Глава 1. убийство из-за булочки с паром

Лин Сяовань чувствовала себя разбитой и выжатой. Она чувствовала соленый и рыбный запах характерный для пляжа, в то время как шум волн бьющихся о берег слабо доходил до ее ушей. Это должно быть сон! Это точно сон! Ее родной город располагался во внутренних районах. Она видела море всего один раз в жизни, когда навещала сестру, которая училась в университете, расположенном на берегу моря. Почему сейчас она слышит шум волн?

Лин Сяовань изо всех сил пыталась открыть глаза, но не смогла вырваться от цепляющейся к ней тьмы. Это было похоже на кошмар. Ее разум был трезв, но она не могла проснуться.

"- Вторая сестра, вторая сестра! Вторая сестра, ты не можешь умереть! Шито больше не голоден, Шито больше не хочет есть булочки на пару! Вторая сестра, пожалуйста, проснись!... "

Лин Сяовань почувствовала легкий вес рядом с собой, который отчаянно тряс ее руку.

Вторая сестра? Это неправильно! Она была старшим ребенком в семье. Ее родители умерли, когда она училась в средней школе. Как старшая сестра, она бросила школу, чтобы работать и растить своих младших братьев и сестер самостоятельно. Ее уже более двадцати лет называют старшей сестрой. Почему ее вдруг назвали "второй сестрой"?Должно быть, он ошибся!

- Какая гадость! Ребенок просто хотел взять булочку с паром, чтобы поесть, но эта женщина избила ее так, как будто она хотела убить ее! Сяоцао всегда была ребенком со слабой комплекцией. Сможет ли она выжить после того, как ей проломили голову? Посмотрите, сколько крови! Она еще жива?

- Более того, это сделала тетя ребенка! Булочка на пару даже не стоит больших денег. Она ударила ее так сильно, что голова ребенка ударилась о корабль. Я никогда не видел такого жестокого человека!

"Отец Сяоцао - самый известный рыбак в этом районе. Он также хороший охотник. Если бы не он, семья старого Ю не смогла бы построить новый пятикомнатный дом и корабль. Почему бы ей просто не позволить ребенку съесть булочку на пару?

- Кажется, ребенок не очень хорошо справляется. Быстро, позови ее мать! Если это затянется, она даже не сможет увидеть последние мгновения своего ребенка!

"У Ли Гуйхуа действительно острый язык и жестокое сердце. Она была так зла даже на собственную племянницу! Мы должны держаться от нее подальше. Иначе она может нанести нам удар в спину, если мы случайно обидим ее в будущем!

……

В ушах Лин Сяовань звенели голоса незнакомцев. Ее чувства постепенно возвращались. Она почувствовала, что лежит на мягком песке, а лоб болит от боли. Казалось, она была окружена большой толпой.

Это такой странный сон. Когда она проснется?

- О какой чепухе ты говоришь?! Если вы не знаете, что произошло, то не говорите вслепую! Эта проклятая девчонка украла булочку, которую я привезла из своего девичьего дома. Я просто немного пожурила ее и пару раз слегка толкнула. Кто бы мог подумать, что она столкнется с этим кораблем? Разве вы не видели, как я сказал моему сыну Хейзи вызвать врача?- она фыркнула. "Столько денег нужно, чтобы заботиться о ее хрупком теле, но она родилась в бедной семье. Она всегда была больна, как и ее мать! Какая пустая трата еды! Женщина заговорила резким голосом, похожим на треснувший гонг

- Вторая сестра не крала булочку. Брат Хейзи уронив на землю булочку не захотел ее, потому что она была грязной! Вторая сестра взяла его, потому что я был голоден! Вторая сестра не воровка!- Это был голос маленького ребенка. Он явно рыдал, но его голос все еще звучал ненормально ясно.

- Ах ты, сопляк! Ты уже научился лгать в таком юном возрасте! Твой брат Хейзи ясно сказал, что его украла твоя вторая сестра, но ты все равно не признаешь этого! Я просто легонько толкнула ее. Может она нарочно ударилась головой о корабль. Она может просто использовать свою рану, чтобы избежать наказания!- В горьком тоне этой женщины появилось чувство вины.

- Жена Дашана, твои слова несправедливы! У ребенка огромная кровавая дыра в голове, и кажется, что она вот-вот перестанет дышать. Ты все еще пытаешься обвинить ребенка в том, что он использовал свою травму, чтобы избежать наказания! Она все еще маленькая девочка, так как же она могла придумать такой трюк! -Голос говорившего казался старым, но он был полон энергии и скрытой ярости.

Правильно, правильно! Эта женщина очень мерзкая. Она так сильно избила ребенка из-за булочки. Более того, они родственники! Лин Сяовань хотела открыть глаза и увидеть, насколько "впечатляющей" была эта порочная женщина. Тем не менее, ее веки казались очень тяжелыми. Она не могла открыть глаза, как ни старалась.

- Цао'Эр!- Это был усталый голос, в котором звучали тревога и боль. Лин Сяовань почувствовала, как ее тело подняли тонкие и слабые руки. Несколько капель теплых слез упало ей на лицо.

Такие теплые объятия .Ощущение, что у тебя есть мать ... как давно это было? С тех пор как ее мать погибла в автокатастрофе, когда ей было четырнадцать, она никогда не чувствовала такого теплого и безопасного чувства. Даже несмотря на то, что она стиснула зубы и научилась быть сильной в жизни, Лин Сяовань все еще чувствовала желание плакать.

- Младшая сестра ... у нее много крови! Мама, сейчас не время плакать! Быстро вызовите врача!- Это был голос молодой девушки. Ей было не больше десяти лет, но... кого она называет "младшей сестрой"? Она ведь не назвала меня так, верно? Плохое чувство внезапно возникло в сердце Лин Сяованя. Что это за сон?Почему это начинает казаться еще более реальным?

Ой! Ее лоб действительно болит, и ощущение объятий ... это определенно не сон! Тем не менее, она явно жила как Лин Сяовань в течение двадцати девяти лет. Почему она вдруг превратилась в Цао'Эр?

“Отойдите! Быстрее! Доктор, вы здесь!

- Доктор, пожалуйста, спасите Цао'Эр!Пожалуйста, спасите мою дочь!- Женщина, которая держала ее на руках, не знала, что делать кроме как плакать. В это время она наконец, подняла голову и дрожа умоляла доктора . Ее голос был слабым и беспомощным.

- Отпусти ребенка. Позволь мне сначала остановить ее кровотечение... - Лин Сяовань почувствовала, как пара рук нежно вытирает кровь на ее лбу. Когда ее рана была очищена, она почувствовала острую боль, от которой ее тело сильно затряслось. Она слегка приоткрыла глаза, но пронзительный свет заставил ее снова закрыть глаза.

- Она проснулась, она проснулась! Сяоцао проснулся!- Воскликнул кто-то в толпе.

Доктор Ю мягко перевязал девушке рану, сказав: "Хорошо, что она проснулась. Тем не менее, ее тело всегда было слабым, и она потеряла много крови. Ей нужно как следует отдохнуть некоторое время. Обязательно дайте ей немного питательной пищи, чтобы помочь ей восстановиться.

Лин Сяовань приоткрыла глаза и медленно привыкла к яркости. Она была ошеломлена, когда наконец увидела, что происходит вокруг. Почему она была окружена группой людей в старинной одежде? Она вспомнила голоса, которые слышала раньше... неужели ее втянули в нелепый заговор переселения душ?

- Цао'Эр, ты проснулась? Голова болит? Скажи маме, ты все еще чувствуешь себя плохо? Лин Сяовань повернула голову на голос и посмотрела в глаза, полные беспокойства и боли ” Это ее мать? Не слишком ли она молода? Она выглядела не намного старше меня.

- Младшая сестра, кто тебя так избил? Я пойду поругаю их за тебя!- Эта худенькая девочка, которой кажется меньше десяти лет, была ее старшей сестрой? Лин Сяовань широко раскрыла глаза, затем опустила голову, чтобы посмотреть на себя. Она увидела пару крошечных рук и маленькое тело. Она горько улыбнулась. Неужели небеса сжалились над ее прежней трудной жизнью и дали ей шанс вернуть детство?

Но почему небеса не дали ей лучшей семьи? Вся семья была одета в лохмотья, лица их были измождены. Они были настолько бедны, что даже брали в руки булочку, которую кто-то выбросил. Не кажется ли это слишком жалким?

Лин Сяовань постепенно оправилась от шока, вызванного трансмигрированием. Поскольку она уже переселилась, она просто будет плыть по течению. Ее младшие братья и сестры из прошлой жизни уже получили работу и создали свои семьи. Наверное, сейчас самое время сделать шаг назад и отдохнуть. Тем не менее, она задавалась вопросом, будут ли ее братья и сестры печальны о ее внезапной "смерти".

На мгновение Лин Сяовань впала в транс. Она вспомнила, когда ей было пятнадцать. В тот год она только что поступила на второй курс средней школы. Ее родители уехали рано утром, чтобы продать овощи как обычно, но по дороге попали в автомобильную аварию и скончались. Ее дяди поспешно позаботились о похоронах ее родителей, прежде чем уйти, как будто они боялись, что трое осиротевших детей будут цепляться за них.

Как старшая сестра, она бросила школу с самого детства. Она взяла на себя тяжелую ответственность и взвалила братьев и сестер на свои стройные плечи. В тот год ее сестре было двенадцать, а брату только что исполнилось десять.

В течение следующих четырнадцати лет она не только заботилась о трех акрах сельскохозяйственных угодий их семьи, но и работала на разных работах ради платы за обучение младших братьев и сестер. Она боялась, что ее не возьмут на работу из-за ее возраста, поэтому солгала сказав, что ей семнадцать и что она просто выглядит молодой.

Она продавала овощи, помогала другим продавать фрукты и работала официантом. Она также работала на фабрике... позже, леди босс тушеного продовольственного магазина помогла ей после того, как она заметила, что она была в состоянии вынести трудности и была честной и доброй. Леди-босс также жалела ее из-за ее обстоятельств. Таким образом она наняла ее, чтобы помочь в ее магазине.

Тушеный продовольственный магазин обеспечил хорошие преимущества. Жилье и питание были обеспечены, а заработная плата была выше, чем в других магазинах. Леди-босс также научила ее секретным рецептам тушеной пищи без каких-либо оговорок. Позже, когда Леди-Босс решила вернуться в свой родной город, она продала ей по низкой цене известный и довольно преуспевающий магазин тушеной еды. С помощью этого небольшого тушеного продовольственного магазина она смогла заработать достаточно денег, чтобы поддерживать своих младших братьев и сестер в средней школе и старшей школе…

Ее младшая сестра была умным ребенком, и ее сердце болело за сестру, которая должна была проснуться пока было еще темно, чтобы отправиться в школу. После окончания средней школы ее младшая сестра пропустила вступительные экзамены в Национальный колледж, не сказав ей, и тайно последовала за другими девочками из деревни, чтобы найти работу на юге.

Лин Сяовань плакала всем сердцем, когда узнала об этом. Она ненавидела себя за то, что была бесполезной и мешала будущему сестры. Даже если бы это не был знаменитый университет, ее сестра могла бы поступить в приличный университет со своими оценками.

Ее младший брат с детства занимал первое место в классе. Он даже пропустил класс и в начальной, и в средней школе. Когда ему было пятнадцать лет и он все еще учился на втором курсе средней школы, он приставал к классному руководителю, чтобы помочь ему записаться на вступительные экзамены в Национальный колледж. На его карьерной форме он только заполнил ‘Военную академию " в качестве своего первого выбора приема и оставил все остальные слоты пустыми.

Плата за обучение в Военной академии не взималась, а также выплачивалось стандартное пособие. Те, у кого отличные оценки, будут назначены в местную армию и даже будут зачислены в качестве заместителя офицера! Она знала, что брат просто хотел облегчить ее ношу!

Четырнадцать лет прошло в мгновение ока. Во время работы ее сестра продолжала учиться и получила степень бакалавра. После этого она стала белым воротничком и даже нашла любовь.

Ее младший брат отлично выступал во время учебы в Военной академии. Он получил высшее образование, когда ему было девятнадцать лет, и был назначен в военный лагерь Цзиньлин .Он стал самым молодым офицером в лагере. Позже, ее высокий и красивый брат, который был исключительным во всех областях, привлек внимание заместителя командира лагеря. Заместитель командира представил внучку брату, и они влюбились друг в друга.

Когда они поженились, ее сестра также привела на свадьбу своего мужа-белого воротничка и их годовалого сына. Увидев своих младших братьев и сестер с их счастливыми семьями, она была так счастлива, что выпила еще несколько чашек вина…

После свадебного банкета, когда она спускалась по лестнице, она случайно пропустила шаг и упала с лестницы... когда она снова проснулась, она уже вошла в тело этой слабой и маленькой дочки-рыбака…

Глава 2 - Злой шаг приемной бабушки

- Ты... Ты моя мама?- Лин Сяовань не сохранила никаких воспоминаний от хозяина этого тела. Тем не менее, она случайно ударилась головой, что дало ей хорошую возможность притвориться, что у нее амнезия. Разве не все романы о переселении душ были такими же?

У этой слабой женщины уже было бледное лицо, но оно стало еще более пепельным. Она покачнулась и недоверчиво спросила: Почему ты даже не помнишь свою мать? Доктор, что именно не так с моей дочерью?

Доктор Ю были стариком лет пятидесяти. Он погладил бороду и нахмурился. - Когда я был моложе, я читал медицинскую книжку, в которой упоминался похожий случай. Был человек, который споткнулся о гору и повредил голову, потеряв все воспоминания. Малышка, постарайся хорошенько подумать, ты что-нибудь помнишь?

Лин Сяовань, которая теперь была Юй Сяоцао, сморщила лицо и притворилась, что думает усерднее. После долгой паузы она решительно покачала головой и сказала: Я вообще ничего не помню.

- Моя бедная дочь... Доктор, можно ли вылечить болезнь Цао'эра? Есть ли опасность для ее жизни?"Новая мать Юй Сяоцао в этой жизни держала ее за руку и тихо плакала.

Жители окрестных деревень щелкнули языками, покачали головами и вздохнули. Жизнь мадам Лю была довольно тяжелой. Ее свекровь была жестокой, а невестка ленивой и эгоистичной. После того, как она родила младшего сына, она не смогла нормально восстановиться. Таким образом, она стала склонной к болезням. Однако свекровь по-прежнему приказывала ей, не давая отдохнуть. Даже после всего этого ее свекровь все еще была недовольна ею и постоянно придиралась к ней.

Хотя ее муж был способен зарабатывать деньги, госпожа Лю никогда не получала ни цента оттого,что ее свекровь госпожа Чжан положила все деньги себе в карман. Ее младшая дочь родилась болезненной и не должна была долго жить. Теперь она даже голову повредила.…

Доктор Ю утешили ее: "Не волнуйтесь. Пока нет никаких других симптомов, ее здоровье не пострадает. Возможно, она начнет восстанавливать свои воспоминания через несколько дней. Сначала приведи ее домой, чтобы она не простудилась.

- Большое спасибо, доктор! Мы снова тебя побеспокоили!- Мать Юй Сяоцао, мадам Лю, вытерла слезы уголком одежды и наклонилась, чтобы поднять дочь ”

Однако молодой человек лет двадцати уже подхватил Юй Сяоцао прежде, чем она успела это сделать, и сказал: “Вторая невестка, позволь мне нести ее!

Юй Сяоцао моргнула и с любопытством уставилась на высокого и худого мужчину. Это был молодой человек с изысканной аурой. Как человек с менталитетом двадцатидевятилетней, она чувствовала себя немного странно, когда ее несет такой молодой человек.

Молодой человек улыбнулся ей и спросил: “Сяоцао, ты все еще помнишь третьего дядю?

- Я тебя не помню! Юй Сяоцао честно покачала головой. Ее движение затянуло рану и заставило ее поморщиться от боли.

Молодой человек ускорил шаг и понес ее в комнату во дворе. Юй Сяоцао хотела идти одна, но она потеряла слишком много крови. У нее все еще кружилась голова и она была слаба, поэтому могла оставаться только в объятиях третьего дяди. Она просто продолжала напоминать себе: Я ребенок, я просто ребенок прямо сейчас…

Ее глаза не были безрадостными, когда она внимательно осмотрелась и получила общее представление об окружающей обстановке. Это была небольшая рыбацкая деревушка недалеко от моря. В деревне были в основном старые соломенные дома. Их семья имела пятикомнатную резиденцию с внутренним двором, поэтому их можно считать семьей с условиями проживания выше среднего в деревне.

Однако ... если ее семья жила в приличных условиях, почему первоначальный хозяин этого тела умер из-за маленького и грязного куска распаренной булочки?

- Что случилось?! Из главной комнаты вышла седовласая старуха с глубокими морщинами вокруг рта. Когда она увидела свою невестку, несущую на руках Юй Сяоцао покрытую кровью она нахмурилась и проворчала: “ты ушла так рано утром. Куда ты пошла? Разве ее черепно-мозговая травма не будет стоить больших денег на лечение? Семья, полная больных и бесполезных людей. Даже богатая семья будет разрушена всеми медицинскими сборами! Вторая невестка, ты так заботишься о своей дочери?

- Вторая сестра не упала сама! Старшая тетя толкнула ее!- Маленький мальчик, Шито, быстро ответил. Он выпрямил спину, пытаясь защитить больную и слабую сестру.

Морщины на лице старухи стали глубже, когда она нахмурила брови. Ее свирепый взгляд метнулся к пухлой фигуре, спрятавшейся за ними. - Старшая невестка, что именно произошло?

Ее старшая невестка мадам Ли огляделась, прежде чем ответить уклончиво: - Хейзи сказал мне, что Сяоцао украла из моей комнаты булочку с паром. Мне просто не удалось сдержать гнев.

Старшая сестра-близнец Сяоцао, Юй Сяолянь, не была такой дружелюбной, как ее мать. Она крикнула толстяку Хейзи, который прятался за спиной матери: "брат Хейзи всегда лжет, так как же мы можем верить его словам?

Внушительная манера Ли Гуйхуа слегка сдулась, но когда она увидела, что ее драгоценного сына критикуют, она сразу же отскочила назад, как резиновый мяч: “Ты, маленький ребенок кого ты называешь лжецом? Ты все еще отказываешься признать, что украла что-то! Кто бы еще бросил целую булочку на землю, когда урожай был так плох в последнее время? Хейзи, иди сюда! Быстро приди и расскажи всем, как эта проклятая девушка Сяоцао украла нашу булочку?

Юй Гэ, чье прозвище было Хейзи, был загорелым и толстым. Он был старшим ребенком среди молодого поколения семьи и был избалован матерью. Хотя он обычно был хулиганом перед младшими братьями и сестрами, на самом деле он был полным трусом. Сяоцао избивали до крови, и она чуть не умерла из-за его неосторожных слов. Он не мог не чувствовать себя виноватым.

Он продолжал бормотать не говоря ни слова пока мадам Ли не ударила его несколько раз. Когда он наконец набрался смелости продолжать лгать, его прервал старший брат Сяоцао, Юй Хан.

- Брат Хейзи, ты все еще помнишь историю о "обиженных душах, возвращающихся за справедливостью"? Кроме того, мифы о восемнадцати уровнях ада? Старшая тетя также сказала это раньше, лжецам отрежут языки в аду!"Десятилетний Юй Хан обычно был очень тихим, но он ясно видел текущую ситуацию.

Хейзи виновато посмотрела на Сяоцао, которую несла ее мать. Болезненная и бледная Юй Сяоцао молча смотрела на него пустыми глазами. На ее маленьком личике почти не было плоти, отчего глаза казались пугающе большими. Ее темный зрачок почти заполнил все глазное яблоко. Также ее лицо было в пятнах крови. Разве это не то же самое о чем упоминают в этой истории обиженные призраки?

Хейзи был так напуган, что чуть не намочил в штаны. Он не смел больше смотреть на нее и уткнулся лицом в объятия матери.

- Я не тот, кто причинил тебе боль, так что не ищи меня! - завопил он, как умирающая свинья. - я не тот, кто причинил тебе боль! То, что я сказал раньше, не считается! Я уронил на землю запаренную булочку и больше не хотел ее, потому что она была грязной! Не забирай мою душу! Я не хочу попасть в ад и лишиться языка!

Правда была раскрыта, так что мадам Ли больше не может спорить. Она была так зла, что несколько раз ударила сына по спине. Под пристальным взглядом зевак она могла только сдаться: "проклятое отродье", почему ты солгал? Вторая невестка я уже отчитала его, так что не принимайте близко к сердцу действия ребенка.

Юй Личун, который следовал за ними, заговорил в это время: “Почему ты все еще борешься за распаренную булочку, когда ребенок уже был ранен? Золовка, ты должна поторопиться и дать доктору медицинские услуги! "

Ю Личунь был старшим братом деда Сяоцао, старого Юя. У этих двух семей не было близких отношений из-за бабушки Сяоцао, мадам Чжан.

Когда мадам Чжан услышала, что ей нужно заплатить за лечение этого бесполезного отродья, она широко раскрыла глаза и проговорила сквозь стиснутые зубы:

-Заплатить за лечение? Всех денег, которые мы тратили на этого ребенка и ее мать каждый год достаточно, чтобы прокормить целую семью. Где я найду деньги, чтобы заплатить за них? Деньги не просто падают с неба для нашей семьи, поэтому мы не можем просто тратить их небрежно! Это небольшая рана, так что просто покройте ее растительным пеплом, и все будет хорошо. Ей не нужны никакие лекарства!

- Она не ее настоящая внучка, так что, конечно, она не хочет платить! Жители деревни, которые следовали за ними, покачали головами и вздохнули.

Мадам Чжан на самом деле была мачехой Юй Хая, которая вышла замуж за старого Юй после смерти матери Юй Хая. После того, как они поженились, она родила их третьего сына, Ю Бо, и дочь, Юй Кэйди. Старший сын Юй Дашань был ребенком, которого Мадам Чжан родила от предыдущего брака. Он сменил фамилию после того, как его мать вышла замуж за Юй.

Юй Личун возмутился несправедливостью в отношении племянника: "Третья невестка! Дахай выходит в море, чтобы ловить рыбу каждый день перед рассветом. Он также часто поднимался в горы, чтобы поохотиться на фазанов и диких кроликов продавая их в городе. Более того все деньги, которые он зарабатывает идут семье. Мы жители деревни, не слепые. Если бы Дахай не принадлежал вашей семье, смогла бы ваша семья построить этот пятикомнатный дом? Может ли ваша семья позволить себе новый корабль? Его дочь сейчас тяжело ранена, но ты не можешь даже потратить немного денег? Как он может не разочароваться?

Госпожа Чжан была расстроена, когда услышала слова Юй Личуна: "Зять, по твоим словам, Дахай единственная причина, по которой наша семья чувствует себя хорошо? Позвольте мне сказать вам прямо сейчас! Я не собираюсь платить за лечение! Кто бы ни вызвал этот беспорядок и причинил ей вред, он должен быть ответственен за оплату! Закончив говорить, она повернулась и вернулась в комнату, громко хлопнув дверью.

Мясистое тело мадам Ли слегка задрожало и она тихо пробормотала: “Все наши деньги в руках матери. У меня нет денег... - затем она потащила сына обратно в свою комнату.

Мадам Лю одарила доктора горькой улыбкой и сказала: "Доктор, я попрошу моего мужа прислать медицинские сборы, когда он вернется... мои извинения!

Под всеобщим сочувствием мадам Лю отослала доктора Ю и жителей деревни.…

Глава 3 - Таинственный Радужный Камень

Юй Сяоцао сидела на кровати [1] и смотрела на ласковую госпожу Лю. Она не знала, что чувствует сейчас. Несмотря на то, что эта мать казалась слабой и ненадежной у нее все же появилась мать которая будет любить её.

Юй Хан погладил Сяоцао по волосам, обращаясь к матери:

-Мама, старшая сестра всегда была слабой и часто болела с самого рождения. На этот раз она даже получила серьезную травму... Дедушка Ю сказал нам кормить ее более питательными продуктами, чтобы помочь ей восстановиться.

На мгновение в комнате воцарилась тишина. Мадам Лю подумала о своей скупой свекрови и вышла из комнаты с горьким выражением на лице. После того, как она ушла Шито подошел ближе и погладил ее лицо своими холодными руками. Он прошептал ей на ухо своим нежным голосом: “Старшая сестра, отдохни и поправляйся поскорее. Завтра я принесу тебе яйцо.…”

Юй Сяоцао разобралась в своих эмоциях, затем улыбнулась маленькому ребенку. Она немного поболтала с ним, прежде чем почувствовала волну усталости. Перед тем как погрузиться в глубокий сон, она услышала, как Мадам Лю робко сказала: “мама, доктор сказал, что тело Цао'Эр слабое и что ей нужно съесть немного питательной пищи. Утром она выпила всего несколько глотков овсянки, поэтому я хочу приготовить ей яичный суп.

- Есть, есть, есть! Даже богатая семья не выдержит страданий причиняемых всеми пациентами. Вызов врача и получение лекарств, что из этого не требуют денег?! Мы все еще должны продавать яйца, когда рынок откроется в следующий раз. Там все еще немного белого риса внутри банки, так что просто возьмите немного, чтобы сделать миску с отварным соусом…”

Тело Юй Сяоцао изначально было слабым, и она только что перенесла чрезмерную потерю крови. Таким образом она, наконец, не смогла устоять перед призывом ко сну и погрузилась в глубокий сон.

На этот раз она спала очень долго. Она не просыпалась, даже когда ей давали отвар и лекарство. Ей казалось, что она упала в бездонную тьму. Сколько бы она ни боролась, ей не удавалось вырваться из бесконечного отчаяния.

Спустя неизвестное количество времени, когда она собиралась сдаться и принять свою судьбу, в темноте блеснул свет. Разочарованный, но сладкий голос прозвучал в ее голове.:

[Черт возьми! Как я мог случайно поклясться в верности слабому человеку? Что мне делать? Что мне теперь делать? Я должен ... я должен просто игнорировать ее. Если она умрет, наши отношения хозяин-слуга будут аннулированы. Тем не менеея не знаю, когда я смогу выйти снова!

Проклятая богиня духов. Она запечатала большую часть духовных сил этого могучего божественного камня, а затем оставила его в каком-то случайном человеческом царстве. Он ждал ровно восемьсот лет, прежде чем его подобрала женщина-человек. Однако она умерла прежде, чем он смог признать своего хозяина.…

Он использовал все свои оставшиеся духовные силы, чтобы перенести душу женщины человека в другое царство, и нашел подходящее тело, в котором она могла бы возродиться. Если бы он не спас ее всеми своими силами, то ему, возможно действительно пришлось бы пережить еще восемьсот лет, прежде чем снова проснуться. Лучше быть немного слабее, чем оставаться в бесконечной тьме. Тем не менее, рана на ее голове ... кажется, что ей нужно будет использовать небольшие духовные силы, которые все еще должны были исцелить ее…]

В то время как Юй Сяоцао была поражена этим болтливым светящимся шаром, она внезапно почувствовала прохладное и освежающее чувство на ране на лбу. Болезненное ощущение тоже исчезло. Когда темнота вокруг нее постепенно исчезла, она медленно открыла тяжелые веки.

В комнате горела тусклая лампа. Она едва различала худую мадам Лю, лежащую на краю кровати. В тишине отчетливо слышалось ее дыхание.

Юй Сяоцао вспомнила тот странный сон, который ей только что приснился. Она подняла руку и коснулась лба. Больше не было больно. Разве это не сон? Действительно ли существует этот светящийся золотой шар, который называет себя "божественным камнем"? Это тоже излечило травму на голове?

Юй Сяоцао чувствовал себя очень жарко и душно, так как она была плотно покрыта одеялом. Она вытащила руки из-под одеяла и заметила красный браслет на тонком запястье. На красном шнурке висел разноцветный камень. Разве это не тот маленький камешек, который она подобрала в горном ручье рядом с Дворцом Потала, единственный раз, когда отправилась в отпуск?

Камень был размером с мрамор. Он казался гладким и круглым, когда стоял посреди ручья. Она подняла его, потому что думала, что красочный камень в то время выглядел действительно красивым. Забрав его обратно, она проделала в нем дырку, нанизала на красную нитку и надела на запястье. Позже, когда она готовила тушеную пищу, она почувствовала, что носить ее во время работы неудобно. Таким образом, она просто небрежно отбросила его в сторону и забыла о нем. Почему он переселился и перевоплотился вместе с ней?

- Цао'Эр, ты проснулась! Ты проспала ровно три дня. Если бы ты все еще не проснулась, я собиралась отвезти тебя в город к врачу. Мадам Лю, лежавшая на кровати Кан, заметила это движение и подняла голову. Она вскрикнула от счастья, когда подняла глаза и увидела, что дочь изучает Радужный Камень.

Юй Сяоцао пристально посмотрела на Мадам Лю. Первое впечатление от матери было то, что она худая. Хотя у нее было красивое и нежное лицо, оно выглядело худым и бледным. Ее руки, поправлявшие одеяло, были полны грубых мозолей и шрамов. Бросив взгляд на ее руки, стало ясно, что она постоянно занимается физическим трудом.

” Мама... " хотя мадам Лю была не намного старше ее в прошлой жизни, она была тронута материнской любовью в ее глазах. Поэтому она не могла не позвать ее. Никто не смотрел на нее с такой любовью с тех пор, как умерла ее мать, когда ей было пятнадцать. Юй Сяоцао вдруг захотелось плакать.

- Не плачь, Цао'Эр. Твоя рана все еще болит? Мама будет дуть на него ради тебя... - Лю Муюнь мягко подула на забинтованную голову дочери, затем быстро обернулась и вытерла слезы рукавом.

Когда она была беременна близнецами, она случайно упала в воду во время стирки и преждевременно родила. Хотя Сяолянь была слегка полновата, она росла со здоровым телом. Однако для Сяоцао это была другая ситуация. Сначала она даже не могла пить молоко. Кроме того, она часто заболевала. Было даже несколько раз, когда она почти не выживала.

Ее ребенок должен был принимать лекарства в течение года, но их семья еще не распалась. Все деньги заработанные мужем на рыбалке и охоте, должны быть переданы свекрови. Каждый раз, когда она просила у свекрови денег на лекарства, та всегда отказывалась их ей давать и говорила кучу неприятных слов. Ее старшая невестка тоже отпускала насмешливые замечания.

Она может вынести все ради своего ребенка. Однако она никак не ожидала того, что ее дочь чуть не погибнет от рук старшей невестки. Доктор ясно приказал им кормить Сяоцао большим количеством пищи, но ее свекровь не хотела даже давать им яйцо.

Лицо Лю Муюнь было полно беспомощности, когда она смотрела на темное ночное небо за окном. Она уже тринадцать лет состояла в браке с семьей Юй. Каждый день она просыпалась первой и засыпала последней. Она всегда выматывалась, потому что была ответственна почти за все домашние дела.

Она не боится усталости, но ее свекровь никогда не была довольна ею, что бы она ни делала. Ей часто приходилось страдать от ее требовательного взгляда и насмешливых замечаний. Даже с ее детьми обращались плохо.

В семье не было никого, на кого она могла бы положиться. Сяоцао была ранена старшей невесткой и была без сознания в течение трех дней, но семья старшего брата даже не появилась ни разу. Ее младшая невестка и тесть были единственными, кто пришел проверить Сяоцао…

- Цао'Эр, ты голодна? Твоя младшая тетя дала нам яйцо. Я держала его в тепле с горячей водой.- Лю Муюнь очистила яичную скорлупу для своей дочери. Она с довольной улыбкой наблюдала, как дочь медленно ест яйцо.

- Моя дорогая дочь, тебе следует отдохнуть. Мама пойдет готовить ужин. Ваш любимый отвар будет готов к тому времени, когда вы проснетесь. Я обязательно сделаю его густым и добавлю в него маринованные овощи. Я принесу большую миску, чтобы наша Цао'Эр поела!

Юй Сяоцао вспомнила, что она слышала перед сном. Ее мать была отвергнута после того, как она попросила у бабушки этого тела яйцо. Похоже ее семья редко имела возможность питаться мелкими зернами, такими как белый рис и пшеничная мука.

Мадам Лю, наверное приходится терпеть, когда над ней жестоко издеваются. Ее сердце немного болело за нее

" Мама, я просто съем то, что едят все остальные. Не готовьте отдельно что-то только для меня. Разве я не съела сегодня яйцо?

[1] Кан — традиционная система отопления в крестьянских домах северного Китая и Кореи. Типичный кан представлял собой широкую кирпичную или глиняную лежанку, внутри которой по специально проведенным каналам проходил горячий воздух от печи одновременно являясь дымоходом. Печь, находившаяся у одного из концов лежанки, служила также и для приготовления пищи

Глава 4- У нее порядочный отец

Лю Муюнь пошла открывать дверь, но ненадолго остановилась, услышав ее слова. Она скрыла чувство беспомощности в своей улыбке и сказала: «Все в порядке. Врач сказал, что вы потеряли слишком много крови и нуждаетесь в некотором питании… Ваш отец был разбит горем, когда узнал, что вы получили травму, поэтому он попросил вашего дядю Чжао отправиться на охоту рано утром. Они должны скоро вернуться. В полдень вы сможете выпить густой куриный суп [1] и съесть свою любимую ножку… »

Дверь со скрипом закрылась, и в комнате снова воцарилась тишина. Юй Сяоцао приподнялась и коснулась раны на голове. Она вспомнила свой сон и протянула руку с разноцветным камнем на запястье.

Она осторожно встряхнула Радужный Камень, который,не казался особенным. Она пробормотала себе под нос: “ясно, что именно моя душа была переселена, так как же появился этот камень? Должно быть, мне снился сон. Это просто бесполезный камень. Как это мог быть божественный камень?

[Ты бесполезный камень! Вся твоя семья - бесполезные камни!] Внезапно над разноцветным камнем появилось яркое пятно, и в сознании Юй Сяоцао возник разъяренный детский голос. Она была так потрясена, что чуть не выбросила камень из рук.

Это яркое пятно постепенно превратилось в маленький золотой шарик размером с детский кулак. Пара больших круглых глаз и маленький рот появились на светящемся шаре, который неторопливо парил в воздухе. В это время маленький светящийся шар гневно смотрел на нее с надутым лицом, что делало его довольно милым.

Юй Сяоцао протянула руку и уже хотела коснуться маленького шара. Однако эта штука быстро улетела с надменным и забавным выражением на лице.

- Не сердись. Я извинюсь перед тобой, хорошо? Ты действительно божественный камень? У вас действительно есть способность исцелять раны? Это ты залечил рану на моей голове? Юй Сяоцао задала ряд вопросов.

Надменный божественный камень презрительно фыркнул и сказал: «Я божественный камень, был единственным мистическим камнем, которого богиня Нува лично усовершенствовала. Тебе не кажется, что я удивителен? Тем не менее, большая часть моей власти была запечатана этим проклятым Лин'Эром. Как иначе я был бы запятнан кровью слабого человека и по глупости принял бы тебя своим хозяином?!]

«Ваши силы уже запечатаны ?! Почему ты все еще хвастаешься собой? Хватит нести чушь о слабых людях! Отношения между хозяином и слугой уже установлены, так что теперь я твой хозяин. Я не в восторге от такой ситуации. Ты просто бесполезный камень у которого запечатаны силы. Я даже не могу съесть тебя, когда голодна, и не могу пить, когда хочу пить. Для чего я могу тебя использовать?

Юй Сяочао изначально думала, что она будет непобедима, как написано в романах. Поэтому она разочарованно надула губы.

Маленький светящийся шар превратился в разъяренного маленького котенка с золотым мехом и немедленно бросился к ней. Его крошечные лапы почти царапали лицо Юй Сяокао, когда он закричал:

[Кто сказал, что я бесполезен? Кто вылечил рану на твоей голове? С такой большой дырой в голове, если бы не я, ты бы не смогла встать с постели Канга хотя бы на полмесяца! Откуда еще у вас есть силы, чтобы спорить со мной? Несмотря на то, что большинство моих сил запечатано, я все еще камень, который был лично очищен Богиней Нувой! Одна только моя вода для купания может продлить жизнь и вылечить все виды болезней. Кроме того, это также может улучшить красоту и сохранить молодость!]

Э-э ... вода для купания? Ю Сяоцо несколько раз моргнула. Маленькая светящаяся сфера, казалось, заметила ее сомнения и сказала: [До того, как богиня Нува выбрала меня, я была разноцветным камнем из горного ручья. Таким образом, мне очень нравится купаться в воде. Пока я купаюсь, моя энергия будет излучаться в воду и создавать неожиданные эффекты. Ваше тело слишком слабое, поэтому вы должны пить больше воды для купания. Я могу гарантировать, что ваше тело станет сильным и здоровым. Вы больше не будете страдать от болезней ...]

Маленький светящийся шар короткими лапками похлопывал себя по груди, как будто шарлатан продавал лекарства. Юй Сяоцао верила в это раньше, но теперь ее это не убедило.

- Ты мне не веришь? Как ты можешь не верить в меня?! Хм, Хм! Я серьезно хочу показать тебе смертный, какой я великолепный!] Маленький светящийся шар был в ярости летая по всей комнате. Затем он устремился к ране на ее голове и испустил слабый золотистый свет, который окутал ее рану поверх марли.

Через некоторое время Юй Сяоцао развязала повязку на голове. Первоначально рана зажила лишь частично, но теперь струп был почти готов к удалению. Она не удалила сухую корку, потому что боялась, что не сможет объяснить, когда придет время менять лекарство.

Маленький светящийся шар гордо фыркнул на нее. Однако неожиданная грусть приходит после крайней радости. Его силы были исчерпаны, поэтому он резко упал и исчез в разноцветном камне.

В тот момент, когда он исчез, Юй Сяоцао услышала, как маленький мальчик говорит слабым голосом, [Не забудьте замочить меня в воде. Это может помочь мне восстановить мои духовные силы.]

- Цао'Эр проснулась? Дайте мне взглянуть! Сегодня я поймал фазана. Быстро иди и приготовь это для моей драгоценной дочери. Со двора донесся мужской голос. Хотя его голос нельзя было назвать приятным, но звучал он очень нежно.

Юй Сяоцао поспешно обернула марлю обратно на голову. Ее рана все еще кровоточила пару дней назад, не было бы странно, если бы она зажила всего за три дня?

Дверь со скрипом открылась, как только она закончила перевязывать голову. В щель зловеще ворвался ветер и принялся теребить тусклый подсвечник. Перед глазами Юй Сяоцао появилась высокая и крепкая фигура.

- Отец? Юй Сяоцао смутно слышала, что ее новый отец был очень способным человеком, поэтому ей было очень любопытно, почему он позволил своей жене и детям жить так жалко.

Мужчина быстро подошел к кровати Канга. Она смутно видела его лицо в тусклом свете. У него была здоровая загорелая кожа с густыми бровями и большими глазами. С высоким носом и широким ртом он казался очень мужественным.

- Моя драгоценная дочь! Ты меня серьезно напугала! К счастью, мы были благословлены небесами, и это оказалось ложной тревогой. После такого долгого сна ты, должно быть, проголодалась, да? Ваш любимый куриный суп скоро будет готов!

Юй Хай внимательно следил за цветом лица дочери. Она действительно выглядела намного лучше, чем сегодня утром, поэтому он с радостью поддержал ее, чтобы она села, и засунул подушку ей за спину, чтобы она могла опереться.

Губы Юй Сяоцао не могли не дернуться, когда она услышала, как он говорит мягким тоном, будто уговаривая ребенка. Ей было уже двадцать девять лет, так что ей было очень неудобно, когда с ней обращались, как с маленьким ребенком.

Юй Сяоцао мягко ответила: "Я уже съела яйцо и отвар. Пусть мама и младший брат выпьют куриный суп. Тело матери слабое, поэтому ей нужно питать свое тело. Кроме того, младший брат еще молод, и сегодня сильно испугался… »

Юй Хай нежно погладил дочь по голове своей большой веерообразной рукой, старательно избегая ее раны. Он ухмыльнулся и обнажил рот, полный белых зубов. «Наша Цаоер такая понимающая. Вы уже знаете, как заботиться о своей матери и младшем брате. Но не волнуйся. У нас достаточно для всех. Остальное оставим кипятиться на плите, чтобы потом можно было есть, когда вы проголодаетесь ».

Юй Сяолянь услышала его и, надув губы, вошела: «Отец, перестань нас уговаривать! Как только вы вошли во двор с фазаном, люди из восточной комнаты уже положили на него глаз. Только брат Хейзи может съесть половину курицы. К тому времени, когда настанет наша очередь, мы будем считаться счастливчиками, если они оставят какие-то отходы! »

«Если больше не останется, то я просто поищу завтра еще!» - Юй Хай добродушно улыбнулся ей.

- Не надо... - ее старшая сестра-близнец Юй Сяолянь, тайком закатила глаза: «Если бы вы поймали больше, у нас было бы еще меньше шансов съесть что-нибудь. Вы не могли видеть страдальческое выражение лица бабушки, когда нам нужно было платить за медицинские услуги. Она наверняка найдет способы компенсировать потери, а также удвоить заработок ».

«Стоп! Как ребенок может ребенок делать выговор старшему ? Юй Хай отругал ее довольно нежным тоном. После этого он повернулся к Сяоцао с улыбкой: «Не волнуйся. Отец будет присматривать за печью. Я позабочусь о том, чтобы Цаоер получила долю, даже если никто в этой семье этого не сделает ».

Юй Сяолянь высунула язык за его спиной, затем улыбнулась сестре: «Все замечательно в нашем отце, но было бы лучше, если если бы он мог иметь более твердое отношение. Эх! Бабушка угнетает нас, но наш отец - послушный сын, а личность нашей матери слишком нежна… »

Юй Сяоцао только что переселилась сюда, так что она до сих пор не выяснила ситуацию этой семьи. Она просто улыбалась, слушая. Когда она опустила голову и увидела Радужный Камень на своем запястье, она поспешно спросила: “э-э... Сяолянь, ты можешь принести мне немного воды? На камне пятна крови.…”

Эх! Она слишком привыкла быть старшим ребенком в своей прошлой жизни, поэтому ей было очень трудно назвать восьмилетнюю девочку "старшей сестрой".

[1] Куриный Суп

Глава 5

Утреннее солнце тихо освещало ночное небо ранней весны. Во дворе начали кричать куры, вытянув шеи. Старшая сестра-близнец Юй Сяоцао, Юй Сяолянь, тихо оделась.

Юй Сяоцао много спала в течение дня, поэтому ее сразу же разбудило движение старшей сестры. Она протерев глаза, посмотрела в оконную бумагу и заметила, что на улице еще очень рано. - Почему ты просыпаешься так рано?

Юй Сяолянь зевнула, надевая куртку, покрытую пятнами. Она посмотрела на мадам Лю, которая спала на кровати Кан, и прошептала: - Я тебя разбудила? Вчера мама легла спать очень поздно. Я сделаю больше работы и дам ей отдохнуть. Еще рано, так что тебе нужно поспать еще немного. …”

Сяоцао уставилась на худую спину девушки. Ей было всего восемь лет. В наше время она была бы просто ребенком начальной школы, который все еще вел себя как избалованный ребенок перед своими родителями. Тем не менее, она уже была одним из главных вкладчиков в этой семье.

Во дворе бабушка снова начала кричать: "Который час? Почему ты еще не начала готовить?! Не думайте, что вы можете делать все, что хотите, только потому, что в вашей семье есть пациент!

Этот человек был также тем, кто стратегически выбирал своих жертв. Она знала, что у мадам Лю мягкий характер, а Юй Хай-послушный сын. Таким образом, она смогла схватить их все в свои руки. Она, вероятно, немного беспокоилась о старом Юй, поэтому она обращалась с ними немного лучше, когда мужчины были дома.

Юй Сяоцао раздраженно нахмурилась, когда услышала, что мадам Чжан снова кричит рано утром. У нее была предвзятая бабушка, и ее старшая тетя всегда придиралась к ним. Кроме того, у нее также есть жадный и ленивый старший двоюродный брат, который всегда издевался над ними... в своей предыдущей жизни она воспитывала своего младшего брата и сестру самостоятельно. Несмотря на то, что они были в трудной ситуации, но они никогда не испытывали таких обид.

Последние несколько дней мадам Лю приходилось заниматься не только домашними делами, но и заботиться о дочери по ночам. Таким образом, у нее почти не было времени на сон. Ее тело изначально было слабым, и она была настолько худой, что на ее теле почти не было плоти. Более того, ее лицо было настолько бледным, что на ее лице не было видно следов крови. У нее также были темные круги под глазами.

Мадам Лю поспешно встала, услышав крик снаружи. Однако, когда она встала с кровати, она пошатнулась на несколько шагов, прежде чем успокоиться.

Юй Сяоцао поспешно встала с кровати Кан, чтобы поддержать мать, помогла ей сесть на кровать и сказала: “Мама, твое здоровье не очень хорошее. Тебе надо отдохнуть. Они не будут голодать только потому, что вы не готовили целый день! Если ты заболеешь, отец будет убит горем.…”

Судя по ее наблюдениям, ее новый отец, Юй Хай, не только баловал своих детей, но и нежно любил свою жену. Если он был дома, то всегда спешил взять на себя обязанности жены. Тем не менее, он обычно рыбачил, продавал рыбу и охотился каждый день. Поэтому он редко проводил время дома. В противном случае здоровье мадам Лю не ухудшилось бы так сильно.

- Глупая девчонка! Где ты научиласяь так говорить?! На бледном лице Лю Муюня появился розовый румянец.

- Сяолянь не может закончить работу сама. Я пойду помогу ей... - Лю Муюнь хотела подойти к двери и уйти, но ее оттащили и усадили на кровать рядом с дочерью.

- Просто игнорируй бабушку. У нее менопауза! Просто притворись, что не слышишь ее жалоб и не принимаешь ее слова близко к сердцу... - Юй Сяоцао ненадолго замолчала, прежде чем она вдруг громко закричала: - Мама, мама! Что случилось?! Бабушка, входите скорее! Моя мать упала в обморок!

Лю Муюнь сидела на краю кровати и ошеломленно смотрела на дочь. Прежде чем она успела среагировать, Юй Сяоцао быстро прошептал ей: “Мама, ты упала в обморок от истощения. Почему ты не ложишься?

После того, как ее младшая дочь очнулась от травм, она стала умнее. У нее также появился более яркий и острый характер. Однако она не знала, от кого ее дочь узнала об этом. Лю Муюнь легонько постучала себя по лбу и легла рядом.

Как только Лю Муюнь закрыла глаза, мадам Чжан толкнула дверь и вошла, ворча: "В чем дело? Такая беспокойная семья. Сяоцао, почему твоя мать упала в обморок?

- Моя мама не спала несколько дней, чтобы заботиться обо мне Когда бабушка кричала о том, что никто не готовит, она в спешке встала и упала на землю. Она все еще без сознания. После многих трудностей я помогла ей забраться на кровать Кан... Бабушка, мы должны попросить Доктора Ю проверить ее. Я так боюсь, что мама не проснется. - Юй Сяоцао закрыла лицо руками и сделала вид, что плачет.

Мадам Чжан нахмурила брови и посмотрела на свою вторую невестку, которая была настолько тощей, что на ее теле почти не было плоти. Она не могла не бормотать про себя: "Болезненная жена Юй Хая на самом деле не заболела, верно? Если она действительно больна, нам снова придется тратить деньги!

Она повернулась к Юй Сяоцао и сказала: "Нет необходимости вызывать врача. Твоя мать спит, потому что слишком устала. Перестань так легко пугаться. Не беспокойте маму и дайте ей отдохнуть!

Когда госпожа Чжан вышла и услышала, как ее старшая невестка нескромно делает замечания о том, что никто не готовит, она, наконец, взорвалась в гневе: “Ешь, ешь, ешь! Вы не умрете, просто пропустив еду! Разве мало того, что наша семья уже была в беспорядке! Хватит шуметь по утрам! Если вы хотите поесть раньше, то сделайте это сами. Разве ты не видишь, что Сяолянь сейчас занят работой?

Младшая тетя Сяоцао, Юй Кэйди, тихо вышла из своей комнаты. Она взяла дрова и хотела пойти на кухню, чтобы развести огонь. Однако мадам Чжан не хотела, чтобы ее дочь готовила. . Она быстро взяла метлу и ударила по руке своей старшей невестки, которая прислонилась к стене и грелась на солнце: «Ты такой бестактный человек ?! Поторопись и иди готовить! Вы хотите, чтобы ваша младшая невестка, которая все еще в подростковом возрасте, служила вам! Вы хотите, чтобы ваша младшая невестка, которая все еще в подростковом возрасте, служила вам?

Юй Сяоцао потеряла дар речи от ее слов. Она просто эгоистично заботилась о собственной дочери, не заботясь о чужих дочерях. Юй Сяолянь было всего восемь лет и она была намного моложе её дочери. Сяолянь работала весь день, но ей было все равно. Тем не менее, ее сердце болело только потому, что ее дочь несла связку дров?

Мадам Ли прикрыла руку от удара и ворча вошла на кухню. Она неохотно развела огонь и, ругаясь, начала готовить завтрак.

Когда Юй Сяоцао увидела, что ее мать заснула вскоре после того, как легла на кровать, она тихо вышла из комнаты и осторожно закрыла дверь. Она взяла тазик и пошла помогать Сяолянь кормить цыплят.

Тем не менее, Юй Сяолянь быстро отняла его у нее. Она посмотрела на забинтованную голову и прошептала: Как я могу позволить тебе работать? Ты голодна? Сначала сядь. Завтрак скоро будет готов!

Мадам Ли много лет не работала на кухне, поэтому она обильно потела, готовя завтрак для всей семьи. В эту эпоху люди ели два раза в день, обычно около десяти утра и четырех часов дня. Тем не менее, был почти полдень, когда завтрак был наконец подан.

Суп из бобовой пасты имел вкус горелого, а лепешка из муки была настолько сухой, что могла задушить людей. Старший сын, Юй Дасан, только что вернулся с рыбалки. Попробовав суп из бобовой пасты и лепешки, он не смог сдержать гнева: “Как люди должны это есть? Лепешка тверда, как скала. Это вообще съедобно?

- Спроси свою жену! Я попросила ее приготовить, и она была на кухне с девяти утра. Тем не менее, это было то, что она сделала после работы на кухне в течение почти четырех часов!- Мадам Чжан отломила кусочек лепешки и изо всех сил попыталась прожевать его. В конце концов она проглотила его, выпив две ложки супа с бобовой пастой.

Суп-паштет из фасоли семьи Юй был приготовлен с соевым порошком и смешан с небольшим количеством проса. Первоначально в супе был сильный бобовый вкус, поэтому вкус стал еще более кислым при сжигании.

-Где вторая невестка? Почему она не вышла готовить? Старый Юй нахмурился, положил лепешку в руку и спросил:

Юй Сяоцао быстро ответил:: «Моя мать была настолько измотана, что упала в обморок. Она все еще без сознания и лежит на кровати Кан.

- Что? Твоя мать упала в обморок? Пойду проверю, как она! Юй Хай поспешил в свою комнату, даже не поев.

Глава 6 - Сбор морепродуктов

- Почему она упала в обморок? Что сказал доктор?- Старый Юй видел, как его вторая невестка ухаживала за младшей внучкой без отдыха.

- Бабушка не позволила нам вызвать врача. Она сказала, что моя мама будет в порядке после сна!Юй Сяоцао нашел прекрасную возможность поболтать.

- Чепуха! Когда мы закончим есть, попроси доктора Ю прийти и проверить вторую невестку. Не позволяйте незначительной болезни превратиться в серьезную болезнь. Старый Юй нахмурился, заставляя себя доесть суп из бобовой пасты и вытереть рот.

Мадам Чжан неохотно пробормотала: "Нам придется потратить деньги, если мы обратимся к врачу! Нашему третьему сыну нужно в ближайшее время участвовать в районном экзамене. Ему нужно съездить в префектурный город на экзамен! Если мы потратим все наши деньги на семью Юй Хая и не сможем собрать достаточно денег для дорожных расходов, то он определенно будет обижен на вас…”

Старый Юй нахмурился, стукнул палочками по столу и сказал: “Наша семья не так бедна, как ты нас представляешь! Каждый год Юй Хай зарабатывает более дюжины таэлей [1] просто охотой, не говоря уже о ежедневных заработках на рыбалке! Наш третий сын учится уже много лет, но он даже не сдал экзамены окружного уровня. Думаю, ему следует прекратить учебу. Он должен просто сэкономить немного денег, чтобы купить несколько акров земли для фермы.

Учитывая обстоятельства семьи Юй, если бы они не финансировали учебу своего третьего сына в течение более десяти лет, они могли бы жить более комфортно. Даже если бы они свободно ели белый рис и пшеничную муку ежедневно, у них все равно было бы более чем достаточно еды. Однако платы за репетитора и расходы на проживание в городе было достаточно, чтобы измотать фермерскую семью среднего класса.

- Что? Старик! Гадалка сказала, что кому-то в нашей семье суждено стать государственным чиновником! Я все еще рассчитываю, что наш третий сын заслужит мне титул "благородной госпожи"! Даже если мне придется всё бросить, я все равно буду финансировать его учебу! Хотя госпожа Чжан немного боялась своего мужа, она решила бороться до конца за будущее своего сына и свою собственную славу.

Старый Юй свирепо посмотрел на жену, но не стал продолжать разговор. Он бросил миску и заговорил приглушенным голосом: - Я приведу в порядок наши три акра земли! Кстати, Сяолянь, приготовь миску лапши для своей матери и добавь в нее два яичницы. Должно быть, она устала за последние несколько дней!

-Хорошо! Спасибо, дедушка! Юй Сяоцао бросилась отвечать громким голосом, и на ее лице была яркая улыбка

- Сяолянь! Сяолянь, ты негодяйка! Почему ты все еще торчишь в комнате? Разве ты не видишь, что идет дождь? Поторопись и отправляйся за одеждай, которую сушат! Каждый день Юй Сяоцао просыпалась от пронзительных ругательств бабушки.

Мадам Лю, привыкшая к тому, что свекровь угнетает ее, хотела выйти по привычке. Однако Юй Хай остановил ее: "Тебе нужно отдохнуть еще немного! Я сам пойду посмотрю!

Нельзя было выходить в море, потому что сегодня было слишком ветрено. Таким образом, Юй Хай мог бездельничать дома в этом редком случае.

Переодевшись, он снова вошел и сказал своим сыновьям: “Сегодня второй день июня, и прилив отступает прямо сейчас. Я просто вышел проверить. Облачно, ветер дует в юго-западном направлении. Больше морских товаров можно было найти, когда прилив быстро отступает. Таким образом, это лучшая погода для сбора пищи у моря! Пошли! Отец отвезет вас на поиски устриц, крабов, рыбы и креветок. Если нам повезет, мы даже найдем морское ушко!

- Собирать морепродукты у моря? Отец, я никогда раньше не собирала еду на море! Я тоже хочу пойти. Возьми меня с собой!

В ее прошлой жизни родной город Линь Сяовань был расположен во внутренних районах. За двадцать девять лет жизни она видела океан всего один раз. Все благодаря тому, что однажды она навестила свою младшую сестру, которая училась в университете на берегу моря.

Она переселилась в эту рыбацкую деревню уже какна пять или шесть дней. Однако мадам Лю держала ее дома, чтобы оправиться от травмы. Она никогда не выходила из дома, не говоря уже о море. Когда Юй Сяоцао услышала, что есть шанс сходить за едой на море, она решила, что последует за ним, даже если у нее случится припадок. Разве она не ребенок? Таким образом, она имела право быть своенравной и озорной.

Мадам Лю испугалась и быстро начала уговаривать дочь: "Сегодня ветрено, и твоя рана еще не полностью зажила. Подожди еще несколько дней, и я отпущу тебя куда захочешь. Я тебя не остановлю.

Сяоцао отказалась подчиниться. Она вот-вот заплесневеет от пребывания дома. Более того, сегодня ей представилась редкая возможность. Ее отец, отличный рыбак, собирался сопровождать их, так что они определенно поймают много морепродуктов. Как она может упустить такую прекрасную возможность?

- Мама! Дедушка Ю уже говорил, что моя травма в порядке, и я теперь намного здоровее. Мое здоровье сейчас действительно хорошее, и у меня отличный аппетит! Дедушка Ю сказал, что больше двигаться полезно для моего здоровья. Пожалуйста, позвольте мне пойти с ними! Говоря это, Юй Сяоцао смотрела на своего отца, который был известен тем, что баловал своих детей бесконечно, умоляющим взглядом.

Юй Хай никогда не мог отказать своей младшей дочери, поэтому он сразу сдался: “Муюнь, я присмотрю за Сяоцао, так что не волнуйся! Отдыхайте дома с легкостью и ждите нашего возвращения. Мы поймаем несколько ушей и приготовим для вас отвар, чтобы питать ваше тело!

Говоря это, он взглядом подозвал младшую дочь и велел ей быстро выйти из комнаты. Таким образом, Юй Сяоцао радостно открыла дверь и вышла.

Во дворе Юй Хан уже приготовил все необходимое оборудование для сбора морепродуктов на берегу моря. С ведром и лопатой в руках Сяолянь и Шито с радостью ждали, когда выйдет их отец. В сердцах детей нет ничего, на что не был способен их отец. Они уже предвкушали плодотворные результаты еще до того, как ушли.

В июне в облачной деревне Дуншань было жарко и влажно. Сяоцао, одетая только в одну тонкую одежду, держала маленькую бамбуковую корзинку, стараясь не отставать от шагов отца.

Юй Хай, высокий и дородный, казался выше 1,8 метра [2] . Восьмилетняя Юй Сяоцао была хронически больна в течение длительного периода времени, поэтому она была примерно на полголовы ниже Юй Сяоляня, которая была всего на пятнадцать минут старше ее. Она уже делала все возможное, чтобы двигаться вперед своими короткими ногами, но она все еще отставала от них.

Юй Хай постоянно обращал внимание на своих детей и замечал положение своей младшей дочери. Он усмехнулся, поднял ее одной рукой и понес на плече.

Юй Сяоцао поначалу немного нервничала и смущаласб. Мысленно она была почти такой же, как Юй Хай, но с ней все еще обращались как с ребенком. Даже Шито, которому было пять лет, не получал такого обращения. Таким образом, Сяоцао не могла не покраснеть.

Будучи старшим братом, Юй Хан также тихо наблюдал за своей слабой младшей сестрой. Когда он заметил, что ее лицо покраснело, он протянул ей соломенную шляпу, сотканную из бамбуковых полосок. Он с беспокойством сказал: «Младшая сестра, хотя сегодня облачно, но вы редко подвергаетесь воздействию солнца. Таким образом, вам очень легко загореть. Видишь, твое лицо уже красное.

В древности время исчислялось по лунному календарю, а июнь считался серединой лета. Несмотря на то, что на берегу моря было облачно, интенсивность ультрафиолетовых лучей не была низкой. Однако покраснение на лице Юй Сяоцао было вызвано не Солнцем.

Фаза самого низкого прилива была редкой возможностью для жителей деревни Дуншань увеличить свои доходы. Опытные старые рыбаки уже были знакомы со временем отлива. Сегодня, самый низкий период прилива был около полудня. Грязевая площадка уже была полна мужчин и женщин всех возрастов, которые приходили за морепродуктами.

Семья Юй Хая приехала поздно, так что все хорошие места уже были заняты. Шито был немного разочарован и пробормотал: “Если бы старшей тете не потребовалось так много времени, чтобы приготовить еду, мы могли бы получить хорошее место.

Юй Хай погладил маленькую головку сына и сказал с улыбкой: “Не расстраивайся! Отец знает хорошее место. Я могу гарантировать, что больше там никого не будет.

Хорошее место, о котором упоминал Юй Хай, было рядом с Утесом. Расположение этих рифов было довольно опасным. Это обычно покрывалось морем и поражалось высокими волнами во время прилива. Единственный раз, когда он появлялся полностью, когда прилив полностью отступает. Кроме того, это место было далеко от деревни, и большинство людей не подумали бы идти сюда.

