им никакого

внимания. Её мысли были только о том, как переубедить Цзян Сю. Она даже

обманывала себя, что он может внезапно согласиться отменить помолвку.

Она одновременно волновалась и была счастлива, находясь совершенно в

рассеянном состоянии.

Е Венкен был довольно чувствительным и грамотным человеком, поэтому он почувствовал что-то странное.

Чэнг Линсу обычно внимательно всё слушала в классе, так чем же её ум был увлечён сегодня?!

После занятий красивый женский силуэт быстро промелькнул в

заброшенном старом здании школы. На ней была сине-белая школьная форма, в

сочетании с простыми кроссовками. Она прошла через заросли сорняков,

растущие там, чтобы добраться до нужного переулка. Цзян Сю уже был там.

– У тебя есть, что сказать этому Божеству?

Его взгляд упал на красивое лицо Чэнг Линсу. Она почувствовала в

его лице любовь, даже некую одержимость. Она видела этот взгляд на лицах

нескольких других школьников, но по сравнению с их чистыми выражениями

лиц, этот взгляд был полон печали, сердце щемило от горя. Это выражение

лица мелькнуло в мгновение и исчезло так же быстро. Чэнг Лингсу знала,

что Цзян Сю сам спрятал его. Очевидно, его самообладание было сильно.

Чэнг Лингсу сказала:

– Цзян Сю, я уважаю тебя за справедливость проявленную к

пострадавшему ученику. Это... действительно заставило меня изменить

мнение о тебе. Но я достаточно серьёзно думаю о наших отношениях. Мы не

подходим друг другу.

Цзян Сю молчал. Чэнг Лингсу продолжила:

– Я знаю, что это причиняет тебе боль, ведь мы играли вместе в

детстве, были и остаёмся друзьями. Я даже видела в тебе старшего брата, и

думаю, ты также не хочешь, чтобы наши отношения сошли на нет, верно?

Эти глаза, они и правда были похожи.

Взгляд Цзян Сю стал несколько размытым. Это выражение было тем,

что он не мог забыть в течение нескольких сотен лет, хоть и старался изо

всех сил. Эта пара глаз, сверкающих от слез, эта внешность, наполненная

отчаянием, была ножом, бьющим его в сердце.

Ее нос, нежный и вздёрнутый.

Цзян Сю все ещё помнил ту слезу, которая упала с кончика её носа. Упала на землю.

Ее красные губы.

Даже все её ухмылки и усмешки, как она обижалась, и их выражение, когда она притворялась в гневе.

Цзян Сю почувствовал укол в сердце.

Чэнг Линсу сказала:

– Что ты скажешь? Цзян Сю, давай будем просто друзьями, ладно?

Ее тон был близок к попрошайничеству.

– Ты обязательно встретишь другую девушку, которая полюбит тебя и в которую влюбишься ты.

Лицо Цзян Сю дрогнуло от боли, его дрожащая правая рука

потянулась к Чэнг Линсу, желая погладить ее лицо. Она отклонилась в

сторону. Цзян Сю будто очнулся.

Он сказал:

– Пусть это Божество поцелует тебя, и это Божество пообещает тебе!

– Что? – Чэнг Лингсу едва могла поверить своим ушам.

Цзян Сю посмел озвучить такую необоснованную, наглую просьбу.

«Я же сказала, что не люблю его, но он всё равно хочет поцеловать меня?»

Но она также поняла, что это было нормальное желание каждого школьника держаться за девушку, которую он любит.

«Он думает о том, чтобы действовать как мошенник, используя

каждую возможность?» – В ее сердце разгоралось странное чувство, из-за

которого стало пылать и её лицо.

– Если я позволю тебе поцеловать меня, ты действительно разорвёшь помолвку?

– Слова этого Божества правдивы.

Чэнг Лингсу сцепила зубы, думая про себя, что если ей и придётся

отказаться от своего первого поцелуя за свою свободу, то она готова

отказаться от него. Она закрыла глаза, уставшие как глаза мученика после

истязаний. Ее белоснежная безупречная кожа казалась почти прозрачной

под солнцем. Возможно, из-за чувства обиды ее прекрасные брови были

сжаты. Может быть, потому, что она нервничала, ресницы ее закрытых глаз

слегка дрожали, напоминая крылья бабочки. Ее розовые и мягкие губы были

сжаты довольно плотно, опасаясь, что Цзян Сю переступит все границы.

Грусть в глазах Цзян Сю стала заметнее. Чэнг Линсу, хоть и

закрыла глаза, чувствовала, как Цзян Сю наблюдает за ней. Она никак не

могла открыть глаз, выражая собой глубокий гнев:

– Ты уже увидел достаточно? Ты, наконец, будешь целовать меня или нет?

– Тсссс!

Цзян Сю кивнул ей, чтобы не испортить момент. Она беспомощно

закрыла глаза. Затем почувствовала, как горячее дыхание Цзян Сю стало

интенсивным, будто было направлено прямо ей лицо. В следующий момент, её

словно поразил разряд тока. Её голова была абсолютно пуста.

Спустя долгое время она наконец почувствовала, что была полностью

растеряна. И вдруг она ударила. Даже несмотря на то, что Цзян Сю был

опытным, в данный момент среагировать сразу он так и не смог. Резкая

боль атаковала его, заставив слегка вскрикнуть. Он прикрыл рот рукой:

– Ты сумасшедшая!

Чэнг Линсу в упор смотрела на него:

– Ты более сумасшедший, чем я. Ты должен был удовлетвориться этим поцелуем!

Она достала контракт, который подготовила заранее:

– Подпиши это сейчас.

Цзян Сю трогал свой рот. Из укушенной губы потекла кровь. Он взял

контракт и внимательно на него посмотрел. Затем повернулся и ушел, даже

не оглядываясь в её сторону.

– Эй! – окликнула Чэнг Лингсу.

– Я отдам тебе его как подпишу, – ответил Цзян Сю.

Чэнг Лингсу все ещё держала ручку в руке, но Цзян Сю ушел слишком

далеко. Она знала, что этот негодяй поступил так намеренно, чтобы

отомстить за то, что она его укусила.

– Сделай это быстро!

С другой стороны, была пара влюблённых, которые всё это видели.

– О, мой Бог! Это Чэнг Лингсу, королева кампуса!

– Разве она не встречается с Е Венкеном? Как она сошлась вместе с этим, который ударил учителя?

– Вот это новости!

Еще до того, как Чэнг Лингсу вернулась в класс, новости уже добрались до ушей Венкена. Его грудь тяжело вздымалась:

– Ты говоришь, что Цзян Сю поцеловал Чэнг Лингсу?

– Абсолютно верно!

Его лучший друг, стоящий в стороне, Линь Шу, намекнул принесшему

новость, что пора бы уйти. Он понял Е Венкена без слов. Он только

казался утонченным и вежливым, но в действительности был беспощадным

человеком.

– Он хочет сразиться за Сусу?! – Голоса Венкена было достаточно, чтобы услышав его, заставить человека дрожать.

– Молодой мастер Чен, каков ваш план?

– Наш студенческий совет также должен выразить ему благодарность.

Пригласите его и заставите членов отдела боевых искусств хорошенько его

искалечить!

Такое знаменательное событие произошло в школе, и Цзян Сю уже был

обеспокоен этим вопросом, поэтому студенческий совет также должен был

что-то сделать. Линь Шу лично пошел к Цзян Сю, чтобы передать похвалу от

студенческого совета. Он также пригласил его на развлекательное

мероприятие. Цзян Сю с радостью согласился.

Что касается о слухах об отношениях между Цзян Сю и Чэнг Линсу,

то после студенческого совета Е Венкен закрыл рты всем любителям

сплетен, и этот вопрос был закрыт. Цзян Сю пришел в класс, как обычно.

За это время Чэнг Линси попросила его подписать соглашение о

снятии помолвки, но он промолчал. Ченг Линсу сжала свой рот от гнева, но

не смогла сразу броситься в класс Цзян Сю или в комнату в общежитии,

чтобы спросить его.

Поэтому этот вопрос временно был отложен.

Также Цзян Сю стал ближе к своим одноклассникам. Особенно Е Бинг,

ее отношение к нему стало намного лучше. В какой-то степени они оба

стали друзьями.

В четверг, в школе произошло еще одно значительное событие.

Директор школы был уволен из-за подозрений в защите Ван Сюэбина. В

понедельник, когда он бросился в Бюро просвещения, он повесил голову в

знак того, что совершил такую большую ошибку. Дело изгнания Цзян Сю уже

было зарегистрировано в книге. Позже, столкнувшись с давлением средств

массовой информации, министерство образования могло решить этот вопрос,

только лишь уволив его.

В воскресенье днем солнце было довольно красиво. Его свет нежно

рассеивалось внутри кампуса, заставляя большие деревья перед зданиями

бросать тени в сопровождении легкого бриза. Это действительно заставляло

всех чувствовать себя комфортно.

Цзян Сю прибыл в комнату студенческого совета, как планировалось, и постучал.

– Кто там? – Раздался сладкий голос. Цзян Сю он казался знакомым.

Затем он услышал приближающиеся грациозные шаги, дверь кабинета

студенческого совета открылась. Его глаза увидели совершенно ровное

лицо.

Ченг Линсу была поражена:

– Почему ты здесь?

Другие члены студенческого совета также присутствовали в офисе,

поэтому она занервничала, испугавшись, что их отношения будут

разоблачены. Она опустила голос, и ее выражение, казалось, предупредило

его.

– Почему ты пришел сюда?

Только теперь Цзян Сю вспомнил, что эта прекрасная и гордая женщина, Чэн Лингсу, также являлась членом студенческого совета.

– Линь Шу из студенческого совета сказал, что в знак

благодарности за мои правильные действия студенческий совет приглашает

меня отобедать и даже устроить развлекательное мероприятие.

– Сусу, кто это? Студент Цзян Сю?

Заметив, что Ченг Линсу наполовину открыла дверь и не обернулась,

Е Венкен вышел. Он был довольно красивым и был 180 см высоту, с

красивыми чертами лица и очками, что делало его очень утонченным. У него

была теплая улыбка, которая не показывала ни капельки гнева или

зависти, которые он сейчас чувствовал в своем сердце:

– Это Студент Цзян Сю, верно? Мы ждали тебя!

– Братья, пришел герой. Приготовьтесь!

В офисе было десять человек.

– О, ты пришел!

Обратившимся к Цзян Сю был тем, кто пригласил его, Линь Шу.

Цзян Сю слегка кивнул ему в ответ. Если бы это была предыдущая

временная шкала, то он бы никогда не пересекся с этими благородными

принцами.

– Куда мы идем?

Лин Шу сказал:

– Чинченг. Там много развлечений, баров, дискотек, караоке, игровых центров, там есть все. Будет весело.

Добравшись до выхода из школы, появилась линия дорогих

автомобилей. По крайней мере, это были либо Audi, либо BMW. Было ясно,

что финансовое состояние и происхождение этих благородных братьев были

весьма впечатляющими.

Был также и Ferrari.

Была причина, по которой они выбрали район Чинченг – это была

недавно созданная и развитая область, поэтому там было много

строительных проектов. Сотрудники, занятые на неполный рабочий день,

прибыли из-за границы, и к тому же там было немало бандитов. Вкратце:

нынешний район Чинченг был довольно хаотичным. Если Цзян Сю что-то там

сделал, то не смог бы убежать.

– Сегодня нам действительно повезло. Один из моих братьев открыл там новый магазин. Все пойдем туда, чтобы подбодрить его.

Это было местом развлечений, украшенным ослепительными

украшениями. Внутри было много неестественных вещей. Только, сейчас было

слишком много дневного света, и там находилось немало учеников в

школьной форме.

Цзян Сю был одет в модную одежду, проявляя свою индивидуальность.

Их группа школьного совета часто проводила время друг с другом,

поэтому только Цзян Сю был незнакомцем. И он оказался слегка отчужден от

группы. Даже если Цзян Сю обратил свое лицо к Дейте Сиу, чтобы

побеседовать с ними, он не смог бы заговорить с ним, поскольку общих тем

для разговора не было.

И так как не о чем было болтать, лучше было вовсе этого не делать.

Но это не мешало его настроению. Он, к счастью, вернулся,

поэтому, естественно, хотел попробовать это. В конце концов, ему

понадобится еще несколько сотен лет, чтобы снова развиться для того,

чтобы он смог покинуть Землю и вернуться на Бессмертный воинственный

континент.

– Как оно? Вы уже договорились с членами отдела боевых искусств?

– Я уже договорился. – Сказал Лин Шу, – Они в соседней комнате.

Лишенные удовольствий, им не оставит труда побить одного человека.

– Сколько их? – В глазах Е Венкена мелькнула страшная жестокость. Даже Линь Шу был поражен.

– Разве я уже не говорил, что я не хочу избить его, скорее покалечить. Вы понимаете?

Холодный пот капал на лоб Линь Шу:

– Просто покалечить?

Е Венкен сказал:

– Все в порядке, пока это не фатально, или вы боитесь, что я не смогу позаботиться о последствиях?

Линь Шу, естественно, не думал, что Е Венкен не возьмет на себя

ответственность. Даже если бы кто-то умер, ничего бы не случилось. То,

чего не ожидал Лин Шу, было то, что Е Венкен будет таким безжалостным.

Просто ради девушки он хотел искалечить другого человека. Он бросился в

холодный пот, понимая, что для тех, кто идет против него, конец будет

ужасным.

– Я до сих пор не говорил с ними об этом. Я просто позвал их на обед. Пойдем, поговорим с ними вместе.

Е Венкен встал из-за стола.

– Вы, наслаждайтесь. Господин Линь и я пойдем оплатить счет.

Сказав это, они ушли.

– Господин Е!

Глядя на Е Венкена, все члены отдела боевых искусств встали,

чтобы поприветствовать его. В этом не было ничего странного. Он был не

только президентом студенческого совета школы, но и происхождение его

было неплохим. Он был ребенком влиятельной семьи.

Если бы они столкнулись с трудностями в будущем, им было бы проще попросить Е Венкена о помощи.

Бам!

На стол была выброшена большая пачка красных денег.

– Вот сто тысяч! – Е Венкен наклонил голову, чтобы протереть очки:

– Я хочу, чтобы этот парень был искалечен. Тот, кто хочет этим

заняться, заберет эти деньги. Если что-то случится- я возьму на себя всю

ответственность.

Члены отдела боевых искусств смотрели друг на друга. Поскольку

кто-то организовывал вечеринку, то он не делал этого без причины.

Услышав эти слова, все они переглянулись, а затем посмотрели на деньги,

они были в смятении.

– Господин Е, как бы вы хотели его искалечить?

Е Венкен сказал:

– Сломайте ему руки и ноги, так будет лучше. Он станет инвалидом на всю жизнь.

Шшшш!

Все члены отдела боевых искусств дышали холодным воздухом.

Кто оскорбил мастера Е? Он что ослеп? Независимо от того, кого вы обидели, вы не имеете права оскорблять предка.

– Хорошо. Этот вопрос решен, я сделаю это!

Тот, кто встал, был Ван Иньанем. Дело было довольно серьезным, но

в отделе боевых искусств было много людей. Это был так называемый

«закон, который не может наказать всех», и поскольку Е Венкен был

зачинщиком всего этого, даже если небеса рухнут, он все равно будет за.

– Хорошо. Буду ждать новостей.

После того, как Е Венкен ушел, все члены отдела боевых искусств собрались вместе для обсуждений. Это было не слишком сложно.

Рядом с туалетом, получив сигнал мастера Линя, они постучали и

проклинали его за то, что он постучал в ответ. Это было грубо и

прямолинейно.

Е Венкен вернулся на улицу, на место сбора. Теплый солнечный

свет, газоны, все это давало ему невыразимое чувство удовлетворения.

Кто-то даже использовал микрофон, чтобы петь песню.

Его взгляд сначала, естественно, упал на тело Чэнг Линсу, но этот

взгляд снова наполнил его глаза гневом и завистью. Он обнаружил, что

Чэнг Линсу заглядывается на Цзян Сю, но он действительно неправильно

понял её намерения – она просто думала о том, как получить контракт.

Согласно поведению Цзян Сю, он был согласен подписать, но так до сих пор и не отдал.

– Хорошо, давайте, все, кричим вместе...

Толпа прокричала незамедлительно.

Ченг Линсу была сравнительно спокойной натурой, поэтому чувствовала себя непривычно в такой ситуации и просто улыбалась всем.

Цзян Сю встал в этот момент и пошел к туалету. Ему не нужно было

сообщать о своем уходе, так как никто даже не замечал его существования.

Линь Шу наблюдал за ним со второго этажа. Он отправил текстовое

сообщение членам отдела боевых искусств, как только увидел, что Цзян Сю

вышел.

– Он на подходе!

Сяохай подтянул галстук и встал:

– Я очень хорошо разбираюсь в мошеннических делах! Позвольте мне!

И когда он прошел к Цзян Сю, то почувствовал, что этот человек был ему знаком.

Сяохай не думал об этом. Поскольку человек, которого господин Йи

хотел искалечить был также учеником второго высшего курса, это было не

странно, что он казался знакомым. Сяохай увидел, как Цзян Сю подошел к

туалету, поэтому он тоже последовал за ним.

Остальные

заблокировали дверь, чтобы Цзян Сю не смог убежать. На лице Линь Шу

появилась улыбка, когда он поговорил с Йи Венченом, стоявшим рядом: «Он

уже заперт внутри».

«Ты хочешь избить его сам, чтобы выразить какой-то гнев?»

Одна

из рук Венчена была в кармане, а другой он подтолкнул свои очки с

золотой оправой, презрительно глядя сквозь них: «Это работа людей

низшего класса».

«Линь Шу, ты не должен забывать свою личность. Наш круг не смешивается с такими людьми ».

Лин Шу кивнул, получив совет.

Осталось только сидеть и смотреть хорошее шоу.

Сяохай

вошел в туалет за Цзян Сю. Он приблизился к Цзян Сю сзади, этот вид

сзади стал казаться ему знакомым, по мере его приближения к нему. Более

того, этот вид давал ему неописуемое чувство трепета внутри. Это было

просто чувство, но его интенсивность была вполне реальной. Этот вид

сзади медленно перекрывался доблестным видом, который он уже отложил у

себя выгравированным в пропасти его памяти.

Сначала он хотел

постучать в спину, но его сердце внезапно задрожало, когда он

остановился от шока. Тот человек перед ним тоже остановился и медленно

повернулся. Когда Сяохай ясно увидел его внешность, душа его чуть не

вылетела от страха.

"Это ты!"

Глаза Сяохая почти выскочили наружу.

Это был он, человек, который избил всех этих людей в здании боевых

искусств. Как это может быть он? Он, человек, с которым мастер Йи хочет

расправиться?

Прямо сейчас, сердце Сяохая почувствовало, будто несколько тысяч лошадей топчутся на нем.

TL Примечание: 草泥 马: используется, чтобы избежать цензуры другого слова. Чтобы сказать это простыми словами, ОН ВСТРЯЛ!

Что это за шутка ?!

Никто

из всего отдела боевых искусств, в том числе капитан Сит Шэн не смог бы

даже замахнуться перед ним. Ты хочешь, чтоб мы его искалечили? Это было

бы милостью Будды, если бы он не искалечил нас!

Цзян Сю также узнал его: «Это ты. Ты тоже пришёл повеселиться?

Упоминание об этом было действительно удачным ходом. Их отдел боевых

искусств был освобожден от участия в понедельничном собрании из-за

травм, которые они получили на соревнованиях. Они просто не знали, что

Цзян Сю - человек, который недавно стал популярным в школе, был той

самой потенциальной жертвой. Даже если бы он не знал, то этой шокирующей

сцены сегодня было бы достаточно, чтобы напугать его до смерти.

Цвет лица Сяохая стал бледным, когда пот начал капать со лба. Он

чувствовал, что он не может контролировать свой рот, когда он начал,

дрожа: “Привет ... похоже, что так”.

Цзян Сю засмеялся. Это

судьба, что мы встретились. Божество даст тебе несколько советов “Боевой

стиль, который ты используешь, должно быть, Длинный Кулак? Как думаешь,

можешь ли ты выпустить всю мощь из своих кулаков?”

TL Примечание: 长拳: Чанкуан или Длинный Кулак - боевой стиль из Северного Шаолиня.

Сяохай кивнул, чувствуя себя ошеломленным. Его рост был 180 см, но вес

его кулаков составлял всего лишь около 43 килограммов, что немного

меньше, чем у большинства участников смешанных единоборств. Это

заставило его почувствовать себя очень мрачным, поскольку он понимал,

что не может показать всю свою силу.

«Есть 38 ошибок в

использовании Длинного Кулака, наиболее важным является то, что во время

наращивания твоей мощности удара ты слишком напряжен, что вынуждает

тебя использовать только половину силы во время удара. Помни,

расслабься, прежде чем бить, а затем сразу же соберись, затаив дыхание, и

ударь быстро, как вспышка молнии».

"Попробуй!"

Сяохай был

настроен скептически, но он все же начал занимать позицию и готовил

руку, нацеливаясь вперед. Он расслабил свое тело и внезапно затаил

дыхание, нанося удар одновременно. В этот момент он почувствовал, как

будто вся сила в его теле искала место, чтобы выбраться наружу с

треском, и нашла, через его кулак. Удар вызвал потрескивающий звук,

из-за которого стеклянная перегородка в туалете, находящаяся на 1-2 м от

них, задрожала от его взмаха кулаком.

"О, МОЙ БОГ!"

Сяохай

был ошеломлен. Он просто не посмел поверить, что удар только что был

сделан им самим. Из стекла по-прежнему раздавался потрескивающий звук,

казалось, что оно сломается.

“152 кг. Это очень хорошо”

Сяохай

посмотрел на свой кулак, его глаза наполнялись слезами. Эта сложная

проблема мучила его в течение 10 лет. С детства, хотя он и был крепкого

телосложения, он не мог показать всю свою силу из-за этого. Он никогда

не думал, что это будет так легко решено с одного указания Цзян Сю.

Вес

кулака утроился. В следующем соревновании я могу полностью раздавить

противников, независимо от того, какие действия они предпримут. Мне

нужен только один удар. Итак, это то, что подразумевается под

«сокрушение через абсолютную энергию».

Он даже мог представить себе, как он поступил в колледж, через рекомендацию.

«Ты мой спаситель!»

Сяохай опустился на колени.

«Помни

слова Божества. Твой текущий уровень ударов руками нуждается в

жизненно важной энергии, поэтому тебе нужно поставить её перед силой,

если ты хочешь добиться продвижения дальше ».

Сяохай ушел из

туалета, наполненный бесконечным возбуждением. Сейчас он чувствовал себя

достаточно сильным и желал, чтобы день соревнований наступил как можно

раньше.

Папочка выиграет!

Цзян Цю был удостоен всем этим.

Сяохай глубоко поклонился перед туалетом, это был идеальный кивок под

прямым углом. Он долго стоял так и не выпрямлялся.

«Сяохай, что ты делаешь?»

Все подразделение боевых искусств, стоявшее на пороге, было ошеломлено.

На

верхнем этаже, Йи Венчен и Линь Шу, планировавшие посмотреть прекрасное

шоу, тоже подняли брови. "Что он делает? Почему он кланяется напротив

туалета? Он сошел с ума?

Как будто туалет был святилищем.

«Что было внутри?»

Сяохай все еще держал этот прямоугольный поклон; Гу Сюань не выдержал, сказав: «Я пойду!»

Он

поспешил внутрь. Есть не так много возможностей, чтобы показать себя

перед мастером Йи. В будущем мне придется полагаться на этого крупного

патрона.

Через минуту Гу Сюань тоже вышел наружу. Его лицо было наполнено возбуждением и красными глазами.

Так же, как Сяохай, он глубоко поклонился по направлению к туалету.

Все были ошеломлены.

«F * ск! Что с ними происходит?

Чэнь

Ян был озадачен. Что же там, в туалете… они действуют так, как будто

они поклоняются Богу: «Ах. Вы оба одержимы, или под кайфом ?

Он

также бросился в туалет. Через несколько минут он вышел и сделал что-то

еще более недепое, чем эти два. Он опустился на колени к земле и начал

кивать, точно так же, как набожный верующий.

“Что за…”

Эта сцена была очень странной, так что она сбила с толку всех тех, кто наблюдал за ней.

Казалось,

что в туалете скрывается какой-то огромный секрет, возможно, что внутри

произошло чудо. Сразу же все члены отдела по боевым искусствам вошли

один за другим. Они вышли вскоре после этого, и каждый из них, казалось,

был одержим, и кланялся по отношению к туалету.

Это не шутка! Даже Йи Венчен и Линь Шу были ошеломлены.

Любой был бы ошеломлен.

«Неужели

кто-то из могущественных молодых господ оказался внутри? Такое

совпадение невозможно, верно? Линь Шу начал включать свое богатое

воображение. Он не мог думать ни о какой другой возможности, кроме того,

что внутри был ужасный и очень способный человек, который заставил этих

людей кланяться туалетной комнате так, будто они поклонялись Богу.

Как могут эти настоящие могущественные молодые мастера веселиться в этом месте?

Йи Венчен покачал головой, его глаза внезапно оживились: «Может это старший брат Биг Лей?»

Старший

брат Биг Лей был местным боссом в Чинченге с достаточной силой, чтобы

напугать кого-то. Этот город развлечений Чинченг управлялся им. У него

было около 1000 братьев, которые ходили под ним, как в мире белых

воротничков, так и в теневом мире. Упоминая это, никто не жаждал стать

таким человеком. Более того, по слухам, он совершенно безжалостен и имел

извращенный стиль работы. Такая вещь, как ставить людей встать на

колени, была для него детской игрой.

Если бы эти сопляки действительно столкнулись со старшим братом Биг Леем, это была бы большая неудача для них.

«Этот ч-человек ... выходит!»

Услышав

звук шагов Цзян Сю, все мужчины, из отдела боевых искусств,

подготовились так, как будто они столкнулись с нисхождением Бога,

поклоняясь ему как Божеству.

«Это действительно из-за этого сопляка, Цзян Сю!»

«Это ... Что происходит?»

Нынешняя

сцена опровергла все сделанные ранее выводы. Это был не один из

могущественных молодых мастеров, и это не был старший брат Биг Лей, все

это было из-за Цзян Сю.

Взгляд, с которым все участники боевых искусств смотрели на него, выглядел так, как будто они видели Божество.

«Они что, идиоты?»

«Разве они не заботятся о своем статусе?»

«Что случилось с их честностью?»

Хоть

и есть поговорка, что можно найти золото на коленях человека, человек,

перед которым они стояли на коленях, был мелким сопляком Цзян Сю!

Цзян

Сю прошел между ними и вернулся на свое место. Йи Венчен и Лин Шу

спустились вниз в ярости. Лин Шу крикнул: «Что вы делаете? Вам сказали,

чтобы вы справились с ним, а вместо этого вы встали на колени перед ним

».

Ван Иньань сказал: «Извините, мастер Лин. Мы не можем принять

деньги мастера Йи. Пожалуйста, найдите кого-нибудь более достойного для

этой работы ».

«Братья, идёмте - найдем место для практики!»

Сказав

это, они все обернулись и ушли. Йи Венчен напряженно нахмурил брови.

Линь Шу захотел позвать их, но остановился, когда он уже был готов

что-то сказать. Их точка зрения была совершенно ясна, поэтому никакого

смысла в этом не было.

«Бездарность. Считают ли они, что наш молодой господин ничего не может сделать с Цзян Сю без них?

Йи

Венчен сказал: «Мастер Лин, ты знаешь кого-нибудь из круга старейшин

брата Биг Лея? Пусть его головорезы справятся с этим, так как это его

территория. В этом есть смысл.

Линь Шу скорчил лицо, но все равно кивнул.

Двое из них вошли в туалет.

«Давай

сделаем цену выше, чем мы предложили членам отдела боевых искусств.

Деньги не проблема. Я хочу, чтобы это было сделано на отлично », -

заговорил Йи Венчен.

Внезапно ему стало темно. На его голову

надели мешок. И затем, всевозможные атаки нашли свое место на его

голове. Возможно, это был сильный удар, или это было бита для крикета,

все это он почувствовал на себе.

Линь Шуй визжал рядом, как свинья.

После

этого, их головы засунули в унитаз - невыносимая вонь заставила их

блевать снова и снова. Они не могли видеть нападавших , поскольку мешки

мешали им разглядеть что-либо. Их было немного, но они избили их до

полусмерти

«G-WHARLPPP, SHYBH BEE ...»

Таинственные злоумышленники били их безжалостно и относились к ним,

как к животным. Чем больше Йи Венчен и Линь Шу кричали о помощи, тем

более беспощадней они их били. В конце концов, они только стали кричать

смиренно, но не осмелились звать на помощь.

Нападение продолжалось

несколько минут. Боль, испытываемая двумя господинами Йи Венченом и

Линь Шу, за эти несколько минут не была чем-то таким, что продолжалось

всего лишь один день, а было незабываемым в течение целого года. Их

головы опустили в унитаз общественного туалета! Может ли что-нибудь

быть более отвратительным?

Наконец, когда эти люди разбежались,

как рой пчел, только тогда они сняли свои мешки. Первым их действием не

была оценка своих травм, вместо этого они ринулись к умывальнику и

стали блевать.

Линь Шу рвало, и краем глаза он посмотрел в

зеркало. Его лицо было фиолетовым с синяками, которое можно было бы

охарактеризовать одним словом- «страдальческий», "Ублюдок! Кто нас

подкараулил ?! Возьмите меня лицом к лицу, если кишка не тонка!"

Тем

не менее, Йи Венчен, находившейся рядом дрожал. Он разбил контейнер для

жидкого мыла в гневе, и он ревел, как зверь. Каким человеком был

господин Йи? Он был тем, кто всегда избивал других, но сегодня избили

его.

«Я не оставлю это так просто».

Линь Шу сказал: «Это что, тот сопляк Цзян Сю?»

Он

не мог представить никого другого, кроме Цзян Сю, кто хотел бы

поквитаться с ними. Этот план был другой- они планировали сделать то же

самое с Цзян Сю. Он чувствовал, что возможно, Цзян Сю уловил это и

использовал свой собственный план отмщения.

Йи Венчен вытер кровь у

своего рта. Его состояние было еще более жалким, чем у Линь Шу,

окровавленный нос и опухшее лицо. Его очки также сломались, что сделало

крайне несчастным: «Это не может быть он -было много мужчин, а он всего

лишь один ».

То, что заставило их чувствовать себя более мрачно, так это то, что веб-камеры не разрешалось устанавливать в туалетах.

«Черт! Разве ты не говорил, что знаешь, где околачивается старший брат Биг Лей?

«Пусть он поразнюхает всё тут !»

Даже если в туалете не было веб-камер, дорожек было много, поэтому можно было найти некоторые подсказки.

«Пойдем в департамент безопасности!»

Эти

двое молодых господ никогда не получали в жизни такого унижения.

Впервые с момента рождения они были избиты другими. Было очевидно, что

их сердца горели от ярости. Прибыв в отдел безопасности, Линь Шу ударом

ноги открыл дверь.

Охранники внутри были ошеломлены. Действительно

ли это так просто владеть развлекательным городом? Охранники помчались к

ним, один из них, с фигурой Геракла начал :«Уроды! Вы хотите сдохнуть?!

Вы осмелились на свою задницу приключений даже там?

Лин Шу сказал: «На нашего папочку напали в одном из ваших мест. Вы должны дать объяснение этому ».

Капитан-гвардеец

посмотрел на их избитые физиономии, их действительно избили и воняли

они, как дерьмо,: «Кто знает, может вы, черт возьми, оскорбили кого? И

хотите свалить вину на наш город развлечений?

Йи Венчен уже был в

гневе. Увидев, как коп ведет себя с ним за, Баам! Он дал хорошую,

жесткую пощёчину ему : «Ты, бл*ть, не знаешь кто мы? Зови своего

начальника.

Капитан-охранник был ошарашен, держась за щеку.

«Что

за ублюдки настолько обнаглели, что осмелились найти проблем в моем

районе Биг Лея?» Наряду с голосом, мужчина средних лет, которого

сопровождали молодые люди и копы, протискивался через них; он также

держал толстую сигару в своих пальцах.

Красотки, шлюхи, копы и

бандиты из развлекательного города, промышляющие там все вместе, все

пропускали его и отходили с торону. Они зарабатывали на жизнь в этом

месте, поэтому они, естественно, знали, каким ужасным человеком был в

городе Цзян этот человек.

Это был Биг Лей. Он промышлял как в мире

белых воротничков, так и в подпольном мире, его руки потемнели от

греха. 60% развлекательных предприятий города Цзян принадлежало ему,

исключая всех этих бесчисленных скрытых и зловещих незаконных

предприятий.

Заметка: 大雷 (Big Lei) : (大) Очень(雷) Сленг – Пугающий

Он был драконом города Цзян!

Видя

Биг Лея, Йи Венчен и Линь Шу сразу сталисмиренными, как дошкольник,

стоящий перед старшеклассником, и становились все более послушными: "Вы,

ублюдки, действительно что-то натворили. Вы осмелились нанести Биг Лею

оскорбление."

Он немного пошевелил сигарой в пальцах, и двое мужчин в униформе сразу же бросились вперед и схватили двух молодых господ.

Линь Шу крикнул: «Вы знаете, кто я?»

«Мой отец - Лин Дунпин!»

Биг Лэй спросил кого-то рядом с ним: «Кто, черт возьми, он?»

Этот

человек тихо сказал: «Владелец ресторана клана Лин. Его бизнес

процветает и имеет капитал в 20-30 миллионов. Его можно считать одним

из богатых ».

В '08 году цены на жилье все еще не повысились. По

сравнению с 20-30 миллионами в то время не было не сравнимо с 20-30

миллионов в последующие годы, поэтому этого было достаточно, чтобы

впечатлить кого-либо.

Биг Лэй сказал обиженно: «Чертов ублюдок! Я

все еще думал, что это действительно какая-то шишка! Всего 20-30

миллионов. Этого достаточно, чтобы зваться богатым? Это означало бы, что

после сегодняшнего дня больше нет бедных порошаек».

Студенты в

школе были чересчур устремлены к персонажам подпольного мира, но любая

информация об этом Биг Лее не была чем-то преувеличенным. Сила, которую

он показал публике, была впечатляющей, поэтому он и владел этим

развлекательным городом Чинченг с инвестициями в 50 миллионов долларов.

Каким же был отец Линь Шу по сравнению с Биг Леем?

Лин Шу сказал: «Человек рядом со мной - принц Йи ...»

«Еще один принц!» Старший брат Биг Лей совершенно безэмоционально спросил: «Ну и кто же твой отец?»

Йи Венчен с гордостью сказал: «Йи Вейгуо!»

Биг Лей выдал небрежно: «Район Йи!»