Морские рифы в этом районе казались опасными, но добраться до них было просто трудно. Трудно было пройти мимо утеса по пути к рифам. Однако для Юй Хая это было несложно. Он помогал детям проходить трудные тропинки одну за другой и обходить скалы. Их глаза загорелись, когда они наконец достигли места назначения.

[1] Таэл (两) - форма валюты, используемая в древнем Китае (1 таэл = ~ 1000 медных монет), также используемая в качестве единицы измерения.

[2] 1,8 м = ~ 5'10

Глава 7 - Спасение молодого красавчика.

Перед детьми предстала обширная область рифов. Когда Сяолянь и Шито весело подбежали к ним, за ними последовала волна. Юй Хан был намного спокойнее в отличии от них. Однако, когда он увидел большое количество морепродуктов на рифах, он не смог удержаться и наклонился, чтобы быстрее собрать еду.

Юй Сяоцао спокойно стояла на вершине рифа, позволяя прохладному морскому бризу дуть ей в лицо. Голубое явление встретило ее взгляд небо и море наполненные чистым лазурным цветом. Это был такой прозрачный цвет. Даже синий нефрит высшего качества не может сравниться с чистотой и блеском моря и неба.

Это было море! Море без малейших следов загрязнения! Юй Сяоцао впала в транс, от которого не могла оторваться, будучи загипнотизированной пейзажем перед ней.

- Цао'Эр, подойди сюда! Надень сапоги из акульей кожи. Ваши ноги отличаются от ног ваших братьев и сестер. Они уже привыкли бегать по отмелям на пляже. Если вы будете бегать вокруг рифа, как они, то ваши ноги будут разорваны в клочья.- Она не ожидала, что стойкий Юй Хай будет так внимателен. Он действительно думал о том, что нежные ноги его младшей дочери не имеют защиты от неровной поверхности.

Юй Сяоцао, которая была ослеплена прекрасной сценой перед ней, проснулась от своего транса и радостно надела сапоги. Хотя сапоги были немного большими, их можно было носить. Она училась у других и наклонилась, чтобы тщательнее обыскать рифы.

Конечно же, это была область, которая не была обнаружена другими! Вскоре Юй Сяоцао нашла разновидность черных моллюсков. Она осторожно подняла его и протянула Юй Хаю, словно это было сокровище. - Отец, я нашла моллюска. Как вы думаете, это съедобно?

Юй Хай взглянул и ответил с улыбкой: “Это мидия. Мясо вкусное и к тому же очень сытное. Он также известен как "яйца моря". Возьмите столько, сколько сможете. Если мы сможем получить их много, мы высушим их и продадим по хорошей цене в городе зимой!

"Яйца моря"? Разве это не значит, что он очень питательный? Наша семья должна есть более питательных блюд! Хорошо, ей надо много собрать. Мы не собираемся их продавать. Мы просто съедим их сами! Она представила себе вкусных пряных жареных моллюсков, которые ела в прошлой жизни! Сяоцао чуть ли не пускала слюни думая об этом.

Я собираюсь забрать его! Я собираюсь забрать их! Я собираюсь забрать их всех!

- Что? Старший брат, почему ты стучишь в это? Это тоже съедобно? Сяоцао внезапно появился рядом с Юй Ханом. Когда она подошла поближе, то увидела, как он ударил лопатой что-то твердое, как серый известняк. Поэтому она заинтересовалась и спросила.

Это был первый раз, когда его младшая сестра пришла собирать еду на море, поэтому Юй Хан был очень терпелив, когда он объяснял ей: “Это называется ракушка. Подойди и взгляни. Разве его форма не похожа на конский зуб? Ракушка не похожа ни на что особенное, но это очень вкусно, когда мясо тушится только с чистой водой.

Юй Сяоцао взяла лопату, которую протянул ей старший брат, и сильно постучала по ней. Как и ожидалось, внутри раздавленной скорлупы она нашла мягкое мясо. Она с радостью взяла его и положила в маленькую бамбуковую корзинку.

- Ах! Разве это не устрица? Это очень вкусно, когда жареный! Вскоре после этого Сяоцао с удивлением обнаружил еще один вид морепродуктов . Она вскрикнула от удивления, вырывая его из трещины в рифе.

Маленький Шито смеялся над невежеством своей сестры: "Вторая сестра, это хайлизи ! Горожане называют их Мули . После сушки мы можем продать их в аптеку.

Мули - это просто другое название устриц, ясно? Это просто разные названия для одного и того же. Юй Сяоцао с негодованием посмотрела на него, а затем продолжила свое путешествие по рифам.

Улитки? Он немного маленький, но мы все еще можем его съесть! Я беру его!

Морская звезда? Это выглядит довольно красиво! Это съедобно? Как бы то ни было, я просто заберу его первым!

Морской еж? Он похож на ежика. Это тоже съедобно? Подними, подними, подними!

Ух ты! Посмотрите, что она нашла?! Между трещинами скалы виднелся маленький осьминог. Ха-ха-ха! Ты не сможешь сбежать!

……

Юй Сяоцао была очень занята на рифе и неосознанно наполнила бамбуковое ведро. Тем не менее, она продолжала любопытствовать и взволнованно подбирать морепродукты.

Юй Сяоцао была в восторге от своего первого путешествия на море. Более того, она была в восторге от ее полезных результатов. Без ее ведома она постепенно отдалялась все дальше и дальше от отца, братьев и сестер. Она пошла вдоль рифа и подошла к краю утеса.

А? Что это в воде, человек? Юй Сяоцао была поражена. Был ли это труп того, кто утонул? Так не повезло!

- Отец! Отец! Быстрее, иди сюда! Даже тон голоса Юй Сяоцао изменился, и в нем появилось бессознательное чувство напряжения и страха.

Юй Хай быстро проследил за ее голосом и подошел.

- Что случилось? Ты в порядке, Сяоцао?

- Отец, посмотри туда. Это мертвое тело?

Юй Сяоцао громко закричала, указывая на объект, плывущий рядом.

Юй Хай посмотрел в ту сторону, куда указывала его дочь. Она права! Потерпел ли кораблекрушение рыбак из соседней рыбацкой деревни? Около полудня начал дуть ветер, и волны в море стали еще сильнее. Значит, вполне возможно, что кто-то столкнулся с кораблекрушением!

Быстро приняв решение, он снял верхнюю одежду и бросился в море. Казалось, ветер стал еще сильнее. Громоподобный рев раздался, когда волны ударились о скалы и рифы.

Юй Сяоцао нервно крикнула отцу: "Отец, будь осторожен! Там много камней на дне, так что будьте осторожны и не навредите себе!

Когда Юй Хай выплыл из под воды и был уже в нескольких метрах от Сяоцао. Он услышал обеспокоенные слова дочери и помахал ей рукой. После этого он продолжал плыть к человеку, который плыл в море.

Юй Хан и его братья и сестры больше не заботились о сборе морепродуктов. Все собрались вместе и смотрели, как отец подплыл ближе к бесчувственному человеку.

Юй Хай поплыл против волн и потащил утонувшего человека обратно к рифу. Однако к тому времени, как он вернулся, он уже был измучен. Юй Хан и Сяолянь помогли отцу вытащить этого человека на риф.

Молодой человек, одетый в совершенно черный костюм, выглядел лет на пятнадцать-шестнадцать. В это время его лицо побледнело, а глаза были плотно закрыты. Его длинные ресницы были похожи на маленькие веера, прилипшие к нижней части глаз, а на пухлых губах не было даже следа крови.

- Кажется... он еще дышит! Юй Сяоцао поднесла палец к высокому носу молодого человека и воскликнула в приятном удивлении

Юй Хай, все еще измученный, нес молодого человека на плече, головой вниз. Когда он толкнул молодого человека в живот краем плеча, изо рта человека хлынул поток морской воды. Отец еще несколько раз встряхнул его, пока молодого человека не перестало тошнить морской водой, прежде чем снова поставить на землю.

- Отец, его еще можно спасти? Сяоцао обеспокоенно спросила, когда увидела, что красивый молодой человек все еще без сознания.

Юй Хай осмотрел конечности молодого человека и подтвердил: “Он не тонул очень долго. Если не произойдет никаких несчастных случаев, его еще можно будет спасти. Кто-нибудь принес воду? Дайте ему выпить немного.

- Отец, разве он не тонул? Почему ты даешь ему воду, когда его желудок уже полон воды?!- Юй Сяоцао отвязала от талии кожаный мешок, наполненный водой из мистического камня, и спросила в замешательстве ”

- Знаем, знаем!- Маленький Шито хлопнул в ладоши, говоря: - морская вода соленая. Если вы пьете слишком много соли, вы определенно будете испытывать жажду. Конечно, ты будешь пить воду, когда захочешь пить.

Юй Сяоцао был удивлен детским замечанием младшего брата. Она ущипнула его за щеки и рассмеялась: - Ну, кажется, ты многое знаешь!

Юй Хай, который устало сидел на рифе, посмотрел на своих детей и хихикнул: “Кормление водой человека, который утонул, должно предотвратить его обезвоживание. Маленький Шито тоже прав. Это вредно для организма потреблять слишком много морской воды.

Юй Сяоцао попросила Юй Хана поддержать молодого человека в полулежащем положении. Она осторожно раздвинула пурпурные губы молодого человека и подала ему в рот воду из мистического камня.

Глава 8 - Необыкновенная история

В тот день маленький божественный камень хотел показать свои способности, исцелив рану, но использовал все свои силы, залечивая ее рану. Таким образом, он не смог сохранить свою духовную форму и исчез на многие дни. Сяоцао каждый день купала радужный камень в родниковой воде, но она все еще не видела духовной формы божественного камня.

Это так тревожно! Однако после того, как маленький божественный камень проявил свои мистические способности, Юй Сяоцао больше не сомневалась в его способностях. Сяоцао кипятила родниковую воду, в которой купался камень, чтобы ее семья могла пить. Пока это кажется довольно эффективным, по крайней мере для её самой. Её здоровье не было таким слабым, как тогда, когда она только что переселилась сюда.

- Он очнулся! Он проснулся!- Голос Сяоляня прервал ее мысли.

Она повернулась на звук. Густые ресницы молодого человека слегка затрепетали, прежде чем он медленно открыл глаза. Его глаза были ослепительны и пленительны, и казались такими же глубокими, как море, и такими же яркими, как звезды.

- Это вы...те, кто спас меня? Голос молодого человека был очень ясным, с легким чувством безразличия и холодности. Это было похоже на родниковую воду из древнего пруда, найденного в глубокой горе, исключительно прохладную.

Юй Сяоцао слабо улыбнулся и мягко сказала" Мы собирали морепродукты у моря, когда вдруг заметили тебя. Мой отец отличный пловец, поэтому он пошел спасать тебя. Ты ... это здорово, что ты в порядке!

Безразличный взгляд Чжу Цзюняна сосредоточился на молодой девушке перед ним, которая выглядела лет на пять-шесть. (Примечание автора: мне восемь лет! Восемь лет!!) Ее кожа была еще светлее и безупречнее, чем зимний снег, в то время как ее волосы выглядели немного иссохшими и желтыми. Ее губы были нежными и мягкими, как светло-розовые лепестки.

Она явно была худой и слабой девочкой из бедной крестьянской семьи. Однако она дарила ему спокойное и нежное чувство, как весенний ветерок. Это чувство сильно отличалось от тех благородных дам, которые похожи на бешеных собак гонящиеся за костью, увидев кго. Они явно хотели наброситься на него, но все равно вели себя отвратительно претенциозно. По крайней мере, эта крестьянка не раздражала!

- Большое вам спасибо! Ты ... видела кого-нибудь еще? Чжу Цзюнян глубоко сожалел, что не послушал совета опытного капитана и выбрал день с такой погодой для тестирования новых кораблей. В результате,…

Однако это также доказало, что новая партия судов с верфи непригодна для морских путешествий. Он не мог выдержать даже такой небольшой шторм. Как он мог попасть в чужие страны, о которых упоминал королевский дядя?

- Другие люди? Они считаются?- Спросил Юй Хай с удивлением и восхищением, указывая на стоявший вдалеке двухпалубный корабль.

Это определенно был корабль для океанских путешествий! Он был в несколько раз больше, чем новый рыбацкий корабль их семьи. Если бы он мог также иметь такой ... ХМ, он должен был прекратить мечтать!

- Хозяин, мой маленький предок! Где вы?! Пожалуйста, будьте в безопасности!- Главный управляющий поместья принца Цзина, которого спасли после кораблекрушения, действительно хотел задушить себя веревкой прямо сейчас. Если бы он знал, что это произойдет, то рискнул бы жизнью, чтобы помешать юному принцу сесть на корабль!

После того, как корабль потерпел крушение, почти все были спасены, за исключением Королевского принца Яна. Это дело должно было стать причиной его смерти!

- Быстро найдите его! Продолжайте поиски!- Громко приказал главный стюард резким голосом.

Старый капитан, который пытался остановить пробное путешествие, заметил, что они все ближе и ближе подходят к утесу. - Старший стюард, впереди много подводных рифов, и волны тоже сильные. - он помолчал и добавил: - здесь много подводных рифов. Если мы продолжим двигаться ближе, наш второй корабль тоже будет уничтожен!

- Меня не волнует, что наш второй корабль тоже будет уничтожен. Даже если еще двадцать или тридцать кораблей потерпят крушение, нам все равно нужно найти молодого принца! В противном случае, все на этом корабле должны готовиться к смерти!- Поскольку старший стюард отдал приказ, они должны были продолжить поиски. Их жизни были на кону!

- Тогда... пошлем несколько спасательных шлюпок!- Старый капитан предложил самый выгодный вариант.

На далеком рифе Юй Сяоцао наблюдала за мокрой одеждой молодого человека. Обычные люди определенно не смогли бы позволить себе материалы его одежды. Этот красивый молодой человек имеет впечатляющий фон!

- Они, наверное, пришли тебя искать! Мой отец сказал, что в этом районе под водой много рифов, поэтому кораблям трудно подойти. Если у вас еще есть силы, вам лучше переплыть! Юй Сяоцао логически проанализировала ситуацию.

Все тело Чжу Цзюняна сейчас было мягким и бессильным. Он едва мог встать, так как же у него еще хватит сил переплыть?

- Что? Вторая сестра быстро подойди и посмотри. Из этого большого корабля вышло множество маленьких лодок!- Шито указал вдаль и закричал.

Выйдя из корабля, около десяти лодок направились в разные стороны по бурным волнам. Одна из лодок, которую вел старший стюард и которой лично управлял старый капитан, поплыла в их направлении.

- Эй! Сюда! Человек, которого вы ищете, здесь! Юй Сяоцао подняла несколько водорослей на рифе и потрясла их руками. Маленькие лодки, казалось, заметили ее действия и ускорили ход.

- Главный Стюард, мы не можем идти дальше. Иначе мы не только не сможем спасти молодого принца, но и будем принесены в жертву вместе с разбитой лодкой!

Когда все на лодке увидели маленькую фигурку, размахивающую длинной зеленой полосой на рифе, они быстро подплыли к ней. Однако, они были пойманы в ловушку рифами под морем.

Старший стюард беспокойно потер руки и повернулся к матросам: - Кто здесь лучший пловец? Иди и проверь, там ли молодой принц. Если да, то приведите его с собой.

Матросы переглянулись. Если они пойдут в море с такими сильными волнами, смогут ли они выжить? Кроме того, они также должны были взять с собой другого человека во время купания. Старший стюард несколько раз спрашивал и даже предлагал награду, но никто не решался войти в воду.

Юй Хай, отдыхавший на рифе, уже пришел в себя. Когда он увидел, что маленькая лодка остановилась, он сразу понял их положение: “Лодка не может пересечь эту часть моря. Давай я помогу тебе переплыть!

Юй Хай действительно заслужил репутацию лучшего пловца в деревне Дуншань. Он взял молодого человека и поплыл сквозь бурные волны. Он быстро миновал каменистую местность и подплыл к спасательной шлюпке.

- Быстрее, это молодой принц! Поспеши и прими его! Когда старший стюард увидел фигуру в море, он заплакал от волнения. Его голова была наконец спасена после многих трудностей!

Когда матросы поспешно вытащили Королевского принца Яна на спасательную шлюпку, главный стюард, рыдая, бросился к ним: Этот старый слуга наконец-то нашел тебя... - затем он снова закричал о верности.

Видя беспорядочную ситуацию на лодке, Юй Хай не приветствовал людей на лодке. Вместо этого он поплыл назад, беспокоясь о своих детях, которые все еще были на скалистом рифе. К тому времени, когда молодой принц наконец прекратил шум, вызванный главным управляющим, и вспомнил о своем спасителе, Юй Хай уже вернулся на риф.

Чжу Цзуньян пристально посмотрел в сторону рифа. Образ хрупкого и бледного маленького лица задержался в его сознании.…

После короткого эпизода семья Юй продолжила охоту на морепродукты на рифах.

О? Что это? Большой и полупрозрачный гриб? Росли ли грибы и на подводных отмелях? Как странно!

- Младшая сестра, не двигайся! Юй Хан был очень рад, что решил посмотреть на свою младшую сестру. Он был так напуган, что прямо сейчас обливался холодным потом.

Юй Хан быстро подбежал и чуть не споткнулся о неровный риф. Он убрал худую руку Сяоцао, вздохнул с облегчением и сказал: “Это медуза ядовита. Если тебязаденут, это может быть смертельно. Подожди минутку. Ты можешь взять его после того, как я о нем позабочусь.

Он использовал острую лопату в своей руке, чтобы удалить щупальца медузы и предупредил: "Если вы увидите это в будущем, не прикасайтесь к его щупальцам. Он очень ядовитый.

Глава 9 - Полезное Путешествие

Юй Сяоцао потерла нос, смущенная своим невежеством. Она была девушкой, жившей во внутренних районах материка, поэтому не понимала опасности моря. Он просто выглядел как молочно-белый и похожий на кристалл "гриб", но на самом деле он мог быть смертельным. Она действительно узнала что-то новое сегодня!

«Выплескивание!

Братья и сестры услышали звук удара и повернули головы в направлении звука. Они оглянулись и увидели выходящего из воды Юй Хая. На нем не было верхней одежды, обнажая свою стройную и крепкую грудь.

- Цао'Эр, посмотри, что я нашел! Юй Хай воскликнул с усмешкой и показал рот, полный белых зубов, отчего его лицо стало еще темнее. Однако его загорелая кожа делала его еще более мужественным!

Маленький Шито сразу же бросился и закричал: «Ушка! Это ушка! Отец, ты нашел морские ушки!

Сяоцао заинтересовалась и поспешно подошла. Она увидела несколько темных зеленовато-коричневых моллюсков в больших руках Юй Хая. Каждый из них был около десяти сантиметров в длину и выглядели довольно скромно. Было ли это очень популярным морским ушком?

«Такое большое морское ушко стоил бы по крайней мере несколько сотен медных монет [1], если мы продадим его в городе. Отец получил девять из них. Если мы продадим их в большой ресторан, мы сможем получить два или три тельца! »Юй Сяолянь тоже подошла и удивленно воскликнула.

Два или три таэля? Исходя из понимания Сяочао современной экономики, два или три таэля могут купить от трех до четырехсот Катти [2] белого риса первого сорта, сто Катти свинины первого класса, около семидесяти или восьмидесяти пухлых живых цыплят… От двух до трех таэля хватило бы, чтобы купить еду на год для всей ее семьи, состоящей из более чем десяти человек.

Однако Юй Сяоцао знал о пищевой ценности ушка. Ее первоначальный план использования ушка, чтобы питать здоровье ее семьи, был разрушена ценностью ушка.

Сяоцао хорошо понимала характер своей новой бабушки. С бабушкиным темпераментом она порвет любого, кто осмелится предложить ей съесть морское ушко! Если они заберут их домой, то это будет все равно, что бросить булочку в собаку - она никогда не вернется!

Глаза Юй Сяоцао метались, затем она повела себя как избалованный ребенок и спросила: “Отец, это все для меня?

После минутного колебания Юй Хай кивнул и сказал: «Я уже упоминал об этом ранее, если мы найдем ушки, мы будем использовать их для приготовления питательной пищи для вас и вашей матери. Нам сегодня очень повезло. Если мы не сможем их закончить, то сможем есть их медленно после того, как они высохнут ».

Юй Хан и Юй Сяолянь скептически посмотрели на отца. Они точно знали, каким человеком был их отец. Он был тем, кто будет работать от всего сердца, без каких-либо жалоб. Даже если госпожа Чжан будет выдвигать необоснованные требования, он никогда не станет ее опровергать.

Даже Шито, которому было пять лет, знал, что если они вернут ушки, то не смогут даже прикоснуться к ним, не говоря уже о том, чтобы медленно съесть их!

Юй Хай чувствовал себя неловко из-за того, что его дети смотрели на него. Он притворился, что кашляет, наклонился и осторожно положил ушки в ведро.

Юй Сяоцао огляделся и сказал: "Отец! Позволь мне разобраться с ушками.

Юй Хай без колебаний сунул ушки, которые стоили около трех таэлей, в руки дочери. Он встал, посмотрел на небо и сказал: “Уже поздно. Мы собрали много морепродуктов сегодня, так что давайте вернемся сейчас!

Юй Сяоцао вылила все морепродукты из своей корзины в большую бочку отца, а затем осторожно положила ушки в корзину. Она огляделась и побежала к утесу. Она взяла немного ламинарии и морского салата, а затем использовала их, чтобы надежно прикрыть ушки.

Они действительно собрали много морепродуктов сегодня! Бочка, которую нес Юй Хай, была высотой с Шито и наполнена их урожаем. Юй Хан и Сяолянь также держали маленькие ведра, полные до краев. Даже маленькая корзинка Шито была набита морепродуктами.

На обратном пути жители деревни, с которыми они были знакомы, встретили их с восхищением: “Дахай по-прежнему остается самым опытным среди нас. Он прибыл позже нас, но он также получил гораздо больше, чем все мы!

- Брат Дахай, эта Мидия, которую ты поймал, по меньшей мере двадцать-тридцать Катти. Когда он высохнет, он все равно будет весить около пяти Катти. Брат Дахай никогда не терпит неудачу, когда делает шаг! У вас есть какие-нибудь советы? Научи меня!- Говорил молодой человек лет двадцати пяти. Он был невысокого роста, с прямым и загорелым лицом.

Для того, чтобы предотвратить споры при охоте на море, у каждого селянина есть свои фиксированные места. Таким образом, их результаты будут зависеть от их собственной удачи. Однако для Юй Хая все было по-другому. Он не часто собирал морепродукты на море, но каждый раз возвращался с плодотворными результатами.

Многие жители деревни хотели учиться у него, но не могли заставить себя спросить. В конце концов, это было его собственное ноу-хау, чтобы зарабатывать на жизнь и кормить семью. Если бы они узнали его навыки, это было бы то же самое, что вырывать еду изо рта. К счастью, Лю Шуаньчжу был близким другом Юй Хая. Если другой человек спросил, Они могут в конечном итоге поссориться!

- Дядя Шуаньчжу, вокруг утеса много рифов, где никто не бывал. Вы можете пойти проверить его, когда прилив отступает!"Юй Хан знал, что Лю Шуаньчжу был близким другом своего отца, поэтому он не скрывал этого от него. Однако он не раскрыл заветное охотничье место своей семьи.

Лю Шуаньчжу посмотрел на жителей деревни, которые подслушивали их, и громко рассмеялся " Сяоша, как ты думаешь, мы можем подняться на скалы, подняться в горы и войти в море, как твой отец? На утесе так опасно. Там умер дядя Лю Си! Твой дядя Шуанжу все еще хочет жить еще несколько лет!

Жена Янфаня подошла к дочери и спросила: “Дахай, где твоя жена?

- Она не очень хорошо себя чувствовала сегодня, поэтому осталась дома отдыхать! Как нога брата Янфана?"Ли Янфань был еще одним хорошим другом Юй Хая. Недавно он столкнулся со штормом на обратном пути из моря. Его корабль врезался в риф, и он повредил ногу. Таким образом, он выздоравливал дома прямо сейчас.

Жена Янфаня с беспокойством спросила о здоровье Лю Муюня, затем ответила: “Он в порядке. Травма на ноге была не очень серьезной. Однако корабль нашей семьи был сильно поврежден. Дахай, когда ты будешь свободен, ты можешь прийти проверить, можно ли это починить?

Все в близлежащих рыбацких деревнях знали, что Юй Хай был очень способным человеком. Когда дело доходило до рыбалки в море, даже три-пять простых людей были несравнимы с ним. Недавний пример ранняя весна этого года. В то время семья старого Юя поймала акулу весом около трехсот Катти. Они заработали несколько таэлей одним плавником акулы. Не то чтобы жители деревни смотрели свысока на старого Юй и его пасынка, но без Юй Хая их не хватило бы даже на то, чтобы накормить акулу, не говоря уже об охоте на акулу.

В дополнение к своим рыболовным и охотничьим навыкам, Юй Хай также научился ремонтировать корабли без учителя. Он был способен исправить большинство проблем и дефектов нормального рыболовного судна. Таким образом, хотя многие жители деревни Дуншань завидовали умениям Юй Хая, они только сплетничали за его спиной и не осмеливались оскорбить его.

- Ладно! Завтра, когда вернусь с гор, пойду посмотрю. Жена Янфаня, вот мясо ракушек. Брат Янфань очень любит это есть. Возьми для него немного, чтобы он мог съесть, когда будет пить вино."Корзина маленького шито была наполнена мясом ракушек, и Юй Хай щедро предложил их без колебаний.

Жена Янфаня улыбнулась и покачала головой. Она посмотрела на молчаливого Сяоцао, стоявшего рядом с ними, и сказала: “Оставь детям поесть! Сяоцао, как твое здоровье? Голова все еще болит?

Юй Сяоцао вежливо улыбнулся ей и ответил: “Больше не больно. Дедушка Ю сказал, что я могу снять повязку через два дня.

Юй Хай коротко поболтал с ними, прежде чем отвезти детей домой. Войдя в дверь, он увидел свою жену, которая, как предполагалось, отдыхала в комнате, подавая обед из кухни. Таким образом, выражение его лица сразу стало мрачным.

- О! Вы, ребята, сегодня поймали много хорошего на море. Завтра у нас будет пир! Позади них раздался пронзительный голос мадам Ли.

Юй Сяолянь была так зла, что бросила ведро на землю и закричала на свою старшую тетю, которая была на полпути в ее комнату: “Старшая тетя, разве бабушка не говорила тебе готовить дома? Вы бродили по деревне и только что вернулись. Ты просто хочешь, чтобы все голодали, да?

Мадам Ли взглянула на нее, но на самом деле ее не волновало это маленькое отродье. - Кто-то может притворяться больным, но мне не разрешают выходить по делам? Как ты смеешь так со мной разговаривать? У тебя совсем нет манер. Если вы не будете осторожны, вы не сможете выйти замуж в будущем!

_____________________________

[1] медная монета (文) - форма валюты, используемой в Древнем Китае (1 tael = ~1000 медных монет)

[2] Catty (斤) - 1 catty = 0,5 кг

10 глава: Скрытый План

Юй Сяоцао была в ярости “ Старшая тетя, кого ты обвиняешь в притворстве больной? Разве ты не видела, как моя мать вчера упала в обморок? Ты такой здоровый человек, но ты приказываешь больному работать. Более того, вы все еще думаете, что вы правы. Если хочешь знать, симулировала ли мама свою болезнь, пригласи дедушку к себе!

Мадам Чжан, которая была в своей комнате, наконец не могла больше сидеть спокойно, когда услышала слова Сяоцао: "Ли Гуйхуа, ты ленивая женщина! Ты исчезла, как только пришло время готовить, и наконец вернулась! Почему ты все еще болтаешь? Поторопись и иди помоги на кухню!

Нам придется потратить деньги, если мы вызовем врача!

Госпожа Чжан подошла ко входу в кухню и посмеялась над Лю Муюнем, которая работала деловито: "Ты должна поторопиться и вернуться в свою комнату, чтобы отдохнуть. Сердце твоей дочери болеет за тебя.

- Есть ли дочери, которые не любят своих матерей? Мама, садись. Я помогу тебе принести посуду!- Юй Сяоди вышла из своей комнаты. Она и третий сын, Юй Бо, были единственными в семье, кто мог успокоить старушку.

Мадам Чжан повернула голову и увидела морепродукты, которые держали Юй Хай и его дети. Ее мрачное выражение лица стало ярким, и она тут же улыбнулась: Морепродукты выглядят довольно свежими. Мы можем оставить их на ночь, а завтра утром ваш старший брат продаст их в городской ресторан.

- Бабушка, давай оставим себе устриц и попарим, чтобы поесть самим! Я хочу знать, каково это на вкус."Юй Сяоцао намеренно предложил.

Выражение лица мадам Чжан мгновенно стало мрачным. Она сердито сказала: "Есть много вещей, которые ты раньше не ела! Если мы продадим их в городе, одна устрица может стоить несколько медных монет. Не будете ли вы чувствовать досаду за то, что едите их?

Если бы Юй Хай не стоял рядом с ними, мадам Чжан сделала бы еще более резкие замечания. Она позвала дочь и даже не пожалела детских ведер. Она хотела забрать все обратно в свою комнату. До тех пор, пока это было что-то, что можно было обменять на деньги, она должна была во что бы то ни стало взять это в свои руки.

Она повернулась и посмотрела на корзину в руках Юй Сяоцао. - Принесите корзину, которую вы держите в руках, и в мою комнату.

Сяоцао надулся и обиженно ответил: “Бабушка, ты уже взяла все морепродукты. В моей корзине только ламинария и морской салат, которые не стоят больших денег. Мы должны просто оставить их и приготовить холодные блюда для дедушки, чтобы он сопровождал свои напитки вечером.

Мадам Чжан вытянула голову, чтобы взглянуть. Когда она увидела, что это всего лишь блестящая и зеленая водоросль, она заговорила так, словно проявляла милосердие: В будущем, я имею последнее слово во всем в семье. Тебе нельзя действовать самостоятельно!

Юй Сяоцао согласился. Она подождала, пока госпожа Чжан войдет в главную комнату, прежде чем подмигнуть Сяоляню и отнести маленькую корзинку в Западную комнату.

Юй Сяолянь поняла, что она имеет в виду, и достала из угла кухни изношенную глиняную банку. Она наполнила ее водой и тихо последовала за младшей сестрой в комнату.

Сегодня продать их было невозможно, поэтому сестры бережно положили ушки в керамический кувшин и спрятали под ламинарией. Юй Сяоцао все еще волновалась, поэтому она добавила немного воды из мистического камня внутрь и спрятала банку в потайном месте в углу кровати Кан. После этого она снова вышла из комнаты вместе с остальными водорослями.

Юй Хай последовал за ними внутрь и увидел действия сестер. Сяолянь всегда была вспыльчивым человеком. Когда она злилась, она даже осмеливалась спорить с мадам Чжан. Поэтому ее часто ругали и наказывали за ее действия. Личность Сяоцао тоже стала довольно жестокой. Тем не менее, у нее было больше трюков в рукаве, и она была также смелой. Она решительно спрятала дорогиушки.

На кухне мадам Лю почти закончила готовить обед. Юй Сяоцао вошла и быстро сделала измельченную ламинарию с раздавленным чесноком [1]и суп из морского салата [2]. Следовательно, обед был гораздо более обильным, чем в прошлом.

Во время еды мужчины и женщины в семье Юй сидели отдельно. С женской стороны у каждого был темный кусок блина размером с ладонь. Были также овощи-пашот, которые были приправлены небольшим количеством соли и миской супа из бобовой пасты.

Основным продуктом питания для мужчин было неограниченное количество булочек из тройной муки , приготовленных на пару [3], которые были сделаны из смеси пшеничной муки, просеяной муки и картофельной муки. Их трапеза состояла также из овощей, приготовленных с салом, и они пили тот же суп, что и женщины. Однако это не имело никакого отношения к идее превосходства мужчин над женщинами. Дело было в том, что мужчины выполняли тяжелую работу, которая требовала много энергии и сил, поэтому они должны были съесть хорошую и сытную еду.

Юй Сяоцао получила единодушную похвалу за два блюда, которые она лично приготовила. Тарелка измельченной ламинарии с измельченным чесноком была пикантной и слегка пряной, в то время как суп из морского салата был очень свежим и полным ароматов моря. Старый Юй особенно любил измельченные водоросли с толченым чесноком и бесконечно хвалил их.

Мадам Чжан терпеть не могла комплиментов второй ветви. Она запихнула в рот горсть измельченных водорослей и сказала: “Сяоцао довольно способная. Она может собрать морепродукты на море и помочь приготовить еду. Доктор Ю уже сказал, что ее здоровье в порядке, поэтому я считаю, что мы можем прекратить готовить ей отдельные блюда в будущем.

Сяоцао в настоящее время держала свой пикантный отвар и с радостью делилась с маленьким Шито. Однако ее лицо потемнело, когда она услышала замечание бабушки. В будущем ей также придется есть трудные для проглатывания блинчики с грубым зерном и отвратительный суп из бобовой пасты. Ух! Это будет мучительная пытка! К счастью, эти ушки не были конфискованы!

Мадам Чжан была удовлетворена, увидев выражение лица Сяоцао. Она, казалось, наслаждалась блинчиком с грубым зерном еще больше. Она также съела больше половины миски измельченных водорослей.

Мадам Ли и ее столь же тучный сын были полностью сосредоточены на том, чтобы набить рот, поэтому остальная часть измельченной ламинарии и суп из морского салата также были съедены ими. Когда тарелки были полностью убраны, она украдкой потащила сына, который хотел продолжить трапезу за мужским столом, в их комнату.

Сяоцао знала, что они снова пошли тайно поесть сами.

Девичья семья мадам Ли была бедна в то время, когда она вышла замуж за Юй. В противном случае она не вышла бы замуж за столь же бедного пасынка семьи Юй. Однако несколько лет назад ее братья заработали немного денег через небольшой бизнес и улучшили положение своей семьи. Мадам ли была младшей и единственной дочерью в семье. Поэтому каждый раз, когда она возвращалась домой, родители, братья и золовки давали ей немного денег и еды, чтобы помочь. В противном случае, с едой, которую ест семья Юй, как Мадам Ли и ее сын смогли стать такими толстыми?

Всю ночь после обеда было тихо!

На второй день, в Западной комнате, семья Юй Хая проснулась при первом проблеске рассвета.

Юй Хай и Охотник Чжао согласились отправиться на охоту в горы. Юй Хан и Юй Сяолянь всегда вставали в это время, чтобы собрать рыбок и дрова у подножия горы. Во дворе госпожа Лю уже чистила метлой загоны для цыплят и свиней.

Семья Юй Сяоцао была удивлена, увидев, что она проснулась так рано. Юй Хай дотронулся до ее маленькой головки и сказал с улыбкой: Спи еще немного. На улице все еще довольно темно.

Юй Сяоцао все еще беспокоилась о важном вопросе в ее сердце, поэтому она больше не могла спать. Она ответила отцу с улыбкой: "Даже маленький Шито помогает по хозяйству. Как я могу быть ленивой, когда я его старшая сестра? Отец, ты должен поторопиться. Не заставляй дядю Чжао долго ждать.

Юй Хай не стал медлить и быстро собрал свои вещи. Он взял у мадам Лю бумажный пакет с двумя булочками из трех видов муки, завернутыми в него, и привязал его к поясу. После этого он взял самодельный лук, охотничье копье и ушел.

Юй Сяоцао достала глиняную банку, которую она вчера спрятала под кроватью Кан. Ушки стали еще более свежими после того, как питались водой из мистического камня.

Только большой ресторан может предложить хорошую цену за ушки такого хорошего качества. Однако она только что переселилась сюда и даже не покидала деревню. Так откуда ей знать, куда ехать?

- Старший брат, наша деревня далеко от города? В то время как главная комната и Восточная комната все еще спали, Юй Сяоцао несла керамический горшок и последовала за своими старшими братьями и сестрами за дверь.

Юй Хан бросил на нее странный взгляд и спросил: Это займет один Шичен пешком. Почему ты спрашиваешь? Ты же не думаешь взять их на продажу в городе, да?- Он указал на глиняный кувшин в ее руке.

За один шичен ? Разве это не означает, что это займет не менее двух часов?! Юй Сяоцао посмотрела на свои короткие ноги, вздохнула и спросила: “Есть ли в нашей деревне конные экипажи или повозки с быками?

--------------

[1] измельченная ламинария с измельченным чесноком

[2] Суп из морского салата

[3] булочки из тройной муки на пару

Глава 11 - Знаменитый ресторан издевается над своими гостями

- Конный экипаж? Это очень дорого. Кто может себе это позволить, кроме тех богатых старых мастеров в городе? В нашей деревне не так много сельхозугодий, поэтому никто не разводит скот. Однако у дяди Ма из соседней деревни есть ослиная повозка. Он обычно помогает перевозить товары, но когда он свободен, он также дает людям поездку в город. Юй Сяолянь чирикнула в ответ.

Юй Хан, казалось, понял намерения Сяоцао. - У нас дома еще достаточно дров, - сказал он после минутного раздумья.- Почему бы мне не поехать с тобой в город?

Юй Сяоцао, безусловно, была довольна его предложением, поэтому она поспешно кивнула. Она хотела идти сама, но не знала направления.

Юй Сяолянь также хотела пойти с ними, когда услышала предложение старшего брата сопровождать ее младшую сестру в город. Однако она знала, что если последует за ними, то ее мать будет отвечать за всю работу в семье.

Сяолянь посмотрела на бледное лицо своей младшей сестры, положила серп в ее руку и прошептала: «Подождите минутку». После этого она побежала во двор.

Некоторое время спустя, под озадаченным взглядом ее братьев и сестер, Сяолянь снова выбежала и таинственным образом достала маленький матерчатый мешочек. Она вытащила из сумки несколько медяков и с улыбкой сказала: - Младшая сестра впервые едет в город, так что вам, ребята, стоит прокатиться на ослиной повозке!

- Откуда у тебя эти медяки?- Юй Хан был удивлен. Все доходы семьи должны передаваться и храниться у бабушки. Со скупым характером бабушки даже божество не может отобрать у нее медную монету.

Сяолянь загадочно улыбнулась им, огляделась и прошептала: "Разве Доктор Ю не учил нас различать медицинские травы? Собирая рыбопромыслы, я также собирала травы, которые мне попадались, и копила их. Затем я продала травы, которые накопила в аптеку и заработала несколько медных монет. Изначально я хотела купить конфеты для младшей сестры. Она может съесть леденец после употребления лекарств и изменить горький вкус во рту.

Юй Сяоцао была очень тронута, держа в руке шесть медных монет. Она быстро убрала деньги и сказала: "Я одолжу у тебя эти медяки. Когда у меня будут деньги в будущем, я верну тебе вдвое больше.

- Мы семья, так что не стоит об этом упоминать! Уже поздно. Если вы, ребята, не поторопитесь и не уйдете, вы можете пропустить тележку осла. Не забудьте вернуться пораньше. Иначе бабушка снова будет вас ругать! Юй Сяоцао не была уверена, где Сяолянь унаследовала ее откровенную и энергичную личность, но она действительно любит ее такой.

Юй Хан взял глиняный кувшин из рук сестры, и они быстро пошли к соседней деревне. Минут через тридцать они увидели, как Ма Дафу тащит свою ослиную повозку у входа в деревню.

Хотя это стоило всего две медные монеты для каждого человека, было не так много людей, которые были готовы тратить деньги, чтобы ездить на тележке в эти дни. На ослиной повозке было только две женщины, которые везли яйца или овощи на утренний рынок. Однако на тележке было довольно много корзин.

- Дядя Ма, мы с сестрой хотим поехать в город. Пожалуйста, подвези нас!- Ю Хан несколько раз бывал в городе, когда следовал за отцом, чтобы продать пойманную дичь. Таким образом, он и раньше ездил на ослиной повозке Ма Дафу.

Ма Дафу, естественно, не отказался бы от них, так как это была возможность заработать деньги. Он ответил с улыбкой: "Разве это не сын брата Дахая, Сяоша! Это твоя младшая сестра, Сяолянь? Быстрее!

Женщины, сидевшие в повозке, застенчиво передвинули корзины и освободили для них небольшое пространство. Юй Хан поднял сестру на телегу, затем сел на холм рядом с Ма Дафу.

Уголки рта Юй Сяоцао дернулись. Она серьезно не знала, как описать ощущение, что ее несет десятилетний ребенок.

Осел быстро побежал вперед. Первоначально путь пешком до города занял бы больше двух часов, но теперь продолжительность путешествия сократилась почти вдвое.

Братья и сестры наконец прибыли в город около восьми утра. Этот маленький городок, город Тангу, был обычным прибрежным городом. Это займет около часа, чтобы добраться из восточной части города в западную сторону. Однако это был необходимый маршрут из гавани в бюро морской охраны. Таким образом, несмотря на небольшой размер, город был довольно процветающим.

Вход в маленький городок был переполнен людьми, спешащими на утренний рынок. Сяоцао и ее старший брат поблагодарили дядю Ма и заплатили ему за поездку четыре медные монеты. Ма Дафу тепло сообщил им время отправления в обратный путь, а также напомнил, чтобы они встретили его у тех же ворот.

Попрощавшись с дядей Ма, братья и сестры пошли по шумной улице, достаточно широкой, чтобы два конных экипажа могли двигаться бок о бок. Время от времени они видели, как по улицам с пристани несутся конные повозки с грузами. Этот город был также важным маршрутом для транспортировки океанских грузов в столицу. Поэтому неудивительно, что этот город был таким оживленным.

По обе стороны улицы было полно магазинов. Было так много магазинов, выстроенных один за другим, что у брата и сестры даже не было времени все увидеть. Юй Сяоцао очень хотела продать ушки в ее руках, поэтому она повернула голову к Юй Хангу и спросила: “Старший брат, ты знаешь, где самый большой ресторан в городе? Давайте просто пойдем туда прямо!

- В этом городе есть два знаменитых ресторана. Один называется "ресторан Фулинь", а другой - "ресторан Чжэньсю". Сначала отец продает свою добычу этим двум ресторанам. Ресторан Фулинь ближе, мы должны пойти туда первым и спросить?- Юй Хан бывал здесь несколько раз, так что он немного знаком с этим городом.

Ресторан "Фулинь" был двухэтажным. Казалось, это был давний бизнес, который выдавал чувство простоты и элегантности.

Брат и сестра ненадолго остановились перед входом. Им еще не пора было открывать дверь по делам, так что остался только молодой официант. Он держал метлу и лениво зевал подметая пол.

Когда официант увидел запятнанную одежду на их теле, он нетерпеливо смахнул пыль в их сторону и крикнул с презрительным видом:- Уходи, уходи, уходи! Это место, куда могут прийти такие люди, как ты? Даже если вы хотите попросить еды, вы должны найти лучшее время! Быстрее! Поторопись и уходи!

Это был первый раз, когда Юй Сяоцао столкнулась с ситуацией, когда кто-то назвал ее "нищей". В глубине ее сердца поднялась ярость. Однако она терпела и подавляла свои эмоции. Исходя из принципа, что гармония приносит деньги, она выдавила улыбку: «Эй, младший брат, твой менеджер рядом? У меня есть свежие морепродукты здесь. Мне было интересно, будет ли ваш ресторан заинтересован в их покупке.

Официант поднял голову и посмотрел на керамическую банку, которую она держала в руках. - Все морепродукты в ресторане "Фулинь" доставляются рыбаком, имеющим постоянную работу. С вашим плохим возникновением, вы даже имели бы любые высокомарочные товары? Просто убирайся! Зачем нашему менеджеру тратить время на то, чтобы увидеть такого грязного бродягу, как ты?

- Почему ты ругаешься на нас?! Юй Ханг нахмурился и шагнул вперед, чтобы урезонить его.

Официант бросил метлу в руки, обхватил его за талию и крикнул: “Ну и что, если я ругаюсь на тебя! Вы, грязные нищие, хотели жульничать с деньгами? Вы даже хотели видеть нашего менеджера. Кем ты себя возомнил?

- Почему это так любопытно по утрам?!"Юй Сяоцао была готова взорваться от ярости, когда мужчина средних лет, похожий на лавочника, вышел из главного входа и ругался.

Официант мгновенно изменил свое отношение и льстиво улыбнулся: “менеджер Лю! Этот подмастерье отсылал этих нищих!

- Ты нищий! Менеджер Лю, у меня здесь несколько свежих и больших ушок. Ваш ресторан будет заинтересован в их покупке?"Юй Сяоцао бросила на официанта свирепый взгляд, но она не стала спорить с ним и направила свой запрос менеджеру Лю.

Менеджер Лю посмотрел на брата и сестеру, но на самом деле он не воспринимал их всерьез: «О, ушки!? Если они хорошего качества, то мы их возьмем!

Юй Сяоцао шагнула вперед с глиняным кувшином и сказала: «Это первоклассные морские ушки, каждый из которых более пяти дюймов в длину. Хотите взглянуть?»

На улице Молодой человек в изысканном парчовом халате немедленно натянул поводья, услышав ее слова. Морские ушки длиной более пяти дюймов? Если это правда, то они, безусловно, ушки высочайшего качества. Окружной судья Ву проводит свой банкет по случаю дня рождения в ресторане Чжэньсю во второй половине дня. Разве они не пропустили бы впечатляющее основное блюдо?

Глава 12- Третий молодой мастер ресторана Чжэньсю

С другой стороны, менеджер Лю уже проверил товар и был внутренне ошеломлен качеством морских ушек. Он придумал план в своем сердце и сказал братьям и сестрам: " Ты беспокоишь меня менеджера, только из-за этих нескольких ушек? Ладно, раз уж вы, ребята, оказались в трудном положении, я сделаю исключение и возьму эти ушки за восемьсот медяков!"

- Восемьсот медяков? Юй Сяоцао и Юй Хан посмотрели друг на друга, затем она поджала губы и выхватила глиняную банку с ушками из рук менеджера Лю: “ Менеджер Лю, вы действительно считаете нас нищими?

- Что ты хочешь этим сказать?"Управляющий Лю был похож на хитрого старого негодяя, крутя бородой и ухмыляясь: “С качеством этих ушек мое предложение восьмисот медяков уже довольно много. Если вы можете продать их за шестьсот медных монет в другом месте, то это просто означает, что вы не опытный продавец!

Когда Юй Сяоцао увидела его твердое выражение лица, в сердце возникло чувство неуверенности. Она не знает рыночной цены на ушки! Она не могла не перевести взгляд на Юй Хана.

Юй Хан был совершенно не затронут менеджером Лю. Он успокаивающе улыбнулся младшей сестре и сказал: - Все дело во взаимном согласии. Поскольку мы не удовлетворены предложением менеджера Лю, то мы должны извиниться!

Менеджер Лю изначально думал, что этих двух детей легко обмануть. Он планировал уговорить и запугать их продать ушки по самой низкой цене. Однако они не поддались на его уловки. Они развернулись, чтобы уйти, не делая лишних комментариев. Он почувствовал некоторое внутреннее беспокойство и поспешно остановил их, сказав:,

- Вы, ребята, должны хорошенько подумать! Как только вы пропустите это предложение, вы не сможете найти лучшее предложение! Кто осмелится принять товары, которые наш ресторан "Фулинь" отклонил?

- Ха! Прозвучал смех, который нес в себе легкое чувство ребячества," Менеджер Лю, вы говорите в такой внушительной манере. Когда ваш ресторан Фулинь стал повелителем этой улицы?

Менеджер Лю резко поднял голову, сузил глаза и ответил с ухмылкой: “Мне было интересно, кто же это был! Итак, это оказался третий молодой мастер ресторана Чжэньсю! Что? Ресторан Чжэньсю пытается вмешаться в дела нашего ресторана Фулинь?

- Вмешиваться в ваши дела? У этого молодого мастера не так много свободного времени! Я оставлю это на попечение твоего хозяина!"Третий молодой хозяин ресторана Чжэньсю, Чжоу Цзысу, слабо улыбнулся и сказал: “Я просто терпеть не могу людей, которые под предлогом ведения честного бизнеса, заставляют клиентов продавать драгоценные морепродукты по сниженной цене.

“ Вы ... " менеджер Лю заметил, что толпа формируется и знал, что он не должен продолжать спорить с ним. Поэтому он повернулся к братьям и сестрам и сказал: “Вы двое входите первыми. Я определенно предложу вам соответствующую цену!

"Это, наверное, цена, которой удовлетворитесь только вы!" На красивом и несколько нежном лице третьего молодого мастера Чжоу появилась слегка равнодушная улыбка: "город Тангу расположен недалеко от моря. Поэтому большинство местных жителей знакомы с определением качества и рыночной цены морской продукции. Сестренка, не могла бы ты показать всем морские ушки, которые держишь в руках? Давайте посмотрим, дал ли ресторан Фулинь, который ведет честный и справедливый бизнес, "справедливую" цену.

Большинство прохожих не знали, что происходит. Однако, выслушав слова третьего молодого мастера Чжоу, был ли кто-нибудь, кто все еще не понимал? Менеджер ресторана Фулинь издевался над этими двумя молодыми братом и сестрой. Он использовал свои силы, чтобы воспользоваться ими и заставить их продавать свои ценные морские товары по низкой цене.

Сегодня в городе Тангу был открыт большой рынок, поэтому по улице ходили многочисленные рыбаки из близлежащих рыбацких деревень. Самым ненавистным для этих рыбаков были нечестные купцы, злонамеренно требующие более низкой цены. Таким образом, они добровольно вызвались быть экзаменаторами брата и сестры.

Хотя Юй Хан обладает спокойным темпераментом, но у него было ясное понимание ситуации и он уже принял решение в уме. В прошлом, когда он приходил продавать дичь вместе с отцом, он слышал о соперничестве между новым рестораном Чжэньсю и старым рестораном Фулинь.

Этот третий молодой Мастер Чжоу, казалось, помогал им, но он, вероятно, просто воспользовался этой возможностью, чтобы напасть на ресторан Фулинь. Это было сражение между двумя сильными соперниками, так было ли действительно необходимо ранить невинных прохожих?

Юй Хан сдержал нетерпение своей младшей сестры и вежливо сказал: “Дело в взаимной готовности между двумя сторонами. Для продавца естественно установить цену, а для покупателя - торговаться. Даже если сделка не состоится, мы все равно сможем поддерживать доброжелательные отношения. Нам больше нечего сказать, поскольку менеджеру Лю не понравились наши товары. Пожалуйста, извините нас! "

Говоря это, он поклонился, сложив руки вместе, и вытащил Юй Сяоцао из толпы.

Менеджер Лю уже кипел от гнева из-за насмешек третьего молодого мастера Чжоу, но он знал, что было неразумно продолжать думать о том, чтобы взять эти высококачественные абалоны. Таким образом, он использовал эту возможность, чтобы выбраться из этой неловкой ситуации. Вскинув рукава, он фыркнул и вошел в ресторан. Однако внутри у него выступил холодный пот.

Ресторан Чжэньсю был новым рестораном, который был открыт только меньше года. Он был поддержан семьей Чжоу, которая была одним из четырех крупных торговцев во всей империи. Родовой дом семьи Чжоу оказался в городе Тангу, так что ресторан "Фулинь" не занимал доминирующего положения.

Тем не менее, ресторан "Фулинь" все еще был признанным рестораном. У них все еще было несколько известных фирменных блюд в ресторане и группа постоянных клиентов.

Однако за последние два месяца третий молодой хозяин семьи Чжоу вернулся в свой родной дом. Он таинственным образом раздобыл несколько новых блюд, которые действительно удовлетворяли аппетит окружного судьи, а также привлекали многих посетителей ресторана "Фулинь".

Его хозяин уже был недоволен им из-за этого. Если он также заработал репутацию хулигана сегодня, то он, вероятно, будет уволен с должности менеджера ресторана "Фулинь" .

Менеджер Лю внутренне насторожился. Хотя он сожалел о том, что не смог получить эти драгоценные абалоны, он также больше не осмеливался использовать какие-либо коварные схемы.

- Старший Брат! Почему мы не воспользовались этим шансом, чтобы преподать урок этому Снобу-менеджеру Лю?- Юй Сяоцао все еще была обижена и сердито спросила, тряся маленьким кулачком .

Юй Хан посмотрел на надутое лицо своей младшей сестры, которое имело очень живое выражение. Он не смог удержаться, чтобы не ущипнуть ее за мордочку, и ответил с улыбкой: - ресторан “Фулинь " был поддержан людьми из правительственного учреждения. Обычные граждане не должны воевать с государственными чиновниками. Если мы серьезно обидим менеджера Лю, то нам будет трудно остаться в этом городе в будущем.

Юй Сяоцао была ошеломлена. Будучи современной гражданкой, "родившейся под красным флагом и выросшей на весеннем ветру", она впервые поняла, что "люди классифицируются в зависимости от их богатства и статуса". Таким образом, различные чувства нахлынули на ее сердце.

Юй Хан заметил, что его младшая сестра остановилась с ошеломленным выражением лица. Ему показалось, что она испугалась, и он поспешно успокоил ее.,

- Младшая сестра, не бойся. Пока мы поступаем правильно, эти богатые люди и правительственные чиновники не смогут причинить нам вреда. Отец сказал, что наш император - хороший правитель, умный и рассудительный. Чиновники, находившиеся под его властью, были в основном честными. Хорошим примером может служить окружной судья города Тангу. Он был известен как честный судья!

Юй Сяоцао взяла себя в руки. В романах и на телевидении было много богатых людей и чиновников, которые смотрели свысока на простых граждан в древние времена. Поэтому она мысленно напомнила себе, что в будущем следует держаться в тени.

- Старший брат, неужели наш император настолько силен? Он может заставить всех этих высокопоставленных чиновников послушно подчиниться его решению?"Юй Сяоцао только недавно переселилась сюда, так что она до сих пор не знала, в какой династии она была.

- Тссссс - Юй Ханг почти потянулся, чтобы прикрыть рот. Что она имеет в виду под "послушно подчиниться его правлению"? К счастью, они оказались в городке Тангу, небольшом прибрежном городке. Если бы они были в столице, где полно чиновников четвертого ранга, разгуливающих по улицам, их бы осудили за непочтительность.

" сдавленный смех ––“

Когда Юй Ханг внутренне обрадовался, что никто не слышал их разговора, он услышал характерный смех молодого человека.

Когда брат и сестра повернули головы, они увидели молодого мастера в изысканной одежде, с которым познакомились ранее. Сейчас он тащил свою лошадь и шел за ними.

Лицо Юй Ханга мгновенно побледнело. Он не знает, слышал ли этот благородный молодой господин неуважительные слова своей младшей сестры. Он стиснул зубы, подошел к нему и сказал: "Большое спасибо, что высказались за нас раньше…”

Глава 13 - Полное Замешательство

Третий молодой Мастер Чжоу отряхнул лацканы своей одежды и рассмеялся: “На самом деле, я говорил не только за вас, ребята! Как молодой босс ресторана Чжэньсю, я бы не упустил ни одного шанса напасть на ресторан Фулинь! Жаль …”

Когда Юй Сяоцао услышала, что этот молодой человек был молодым боссом ресторана Чжэньсю, она выглянула из-за своего старшего брата с яркой улыбкой: “Ты молодой босс ресторана Чжэньсю ? Можете ли вы принимать решения?

Юй хан знал о намерениях своей младшей сестры и спокойно потянул ее за рукав.

На красивом лице третьего молодого мастера Чжоу был легкий след высокомерия, который был типичен для молодых людей: “Ресторан Чжэньсю был специально подарен мне моей семьей, чтобы я мог использовать его в качестве формы обучения. Таким образом, я, естественно, имею право принимать решения.

Они неосознанно добрались до улицы, где находился ресторан "Чжэньсю". Высокий и великолепный вход в ресторан Чжэньсю был виден издалека.

Юй Сяоцао была совершенно безмолвна " Этот ресторан был сравним с пятизвездочным отелем, но владелец фактически дал его маленькому ребенку, чтобы использовать в качестве обучения. Эта семья Чжоу была очень богата!"

- Третий молодой господин, зачем вы пришли в это время?"Менеджер ресторана Чжэньсю был компетентным помощником, которого мастер семьи Чжоу предоставил своему сыну ”

У хозяина семьи Чжоу было три сына. Когда они достигли определенного возраста, они начали работать, чтобы получить опыт в одном из предприятий семьи. Однако младший сын предпочел вернуться в родовой дом и построить новый ресторан. Даже два его старших брата не обладали таким мужеством.

В ресторане Чжэньсю было очень мало клиентов год назад, но в настоящее время было трудно даже найти свободное место. Таким образом, менеджер искренне признал своего молодого босса. Он был полон решимости последовать за третьим молодым мастером и продолжить успешную карьеру вместе с ним.

Третий молодой Мастер Чжоу был доволен этим способным и преданным менеджером. Первым шагом к успеху для членов семьи Чжоу была возможность завоевать лояльность окружающих людей. Это было то, чего он уже достиг! Он будет делать еще лучше в будущем! Он позволит этим людям наблюдать, как он становится успешным!

- Менеджер Цзян, как идет подготовка к банкету по случаю Дня рождения судьи Ву?

- Все готово, вот меню. Третий молодой Мастер, Вы можете проверить, есть ли что-нибудь, что нужно вынуть?"Менеджер Цзян лично держал меню праздничного банкета, чтобы третий молодой мастер Чжоу мог его просмотреть.

Окружной судья Ву всегда придавал большое значение своей репутации государственного чиновника. Этот банкет не был задуман как экстравагантный и представлял собой простой семейный ужин. Таким образом, присутствовало не более десяти человек.

Окружной судья Ву родился в аристократической семье, которая служила чиновниками на протяжении поколений. Более того, его жена была дочерью Маркиза Чжуни. Таким образом, они не будут впечатлены обычными блюдами. Окружной судья Ву был главной причиной успеха ресторана Чжэньсю в городе Тангу, поэтому они должны хорошо служить ему.

Блюда для банкета были решены после того, как Чжоу Цзисю тщательно обсудил с кухней. Большинство из них были фирменные и популярные блюда ресторана. Однако третий молодой Мастер Чжоу все еще был недоволен меню. Он чувствовал, что в нем все еще отсутствует первоклассное блюдо, которое было бы высококлассным и элегантным.

- Мне нужно обсудить дела с этими братом и сестрой, так что приготовь для нас тихое местечко."Третий молодой Мастер Чжоу не взял меню и проинструктировал менеджера. После этого он повернулся, чтобы поприветствовать Юй Хана и его сестру.

Обсудить дела? С этими двумя? Менеджер Цзян осмотрел молодых брата и сестру, которые были одеты в старую и потрепанную одежду. В его глазах не было презрения, только любопытство - эти два маленьких человечка привлекли внимание молодого хозяина, что в них такого особенного?

Пока Юй Сяоцао следовала за третьим молодым мастером Чжоу, она с любопытством смотрела на обстановку ресторана Чжэньсю. Это было достойно того, чтобы быть восходящей звездой, которая конкурировала с установленным рестораном Фулинь. Была ожидаемая величественная атмосфера во всех аспектах ресторана, но детали декора также заставили людей чувствовать себя тепло и комфортно.

Сяоцао ахнула от восхищения, но каждое ее движение попадало в глаза третьему молодому мастеру Чжоу. Эти брат и сестра вызвали у него интерес. Хотя старший брат был молод, он мог принимать рациональные и быстрые решения. Младшая сестра была в роскошном ресторане "Чжэньсю", но в ее глазах не было ни тени смущения и робости, только любопытство и восхищение.

Разве они не родились в семье бедного рыбака, но на самом деле скрывали какую-то тайну? Чжоу Цзису чувствовал некоторую неуверенность в своем уме.

Видя настороженность в глазах Юй Хана, он знал, что Юй Хан все еще был осторожен из-за непреднамеренного замечания маленькой девочки, сделанного ранее.

Чжоу Цзисю улыбнулся и сказал: "Наша Великая Династия Мин отличается от веры предыдущей династии в то, что "речь народа должна быть подавлена, как наводнение". Наш нынешний император особенно непредубежден и выступает за свободу слова. Твоя младшая сестра не сказала ничего плохого. Его величество - превосходный правитель, так как же она проявляла неуважение?

Защитники свободы слова? Юй Сяоцао чувствовал, что было довольно странно слышать эту фразу от кого-то из древних времен. Тем не менее, она, наконец, узнала, что она была в Великой Династии Мин.

По ее мнению, людям из династии Мин повезло с едой. Многочисленные ингредиенты и приправы были импортированы из-за рубежа. Как эксперт в тушеной пище, как она могла обойтись без них?

- Император Цзяньвэнь, Чжу Юньвэнь, сейчас у власти?"Юй Сяоцао не отфильтровывала рот и небрежно выпалила свое знание истории. Однако, как только она заговорила, то поняла, что попала в беду. В древние времена, если бы она прямо произнесла имя императора, была бы она обезглавлена?

Чжоу Цзисю посмотрел на нее и сказал немного удивленным тоном " в настоящее время это правление Цзяньвэнь, но... кто такой Чжу Юньвэнь?

Юй Сяоцао внимательно наблюдал за выражением лица Третьего молодого мастера Чжоу и решила, что ее маленькая жизнь, вероятно, безопасна. Поэтому она осторожно спросила: "Разве сейчас не царствует второй император династии Мин?

В рыбацкой деревне она смутно слышала, что нынешний император был вторым императором этой династии. Вторым императором династии Мин был Чжу Юньвэнь! Она ошиблась с историей?

- Ты права! Первый император династии передал императорский престол своему внуку и отправился в путешествие. Все это уже было собрано в повествование и распространилось по всей великой династии Мин.Однако, хотя нашего императора тоже зовут Чжу, его зовут не Чжу Юнвэнь. Личное имя нашего уважаемого императора Цзяньвэнь - Цзюньфань!

Личное имя императора великой династии Мин не обязательно было табу. Император Цзяньвэнь лично подавал пример свободы слова. Говорили, что при дворе министр был слишком взволнован и прямо назвал имя императора. Император не только не винил его, но и называл "сравнимым с Вэй Чжэном" за мужество давать прямую критику.

Чжу Цзюньфань? Был ли император во времена династии Мин по имени Чжу Цзюньфань? Я так не думаю? Первый император династии Мин передал свою должность внуку, но этот внук не был Чжу Юньвэнь? Была ли эта великая Династия Мин такой же, как Династия Мин, записанная в истории?

- Личное имя основателя династии Мин... - храбро продолжала спрашивать Юй Сяоцао.

"Основателем династии был Чжу Хуайюн. Он завоевал мир своей военной силой и основал великую династию Мин, которая хорошо известна во всем мире. Вы действительно гражданин великой династии Мин? Как ты можешь этого не знать? Чжоу Цзысю посмотрел на нее с недоверием, как на инопланетянку.

Юй Хан немедленно помог младшей сестре объяснить: "моя младшая сестра была больна и прикована к постели с самого раннего возраста. В последнее время она только начала понемногу приходить в себя.…”

Взгляд Чжоу Цзисю задержался на бледном лице Юй Сяоцао. - Похоже, младшая сестра Юй весьма заинтересована в Великой Династии Мин, поэтому я буду хорошим человеком и расскажу вам об этом.

Следующие слова третьего молодого мастера Чжоу стали для Юй Сяоцао большим потрясением. Хотя Династия Юань была также свергнута династией Мин, и фамилия императора была также Чжу, но эта династия Мин не была такой же, как Династия Мин в истории, с которой она была знакома.

Не Чжу Юаньчжан сверг последнего императора династии Юань, а отставного императора Чжу Хуайюна. Отставной император жил в нищете и в молодости якобы был неудачником. Однако, когда ему было двадцать два года, он вдруг стал совсем другим человеком.

______________________________

[1] Вэй Чжэн (魏征) - политик и историк во время династии Тан, печально известный критик, который был откровенным и честным советником императора

Глава - 14. Доверчивая овечка

Чжу Хуайюн, который изначально был робким и трусливым, поднял восстание под тиранией династии Юань. Он был блестящим стратегом с выдающимися способностями, поэтому быстро стал лидером повстанцев и добился славных результатов на поле боя. Менее чем за десять лет он ниспроверг правление династии Юань и основал великую династию Мин.

После этого потребовалось почти десять лет, чтобы успокоить хаос в стране, вызванный войной. Они также должны были отогнать другие враждебные страны от границ, избивая их до тех пор, пока они не осмелились снова дать отпор.

Отставного императора Чжу Хуайюна можно было считать военным гением, появлявшимся лишь раз в столетие. Однако его способность управлять страной была посредственной. В начале становления новой династии были бесконечные битвы и хаос. В результате произошло сокращение посевов и отсутствие сельскохозяйственных угодий, что вызвало голод и инфляцию цен на зерно. Таким образом, люди жили в нищете.

Нынешний император был старшим законным внуком первого императора. Он был молодым гением, который в возрасте двенадцати лет возглавил группу лодочников, строивших корабли для морских путешествий. Он также лично отправился в путешествие и привез урожай, такие как перец чили, сладкий картофель и арахис. Кроме того, он экспортировал чай, фарфор и шелк в новый свет для торговли с коренными жителями.

Высокоурожайный сладкий картофель был в состоянии обеспечить уставших от войны граждан едой, чтобы наполнить их желудки. Простые люди просто стремились к выживанию, поэтому, когда источник пищи был гарантирован, общество постепенно стабилизировалось.

После того, как нынешний император достиг совершеннолетия в двадцать лет, первый император ушел со своего поста и передал ему императорский трон. После этого отставной император жил неторопливой жизнью, путешествуя и осматривая достопримечательности.

После того, как император Цзяньвэнь взошел на трон, был проведен ряд реформ, направленных на снижение налогов, поощрение сельского хозяйства и шелководства, а также поддержку развития промышленности и торговли. Всего за пять лет он смог организовать и содержать страну в порядке. Это было исторически записано как " правило небес’…

Юй Сяоцао была смущена. Она переселилась в прошлое или в другой мир с похожей историей?

Эй! Какой смысл беспокоиться из-за этого? Поскольку она уже здесь, ей следует плыть по течению. Во-первых, она должна была решить проблему получения достаточного количества пищи и теплой одежды!

Юй Сяоцао перевела взгляд на красивого юношу Чжоу Цзису. Эта доверчивая овечка может стать первым шагом к улучшению условий ее жизни.

Несмотря на то, что они находились в середине трех самых жарких дней лета, третий молодой Мастер Чжоу внезапно почувствовал порыв холодного воздуха, и волосы на его руках встали дыбом. Он внутренне удивился: "холодно, даже когда на небе палит солнце. Я простудился?’

- Этот ... молодой Мастер Чжоу, ты отвечаешь за ресторан Чжэньсю, верно? Ты хочешь эти абалоны?- Откровенно спросила Юй Сяоцао.

Пока Чжоу Цзы Сю рассказывал им об истории, он несколько раз делал вид, что случайно взглянул на глиняный кувшин в ее руках. Он ждал подходящего момента, чтобы спросить об этом, поэтому он поспешно ответил: “Если это высококачественные морские ушки, то наш ресторан Чжэньсю определенно предложит вам разумную цену. Могу я сначала взглянуть?

Абалоны, которых на этот раз поймал Юй Хай, действительно были редкостью. Более того, они, казалось, выросли после того, как питались мистической каменной водой в одночасье. Они казались еще более свежими и сочными.

Чжоу Цзысу не был очень хорошо осведомлен о морепродуктах, поэтому он пригласил менеджера Цзяна и шеф-повара Ванга. Увидев абалонов, они горячо похвалили их. Шеф-повар Ван готовил морепродукты почти тридцать лет. Такие большие и свежие ушки были сравнимы с королевским морским ушком, которого он видел всего пять лет назад, когда ему повезло. Более того, все они были примерно одного размера и необычайно пухлые.

"Ресторан Чжэньсю примет эти абалоны!"Чжоу Цзисю решительно сказал:" сколько ты хочешь? Просто укажите цену!

Основываясь на глазах и выражениях менеджера Цзяна и шеф-повара Вана, Юй Сяоцао уже знал, что эти ушки были очень редки. Немного подумав, она сказала: - У нас девять абалонов. Это стоит один Таэль для каждого морского ушка. Никаких торгов!

Юй Хан в шоке широко раскрыл глаза, глядя на младшую сестру. Один Таэль на каждое морское ушко, значит, девять таэлей. Первоначально он думал, что два или три таэля - это максимум, что они смогут заработать на продаже абалонов. Но, девять таэлей! Его младшая сестра осмелилась назвать такую цену!

Менеджер Цзян слегка нахмурил брови. Было понятно, что ушки стоят дорого в столице и некоторых внутренних регионах, поскольку дефицит делает вещи ценными. Тем не менее, город Тангу был небольшим прибрежным городом, в котором не было недостатка в морепродуктах. Таким образом, цена одного таэля за морское ушко была редкостью.

Когда он собирался начать торговаться за более низкую цену, его молодой босс уже быстро принял решение. Он с готовностью согласился, махнув рукой: “менеджер Цзян, заплати!

Шеф-повар Ван уже с готовностью унес глиняную банку с абалонами. Для известного шеф-повара, что еще было бы более приятным, чем получение хороших ингредиентов?

Менеджер Цзян больше ничего не сказал и достал два маленьких слитка, которые стоили по пять таэлей каждый. - Третий молодой Мастер Чжоу не справляется с домашними расходами, поэтому он не знает, сколько стоит жить. Один Таэль за одного морского ушка! Невозможно найти такую цену во всем городе Тангу! Да, он еще слишком молод.…”

"Менеджер Цзян, у нас нет сдачи...” Юй Хан посмотрел на блестящие слитки на столе. Он втайне сглотнул слюну и не осмелился протянуть руку, чтобы взять их.

Чжоу Цзисю был в хорошем настроении, так как он разработал основное блюдо для банкета во второй половине дня. Он прямо сказал: "Оставь сдачу себе! Если в будущем у вашей семьи появятся хорошие морепродукты, не забудьте отправить их в ресторан Чжэньсю! Мы можем обсудить хорошую цену!

Юй Сяоцао улыбалась, пока ее глаза не превратились в полумесяц. Она с радостью взяла два слитка и сказала: "нет проблем! Наша семья Юй умелые рыбаки. В будущем, если мы поймаем такие вещи, как плавники акулы и морские огурцы, мы обязательно отправим их в ресторан Чжэньсю!

- Семья? Это семья Юй Дахай из деревни Дуншань?"Менеджер Цзян слышал слухи о том, что Юй Хай охотится на акул. Для большого ресторана все виды деликатесов было одинаково трудно найти.

Похоже, у третьего молодого мастера острый глаз на людей. Если у них могут быть хорошие отношения с семьей Юй, то они тоже не понесут никаких потерь.

Юй Хан только что оправился от невероятного шока. Он глубоко вздохнул, затем осторожно выдохнул. Десять таэлей! Это было несколько месяцев дохода для их семьи!

После того, как Юй хан, наконец, успокоил свои эмоции, он ответил на вопрос менеджера Цзяна: “да, Юй Хай-мой отец. Он ловил этих абалонов, ныряя под рифы. Тем не менее, морские сокровища, такие как плавники акулы и морские огурцы не так легко получить. Не слушай безрассудного замечания моей младшей сестры!

- Их трудно достать, но не невозможно! Это прекрасно, пока вы делаете, как обещала ваша младшая сестра, и сначала подумайте о ресторане Чжэньсю, когда у вас будут хорошие и особенно ценные морепродукты! Чжоу Цзысю похлопал его по плечу и сказал с улыбкой.

Юй Сяоцао улыбнулся ярко, как цветок, играя с двумя слитками: "Правильно! Я скажу отцу, когда мы вернемся. Третий молодой Мастер Чжоу, спасибо большое!

Чжоу Цзисю улыбнулся еще шире, когда увидел выражение лица девушки. Она была похожа на жадину, которая просто еще не откусила слитков.

Молодая девушка внезапно подняла голову и спросила менеджера Цзяна со строгим выражением лица: “Менеджер Цзян, вы можете помочь мне изменить эти слитки на серебряные кусочки?

Менеджер Цзян почувствовал, что эта маленькая девочка была довольно интересной, поэтому он нарочно дразнил ее: “Ты уверена? Если я поменяю их на серебряные, то дам тебе только девять таэлей?

Юй Сяоцао не возражала, так как цена, которую она запросила, была девять таэлей. Дополнительный Таэль был неожиданным бонусом. Тем не менее, было бы неудобно, если бы они не изменили их на серебряные биты. Она и Юй Хан были детьми, одетыми в поношенную одежду. Если они будут ходить по магазинам с двумя маленькими слитками, они, очевидно, привлекут воров!

- Девять таэлей, да будет так! Если это не слишком хлопотно, было бы лучше, если вы также можете изменить некоторые в медные монеты!- Они могли бы купить столько белого риса и муки на один Таэль, так что Ю Хан был несколько озадачен тем, что Юй Сяоцао так легко отказалась от него ”

Глава 15-Лучшая приправа

Менеджер Цзян с улыбкой взял у них серебряные слитки и ушел. Через несколько минут он вернулся. В одной руке он держал простой кошелек из грубой мешковины, а в другой пару медных монет. - В этой сумке серебряных монет на четыре с половиной таэля. Остальное я превратил в медные деньги.- Менеджер ресторана даже предупредил их. "Будьте осторожны с тем, как вы храните эти деньги! Вы же не хотите, чтобы воры обратили на это внимание!

- Спасибо, менеджер Цзян! Юй Сяоцао осторожно положила мешочек с серебром в одежду. Затем она разделила нити медных монет поровну между собой и старшим братом, готовясь к предстоящей поездке по магазинам. Прежде чем брат и сестра ушли, девушка отправилась на кухню ресторана, чтобы забрать старый и поврежденный керамический горшок. В тот же миг прибыла партия устриц. Вид ведер со свежими морепродуктами, вливающихся в кухню, удивил ее. - Ух ты!- Воскликнула она с благоговением. "В ресторане Zhenxiu, должно быть, все хорошо! Вы действительно можете продать все эти устрицы за один день?"

Шеф-повар Ван печально рассмеялся. - К сожалению, устрицы - не редкое лакомство для таких прибрежных городов. Как мы можем продать столько устриц за один день? Это, должно быть, третий молодой мастер покупает больше, чем нам нужно снова! Этих проклятых тварей трудно удержать в живых за пределами моря, и сейчас жарко, поэтому мы не можем позволить им сидеть слишком долго. Я думаю, мне придется найти кого-то, чтобы превратить большинство из них в сушеные изделия…”

Чжоу Цзисю также последовал за двумя детьми на кухню. Увидев кучу устриц в комнате, он понял, что купил слишком много. Чувствуя себя неловко, он смущенно потер нос.

“Э...- сказала Юй Сяоцао. - Я помогу Вам, ребята, поскольку третий молодой Мастер Чжоу был так щедр! Здесь есть сахар и вино?- Девочка закатала рукава, как будто собиралась сделать какую-то тяжелую работу.

Чжоу Цзысю взглянул на ее тонкие и слабые руки, прежде чем быстро ответил: Каким бы мы были рестораном, если бы у нас не было таких основных ингредиентов? Что ты собираешься делать с этими устрицами?

Юй Сяоцао улыбнулась ему, но решила держать его в напряжении. - Ты поймешь, как только я закончу! Примите это как подарок, молодой господин!

Двое пожилых мужчин обменялись недоуменными взглядами. Что задумала маленькая девочка? У них еще оставалось свободное время до банкета окружного судьи, так что у них было достаточно времени, чтобы удовлетворить свое любопытство.

В прошлой жизни ее младший брат любил есть пищу, приправленную устричным соусом. Тем не менее в устричный соусе продаваемым в супермаркете было много добавок. Стремясь не навредить своему здоровью, она нашла рецепт в интернете и начала самостоятельно готовить устричный соус дома.

После долгих экспериментов и возни с рецептом, она, наконец, разработала рецепт, который был не только вкусным, но и более здоровым. Ее брат любил домашний соус и думал, что он на вкус более оригинальный и пикантный, чем версии из магазина. Единственным недостатком было то, что он портился быстрее, чем изготовленные соусы. Но этого следовало ожидать. В конце концов, она никогда не добавляла консервантов!

С полным уверенности видом Юй Сяоцао приказала кухонному персоналу начать выбрасывать все устрицы и оставить мясо в отдельной деревянной бочке. Она оглядела кухню и схватила самый большой горшок, который смогла найти. Она быстро подсчитала соотношение и налила в кастрюлю воды, чтобы вскипятить.

Как только вода закипела, Юй Сяоцао вылила все устричное мясо и начал энергично размешивать кастрюлю половником. На дне бочонка, в котором хранились устрицы, осталась какая-то эссенция. Эта оставшаяся жидкость на самом деле содержала много пикантного вкуса устриц, поэтому она добавила все это в горячий горшок, не задумываясь. Было бы жалко тратить что-то, что могло бы усилить вкус и увеличить выход соуса.

- Эй, ты! Помоги мне размешать этот горшок."Хрупкое тело Юй Сяоцао все еще было слишком слабым, чтобы работать слишком долго.

- Позволь мне сделать это вместо тебя!- Воскликнул шеф-повар Ван, втискивая свой толстый зад в толпу и отталкивая в сторону специально выделенный кухонный персонал. - Мне продолжать двигаться в одном направлении?

Шеф-повар Ван работал шеф-поваром более десяти лет и был увлечен открытием новых методов и рецептов. Хотя было немного стыдно красть навыки у других людей, этот конкретный человек, казалось, не охранял ее методы. Как он мог упустить такую возможность?

Юй Сяоцао рассеянно кивнула, мысленно подсчитывая оставшееся время. Устрицы должны были кипеть в течение еще двадцати-тридцати минут, чтобы максимизировать извлечение аромата. После этого мясо нужно было отделить, чтобы остальная часть соуса развивалась. Тем не менее, остатки устричного мяса все еще можно было приготовить в других блюдах или отправиться на солнце, чтобы высушиться позже. Ни один бит не должен быть потрачен впустую!

После того, как отведенное время закончилось, Юй Сяоцао процеживала оставшееся мясо и другие твердые вещества из готовой устричной эссенции. Она налила немного масла в чистую кастрюлю и покрыла им внутреннюю поверхность кострюли, чтобы вещества не прилипли к ним. Затем в сосуд добавляли устричную эссенцию и немного пресной воды. Содержимое снова поставили на огонь тушиться.

Во время этого второго процесса Юй Сяоцао добавила немного сахара, готовя вино и некоторые другие приправы, в то время как соус кипел на слабом огне. Время шло, пока она позволяла ингредиентам вариться и сливаться. Было уже почти время обеда, когда она наконец объявила, что все готово!

Готовый устричный соус был темного цвета и имел глянцевый блеск. Вся кухня была наполнена его пикантным ароматом. Шеф-повар Ван нетерпеливо попробовал соус на вкус, и его глаза широко раскрылись от шока. - Это невероятно! Как что-то может иметь такой плотный, но вкусный вкус? Это так полна вкуса, но это не кажется подавляющим!

Юй Сяоцао тоже попробовал, прежде чем улыбнуться. "В нем все еще не хватает нескольких ключевых ингредиентов, которые сделали бы его более вкусным “ Тем не менее, этот соус все еще довольно хорош, он сохраняет оригинальный вкус устриц.

Чжоу Цзисю и менеджер Цзян последовали за ним, пробуя соус. - Что это за соус? Можно ли его добавлять в вареное мясо и овощи?

Юй Сяоцао кивнула в знак согласия. - Это называется устричный соус. Устричный соус также известен как "сущность моря". Использование его во время приготовления может увеличить общую пикантность и вкус блюда.

Она оглядела кухню и указала на пучок зеленых листовых овощей. "Позвольте мне сделать некоторые вареные зеленые овощи [1]с этим. Это одна из моих специальностей!

Шеф-повар Ван с энтузиазмом начал мыть овощи сам. Тем временем Юй Сяоцао поставила на огонь еще одну кастрюлю с водой и дала ей закипеть. Быстро бланшировав очищенную зелень в воде, она выложила приготовленные овощи на сервировочную тарелку и сбрызнула сверху устричным соусом и кунжутным маслом. Блюдо было готово! Она посмотрела на всех на кухне и намекнула, чтобы они попробовали.

- Это уже закончено?- недоверчиво спросил кто-то. Остальные люди в комнате смотрели на нее в смятении. Разве это не вареные зеленые овощи?

С другой стороны, у шеф-повара Вана было задумчивое выражение лица. По своему кулинарному опыту он знал, что чем проще блюдо, тем больше оно проверяет способности шеф-повара. Он схватил пару палочек для еды и поднес их ко рту. Вкус пикантного устричного соуса и свежий вкус овоща прекрасно сочетаются друг с другом. Это было что-то, чего он никогда не пробовал раньше, но это было божественно для его чувств.

Блаженное выражение на лице шеф-повара Вана вызвало любопытство Чжоу Цзисю. Как мог кто-то вроде шеф-повара, который, вероятно, съел много вкусных блюд, быть настолько увлечен чем-то подобным? Это были просто тушеные овощи с соусом сверху.

Поразмыслив еще секунду, молодой мастер, наконец, решил попробовать сам. Он также взял один стебель и осторожно положил его в рот. Как человек, выросший в богатой семье, он, естественно, любил есть мясо больше, чем простые овощи. Все эти годы мать прилагала немало усилий, чтобы заставить его есть овощи.

Шеф-повар его семьи имел опытную руку в приготовлении овощей. На самом деле многие дворяне и аристократы так или иначе просили его семью продать им этого повара. Все предложения были любезно отклонены.

Однако все эти изысканные блюда, приготовленные высококлассными поварами, не шли ни в какое сравнение с этим простым блюдом, приготовленным маленькой девочкой. Секретный ингредиент был очевиден в этом случае!

Чжоу Цзисю и шеф-повар Ван посмотрели друг на друга. Их мысли и сердца были связаны, как один в том, каким будет их следующий шаг. Свет жадности засиял в их глазах.

- Юная Мисс из семьи Юй, не так ли?.. планируете ли вы продавать свой метод?"Третий молодой Мастер Чжоу и шеф-повар Ван спросили одновременно.

- Вы двое спрашиваете о рецепте устричного соуса? Что вы подразумеваете под "продажей"? Я ничего не скрывал, когда делал это раньше. Если есть какие-либо детали, которые сбивают с толку, не стесняйтесь спрашивать меня!"Юй Сяоцао никогда не собиралась продавать свой рецепт за деньги. Для нее было важнее построить хорошую карму и связи.

Чжоу Цзисю не только был истинным владельцем лучшего ресторана в городе Тангу, но и был молодым мастером одной из четырех великих купеческих семей страны, семьи Чжоу! В будущем, скорее всего, ей понадобится пара его услуг. Лучше оставить хорошее впечатление сейчас, чем быть жадной! Чем больше у нее друзей, тем больше возможностей в будущем!

____________________________

[1] зеленый овощ с устричным соусом

[[image:/storage/reader-images/9c1a1ca275057aac7387ee37f5e9bd3b2346f76f.jpg]]

Глава 16 - Поход по магазинам

Шеф-повар Ван вырос в семье, которая была хорошо известна своими кулинарными талантами и знала из первых рук, насколько беспощаден кулинарный мир. По его опыту, все известные повара, у которых были фирменные блюда, тщательно охраняли и копили свои рецепты. Тем не менее, эта маленькая девочка перед ним не испытывала никаких угрызений совести, делясь своими секретами. Старик робко потер руки, прежде чем сказать:.. Может быть, стоит обсудить это с родителями, прежде чем принимать окончательное решение?

- Не надо их спрашивать. Этот рецепт был разработан мною лично, больше никто дома об этом не знает. Если вы не верите, спросите моего старшего брата прямо сейчас! Юй Сяоцао пренебрежительно махнула рукой на предложение шеф-повара.

Как только третий молодой Мастер Чжоу подтвердил ее заявление Юй Хагом, он немного подумал, прежде чем принять окончательное решение. - Ладно! Тогда я благосклонно приму твой щедрый дар. В будущем, если вы столкнетесь с какими-либо проблемами, не стесняйтесь приходить в семейную резиденцию Чжоу, чтобы найти меня!

Юй Сяоцао радостно улыбнулся и подумал: "Отлично, я просто ждала этих слов!’

- Ах, да! Поскольку погода сейчас жаркая, не забудьте сохранить остатки устричного соуса в леднике. Он не может продержаться больше месяца, пока не испортится. Оставив последний совет двум мужчинам, она потерла мешочек, в котором лежали с трудом заработанные деньги, и собралась уходить.

- Не волнуйся! Хотя похоже, что у нас много устричного соуса, у нас много клиентов в ресторане Чжэньсю. Я был бы удивлен, если бы это продержалось неделю! Шеф-повар Ван осторожно налил соус в бутылку и обнял ее, как будто это было мировое сокровище, прежде чем он неохотно поставил ее снова

В то же время, поток клиентов в ресторан Чжэньсю начал увеличиваться, и задняя кухня начала суетиться с деятельностью. Чжоу Цзисю приказал персоналу ресторана добавить "устричные приправленные зеленые овощи" в банкетное меню магистрата округа Ву.

Шеф-повар Ван достал морское ушко и задумчиво посмотрел на него. Ему нужно было придумать, как лучше всего обслужить это высококачественное морское ушко, чтобы внушить благоговейный трепет и произвести впечатление на гостей магистрата.

Юй Сяоцао не могла не дать ему предложение. "Вы могли бы попробовать приготовить " морское ушко с чесночным соусом". Если гостям не нравится вкус чеснока, вы можете заменить его на устричный соус. Соус может поднять внутренний аромат морского ушка. Но не торопитесь в принятии решения, шеф-повар Ван.

Под конвоем третьего молодого мастера Чжоу и менеджера Цзяна брат и сестра наконец покинули ресторан Чжэньсю. По случайному совпадению, сын магистрата пришел сразу после окончания школы и увидел, как уходят брат-сестра.

Третий молодой Мастер Чжоу обычно не был скромным человеком, поэтому видеть, как он обращается с парой детей, одетых как уличные мальчишки, было необычно. Молодой человек не мог не спросить недоверчиво: “третий молодой Мастер Чжоу, каковы личности этих двух детей? Они должны быть экстраординарными, чтобы привлечь ваше внимание.

Чжоу Цзисю сложил руки и небрежно поприветствовал его. Он быстро вернулся к своему обычномуповедению. - Брат Ву, я вижу, что сегодня школа выпустила рано? Входите, входите! Я только что получил новую партию чая с облаками и туманами. Эта партия имеет сильный аромат и имеет цвет свежей росы. Очень трудно найти сейчас!

У молодого мастера Ву было только одно элегантное хобби: пить и сравнивать чаи. Как только он услышал, что ресторан Чжэньсю получил редкую партию, все любопытные мысли о странной паре брата и сестры вылетели у него из головы. Он последовал за Чжоу Цзисю в отдельную комнату.

- Пойдем за покупками, старший брат! Все, что ты хочешь съесть, на мне сегодня!"Теперь, когда у Юй Сяоцао были деньги в руках, она чувствовала себя более уверенно ” Ее спина была прямой, как шомпол, когда она величественно шла по дороге.

Юй Хан дразняще дернул лбом, но затем понизил голос, прежде чем сказал: “Мы все еще одна семья прямо сейчас. Любые деньги, которые мы зарабатываем, должны быть переданы. Если бабушка узнает, что у нас сейчас так много серебра, она определенно не будет счастлива. Я чувствую, что лучше бы мы…”

Юй Сяоцао быстро подняла руки, чтобы защитить сумочку, спрятанную в одежде. В ее глазах мелькнуло раздражение. - Разве денег, которые отец приносит домой, недостаточно? Он держит на плаву всю семью, включая нашего дядю, который учится в городе! Пусть взрослые найдут способы сохранить семью! Им не нужно знать об этом маленьком дополнительном доходе, который мы заработали!”

Юй Хан открыл рот, чтобы что-то сказать, но сестра быстро перебила его. - Отдай, отдай! Вы просто поощряете бабушкино поведение. Только подумай! Сколько денег дал им отец? И сколько из этих денег нам возвращается? Лучше никому не говори о деньгах, которые мы сегодня заработали, иначе ты больше не мой старший брат!

Видя, что Юй Сяоцао непреклонна, Юй Хан решил, что бесполезно пытаться передумать. - Тогда убедись, что хорошо спрячешь деньги! Вы не можете позволить бабушке или другим членам семьи узнать…”

- Не беспокойся так о том, чем я занимаюсь!- Юй Сяоцао хлопнула себя по груди, показывая рукой, что все у нее под контролем. Теперь, когда у нее были деньги, настроение поднялось. Она радостно потянула брата за собой, чтобы пойти за покупками.

Пока они прогуливались, Юй Сяоцао проверила все цены и сохранила их для дальнейшего использования. В зерновой лавке просо, картофельный крахмал и кукуруза стояли по две медные монеты за штуку. Белая мука - пять медных монет за штуку. Северные земли не сажали много риса, так что это были семь медных монет за штуку.

Цена за двадцать медяков высококачественной свинины, а за одного живого цыпленка - сорок медяков.

Хотя императорский двор недавно стабилизировал цены, мир в империи наступил лишь недавно. Большинство простолюдинов жили так же, как рыбаки в деревне Дуншань: изо дня в день влачили жалкое существование.

Чем больше она понимала обстоятельства этого мира, тем больше Юй Сяоцао скучала по своему старому миру. Современная жизнь была еще лучше! Несмотря на то, что ее детство было нелегким, большинство людей жили здесь не так плохо. После того, как она стала старшей сестрой в своей прошлой жизни, она уже привыкла справляться со всеми обязанностями. Ее разум закружился, когда она начала придумывать идеи, чтобы разбогатеть. Ей нужно больше денег, чтобы помочь семье жить лучше. Там, где они не беспокоились бы о своей следующей еде.

Соседний торговец крикнул: Вкусные мясные булочки!! Звук его резкого голоса четко прорезал ее мысли.

Ворчать ,ворчать...При мысли о еде их желудки стонали. Они оба встали рано утром, и ни один из них ничего не ел перед отъездом.

Юй Сяоцао потерла свой сморщенный животик, когда запах мясных булочек поплыл ей в нос. Она взмахнула кулаком в воздухе и сказала:

"Дайте нам четыре больших мясных булочки и две миски яичного супа !"Получив еду, Юй Сяоцао подошла к низкому столику на обочине дороги и убедилась, что позвала брата поесть. Несмотря на то, что они не могли позволить себе поесть в ресторане высокого класса, они все еще могли есть столько, сколько они хотели от продовольственных киосков!

Юй Хан и раньше ездил с отцом в город. Во время этих поездок ни один из них не тратил ни одной медной монеты из скромности. Его младшая сестра, с другой стороны, не испытывала никаких угрызений совести, тратя горсть монет в одной сделке. Денег, которые она потратила на еду, было почти достаточно, чтобы купить две котлеты белого риса и три котлеты белой муки.…

- Хорошо....Я просто съем три простых булочки и выпью немного воды ... - сказал Юй Хан, посмотрев на все цены. Он решил потратить всего одну медную монету на еду.

Юй Сяоцао знала, что ее брат был бережлив до мозга костей. Она молча отсчитала двенадцать медяков и протянула их разносчику, продававшему продукты на завтрак. Купец ловко достал четыре плюшечки и велел жене разлить суп по двум дымящимся тарелкам.

- Не суетись! Мы уже купили еду, так что ешь прямо сейчас! Юй Сяоцао схватила одну из горячих булочек и сунула ее в руки Юй Хана. Она широко открыла рот и вонзила зубы в другой пучок.

Мммм... эти древние люди знали, как приготовить вкусные мясные булочки. Шкурки были достаточно тонкими, и в булочке было много начинки. Каждый кусочек имел насыщенный вкус мяса. Пикантный аромат заполнил и растаял во рту. Возможно, она была слишком голодна, но она думала, что нет ничего вкуснее, чем эти мясные булочки прямо здесь.

Она то отхлебывала суп, то откусывала пирожки. Через несколько минут Сяоцао доела две булочки и тарелку супа. Удовлетворенная, она выпустила маленькую счастливую отрыжку. Так полна сейчас! За последние несколько дней она никогда не могла есть так много, как сегодня. Хорошо иметь деньги! Этот опыт укрепил ее желание сберечь свой собственный кошелек в будущем.

Хотя он был физически старше, Юй Хан все еще был десятилетним ребенком. Увидев, что его младшая сестра так счастливо ест, он не мог не откусить кусочек. Остальное осталось в истории после первого укуса. Не успел он опомниться, как вся еда исчезла в его маленьком животе. Он смущенно потер выпирающий животик и смущенно улыбнулся.

"Мясные булочки этого ларька действительно слишком вкусные! Нам нужно купить немного для мамы, папы и маленького Шито!"Юй Сяоцао не была скупым человеком и хотела поделиться своей удачей с семьей ” Не волнуйся, братишка, твоя старшая сестра всегда будет думать отебе ! Разве я не хорошая сестра?

Милое личико Юй Хана сморщилось от беспокойства. - Я не против купить немного для наших родителей, младшей сестры и младшего брата, но это не может достаться другим людям! Если бабушка узнает, она определенно захочет узнать, откуда у нас деньги. Разве мы не будем мертвым мясом тогда?

____________________________

[1] Морское ушко с чесночным соусом

[2]Большая Мясная Булочка

[3] Яичный Капельный Суп

[[image:/storage/reader-images/0ed44da0cd57dc598764cd26a2e2435e2d722b79.jpg]]

Юй Сяоцао посмотрела на своего брата: «Ты дурак? Почему мы дадим знать бабушке? Разве мы не можем учиться на примере старшей тети? Она все время ест пищу потихоньку!»

Их старшая тетя, мадам Ли, никогда не возвращалась из своего девичьего дома с пустыми руками. Однако вся еда, которую она принесла, была спрятана в ее комнате. Только когда вокруг никого не было, она тайком вынимала закуски и ела их с сыном.

Юй Сяоцао купила еще десять булочек с мясом и заставила торговца заворачивать их в промасленную бумагу. Затем упаковку положили в потрепанный керамический горшок. Ранее они положили несколько старых тряпок наверх, чтобы спрятать свои драгоценные ушки. Теперь они использовали ту же тактику, чтобы скрыть свою запрещенную выпечку.

К тому времени, как они оба прибыли к городским воротам, они увидели, что дядя Ма уже был там и ждал их. Старшая матрона, которая продавала овощи, тоже была там. Ее лицо было освещено счастьем. Судя по большой пустой корзине рядом с женщиной, было нетрудно понять, почему.

«Сяоша, Сяоцао, поторопитесь! Мы просто ждем вас двоих!» Дядя Ма встал, увидев их, и помахал брату и сестре.

«А как насчет леди, которая продавала яйца?» - спросила Юй Сяоцао, когда она запрыгнула на тележку для ослов. «Почему она еще не здесь?»

Пожилая женщина, которая продавала овощи, улыбнулась: «О, она? Она продала все свои яйца раньше и уже ушла. Она попросила меня помочь ей вернуть ее корзину домой. Сяоцао, что в твоем горшке? Это выглядит довольно тяжело».

Юй Сяоцао уныло вздохнула с грустным выражением лица: «Моя мама сделала ферментированную пасту из соевых бобов. Мы хотели посмотреть, сможем ли мы продать её за несколько медных монет и купить немного крупного зерна домой. Но мы даже не могли продать ее за одну медную монету! И потратили четыре медные монеты, только чтобы приехать сюда!»

Когда матрона услышала, что это паста из соевых бобов, она потеряла интерес к содержимому горшка. Она рассеянно утешала маленькую девочку, затем прислонилась телом к ​​боку повозки и задремала.

Юй Ханг не мог не смотреть на свою младшую сестру, когда услышал, как она лжет, даже не моргая. Где она научилась так лгать? Это не хорошо. Когда он вернется домой, ему нужно было напомнить матери, чтобы она воспитывала ее более осторожно. В противном случае его сестра может вырасти слишком изогнутой.

Когда брат и сестра вернулись в свою деревню, они увидели на дороге знакомую высокую фигуру, с нетерпением ожидающую их.

«Отец? Отец! Мы вернулись!» - Юй Сяоцао подняла тяжелый керамический горшок и быстро помчалась к Юй Хаю.

Юй Хай отложил добычу, легко поднял свою дочь в воздух и строго посмотрел на сына: «Ты довольно смелый, а? Взял свою маленькую сестру и никому ничего не сказал? Двое маленьких детей без присмотра выбежали из деревни. Что если бы вы столкнулись с плохими людьми?»

Затем он повернулся к своей дочери и сказал более мягким тоном: «Цао'эр, в будущем, если хочешь пойти в город, скажи отцу! Отец отвезет тебя туда. Уже обеденный перерыв, ты, должно быть, проголодалась, верно? Отец позаботился о том, чтобы оставить для тебя три паровых рулета [1]. Ты должна есть их, пока они еще горячие!»

Эхххх! Обожая только дочь, он был действительно дураком для своей младшей дочери! На лице Сяоцао было застенчивое выражение лица, когда ее носил ее отец. Она вывернулась из рук отца и сказала: «Мы со старшим братом уже поели в городе! Мы съели две большие мясные булочки! Я также купила отцу! Отец должен съесть их, пока мы идем!»

Юй Сяоцао знала скупой темперамент своей бабушки. Так как ее отец приготовил для них пару рулетов, это означало, что он должен был голодать. Этот человек проснулся на рассвете, чтобы отправиться на охоту в горы, а затем ему пришлось отправиться в город, чтобы продать свою добычу. Он был не вправе голодать.

Юй Сяоцао взяла три пирожных в руки отца. Она посмотрела на изуродованную и кровавую добычу на земле и почувствовала, как ее сердце замерло. «Отец, я хочу есть жареного фазана. Можно ли оставить одного из них для меня?»

Охота сегодня пошла так себе. Юй Хай поймал только небольшую дичь: двух фазанов, трех диких зайцев и двух пухлых диких птиц.

Юй Ханг осторожно потянул за рукава своей сестры и прошептал: «Бабушка уже видела добычу, которую сегодня поймал отец. Она всегда знает, сколько денег можно за неё получить. Если отец вернется с меньшими деньгами, она разозлится! Разве мы уже не ели мясные булочки сегодня? В будущем мы будем есть мясо фазана!»

Благоприятное выражение Юй Хая не менялось на протяжении всего взаимодействия между его двумя детьми. «Оставить фазана не проблема! Но твой старший брат тоже прав, Цаоэр. После твоей последней болезни твой желудок все еще довольно слаб. Так что не стоит сейчас есть жареного фазана. Через несколько дней, как только твоё тело станет лучше, папа обязательно оставит тебе хорошего толстого фазана!»

Юй Сяоцао была почти уверена, что с ее телом все в порядке. Но было очевидно, что никто из ее ближайших родственников не поверил этому. Похоже, ей все еще нужно было проявить себя!

После этого брат и сестра бегали по деревне в поисках своей матери, Сяолянь и младшего брата. Вскоре они обнаружили, что их мать была в ручье, мыла простыни. Сяолянь взяла Маленького Шиту к подножию Западных гор, чтобы собрать дрова.

Никто не жил у подножия Западных гор, и обычно мало кто из деревни ходил туда. Это было идеальное место.. Кхм.. *кашель*.. Кхм.. для разделения их тайно приобретенных булочек с мясом. Двое из них разделились, чтобы завершить свою миссию. Юй Ханг пошел к реке, чтобы найти мадам Лю, а Сяоцао взяла керамический горшок к подножию гор.

«Мама мама! Сяоцао, она ... ах ... ты должна прийти и посмотреть сама!» Многие другие женщины из деревни стирали белье на берегу ручья. Юй Ханг не осмелился ясно объяснить ситуацию, и он также был слишком честен, чтобы придумать хорошую ложь на месте. Единственное, что он мог придумать, - это что-то не так с его младшей сестрой.

Когда мадам Лю услышала его незаконченное предложение, она поспешно встала. Простыня в ее руках почти выскользнула и уплыла в ручей.

Юй Ханг сразу почувствовал себя виноватым, когда увидел, как она волновалась. Он попытался успокоить её: «Мама, не волнуйся! Маленькая сестра в порядке!

«Ты не доктор», - ответила мадам Лю. «Откуда ты знаешь наверняка, что твоя сестра в порядке? Я должна увидеть её сама. Тетя Футян, ты не против присмотреть за моими вещами? Если я не вернусь до того, как ты закончишь, можешь сделать мне одолжение и вернуть их домой?» Лю Муюнь вытерла руки насухо и бросилась за сыном. Двое из них побежали в сторону Западных гор.

«Ах ... это снова должна быть Сяоцао! В этой жизни у жены Дахай злая судьба… ». Все женщины, которые стирали в реке, привыкли к тому, что мадам Лю уходит на полпути, пока она не закончила стирку. В девяти случаях из десяти это обычно было связано с ее болезненной дочерью.

С другой стороны, Юй Сяоцао было труднее найти свою сестру и брата. Горы здесь занимали большую территорию, и было много мест, где двое детей могли собиратьдрова. К счастью, Сяолянь и Маленький Шиту оба были осторожны и не осмеливались углубляться в горный хребет. Двое из них остались у подножия гор. С небольшим усилием Сяоцао наконец нашла их.

«О боже мой, я так устала прямо сейчас! Вы двое действительно заставили меня поднапрячься!» - пожаловалась Сяоцао, когда нашла их двоих. Она рухнула на землю и села на длинную траву, совершенно задыхаясь. Она использовала свои маленькие кулаки, чтобы ударить по ногам, чтобы ослабить мышцы. Это маленькое тело серьезно слишком слабое! Даже после такой короткой дистанции она так сильно устала! Вдалеке мадам Лю, которая бежала за своим старшим сыном, видела, что произошло.

Когда она добралась до места, где упала Сяоцао, она взяла дочь на руки и неоднократно спрашивала: «Цао'эр, где ты чувствуешь себя плохо? Мать отвезет тебя домой ... Сяоша, иди и найди Доктора Ю прямо сейчас».

Юй Ханг не сразу ушел и вместо этого спросил свою сестру с беспокойством: «Младшая сестра, тебе правда не хорошо?»

«Что ты подразумеваешь под "тебе правда не хорошо"? Ты говоришь, что она притворяется? Иди и найди доктора!» - Лю Муюнь воскликнула. Она наклонилась и обняла свою младшую дочь.

Юй Сяоцао увидела, что лицо ее матери побелело от беспокойства, поэтому она быстро вскочила и дважды подпрыгнула на земле, чтобы показать мадам Лю, что с ней все в порядке. «Мама, я в порядке! Кто сказал, что я плохо себя чувствую? Скажи мне, и я ударю их за тебя! Старший брат, ты был тем, кто напугал мать?»

«Ты уверена, что чувствуете себя хорошо?» Мадам Лю осмотрела свою дочь с головы до ног. Сяоцао действительно не выглядела так, словно снова заболела. Она почувствовала облегчение, поэтому повернулась, чтобы ругать сына: «Так зачем ты меня сюда звал? Ты прервал меня, когда я была в середине стирки!»

Юй Сяоцао быстро пришла на защиту своего брата. «Мама, мы не посетили город сегодня? Я купила несколько мясных булочек для всех нас. Вот, попробуй!»

[1] Рулоны на пару

[[image:/storage/reader-images/9c3829fbb325f02bb5a4a54f9303fec98542bd5b.jpg]]

«Мясные булочки? Вторая сестра, вторая сестра, это большие булочки? Те, которые с мясным фаршем и сделаны из белой пшеничной муки?» Глаза Маленького Шиту широко раскрылись, когда он увидел булочку в руках своей сестры. Слюна начала сжиматься во рту, и он с жалостью смотрел на свою сестру.

Сяоцао улыбнулась и ущипнула маленького мальчика за щеку. «Как ты думаешь, есть другие виды мясных булочек? Расслабься, я тоже купила для тебя!»

Верная своему слову, она разделила оставшиеся семь фаршированных мясных булочек между матерью, братом и сестрой. Мадам Лю получила три, в то время как ее сестра и брат получили по две.

Маленький Шиту осторожно вытер руки о одежду, прежде чем получил булочки от своей старшей сестры. Он широко открыл рот и откусил гигантский укус. Слегка сладкий хлеб в сочетании с плотным и жирным вкусом мяса, гармонично сочетающимся между собой. В своем стремлении съесть еду, маленький мальчик чуть не задохнулся, пытаясь проглотить большой кусок.

Мадам Лю ласково похлопала своего младшего сына по спине. Вместо еды она стала ругать своего старшего сына и вторую дочь. «Как вы двое могли просто исчезнуть без слов и сами поехать в город? Особенно ты, Сяоша! Ты знаешь, что у твоей сестры слабое тело, как ты мог заставить ее ходить так далеко? Что бы ты делал, если бы она рухнула от истощения?»

Юй Сяоцао вмешалась, чтобы защитить своего брата: «Мама, мы пошли с дядей Ма из соседней деревни. Мы взяли его тележку с ослом в город. Не беспокойся обо мне, я совсем не устала. Пожалуйста, начни есть сейчас. Если фаршированные булочки будут стоять слишком долго, они больше не будут вкусными!»

«Где вы взяли деньги, чтобы покататься на телеге и купить булочки?» - строго спросила мадам Лю, глядя на свою младшую дочь.

Сяолянь, которая ела мясные булочки маленькими кусочками, тихо ответила: «Мама, я дала ей деньги, чтобы она могла взять тележку. Раньше я собирала травяные лекарства и продавала их. Поскольку было всего несколько медных монет, я не передала деньги главному дому».

Госпожа Лю настаивала: «Тогда откуда взялись деньги на эти булочки?»

Мясные булочки, оставленные для неё, остались нетронутыми.

«Знаю! Я знаю!» - воскликнул Маленький Шиту и взволнованно взмахнул кулаком. Он уже съел одну из своих больших мясных булочек. «Вчера мы пошли к морю и поймали морские ушки. Вторая сестра спрятала их, поэтому она, должно быть, продала их за деньги!»

Юй Сяоцао обеими руками схватила мальчика за щеки и осторожно потянула. Она ухмыльнулась: «Наш Маленький Шито такой умный! Ты угадал! Мама, пожалуйста, не беспокойся и ешь сейчас. Деньги, на которые я их купила, чистые».

Мадам Лю не поняла махинаций, в которые ее дети вчера играли. Она вздохнула: «Ты маленькая хитрюга, ты довольно смелая, а? Но ... правильно ли скрывать что-то подобное от своей бабушки?»

«Что с этим не так? Мама, ты и отец слишком послушны. Просто посмотрите на старшего дядюшку и младшего дядюшку, они оба такие эгоистичные. Младший дядя живет в арендованном доме в городе и ест белый рис каждый день! Его жена даже купила служанку для работы по дому!» - Юй Сяолянь жаловалась, продолжая есть свои мясные булочки.

«Кроме того, посмотрите на старшую тетю и брата Хейзи. Они оба проводят весь день, прячась в своих комнатах, поедая свои собственные закуски. Посмотрите на их фигуры, а затем посмотрите на мою и младшую сестру ... Они всегда утверждают, что еду они получают из девичьего дома старшей тети, но у неё нет братьев. Почему они так много дают дочери, которая уже замужем? Такая плохая ложь!»

Лю Муюнь посмотрела на худые лица своих детей и похожие на палочки фигуры после того, как подсказала ее старшая дочь. Она глубоко вздохнула и осторожно использовала промасленную бумагу в руках, чтобы обернуть свою долю.

«Мама, почему ты их не ешь?» - спросил Маленький Шиту. Он уже начал свою вторую мясную булочку. Наполнив себя первой, он смог смаковать и наслаждаться второй. «Мясные булочки действительно вкусные! В них много мяса! Если бы я мог есть каждый день, я был бы самым счастливым мальчиком в мире!»

Юй Сяоцао почувствовала, что ее сердце болит, услышав заявление ее младшего брата. Маленького парня было слишком легко удовлетворить! Его счастливая жизнь состояла в том, что он мог есть мясную булочку каждый день. В ее прошлой жизни было слишком много испорченных деток, которые могли есть мясо каждый день, но все еще были очень разборчивы. По сравнению с Ю Хань и Ю Сяолянь их жизнь была слишком разной! Ах, дети, которые выросли в бедных семьях, действительно взрослеют быстрее.

Их мать потерла голову младшего сына и нежно улыбнулась. Волосы на его голове были ломкими и сухими. «Твоя мать не голодна. Я оставлю эти булочки для тебя и твоей второй сестры на вечер, по одной для каждого из вас...»

Юй Сяоцао поспешно прервала: «Мама! Брат Хейзи как-то всегда узнает, когда вокруг появляется еда! Он как собака, всегда найдет, что поесть. Если ты принесешь эти булочки обратно, он обязательно их найдет. И если он их найдет, бабушка узнает. И если бабушка узнает и спросит, откуда у нас деньги, чтобы купить мясные булочки, как бы мы ответили?»

Подумав немного, госпожа Лю должна была признать, что ее дочь права. Она развернула свою долю и передала одну в сторону Сяоцао. «Твоя мать не может съесть столько. Цao'ер, иди съешь еще одну».

Сяоцао засмеялась и похлопала себя по выпуклому животу. «Эти булочки слишком большие для меня! Я уже ела две раньше, и у меня также была тарелка яичного супа. Если я буду есть больше, я думаю, что в конечном итоге мой животик взорвется. Мы с старшим братом уже поели, так что поторопись и поешь, пока нас никто не видит!»

Юй Сяолянь изначально планировала оставить вторую булочку, чтобы она могла дать ее своей младшей сестре за обедом. Однако, когда она услышала, что Сяоцао сказала их матери, она без всяких колебаний начала грызть булочку. «Хммм! Этот бесстыдный толстяк, Юй Хэйцзи, абсолютно не может получить мою булочку!»

Вскоре после того, как вся семья покончила с мясными булочками, с близлежащего дерева раздался незнакомый мужской голос. «Э? Тетя Лю, Сяоша, Сяолянь и Маленький Шиту, почему вы все здесь?» - незнакомец звучал моложе и имел четкий голос.

Все они немедленно повернули головы, чтобы посмотреть. Из мрачных теней деревьев прогуливался молодой человек в аккуратной повседневной одежде. Охотничий лук был брошен ему на спину. У юноши были густые брови и пара ясных темных глаз. Его нос был прямым, и у него была квадратная линия челюсти. Хотя он был одет в простую, домотканую одежду, это ни на что не умаляло его героическую фигуру.

«Вау! У древних действительно были цветочные мальчики! Романы не врали! Молодой человек, который почти утонул, красивый и молодой владелец ресторана в городе, и этот горячий и бурный подросток - все это прекрасные образцы симпатичных мужчин. Теперь, когда я думаю об этом, мои два брата были бы очень красивыми, если бы они не были такими худыми».

Юй Ханг выбросил кусок дров из своих рук в волнении и нетерпеливо шагнул вперед. «Брат Хан, ты здесь, чтобы проверить свои ловушки?»

Чжао Хан с любопытством посмотрел на Сяоцао, а потом улыбнулся и кивнул: «У меня не было времени сегодня утром зайти. Теперь, когда у меня есть немного свободного времени, я решил прогуляться по горам. Эта маленькая девочка ... твоя вторая младшая сестра?»

«Да, это моя младшая сестра. Ее зовут Сяоцао. Когда она впервые родилась, она была слабее котенка, поэтому мой папа решил дать ей имя, которое поможет ей вырасти. Он надеялся, что она сможет расти так же быстро, как трава, и будет такой же цепкой, как бамбук! Маленькая сестра, это сын дяди Чжао, брат Хан. Иди, поприветствуй его сейчас!» - Юй Ханг ласкала ее голову, как будто он гладил щенка.

Юй Сяоцао увернулась от руки брата и тихо проворчала: «Можешь ли ты перестать смущать меня перед незнакомцами? У меня уже и так есть такое ... уникальное имя. Неужели тебе тоже нужно было объяснять причину?»

«Сын дяди Чжао, кто такой дядя Чжао? Ах да, он, должно быть, сын охотника Чжао, лучшего охотника деревни. Я думаю, что отец научился охотиться у этого парня, поэтому я, наверное, должна хорошо относиться к его сыну».

Сяоцао вежливо улыбнулась и сладко сказала: «Старший брат Чжао!»

Чжао Хан хохотнул: «Дядя Дахай называет моего отца старший брат Чжао, теперь ты также зовешь меня старший брат Чжао. К кому мы сейчас обращаемся? Сяоцао, просто следуй примеру Маленького Шиту и зови меня брат Хан!»

«Вторая сестра, если ты последуешь за братом Ханом, ты сможешь есть мясо!» - маленький гурман, Маленький Шиту, жадно облизал губы.

Будучи в меньшинстве, Юй Сяоцао могла последовать только их примеру. «Брат Хан ...» Звук ее голоса был мягким и слабым. Если бы у Чжао Хана не было хорошего слуха, он не смог бы услышать ее приветствие.

Чжао Хан скопировал Юй Ханга и ласково взъерошил ее волосы. «Ты не полностью выздоровела? Ты все еще выглядишь довольно слабой ... Если в ловушках окажется какая-то дичь, твой брат Хан поджарит тебе немного мяса!»

«Не забывай обо мне, брат Хан!» Когда Маленький Шито услышал, что они могут есть мясо, он сразу же вскочил и прыгал вокруг Чжао Хана с восхищением.

Чжао Хан ущипнул мальчика за щеки и ухмыльнулся: «Конечно! Я бы никогда не оставил нашего Маленького Шито!»

«Брат Хан, почему ты похож на мою вторую сестру? Вам обоим очень нравится щипать чужие щеки!» Маленький Шито надулся и убежал. Маленький мальчик держал своёлицо между двумя руками, анна его лице отчетливо виднелась обида.

Видя, что все ее дети смеются и радостно играют, госпожа Лю взглянула на небо, чтобы проверить время. «Продолжайте играть. Я все еще не закончила стирать простыни, поэтому мне нужно вернуться к ручью. Не играйте слишком долго и не забудьте прийти домой, чтобы поужинать!»

Обычай трехразового питания начался после вознесения первого императора нынешней династии. Десятилетия прошли с начала обычая, и поэтому завтрак, обед и ужин были обычным делом среди высших классов и в высококлассных ресторанах. Однако большинство крестьян по-прежнему придерживаются двухразового питания: один раз утром и один раз вечером. Реальность состояла в том, что они не могли позволить себе есть чаще. Это было то, что Юй Сяоцао нашла очень трудным для желудка.

«Мама, не волнуйся! Я здесь, чтобы присматривать за младшим братом и младшими сестрами!» - пообещал ЮйХанг. Хотя он действительно хотел пойти вместе с братом Ханом, чтобы проверить ловушки, он все еще помнил, что они были ответственны за сбор дров.

Он только что узнал от Сяолянь, что бабушка разразилась истерикой, когда она не видела его утром. Чтобы успокоить ее, его матери и сестре пришлось взять на себя больше обязанностей по дому.

Чжао Хан хорошо знал об особых обстоятельствах этой группы братьев и сестер. Он повернулся к Сяоцао и Маленькому Шиту и подозвал их следовать за ним. «Ребята, хотите ли вы пойти за мной, чтобы проверить ловушки?»

«Да! Да!» - Маленький Шито, который был еще маленьким ребенком, сразу же согласился, не задумываясь.

С другой стороны, Юй Сяоцао почувствовала себя виноватой, когда увидела, что ее старшая сестра и брат усердно трудятся, чтобы найти дрова. Когда Юй Сяолянь увидела, что она колеблется, она улыбнулась и сказала: «Маленькая сестра, ты все еще слишком слаба! Ты действительно думаешь, что можешь помочь нам? Не беспокойся и не доставляй нам больше хлопот, оставаясь здесь!»

«Вторая сестра, мы все еще можем помочь им собирать дрова, когда спустимся с горы позже!» Маленький Шито имел умный ум и быстро нашел оправдание, чтобы убедить свою сестру.

В прошлой жизни Юй Сяоцао жила на равнинах, поэтому она никогда не занималась охотой в горах. Теперь, когда у неё был шанс, она не могла устоять перед удовлетворением своего любопытства. Поколебавшись секунду, она решила последовать за двумя мальчиками: «Старший брат, Сяолянь, я помогу вам, как только смогу. Клянусь, я скоро вернусь!»

Ловушки, которые установил Чжао Хань, были по всей периферии горного хребта, вдали от густых лесов, где жили более свирепые животные. На самом деле, даже более крупной добычи в этой области было мало. Вот почему ему было удобно брать с собой двух маленьких детей.

Сейчас было еще лето, поэтому температура на улице росла, особенно на открытом воздухе и под палящим солнцем. Однако под покровом деревьев было прохладно и тенисто, как будто это была осень. Холодный воздух очень освежал. Юй Сяоцао началазадаваться вопросом, будет ли это хорошим местом для отдыха, когда погода станет еще жарче.

«Будь осторожна, Сяоцао! Впереди ловушка, так что будь осторожна, чтобы не упасть!» - Чжао Хан внезапно предупредил. Он заметил, что маленькая девочка с любопытством оглядывалась вокруг и не обращала внимания на землю у ее ног. Как она могла быть такой невнимательной в такой опасной обстановке?

Ловушка? Юй Сяоцао наклонилась, чтобы осмотреть землю более тщательно. К ее удивлению, на земле было одно пятно, которое выглядело иначе, чем остальная часть местности. Она должна была признать, что у этого брата Чжао были довольно хорошие навыки. Если бы она не смотрелавнимательно, она не смогла бы найти ловушку.

«Ты не боишься, что некоторые из жителей деревни могут пострадать от ловушек? Другие люди тоже проходят здесь», - Юй Сяоцао спросила с обеспокоенным выражением лица.

Маленький Шито хихикнул и добавил: «Вторая сестра, кроме тебя, вся деревня знает знаки, которые семья Чжао использует в своих ловушках. Даже трехлетние дети в деревне знают, как различить ловушку. Посмотри на завязанную там веревку. Если ты когда-нибудь увидишь ее, значит, поблизости есть ловушка, и ты должна быть осторожна!»

В этот момент Юй Сяоцао заметила, что на соседнем дереве действительно была веревка из травы, сплетенная в особый узел. Она смущенно потерла нос.

Чжао Хань умело переключил тему розговора, чтобы больше не смущать ее. «Похоже, эта ловушка не сработала, давайте пойдем дальше, чтобы проверить остальные. Сяоцао, если ты начнешь чувствовать усталость, обязательно скажи мне».

Юй Сяоцао подняла голос в знак согласия и внимательно последовала за Чжао Ханом. Трое из них углубились в лес. Становилось все темнее, чем дальше они шли, и подлесок становился все гуще и неуправляемее. К счастью, в лесу была изношенная тропа, поэтому им не пришлось проталкивать слишком много растительности.

Маленький Шито схватил длинную ветку дерева и использовал ее, чтобы постоянно взбивать пышный подлесок. Это не только изгонит змей, но также может испугать некоторых скрытых фазанов, и они выбегут.

«Подождите минутку!» - внезапно закричал Чжао Хань. Он поручил брату и сестре оставаться там, где они были, пока он скрылся в соседней заросли.

Лес в горах был густой с деревьями и другими растениями. Ветви перекрещивались друг с другом и блокировали попадание солнечного света на землю. Изредка некоторые лучи света могли вырваться из щелей. Прямо сейчас была пара лучей, которые освещали эту маленькую рощу. Над ними птица внезапно расправила крылья и улетела. Двое детей заметили, что куст начал трястись не слишком далеко от них, как будто что-то выходило оттуда…

«Вторая сестра ... ты сейчас боишься?» Маленький Шито спросил дрожащим голосом. Он подошел ближе к ней и потянул ее за руку. Его глаза были испуганы, когда он осматривал область вокруг себя.

Юй Сяоцао сознательно дразнилаего. «Маленький трус! Разве брат Хан не сказал тебе? Мы на окраине леса. Крупнаядичь не придет сюда, не говоря уже о чем-то большом и злом! Разве ты не сказал, что собираешься защитить свою старшую сестру? Почему ты сейчас напуган?»

Маленький Шито, стыдясь, отпустил ее руку и начал разрывать кусочек травы своими пальцами. Он тихо пробормотал: «Когда я вырасту, я обязательно позабочусь о второй сестре - о, смотри, брат Хан возвращается!»

Сяоцао повернулась лицом к тому направлению, в котором ранее ушел Чжао Хань. Конечно же, после того, как кустинемного потряслись, перед ними появилась высокая и устойчивая фигура Чжао Хана.