Отец

Йи Венчена стал бы начальником города Цзян в течение 7-8 лет, но сейчас

он все еще был лишь губернатором округа. Эта должность была не

маленькой, но все еще была эквивалентна ничтожеству в глазах Биг Лея.

«Ты, ударь еготак же, как он тебя ,10 раз!»

Капитан кивнул с возбуждением.

"Избейте этих ублюдков! Сосунки осмелились иметь дело со мной."

Йи

Венчен был ошеломлен. Даже упоминание имени его отца оказалось

бесполезным. Такое ли унижение получил капитан сейчас? Он ударил

несколько раз, каждый из которых был громким и хлестким. После каждого

удара Йи Венчен видел все больше звездочек вокруг себя, и, выплёвывая от

ударов кровь, он все глубже погружался в горе.

Совсем недавно он был избит, с мешком на голове, и теперь, еще лучше, его били лицом к лицу.

На протяжении всего его жизненного пути господин Йи никогда не получал такого рода горя и унижения.

Когда

студенческий совет услышал, что кто-то избивал Йи Венчена, все быстро

бросились к ниму. Один из одноклассников Ей Вэньчжэнь Чжоу Чжичао не

знал, что перед ним был старший брат Биг Лей. Он прокричал:

«ОСТАНОВИТЕСЬ!»

"Я предупреждаю тебя. Хватит беспределить. Нас не так легко запугать».

Девочки, Чэн Линьшу, Оуян Цянь и Ли Дэн тоже были возмущены. Ну это уж слишком. Они так сильно избили их.

"Это верно! Как вы можете бить людей без причины ?! "

Старший

брат Биг Лей не обратил на них никакого внимания. Там стояло более

десяти крепких людей, поэтому никто из студенческого совета не осмелился

спасти их, и только несколько раз кто-то что-то сказал, пока эти десять

беспощадных ударов не достигли Йи Венчена.

«Старший Брат Биг Лей,

пожалуйста, простите нас. Мы не посмеем снова так поступать », -

послушно сказал Йи Венчен, иначе его избили бы больше.

«Ок, хватит. Отпусти их!"

«Однако ,пусть эти 3 девочки остануться ...» Биг Лей указал на Чэн Линсу, Оуян Цянь и Ли Дэна.

Внешности

Оуян Цянь и Ли Дэн были потрясающим ,и их можно был с легкостью

назвать королевами кампуса, и не нужно было ничего говорить о Чэн Линсу,

ее красоты было достаточно, чтобы причинить людям страдания и разрушать

страны. Эти три женщины были особенными.

Цвет лица Йи Венчена и остальных мгновенно поменялся.

Кем

же был старший брат Биг Лей? Он принадлежал к подпольному миру. Его

деяния были позором в кругах города Цзян. Последствия этих трех девочек

старшей школы, попавших ему в руки, были просто ужасны, чтобы

представить.

Не считая того, что Чэн Линьсу и остальные женщины

были объектами вожделения школьников, принадлежащих к студенческому

совету, если бы Йи Венчен и остальные оставили этих трех девушек сегодня

и убежали, с каким лицом бы они ходили и имели ли право поднимать свои

головы? Они бы стали посмешищем.

Оуян Цянь сердито сказала: «Почему ты хочешь, чтобы мы остались?»

«Мы до сих пор не сообщили, что вы кого-то избили!»

Старший

брат Биг Лей рассмеялся, услышав эти слова, но ни один из его товарищей

в стороне, а также телохранители, не засмеялись. Пугающего настроя было

достаточно, чтобы сердце людей дрожало.

Йи Венчен и остальные школьники чувствовали, что их сердца дрожали.

Эти девочки просто не знали, какое ужасное существо этот человек перед ними.

«Старший

брат Биг Лей, она просто маленькая девочка. Она ничего не понимает. Я

извинюсь от ее имени. Йи Венчен бросился просить прощения. Он знал, что

причина, по которой старший брат Биг Лей отпустил их сегодня, была ради

отца Венчена.

«Скройся!» Голос Биг Лея стал холодным: «Если ты не уйдешь отсюда сейчас, тогда бл* приготовься быть выброшенным».

«Многие женщины хотят быть с этим папочкой, это счастье, что этот он смотрит на них сейчас!»

«Хм?»

Когда Цзян Сю, который опирался на соседнюю стену, услышал эту фразу,

он почувствовал, что они звучат ему знакомо. Разве это не те слова

жалости, подаренные девушками этим Божеством? Кто осмелится украсть их?

Кто такой дерзкий, чтобы осмелиться поставить себя на равных с этим Божеством?

На

бессмертном континенте боевых искусств статус Цзян Сю был еще более

священным, чем Правителя, как можно было сравнивать местного гангстера с

ним?

Босс Биг Лэй подал знак рукой, намекая телохранителям схватить их.

Кто из Оуян Цянь и Ли Дэн был не из знатного рода? У них из-за этого и

сложился надменный характер. Они осознали, что за человек перед ними,

когда те телохранители-громилы бросились на них. От нахлынувшего страха

они закричали и стали убегать.

Чэн Линсу была довольно спокойна.

Она была уверена, что Биг Лэй не посмеет напасть на нее. Активы,

принадлежащие семье Чэн, составляли от 200 до 300 миллионов. Не говоря

уже о городке Цзян, который находился на вершине списка во всей

провинции. Сумма налогов, которые они выплачивали за год, была равна

сумме ВВП всей деревни за год! Сейчас, когда ВВП играет важнейшую роль в

достижении успеха, руководство города и провинции относятся к имуществу

семьи Чэн, как к сокровищу. И влияние их семьи совершенно очевидно!

Так посмеет ли Биг Лэй сделать хоть шаг против нее?

Она

была уверена, что не посмеет. Все, что он мог бы сделать, это смутить

ее или припугнуть. Еще он мог бы оскорбить ее на ярость семьи Чэн, ведь

она была второй леди своей семьи.

Чэн Линсу хотела остаться, чтобы помочь своим товарищам.

Она сказала: «Я останусь, но их вы отпустите».

«Сусу!»

Услышав ее слова, все ученики с изумлением посмотрели на нее.

Глаза Биг Лэй как-то странно заблестели. «А ты смелая девчонка. Из какой ты, черт возьми, семьи?»

Чэн Линсу подняла подбородок и дерзко ответила: «Семья Чэн, младшая дочь Чэн Ханьлинь, Чэн Линсу!»

Все

вокруг начали перешептываться. Даже выражение лица Биг Лэй резко

изменилось. Ведь род Чэн не был как какое-то неизвестное маленькое

заведение, он был настоящим гигантом города Цзян.

«Ты дочь Чэн Ханьлинь!»

«Да».

Биг

Лэй инстинктивно засмеялся и, когда он хотел сказать что-то, его

телефон, как показалось, зазвонил и он отошел ответить. Но на самом

деле, это он хотел позвонить.

У Биг Лэй был небольшой кусок земли в городе Цзян, а он не был дураком.

«Брат Донг!»

А'Донг

находился в военном окружном составе и стоял на страже у старика Тан

Чжэндуна. Его левую руку уже лечили, и его жизни ничего не угрожало, но

его рука была изувечена на всю жизнь. После того, как рана полностью

заживет, ему поставят механический протез. Сейчас наука достаточно

развита, и можно достать себе любую недостающую конечность.

Некоторые

члены семьи Тан тоже были в комнате и, когда А'Донг почувствовал как

завибрировал телефон, он был вынужден выйти. «Ну!»

«Говори, что тебе надо быстро. Я занят!»

Биг

Лэй начал: «Тут такое дело. Дочь Чэн Ханьлинь из рода Чэн приехала в

Город Развлечений и публично напала на одного из моих людей. Теперь у

меня неприятности. Я хочу спросить у брата Донга, могу ли я принять меры

против нее?»

Поскольку у него были связи с подземным миром, и он

открыл этот Город Развлечений, он должен был быть вне себя от ярости и

показать, что его все должны бояться. Если он не может справиться даже с

несколькими студентами, он не сможет управлять другими персонажами

подземного мира.

«Мозгами пораскинь немного. Не стоило вообще

звонить с таким вопросом. Если семья Чэн побеспокоит тебя, я их

прикончу!» Его лицо выглядело безжалостным. Он был зол из-за

искалеченной руки старика.

«Д-да…»

Биг Лэй бросил трубку от волнения, сделал глубокую затяжку сигары и довольный зашел обратно.

Чэн Линсу заговорила: «Босс Лэй, во имя моего отца...»

«Отпусти нас».

Биг Лэй выдохнул дым, «Тсс. У этого сукина сына Чэн Ханьлинь хорошая судьба, еще и такую смелую дочурку воспитал».

«Только что этот сукин сын имеет, чтобы я мог сохранить его имя?»

«Он весь такой важный?»

Лицо

Чэн Линсу окаменело. Не обращая внимания на нее, Биг Лэй продолжал

оскорблять ее отца сукиным сыном, показывая, что ему наплевать на ее

папочку Чэн Ханьлинь. Чэн Линсу побледнела и даже она сейчас

почувствовала страх.

Вся ее уверенность заключалась в родословной ее семьи и их богатства.

Но

всегда найдется кто-то с еще большей властью. Возможно, могущество

семьи Чэн было только в ее глазах, а таких семей на каждом шагу было

бесчисленное множество. Как подметил Биг Лэй, да какой там статус у ее

семьи?

Чэн Линсу вдруг поняла, как она глупа. В глубине ее сердца она почувствовала стыд и ненависть.

«Парни, проваливайте отсюда ради этого Папочки. Эти три девушки останутся, хехе!»

Лица

У Венчена, Линь Шу и другого молодого магистра выглядели жалко. Если бы

они не ушли сами, их бы просто вышвырнули за дверь. И хотя ученицы

хотели уйти, они не могли. Их цвет лица побледнел, а глаза наполнились

слезами.

«Босс Биг Лэй, отпусти нас, пожалуйста».

«Выпусти нас!»

Они

были необычного происхождения и имели хороший опыт. Они были в сто раз

или даже в тысячу раз сильнее, чем обычный ученик высшей школы, но, в

конце концов, они все еще просто школьницы и никогда не сталкивались с

подобными ситуациями. Сегодняшний день был просто катастрофой для них.

Это можно сравнить с падением на 18ый круг Ада.

«Валите!»

Ученицы стали орать, но парни были беспомощны.

В

этот момент кто-то отчаянно выставил руки, попытавшись остановить

телохранителя. Все вдруг с удивлением посмотрели на этого человека и

увидели, что Цзян Сюй пытается заблокировать ему путь.

Когда еще один студент решил нарваться на неприятности, Биг Лэй разозлился: «Черт! Да ты еще кто и из какой семьи?»

Его

терпение уже лопалось. Каждый из этих негодяев хочет проблем! Да вы

хоть представляете кто такой Биг Лэй? Думаете, сможете остановить меня?

«Это Божество не принц какой-то семьи!»

«Тогда кто твой отец?»

У

Венчен не хотел бы связываться с Цзян Сюй, даже если бы он был в

ужасном положении. Он его ненавидел и если бы он не полез к громиле,

этого бы всего не произошло. Сегодняшняя ситуация всколыхнула совесть У

Венчена. Ему было стыдно поднять лицо, но он произнес: «У его семьи

фруктовый ларек».

«Что?» Биг Лэй не мог поверить своим ушам.

Он посмотрел на Цзян Сюй в полном недоумении.

«Твоя семья держит фруктовый ларек?»

«Точно. Моя семья держит фруктовый ларек».

«Хахахаха ...»

Даже сотрудники Города Развлечений, которые боялись даже пискнуть из-за сложившейся ситуации, громко засмеялись.

«Черт!»

Ты еще осмелился влезть, когда у твоей семьи всего лишь фруктовый киоск?

Цзян Сюй отреагировал равнодушно: «И что? Презираешь продавцов фруктов?»

«Ха-ха ...»

Биг Лэй засмеялся в ответ.

Взгляд

Цзян Сюй медленно стал холодным: «Босс Биг Че-то Там, ты смеешь

говорить, что девушкам повезло, если они поймают твой взгляд. Ты просто

местный гангстер. Ты даже не можете оскорбить продавца фруктов. Кем ты

себя возомнил?»

Тсс! Внезапно возникла тишина. Все, как сумасшедшие смотрели на Цзян Лэй.

«Черт! Он в своем уме?!»

«Так разговаривать с Боссом Биг Лэй!»

«Да он точно смерти ищет!»

Некоторые

парни уже отдавали свое почтение Цзян Сюй в своих сердцах. Это твоя

сестра! Сделай еще шаг, если хочешь умереть, но нас не впутывай.

У

Венчен и Линь Шу чуть ли не рыдали, но сдерживались из последних сил.

Этот парень изначально был тупым мудаком. Да что с ним вообще не так?!

Он думает, что станет героем, если изобьет учителя и получит за это

медаль?

Да кого ты, черт возьми, из себя тут строишь?!

Они

испугались до усрачки. У Венчен и Линь Шу почувствовали, как трясутся их

ноги. Кем был Босс Биг Лэй? Он устроил это все, потому что на его

телохранителя кто-то нарвался. А теперь его публично оскорбляют и

последствия даже представить страшно. Неизвестно, что он еще устроит

после того, как пришел в бешенство.

«Говоришь, я не могу позволить себе оскорбить продавца фруктов ?!»

«Ха-ха ... Ха-ха-ха ...»

Биг

Лэй рассмеялся теперь уже раздраженно. Он указал пальцами, в которых

держал сигарету, на Цзян Сюй. Возникла ужасная и злобная атмосфера. Все

понимали, что Босс Биг Лэй полыхал от гнева и мог взорваться в любой

момент.

«Брат, сегодня я дам тебе знать, могу ли я оскорбить

продавца фруктов, как ты». Он произнес это еле слышно, сильно стиснув

зубы. Люди в подземном мире были очень жестокими, а их сердца были

черными, как смола.

Самым важным для них было социальное

положение, и они были очень обеспокоены тем, как сохранить свое лицо.

Взгляд Биг Лэй был зациклен на Цзян Сюй, а его лицо постоянно меняло

цвет: «Покалечьте его для этого Папочки!»

«Я займусь им!»

«Ему конец!»

Чэн

Линсу тяжело вздохнула, ему действительно конец. В ее руке был еще один

козырь. Ее тетя, сестра матери, вышла замуж за военного. Армия, где он

служил, находилась в деревне Люян в 50 км к югу от города Цзян. Если бы

Биг Лэй жестоко с ней обошелся, она могла позвонить и попросить о

помощи.

Но ситуация вышла из-под контроля.

Телохранитель

ростом 1,9 м ринулся вперед быстрыми и яростями шагами. Его руки были

толще, чем бедра обычного человека. В эту же секунду удар со свистом

прилетел прямо в голову Цзян Сюй.

«Ааааааа! Валите его! Быстро!»

Этот

кулак выглядел больше, чем голова Цзян Сюй, и был похож на шары

кунг-фу. Не было сомнений, что таким кулаком можно размазать кому-нибудь

голову.

Цзян Сюй окинул его взглядом: «Просто плебей!»

Свист!

Цзян

Сюй сделал шаг вперед и замахнулся на телохранителя кулаком, чтобы

схватить его за шею. Под хруст костей, Цзян Сюй поднял телохранителя за

горло.

Глаза телохранителя широко раскрылись, становясь всё безумней,

чувствуя предельное ощущение страха. Он был 1,9 метра в высоту, а весил

110 кг, обладая фигурой, похожей на гору. Он был уверен в своих силах,

но Цзян Сюй, рост которого даже не достигал 1,8 метра, и имел худощавое

телосложение, легко поднял его, словно схватил цыпленка.

Эта сцена была пугающей! Шокирующей!

Что

более устрашающее, так это то, что Цзян Сюй поднимал его за шею, а это

означало, что весь его вес упал на горло. Если его шейные позвонки не

выдержали бы, то они бы сломались и стали причиной его смерти..

Цзян Сюй казался довольно обычным человеком, но обладал невероятной силой.

«Похоже, он знает толк в своем деле! Неудивительно, что он так поступил!

«Ты умрешь!»

Другой

телохранитель, со схожим телосложением, бросился вперед. Его внешность

была злобной и сопровождалось инерцией, несущей сокрушающий удар. Сила

этого удара была больше, чем от предыдущего телохранителя, и он целился в

висок Цзян Сюй. Висок был одним из самых смертоносных точек у людей.

Один слабый удар может вызвать внутреннее кровотечение в мозге, что

приведет к мгновенной смерти.

«Ха!»

Под ошарашенными

взглядами каждого стоящего, 110 кг человек был выброшен Цзян Сюй, как

куклу с ужасной силой в направлении надвигающегося телохранителя.

Бам!

Они столкнулись, как грузовики, и летели по направлению к стене,

взмазавшись в неё в конце. Из-за этого стена обрушилась, и они упали

вниз. Они кричали от боли на полу, даже человек стальными костями не

смог бы встать после этого.

"Вы…"

Глаза Биг Лея почти выскочили, его рот подергивался.

«Хорошо дерешься, а?»

Он

был Биг Лей. Дедушка Лэй много лет мутил в подпольном мире Цзян-Сити.

Он не ожидал, что есть кто-то, кто еще осмелится наступить ему на лицо и

оскорбить его. Только единственная мысль была у него в тот момент - я

убью его.

«Эй вы, порубите его на куски!»

TL Примечание:

Дедушка в Дедушке Лей используется как способ передачи старшинства.

Уважение у китайцев часто передается таким образом. Это проявление

уважения, когда обращаются к пожилым людям.

У Биг Лея было 7-8

телохранителей и около 20 младших братьев, которые следовали за ним и

мутили в подземном мире, а также охрана города развлечений. Они видели

такие вещи уже много раз, поэтому они сразу бросились в комнату, чтобы

получить свой арсенал: стальные трубы, мачете, бейсбольные биты, а затем

набросились на Цзян Сю.

Вид огромной толпы, скандирующей «Убей

его!», был таким впечатляющим, что, казалось, что-то, это происходило в

телевизионной драме, но это было на самом деле. В руках у них был не

реквизит. Эти ножи были острыми, и это было бы удачей, если надрез

закончился бы только кровотечением. Удара ножом в жизненно важные органы

было достаточно, чтобы свести счеты с жизнью.

Йи Венчен, Линь Шу и Чэн Лингсу были ошеломлены от страха и дрожали, прячась в углу.

«Вы смотрите свысока на продавца фруктов?»

Цзян

Сюй уклонился от взгляда, и его аура внезапно начала

трансформироваться. Его движения были похожи на игру тени, когда он

ворвался в толпу. Точно так же, как он пронзился через большую группу

людей в здании боевых искусств в тот день. Только этот путь был немного

длиннее, а проход длиной 40-50 м был заполнен головезами.

"Убейте его!"

Ему

было бы трудно справиться с ними до Пробуждения, но Божество Сюй уже

переместилось в 1-е Мифическое царство Пробуждения. Божественной силы у

него было достаточно, чтобы поднять машину весом в тонну. Можно было

представить себе ужасающую силу, с которой он наносит удары руками и

ногами. Когда они достигли головорезов, был слышен звук ломающихся

костей. Каждый удар причинял травму.

Бам! Бам! Бам!

Каждый из них был брошен на землю!

Несколько

сотен человек толпились в коридоре длиной 50 м. Они посмотрели на Цзян

Сюй, его силуэт мерцал то там, то здесь. Где бы он ни появился, его

противники были повержены, а дух сломан.

Стальные трубы согнулись,

мачете треснули, а бейсбольные биты разлетелись на щепки. Он был похож

на героя среди людей, выглядящий как Бог, спустившийся в мир людей!

Когда

он подошел к концу коридора, ни один позади него не мог стоять. Его

путь представлял собой побоище, с людьми, лежавшими в позах шестерки и

семерки. Они держались за головы или ноги, стоная от боли и громко

крича. Это было жалкое зрелище.

«Я ведь не сплю, верно?»

Один человек бился сотней?

Это…

"Он выстоял?"

Чэн

Лингсу почувствовала, что она будто спит, и ее сердечное потрясение

было значительным. Это было потому, что она была знакома с Цзян Сюй и

знала о нем все. Этот парень, который как она считала, не имел никаких

перспектив на будущее и мог только сливаться с уличными

продовольственными рынками, также как его родители, оказался неожиданно

сильным.

Этот человек действительно Цзян Сюй?

Как это возможно? Когда он учился боевым искусствам?

Что

касается Йи Венчена и Линь Шу, они, наконец, поняли, почему все члены

Отдела боевых искусств почитают Цзян Сюя, как Божество. Если бы сильный

молодой мастер из Императорской столицы вдруг неожиданно прибыл- сам Йи

Венчен сделал бы то же самое.

«Смотрите с высока на продавцов фруктов?»

«А как вам такое?»

Цзян

Сюй спокойно подошел. Биг Лэй почувствовал, как его горло ссохлось,

когда он дрожа двигал своими пальцами, но большая сигара между ними уже

давно упала на землю.

Глоток( сглотнул от страха)!

Дедушка

Лэй с трудом сглотнул. 10 первоклассных телохранителей, более 20 его

братьев, плюс еще 200 охранников, всего 300 человек. Все они были с

легкостью повержены юнцом перед ним. Тонкий образ эксперта был в прямом

видении этой ситуации.

«К-кто, кто ты?»

«Продавец фруктов!»

«У

тебя есть способности. В самом деле. Твоя скорость быстра, удары

мощны. Ты побил 300 мужиков в одного.., я никогда не видел кого-то с

такими же навыками, как у тебя. Биг Лей стал успокаиваться: «Но

сегодняшний мир немного другой. И что, что ты сильный? Быстрый ли ты,

как пуля?

Цзян Сюй улыбнулся: «Ты можешь попробовать!»

Биг Лей внезапно достал пистолет типа 54 «Черная звезда», нацелив его на голову Цзян Сюй.

«Ублюдок! Ты думаешь, что со мной так легко справиться ?!

Цзян Сюй молчал.

«У тебя есть стержень!»

Биг

Лей не верил, что Цзян Сюй осмелится сопротивляться, поскольку это

могло закончится плачевно. Ты довольно смелый. Я целюсь в твою голову, а

ты даже не вздрогнешь.

«На колени. На колени предо мной! »

"Ты меня слышал? Не думай, что я не смогу ... »

Он

даже не закончил говорить, когда это случилось. Биг Лей мгновенно

почувствовал боль в теле, за которой последовала сильный толчок. Он

отлетел назад и врезался в ликерный шкаф, тем самым заставляя его

рухнуть, в результате чего, красное вино разлилось по всему месту.

«Дедушка Лэй!»

В

свои ранние годы Биг Лей дрался и никогда не проигрывал. Однако перед

Цзян Сюй, он был просто ударить в ответ. Он даже не видел, как Цзян Сюй

напал на него в ту секунду.

«Ааакх ...»

Биг Лэй катался по

земле, вопя от боли. Пистолет отлетел на метр от него. Он попытался

схватить его, но он даже не мог доползти туда.

Факты говорили сами за себя. Перед настоящим мастером, человек даже не получил бы возможности выстрелить.

«Я признаю, что был в не ведении, ты действительно очень сильный!»

«Но всегда есть кто-то сильнее!»

«Не

забывай, что это город Цзян, это моя территория. У меня ещё есть

несколько человек. Подожди, если осмелишься ... Он с большим трудом

вытащил свой мобильный телефон из одежды: «Ну так как?»

В этот

момент у Биг Лея было прозрение. Если Цзян Сюй не посмел бы,то он

использовал бы мобильный телефон как угрозу. Поэтому он и спросил это. С

его текущем состоянием ему было бы трудно выстоять еще одну атаку Цзян

Сюй.

Цзян Сюй подтянул к себе стул и сел, махнул на него рукой,

намекая, чтобы он делал всё, что хотел. Он повернулся к Чэн Лингсу и

остальным: «Эй, почему вы не уходите? Вы планируете остаться ещё?

Он

не знал, кому будет звонить Большому лей, поэтому его знакомым было

очень опасно оставаться здесь. Он не смог бы защитить их, поскольку он

все еще был только в 1-м мифическом царстве Пробуждения.

Чэн Лингсу и другие почувствовали, будто они проснулись от сна. Йи Венчен поспешно сказал: «Быстро! Идем отсюда!"

В то время Биг Лей уже звал Брата Донга: «Алло!»

А'Донг

чувствовал себя немного лучше, потому что Старый Отец Танг очнулся. Его

цвет лица казался лучше, чем после того, как доктор назначил некоторые

болеутоляющие средства. Таким образом, его тон был немного приятнее: «Ну

что опять?»

«Брат Донг. у меня проблемы. Это мастер боевых искусств, он очень сильный!

Услышав

то, что это был эксперт по боевым искусствам, А'Донг стал более

заинтересован. Даже старый отец Танг Чжэньшань рядом почувствовал себя

немного в теме. Поэтому, он спросил: «Кто он такой ,и что было до

этого?»

Большой Лей также считался тем, кто связан с боевыми

искусствами. Он очень усердно тренировался в юности, и, хотя его знания в

отношении боевых искусств были не такими высокими, он все равно мог

распознать историю. Однако он ничего не мог заключить из-за того, что

Цзян Сюй прошел через 50-метровый проход, искалечив 300 человек. Даже

нападение, которое он перенес было расценено как удар ногой, так как он

нашел след на своем торсе.

«Я не могу понять кто он, но я слышал, что говорят его одноклассники. Кажется, его зовут Цзян Сюй!

"ЧТО!? Цзян Сюй!? «А'Донг моментально напрягся!

Цзян Сю, это было имя, которое заставило его почувствовать себя очень

благодарным, обиженным и испуганным. Даже старый Отец Танг, лежавший на

кровати, вскочил, чтобы сесть, услышав это имя.

Это он! Он снова здесь!

Даже

такой человек, как Лин Чжэньбэй, который преследовал королевство

Дао-Солдат, был напуган безрассудно, столкнувшись с Цзян Сю. Как могли

эти бесполезные подчиненные Биг Лея стать его противником?

Это немыслимо!

«Я уже в пути!»

Закончив свой звонок, А'Донг посмотрел на Тан Чжэньшаня. Он знал, что

Старый Отец уже слышал то, что Цзян Сюй, искалечивший его руку появился

вновь. «Старый Отец, он появился вновь. Что мы будем делать?"

Тан

Чжэньшань наглаживал свою покалеченную руку: «Поскольку г-н Цзян отрезал

руку и испарился в тот день, благодарность, которую моей семьи Танг,

уже отдана. Что касается враждебности к нему за то, что он искалечил мою

руку, я, естественно, хочу это забыть ».

А'Донг кивнул, сказав, что понял.

«Но

мы не можем забывать того, что он также является экспертом по боевым

искусствам, человеком, которого боится даже Линь Женбей. Наша семья Танг

должна относиться к этому вопросу с предельным уважением. A'Донг, ты

все понял?

В то же врмя, сохраняя благодарность и отбрасывая

недовольство в сторону, только уровень совершенствования Цзян Сюй

склонил семью Тан, отнестись к этому так серьёзно.

"Я понимаю. Я попрошу г-на Цзяна простить мои необоснованные действия в тот день ».

Тем

временем , Биг Лей закончил звонок и, шатаясь, с большим трудом начал

вставать. Он прислонился своим телом к стене и усмехнулся: «Что, думаешь

что ты так хорош?»

«Глупая лягушка на дне колодца. Ты

когда-нибудь видел настоящего мастера? Погоди-погоди, Дедушка Лей

заставит тебя расширить свои границы. Настоящий спец по боевым

искусствам уже едет сюда ».

Упоминая, что кто-то уже едет сюда, лицо Биг Лея не проявляло ярости или разногласий, а было совершенно серьезным.

"Да неужели?"

Напротив, Цзян Сюй действительно с нетерпением ждал этого. Он хотел знать, каков уровень боевых искусств в его родном городе.

В

тот день Лин Чжэньбэй оставил глубокое впечатление в памяти Цзян Сюя.

Это было не из-за его силы, но немного из-за бессмертного

совершенствования дыхания на его теле. Используемый им навык

передвижения не был навыком божественной силы, или чем-то еще, но у него

был след.

Вполне возможно, что были сущности, которые могли угрожать его жизни.

Законы

Мириады были взаимосвязаны. Если бы такое существование действительно

происходило, Цзян Сюй был бы убежден, что его сила созреет быстрее, чем

он сможет оправиться до той стадии, когда он сможет разрушить

космическую пустоту и использовать ресурсы из Бессмертного Боевого

Континента. Ему бы не нужно было ждать 300 лет, чтобы получить

одноразовый летающий меч, посланный его глупым учеником.

Глядя на Цзян Сюя, Биг Лей сказал: «Боишься?»

«Но уже слишком поздно!»

«Любой, кто оскорбил Дедушку Лея, никогда не покидал это место целиком».

Биг

лей усмехнулся. Все его тело было в крови, и даже его лицо было

окровавленным. Он казался измученным, но все же смеялся от

самоуверенности.

Это было потому, что он знал, птичка в клетке, окончательным победителем все равно будет он.

Это был характерный темперамент бандита подпольного мира!

Он никогда бы не согласился на поражение, если только не погибнет.

Как может великий Дедушка Лэй проиграть человеку, чья семья владела фруктовым киоском? Не о чем и думать!

Многим

из персонала было довольно любопытно, и даже некоторые из подчиненных

Биг Лея, которые все еще ползали по земле, чувствовали тот же самый

интерес. Они слышали, что кто-то стоит за Биг Леем, и казалось, что

сегодня был судьбоносный день.

Это также привело к изменению ситуации в противоположную сторону.

Звуки

начали раздаваться от городских ворот Города Развлечений. Биг Лей

почувствовал, как его сердце замерло. Он пришел. Они увидели мужчина

средних лет в ветровке. Его фигура была короткой и маленькой, и он,

казалось, не обладал никакими особыми качествами, но этот силуэт был

равен непревзойденным богом битв в сердце Биг Лея.

Он прошел через

проход, заполненный людьми, упавшими на землю. Этим мужчинам все еще

было больно, но они переносили это и тянули себя в сторону, чтобы

уступить дорогу для него.

Цзян Сюй был немного удивлен, увидев его

и тут же беспомощно улыбнулся. Так называемый мастер, которым хвастался

Биг Лей, неожиданно оказался шофером Тан Чжэняна, который запер его в

комнате и не позволил ему покинуть её, сказав, что это для его

собственной безопасности.

Не слишком ли это значительное совпадение?

А'Донг

не обратил внимания на раненых на земле и сделал решительное лицо, на

котором можно было заметить следы ужасного гнева. Видя гнев на лице

Старого Донга, Биг Лей усмехнулся еще довольней. Брат Донг рассердился!

Он вспомнил, как брат Донг в последний раз был рассержен. Это случилось

10 лет назад. У тех людей в то время было ... не было никаких

оправданий. Теперь он почувствовал симпатию к Цзян Сю.

«Брат Донг!»

Биг

Лей кашлянул кровью, как только открыл рот из-за возбуждения. Удар Цзян

Сюя был просто ужасным. Биг Лей пролетел несколько метров, поэтому не

было никаких сомнений в том, что травмы были множественные внутренние

травмы.

Кровь вытекала изо рта, но он все еще был в улыбке.

А'Донг подошел к Биг Лею.

«Брат Донг!»

Биг

Лей снова позвал его. Он вытер кровь около рта и сказал твердо: «Забей

на это. Этот маленький суч*нок почти убил меня, но я выстоял ».

ХРЯСЬ!

А'Донг

дал безжалостную пощечину. Биг Лей с большим трудом остался на ногах и

снова наклонился к стене. Лицо его было наполнено изумлением. Он был

совершенно ошеломлен.

«Брат Донг?»

Он не мог понять, почему А'Донг ударил его. Разве ты не должен бить этого выродка?

А'Донг

обернулся и согнул колени и опустился на пол, несмотря на разбитое

стекло, лежавшее на земле. Он опустил голову и только опустился на

колени, ничего не сказав. Его поза была правильной и уважительной.

Вжик!

Глаза Биг Лея были настолько широкими, что они почти выскочили.

"Что за…"

Старый

Донг на коленях? И даже не посмел ничего сказать? Неужели эта ситуация

еще хуже? Хотя он не понимал, что происходит, он знал, что это что-то не

оправдало его ожиданий. Безграничный страх, будто волна цунами погрузил

Биг Лея.

Тишина, место погрузилось в гробовую тишину.

А'Донг

тоже был человеком. Кровь продолжала течь с колен, но он все молчал.

Только если бы Цзян Сюй начал говорить, только тогда А'Донг осмелился

бы хоть что-то произнести.

Тик-так, тик-так текло время..

Настроение стало настолько подавленным, что люди дышали с трудом.

Одна минута!

Эта короткая минута казалась больше года Биг Лею, его сердце испытывало муки. Кто он? Кто? Биг Лей вот-вот собирался рухнуть.

Три минуты!

Холодный пот капал у него со лба.

Пять минут!

Биг

Лей почувствовал себя сумасшедшим. Каждую минуту, которую А'Донг стоял

на коленях, страх в сердце Лея усиливался. Он вздрогнул, и его

конечности стали холодными. Страх накапился до такой степени, что он

наконец взорвался, заставив его потерять сознание и упасть на землю.

Это было действительно что-то. Он позвонил кому-то, чтобы справиться с Цзян Сю, а вместо этого сам напугался до потери сознания.

А'Донг ничего не сказал. Казалось, что стояние на коленях было куда важнее, чем судьба Биг Лея.

Семь минут!

Восемь минут!

...

Цзян Сюй встал и ушел.

Он ничего не сказал.

После того, как он ушел, А'Донг закрыл глаза, а затем через некоторое

время встал. Он протянул руку и ударил несколько раз Биг Лея, чтобы

разбудить его. Проснувшись, первое, что сделал Биг Лей, - стал искать

силуэт Цзян Сю, но тот стул был уже пуст, а его местонахождение

неизвестно, «Старый Донг!».

А'Дунг усмехнулся: «Твое мужество

действительно велико. Ты осмелился бузить на друга Старого Отца! Ты и

твои братья ему не ровня!

"Что?! Он друг Старого Отца? Как может

кто-то с уважаемой личностью, как Старый Отец, водиться с продавцом

фруктов, как Цзян Сю? Он просто хорош в борьбе, в армии много таких

людей, как он. Биг Лей был в шоке.

Если бы ты знал, что он даже

искалечил одну из рук Отца, интересно, как бы ты себя чувствовал. -

подумала А'донг. «Сегодня я пришел сюда по приказу старого отца».

«И то, что я сделал, также было связано с велением Отца».

Вспоминая

о том, как А'Донг опустился на колени к земле, Биг Лей почувствовал,

как из его спины к голове хлынул холод. Холодный пот снова лился ручьем.

Цзян Сю был тем, кто может заставить даже Отца послать свои слова.

Наконец он понял, что сегодня он почти вызвал бедствие.

«Кто он?»