«Посмотрите, что у меня есть! Как вы двое думаете, что это?» - спросил юноша и что-то потряс в руках перед двумя маленькими детьми.

Маленький Шито вскочил и воскликнул: «Яйца фазана! Вторая сестра, у него яйца фазана! Яйца такие вкусные, и они отлично подходят для укрепления организма!»

«Вот, возьмите их. Через некоторое время мы приготовим яйца для еды!» Чжао Хан усмехнулся, положив пять яиц в руки брата и сестры. После этого он продолжал прокладывать путь через лес.

Все ловушки, которые он установил ранее, были помещены в густой подлесок. Время от времени молодой человек уходил с изношенной тропы, чтобы осмотреть свои ловушки, в то время как пара брата и сестрыоставалась на тропе. После осмотра более десяти ловушек за последние два часа, Сяоцао начала чувствовать себя измотанной.

К счастью, их путешествие не прошло даром. Одна из ловушек поймала дикого зайца, в то время как Чжао Хань также смог сбить толстую и пухлую горлицу.

«Вы, ребята, должны быть уставшими сейчас. Могу поспорить вы тоже проголодались. Я знаю хорошее место, где мы можем остановиться и перекусить». На протяжении всего путешествия Чжао Ханьвнимательно следил за парой брата и сестры.

Состояние маленького Шит было не плохим. Он проводил большую часть своего времени, как сумасшедший, бегая с другими детьми из деревни, поэтому у него было приличное количество энергии в его маленьком теле. С другой стороны, у Юй Сяоцао была более слабая конституция. Разница между этими двумя не была удивительной. Для кого-то, кто был болен с того дня, как она родилась, это было чудом, что Сяоцао могла так долго идти по трудной горной тропе.

Чжао Хань знал эту область леса как тыльную сторону своей руки. Он провел брата и сестручерез густой подлесок. Пройдя через лес еще четверть часа, Юй Сяоцао неожиданно заметила, что они вошли в неожиданную область. Они были в прекрасной долине, которая, казалось, появилась из ниоткуда.

Стороны долины были заключены в горы с обеих сторон. Зеленые листья мерцали на солнце, и долина, казалось, была покрыта пышной растительностью. Небольшой ручей счастливо булькал через долину. Вода течет по траве, словно темно-синяя нить в куске тонкой парчи. Даже воздух здесь казался более чистым и свежим!

«Ух ты! Это потрясающе! Это такое прекрасное место!» - Юй Сяоцао глубоко вдохнула свежий воздух в свои легкие и мечтательно выдохнула.

Чжао Хань улыбнулся и снисходительно наблюдал, как маленькая девочка погрузилась в высокую траву и с комфортом закрыла глаза. Для него она выглядела как милый маленький котенок, избалованный и очаровательный.

«Эта долина довольно скрыта, поэтому никто, кроме меня, ее не открыл! Я уже проверил долину, и кажется, что внутри безопасно. Вы, ребята, подождите здесь немного, пока я пойду за приправами. Давайте приготовим здесь шашлык!»

Хотя семья Чжао жила у подножия горы и далеко от деревни Дуншань, Чжао Хань также слышал о скупой личности мадам Чжан. Семья Юй редко имела возможность есть мясо в течение года и только изредка могла есть рыбу, которую нельзя было продать.

«Иди, иди! Быстро иди и возвращайся скорее!» После двух часов блуждания по горному лесу Юй Сяоцао уже переварила две большие мясные булочки, которые она ела утром. Было бы очень интересно устроить пикник в такой живописной горной долине.

«Вторая сестра! В потоке рыба!» Маленький Шито вымыл руки в ручье, когда увидел, как рыба размером с ладонь мечется между трещинами камней. Он поспешно снял туфли и пошел, чтобы схватить их руками. Однако он не смог поймать маленькую рыбку, которая ловко плавала в воде.

Юй Сяоцао, которая держала в руках изношенный керамический горшок, сразу же с большим интересом подошла к младшему брату, услышав его призыв: «Посмотри на меня, я поймаю их с этим горшком!»

А? Эта рыба была довольно странной. Онасразу же приплыла, когда увидела горшок, вместо того, чтобы убегать. Более того, рыбасобралась вместе, как будто почувствоваласладкий запах приманки.

Маленький Шито тоже был удивлен и воскликнул, казалось бы, что-то поняв: «О! Я знаю! Раньше горшок был заполнен мясными булочками, поэтому внутри все еще осталсявкусный запах булочек. Маленькие рыбки, должно быть, приплыли, потому что они голодны. Давай поймаем еще немного, чтобы мы могли приготовить суп!»

Вокруг керамического горшка собиралось все больше рыбок. Они плавали вокруг, как будто что-то в горшке привлекало их. Была ли духовная энергия Маленького Божественного Камня также способна стать приманкой для рыбы?

Юй Сяоцао положила разноцветный камень на запястье в керамический горшок. После того, как горшок был погружен глубже в ручей, маленькие рыбки еще больше стремились втиснуть в него. Вскоре горшокбыл плотно заполнен рыбкой, сжимающейся, как сардины. Рыба, которая не успела оказаться внутри, продолжала задерживаться вокруг горловины. Кажется, что все больше и больше рыбы собирается…

[Юй Сяоцаю, ты маленькая девочка! Как ты смеешь использовать меня, этот божественный камень, как приманку! Ты, ты ... ты серьезно слишком много!]

После нескольких дней молчания этот голос, наконец, снова прозвучал в ушах Юй Сяоцао.

Постепенно из горшка появился маленький сверкающий шарик. Маленький божественный камень появился в виде сердитого маленького золотого котенка. Он обнажал зубы на Юй Сяоцао и смотрел на неё с поднятым хвостом.

«Ой? Маленький Божественный Камень, ты наконец проснулся? Твои силы восстановлены?» - Юй Сяоцао закричала от удивления.

Маленький Шито в замешательстве уставился на неё и спросил: «Вторая сестра, что ты сказала? Ты говорила со мной?»

Юй Сяоцао внезапно вспомнила, что другие люди не могли видеть духовную форму маленького божественного камня. Она потерла нос и неловко ответила: «Я говориласама с собой. Я ни с кем не разговариваю. Ты можешь осторожно достать горшок. Внутри достаточно рыбки!»

[Ты такая тупая! Ты даже не знаешь, как использовать свой ум, чтобы общаться со мной. Если ты хочешь что-то сказать, просто подумай об этом, и я смогу услышать тебя!]Видя ее смущение, маленький божественный камень кувыркнулся в воздухе, одновременно беспощадно высмеивая ее.

Юй Сяоцао не беспокоилась об этом и продолжала спрашивать: «Ты восстановил свою духовную силу?»

[Это не может быть так быстро! Я, этот божественный камень, чуть не использовал все свои силы, чтобы вылечить твою рану в прошлый раз. Если бы ты не поместила меня в горный ручей, а духовная энергия в этом потоке была еще нетронута, я бы не смог появиться. Хотя духовная энергия в этом мире слишком слаба, она все равно в сто раз лучше, чем втвоем предыдущем мире.]

[Нет! Мои духовные силы все еще слишком слабы, поэтому я могу появиться только ненадолго. Я ухожу сейчас. Не забудь пропитать мое тело в потоке!] Золотой свет вокруг маленького божественного камня несколько раз замерцал, а затем исчез из поля зрения Сяоцао.

«Вторая сестра, помогимне быстрее! Здесь слишком много маленьких рыбок! Должны ли мы привязать их к веревке и вернуть обратно?»

Маленький Шито улыбнулся от уха до уха, глядя на рыбку внутри горшка. Этого было достаточно, чтобы приготовить большой горшок с тушеной рыбой, что заставит бабушку меньше ворчать!

Юй Сяоцао также счастливо улыбалась, думая о вкусной тушеной рыбе: «Оставь их в горшке. Погода слишком жаркая, поэтому после смерти будет вонючий запах. Выбери несколько крупных рыб. Мы позже поджарим их на огне!»

Пока она говорила, она подошла к берегу и положила разноцветный камень на дне ручья. К счастью, маленький божественный камень проснулся и контролировал свои силы. В противном случае, если бы он привлек всех рыб в потоке или других животных, это было бы очень хлопотно!

«Брат Хан, посмотри на рыб, которые мы поймали!» Маленький Шито вытащил несколько рыб длиной около полуметра и похвастался Чжао Хану, который бросился к нему.

Чжао Хань был шокирован, увидев в горшкетак много рыбы: «Рыба в этом ручье очень подвижна. Я пробовал много раз и только потом поймал одну или две. Как вы поймали так много за такое короткое время? В чем ваш секрет? Научите и брата Хана».

«Если бы я сказал, что рыбка сама заплыла в наш горшок, ты бы мне поверил?» Большие глаза Маленького Шито блестели, когда он спросил с озорным выражением лица.

Чжао Хан засмеялся, затем поднял его и бросил в воздух. Пока маленький парень кричал, он снова схватил его за руки и сказал: «Как думаешь, брата Хана так легко одурачить? Я скорее поверил бы, что в горшок влетел фазан. Хорошо, давай жаритьмясо!»

Чжао Хань вернулся домой и принес широкий выбор приправ. Юй Сяоцао осмотрелаприправы, которые он принес. Была даже такая специя, как тмин. Она опустила голову и понюхала знакомую приправу коричневого цвета.

«Это тмин. Ты не видела его раньше, верно? Император Цзяньвэнь привез его с юга, когда он был еще наследным принцем. Тут также есть перец чили. Император Цзяньвэнь был якобы страстным любителем острых блюд. Однако не каждый может привыкнуть к таким специям, как тмин и перец чили. Я могу их съесть, но если вам не нравится острая еда, вам не нужно их использовать». Чжао Хань и его дедушка тоже были любителями пикантного вкуса.

В это время перец чили не был популяризирован. Все овощи, которые ела семья Юй, выращивались в их собственном доме, поэтому у них, естественно, не было перца чили. Без какого-либо масла и специй их еда была просто вареными овощами с небольшим количеством соли. Если бы Юй Сяоцао не была голодна, она серьезно не могла бы даже есть это.

Юй Сяоцао восхищалась гурманом Чжао Ханом, который смог собрать такое огромное количество специй, - ярко-красный чили, тмин, анис, корица и укроп.

Не имея другого выбора, Чжао Хань взял на себя ответственность позаботиться о зайце и горлице, Шито болтал сбоку, наблюдая за ним, а Юй Сяоцао добровольно взяла дрова, чтобы разжечь огонь. Время от времени она смотрела на них и думала: «Этому парнюдолжно быть всего около двенадцати или тринадцати лет, но он уже достаточно искуснен в снятии шкуры с зайца и вырезании внутренних органов. Сразу очевидно, что он давно привык к этому».

Огонь был быстро зажжен. Заяц был смазан солью и различными приправами, а затем помещен для жарки. Горлица была фарширована специями и покрыта грязью перед тем, как ее бросили в огонь. Яйца фазана также покрывали слоем мокрой грязи, чтобы они не лопнули, а затем ставили рядом с огнем для запекания.

У Юй Сяоцао было более десяти лет опыта в приготовлении тушеных блюд, но она не умела очищать дичь. Она могла помочь только на стороне, смешивая приправы. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз ела мясо. ( Примечание автора: она забыла о мясных булочках? ) Таким образом, ей было чрезвычайно трудно устоять перед манящим ароматом жареного зайца.

Чжао Хань вытер пот с лица рубашкой. Он не мог удержаться от смеха, когда увидел нетерпеливое выражение лица Юй Сяоцао и ее младшего брата: «Будьте терпеливы. Мы скоро будем есть. Дикий заяц, которого я сегодня поймал, довольно пухлый, и он обязательно будет вкусным!»

Жир с жареного зайца капал в огонь, издавая шипящий звук. Пылающее пламя несло в воздухе аппетитный аромат жареного мяса. Запах распространялся по всей долине, соблазняя и так уже голодных брата и сестру.

К тому времени, когда хрустящий золотисто-коричневый жареный заяц был, наконец, готов, Юй Сяоцао уже была на грани терпения! Брат и сестра смотрели на дымящегося жареного зайца и не знали, с чего начать.

Улыбка появилась на красивом лице Чжао Хана. Он осторожно покачал головой и вынул острый кинжал, который раньше использовал, чтобы очистить дикого зайца.

После тщательного мытья кинжала в потоке он отрезал и дал задние ноги брату и сестре. Задние лапы были самыми нежными частями зайца.

Там было двое маленьких детей, поэтому Чжао Хань не добавлял слишком много острых приправ, когда жарил мясо. Он дал каждому из них заднюю ногу зайца, которая весила по полкило каждая, а затем добавил еще порошка чили и тмина на оставшееся мясо.

Юй Сяоцао почувствовала ревность, когда увидела это, поэтому она начала приставать к брату Хану, чтобы он посыпал немного чили и ей. Даже если бы был только тонкий слой, он все же смог улучшить вкус жареного зайца.

Чувствуя огонь во рту, Юй Сяоцао покрылась потом. Казалось, что ей все еще нужно медленно тренироваться, чтобы привыкнуть к острой пище.

Маленький Шито ел свою не пряную жареную ногу, наблюдая, как его вторая сестра сосет холодный воздух и тяжело дышит из-за пряности. Он с любопытством удивился: «Если есть перец чили так больно, то почему брат Хан и вторая сестра продолжают есть его?» Он серьезно не мог их понять. Очевидно, они просто мучили себя!

Малыш сильно откусил жареного зайца, внутренне радуясь, что сегодня было даже лучше, чем Новый год.

«После еды в полдень больших мясных булочек ему также разрешили есть жареное мясо во второй половине дня. Разве это не сон?»

К тому времени, когда они закончили есть ножку жареного зайца, "курица нищего" [1] также была готова. При снятии густой грязи перья горлицы также полностью отслоились вместе с грязью. Мгновенно воздух наполнил запах ароматных специй, которые были внутри желудка, и уже проникли в мясо дикой горлицы. Обладая соблазнительным ароматом, мясо имело четкую и нежную текстуру, которая легко таяла во рту.

Юй Сяоцао и ее младший брат только что закончили есть жаренную ногу, но, столкнувшись с такой аппетитной горлицей, они не смогли удержаться от того, чтобы захотеть снова есть. Таким образом, они закончили тем, что съели слишком много, и скулили, потирая животы.

Чжао Хань смотрел на них с удовольствием. Сорвав несколько больших листьев, он вымыл их водой и обернул оставшееся мясо: «Отнесите это жареное мясо домой, чтобы Сяоша и Сяолянь тоже поели. Но будьте осторожны, чтобы Хейзи не учуял запах, иначе он отнимет все у вас, ребята!»

Юй Сяоцао заметила, что он не ел много жареного мяса, и с легким смущением спросила: «Брат Хан, ты был занят готовкой почти весь день. Почему бы тебе не съесть еще?»

«Я уже устал есть мясо дичи. На мой взгляд, овощи и тофу вкуснее!» Чжао Хань сказал ей полуправду. На самом деле считалось довольно хорошим, если обычная семья могла есть мясо два раза в год. Даже для семьи охотника нельзя было есть мясо ежедневно. Итак, как ему надоело есть мясо?

Юй Сяоцао была очень тронута, потому что знала, что он просто хотел сохранить жареное мясо для братьев и сестер Юй. Краем глаза она увидела рыбу, выпрыгивающую из потрескавшегося горшка. С веселой улыбкой на лице она сказала: «Брат Хан, попробуй мою готовку - особую жареную рыбу [2]!»

"Особой" она называлась, потому что рыба на гриле не была одной из особенностей Сяоцао. В среде с ограниченным количеством приправ она уже достаточно умела, чтобы сделать хрустящую рыбу снаружи и нежную внутри. Пахло очень хорошо, когда она сверху посыпала слоем тмина и порошка чили.

«Хочешь попробовать?» Юй Сяоцао была уверена в своих кулинарных навыках, но впервые она жарила рыбу прямо на открытом огне. Итак, она была несколько обеспокоена.

Две маленьких рыбки были натянуты на деревянной палочке. Чжао Хань подошел ближе и понюхал. Никаких странных запахов не было, поэтому он смело откусил немного рыбы.

Ой? Это довольно вкусно! Изначально он сомневался в кулинарных навыках Сяоцао, так как она постоянно была прикована к постели и никогда не занималась домашними делами. Она хоть умеет готовить еду?

Однако рыба была неожиданно очень хрустящей и вкусной. Она была несладкой и немного острой, что было довольно трудно сделать.

«Как тебе? Как вкус?» - с нетерпением спросила Юй Сяоцао, готовя на гриле еще одну полную палочку рыбы.

«Вкусно! Твои кулинарные навыки довольно хороши!» В качестве доказательства своей оценки Чжао Хань сделал большой укус жареной рыбы.

У этих маленьких диких рыбок было нежное мясо и восхитительный вкус. Более того, внутри не было мелких костей. Даже если бы их использовали для приготовления супа с простой водой и солью, это все равно было бы очень вкусно.

Хотя животик маленького Шито уже выпирал, как надувной шарик, он все еще смотрел на жареную рыбу в руках Чжао Хана и пускал слюни.

Ее младший брат позабавил Юй Сяоцао. Она оторвала маленький кусочек рыбного мяса из свежей рыбы на своей палочке и успокоила его: «Ты больше не можешь есть. Будь осторожен, чтобы твой живот не разорвался. Тебе разрешено только попробовать!»

Чжао Хань засмеялся, увидев, что Маленький Шито наслаждается жареной рыбой во рту. Как голодный маленький котенок, он не хотел даже глотать этот маленький кусочек рыбы: «Мы трое - единственные, кто знает об этой долине прямо сейчас. Если вы хотите есть жареную рыбу, брат Хан может просто привести вас сюда снова!»

Чжао Хань съел несколько шампуров с жареной рыбой и заметил, что небо темнеет. Он взял керамический горшок из рук Юй Сяоцао и повел неохотных брата и сестру обратно в деревню Дуншань.

Им не нужно было идти в обход, чтобы проверить ловушки на обратном пути, поэтому обратный путь был в два раза быстрее. Тем не менее, они все еще пропустили время ужина.

Обычное правило семьи Юй состояло в следующем: «Кто бы ни вернулся поздно и пропустил время приема пищи, он просто должен был голодать. Даже не думай готовить отдельную еду!»

Однако Юй Сяоцао не хотела есть сухой блин и отвратительную кашу в любом случае! Теперь ей стало легче, когда в ее руках были деньги. Эти девять таэлей станут ее столицей для заработка миллионов в будущем, поэтому она должна их надежно спрятать.

Чжао Хань планировал отправить брата и сестру домой, но как только они прибыли в деревню, они увидели Юй Ханга и Юй Сяолянь, ожидающих их у входа.

«Старший брат, старшая сестра! Брат Хан поймал дикого зайца и дикую горлицу. Они были действительно вкусными. Я принес вам много жареного мяса!» Маленький Шито послушно подбежал и поделился заячьим мясом, завернутым в листья, со своим старшим братом и сестрой.

Юй Ханг мягко стер грязь с лица Маленького Шито, затем ударил его по голове и сказал: «Ты действительно знаешь, как заслужить милость. Поскольку это была дичь брата Хана, ты даже спрашивал его согласия?!»

Маленький Шито потер лоб и хихикнул: «Это был брат Хан, который сказал, чтобы оставить их для вас. Он даже сам не ел много!»

Юй Ханг еще больше не хотел брать жареное мясо из его рук: «Брат Хан, ты должен взять это обратно, чтобы дедушка Чжао и тетя поели…»

Чжао Хань посмотрел на него и сказал со строгим выражением: «Что? Вы все зовете меня "Брат Хан", так что плохого в том, чтобы оставить вам немного жареного мяса? Если ты все еще уважаешь своего "брата Хана", просто прими это!»

[1] Не удалось найти хорошее изображение жареного зайца и горлицы нищего, но вот курица нищего.

[[image:/storage/reader-images/962fc549338fea88078f076ce14a5ed79707b322.jpg]]

[2] Шашлык из рыбы на гриле

[[image:/storage/reader-images/7247ecdb1b0de95967006923c7c71e976301570b.jpg]]

Среди всех детей в деревне, кроме одаренного ученого Цянь Вэня, Юй Ханг больше всех восхищался Чжао Ханом. Чжао Хань был не только опытным мастером боевых искусств, но и хорошим охотником. Таким образом, он не мог отказать ему снова. Юй Ханг дал большую часть жареного мяса своей младшей сестре, затем спросил Сяоцао и Маленького Шито: «Вы хотите еще съесть?»

Юй Сяоцао поспешно покачала головой: «Я уже полностью набита. Кроме того, посмотри на животик Шито. Он почти похож на раздутую жабу».

Маленький Шито глупо рассмеялся и довольно погладил свой круглый живот.

«Очень хорошо! Вы тайно едите мясо здесь! Я собираюсь рассказать бабушке. Она, безусловно, вас всех побьет!» - Юй Хэйзи выпрыгнул из высохшей канавы рядом с дорогой и пригрозил, уставившись на жареное мясо зайца в руках Сяолянь.

Помимо Юй Ханга и его брата и сестер, Чжао Хань редко общался с другими детьми в деревне. Однако он слышал о "плохой репутации" Хейзи. Он не мог не нахмуриться и вышел вперед, чтобы сказать: «Я был тем, кто дал им жареное мясо. У тебя есть проблемы с этим?»

Пухлый Юй Хэйзи робко отступил назад, когда увидел сильного и крепкого Чжао Хана, который был на голову выше его. Но он не планировал отказываться от возможности есть мясо. Его глаза-бусинки быстро метнулись вокруг, и он закричал, притворяясь жестоким: «Мне все равно! Вы едите мясо самостоятельно, и полностью игнорируете наших дедушку и бабушку и остальную семью. Вы неуважительно относитесь к своим старшим! Если я подам жалобу, вы обязательно будете избиты. Если только...»

«Только что?» - Чжао Хань уже видел его намерения и спокойно спросил.

Хейзи вытер слюну грязным рукавом и уверенно сказал: «Это очень просто. Если вы не хотите, чтобы я жаловался, просто дайте мне половину мяса!»

Чжао Хань поджал свои красивые тонкие губы и усмехнулся: «Мы можем поделиться с тобой частью, но половина невозможна. Жареное мясо должно быть поровну поделено между вами тремя. Если ты не согласен, я просто заберу мясо обратно, и никто из вас не сможет его съесть!»

Услышав слова Чжао Хана, Юй Хэйзи оставил свою жадность и быстро согласился. Если он продолжит торговаться, он даже не сможет облизать кости.

Чжао Хань взял жареного зайца, у которого не хватало двух задних ног, и оторвал две передние ноги, а также мясо вокруг них. Затем он передал их Юй Хангу и Юй Сяолянь. После этого он отдал ребра зайца и спину, где было относительно меньше мяса, Юй Хэйзи.

Юй Хэйзи действительно хотел протестовать, но должен был послушно отказаться от этой идеи после того, как Чжао Хань бросил на него взгляд. Хотя он получил меньшую порцию, но он все равно получил больший кусок! Он долгое время не ел мяса, поэтому был удовлетворен тем, что мог хотя бы грызть кости!

После того, как Хэйзи ушел с жареным мясом на руках, Юй Сяоцао вытащила горлицу, спрятанную за собой, и отдала ее Юй Хангу и Сяолянь. Братья и сестры были только в нескольких метрах от дома. Однако с жареным зайцем и горлицей они ели, пока не отрыгнули.

Всегда честный и послушный Юй Ханг виновато сказал: «Жаль, что мы не смогли вернуть мясо, чтобы отец и мать тоже попробовали…»

Маленький Шито достал из кармана несколько покрытых грязью яиц и ухмыльнулся: «Все в порядке. У нас еще есть варенные яйца. Давайте тайно дадим их нашим родителям, чтобы они ночью съели!»

Они просто хотели отдать родителям яйца, но им приходилось красться как воры. Чжао Хань внутренне вздохнул, сочувственно лаская голову Маленького Шито.

Юй Сяоцао не была дома целый день, поэтому, когда они вернулись домой, она была вынуждена терпеть серию нытья от мадам Чжан. Однако Сяоцао не была одной из главных работников дома. Таким образом, мадам Чжан уделяла ей очень мало внимания. Она уже была благодарна, если эта мертвая девочка не заболеет и не потратит впустую ее деньги на оплату лекарств!

«Сяоцао, ты еще не ела, верно? У твоей тети есть несколько яиц и половина паровой булочки. Отнеси их, чтобы поделиться с Маленьким Шито. Будь осторожна и не позволяй своей бабушке увидеть тебя». Ее младшая тетя, Юй Кэйди, тихо подошла к Сяоцао и сунула ей в руки яйца, пока мадам Чжан не смотрела.

Хотя Сяоцао была уже очень полна, но она не могла сказать ей напрямую. Она просто прошептала: «Младшая тетя, все в порядке! Если бабушка узнает...»

«Спеши и возьми их. Разве не всё будет хорошо, пока моя мама не узнает? На самом деле, у твоей бабушки острый язык. Она на самом деле не плохой человек...» - Юй Кэйди была вежливой и говорила мягким голосом, что звучало очень утешительно.

Юй Сяоцао больше не отказывалась и чувствовала благодарность в своем сердце. Впереди еще достаточно времени, поэтому она отплатит ей за доброту в будущем!

«Сяоцао! Что ты держишь в руках? Ты тайно прячешь вкусную еду?» Толстое тело мадам Ли затряслось, когда она выбежала из своей комнаты. Она смотрела на изношенный горшок в руках Сяоцао своими глазами-бусинками.

У Юй Сяоцао не было хорошего впечатления о ее старшей тете. Она ответила приглушенным голосом: «Что это? Тетя может просто проверить! Зачем снова несправедливо обвинять меня в краже!»

«Вторая сестра не похожа на брата Хейзи, который каждый день проходит через комнату других людей! Горшок наполнен рыбками, которых сын дяди Чжао, брат Хан, помог нам поймать. Вторая сестра сказала, что хочет приготовить для нас тушеную рыбу!»

Пока его старший брат и сестры отвлекали всех, Маленький Шито уже прокрался в свою комнату и надежно спрятал жареные яйца фазана. Когда он увидел, что старшая тетя пытается выхватить горшок из рук его второй сестры и начинает клеветать на вторую сестру, называя ее вором, он не удержался и вышел вперед, чтобы защитить ее.

Мадам Ли сердито посмотрела на Маленького Шито своими маленькими глазами, которые выглядели как щель на ее пухлом лице. Она протянула свою мясистую руку и захотела повернуть ему ухо: «Ты, маленькое отродье! О чём ты говоришь? Когда твой брат Хейзи когда-нибудь рылся в комнатах других людей? Будь осторожен, чтобы я не избила тебя до смерти!»

Маленький Шито умело увернулся от злой руки мадам Ли и закричал: «Я не говорю глупостей! Кто украл выпечку, которую младший дядя принес в прошлый раз, когда посещал семью? У брата Хейзи все еще были крошки во рту, когда его поймали!»

Старушка мадам Чжан вышла из своей комнаты и закричала: «Что со всей этой суетой? Ты не боишься быть осмеянным другими! Кэйди, принеси горшок в мою комнату. Твой третий брат отправил сообщение обратно и сказал, что приедет домой на несколько дней. У нас нет ничего хорошего дома, поэтому давайте завтра приготовим блюда из этой рыбы!»

«Бабушка, эта рыба еще жива! Лучше держать ее в чане, наполненном водой. Если рыба умрет, ее будет трудно так долго держать в такую ​​жаркую погоду». Юй Сяоцао передала глиняный горшок своей младшей тете и напомнила. Она не хотела, чтобы завтра весь дом вонял рыбой.

«Ммм!» Мадам Чжан хмыкнула с ужасным выражением лица. Она лично проследила, как ее младшая дочь кладет рыбу в чан с водой и подсчитала их количество, прежде чем вернуться в свою комнату.

Неудивительно, что бабушка была такой "милосердной" и не ругала Сяоцао более часа, когда узнала, что Сяоцао сегодня ехала в город. Оказалось, что семья младшего дяди возвращается домой!

Юй Сяоцао была чрезвычайно истощена сегодня. Тщательно спрятав деньги, которые она заработала сегодня, она уже кивала, когда ее мать купала ее. Сяоцао так устала, что даже не знала, когда закончила купаться. Она была в оцепенении, когда ее мать несла ее к кровати Канга и сразу же уснула после того, как ее голова коснулась подушки.

На следующий день было уже поздно, но Сяоцао все еще хрюкала и отказывалась вставать.

Ноги болят, ах, как сильно ноги болят! Этому телу серьезно не хватало выносливости! Она действительно не должна оставаться в комнате все время в будущем. Шито, который был на три года младше ее, бегал вокруг горы и помогал по хозяйству каждый день, но он все еще был таким энергичным после ночного сна.

Юй Сяоцао надела пропатченную верхнюю одежду и вышла во двор, чтобы умыться. Однако мадам Ли, которая бродила с метлой, не подметая пол, начала искать неприятности.

«У неё действительно есть тело благородной молодой леди с жизнью слуги. Невозможно найти другого человека во всей деревне, который встает так поздно! Она действительно думает, что она какой-то драгоценный ребенок?!» Мадам Ли пронзительно закричала, тайно издеваясь над ней.

Сяоцао была знакома с этой толстой женщиной. Чем больше внимания она получала, тем больше она волновалась. Все в деревне Дуншань знали, что, кто бы ни говорил со старшей невесткой Старого Юй, ему придется терпеть ее по крайней мере половину дня. Она была разговорчивым человеком, который приставал к любому, кто общался с ней.

«О, мой драгоценный внук! Подойди и обними свою бабушку - будь осторожен с дверным порогом - мой драгоценный внук так удивителен! Ты смог пересечь такой высокий порог!» Мадам Чжан, которая обычно относилась к себе как к боссу семьи, на самом деле говорила таким нежным и мягким голосом. Более того, в ее тоне было даже небольшое чувство лести.

Юй Сяоцао посмотрела на источник звука. Она увидела, как мадам Чжан наклонилась, чтобы помочь пухлому двухлетнему ребенку пройти через порог, в то время как молодая пара шла за ней.

Мужчина имел изысканную внешность со светлой кожей. Он унаследовал свою внешность от семьи Юй. У женщины были обычные черты, но у неё была бледная и гладкая кожа. Ее светлый цвет лица улучшил ее черты, поэтому она не выглядела плохо. А молодая девушка, которой было лет двенадцать или тринадцать, следовала за ними с большим багажом в руках.

Ей было интересно, почему во дворе было так тихо, оказалось, что они пошли за семьей младшего дяди. Юй Сяоцао ухмыльнулась, так как она уже давно привыкла к эксцентричности мадам Чжан.

«Сяоцао, не стой там, как бревно. Поторопись и скажи маме, чтобы она пришла готовить. Как она может быть ленивой в это время?!» Высокомерное и властное отношение мадам Чжан вновь возникло перед Сяоцао.

Юй Сяолянь бесстрастно вышла из кухни и сказала: «Моя мама пошла стирать белье. Она должна стирать белье для всей семьи, так как она сможет так быстро закончить?

«Следи за своим ртом! Твои крылья окрепли, и теперь ты смеешь так грубо опровергать своих старших? Это то, чему тебя учит твоя мама?» Мадам Чжан быстро проглотила вульгарные проклятия, которые она собиралась выплюнуть, и краем глаза посмотрела на выражение лица своей младшей невестки.

Жена Юй Бо, Чжао Мэйлань, не сказала ни слова с тех пор, как вошла во двор. На ее лице было слабое выражение, которое не выглядело ни счастливым, ни злым.

Юй Сяолянь не была легкомысленной и возразила: «Бабушка, я говорила только правду. Как я была груба с тобой? Моя мама, безусловно, вышла с тазом, полным одежды!»

Юй Сяоцао пошла на кухню и снова вышла: «Бабушка, семья младшего дяди только что вернулась из города, поэтому они, должно быть, устали. Вы должны отвести их в свою комнату и дать им немного отдохнуть. Сяолянь, быстро неси рыбу. Разве мы не планировали добавить несколько блюд для семьи младшего дяди?»

Ее младшая тетя, мадам Чжао, наконец, увидела Сяоцао, услышав ее речь. Она тихо спросила: «Это… младшая дочь второго шурина?»

Младший дядя Юй Бо, наконец, заметил слабую и худую молодую девушку. Он радостно сказал: «Это верно! Сяоцао, ты, кажется, в хорошем настроении сегодня. Ты можешь выходить на улицу?»

У Юй Сяоцао не было никаких плохих чувств по отношению к ее младшему дяде и тете, поэтому она с улыбкой ответила: «Младший дядя, мое здоровье уже лучше! Я не болела больше недели!»

«Конечно, ты, похоже, оправилась от своей болезни. Ты стала живее и красивее! Здорово, что теперь тебе лучше!» Младший дядя весело сказал, когда он шел вперед и коснулся ее головы.

Юй Кэйди вышла из комнаты на западной стороне главной комнаты. Она улыбнулась своему третьему брату и невестке: «Третий брат, третья невестка, ваша комната готова. Спешите и идите отдохнуть. Мы скоро будем есть. Дуду, ты все еще узнаешь младшую тетю?»

«Наш Дуду вернулся! Подойди и позволь старшей тете обнять тебя! Почему Дуду нашей семьи такой милый?» Мадам Ли говорила тоном, наполненным очевидным чувством лести.

Юй Сянь, по прозвищу Дуду, был втянут в ее объятия, и его лицо было погребено в мясистом теле мадам Ли. Госпожа Ли была ленивым человеком и ненавидела купаться, поэтому на ее теле всегда был запах пота. Юный Юй Сянь никогда раньше не сталкивался с такой ситуацией. Он сразу начал плакать, отчаянно пытаясь сбежать.

Выражение мадам Чжао похолодело, и она приказала девушке позади неё: «Почему ты не возвращаешь своего молодого хозяина?!»

Молодая девушка отдала багаж в своих руках Сяоцао, которая наслаждалась оживленной сценой, и поспешно побежала спасать своего молодого хозяина и крикнула: «Что вы делаете?! Спешите и отпустите нашего молодого мастера! Что с вами не так?»

Госпожа Ли, которая была вытеснена, смущенно ослабила свою хватку на юном Юй Сяне. Это провал! Она сделала ошибку, пытаясь польстить им!

«Я не хочу, чтобы ты держала меня! Я не хочу тебя!» Двухлетний Маленький Дуду плакал, пока его глаза не покраснели. Он оттолкнул молодую девушку в сторону, а также отказался от объятий обоих родителей. С раскрытыми руками, он пошатнулся на несколько шагов и побежал, и в итоге обнял ноги Юй Сяоцао.

Э-э? Что это за ситуация? Юй Сяоцао все еще держала большую сумку, которую ей передала молодая девушка, так что ее верхняя часть тела была практически погребена под горой багажа. Теперь, был также маленький мальчик, который держался за ее ногу как коала.

Молодая горничная тактично забрала багаж у Сяоцао. Она посмотрела на Сяоцао и намекнула, подтолкнув ее к молодому хозяину, который обнимал Сяоцао за ноги и искал утешение.

Ау! С этим ничего не поделаешь. У неё была та аура главного героя. Даже маленький ребенок не мог сбежать от ее очарования! Юй Сяоцао была очень довольна собой, когда думала об этом. Она наклонилась, чтобы поднять маленького парня, который жалко плакал.

Маленький Дуду выглядел маленьким, но на самом деле он довольно тяжелый. Она очень старалась, прежде чем наконец подняла малыша, покачиваясь. Юй Бо, который был рядом с ними, испугался этого вида и открыл свои руки, чтобы защитить своего сына.

Часто говорили, что у детей были острые чувства. Юй Сяоцао несколько дней пила воду из мистического камня, а также каждый день носила разноцветный камень. Таким образом, было естественно, что у неё было немного духовной энергии на своем теле.

После того, как мадам Ли схватила Маленького Дуду, он следовал своему инстинкту и искал духовную энергию, которая была его источником утешения - Юй Сяоцао.

Маленький Дуду перестал плакать после того, как Юй Сяоцао неустанно подняла его. Он расширил темные глаза и с любопытством посмотрел на неё. Он спросил милым голосом: «Кто ты? Я никогда не видел тебя раньше!»

Его отец с тревогой перебил его: «Дуду, это твоя вторая сестра – слезай быстро. Твоя вторая сестра не может тебя удержать. Будь осторожен, чтобы не упасть!»

«Нет, я не хочу спускаться! Дуду нравится вторая сестра. Она пахнет очень хорошо». Пухлые руки маленького Дуду обвились вокруг шеи Сяоцао, и он начал обнюхивать ее, как маленький щенок.

Выражение лица мадам Чжао наконец-то немного смягчилось, когда она общалась с сыном. Она довольно беспомощно сказала: «Дуду, здоровье твоей второй сестры не очень хорошее. Если она слишком измотана, она больше не сможет играть с тобой. Итак, сойди и позволь матери нести тебя!»

Маленький Дуду посмотрел на Сяоцао, а затем посмотрел на свою мать. Ему было трудно сделать выбор в данный момент.

В прошлой жизни Юй Сяоцао сама воспитывала своих младших братьев и сестер, поэтому она очень умела общаться с детьми: «Наш Дуду такой милый, поэтому вторая сестра действительно любит тебя! Дуду голоден? Ты хочешь, чтобы вторая сестра приготовила тебе тушеную рыбку?»

«Да! Дуду хочет!» Все дети были маленькими обжорами. Маленький гурман Дуду быстро спустился с Юй Сяоцао и стал ждать тушеный рыбы.

Мадам Чжан постоянно пыталась привлечь внимание своего маленького внука, но она никогда не ожидала, что его обманет эта мертвая девочка. После свирепого взгляда на Юй Сяоцао она улыбнулась своему младшему сыну и невестке: «Идите отдыхать в своей комнате! Я пойду нарежу немного мяса и приготовлю твоё любимое тушеное жирное мясо и капусту!»

Еде семьи Юй всегда не хватало масла. Было только два случая, когда семья могла есть мясо; первый был в Новый год, а второй - когда Юй Бо, надежда всей семьи, возвращался домой. Тушеное жирное мясо и капуста [1] были любимым блюдом Юй Бо в детстве.

Юй Бо уже привык есть жареные блюда в городе, поэтому его вкус к еде давно изменился. Однако он не смог отказать своей матери, которая искренне заботилась о нем.

Мадам Чжао посмотрела на него, затем безразлично вошла в западную комнату. Чжао Мэйлань, которая была единственной дочерью окружного ученого-чиновника, презирала всю семью Юй. Ее свекровь была скупа, в то время как ее старшая невестка была вульгарной и ленивой. Ее вторая невестка была трусливой и некомпетентной. Более того, никто из детей в семье не был презентабельным.

Если бы у неё был выбор, она серьезно не хотела оставаться в доме семьи Юй вообще. Тем не менее, они были семьей ее мужа, поэтому ей все еще нужно было дать мужу какое-то лицо.

Когда мадам Чжан вернулась из мясной лавки в соседней деревне с половиной жирного мяса, мадам Лю также вернулась после стирки белья. Не давая ей возможности сделать перерыв, госпожа Чжан приказала мадам Ли, которая бесцельно бродила по двору с метлой: «Иди сушить одежду. Вторая невестка, ты идешь готовить!»

Вся семья имела единодушное одобрение кулинарного мастерства мадам Лю.

Мадам Чжан лично вымыла мясо и порезала его на разделочной доске. После этого она пересчитала кусочки и проинструктировала мадам Лю: «Третьему сыну нравятся блюда, которые ты готовишь больше всего, поэтому готовь хорошо и не отвлекайся. Ты, мертвая девочка, тоже помоги с подготовкой!»

Даже если бы мадам Чжан не сказала этого, Юй Сяоцао и ее сестра не позволили бы их матери выполнять всю работу в одиночку. После того, как она ушла, Сяоцао улыбнулась и сказала: «Я сомневаюсь, что младший дядя и тетя любят есть тушеное жирное мясо и капусту. Мама, почему бы мне не попробовать приготовить пару блюд? У меня в голове много рецептов, которые у меня не было возможности попробовать!»

«Ты можешь готовить, но тебе не разрешается прикасаться к мясу. Твоя бабушка очень четко знает, сколько там штук!» Когда в семье были хорошие ингредиенты, мадам Чжан всегда считала, потому что боялась, что другие украдут немного во время приготовления.

"Большое тушеное мясо в горшке" [2] было очень популярно в большинстве деревень на севере. Однако не все ингредиенты были подходящими для этого рагу. Юй Сяоцао жаждала жареные блюда, но у неё не было масла. Мадам Чжан была настолько скупа, что даже не хотела покупать растительное масло.

Сяоцао посмотрела на жирное мясо и попыталась убедить свою мать отрезать немного сала с мяса. Мясо можно тушить с капустой, а она может готовить с салом.

Лю Муюнь кратко обдумала эту идею. Мясо слегка сжалось бы после извлечения сала, но пока она тщательно его готовила, при тушении оно не выглядело бы слишком неприглядным. Сегодня третий младший брат и третья золовка пришли домой, поэтому одного мясного блюда на самом деле было недостаточно. Более того, все остальные блюда были мягкими и безвкусными. Таким образом, она решила аккуратно отрезать немного сала.

В семье Юй было много людей, поэтому они обычно использовали две печи для приготовления пищи. Одна из них использовалась для приготовления бобовой каши, а другая - для приготовления тушеных овощей и пшенных блинов. Мадам Чжан была очень счастлива сегодня, поэтому с большой милостью она "позволила" частично приготовить блины из пшеничной муки.

Она предпочла бы быть скрягой и страдать сама, чем позволить своему младшему сыну немного пострадать. Она даже не желала, чтобы на неё смотрела свысока ее младшая невестка, которая была дочерью окружного ученого-чиновника. Она все еще ждала, когда ее младший сын заработает для неё благородный титул, чтобы она могла наслаждаться старостью благодаря успехам своего сына!

Юй Сяоцао видела, как ее мать тушила кусочки свинины и капусту обычным способом, то есть она просто закинула их в один большой горшок. Боясь, что мясное блюдо испортится, она быстро остановила ее: «Мама, дай мне приготовить это блюдо. Я обещаю, что оно будет даже вкуснее, чем то, что делает мать!»

Госпожа Лю боялась, что старушка будет ругать Сяоцао, поэтому сначала отвергла эту идею. В конце концов, она не могла не поддаться постоянным мольбам Сяоцао и Сяолянь. Тем не менее, она настаивала на контроле на стороне.

Сяоцао уже проинструктировала своего младшего брата одолжить немного перца чили у семьи Чжао. Без оттенка пряности тушеная свинина и капуста [3] определенно будут на вкус мягкими.

После того, как она решила не использовать обычный метод для тушения блюд, она использовала смазанную маслом сковороду, чтобы обжарить имбирь, лук-шалот, перец чили и сычуаньский перец. После этого она положила мясо на сковороду, чтобы обжарить, добавив немного соли и соевого соуса. Затем она положила блины из капустного пшена на сковороду и после непродолжительного размышления добавила немного воды из мистического камня. Сяоцао заметила, что вода из мистического камня обладает способностью улучшать свежесть! Это было все то же блюдо, но при разных способах приготовления вкус, естественно, был таким же разным, как день ​​и ночь.

«Пахнет отлично! Мы сегодня едим мясо?» У Юй Хэйзи, который весь день дико играл на улице, был острый нос, как у собаки. Почувствовав аромат, он последовал за запахом и зашел на кухню.

Прежде чем он успел "саботировать" еду, мадам Чжан, которая стояла за ним, уже натянула ему ухо и вытащила его: «Есть, есть! Ты только умеешь есть! Что еще ты можешь сделать, кроме как есть? Иди и останься в своей восточной комнате! Если ты осмелишься подкрасться к еде, я отрублю тебе руки!»

После этого она предупреждающе посмотрела на мадам Ли, которая задержалась перед кухней. Лукавая и ленивая Ли Гуйхуа поспешно опустила голову. Она начала подметать пол, постоянно поворачиваясь, чтобы оглянуться.

Мадам Чжан посмотрела на тушеное жирное мясо и капусту, несколько раз понюхала его и мягко сказала: «Хм, твои кулинарные навыки улучшились! Продолжай готовить так в будущем!»

Сяоцао добавила: «Бабушка, если ты принесешь немного соевого масла, мы можем готовить так каждый день. Мы ничего вкусного не можем приготовить без масла!»

Сердце мадам Чжан болело от мысли о том, сколько денег нужно для покупки масла. Однако, чтобы сохранить свое достоинство, она повернулась, чтобы уйти, проклиная: «Купить масло? Должна ли я просто разорвать это мое старое тело, чтобы сделать масло для вас, люди?»

Рот Сяоцао дернулся, и она проворчала: «Даже если ты хочешь, это не значит, что мы готовы его съесть. Ты, вероятно, не сможешь получить много масла с этим своим сухим и костлявым телом…»

«Цao'эр! Как ты можешь говорить таким образом со своими старшими? Если это распространится, у тебя все еще будет хорошая репутация? Ты не можешь говорить таким образом в будущем!» Мадам Лю чистила кастрюлю, дисциплинируя свою дочь.

Юй Сяоцао не опровергла ее, но она все еще чувствовала внутреннее возмущение: «Нам нужно иметь сыновнюю почтительность к пожилым, но мы не можем быть глупо преданы им, верно?»

Сяоцао излила свой гнев во время приготовления пищи.

Свист!

Она быстро приготовила жареные баклажаны с чесноком [4] , жареную фасоль [5] , свежую зелень с грибами [6] и тушеное мясо и капусту.

В другом горшке аппетитный аромат возникал из восхитительного рагу из рыбы [7] . Даже мадам Чжао, которая дремала в своей комнате, была внутренне удивлена ​​"отвратительной едой" семьи Юй.

Когда здесь когда-нибудь так хорошо пахло?

«Пора есть!» Маленький Шито, который покорно помогал следить за огнем на кухне, взволнованно воскликнул. Кулинарные навыки второй сестры были настолько удивительны, что он едва сдерживал слюну.

Мужчины и женщины сидели на отдельных столах на утреннюю трапезу. Сегодня на женском столе также были те же блюда, что и на мужском. Четыре горшка, испускающие аппетитный аромат, были быстро поданы на стол. В семье Юй было много людей, поэтому их еду обычно подавали в горшочках.

«Мясо! Мы едим мясо!» Юй Хэйзи понюхал запах и быстро вытер рукавом сопли, время от времени бросая взгляд на мясо. Вместо того, чтобы мыть руки, мадам Ли просто вытерла грязные руки спереди своей изношенной одеждой.

Мадам Чжао посмотрела на неё с таким отвращением, что ее чуть не стошнило. У неё не осталось никакого аппетита, увидев этих грязных мать и сына.

Мадам Чжан, которая пристально наблюдала за своей младшей невесткой, следила за ее взглядом. Она нахмурилась, взяла миску и положила немного еды с каждого блюда. После этого она повернулась к мадам Ли и ее сыну: «За столом слишком тесно, поэтому вы двое возвращаетесь в свою комнату, чтобы поесть!»

Мадам Ли уставилась на соблазнительное мясо и бестактно сказала: «У нас есть два дополнительных человека, так что здесь немного народу. Почему за столом сидят маленькие дети, которым меньше десяти лет?! Разве вы, ребята, не собираетесь поторопиться и освободить место?»

Пока она говорила, она не удержалась, поднимая палочки, чтобы схватить самый большой кусок жирного мяса. Однако на полпути она была заблокирована ее свекровью. Мадам Чжан яростно посмотрела на свою бездумную старшую невестку и сказала обостренным тоном: «Я говорю вам вернуться в свою комнату, чтобы поесть, так что прекрати говорить ерунду! Запрещая детям есть за столом, кого ты пытаешься высмеять?»

[1] Тушеное жирное мясо и капуста

[[image:/storage/reader-images/309e632cf45aaa7aee82abfd4d18557ae2cd889c.jpg]]

[2] Большое тушеное мясо в горшочке

[[image:/storage/reader-images/42e49f83e5848244bc3da82e204866b714d5068a.jpg]]

[3] Версия Сяоцао тушеное жирное мясо и капуста

[[image:/storage/reader-images/f2d77ae137e8149522017bdfda13a00668d17954.jpg]]

[4] Жареные баклажаны с чесноком

[[image:/storage/reader-images/5c7787b82ba7ee2759b629dd86f523850aa601d1.png]]

[5] Жаренная фасоль

[[image:/storage/reader-images/421134d2245d313962d21f4c3cd4268a776cb777.jpg]]

[6] свежая зелень с грибами

[[image:/storage/reader-images/736cb5c73e7f13292f0a37d92d2e70d5f5ae7b66.jpg]]

[7] Рыбное рагу

[[image:/storage/reader-images/80377f35e51ea9f4d9b7d61fd49e798182851cfc.jpg]]

Мадам Ли наблюдала, как Маленький Дуду искренне ждал за столом, чтобы выпить рыбное рагу своей второй сестры. Она вдруг поняла, что сказала что-то не так. Третий шурин, скорее всего, станет официальным в будущем. Ей нужно было льстить своей третьей невестке, чтобы воспользоваться преимуществом наличия чиновника в семье.

«Посмотрите на мой неловкий рот, я просто говорила, не задумываясь! Третья невестка, я не ругала Маленького Дуду, пожалуйста, не принимай это близко к сердцу… стол немного переполнен, я собираюсь забрать Хэйзи и вернуться в нашу комнату, чтобы поесть!» Мадам Ли наконец-то поняла намек от своей свекрови. Хотя она чувствовала себя неохотно, она все еще забрала своего сына и ушла.

Юй Хэйзи заботился только о еде. Однако он был хитрым пареньком и решил воспользоваться ситуацией и поторговаться, чтобы получить больше: «Если вы хотите, чтобы я покинул стол, дайте мне еще несколько кусков мяса! Если нет, я никуда не уйду и останусь здесь!»

У мадам Чжан не было другого выбора, кроме как подчиниться его требованиям. Несмотря на то, что она внутренне проклинала его за то, что он был "маленьким ублюдком", она все же положила пару кусочков мяса в его миску. Она яростно посмотрела на мадам Ли, напомнив ей, что ей сыном нужно уйти!

Когда два негигиеничных человека вышли из-за стола, на оставшуюся мадам Лю и ее четверых детей было не на что жаловаться. Независимо от того, насколько она была занята, мадам Лю позаботилась о том, чтобы вся ее семья вымылась и переоделась. Младшая сестра ее мужа, Юй Кэйди, была в возрасте, когда девушка любила быть чистой и украшать себя. Мадам Чжан также была чистым человеком.

Чжао Мэйлань едва успела втиснуться в кресло рядом с сыном. При поддержке мадам Чжан она подняла палочки для еды и взяла кусок жареных зеленых овощей. Она медленно положила их в рот. А? Для такого простого блюда обжаренные свежие зеленые овощи с грибами были удивительно вкусными и освежающими.

Госпожа Чжао деликатно пожевала, медленно глотнула, а затем подняла голову, чтобы посмотреть в глаза своей второй невестке, Лю Муюнь. Она одобрительно кивнула головой и сказала: «Кулинарные навыки второй невестки значительно улучшились за последние несколько месяцев. Еда вкуснее, чем несколько месяцев назад».

Лю Муюнь улыбнулась своей младшей дочери и голосом, полным гордости, сказала: «Сегодня все блюда были приготовлены Цао’эр. Я только помогла ей помыть овощи и кастрюли. Сегодня я ничего не готовила!»

Лицо мадам Чжао украшала редко встречающаяся улыбка. «Я не ожидала, что у Сяоцао будут такие таланты…»

Мадам Чжан была недовольна тем, что ее младшая невестка обращала внимание на других людей. Она взяла толстые кусочки жирного мяса палочками и воткнула их в миску мадам Чжао. «Третья невестка, сегодня я тщательно убедилась, чтобы выбрать самый жирный кусок мяса. Когда ешь такой тип мяса, будет вытекать ароматное масло. Быстро попробуй».

Мадам Чжао посмотрела на жирные и масляные палочки для еды мадам Чжан. Кто знал, сколько на них было слюны? Она почувствовала, как ее желудок согнулся от отвращения.

Чувствительная к симпатиям и антипатиям своей хозяйки, ее служанка поспешно взяла кусок жирного мяса и сказала: «Пожилая леди, моя хозяйка не любит есть жирные куски мяса. Эта слуга благодарит вас за неё!»

Видя, что кусок мяса, который был даже слишком драгоценен для неё самой, съела простая девушка-слуга, мадам Чжан мгновенно разозлилась. Выражение ее лица сразу исказилось. Она ударила по столу тяжелой рукой и начала кричать: «Хм, наглая слуга! Какая у тебя личность, чтобы сидеть с нами за одним столом? Насколько ты высокомерна? У тебя даже была смелость съесть мясо! Какая ты слуга? Третья невестка, ты должна дисциплинировать эту служанку...»

Мадам Чжао с громким ударом положила палочки на деревянный стол. Ее полные красные губы были сжаты в прямую линию. Несмотря на очевидные признаки, мадам Чжан не заметила, что ее невестка подавляла ярость, и неосторожно продолжала извергать критику.

«Свекровь, прежде чем наказать собаку, нужно спросить разрешения у ее хозяина! За то, что моя горничная сделала не так, я сама накажу ее. Крича на неё перед другими людьми, ты намекаешь на то, что недовольна мной?» Госпожа Чжао произнесла мягким и даже сдержанным голосом, увидев, как ее служанка еле сдерживает слезы.

Мадам Чжан подавила остальную часть своих жалоб, и ее старое морщинистое лицо стало ярко-красного цвета. Она хотела сказать мадам Чжао несколько резких слов, как она обычно делала со своими двумя другими невестками, чтобы дисциплинировать ее. Однако она боялась, что мадам Чжао будет шептать своему мужу в спальне и заставит ее любимого сына отдаляться от неё.

Раздраженная гневом, старуха сунула палочки в тушеное мясо с капустой и вытащила большой и толстый кусок жирного мяса. Она бросила его в свою миску.

Если ты не собираешься есть мясо, тогда эта старушка съест его вместо тебя!

Видя, что ее бабушка была занята, Юй Сяоцао увидела возможность и быстро положила кусочки мяса в миски своей матери, старшего брата, Сяолянь и Маленького Шито. Хотя она не любила есть жирное мясо, это не означало, что другие члены ее семьи были такими же! Семья Юй считала, что им повезло, если они могли есть мясо один или два раза в год. Поэтому они больше всего ценили жирные кусочки свинины.

Когда Лю Муюнь увидела, что ее младшая дочь слишком бережлива, чтобы есть мясо ( Примечание автора: ты слишком много думаешь, она просто не любит его есть! ), но смела обидеть бабушку, чтобы положить мясо в свою миску, мадам Лю стало трудно проглотить этот кусок мяса. Однако, если она попытается вернуть его обратно, ее свекровь определенно отругает Сяоцао.

Заметив, что ее мать колебалась, Сяоцао тихо прошептала на ухо мадам Лю: «Мама, мне не нравится, когда на меня кричат, пожалуйста, ешь мясо быстрее…»

Внезапно она заметила, что бабушка поднимает голову от еды. Юй Сяоцао поспешно дала бабушке пару кусочков жареной фасоли. Она сладко улыбнулась: «Бабушка, вот немного жареной фасоли. Она почти такие же вкусная, как мясо! Ты старейшина, поэтому тебе надо есть больше!»

«Ты такая хитрая! Почему ты не сказала мне есть больше мяса? Весь наш двор заполнен фасолью. В ней нет ничего особенного!» Мадам Чжан никогда не обладала искусством фильтрации своих слов и всегда говорила то, что было у неё на уме, как бы неприятно это ни было для других.

Во время этого обмена госпожа Лю и ее другие дети "поглотили" драгоценное мясо, которое им редко приходилось есть, даже во время новогодних праздников. После того, как Юй Сяоцао успешно выполнила свою миссию, она аккуратно взяла пару порций жареной зеленой фасоли и завернула ее в блин. Она съела вкусный блин с живым восторгом.

Аромат сала проник в каждую фасоль, так что каждый укус был вкусным без ощущения жирности. Даже мадам Чжао взяла пару лишних кусочков овощей.

Маленький Дуду сидел за обеденным столом, как маленький взрослый, и держал рот широко открытым, ожидая, когда его накормят. Тушеная рыба была белой, как коровье молоко, и была полна пикантного аромата. Мясо рыбы было нежным, без каких-либо костей, которые могли испортить текстуру, и идеально сочеталось с густым бульоном.

Рот маленького мальчика изогнулся от восторга, когда он счастливо пил суп. У этого маленького парня был придирчивый вкус, и мадам Чжао прошла через множество испытаний, чтобы заставить его есть больше. Она даже хотела бы отрезать свою собственную плоть, если это заставит ее сына хотеть есть больше пищи. На этот раз ее сын так жадно ел. Если она не успевала кормить его, он даже начал широко раскрывать рот и издавал небольшие «ах… ах…» шумы, прося добавки. Вид его еды с аппетитом заставил ее чувствовать себя невероятно счастливой.

С тех пор, как Юй Сяоцао сварила вкусный суп, который любил есть ее сын, поведение мадам Чжао по отношению к маленькой девочке заметно улучшилось. Кроме Юй Кэйди, Юй Сяоцао была единственным другим человеком во всей семье Юй, с которым мадам Чжао соизволила поговорить.

Все лицо мадам Чжан расплылось в блестящей улыбке, когда она смотрела на своего младшего внука. «Милый внук бабушки любит пить рыбный суп, поэтому бабушка оставит свою миску для тебя…»

Мадам Чжао посмотрела на неё с мягким выражением и сладко сказала: «Дуду обычно не ест много дома. Я не смею слишком сильно его кормить, чтобы его животик не вздулся…»

Услышав это, мадам Чжан бросила тему и просто улыбнулась, наблюдая, как Маленький Дуду ест свою рыбу. Она была так озабочена, что забыла съесть свою еду.

Сяоцао посмотрела на своего младшего брата, который глотал рыбный суп рядом с ней. Маленький Шито был только немного старше, но он также был внуком мадам Чжан. Тем не менее, разница в обращении между двумя маленькими мальчиками была очевидна. Это действительно заставило ее сердце болеть за ее младшего брата.

С другой стороны, Маленький Шито давно привык к холодному обращению своей бабушки. Он был исключительно озабочен тем, чтобы успеть съесть свою еду. Еда сегодня была поразительно роскошной и вкусной, и ее было больше, чем обычно. У его второй сестры был лучший кулинарный талант, чем у матери. Без его двоюродного брата, Хэйзи, чтобы бороться за еду, ему нужно было воспользоваться обстоятельствами и есть больше!

Мужчины за своим столом тоже ели с большим удовольствием. Даже Старый Юй съел на два блина больше обычного. Юй Хай, воспользовавшись возможностью, выполнил задание своей младшей дочери и неожиданно заявил: «Овощи сегодня так же вкусны, как и мясо. Отец, ты тоже так думаешь?»

Старый Юй взял еще одну порцию баклажанов, обжаренных с чесноком. Поскольку его зубы начали выпадать, ему нравилось есть мягкие и нежные продукты, такие как жареные баклажаны. Подсознательно он съел около половины тарелки баклажанов сам.

Выслушав мнение Юй Хая, старик, довольный едой, естественно, не скупился на его похвалу. «Да, да! Вкус действительно очень хороший! У нашей Сяоцао талант, ее кулинария лучше, чем у мамы. Мать Сяоцао хорошо воспитала ее. Есть известная поговорка - студент превзошел мастера. Третий сын, так оно и есть?»

Старый Юй очень гордился фразой, которую он помнил, и высоко ценил себя. Он довольно погладил бороду, потягивая глоток вина, и чмокнул губами. Наша семья Юй достаточно культурная!

«Отец, ты сказал это прекрасно. Тем не менее, все блюда Сяоцао жарились на масле. В нашей семье овощи обычно варят только с солью и не добавляется жир, поэтому, конечно, это не так вкусно, как овощи, обжаренные с маслом. В будущем наша семья должна продолжать готовить овощи таким образом!»

После того, как он, наконец, съел удовлетворительную еду в доме своей семьи, третий сын, Юй Бо, был в хорошем настроении и наполнил бокал отца.

Старый Юй покачал головой после того, как услышал, что его сын сказал: «Ты должен знать личность своей матери. Если бы мы каждый день покупали свинину, чтобы получить сало, это повредило бы ее скупому сердцу больше, чем прямое вырезание ее плоти!»

В этот момент Юй Хай добавил: «Нам не нужно использовать сало, вместо этого можно использовать растительное масло. Разве наша семья не сохранила сушеные соевые бобы с прошлого года? Мы могли бы принести их на маслобойню в обмен на немного соевого масла для приготовления пищи. Пища, приготовленная на масле, должна быть вкусной».

Если бы они использовали сою в качестве торговли вместо денег, может быть, его жена была бы более готова? Старый Юй тщательно рассчитал и подумал, что его жена должна согласиться на это.

Когда Юй Бо увидел, как счастливо все дома едят пищу, приготовленную на масле, он снова обдумал их обстоятельства. Задыхаясь от эмоций, он не мог не поставить палочки для еды и тихо убедить отца: «Отец, если другие люди узнают, что наша семья считает слишком большим бременем даже купить бутылку соевого масла ради мое образование, могу ли я еще оставаться в академии? Неужели никто не разоблачит это? Отец, пожалуйста, посоветуй маме не быть такой скупой. В академии уже есть люди, которые сплетничают за моей спиной ... »

Ученые больше всего ценили свою репутацию. Юй Бо уже слышал о себе плохие слухи, такие как: «Он живет в большом поместье в городе, ест и пьет хорошую еду, в то время как его родители, братья и сестры возвращаются домой, чтобы подсчитать, сколько блинов, приготовленных из грубого зерна, они могут съесть каждый прием пищи…» Его главной целью в этот раз было убедить его мать перестать быть скрягой ради своей репутации и не допустить, чтобы распространители слухов дискредитировали его. Однако, как и ее сын, он был очень хорошо знаком с характером мадам Чжан. Поэтому он мог говорить об этом только со своим отцом, чтобы он мог обсудить ситуацию с матерью.

Старушке всегда хотелось потратить только половину медной монеты на то, что стоило одной. Она скупилась на всех в семье, в том числе и на себя, и всегда ограничивала количество еды, которое могут съесть члены семьи. Все дети его второго сына были на грани голодной смерти из-за их тонких костей и неустойчивой походки ... но ради воспитания младшего сына Старик Юй обычно закрывал глаза на скупость своей жены.

Однако, если ее бережливость начинала влиять на репутацию их сына, то это больше не могло продолжаться! Их младшему сыну выпала судьба стать чиновником, и было бы катастрофой, если бы из-за скупости его жены сын потерял этот шанс. Старый Юй принял решение и решил поговорить с женой о ситуации.

Той ночью, при свете ламп, старая пара обсуждала их обстоятельства. Ради своего сына мадам Чжан, очевидно, не возражала. Уже на следующий день старушка самостоятельно отправилась на маслобойню и обменяла половину мешка соевых бобов на кувшин, полный соевого масла. Кроме того, она больше не ограничивала, сколько блинчиков из грубого зерна можно было есть.

Без ее жестких ограничений запас еды в семье, естественно, исчезал быстрее. Сердце мадам Чжан дрогнуло при виде возросших расходов, и она внутренне прокляла распространителей слухов: «Кому нечего делать весь день и извергает всякую чушь? Я надеюсь, что крысы съедят их язык!»

Естественно, люди, которые больше всего выиграли от этого изменения, были Юй Сяоцао и остальные представители второй ветви. По крайней мере, теперь все в семье, большие и маленькие, могли есть до тех пор, пока они не будут сыты. Кроме того, каждые несколько дней Юй Сяоцао будет перехватывать какую-то дичь от своего отца для собственного использования. Постепенно члены второго отделения начали богатеть.

Это правильно! Под атаками стратегической мольбы Юй Сяоцао и умелого попрошайничества, Юй Хай, который уже слепо любил свою дочь, мог только сдаться ее прихотям после минимальной борьбы. Каждый раз, когда он возвращался с охоты, Сяоцао всегда находилась у подножия горы, ожидая его, когда вокруг никого не будет, чтобы выбрать самую большую дичь. Затем она брала дичь в эту скрытую долину, чтобы либо приготовить барбекю, либо варить мясо в керамическом горшке до тех пор, пока оно не приготовится, а потом принести домой, чтобы все вместе поели.

Иногда Чжао Хань раздавал немного мяса, которое он ловил своими ловушками, чтобы дать детям дополнительную еду. Они также часто грабили маленькую белую рыбу у ручья.

Для большинства людей дикая рыба была скользкой, и ее трудно было поймать, но Юй Сяоцао всегда удавалось поймать рыбу. Хотя Чжао Хань внутренне чувствовал, что это странно, он никогда не пытался понять, как маленькая девочка поймала рыбу.

Ради репутации ее младшего сына и его будущей карьеры сердце мадам Чжан ощутимо заболело, когда она увеличила рацион питания семьи. Через два месяца после перемены расходы семьи выросли более чем вдвое.

Увеличение расходов в сочетании с ее вступлением в менопаузу заставило мадам Чжан ненавидеть всех, кого она видела. Когда мужчины уходили к морю, если старуха не ругала взрослых, она била детей. Жалобы вылетали из ее рта бесконечным потоком.

Во время приема пищи мадам Чжан с трудом справлялась со своими жалобами, пытаясь успокоить эго своего мужа. Однако ее глаза мелькали, как кинжалы. Кто бы ни схватил лишнюю лепешку, подвергался ненавистному взгляду. Естественно, она надеялась, что ее невестки и их группа детей будут тактично есть меньше.

Но ее надежда была напрасной, ее старшая невестка не знала такта, даже если бы она ударила ее по лицу. Пока на столе есть еда, она будет есть. Ее старший внук унаследовал привычки своей матери и ел еду за столом, как будто он был голодным волком.

Хотя ее вторая невестка имела слабую и робкую личность, две ее дочери были совсем не похожи на их мать. Несмотря на то, что мадам Чжан глядела на них, пока не почувствовала, что ее глаза собираются выпасть, две мертвые девочки игнорировали ее, как будто ничего не происходило. Если они не давали матери еще один блин, они брали братьям еще одну порцию овощей.

Теперь, когда к их пище добавили масло, не имело значения, были ли блюда тушеными или жареными, вкус всей еды значительно улучшился. Каждая трапеза превращалась в драку, чтобы вырвать как можно больше еды. Те, у кого были медленные руки, даже не могли бы слизать остатки с тарелки.

Руки двух сестер летали так быстро по столу, что можно было видеть только их тени. После того, как их руки остановились, миска их робкой матери, которая никогда не смела брать еду, уравновешенного старшего брата и крошечного младшего брата, были наполнены едой. Мало того, что ее две внучки брали еду для своей семьи, но их собственные аппетиты были также огромны. Видя все это, сердце Мадам Чжан пульсировало от боли.

В прошлом, когда только Сяолянь была непослушной, мадам Чжан было достаточно легко пару раз ударить девушку, а затем заставить ее подчиниться. Теперь, когда появился еще один нарушитель спокойствия, Юй Сяоцао, стало труднее поддерживать дисциплину из-за болезненного телосложения этой мертвой девочки. Бить ее было явно невозможно, но даже криков на неё было достаточно, чтобы "напугать" ее до обморока.

Ситуация, которая произошла после того, как ее третий сын и его семья уехали, стала уже обычным явлением.

В это время к столу были принесены три большие миски, наполненные блинами. Мертвая девочка сразу же передала несколько своей матери, а также двум своим братьям, которые еще даже не сели. Она действовала так, как будто она была хозяином дома!

В это время мадам Чжан действительно не могла больше терпеть эти предполагаемые нарушения. Ее личность никогда не позволяла себе терпеть потери, поэтому, когда ее характер вспыхнул, старуха тяжело хлопнула рукой по столу. Однако, прежде чем мадам Чжан открыла рот, чтобы начать кричать, глаза мертвой девочки закатились, и крошка упала в обморок.

Дом сразу погрузился в хаос. Кто-то пошел позвать врача, а другой выбежал купить лекарство, и поэтому из кошелька мадам Чжан вылетели сотни монет. Мало того, что она потратила деньги, так ее муж еще отвел ее в сторону и обильно отругал. Кроме того, вплоть до того дня, когда семья ее третьего сына вернулась в город, ее младшая невестка смотрела на неё с презрением.

После этого мадам Чжан погрузилась в мрачную депрессию и чуть не заболела от своих одержимых чувств. С тех пор она просто притворялась, что крошка, Сяоцао, невидима. Независимо от того, что сделала маленькая девочка, старуха проигнорировала бы ее, как будто она никогда не видела этого. К счастью, крошка, кроме приема пищи, не вызывала других проблем, с которыми мадам Чжан не могла справиться. Ради экономии денег она могла вынести все что угодно!

«Мама! Мама!» Толстая фигура мадам Ли поспешно возвращалась во двор. Когда она переступила порог, она почти споткнулась и упала.

Мадам Ли украдкой оглядела весь двор, как грабитель, прежде чем тащить мадам Чжан в соседнюю комнату. Она таинственно сказала: «Мама, разве мы недавно не потратили много денег на домашнее хозяйство? Вся вторая ветвь действительно ест слишком много. Их четверо детей едят почти столько же, сколько трое взрослых вместе взятых!»

Госпожа Чжан снова почувствовала, что у неё поднимается настроение, и пожаловалась: «Точно! Целая сумка грубых зерен исчезает в течение нескольких дней. Деньги текут из дома, как вода из реки. Это сводит меня с ума, и мой живот полон язв от беспокойства. Жена второго сына кажется честной, но почему она не снимает с меня это огромное бремя?»

Госпожа Чжан жаловалась, ритмично хлопая себя по бедру. Все ее лицо было наполнено обидой.

Госпожа Ли ответила сочувственным тоном: «Верно! Жена второго сына притворяется занятой на поверхности. Она даже говорит посторонним, что она единственная, кто делает работу по дому. Есть ли кто-нибудь, кто не считает ее хорошей женой? С другой стороны, посторонние называют меня только ленивой. Однако, свекровь, даже ты стала злой тещей, которая плохо относится к своей невестке в глазах других!»

Мадам Чжан скрежетала зубами в гневе и зарычала: «Этот мерзкий негодяй. Она оказалась такой злой женщиной! Я неправильно ее оценила!»

Видя, что ее цель была достигнута, мадам Ли перешла к истинной цели своего визита: «Мама, единственная причина, почему она делает это, потому что у неё много детей. В будущем у неё будет много людей, чтобы поддержать ее, верно? Однако у меня определенно есть способ уменьшить ее уверенность».

«Тот факт, что у неё много детей, означает, что она может иметь их. В отличие от тебя, кто отложила только одно яйцо без какого-либо другого прогресса!» Мадам Чжан всегда чувствовала горечь из-за того, что ее старшая невестка родила только Хэйзи. Однако сейчас не время заниматься этой темой. Старуха продолжила спрашивать: «Какой метод? Я бы хотела это услышать».

«Мой старший брат сказал мне, что столярная мастерская в городе ищет ученика. Сяоша из второго отделения уже не молод, и, будучи учеником, он будет есть и жить вдали от нас. Это спасет нас от кормления лишней порцией зерна, и в будущем он сможет зарабатывать на жизнь как ремесленник». Слюна мадам Ли вылетела из ее рта, когда она говорила.

Мадам Чжан нахмурилась: «Столярный цех? Это тот, который принадлежит Чжан Цзи? Я слышала, что мастер Чжан Цзи действительно жесток, и его ученики постоянно меняются. Некоторые даже постоянно получают ранения и увечья, если ... »

Мадам Ли пренебрежительно махнула рукой. «Это всего лишь слухи. Мой старший брат лично знает мастера Чжана и говорит, что он обычно очень дружелюбный. Иначе как он мог иметь такой процветающий бизнес? Он просто возлагает большие надежды на своих учеников, вот и все. Кто не хочет найти ученика, который был бы более компетентным и трудолюбивым, верно?»

Немного подумав, мадам Чжан пришла к выводу, что Сяоша из второго отделения не был ленивым мальчиком. Отправка его в ученики не была плохой идеей. Ведь через несколько лет мальчик сможет заниматься деревообработкой и зарабатывать много денег.

Той ночью во время еды мадам Чжан распространила эту новость среди всех людей. «Сяоша старательный и разумный. Он также учится быстро. Кто знает, может быть, через пару лет он сможет закончить свое обучение и затем заработать свои собственные деньги. У него будет гораздо более стабильное будущее, чем полагаться на ветер и дождь, чтобы зарабатывать на жизнь. Мастерская ищет только одного ученика, иначе я бы тоже отправила Хэйзи. В будущем двое двоюродных братьев могут вместе работать или открыть магазин, разве это не будет хорошей жизнью?»

У остальной семьи не было никаких мнений, но Юй Хай немного колебался. «Мама, я слышал, что ученики столярных мастерских проводят много времени, выполняя тяжелую и сложную работу. Сяоша еще маленький, я боюсь, что у него нет сил, чтобы поднимать и обрабатывать тяжелые деревья».

Лицо старухи потемнело, и она громко поставила миску на стол. «Ему уже одиннадцать, ты все еще думаешь, что он маленький? Через два года он сможет жениться на жене! Второй сын, ты не можешь испортить своих детей! Мама пытается помочь ему. Мастер Ван в моем родном городе каждый год работал, чтобы создавать мебель для других людей. У него всегда было много еды и одежды. У него лучшая жизнь по сравнению с нами!»

Юй Сяоцао с тревогой посмотрела на своего старшего брата и внутренне прокляла: «Не только мастер Ван имеет лучшую жизнь. Большинство жителей деревни едят лучше и носят лучшую одежду, чем мы. Мы живем так, не потому что у нас нет денег, а потому что ты слишком скупа, бабушка, и заботишься только о младшем дяде. Пытаясь отправить такого маленького ребенка в ученики, ты действительно слишком бессердечна!»

Она применила силу, чтобы ткнуть в свою тарелку супа из бобов, и пробормотала: «Если это такая хорошая возможность, почему бы нам сначала не отправить брата Хэйзи? Он старше старшего брата на три года и размером примерно со взрослого. Он до сих пор болтается в деревне, провоцируя случайных кошек и собак весь день, разве не будет лучше, если он пойдет и научится чему-нибудь?»

Мадам Ли быстро вскочила и отругала ее: «Взрослые разговаривают, как ребенок может вмешиваться? Второй шурин, как ты можешь так сильно портить своих детей?»

Мадам Чжан тоже хотела сказать что-то обидное, но ей удалось сдержаться, и она проглотила это обратно. Вместо этого она сказала: «У Хэйзи плохая личность, что он может сделать? Если мы отправим его, он вернется домой через пару дней. Если говорить о способностях, Дахай с юных лет всегда умел своими руками. Когда другие плели корзины, он лишь немного посмотрел, прежде чем узнал об этом. Сяоша похож на своего отца и неплохо освоил бы навыки».

«Мама, я не говорил, что не хочу, чтобы Сяога уходил. Я просто хочу подождать два года, чтобы дать ему время повзрослеть. Как только он вырастет и станет выше, он сможет уйти…» - мягко сказал Юй Хай. Он все еще беспокоился о своем маленьком мальчике и хотел, чтобы он медленно вырос под его глазами.

Госпожа Чжан прервала его, пробормотав: «Как ты думаешь, эта столярная мастерская принадлежит нам? Ты действительно думаешь, что можешь позволить своему ребенку приходить и уходить когда угодно? Другие семьи, чьи дети являются учениками, отправили их в молодости. Когда он станет старше, он будет медленно узнавать новые вещи, кто же его тогда захочет?»

Когда Юй Хай собирался ответить, ранее молчавший Юй Ханг спокойно вставил: «Отец, бабушка права, я больше не маленький ребенок. Учиться ремеслу не плохо для меня. Эр Шуань из соседней деревни раньше был учеником. Он сказал мне, что, пока человек умный, быстрый и усердный страданий не будет. Я хочу пойти!»

Юй Хай знал, что у его старшего сына, который обычно казался тихим и скучным, были большие стремления и идеи. Он немного подумал и решил, что позволить сыну попробовать не будет плохой вещью. Если это не сработает, он может потратить пару монет, чтобы вернуть сына домой. Видя, как старшая тетя с энтузиазмом подталкивала своего старшего брата к ученичеству, Юй Сяоцао почувствовала, что во всей этой ситуации есть что-то подозрительное. Однако она не могла точно определить, что именно было не так с этой идеей. Она могла только беспомощно наблюдать, как ее старший брат упаковал свои вещи в ткань и был отправлен в столярную мастерскую в городе.

В одно мгновение прошли жаркие летние дни, и наступила прохладная и освежающая осень. Прямо сейчас было время собирать сою и сорго с полей, и все были полны радости от сезона урожая.

Семья Юй была образцом рыбацкой семьи. Они были сосредоточены на ловле рыбы и охоте, и у них было всего три акра песчаной почвы, засеянной высокоурожайным урожаем сладкого картофеля. Но еще не настало временя собирать урожай, это будет примерно через месяц.

Дичь в лесах была на пике осенью. Каждую осень семья Юй больше не позволяла Юй Хаю выходить в море на рыбалку, а вместо этого заставляла его отправляться на охоту. Почти каждый день он ходил в горы. Иногда он сотрудничал с дядей Чжао, но чаще всего он был один.

Юй Сяоцао пыталась извлечь выгоду из милости отца и изо всех сил старалась убедить его взять ее с собой. Однако, подумав обо всех опасных животных, с которыми он встречался на протяжении многих лет, и о болезненном теле своей дочери, Юй Хай прямо отказался. Он только утешил ее, пообещав ей, что всегда оставит для нее часть добычи.

Теперь, когда у Сяоцао и ее ближайших родственников было достаточно еды каждый день, она больше не была озабочена едой и питьем. Ей нужно было зарабатывать деньги. Пока у неё были деньги, ей не о чем было беспокоиться. К сожалению, в настоящее время она могла только тайно зарабатывать деньги. Если бы они могли разделить свою ветвь от остальной семьи, то она смогла бы зарабатывать деньги намного легче. К сожалению, большинство семей в древнем мире никогда не делили свои домохозяйства, поэтому надежда на это была довольно неопределенной.

Кроме того, поскольку Юй Сяоцао было всего восемь лет, ее возможности зарабатывать деньги были настолько ограничены, что это было жалко. И с усугубленной потребностью в секретности, ей действительно предстояла трудная дорога. От отчаяния она переключила свое внимание на разноцветный камень, который был на ее запястье. Божественный камень заметил ее взгляд и прыгнул, чтобы противостоять ей: [Не думай, что ты можешь использовать меня в качестве приманки. Я - великолепный камень, который использовался, чтобы залатать небо, как я могу быть использован таким скромным образом?]

Юй Сяоцао ответила, слегка смущенная: «Маленькая клецка, как ты думаешь, у меня есть другие варианты? Однажды ты сказал, что каждый раз, когда ты мне помогаешь, твоей хозяйке, чистота и скорость поглощения духовной силы будут увеличиваться для тебя. Я использую тебя как волшебную приманку для рыбы! Иначе, как еще у всей моей семьи были бы такие сильные и здоровые тела? Где еще ты найдешь такой шанс показать все свои силы?»

Небесный камень, ранее услышав прозвище "Маленькая клецка" [1] , выбранное его слабой хозяйкой, в течение нескольких дней отказывался признать Юй Сяоцао. Позже, поскольку маленькая девочка отказалась раскаиваться, камень должен был неохотно позволить ей называть его таким невзрачным именем. Он был действительно весьма подавлен этим результатом.

Под убеждением Юй Сяоцао разноцветный камень начал колебаться в своей решимости. Каждый раз, когда он помогал своей хозяйке, он чувствовал, что ограничения Богини Духов чуть-чуть ослабевают. Впоследствии, чистота и количество энергии, которую он может поглотить, также улучшится. Если он хотел прорваться сквозь цепи Богини Духов, разрушить пустоту и вернуться на сторону Богини Нувы, ему нужно было помочь своей хозяйке делать больше добрых дел.

В его нынешнем состоянии было очень мало возможностей, с которыми он мог бы помочь своей хозяйке. Действовать в качестве приманки для Сяоцао действительно повредило его гордость как божественного камня. Но ради того, чтобы ускорить поглощение энергии, чтобы вернуться на сторону Богини Нувы, он был готов стать рыбной приманкой.

Пока камень принимал решение, Юй Сяоцао уже приготовила веревку. Брат Хан пообещал, что он научит ее сегодня ставить ловушки. Если бы у неё была помощь Маленькой клецки, то она наверняка каждый день будет приносить жирную дичь.

[Позволить мне помочь тебе ... это не невозможная просьба!] Как и прежде, камень послал свой дух в виде золотого котенка, плавающего в воздухе. В этот момент его маленькие ушка были поджаты вниз, и на его лице было нежелательное выражение. [Однако тебе нужно каждый день купать меня в воде из ручья той долины. Аура воды этого места намного более чиста по сравнению с другими источниками.]

«Хорошо, сделка!» Сяоцао протянула руку, пытаясь пожать его лапку. Золотой котенок размером с мяч для пинг-понга был действительно слишком милым. Это заставило ее сердце растаять. Тем не менее, небесный камень гордо заблокировал ее руку парой крыльев, сделанных из света со спины. Свет мерцал, уклоняясь от ее ласк, и он поворачивал свою маленькую головку, игнорируя ее.

«Вторая сестра, почему ты не позвала меня? Я почти проспал!» Одежда Маленького Шито была криво надета, и маленький мальчик небрежно вытер лицо, когда бежал. По дороге он взял корзину и последовал за Юй Сяоцао.

[1] Миска клеевых клецок

[[image:/storage/reader-images/8ed79762b30271b2ae4d09957e0f08bc0a60f7f0.jpg]]

Рано утром воздух был чистим и свежим. Юй Сяоцао глубоко вдохнула влажный воздух, а ее хвост, Маленький Шито, неспешно шел с ней к Западным горам.

«Сяолянь, ты так рано встала! Ты собираешься собрать немного грибов для кормления свиней?» С тех пор, как маленький божественный камень начал помогать ей, тело Сяоцао становилось все более здоровым с каждым днем. Кроме того, она часто потихоньку ела за пределами семьи Юй, поэтому ее лицо и тело постепенно стали гладкими и пухлыми. Теперь, когда ее фигура стала больше похожа на тело ее старшей сестры-близнеца, жители деревни часто не могли различить их.

Маленький Шито легкомысленно побежал к молодой девушке, которая не смогла узнать его вторую сестру, и сказал: «Сестра Линлун, это моя вторая сестра!»

«Вторая сестра? Сяоцао? Боже мой! Вы определенно близнецы, ты так похожа на свою сестру». Чжоу Линлун сжала губы в улыбке и продолжала осматривать Сяоцао с головы до ног.

Сяоцао просто улыбнулась, но промолчала. Маленький Шито представил ее своей второй сестре: «Семья сестры Линлун не живет далеко от Западных гор и находится недалеко от нашей старой семейной резиденции. Тетя Чжоу и мама имеют хорошие отношения. Когда ты болела, все яйца, которые ты ела, были от тети Чжоу».

О, так она дочь лучшей подруги мамы. Юй Сяоцао сладко улыбнулась Чжоу Линлун, и на ее левой щеке образовалась слабая ямочка. «Приятно познакомиться, старшая сестра Линлун. В другой день мне нужно будет зайти поблагодарить тетю Чжоу. Без ее яиц я не смогла бы восстановиться так быстро!»

Чжоу Линлун некоторое время смотрела на ямочки Сяоцао, а затем усмехнулась: «Это всего лишь пара яиц, не стоит упоминать. Я поняла, как отличить тебя от твоей сестры. У тебя есть ямочки, а у твоей старшей сестры нет…»

Юй Сяоцао улыбнулась ей и сказала: «Сестра Линлун, мы идем с братом Ханом на гору, чтобы собрать дикие фрукты. Ты хочешь пойти с нами?»

Чжоу Линлун показала серп в своей руке и покачала головой. «Мне нужно собрать травы и вернуться домой. У нас есть две свиньи, и им очень нравится есть траву. Вы идите, просто будьте осторожны!»

Юй Сяоцао махнула рукой на уходящую девушку, взяла Маленького Шито и побежала к холму, где жила семья Чжао.

Жители рыбацкой деревни Дуншань уже несколько поколений являются рыбаками. Семья Чжао переехала более двадцати лет назад как посторонние. Их семейная резиденция была расположена на вершине небольшого холма у подножия Западных гор. Дом был построен из камня и имел три комнаты. Высокий каменный забор окружал двор. Деревья окружали резиденцию со всех четырех сторон, а сады с овощами и фруктами окружали переднюю и заднюю часть здания. Весь комплекс создавал ощущение жилья, подходящего для отшельника, живущего в глухом лесу.

«Брат Хан, брат Хан», - крикнул Маленький Шито, тихо двинувшись, чтобы открыть деревянную дверь, и вставил голову, чтобы взглянуть. Посреди двора была невестка семьи Чжао, Чжэн Фанъинь. Она повернула голову и увидела маленького парня, оглядывающегося вокруг. Пожилая женщина доброжелательно улыбнулась: «О, это маленький парень семьи Юй! Быстро входи!»

Мадам Чжэн не была уверена, получило ли ее тело травму после рождения сына, но после рождения Чжао Хана она больше не могла забеременеть. За последние несколько месяцев Маленький Шито немного прибавил в весе и стал сильным и добродушным маленьким мальчиком. Госпожа Чжэн, которая любила маленьких детей, обожала его милый и остроумный характер. У неё было сердце, полное материнской любви.

«Тетя, брат Хан сказал нам, что собирается научить нас расставлять ловушки для ловли зайцев. Вторая сестра очень хочет учиться, поэтому мы пришли рано ... хи-хи !» Малыш смущенно потер затылок.

Юй Сяоцао последовала за своим младшим братом и вошла во двор. Она тайком ударила его в спину и сладко улыбнулась пожилой женщине. «Доброе утро, тетя Чжао!»

«О, Сяоцао!» Мадам Чжэн поставила на пол таз, полный куриного корма, и вытерла руки передником. Она нежно ласкала худое и заостренное лицо Сяоцао. Она вздохнула: «Человеку обязательно повезет после того, как он пережил великую катастрофу. Быть здоровым важнее всего! Ты все еще немного худа, твоя бабушка ... в будущем, если ты когда-нибудь захочешь что-нибудь поесть, просто приходи к тете. Кулинарные навыки тетушки не так уж плохи».

«Спасибо, тетя! Тогда я буду беспокоить тебя в будущем!» Юй Сяоцао не отказалась бы прямо от помощи, особенно когда ее предлагали с искренним сердцем. Вместо этого она получила заботу пожилой женщины с еще более блестящей улыбкой.

«Шито! Сяоцао! Почему вы оба здесь так рано? Вы уже завтракали?» Чжао Хань спросил с явным удивлением. Юноша вошел через ворота, неся на плече два ведра воды, и увидел брата и сестру во дворе.

Малыш Шито встал и закричал, прежде чем его старшая сестра смогла ответить: «Наша семья завтракает только в семь утра, у нас нет времени ждать до тех пор! В любом случае, нам лучше оставить немного места в животике, чтобы потом можно было есть жареную рыбу!»

Мадам Чжэн мгновенно схватила брата и сестру и провела их в главную комнату. Ее голос был полон неодобрения, когда она упрекнула: «Вам предстоит долгий путь, прежде чем вы доберетесь до гор. Вы оба так молоды, если никто из вас не завтракал, как у вас хватит сил ходить целый день? Сегодня утром я уже сварила кашу и сделала блины, давайте вместе поедим, прежде чем подниматься на гору».

«Дедушка Чжао!» Двое детей поприветствовали седовласого старика с длинной бородой, как только вошли в дома. У пожилого мужчины, Чжао Цзыцун, была внушительная фигура. Время от времени от его глаз исходила величественная аура, которая не могла быть полностью скрыта. Пара братьев и сестер не могла не быть немного подавленной в его присутствии.

Старик поднял глаза и увидел двоих детей, которые, несмотря на то, что были одеты в потертую одежду, все же излучали ауру невинности. Он улыбнулся и сказал: «Вы оба хорошие дети, но очень жаль, что вы застряли с отцом без позвоночника. Вы оба пережили трудности!»

«Наш отец самый лучший! Он умеет ловить рыбу, охотиться и плести простые бамбуковые изделия. Он тоже очень любит нас!» Перед другими Юй Сяоцао, естественно, пришлось защищать репутацию своего отца.

Старый Чжао поднял густые брови и усмехнулся: «Кажется, ты очень любишь своего отца! Однако очень жаль, что твой отец не может защитить твоих братьев и сестер и твою мать! Если он не может защитить самых дорогих ему людей, он все еще считается мужчиной?»

«Отец! Не говори такие вещи детям, давайте есть сейчас!» Мадам Чжэн боялась, что брат и сестра начнут чувствовать себя неловко, и поспешно вмешалась, чтобы сменить тему. Она немедленно подала тарелки с кашей и блинами старику и детям.

Семья Чжао придерживалась обычая есть три раза в день. Завтрак состоял из густой каши из белого риса, а блины - из белой муки. В дополнение к этому мадам Чжэн также приготовила два салата - бекон, обжаренный с грибами, и капуста напа, приправленная с уксусом.

Возможность есть кашу, приготовленную из белого риса, и блины из белой муки, уже была удовольствием, но было и мясо! Маленький Шито жадно смотрел на роскошный завтрак перед собой, но у него не хватало смелости начать есть. Только после того, как Мадан Чжэн вручила ему тонкий блин, обернутый вокруг грибов и бекона, он смущенно поднял голову, чтобы посмотреть на свою вторую сестру.

Увидев нерешительность маленького мальчика, Чжао Хань также набил и свернул блин, прежде чем положить его перед Сяоцао. Юноша улыбнулся и сказал: «Ешь! Сегодня мы пойдем немного дальше, поэтому, если вы двое не будете есть, у вас не будет сил, верно? Я не смогу нести вас обоих, если это произойдет».

«Спасибо! Пожалуйста, извините меня, тогда я начинаю!» Юй Сяоцао устала есть блины из коричневой муки и пить суп из фасоли каждый день. Она давно скучала по вкусу еды из белой муки и белого риса. Маленькая девочка взяла предложенный блин, кивнула головой на своего младшего брата и открыла рот, чтобы откусить гигантский кусок.

Она никогда не думала, что обычный блин из белой муки может быть таким вкусным. В сочетании с соленым и пикантным вкусом бекона, скромное блюдо превратилось в царство деликатесов.

Когда мадам Чжэн подавала еду на две детские тарелки, она также сказала сыну: «Ты не можешь взять этих двух детей глубоко в лес. Там обитают дикие кабаны, волки и другие свирепые существа. Дети должны быть защищены от вреда».

Чжао Хань очистил яйцо, поместил его в миску Сяоцао и кивнул. «Мама, не волнуйся! Я был там много раз, и самым большим животным, которого я когда-либо видел, была косуля или горный козел. Там очень безопасно!»

После того, как они закончили завтракать, Чжао Хань отвел двух детей, которые случайно съели слишком много, к извилистой и потертой дороге, которая взбиралась на гору.

«Когда вы устанавливаете ловушки, первое, что вам нужно сделать, это выяснить, по каким маршрутам любят ходить зайцы. Зайцы часто придерживаются одного и того же маршрута ... видите, в подлеске есть небольшая изношенная дорожка, по которой часто бегают зайцы!» Чжао Хань указал на немного изношенный участок травы, терпеливо объясняя процесс.

Юй Сяоцао охотно ответила: «Тогда мы должны поставить здесь ловушку! Кто знает, может, к тому времени, когда мы вернемся, заяц уже окажется в ловушке!»

[1] Жареный бекон с грибами

[[image:/storage/reader-images/95685b59f03e18c2a47af71cdd722b1aa26d7eb7.jpg]]

[2] Капуста, заправленная уксусом

[[image:/storage/reader-images/473501af5906d9d3c82c65d7693713a814f8b493.jpg]]

Чжао Хань засмеялся: «Эта область слишком близко к деревне, поэтому здесь не бывает много животных. Как насчет того, чтобы пройтись немного глубже в лес, прежде чем мы попробуем?»

«Мы должны сейчас воспользоваться возможностью, чтобы сначала практиковаться. Как установить ловушку? Брат Хан, научи меня быстро!» Юй Сяоцао отказалась отпустить любую возможность. В конце концов, у неё не было секретного оружия?

Чжао Хань поднял густые брови, и снисходительная улыбка появилась на его лице, прежде чем он сказал: «Хорошо! У нас много веревки, поэтому давайте поставим одну здесь!»

Сначала он осмотрел область вокруг них, а затем оторвал ветвь в форме вилки от ближайшего дерева. Он обрезал разные веточки и подрезал их, пока середина вилки не стала чистой. Молодой человек объяснил, продолжая подрезать: «Когда вы выбираете ветку, найдите такую, которая сможет выдержать вес зайца. В противном случае вы не сможете успешно его поймать».

Юй Сяоцао молча кивнула головой, пытаясь выгравировать инструкции в своей голове.

Чжао Хань положил обрезанную ветку на землю и убедился, что она находится точно в середине тропинки. Это гарантировало бы, что заяц нырнет прямо между вилкой, когда он снова будет пробегать здесь.

«Если мы добавим к этой ветке веревочную петлю, будет ли ловушка готова?» Маленький Шито наблюдал за всем процессом с возрастающим интересом и чувствовал, что ставить ловушки довольно просто.

Чжао Хань взъерошил волосы мальчика и ответил: «Нам все еще нужно вставить еще пару веток по бокам ловушки. Целью добавления этих веток является предотвращение отклонения кролика от лассо [1]. Отрезав все остальные пути эвакуации, заяц может войти только в петлю».

Затем юноша достал веревку, связал петлю и вставил ее в раздвоенную ветвь. Лассо было около десяти сантиметров над землей. Юй Сяоцао использовала свою руку, чтобы измерить расстояние, и запомнила все тонкости. В будущем это будет ее билет на зарабатывание денег!

«Брат Хан, петля выглядит такой большой, разве заяц не сможет сбежать?» - с тревогой спросил Маленький Шито, и его невинные большие глаза смотрели на Чжао Хана.

Чжао Хань посмотрел на него, а затем посмотрел на Юй Сяоцао, которая тоже смотрела на него. «Не сможет. Вы видите узел в веревке? Как только заяц сталкивается с лассо, чем больше он борется, тем крепче его связывает. Если бы мы сделали лассо больше, не только заяц не смог бы убежать, но и кабан!»

Пара братьев и сестер кивнули в унисон. Их глаза были полны поклонения, когда они смотрели на стройного и юного Чжао Хана.

Тринадцатилетний Чжао Хань чувствовал себя довольным тем, что двое детей так его обожают. Он гордо взмахнул кулаком и сказал: «Пошли! Чем глубже мы пойдем, тем больше добычи мы поймаем!»

Когда Чжао Хань повернулся, Юй Сяоцао воспользовалась этим моментом времени, чтобы открыть мешок с водой, и разбрызгала пару капель воды из своего мистического камня вокруг ловушки. После этого она догнала двух мальчиков, как будто ничего не случилось.

[Вонючая Сяоцао, озорная Сяоцао! Разве ты не знаешь, что тратишь драгоценные ресурсы? Это вода, в которой я, этот небесный камень, купался! Она содержит больше восстановительной силы, чем старый корень женьшеня! И ты используешь ее, чтобы заманить обычного зайца!]

Дух вышел из разноцветного камня в его знакомой крошечной золотой форме котенка. Он забрался на голову Юй Сяоцао. Кроме его хозяйки, никто больше не мог его видеть.

Сяоцао мысленно умиротворила высокомерного духа: «Маленькая клецка, как только мы поймаем в ловушку какую-то дичь, я вознагражу тебя водой, взятой из бамбуковых корней, выращенных в глубоких горах. Разве ты не говорил, что вода оттуда восстановит твою духовную силу быстрее?»

На самом деле, лучший способ восстановить его силу - помочь своей хозяйке и получить ее благодарность. Однако дух никогда не произносил этого вслух, так как боялся, что его хозяйка даст ему больше миссий, которые он считал ниже себя.

Видя, что высокомерный дух наконец-то успокоился, шаги Юй Сяоцао стали намного легче. Она могла наконец сосредоточиться на изучении того, как устанавливать ловушки.

Юй Сяоцао научилась очень быстро расставлять ловушки, потому что она была мотивирована. К полудню она уже могла сделать все шаги самостоятельно. Прежде чем она это знала, группа вошла в самую глубокую часть леса.

Бам!

Маленький орешек упал и ударил Маленького Шито в голову.

«Ауч! Кто меня ударил?!» Маленький Шито схватился за голову и поднял глаза, чтобы найти человека, который напал на него.

Бам!

Еще один орех ударил его по лбу. Пепельно-серая белка просунула голову сквозь листья и с любопытством посмотрела на трех человек.

«Глупая белка, как ты смеешь бросать в меня орехи!» Маленький Шито поднял камень с земли и швырнул его к деревьям. Белка с другим орехом в лапах метнулась по веткам и исчезла.

Юй Сяоцао наклонилась, подняла «смертельное оружие» с земли и обнаружила, что это был фундук. Она засмеялась: «Шито, мы выиграли джекпот! Это ореховое дерево, если мы приготовим эти орехи, они будут очень вкусными! Когда закончим расставлять ловушки, мы должны также собрать немного фундука, чтобы у нас было больше разнообразия, чтобы поесть зимой!»

Маленькая Шито не интересовался этой идеей и отказался: «Я не хочу! Вся эта тяжелая работа не принесет нам пользы! Мы все равно не будем теми, кто съест эти орехи!»

Чжао Хань быстро пролистал идеи в своей голове и нашел решение. «Если вы двое доверяете мне, то можете оставить фундук у меня дома. Когда бы вы ни захотели их съесть, я бы попросил маму приготовить их для вас. Ребята, вы можете съесть их у меня дома!»

«Это неплохая идея!» Юй Сяоцао усмехнулась в восторге. В будущем, с водой божественного камня, количество дичи, которую она поймала, не будет маленьким. Однако, она абсолютно не могла принести добычу домой, поскольку она не извлекла бы выгоду из этого. Отсутствие укрытия для ее дичи мучило ее. Теперь ее проблема была решена. Как будто она спала, и из ниоткуда появилась подушка!

Чжао Хань выскочил на очень высокое дерево фундука. Он сорвал все спелые орехи и позволил им упасть на землю. Юй Сяоцао считала, что орехи падали слишком медленно, поэтому она тоже схватила толстую ветвь и начала трясти ее. Листья и веточки осыпались вокруг них.

В течение нескольких минут трое из них смогли собрать целую корзину орехов.

«К счастью, брат Хан нес сюда эту тяжелую корзину. Иначе я даже не знаю, как бы мы доставили эти орехи обратно в деревню!» Маленький Шито широко улыбнулся, и его глаза превратились на маленькие полумесяцы.

Когда они втроем вернулись по тому же маршруту, по которому шли, Юй Сяоцао широко открыла глаза, чтобы найти ловушки, которые они установили ранее. Видя это, Чжао Хань усмехнулся: «Ловля зайцев занимает немного больше времени…»

Как только слова вышли из его рта, Юй Сяоцао прервала его с возбужденным воплем: «Смотрите! Это что? Это маленький олень? Так мило!» Эта ловушка была лично установлена Юй Сяоцао. Было очевидно, что молодое существо, едва достигшее младенчества, было поймано веревкой. У животного была шкура пепельно-желтого меха, заостренные уши, темный и круглый нос и четыре стройные ноги. Мех на его задних и передних ногах был белым.

Маленькое существо, которое было поймано, не боролось. Оно тупо стояло на месте и покусывало ближайшую траву.

Чжао Хань подошел и одной рукой поймал глупого зверька. Он засмеялся: «Это не маленький олень, это тупая косуля. Этот маленький парень довольно глупый. После того, как его поймали, ему было не сложно выбраться, но он только интересовался едой».

Маленькие дети все любили маленьких и милых животных. Маленький Шито подошел, чтобы протереть уши существа и весело сказал: «Вторая сестра, эта косуля - маленький гурман!»

Шито, естественно, выучил термин "маленький гурман" у своей второй сестры. Он немедленно применил его к маленькой косули.

Несмотря на то, что она была в восторге от улова, Юй Сяоцао симулировала разочарование: «Такое маленькое животное. Не похоже, что на нем много мяса. Оно точно не стоит много на рынке!»

«Вторая сестра, мы можем вернуть ее на воспитание. Как только она станет больше, у нас будет мясо!» Маленький Шито был гурманом до костей. Он бросил себе вызов взять на себя трудную задачу по доставке косули в деревню. Хотя ему удалось поднять животное с земли, он мог лишь пошатнуться, прежде чем упасть. Косуля упала с ним. К счастью, под ними был толстый слой трав и сорняков, поэтому никто из них не пострадал.

Юй Сяоцао сняла петлю с ловушки, а затем связал маленького косули лассо на шее. Затем она собрала пару горстей высушенной желтой травы и вылила на неё остатки воды из небесного камня. С этим косуля сама следовала за ней. Веревка была в одной руке, а трава - в другой. Маленькое существо открыло свои большие темные невинные глаза и последовало за ней сзади, как умный и послушный ребенок.

«Вторая сестра, как думаешь, эта маленькая косуля была выращена людьми? Почему она не боится нас и даже хочет стать ближе к нам?» Маленький Шито прыгнул рядом с животным и иногда проводил рукой по его меху.

Чжао Хань сказал: «Мы в глубоко в лугу, и домов нигде не видно! На мой взгляд, я думаю, что этот маленький парень отстал от своей матери. Вероятно, он думает, что вы двое - можете заменить его мать!»

Юй Сяоцао хотела раздраженно прикрыть глаза. Хотя ее одежда была очень тусклой и серой, это даже близко не подходило к окраске косули. Насколько плохими должны быть глаза существа, чтобы принять их за мать?

Когда они спускались с горы, более половины их ловушек поймали какую-то дичь. Другая половина была уничтожена более крупными животным. Чжао Хань был поражен их удачей. Тщательно осмотрев окрестности, он понял, что растительность возле разбитых ловушек почти полностью была съедена до самих корней.

«Похоже, дикие животные на горе сегодня довольно голодные. Они все начинают рано готовиться к зиме?» Чжао Хань, который никогда не видел такого, был озадачен странными обстоятельствами. Он решил спросить своего отца, что происходит сегодня после того, как отец вернется с охоты.

Ю1 Сяоцао была приятно удивлена, когда обнаружила, что ее схема зарабатывания денег сработала. Она воскликнула: «Брат Хан, у нас была плодотворная поездка сегодня!»

«Да, да! Мы не только поймали зайцев, но и поймали фазанов. Еще лучше то, что большинство из них все еще живы. Мой отец сказал мне, что живую дичь легче продать!» Маленькая Шито взволнованно сказал.

Чжао Хань должен был согласиться с ними. «Сегодня наша удача была весьма неплохой! Однако, мы не можем съесть всю эту добычу. Днем мой отец и дядя Юй планировали поехать в город, чтобы продать то, что они поймают. Как насчет того, чтобы мы также разрешили моему отцу продать часть нашей добычи?»

«Я тоже хочу в город!» Юй Сяоцао посмотрела на десять животных, которые были на земле. Судя по тому, что она знала о личности брата Хана, она решила, что сможет получить по крайней мере два или три из их урожая.

Чжао Хань знал об обстоятельствах их семьи и немного подумал, прежде чем ответить: «Я был в городе много раз и хорошо знаком с тем, как туда добраться. Как насчет того, чтобы взять вас двоих с собой?»

Юй Сяоцао обрадовалась, не ожидая услышать от него такое предложение. Хотя она могла убедить своего отца оставить часть добычи, чтобы накормить ее и ее братьев и сестер, маловероятно, что он когда-нибудь согласится иметь отдельный, скрытый кошелек от остальной семьи.

С его точки зрения, он помогал семье Юй создать будущего ученого-чиновника округа или, возможно, даже провинциального чиновника. Наличие в семье чиновника также очень помогло бы будущему его детей. Это была причина, почему он был счастлив трудиться так усердно, чтобы зарабатывать для них деньги.

Если бы он знал, что у его собственной дочери есть свой запас наличных, он бы ее не продал. Однако, если мадам Чжан начнет когда-либо жаловаться на то, что у неё недостаточно денег, ему будет трудно не раскрыть секрет! С этой мыслью Юй Сяоцао стала более решительной в своем решении спрятать свои собственные деньги от матери и отца.

Она посмотрела на небо и поняла, что все еще довольно рано. Она сказала Чжао Хану забрать лесные орехи и дичь в резиденцию Чжао, пока она бежала с Маленьким Шито обратно в их собственный дом. Им нужно было достать этот старый керамический горшок.

«О, хо!» Они почти столкнулись со своей бабушкой, как только они вошли во двор.

Глаза мадам Чжан прищурились от неприязни, и между ее бровями появились глубокие морщины. «Вы маленькие негодяи! Вы исчезли на рассвете! Разве вы не знаете, как помочь остальным членам семьи выполнять некоторые обязанности по дому?»

Юй Сяоцао сознательно моргнула и невинно посмотрела на пожилую женщину. «Бабушка, я тоже хочу помогать ловить рыбу, рубить дрова и делать другие домашние дела. Но ты знаешь, у меня слабое тело. Что делать, если я заболею и мне нужно было потратить деньги, чтобы обратиться к врачу? Для кого-то вроде меня, наверное, лучше, чтобы я не доставляла никаких хлопот. Бабушке не кажется, что это имеет смысл?»

Мадам Чжан не знала, что сказать, поскольку все, что сказала Сяоцао, было правдой. Видя, что маленькая девочка несла большой керамический горшок, область между ее бровями слегка сгладилась. Старуха кивнула в знак одобрения.

«Ты собираешься поймать немного рыбы с этим? Хотя рыба, которую ты поймала в прошлый раз, была меньше, она все еще имела хороший вкус. Сын твоего младшего дяди, Маленький Дуду, очень любил их есть. Поймай немного больше, и завтра я отправлю твоему дяде».

Юй Сяоцао на секунду нахмурилась, прежде чем она сменила выражение лица на приятную улыбку. «Не нужно ждать до завтра. Сын дяди Чжао, брат Хан, сегодня поймал диких зайцев и хотел пойти в город, чтобы продать их. Как насчет того, чтобы я пошла с ним после того, как поймаю рыбу? Таким образом, младший дядя сможет съесть немного свежей и ароматной тушеной рыбы сегодня вечером».

Мадам Чжан даже не колебалась, прежде чем она согласилась. «Этот твой горшок слишком мал, сколько рыбы в нем может вместиться рыбы? Как насчет того, чтобы принести кувшин, который мы используем, чтобы мариновать овощи? Этого должно быть достаточно, чтобы твоему дяде хватило на пару раз».

Юй Сяоцао вспомнила о глиняных кувшинах, которые были высотой около полутора футов, и уставилась на свою бабушку в безмолвной тишине, прежде чем ответить: «Бабушка, ты действительно думаешь, что мое крошечное тело обладает силой нести что-то такое большое? Опять же, эту рыбу не совсем легко поймать. Я не уверена, что смогу поймать достаточно, чтобы заполнить даже этот горшок! Бабушка, я сейчас уйду. Брат Хан может уйти без меня, если я опоздаю».

Прежде чем мадам Чжан смогла ответить, Сяоцао сунула керамический горшок в руки Маленького Шито и помчалась на кухню. На плите лежали три обожженных на пару булочки, которые были только что приготовлены. Она взяла две из трех булочек из корзины, использовала смазанную маслом бумагу, чтобы обернуть их, и положила их в свою маленькую корзину, которая лежала у ней на плечах.

«Стоп! Ты, маленький придурок, эти булочки были для твоего деда и других мужчин ... » Мадам Чжан, которая внимательно следила за ней, закричала в отчаянии.

Юй Сяоцао уже схватила своего младшего брата за руку и выбежала за ворота. Её голос зазвучал: «Нам понадобится пара часов, чтобы дойти до города, если мы не поедим, как мы сможем туда добраться? Не волнуйся, бабушка! Я обещаю, что твой драгоценный внук сможет съесть немного тушеной рыбы сегодня вечером…»

Хотя мадам Чжан хотела догнать их, было уже слишком поздно. Разъяренная старуха громко топнула по двору, и ее проклятия наполнили воздух.

К тому времени, когда брат и сестра закончили ловить рыбу в долине и вернулись, было уже почти девять часов утра. Когда они достигли подножия холма, где находилась резиденция Чжао, они увидели Чжао Хана на вершине холма с большой корзиной на спине. Они могли видеть, как юноша машет им на расстоянии, намекая на то, чтобы они не поднимались на холм.

Тринадцать лет уже более 1,7 м в высоту. Кроме того, он занимался боевыми искусствами в течение всего года, так что нести более десяти штук дичи было для него просто пирогом. Чжао Хань подошел своими длинными и мощными ногами и быстро воссоединился с двумя братьями и сестрами.

Юноша естественным движением выхватил керамический горшок из рук Сяоцао и ухмыльнулся: «Я заметил, что вам двоим действительно нравится эта тупая косуля, поэтому я принял решение оставить ее дома. Ребята, вы хотите вернуть ее своей семье или оставить в моем доме? Это ваш выбор».

Глаза маленького Шито сияли от счастья, и на его лице была легкая улыбка. «Вторая сестра, давай вернем ее домой, чтобы вырастить? У маленькой косули нет мяса, поэтому бабушка не захочет есть ее прямо сейчас».

«Ладно!» Юй Сяоцао согласилась, не слишком задумываясь об этом. Маленькая косуля была довольно восхитительна, и с водой из мистического камня она, вероятно, останется послушной.

«Если вы боитесь, что члены вашей семьи повредят ей, просто скажите им, что это я поймал ее и хотел, чтобы вы ненадолго позаботились о ней». Чжао Хань повернул голову, чтобы поговорить с ними, продолжая идти вперед.

Пока трое болтали, они пошли по дороге, ведущей в город. Когда они миновали подножие горы, издали виднелась тонкая фигура с маленькой сумкой, идущая перед ними.

Зорким взглядом Маленький Шито узнал человека на расстоянии: «Вторая сестра, человек перед нами похож на брата Цянь Вэня. Должно быть, он возвращается в город, потому что его перерыв закончился».

«Брат Цянь Вэнь! Брат Цянь Вэнь!» Не дожидаясь ответа своей сестры, малыш уже сжал рот руками и закричал.

Эта фигура остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на них.

Когда они постепенно подошли ближе, Юй Сяоцао могла видеть лицо мальчика более отчетливо. У него была светлая кожа и тонкие черты лица. С нежными и утонченными манерами он был симпатичным молодым мальчиком со светлой и чистой кожей.

«Старший брат Чжао, Маленький Шито… Это твоя вторая сестра?» Губы Цянь Вэня слегка изогнулись, когда он с любопытством посмотрел на молодую девушку с бледной кожей и большими глазами перед собой.

Маленький Шито был хорошим другом его младшего брата Цянь Ву. В последние два месяца ребенок часто упоминал свою вторую сестру.

Маленький Шито ухмыльнулся: «Это верно, брат Сяовэнь. Разве моя вторая сестра действительно не похожа на мою старшую сестру? Люди обычно не могу различить их. Как ты ее сразу узнал?»

Цянь Вэнь взял руку малыша и продолжил идти в город: «Хотя я не видел твою старшую сестру много раз, у детей рыбацкой деревни обычно темная кожа, потому что они часто посещают пляж. Твоя вторая сестра редко выходит на улицу, поэтому у нее светлый цвет лица».

Маленький Шито внимательно осмотрел цвет лица своей второй сестры и твердо кивнул: «Это верно! Вторая сестра определенно еще не полностью восстановилась, так как ее лицо выглядит таким бледным».

Малыш слышал, что у больных людей обычно бледный цвет лица. У него не было четкого понимания "бледного", и он просто думал, что быть бледным вредно для здоровья.

У Юй Сяоцао был большой "неловкий символ" [1] в ее сердце! Как ученому, действительно ли Цянь Вэню можно открыто обсуждать цвет кожи молодой леди? Что касается ее глупого младшего брата: У твоей сестры светлый цвет лица, потому что она каждый день моет лицо водой из мистического камня, хорошо? Когда ты увидел, что я больна? Это называется бледной с розовым сиянием, что выглядит очень здорово!

С другой стороны, ее невежественный младший брат уже начал беседовать с кем-то еще: «Брат Сяовэнь, ты собираешься вернуться в город для учебы? Мы собираемся с братом Ханом продать дичь. Давайте путешествовать вместе!»

«Нам придется пройти довольно большое расстояние, чтобы добраться до города. Ты сможешь не отставать, маленький парень?»

«Я могу! Я действительно потрясающий. Даже вторая сестра не так хороша, как я!»

Она только что получила еще один удар.

«Шито, если устанешь, дай мне знать. Брат Сяовэнь будет нести тебя».

......

Юй Сяоцао никогда не думала, что первым измученным станет не пятилетний Маленький Шито, а она сама. Ее тело никогда раньше не путешествовало на большие расстояния пешком. Она стала намного здоровее после того, как питалась водой из мистического камня. Однако, пройдя только такое короткое расстояние, ее ноги уже болели, и все ее тело стало слабым.

Они прошли только четверть пути, но маленькое лицо Юй Сяоцао уже стало бледным. Она вытерла пот со лба, стиснула зубы и продолжала шататься вперед.

Высокий и крепкий Чжао Хань, естественно, был в порядке, и даже, казалось бы, слабый Цянь Вэнь не выглядел уставшим. Он не затаил дыхание, его лицо не покраснело, и он энергично шагал вперед. Маленький Шито бегал по горам и побережью с тех пор, как научился ходить, поэтому ходить по этой дороге было для него довольно легко. Он прыгал и щебетал на протяжении всего пути, как будто он был веселым маленьким воробьем.

Цянь Вэнь услышал хрипящий звук, похожий на звук сильфона. Он обернулся и с беспокойством посмотрел на Сяоцао: «Сяоцао, дай мне свою бамбуковую корзину. Я помогу тебе нести ее».

В ее корзине было только две паровые булочки, но казалось, что кто-то намеренно прибавляет ей веса. Более того, ее ноги так болели, что она едва могла их поднять. Сумка Цянь Вэня выглядела не очень большой, но была заполнена тяжелым содержимым, таким как книги и чернильный камень. Кроме того, она была не очень близка с ним, поэтому не будет ли ей грубо позволить ему нести это для неё?

«Нет надобности. Я буду в порядке, немного отдохнув!» Сяоцао покачала головой и вытерла пот со лба. Она села на обочину дороги, хватая ртом воздух.

Маленький Шито прикусил большой палец и сказал: «Вторая сестра, с твоей скоростью мы не сможем вернуться, пока не стемнело!»

Сяоцао стиснула зубы и заставила себя встать. Она кивнула и сказала: «Давайте поторопимся! Мы не хотим откладывать учебу брата Сяовена... »

В это время повозка доносилась издалека, скрипя весь путь. Присмотревшись, они поняли, что водителем был Старый Чжан из деревни Сишань. Когда Старый Чжан увидел их, он добродушно улыбнулся и спросил: «Ты не ребенок из семьи Цянь деревни Дуншань? Ребята, вы собираетесь в город?»

Каждые два дня Старый Чжан доставлял в город повозку с дровами, которая, казалось, была заказана кузнецом в городе. Загрузка дров будет стоить более пятидесяти медных монет. Пока семья помогала, это была довольно выгодная сделка для семьи Чжан, которая владела телегой для волов.

«Дедушка Чжан, Сяоцао, имеет слабую конституцию и никогда раньше не ходила так далеко. Не могли бы вы позволить ей сесть на вашу тележку?»

__________________________

[1] Китайский иероглиф выглядит как ошеломленное выражение и часто используется в качестве интернет-сленга для выражения шока, смущения и т. Д.

«Так что это Сяоцао семьи Юй! Я слышал от твоего деда по материнской линии, что ты повредила голову. Ты полностью выздоровела сейчас? Как твои родителям так легко позволили вам, детям, самим отправиться в город?» Старый Чжан жил рядом с девичьей семьей мадам Лю, поэтому он быстро согласился. Он поднял Сяоцао на тележку своими большими руками.

Хотя она иногда чувствовала боль от удара дровами позади неё, но это было все же намного легче, чем ходить пешком. Сяоцао наблюдала, как ее младший брат взволнованно сидел на воле после того, как Старый Чжан положил его на спину.

«Брат Хан, твоя корзина довольно тяжелая. Позволь мне держать ее». В конце концов, Чжао Хань было всего тринадцать, поэтому было довольно утомительно путешествовать, неся так много дичи. В его корзине было более десяти животных, которые, вероятно, весили более десяти килограмм. Его лоб уже был покрыт потом.

Он посмотрел на Юй Сяоцао, которая шаталась, когда сидела в телеге. Его губы дернулись, и он покачал головой: «Это не тяжело. Я могу нести ее сам».

Едя на телеге, группа наконец прибыла в город около половины одиннадцатого утра. Город Тангу все еще кипел от волнения, как в прошлый раз.

После того, как Сяоцао и ее младший брат поблагодарили Старого Чжана, он тепло договорился о встрече с ними для поездки обратно в деревню. Если братья и сестры захотят покататься на его телеге на обратном пути, они могут встретить его у городских ворот в сумерках.

После расставания с Цянь Вэнем Чжао Хань вернул керамический горшок Сяоцао, а затем взял руки каждого из них, и они пошли по оживленной улице. Улица была достаточно широкой, чтобы два конных экипажа могли свободно проехать, и они могли видеть конные повозки, заполненные грузом с пристани, время от времени несущиеся по улицам. По мнению Сяоцао, в качестве важного маршрута для перевозки морских грузов в столицу, этот небольшой город имел большой потенциал для будущего развития.

«Во второй половине дня на рынке не так много людей. Должны ли мы сначала отправиться в ресторан Фулинь?» Чжао Хань следовал за своим отцом, чтобы продать дичь несколько раз в прошлом. Он знал, что его отец имел дело с двумя самыми большими ресторанами в городе, поэтому он сначала спросил мнение брата и сестры Юй.

Юй Сяоцао вспоминает, как она рассталась с рестораном Фулинь, когда она в прошлый раз продавала морские ушки, поэтому она предложила: «Я считаю, что мы должны сначала пойти в ресторан Чжэньсю!»

Ресторан Чжэньсю находился чуть дальше, чем ресторан Фулинь, что было одной из причин, по которой Чжао Хань хотел сначала посетить ресторан Фулинь. Тем не менее, Чжао Хань был очень удивлен, услышав замечание Сяоцао.

«Сяоцао, ты также слышала о ресторане Чжэньсю? В последние месяцы бизнес ресторана Чжэньсю действительно превысил ресторан Фулинь Таким образом, им нужно много дичи. Я слышал, что ресторан Чжэньсю, похоже, как-то научился готовить особый соус с устрицами. Овощи, обжаренные с этим соусом, даже вкуснее мясных блюд!»

«Устричный соус! На юге его также называют шэнхао!» Услышав, что бизнес ресторана Чжэньсю процветает из-за устричного соуса, Юй Сяоцао была очень гордой внутренне и едва ли могла удержаться от сияния от радости.

«Это правильно! Это называется устричный соус!» Чжао Хан склонил голову, посмотрел на неё и спросил: «Сяоцао, как ты узнала? Дядя Ю сказал тебе?»

Конечно, Юй Сяоцао не объяснила ему, что рецепт устричного соуса исходит от неё. Таким образом, она просто уклончиво кивнула.

Пройдя минут пятнадцать, перед их глазами появился великолепный знак ресторана Чжэньсю

«Ух ты! Это такое высокое здание!» Маленький Шито уставился в изумлении. Он впервые увидел трехэтажное здание, пройдя до сих пор. Великолепная архитектура и роскошный декор ресторана Чжэньсю произвели на малыша неизгладимое впечатление.

Полдень был самым занятым временем для ресторана. Перед рестораном Чжэньсю был бесконечный поток клиентов, одетых в роскошные шелковые парчи. Было также много шикарных конных экипажей, припаркованных поблизости. Высокие лошади были невзрачными и не спеша поедали корм.