А'Донг покачал головой: «Неважно, кто он. Самым важным фактом является

то, кем он может стать. Старый Отец сказал, что у этого ребенка были

безграничные возможности и он мог даже стать Солдатом Дао ».

«Солдат Дао?»

А'Донг

продолжал: «Уровни Боевых Искусств были разделены на три большие сферы.

Внешняя Сила, Внутренняя Сила и Высшая сила. Этап после них - этап Дао

Солдата. Неизвестно, существует ли этап Дао Солдат или нет. Я также

просто слышал слухи, говорящие, что эта ступень - истинная сила над

всеми остальными ».

"Забудь. Ты не сможешь понять, даже если я это скажу.

Ученики

бежали из развлекательного города, как будто это был Ад. Они сели на

машины и нажали на педали. Те, как Йи Венчен, которые получили тяжелые

травмы, сразу же отправились в больницу, и хотя Чэн Линдсу и другие

девочки не получили травмы, их сильно напугали. Они нашли какой-то

ресторан и собрались вместе, чтобы согреться.

«Это действительно испугало меня до смерти!» Ли Дан похлопала себя по груди. «Я никогда больше не пойду туда вновь».

«Это было действительно страшно, но я чувствую, что это было захватывающе». Оуян Цянь положил палец себе на губу.

«Правильно, он будет в порядке?»

Ли Дэн, естественно, спрашивал о Цзян Сю.

"Чувствую

облегчение. Поскольку он может сражаться с сотнями из них, даже Босс

Биг Лей позвал эксперта,а он смог уйти. Оуян Цянь воскликнула: «Только,

мы должны поблагодарить его. Разве это не так? Сусу ...»

«Ааахх .... Ммм! Чэн Линсу почувствовала себя немного ошеломленной. Когда он учился боевым искусствам?

«Сусу, что-то твердое в твоем кармане упирается в меня!

«Но там нет ничего!»

Ченг

Лингсу почувствовал себя сбитой с толку и протянула руку в карман, взяв

бумагу. Раскрыв ее, она инстинктивно закричала. Это был контракт,

который она дала Цзян Сю. Каким-то образом он был помещен в её карман.

В нижней части газеты были подписаны каллиграфически два огромных слова - Цзян Сю.

«Он подписал это!»

Ченг Лингсу встала, потеряв самообладание.

Это было чем-то вне её ожиданий. Она так долго ждала этот документ с

его одобрением и, наконец, получила его. Она, естественно, чувствовала

себя очень счастливой, но это ощущение улетучивалось.

Каковы его

намерения ?Он подписал это соглашение, чтобы убрать помолвку после

того, как спас меня. Ченг Линсу подумала, что Цзян Сюй хотел отомстить

ей. Казалось, что не она хотела снять помолвку между ними и, скорее,

казалось, будто отвергли её. Она чувствовала себя неописуемо.

«Сусу, что ты держишь в своей руке?» - с любопытством спросила Оуян Цянь.

«Мммм ...Ничего». Ченг Лингсу была поражена и быстро получил

одобрительный взгляд. Разве связь между мной и Цзян Сю не была бы

выставлена на всеобщее обозрение, если бы они увидели это?

«Почему бы нам не набрать ему?»

Девушки были благодарны Цзян Сю за их спасение.

Ченг

Линсу действовала так, как будто она проверяла посещаемость студента, а

затем набрала Цзян Сю: «Привет, это Цзян Сю? С тобой все в порядке?!"

«С этим Божеством, естественно, всё прекрасно!»

Услышав,

что Цзян Сюй, назвал себя «Божеством» и зная, что он в порядке, Оуян

Цянь и Ли Дэн полагали, что Цзян Сюй шутит с ними. Их настроение стало

намного лучше, и улыбка появилась на их лицах.

«Этот Цзян Сюй действительно очарователен».

Тем

не менее, Ченг Линси закатила глаза. Только она знала, что Цзян Сюй

всегда был таким, поэтому сидела с незаинтересованным лицом. Она не

знала, откуда он получил такую уверенность.

«Маленькие Цянь и Дандан тоже здесь. Мы бы хотели позвать тебя перекусить, чтобы выразить нашу благодарность ».

Цзян

Сюй слабо сказала: «Причина, по которой это Божество спас вас, была в

том, что ему вас было жалко, а не за вашу благодарность. Это Божество

даст немного еды любому нищему на обочине, которому ему бы стало жалко

».

"Вы…"

Ченг Линсу была очень зла. Она искренне и открыто

пригласила его перекусить, но он ответил ей также. Она хотела что-то

сказать ему, но он уже положил трубку.

Чэн Лингсу начала

возмущаться: «Что в этом удивительного?» Ты думаешь, что ты потрясающий?

Ты можешь просто сражаться, вот и все. Ты слишком высоко оцениваешь

себя за то, что помогли этим леди немного прийти в себя.

Оуян Цянь сказала: «Ок, проехали!»

Ли Дэн также согласилась: «Мы уже позвали его выразить благодарность, этого достаточно».

Эти

две женщины крайне негативно отреагировали по отношению к поведению

Цзян Сю. Он сравнивал их с попрошайками на обочине дороги. Они

чувствовали, что то, что он справился с этим всем в одиночку уже

показывало его с хорошей стороны, Божества Сиу.

Ченг Линсу сказала: «В конце концов, он и мы живем в двух разных мирах».

«Мы не будем иметь с ним ничего общего в будущем».

Две женщины покивали. Они совершенно поняли эту часть.

Казалось,

что Чэн Лингсу говорила об этом специально для них, но также убеждала

себя в этом. Было не важно, как снялась помолвка. Важным было то, что

это наконец произошло, и она, Ченг Лингсу, была свободна с этого

момента.

Она могла бы быть вместе и выйти замуж за всех, кого она пожелает.

Вскоре после того, как Цзян Сюй закончил разговор, он получил еще один звонок. Контакт, изображенный на телефоне, был: Мама!

"Мама!"

«Маленький

Цзян? Почему ты не вернулся из школы? У тебя есть деньги? В последнее

время бизнес идет хорошо, поэтому ты должны вернуться, чтобы взять

деньги. Ты должен заботиться о питании в течение 12-го класса ».

Цзян Сюй почувствовал, как его сердце согревается, услышав этот голос через 3000 лет, и его глаза бессознательно стали влажными.

"Хватает!"

В горле у Цзян Сю защекотало.

«Мам ... Как ты и отец?»

Улыбающийся вид его родителей появился перед глазами Цзян Сюй, но он

только принес еще более глубокую память об той ночи грозы. Его отец

покончил жизнь самоубийством, перерезав себе горло, и за ним последовала

его мать. Эти два ледяных тела лежали на земле, навсегда отделенные от

этого мира.

В этот момент Цзян Сюй испытал ужасную боль.

Семья Цзяна была похоронена с печалью.

Мама Цзян была ошеломлена на мгновение, прежде чем ответить: «У нас все

хорошо!» Она чувствовала себя странно, что ее сын был настолько

чувствителен: «Тебе не нужно беспокоиться о домашних делах. Лучше

сосредоточиться на учебе. Мама знает, что ты будешь испытывать проблемы с

учебой, но так и у всех. Ты сможете изменить свою судьбу, только если

сможешь поступить в хороший университет. Ты понимаешь?"

Могут ли знания изменить судьбу?

Цзян

Сюй знал, что это смешно. Он был Божеством Сиу, который с гордостью

смеялся в небесах. Он даже не обращал внимания на Землю. Не нужно было

поступать в хороший университет, чтобы изменить судьбу.

Неспособность их сына на прошлой шкале времени заставила вас сильно страдать.

На этот раз Божество дарует вам безграничную славу на всю жизнь.

Я покажу всем тем, кто смотрит на вас сверху вниз и унижает вас, они все закроют рот.

«Мама, это ... Я хочу, чтобы ты стала самой уважаемой женщиной этого мира».

Мама Цзян снова была ошеломлена, чувствуя, как ее сердце болело:

«Сынок, ты действительно вырос. Мать счастлива, пока ты живешь

правильно. Но мы должны быть реалистами, ты должен учиться правильно,

чтобы поступить в хороший университет ».

Мама Цзян не относилась к этому серьезно и думала, что это всего лишь мечта их ребенка.

"О, я понял."

Мама

Цзян сказала: «Правильно! Как дела между тобой и Сусу? Дурашка, ты

должен был стать немного умнее. Она твоя будущая жена. Посмотри, как она

великолепна, тебе тоже нужно приложить усилия ».

Мама Цзян предупреждала его.

«С

облегчением, это ... я обязательно поступлю в хороший университет. Ты и

Отец берегите себя. «Вы все еще не знаете, но это Божество уже дало

согласие на отмену помолвки между нами.

Из-за моего упрямства в

прошлой жизни и отсутствия необоснованных требований в отношении этой

помолвки, это и привело к трагедии. Теперь, причина всех бед уже

устранена, и эта трагедия не повторится снова.

Мама Цзян сказала: «Хорошо. Если вы не хотите, Мама внесет на твой счет 200 юаней. Зайди в банк, чтобы снять их ».

"Хорошо!"

Другие тратили 200 юаней за день, а Цзян Сюй тратил ту же сумму в месяц.

В этом то и была разница!

Только

родители Цзян Сю уже делали все возможное. После того как Папа Цзян

попал в беду, его мать сделала все, чтобы спасти его, пока семья не

стала без гроша. Причина, по которой они смогли выдержать до

сегодняшнего дня, состояла в том, что у них был дом, в котором можно

было жить, и управлял фруктовым киоском, который оставался единственным

после всего этого.

Поэтому Цзян Сюй никогда не жаловался на это!

Это было непросто для его родителей.

Только,

он узнал об одной вещи после того, как его родители скончались на

прошлом временном цикле. Его родители были рождены в престижных семьях.

Это звучало довольно абсурдно, и даже Цзян Сюй в то время думал, что это

было довольно смешно. Если бы они действительно родились в престижных

семьях, как они могли опуститься до уровня, где они должны были

управлять фруктовым киоском?

Но это были факты. Оба они родились

из могущественных семей в Имперской Столице. Было очевидно, что сторона

Папы Цзяна принадлежала к чиновникам из-за того, что он занимал какую-то

должность в юности. Семья Цзян Сюй также обладала богатством и честью.

Просто семьи Папы Цзян и Мамы Цзян были противниками. Они вышли замуж,

несмотря на несогласие со стороны их семей и, следовательно, были уехали

из дома.

Поэтому в детстве Цзян Сюй никогда не видел своих

дедушек и бабушек по отцовской линии, или бабушки и дедушки по

материнской линии. Его тетки и дяди, семь старших сестер его отца,

восемь сестер от двоюродной сестры его отца и т. д.. Он никогда не

встречал никого из них.

Он только помнил, что, когда ему было

пять лет, его отец отправился в тюрьму, и его мать потратила все свое

богатство, но все еще не могла его спасти. В ту же ночь его мать уехала в

столицу. Была довольно дождливая ночь, и её одежда стала влажной. Она

держала его и опустилась на колени перед архаичным двором.

Она довольно долго стояла на коленях. Цзян Сюй спросил ее: "Почему ты стоишь на коленях?" Она ответила: "Спасти твоего отца."

Цзян

Сюй был еще молод и не знал, был ли это дом его дедушки по отцу или дом

его дедушки по материнской линии. Он вспомнил, что перед дверью было

дерево, это было большое дерево саранчи. Он просто продолжал смотреть на

эту раздвижную дверь, надеясь, что она откроется, но это так и не

произошло. Если бы было наоборот, Папа Цзян не пошел бы в тюрьму.

Главное

было не в этом. За исключением Чэн Линсу, у Цзян Ся все еще было две

невесты. Другими словами, у неудачника Цзян Сю было три невесты, и все

трое из них были дочерьми богатых и могущественных семей.

Когда

Цзян Сю родился, семья Папы Цзян хотела увести его и сделать для него

помолвку. Намерение семьи было таким: Ты, Цзян Йи, не из моей семьи

Цзян, но этот внук мой. Отпрыски всех больших семей - это политические

ресурсы, поэтому такая вещь, как помолвка, довольно распространенная

штука.

Но Мама Цзян, семьи Линга Юйлинга, семья Лин, имела другие

намерения. Они сказали: Это внук нашей семьи. Почему за семьей Цзян

будет последнее слово? Мы также примем решение о помолвке, и партнер,

определенно, будет лучше, чем у вас.

Обе стороны начали конфликтовать снова.

С

тех пор, как Цзян Йи и Линь Юйлинг ушли из дома и стали жить отдельно,

как они могут быть готовы выслушивать их семейные намерения? Не говоря

уже о том, что Цзян Сю является их единственным сыном. Они, естественно,

не хотели, чтобы их сын стал объектом жертвоприношения. Поэтому им

нужно было стремиться к независимости, которую дал им Папа Цзян,

который все еще был богат и дал семье Чэн 10 000 юаней, а отец Чэн

Лингсу устроил помолвку.

И, таким образом, у маленького неудачника Цзян Сю оказалось три невесты.

Просто

его родители были настойчивы и им удалось удержать Цзян Сю. Только

после того, как он вошел в Императорскую Столицу, когда его родители

скончались на прошлом временном цикле, он знал, что у него еще есть еще

две невесты.

В течение трех тысячелетий, которые Божество Сиу провел на

Бессмертном Боевом Континенте, он никогда не беспокоился о деньгах. Он

нахмурил брови, глядя на цифру на банкомате, который точно отобразил 20

000.

Только, если бы Божество Цю когда-либо захотел поднять денег,

он мог бы собрать деньги всего мира, как только бы он приступил к

этому.

На перекрестке дороги ускорился Ferrari с номерным значком

из столицы. Даже использование слова «молниеносно» было недостаточно,

чтобы описать его скорость. Растущие звуки автомобиля резонировали по

всей улице, вызывая тревогу у бесчисленных людей.

Вжжж!

Он

промчался на расстоянии 10 м от тротуара. Юбка офисной леди дрогнула

из-за ветра, обнажая все, что было под ней, заставляя ее побледнеть.

Волосы коллег, стоящих рядом с ней также были сдуты в сторону.

«Это член банды мотоциклистов?»

Цзян

Сюй поднял голову, чтобы посмотреть, понимая, что это довольно забавно.

Нет, он не может быть из банды мотоциклистов. Стали бы они ездить на

Ferrari? Вероятно, это какой-то богатый отрок со второго поколения. Он

сосредоточил свой взгляд; водитель был, по-видимому, женщиной, и она

кому-то звонила.

"Хорошо, я уже добралась до города Цзян. Я хочу узнать как он выглядит."

«На самом деле, я не сержусь и не делаю это с неохотой!»

Она нажала на газ так сильно, как будто она была вне своего ума.

Прямо

сейчас Нангонг Куэр пожелал, чтобы она сокрушила весь город Цзян,

очистив ее со своей машиной, чтобы убить жениха, которого она никогда не

встречала, даже если и он был бы жив.

Нелепо. Просто слишком

нелепо. В каком десятилетии мы живем? Думать, что есть такая вещь, как

принятие решений о помолвке за человека, когда он еще ребенок. Что еще

более смешно, так это то, что у парня неожиданно появилось по три

невесты.

К сожалению, она не могла противостоять этому и была бессильна, чтобы хоть что-то предпринять

Вжууух!

Феррари

промчался с удивительной скоростью по дороге так, как бешенный зверь,

который не боится ничего, мучая этот незнакомый город.

"Черт возьми! Банда еще не появилась, чтобы отомстить, ведь так?

«Не убивай меня!»

На

другой стороне перекрестка полицейская машина просвистела немного

подальше от Ferrari. Полицейский внутри ругался, «Ублюдок! Сегодня-то я

возьму этого внучка!

«Сволочь! Если хочешь сдохнуть -валяй, но не тащи других с собой!

Полицейский громко рявкнул на рядом сидящего товарища: «Покажи свой пистолет этому внучку, за рулем!»

"Ага!"

Полицейский,

сидящий на переднем пассажирском сиденье, казался неопытным. Он нервно

вытащил пистолет и выставил свою руку наружу. Обычно бандиты боятся,

когда видят пистолет, но Ferrari просто проигнорировал его. Он робко

крикнул: «Стоп! Прижмитесь в сторону!"

Старый Полицейский был очень зол, и он снова заорал: «Разве ты не можешь сказать, что ты греб*ный полицейский !?»

Новичок крикнул: «Я долбанный полицейский!»

Свист. Феррари пролетел мимо них, не щадя их.

«Капитан, что нам делать?»

"Гнаться! Мчать за ним, пока не догоним!

Два

полицейских внутри машины собирались преследовать его дальше, но дверь

машины открыл школьник. Это был Цзян Сю. Он изначально не хотел

вмешиваться, но кто мог обвинить Божество Сиу за то, что у него не было

денег. Он улыбнулся им: «Эй, констебли, я помогу вам остановить машину.

Как насчет того, чтобы вы мне дали за это 200 юаней?

Божество Сиу почувствовал глубокое чувство стыда, когда сказал это.

Некоторое

время назад я, Божество Сиу, наслаждался своим времяпрепровождением у

Небесной Реки Цинь на Бессмертном Боевом Континенте вместе с женщинами-

певицами. Эта экстравагантная трата не может быть исчислена в цифрах, и

теперь не было ничего, кроме как взять только 200 юаней.

Из двух

полицейских один был стар, около 40-50 лет, а другой молодой, похоже,

едва закончил учебное заведение. Старый полицейский спросил: «Ты сможешь

это сделать?»

"Конечно!"

«Как ты это сделаешь?»

Цзян Сюй протянул руку: «Деньги вперед!»

Выпускник

молодого университета сказал: «Мечтай-мечтай! Что, если ты заберешь

деньги и убежишь? »Этот молодой коп казался умным, но было очевидно, что

он придурок.

Цзян Сюй сказал: «Вам решать, верить мне или нет.

Если что-то действительно произойдет, или кто-то пострадает, я буду не

при чем ».

Старый полицейский пробормотал про себя и сказал: «Ок, дай ему денег!»

Он

не посмел обмануть полицию, и даже если бы он этого захотел, он бы не

попросил всего 200. Кроме того, это было довольно опасно.

Юный коп

не хотел давать деньги, но он не осмелился пойти против слов старого

полицейского, поэтому он, наконец, дал 200 юаней Цзян Сю.

Цзян Сюй взял деньги с улыбкой, а затем внезапно повернулся и побежал.

«Бл*ть!»

Молодой

коп выругался и вышел с полицейской машины, чтобы погнаться за Цзян Сю:

«Ничтожество! Смельчак что ли ?! Ты смеешь шутить с полицией!

«Маленький Лин!»

У старого полицейского тоже не было выбора, кроме как последовать за ним.

Цзян

Сюй забежал в переулок, но когда старый и молодой полицейские вошли

внутрь, они потеряли его. Переулок был прямым, поэтому они продолжили

гнаться.

Они едва вышли из переулка, когда услышали буйный звук

подъезжающего Ferrari. Этот переулок был очень коротким, и прямо сейчас

Цзян Сюй стоял посреди дороги.

«Подонок! Ты хочешь умереть? Убирайся с дороги!"

Старый полицейский закричал в тревоге.

«Бииииип !!»

Нангонг

Коуэр сигналила как сумасшедшая. Скорость Ferrari была слишком быстрой,

и вес рулевого колеса остался был неподвижен, поэтому она ничего не

могла поделать с этим. Если бы Цзян Сюй не отодвинулся в сторону,

единственным результатом был бы несчастный случай.

«Аааахх. Отодвинься!"

Оба

полицейских были полностью ошеломлены от страха. Неужели сейчас так

тяжело зарабатывать? Можно распрощаться с жизнью всего за 200 юаней.

«АААХХХХ!»

Нангонг

Коуэр безумно стиснул тормоз, но скорость машины была слишком быстрой.

Использование тормоза на скорости 180 на расстоянии в 10 м влево было

совершенно бесполезным.

Казалось, машина его точно собьет!

Тем

не менее, Цзян Сюй лишь слегка засмеялся. Он зажал талисман между

своими пальцами, нет, было неправильно называть это талисманом, потому

что это был скорее валютный знак. Цзян Сюй что-то пробормотал,держа

талисман. Если бы здесь был бессмертный возделыватель, они бы заметили,

что Дао-Глифы необоснованно появляются над знаком, которые выглядели

так, как если бы они были нарисованы вручную. Как только процесс

заклинания подошел к концу, Цзян Сюй помахал пальцами и оставил

талисман, парящим в воздухе.

«Талисман замедления!»

До сих

пор Цзян Сюй достиг лишь 1-ой стадии Пробуждения Мифического Царства.

Что касается Божественных Регалий, то только одна появилась на его левой

руке, которая выглядела как обычная татуировка. Во время Пробуждения

Божественного Возрождения Божественные Регалии появились бы на теле. Чем

больше Регалий появляется, тем сильнее их обладатель.

В настоящее время Божество Сиу может использовать лишь самые основные талисманы, с помощью свей божественной силы.

Но ... это само по себе было всеобщим шоком.

БААМ!

Из

талисмана вышла неистовая сила! Это была мощная энергия, которая

превзошла воображение человечества. Она бросилась вперед, как ураган.

Ferrari

мчался около 180 миль в час, поэтому инерция должна была быть довольно

высокой, но она внезапно замедлилась, будто она была попала в шторм, а

затем остановилась на своем пути.

Трение между дорогой и шинами породило визжащий звук.

Ferrari

не смог бы сдвинуться ни на дюйм, даже если бы газ был выжат до конца

прямо сейчас. Этот валютный знак упал на капот автомобиля, и светящиеся

глифы на ней начали ослабевать после достижения своего пика.

Все остановилось.

Нангонг

Коуэр облокотилась на рулевое колесо внутри автомобиля. Теперь ее

сознание было напугано. Через некоторое время она медленно подняла лицо.

Это несравненное лицо, которого бы было достаточно, чтобы разрушить

страну, было совершенно бледным от страха, а эти хрустальные черные

зрачки казались расфокусированными. Она выглядела испуганной.

Она

осмелилась взглянуть на то, что произошло с человеком, с которым она

столкнулась. Она знала, что вероятность того, что этот человек был жив,

довольно мала, но у нее все еще была надежда.

Когда она наконец

взглянула на него, она заметила, что безрассудный парень стоит там в

отличном состоянии. Просто его лицо было мрачным с холодной щетиной на

его лице.

Фуух! Он в порядке?!

Нангонг Коуэр выдохнула.

Сначала она думала, что убила его. Сразу же она обозлилась на него. Она

открыла дверь машины и сердито спустилась, как тигрица: «Ты сумасшедший!

Если ты хочешь умереть, сделайте это в другом месте, не втягивая других

в это ».

Холодный блеск в глазах Цзян Сюнь стал глубже. Если бы я не остановил тебя, кто знает, как бы все это закончилось?

Это

были времена, когда виновная сторона подавала иск против невинных.

Однако Цзян Сюй сделал это ради денег. Он протянул руку и взял валютный

знак с капота автомобиля.

"Все готово, констебли. Я оставляю остальное на вас!"

Пара

констеблей почувствовала, как будто они проснулись ото сна и помчались

за ним, когда Цзян Сюй повернулся, чтобы уйти. Нангонгу Коуэру негде

было выразить свою ярость: «Подонок! Ты думаешь, что можете сбежать? А

ну-ка стой!"

Старый полицейский сказал: «Леди, вы не можете

превышать 60 миль в час в городских районах. Скорость вашего автомобиля

почти достигла 200 миль в час. Разве вы не знаете, что это довольно

опасно? Если бы не помощь этого младшего брата, последствия были бы

невообразимыми. Пожалуйста, идемте со мной в полицейский участок.

Нангонг Куэр сказала: "Ты даже осмеливаешься схватить меня? Даже Ян Тяньсионг не посмел бы этого сделать. Можешь попробовать."

Полицейские были в шоке.

Ян Тяньсионг был главным начальником Бюро общественной безопасности провинции Цзяньнань.

«Арестуйте его сейчас!»

Нангонг Куэр указала на Цзян Сю и использовала повелительный тон, чтобы управлять ими.

Полицейские стояли безмолвно от ужаса, который возник от её

высокомерия. Из какой семьи эта девушка? Вы ведете себя с нами, как

дирижер, руководящий хором. Разве ваша семья открыла полицейский участок

или что? Ты думаешь, мы арестуем того, кого ты хочешь?

Цзян Сюй поджал брови: «Тебя лягнул в голову осёл ?»

«Если

бы это Божество не остановил машину, ты бы рано или поздно потеряла

контроль и врезалась на тротуар. Оставив в стороне, то, что ты могла бы

кого-то убить, ты, возможно, потеряла бы свою собственную жизнь ».

«По правде говоря, это Божество - благодетель, который спас тебе жизнь».

Нангонг

Коуэр посмотрела на него, стиснув зубы. Взгляд, с которым она смотрела,

нигде и никогда не использовался кем-либо, чтобы посмотреть на своего

благодетеля. Казалось, что она смотрит на абсолютно непримиримого

заклятого врага. «Ты бросился на средину улицы, чтобы преградить путь.

Если бы не превосходные навыки вождения этой молодой леди, которая

быстро среагировала на все это и нажала на тормоз вовремя, то ты бы уже

умер от удара машины ».

«Я настоящий благодетель, который спас тебе жизнь».

Когда

она сказала это, лицо леди Коуэр не было ни красным, ни задыхающимся.

Казалось, что она совсем забыла тот факт, что до этого она была

совершенно напугана.

Цзян Сюй холодно улыбнулся: «Ты считаешь, что это ты остановила машину?»

«Просто невежественно и глупо!»

«О,

о ком ты говоришь?» Бледное лицо Нангонга Коуэра вспыхнуло. Ты

действительно осмелился ругать Нангонга Куэра и называть её

невежественной и глупой? Цвет медленно вернулся к ее бледному лицу. Она

была так же красива, как летний пион, смелый и безудержный. Цзян Сюй

почувствовал, что это лицо было знакомо.

"Вы двое…"

«Ничего

не случилось, и все хорошо. Закончим с этим, ладно? Идёмте со мной в

полицейский участок, и этот вопрос будет закрыт, как только будет сделан

отчет ».

Старый полицейский изначально хотел закрыть вопрос с

Нангоном Коуэром и, по крайней мере, хотел проучить ее, заперев ее на

ночь. Однако она назвала имя главного начальника бюро провинции, и тот

тон, который она использовала, был пугающим.

"Зачем?"

Цзян Сюй и Наньгонг Коуэр ответили в унисон.

«Эй, у вас есть такое негласное понимание этой ситуации. Но того факта, что я полицейский вам недостаточно?

«Гхххмм!»

Нангонг

Коуэр застонала. Улыбка поднялась на ее очаровательном лице, когда она

начала высокомерно: «Вы знаете, кто я? Вы даже осмелитесь схватить меня?

Вы знаете, что с вами будет?

Старый полицейский спросил: «Ну давай, скажи нам в таком случае».

Нангонг Коуэр уже была наполнен гордостью до краев: «Стойте там и не испугайтесь, когда услышите его».

«Фамилия Нангонг, имя Коуэр!»

«Нангонг Коуэр!»

Старый

констебль не знал, кто такая Нангонг Коуэр, поэтому он не проявил

удивления на лице и не дрожал от страха. Нангонг Коуер была разочарована

этим. Она забыла, что эти двое не были полицейскими из Имперской

столицы. Если бы это была столица, просто сказать имя Леди Нангун было

бы достаточно, чтобы заставить начальника бюро свалиться со стула.

«Нангонг Коуэр ?!»

Цзян

Сюй с удивлением посмотрел на нее. Это она, Наньгонг Коуэр.

Неудивительно, что она показалась ему знакомой. Это одна из моих трех

невест.

Почему она здесь?

На предыдущей жизненной линии Цзян

Сюй увидел ее почти десять лет спустя. К тому времени Нангонг Коуэр уже

стал зрелой женщиной, совершенно зрелой, как сочный персик. Ее природа

была не такой дикой, как эта, и она была довольно нежной и дотошной

благородной девочкой.

Цзян Сюй что-то вспомнил. Когда они

разговаривали в пошлой линии жизни, Нангонг Коуэр упомянула, что однажды

она приехала в город Цзян, чтобы найти его. Цзян Сюй в то время не

обратил внимания, поэтому, исходя из того, что она сказала, это должно

было произойти сегодня.

Только, жизненный путь Цзян Сюя изменился на этой временной шкале, что заставило их встретиться здесь на улице.

На

предыдущем цикле они имели взаимопонимание и подписали соглашение об

отмене помолвки, а затем пошли разными путями. Цзян Сю не имел никаких

причин переплетаться с ней на этой временной шкале.

Пришло время отправиться в путь!

«Хах! Куда он делся?"

Божество

Сиу уже ускользнул, оставив след. Нангун Коуэр рассердилась: «Негодяй, я

сказала тебе арестовать его, а ты этого не сделал! Посмотри, он убежал!

Полицейских ругали, так как если бы они были ее подчиненными.

«Я запомнила ваши номера значков, поэтому я обязательно пожалуюсь на Яна Тяньсиона. Просто ждите и пакуйте свои вещи.

Полицейские были ошеломлены.

В

этот момент они не беспокоились о том, чтобы проучить Нангонг Коуэру.

Они следовали за ней своими глазами, когда она небрежно открыла дверцу

машины Ferrari и села внутрь. Она запустила машину, а затем наклонилась к

боковому окну: «Куда ко Второму Высшему города Цзян-Сити?»

Полицейские указали на направление Второго Высшего, как роботы.

Врууум!

Феррари мчался вперед, но скорость на этот раз уже сократилась до обычной скорости движения.

«Капитан! Так кто эта молодая леди? Неужели она действительно настолько крута?

«Она действительно не станет жаловаться на нас, верно?»

Старый полицейский сказал: «Она только взглянула на наши номера значков, прежде чем уйти. Она не могла помнить об этом.

Сказав

это, он пошел по улице. Когда Ferrari экстренно затормозила, шины её

оставили позади след от шины длиной 5 м. Следы были довольно темными и

заканчивались довольно резко.

По его опыту, набранному в течение

многих лет работы, эти следы шин должны были постепенно исчезать, но они

обрывались внезапно, как если бы они были остановлены из-за того, что

врезались во что-то очень твердое.

"Это странно!"

Старый полицейский сказал: «Кто был этот сопляк? Ты видел, что он делал, стоя посреди улицы?

Молодой ответил: «Похоже, он держал валютную знак между пальцами и повторял заклинание».

«Повторял заклинание ?!»

«Разве этот подонок был шаманом?»

«Разве шаманы не просто мошенники?»

После

легкого заработка в 200 юаней Цзян Сюй пришел в магазин, чтобы купить

банку со холодной колы. Выпив, он направился к школе. Раздающийся звук

Феррари снова зазвучал у него на ушах. Он прошел мимо него с визгом и

вошел прямо в университетский городок.

Нангонг Коуэр вышла из машины и заметила Цзян Сю, ее глаза расширились от удивления.

«Это снова ты!»

«Хе-хе, Хе-хе!»

Цзян Сюй равнодушно рассмеялся, словно смотрел в воздух, полностью игнорируя ее.

Это было безразличие, исходящее от души!

Нангонг Коуэр была совершенно в ярости: «Прекрати прямо сейчас!»

Если

это Божество остановится по вашей команде, разве это не приведет к

тому, что это Божество потеряет свой статус? Цзян Сюй элегантно показал

ей свою спину, когда он шагнул в школу быстрым шагом.

«Значит, ты не остановишься, а?»

«Я уже знаю, что ты учишься в этой школе. Если ты не остановишься, я позвоню в полицию, чтобы те схватили тебя.

Нангонг Коуэр играла с ключами автомобиля, вертя их на своих тонких пальцах, чувствуя, как будто все в ее руках.

"Что такое?"

Как она и ожидала, Цзян Сюй остановился.

«Ты тоже в 12 классе?»

Цзян Сюй ответил с неохотой: «Да, это так!»

«Знаете ли вы кого-то по имени Цзян Сю?

И в правду, так же, как Цзян Сюй и предположил, Нангонг Коуэр приехала

найти его. Он догадался, что она собирается посмотреть на него издалека,

а затем уйти.

«Ммм!»

Нангун Куоэр сказала: «Покажи мне где он, но не дай ему обнаружить нас».

«Хе-хе, хе-хе ...»

Цзян Сюй уже что-то запланировал. Поскольку эта девушка была настолько

раздражающей, он хотел смутить ее. Ты думаешь, что это Божество так

легко запугать?

Тем самым они вошли в университетский городок.

Солнечный

свет в воскресенье был ярким, он чувствовался комфортным и приятным.

Веточки деревьев с обеих сторон издавали шумы из-за ветра, и студенты

все время блуждали вокруг. Было иногда и несколько пар, идущих плечом к

плечу, а также иногда держась за руки. Только это казалось слишком

чрезмерным и заставляло девушку опускать голову, краснея.

Нангонг

Коуэр внезапно обнаружила, что она и Цзян Сюй идут вместе. Это заставило

их выглядеть так, как будто они были возлюбленными, как те пары,

которые прошли мимо. Она почувствовала, как ее лицо стало теплым.

«Атмосфера вашей школы очень хороша!»

Нангонг Коуэр наконец начала говорить слова, свойственные человеку. На каком, интересно, языке говорила слова «Леди Коуэр»?

«Это и есть Цзян Сюй!»

Цзян

Сюй бесстыдно указал на огромного 100-килограммового, жирного

школьника, у которого была огромная родинка на лице, а его черные зубы

были на виду, когда он улыбался. Кто знает, какие там насекомые внутри?

Этот ученик был Ю Дагуанг, он был молодым господином конгломерата

Дагуанг. Семья у него была не бедная.

Согласно размышлениям Цзян Сюй, Нангонг Коуэр никогда не попыталась бы подтвердить личность Ю Дагуанга.

Он

заметил следы отчаяния, проходящего сквозь глаза Нангонг Коуэра, когда

ее лицо побледнело. Она сжимала свои кулаки, одновременно дрожа плечами.

Ее последняя надежда была разбита. У нее была экстравагантная надежда,

что Цзян Сюй будет похож на принца, очаровывающего её предположения, но

реальность разрушила эту прекрасную мечту.

«О-Он Цзян Сюй?»

Цзян Сюй даже не моргнул: «Да, это он, Цзян Сюй!»

Нангонг Коуэр сказала: «Ты меня не обманываешь, верно?»

«Что

Божество получит от этого обмана?» Цзян Сюй принял удивленное

выражение: «Разве ты его не знаешь? Почему ты пришла, чтобы найти его?

Взгляд Нангонг Коуэр казался рассеянным, словно она потеряла свою душу. Она издевалась над собой, вызывая улыбку.

«Я должна была предвидеть это раньше».

Она, Нангонг Коуэр, была непревзойденной в своем великолепном стиле, но ей пришлось бы выйти замуж за такого человека.

Она почувствовала горе перед своей судьбой.