«Вторая сестра, мы… мы должны вернуться, когда людей станет меньше». Маленький Шито заметил, что все люди, входящие и выходящие из ресторана, были состоятельными людьми, одетыми в причудливые наряды. Глядя на свою залатанную одежду, он чувствовал себя несколько хуже и не мог двигаться вперед.

Чжао Хань схватил его маленькую руку и спокойно сказал: «Маленький Шито, мы ничего не крали и никого не грабили, так что нечего стыдиться! Вы, ребята, ждите здесь и не уходите. Я пойду, чтобы спросить».

Глядя на высокую и красивую спину молодого человека, Юй Сяоцао чувствовала себя так, словно смотрела на молодого генерала, который готовился к своей первой битве…

Вся семья Чжао, от дедушки Чжао до тринадцатилетнего Чжао Хана, создала у неё впечатление, что они не были простой семьей охотников. Они неосознанно излучают внушительную ауру и поведение солдат, которой не обладает семья простого охотника.

Высокий и красивый юноша вступил в разговор с официантом, который приветствовал клиентов. Он положил корзину, вынул дикого зайца, который все еще дергался, и что-то сказал. Сначала официант непрерывно качал головой, как будто они не собирались ничего у него покупать.

На самом деле, крупные рестораны обычно имели свои собственные источники для получения товаров. Таким образом, они естественно не будут принимать товары от любого случайного человека.

«Старший брат, мы только что поймали эту дичь этим утром, поэтому они все свежие. Посмотри на этого зайца, он все еще живой!» Чжао Хань старался изо всех сил продать свою добычу.

Они не могут пройти весь путь напрасно.

Молодой официант покачал головой и сказал: «Извините, но наш ресторан больше не нуждается в дичи. Сейчас все еще очень жарко, поэтому, если у нас будет слишком много животных, их будет сложнее сохранить».

«Большая часть добычи, которую мы принесли, все еще жива. Даже если вы оставите их на ночь и продадите завтра, они все равно будут очень свежими. Мне было трудно прийти сюда с моим младшим братом и сестрой, поэтому, пожалуйста, сделайте исключение». Чжао Хань указал в направлении, в котором стояли Сяоцао и Шито.

«Мы на самом деле не принимаем…» Официант внезапно остановился в середине своего отказа, когда посмотрел в направлении, указанном Чжао Ханом.

Его глаза засияли, когда он увидел внешность маленькой девочки на расстоянии. Он обошел Чжао Хана и быстро подошел с улыбкой: «Мисс Юй, я так рад снова вас видеть! С тех пор, как вы ушли в прошлый раз, наш молодой босс спрашивал о вас несколько раз. Он боялся, что некоторые идиоты не узнают вас в следующий раз, когда вы придете продавать дичь, поэтому он специально перевел меня, чтобы поприветствовать гостей… »

Юй Сяоцао наконец узнала официанта перед ней. Первоначально он был сотрудником на кухне. Когда она в последний раз делала устричный соус, именно он помогал ей.

«О, это молодой брат Ли! Ты на самом деле все еще помнишь меня!» С керамическим горшком в руках Юй Сяоцао улыбнулась, обнажив свои маленькие ямочки.

Официант тактично взял горшок из ее рук и улыбнулся, пока его глаза не стали похожи на полумесяцы: «Конечно, я узнаю тебя. Как я могу не узнать?! Наш молодой босс и шеф-повар Ван упоминают тебя несколько раз каждый день, поэтому я никак не могу забыть. Ты ... снова посылаешь морские ушки?»

«Как думаешь, так легко получить ушки? Это тип дикой рыбы, пойманной в горах. Будь то варить из неё суп или жарить, все равно будет очень вкусно. Редко у меня есть шанс приехать в город, поэтому я принесла кое-что для третьего молодого мастера, чтобы попробовать». Поскольку он так по ней скучал, она должна вернуть его беспокойство с подарком. Юй Сяоцао превратила дикую рыбу, которую она собиралась продать, в подарок для Третьего молодого мастера Чжоу.

Официант счастливо улыбнулся: «Ну, это такое совпадение. Сегодня наш молодой босс устраивает банкет для нескольких своих друзей в полдень. Мы были просто обеспокоены тем, что не было нового блюда для представления. Мисс Юй действительно отправляет уголь в снежный день! Какая своевременная помощь!»

«Сяоцао, ты была здесь раньше?» Чжао Хань внутренне удивился, когда увидел, как изменилось отношение официанта.

Официант добавил: «Да, конечно! Фирменные блюда нашего ресторана, жареная чой сумма [1] , свежие грибы в устричном соусе [2] и тушеные яйца в устричном соусе [3] были созданы мисс Юй! О, так этот маленький брат пришел с мисс Юй. Пожалуйста, войдите! Пожалуйста, заходи скорее!»

Официант привел пару сестры и брата к боковому входу, чтобы войти в задний двор ресторана Чжэньсю. Чжао Хань поспешно нес свою корзину, наполненную дичью, и последовал за ними.

«Учитель… Учитель, быстро приходите посмотреть, кто пришел!» Официант уже начал кричать, прежде чем он даже вошел в задний двор.

Громкий голос шеф-повара Вана сопровождался лязгом шпателя: «Вонючий паршивец, почему ты такой шумный? Разве ты не видишь, что твой учитель занят? Спеши и помоги мне!»

Голос официанта не уступал голосу шеф-повара Вана: «Учитель, мисс Юй пришла! Она также принесла много дичи и горшок с рыбкой!»

Как только он сказал это, пухлая фигура шеф-повара Вана бросилась как пушечное ядро, а затем внезапно остановилась перед Юй Сяоцао. Он похлопал девочку по плечу своей пухлой рукой и произнес громким голосом: «Я надеялся увидеть тебя снова, и ты наконец пришла! Знаешь ли ты, что наш ресторан Чжэньсю полностью победил ресторан Фулинь с помощью твоего устричного соуса? Маленькая девочка, дай знать Старому Вану, если у тебя появятся новые рецепты».

Юй Сяоцао поморщилась от боли после того, как ее ударили большой ладонью, похожей на медвежью лапу. Она отступила, чтобы сохранить безопасную дистанцию, и сказала: «В прошлый раз я научила вас готовить устричный соус в качестве бесплатного подарка для успеха моей первой сделки. Я не собираюсь раздавать свои секретные рецепты!»

Смысл ее слов был очень ясен: «Конечно, у меня есть новые рецепты, но даже не думай о том, чтобы получить их бесплатно!»

«Мисс Юй! Мы встретились снова! Я забыл спросить, откуда ты, когда мы встретились в прошлый раз. Это было очень грубо с моей стороны!» Сегодня красивый юноша из семьи Чжоу был одет в парчовый халат белого цвета, белую нефритовую корону и пару узорчатых сапог на мягкой подошве. Он выглядел как такой элегантный и красивый юноша!

Юй Сяоцао слабо улыбнулась и сказала: «Третий молодой мастер, как поживаете? Мы поймали дичь во время утренней охоты. Будет ли ваш ресторан заинтересован в их покупке?»

Ее кожа была такой же нежной, как снег, а у неё были большие темные и чистые глаза. Ее ресницы были густыми и вьющимися ... Хотя ее одежда была старой и потертой, она не могла скрыть уверенность и сияние, которое она излучала. В своем сердце Чжоу Цзышу слабо чувствовал, что даже благородные дамы в городе не могут сравниться с грациозным поведением дочери этого рыбака перед ним.

«Берем! Конечно, мы их берем! Наш ресторан сегодня довольно занят, поэтому мы беспокоились, что там может не хватить мяса! Ли Цян, ты не собираешься поторопиться и оплатить счет?» Чжоу Цзышу намекнул официанту, который просто глупо стоял на боку.

Чжао Хань положил корзину на землю и вытащил всю добычу. Было девять пухлых зайцев и шесть фазанов, причем восемь из них все еще живы и здоровы.

Третий молодой мастер Чжоу наставлял официанта Ли Цяна: «Рыночная цена за дикого зайца составляет двадцать медных монет, а фазанов - пятьдесят медных монет каждый. Однако цена на живую дичь еще выше. Давайте просто посчитаем ее исходя из веса, так что двадцать пять медных монет за кэти*(1 кэти = 0.6 кг)».

Пятнадцать животных весили в общей сложности семьдесят восемь кэти, но молодой официант тактично округлил до восьмидесяти кэти. Таким образом, пятнадцать животных были проданы за 2000 медных монет.

Официант дал Чжао Ханю два слитка, которые стоили по одному таэлю каждый. Получив деньги, Чжао Хань повернулся к Юй Сяоцао, которая все еще разговаривала с Третьим молодым мастером Чжоу, и сунул слитки в ее руки.

«Брат Хан, вся дичь оказалась в ловушках, которые ты поставил. Почему ты отдаешь все деньги мне?» Если бы он просто дал ей сто или двести медных монет, то Юй Сяоцао приняла бы их без всяких сомнений. В конце концов, разве она тоже не внесла свой вклад? Тем не менее, он давал ей все деньги. Хотя она любила деньги, она никогда не брала плоды труда другого человека.

Чжао Хань увидел, что Сяоцао спрятала руки позади себя, отказываясь принять деньги. Он не мог просто оставить их в своих руках, поэтому он попытался объяснить: «Если бы я не учил вас, ребята, как расставлять ловушки сегодня, я бы не планировал входить в горы. Я хорошо представляю, сколько дичи я обычно ловлю ловушками. Мне, наверное, повезло сегодня из-за ваших брата и сестры, поэтому вся дичь должна принадлежать вам... Быстро возьми деньги!»

«Я не приму их! Сегодня большинство ловушек было установлено братом Ханом. Я уже очень благодарна, что ты готов научить нас ловить кроликов. Кроме того, мы всегда едим дичь, которую ты поймаешь, так как же мы можем взять деньги, которые ты заработал от продажи добычи?» Юй Сяоцао покачала головой, как погремушка, и отказалась принять два слитка.

[Ты такая идиотка! Без воды для купания этого Божественного Камня он должен был бы довольствоваться только двумя или тремя животными, не говоря уже о пятнадцати! Это все благодаря моему вкладу, поэтому деньги должны были изначально принадлежать нам!]

Его хозяйке не хватало денег прямо сейчас, поэтому, если он поможет ей заработать больше денег, этот поступок должен был бы ускорить поглощение энергии, верно? Воспользовавшись тем фактом, что никто другой не мог его увидеть, маленький божественный камень нетерпеливо летел взад-вперед перед Юй Сяоцао. Однако Юй Сяоцао полностью проигнорировала его.

Чжао Хань не смог победить эту упрямую маленькую девочку, поэтому он задумался на мгновение и сказал: «Сегодня ты закончила установку большинства ловушек. После приблизительной оценки ты должна взять половину кредита на сегодняшнюю охоту. Ты не хочешь воспользоваться мной, но как твой старший брат, как я могу бесстыдно воспользоваться тобой?»

[Кто сказал, что мы сделали только половину вклада? Это была вся работа этого Божественного Камня! Этот наглый смертный осмелился украсть мой кредит. Смотри, как этот небесный камень накажет тебя…]Маленький крошечный котенок выглядел чрезвычайно очаровательным, обнажая зубы и сердито качая когтями.

В то время как Юй Сяоцао тихо закричала, чтобы он остановился, ей также пришлось сопротивляться желанию сжать его в своих руках. Кроме того, она должна была контролировать свое выражение лица от разоблачения своих мыслей. Таким образом, в глазах других людей у ​​неё было довольно сложное выражение на лице.

Чжоу Цзышу не хотел, чтобы они спорили из-за двух слитков, и добавил: «Не думаю, что кто-то из вас должен отказываться. Поскольку обе стороны внесли свой вклад, вы, ребята, должны просто разделить прибыль равномерно!»

Хотя один таэль не было много, он намного превзошел ожидания Юй Сяоцао. Ее самым большим достижением на сегодняшний день было научиться расставлять ловушки. С этим новым навыком у неё все еще не будет возможности заработать деньги?

[1] жареная чой сумма

[[image:/storage/reader-images/39c1b2d45551b854d6ce861232f87b654b75b461.jpg]]

[2] Cвежие грибы в устричном соусе

[[image:/storage/reader-images/a0aea676885660840e8759db735b738f67dffc7f.jpg]]

[3] Тушеные яйца в устричном соусе

[[image:/storage/reader-images/ae4e6210486b65af597a601e6b1814f0304687f3.jpg]]

Видя, что они не возражают против его предложения, Чжоу Цзышу хотел снова заговорить, но его прервал ясный и нежный голос позади него: «Цзышу, брат Ву и брат Ян уже прибыли. Ты хочешь пойти и поприветствовать их?»

Юй Сяоцао посмотрела на звук и не могла не быть ошеломленной. Такой нежный красивый молодой человек. С цветом лица, который был более чистым, чем снег, и с живописными чертами, он был одет в небесно-голубой халат ученого, благодаря которому выглядел еще более утонченным. Казалось, что даже самая тщательно нарисованная картина в изысканном стиле не сможет точно изобразить черты этого молодого человека.

Вау! Чистая окружающая среда в древние времена действительно способствовала красотам. Если сравнивать их внешность, то у трех молодых парней перед ней были свои преимущества. Это были действительно красивые юноши!

Великолепный молодой человек мог чувствовать ее пристальный взгляд. Слабо нахмурившись, он слегка перевел взгляд на ней, что вызвало другие чувства.

Воспитание Юань Юньси мешало ему делать грубые замечания. Однако для молодой девушки было определенно невежливо смотреть на него так открыто. Когда он увидел ее изодранную одежду и молодой возраст, он почувствовал себя немного легче и просто подумал, что маленькая девочка из бедной семьи не понимает этикета.

«Младший брат Си, это мисс Юй, о которой я говорил тебе раньше. Именно она бесплатно дала нам рецепт устричного соуса. Твоя любимая жареная чой сумма была приготовлена ​​по ее рецепту». Чжоу Цзышу с энтузиазмом представил Юй Сяоцао своему близкому другу.

Юй Сяоцао также оправилась от изумления и слегка кивнула маленькому симпатичному мальчику.

Юань Юньси был врожденным гурманом, поэтому, когда он услышал слова Чжоу Цзышу, неудовольствие в его сердце частично рассеялось. Он слегка кивнул и сказал: «Неудивительно, что мой дедушка часто говорил, что "настоящие мастера были среди людей". Кажется, он был прав».

Шестилетняя или семилетняя девочка с такими навыками и широким кругозором действительно удивительна!

«Хорошо! Хватит быть таким педантичным! Разве ты не видишь горшок в руках мисс Юй? Там должно быть что-то хорошее внутри. Помоги мне сначала поприветствовать гостей и подожди вкусной еды, которая прибудет позже!» У Чжоу Цзышу с ним были близкие дружеские отношения, поэтому он не относился к Юаню Юньси как к постороннему и отправил его обратно в отдельную комнату ресторана.

Юй Сяоцао опустила голову, чтобы посмотреть на маленькую белую рыбку в горшке. Она беспомощно посмотрела на Третьего молодого мастера Чжоу и сказала: «Эта дикая рыба с горы будет определенно вкусной, но когда я когда-либо говорила, что продаю ее?»

«Ты не собираешься продавать ее после того, как пришли сюда? Ты планируешь съесть ее сама?» Чжоу Цзышу почти протянул руку, чтобы схватить керамический горшок, когда услышал, что рыба внутри восхитительна на вкус.

Юй Сяоцао покачала головой: «Это не я буду есть ее! Зато мой маленький двоюродный брат обожает ее! Моя бабушка сказала, чтобы я отнесла ему рыбу сегодня. Если я не выполню свою миссию, меня обязательно отругают, когда я вернусь домой!»

С разочарованным выражением лица Чжоу Цзышу посмотрел на рыбу перед собой и сказал умоляющим тоном: «Тут так много рыбы... Ты можешь просто дать мне половину! Просто я уже дал обещание, поэтому, если я не смогу выполнить его, я потеряю престиж перед моими друзьями. Разве это не было бы действительно позорно? Я куплю ее по высокой цене, разве это не будет хорошо? Твоя бабушка больше не будет ругать тебя, когда увидит деньги».

Пока он говорил, он вынул слиток стоимостью пять таэлов и сунул его в руки Маленького Шито. Целая корзина дичи была продана всего за два таэля, так что пяти таэлей для нескольких рыб должно хватить, верно?

Глаза Юй Сяоцао загорелись, но она притворилась, что находится в трудном положении, и опустила голову, чтобы обдумать, прежде чем неохотно согласиться с ним.

Чжоу Цзышу приказал официанту поднести таз, вылил половину рыбы из горшка и сказал кухонному персоналу убрать ее. После этого он бесстыдно сделал еще один запрос: «Послушай, шеф-повар Ван и другие никогда раньше не готовили такую ​​рыбу. Почему бы тебе просто не быть хорошим человеком до конца и не помочь нам приготовить блюдо? Это не займет слишком много времени. Через минуту я приготовлю для тебя кухню. Уже полдень, так что вы, ребята, тоже должны быть голодными!»

Вау! Будет бесплатная еда!

Юй Сяоцао опустила голову, чтобы взглянуть на младшего брата, спросила мнение брата Хана и с готовностью согласилась. Однако она открыто не показывала, как готовить рыбку, и попросила всех покинуть кухню.

Третий молодой мастер Чжоу не собирался использовать Сяоцао, поэтому он привел ее на независимую маленькую кухню. После этого он лично охранял вход, чтобы другие не заглядывали. Он не знал о других, но шеф-повар Ван с нетерпением пытался выяснить, может ли он чему-то научиться под предлогом помощи Сяоцао.

Фактически, сама маленькая белая рыба имела пикантный вкус, поэтому даже если бы она не использовала много приправ для улучшения вкуса, она все равно была бы восхитительной. Там не было никаких трудностей или секретов с приготовлением рыбы. Она просто хотела создать ощущение тайны как "эксперт", поскольку в будущем могут быть возможности для сотрудничества.

Юй Сяоцао сделал блюдо с самыми простыми вкусами: соль, зеленый лук и имбирь. Чтобы сделать вкус супа более вкусным и освежающим, она специально налила немного воды и сказала Маленькой клецке искупаться в ней, а затем налила ее в суп.

Густой бульон был молочно-белого цвета, и рыба мгновенно таяла во рту. На вкус суп был восхитительным и освежающе гладким ... Молодежь за столом чуть не подралась ради того, чтобы получить еще один глоток тушеной рыбы.

Даже нежный и элегантный Юань Юньси стал свирепым зверьком и сражался за мясо рыбы. Это было неизбежно, так как на него повлиял его дед, который был старым гурманом, и он тоже немного стал гурманом.

Виновник Юй Сяоцао в настоящее время находилась в VIP- комнате ресторана Чжэньсю. Она привела своего младшего брата к наслаждению самым роскошным обедом, который она ела с тех пор, как попала в этот мир.

Меню включало четыре мясных блюда и два овощных блюда. Шеф-повар Ван приготовил все блюда сам, и все они были его самыми искусными блюдами, поэтому они, естественно, были очень вкусными.

Даже Чжао Хань, который многое в жизни повидал, ел, пока его живот не вздулся. Живот Сяоцао и ее младшего брата были еще более раздутыми. Сяоцао испугалась, когда увидела, как Маленький Шито стонет и дотрагивается до своего круглого животика, поэтому она быстро помогла ему потереть живот. Было бы плохо, если бы он заболел от переедания.

[Он в порядке! Пусть выпьет немного воды после моего купания. Это может помочь пищеварению и предотвратить болезни ...]Когда они ели, маленький божественный камень парил вокруг аппетитных блюд со светящимся взглядом. Он почти погрузился прямо в еду, но было жаль, что маленький божественный камень не смог коснуться ее.

[Гм! Как только я, этот Божественный Камень, восстановлю еще немного своих сил, я смогу принять физическую форму. В то время я определенно буду есть, как душе угодно!]

Юй Сяоцао хотела игнорировать его, но это было очень трудно сделать. Итак, она тихо щелкнула его по телу и заставила его перевернуться. После того, как его щелкнули, маленький парень обнажил свои зубы и когти в Сяоцао.

Сяоцао заменила холодный чай в горшке водой из мистического камня. После того, как она налила Чжао Хань чашку, она дала немного Маленькому Шито и сама выпила несколько глотков.

Юй Сяоцао, конечно же, не станет тратить оставшуюся половину куриного супа с женьшенем на столе, поэтому попросила у официанта таз и упаковала куриный суп. Она улыбнулась своему младшему брату и сказала: «Я просто волновалась, что мы не принесем ничего хорошего нашему старшему брату, чтобы поесть!»

После обеда Юй Сяоцао обменялась несколькими словами с менеджером, спросила направление в столярную мастерскую "Чжан Цзи", а затем уехала с Чжао Ханом и ее младшим братом.

На улице раздавались звуки разносчиков, рекламирующих свои товары, торгующих клиентов, и приветствия между знакомыми. Когда все звуки были переплетены вместе, это стало песней, которая изображала оживленный городской рынок.

«Продажа сладостей! Конфеты на продажу! Сладкая мальтозная конфета [1]!» Продавец конфет, который нес свой товар, громко кричал, проходя мимо брата и сестры. Маленький Шито обернулся, чтобы посмотреть на мальтозную конфету, покрытую белым порошком, которую нес продавец. Как будто его глаза были прикованы к мальтозной конфете и не могли отойти.

Дети из бедных семей редко имели возможность есть сладости. В прошлом году, в новогодние праздники, их отец поймал оленя, который был продан по хорошей цене, поэтому он купил одну порцию мальтозных конфет для детей. Однако их бабушка, мадам Чжан, проклинала их отца ровно два часа, говоря, что он баловал своих детей и зря тратил деньги. Более того, она забрала и спрятала сладости, утверждая, что им нужно было оставить их для гостей.

В конце концов, братья и сестры наконец-то получили несколько конфет после того, как их дедушка заговорил. Поскольку их бабушка не хотела давать больше, что бы ни говорили, каждый получил только кусочек мальтозной конфеты размером с ноготь. Кроме того, никто не знал, что случилось с остальными конфетами. Однако Маленький Шито никогда не мог забыть этот сладкий вкус и слегка липкую текстуру. Конфета была жевательной, но не жирной.

Увидев выражение лица своего младшего брата, Сяоцао внутренне почувствовала себя несколько грустно. Она остановила торговца конфетами и достала несколько медных монет: «Пожалуйста, дайте нам конфет на десять медных монет».

Хотя одежда брата и сестры была изношенной, но они выглядели очень чистыми. Таким образом, торговец не посмотрел на них свысока и ответил с улыбкой: «Хорошо!»

«Нет необходимости, нет необходимости!» Маленький Шито глотнул слюну и осторожно махнул рукой: «Вторая сестра, не трать деньги впустую. Я все равно не люблю есть сладости».

Сердце Сяоцао болело, когда она ласкала его голову. Она улыбнулась и сказала: «Я хочу съесть их, хорошо? Разве мы не заработали немного денег сегодня? Можно использовать десять медных монет! Маленький лавочник, взвесь конфеты для нас!»

Продавец конфет был в восторге, когда услышал, как она зовет его "маленький лавочник". Он нес свои товары на шесте и каждый день ходил по улицам, но его самым большим желанием было открыть кондитерскую и стать боссом. Разрезая мальтозу, он слегка наклонил нож и отрезал еще немного сладостей для них.

Сяоцао попросила торговца нарезать мальтозных конфет размером с большой палец. Она взяла в руку один кусочек, а затем осторожно завернула остальное промасленной бумагой. Она нарочно встряхнула конфеты перед Маленьким Шито, понюхала их носом и громко воскликнула: «Так ароматно. Это должно быть очень вкусно. Жаль, что мой младший брат не любит есть сладости. Я думаю, я должна съесть их всех сама!»

Маленький Шито облизал губы, наблюдая, как его сестра качает мальтозную конфету. На его лице было жалкое выражение, как будто он был маленьким щенком, который хотел получить косточку. Однако он сопротивлялся своему желанию и не просил свою сестру дать ему конфеты.

Сяоцао прекратила дразнить его и сунул мальтозную конфету ему в рот. После этого она взяла на руки своего милого и послушного младшего брата и сказала: «Маленький Шито, в будущем я буду покупать тебе конфеты каждый день. Я также куплю вкусные закуски ... »

«Нет! Когда у нас будут деньги, нам нужно сначала купить одеяло из хлопка. Хлопок в одеяле наших родителей уже лопнул. Также нам нужно купить одежду для тебя и старшей сестры. Ваша одежда стала слишком маленькой, поэтому ее уже нельзя носить. Я буду в порядке, если не буду есть конфеты!»

Маленький парень держал мальтозную конфету во рту и отказывался ее пережевывать. Таким образом, он только облизывал ее своим языком. Сладкий вкус медленно растаял во рту, и он блаженно прищурился, как довольный маленький котенок.

«Хорошо, хорошо! После того, как мы отделимся от семьи, я куплю новый комплект одежды для всех в семье и еще несколько постельных принадлежностей. Я каждый день буду готовить вкусные булочки из белого риса и пшеничной муки для Маленького Шито…» Сяоцао держала руку своего младшего брата, когда они шли к столярной мастерской.

Маленький Шито радостно улыбнулся: «Разве можно каждый день есть белый рис и пшеничную муку? Вероятно, лучше сохранить их и использовать, когда они нам понадобятся в будущем… »

Чжао Хань шел за братом и сестрой и тихо слушал их разговор. Это была привязанность между братьями и сестрами? Он был единственным ребенком и редко общался со своими сверстниками в деревне. Когда он заметил дружеские отношения между братьями и сестрами, необъяснимое чувство охватило его сердце.

В этом маленьком городке было три вертикальные и горизонтальные улицы. Столярная мастерская, в которой "работал" старший брат Сяоцао Юй Ханг, и ресторан Чжэньсю были расположены на самой оживленной улице. Пока они разговаривали, пара сестры и брата уже могли видеть знак столярной мастерской Чжан Цзи.

В своей предыдущей жизни Сяоцао бросила среднюю школу, прежде чем она закончила ее. Попав сюда и столкнувшись со сложными традиционными китайскими иероглифами, она была практически неграмотна. Она узнает только некоторые слова, и то угадывая.

Ремесленники в столярной мастерской были довольно опытными, и менеджер часто ездил в столицу для "обучения". Люди из города и окрестностей, которые были немного более зажиточными, любили подгонять мебель и посуду в столярной мастерской Чжан Цзи. Таким образом, было естественно, что у них дела шли хорошо.

Когда брат и сестра вошли в мастерскую, взявшись за руки, рабочий услышал движение и встал с улыбкой. Однако выражение его лица сразу стало мрачным, когда он увидел их одежду. С темным лицом он закричал: «Уходите, уходите, уходите! Это не место для вас, бедняков, чтобы прийти и поиграть. Спешите и убирайтесь!»

Юй Сяоцао нахмурила брови. Хотя она была очень зла на этого сноба, она сдержалась и спросила: «Старший брат, мой старший брат - ученик в этой столярной мастерской. Его зовут Юй Ханг. Могу ли я побеспокоить этого брата передать сообщение о том, что его младшая сестра и брат пришли к нему?»

«Юй Ханг? Кто-то уже приходил навестить его в прошлом месяце, почему его семья снова навещает его? Если ваша семья не хочет, чтобы он работал здесь, тогда он должен просто уйти. Свободно приходить и уходить, где по-вашему мнению вы находитесь?» У работника было нетерпеливое выражение и голос, полный презрения.

Сяоцао подавила свой гнев и сказала мягким голосом: «Старший брат, нам нелегко пройти весь путь сюда, поэтому, пожалуйста, помоги нам».

Рабочий тяжело бросил тряпку в руке на стол, подошел к задней двери мастерской и закричал во двор: «Юй Ханг! Юй Ханг! Кто-то ищет тебя!»

Рабочий вернулся, не дожидаясь ответа. Он взял тряпку и отогнал их, как надоедливою муху: «Выйдите на улицу, чтобы ждать! Не мешайте нашему делу ... Сэр Фанг, пожалуйста, входите! Ваш индивидуальный складной экран готов. Пожалуйста, войдите и посмотрите!»

Изящный молодой человек в хорошей одежде вышел из конного экипажа перед столярной мастерской. Когда рабочий увидел его, он поспешно наклеил лестную улыбку и вежливо повел его в внутрь.

Юй Сяоцао пожала плечами и улыбнулась: «Люди такие материалистичные».

Этот молодой человек слегка взглянул на пару сестры и брата. Его взгляд остановился на ее насмешливой улыбке. Фан Сюнь видел прежнее поведение рабочего, поэтому он думал, что эти брат и сестра, которые, очевидно, были из бедной семьи, будут чувствовать себя обиженными, грустными и избегающими ...

Он не ожидал, что старшая сестра будет безразлично улыбаться со спокойным выражением лица. Такое отношение, которое не было ни надменным, ни скромным, казалось показателем ее необычайного будущего. Однако шаги Фан Сюня на этом не остановились. Он думал, что они просто мимолетные гости в жизни друг друга, и никогда не ожидал, что встретится с ней снова в ближайшем будущем ...

«Вторая сестра, Шито, почему вы здесь?» Юй Ханг хромал из мастерской с лицом, наполненным сердечной радостью.

«Старший брат, что случилось с твоей ногой? Кроме того, твое лицо ...» Маленький Шито расширил свои сомнительные глаза и спросил с беспокойством.

Юй Сяоцао внимательно посмотрела и увидела две четко видимые красные и опухшие отметины на тонком лице Юй Ханга. Более того, он выглядел так, как будто ему было больно, когда он выходил раньше.

Юй Ханг коснулся синяков на своем лице и сделал вид, что все в порядке: «Ничего. Пока я работал, я случайно споткнулся о дерево и напряг ногу. Мое лицо было поцарапано ветвями. Не суетитесь из-за такой незначительной травмы. Вторая сестра, твое здоровье в последнее время улучшилось? Дома все в порядке? У вас достаточно еды?»

[1] Мальтозная конфета

[[image:/storage/reader-images/a49d02aa79d7a56e5dec60eb46ee4c92e9b24dd2.jpg]]

Юй Сяоцао заметила, что его глаза метались вокруг, когда он говорил, и поняла, что травма Юй Ханга не была такой простой. Она вспомнила рассказ, который она прочитала в начальной школе под названием "Ванька". В этой истории ученики были бесплатными источниками труда, которых часто жестоко избивали по самым незначительным причинам.

Глядя на худую фигуру и истощенное лицо ее одиннадцатилетнего старшего брата, Юй Сяоцао знала, что его жизнь в столярной мастерской была не очень хорошей. Когда она ответила на ряд вопросов Юй Ханга, она достала сумку из ткани, которую она использовала, чтобы обернуть булочки.

«Дома все хорошо. Брат Хан научил меня расставлять ловушки для ловли диких зайцев. Я получила один таэль серебра от продажи сегодня. Старший брат, тебе не о чем беспокоиться. Если ты обижен в столярной мастерской, тогда возвращайся домой. В нашей семье достаточно еды для всех, включая тебя ... »

«У меня всё отлично! Мастер часто хвалит меня за то, что я хороший работник, и что я усердно работаю, чтобы овладеть навыками. Он также сказал, что через несколько дней он научит меня новым навыкам! Через два года, когда я закончу обучение, я смогу получать зарплату и содержать нашу семью. Кстати, почему вы пришли сюда?» Юй Ханг быстро сменил тему, незаметно потерев раненую ногу, которая болела от удара.

Маленький Шито вытащил конфету из промасленной бумажной упаковки, сунул ее в рот своему старшему брату и ухмыльнулся: «Молодой босс ресторана Чжэньсю тоже угостил нас едой! Стол, полный еды только для нас троих. Старший брат, я оставил для тебя половину курицы. Она была приготовлена с женьшенем. Ты должен быстро попробовать!»

«Брат Хан, спасибо, что привел моего младшего брата и сестру. Однако это слишком далеко от деревни. Здоровье Сяоцао не очень хорошее, поэтому она не может ходить так далеко. Вам, ребята, не нужно приходить снова», - Юй Ханг не взял куриный суп, переданный Сяоцао, и поблагодарил Чжао Хана. После этого он повернулся, чтобы строго посмотреть на своих младшего брата и сестру.

Сяоцао покачала головой и сказала: «Все в порядке. По дороге мы встретили дедушку Чжана, который доставлял дрова в город. Мы позаимствовали этот тазик в ресторане Чжэньсю, поэтому тебе следует поторопиться и выпить куриный суп. Если ты не можешь съесть курицу, заверни ее в промасленную бумагу. Тогда она не испортится, даже если ее оставить до вечера. Я также принесла тебе паровые булочки. Они были только что приготовлены перед тем, как мы отправились в город...»

Сяоцао могла сказать, что с ее старшим братом плохо обращались в столярной мастерской, поэтому она решила часто посылать ему еду в будущем.

«У меня здесь полно вкусной еды, поэтому я уже устал есть паровые булочки. Вы должны просто взять паровые булочки обратно, чтобы поесть сами. Не посылайте мне больше еды в будущем. Питание в столярной мастерской довольно хорошее!»

Юй Ханг скрывал тот факт, что каждый день он ел только холодный блинчик с фасолью, потому что не хотел, чтобы его семья беспокоилась о нем.

Если бы Юй Сяоцао действительно была восьмилетним ребенком, ее бы наверняка обманули. Она глубоко вздохнула в своем сердце и притворилась злой:

«Чего? Ты уже привык есть хорошую еду и теперь смотришь свысока на булочки нашей семьи? Даже если ты здесь питаешься только деликатесами, это не может сравниться с благими намерениями нашей семьи. Бери быстрее! Иначе я буду злиться!»

Юй Ханг хотел что-то сказать, но задохнулся. Его сердце было наполнено семейным теплом, и он тихо держал сумку из ткани, которую его младшая сестра сунула в его руки. Прошло почти три месяца с тех пор, как он стал учеником. Его часто ругали и избивали работники мастерской и ремесленники. Несмотря на то, что он часто испытывал головокружение и слабость от голода, ему все равно приходилось каждый день выполнять тяжелую и утомительную работу. Таким образом, все его тело будет болезненным и истощенным каждую ночь. Были также времена, когда он почти не мог больше терпеть ... Однако он всегда думал о своей семье в те трудные времена. Он вспомнил бы нежную улыбку своей матери, ободряющий взгляд отца и милые улыбающиеся лица его младшего брата и сестер…

Единственная причина, по которой он выдержал так долго, была из-за его семьи!

«Юй Ханг! Куда, черт возьми, ты пошел? До каких пор собираешься расслабляться? Поступил заказ на пиломатериалы. Ты не собираешься вернуться сюда, чтобы работать? Это такая трата, чтобы кормить такую ленивую задницу... » - Мастер столярной мастерской, владелец магазина Чжан, выглянул и осмотрел одежду Сяоцао и Шито. Он презрительно дернул губами, а затем яростно закричал на Юй Ханга.

Юй Ханг крепко сжал сумку в руках и улыбнулся: «Наш менеджер Чжан выглядит как подлый человек, но на самом деле он очень искренний. Обычно он очень хорошо к нам относится ... Мне нужно идти на работу. Будьте осторожны на обратном пути. Вам не нужно отправлять еду в будущем. Я в порядке…»

«Почему ты еще не здесь?! Если ты больше не хочешь работать, то убирайся! Кусок мусора, который просто тратит впустую еду!» Менеджер Чжан нетерпеливо ругал, как будто он звал покорное животное.

Юй Сяоцао посмотрела на спину своего старшего брата, когда он торопливо побежал внутрь. В своем сердце она решила, что отвезет Юй Ханга домой как можно скорее. Ученики не имели свободы и прав человека. Более того, даже их самооценка попиралась другими. Таким образом, она будет той, кто защитит свою семью!

Маленький Шито держал в руке пакет с конфетами, но его лицо было горьким, и он чувствовал себя так, как будто конфеты потеряли всю свою сладость. Маленький парень, казалось, долго сдерживал свои эмоции, он поднял голову, чтобы посмотреть на свою вторую сестру, и сказал:

«Вторая сестра, если бы был способ заставить людей расти быстрее. Если я взрослый, я могу быть как наш отец. Я могу ловить диких фазанов и зарабатывать деньги, чтобы поддержать нашу семью. Таким образом, другие люди не будут смотреть на нас свысока, а старший брат не будет издеваться...»

Юй Сяоцао ласкала его маленькую голову и хотела одобрительно улыбнуться, но вместо этого она глубоко вздохнула.

«Старшая сестра, брат Хан, куда мы идем сейчас?» Маленький Шито уже потерял первоначальное возбуждение, и шел со склоненной головой.

Чжао Хань заметил, что у брата и сестры не было хорошего настроения. Он немного подумал и сказал: «Сейчас все еще довольно рано. После того, как мы доставим рыбу вашему младшему дяде, мы можем просто бродить по улицам».

Трое быстро нашли арендованную квартиру Юй Бо, но его не было дома. Сяоцао вежливо отказалась от теплого предложения своей младшей тети Мадам Чжао остаться. После того, как она ушла с Чжао Ханом и ее младшим братом, они начали гулять по улице.

Главная дорога города Танггу была заполнена ресторанами и гостиницами. Прямо сейчас все самые большие рестораны и гостиницы принадлежали богатой семье Чжоу.

Некоторые из состоятельных дворян, путешествовавших морем, останутся и отдохнут в городе Танггу после того, как прибудут на берег. Улицы были полны дворян, одетых в красивые одежды на высоких и ухоженных лошадях. Также можно было довольно часто увидеть изысканные конные экипажи в сопровождении служанок и старших слуг.

С удовольствием и удовлетворением, брат и сестра наблюдали за окружением, когда гуляли по городу.

Маленький Шито держал выпечку одной рукой, а другой беспорядочно ел засахаренную палочку. Его большие глаза казались слишком маленькими, чтобы воспринимать все, так как в городе было так много нового и интересного.

«А? Вторая сестра, разве это не дядя Чжао и отец?» Рукой, державшей засахаренную палочку, Маленький Шито указал на шумную толпу впереди. Он посмотрел внимательнее и подтвердил: «Это действительно наш отец! Вторая сестра, давайте быстро…»

Юй Сяоцао быстро остановила своего младшего брата и неодобрительно покачала головой: «Куда ты идешь? Если отец узнает, что мы продали дичь, можем ли мы сохранить это в секрете? Если все деньги пойдут в кошелек нашей бабушки, то нам придется голодать и мерзнуть зимой!»

Маленький Шито посмотрел на выпечку и засахаренную палочку в руках. Если его бабушка заберет все деньги, сможет ли он съесть засахаренную палочку и сладкую мальтозную конфету?

«Вторая сестра, что нам делать?» Маленький Шито поклонялся своей второй сестре, которая казалась совершенно другим человеком с тех пор, как она повредила голову.

Когда он следовал за ней, он мог не только есть мясо, но и зарабатывать и копить деньги. Даже их бабушка не смела дисциплинировать ее. Вторая сестра тоже была очень щедрым человеком. Она была готова купить дорогую выпечку для него! Таким образом, он решил, что будет твердо поддерживать все решения, принятые его второй сестрой в будущем. Это было непоколебимое обещание, которое он сдержит в течение тридцати лет!

Юй Сяоцао неожиданно завоевала лояльность своего младшего брата, купив всего несколько конфет и выпечки, которые стоили около десятка медных монет. Не удивительно, что он был маленьким гурманом!

Держась за своего младшего брата, она натянула рукав Чжао Хана и быстро увернулась в переулок. Если бы она не двигалась быстро, ее бы поймал ее отец.

«Что случилось?» - Чжао Буфан, который нес оленя, не мог не спросить, когда заметил, что его близкий друг, Юй Хай, время от времени оглядывается.

На высоком теле Юй Хая висело несколько маленьких животных. Со слегка сморщенными бровями и поджатыми губами он нерешительно пробормотал: «Только сейчас… мне кажется, я видел Сяоцао и Шито…»

«Твоя вторая дочь и младший сын? Ты уверен? Как они могли идти так далеко к городу, когда у одной слабое телосложение, а второму всего пять лет? Ты, наверное, видел кого-то, кто был похож на них и допустил ошибку». Чжао Буфан никогда бы не подумал, что его собственный сын приведет двух маленьких детей в город, чтобы продать дичь.

Якобы слабая Сяоцао была чрезвычайно смелой и неторопливо делала покупки после того, как она успешно избежала своего отца.

[Мастер! Хозяйка! Я чувствую духовную энергию поблизости. Это справа. Быстро, возьми меня, чтобы проверить!] Маленький божественный камень был так взволнован, что забыл о своем обещании "не признавать Сяоцао своим хозяином". Энергия поблизости была довольно сильной, поэтому, если бы он мог поглотить энергию, это было бы даже лучше, чем купание в горном источнике в течение десяти дней.

Юй Сяоцао поспешно посмотрела в сторону. «Разве это не аптека? Может ли быть так, что эта аптека также продает эликсиры, которые помогают культивации?»

«Зал...Тонг... Рен... Вторая сестра, я могу узнать эти персонажи!» Лицо Маленького Шито превратилось в липкий беспорядок после того, как он съел засахаренную палочку и всю выпечку. Он поднял голову и широко улыбнулся, как будто хотел, чтобы его похвалили.

Ее младший брат умеет читать? Конечно, его следует хвалить. Юй Сяоцао щедро похвалила: «Ты достоин быть моим младшим братом. Ты действительно смог прочитать! Скажи, где ты узнал эти слова?»

Маленький Шито счастливо улыбнулся и гордо сказал: «Вторая сестра, старший брат выучил много слов от нашего младшего дяди. После этого он учил нас троих. Я могу распознать более двухсот персонажей ... Ты повредила голову, так что, вероятно, ты больше не помнишь!»

«Хотя я не могу вспомнить некоторые вещи ясно, я все еще могу узнать эти персонажи», - улыбнулась Юй Сяоцао. Теперь всё станет намного удобнее, так как оригинальный хозяин также могла распознать несколько слов.

Маленький Шито кивнул и сказал: «Вторая сестра, когда ты училась читать, ты была самым лучшим учеником среди нас троих! Младший дядя сказал, что у тебя, вероятно, отличная память. Если бы ты была мальчиком, наша семья обязательно отправила бы тебя учиться в академию».

Сяоцао заметила его завистливый тон, поэтому она погладила его маленькую голову и сказала: «Наш Маленький Шито тоже очень умен. Тебе всего пять, но ты уже можешь узнать столько слов. Не волнуйся, у твоей старшей сестры есть деньги. Я отправлю тебя учиться в академию в следующем году. После того, как ты научишься читать, ты вернешься, чтобы учить меня».

Маленький Шито вспомнил, что богатый молодой мастер дал своей второй сестре слиток, которого должно хватить на год обучения. Малыш улыбнулся еще ярче, потому что была надежда, что он сможет пойти учиться.

Чжао Хань, который молча шел за братом и сестрой и защищал их, был удивлен, увидев, что Юй Сяоао входит в аптеку: «Сяоцао, ты плохо себя чувствуешь? Если ты больна, ты должна пойти к доктору. Ты не должна откладывать это, боясь тратить деньги ... »

«Ты тот, кто болен!» Однако Юй Сяоцао несколько сомневалась в медицинских навыках босоногого доктора из деревни, Доктора Ю. Когда она переселилась в это тело, оно уже было в таком ужасном состоянии. Она надеялась, что от ее прошлых болезней не останется никаких последствий. Она должна позволить врачу в городе проверить ее пульс, чтобы она могла чувствовать себя спокойно.

Медицинский зал Тонгрен был самой большой и популярной аптекой в ​​городе. Предположительно, доктор Сунь родился в семье императорских врачей предыдущей династии и обладал высокими медицинскими навыками. Даже дворяне из столицы приходили к нему на медицинское обследование.

Как только Юй Сяоцао вошла, она увидела старого мудрого доктора с седыми волосами и бородой. В это время он тщательно измерял пульс пациента.

[Духовная энергия! Там так много духовной энергии!] Маленький Божественный Камень поспешно бросился к рядам лекарственных трав и вцепился в них своими маленькими лапками.

«Маленькая девочка, где ты плохо себя чувствуешь?» После того, как старый врач выписал рецепт пациенту и поручил молодому ученику собрать лекарство, у него наконец-то появилось время поприветствовать Юй Сяоцао.

Маленький Шито немного нервничал, когда отвечал: «Старый дедушка, моя вторая сестра повредила голову три месяца назад и чуть не умерла. Когда она проснулась, она не могла вспомнить много вещей. Старый дедушка, не могли бы вы взглянуть на мою вторую сестру?»

Видя, что мальчик был красив и вежлив, старый доктор Сунь ответил с приятной улыбкой: «Садись и дай мне, этому старику, проверить твой пульс».

Предыдущее состояние здоровья Юй Сяоцао было действительно тревожным. Она серьезно заболела вскоре после рождения. В то время ее маленькая жизнь была спасена с помощью доктора Сунь, но он также утверждал, что Сяоцао, возможно, не сможет жить после десяти лет без тщательного ухода.

Однако благодаря ежедневному питанию водой из мистического камня давние болезни в теле Сяоцао уже исчезли. Таким образом, кроме недостатка физических упражнений, в ее теле не было ничего плохого, и она была намного здоровее, чем раньше.

В конце концов, старый доктор Сунь был бывшим имперским врачом, поэтому после того, как он взял ее пульс и осмотрел рану на голове, он сказал: «Ты родилась со слабой конституцией, но эксперт поправил твое здоровье эффективными лекарствами. Твое тело очень здоровое, но ты должна быть более физически активными. Не оставайся дома целый день».

«Что касается твоей потери памяти, этот старик видел подобный случай в прошлом. Вероятно, из-за падения образовался тромб, и сгусток крови может давить на нервы в голове. Однако, исходя из твоего пульса, у тебя не возникает серьезных проблем. Сгусток крови должен рассосаться со временем, и ты постепенно восстановишь свои воспоминания».

Чжао Хань начал нервничать, когда услышал, что есть тромб: «Старый доктор, есть ли лекарство, ускоряющее рассеяние тромба?»

Старый доктор Сунь посмотрел на потертую одежду брата и сестры и покачал головой с улыбкой: «Все лекарства частично ядовиты. Лучше не принимать лекарства, когда они тебе не нужны!»

Более того, это лекарство было довольно дорогим. Если принимать его только в течение короткого периода времени, то это не будет эффективным. Тем не менее, принимать его в течение длительного периода времени было недоступно для таких людей, как семья этой маленькой девочки. Во всяком случае, не было никаких серьезных проблем. Эта маленькая девочка была еще так молода, так что плохого в том, чтобы не поминать прошлое?

Юй Сяоцао также могла несколько угадать мысли старого врача, поэтому она с благодарностью сказала: «Старый дедушка, большое спасибо! С твоими словами моя семья и я теперь можем чувствовать себя спокойно. Сколько мы должны заплатить за проверку?»

«Я не прописывал никаких лекарств, поэтому не нужно платить. Маленькая девочка, ты можешь сказать мне, кто эксперт, который заботился о твоем здоровье?» Старый доктор Сунь испытывал неизбежное чувство признательности за такого высококвалифицированного медицинского эксперта.

Услышав, что с его второй сестрой все в порядке, сердце Маленького Шито наконец расслабилось, и он снова оживился: «Старый дедушка, о здоровье моей второй сестры всегда заботился Доктор Ю из деревни Дуншань. У него отличные медицинские навыки. У моей второй сестры была такая большая и кровавая рана на голове, но она излечилась через несколько дней после применения лекарства дедушки Ю!»

«Деревня Дуншань? Ю Юн?» Доктор Сунь захотел смеяться. Ю Юн был народным практикующим, который некоторое время изучал медицину под ним. Таким образом, он знал лучше, чем кто-либо другой, об его уровне медицинских навыков. Он абсолютно не поверит, что Ю Юн сможет вылечить такого рода болезнь с помощью своих слабых медицинских навыков.

Тем не менее, он знал, уместность. Если они не хотели говорить ему, какой смысл заставлять их?

Маленький Божественный Камень закончил поглощать энергию и отрыгнул от удовлетворения. Тем не менее, он был ненасытным и хотел поглощать больше энергии. Каким бы маленьким ни был комар, у него все равно было мясо. По крайней мере, поглощение энергии было гораздо более легким способом улучшить свои способности, чем купание в горном источнике.

Рот Юй Сяоцао дрогнул, когда она наблюдала, как Божественный Камень вылетел из полки "женьшень" в шкаф "Линчжи". Боже мой! Старый врач был таким доброжелательным и умелым доктором. Если бы он потерял драгоценные лекарственные травы из-за неё, то она серьезно станет порочным и неблагодарным человеком.

Юй Сяоцао строго остановила действие маленького божественного камня, поблагодарила старого доктора несколько раз, а затем поспешно вышла из аптеки со своим младшим братом.

[У тебя горит зад? Не могла бы ты подождать, пока я закончу поглощать духовную энергию, прежде чем уйти?] Маленький божественный камень был раздражен прямо сейчас. Если бы он прямо сейчас мог принять физическую форму, он определенно поцарапал бы ее своими когтями.

Это драгоценная духовная энергия!!! Восстановление его культивирования!!!

Юй Сяоцао выглядела спокойной, когда она общалась с неразумным маленьким парнем в ее голове: «Ты все еще выглядишь праведно, уничтожая лекарственные травы других людей?»

[Как я уничтожаю лекарственные травы других людей? Невежественный и глупый человек! Ты думала, что травы станут бесполезными после того, как я впитаю их энергию? Абсурд! Духовная энергия, которую я, этот Божественный Камень, потребляю, не может быть использована такими слабыми людьми, как вы! В любом случае это пустая трата!] Маленький божественный камень мгновенно включил режим ядовитого языка.

«Если ты не заткнешься, я не собираюсь снова приводить тебя в аптеку!» Как его хозяйка, она определенно имела свои собственные способы контролировать его. Так просто!

Маленький божественный камень был на короткое время ошеломлен, но он смог приспособиться к различным обстоятельствам и начал вести себя мило: [Хозяйка, ты такой великий мастер! Всемогущий Мастер! Ты даже более замечательная, чем Богиня Духов и более могущественная, чем Нефритовый Император…]

«Стоп, стоп! Хватит ерунды! Разве ты не можешь говорить как нормальный человек? Как ты можешь быть чьим-то домашним животным, когда даже не знаешь, как льстить другим?] Юй Сяоцао действовала очень высокомерно.

[Домашнее животное? Ты домашнее животное, вся твоя семья - домашние животные!] Маленький Божественный Камень надулся и пробормотал: [Погладить задницу лошади[1]? Задница лошади такая грязная и вонючая. Зачем мне ее поглаживать…]

[1]拍马屁 (погладить задницу лошади ) - лесть кому-либо.

По пути Юй Сяоцао тихо ссорилась с маленьким божественным камнем и быстро достигла места, где они согласились встретиться со Старым Чжаном.

Старый Чжан уже доставил дрова, которые были на его телеге, и ждал их там. Юй Сяоцао сладко поприветствовала его и протянула ему пакет с выпечкой: «Дедушка Чжан, нам повезло, что мы встретили тебя. В противном случае, я не знаю, смогу ли я добраться до города с этими моими маленькими ногами. Это маленький подарок от нас. Пожалуйста, прими его».

Хотя маленький пакет с закусками был не очень дорогим, Старый Чжан знал, что он не сможет себе этого позволить даже после продажи целой тележки дров. Ребенку было нелегко заработать немного денег, поэтому он твердо отказался от ее предложения,

«Зачем такому старику, как я, есть выпечку? Вы, брат и сестра, должны наслаждаться этим сами. Цао'ер, тебе все еще нужно принимать лекарства сейчас? Выпив горькое лекарство, ты можешь съесть кусочек, чтобы почувствовать сладость!»

Тележка покачнулась и начала двигаться.

Юй Сяоцао не взяла выпечку, которую старый Чжан вернул, и указала на другую сумку в руке ее младшего брата: «Дедушка Чжан, я давно перестала принимать лекарства. Смотри, у нас есть еще немного! Ты можешь оставить своему внуку!»

Через некоторое время Старый Чжан беспомощно принял пакет с выпечкой. «У старого Лю такая правнучка! Она умна и щедра. Пусть небеса будут справедливы и пусть этот ребенок будет жить долго».

«Као'ер, дедушка Чжан доставляет дрова в город каждые два дня. Если хочешь поехать в город, то жди на перекрестке. Я обычно отправляюсь после завтрака».

Она получила бесплатную поездку в обмен на пакет выпечки. Какая отличная сделка!

Попрощавшись со Старым Чжаном, они отправились домой. Небо было уже темным, когда они втроем прибыли ко входу в деревню.

В древние времена для людей было мало развлечений. Они обычно начинали работу на рассвете и ложились спать на закате. Таким образом, в это время не было много жителей деревни.

«Человек впереди выглядит как Доктор Ю». Чжао Хан имел острое зрение и узнал расплывчатую фигуру на расстоянии.

Они быстро пошли вперед, и Юй Сяоцао тепло поприветствовала ее спасителя: «Дедушка Ю, откуда ты?»

«О, Сяоцао! Вы, ребята, только что вернулись из города?» Доктор Ю любезно посмотрел на пару сестры и брата, а затем радостно ответил: «Я только что спустился с горы».

Чжао Хань ответил: «Доктор Ю, почему ты так поздно сегодня? Разве я не предупреждал тебя уже? В горах много диких зверей, поэтому ночью очень опасно».

«Сегодня я задержался, пытаясь найти лекарственные травы. Это больше не повторится». Доктор Ю был довольно вежлив, когда говорил с Чжао Ханом.

«Дедушка Ю, ты можешь просто сказать нам, какие травы тебе нужны! Мы часто устанавливаем ловушки на горе с братом Ханом. Мы можем собрать их для тебя, если увидим!» Маленькая Шито умно предложил.

Доктор Ю погладил его бороду и засмеялся: «Ты умеешь распознавать травы, малыш? Мне не нужно приносить сорняки».

«Я не узнаю их, но дедушка, ты можешь научить нас! Вторая сестра говорит, что я очень умный. Я уже могу распознать более двухсот слов!» Маленький Шито уверенно поднял грудь.

Юй Сяоцао подумала о воде из мистического камня, когда услышала предложение Шито. Возможно, она сможет открыто помочь людям, о которых она заботится, с помощью этого метода. После минуты размышлений она сказала: «Дедушка Ю, я могу изучать медицину с тобой?»

Доктор Ю смотрел, как Сяоцао выросла и был еще более внимателен к этой маленькой девочке, чем к его собственным внукам. В его сердце Юй Сяоцао была похожа на его внучку, поэтому он быстро согласился, не задумываясь: «Хорошо! Пока ты не думаешь, что это скучно, ты можешь начать с изучения трав!»

Хотя он хвастался тем, что является учеником Доктора Сунь из Зале медицины Тонгрена, он изучил только базовые навыки. Медицинские знания, которые передавались от предков, преподавались только сыновьям, а не дочерям, не говоря уже о посторонних.

Таким образом, Доктор Ю изучил только самые основные и распространенные медицинские знания. Там не было ничего, что стоит скрывать от других. Если бы кто-то хотел учиться у него, он не был бы скуп.

Юй Сяоцао и ее младший брат были обеспокоены глупой косулей. После того, как они попрощались с Доктором Ю, они сначала пошли к дому Чжао Хана. Тетушка Чжао, которая была элегантна и грациозна, уже жарила орехи. Она заполнила переднюю ткань пиджака брата и сестры лесными орехами и сказала: «Если вы принесете слишком много, кто знает, кому это на самом деле принесет пользу! У тети еще много, так что возвращайтесь завтра, если захотите съесть больше!»

Юй Сяоцао громко согласилась. В ее сердце семья тети Чжао была намного важнее, чем некоторые так называемые родственники. Естественно, не нужно было быть слишком вежливым с ее собственным народом.

Юй Сяоцао взломала скорлупу и с удовольствием съела вкусный лесной орех. Время от времени она вставляла орехи в рот своего младшего брата после того, как взломала их скорлупу.

Что касается этой глупой маленькой косули, им вообще не нужно было об этом беспокоиться. Сяоцао просто нужно было полить немного воды из мистического камня, и маленький парень внимательно следил за ними. Она была даже более послушна, чем Маленький Шито.

«Као’ер! Шито! Почему вы так долго играли? Уже так поздно! Вы, дети, еще не обедали, верно?» Вдалеке на тропе, ведущей к их дому, появилась высокая фигура. Их отец действительно пришел домой раньше, чем они.

Он действительно довольно быстро ходит!

Юй Сяоцао радостно бросилась вперед. Ее отец наклонился и поднял ее на руки. Она смущенно сунула лесной орех в его рот и усмехнулась: «Отец, я научилась расставлять ловушки! Я даже поймала гигантского дикого зайца! И он был еще жив!»

Юй Хай не скупился на его похвалу. «Наша Кao'ер действительно способна. В будущем отец будет просто ждать, чтобы съесть зайцев, которых она поймает».

«Отец, отец! Мы также поймали маленькую косулю! Смотри, она даже следует за нами! Она действительно послушна!» - сладко сказал Шито. Маленький мальчик натянул штаны отца одной рукой, указывая на маленькую косулю, бегающею вокруг него.

Юй Хай опустил голову, чтобы посмотреть на маленькое животное на земле. Раньше было слишком темно, чтобы он мог ясно видеть, поэтому он думал, что это существо было собакой другой семьи, которая просто следовала за его детьми. Он никогда не думал, что на самом деле это косуля.

Юй Хай посадил свою дочь и наклонился, чтобы посмотреть на косулю. Большие темные глаза маленького парня были широко открыты и смущены. Животное взглянуло на его дочь и даже начало тереть голову о ноги дочери ... Эй!

Он никогда не видел косулю, которая не боялась людей раньше. Действительно ли это потому, что она потеряла свою мать и думала, что его дети были того же вида, что и она?

«Као'эр, ты поймала ее или это Чжао Хань? Мы никогда не должны пытаться воспользоваться другими!» Юй Хай был очень благодарен Чжао Буфаню, также известному как Старший брат Чжао, за то, что он взял его под свое крыло. Большая часть его охотничьих навыков была получена от его хорошего друга, поэтому он опасался, что его младшая дочь неразумна и вырвала вещи других.

Юй Сяоцао засмеялась и покачала головой. «Я только сегодня узнала, как расставлять ловушки, так что мне удалось только поймать дикого зайца. Эта маленькая косуля на самом деле брат Хана. Мы помогаем ему позаботиться о ней пару дней! Через некоторое время мы отправим ее обратно ему».

Юй Хай одобрительно кивнул. «Правильно, поиграв с ним несколько дней, вы должны отправить ее обратно. Я не уверен, легко ли заботиться о ней или нет, но вы должны быть осторожны. Не дайте ей умереть! Если вам, двоим, брату и сестре, косуля действительно понравилась, отец завтра обменяет другую дичь с семьей Чжао, чтобы получить ее для вас. Вы никогда не должны просить чужие вещи, не предлагая что-то взамен. Вы двое понимаете это?»

«Не волнуйся, отец!» Юй Сяоцао взяла пару лесных орехов из своей сумки и передала отцу. «Попробуй! Мы нашли их ранее в лесу, и тетя Чжао приготовила их для нас. Они действительно вкусные!»

Видя, что у его младшего сына из карманов выпадает пара орехов, Юй Хай поспешно наклонился, чтобы поймать их и спросил: «Вы оба провели весь день в доме дяди Чжао? Вы не доставляли им проблем, не так ли?»

«Мы пошли в город. Смотри! Вторая сестра купила мне выпечку!» Маленький Шито давно забыл свое обещание второй сестре и продал ее отцу.

Юй Хай медленно нахмурился, глядя сначала на выпечку, завернутую в масляную бумагу, а затем на свою дочь. Где они взяли деньги, чтобы купить эту выпечку? Это были действительно деньги, оставшиеся от продажи ушек?

«Отец, брат Хан поймал много добычи сегодня, поэтому он пошел в город, чтобы продать их. Поскольку нам нечего было делать, мы последовали за ним. Я сегодня тоже поймала зайца и продала его. За это я получила около ста медных монет, поэтому я также купила конфеты и закуски. Это то, что осталось!» Юй Сяоцао, естественно, не раскрыла свой большой тайник с монетами. Вместо этого она достала небольшую цепочку медных монет, стоимостью от пятидесяти до шестидесяти монет, чтобы показать ее отцу.

Когда Юй Хай привел своих двоих детей обратно к семейной резиденции, он продолжил читать лекцию: «Вы трое детей все отважные! Самому старшему из вас всего двенадцать лет, и вы все осмелились пойти в город. Что если какой-нибудь похититель поймает вас? В будущем, если вы хотите отправиться в город, подождите, пока отец тоже не пойдет продавать дичь. Если кто-то из вас устанет, я могу немного понести его».

«Мы не устали! Пришел дедушка Чжан из деревни Сишань с телегой, и мы сели на неё. Вторая сестра даже подарила ему пакет закусок!» Маленький Шито не мог не чувствовать сожаление из-за этого пакета с выпечкой.

«Твоя вторая сестра поступила правильно. Когда кто-то помогает нам, мы должны что-то дать взамен. Если мы хотим использовать в своих интересах только других, кто поможет нам в будущем, когда мы действительно попадем в трудную ситуацию?» Юй Хай снова начал обучать своих детей.

Вскоре они втроем вошли в семейный двор. В этот момент небо стало совершенно темным. Осенние ночи на севере были более прохладными. Остальная часть семьи Юй, за исключением второго отделения, уже давно удалилась в свои комнаты для отдыха. Комната в восточной стороне была единственной, где светил слабый проблеск света.

«Као'ер и Шито, вы двое, должно быть, голодны. Ваш отец оставил для вам большой блинчик. Мать может разогреть его для вас на маленькой глиняной плите, и тогда вы двое сможете поделиться им!» Преимущества наличия воспитанной матери в этой жизни внезапно стали очевидными. Ее предыдущая мать, в ее прошлой жизни, также нагревала бы оставшуюся еду для неё, если она поздно вернется домой, играя на улице. Однако, еда также шла с порцией ругательств.

Маленький Шито осторожно выглянул из комнаты и быстро закрыл дверь. Он открыл пакет с выпечкой и начал раздавать закуски всем. Хотя маленький мальчик любил есть сладкую и мягкую выпечку, он не имел привычки наслаждаться преимуществами в одиночестве.

В пакете было шесть штук, поэтому он дал каждому по одной. Некоторое время он смотрел на оставшуюся часть, нерешительно, прежде чем сказать: «Эта часть будет оставлена для старшего брата».

Выражения Юй Хая и его жены заметно потускнели, услышав Шито. Комната погрузилась в неловкое молчание. Через некоторое время Юй Хай наконец вздохнул и сказал: «Не оставляй это. Мы не знаем, когда твой старший брат сможет вернуться, и эти закуски не могут продержаться слишком долго. Трое из вас должны разделить и съесть его вместо этого. В следующий раз, когда отец пойдет в город, я куплю еще немного, чтобы твой брат поел».

Юй Сяоцао подумала о том, каким изможденным и слабым выглядел ее старший брат, когда она увидела его раньше. Ее сердце болело, и она тихо сказала: «Отец, давай вернем старшего брата обратно, хорошо? Ему там не так комфортно, как дома, верно?»

«Я тоже хочу привести твоего старшего брата домой, но…» После того, как его привели домой, что тогда? Их ждет драка, если они это сделают.

Юй Сяолянь яростно зарычала: «Наша бабушка и старшая тетя всегда думают, что мы паразиты! Но мы не едим из их миски! Каждого кусочка дичи, который продает отец, достаточно, чтобы накормить нас на несколько месяцев!»

Сяоцао тяжело опустилась на кровать Кан и пробормотала: «Если бы мы могли отделиться от нашей семьи, это решило бы проблему!»

Глаза Сяолянь загорелись, прежде чем они снова быстро потускнели. Она покачала головой и сказала: «Наша бабушка никогда бы не согласилась! Она рассчитывает, что наш отец сможет зарабатывать деньги, чтобы оплатить обучение младшего дяди…»

«Что вы двое говорите? Семья не распадается, пока родители живы! Ваш дедушка и бабушка все еще здесь! Говорить о разделении с семьей - значит просить других сплетничать за нашими спинами. Никогда не говорите о таких вещах на улице!» После того, как мадам Лю разогрела блинчики до тех пор, пока они не стали хрустящими, она добавила немного соленых овощей, а затем передала еду Сяоцао и ее брату.

Мадам Лю положила свою часть выпечки обратно в промасленный бумажный пакет, так как она хотела оставить его для завтрака для своих детей. Однако, когда ее внимание было привлечено в другом месте, Сяоцао быстро сунула выпечку в ее рот.

Крееееееек!

Звук открывающейся деревянной двери внезапно заглушил праздничную атмосферу в комнате. Мадам Лю поспешно проглотила выпечку у неё во рту, и ее руки полетели к ее лицу в бесплодной попытке вытереть крошки, не оставаясь доказательств.

Все пять пар глаз сразу же посмотрели на дверь. Хотя была трещина, они никого там не видели. Когда они посмотрели вниз, они увидели пару больших ушей, торчащих из маленькой головы, которая пытливо осматривала комнату.

Когда эти прозрачные и темные глаза обнаружили Юй Сяоцао, стройное и тонкое животное полностью вошло в комнату. Оно переместилось к Сяоцао и использовало свою голову, чтобы подтолкнуть ее лодыжку, как будто это был щенок, просящий съесть кость.

«Ух ты! Так мило!!» Юй Сяолянь поспешно наклонилась, чтобы поднять маленькое существо. Ее рука ласкала голову животного, а она сама прижалась лицом к его мягкой шубе.

«Это Чжао Хань поймал эту маленькую косулю! Она очень понравилась Маленькому Шито, поэтому Чжао Хань позволил ему вернуть ее, чтобы он мог поиграть с ней пару дней. Маленькое животное, должно быть, проголодалось, иначе оно не вошло бы в комнату». Юй Хай объяснил от имени его младшей дочери и сына.

Юй Сяолянь крепко обняла косулю, размером не больше месячного щенка, и, казалось, не хотела отпускать ее. «Во дворе все еще есть рыбное сусло, которое я собрала сегодня. Я принесу немного, чтобы накормить ее! Эта малышка настолько послушна и, кажется, совсем не боится людей!» К сожалению, она ошиблась. Когда Сяолянь вернулась после того, как вытащила самое свежее и самое нежное рыбное сусло, косуля лишь слегка понюхала его, а потом высокомерно отвернулась. Ее глаза с жалостью смотрели на Сяоцао.

Сяолянь помахала дикой травой перед животным, но косуля полностью ее игнорировала. Она была сосредоточена только на достижении своей цели, которая состояла в том, чтобы приблизиться к Сяоцао.

Сяолянь разочарованно вздохнула: «Ей нравится только младшая сестра! Должно быть, потому что младшая сестра вернула ее!»

Юй Сяоцао взяла горсть травы из рук Сяолянь и дразнила: «Маленькая косуля, вероятно, нравится чистота, и она отвергла Сяолянь, потому что считает, что эта трава слишком грязная, чтобы есть ее прямо сейчас!»

Она достала кувшин с водой из мистического камня и вымыла в нем траву. Затем она снова предложила ее косуле, и маленькое существо действовало совершенно иначе. На этот раз оно бросилось и съело траву большими укусами.

«Эта косуля действительно любит быть чистой!» Маленький Шито хихикал, пока не начал икать. Он также схватил связку рыбного сусла и промыл ее в воде. После того, как косуля съела траву Сяоцао, она снова почувствовала этот восхитительный запах, который был более заманчивым, чем материнское молоко, и прямо бросилась в Шито и начала есть рыбного сусло в его руках.

Сяолянь извлекла уроки из примеров своих брата и сестры и использовала оставшуюся воду из мистического камня, чтобы вымыть оставшееся рыбное сусло. Юй Сяоцао почувствовала себя немного несчастной, когда увидела это: «Какая расточительная девушка! она использовала две полные миски воды из мистического камня!»

С тех пор, как она имела доступ к воде из мистического камня, Сяоцао всегда давала всем членам своей семьи чашу для питья. Эффект был естественно поразительным. Во-первых, давайте не будем обсуждать влияние на ее собственное тело. Ее мать, мадам Лю, также имела слабую конституцию. После питья воды из мистического камня в течение полных двух месяцев ее тело значительно улучшилось, хотя она все еще выглядела очень худой.

Госпожа Лю недавно промокла под дождем. Если бы это случилось до питья воды из мистического камня, у неё была бы сильная болезнь. Однако на этот раз ей понадобилась только чашка имбирного супа, чтобы укрепить свое тело, и она даже не начала чихать.

Юй Хай также отметил, что в последнее время он стал более сильным. В прошлом, когда он нес дичь, которая весила около ста кэти с горы в город, он был так измучен, что ему понадобились часами лежать на кровати канга . Сейчас же? Как будто он не делал ничего напряженного. На самом деле, он мог добавить к своему грузу еще от тридцати до пятидесяти кэти без проблем.

Думая обо всех преимуществах, Юй Сяоцао молча взяла пустой кувшин и пошла на кухню, чтобы полностью наполнить его водой. Она осторожно сняла с запястья пятицветный камень и позволила камню упасть в банку. Дух божественного камня вышел из разноцветного камня и неторопливо плавал в воде.

Если бы остальные обитатели комнаты могли видеть это сейчас, они все были бы ошеломлены. Почему в кувшине для воды есть котенок золотистого цвета? Более того, он постоянно колебался в воде, как будто он почти тонул.

Маленький божественный камень обиженно бормотал: [Я протестую! Протестую! Здесь не хватает духовной энергии! Не иметь женьшеня - это одно, но кто хочет дерьмовой колодезной воды? Этот Божественный Камень хочет родниковой воды из бамбукового леса в горах!]

«Ты можешь просто немного быть довольным ситуацией? Мистическая вода действительно полезна для нас, и, в конечном счете, ты тоже не выигрываешь? Если ты продолжишь создавать неприятности, я просто брошу тебя в этот маленький ручей и больше никогда тебя не заберу!» Когда Юй Сяоцао кормила маленькую косулю, она также мысленно угрожала высокомерному божественному камню.

Хотя горный ручей также содержал духовную энергию, использование его не принесет дополнительной помощи его хозяину. К примеру, поглощение десятидневной энергии из ручья не принесло себе столько пользы, сколько получило от создания одного кувшина воды из мистического камня для своего хозяина.

«Просто подожди, как только этот божественный камень освободится от своих ограничений, даже не думай пытаться снова угрожать мне! Вот тогда ты будешь просить меня о помощи!»

Юй Сяоцао проигнорировала его выходки. Кроме нее, никто не мог видеть духовную форму божественного камня. Вместо этого она и ее братья и сестры кормили нового фаворита своей семьи - косулю, пока та не наелась до отвала.

«Вторая сестра, сейчас довольно холодно ночью. Крошка еще слишком мала, что если она замерзнет до смерти?» Маленький Шито присел на корточки, обняв недавно названную косулю, и явно не хотел отпускать животное. У них обоих были ясные темные глаза, которые восхищенно смотрели на Юй Сяоцао.

Юй Хай ущипнул лицо своего сына и усмехнулся:

«Если мы возьмем ее с собой внутрь, планируешь ли ты поделится с ней своим одеялом?»

«Она будет спать со мной. К тому же, она не занимает много места». Маленький Шито надулся, пытаясь изо всех сил придумать что-нибудь, чтобы убедить всех в комнате.

Хотя Сяолянь также очень понравилась милая и умная косуля, она не думала, что взять животное в помещение - хорошая идея.

«Я полностью против. Что, если она обмочится посреди ночи? Тогда маме придется завтра стирать простыни».

Юй Сяоцао также не хотела приводить косулю в помещение. Животное начнёт «метить» новою территорию, если будет долго находиться внутри комнаты. Тем не менее, она была более обеспокоена тем, чтобы оставить косулю во дворе на ночь. Возможно, другие члены семьи решат убить ее, чтобы приготовить вкусный суп. Даже при том, что у животного не было много мяса, суп все еще был бы очень вкусным.

Юй Сяоцао вышла на улицу, собрала мягкую солому и сделала маленькое гнездо рядом с дверью дома для маленького животного. Она дотронулась до мокрого носика косули и торжественно сказала:

«Крошка, если тебе нужно будет сходить на горшок, выйди на улицу. Если ты сделаешь это в комнате, мы сделаем из тебя жаркое!»

Крошка доверчиво смотрела на Юй Сяоцао и даже несколько раз лизнула ее палец, который она использовала, чтобы указать на животное. Она действовала так, будто действительно понимала, что говорила девушка.

От этих слов Маленький Шито не мог не вздохнуть:

«Крошку поймала вторая сестра, неудивительно что она ближе к ней».

Юй Сяоцао слегка улыбнулась:

«В следующий раз, когда произойдет что-то хорошее, я позабочусь о том, чтобы ты пошел первым».

Услышав эти слова, Маленький Шито обрадовался и почти подпрыгнул от радости:

«Хорошо, хорошо! Мы должны поймать еще одну косулю, чтобы составить Крошке компанию!»

Трудно сказать, понимало ли это существо угрозы Юй Сяоцао просто потому, что оно получило немного разума из воды мистического камня. Однако маленькая косуля, которой не было больше месяца, никогда не «делала неприятности» в западной комнате с тех пор, как начала там жить. Даже если кто-то случайно закрывал дверь, она героически держалась до тех пор, пока кто-то не придет, чтобы ее выпустить.

Кроме того, животное никогда не «захватывало новую территорию». Даже в разгар лета в комнате пахло свежим и сладким. Юй Сяоцао, ее братья и сестры очень любили и лелеяли Крошку. Даже мадам Лю сказала, что это была особая косуля, которая могла понимать, что люди говорили ей.

С тех пор как Юй Сяоцао заинтересовалась изучением медицины у Доктора Ю, она неуклонно преследовала эту цель. В последующие дни она стала довольно занятой.

Каждое утро она рано вставала с постели и присоединялась к Чжао Ханю. Двое из них делили область, а затем каждый своими способами ставил ловушки. С помощью воды из мистического камня в качестве приманки она никогда не покидала лес с пустыми руками.

Фактически, она обычно ловила вдвое больше, чем обычный человек. Иногда она даже шла с Чжао Ханом в город, чтобы продать свою добычу. В других случаях она просила дядю Чжао помочь ей продать ее дичь, когда тот собирался в город.

К счастью, ресторан Чженьсю с каждым днем ​​становился все более популярным. Они наняли нового шеф-повара, отвечающего за приготовление дичи, а его специальность - жаркое и приготовление мяса. Их потребность в мясе постепенно возрастала, поэтому Юй Сяоцао и Чжао Хань даже не приходилось беспокоиться о том, где продавать свою дичь.

Тем не менее, ресторан Чженьсю по-прежнему предпочитал ее животных диче, пойманной другими охотниками. В конце концов, свежее мясо имело лучший вкус и текстуру по сравнению с мясом, которое уже успело протухнуть.

После обеда Юй Сяоцао часто приходила к Доктору Ю домой, чтобы узнать, как определять растительные лекарственные травы. Она не была уверена, было ли это потому, что ей помогала вода из мистического камня, или у нее была хорошая память, но для нее изучение этих трав было так же легко, как кусок пирога.

Изначально, Доктор Ю не имел от нее никаких ожиданий, но, увидев ее талант в этой области, он начал дорожить ее способностями. Всякий раз, когда ему нужно было идти в горы, чтобы собрать лекарственные растения, он никогда не забывал взять Юй Сяоцао с собой. Время от времени он проверял ее знания, чтобы увидеть ее способности в идентификации растений.

Постепенно доктор Ю осознал, что все травы, которые он знал, Юй Сяоцао уже полностью запомнила. Поэтому он начал учить ее тому, как использовать эти растения в качестве лекарств.

Тогда Юй Сяоцао отчетливо почувствовала, что ей больше не хватает времени. Часто она шла с Доктором Ю на рассвете, чтобы собирать лекарственные растения в горах, поэтому у нее, естественно, не было достаточно времени, чтобы расставлять ловушки для ловли диких животных.

С ее точки зрения, деньги можно заработать в любое время. Однако чем раньше она получит практические знания о лекарственных травах и лечении болезней, тем лучше будет для нее. Она думала, что у нее есть талант в этой области. Возможно, в будущем она могла бы даже стать врачом!

Таким образом, Юй Сяоцао начала проводить больше времени с доктором Ю, чем со своей семьей. Доктор Ю прожил один тридцать лет после того, как поселился в деревне Дуншань. Он был настолько одержим изучением и практикой медицины, что был холостяком всю свою жизнь.

Хотя Юй Сяоцао физически еще была маленькой девочкой, у нее были мыслительные процессы взрослого человека. Вместе с кем-то вроде нее, доктор Ю обнаружил, что его дни стали более интересными в последнее время. В прошлом, когда он начинал исследовать новое лекарство, он часто терял счет времени. Голодать несколько дней было для него обычным делом.

Теперь у него был помощник на его стороне. Когда он терялся в своих мыслях, она разумно начинала готовить еду и ставила ее перед ним. Запах вкусной еды соблазнял его, заставляя его оторваться от своих мыслей.

Он никогда не думал, что внутри его дремлет гурман. Однако кулинарные навыки маленькой девочки были на удивление хорошими. Даже простые ингредиенты, такие как зеленые овощи и дайкон, могут быть преобразованы в несколько разных видов вкусных блюд.

Эта маленькая девочка была слишком умна. Она не только с легкостью изучала медицинские знания, которые он преподавал, но и умела находить связи и указывать на то, что в конечном итоге приводило его к прорыву. Проучившись всего месяц, маленькая девочка уже могла самостоятельно без каких-либо проблем выписывать несколько простых рецептов.

К этому моменту Доктор Ю уже считал Юй Сяоцао своим официальным учеником. Когда он выходил заниматься медициной, он всегда брал с собой своего маленького ученика. Со временем большинство соседних деревень знали, что Доктор Ю принял маленькую девочку в ученики.

К тому времени, когда Юй Сяоцао почувствовала, что она может точно диагностировать и лечить распространенные заболевания самостоятельно, ее учитель, Доктор Ю, оставил ей письмо и поспешно покинул деревню Дуншань.

В письме он объяснил, что слышал, что есть информация о его давно потерянных родственниках, которые были разлучены с ним во время хаотических войн. Поэтому он должен лично все разузнать. Тем не менее, он неоднократно предупреждал Юй Сяоцао, что она не должна упускать свой природный талант к медицине. Ей нужно было продолжать просматривать материали ежедневно. Если рядом с ней будет кто-то, кто слегка заболеет, она может протянуть руку помощи. Конечно, если он или они откажутся от ее помощи, не было необходимости их заставлять.

Юй Сяоцао наконец-то освободилась от своих трудовых обязанностей. Однако каждые несколько дней она продолжала приходить в дом доктора Ю, чтобы привести его в порядок и подлить некоторые травы. Она даже пыталась создать несколько лекарств для лечения внешних ран, и лекарства, которые замедляют и останавливают кровотечение. Лекарства, которые были обрызганы водой из мистического камня, были даже гораздо более сильнодействующими, чем те, которые делает доктор Ю! Однако, не многие люди были достаточно смелы, чтобы использовать лекарства, которые она сделала.

Это не удивительно, так как внешне она была еще маленьким ребенком, который даже не достиг девяти лет. Поистине странный сценарий был бы, если бы жители деревни действительно верили, что она может лечить болезни. Таким образом, она просто делала бальзам для ран, который обычно носил ее отец, когда он шел на охоту. Мало ли она знала, что это в конечном итоге спасет жизнь ее отца ...

В тот день всегда занятая Юй Сяоцао, у которой теперь было свободное время, пошла поговорить с Маленьким Шито, который находился во дворе и кормил Крошку.

«Младший брат, разве наш отец еще не вернулся с рыбалки?»

Маленький Шито даже не поднял голову:

«Еще слишком рано! Вторая сестра, ты была так занята вне дома в последнее время, что даже не помнишь, в какое время наш отец обычно возвращается. После того, как он поймает рыбу, ему все равно нужно сначала пойти в доки на суше, затем выгрузить ее из лодки. Иногда, если у него много остатков, ему даже нужно сходить на рыбный рынок на пристани и продать лишнее».

Доки? Ее глаза загорелись, а рот изогнулся в усмешке, как будто она была волком, пытающимся заманить маленького кролика в ловушку.

«Шито, ты хочешь пойти и посмотреть на доки? Я слышала, что там много магазинов, которые продают почти все на свете! Хорошая еда, разные игрушки ... »

«Вторая сестра, ты хочешь пойти? Если ты пойдешь, тогда и я пойду. Тем не менее, должны ли мы также взять Крошку?» Маленький Шито очень заботился о маленьком питомце.

Однако была причина его паранойи. Жалкая маленькая косуля, у которой даже не было много мяса на костях, была почти убита мадам Ли и Юй Хэйцзы. Они вдвоем повалили животное на землю и уже замахнулись огромным ножом. Если бы Маленький Шито и Сяолянь не прибыли вовремя, Крошке суждено было стать главным блюдом к трапезе.

После этого Чжао Хань отвел Юй Хэйцзы в сторону и преподал ему небольшой урок, что Крошка - это домашнее животное, которое он одолжил Шито, чтобы поиграть. И если он когда-нибудь узнает, что Хэйцзы все еще хочет съесть маленькую косулю, он выбьет ему все зубы!

Семья охотника Чжао была относительно известна в деревне Дуншань. Говорили, что несколько лет назад, в особенно суровую зиму, в деревню вошла голодная волчья стая. Волки не только украли много кур, но и ранили некоторых людей. Как только кризис, казалось, обострился, вся семья Чжао вступила в битву с этими существами. Даже внешне нежная и элегантная тетушка Чжао согнула лук и выпустила несколько стрел. В конце концов деревня была спасена.

Хотя четыре члена семьи Чжао стали героями для большинства жителей деревни, некоторые из них чувствовали отчуждение от их действий. В конце концов, никому не нравилось, когда на их недостатки указывают!

Получив «маленький урок», Хэйцзы вернулся домой с окровавленным носом и черными глазами. Даже мадам Ли, которая часто любила делать из мухи слона, могла лишь впадать в истерику в стенах двора, так как она была слишком напугана семьей Чжао. С Хэйцзы в качестве «примера», остальные члены семьи Юй, которые были не из второй ветви, больше не осмеливались заикатся на маленькую косулю.

Несмотря на это, Маленький Шито все еще не мог успокоиться. Юй Хэйцзы, который держал огромный нож над беспомощной Крошкой, запечатлелся в его голове. Куда бы он ни шел, Маленький Шито всегда брал с собой маленькую косулю.

Поэтому в деревне Дуншань появилась странная картина: маленький мальчик шел впереди, а крошечная косуля слепо следовала за ним сзади. Любой, кто видел эту пару, не мог не показать понимающую улыбку.

Все прошло так, как она планировала! Юй Сяоцао даже взяла немного денег из своего скрытого тайника. Подумав немного, она также вынула горстку медных монет и положила ее в нагрудный карман. Зима наступает на севере рано, поэтому воздух уже был холодным. Многие люди уже ходили в толстых пальто. Поэтому никто не мог сказать, что у Юй Сяоцао было спрятано около ста медных монет.

Юй Сяоцао радостно шла в подпрыжку, неся большую корзину. Одинаково взволнованный Маленький Шито следовал за ней, когда они шли в направлении доков. Хотя доки были ближе к деревне Дуншань по сравнению с городом, до них нужно идти около часа. Так как у Юй Сяоцао было хорошее настроение, она даже почти не почувствовала, когда они достигли места назначения. Они прибыли в самое загруженное время на пирсе. Юго-западный угол пристани, естественно, превратился в рыбный рынок.

Стюарды, отвечающие за покупку в крупных усадьбах, прибыли довольно рано, чтобы они могли выбрать лучшую рыбу и морепродукты для своего господина. Кроме того, покупатели из ресторанов, таверн и небольших закусочных также ждали там свежего улова дня.

На пристани стояла пара грузовых кораблей, которые только что добрались до берега. Работники дока под руководством бригадира неуклонно грузили груз с кораблей на тележки. Звуки криков и гомона полностью наполнили воздух ... в целом, различные шумы сплелись в характерный шум занятой пристани.

«Вторая сестра, вон там продают закуски. Я однажды приходил сюда с отцом, а он купил мне гигантскую паровую булочку из белой муки. Булочки из белой муки очень вкусные! »

Гурман, Маленький Шито, указал на дорогу на окраине доков. Пара грубых хижин была построена вдоль улицы, и оттуда дул теплый воздух с утренним ветром.

Рыбаки и работники доков, вероятно, взяли с собой какие-то сушеные товары. Однако в такое холодное раннее утро все еще нужно было выпить чашку горячего супа, чтобы согреть тело.

Там, где есть спрос, есть рынок. Под низким потолком лачуг стояли люди, которые продавали кашу и горячий суп с лапшой. У других были печи с дымящимися корзинами, полными паровых и фаршированных булочек, для продажи. Были даже некоторые фермеры с корзинами, полными блюд или маринованными овощами с ферм для продажи.

Некая схема начала формироваться в сознании Юй Сяоцаo. С ее кулинарным талантом в тушеных блюдах из ее прошлой жизни ей было бы легче получить хорошую жизнь здесь. К сожалению, все люди здесь сплетничали и разговаривали. Как только ее бабушка узнает, даже заработанные здесь огромные деньги будут полностью отняты у нее ...

«Ты Сяолань ... или Сяоцао?»

Юй Сяоцао не думала, что встретит кого-то, кого она знала здесь, в доках. Она повернула голову и увидела незнакомое лицо.

Смуглый юноша перед ней выглядел примерно на пятнадцать-шестнадцать лет и имел высокую и широкую фигуру. У него были большие глаза и густые брови, а лицо выглядело странно знакомым ... кто ... кто это был? Но маленький Шито быстро дал ответы на ее вопросы.

«Старший кузен, почему ты здесь? Ты пришел со старшей тетей [1]?»

Ах, так это был сын второго дяди, четырнадцатилетний Лю Чживэй. Хотя этому парню было всего четырнадцать лет, он выглядел очень сильным и крепким. С точки зрения внешности он не похож ни на одного из своих родителей. Вместо этого он сам выглядел как дядя.

Лю Чживэй усмехнулся:

«Да, я пришел вместе со старшей тетей и старшим дядей. Я хотел посмотреть, смогу ли я найти здесь какую-нибудь работу в доках ... старший дядя часто приезжает сюда и знаком с мастером. Он уже выгружает груз с кораблей. Они думали, что я слишком молод и не хотели меня нанимать!»

Молодежь заявила об этом с лицом, полным обиды. Хотя он был молод в возрасте, у него все еще было много сил. Обычно он проводил время со своим отцом, работая на полях, делая всю работу, требующую грубой силы. Как они смеют смотреть на него свысока!

«Сяоцао, Шито! Что вы делаете в доках?» - осторожно спросила старшая тетя, мадам Хан, с корзиной на руке.

Брат и сестра вежливо ответили ей приветствием и назвали ее «Старшая тетя». Когда у Сяоцао случилась травма головы, и она три дня находилась в коме, ее бабушка по материнской линии, дедушка, дяди и тети пришли к ней в гости. Они даже принесли курицу и корзину с яйцами. К сожалению, все эти товары были конфискованы мадам Чжан.

В глазах мадам Чжан, поскольку у госпожи Лю было больное тело, а Юй Сяоцао была маньяком медицины, подарки, принесенные семьей Лю, было недостаточно, чтобы восполнить эти два недостатка!

Впечатление Юй Сяоцао о ее семье по материнской линии было довольно хорошим. Она узнала от Сяолань, что старшая тетя была честным и искренним человеком.

В этот момент работники дока собирались на перерыв, чтобы отдохнуть и позавтракать. После того, как бригадир позвонил в колокол, около сотни рабочих, некоторые с едой в руках, другие без нее, начали приходить в эту область.

Продавцы, продающие продукты, сразу же с энтузиазмом начали рекламировать свои товары:

«Горячий суп, горячий суп на продажу, горячий суп из капусты, суп из редьки…»

«Горячая каша, горячая каша! Тепло и дешево, всего 1 медная монета за чашу ... »

«Суп с лапшой на продажу! Эй ты, да-да, ты, подойди и съешь миску супа с лапшой! Я гарантирую, что одна чаша заполнит вас полностью ... »

«Соленые и маринованные овощи! С одной медной монетой вы можете получить достаточно овощей для нескольких человек! Уже через минуту вы снова сможете работать как ничем не бывало…»

Видя эту ситуацию, старшая тетя поспешно сказала:

«Сейчас самое время продавать еду. Мне нужно идти. Вы двое, вероятно, еще не завтракали. Вот вам пять медных монет, идите и купите пару рулетов на пару».

[1] Они родственники Сяоцао по материнской линии.

Пока она говорила, подошла рабочий, от которого сильно пахло потом. Даже его голова была покрыта потом.

«Мадам, можно мне соевую пасту с солеными овощами в приготовленном тесте за 1 медную монету?»

«Да, сейчас!» Старшая тетя быстро дала ему несколько блинов и намазала на них немного соевого теста. Маринованные овощи были мелко нарезаны и обжарены с салом.

Получив заказ, мужчина начал есть огромными укусами и сказал:

«Мадам, я должен сказать, ваша паста из соевых бобов имеет лучший вкус, а маринованные овощи идеальны. После того, как я начал есть вашу пищу, другая еда даже в рот не лезет!»

«Конечно! Разве ты не знаешь, чия это жена?» Внезапно сзади подошел высокий широкоплечий мужчина средних лет и похлопал рабочего по плечу. Его красивое лицо было ярким, а кожа имела здоровый бронзовый загар. Он мелькнул улыбкой, которая показала рот, полный сверкающих белых зубов.

Маленький Шито радостно бросился на пришедшего и обнял его за бедро, при этом крича:

«Старший дядя, с тех пор, как ты в последний раз посещал нас, прошло очень много времени. Я так скучал по тебе!»

Лю Пэй наклонился, чтобы взять маленького ребенка на руки. Он слегка подбросил Маленького Шито в своих руках, чтобы проверить его вес, и с удивлением посмотрел на теперь уже распухшее лицо мальчика.

«Твоя семья начала давать тебе больше еды? Похоже, ты немного подрос, маленький парень!»

«Ну…вторая сестра знает, как ловить рыбу и кроликов. Они очень вкусные, когда жареные! В следующий раз я немного оставлю старшему дяде … »

Если бы это было раньше, Шито никогда бы не обменял мясо, чтобы приблизиться к кому-то. Теперь, когда он мог есть мясо, приготовленное на гриле, или тушеное мясо каждые пару дней, он больше не чувствовал, что мясо - это редкая, драгоценная вещь, которую нужно копить.

Лю Пэй осмотрел цвет лица Юй Сяоцао, и его улыбка стала глубже.

«Сяоцао действительно способна ловить рыбу и кроликов? Это радует мое сердце, зная, что у вас, ребята, дела идут все лучше и лучше. А ваша бабушка не против того, чтобы вы использовали дичь в своих целях?»

«Что ты такое говоришь детям?» - сказала старшая тетя, смотря на своего мужа.

Сяоцао могла сказать, что их бизнес идет не особо хорошо. Это не было удивительно, поскольку соленые овощи, приготовленное тесто и соевая паста были едой, которую имела каждая семья. Те, кто приносил еду из дома, приносили такую ​​же плату на обед. Зачем кому-то тратить деньги, чтобы купить тоже самое, что есть у тебя дома?

Маленький Шито хихикнул и сказал:

«Мы готовим мясо в горах, а затем даем порции ближайшим людям в нашей семье. Бабушка понятия не имеет».

«Не забудь помочь и своей маме. У твоей мамы была тяжелая жизнь в последнее время!» Лю Пэй чувствовал себя плохо из-за трудностей своей единственной сестры, поскольку он был не в состоянии помочь ей столько, сколько ему хотелось бы.

В то время его отец не должен был женить его сестру на семье с мачехой. Там, где была мачеха, скоро будет и отчим. Сначала это было все еще терпимо, но как только третий сын семьи Юй ушел в школу, даже чувства Старого Ю стали предвзятыми.

«Да! Я оставил куриные и кроличьи ножки для мамы. На ногах больше всего мяса!» Маленький мальчик знал, как заискивать перед старшими.

Слушая на разговор старшего дяди и ее брата, Юй Сяоцао стояла в стороне, молча улыбаясь. Только теперь она заговорила:

«Шито, быстро спускайся! Старшему дяде следует немного отдохнуть и съесть что-нибудь».

«Все в порядке! Сколько может весить пятилетний ребенок?» Несмотря на его слова, Лю Пэй все еще поставил маленького мальчика на землю. Бригадир ранее сказал ему, что скоро им нужно загрузить судно высокопоставленного чиновника. Он не мог позволить себе быть неряшливым в этой задаче.

Многие рабочие в окрестностях ели, обсуждая судно чиновника. Юй Сяоцао подслушивала их разговоры и обнаружила, что это был морской корабль, принадлежащий принцу из столицы. Он, очевидно, путешествовал по обширным местам и нашел несколько интересных существ. Из пустых слухов о людях вокруг нее Юй Сяоцао узнала, что нынешнему императору также нравилось путешествовать на корабле, когда он был еще императорским принцем. Все современные большие корабли, ведущие океан, были приобретены императором в качестве имперского принца в подростковом возрасте.

До своего восхождения император Цзяньвэнь несколько раз путешествовал в море. Он был в Южном море, Западном море и даже в других местах. В одной из своих поездок он привез высокоурожайный урожай, сладкий картофель и некоторые странные специи. Некоторые другие примеры новых товаров, которые он принес, включали: острый перец, настолько острый, что он вызывал опухание рта человека, свежий и хрустящий огурец, а также освежающий и утоляющий жажду арбуз.

Юй Сяоцао внезапно вспомнила, что в прошлой жизни династия Мин также провела несколько морских путешествий. Однако человеком, который плавал в Западном море, был Чжан Хэ, а не императорский принц. Чжан Хэ в ее прошлой жизни не имел никакого отношения к императору Цзяньвэнь. Возможно ли, что основатель и император Цзяньвэнь переселились в эту эпоху?

Ах! Переселение не обходится без рисков, поэтому нужно быть осторожным! На самом деле, многие романы о политической борьбе и интригах часто базируются на переселении. Когда переселились несколько человек, они редко работали вместе. Вместо этого они часто сражались до смерти! Так как я в конечном итоге маленькая рыбка в море, нет смысла пытаться сражаться с императором! Лучше держать голову низко и жить покорной жизнью!

В конце концов, брат и сестра не взяли деньги у старшей тети. Они оба утверждали, что уже завтракали. Они остались на улице и хотели осмотреться, но вскоре к ним подошел чиновник и вежливо попросил их убраться. Императорский принц будет проезжать через это место, поэтому ненужный персонал должен уйти. Брат и сестра были не единственными простолюдинами, которых отогнали. На самом деле, даже люди, которые продавали свой товар, были выгнаны из доков. Только торговцам в лачугах повезло, и им не пришлось уходить.

Маленький Шито скулил, что хочет увидеть императорского принца. Несмотря на ее чувствительность, Юй Сяоцао могла только крепко держаться за его голову и извиваться в промежутке между людьми, чтобы найти место для наблюдения.

Минут через пятнадцать тихий и шумный причал затих. Появилась длинная череда конных повозок, заваленных товарами. Перед повозками было несколько надменных людей. Все они ехали на лошадях, окружая молодого человека в дорогих одеждах.

«Вторая сестра, этот старший брат - императорский принц?» - шепотом спросил Маленький Шито. Однако в суровой тишине, где был слышен даже звук копыт лошади, его голос прозвучал словно гром среди ясного неба.

Юй Сяоцао заметила, что несколько человек в благородно одетой группе повернули головы, чтобы посмотреть в их сторону, поэтому она поспешно закрыла рот своего младшего брата рукой. Кто знал, какой характер у этих людей? Если произойдет конфликт, они будут теми, кто пострадает.

Рядом с юношей в пышных одежах был чрезвычайно бледный старик. Глаза пожилого человека вспыхнули, и он опустил голову и что-то прошептал молодому человеку. Юноша натянул поводья и повернулся, чтобы посмотреть вдаль, где находились брат и сестра.

Теперь Юй Сяоцао могла ясно различить внешность молодого человека. У него была пара темных глаз, которые излучали героическую ауру. На первый взгляд выражение его лица казалось спокойным, но при ближайшем рассмотрении можно было увидеть, что оно было решительным и проницательным. В сочетании с красивым лицом, которое, казалось, было тщательно вылеплено, все его поведение стало еще более внушительным. На долю секунды Юй Сяоцао почувствовала, что человек перед ней был жестоким тигром, а не пятнадцатнадцатилетним юношей.

Однако ... после более пристального взгляда на его лицо, ей почему казалось, что она уже видела его где-то раньше? Может быть ... она видела слишком много знаменитостей в своей прошлой жизни, так что теперь каждый красивый мужчина выглядел похожим на кого-то, кого она видела раньше ...

«Вторая сестра, я его помню!» - тихо сказал Маленький Шито, после того как освободился от ее сдерживающей руки. Все люди вокруг смотрели на них с выражением недоверия.

Юй Сяоцао тихо рассмеялась и осторожно покачала головой. Судебный пристав повернул голову, чтобы посмотреть на них, и Сяоцао быстро поклонилась ему:

«Он просто говорит глупости. Не обращайте внимания на невежественные слова маленького ребенка…»

Однако молодой человек уже направил своего коня к брату и сестре.

Мы влипли! Еще не слишком поздно убежать, верно? Юй Сяоцао осмотрела окрестности, пытаясь найти путь к спасению. К сожалению, ее более ранняя попытка найти лучшее место для наблюдения привела их в ловушку, где они со всех сторон были окружены людьми. Медленно протискиваться сквозь толпу было невозможно, не говоря уже о том, чтобы быстро сбежать.

У старшей сестры были яркие и живые большие глаза, которые были ему странно знакомы. Ах да, примерно месяц назад он видел эту пару брата и сестры в столярной мастерской в городе Танггу. У девушки было поведение, которое не было ни высокомерным, ни рабским, и, казалось, она была гораздо старше своего возраста. Это оставило на него впечатление.

Императорский принц остановил свою лошадь прямо перед братом и сестрой. Чжу Цзюнян уставился на бледное, нежное лицо маленькой девочки и несколько знакомые большие глаза и, казалось, потерялся в своих воспоминаниях.

Он продолжал молча сидеть на лошади, глядя на брата и сестру, не меняя выражения лица. Даже его губы были сжаты в одну линию. Юй Сяоцао чувствовала себя очень взволнованной под его неумолимым взглядом. Неужели это так называемый убийственный взгляд? Пожалуйста, перестань пялиться на нас, никто из нас не может сравниться с тобой по красоте!

«Главный стюард Фу, ты уверен, что это они меня спасли?» - наконец сказал Чжу Цзюньянь после долгого периода молчания.

После несчастного случая, произошедшего несколько месяцев назад, его мать держала его дома для выздоровления. Хотя он первоначально планировал отправиться в плавание в сентябре, его планы сдвинулись почти на месяц.

Он также думал о том, чтобы найти своих спасителей, но в районе, где он почти утонул, было много рыбацких деревень. Он не хотел проводить поиски с большой помпой. В конце концов, почти утонуть после того, как его опрокинули с корабля, который он испытывал, не было чем-то славным.

Однако Чжу Цзюньян также не чувствовал себя комфортно, не поощряя того, кто спас ему жизнь. Если бы главный управляющий не видел вовлеченных людей и не напомнил ему, он бы просто упустил возможность снова встретиться со своими спасителями.

«Вторая сестра, это парень, которого мы поймали в тот день, когда мы пошли собирать морепродукты. У него за ухом еще должно быть красное родимое пятно».

Невинный Маленький Шито охотно рассказал Юй Сяоцао обо всех своих выводах.

Неловкое выражение промелькнуло на обычно строгом лице Чжу Цзюняна. Когда он был моложе, он был предметом многих шуток из-за красной родинки на ухе. Другие люди часто дразнили его, что это был знак того, что он был женщиной в своей прошлой жизни. Те, кто видел это с первого взгляда, часто думали, что он носит сережку. Всю свою жизнь его родинка была источником позора для него. Будучи названным Императорским принцем, было очень мало людей, которые осмелились бы упомянуть об этом прямо перед ним.

Юй Сяоцао чувствовала, что этот благородный человек перед ними был недоволен, и жаль, что она не могла просто заклеить рот своему брату. Этот маленький чертенок! Как простые люди, такие как они, могут обсуждать дворянина?

От неловких воспоминаний о его юности Императорский принц Ян сразу же потерял желание отдать долг своим спасителям. В порыве высокомерия он развернул коня и пошел назад.

«Дай им немного денег!» Надменный императорский принц внезапно остановился. Подумав о ветхой одежде брата и сестры, он почувствовал, что эти двое так же хороши, как нищий на улице. Таким образом, он сухо приказал управляющему дать им немного денег.

Стюард Фу слегка склонил голову после получения приказа своего господина. Он огляделся и приказал судебным приставам привести брата и сестру к нему. Но прежде чем управляющий успел что-либо сказать, высокий человек прорвался сквозь слои охранников, толкнул двух детей за его тело и опустился перед ним на колени.

«Эти двое детей просто невежественны, благородный сэр. Это вина этого никчемного отца за то, что он не научил их манерам. Пожалуйста, великий господин, отпустите этих двоих детей. Я, Юй Хай, готов вместо них принять их наказание».

Видимо, после того, как Юй Хай продал свою рыбу, он также услышал о дворянах, которые хотели выйти в море, и пришел, чтобы присоединиться к веселью. Он видел все, что произошло раньше. Защитный инстинкт отца к своим детям нельзя недооценивать. Видя, как его любимые дети попали в беду, он безрассудно бросился защищать их.

«Отец!» Глаза Юй Сяоцао покраснели от эмоций. Ранее у нее было некоторое разочарование по поводу этого обычного и спокойного отца. Он не был неспособен зарабатывать на жизнь, но он все еще позволял своей жене и детям жить в таких плохих условиях. Человек, который не мог позаботиться о своей жене и семье, не считался по-настоящему хорошим человеком.

Тем не менее, его действия сегодня стерли ее изначально плохое впечатление о нем. Он был готов пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти своих детей. Это не то, что сделал бы каждый отец. В сердце Юй Сяоцао рейтинг ее отца заметно вырос.

Видя, что Юй Хай был любящим отцом, стюард Фу также немного начал уважать этого человека. Он лично поддержал этого высокого и крепкого человека с улыбкой на лице, даже его обычно резкий голос стал мягче, и он сказал:

«Благодетель, вы еще помните Саджу?»

Саджа? Разве это не то, как придворные евнухи обычно называли себя? Значит, этот седовласый старик перед ними был придворным евнухом? Услышав слово «благодетель», Юй Сяоцао почувствовала облегчение и посмотрела на стройного придворного евнуха со скрытным, любопытным взглядом.

Будет ли этот главный стюард подобен евнуху из Врат Дракона [1], который был действительно хорош в боевых искусствах? Юй Сяоцао, да ты же попала в яблочко! Подумай еще раз, разве у Императорского принца, на которого Его Имперское Величество возложил тяжелую ответственность за морское путешествие, не будет экспертов на его стороне?

Юй Хай воспользовался ситуацией, чтобы встать. Когда он стоял, его тело казалось, стало еще более высоким и крепким. Он внимательно осмотрел главного стюарда Фу, а затем посмотрел вниз, чтобы все тщательно обдумать, после чего, наконец, кивнул и сказал:

«Любой рыбак, не только я, сделал бы то же самое, если бы встретил тонущего человека. Я действительно не достоин того, чтобы меня называли благодетелем».

Эх! Мой старый отец довольно хорош! Он кажется спокойным и культурным перед этим придворным евнухом, который является главным управляющим. На самом деле слова, которые он только что сказал, звучали очень образованно и грамотно. Юй Сяоцао посмотрела на отца с дополнительным намеком на поклонение в ее глазах.

Главный стюард Фу кивнул головой и улыбнулся:

«Возможно, для вас, благодетель, это было так же просто, как вставить нить в иглу. Тем не менее, вы спасли жизнь нашему императорскому принцу. Это то же самое, что спасти жизнь этого и весь Дом Императорского Принца! Поэтому примите мое уважение!»

Достаточно красивых слов. Кому нужно твое уважение? Можешь ли ты уже перейти к материальным вещам, а? Глаза Юй Сяоцао сверкнули, когда она посмотрела на стюарда. Она уже сгорала от нетерпения.

Как мог Юй Хай получить уважение от главного управляющего императорской семьи? Этот евнух был тем, кто ежедневно проводил время с родственниками императора. Как он мог получить что-нибудь от этого высокого персонажа? Он поспешно поддержал старшего стюарда Фу и неоднократно говорил:

«Я абсолютно не могу принять это!»

Главный стюард Фу осторожно стряхнул с себя сдерживающую руку и торжественно поклонился. После того, как он закончил выражать свою благодарность, он повернулся и дал жест евнуху позади себя и сказал:

«Наша сегодняшняя встреча не была запланирована, поэтому у меня не было времени, чтобы подготовить подходящий подарок. На данный момент примите это как небольшой символический жест с нашей стороны. Когда наш Императорский принц вернется из Западного моря, я обязательно лично навещу вас и принесу достойный подарок».

Затем главный стюард Фу взял предмет, завернутый в ткань, из рук придворного евнуха и подарил его Юй Хаю, не давая ему возможности отказаться.

«Корабль собирается отплывать, поэтому мне нужно покинуть вас!»

Когда Юй Хай собирался преследовать главного стюарда Фу, чтобы вернуть подарок, пара судебных приставов вежливо преградила ему путь. Они не слишком сильно заботились о том, был ли благодетелем или нет. Их главной обязанностью было защищать дворян от любых признаков опасности.

«Отец, я могу посмотреть, что нам подарил главный стюард?» Юй Сяоцао нетерпеливо схватила предмет из рук отца, когда он повел их обратно в толпу. Вот это да! Подарок был тяжелее, чем она думала, так как тот почти выскользнул из ее рук.

«Не выставляйте подарок перед другими!» - сказал Юй Хао. Внезапно он увидел, что Старик Юй и Юй Дашань направляются в их сторону с мрачными выражениями лиц.

Лицо Юй Дашаня выглядело взволнованным, а глаза были полны тревоги и ярости:

«Дахай, твои дети вызвали слишком много проблем. Это ведь были чиновники и дворяне из столицы! Как люди, подобные нам, могут создавать им проблемы? А ты! Как ты мог действовать так безрассудно? Если бы ты оскорбил этих людей, вся наша семья была бы вовлечена!»

Услышав эти слова, Юй Сяоцао почувствовала себя несчастной:

«Старший дядя, почему ты говоришь, что мы создаем проблемы? Мы кого-то убили или подожгли? Люди из столицы справедливы и разумны, хорошо? Они просто спросила нас о паре вещей».

Юй Дашань посмотрел на них глазами, похожими на глаза мадам Чжан, и фыркнул:

«Дахай, посмотри на этих детей, которых ты так избаловал! Как они себя ведут? Как они разговаривают со своими старшими? Дворяне щедры в своем поведении и не соизволят опуститься на наш уровень. Однако, если мы их оскорбим, мы все подвергнемся девяти семейным истреблениям [2]! Разве вся семья Юй не будет уничтожена вами?»

«Девять семейных истреблений? Но к ней прибегают только за худшее из преступлений: измену! Если бы ты заявил, что мы, двое детей, предатели страны, кто бы тебе поверил? Старший дядя, у тебя слишком яркая фантазия!» Юй Сяоцао не могла не высказаться на явное невежество ее дяди. Сцена, которая произошла ранее, была в лучшем случае неуважением. Наказание за это не было даже близко к девяти семейным истреблениям. Ах, старший дядя такой беспокойный.

Юй Хай посмотрел на своего отца и старшего брата. Он был в растерянности относительно того, как относиться к ним. Ранее они схватили его и отказались позволить ему пойти и спасти своих детей. Его дети были его плотью и кровью. Жертвовать своей жизнью ради своей семьи было вполне нормально.

Он посмотрел на своего старшего брата, а затем повернулся к отцу, который все время молчал, и сказал:

«Отец, Цаоэр и Шито не оскорбили ни одного дворянина. Дворянин фактически узнал их двоих, поэтому он хотел спросить у них кое-что».

________________________________________

[1] Врата Дракона - старый фильм Уся

[2] Девять семейных истреблений - самая серьезная смертная казнь в Древнем Китае; казнь близких и дальних членов семьи вплоть до девятой ветви.

После этого Юй Хай объяснил, что произошло в последний раз, когда они пошли за морепродуктами. От начала до конца он описал, как он спас императорского принца и перенес его через коварные рифы. Услышав это, глаза Старого Ю наконец смягчились, и он медленно кивнул.

«Хорошо, все, что ты сказал, правильно. Спасение тонущего человека является обязанностью для нас, рыбаков. К счастью, дворяне запомнили это событие. Мы, конечно, не из тех людей, которые требуют вознаграждения за то, мы должны делать. В будущем мы не должны поднимать эту тему снова».

Юй Сяоцао не ожидала, что у ее дедушки будет такая мудрость. Она почувствовала, что у нее совершенно новое понимание обычно молчаливого старика, который обладал высочайшим авторитетом в семье.

Выражение лица Юй Дашаня, наконец, прояснилось, и его лицо заметно расслабилось:

«Второй младший брат, я никогда бы не подумал, что тебе повезет спасти принца. Хотя мы не из тех людей, которые требуют вознаграждения от знати, мы также не должны отвергать их благие намерения, верно? Быстро открой подарок и посмотри, что хорошего тебе дал принц!»

Старый Ю также взглянул на завернутую в ткань в руках Юй Сяоцао.

Это был знак благодарности, который главный стюард императорского принца дал отцу, какое это имеет отношение к вам, ребята? Юй Сяоцао чувствовала себя невероятно обиженной, но она была беспомощна в этой ситуации. Все хорошее, что получали люди за пределами своей ветви, никогда не останется для них одних.

Она внутренне вздохнула, срывая ткань на маленьком, но тяжелом предмете. Внутри было десять слитков блестящего серебра, аккуратно сложенных вместе, и один нефритовый кулон. Судя по внешнему виду, этот подарок был собран в спешке. Хотя текстура нефритовой подвески не была плохой, она явно не была первоклассной частью нефрита. Вероятно, это было нечто, что обычно использовалось для вознаграждения слуг и тому подобное.

«Аристократы действительно великодушные дворяне, смотрите, как небрежно они подарили пару сотен таэлей серебра. И этот нефритовый кулон должен стоить как минимум около ста восьмидесяти таэлей!» Юй Дашань удивленно щелкнул языком.

«Похоже, у нас уже есть достаточно денег, чтобы оплатить обучение Третьего брата в течение десяти лет!»

Юй Дашань почувствовал слабость, глядя на сверкающее серебро и качественную нефритовую подвеску. Ничто из этого не было тем, что люди в их доме могли обычно увидеть.

Юй Сяоцао слегка усмехнулась. Эти деньги были даны в обмен на то, что ее отец рисковал жизнью и здоровьем, чтобы спасти кого-то из опасного моря, хорошо? Почему в глазах этих людей эти деньги внезапно стали платой за обучение младшего дяди на следующие десять лет?

Старый Ю протянул большую мозолистую руку и нежно погладил полупрозрачный и белый нефритовый кулон. Он взглянул на своего второго сына и принял решение:

«Этот нефритовый кулон нельзя купить за деньги. В будущем, независимо от того, насколько мы будем бедны, мы не можем его продать. Он станет семейной реликвией и будет передаваться самому старшему законному потомку семьи Юй и послужит памятным подарком для будущих поколений».

Лицо Юй Дашаня внезапно застыло. Старший законный потомок семьи Юй? Это не включает его! Все в семье знали, что, хотя он, Юй Дашань, изменил свою фамилию, он не был кровным родственником семьи Юй.

Мадам Чжан была второй женой Старого Ю и была двоюродной сестрой покойной матери Юй Хая. Когда мадам Чжан недавно овдовела, ее изгнали из семьи мужа. По доброте душевной мать Юй Хая приняла ее. Позже мать Юй Хая скончалась от болезни, и таким образом, Старый Ю принял Мадам Чжан как свою вторую жену.

Юй Дашань был старшим сыном от первого брака мадам Чжан и был всего на два месяца старше Юй Хая.

Старший законный потомок? Другими словами, не означает ли это, что Юй Хай был самым старшим в семье Юй? В конце концов, не означает ли это, что красивый нефритовый кулон окажется в руках его второго брата?

Юй Дашань от всего сердца не хотел, чтобы это произошло, но он не мог возразить. Он знал, что обстоятельства не в его пользу. Даже его мать, мадам Чжан, не могла изменить мнение старика, когда он примет решение.

Юй Сяоцао почувствовала, как ее сердце успокоилось, услышав эти слова. Старейший законный потомок семьи Юй - это будет ее старший брат! К счастью, они не напрасно спасли императорского принца! По крайней мере, в ее ветви будет нефритовая подвеска.

Тем не менее, сто серебряных монет выскользнули из ее рук. Если бы она была немного быстрее, она могла бы украсть пару слитков.

Когда они все вернулись домой, Юй Сяоцао увидела, что все блестящее серебро исчезло в дешевой сумочке ее бабушки, поэтому она снова почувствовала себя несчастной. Госпожа Лю заметила, что ее дочь выглядела вялой, поэтому она не могла не потрогать лоб Сяоцао из-за беспокойства, что она снова заболела.

Последние три месяца были самым комфортным отрезком времени, который мадам Лю испытала за последние семь-восемь лет. Несмотря на то, что ее рабочая нагрузка не уменьшалась, ее обычно больная дочь не заболела ни разу за последние пару месяцев. На самом деле она бегала и играла, как другие деревенские дети, и даже выучила медицину у Доктора Ю.

Мадам Лю заметила, что щеки ее детей стали пухлыми и что их когда-то тощие тела стали немного толще, поэтому она почувствовала, что их жизнь наконец-то изменилась к лучшему.

«Жена Дашана и жена Дахая, сегодня утром было довольно холодно. Поэтому завтра нам нужно собрать сладкий картофель». После получения ста серебряных монет мадам Чжан наконец улыбнулась.

Юй Хай был без ума от своей жены, поэтому он поставил свою миску, полную риса на стол, и сказал:

«Как насчет мужчин? Может мы не будем выходить завтра в море и вместо этого поможем собрать сладкий картофель?»

Услышав его предложение, выражение мадам Чжан тут же потемнело:

«У нас всего три участка бедной и каменистой земли. Я могла бы собрать это в одиночку в мои молодые дни. Какой смысл откладывать рыбалку? Вам нужно использовать оставшееся время, пока не стало слишком холодно».

Юй Сяоцао посмотрела на свою скупую бабушку и подумала:

«Эта старушка действительно любит деньги! Сотня серебряных монет прослужит нам целый год, даже если мы не будем выходить в море, чтобы ловить рыбу! Она в значительной степени женская версия Эбенизер Скрудж [1] !»

На следующий день на рассвете Юй Сяоцао проснулась от пронзительного голоса мадам Чжан и неуверенно надела свое толстое хлопковое пальто. Сейчас был только 10-й месяц лунного календаря, но на земле уже был толстый слой льда. Если она бы не носила зимнее пальто в течение всего дня, она бы не смогла выдержать такую холодную погоду.

«Маленькая сестра, ты должна вернуться и поспать. Я помогу маме выкопать сладкий картофель». Юй Сяолянь уже давно встала, но когда она увидела свою сонную сестру, она быстро вернулась и толкнула ее обратно в кровать.

Теплое одеяло мешало людям покидать кровать утром. Однако настоящая восьмилетняя дочь семьи уже встала, чтобы пойти на поля, как она, внутренне тридцатилетняя женщина, могла бесстыдно оставаться в постели?

Умыв лицо и ополоснув рот, Юй Сяоцао зевнула, вяло следуя за матерью сзади. Она слегка повернула голову и увидела, что ее толстая тетя, мадам Ли тоже зевает и протирает глаза. Видя это, Юй Сяоцао сразу почувствовала себя лучше.

Посмотрите, это не так, как будто я единственная, кто хочет остаться в кровати и продолжать дрыхнуть!

Все они шли по узкой извилистой тропе к полям. Пройдя около получаса, Юй Сяоцао наконец увидела участок земли, заполненные пышными зелеными лозами сладкого картофеля. Зеленые растения, лазурная кожа и запах богатой земли, который проникал с каждым холодным вздохом, - все это помогло ее разбудить.

«Жена Дашана и жена Дахаи, вы здесь, чтобы собирать сладкий картофель!» Обычный мужчина с теплой улыбкой на лице приветствовал группу женщин.

«Доброе утро, третий дядя! Ты тоже здесь, чтобы собирать сладкий картофель?»

У Юй Сяоцао сложилось хорошее впечатление о Юй Цзяне. Вскоре после того, как она впервые переселилась, этот человек даже привел ее домой.

Юй Цзян усмехнулся и взъерошил ее волосы. Он заметил, что у нее в руках маленькая мотыга, поэтому он не мог не поддразнить ее:

«О! Похоже, наша Сяоцао стала взрослой. Семья третьего дяди уже выкопала наш сладкий картофель. После того, как мы закончим на своей территории, как насчет того, чтобы мы помогли вам, ребята?»

«Нет необходимости, у нас есть только три земельных участка. Мы закончим до конца дня». Мадам Лю изящно отклонила его предложение. В семье Юй Сяоцао было много людей, и все были заняты в этом сезоне. Как они могли отложить свою работу? Мадам Ли посмотрела на свою вторую невестку. Отказ от предложения помощи другого человека означал, что они устанут как собаки до конца дня. Если бы ты одна устала, это было бы одно. Но почему ты втягиваешь в это других?

Юй Сяоцао заметила большую кучу сладкого картофеля, которую выкопали другие люди, лежащие на обочине дороги, и вспомнила о сладкой картошке, которую она ела в своей прошлой жизни. Образы печеного сладкого картофеля, мягких и клейких шариков, сделанных из ямса, и хрустящие сладкие оладьи всплыли у нее в голове. Взволнованная перспективой такой еды, она нетерпеливо взяла свою мотыгу и вышла в поле. Пришло время собирать урожай!

Пока ее мать и ее третий дядя продолжали говорить, она отодвинула лозы и направила мотыгу в самую толстую часть. Юй Сяоцао уже дрожала от волнения. Хотя в ее предыдущей жизни у ее семьи было немного земли, они выращивали только пшеницу и сою и никогда не сажали картофель.

Юй Сяоцао осторожно использовала мотыгу, чтобы оттолкнуть окружающую почву, и продолжала копать более глубокую и большую яму. Чтобы не повредить сладкий картофель, она оставила мотыгу и выкопала оставшуюся грязь голыми руками. Наконец она почувствовала, как картофель начинает поддаваться. С ее точки зрения, картофель выглядел таким же большим, как волейбольный мяч. Она схватилась за него и потянула изо всех сил, как будто она тянула дайкон. Наконец сладкий картофель выскочил из земли.

Но она немного не рассчитала силу, поэтому она не смогла удержать равновесие и бесцеремонно упала на задницу. К счастью, все лозы и грязь, которые она очистила ранее, смягчили ее падение, поэтому она не чувствовала сильной боли. Она небрежно стряхнула грязь, взяла сладкий картофель, который она сама собрала, и объявила:

«Мама! Смотри какой большой картофель!»

Третий дядя тоже подошел, и на его лице появилось удивленное выражение: «О! У Сяоцао действительно есть талант. Выкопать такой большой картофель с первой попытки!»

Юй Сяоцао была вне себя от радости, когда держала свои «трофеи войны», но голос маленького божественного камня внезапно прозвучал в ее голове:

[Почему ты так взволнована? Ты забыла? Около двух месяцев назад ты использовала немного моей специальной воды для полива полей. Без моей помощи, как такая бесплодная песчаная земля могла бы вырастить сладкий картофель такого размера?]

«Так вода из мистического камня может также способствовать росту урожая?!» Юй Сяоцао, почувствовала, как ее сердце замерло от этой мысли. В будущем, когда она будет выращивать несезонный урожай, сколько же денег она заработает?