Когда она подумала об этом, ее глаза покраснели, казалось, что она вот-вот заплачет.

"Почему ты плачешь? Не плачь. Разве другие люди не подумают, что это Божество как-то навредило тебе?

«Ты на самом деле ...»

Нангонг

Коуэр упрямо вытерла слезы со своего лица. Она не желала проявлять

слабость перед кем-либо: «Эта юная леди не была осторожна. Теперь мне в

глаза надуло песка.

«Это Божество, ты не можешь говорить на языке людей ?»

«Ты шаман или что-то в этом роде?»

Цзян

Сюй также не мог этого вынести: «Право, я даже могу предсказать судьбу,

посмотрев на черты лица. Нангонг Коуэр, да? В этой жизни ты

благословлена богатством и честью. Не нужно беспокоиться.

Нангонг Коуэр сказала: «Хорошо, ты можешь догадаться об этом, посмотрев на меня. Я даже езжу на Ferrari.

Цзян Сюй сказал: «Это Божество предполагает, что у тебя есть брак, предопределенный судьбой ...»

«Помолвка была установлена в детстве. Фамилия твоего мужа - Цзян.

На этот раз Нангонг Коуэр была потрясена. Она подумала: «Разве это не слишком загадочно?

«Только,

ты никогда не достигнешь этого брака, поставленного судьбой, и в конце

концов выйдешь замуж за замечательного и гениального банкира».

Нангунг Коуэр спросила взволнованно: «Правда?»

«Расчеты этого Божества абсолютны».

Поскольку

он понял, что у меня есть помолвка, он должен был говорить правду.

Ранее расстроенная Нангонг Коуэр теперь казалась счастливой птицей: «Ты

действительно шаман. Верно, странные вещи случались 2-3 раза на

строительной площадке моего дяди. Так как ты шаман, почему бы тебе не

взглянуть на него? Вы можете заработать небольшую сумму.

Нангонг Коуэр пристально посмотрела на него. С одним взглядом на его одежду она поняла, что Цзян Сюй испытывает нехватку денег.

Цзян Сюй сказал: «Если это строительство или снос здания, это может

быть вызвано различными причинами. Это могут быть Пять Бессмертных, Злые

Призраки или даже какое-то недвижимое подземное существо ».

Нангонг Коуэр улыбнулась: «Ты действительно специалист».

Цзян Сюй сделал гордое лицо, думая: злые духи на этой ничтожной Земле - ничто.

"Поехали!"

"Куда?"

«На стройку, куда еще?» Нангонг Коуэр достала свой телефон, чтобы

позвонить дяде: «Дядя, это я, Коуэр. Где твоя строительная площадка в

городе Цзян?

«О, ты здесь прямо сейчас? Тетя тоже есть? Хорошо. Мы скоро придем.

Завершая вызов, Нангонг Коуэр привела Цзян Сюй к своему Ferrari.

Цзян Сюй спросил: «Как называется компания по продаже недвижимости вашего дяди?»

В

настоящее время бизнес в сфере недвижимости активно развивался. Это был

небольшой капитал и огромный доход. С фондами и связями было легко

войти в круг, а затем компания по недвижимости росла очень быстро.

Нангонг Коуэр ответила: «Базовая Недвижимость Мириад!»

Цзян

Сюй был потрясен. Несмотря на то, что Базовая Недвижимость Мириад не

была популярна сейчас, почти все узнали об этом десять лет спустя. Он

стал одним из десяти крупнейших магнатов недвижимости в стране.

Таким

образом, дядя Нангонг Коуэр был владельцем Мириад. С таким сильным

политическим фоном и профессией, занимающейся деньгами, неудивительно,

что Мариада развилась до такой степени.

Однако, Мириада только

что начала работать и специально выбрала город Цзян вместо города 1-го

уровня, такого как Шанхайскую Императорскую столицу, чтобы избежать

рисков. Даже если бы это было не так, было бы неловко, если бы проект по

недвижимости не начинался, по крайней мере, с нескольких сотен

миллионов средств.

Дядя Наньгонга Куэр, Цин Вэйпин был гордым и

высокомерным человеком. Он считал, что он поздно начал , и поэтому он

оперировал огромной суммой, чтобы наверстать упущенное. Он почти

использовал весь свой капитал и даже взял кредит в размере 300 миллионов

от банка.

Он не ожидал, что произойдет нечто не приятное. Там был

старый храм, и во время его сноса все пожилые люди советовали, что его

нельзя сносить. Тем не менее, Цин Вэйпин не обратил внимания на это,

поскольку для него не было ничего запретного, когда дело доходило до

денег. Он заставил своих людей снести его, и в результате произошел

несчастный случай.

В ходе работы над строительством люди попадали в

аварийные ситуации. Первый раз можно отметить как совпадение, но во

второй и третий раз это тоже произошло, вопрос этот казался мистическим.

Многие рабочие начали падать в обморок во время работы, а некоторые

даже сказали, что они видели призраков. Позже они сказали, что в храме

есть Бессмертный, и Бессмертный был оскорблен. Дело стало настолько

серьезным, что рабочие стали беспокоиться и отказались работать.

Наконец, проект должен был застопориться.

Дни продолжали идти и с

каждым днем, сумма процентов в размере 3 миллионов была добавлена

банком. Через 3-5 дней он превысил 10 миллионов, и никто не захотел бы

тратить эту сумму.

Цин Вэйпин в конце концов пошел на компромисс и

пригласил шамана. Однако даже после того, как шаман очистил это место,

никаких изменений не произошло. Если бы рабочие вошли на строительную

площадку, это привело бы к инциденту.

«Проблема довольно серьезная!»

Шаман

Чжан сделал торжественное лицо. Как знаменитый шаман Джангнана, он

прекрасно знал, что развитие недвижимости сталкивается с такими вещами и

многие из них уладили, но они никогда не были такими странными, как

этот.

Если необходимо снести район с храмом, необходимо провести

достаточную подготовку перед сносом. Было уже слишком поздно пытаться

исправить проблему после его уничтожения.

Ferrari остановился у

строительной площадки. Нангун Коуэр и Цзян Сюй вышли из нее.

Строительная площадка была окружена людьми ,куда бы не упал взгляд.

Большинство из них были высокопоставленными руководителями из Мириады, а

некоторые из них были шаманами. Эти шаманы были не обычными людьми, Цин

Вэйпин потратил много ресурсов, чтобы пригласить их из рзных провинций.

«Дядя, тетя, я пригласил шамана».

Нангонг Коуэр подошла.

«Коуэр!»

Пара

средних лет в середине толпы внимательно слушала предложения Шамана

Чжана. Красивая женщина из этой пары увидела Нангонг Куэра и нахмурила

брови, ее цвет лица изменился.

"Строительная площадка представляет собой такую путаницу сейчас. Но что такая девушка, как ты здесь забыла? Быстро возвращайся."

Нангонг

Коуэр была уверена в Цзян Сю. Она считала, что у него есть настоящие

навыки, то, как он разобрался в вопросе ее помолвки в детстве её

впечатлило. Она улыбнулась: «Я слышала, что все шаманы, которых

приглашала Тетя, были бесполезны, поэтому я и пригласила шамана ...»

Этой

женщине было около 40 лет и носила она роскошную одежду. Ее внешность и

внешность Нангонг Коуэр имели 20% сходство, но все же это было еще

далеко от внешности Нангонг Куэр, но ее можно было тоже считать

красавицей.

Это была тетя Нангонг Коуэр, Нангонг Цинь.

Ее

гнев немного успокоился, когда она услышала, что Нангонг Коуэр

пригласила шамана, поскольку это были добрые намерения ее племянницы.

Возможно, лучше, чтобы еще один шаман скажет то, что думает.

Но

когда Нангонг Цинь увидел человека, которого Нангонг Коуэр привезла с

собой, она была полностью разочарована. Это был 18-летний юнец, который

также был похож и на студента. Есть ли вероятность, что такой человек

был шаманом?

«Ок, как тебя зовут?»

Цзян Сюй сказал: «Цзян Луося!»

В

те дни его мастер присвоил ему имя Дао - Спустившийся, девять

мифических искусств, преобразователь небес, тысячу лет кармы,

бесхитростное сердце, но романтичен.

Поскольку это было слишком долго, он решил взять только первое слово, Луося (Спустившийся).

«Да,

это Господин Луося!» Нангунг Коуэр сказала: «Тетя, он довольно опытный.

Он может многое сделать. Его силы поистине безграничны ».

«Ха!»

Дядя

Цинь Вэйпин застонал, чувствуя себя немного обиженным. Он испытывал

большое давление, но он не мог сердиться на эту юную леди Нангунг, с

которой ему было труднее справиться, чем с его собственной женой. Ты

привозишь кого-то, но даже не знаешь его имени и говоришь, что он

достаточно искусен? Как я могу тебе поверить?

Будучи

интеллектуалом высокого уровня- он не должен был верить ни в какие

бредни, вроде этого, связанного с экзорцизмом, но у него не было другого

выбора. И что сейчас? Видя, что он богач, все эти шаманы собирались

подзаработать.

На этот раз он не выдержал- это было чересчур для него. 18-летний юнец, притворяющийся шаманом.

Пара

думала, что настоящий Шаман должен походить на кого-то вроде тех людей,

которые были рядом с ними, которые хорошо разбирались в Книге Перемен и

Восьми Триграммах. Не обращая внимания на Инь и Ян, а также Фэншуй, они

должны были обладать магическими способностями и приемами.

Пара обратилась к Цзян Сюй с проявлению социального этикета и дала немного сотен Нангонга Коуэр, в качестве признания.

После

этого они продолжали прислушиваться к предложениям Шамана Чжана. Шаман

держал в руке компас и говорил то об одном, то о другом. Цин Вэйпин

слушал его, а затем кивнул.

Нангонг Коуэр нахмурилась, когда

увидела, что ее дядя должен был действовать таким образом в сторону Цзян

Сюй. Поскольку Цзян Сюй смог точно описать её помолвку в детстве, она

была уверена, что он обладал настоящими навыками.

Нангонг Цинь сказала: «Коуэр, твой дядя занят, поэтому не создавай ему проблем».

«Тетя, когда я создавала какие-либо неприятности нашему дяде?»

«Тетя

занята сейчас, поэтому я не смогу тебя развлечь. Если вам нечего

делать- вам следует вернуться в столицу, чтобы ваши родители не

беспокоились о вас. Будьте послушны и прислушайтесь к моим словам ».

Нангонг Коуэр нахмурила брови и спросила Цзян Цюя ,стоящего рядом: «Ты что-нибудь понял?»

Цзян

Сюй сузил глаза и использовал своё Божественное зрение, чтобы

пронестись мимо всей строительной площадки. Его зрение изменилось с

обычного, все цвета превратились в тускло-серый. Если бы существовало

присутствие сверхъестественной энергии, то оно бы отображалось красным,

что было бы очень заметно.

Это было уникальный навык Секции Небесного Ступания, Духа, ищущего Бессмертного Преследования.

Когда

Нангонг Коуэр увидела это, она поняла, что он использует магическое

умение, поэтому она затаила дыхание и время от времени моргала своими

большими и яркими глазами, надеясь, что он сможет найти причину.

«Просто мошенник!»

Издевался

один из сотрудников Мириады. Он считал, что эта Леди Нангонг слишком

наивна и лишена какого-либо жизненного опыта и, следовательно, была

обманута Цзян Сю. Он был заместителем директора Мириад и самым

компетентным помощником Цинь Вэйпина, поэтому он, естественно, считал

себя умным.

Шаман Чжан внезапно закричал: «Теперь я понимаю!»

Пара была воодушевлена: «Неужели Великий Господин Чжан нашел причину?»

Шаман

Чжан указал на перекресток с тремя узлами: «Видите это место? Разве оно

не похоже на яму? »То место было действительно похоже на яму. «Это

называется« Три Вилки, Нацепляющие Врага », точно так же, как поток

реки, когда темная энергия начинает накапливаться в низких местах. После

накопления, если эта энергия питается за счет людей, их энергия Ян

рассеивается, что заставляет их галлюцинировать и даже ослабевать,

потому что они не могут вынести этого ».

То, о чем он говорил, было связано с Феншуй, поэтому для такого образованного человека, как Цинь Вэйпин, это было легко понять.

«Так и было!»

Цин Вэйпин спросил: «Есть ли у мастера Чжана план покончить с этим?»

"Ничего.

Подождите, пока я не устрою здесь большое формирование Фэншуй Инь и

Янь, оно соберет энергию Янь от природы, чтобы нейтрализовать

темнуюэнергию в этом месте. После того, как здания будут построены, и

люди войдут внутрь, природные энергии от людей будут подавлять темную

энергию, тогда этот вопрос будет решен ».

"В самом деле?"

Цинь

Вэйпин на самом деле не верил всему этому, но, поскольку такое странное

дело имело место быть, у него не было выбора, кроме как поверить в это.

«Бред чистой воды!»

Когда

пара и высокопоставленные руководители Мириад почувствовали облегчение

от неожиданных новостей, кто-то вмешался в их разговор.

Все были изумлены и повернулись, чтобы посмотреть, кто говорил. Это был молодой шаман, которого пригласила Нангонг Коуэр.

«Кто смеет говорить такой бред здесь ?!»

Все одновременно

сверкнули глазами на Цзян Сюй так, как если бы это были лезвия,

особенно Цинь Вэйпин, чей взгляд был достаточно холодным, чтобы напугать

любого. Озарение нашло на нас с такими большими трудом, проблема почти

решена, и ты пытаетаешься сейчас вновь создать нам проблем?

Наньгонг

Цинь смотрела на своего мужа с чрезвычайно извиняющимся лицом. Этот

человек был привезен сюда ее племянницей, так что это действие было

связано с ней. Если из-за этого произойдет какой-либо инцидент, который

приведет бизнес семьи в упадок, ей будет трудно избежать вины со

стороны ее мужа. Она прокляла Цзян Сюй в ее голове. Если бы это все не

было ради Коуэр, у него даже не было бы статуса, чтобы зайти на объект.

Да ты хоть знаешь, где ты стоишь? Знаешь ли ты, сколько денег

задействовано в этом проекте? Ты просто подросток и осмелился прерывать

его так небрежно. Такой вздор. Ты заявляешь, что Великий Мастер Чжан

говорит полную чепуху?

Цинь Вэйпин нахмурился: «Это великий мастер Лоу, что ты имеешь в виду?»

Цзян Сюй сказал: «Что это значит? Это буквально.

«Разве ты не понял слова этого Божества?»

«Этот человек говорит здесь полный мусор».

Начался шум- все начали волноваться.

Ты

можешь говорить все что угодно за чьей-то спиной, но этот человек

здесь. Как ты можешь так выражаться? Необращая внимание на председателя

Цинь и нескольких чиновников из мэрии.

Ты что, действительно хочешь себе проблем?

Цвет

лица Цинь Вэйпина изменил цвет. Он боялся, что Великий Мастер Чжан

обидется и разозлится, если он продолжит будет думать о том, чтобы не

ударить в грязь лицом перед Нангону Коуэр. В этом случае, конечно,

проект стоимостью в несколько 100 миллионов будет разорен.

«Кто позволил такому сопляку, как ты, прерывать?»

Взгляд

Цзян Сюй безразлично переместился : «Молодая Леди Нангунг пригласила

это Божество, и поскольку Божество приняло приглашение, естественно оно

даст и комментарии к этой ситуации».

Цинь Вэйпин впивался

взглядом в Нангонг Коуэр из-за своей крайней злости, которую он

испытывал. Обычно он бы не осмелился оскорбить эту маленькую принцессу

семьи Нангонг, но сегодняшнее дело было чрезвычайно важным для него.

Этот взгляд был наполнен предостережением и виной.

Это привело к

тому, что Нангонг Коуэр чувствовала себя неловко. Несмотря на то, что

она была довольно уверена в отношении Цзян Сю, ей было труднопоказывать

свою нерешительность. Она также считала, что слова Цзян Сюй слишком

агрессивны, поскольку тот человек был известным шаманом из провинции

Цзяньнань.

Но Цзян Сюй оставался невозмутимым.

Шаман Чжан все еще был спокойным и собранным тоже.

«Маленький друг, ты тоже даосист? Давай обсудим наши наблюдения. Может ли этот маленький друг указать, где я ошибаюсь?

Все

услышали эти слова. Они похвалили Мастера Чжана за такое действительно

достойное поведение, первоклассного Великого Шамана Джиангнана. Тсс,

просто посмотрите на эту элегантность. Это поведение гроссмейстера. Он

так смирен по отношению к подростку. Поистине скромный и открытый.

Взгляды на Цзян Сюй стали еще более презрительными и наполнялись все большей ненавистью.

Цзян Сюй сказал: «Как можно обсудить Дао с человеком, который знает лишь то, как пороть чушь?»

Все зашумело вновь. Начинался беспорядок.

Великодушный Великий Мастер уже опустился до твоего уровня, и ты действительно хочешь вытереть об него ноги?

Шаман

Чжан нахмурился: «Маленький друг, осмелишься ли ты раскрыть своего

Учителя и Секту? Ты действительно смеешь говорить такую глупость?

Цзян Сюнь сказал: «Ты не достоин знать имя секты этого божества».

«Ха!»

Шаман

Чжан больше не мог подавлять свою ярость. Этот подонок снова смеется

надо мной. Даже толпа рядом думала, что Цзян Сюй слишком чрезмерен и не

снисходителен. «Я не достоин? Хахаха! Очень смешно. Это слишком смешно

... Не секрет, что у меня есть дружеские отношения с Водяной и Огненной

горами, Обходным Монастырем, Оригинальными Небесными Войсками и

несколькими скрытыми великими сектами. Но сегодня кто-то утверждает, что

я, Чжан Тиесан, не достоин знать имя секты?

Цзян Сюй сказал: «Есть несколько сект, о которых вы не знаете».

Шаман Чжан рассмеялся от гнева: «Сегодня этот Мастер опустится до твоего уровня, чтобы сразиться с таким юным подонком, как ты!»

Услышав, что будет битва, все присутствующие были в восторге.

«Великий мастер Чжан, проучи этого ублюдка!»

«Ха-ха. Сосунок, ты попал. Ты разгневал мастера Чжана, даже я стал зол от твоей чрезвычайной грубости.

«Давайте посмотрим на его смерть».

Цзян Сюй засмеялся: «Какая битва?»

Чжан

Тиесан сказал: «У нашего круга есть три способа сражения. «Битва

Талисманов, Охота на Призраков и вызов дождя». Он посмотрел на небо:

«Над городом Цзян уже давно не было дождя. Погода довольно сухая,

поэтому давай посоревнуемся в «Призвании дождя».

"Да! Великий Мастер Чжан, вы так мудры.

Но

все начали сомневаться. Требуется много времени, чтобы вызвать дождь.

Осенний дождь идет несколько часов, и иногда ему нужно время, чтобы он,

наконец, пошел.

«Туда!»

Чжан Тиесан указал на ближайший

угол. Несколько бумажных ритуальных кукол были собраны там, которые

используются для шаманизма. Город Цзян имел реку; несмотря на то, что

внутри неё была кукла Алтаря Короля Дракона, он всё ещё указывал на

Алтарь Дракона.

Все подняли Алтарь Дракона и перенесли его.

«Я

позволю тебе увидеть то, что сегодня называется настоящей магией». Чжан

Тиесан усмехнулся: «Когда наступит момент, Мастер увидит, продолжишь

ли ты хвастаться».

Как только он закончил говорить об этом, он

начал бормотать и делать ручные печати в воздухе. Ни один из

присутствующих людей не мог почувствовать что-либо, кроме Цзян Сюй,

который мог бы почувствовать, что Чжан Тиесан привлекает бестелесную

энергию воды. Он поднял правую руку, звуки реки отражались от его

ладони, когда капельки воды были изящно схвачены из воздуха, со

скоростью, видимой невооруженным глазом.

Более того, эти капли

воды продолжили расширяться и вскоре достигли размера кулака. Эта

темно-синяя сфера мерцала под солнцем, привлекая внимание своим блеском,

а также звуками текущей реки.

Чистый шок. Все на сцене были ошеломлены.

"О, МОЙ БОГ!"

Большинство из них были встревожены.

В

нынешнем поколении у многих людей сложилось впечатление, что шаманы

были мошенниками, которые обманывали людей. Они никогда не были

свидетелями чего-то подобного, поэтому они были действительно потрясены.

Цинь Вэйпин стоял безмолвно, и даже Наньгонг Коуэр прикрыла свой рот .

«Эта вода дарована Королем Драконов!»

"Иди!"

Водная

сфера в руке Чжан Тиесина, казалось, содержала силу притяжения в 500

килограммов. Он напряженно потащил её, а затем заставил её лопнуть. Так

же, как сломанная водопроводная труба, водяная колонна поднялась на 5-6 м

в высоту из сферы, разбрызгиваясь, как фонтан.

"Вооу!"

Все, кто был на месте, воскликнули из-за капелек начинающегося дождя.

"Чудо! Это чудо!"

Цинь

Вэйпин взволнованно воскликнул. Сегодняшняя демонстрация полностью

изменила его мировоззрение. Шаманы и магия действительно существуют.

«Шаман, настоящий великий шаман!»

Чжан

Тиесан заорал, подталкивая водную сферу к небу. Капающая вода

действительно выглядела как дождь. Он пошагал большими шагами: «Сопляк,

я, Чжан Тиесан, в этом кругу уже 40 лет. Ты даже не можешь представить

себе магическую силу, которую я держу сейчас.

«Что ребенок как ты понимаешь?»

«Ты когда-нибудь видел, как бумажная птица преследует орла?»

«Ты когда-нибудь видел божественное предсказание через огонь?»

«Изучал ли ты 33 основные магические главы?»

«Знаешь ли ты значение слов« Мириад Дао »?»

С

каждым вопросом, который Шаман Чжан спрашивал, он делал шаг вперед и

уже достиг Цзян Сюй. Свой последний вопрос он говорил с впечатляющим

тоном «Боюсь, ты даже не сможешь записать самые основные 72 заклинания, и

ты пришел сюда хвастаться? "

«Я, Чжан Тиесан, был взят в горы,

когда мне было 3 года, признав Владыку Пустоты как своего Учителя. Я

достиг незначительного успеха после горького совершенствования длиной в

20 лет, а затем посетил Три горы и Пять Священных Гор. Я захватил

бесчисленное количество призраков и монстров ».

«1984 год, Солдат

Инь позаимствовал Дао и появился в Нанкине, давая смерть всем тем, в ком

он появлялся. Именно я использовал все свои силы, чтобы захватить Инь

Солдата в гору и обрушить её на него, тем самым предотвратив большую

катастрофу ».

«1994 год, 1000-летний призрак появился из могилы

Древнего Героического Горного Императора в Ксиинге, который пронесся

мимо половины города, почти превратив его в город-призрак. И снова я

победил это 1000-летнее привидение, запечатав его ».

«1997, река

Сян отступила назад, бедствие надвигалось из-за монстра-дракона

Восточно-Китайского моря. Это я использовал редкое сокровище, чтобы

подавить его и смирить бедствие ».

«...»

«Я, Чжан Тиесан,

пришел из настоящей семьи практиков, и моя погрешность никогда не

превышает 50%. Юнец, как ты смеешь публично унижать этого Учителя?

Чжан

Тиесан злился все больше. Божественное чудо, которое он демонстрировал

сейчас, заставило всех присутствующих по-настоящему поклониться ему.

Если бы его слова были истинными, то он действительно был великим шаманом из настоящей секты!

«Настолько потрясающе!»

Все были ошеломлены.

«Луося, давай уйдем!» Видя, как Чжан Тиесан демонстрирует свою мощь

таким образом, даже Нангонг Коуэр была в шоке. Она беспокоилась о том,

что человек, которого она привела, будет осмеян и поэтому ему предложат

уйти.

«Прекрасно!» Цзян Сюй кивнул.

"Что? Ты что боишься?

Ты хочешь сбежать? Чжан Тиесан сказал: «Разве это не ты говорил, что я

говорю чушь? Разве ты не заявлял, что этот Учитель не достоин знать имя

твоего Учителя и Секты?

«У тебя есть что сказать в ответ?»

Цинь Вэйпин сказал: «Приклони голову и извинись перед Мастером сейчас же».

«Хе-хе,

Хе-хе ...» Цзян Сюй сказал: «Молодая Леди Нангонг пригласила меня, и я

принял ее просьбу. Однако вы не обратили внимания на Божество, поэтому

нет необходимости в том, чтобы Божество вмешивалось в ваши дела ».

"Только…"

Глаза Цзян Сюй блестели: «Я позволю вам испытать способности этого Божества перед тем , как уйти».

Он поднял свои пальцы, сжимая талисман между ними. Это был настоящий

талисман и не был банкнотой. Он тихо пробормотал какие-то заклинания, и

вскоре на нем появились Дао-Символы и жужжащий звук. Символы Дао

воспламенились, и он бросил талисман в сторону ритуальной бумажной куклы

храма Короля Дракона. На самом деле оно было сделано из папье-маше,

поэтому алтарь Короля Дракона начал гореть.

«Призыв дождя! Называть то, что вызвали вы, как призыв к дождю -слишком забавно!

Он посыпался всего на минуту и только в диапазоне 100 м, разве может это назваться «Вызов дождя»?

Когда

сожгли храм Короля дракона, небо было покрыто густыми черными облаками,

покрывающими все небо. Все были потрясены, когда в следующий момент

появились молнии и гром. Остальные уже ушли, в то время как Цзян Сюй

собирался уходить. Появились раскаты грома, молнии сверкнули рядом с

ним, казалось, что он озадачил Бога. Когда он покинул строительную

площадку, начался сильный ливень.

Дождевая вода всё пыталась потушить пламя на святилище Короля Дракона.

Не только площадка, но и весь район Тангян и даже весь город Цзян переживали сильный ливень.

Все

были залиты сильным дождем, стоя ошеломленно на месте. Шаман Чжан весь

дрожал, указывая на Цзян Сю, не в силах ничего говорить.

«Ты только осмелился просить Короля Драконов дождя, это Божество просто сожгло его пристанище!»

Голос, обладающий повелительным тоном раздался где-то на площадке.

«Тайное заклинание! Да, это заклинание тайной магии!». Чжэн Тешань

долго стоял, ошеломленный этой догадкой, прежде чем закричать во весь

голос об этом. Он был очень потрясен. Крупные капли дождя падали с

небес.

«Мастер Чжэн, что такое заклинание тайной магии?» - спросил шаман, чувствуя, что это должно было быть что-то удивительное.

«Чародейские

заклинания - давно потерянное древнее наследство. Они являются самыми

важными в царстве заклинаний ». Чжэн Тешань говорил так, как будто он

говорил о чем-то запрещенном: «Ими могут пользоваться только божества».

«Как

известно, заклинания, которые мы используем для Шаманов, на самом деле

происходят от жертвоприношения к Бессмертным Богам, когда мы просим их о

силе. Некоторые занимают силу у Желтого Бессмертного, некоторые - у

Духов, а ученики секты заимствуют её от мудрых предков. Короче говоря,

все они используют особую молитву, чтобы занять силу у разных божеств».

«А тайные заклинания могут использовать такие божества как вассал ...»

Все были ошеломлены, когда услышали это. Для обычного человека было невозможно использовать такие заклинания.

«Разве он не сказал, что сейчас он сжег дом короля дракона?!».

Чжэн

Тешань торжественно кивнул: «Правильно. Это чудеса тех самых

заклинаний. Заклинание связало ритуальную куклу дома Короля Дракона с

подлинным домом, а затем подожгло его. Это то же самое, что сразу сжечь

дом Короля Драконов, поэтому он послал дождь на нас, чтобы погасить

огонь».

Этот сильный дождь был послан Королем Драконов, чтобы сначала остановить пламя на ритуальной кукле!

Цинь

Вэйпин спросила: «Интересно, может ли Мастер Чжэн тоже так сделать?».

Она даже не ожидала, что Цзян Сю на самом деле настолько силен. Её это

очень напугало.

«Что ж…»…

Чжэн Тешань почувствовал себя неловко, ведь превосходство Цзян Сю было очевидно с первого взгляда.

Следует

сказать, что Цзян Сю преподнёс ему ещё один урок, что позволило ему

расширить свои горизонты, ведь только он смог сжечь храм Короля Дракона,

заставив тем самым Короля послать на нас дождь. Другого выбора не было,

кроме как признать мудрость Цзян Сю. Еще более удивительной казалась

связь между ритуальной куклой Храма Короля Дракона и подлинным Храмом.

Эта связь доказала, что это было настоящее заклинание тайной магии.

Связывание

ритуальной куклы и храма Короля Дракона было уже удивительно, и Цзян Сю

завершил этот ритуал одним заклинанием, одним щелчком пальца, заставив

Дракона вызвать дождь. Это шокировало нас.

«Я ... я ...».

«Стыдно!».

Чжэн

Тешань промолчал, опустив виновато голову. Он ведь всегда хвастал, что

был лучшим во всём, но даже теперь понял, что всегда был кто-то лучше

него.

Хотя Цзян Сю был довольно сильным, Чжэн Тешань не считал,

что его умения и мастерство было неправильным. Когда он вернулся, чтобы

взглянуть на это место, он оцепенел от удивления. Эта слабая энергия,

собранная в глубинах трехуровневой ямы, стала сильно заметна после

дождя.

« Но как это возможно?».

Лицо Чжэн Тешань побледнело.

Я был неправ. Это была просто обычная земля, наполненная тьмой.

Дьявольская энергия, собранная там, была полностью смыта сильным дождем.

В городе часто шел дождь, поэтому это означало, что здесь невозможно

было ожидать, что дьявольская энергия проявится тут.

«Что это?», - спросила Цинь Вэйпин, желая разобраться, в чем дело.

Чжэн Тешань сказал: «Дьявольская энергия в глубинах ямы рассеялась».

«Но она была тут только что!».

Цинь Вэйпин спросила: «Что это значит?».

Лицо Чжэн Тешань покраснело от стыда: «Тот великий человек был прав. А я, старик ,оказался малознающим и очень сильно ошибался».

«Ааа!».

Цинь Вэйпин ответила: «Что будете делать, мастер Чжэн?».

Чжэн Тешань покачал головой.

«Этот

молодой шаман был настолько силен, что именно он определенно может

что-то сделать, верно?». Цинь Вэйпин почувствовала, как будто проснулась

от сна: «Так этот человек все еще здесь? Где он?».

Я буду обречена, если это вот так просто его отпущу.

«Что вы там встали? Быстро верните этого человека!».

Цзян Сю давно покинул это место, и где его теперь искать? Все смотрели на Наньгун Коуэр, поскольку именно она его пригласила.

Наньгун Цинь попросила: «Коуэр, тебе следует снова пригласить его».

Наньгун

Коуэр пригласила Мастера с добрыми намерениями помочь решить эту

проблему, но её даже не поблагодарили. Вместо этого ей сделали выговор,

от чего настроение было мрачным.

К счастью, методы Цзян Сю

оказались необычными и очень удивительными. В противном случае у него

было бы прозвище нарушителя спокойствия, ведь люди не умеют отличать

добрую волю от злой.

Молодой леди Наньгун не хотелось терять своё время здесь просто так.

«Уже так поздно!», - сказала она.

«Этот

человек уже однажды пришел помочь, а ты ответила хамством. Поскольку ты

была одной из тех, кто его обидел, подумайте о том, вернётся он еще

или нет».

«Я еще ребенок и должна вернуться в столицу, чтобы мои родители меня не потеряли». Она развернулась и быстро зашагала прочь.

«Просто посмотрите на неё!», - Цинь Вэйпин в гневе указала на Наньгун Коуэр: «Просто посмотрите, как ею управляют родители».

«Неужели она думает, что я могу полагаться только на нее?».

Наньгун Цинь сказал: «Подождите немного, я позвоню ее матери. Она слишком требовательна к ней».

Она

не понимала, что Наньгун Коуэр очень горда. Никто не мог выразить своё

презрение по отношению к ней или учить ее жизни. И если бы кто-то

попробовал сделать это, то она смогла бы ответить ему с достоинством.

Это самый простой способ, позволяющий человеку получить определенный

статус в обществе.

Цзян Сю резко повернулся, услышав звуки

машины. Красный Феррари ускорился, чтобы подъехать к нему. Наньгун Коуэр

выглянула из бокового окна. Часть влажных волос прилипла к её

белоснежному лбу, придавая её внешности некий шарм и обаяние: «Эй,

Мастер! Ты возвращаешься в школу?».

Цзян Сю спросил: «Вы приехали сюда, чтобы вместо них попросить меня вернуться?».

Наньгун

Коуэр сладко улыбнулась: «Не спешите с выводами! Они обращались с вами

так грубо, и я буду крайне удивлена, если вы все еще хотите им помочь».

В глазах Цзян Сю мелькнуло удивление. Характер этой девушки очень похож на мой.

Наньгун Коуэр вдруг почувствовала, что она все это время знала его. Заклинание действительно расширило ее горизонты.

«Ваши заклинания довольно сильные. От кого Вы их узнали?».

«От моего Учителя».

Наньгун

Коуэр сказала: «Вы намного сильнее тех людей, которые работают только

ради славы. Позвольте мне представить себя. Меня зовут Наньгун Коуэр из

Императорской столицы. Я приехала в город Цзян… Впрочем, это уже не

важно. Ваше имя Цзян Луося?».

«Ммм!».

«Это довольно странное

имя». Наньгун Коуэр не мог даже и подумать, что рядом с ней был Цзян

Сю, её жених, которого она раньше еще не встречала. «Я отвезу Вас

домой, а потом вернусь в столицу. Я не знаю, когда я снова приеду в

Цзян. Наберите свой номер», - она передала свой телефон Цзян Сю. «Если

вы когда-нибудь окажетесь в Императорской столице, позвоните мне! Я

отведу Вас в местечко, где подают самую вкусную знаменитую императорскую

жареную утку».

Наньгун Коуэр отвезла Цзян Сю домой, а затем

отправилась по своим делам. Она часто ловила себя на мысли, что их

встреча была подарком судьбы, и, возможно, они никогда не смогут

встретиться.

«До свидания, город Цзян. Чёрт возьми, мы с тобой больше никогда не увидимся, Цзян Сю».

После

произошедшего Цинь Вэйпин попыталась найти несколько знаменитых

шаманов, но результата не было никакого. Странные события никогда не

прекращались и даже ухудшались день ото дня.

В самом начале

неприятные инциденты происходили только тогда, когда кто-то входил на

это место для выполнения строительных работ. Вскоре это распространилось

на соседний жилой район. Многие жители оказались таинственным образом

убитыми посреди улиц. Это было очень страшно.

На третий день, в

дополнение к страшному событию, связанному с жителями, каждый

автомобиль, проходящий по улицы мимо строительной площадки в ночное

время, неизбежно разбивался, в результате чего погибло огромное

количество людей.

«Что? Остановить проект постройки огромной базы?».

Цинь Вэйпин получила звонок из мэрии, заставив вскочить её на ноги со своего рабочего места.

«Знаете

ли вы, сколько средств инвестировано в этот проект? Это 1,3 миллиарда,

1,3 миллиарда денег. Кредит от банка взимает с меня 3 миллиона каждый

день, и вы говорите мне прекратить этот проект? Вы был одним из тех, кто

просил меня инвестировать деньги в развитие города Цзян, и вы хотите,

чтобы я остановила стройку сейчас?».

Чувство злости охватило Цинь

Вэйпин, когда она услышала в трубке голос: « Уважаемая Вэйпин, я знаю,

что вы вложили большую сумму в эту базу, но несчастные случаи сейчас

слишком часто стали происходить. Из-за этого все коммуникации и часть

бизнеса полностью парализованы. От жителей города поступает слишком

много жалоб. Они направляли жалобы не только в городское правительство,

но и некоторые из них даже отправились в императорское правительство. А

здесь мы бессильны».

Сердце Цинь Вэйпин словно остановилось.

«Мы тоже не хотим останавливать стройку, но мы ничего не можем с этим поделать».

Цин Вэйпин сказала: «Дайте мне еще несколько дней, я обязательно решу эту проблему».

"Три

дня. Я могу дать вам только три дня. Если вы не сможете ничего сделать,

то правительство вынуждено будет направить уведомление о прекращении

проекта и снова построить разрушенный на этом месте храм».

После

звонка Цинь Вэйпин чувствовала себя так, словно ей вырвали сердце из

груди. Она знала, что если проект будет остановлен, то ей придется

начинать свою жизнь с нуля.

«Пригласите их, пригласите шаманов, независимо от того, сколько денег им потребуется!».

С тех пор как странные события произошли на строительной площадке,

Мириад Бэйз пригласили нескольких Шаманов, а также потратили большую

сумму денег. В результате ситуация совсем не улучшилась и даже

ухудшилась. Даже они сейчас были совершенно бессильны.

Пара, Цинь

Вэйпинг и Наньгун Цинь сидели друг напротив друга, не говоря ни слова.

Офис выдержал тишину, и настроение было довольно удушающим.

Спустя

долгое время, Цинь Вейпинг стащила окурок и нагло сказала: “Почему бы

вам не позвонить Коу’эр и не спросить ее о местонахождении этого шамана,

мистер Луоксия?”

Дело не в том, что он уже не пытался искать; он уже прошерстил весь город Цзян, но это оказалось бесполезным.

Наньгун

Цинь сказал: “Я уже звонил ей. Она не хотела мне говорить. Я попросил

свою невестку спросить ее, но я не знаю, что случилось, она тоже

отказала мне”.

Мать всегда знала, что творится в голове у ребенка.

Глядя на поведение Наньгун Коу’эр, ее мать поняла, что для этого должна

быть какая-то причина. Если бы Наньгун Цинь не сделала ничего

особенного, ее дочь не вела бы себя таким образом. Поэтому она,

естественно, встала на сторону дочери.

Цинь Вейпинг был взбешен:

«Из-за возвышения положения твоего брата, вся их семья становится более

высокомерной. Они даже не думают о том, что причина, по которой он может

иметь такую гладкую жизнь, заключается в том, что старый отец дает ему

активы всей семьи. Теперь его семья так нас подставляет!?”

Увидев, как ее муж взбесился, Наньгун Цинь промолчал.

В

конце концов, он был просто зятем. Он бы никогда не прикоснулся ни к

йоте имущества семьи Наньгун. Более того, он был всего лишь бизнесменом.

В глазах держателей власти бизнесмен был просто низкоуровневым существованием, с которым они могли играть.

Офис снова погрузился в тишину.

На данный момент, гибель Мириад Бэйз была установлена.

Они

чувствовали глубокое сожаление за то, что действовали так опрометчиво

по отношению к Цзян Сю, который был настоящим шаманом. Чжан Тьешань

держал слова при себе, так как Цзян Луося смог понять, что его суждение

было ошибочным, не было никаких сомнений в том, что он, конечно, знал,

что является реальным источником проблемы.

Наньгун Цинь сказал:

“Давай попробуем позвонить старому отцу Тан Чжэньшань? Он главный босс

города Цзян, так что у него могут быть средства, чтобы решить эту

ситуацию.”

Цинь Вэйпин мгновение побормотал себе под нос, а затем

взял телефон, чтобы позвонить Тан Чжэньшань: "Здравствуйте, Старый отец

Тан доступен? Это говорит Цинь Вейпинг”.

"Пожалуйста, подождите минутку ..." - получил звонок А'Донг, " Старый отец, это Цинь Вейпинг из Мириад Бэйз”.

"Здравствуйте, это Тан Чжэньшань”.

Цинь

Вэйпин сказал: "Старый отец, только ты можешь помочь мне сейчас..."

Цинь Вэйпин объяснил причину звонка в двух словах. Естественно, он не

упомянул вопрос о шамане Луося.

"Хахаха…”

Тан Чжэньшань от

души рассмеялся, услышав его беспокойство: “Вейпин, как могут эти

подлинные благородные шаманы действовать так легко? Если вы хотите,

чтобы эти настоящие эксперты вышли, денег будет недостаточно. Вам

придется предоставить вещи, которые их интересуют”.

Цинь Вейпин спросил: "О чем вы говорите, Старый отец?”

Он был смущен, так как не знал, какие предметы заинтересуют Шаманов.

На другом конце звонка Тан Чжэньшань дал простой ответ: "артефакты!”

"Артефакты?”

Такие вещи были просто непонятны бизнесмену.

"Да,

Артефакты, " – сказал Тан Чжэньшань: "У артефактов есть много

магических применений, таких как гармонизация фэншуй, привлечение удачи,

обуздание монстров и демонов и т. д. Для шамана, артефакт был похож на

меч для мечника. Только артефакты могут вызвать интерес настоящего

шамана. Вы определенно можете привлечь подлинного эксперта, используя

их".

Цинь Вейпинг смутился: “Но ведь у меня нет никаких артефактов”.

Где же я могу их достать, когда даже эти шаманы не смогли их найти?!

"У Старого отца есть что-нибудь?”

Тан

Чжэньшань покачал головой. Артефакты можно было только обнаружить, но

не искать. Он сказал: "я и сам долго искал артефакты, но мне никогда не

удавалось их получить. Тем не менее, у меня дома есть несколько

антикварных вещиц, которые могут быть артефактами. Их достаточно, чтобы

провести выставку артефактов. Это должно привлечь настоящих Шаманов”.

"Что касается того, подействуют они или нет, то это уже зависит только от вашего мастерства”.

Цинь Вейпинг был очень рад: “Большое спасибо, старый отец!”

Он верил, что сможет это сделать. Даже Шаманам нужно что-то есть и тратить деньги.

Кому не понравится иметь больше денег?

…

В

классе проходил урок физики. Плевок вырвался изо рта учителя, и все

ученики внизу слушали довольно серьезно. Что касается студента Цзян Сю,

он сидел прямо, но его глаза были закрыты. Казалось, будто он спит.

Учитель обращал на него внимание более двух раз, но этот ученик был

немного особенным. Он избил директора по студенческим делам и заставил

директора потерять работу. Никто из учителей не осмеливался

провоцировать его сейчас.

Они просто приняли его.

Вообще-то,

учитель ошибся. Наш студент Цзян Сю не спал, он делал внутренний

самоанализ, чтобы проникнуть в тайны своего тела. В своем внутреннем

мире Цзян Сю культивировал и постоянно отзывал скрытую силу Божества с

намерением достичь второй мифической сферы пробуждения. Его Божественная

сила значительно росла после каждой сферы, через которую он прорывался.

Однако,

после нескольких дней работы над собой, он обнаружил, что прогресс был

слишком медленным. Для этого были причины, одна из которых заключалась в

том, что Божественная родословная в его теле была скрыта слишком долго,

а другая в том, что ему не хватало небесных сокровищ.

Динь-Дон.

Колокольчик, указывающий на конец класса. Учитель затянул урок еще на

несколько минут. Многие учителя старались выжать из урока максимум, и

это было слишком хорошо, если они затягивали его только на несколько

минут, поскольку некоторые продлевали его на целых полчаса.

После

заключительного занятия Цзян Сю бросился в столовую. Он потратил

изрядное количество энергии во время своего самосовершенствования и был

очень голоден.

"Цзян Сю!"

"Что?"

Е Бинг сказала: "в классе совсем нет воды, принесите несколько бочек".

Глаза

Цзян Сю округлились, он подумал, что ослышался. Его, величественное

божество Сю, просили принести воды! “Совершенно нелепо. Вы действительно

осмелились приказать божеству таскать воду?”

Е Бинг нахмурилась.

Это сорванец действительно отталкивает, все время сотрясает воздух:

"Что? Ты не хочешь этого делать? Ведь ты же тоже член класса, разве нет?

А ну-ка иди за мной послушно”.

Цзян Сю сунул руки в карманы и просто ушел.

“Ты…”

Вэй

Куань, такой же пансионер, как и Цзян Сю, сказал: "Цзян Сю, ты и правда

удивительный. Ты даже не обращаешь внимания на Королеву кампуса Е. Это

восхитительно, твое сердце остается спокойным, даже когда сталкивается с

такой красивой женщиной. У тебя что-то не так с головой или что? Ты

отказываешься от такого шанса общаться в одиночку”.

Цзян Сю слегка

улыбнулся с презрением во взгляде. «Я так понимаю, ты никогда не

общался с девушками. Поскольку судьба привела тебя к божеству, я дам

тебе совет: "Многие женщины такие. Чем больше лебезишь перед ними и

портишь их, тем больше они считают тебя тряпкой. Но если держаться на

расстоянии, то они сами будут проявлять инициативу, чтобы стать ближе”.

Вэй

Куан застыл на месте от этих слов, он отреагировал только после

нескольких секунд молчания. "Черт! Цзян Сю, негодник, ты действительно

эксперт! Давай, научи меня еще паре приемов!”

Цзян Сю сказал: "Одного этого совета достаточно, чтобы пользоваться им всю жизнь”.

В

столовой было много людей во время обеда: "слушай, Цзян Сю, мы

собираемся перепрыгнуть через стены общежития, чтобы посетить киберкафе

сегодня вечером. Ты с нами?”

“Нет."Он был фанатичным

культиватором, разве мог он впустую тратить такое хорошее время для

культивации, как ночь? "Вы выходите каждую ночь, но ведь вы попросту зря

тратите деньги, которые платите за общежитие”.

"Точно, скоро ведь снова нужно будет платить за общежитие”.

Цзян Сю спросил: "разве они еще не собирали плату за этот семестр?”

“Нет."

Цзян Сю нахмурился: “Сколько это стоит?”

"1.8 K ЮАНЕЙ”

Божество

Сю казалось собранным, но уголки его глаз дергались. Насколько ему

известно, оплата за обучение и общежитие каждый семестр оставляла его

родителей в тяжелом состоянии. Он пережил второе рождение и

действительно переживал из-за того, что его родители заплатили за него.

Было невозможно занимать деньги у Вэй Куана и других, так как даже у них

не было бы такой суммы. Да и близких друзей у него не было.

Единственной, кто пришел ему в голову, была Е Бинг.

"Одноклассник Е Бинг!”

Без

всякой причины Е Бинг почувствовала негодование, услышав голос Цзян Сю,

она холодно сказала: "Что? Я сейчас очень занята." Она просто повесила

трубку, не проявляя вежливости.

Телефон снова энергично зазвонил, Е Бинг беспомощно ответила. "Перестань меня беспокоить! Я же сказала, что занята”.

"Одноклассник Е Бинг, божество столкнулось с некоторыми проблемами и нуждается в помощи”.

Е

Бинг не знала, плакать или смеяться. Она посмотрела на Лю Сяоюня рядом с

ней, а затем отошла в сторону: "Ты болен или что? Зачем ты обращаешься

ко мне, если у тебя неприятности?”

"Потому что мы одноклассники, и

божество находится близко к вам, а больше ему не к кому идти. Божество

окажет Вам услугу, если только у вас, конечно, есть желание, божество

дарует ее вам”.

Е Бинг хихикнула, отвечая с презрением "Твой тон

довольно величественный. Только дама никак не может себе этого

представить. Чем же это ты можешь мне помочь?”

Цзян Сю рассмеялся:

“В жизни каждого бывают взлеты и падения." Он знал, что в будущем Е

Бинг столкнется с проблемами в любви и захочет расправиться с ними до 30

лет.

Е Бинг сказала: "Так вот как ты просишь о помощи? Почему это

звучит так, будто ты мне приказываешь? Человек, обращающийся за

помощью, должен именно так себя и вести”.

"Эх, одноклассник Е Бинг, ведь это божество просит Вас”.

“Я не чувствую искренности!”

"Я прошу тебя, сестренка Бинг!”

Е

Бинг не была тронута этим, но слова 'сестренка Бинг' заставили ее лицо

вспыхнуть гневом. Она возмутилась: «Ты действительно бесстыдник! Кто это

твоя сестренка? Зови меня старшей сестрой! Давай, дитя, скажи мне, чего

ты хочешь сейчас”.

"Старшая сестра, я хочу одолжить у тебя 1.8 K”.

Е Бинг подняла свои красивые брови: "Хочешь одолжить у меня денег?”

В

конце концов, они все еще были старшеклассниками, и финансовая власть

принадлежала их родителям. Е Бинг сразу поняла суть дела. Материальное

положение семьи Цзян Сю было плохим, а сейчас было время платы за

общежитие.

“Окей. Подожди меня в роще рядом со школьной площадкой”.

К тому времени, когда Йе Бинг пришла в рощу рядом с детской

площадкой, Цзян Сю уже ждал ее там. Она взглянула на него: "Ты пришел

довольно быстро”.

«Хотя я и имею гордость, но даже я не могу

сохранять лицо, заимствуя деньги у кого-то: "Искренность должна

проявляться при обращении за одолжением”».

Он закончил свою фразу, добавив: "Старшая Сестра!”

Йе

Бинг покраснела до ушей, когда услышала это: "Вздохни поглубже. Ты

никогда не меняешься, всегда обращаешься ко мне позднее, чем следовало

бы”.

"Старшая Сестра, ты принесла деньги?" – В этот момент его взгляд выглядел предательским.

Йе

Бинг сказала: "Эта Леди специально отправилась в банк, чтобы одолжить

тебе деньги", – сказав это, она взяла деньги из своего кошелька и

протянула их Цзян Сю.

Обычно люди не приходили в рощу рядом с

детской площадкой. Тем не менее, все это происходило за окном комнаты

студенческого Совета. Чэн Линсу стояла возле окна, и это окно было

единственным, что отделяло ее от Цзян Сю и Йе Бинг.

“Сусу, на что ты смотришь?”

Чэн Линсу почувствовала себя виноватой и нервно повернула голову назад: "Я… Я ни на что не смотрю".

Сгорая

от любопытства, Оуян Цянь и Ли Дан подошли и увидели Цзян Сю вместе с

Йе Бинг через окно. Что касается Цзян Сю, парень в этот момент считал

деньги: “Это на самом деле он. Я слышал, люди говорят, что Йе Бинг

довольно близка с ним, но я никогда не верил в это. Похоже, это правда”.

“Йе Бинг и вправду глупа. Как она может любить Цзян Сю? Это такая проигрышная партия!”

Презрение

отразилось на лице Ли Дана: "Это верно. Он нищий, в доме которого есть

фруктовая лавка и он умеет только драться. Но могут ли люди в нашу эпоху

зарабатывать на жизнь борьбой? Мне действительно жаль Йе Бинг”.

“У них такие серьезные отношения?” – Изумленно спросила Чэн Линсу.

"Да, а ты не знала?”

Чэн Линсу покачала головой, цвет ее лица изменился.

"Думаю,

Йе Бинг рано или поздно бросит Цзян Сю. Всем известно о семье Йе Бинга.

Она дочь влиятельных родителей и настоящая Мисс Совершенство. Цзян Сю

ей совсем не ровня, так что, когда она его бросит – это лишь вопрос

времени”.

"Да, Йе Бинг еще молода. Она поймет, что такое настоящий

выдающийся парень, когда поступит в университет", – она говорила так,

будто она сама была студенткой первого курса университета.

В это время Йе Вэньчэн и остальные вернулись.

Лин

Шу был выписан из больницы через три дня, а Йе Вэньчэн был

госпитализирован на целую неделю. Его красивые щеки все еще были немного

опухшими.

“Наконец-то ты вернулся!”

Оуян Цянь и другие девушки поприветствовали их с улыбкой.

Девочки

навещали их, когда те находились в больнице, поэтому им было известно, с

какими обстоятельствами они столкнулись, поэтому они не были удивлены.

На самом деле, они и другие девушки, которые прошли через горький опыт,

не хотели упоминать о том, что Йе Вэньчэн снова избивают.

Какая неудача!

"Не

поднимайте эту тему, мы больше никогда не поедем в этот

нецивилизованный район", – сказав это, Йе Вэньчэн достал приглашение,

показывая его всем: "Приглашение на выставку древних артефактов, вам

интересно? Это редкая возможность”.

Ни одна из девушек не ответила.

“Каждый

из вас, вы не знаете, что это значит. Это приглашение продается за 100

000 снаружи. Продаваемые предметы, по слухам, являются артефактами,

сокровищами, оставленными в светском мире божествами. Они обладают

магическими свойствами, и цены аукциона на них выше, чем на аукционе

драгоценностей”.

Девушки проявили интерес, когда Йе Вэньчэн объяснил им все это: "Это правда?”

Йе

Вэньчэн сказал: "Даже если у вас есть 100 000, купить его невозможно

для простолюдинов с низким социальным статусом. Как вы думаете, такая

высокая цена будет признаком подделки?”

"Приедут знаменитости из города Цзян, а также из столицы, это собрание высшего класса”.

Глаза девушек засияли: "Тогда нам определенно нужно пойти туда!”

“Сусу, на что ты смотришь?”

Йе

Вэньчэн обнаружил, что Чэн Линсу уделяет больше внимания происходящему

за окном. Ему было любопытно, поэтому он подошел ближе и увидел Цзян Сю и

Йе Бинг вместе. "Разве это не Йе Бинг? Почему она вместе с Цзян Сю?”

Он рассматривал Цзян Сю как занозу в своей жизни и винил его во всех унижениях, которые он перенес в городе развлечений.

Он

предпочел игнорировать Цзян Сю, потому что считал, что он проявит

уважение к Цзян Сю, если устроит ему откровенную конфронтацию, а также

унизит себя.

"Сусу, ты хочешь пойти? У такого человека, как Цзян Сю, никогда в жизни не будет возможности присутствовать на таком собрании”.

Божества были туманными существами, но они окутывали весь этот мир.

Чэн Линсу оглянулась, показывая доброжелательную улыбку: "Конечно, я приду”.

"Сокровища, оставленные божествами, просто необходимо увидеть”.

Согласно

легенде, люди были потомками божеств, но они были оставлены ими.

Естественно, все это были древние легенды, и не было никакого способа

доказать существование богов, поэтому не было никакого конечного вывода к

этому вопросу.

Когда солнце начало садиться, свидание Цзян Сю и

Йе Бинг наконец закончилось, и они оба пошли своей дорогой. Чэн Линсу

сказала остальным: "Я скоро вернусь”.

"Сусу, куда ты собралась?”

После

того, как Цзян Сю взял денег в долг и пробрался к школьному общежитию,

перед его глазами появился красивый силуэт. Он не был удивлен, как это

ни странно, столкнуться с кем-то в школе. Его глаза стали холоднее. Он

уже подписал соглашение, поэтому больше не хотел иметь никакого

отношения к Чэн Линсу.

В прошлом они вели себя так, будто не знали

друг друга и проходили мимо. Но на этот раз Чэн Линсу преградила ему

путь. Цзян Сю изменил свое направление, намереваясь пройти мимо, но она

снова преградила ему путь. Цзян Сю поднял голову: “Что тебе надо?”

"Ты еще не видела соглашения?”

Чэн Линсу сказала: "Я видела его. Я здесь не для того, чтобы найти тебя”.

Цзян Сю сказал: "Тогда зачем?”

Чэн

Линсу ясными глазами посмотрела прямо на Цзян Сю. Мальчик перед ее

глазами все дальше отдалялся от образа мальчика из ее памяти, он

становился незнакомым.

Старый Цзян Сю не представлял из себя

ничего хорошего и излучал чувство неполноценности, но Цзян Сю, который

стоял сейчас перед ней, был полон уверенности. Его высокомерие было

больше, чем у Йе Вэньчэн. Хотя она не знала, откуда у него такая

уверенность в себе, не было никаких сомнений, что этот мальчик был

привлекательным.

Даже его внешность немного преобразилась, лицо

стало острее. Взгляд предыдущего Цзян Сю был чистым и немного

застенчивым, но взгляд нынешнего Цзян Сю был глубоким. Его глаза

выглядели, как непроницаемый глубокий бассейн.

И Чэн Линсу не

ошибалась. Изменение его темперамента было связано с изменением его

опыта, и внешний вид Цзян Сю изменился после пробуждения божественности,

поэтому он неизбежно казался все больше и больше похожим на Бога.

Но

независимо от того, как он изменился, Цзян Сю все еще был Цзян Сю в ее

глазах. Он никогда не сможет измениться, пока его родители остаются

прежними.

Чэн Линсу сказала: "Я надеюсь, что ты ясно представляешь, кто ты такой”.

"Вы и Йе Бинг – люди разных миров!”

Голос Цзян Сю был спокойным и уверенным: "Ты остановила меня ради этого?”

Чэн Линсу сказала: "Да!”

"Семья

Йе Бинг не отличается от моей... Я надеюсь, что ты сможешь проснуться и

не мечтать о нереальных вещах. Я надеюсь, что ты сможешь трезво

взглянуть на себя и подумать о том, какая девушка тебе подходит. Ты

только навредишь себе, если попытаешься слепо подняться по социальной

лестнице”.

Другими словами, поскольку Чэн Линсу не нравился Цзян

Сю, она верила, что Йе Бинг он также никогда не нравился. Тут имел место

семейный фактор. И она, и Цзян Сю не были под давлением своих

родителей, и она хотела избавиться от Цзян Сю. Но для Йе Бинг все было

по-другому, на нее давили ее родители. Как они могли смириться с тем,

что их дочь выйдет замуж за продавца фруктов?

Цзян Сю холодно рассмеялся, гнев отразился в его глазах.

"Ты думаешь, что Божество нуждается в твоем совете?”

Чэн Линсу нахмурилась: "Ты собираешься игнорировать мои слова?”

"Это все, что я хотела тебе сказать. Цзян Сю, позаботься о себе!”

Сказав

так, Чэн Линсу прошла мимо него с высокомерным видом принцессы. Она

вела себя так, как будто ее не замечали с более высокой позиции. Легкий

ветерок в сумерках пронесся мимо ее прекрасных волос, разнося их аромат.

Ее силуэт выглядел красиво, казалось бы, делая его окружение более тусклым.

Чэн Линсу, ты никогда не сможешь понять, что это за Божество.

"Здравствуйте, это мистер Цзян?”

Цзян

Сю спросил: "А Вы еще кто?" – Его тон все еще оставался прежним. Он был

приучен к этому в течение 3000 лет, и ничто не могло изменить его

обратно в такие короткие сроки. "Зачем Вам Божество?”

Его собеседник был взволнован, убедившись, что это был Цзян Сю: "Господин Цзян, это Танг Вэньчонг”.

"Вы ошиблись номером!" – Он сбросил вызов.

Как

только он нажал кнопку завершения вызова, пришло SMS-сообщение: «Г-н

Цзян, пожалуйста, простите меня за мою грубость. Я – внук Танг Женшанга,

меня зовут Танг Венчонг. Вы помогли мне, когда машина собиралась

упасть со скалы на горе Чунмин, помните?»

Когда Цзян Сю прочитал сообщение, он вспомнил, что в то время рядом с Танг Женшангом был юноша.

Через несколько секунд телефон снова зазвонил: "Так это ты. Зачем тебе Божество?”

Танг Венчонг сказал: “Вот зачем: мой дедушка организует выставку артефактов и очень хочет пригласить мистера Цзян посетить ее”.

Цзян Сю был немного удивлен. Он не показывал своих чар перед людьми

семьи Тан, поэтому он задавался вопросом, каков был их мотив, когда они

приглашали его на выставку Опознания Древних Артефактов.

Он

почувствовал облегчение, подумав об этом снова. Он предположил, что они,

вероятно, хотели быть с ним в хороших отношениях из-за силы, которую он

обнаружил до того, как напугал Лин Чжэнбэй.

Однако у него не было

ни малейшей хорошей мысли по отношению к семье Тан из-за того, как Тан

Чжэньшань обращался с ним, его благодетелем. Он холодно сказал: «Его

Божество не интересует это».

«Пожалуйста, не говорите так, мистер Цзян!»

Тан

Вэнхон занервничал, когда Цзян Сю отказался от его предложения. Он уже

пообещал Старому Отцу и гарантировал, что ему точно удастся пригласить

Цзян Сю.

«Эта выставка Опознания Древних Артефактов содержит

множество древних мечей и других предметов таинственного происхождения.

Моя семья Тан искренне предложит все, что понравится Мистеру.

Естественно, мистер Цзян, возможно, не заинтересуется такими мелочами.

Тем не менее, будет большим блаженством для Мистера Цзяна, если Мистер

сможет разгадать тайну древнего артефакта. Возможно, Мистер мог бы даже

получить его силу.»

Цзян Сю ухмыльнулся. Он обладал бесчисленными

бессмертными реликвиями искусства на своей памяти, и каждое из них было

высшего класса. Даже если он находил силу, для него это ничего не

значило.

«Его Божественность не заинтересован».

Он отказался с тем же холодным тоном.

Когда

Цзян Сю собирался повесить трубку, Тан Вэнхон с тревогой сказал:

«Стойте, пожалуйста, подождите Мистер Цзян ... Мы точно не позволим Вам

вернуться с пустыми руками. Если вы согласитесь присутствовать, как

насчет миллиона в качестве платы за Ваше появление?»»

Цзян Сюй громко рассмеялся, очень невежественно и безрассудно.

Казалось, что он не осознавал, что Божество Сю отверг 10 миллионов и даже отрубило одну из рук Тан Чжэньшана.

Услышав,

как Цзян Сю громко рассмеялся, похоже даже со злостью, ноги Тан

Вэньхонга стали ватными от страха. Использование денег для такого

эксперта, как Цзян Сю, на самом деле было большим оскорблением.

Но кто бы мог подумать, что дело обернется по-другому: «Один миллион?»

«Да!»

Тан Вэнхонг сказал нервно: «Один миллион, мы можем добавить больше,

если Мистер Цзян захочет. Семья Тан действительно искренне хочет

пригласить г-на Цзяна.

Цзян Сю разразился смехом, они действительно хотят использовать деньги, чтобы убедить его Божество!

«Вы добавите больше?»

«Да!» Пальцы Тан Ванхонга были потные от нервов: «Если только Мистер захочет присутствовать, Мистер может установить свою цену».

Цзян

Сю поднял голову, чтобы посмотреть на блуждающие облака в небе,

бесконечная гордыня была скрыта в глубине его глаз. Естественно, это

было одиночество. У тебя недостаток денег, и кто-то просит тебя взять

деньги.

Знак, что я должен буду совершить этот грех!

«Хотя вы совершенно невежественны и глупы, похоже ... вы очень искренен».

Поскольку

Тан Ванхонг был наследником Тан Чжэньшаня, естественно, он не был

глупым человеком. Он почти заплакал от волнения: «Большое спасибо,

мистер Цзян!»

«Я сразу же покину Вторую высоту, чтобы встретить тебя».

После

эпизода с Лин Жэнбэй, Старый Отец Тан рассказал ему, что совершенство

боевого Дао Цзян Сю было выше, чем у Чжу Тяньнань, и даже Лин Чжэнбэй

был напуган. Что это была за враждебная звезда? АДонг торжественно

уверовал его, что Мистер Цзян точно не будет присутствовать, но он

неожиданно совершил этот подвиг и пригласил его. Он не мог сохранять

спокойствие.

«Ммм!»

Жаль, что к тому времени, когда Тан

Вэньхонг прибыл, в школу никто не вернулся. Такое великое событие

произошло, заполучить Цзян Сю, и не было ни одного зрителя, это

действительно разочаровывало.

«Мистер Цзян!»

Тан Вэньхонг

вышел из Ролс-Ройса. На нем был хорошо отглаженный и изысканный костюм.

Он был немного ошеломлен, когда посмотрел на Цзян Сю, который был одет в

уличное тряпье стоимостью менее 300 юаней. Неужели этот молодой человек

так ужасен, как сказал дедушка? Это не какая-то ошибка, верно?

«Пожалуйста, садитесь!»

Взгляд Цзян Сю скользнул по машине.

Семья

Тан лично координировала эту выставку Опознания Древних Артефактов, но

средства были предоставлены Цинь Вэйпин фонда Мириад. Местом был

роскошный клуб под названием Бельден, расположенный рядом с несколькими

проектами Фонда Мириад в городе.

Пройдя через улицу Рене, Цзян Сю увидел, что дорожная полиция блокирует путь.

«Что там произошло?»

Тан

Вэнхонг сказал: «Разве Мистер не знал этого? Фонд группы Мириад

разрушил храм и навлек на себя гнев бога. Продолжают происходить

странные события, и было несколько несчастных случаев на улице Рене в

ночное время. Правительство беспомощно здесь и вынуждено было закрыть

дорогу».

«Навлекли на себя божественный гнев?»

Тан Вэнхонг

сказал: «Да. Несколько Шаманов были приглашены, чтобы разобраться с этой

проблемой, но ни один из них не преуспел. Все догадывались, что это был

не злой дух, а бог древнего храма был разъярился».

Цзян Сю слабо засмеялся, отказавшись от комментариев.

Тан Вэньхонг и Цзян Сю вышли из машины, достигнув клуба Бельден.

Потоки

людей лились в клуб. Каждый из них щеголял в новой роскошной одежде;

мужчины носили отглаженные костюмы, женщины носили ослепительные

вечерние платья и держали в руках пригласительные билеты.

«Пожалуйста, мистер Цзян!»

В

клубе было несколько знакомых Тан Вэнхонга, и как только они заметили,

что Юный Мастер Тан вошел, они бросились подхалимничать. Что касается

Цзян Сю, который носил непрезентабельную одежду, он был вежливо

проигнорирован. Ему не было дела до этого.

«Позаботьтесь о своем бизнесе, его Божество будет бродить».

Божество

Сю не был заинтересован на этот раз, было бы точнее сказать, что он

пришел, чтобы получить свой миллион. Что касается остальных, Цзян Сю не

заботился об этом. В лучшем случае он увидит, есть ли здесь настоящие

артефакты. Как говорится, убить двух зайцев; он также нуждался в райских

сокровищах, чтобы увеличить скорость его становления.

В клубе

люди ходили группами из трех или четырех человек. Связи были очень важны

для людей высшего класса. Посещение такой вечеринки позволит человеку

установить новые связи, и это принесет огромные выгоды их бизнесу или в

других вопросах.

Естественно, это была хорошая возможность для молодого поколения переехать в другие места.

«Посмотрите туда, это Чжао Чжисян из сети супермаркетов Байрунда».

«Директор фармацевтической промышленности Тянрун Ву!»

«Есть даже иностранцы. Разве это не директор Бенцз?»

Глаза

Оуян Цянь сверкали, она возбужденно взмахиивала руками: «Ого, здесь так

много магнатов ... Не удивительно, что молодой Мастер Чен сказал, что

приглашено было 100 000».

Ли Дэн была также взволнована: «Мы поступили правильно, что пришли сегодня».

«Это младший Мастер Бай, Бай Фэн?»

Услышав

эти слова, Ченг Линсу с любопытством посмотрела на него. Мужчина был

одет в модный белый костюм, который придавал ему элегантный вид, и он

был в красивых ботинках. Этот молодой мастер был на самом деле талантом

№1 среди молодого поколения высшего класса города Цзян.

Большой Лэй посмел выступить против Е Венчен без колебаний, но он даже не посмел сказать и слова младшему Мастеру Бай.

«Как насчет этого? Вы хотите познакомиться?»

Е

Венчен поправил очки и внимательно наблюдал за Ченг Линсу, опасаясь,

что богиня, которой он восхищался, также понравилась Бай Фэну, поскольку

этот молодой Мастер был очень неординарным.

«Сусу...»

Внезапно

раздался голос со спины. Ченг Лингсу обернулась и посмотрела на

красивую женщину в черном вечернем платье. Лицо Чэн Линсу дрогнуло:

«Мама!»

«Это действительно ты. Мать подумала, что она ошиблась!»

Женщина,

которая прибыла, была матерью Чэн Линсу, Сунь Сяохон. Вообще-то,

сегодня были вечерние уроки, и Чэн Линсу пропускала занятия. Ее лицо,

естественно, изменилось, потому что ее мать поймала ее с поличным.

Но

Сунь Сяохун вовсе не была недовольна: «Как ты сюда попала? Довольно

трудно попасть в это место». Даже она обратилась к другу друга, чтобы

получить пригласительный билет.

В конце концов, это была выставка Опознания Древних Артефактов, а не бизнес-вечеринка.

Ченг

Линсу подбежала к ней и взяла за руки: «У друга была пригласительная

открытка, поэтому я тоже приехала, чтобы повеселиться».

«Молодая Хон, так это твоя младшая дочь.»

Рядом с ней появились две женщины среднего возраста, друзья Сунь Сяохон.

«Да!»

Сунь Сяохон посмотрела на свою дочь, которая была воспитана так

замечательно, с любовью и лаской. «Посмотрите, как сейчас живут дети.

Вечером все еще проводятся занятия, а они приходят сюда, чтобы принять

участие в вечеринке».

Ченг Линсу игриво показала язык. Когда Е Венчен и другие увидели эту милую ее сторону, их глаза широко распахнулись.

Сунь Сяохон сжала ее нос: «Она взрослая. У нее есть собственные связи, и она сама пришла на вечеринку».

Ее

слова, казалось, критиковали дочь, но ее тон был полон похвалы. Ее

подруги рядом с ней почувствовали зависть. Эту пригласительную открытку

довольно трудно получить. Вторая леди из семьи Чэн - это что-то.

«Твоя дочь действительно сообразительна».

«Она просто обманывает окружающих».

Е Венчен высоко поднял грудь с гордостью, поскольку он был тем, кто получил пригласительный билет, его эго возросло.

«Мой ребенок тоже хотел приехать, но, к сожалению, не получил пригласительный билет ...»

Сунь

Сяохон почувствовала гордость, увидев, как глаза ее подруг наполнились

завистью. Даже Чэн Линсу почувствовала, как ее лицо пылает. Взгляд, с

которым она посмотрела на Е Венчена, стал мягче.

Но в следующий

момент улыбки на лице Сунь Сяохун и Чэн Линсу исчезли. В удаленном месте

от них стоял стол с едой. Парень, одетый в одежду, которая казалась

уличным тряпьем, ел там пирожные.

«Цзян Сю? Почему он тоже здесь?»

Оуян Цянь был первым, кто узнал Цзян Сю, за ним последовал Йе Вэньчэн и остальные, все были удивлены: "Подождите, как он вошел?”

Даже

Сунь Сяохун получил пригласительный билет через друга друга. Он просто

сын продавца фруктов, как он смог войти в такое высококлассное место?

Это просто смешно!

Присутствовавшие

на месте происшествия были либо чиновники из мэрии, либо

бизнес-магнаты, каждый из которых имел высокий статус. Даже официанты,

проходившие мимо него, были студентами университета, и все они носили

одежду высшего качества, чем он.

Цзян Сю, стоявший внутри клуба, был таким же заметным, как нищий, входящий в ресторан.

“Цзян Сю, почему ты здесь?”

Две девушки, Оуян Цянь и Ли Дан, пошли вперед, чтобы встретиться с ним.

Цзян

Сю запихивал пирожные в рот; культивирование божественности требует

много энергии, поэтому постоянно нужно подкрепляться. Более того, сейчас

он находится на начальной стадии культивирования божественности, и,

подобно младенческой божественности, ему требуется большое количество

пищи. Его щеки горели от количества съеденных пирожных.

"Чтобы заработать деньги!”

"Ты?”

Цзян

Сю тоже был удивлен увидеть их здесь. Вечером были обзорные занятия, и

все они были довольно прилежными учениками. Поэтому он задался вопросом,

почему они пропустили школу, чтобы посетить вечеринку.

"Можно познакомиться с большим количеством высокопоставленных чиновников, это довольно полезно для нашего будущего…”

Оуян

Цянь еще не закончил говорить, когда Йе Вэньчэн, войдя в элегантной

манере с руками в карманах, вторгся в разговор: " Цяньцянь, зачем ты

вообще все это ему объясняешь? Ему не понять”.

Оуян Цянь хихикнул: "О! Вы правы!”

Ребенок из такой бедной семьи, как у него, не понимал важности общения для того, чтобы попасть в высший класс.

Йе Вэньчэн спросил: "Цзян Сю, как ты попал в это место?" Тон, которым он спросил это, был довольно грубым, напоминающим допрос.

"Есть ли необходимость в том, чтобы божество объясняло вам это?”

“Ты…”

Йе

Вэньчэн не ожидал, что этот ребенок заставит его потерять лицо перед

публикой; это поставило его в неловкое положение, окрасив его лицо в

бледный цвет: “Это клуб высокого уровня, а не место, куда может войти

человек, чья семья управляет фруктовым ларьком”.

Окружающие люди подняли шум, когда услышали, что Цзян Сю работает во фруктовом киоске.

Презрение читалось в глазах каждого.

Оуян Цянь сказал: "Полагаю, тебя привела сюда твоя девушка”.

"Девушка? Даже у такого человека, как он, есть девушка?”

“Кто его девушка?”

Они

догадались, что чтобы иметь возможность привести такого человека, как

Цзян Сю, в клуб, это должна быть дочь богатой семьи. Они размышляли о

том, кто стал таким слепым и непослушным, что терпел такого бедного

юношу.

"Йе Бинг! Дочь конгломерата Йе!”

Окружающие снова были в смятении.

“Это правда?”

Все

были шокированы. Конгломерат Йе имел несколько компаний в городе Цзян и

был также одним из влиятельнейших магнатов в провинции Цзяннань. Многие

сыновья больших шишек пытались завоевать сердце дочери семьи Йе. Как

она могла выбрать продавца фруктов? Разве это не слишком своенравно?

"Похоже, Директор Йе сегодня здесь”.

Изысканный

мужчина средних лет плавно вошел во внутреннюю зону с винной чашей в

руке в сопровождении друга, но его глаза имели мрачный оттенок. Он был

отцом Йе Бинг и начальником конгломерата Йе Лилианг.

"Я знаю о дочери семьи Йе, она довольно красивая. Как она может…”

Многие из них покачали головами, вздыхая.

"Может быть, она просто играет”.

Услышав

все это, даже Цзян Сю был озадачен. Почему Оуян Цянь думает, что Йе

Бинг моя девушка? Лю Сяоюнь раскрыл это? Хоть Цзян Сю и был удивлен, но

он не намеревался давать объяснения. Не было необходимости, чтобы

божество Сю давало объяснения другим. Он просто покачал головой: "Нет!”

- У вас есть пригласительный билет?”

"Нет!”

Теперь все были смущены: "Как вы вошли?”

Требования

для получения пригласительного билета на эту вечеринку были довольно

жесткими, так как это была не вечеринка бизнес-класса. Даже некоторые из

богатых людей не смогли присутствовать на нем, потому что это было

очень секретное дело, которое не могло быть открыто массам, иначе это

вызвало бы массовую панику.

"Ты прокрался внутрь, верно?”

Йе Вэньчэн прищурил глаза, нагло высказывая необоснованные предположения.

Тем не менее, все мысли были связаны с этим предположением.

"Цзян Сю, покинь это место!”

Видя, что все одобрили его решение, Йе Вэньчэн убедился, что Цзян Сю проскользнул внутрь, обойдя охранников.

Он принял командный вид, как будто он хозяин этой вечеринки.

"Что, если божество не уйдет?”

"Не задерживайся, пока тебя не выкинули отсюда. Это не то место, где ты можешь вести себя как хочешь. Быстро убирайся отсюда”.

Холодный блеск мелькнул в глазах Цзян Сю.

Он

собирался открыть рот, когда человек вошел через толпу и закричал: "Что

здесь происходит? Кто посмел причинить неприятности Белдену?”

"Это Янг Йенг из Белдена.”

"Даюм,

босс прибыл. Похоже, этому юноше конец. Что он думает о Белдене? Это не

то место, куда такой человек, как он, может приходить, есть и пить, и

вести себя, как хочет!”

Все снова загалдели.

Взгляды в

сторону Йе Вэньчэн сразу переменились. На самом деле, босс Белдена был

второй дядя Йе Вэньчэн. Йе Вэньчэн наслаждался взглядами восхищения, это

заставило его почувствовать, что он отличается от всех остальных.

И это также объяснило причину, по которой Йе Вэньчэн смог так легко получить пригласительный билет.

Йанг Йенг посмотрел в сторону Цзян Сю: "Господин, у вас есть пригласительный билет?”

"Пожалуйста, покажи мне его”.

"Почему вы хотите проверить, есть ли у Божества пригласительный билет только потому, что он сомневается в этом?”

Янг

Йен сказал: "Потому что сэр выглядит незнакомым. Я не хочу сказать, что

знаю все круги высшего класса города Цзян, но я знаком с большинством,

но я не помню кого-то вроде этого сэра”.

"Достаточно ли этой причины?”

Йе Вэньчэн добавил: "Дядя, его семья управляет фруктовым ларьком”.

Пуф-ф!

Окружающие люди рассмеялись. Молодой Мастер Йе, Вы не слишком злой? Зачем ставить его в неловкое положение.

Но улыбки на лице Йанг Йенга не было: “Я должен попросить вас показать пригласительный билет”.

Его

сердце екнуло. Если бы кто-то действительно тайно пробрался в клуб, это

означало бы, что он потеряет работу. Зная, насколько плохим был

характер его старого отца, он наверняка будет привлечен к

ответственности. Удача действительно сияет среди несчастий. К счастью,

это все происходило во внешнем зале, если бы это произошло во внутреннем

зале, и эти уважаемые люди были оскорблены, он бы потерял свою работу.

"Цзян Сю не повезло на этот раз”.

Оуян

Цянь и Ли Дан посмотрели друг на друга, в их глазах читалось

злорадство. Полностью забыв о том, что Цзян Сю спас их в городе

развлечений, но помня, что он был никем для них.

Лин Шу сказал: "У

тебя даже лица нет. В твоем доме работает фруктовый киоск, ты думаешь,

что можешь притвориться богатым человеком и проникнуть на такую

вечеринку высшего класса?”

Чэн Линсу покачала головой, ее красивые

брови нахмурились: "Мама, почему бы тебе не пойти помочь ему, пока

Белден не доставил ему неприятности?”

Несмотря ни на что, Цзян Сю был ее другом детства.

Сунь Сяохун сказал: "Ты сошла с ума, моя дочь? Если мама вмешается, разве это не раскроет отношения между ним и нашей семьей?”

"Это заставило бы нас тоже потерять лицо!”

“Что…”

Цзян

Сю сказал: "Божество не нуждается в пригласительном билете. Белден

потратил большую сумму, чтобы это божество появилось в качестве гостя и

непосредственно принесло это божество внутрь”.

"Ха-ха-ха!”

Йе

Вэньчэн рассмеялся так, что чуть не порвал легкие: "Цзян Сю, о Цзян Сю.

У тебя вообще осталось самоуважение? Почему бы тебе не посмотреть на

себя в зеркало, прежде чем хвастаться?”

Все покачали головами, сохраняя тишину. Их взгляды были полны презрения.

Это

было неслыханной дерзостью. Он сказал, что организатор потратил деньги,

чтобы пригласить его, когда даже не знал цены пригласительного. Разве

ты не можешь хотя бы врать получше?

Это было уже слишком.

"Вышвырните

этого человека и сообщите полиции, что этот человек нарушил границу". –

Будучи боссом Белдена, он был, естественно, в курсе, что они никогда не

тратили деньги, чтобы пригласить кого-то. Он был на 100% уверен, что

Цзян Сю пробрался сюда тайком.

Йе Вэньчэн продолжал издеваться: “Цзян Сю, твое и мое положение слишком разные. Ты можешь исчезнуть, если я этого захочу”.

"Проваливай!”

Все

окружающие люди злорадствовали. Цзян Сю был для них какпрокаженный, и

каждая из групп высшего класса была ксенофобской. Они жаждали

привилегий, иначе они не пришли бы в клуб такого высокого класса,

оставив большинство других снаружи.

"Проваливай!”

Поведение

Йе Вэньчэн было победоносным, его осанка была прямой, и он смотрел с

презрением, как будто он преподал урок ничем не примечательному плебею.

Словно расправившись с Цзян Сю, он уже проявил к нему высокую

благосклонность.

Внезапно раздался голос, который заставлял всех дрожать: "Кто посмеет сказать моему гостю, чтобы он убирался?”

Услышав голос, все с удивлением оглянулись. Действительно там был

кто-то, кто непреклонно хотел заступиться за этого продавца фруктов. Е

Венчен хотел начать издеваться, но потом вспомнил, что находится в одном

из первоклассных клубов. Любой здесь был человеком с большим

состоянием, поэтому он снова проглотил свой гнев.

Мужчина

передвигался элегантно, но выглядел пылающим от гнева. Выражение его

лица напоминало извергающийся вулкан, но цвет лица был таким же

холодным, как ледяная скульптура. Прибывший был Тан Вэнхонгом. Он просто

общался со своими друзьями, как это принято в обществе, и позволил Цзян

Сю проводить время в клубе самостоятельно. Он не ожидал, что кто-то

захочет выгнать гостя, которого он пригласил с таким трудом.

«Кто этот человек, выглядящий так высокомерно? - ухмыльнулся Ойян Цянь.

Вся

происходящая ситуация была в их пользу и контролировалась вторым дядей Е

Венчена, боссом клуба Бельден. Кто настолько глуп, что хочет

заступиться за Цзян Сю?

"Ты в своем уме?!"

Со стороны было заметно, как лицо Линь Шу изменило цвет. «Ты даже не узнал младшего Мастера Танга?»

Оуян Цянь сказал в оцепенении: «Старший Молодой Мастер семьи Тан»!

«Какая семья Тан?»

Линь Шу ответил раздраженно: «Ты спрашиваешь об этом? Есть две семьи Тан в городе Цзян?

Если

кто-то затерялся в шелковых тканях города Цзян и не узнал личность Тан

Вэнхонга, это означало, что он было не в своем уме. Причина, по которой

Линь Шу мог узнать Тан Уэнхонга, не потому, что он готовился к встрече с

ним, он просто своевременно увидел его ранее, и этот молодой мастер

произвел на него сильное впечатление. Тем не менее, Тан Вэнхонг просто

не узнал его.

«Ты имеешь в виду ... Он старый отец Тан ...»

Оуян Цянь был напуган до смерти, когда осознал, кто это был, его лицо побледнело.

«Молодой Мастер Чонг!»

«Молодой Мастер Чонг!»

Все приветствовали его.

Второй

дядя Венчена, Ян Юн также приветствовал его уважительно. Он был более

почтительным, чем другие, даже поклонился. «Вы пришли, молодой Мастер

Хонг».

Тан Вэнхонг проигнорировал его и прямо подошел к Е Венчену;

одного пронзительного холодного взгляда было достаточно, чтобы Е Венчен

почувствовал, как пошли мурашки по коже. «Это ты? Ты хочешь, чтобы мой

гость ушел?»

Возглас!

«Он действительно гость? Молодой Мастер Хонг пригласил его?»

Лица Е Венчена и Ян Юна резко поменялись в цвете.

Как это возможно?

Что

за человек был этот старший Молодой Мастер семьи Тан? Как мог он вообще

быть знаком с кем-то, чья семья держала фруктовый ларек? Таковы были

мысли Венчена, когда он спросил: «Молодой Мастер Чонг, вы не ошиблись,

все верно? Он просто продавец фруктов.»

Тан Вэнхонг заскрежетал

зубами от ненависти и ярости. Вы выкололи свои чертовы глаза или что? Вы

действительно смеете унижать Господина Цзяна у всех на виду? Вы

действительно не знаете, как пишется слово «смерть». Что еще более

отвратительно, так это то, что ты, ублюдок, выставил ситуацию так, будто

я пренебрегаю гостем. Кто должен будет расплатиться, если г-н Цзян

разразится гневом?

«Убирайся!»

Его гнев вырвался наружу, заставив его говорить ужасные вещи.

Эти

слова были похожи на решительную пощечину, цвет лица Е Венчена стал

похожим на увядающий баклажан на холоде. Неловкость витала вокруг.

Ян

Юн начал говорить с намерением просить снисхождения для своего

племянника: «Молодой мастер Хонг, это все моя ...» Он считал, что его

племянник просто пытался поступить хорошо. В конце концов, тот человек

был просто продавцом фруктов, и он был неважен, даже если он был

приглашен в качестве гостя. Он думал, что его племяннику не придется

уходить, как только он все объяснит.

Но кто бы мог догадаться, что

Тан Вэнхонг уставится на него: «Вы тоже убирайтесь! С этого момента вы

больше не являетесь управляющим клуба Бельден.»

Ян Юн застыл на месте, он не верил своим ушам.

Спустя некоторое время он отреагировал, спеша сказать: «Нет, молодой Мастер Хонг, пожалуйста, выслушайте мои объяснения!»

«Убирайся сейчас же!»

Тан

Вэнхонг просто не дал ему возможности объясниться. Сердце Ян Юна было

полно отчаяния. Все, что у него было сейчас, он получил благодаря тому,

что был управляющим клуба Бельден, если он потеряет эту работу, тогда

все пропало. Он сказал с чувством: «Молодой Мастер Хонг, я ... я только

исполнял свои обязанности, проверяя пригласительный билет этого

человека, но у него его не было. Я ... я был прав, я не совершал ошибки,

молодой Мастер Хонг!»

Тан Вэнхонг сказал: «Да, ты не совершал ошибки, но ошибся из-за незнания. Ты не знаешь, кого оскорбил.»

«Уходите сами, не заставляйте меня вызывать охрану».

Возглас. Все вокруг снова взволновались.

Разве эти слова не дают понять, что этот продавец фруктов на самом деле кто-то важный?

Что происходит вокруг?

Эта

ситуация действительно приняла странный оборот. Первоначально они

считали, что Цзян Сю ждет печальный исход, но никто не мог ожидать, что

это обернется опасной сценой. Мало того, что Е Венчен был выгнан из

клуба, даже его второй Дядя, который защищал его, тоже был выгнан. Этот

удар по их персонам был довольно безжалостным.

Все изменили взгляды по отношению к Цзян Сю.

«Так он друг Тан Вэнхонга, какого его происхождение?»

Удивление

отразилось на лицах матери и дочери Ченг, они были наиболее осведомлены

в отношении Цзян Сю. Его родители управляли фруктовым ларьком, поэтому

они задавались вопросом, как Цзян Сю был связан с Тан Вэнхонгом.

«Итак,

вы знакомы с Тан Вэнхонгом, неудивительно, что вы так высокомерны

сегодня». Чэн Линсу почувствовала, что наконец-то нашла причину

изменения Цзян Сю: «Так вот откуда твоя уверенность?»

Сразу после

этого она покачала головой. Ты слишком наивна. Тан Вэнхонг – просто твой

друг. В какой степени он может тебе помочь? Обладание личной силой –

вот настоящая сила.

Цзян Сю остался все тем же Цзян Сю.

Тан Вэнхонг столкнулся с Цзян Сю: «Мистер Цзян, вы можете простить этого Вэнхонга за его небрежность?»

Цзян Сю был таким же спокойным, как ранее, просто улыбаясь и отказываясь комментировать.

В этот момент раздался неприятный голос: «Восток не может стать Западом, в любом другом месте, но не в этом».

Голос был довольно вялым и казался насмешливым.

«Кто это?»

Тан

Вэнхонг нахмурился. Все были также удивлены, что появился кто-то, кто

осмелился бросить вызов молодому Мастеру Тангу. Это был человек, одетый в

белый костюм, вяло опирающийся на стену, был молодой Мастер Бай, Бай

Фэн.

Он подошел, слегка покачивая бокалом вина в руке: «Тан

Вэнхонг, они гости, которых я пригласил. Этот Бельден не принадлежит

только вашей семье, моя семья Бэй также владеет акциями.»

«Какую право вы имеете выгонять моих гостей?»

Возгласы! Шум волнения послышался вновь.

«М-молодой Мастер Бэй!»

Вызов

Е Вэнхонгу, казалось, вызвал ажиотаж. Он не ожидал, что молодой Мастер

Бэй доставит ему неприятности. Что сказать, жизнь похожа на катание на

американских горках, очень быстро и захватывающе.

Бэй Фэн

намекнул, чтобы Вэнхонг успокоился, пока он с презрением смотрел на Цзян

Сю: «Даже продавец фруктов может войти в наш Бельден? Похоже, мне

придется поговорить с моим отцом, чтобы как можно скорее закрыть

Бельден.»

Тан Вэнхонг нахмурил брови: «Бэй Фэн, каковы твои намерения? Ты настроен на то, чтобы сделать эту ситуацию неприятной для меня?»

Бэй

Фэн холодно засмеялся, сказав Ян Юну: «Ты хорошо справился. Этот тип

нищих людей, которые хотят войти в круг высшего класса, должны быть

просто выброшены. Вы можете чувствовать себя спокойно, пока этот Молодой

Мастер здесь, никто не сможет сдвинуть вас с должности управляющего

клубом Бельден».

"Вы…"

Выражение Тан Вэнхонга изменилось,

это был точный удар по его лицу. Он контролировал свой голос, говоря:

«Бэй Фэн, не создавай проблем. Не забывай о причине проведения этой

вечеринки сегодня.»

Бэй Фэн строго сказал: «Это потому, что я знаю

причину! Этот молодой мастер хочет поддержать собственную репутацию,

войти в Бельден и удовлетворить желания всех.»

Взгляд Бэй Фэна пал

на Цзян Сю, а лицо Цзян Сю по-прежнему оставалось равнодушным, как и

прежде: «Отродье, поступи разумно и убирайся отсюда. Не заставляй меня

вызывать охрану.»

«Бельден - это не место, куда ты можешь приходить».

«Бэй Фэн!» - в гневе воскликнул Тан Вэнхонг. Он с большим трудом пригласил Цзян Сю, и если бы он сейчас уйдет, это будет конец.

«Я предупреждаю вас, мистер Цзян - уважаемый гость, вы не можете его оскорблять».

«Хахаха ...»

Бэй

Фэн не испугался слов Тан Вэнхонга и вместо этого громко рассмеялся,

как будто он услышал лучшую шутку в мире. Он даже слегка покачал

головой, осматривая беспомощную наружность. «Тан Вэнхонг, ты можешь

думать, прежде чем говорить? Просто взгляните на него, вы говорите, что

этот молодой Мастер не может осмелиться оскорблять его? Уничтожение его

так же просто, как раздавить муравья».

Оуян Цянь почувствовала мурашки по всему телу, ее лицо покраснело от волнения: «Молодой Мастер Бэй очень впечатлительный».

Линь

Шу сказал: «У молодого Мастера Бэй выдающееся происхождение, семья Бэй -

одна из лучших семей во всей провинции Цзяньнань. Цинь Вейпин из Фонда

Мириад - его родственник, и имеет отношение к Имперской столице».

«Неудивительно, что даже Юный Мастер Тан замолчал».

На

губах Цзян Сю появилась улыбка, и его интерес теперь возрос. Он подошел

к Бэй Фэну: «Вы говорите, что уничтожить Его Божество так же легко, как

раздавить муравья?»

«Ммм. Его Божеству на самом деле будет любопытно, как ты будешь уничтожен?»

Внезапно

Цзян Сю протянул руку ладонью вверх, за которой последовал

громоподобный звук. Он ударил красивое лицо Бэй Фэна, заставив его

отлететь назад.

Возгласы! Все были в панике.

Все были ошеломлены.

Глаза Чен Линсу и Сан Сяохун чуть не выскочили из орбит.

Перед ним был не кто иной, как молодой мастер Бай. Тем не менее, Цзян

Сю все же осмелился ударить его. Зрители были шокированы происходящим.

Мелкая дрожь пробежала по телу каждого из присутствующих. Это

сумасшествие!

Даже Тан Вэньчун оцепенел от увиденного.

Бай

Фэн упал на землю. Его глаза расширились от изумления, казалось, будто

бы они хотели выскочить из орбит. Он не мог даже поверить в то, что

обычный продавец фруктов набрался наглости и смелости, чтобы ударить

его.

Бай Фэн пощупал рот дрожащей рукой. Рот был полон крови. Он

выплюнул сгусток крови вместе с двумя резцами: «Как ты ... посмел

ударить меня? Кто ты, по-твоему, такой?».

Гнев бушевал в его сердце. Его было достаточно, чтобы разжечь пламя.

Он, сам Бай Фэн, был побежден кем-то.

«Считайте, что этот парень уже мёртв».

«Не только он, но и его семья и даже его родственники будут страдать

теперь». Для молодого мастера из богатых и могущественных семей очень

легко уничтожить вашу семью, потому что у них много подчиненных, которые

выполнят все ваши приказы.

Сунь Сяохун нервно зашептала Чэн

Линсу: «Разорвите помолвку как можно скорее. Этот Цзян Сю слишком

неразумный. Он не умеет ни сдерживать свой гнев, ни терпеть оскорбления.

Не говоря уже о том, что состояние его семьи становится всё хуже. Даже

если бы он был ребенком из влиятельной семьи, он просто стал бы

бездельником».

Чэн Линсу все еще не сказал Сунь Сяохун, что Цзян Сю уже подписал соглашение о разрыве помолвки.

«Разве вы не слишком импульсивны?».

«Ваш

соперник – нет. Молодой мастер города Цзян, сын из семьи Бай, одного

только его имени достаточно, чтобы весь город дрожал от страха, а вы

осмелились напасть на него. Разве вы не видите, что даже Тан Вэньчун

удивлен?».

«Или ты обычный головорез, который полагается на Тан Вэньчун?»

«Можете ли вы представить себе, какими будут последствия?».

Бай Фэн был очень зол: « Мой папа тебя сегодня покалечит ...».

Семья

Бай была настолько ловка в боевых искусствах, что Бай Фэн считался уже

экспертом. Его сила была выше силы так называемых суперсолдат из отряда

солдат Дракона.

Тан Вэньчун сказал: «Бай Фэн, сегодняшняя

ситуация произошла на виду у всех знатных жителей города. Из-за этого не

только вы потеряете своё лицо, но и вся семья Бай».

Бай Фэн как

будто бы не слышал Тан Вэньчун. Его мысли были теперь заняты только

одним, как убить Цзян Сю. «Парень, я Бай Фэн, не стану угрожать тебе

расправой. Я предлагаю тебе бой один на один».

Цзян Сю засмеялся.

Окатив соперника холодным взглядом, он прокричал: «Ты не достоин этого!

Ты слишком самоуверенный, слишком высокомерный!».

«Ты сказал, что

я, молодой мастер Бай, недостаточно способный и не достоин дуэли?! Да,

тебе не хватит сил, чтобы справиться со мной!».

Голос звучал

издалека, но его слышал каждый из присутствующих. Казалось, что даже

солнце перестало греть, и даже ветер прекратил дуть.

Молодой человек в простом, но элегантном белом платье подошел к толпе.

«Молодой мастер Лин!».

Толпа

разделилась надвое, давая возможность этому человеку подойти ближе.

Люди смотрели на него с любопытством. Он был довольно худым, но когда он

шел, каждый его шаг было слышно в округе. Все были крайне

заинтересованы и не смели даже произнести ни слова.

"Кто он?",- шептались люди.

Многие из них не знали, кто этот человек, но видя, как достойно он себя ведёт, люди чувствовали, что он особенный.

«Он из семьи Лин, из одной из четырех лучших семейств Цзяннань!».

«Да это же Лин Цзядун!».

Оуян

Цянь открыла рот от удивления, эта маленькая девочка была очень

потрясена. Семья Тан и Бай, правящая над городом Цзян, была достаточно

сильной, чтобы напугать людей, но сейчас перед ними стоял представитель

одного из самых известных семейств самого Цзяннань.

«А этот молодой мастер достоин?».

Толпа загудела, но никто не сказал ничего внятного. По ней прошелся взволнованный шепот.

Лин Цзядун пришёл не один, с ним была его семья, и в поддержку мастера Бай Фэн семья Бай и семья Лин взялись за руки.

Цзян Сю покачал головой: «Не достоин!».

«Как насчет меня?».

Вслед

за этими словами вышел из толпы другой Молодой Мастер. Всё это время он

молчал, и когда люди его увидели, они закричали: «Это Ли Чэнфэн. Он из

другой известной семьи Цзяннань».

Чем больше все смотрели на

него, тем страшнее и ужаснее становилось людям. Все называли Ли учителем

самого Небесного Дракона, но он был моложе остальных. Несмотря на это,

он считался лучшим юношей во всей провинции Цзяннань.

«Почему он здесь? Разве он не должен быть в армии?».

Никогда

ещё люди не видели, чтобы над человеком так издевались. Он обычный

продавец фруктов, вы хотите напугать его до смерти или что?

Цзян Сю дал тот же ответ: «Вы тоже недостойны!».

«Так ...».

Сквозь толпу прозвучал еще один голос: «Тогда, может, я?».

Все снова были поражены: «Молодой мастер Гу!».

Люди закричали, начался хаос.

«Молодой мастер номер 1 из провинции Цзяннань!».

Все

девушки, присутствовавшие на сцене, заволновались, ведь тут был

единственный сына Гу Ихао, лидера по производству шелковых штанов в

провинции Цзяннань.

Все кончено для Цзян Сю. Веселье прекратилось.

Когда

эти молодые мастера действовали сообща, они могли перевернуть всю землю

и землю провинции Цзяннань вверх ногами, не говоря уже о том, что они

могли сделать с продавцом фруктов.

Семья Бай, семья Лин и Ли, все

они из четырех выдающихся семейств провинции Цзяннань, и даже Молодой

мастер Гу Ихао тут. Ха, они действительно хотят напугать своей силой

людей до смерти. Похоже, этот мальчик может встретиться с создателем

небес сегодня.

«Даже сейчас все вместе вы недостойны!».

Лицо Чэн Лин побледнело.

Она

хотела спасти Цзян Сю из этого ужаса, когда начался конфликт между ним и

Юным мастером Бай, в конце концов, она и он были старыми знакомыми, но

дело уже вышло из-под контроля. Теперь никто не мог спасти Цзян Сю.

Цзян Сю никогда не должен был поднимать руку на Бай Фэн. Его друзья были влиятельными молодыми мастерами.

Тан Вэньчун, кажется, терял рассудок, он не знал, чем всё это закончится.

«Я знаю, ты в шоке», - усмехнулся Лин Цзядун. Он не верил, что Цзян Сю обладал силой, способной бросить им вызов.

«Это действительно так?».

Цзян Сю безжалостно ударил Лин Цзядуна. Улыбка Лин застыла. На лице появились красные отпечатки пяти пальцев. Он оцепенел.

Люди были ошеломлены, их рты открылись от изумления.

Все ругательные слова, которые они знали, срывались с их уст. Этот продавец фруктов однозначно хочет умереть сегодня.

«Что же будет дальше?».

Цзян

Сю равнодушно спросил: «Вы все еще думаете, что я боюсь вас?». Сю

использовал самый простой способ показать, на что он способен. Он совсем

не боялся.

Лин Цзядун долгое время оставался ошеломленным. Он не

мог поверить в то, что кто-то посмел ударить его перед огромным

количеством людей. Чувство жжения на его лице подсказало ему, что это

действительно произошло. Да, этот проклятый продавец фруктов ударил его!

Он дал ему пощечину!

«Ты посмел ударить меня?».

Лин Цзядун, наконец, заговорил.

Как

человек, который лично пережил это, Бай Фэн понял, как Лин Цзядун

чувствовал себя прямо сейчас. Что чувствует человек, если на него

нападает тот, которого они рассматривали как крошечного муравья? Сначала

ты не можешь поверить в происходящее, а после испытываешь ярость,

которая наполняет твой разум, делая тебя безумцем.

Ли Чэнфэн тоже был шокирован, он закричал: «Я думаю, что вы не испуганы, а дрожите от страха!».

Цзян

Сю уже оскорбил семью Бай, и он еще осмелился спровоцировать семью Лин,

одну из четырех выдающихся семейств города. Ни один здравомыслящий

человек не сделает этого, поэтому Ли Чэнфэн был убежден, что Цзян Сю

испуган до смерти, и его поступки лишены разума.

Удар!

Это было не сложно, Цзян Сю дал ему пощечину. Звук от удара раздался эхом, сообщая всем, что он не напуган до смерти.

Молодой мастер семьи Ли принял удар.

Невозможно подобрать слова, чтобы объяснить чувства присутствующих людей. Они были, мягко говоря, шокированы.

Этот проклятый продавец фруктов. Да, он на самом деле ударил трех молодых мастеров.

Мастер

Гу чувствовал себя неловко, так как эти трое мастеров, которые

объединились с ним, были разбиты. Остался он один. Его лицо побледнело,

когда он заметил, что взгляд Цзян Сю упал на него. Он, естественно, не

боялся. Никто ещё не осмеливался действовать против него, младшего

мастера, самого номера 1, единственного сына Гу. Он был в ярости, что

кто-то ударил его друзей.

«Этот молодой мастер не верит, что ты посмеешь его ударить. Почему бы тебе не попробовать?».

Удар!

Этот проклятый продавец фруктов действительно сделал это. Разве вы не зря просите о смерти?

Очень смешно! Это была совершенно абсурдная ситуация. Цзян Сю не

пощадил даже Молодого Мастера Гу. На этот раз все четверо получили

унизительную пощечину.

Это казалось немыслимым для всех, даже

после того, как все оправились от шока. Ничтожный человек, которого они

могли прикончить одним лишь жестом, на самом деле опозорил их.

Сама мысль об этом заставляла всех впасть в уныние.

Любой бы сошел с ума, если бы с ним такое случилось.

Цзян

Сю придерживался такого же безразличия, как и раньше; его глаза

блестели, как черный холодный бассейн, как если бы древний зверь смотрел

вниз на муравья: "Божество победило вас, что вы будете делать?”

БОЖЕ

МОЙ! Не говоря уже о том, что ты подрался с четырьмя Молодыми

Мастерами, ты все еще смеешь насмехаться над ними. Тебе просто не

терпится потерпеть крах.

К чему только пришел этот мир?

С каких пор контратака проигравшего стала такой профессиональной?

"Ты... Хорошо... Очень хорошо…”

На

светлом лице Молодого Мастера Гу отразилась ярость. Его грудь

вздымалась и опускалась в гневе, его взгляд был похож на взгляд дикого

зверя, жаждущего добычи.

“Позвоните людям…”

Молодой Мастер Гу ревел, теряя самообладание.

Бай

Фенг, Линь Цзядун и Ли Чэнфэн достали свои сотовые телефоны. Они

понимали, что Цзян Сю обладал навыками, но считали его слишком

самоуверенным. Сила, которой обладали их семьи, была намного сильнее

его; этого было достаточно, чтобы разорвать его на куски!!!

Четверо Молодых Мастеров были в ярости!

Атмосфера

была накалена до предела. Сам тот факт, что Бай Фенг был избит, был

ошеломляющим, не говоря уже о трех лучших Молодых мастерах Провинции

Цзяннань, включая Молодого Мастера № 1, которого избил Цзян Сю. Это было

уже слишком.

Буря накануне приезда семей Мастеров была вполне предсказуема.

Без сомнения, этому отродью скоро наступит конец.

Даже

если семья Танг сделает все возможное, чтобы защитить его, они все

равно потерпят неудачу. Никто в этом мире сейчас не сможет спасти его.

Лицо Танг Веньчонг побледнело от страха, “Г-н Цзян, В..Вы слишком импульсивны. Произошла трагедия”.

Его голос дрожал.

Цзян Сю проигнорировал его слова: "Надеюсь, приедет кто-то более достойный”.

"Мистер Цзян, почему бы нам не уйти быстрее, прежде чем прибудут их люди?”

"Уйти?”

Танг Веньчонг тревожно закричал: "Было бы глупо, если бы мы дожидались их людей!”

"Неужели? Божество с нетерпением ожидает этого”.

Узнав,

что Цзян Сю не собирается уходить, Танг Веньчонг покрылся испариной от

волнения, когда увидел, как четыре Молодых Мастера звонят своим людям.

Дело было не в том, что у него не было уверенности в Цзян Сю, а в том,

что соперник был слишком силен. Независимо от того, насколько высокой

была сила Цзян Сю, она не могла сравниться с объединенной силой четырех

семей.

Лишившись всякого выбора, он достал свой мобильный телефон, чтобы позвонить Танг Женшангу.

Голос старого отца Танг раздался на том конце провода, “ Веньчонг, как все прошло? Ты смог пригласить мистера Цзяна?”

Старый отец Танг нервничал, когда спрашивал об этом.

Он

недооценил силу Цзян Сю и потерял возможность познакомиться с ним.

Такие, как Цзян Сю, обычно горды, поэтому он считал, что шансы Танг

Веньчонга на его приглашение были ничтожно малы, почти никакими.

"Я смог пригласить…"

"Ты сделал это?!"

Танг Женшанг дрожал от волнения. Это хорошо. Веньчонг, этот сопляк, проделал большую работу на этот раз.

"Но, Дедушка…"

"Бай Фенг, Линь Цзядун, Ли Чэнфэн и даже Молодой Мастер Гу спровоцировали господина Цзяна и были избиты им”.

Танг Веньчонг почувствовал горечь, что его достижение было напрасным.

"Что?”

Танг Женшанг был потрясен: "Где ты сейчас?”

"В клубном доме!”

Танг

Женшанг сказал: "Начинается вечеринка. Я сообщу их старейшинам, чтобы

они сказали этим детям сдерживать себя, эту группу бесполезных

ничтожеств”.

Танг Веньчонг расслабился, услышав эти слова.

Старый

Отец всегда выполнял свои обещания. Поскольку он сказал, что этих

четырех Молодых Мастеров будут под контролем, не было никаких сомнений,

что так оно и будет.

Танг Женшанг завершил вызов, а затем сразу же

позвонил покровителям этих четырех Молодых Мастеров, то есть их отцам,

источникам их высокомерия. Если у этих хулиганов не было хороших отцов,

то эта группка была просто мусором. Хоть это и было на самом деле так,

но кто бы смог назвать их хулиганами? Никто бы так не поступил.

С

семьями Бай, Линь и Ли было легко общаться. Танг Веньчонгу казалось, что

Молодой Мастер Гу был самым неприятным из четверки, поскольку он был

единственным сыном Гу Шу. Только Танг Женшанг легко мог общаться с

Молодым Мастером Гу. Гу Шу был довольно внимателен к своему социальному

положению, а также очень строг с детьми.

"Давайте дождемся начала хорошего шоу. Цзян Сю на этот раз не повезло", – Йе Вэньчэн не мог справиться со своим волнением.

"Да!" – Оуян Цянь тоже с нетерпением ждала этого.

Она совсем забыла, что Цзян Сю помог им в городе.

"Этот ребенок думает, что он хорош, потому что он смог преуспеть лишь дважды”.

"Здорово, что беда постигла его”.

Ты

хотел, чтобы этот Молодой Мастер ушел и даже пытался изгнать моего

Второго Дядю. Тебе лучше подумать, сможешь ли ты покинуть этот клуб

живым.

Все ждали начала шоу, но ситуация внезапно изменилась.

"Что? Я не могу выступить против него?”

Молодой

Мастер Гу был ошеломлен после звонка. Он был полон ярости, и ему некуда

было ее девать. Только что ему сказали, что он не может действовать

против этого человека: "Почему?!” – Закричал Молодой Мастер Гу. – "Он,

продавец фруктов, избил меня, и я все еще не могу ничего сделать против

него?”

Когда присутствующие там люди услышали это, они начали

догадываться до истины. Глядя на простой внешний вид Цзян Сю, они

поняли, что раньше он был просто глупцом, но теперь он чувствовал себя

совершенно по-другому, он был для них загадкой.

Что за шутки? Даже Молодой Мастер № 1 Цзяннань не может ничего сделать против этого человека.

“Но…”

Прежде

чем Молодой Мастер Гу смог закончить, его собеседник положил трубку.

Ситуация была вполне ясна, этот вопрос не имел никакой возможности для

обсуждения. Цвет лица Молодого Мастера Гу изменился, он совершенно

потерял лицо.

Сначала он был избит чертовым продавцом фруктов, затем ему сделали выговор, как собаке.

"Отродье, я отпускаю тебя, потому что начинается вечеринка!”

Молодой

Мастер Гу не был послушным ребенком. Хотя семья Танг и Цинь вмешалась

на этот раз, он не позволит Цзян Сю уйти после окончания вечеринки. Он

даже произнес красноречивую речь: “Братья, пожалуйста, проявите немного

чести и подавите свой гнев. Мы позаботимся об этом после окончания

вечеринки. Давайте посмотрим в лицо хозяину”.

Эти слова имели

смысл и даже повысили репутацию четырех Молодых Мастеров, никто не

верил, что они боялись Цзян Сю, все думали, что они лучшие. Удивительно,

суметь дотерпеть до конца вечеринки, прежде чем отомстить, какая

снисходительность!

Цзян Сю спокойно улыбнулся: "Что ж, давайте подождем. Божество надеется, что Вы не разочаруете его”.

Танг Веньчонг почувствовал, как холодный пот заливает его, когда он услышал это. Он понял, что с мистером Цзян будет сложно.

Если бы не мой дедушка, кто знает, где бы ты оказался? И ты еще смеешь вести себя так высокомерно.

Окружающая толпа подняла шум.

Этот

парень не останавливается. Молодые Мастера демонстрировали хозяину свою

честь, а он готов переступить через них. Какой безрассудный парень. Они

должны разобраться с ним прямо сейчас.

"Не беспокойся. Молодой Мастер не позволит тебе легко отделаться. Просто подожди!”

Четыре

Молодых Мастера выглядели мрачными. Эти лучшие Молодые Мастера, которые

могли заставить всю провинцию Цзяннань дрожать трижды с помощью всего

одного жеста, были сведены к ссоре, как ученики начальных классов.

Вы не должны убегать после окончания занятий!

Молодые Мастера чувствовали, что подверглись сильнейшему унижению.

“Давай!”

Щеки

Молодых Мастеров горели. Как бы они ни пытались выглядеть, но сейчас их

внешность была воплощением слабости. Бай Фенг был самым жалким, Цзян Сю

жестоко ударил его, заставив половину его лица опухнуть и сломав ему

два зуба.

Гости с изумлением смотрели на них. Это – четверка лучших молодых мастеров Цзяннаня? Почему это вгоняет в грусть и тоску?

"Пожалуйста, входите, мистер Цзян!”

Танг Веньчонг вытер пот со лба. Беспорядки были остановлены лишь временно.

После

того, как люди вошли внутрь, Цзян Сю также вошел, но путь ему

перегородила Чэн Линсу. Казалось, будто слой инея покрыл ее лицо, делая

его ледяным. Похоже, она снова хотела что-то ему сказать.

Цзян Сю сказал: "Входите. Божество вскоре войдет следом”.

Танг

Веньчонг был чутким человеком, и, увидев такую красивую девушку,

стоящую перед господином Цзянем, он в эту же секунду понял, что она была

взволнована. Да, с этим было нелегко справиться. Он кивнул и вошел

внутрь, но он уже усвоил урок из прошлого. На этот раз он абсолютно не

смел позволить Цзян Сю уйти одному. Убедившись, что никаких

неприятностей больше не возникнет, он ждал неподалеку.

"Что это такое?”

Чэн

Линсу посмотрела на Танг Веньчонга, стоя на расстоянии. Она не знала,

как Цзян Сю познакомился с ним, и не хотела этого знать. Она знала, что

телефонный звонок Танг Веньчонга помог опасности миновать Цзян Сю:

"Семья Танг может защитить тебя только временно”.

"Уходи немедленно, это место тебе не подходит! Вернись туда, где ты должен дурачиться и спокойно прожигать свои дни”.

Чэн Линсу кивнула: "Я знаю, что Вы не довольны своей позицией. Может

Вы когда-то и обладали квалификацией, чтобы войти в круг высшего

общества, но теперь все это ушло. Вы и мы из двух разных миров. Огромное

количество простых людей хотят пробиться в высшее общество, но их ждет

только унижение.”

Цзян Сюй посмотрел на нее и спросил: «Это то, что ты хотела донести до этого Божества?»

Она

продолжила: «Ты оскорбил четырех лучших элитных молодых мастеров

Джиангнана, но даже он не стоял внутри этого круга. Оставь! Это место

не для тебя!»

«Вот как!?»

Цзян Сюй безразлично улыбнулся,

задев плечом Чэн Лингсу. В ее же глазах мелькнуло мрачное намерение,

когда она увидела, что он не прислушивается к ее совету. Она твердо

заявила: «Цзян Сюй, я могу Вас остановить, но не ненавижу себя за это».

«Вы можете попробовать ...»

Чэн Лингсу подсознательно настолько сжала кулаки, что ее плечи задрожали, а изящные брови нахмурились от злобы.

После значительных успехов Цзян Сюй удалился. Когда Тан Уэнчонг,

который ждал поблизости, увидел возвращение Цзян Сюй, он вежливо

объяснил: «Я боялся, что г-ну Цзянь будет трудно найти место, поэтому я

продолжал ждать здесь ...»

“МММ, вперед!”

В высшем обществе

различие в социальных классах было четким. Это было сделано в

соответствии с положением. Чем дальше было место, тем более благородным

был их статус. Кто-то, например, как Уенкен, мог сидеть только на самом

дальнем местечке круглого стола в сопровождении Оуян Цянь и остальных.

Когда Цзян Сюй вошел внутрь, все они задались вопросом, куда бы посадить этого отпрыска.

Оуян Цянь не заставил себя ждать: “Было бы лучше, если бы ему дали небольшой деревянный табурет в углу.”

Ли Дэн хихикнул: “Вполне достаточно такого места.”

«Разве не странно, что продавец фруктов может входить в высшее общество?»

Приход

Цзян Сюйя на вечеринку такого класса заставил всех присутствующих

утратить чувство превосходства и неуютно себя почувствовать.

«Он

посетитель Тэнг Вэнчонг, в соответствии с нормой должен сидеть в зоне

третьего уровня». Слова Уэнкена были наполнены смыслом. Сейчас они

находились в районе 4-го уровня. Они вошли через реферрацию Ян Юн и

были только детьми, поэтому им было удобно сидеть в самом отдаленном

месте. Е. Венк понял это, и, хотя именно он сказал эти слова, он все

еще чувствовал дискомфорт. Независимо от того, в каком аспекте он

превосходил Цзян Сюй, но этот проклятый продавец фруктов был знаком с

Тэн Вэнчонгом. Ченг Лингсу также вошла внутрь и присела, ее взгляд был

устремлен к Цзян Сюй. Цзян Сюй уже вошел в зону 3-го уровня.

Приглашение Сан Сяогонг было для 3-го уровня. То, что ее друг смог

устроиться в 3-м уровне, было неплохим признаком. Это была военная

связь, похожая на Тан Чжэньшань. Когда она посмотрела на него, в

солнечных глазах Сяохунта промелькнула странная вспышка.

Я вынужден аннулировать участие между Цзян Сюй и Сусу любой ценой.

Оставив

в стороне тот факт, что он выйдет живым сегодня, после того, как с ним

справятся четверо молодых мастеров, даже если он это сделает, это все

равно их оскорбит. Оскорбление их было равносильно тому, если бы

оскорбили врагов с более чем 50% владением элитных держав Жиангнан.

Зачем моей семье Ченг по-прежнему нужен такой зять? Цзян Сюй все еще

продолжал ходить и проходил через территорию третьего уровня. «Как он

мог пройти?» Уэнк, и остальные почувствовали волнение. Просто разница в

один уровень уже создавала им дискомфорт, а это было на два уровня

выше. Просто почему? Почему этот проклятый продавец фруктов проходит?

На лице Чэн Лингсу появилось недоумение. Даже ее мать сидела в 3-м

ярусе, а его место было выше. Е. Венк сказал: «Это наверняка 2-й

уровень, он не будет выше». Даже квалификация самого Тан Уэнхонга была

такой, что позволяла сидеть во 2-м уровне. Оуян Цянь выразил презрение:

«Это ничего!» Линь Шу сказал: «Ведешь себя, как шут, обрекая всю свою

семью. Просто посмотрим, что произойдет после вечеринки. – Вздор!

Он

возмутился сразу после того, когда Цзян Сюй прошел через зону 2-го

уровня и сразу подошел к зоне 1-го уровня. Это было невозможно, так как

все, сидящие в 1-м уровне, были выдающимися личностями.

«Невозможно!»

Е. Венкен не мог в это поверить. Первый уровень был довольно далеко,

почти в 100 м от них. Цзян Сюи вошел в элитный район, куда стремились

все. Чэн Лингсу почти потеряла дар речи. В семье Тан правит Цзян Сюй!

Но почему?

«Это действительно происходит!» Некоторые из присутствующих, увидев это, начали кричать, но они были беспомощны.

Каждая

область соответствовала точному социальному положению, основанному либо

на их должности, либо на активах или влиянии. Чтобы сидеть в более

высокой области, люди должны были платить высокую цену. Но теперь Цзян

Сюй влился в элитный район, и это заставило их потерять спокойствие, а

также разрушило их сердца.

«Как же это возможно?» Молодой мастер

Гу, молодой мастер Ли и Бай Фэн сидели в районе 1-го уровня, но даже

они находились на периферии. Выражение их лиц стало грозным, когда они

увидели, что Тан Уэнхон принимает Цзян Сюя в район 1-го уровня. Это

правда, враги часто сталкиваются. Но как такой нищий может проникнуть в

область 1-го уровня? Цзян Сюй продолжал идти и прошел по периферии

1-го уровня. Молодой мастер Гу и остальные смотрели на происходящее с

потрясением. Как это может быть? Если он будет продолжать идти, то

войдет в место, где находится настоящая элита. Несмотря на то, что они

были молодыми мастерами своих семей, они были достойны всего лишь 2-го

уровня. Только когда руководство семьи перейдет в их руки, они смогут

получить квалификацию для входа в элитный район. Е. Венкен и остальные

встали. Он будет на равных с элитой? Люди, которые были свидетелями

ссоры между Цзян Сюй и четырьмя молодыми хозяевами, были совершенно

потрясены. У этого проклятого продавца фруктов есть скрытые способности?

«Но этот шок не закончился, поскольку Цзян Сюй все еще продолжал идти.

«H-Он вошел!» Он вошел во внутренний зал.

«Это ...»

Все

потеряли дар речи, те менее доводы Старого Отца Тан Чжэньшана были

приняты во внимание. Причина, по которой он позволил Тан Уэнхону

провести Цзян Сюй внутрь, был не в том, что Цзян Сюй обладал магией

шамана, а потому, что он считал, что у Цзян Сюя была особая

квалификация, чтобы войти внутрь.

Внутренний зал был покрыт

сочной травой, скульптурные коридоры и фонтаны с водой придавали ему

привлекательность, создавая некую элегантную атмосферу. Даже шум снаружи

не мог проникнуть внутрь.

«Мы приветствуем вас, преподобный г-н

Цзян!» Тан Чжэншань небрежно улыбался, приподняв искалеченную руку. Его

взгляд не вызывал у Цзян Сюй брезгливости из-за искалеченной руки.

Создавалось ощущение, как будто он встречался с благородным гостем.

«Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз встречались,

старый отец Тан», - равнодушно сказал Цзян Сю. Его взгляд упал на

искалеченную руку Тан Чжэньшаня, заставив немного помрачнеть. Тан

Чжэньшань отказался от его рукопожатия, и Цзян Сюй покачал головой.

Невежественный

смертный, даже если Вы не можете снова подать руку, вы должны были

связать ее, иначе вы снова потеряете ее в следующей реинкарнации. В

этом причина того, что в древние времена сшивали мертвые тела.

«Талисманная бумага!»

Тан

Вэньхон не мог этого понять. Тан Чжэньшань просил его следовать

словам. Этот г-н Цзян действительно эксцентричен. Зачем ему

талисманная бумага, когда все в порядке. Поскольку сегодняшняя

вечеринка оценивала древние артефакты, на столе лежала груда изношенных

талисманов. Было непонятно, с какой эпохи они были, но, поскольку Цзян

Сюи хотел этого, Тан Вэньчжун отправился за ним. Цзян Сюи взял его

левой рукой, на талисмане было много графических знаков. Он просто

взглянул на него, а затем с помощью указательного пальца нарисовал

очертание в воздухе. Никакой магической силы не было. Цзян Сюи произвел

движение пальцем, и на верхушке талисмана появились знаки, однако Тан

Чжэньшань и Тан Вэньчжун не могли их видеть.

Вскоре Цзян Сюи

закончил рисовать и объяснил: «После того, как старый отец Тан умрет, не

забудьте подержать этот талисман над калекой. Не забывайте об этом!

Цзян Сюй дал талисман Тан Чжэньшану, чтобы он положил его в безопасное

место.

Цзян Сюи отрубил руку Тан Чжэньшань, но грехи последовали

за следующей реинкарнацией. Талисман Цзян Сюи назывался «Возвращение

фрагмента души к талисману происхождения», что помогло Тан Чжэньшану не

стать инвалидом в следующей реинкарнации, что позволило бы ему родиться

обычным человеком.

Ничего из этого Тан Чжэньшань так и не смог

понять: «Господин Цзян, Вы знаете заклинание? Цзян Сюи слабо улыбнулся,

отказавшись от комментариев. Он уже отдал талисман в подарок, и от это

будет зависеть удача Тан Чжэньшаня, его вера, а также то, как его

потомство будет следовать правилам.

«Большое вам спасибо, мистер

Цзян, пожалуйста, заходите!» На стендах было много разных древних

артефактов. Все они находились в стеклянных контейнерах. Только тогда,

когда шаман хотел осмотреть их, они вытащили их.

Тан Чжэньшань

собрал все эти древние артефакты, и даже если они не были артефактами,

для него все они были бесценными антиквариатами. В этом смысле он был

благоразумен.

«Поскольку г-н Цзян разбирается в шаманстве, пожалуйста, взгляните на них».

Собралось

много людей. Цзян Сюи с любопытством посмотрел и увидел, что на стене с

черным и изношенным талисманом был изображен подобный сосуду предмет.

Команда инженеров под руководством Цинь Вэйпина работала над

несколькими проектами, поэтому они были опытными специалистами. Они не

повредили артефакт, когда обнаружили его, и даже не осмелились

прикоснуться к нему. Они извлекли предмет, оставив его в первозданном

состоянии.

"Это Духовная Святыня!” вынес свой вердикт мужчина средних лет, который был Шаманом.

Этот объект был незнаком обычным людям, но о нем знали все Шаманы.

Он

посмотрел на ироеглифы, высеченные на его поверхности и пробормотал:

"Простите ... Земля ... Гром ... Единый ... печать Даоиста!”

Некоторые символы на нем были неразборчивы.

Цзян

Сю тоже было любопытно и он подошел поближе. Он был в домашней одежде и

был молодого возраста. Неудивительно, что он выделялся из группы

седовласых Шаманов, обладающих неземной аурой.

Один из них

нахмурился и сказал: "Старик Тан Четвертый совсем сошел с ума? Он привел

сюда этого ребенка, у которого еще не высохло молоко на губах, чтобы

идентифицировать артефакты”.

Его слова достаточно хорошо расслышали как неподалеку стоящий Цзян Сю, так и находящийся в отдалении Тан Чжэньшань.

Это привело Тан Чжэньшаня в сильное замешательство.

"Хватит

говорить ерунду!” раздраженно сказал старик, который сидел там же,

подобно небесному бессмертному. Его глаза были закрыты, и даже когда

Цзян Сю вошел внутрь, его веки все равно были опущены вниз. “Старейшина

Тан, не обращайте внимание на болтовню моего ученика”.

Этот

человек, казалось, имел высокое положение, и Тан Чжэньшань ответил с

особой осторожностью “ " Вы слишком добры, Учитель У Лун”.

Тан

Вэньчун объяснил Цзян Сю тихим голосом: “Это Учитель У Лун, знаменитый

шаман Цзяннаня. Даже важные персоны провинции относятся к нему с крайним

уважением”.

После того, как Шаманы, стоящие вокруг Духовной

Святыни, изучили ее, на их лицах появилось тревожное выражение, и они

беспомощно сказали: "Нам не хватает магической силы, мы смогли только

определить то, что с этим артефактом что-то не так, но мы не можем найти

этому точную причину. Гроссмейстер У Лун, пожалуйста просветите нас по

этому вопросу”.

"В любом случае, сегодня полнолуние, поэтому

сейчас здесь сконцентрировано наибольшее количество энергии Инь, лунный

свет не должен попасть на эту Духовную Святыню. Возьмите красную ткань, и

накройте ее”.

Помощники выполнили его приказ, и накрыли артефакт красной тканью.

"Ваши

навыки Дао все еще слабы. Это уже хорошо, что вы обнаружили, что что-то

не так с этой Духовной Святыней и знали, что нужно использовать красную

ткань, чтобы защитить ее от Инь". Слова Гроссмейстера У Луна фактически

напугали их, лица некоторых из них исказились, и они от стыда опустили

головы вниз.

Только два Шамана, стоящие в углу, оставались спокойными и собранными.

Тан

Вэньчун начал рассказывать о них Цзян Сю “ " Этот седоволосый человек с

молодой внешностью, обутый в соломенные сандалии и держащий бутылочную

тыкву, Шаман Нань Куй!”

"Он также известен как Первый Великий Шаман провинции Гуандун”.

Затем

Тан Вэньчун указал на мужчину средних лет с властным выражением на лице

в черном одеянии, который на вид тоже казался расслабленным и опытным,

“А это Мао Фан из Линнаня. У него довольно уникальное прозвище - Младший

Учитель!”

"Эти трое известны как Три Южных Друга”.

Шаман У Лун подошел к Духовной Святыне.

"Ммм!”

Он

внезапно щелкнул указательными пальцами, делая ими печать, что

заставило их покраснеть. Вскоре после этого он указал на Духовную

Святыню, которая начала гудеть под красной тканью, и всем показалось,

что внутри артефакта что-то происходит.

Внутри предмета вспыхнул

свет, в результате чего в зале стало прохладнее, как будто температура

внутри помещения понизилась на 5-6 градусов. Было такое ощущение, что

все оказались в крытом торговом центре, после летней прогулки по улице.

“Это…”

Все

Шаманы изумленно воскликнули, широко раскрыв глаза. Они испытывали

неописуемый страх, когда смотрели на жужжащую Духовную Святыню; по их

коже пробежали мурашки.

Тан Вэньчун, который не понял заклинания, был совершенно сбит с толку.

“Что находится внутри этого артефакта?”

Они

чувствовали, что внутри Духовной Святыни что-то есть, и оно все еще

живое, но этот предмет был погребен под землей больше чем на несколько

сотен лет, поэтому им было интересно, что могло так долго прожить.

Шаман

У Лун слабо улыбнулся, и в его взгляде промелькнула насмешка. Он убрал

свой указательный палец, после чего Духовная Святыня дважды загудела, а

затем успокоилась.

Температура внутри помещения также нормализовалась.

Человек, который до этого насмехался над Цзян Сю, сказал “ "Ты это видел? Он настоящий Шаман”.

Остальные присутствующие долго не могли оправиться от шока.

Шаман

У Лун не зря завоевал свою славу, он действительно обладал настоящим

мастерством. Цзян Сю изучил его. Этот Шаман действительно обладал

магической силой. Согласно классификации на Бессмертном Военном

Континенте, он находился примерно в 1-й Области Стадии Переработки Ци.

Это была начальная стадия развития, на которой находились здешние дети,

но на Земле этого было бы достаточно, чтобы назвать человека

первоклассным Шаманом.

"Экстраординарные навыки Учителя У Луна

расширили мой кругозор!» Тан Чжэньшань низко поклонился Шаману У Луну. В

результате этого всем стало ясно, что Старейшина Тан уважал настоящих

специалистов. "Он действительно достоин звания Первого Шамана Цзяннаня!”

Шаман

У Лун покачал головой и сказал“" Я не достоин носить этот титул,

существует еще два с половиной человека, которые намного сильнее меня”.

"М-м-м, что значит два с половиной человека?”

Тан

Чжэньшаню было довольно любопытно. Хотя он не был человеком, который

использовал заклинания, ему было очень интересно и, следовательно, он

любил общаться с такими людьми.

С незапамятных времен боевые искусства считались больше, чем элитными!

"Первый из них это, естественно, уважаемый человек из Дунчжоу, Лю Дэвэнь, Прорицатель Лю”.

Все

присутствующие Шаманы разволновались, услышав это имя. Даже Старейшина

Тан отреагировал на его слова. Лю Дэвэнь был из древнего рода, его

предки когда-то стояли у истоков формирования страны и он тоже обладал

сверхъестественными способностями. Он был известен как один из 10

Великих Шаманов государства.

"Второй человек – это Белобородый Бай с хребта Горы Таоюань”.

Все

Шаманы закивали, услышав это имя. Белобородый Бай был также известным

опытным Шаманом. Просто он несколько лет жил в уединении в горах и не

показывался в обществе. Этот человек внес значительный вклад в войну

сопротивления и выяснил местоположение разведывательного подразделения

враждебных сил, а также позицию главного командира, уничтожив их с

помощью артиллерийского огня. Однако, по ходившим слухам, этот человек

уже давно скончался.

Шаман, стоящий немного в стороне, спросил: "Как насчет оставшейся половины?”

Шаман У Лун ответил: "Что касается оставшейся половины…”.

"Я

только что услышал от главы Бесчисленной Базы, Цинь Вейпина, что в

проекте Городской Площади Бесчисленной Базы, появились некоторые

странности. Один Шаман пошел туда, и связал ритуальную бумажную куклу

Святыни Короля Драконов с настоящей Святыней Короля Драконов, а затем

сжег куклу, в результате чего в городе Цзян прошел сильный дождь. Это

явление было уж слишком необычным. Мы не находимся с ним на одном

уровне. Имя этого человека - Лося, Гроссмейстер Лося”.

Шаман Нань Куй и Младший Учитель, которые были спокойны до этого момента, тоже были шокированы.

Ух ты!

Все присутствующие Шаманы подняли шум.

Один из них сказал: "Разве этот метод не похож на легендарное Тайное Произношение Заклинаний?”

Шаман У Лун торжественно ответил: "Да, так и есть!”

Хотя

Тан Чжэньшань ничего не понимал, он знал, что это было невероятным

подвигом “ "Если все обстоит таким образом, почему Учитель У Лун сказал,

что это половина человека?”

"Потому что я не видел этого лично.

Это просто сплетни, вот и все. Если я увижу это своими собственными

глазами, то тогда я признаю, что это правда. Этот Гроссмейстер Лося

должен быть в 100 раз сильнее меня”.

"В этом есть какой-то смысл!” кивнул Тан Чжэньшань, соглашаясь с ним.

"Да, хорошо. Куда ушел Директор Цинь?”

Настоящий

виновник этого события, Цинь Вейпин, уже довольно долго отсутствовал.

Кто-то из присутствующих сказал: "Старейшина, директора Циня только что

позвали, похоже, это Молодой Учитель Бай, поэтому он вышел наружу”.

Тан Чжэньшань кивнул. Это, должно быть, касалось вопроса страданий Бай Фэна от Цзян Сю.

После

этого все они направились в сторону обеденного стола, накрытого немного

в стороне. Каждый из них раздумывал о своих делах и принимал небольшое

количество пищи. Сю находился на стадии полового созревания, поэтому он

часто чувствовал сильный голод. До этого он уже был голоден, и когда он

попал внутрь, оказалось, что здесь не устраивали никакого пира. Он

больше не мог этого вынести, и поэтому отошел в сторону, чтобы поесть

отдельно от всех. Его не интересовало то, что обсуждали другие.

Цзян

Сю жил на Бессмертном Военном Континенте 3000 лет. Он побывал в

различных ситуациях, встретил много людей и перевидал много вещей.

Естественно, его не впечатлил неуклюжий поступок У Луна.

Взгляд

Шамана У Луна упал на талисман, который Тан Чжэньшань все еще держал в

руке. В его глазах появился странный блеск, когда он взволнованно

заговорил: “" Старейшина, не могли бы вы ненадолго одолжить мне этот

талисман?”

У Тан Чжэньшаня не было оснований для отказа.

Шаман

У Лун держал талисман и внимательно смотрел на него. Шаман Нань Куй, а

также Младший Учитель тоже подошли к нему и стали изучать его. Потом

трое из них обменялись взглядами, а затем кивнули, и жадность вспыхнула в

их глазах.

По их мнению, это был амулет "Возвращение Частицы Души в Первоначальный Талисман", который являлся редким сокровищем.

"Старейшина, откуда вы взяли этот талисман?”

Тан Чжэньшань спросил: "Почему вы задали этот вопрос?”

Шаман

У Лун ответил: "Честно говоря, он называется "Возвращение Частицы Души в

Первоначальный Талисман". Мы потеряли его несколько дней назад”.

Исходя из своего обширного опыта, Тан Чжэньшань уже осознал всю

ситуацию, что придало его лицу странное выражение. Эта ложь была

довольно наглой. Он лично видел, как Цзян Сю нарисовал талисман, поэтому

не было никаких шансов, что был кто-то, кто мог сбежать.

Шаман Ву Лонг сказал: «Пожалуйста, скажи правду, старый Отец. Кто тебе дал этот талисман?»

Он догадался, что, если этот человек даровал один, возможно, их было больше.

Тан

Чжэньшань был довольно проницательным. Он догадался с первого взгляда,

что Шаман Ву Лонг замышляет. Он уже однажды обидел Цзян Сю и поплатился

за это рукой, это был кровавый урок.

«Он мой.»

Каждый из

трех шаманов был верховным и обладал сверхъестественными навыками.

Несмотря на то, что боевые способности Дао Цзян Сю были высоки, шансы на

успех против трех лучших шаманов были невелики. Если бы он

действительно таил в себе недобрые чувства по отношению к Цзян Сю за то,

что тот отрубил ему руку, он бы продал Цзян Сю через секунду. Поскольку

он этого не сделал, было очевидно, какой он человек.

«Гм!»

Высокомерный

ученик Шамана У Лонга, Лонг Аотиан, хихикнул: «Старый Тан Фор, не лгите

Отцу. Вы не шаман и не знаете, как сделать талисман. Как вы смогли

получить талисман такого высокого уровня?»

«Честно признавайся, иначе Папа навлечет на тебя вечный сон с помощью моей магии».

Эти слова были не только грубы, но также содержали угрозу.

Лицо

Тан Чжэньшаня изменилось. Он слышал, что шаманы могут убивать, не

присутствуя лично, заставляя людей умирать во сне. Просто невозможно

было понять причину такой тихой смерти.

«Скажи, кто тебе его дал?»

В зале повисло молчание.

Столкнувшись

с тиранией Лонга Аотиана, никто из них не осмеливался ничего сказать.

Они не хотели терпеть этого парня, ученика Ву Лонга, но были беспомощны,

поскольку он был силен. Они не смели оскорбить его и могли только

посматривать на Тан Чжэньшаня с видом, полным сострадания.

Неприятности постучали в дверь Старого Отца в этот раз.

Если

бы он все раскрыл, это было бы равносильно предательству друга, однако

если бы он этого не сделал, это доставило бы проблемы, так как этот У

Лонг не оставил бы это дело просто так.

Смотрящие на Тан Чжэньшаня

молчали, тон Шамана Ву Лонга стал холоднее: «Старый Отец, не вините нас

в содеянном, если вы не дадите нам объяснений».

Собственно, если

бы ему действительно было дело, его ученик не посмел бы поступать таким

образом с Тан Чжэньшанем. У Лонг никогда не уважал его, иначе его ученик

не посмел бы называть его «Старым Тан Фором».

По правде говоря,

Тан Чжэньшань прошел военную службу с отличием и был самым

высокопоставленным офицером армии города Цзян. Семья Тан была

управляющей городом Цзян и, можно сказать, самой влиятельной. В отличие

от них, Шаман У Лонг и остальные были известны только в Цзяньху, поэтому

не было смысла даже сравнивать.

Ученые используют слова для

установления законов, герои используют боевые искусства для установления

порядка. Шаманам нравилось выставлять напоказ свою магическую силу и

они ненавидели чиновников. Для Тан Чжэньшана было сложно договориться с

ними. Поэтому он был напуган.

«Ты собираешься сказать это или нет?»

Шаман

Ву Лонг шагнул вперед, в его глазах сиял страшный зловещий блеск.

Поскольку Тан Чжэньшань не хотел говорить, он собирался применить силу.

«Его Божество дал мне его!»

Внезапно послышался голос.

Все повернулись, чтобы взглянуть. Это на самом деле он.

Цзян Сю медленно подошел к обеденному столу.

Он жаждет смерти? Разве он не знает, против кого он выступает?

"Мистер Цзян!»

Взгляд

Цзян Сю скользнул сквозь Шамана Ву Лонга, Нан Куй и Маленького Учителя.

«Этот «Талисман, возвращающий фрагмент души к древним» был дарован Его

Божеством Старому Отцу для использования во время его погребения».

«Это ты!»

Энтузиазм

вспыхнул в глазах у шамана У Лонга. Это на самом деле этот глупец.

Отлично. Неудивительно, что он смог войти, он дал такой щедрый подарок

Тан Чжэньшану.

«У тебя действительно хватило мужества осмелиться украсть мой талисман».

Цзян Сю нахмурился: «Твой талисман?»

Узкие

глаза Шамана Ву Лонга широко распахнулись от гнева, злоба лилась из

глаз: «Я не трону вас, если вы отдадите их немедленно или иначе ...»

Цзян Сю спросил: «Или что иначе?»

Шаман Ву Лонг ответил: «Или от тебя останется только мертвое тело».

Свист!

Все присутствующие люди застыли. Такая жестокость.

Цвет

лица Чжан Чжэньшана поменялся: «Мастер Ву Лонг, вы человек, чья слава

звучит дальше Джиангнан, есть ли необходимость делать жизнь младшего

поколения трудной только из-за талисмана? Я отдам вам «Талисман,

возвращающим фрагмент души к древним!»

Сказав это, он отдал талисман.

Другие

шаманы также твердили: «Да. Учитель У Лонг, не опускайтесь до уровня

этого глупца, это позорит вас.» Они не пытались помочь Цзян Сю, вместо

этого хотели поддержать Тан Чжэньшана.

«Да, пусть будет так».

Возможно,

это было правильно. Все знали, что за человеком был У Лонг, и было ли

возможно, чтобы этот мелкий глупец украл у него такое ценное сокровище?

Они были уверены в этом наверняка и могли только списать это на неудачу

этого глупца.

Однако они недооценили жадность Шамана У Лонга. Он

хотел обладать «Талисманом, возвращающим фрагмент души к древним» и

всеми хорошие вещами, которыми обладал Цзян Сю. Они полагали, что у Цзян

Сю было больше, чем только этот талисман.

Шаман Ву Лонг сказал: «Если ты не отдашь оставшиеся талисманы, которые ты украл у меня, я не прощу этого».

Цзян Сю был бесстрашен и смотрел на него с интересом.

После

возвращения он тренировался ударам с военными наставниками, но на самом

деле не использовал навыки в битве с ними. Хотя способности шамана Ву

Лонга не были достойны упоминания, а магическая сила была скуднее, в нем

все еще росла тираническая жажда.

«Так вы хотите бросить вызов Его Божеству?»

«Дуэль?»

«Я позволю тебе прочувствовать мастерство Учителя!»

Сказав

это, он внезапно закрыл рот, из-за чего черная тень странно поползла по

его лицу, а затем мгновенно исчезла. Как только он открыл рот, изнутри

появился черный туман.

Этот черный туман постоянно менял свою

форму, казалось, будто он состоял из бесчисленного количества лиц детей,

взрослых, женщин и мужчин, каждый из которых боролся в тумане, издавая

очень скорбные крики, похожие на злой дух из 9-го слоя Ада.

«Ааааахххх!»

Эта сцена испугала прислужников, некоторых робких шаманов, а также Тан Вэнхонга. Они никогда не видели такой ужасающей сцены.

Их лица побледнели от страха, они не могли сдвинуться с места и не могли убежать.

«Э-э-это... управление духами?»

Кто-то закричал.

«Боже мой, они настоящие!»

«Я не могу поверить, что кто-то может контролировать духов, настолько сильный...»

Шаманы

практиковали экзорцизм, и некоторые из них обладали уникальными

навыками для призыва духов. Люди всегда с благоговением относились к

духам, поэтому они задрожали от страха, когда увидели эту сцену.

У

Лонг был доволен, когда увидел состояние, в котором пребывали

присутствующие. Его называли экстраординарным, потому что он обладал

таким невообразимым умением, заставляя массы считать его бессмертным. Он

даже не обращал внимания на такого крошечного человека, как Цзян Сю.

Однако

он увидел, что Цзян Сю все еще спокоен и даже прочитал презрение в его

глазах. Это разгневало его: «Глупец, я заставлю этих злых духов

проглотить тебя сейчас же».

Цзян Сю позволял этим злобным духам в черном тумане появляться.

«Он не боится?»

«Он, должно быть, так испугался, что даже не может двигаться!»

Все

видели, что Цзян Сю просто стоял там, как идиот, не убегая. Поскольку

противник мог контролировать призраков, чтобы убивать людей, а он не

бежал и не просил прощения, они предположили, что он слишком напуган,

чтобы двигаться.

Даже некоторые из шаманов были в ужасе от того,

что злые духи кишат вокруг, их колени дрожали. Молодой глупец, хотя ты

не умер от страха, это все еще делает тебя идиотом.

Тан Вэнхонг отступил назад и упал на землю, бормоча: «Мистер Цзян, бегите скорее, или эти духи съедят вас.»

Он

тоже видел, как Цзян Сю нарисовал этот талисман и чувствовал себя

огорченным в связи с этим инцидентом. Если бы Цзян Сю был убит из-за

этого, это было бы несправедливо.

Цзян Сю оставался спокойным и выглядел по-прежнему.

«Смерть пришла за вами, и вы по-прежнему продолжаете вести себя, как будто вы какой-то знаток.»

«Вести себя как знаток?»

Цзян

Сю покачал головой, чувствуя себя совершенно беспомощным и

разочарованным. Он считал, что он стал свидетелем необыкновенного

мастерства, но это было нечто вроде призыва духов. Даже обычные люди

могли это сделать, если бы у них были правильные методики. Более того,

эти призванные духи состояли из фрагментов душ, которые не могли

взаимодействовать друг с другом.

«Вы смеете называть себя бессмертным человеком только с этими навыками?»

«Ты даже смеешь издеваться над Его Божеством!»

Слишком нелепо.

Вместо

того, чтобы отступить, Цзян Сю шагнул вперед. Он был Божеством Сю, а

так называемое Божество Сю владело силой ветров и небес, молнии сверкали

рядом с ним.

В этот момент во внутреннем зале поднялся шторм.

В следующий момент разразился гром.

Сцена была потрясающей.

«Девятые небеса несметного небесного грохота!»

Цзян

Сю закричал и поднял руку к небу. Из темных облаков на небе и на глазах

у ослепленных людей спустился огненный дракон, и горящий язык пламени

был крепко схвачен его рукой.

Звуки грома раздавались, и казалось из-за вспышек, что наступил день.

Его

волосы развивались, одежда трепетала. Эта аура покрывала все небо и

землю, казалось, что божественный служитель спустился с небес.

В этот момент Цинь Вэйпин в сопровождении Бай Фэна, Линь Цзядуна и

молодого мастера Гу вошел во внутренний зал. По пути, Бай Фэн уже

объяснил им, что их избили неправильно, что привело к тому, что цвет

лица Цинь Вэйпина стал пепельным. Человек издевался над сыном своего

двоюродного брата, а также над выдающимся молодым мастером в своей

области, это заставило его потерять лицо.

Четыре молодых мастера

были довольно изобретательны, они не показали, что семья Тан появилась

лично и оказала давление на своих родителей, чтобы заставить их

остановиться. Чтобы сказать это, они на самом деле рассматривали

репутацию Цинь Вейпинга, поскольку это не будет хорошо выглядеть, чтобы

разбить его место.

Цинь Вейпинг также чувствовал, что ему пришлось

приложить дополнительные усилия, когда молодое поколение действовало

так разумно и пыталось поддерживать справедливость. Он похлопал себя по

груди и гарантировал, что он обязательно привлечет к ответственности

нарушителя спокойствия, Цзян Сю.

Тем не менее, Бай Фэн сказал ему,

что Цзян Сю был доставлен во внутренний зал Тан Вэньчэнь. Цинь Вейпинг

почти потерял его, когда услышал это. Он не мог поверить, что такому

человеку разрешили войти во внутренний зал.

Как только они вошли

внутрь, они услышали звуки грома, сопровождаемые ударами молнии,

заставляя их подпрыгивать в страхе. Этот звук был слишком резким, как

если бы он исходил прямо из их ушей и дневной свет пронзил их глаза,

делая их неспособными открыть их.

"Что происходит?”

Цинь

Вэйпин уже подтвердил погоду сегодня перед проведением вечеринки. Не

было никаких признаков грозы, и прогноз погоды сказал, что это будет

ясно. Если бы не это, он бы не организовал это сегодня и не сделал бы

этого с открытием внутреннего зала.

Более того, эта молния была довольно странной.

Он был слишком близко, почти в пределах досягаемости!

Они

все открыли глаза и были ошеломлены, их глаза почти выскакивали. Они

увидели человека, который поднял руку к небу, держа в руках молнию,

которая, казалось, изо всех сил пыталась вырваться оттуда, вызывая

пугающие звуки грома. Голубоватые искры молнии сделали этого человека

похожим на богов из легенд.

"Фадж! Должно быть, у меня галлюцинации!”

Они

потерли глаза и еще раз посмотрели на пугающую сцену. Этот человек

носил плохую одежду и, казалось, напоминал того чертового продавца

фруктов.

Это было не их заблуждение, чем больше они вглядывались, тем больше находили сходств!

"ОМГ! Я не видел в этом ничего плохого!”

Четверо молодых мастеров были ошеломлены.

Нет, это невозможно. Конечно, это наше заблуждение.

Невозможно,

чтобы кто-то держал гром в руке, как бог, что происходит только в

фильмах, а также в этих отсталых западных мифологических фильмах. Даже

если бы это было возможно, это не мог быть тот чертов продавец фруктов.

"Бзззз! Бзззз!”

Цзян

Сю держал молнию, появляясь как Бог. Он сделал шаг вперед, а затем

остановился, заставив большую силу двигаться в сторону шамана Ву Лонга

на противоположной стороне.

"Бзззззззз!”

Молния бросилась к

земле, прижимая все травы на полу вниз, как волнистая морская волна,

которая простирается ко всем направлениям. Огни, установленные на земле,

уже взорвались, тарелки на обеденном столе разбились на куски, и

пирамида из бокалов, наполненных шампанским, рухнула громким ударом.

Казалось, будто место подверглось теракту, весь район был в беспорядке.

"Г-гром ... Контроль Грома!” Все были ошеломлены.

Шаман

Ву Лонг посмотрел в сторону Цзян Сю, который появился как Бог, его

глаза почти выскочили. Он вздрогнул, между ног потекла теплая жидкость.

Он больше не мог заботиться даже о своей личности шамана, его ноги

ослабли, тогда он сразу же опустился на колени..

"Божество, пожалуйста, пощади мою жизнь! Пожалуйста!”

"Ученик не посмеет сделать такое снова!”

Холодный

блеск прошел сквозь глаза Цзян Сю, когда он внезапно бросил молнию в

руку вперед. Он бросился вперед, как Громовой дракон, ревущий от гнева в

призрачный туман.

Бззззззззззззззззззззз!

Демонический

ненавидел молнию больше всего. Гром и молния пронеслись, взрываясь в

бесчисленные искры молнии так же, как сеть молнии. Тысячи призраков

выпустили скорбные крики один за другим, одного прикосновения было

достаточно, чтобы разойтись и погасить их, заставив их исчезнуть

навсегда.

Бум!

Молния не остановилась и продолжала мчаться к шаману Ву долго.

"Аааахххх…”

Шаман Ву Лонг вскрикнул в тревоге, когда увидел молнию, устремленную к нему, и изо всех сил старался увернуться.

Но

скорость молнии была быстрее его. Он врезался в его тело, а затем

ударил. Болт взорвался, в результате чего Шаман Ву долго летел назад,

как будто он пострадал от удара тяжелого грузовика.

Эта сила была слишком сильна и жестока, она была из человеческого воображения.

Во внутреннем зале, казалось, был день.

"ОМГ!”

Все они были ошарашены.

"О-он вообще человек?”

Шаман

Нан Кюй, как и лицо маленького учителя, потемнел, на самом деле, их

спины были уже пропитаны потом, а их ноги дрожали. Если кто-то

прикоснется к ним сейчас, они неизбежно упадут на землю.

Они так

долго смешивались в магическом круге и никогда даже не слышали о ком-то,

кто управляет молнией голыми ладонями, не говоря уже о том, чтобы

увидеть атаку, разделенную пустотой..

Это казалось слишком мифическим!

Мир назвал их бессмертными богами, но это была полная чушь. Это был подлинный Бог.

Моя милая мама!

"“М-мистер

Цзян...” Тан Чжэньшань не мог сохранять самообладание из-за

возбуждения. Когда Цзян Сю появился, чтобы спасти их, пока машина

собиралась упасть со скалы, он казался благочестивым солдатом. Однако

Цзян Сю в этот момент появился как Бог, открывающий свою Божественную

мощь.

"Божество, пожалуйста, пощадите мою жизнь…”

Шаман Ву Лонг не умер, он заполз среди боли и со всей силой поклонился.

"У меня были глаза, но я не узнал мистера Тай.”

Его дрожащие руки подарили "Возвращение фрагмента души к Оберегу происхождения", который он выхватил у Тан Чжэньшаня.

Цзян Сю сказал: "Разве ты не сказал, что этот талисман был твоим?”

Выражение

лица шамана Ву Лонга стало горьким: "Этот скромный человек действовал

бесстыдно и не должен был желать талисмана Божества.”

Думая об этом, такого рода самокритика не имела силы.

Пощечина!

Шаман Ву Лонг ударил себя: "Я был слишком бесстыден!”

Пощечина!

"Я подлый!”

Пощечина!

Четверо

молодых мастеров, далеких от нас, уже видели все ясно. Человек,

стоявший там, был тем чертовым продавцом фруктов. Их лица побледнели,

как пот, образовавшийся на их лбах.

Они знали шамана, который стоял на коленях на земле, это был самый известный шаман Цзяннаня, Шаман Ву Лонг.

Молодой

Мастер Гу однажды получил возможность пообедать вместе с ним. Даже его

отец, Гу Шу, выразил уважение шаману Ву Лонгу. Когда его ученик грубо

заговорил, его отец все еще улыбался, но такой человек теперь стоял на

коленях перед этим чертовым продавцом фруктов.

Четверо молодых

мастеров сглотнули, увидев, что Шаман Ву Лонг шлепает себя так

решительно, эти звуки разносились по всей площади.

Четверо из них

посмотрели друг на друга. По сравнению с этим Гроссмейстером Ву Лонгом,

они просто получили пощечину. Казалось, что ... то, что они испытали ...

на самом деле ничего.

Молодые мастера все вздохнули. К счастью,

их остановили до того, как они смогли что-то сделать... иначе

последствия были бы слишком невообразимыми.

Пощечина!

"Этот скромный человек хуже собаки.”

Цзян

Сю шел перед шаманом Ву Лонг, а затем протянул руку вперед, положив ее

на голову. Сила переместилась из его рук, в результате чего многие

акупунктурные точки на теле Ву Лонга взорвались.

“Ты…”

Ву Лонг сказал шокированным голосом: "Ты искалечил мою магическую силу?”

Это

было даже хуже, чем его убийство. Он часто выдавал себя за человека с

божественными навыками. Теперь, когда самая гордая вещь, на которую он

полагался, исчезла, он также испытал чувство, которое чувствовал обычный

человек.

Согласно природе Ву Лонга, он, очевидно, обидел слишком

много людей. Эти люди не посмели бы противостоять ему, потому что он был

сильнее. Теперь, когда его волшебная сила исчезла, было очевидно, как

он встретит свою гибель.

Лицо у Лонга стало бледным, как лист бумаги.

Цинь

Вейпинг был еще более шокирован. Он всегда был атеистом, но он лично

видел, как Цзян Сю держал молнию и гасил группу демонов. Его взгляды на

мир полностью рухнули. Более того, он заметил, что Цзян Сю был довольно

знакомым. Он подсознательно подошел, и когда он ясно увидел его лицо, он

взволнованно закричал: "Гроссмейстер Луоксия, это действительно ты!”

"Я наконец-то нашел тебя.”

"Гроссмейстер Луоксия?”

Все

чувствовали, что это название звучит немного знакомо. Затем они

вспомнили, что Шаман Ву Лонг упомянул это имя среди двух с половиной

шаманов, более сильных, чем он в Цзяннане. Он, что половина, кто

сильнее?

Шаман Ву Лонг широко раскрыл глаза: "Так ты Шаман Луоксия?”

О, Небеса!”

Его

сердце сначала было наполнено ненавистью, а затем сожалением об этой

проклятой несправедливости. Человек до него был на самом деле

гроссмейстер Луоксия, который Цинь Вейпин упоминал раньше. Забавно, что

он сомневался, говорит ли Цинь Вэйпин правду. Сейчас это уже доказано.

Сила Цзян Сю была бесчисленна и в разы сильнее его.

"Цинь Вэйпин!”

Ву Лонг кричал: "Ты причина смерти Ву Лонг!”

Если

бы не уход Цинь Вэйпинга, он бы показал, что Цзян Сю был Гроссмейстером

Луоксия раньше, а Ву Лонг не сделал бы такого, наконец, в конечном

итоге.

Цин Вэйпин был озадачен.

За что вы меня обвиняете?

"Маленький Фэн, подойди. Дядя познакомит вас. Это настоящий шаман, Шаман Луоксия!”

Молодой Мастер Гу сделал неловкое лицо. Он не обращал внимания на

Цзян Сю с самого начала. Одежда, которую носил Цзян Сю, достигала

скудных 300 юаней, и после того, как он узнал, что его дом управлял

фруктовым ларьком, он показал презрение из глубины своего сердца, как

будто он услышал шутку.

Но теперь, Тан Чжэньшань был чрезвычайно

уважительным к Цзян Сю, и даже Цинь Вэйпин приветствовал его как своего

спасителя. Что же касается шамана Ву Лонга, ученик которого осмелился

проклинать Гу Шу, то он поклонился и умолял о прощении, как бродячая

собака.

Независимо от того, насколько богат один был или какой

властью обладал, перед Цзян Сю, они могли действовать только послушные

щенки, даже не осмеливаясь говорить ни одного слова.

Что было большой шишкой? Это была большая шишка!

Четверо

молодых мастеров опустили головы, когда они поняли, что они просто

дети, играющие в доме в песочнице, по сравнению с ним.

Аура Цзян Сю угнетала всех присутствующих на сцене.

- Гроссмейстер Луоксия, - сказал Бай Фэн, - я подумал, что ты... я... - Он всегда был красноречив, но сейчас начал заикаться.

Тан

Чжэньшань чувствовал себя довольным, когда увидел это. Не ты ли ведешь

себя довольно высокомерно? Ты даже поставил меня в неловкое положение.

Посмотрите, как вы встретите свой конец сейчас.

"Гроссмейстер Луоксия…”

Неудивительно,

что он сказал, что у меня нет квалификации, чтобы быть его противником,

даже нас четверых недостаточно. На самом деле, даже Тан Чжэньшань, Цинь

Вейпин, а также все шаманы, присутствующие вместе, не были

квалифицированы, не говоря уже о молодом поколении.

"Почему вы заикаетесь…”

Цинь

Вэйпин извинился перед Цзян Сю: "Гроссмейстер Луоксия, пожалуйста, не

возражайте. Эти дети никогда не сталкивались с таким раньше. Они просто

боятся божественных навыков гроссмейстера. Я прошу Вас простить их.”

Цзян Сю коснулся лица Бай Фэна холодным взглядом, лицо последнего покраснело. Если бы была дыра, он бы в ней зарылся.

Танг Чжэньшань сказал: "Вейпинг, действительно твой племянник. Разве он не хотел выгнать гроссмейстера Луоксию из клуба?”

"Что?”

Цинь

Вэйпин посмотрел на Бай Фэна, который тут же опустил голову. Цинь

Вэйпин был действительно зол на этот раз, так как вся его надежда была

на Цзян Сю, и если бы она была испорчена из-за этого отродья, даже убить

его было бы недостаточно, чтобы уладить это.

"Извинись перед Гроссмейстером Луоксией.”

Цзян Сю безразлично засмеялся: “У него нет квалификации!”

Бай

Фэн и остальные чувствовали себя мрачно. Изначально они планировали

извиниться перед ним, положил свою гордость и даже чистоту. Но теперь,

хотя им не нужно было извиняться, им было труднее принять это, чем

извиниться.

Мы на самом деле ничего не стоим в его глазах!

Цинь Вэйпин сказал: "Да, конечно. Гроссмейстер Луоксия, естественно, не опустился бы до уровня детей.”

Что

касается извинений, Цинь Вейпин был тем, кто должен был сделать это

больше всего. В то время Цзян Сю был готов помочь ради того, чтобы дать

какое-то лицо Наньгун Коуэру, но вместо этого он оскорбил Цзян Сю. Он

надеялся разыграть его таким образом. Каким человеком был Цзян Сю? С

такими навыками было не так уж и сложно сказать, что он получит истинное

уважение от многих людей.

Цинь Вэйпин просто платил на словах, говоря лестные слова.

"Гроссмейстер,

что Чжэньшань был на самом деле мошенником. Даже меня забрали слова

этого ублюдка. Причудливые события вокруг проекта Myriad Base City Plaza

вместо этого усилились настолько, что это даже повлияло на фронт.”

Цзян

Сю оставался спокойным. Хотя магическая сила Чжэншань не могла

сравниться с его магической силой, она была примерно на том же уровне,

что и шамана Ву Лонг на коленях. Он обладал настоящими навыками, поэтому

было бы преувеличением сказать, что он мошенник.

"Я искренне прошу гроссмейстера решить эту проблему для Мириад базы.”

Цзян

Сю уже выяснил, что подлинная цель этой вечеринки сегодня заключалась

не в том, чтобы идентифицировать артефакты, а скорее в том, чтобы

вытащить подлинных шаманов, которые могут иметь дело с причудливыми

событиями, происходящими вокруг проекта Myriad Base City Plaza. Храм

души, выставленный на показ организаторами, уже все объяснил.

Тан Чжэньшань также согласился: "Да. Мистер Цзян, пожалуйста, решите этот вопрос.”

"Это божество может, естественно, решить его!”

Цинь Вэйпин был в восторге.

- Но что вы можете предложить этому божеству?”

Цинь

Вейпинг не был удивлен этим. Он знал, что ему придется выполнить

некоторые условия, чтобы сделать несравненного эксперта, такого как Цзян

Сю, " Интересно, чего хочет гроссмейстер Луоксия? Бесчисленное

множество базы, несомненно, достигнет этого.”

Цзян Сю сказал: “То, чего хочет это божество, это то, что ты больше всего не хочешь отпускать, очень вульгарно.”

"Передайте более 50% ваших акций.”

Свист!

Все устроили суматоху.

Это

было на самом деле слишком много. Глаза Цинь Вэйпин почти выскочил. Его

и Наньгун Цинь объединили акции всего на 70%. Если он передаст 50% Цзян

Сю, это оставит им обоим только 20%. Они также потеряют контрольные

акции компании. Это было равносильно тому, что он будет работать на Цзян

Сю.

"Гроссмейстер Луоксия, должно быть, шутит, так?”

“Обдумайте

это. 50% акций, ни на один процент меньше. Если ты хочешь, я разберусь с

этим вопросом, или же найду кого-нибудь другого, чтобы разобраться с

ним.”

Это была честная сделка, и он даже не заставлял Цинь Вэйпина соглашаться.

Лицо

Цинь Вэйпина стало таким уродливым, как только могло. Когда Наньгун

Коуэр привел Цзян Сю, это была бесплатная сделка. Поскольку он

отказался, более половины его акций было поставлено на карту. Он

действительно хотел ударить себя.

Он ни за что не передаст 50% акций Myriad Base.

По его подсчетам, цены между 10-50 миллионами было достаточно.

Цзян Сю сказал: "Так как это так, то это божество должно попрощаться.”

Глядя

на уход Цзян Сю, Тан Чжэньшань и Тан Вэньчун погнались за ним. Хотя

семья Цинь не желала заключать эту сделку, как семья Тан, могла

позволить ему вернуться, когда им удалось пригласить его с большим

трудом.

"Мистер Цзян, пожалуйста, подождите минутку!”

"Разве

вечеринка еще не началась? Почему мистер так хочет уйти? Эти

посредственные люди снаружи, естественно, не имеют права сидеть вместе с

вами. Я заставлю Вэньчун устроить отдельный столик, пожалуйста,

сопровождайте меня, чтобы я выпил с вами две чашки.”

Цзян Сю

чувствовал себя очень голодным. На самом деле, потребовалось много

усилий, чтобы использовать его Божественную силу, чтобы контролировать

гром, который сделал его голодным.

"Хорошо!”

Другие шаманы

расслабились после ухода Цзян Сю. Особенно Шаман Нан Кюй и маленький

учитель, так как Ву Лонг является их близким другом. К счастью, они не

были замешаны. Как Лун Аотянь, тот мальчишка, что уже убежал бог знает

куда, даже не заботясь о своем хозяине.

Ву Лонг не имел хорошего характера, поэтому было очевидно, что его ученик не был лучше.

"Директор

Цинь, мы также первоклассные шаманы. Наши магические силы не проиграет

Гроссмейстеру Луоксия!" Тот, кто сказал эти слова, был Шаман Нан Кюй. В

любом случае, Цзян Сю уже ушел, так что он мог сказать все, что хотел.

Это был полный отход от его испуганного состояния раньше.

Независимо от того, насколько невероятным был Цзян Сю, это не означало, что это остановит людей от хвастовства.

- О?”

Глаза

Цинь Вэйпина блестели. Да, Цзян Сю не единственный, кто может

справиться с этой проблемой. Разве здесь нет шамана Нан Кюй? Он также

лучший Шаман.

Гуандунский Шаман № 1!

"Если Мастер Нан Кюй

сможет решить проблему, с которой сталкивается Myriad Base City Plaza, я

могу вывезти 10 миллионов, нет, 50 миллионов ..." он не заботился об

этой сумме денег, если вопрос может быть решен.

Если бы это не было решено, тогда ему пришлось бы объявить о банкротстве, еще 40 миллионов не имели бы даже значения.

Сейчас не время действовать скупо.

"Хорошо!”

Шаман

Нан Кюй делал это не ради денег. Это была легкая вещь для него, чтобы

заработать деньги. Чего он желал, так это славы, которую он получит,

решив вопрос, который Цзян Сю отказался решить.

“Право. Где святилище души?”

Шаман Нан Кюй знал, что происходит. Причудливые события, происходящие в проекте, были тесно связаны с этим храмом души.

"Вы имеете в виду, что эти странные события связаны с этим кувшином?”

- Да!- Ответил шаман Нан Кюй.

Шаман

в стороне сказал: "Шаман Нан Кюй, этот храм души запечатан идеально,

так что это означает, что вещь внутри не может повлиять на внешний мир.

Причина причудливых событий, происходящих в проекте, должна быть не

связана с храмом души.

Цинь Вейпин кивнул, услышав это, думая, что слова этого шамана имеют смысл.

Шаман

Нан куй ответил спокойной улыбкой. Он восстановил свою прежнюю силу

теперь, когда Цзян Сю больше здесь не было. "Хотя храм души все еще

запечатан, Вы не должны забывать, что он был похоронен на глубине 10

футов под землей. Согласно мифу, место 10 футов под землей было связано с

преисподней. Теперь, когда святыня души была забрана оттуда, она уже

потеряла самую важную печать. С одним меньше уплотнения, вы думаете, что

другое уплотнение будет держать что запечатано внутри?”

Выражение лица шамана изменилось, когда он услышал это.

Маленький Учитель слабо засмеялся: "Правильно!”

Этот

Шаман не мог вынести этого позора " Этому Святилищу души несколько

сотен лет и даже было запечатано так замысловато. Обладает ли Шаман Нан

Кюй благочестивыми навыками, подобными навыкам гроссмейстера Луоксии,

чтобы бороться со злым духом?”

Шаман Нан Кюй покачал головой,

“Глядя на символы на печати, похоже на талисман высокого уровня.

Покойный персонаж, который сделал этот талисман, должно быть, был

экспертом по созданию фундамента. Даже он не мог убить этого злого духа и

смог только запечатать его. Мы еще более бессильны.”

Он был едва в 1-й области стадии переработки Ци.

Это было далеко от этапа создания Фонда.

"У меня есть способ справиться с этим, укрепив печать, а затем снова похоронив ее 10 футов под землей. Это бы решило проблему.”

Цинь Вэйпин кивнул: "Ваши слова имеют смысл, где святилище души?”

"Святыня Души!”

Когда

это произошло, было неизвестно, но храм души уже упал и разбился на

куски. Внутри был черный объект, который сочился отвратительной черной

жидкостью. Из этого даже выходили белые пары.

В тот момент все присутствующие там молчали.

После минуты молчания Цинь Вэйпин заговорил первым. Его голос дрожал: "Храм души сломан ..." в-вещь внутри ... в-вышла?”

Никто

не ответил ему, так как ответ на этот вопрос был очевиден. Они не

желали отвечать и не смели думать дальше, так как это еще больше их

напугало.

В этот момент казалось, что террор захватил их.

Лицо

шамана, который говорил до этого, побледнело, когда он спросил: "Шаман

Нан Кюй, Вы сказали, что даже эксперт этапа создания фонда не мог убить

злого духа и мог только запечатать его?”

Нан Кюй даже не смог двигаться из-за беспокойства " Это для эксперта этапа создания Фонда, как для нас…”

Хотя он не продолжил свои слова, все это понимали ясно.

Как они могли справиться с вещью, которая была запечатана 10 футов под храмом, чтобы подавить ее?

Взгляд каждого пал на разбитую душу святыни на земле. Они смотрели на черную жидкость, сочащуюся вместе с холодными парами.

Черные

облака покрыли небо, прежде чем кто-либо понял, мгновенно экранируя

яркую Луну. Все потемнело. Они чувствовали, что вот-вот произойдет

ужасное событие.

Свиист!

"Посмотрите туда, что это?”

Кто-то

указал на далекое место в темноте. Казалось, будто что-то качалось в

темноте и шло навстречу им. Все там чувствовали мурашки по коже в этот

момент.

Некоторые из мужчин были достаточно смелыми, чтобы

смотреть на него, чтобы определить его личность. Тем не менее, их

приветствовал холодный ветер, который заставил их глаза блеснуть белым.

Глаза были окном для духа, но теперь они потеряли все выражение в

глазах, как бездушная кукла-труп.

Где бы ни проходил леденящий

ветер, глаза человека все менялись. Это было похоже на вирусную

инфекцию. Они ничего не сказали и повернулись назад, идя навстречу.

Инфекция, казалось, следовала какому-то правилу.

Цинь

Вэйпин, Бай Фэн, Линь Цзядун, Ли Чэнфэн, молодой Мастер Гу, а также все

присутствующие шаманы, включая шамана Нан Кюй и маленького учителя,

вошли в лобби в потрясенном состоянии.

Внутри шел аукцион.

Семья

Тан действительно обладала даром для бизнеса. Они бы никогда не

упустили такой шанс заработать деньги. Вещи, которые они вывезли на

аукцион, были редкими предметами, и даже если они не были редкими, они

были настоящими предметами антиквариата по крайней мере. Добавив

легендарную предысторию в виде комбо-пакета, они, естественно, продадут

по хорошей цене на аукционе.

Компас выставлялся на аукцион прямо

сейчас. У него было красивое имя, "Могила, Обнаруживающая Золотой

инструмент поиска призраков". Казалось, это был антиквариат эпохи

династии Тан и обладание золотым военным офицером. Это был первоклассный

древний артефакт. Он мог быть использован для захвата призраков в руках

шамана, но в руках обычных людей, он мог только сделать отступление

злого духа. Он также действовал в качестве подопечного для охраны дома.

Это было всемогущее устройство.

"Хорошо, три миллиона раз!”

"Три миллиона дважды!”

В

году ' 08, 3,00,000 было достаточно, чтобы купить дом в городе Цзян.

Три миллиона были дорогостоящей суммой для наемного класса, и даже для

кругов высшего общества это было не небольшое количество.

Семья Тан была действительно чем-то для продажи груды металлолома за 3 миллиона.

"Три миллиона трижды и продано!”

После

этого последовали аплодисменты. Мужчина средних лет купил компас. Он

выглядел довольно крепким и носил костюм над своей потбеллой.

"Поздравляю, Режиссер Ван!”

"Поздравляю!”

Лицо

режиссера Вана покраснело от гордости. Он поднял чашку вина в руке и

жестом показал на всех гостей, опуская вино в одну чашку, затем подошел,

чтобы получить компас. Сцена использования трех миллионов для покупки

изношенного инструмента была действительно чем-то, чтобы созерцать.

Ниже

Е Вэньчэнь и остальные с восхищением смотрели на это. Три миллиона были

использованы, чтобы купить крошечный предмет, действительно

расточительный стиль…

Лин Шу сказал: "Ах, когда я стану таким человеком.”

Активы

его семьи стоили всего 20-30 миллионов, и это все их семейные активы

вместе взятые. Даже его отец был далек от того, чтобы потратить 3

миллиона, чтобы купить предмет, не говоря уже о нем.

После того,

как режиссер Ван вышел на сцену, сотрудник тщательно вручил ему компас.

Режиссер Ван держал его в руке, как будто он нес трофейный Кубок. Он

даже поднял его, чтобы показать его всем, а затем приблизил , чтобы

взглянуть на него.

Компас был сделан из бронзы, и на нем были

начертаны маленькие буквы, все они сгруппированы. На нем был виден

круговой массив с сужающимися концентрическими кругами. В центре компаса

была основная составляющая, игла.

Режиссер Ван проверил его, а затем спросил: “Почему эта игла не движется?”

Как

правило, компас иглы, несомненно, будет вращаться, и будет вращаться

быстрее, если он сталкивается со странным магнитным полем.

Красивый

аукционист ответил с очаровательной улыбкой: "Директор Ван, это

подлинный артефакт. Эта игла будет двигаться только тогда, когда

появится призрак!”

Директор Ван дважды встряхнул его и

почувствовал, что что-то не так. На этом компасе была большая вмятина, и

у него даже была трещина на стекле компаса, даже игла не двигалась. Он

пробормотал про себя и не мог удержаться от того, чтобы спросить: "Это

... не сломано, верно?”

Аукционист все еще носил ту же улыбку: "Это невозможно! Это древний артефакт, абсолютный предмет высокого уровня.”

Директор Ван сказал: "Несмотря ни на что, игла должна, по крайней мере, повернуть ... правильно?”

"Эй, он движется!”

Компас в его руке, который так долго не двигался, вдруг начал вращаться.

Удивление

наполнило лицо прекрасного аукциониста. Они проверили этот компас, и

эта игла, казалось, закрепилась на месте, отказавшись двигаться вообще.

Так как он не двигался независимо от того, что они пытались, они пришли к

выводу, что он был сломан.

Они планировали отказаться от продажи

этого предмета, но кто-то сказал, что, поскольку он выглядел как

настоящий древний артефакт, он бы убедил людей, даже если бы игла не

двигалась.

"Ничего себе, он движется так быстро.”

Компас

дрожал из-за вращения иглы. Аукционист посмотрел на нее с сомнением, и

ее глаза широко раскрылись. Игла на компасе вращалась с бешеной

скоростью, как электрический вентилятор.

"Разве вы не сказали, что этот древний компас будет двигаться только тогда, когда появится призрак?”

Все

оглянулись на группу людей, которые только что вышли из внутреннего

зала. Цинь Вэйпин, Бай Фэн ... каждый из них вошел в вестибюль. Их глаза

были полностью белыми без зрачков, и они ворвались в толпу, игнорируя

всех вокруг.

Куда бы они ни пошли, точно так же, как бактериальная

инфекция, они заразили окружающих людей. Даже глаза режиссера Вана

блеснули белым. Это явление происходило на скорости, видимой

невооруженным глазом.

Глаза всех сидящих там людей стали белыми. Они встали и затем подошли к улице.

Цзян

Сю был на 2-м этаже здания клуба. Он стоял у французского окна. Тан

Чжэньшань и Тан Вэньчун рядом с ним уже были в шоке: "Что происходит? -

Они одержимы?”

"Куда они направляются?”

Цзян Сю сбил чашку

ликера. Этот ликер был из личной коллекции Тан Чжэньшань, 30-летний

Маотай с 70% чистоты. "К строительной площадке проекта Myriad Base City

Plaza.”

Выражение Тан Чжэньшаня изменилось “ Мистер Цзян говорит,

что это работа сверхъестественного существа, беспокоящего проект Myriad

Base City Plaza?”

Цзян Сю отказался комментировать, просто давая равнодушную улыбку в ответ.

Тан

Чжэньшань сказал: "Эта семья Цинь действительно вызывает проблемы.

Здесь собрано более половины официальных лиц города Цзян. Цзян-Сити

останется в беспорядке, если с ними что-то случится.”

Цзян Сю положил чашку в руку: "Пойдем посмотрим на сцену.”

Тан

Чжэньшань и Тан Вэньчун посмотрели друг на друга, чувствуя себя немного

робкими. Это было слишком странно, и они не хотели вмешиваться в это.

Они беспокоились о одержимости, но, подумав, что Цзян Сю был рядом с

ними, они пришли к выводу, что такого не произойдет.

Сейчас было

уже 11 вечера. Все гости вышли из клуба в большой толпе и ушли к

строительной площадке рядом с Бельденом в подобии зомби.

Ворота

строительной площадки были заперты из-за странных событий. Цинь Вэйпин,

который шел по пятам, использовал свою голую руку, чтобы как-то

столкнуть железные ворота.