[Несезонный урожай? Что это?] Маленький божественный камень был ошеломлен странными терминами.

Юй Сяоцао продолжала копать картофель, попутно отвечая:

«Это ... выращивание весенних овощей зимой».

[О, это не сложно! Пока не будет метели, я, Этот Божественный Камень, могу естественно ускорить рост овощей.] Если бы у маленького божественного камня был хвост, он бы давно гордо поднялся в небо. Хотя была восстановлена только часть врожденных способностей камня, этого было более чем достаточно для ускорения роста растений.

Юй Сяоцао выкопала находящийся поблизости маленький сладкий картофель и ответила: «Если то, что ты мне рассказываешь, правда, тогда я позволю тебе поглотить немного энергии из трав доктора Ю».

________________________________________

[1] Автор первоначально сравнивал мадам Чжан с Феликсом Гранде, персонажем французского романа Эжени Гранде, который был известен как скупой по отношению к себе и всей своей семье. Затем автор использовал Эбенезера Скруджа, так как он, кажется, немного более известен в англоязычном сообществе.

[Сколько раз я тебе говорил? Я поглощаю то, что вы, люди, не можете поглотить, - духовную энергию! Это никак не повлияет на лекарственные травы! Тем не менее, ты все еще отказываешься верить мне. Духовная энергия лекарственных трав из дома Старого Ю была ничтожно мала!] Маленький божественный камень начал торговаться.

«Хорошо! В следующий раз, когда я отправлюсь в город, я пойду в медицинский Зал Тонгрен и позволю тебе поглотить столько духовной энергии, сколько захочешь!» Сяоцао сосредоточила все свои силы на борьбе с большим сладким картофелем и небрежно ответила Божественному Камню. В конце концов, она не знала, когда она снова посетит город.

Мадам Лю, которая никогда не пыталась уклониться от работы или ответственности, наклонилась и непрерывно выкопала сладкий картофель. Она тайно подумала: «В предыдущие годы самый большой сладкий картофель, полученный из этого кусочка песчаной почвы, был не больше ладони. И все же в этом году казалось, каждый больше, чем предыдущий».

Изначально она думала, что сладкий картофель, который только что выкопала ее младшая дочь, уже считается лучшим. Но она не ожидала, что сладкий картофель, который она потом выкопала, также ничуть не уступал сладкому картофелю, который выкопала ее младшая дочь. Некоторые даже превзошли размеры "картофельного короля".

«Мам, размер сладкого картофеля в этом году намного больше, чем в прошлом году!» Юй Сяолянь чувствовала, что это невероятно. Это был тот же самый участок земли, что и в прошлом году, а семена были получены из сладкого картофеля предыдущего года. Однако почему казалось, что урожай сладкого картофеля в этом году был таким хорошим?

Мадам Ли только начала копать, но сразу же устала. Она села и начала вытирать пот. Она опустила голову и посмотрела на размер поля. Все мясо на лице мадам Ли сжалось, когда она улыбнулась и сказала: «Младшая невестка, в этом году сладкий картофель, безусловно, будет высокоурожайным. Как ты думаешь, мама позволит нам немного поджарить и съесть?»

В прошлом, когда урожай не был обильным, сладкий картофель резали тонкими ломтиками и сушили на солнце. После этого его измельчают в порошок и подают вместе с другими крупными зернами в течение всей зимы. Блины из порошка сладкого картофеля были сладкими и жевательными. На вкус они были намного лучше, чем блины, приготовленные из сырой пшенной муки и странно пахнущей бобовой муки.

Они также каждый год варят сладкий картофель. Вареный сладкий картофель на вкус очень мягкий и сладкий. Жаль, что они не могли есть много. Сам сладкий картофель на вкус еще вкуснее. Однако госпожа Чжан подумала, что это слишком расточительно.

«Старшая тетя, ты уже давно отдохнула. Быстро вставай и копай сладкий картофель. Есть так много сладкого картофеля. Если мы не закончим сегодня, моя бабушка будет сердиться. Когда это произойдет, мы даже не сможем съесть кожуру сладкого картофеля, не говоря уже о жареном сладком картофеле!» Юй Сяоцао презирала эту ленивую и жадную старшую тетю. И она, и Сяолянь уже выкопали кучу сладкого картофеля, но ее старшая тетя едва откопала один, прежде чем села и перестала работать. Люди не могли удержаться от насмешек над ней!

Мадам Ли подняла сладкий картофель и вытерла грязь на нем рукавом, который был неописуемого цвета. С большим укусом она громко грызла внешнюю поверхность сладкого картофеля. Пока она грызла его, она также не забыла извиниться и сказала: «Это всего пять земельных участков! Мы определенно сможем закончить копать сегодня. Если я немного отдохну, это ничего не задержит. В этом году сладкий картофель не только большой, но и сладкий. На вкус он лучше сладкого картофеля прошлых лет».

Юй Сяолянь уставилась на неё. Она знала, что они никогда не смогут положиться на мадам Ли, когда нужно что-то сделать. Юй Сяолянь подняла голову, чтобы взглянуть на свою младшую сестру-близнеца. Она не могла не сказать: «Сяоцао, отдохни немного, прежде чем снова начать копать. Не утомляйся».

Мадам Лю поправила талию и слегка вытерла капли пота на лбу. Заботливым голосом она сказала: «Цао'ер, ты никогда раньше не работала на ферме. Почему бы тебе не сесть на край поля и не поиграть? Твоя сестра и я можем справиться сами».

В своей прошлой жизни Юй Сяоцао также привыкла работать на ферме. Хотя ее семья никогда не сажала сладкий картофель, но не нужно было никаких навыков, чтобы делать это. Через несколько секунд она начала копать сладкий картофель. После ухода за телом в течение четырех-пяти месяцев и выполнения упражнений(она взбиралась на гору и бегала к морю), она перестала быть той Юй Сяоао, чьи ноги стали мягкими после двух шагов. Она улыбнулась матери и продолжила работу без промедления.

«Эй, вторая невестка, какой вид удобрений использовала ваша семья в этом году? Ваш сладкий картофель такой большой. Посмотрите! Этот сладкий картофель должен весить как минимум семь-восемь кэти!» После того, как Юй Цзян закончил копать сладкий картофель на поле своей семьи, он пришел помочь мадам Лю. Однако, когда он увидел на земле сладкий картофель размером с футбольный мяч, он не мог не быть ошеломленным.

Мадам Лю покачала головой и ответила с улыбкой: «Удобрения, которые мы использовали в этом году, были такими же, как и в предыдущие годы. Это был навоз из нашей семьи. Возможно, в этом году у нас такой хороший урожай, потому что погода действительно была хорошей».

Юй Цзян поднял мотыгу, которую мадам Ли бросила на землю. Он умело начал копать сладкий картофель, говоря: «Если причина в погоде, то почему урожай моей семьи такой же, как в прошлом году? Итак, хорошая погода не может быть причиной. Вторая невестка, если есть секретный рецепт для получения обильного урожая, пожалуйста, не скрывай его от меня!»

Юй Сяолянь знала, что третий дядя любит шутить, и сказала: «Третий дядя, если у нас есть секретный рецепт, мы бы спрятали его от своей семьи? Удобрение, которое мы использовали в этом году, было сделано моей мамой и мной. Это, безусловно, такое же удобрение, как и в прошлом году. Что касается того, почему в этом году такой большой урожай, мы тоже не знаем».

«Вы не знаете, но я знаю!» - подумала Юй Сяоцао. С опущенной головой она продолжала работать и сказала: «Разве мать не говорила, что когда мы занимаемся фермерским хозяйством, мы зависим от Небес, чтобы поесть. Возможно, Небеса видят, что моя семья радует глаз, поэтому Небеса дали нам высокую урожайность в этом году».

«Я не ожидал, что нашей Сяоцао тоже нравится рассказывать анекдоты. Небеса также будут предвзятыми к определенным людям? Однако, боги, вероятно, видели, что вашей матери и братьям и сестрам никогда не хватало еды. Таким образом, это оправданно, если Небеса дадут вам еще немного еды». Юй Цзян уже давно недоволен второй женой своего второго дяди. Он был частью молодого поколения и не был частью второй семьи, поэтому он ничего не мог сказать. Он мог только помочь жалкой второй невестке и пытался выручить ее как можно больше.

«Ваша семья, вероятно, соберет с этого поля вашей по меньшей мере около 2000 кэти, что намного больше, чем урожай других семей! Если наше поле сможет произвести половину того, что произвело ваше поле, я буду смеяться!» Хотя его речь показала, что он завидовал, его руки не перестали работать. Конечно, он был настоящим профессионалом, когда дело касалось ручного труда. Его скорость была выше, чем у трех человек вместе взятых.

Юй Дашань и Юй Хай пришли на помощь днем ​​после того, как вернулись с рыбалки. Итак, с дополнительными помощниками и третьим дядей, который был умелым и эффективным рабочим, они смогли закончить, пока небо не потемнело. Весь сладкий картофель на пяти полях был выкопан и помещен в тачки для перевозки домой.

Когда мадам Чжан, которая всегда носила уродливое лицо, видела горы сладкого картофеля, накапливающиеся во дворе, она сияла, как цветок. Подсчитано, что урожай сладкого картофеля в этом году неожиданно достиг 3000 кэти. Это было более чем в два раза больше, чем в прошлом году.

Перед лицом такого большого урожая мадам Чжан, наконец, смягчилась и оставила часть меньшего сладкого картофеля в погребе, чтобы жарить или вариться зимой. Оставшийся сладкий картофель был разрезан на куски и высушен на солнце. При необходимости они могли размолоть его в картофельный порошок.

«Это все благодаря удаче нынешнего императора». Старый Юй посмотрел на гору сладкого картофеля с чувством удовлетворения, как будто ему никогда не нужно было бы паниковать, пока у него в руках есть еда. «Когда я был молодым, во время голода мне приходилось есть древесную кору и сорняки. Когда я был очень голоден, я бы даже ел грязь, чтобы наполнить желудок. В то время многие люди умерли от голода!»

Старый Юй остановился на мгновение и, казалось, был захвачен воспоминаниями о своем прошлом, продолжая: «После того, как сладкий картофель был привезен из-за границы, мы также пережили еще один голод. Сладкий картофель дает высокие урожаи и может долго храниться. Таким образом, сладкий картофель и мука из сладкого картофеля помогли нам пережить ужасный трехлетний голод. Это спасло нас от смерти».

Мадам Чжан также кивнула и сказала: «Правильно. Сладкий картофель действительно хороший урожай. Однако употребление сладкого картофеля и муки из сладкого картофеля два раза в день приводит к вздутию живота. Еда слишком большого количества сладкого картофеля вызовет изжогу. Это действительно трудно вынести. Было бы здорово, если бы урожай был высокопродуктивным и не вызывал изжоги!»

«Не будь недовольна тем, что у тебя есть! У тебя уже есть что поесть, и все же ты думаешь об всяких глупостях!» Старый Юй строго посмотрел на жену и продолжал смотреть, как они нарезают сладкий картофель на тонкие ломтики.

В доме не было много кухонных ножей, поэтому использовались даже серп и мотыги. Тем не менее, все еще не было достаточно инструментов для всех. Кроме того, их скорость резки была также медленной. Когда они смогут закончить нарезку 10 000 штук сладкого картофеля?

Но благодаря совместным усилиям всех членов семьи они смогли нарезать 10 000 сладких картофелин менее чем за десять дней.

Юй Сяоцао в настоящее время размышляла о том, какую вкусную еду ей приготовить из сладкой картофельной муки.

Сочетая скудные переживания, которые она имела в своей предыдущей жизни, и собственную импровизацию, она смогла придумать множество рецептов, в которых грубое зерно использовалось в качестве основного ингредиента.

Например, уже было несколько способов приготовления сладкой картофельной лапши [1] .

Самый простой способ сделать лапшу - использовать большую терку, чтобы измельчить тесто. Лапша, сделанная таким образом, будет толстой.

Но, честно говоря, без каких-либо приправ и масла большой миской такой лапши ты не наполнился бы вовсе. Вскоре после еды желудок скоро будет грохотать от голода.

Самым вкусным блюдом из лапши была лапша с густым соусом. Первым шагом будет использование просеивателя муки для фильтрации тонкой сладкой картофельной муки. Затем теплая кипяченая вода должна быть смешана с мукой во время замешивания теста в шарик. Над кастрюлей с кипящей водой нарежьте тесто и дайте лапше свободно упасть в кипящую воду. Поскольку дрова под плитой продолжают гореть, человек, измельчающий тесто, должен быстро закончить, иначе лапша внутри кастрюли разварилась бы в воде.

Однако изготовление лапши требовало много сил. Сяоцао могла готовить лапшу только тогда, когда ее отец был дома. Несмотря на то, что у Юй Хая была огромная сила, каждый раз, когда он делал лапшу, капли пота покрывали все его тело. В семье Юй было около десятка человек. Чтобы все могли поесть, Юй Сяоцао приходилось готовить большой горшок с лапшой каждый раз, когда она готовила. Таким образом, даже когда приближалась зима, одежда Юй Хая все равно была бы пропитана потом.

Однако приготовленная лапша получится блестящей и прозрачной. При употреблении лапша имела гладкую и жевательную текстуру. Когда лапшу сочетали с супом из моллюсков, рубленым луком и небольшим количеством специй, блюдо было чрезвычайно вкусным. Это был классический пример сладкого картофеля с лапшой.

Еще один способ сделать это - нарезать свежее тесто на кусочки на разделочной доске. После приготовления лапши просто поместите ее в кастрюлю с кипящей водой. После того, как лапша была приготовлена, ее можно было есть прямо. Лапша, приготовленная таким образом, все равно будет вкусной и сладкой. К ней можно добавить бульон, чтобы превратить блюдо в лапшу с соусом. Однако текстура лапши, приготовленной этим способом, была не такой гладкой и прозрачной, как та, что готовилась прямо в кипящей воде.

Был также другой способ - комбинация и тонкой и толстой лапши. Во-первых, тесто из сладкого картофеля будет обернуто пшеничной мукой для приготовления лапши ручной работы. После разрезания теста пополам черно-белое тесто будет очень заметным. Лапша будет иметь прочность пшеничной муки, а также мягкость и изысканность муки сладкого картофеля. Этот тип блюда был также деликатесом. Но была скупая старушка, наблюдающая за ней дома. Если ее младший дядя не вернется домой со своей семьей, она не позволит ей прикоснуться к пшеничной муке.

В дополнение к этому, мука из сладкого картофеля может быть использована для приготовления лепешек, блинов или кукурузного хлеба на пару. Сяоцао может также добавить лапшу в тушеные овощи, булочки, пельмени и многое другое. Благодаря ее способности готовить различные блюда из муки сладкого картофеля, семья Юй редко выходила зимой покупать продукты.

[1] Было упомянуто несколько разных видов лапши из сладкого картофеля, поэтому я выбрал несколько разных картинок.

[[image:/storage/reader-images/524b51acb7e02023036c9f1a9c1b2c3d70543743.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/2af0662c03a29c6633154b46a592acb5996c77d6.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/5adf7aadac34529a88b55efbaa858aa3a3c4e3c8.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/85ef016fd956953d328f1816d990878f8f0c6638.jpg]]

Доктор Ю отсутствовал в течение двух месяцев. Жители деревни Дуншань и ее окрестностей не чувствовали, что в краткосрочной перспективе что-то изменилось. Но через некоторое время все они почувствовали неудобство от его отсутствия. В прошлом, когда у них была небольшая болезнь или небольшая катастрофа, они могли заплатить Доктору Ю от десяти до двадцати медных монет, чтобы он отсмотрел их. После этого им просто нужно было принять лекарство, и их болезнь исчезнет.

После ухода Доктора Ю большинству заболевших жителей деревни пришлось терпеть, пока болезнь сама не пройдет. Но если их состояние не улучшится со временем, им придется пойти в город, чтобы обратиться к врачу. Однако им пришлось заплатить не менее нескольких сотен медных монет, чтобы посетить даже самый маленький медицинский зал.

Все знали, что внучка из семьи Старого Юй целый месяц изучала медицину у Доктора Ю. Но она была просто глупой восьмилетней девочкой и тоже долго не училась у Доктора Ю. Они скорее будут терпеть, чем отдадут свою жизнь в руки маленькой девочки. Она может даже превратить их маленькую болезнь в серьезную болезнь!

Сяоцао была достаточно талантлива в изучении медицины, и Доктор Ю чувствовал, что ему больше нечему учить ее. Однако прошло три месяца, и Сяоцао не получила ни одного пациента. Но она не приняла это близко к сердцу. Первоначальная цель Сяоцао при изучении медицины заключалась в том, чтобы скрыть воздействие воды из мистического камня, когда она использовала ее. Следовательно, для неё не имело значения, есть ли у неё какие-либо пациенты, обращающиеся за ее помощью или нет.

Доктор Ю часто нравилось придумывать таблетки от таких распространенных заболеваний, как простуда, небольшая лихорадка и другие незначительные заболевания. Большинство жителей деревни Дуншань знали это.

Время от времени жители деревни посещали Юй Сяоцао. Она доставала таблетки, приготовленные Дедушкой Ю, и отдала их больным жителям деревни. Это была единственная роль, оставленная ей как непосредственному ученику Доктора Ю, пока его не было.

Воспользовавшись тем, что ранний зимний снег не заблокировал горные дороги, Юй Сяоцао каждые несколько дней не спеша расставляла ловушки. С водой из мистического камня в качестве универсальной приманки, ее урожай каждый раз был бы довольно обильным. Ее личный маленький кошелек выпирал все больше и больше.

С большим количеством денег появилось больше забот. В прошлом, имея только один или два серебряных слитка, она могла найти случайный угол и спрятать его. Но теперь ее сумка была выпуклой от серебра, и было труднее найти безопасное укрытие. В конце концов, в семье был Юй Хэйцзы, который любил совать нос в чужие вещи.

Сяоцао не относилась к нему несправедливо: Хэйцзы много раз попадался, когда пытался что-то украсть.

Каждый день у Юй Хая и мадам Лю было больше работы, чем они могли закончить за день, и Юй Сяолянь также не разрешали бездельничать. Когда Сяоцао расставляла ловушки, она брала с собой Маленького Шито. По сути, кроме того, когда они ели или спали, никто в западной комнате не отдыхал.

Однажды Юй Сяоцао только что вернулась после продажи животных, которых она поймала, и увидела широко открытую дверь западной комнаты, поэтому она быстро поспешила взглянуть. Вся комната была в беспорядке. Разорванная одежда внутри сундука была выброшена повсюду. Даже одеяло на кровати канга запуталось в комок.

Она быстро пошла проверять место, где спрятала деньги - в маленькой щели между кроватью канга и стеной. К счастью, после того, как она спрятала деньги в маленькую трещину, она использовала немного грязи, чтобы запечатать ее. В противном случае, было бы трудно вернуть деньги из зловещих рук брата Хейзы.

Сяоцао была возмущена этим, поэтому она сказала главе семьи - мадам Чжан. Предвзятая пожилая женщина задала только несколько вопросов. Из-за отсутствия доказательств они были вынуждены оставить дело нерешенным. После этого, когда Сяоцао прятала свои секретные деньги, она была намного осторожнее.

В конце концов, она придумала надежный способ скрыть свои деньги. Она вырыла маленькое квадратное отверстие в одном из кирпичей стены. Она также нашла небольшой кусочек глиняного кирпича, который можно легко поместить в отверстие. После того, как Сяоцао положила серебро в маленькое отверстие, она положила маленький кирпич. Затем она взяла немного грязи и заполнила маленькие трещины, чтобы все выглядело безупречно.

Шли дни, зима на севере, наконец, показала свою силу. В тот день погода была мрачной. Все небо было покрыто густыми низкими серовато-желтыми мутными облаками.

Северо-восточный ветер завывал, опустошая пустыню. Казалось, будто ветер превратился в острый меч, который легко может прорубить плотный кожаный плащ. Поэтому, когда Сяоцао вышла на улицу, ее щеки снова и снова были поражены ветром.

Серое небо было усыпано маленькими кусочками чисто белых лепестков. Снег размером с гусиное перо стекался в огромных количествах, мгновенно окрашивая мир в белый цвет.

В прошлой жизни Юй Сяоцао жила в Центральном Китае. Так что даже если бы был снег, он был бы только в небольшом масштабе. Она впервые увидела такой сильный снег.

Старая и потертая ватная куртка, которую она носила, была недостаточной, чтобы противостоять сильному холоду на севере. С тех пор, как приближалась зима, Юй Сяоцао не хотела выходить на улицу. Она будет прижиматься к кровати канга каждый день.

«Это первый снег в году, и тем не менее он такой сильный! Кажется, что будет трудно пережить эту зиму! У нас достаточно еды в доме?» За ужином Старик Юй сидел на кровати канга . Он посмотрел в окно, чтобы увидеть снег, который падал в течение дня и вздохнул. Благодаря его многолетнему опыту, нередки случаи, когда большой снег превращается в катастрофу.

Госпожа Чжан подумала о горах нарезанного сладкого картофеля в кладовой. Опять же, с едой в руках, мадам Чжан не паниковала. Она кивнула головой и ответила: «Определенно, еды достаточно. Просто еще не всё было измельчено в порошок. Когда снег прекратится, старший сын и второй сын пойдут размолоть тысячи кэти сладкого картофеля».

Старый Юй сморщил брови и сказал: «Даже если нам не надоест просто есть сладкую картофельную муку в течение всей зимы, наш желудок не сможет с этим справиться. Нам по-прежнему нужно купить грубые и мелкие зерна для хранения на зиму. Если мы подождем до Нового года, когда снег станет сильнее, цены на зерно, безусловно, будут выше».

Как раз когда они обсуждали, входная дверь семьи Юй постучала с потрясающим звуком. Под шум ветра и снега они также могли слышать, как кто-то плачет у двери.

«Я пойду проверю!» Юй Хай положил свою миску с рисом и надел свою изодранную ватную куртку. Он открыл дверь и вошел в бушующий шторм. В тот момент, когда дверь открылась и закрылась, несколько снежинок залетели в дом. Снежинки упали на пол и растаяли в крошечные пятнышки мутной воды.

Мадам Ли продолжала есть большие куски еды, но не забывала жаловаться: «Кто это? Зачем им приходить, когда так много снега? Они также пришли в этот час. Они пытаются помешать нам есть?»

«Цao'ер! У тебя есть таблетки от лихорадки, сделанные дедушкой Ю? У твоего дяди Сюаньчжу высокая температура, и он немедленно нуждается в них!» В дверь пронесся леденящий ветер. Юй Хай поспешно открыл дверь и вошел в дом. За ним была жена Сюаньчжу, глаза которой были покрасневшими.

Юй Сяоцао проглотила еду во рту и быстро ответила: «Все лекарства, которые сделал Дедушка Ю, уже израсходованы. У Дяди Сюаньчжу очень высокая температура? Нужно, чтобы я пошла посмотреть на него?»

«Ты всего лишь ребенок, какая от тебя польза? Не откладывай время пациента. Лучше, если ты отправишь его в город к врачу. Не беспокойся о деньгах». Госпожа Чжан волновалась, что Юй Сяоцао принесет неприятности ее семье, поэтому она быстро прервала ее.

Жена Сюаньчжу была так взволнована до такой степени, что слезы едва не падали из ее глаз. «Вчера мой муж немного простудился. Когда он проснулся сегодня, он чувствовал себя некомфортно, но не думал, что это серьезно. В прошлом он просто терпел болезнь, пока сам не поправился. Но кто бы мог подумать, что его лихорадка ухудшится. Раньше его руки и ноги начали дергаться. У нас также нет лекарства от лихорадки. Что мне делать?»

Мадам Ли начала делать циничные замечания со стороны: «О, боже мой! Его температура такая высокая, что у него начались спазмы? Этого не может быть! У соседа моей материнской семьи тоже была лихорадка. Его температура была настолько высокой, что он сжег свой мозг и стал дураком! Сейчас ему почти сорок, и он до сих пор не может найти жену! Сюаньчжу твой семьи уже горел целый день. Я даже не знаю, как он сейчас!»

После того, как жена Сюаньчжу это услышала, она больше не могла сдерживать слезы: «Тогда что можно сделать? Идет сильный снег, поэтому мы даже не можем отправить его в город к врачу. Сяоцао, разве не осталось лекарств?»

«Человеческая жизнь важнее всего. Если бы у меня было лекарство, я бы его не скрывала! Тетя Сюаньчжу, если вы мне доверяете, я пойду с вами, чтобы проверить его. Вы не можете просто стоять и смотреть, как у него поднимается температура, верно?» Юй Сяоцао решила принять своего первого пациента.

Мадам Чжан сердито сказала: «Что может сделать восьмилетняя девочка? Это человеческая жизнь! Сколько дней ты училась у Доктора Ю? Ты не боишься тратить впустую время дяди Сюаньчжу и его жены? Почему бы тебе не пойти в город и не пригласить доктора?»

Если бы она отправилась в город прямо сейчас из-за сильного снега все равно потребовалось бы три-четыре часа, чтобы прибыть и вернуться. Когда она прибудет в город, наступит ночь. Более того, было бы трудно сказать, согласился ли бы доктор даже отправиться на ночь, чтобы увидеть пациента в такую ​​плохую погоду.

Жена Сюаньчжу обращалась к любому врачу, которого она могла найти из отчаяния. Она возлагала свою последнюю надежду на Юй Сяоцао: «Сяоцао, твой дядя Сюаньчжу и твой отец - друзья, которые пережили жизнь и смерть вместе. Они даже сражались с акулой в море. Не скрывай это от меня и честно расскажи мне о своих медицинских навыках».

Глаза Юй Сяоцао были устойчивы, когда она смотрела на жену Сюаньчжу. Она честно сказала: «Тетя Сюаньчжу, дедушка Ю сказал, что я изучила от 70% до 80% его навыков. Остальные 30-20% объясняются тем, что мне не хватает опыта. Когда дело доходит до простуды или лихорадки, пока дедушка Ю может это вылечить, я тоже могу это сделать!»

Неистовое и взволнованное сердце жены Сюаньчжу постепенно расслабилось, увидев спокойный взгляд Сяоцао. Она прикусила губы и приняла трудное, но правильное решение: «Хорошо! Тетя верит в тебя. Я отдам жизнь твоего дяди Сюаньчжу в твои руки!»

«Айя! Жена Сюаньчжу, как ты можешь верить в хвастливые слова ребенка? Сяоцао нашей семьи всего восемь лет. Мы не можем себе этого позволить, если она неправильно обращается с Сюаньчжу!» Мадам Ли смотрела шоу, но теперь она беспокоилась о последствиях, если случится что-то плохое.

Жена Сюаньчжу снова стиснула зубы. Она топнула ногой и сказала: «Излечит ли она его или нет, мы не заставим вас брать на себя какие-либо обязанности. Сяоцао, пойдем быстрее. Твой дядя Сюаньчжу все еще горит!»

Юй Сяоцао не заботилась о ее недоеденной еде. Она быстро пошла в западную комнату, чтобы забрать аптечку, которую оставил дедушка Ю. Она посмотрела на лекарственные ингредиенты в аптечке и увидела, что ничего не хватает. Задумавшись, она шала воду с высокой концентрацией воды из мистического камня и налила ее в пустую бутылочку от лекарства. Только после того, как она надела толстую одежду, которая могла помочь ей противостоять холоду, она вышла из дома с женой Сюаньчжу.

Юй Хай не чувствовал себя уверенно и не мог продолжать есть свой обед. Он последовал за своей дочерью, помогая ей нести тяжелую аптечку. Время от времени он поддерживал свою дочь, следя за тем, чтобы она не поскользнулась в эту снежную погоду.

Первоначально прогулка заняла всего пять минут. Однако, из-за ветра и снега, мешавших им пройти, им потребовалось четверть часа, чтобы добраться до места назначения. Как только они открыли дверь, они смогли услышать резкий, но грустный крик двух детей из семьи Лю: «Отец! Отец, пожалуйста, проснись! Отец, ты не можешь умереть!»

Когда жена Сюаньчжу услышала их крики, ее ноги внезапно стали мягкими. Она села на пол и заплакала.

Юй Сяоцао осторожно обошла ее и побежала, бросившись к кровати канга . Она подняла веки дяди Сюаньчжу и посмотрела на его зрачки. Сяоцао спокойно сказала: «Не плачьте больше. Дядя Сюаньчжу не умер! Но жар заставил его впасть в кому. Тетя, быстро приготовь немного теплой воды, чтобы понизить температуру тела».

«Ах!? Ты хочешь понизить температуру? Сегодня такой холодный день, и он все еще болен. Если ты понизишь температуру его тела, его болезнь не ухудшится?» Жена Сюаньчжу слегка покачнулась, когда встала. Ее сердце начало колебаться, было ли ее решение правильным, чтобы позволить Юй Сяоцао лечить болезнь ее мужа.

Юй Сяоцао не знала, смеяться ли ей или плакать. Она серьезно сказала: «Температура дяди Сюаньчжу слишком высокая, ее нужно понизить. Если полагаться только на лекарства, дядя Сюаньчжу выздоровеет гораздо медленнее. Следовательно, мне нужно, чтобы тетя использовала теплую воду, чтобы вытереть его тело. Таким образом, температура тела будет снижаться быстрее».

«Да! Хорошо! В котле есть горячая вода. Я пойду принесу!» Видя, что Сяоцао, кажется, знает, что она делает, в сердце жены Сюаньчжу вновь возникло чувство надежды. Она поспешно пошла на кухню за горячей водой. Она так волновалась, что чуть не споткнулась во дворе.

После того, как Юй Сяоцао тщательно проверила пульс дяди Сюаньчжу, она достала из аптечки лекарство от простуды и быстро начала его варить.

«Маленькая сестра Сяоцао, мой отец будет в порядке?» Десятилетняя дочь Лю Сюаньчжу, Лю Хуэйфан, захныкала. Она присела на корточки, чтобы помочь Сяоцао приготовить лекарство и попросила успокоения.

Юй Сяоцао положила травы в керамический горшок, который использовался для приготовления лекарства, и добавила несколько капель воды из мистического камня. После этого она уверенно и твердо ответила: «Не беспокойся! Он будет в порядке, выпив две дозы лекарства!»

«Вот горячая вода. Сяоцао, эта температура подходит?» Вошла жена дяди Сюаньчжу с тазом с горячей водой и мочалкой.

После того, как Юй Сяоцао проверила температуру, она добавила в горячую воду полбутылки воды из мистического камня и кивнула: «Все в порядке! Быстро протрите тело дяди Сюаньчжу тканью, особенно в области шеи и подмышек. Избыточное тепло тела будет рассеиваться быстрее!»

«Сестра Сяоцао, что ты добавила в воду? Это не похоже на лекарственные травы?» Второй ребенок в семье Лю был того же возраста, что и Юй Сяоцао, но он был на несколько месяцев моложе Сяоцао.

В то время как Юй Сяоцао инструктировала Лю Хуэйфана о том, как приготовить лекарство, она объяснила второму ребенку семьи Лю, по прозвищу Тиан’ер: «Это тайное лекарство дедушки Ю. Оно может ускорить выздоровление при любых заболеваниях. Это извлечено из сорока девяти различных видов лекарственных трав. Дедушка Ю сделал две бутылки за пятьдесят лет. Тебе не кажется, что это дорого? Не выходи и не рассказывай об этом другим людям. Если бы дядя Сюаньчжу не был близким другом моего отца, я бы не хотела использовать его!»

Жена Сюаньчжу поверила ей и пролила слезы благодарности: «Цао'ер, ты использовала половину бутылки для моего мужа. Разве Доктор Ю не разозлится на тебя, когда он вернется?»

«Он не будет! Дедушка Ю сказал, что лекарство было сделано, чтобы спасти людей. Дяде Сюаньчжу нужно было срочно лечить его болезнь. Его жизнь может быть в опасности, если мы не будем использовать это лекарство!» Юй Сяоцао знала, что лечить болезнь дяди Сюаньчжу с помощью ее собственных способностей будет трудно, но гораздо легче вылечить его с помощью воды из мистического камня.

У неё также были колебания, прежде чем она приняла решение лечить болезнь дяди Сюаньчжу. В конце концов, он был ее первым пациентом после того, как она начала изучать медицину. Если что-то пойдет не так, ей будет невозможно лечить других пациентов в будущем. Кроме того, она может получить репутацию "шарлатана, который причинил вред пациенту" и больше не сможет поднять голову в деревне.

Пока она колебалась, маленький божественный камень внезапно появился и усмехнулся: [Просто лихорадка! Несмотря на то, что мои силы запечатаны, я все еще могу вылечить такую ​​незначительную болезнь. Вода для купания Этого Божественного Камня непременно подойдет! Позволь мне также добавить немного слюны! Тогда он точно мгновенно вылечится!]

Вода для купания маленького божественного камня и слюна имели замечательные результаты. Жена Сюаньчжу несколько раз вытерла тело мужа и заметила, что температура его тела сильно упала. Сюаньчжу, который был без сознания из-за высокой температуры, также постепенно пришел в сознание.

В это время лекарство было готово. Жена Сюаньчжу накормила своего мужа. Его ужасно высокая температура уменьшилась в течение двух часов после приема одной дозы лекарства.

«Ай! Брат Дахай, медицинские навыки твоей дочери почти так же хороши, как у доктора Ю. Не удивительно, что доктор Ю оценил ее как медицинского гения!» Лю Сюаньчжу, который все еще был несколько слабым после того, как у него поднялась температура, прислонился к кровати, выражая свою благодарность и похвалу Сяоцао.

Жена Сюаньчжу вытащила из шкафа тканевую сумку и достала несколько ниток медных монет, на каждой из которых было около ста медных монет. Она с благодарностью воскликнула: «Старший брат Юй Хай, мы так благодарны твоей дочери Сяоцао. Медицина Доктора Ю, должно быть, очень дорогая, поэтому я не уверена, достаточно ли восьмисот медных монет. Если этого недостаточно, я пойду одолжить кое-что у моей девичьей семьи, когда прекратится снег».

Если бы бутылка эликсира и лекарственных трав принадлежала его дочери, Юй Хай никогда бы не принял деньги из-за его близких отношений с Сюанчжу. Однако его дочь сказала, что лекарство принадлежит доктору Ю. Более того, оно казалось довольно ценным. Ему было трудно принять решение, поэтому он посмотрел на свою дочь.

Так как Юй Сяоцао уже говорила, было бы подозрительно, если бы она не приняла деньги. После минутного колебания она сказала: «Тетя Сюанжу, ты также знакома с личностью Дедушки Ю. Если бы у семьи его пациентов были трудности, он бы отказался брать деньги».

«Верно! Все жители окрестных деревень восхваляют доктора Ю из деревни Дуншань как доброжелательного человека. Многие считают его живым бодхисаттвой!» - воскликнула жена Сюаньчжу.

Юй Сяоцао продолжила: «Если бы дедушка был здесь, он бы не хотел, чтобы вы занимали деньги, чтобы заплатить ему. Я приму решение сегодня и просто возьму двести медных монет от тети. Дяде Сюанчжу все еще нужно некоторое время для восстановления, и скоро наступит Новый год...

«Двести медных монет? Разве это не слишком мало? Доктор Ю будет ругать тебя, когда он вернется весной! Цao'ер, просто возьми деньги. Нам не хватает денег, потому что мы также купили новую лодку в этом году. Не беспокойся! Хотя твой дядя Сюанжу не так хорош в ловле рыбы, как твой отец, он также является одним из лучших рыбаков в деревне. С новой рыбацкой лодкой, мы все еще будем бояться небольшого долга?» Жена Сюаньчжу сунула сумку из ткани в руки Сяоцао.

Стоимость лекарства, использованного Сяоцао для Сюаньчжу, даже не достигла дюжины медных монет. Важнейшим компонентом была вода из мистического камня, которая не стоила ни копейки. Таким образом, она практически не тратила денег вообще. Если она примет восемьсот медных монет, она будет чувствовать себя виноватой. Поэтому Юй Сяоцао отказалась и настояла на том, чтобы взять только двести медных монет.

Жена Сюанчжу была также упрямым человеком. Чем больше Сяоцао отказывалась принимать деньги, тем больше она хотела отдать их ей. Увидев, как они долго толкались вперед и назад, дядя Сюанчжу, наконец, больше не мог это выносить и несколько раз кашлянул:

«Сяоцао, больше не отказывайся и просто считай, что это подарок твоего дяди и прими пятьсот медных монет. Мы проводим Новый год в доме дедушки Тиан’ера, поэтому у нас достаточно на зиму оставшихся трехсот медных монет».

Сяоцао знала, что больше не может отказываться, поэтому с позором приняла пять ниток монет. Она оставила после себя несколько пачек трав и напомнила тетушке Сюанжу, что нужно приготовить дозу комбинированных трав, которую дядя Сюанжу будет принимать ежедневно.

Мистическая вода была слишком эффективной. В будущем ей нужно было корректировать дозировку, чтобы не вызывать подозрений и жадности других людей.

На обратном пути пошел еще более сильный снег. Снег на земле уже накапливался до колен Сяоцао, поэтому ей было очень сложно идти по снегу. Её ноги иногда застревали в снегу, что еще больше затрудняло ходьбу.

Юй Хай, который держал маленькую руку своей дочери, заметил ее ситуацию и поднял ее со смешком. Он усадил ее на спину и пошел домой.

Юй Сяоцао закатила глаза и посмотрела в небо - как несправедливо, что у неё короткие ноги!

Сильный снегопад продолжался всю ночь. Когда они проснулись на следующий день, дверь была засыпана снегом во дворе. Когда Юй Хай встал утром, первое, что он сделал, это подмести по колено снег со двора.

«Брат Дахай, ты слышал? Трехкомнатный дом Ван Эрляньцзи был засыпан снегом. Две с половиной комнаты были разрушены. Прошлой ночью его семья из пяти человек тряслась в полуразрушенной комнате. Им повезло, что они не замерзли до смерти!» Их сосед Чжао Да уже закончил подметать снег и обошел деревню, чтобы поделиться новостями.

Сложив руки за спиной, Старый Юй нахмурился, возвращаясь снаружи. Он выбил снег со своих ботинок перед входом и глубоко вздохнул, сказав: «Это был только первый снег этой зимы, но он уже был таким большим. Боюсь, это будет тяжелая зима».

«Сильный снегопад стал катастрофой. Многие дома в деревне были более или менее повреждены снегом. Также было несколько старейшин, которые не смогли пройти прошлой ночью. Я слышал, что они были уже заморожены к тому времени, когда их обнаружили утром!» Чжао Да покачал головой и вошел в комнату отца.

Почти каждый год, зимой на севере, будут больные старшие и маленькие дети, замерзающие до смерти и умирающие от болезни. Однако редко можно было увидеть, как рушатся дома, и люди замерзают так рано зимой, как в этом году.

Все больше и больше людей подметали снег перед их дверями. Когда они работали, они также сплетничали о детях, которые оставили своих престарелых родителей в одиночестве. Снег сокрушил дома этих старейшин и похоронил их внутри. Никто даже не знал, как долго они лежали мертвыми...

Юй Сяоцао все больше грустила, когда слушала. Она подумала о дедушке Ю, который был старше шестидесяти и жил один в этой отдаленной рыбацкой деревне. Она беспокоилась о его благополучии. Был ли кто-нибудь, чтобы заботиться о нем, когда он путешествовал один? Будет ли он одинок и беспомощен?

«Отец, я беспокоюсь о доме Дедушки Ю. Пойдем посмотрим!» Видя весь снег, накопившийся на улице, Юй Сяоцао знала, что ей будет трудно ходить с ее короткими ногами, поэтому она обратилась за помощью к отцу.

«Хорошо! Я возьму тебя посмотреть!» Юй Хай поднял свою дочь и положил ее на спину. После этого он пошел к западной стороне деревни.

Увидев, что Юй Хай прекратил подметать снег, Мадам Чжан сразу же погналась за ними, но быстро сдалась и крикнула: «Снег на нашей собственной крыше не был подметен, но у вас есть время вмешиваться в дела других людей! У вас слишком много свободного времени?»

Юй Сяоцао, которая обнимала отца за шею, обернулась и крикнула в ответ своей бабушке: «Бабушка! Мой отец не единственный мужчина в семье! Разве старший дядя и младший дядя не дома? Дедушка Ю единственный доктор в округе. Если его дом разрушен, сможет ли он жить в нашей деревне, когда вернется весной?»

Все соседние деревни завидовали тому факту, что Доктор Ю остался в деревне Дуншань. Жителям деревни Дуншань было также очень удобно иметь врача в деревне. Доктор Ю не волновало ничего, кроме его двухкомнатного дома. Таким образом, считалось обязанностью деревни Дуншань заботиться о его доме, когда его не было.

Когда прибыли Юй Хай и Сяоцао, глава деревни уже собрал нескольких сильных мужчин, чтобы помочь расчистить двор Доктора Ю.

У Доктора Ю был двухкомнатный дом. Крыша одной из комнат уже обвалилась из-за снега. К счастью, это была кладовая, так что потерь не было.

Юй Сяоцао поспешно вошла в комнату, которая была еще цела, в внутри которой была только кровать канг и коробки лекарственных трав. Она тщательно осмотрела все коробки, в которых хранились лекарственные травы. Наконец она вздохнула с облегчением, убедившись, что все травы еще целы.

Главой деревни был пожилой мужчина лет пятидесяти с седыми волосами и бородой. У него была высокая фигура и несколько строгий вид. Когда он увидел Юй Сяоцао, он сказал: «О, маленький доктор нашей деревни пришел, чтобы проверить травы? Не беспокойся, Дедушка Деревенский Глава обещает отремонтировать этот двухкомнатный дом, чтобы он был красивым и прочным! Как бы тяжело ни шел снег, травы не будут раздавлены».

Деревня Дуншань была не очень большой, поэтому новости очень быстро распространялись с восточной стороны деревни на запад. Прошлой ночью жена Сюаньчжу путешествовала по снегу, чтобы попросить младшую дочь семьи Юй увидеть ее больного мужа. Новости уже распространились по всей деревне, поэтому рано утром кто-то пошел в дом Сюаньчжу, чтобы узнать об этом инциденте.

После этого Юй Сяоцао будет приглашаться для лечения пациентов время от времени. Она также извлекла уроки из своего опыта и не полагалась на воду из мистического камня при незначительных болезнях. Она просто прописывала лекарства от незначительных болезней и добавляла в травы только несколько капель воды из мистического камня, если это было более сложное заболевание. Все пациенты, которых она лечила, были полностью вылечены. Таким образом, ее репутация "маленького доктора деревни Дуншань" постепенно распространилась на близлежащие деревни.

Шел сильный снег в течение семи дней, прежде чем постепенно остановиться. Вся деревня Дуншань была окутана огромным количеством белого снега. Казалось, что в мире остались только черно-белые цвета.

В результате этой метели пострадали двадцать семей в деревне Дуншань. В то время как все их дома были более или менее повреждены, дома трех семей были полностью разрушены сильным снегопадом. К счастью, обошлось без жертв.

Однако было много пожилых людей и детей, которые не пережили внезапного наступления сильной простуды и тихо скончались в зимнюю погоду.

Сильный холод и сильный снегопад также приносили голод и болезни слабым простолюдинам. Сильный снегопад, который длился несколько дней, вызвал рост цен на зерно в городе.

Цена на грубое зерно выросла с двух медных монет за кэти до той же цены, что и за мелкое зерно до снега. Изначально мелкое зерно стоило пять медных монет за кэти, но сейчас цена выросла до десяти медных монет. Кроме того, цена на белый рис, который не выращивался вокруг города Танггу, увеличилась до двадцати медных монет! Ценность всех видов мяса также удвоилась, потому что многие птицы и домашний скот либо умерли от болезней, либо замерзли во время метели.

По мере того как шли дни, приближался и Новый год. Однако цены на продукты питания и товары по-прежнему оставались высокими. Это был тяжелый удар для простых людей, которые много работали в прошлом году и хотели изменить свой образ жизни в течение Нового года.

В течение нескольких дней атмосфера была странно мрачной за обеденным столом семьи Юй. Недовольная мадам Чжан жаловалась и мешала другим есть.

«Есть! Есть! Есть! Ты только умеешь есть! Ресурсы семьи Юй будут поглощены тобой! Почему наша семья Юй позволила такому нездоровому человеку, как ты, жениться на нашей семье? Ты серьезно женщина, которая приносит несчастье семье твоего мужа!» Мадам Чжан увидела, как Юй Сяоцао готовит для своей матери еще один кусок картофельного блина, и начала резко ее упрекать.

Сильный снегопад также привел к тому, что мадам Лю, которая всегда была слабой и плохо себя чувствовала, заболела. Госпожа Лю часто сильно кашляла. Сяоцао даже не нужно было проверять пульс ее матери, чтобы узнать, что у нее бронхит. Она прописала несколько доз лекарств и добавила немного воды мистического камня в питьевую воду своей матери. Таким образом, кашель, который обычно задерживался в течение многих месяцев в прошлом, был вылечен ее лечением.

Госпожа Лю не могла страдать от холода, когда она уже болела. Таким образом, мадам Ли и остальная часть семьи должны были разделить часть ее дел. Мадам Ли никогда не была серьезным работником, поэтому большая часть работы по дому ложилась на плечи Юй Кэйди и служанку мадам Чжао.

Мадам Чжан не хотела, чтобы ее младшая дочь выполняла обязанности по дому, но она также не осмеливалась перекладывать всю работу на служанку своей младшей невестки. Следовательно, она должна была сделать работу сама. Когда она раздражалась от всей работы, она начинала непрерывно ругаться.

«Бабушка, моя мама не потратила ни копейки, когда заболела на этот раз. Разве она не отдыхала несколько дней? С более чем дюжиной человек в семье, мы можем закончить все дела по дому, если все только немного помогают. Тело моей матери все еще довольно слабое, поэтому она не может быть голодной. Если она не выздоровеет должным образом, небольшая болезнь станет чем-то серьезным. Если это станет серьезным заболеванием, вы думаете, я смогу лечить ее своими медицинскими навыками? Разве мы не должны вызывать доктора из города?»

Юй Сяоцао продолжала есть и игнорировала жалобы мадам Чжан. Она бы просто мучила себя, если бы поссорилась с этой предвзятой старушкой, которая достигла менопаузы!

Госпожа Чжан не знала, как опровергнуть ее слова, поэтому она просто отложила свои палочки в сторону и вопила: «Какие грехи я совершила?! Почему я столкнулась с такой бесполезной и беспокоящей невесткой? Я слабая пожилая женщина, которая усердно работает, чтобы достать еду для всей семьи, и все же меня должна отчитать маленькая девочка. О боже! Почему ты не можешь открыть глаза и наказать эту нецензурную внучку…»

После того, как мадам Ли пожрала свою еду, она вытерла рот грязными рукавами и радостно высмеяла: «Эй, Сяоцао, как ты можешь так разговаривать с бабушкой? Ты так разозлила свою бабушку. Ты не собираешься быстро поклониться и извиниться перед ней?»

Юй Хай поспешно вмешался и успокоил мадам Чжан: «Мама, Цаоэр все еще невежественный ребенок, поэтому, пожалуйста, не принимай ее слова близко к сердцу. Мы все знаем, что ты беспокоишься за семью из-за инфляции цен этой зимой. Но не волнуйся. Когда снег растает, я пойду на охоту в горы. Мы можем оставить половину на Новый год, а другую половину можно отвезти в город, чтобы обменять на мелкую пшеничную муку».

Как только мадам Чжан узнала, что проблема новогодней трапезы была решена, она перестала плакать и с яростным выражением лица посмотрела на Сяоцао, которая неоднократно бросала вызов ее авторитету. Она повернулась к Юй Хаю и сказала:

«Второй сын, ты настолько испортил свою дочь, что она даже больше не уважает своих предков. Как она может так разговаривать со старшими в своей семье? Ты должен быстро дать этой девке пару ударов по лицу, чтобы научить ее уважать своих старших!

Юй Хай, который даже не мог терпеть, чтобы пострадал хоть кончик пальца его драгоценной дочери, на самом деле не думал, что с его дочерью что-то не так. Однако он знал, что старушка не может принять смущение. Если бы он не дал ей выхода из этой ситуации, она определенно продолжала бы шуметь весь день.

Во время колебаний Юй Хая он увидел, как палочки в руке его дочери внезапно упали на землю. Ее брови были крепко сморщены, когда она схватила свою грудь с болезненным выражением: «Отец… я, я не могу дышать…». Прежде чем она смогла закончить свои слова, она уже потеряла сознание и прямо упала назад.

Юй Сяолянь уже отложила палочки для еды, когда увидела, что Сяоцао нахмурилась. Когда Сяоцао упала назад, Сяолянь быстро поймала ее прямо перед тем, как она приземлилась на землю, и не дала ей удариться головой. Сяоцао украдкой открыла глаза и похвалила Сяолянь.

«Цao'ер! Что случилось, Цao'ер?» Мадам Лю с бледным лицом обняла худое тело своей дочери и заплакала.

Юй Хай быстро поднял свою дочь и вышел: «Отец! Мама! Цao'ер снова больна! Доктор Ю сказал, что у этого ребенка очень слабая конституция, поэтому ее жизнь может оказаться в опасности, если она снова заболевает. Я пойду в дом к старшему дяде, чтобы одолжить сани, а затем отвезу Сяоцао в город ...»

Старый Юй немедленно перестал есть и быстро накрыл внучку меховой курткой: «Оденься теплее и не дай ребенку простудиться. Старушка, быстро вынимала деньги. Врачи в городе не принимают отсроченные платежи!»

Дрожа от гнева, мадам Чжан встала и крикнула старику: «Зачем мне давать деньги? Эта чертова негодяйка явно притворяется больной! Она была в порядке раньше, так почему она вдруг заболела, когда я попросила ее извиниться передо мной? Она пытается угрожать мне своей болезнью! Никому не разрешено двигаться! Если кто-нибудь из вас осмелится покинуть эту комнату, то никогда больше не заходите в дом семьи Юй!»

Старый Юй также пришел в ярость: «Ты такая властная женщина! Как ты можешь быть такой жестокой с таким маленьким ребенком? Разве ты не слышала, что сказал Доктор Ю? Ребенок не может быть слишком спровоцирован. Ты пыталась ударить и наказать ее раньше, поэтому она испугалась и снова заболела. Как ты все еще можешь вести себя так, когда ты ее старший? Спеши и достань деньги. Не задерживай лечение ребенка!»

«Какой смысл видеть доктора, когда она просто пустая трата денег! У меня нет денег. Просто порежь это мое старое тело, чтобы расплатиться с долгами!» Мадам Чжан выглядела так, как будто она скорее умрет, чем даст им деньги. Таким образом, семья не знала, что с ней делать.

Мадам Ли ухмыльнулась и сказала: «Разве Сяоцао вашей семьи не очень способная? Она заработала деньги на лечении пациентов! Она никогда не сдавала деньги, которые заработала!»

«Деньги были на лекарства доктора Ю! Младшая сестра взимала с них плату только за лекарства!» Юй Сяолянь не могла не объяснить, когда увидела презрение на лицах своей бабушки и старшей тети.

Госпожа Чжан закричала, словно нашла ошибку, которую они совершили: «Вам платили только за лекарства? Кто поверит в это? Все, что вы едите и пьете, принадлежит мне, но вы все еще эгоистично держите в секрете кошелек! Мы не можем позволить другим последовать их примеру, так что быстро отдайте мне деньги!» Пока она говорила, она собиралась лично покопаться в западной комнате.

Юй Хай нес маленькое тело дочери и стиснул зубы, наблюдая за действиями мадам Чжан. Его дочь была больна и без сознания, но ее бабушка мешала им обращаться за лечением. Кроме того, она также хотела получить плату за лекарства, которую его дочь держала для Доктора Ю.

«Отец! Все деньги, которые хранила Сяоцао, были платой за лекарственные травы доктора Ю, которые он усердно трудился, чтобы выкопать! Если Доктор Ю узнает, что мы забрали все его с трудом заработанные деньги, будет ли у нашей семьи еще лицо, чтобы попросить его вылечить наши болезни в будущем? Если люди в деревне узнают, будет ли у нашей семьи еще достоинство?»

Видя, что его отец не собирался останавливать мадам Чжан, Юй Хай почувствовал глубокое чувство боли и негодования. Люди часто говорили: «Если у вас есть мачеха, у вас будет отчим». Казалось, что это высказывание было правдой. Мадам Чжан часто запугивала и подавляла вторую ветвь, но его отец высказался за них, только когда почувствовал, что она ушла за борт. Сегодня он фактически молчаливо согласился на ее действия, когда проблема касалась финансов их семьи.

У старого Юй тоже были свои соображения. Так как семья должна была обеспечивать стипендиата, было много вещей, на которые они должны были потратить деньги в будущем. Если бы у каждого были свои корыстные мотивы, то как его семья сможет выжить со своим стареющим телом? Нельзя мириться с вопросом о сохранении секретного кошелька.

Однако их семья Юй действительно не могла коснуться платы за лекарства в руках его внучки. В эти дни в каждом доме были незначительные болезни и проблемы, требующие помощи врача. Таким образом, они не могли обидеть единственного доктора в округе. Было бы ужасно, если бы он тайно испортил их лекарства.

«Никому не разрешается трогать деньги Доктора Ю! Мама моих детей, тебе все еще не нужен Доктор Ю для лечения твоего ревматоидного артрита? Кроме того, кашель Дашана…» - наконец сказал старый Юй.

Мадам Чжан держала найденную ею коробку с деньгами, которая была в основном заполнена медными монетами. Внутри было, вероятно, несколько тысяч медных монет. Если бы все деньги были взяты на счет семьи, даже если цены оставались высокими в течение Нового года, семья Юй все равно могла бы провести процветающий Новый год.

Слова старого Юй заставили ее руки, которые тянулись за деньгами, остановиться. Госпожа Чжан внутренне подумала, что у нее есть очень четкое представление о том, насколько опытной была Юй Сяоцао. Она полагала, что единственная причина, по которой эти люди попросили Сяоцао лечить их болезни, была из-за лекарств доктора Ю

Мадам Чжан страдала от ревматоидного артрита более десяти лет. Во время снежной бури несколько дней назад ее расстройство снова обострилось. В то время Юй Сяоцао использовала лекарственные травы, приготовленные Доктором Ю, чтобы уменьшить ее боль ( Примечание автора: на самом деле они были приготовлены ​​Сяоцао ). Если они обидят Доктора Ю, разве ей не нужно будет ехать в город, чтобы лечить ее ногу? Это потратило бы столько денег!

После долгих размышлений она, наконец, неохотно отложила коробку с деньгами. Она сердито вернулась в свою комнату без еды. Она проигнорировала всех, и раздраженно лежала на кровати.

Юй Хай посмотрел на свою бедную дочь, которая была в его объятиях, и сказал старому Юй: «Отец, даже если мне понадобится одолжить денег, я все равно возьму Сяоцао, чтобы увидеть доктора».

«Занять деньги? А кто оплатит долг?» - вмешалась Госпожа Ли.

Юй Хай посмотрел на нее и слегка сердитым тоном ответил:

«Это естественно, что я верну деньги, так как именно я буду одалживать их! Старшей сестрице не нужно беспокоиться об этом!»

«Второй брат, не забывай, что все деньги, которые ты заработал, должны быть переданы семье!» Мадам Ли напомнила ему с ухмылкой.

«Я тот, кто зарабатывает деньги, но я даже не могу использовать свои с трудом заработанные деньги, чтобы получить медицинское лечение для моей дочери. Как отец, я должен просто смотреть, как моя дочь умирает от болезни, ничего не делая? Если бы я так поступил, был бы я все еще достоин быть отцом? Какой смысл мне от этих денег? Почему я должен продолжать ловить рыбу и охотиться? Я мог бы просто остаться дома, а затем умереть от болезни или голода с моей женой и дочерью!»

Юй Хай наконец, разразился гневом и этот гнев был направлен на мадам Ли, которая все время провоцировала его.

Госпожа Ли закричала в ответ:

«Я даже не получила копейки из заработанных тобой денег! Почему ты кричишь на меня?»

«Хорошо, хватит. Если ты не будешь говорить, никто не подумает, что ты немая!» Юй Дашань заметил, что его второй брат сейчас очень зол, поэтому он поспешно потащил свою жену обратно в их восточную комнату.

С грустным взглядом Юй Хай посмотрел на своего отца и сказал хриплым голосом:

«Отец, Цаоэр - твоя внучка и потомок семьи Юй. Ты действительно будешь поводиться так жестоко и просто смотреть на нее?»

Старый Ю глубоко вздохнул и сказал:

«Я пойду в дом твоего старшего дяди, чтобы одолжить немного денег. Ты можешь погасить долг добычей, которую поймаешь в будущем… »

Дверь внутренней комнаты захлопнулась, прежде чем он успел закончить говорить. С мрачным выражением лица мадам Чжан яростно посмотрела на старика и закричала:

«Он может ловить рыбу и охотиться и имеет лучшую репутацию, чем у тебя. Зачем ему нужно, чтобы ты занимал деньги? Этой зимой наблюдается инфляция цен, поэтому сейчас мы несем убытки. Если так и дальше продолжится, разве наша семья не обанкротится?»

Закончив говорить, она снова хлопнула дверью. Она закрыла дверь так сильно, что вся пыль на балке дома упала на землю.

Жизнь его дочери все еще была в опасности, но ее бабушка все еще заботилась только о том, чтобы сэкономить деньги. Юй Хай уныло оглядел дом, а затем бросился к дому своего старшего дяди с Сяоцао на руках.

Старший дядя Юй Хая, Юй Личунь, вырастил двух больших собак. Они были полезны для тяги на санях, когда идет снег. Пару дней назад шел сильный снег, поэтому ему понадобится как минимум полдня, чтобы добраться до города пешком. Таким образом, на этот раз, когда он навестит своего старшего дядю, ему нужно было не только получить кредит, но и одолжить сани.

С ошеломленным выражением лица Юй Хай постучал в парадную дверь своего старшего дяди. Человек, который открыл дверь, был третьим дядей Сяоцао.

Юй Цзян с удивлением посмотрел на Юй Хая. Когда его взгляд переместился на маленькую фигуру в руках, его голос мгновенно изменился:

«Что случилось? Сяоцао снова заболела? Старший брат, старший брат ... быстро принеси сани! Они срочно нужны второму брату!»

У Юй Личуня было два сына и три дочери. Его старший сын был на пять лет старше Юй Хая, а его второй сын был младше. Юй Хай был вторым по старшинству, поэтому они называли его «второй брат».

Вся семья Юй Личуня была дома, скрываясь от зимней погоды. Когда они услышали крик младшего сына, они сразу же выбежали из дома. Юй Личунь даже не надел свою куртку.

Юй Хай сразу подошел к делу и прямо заявил о цели этого визита. Юй Личунь немедленно повернулся к своей жене, мадам Сунь, и сказал твердым тоном: «Сколько денег осталось у нашей семьи? Отдай их все Дахаю».

Без каких-либо колебаний старушка вошла в комнату и вернулась с серой сумкой. Она даже не открыла сумку, прежде чем передать ее Юй Хаю, и сказала ему:

«Возьми. Для ребенка важнее сначала пройти лечение».

Жена старшего сына Юй Си тихо пробормотала:

«Если мы отдадим все деньги Дахаю, что мы будем есть в течение Нового года? Все дети ожидают, что на праздники они смогут съесть выпечку из пшеничной муки!»

Старейшина Юй, который только что установил сани, услышал замечание своей невестки и посмотрел на нее:

«Неужели еда важнее жизни человека?»

Жена старшего сына не произнесла ни слова, но внутренне она раскритиковала его решение:У его родителей гораздо больше денег, чем у нашей семьи. Почему наша семья должна платить за лекарства для этой маленькой девочки? Эта ее тетя такая скряга, которая даже не отдаст копейки!

Юй Хай всегда чувствовал благодарность к своему старшему дяде. Когда его родная мать умерла, его старший дядя и тетя очень заботились о нем и его старшей сестре.

Юй Хай глубоко поклонился семье своего старшего дяди. Он больше ничего не сказал и взял сумку с деньгами. После этого он сел на сани и помчался до входа в деревню.

Вскоре после того, как они покинули вход в деревню, Сяоцао, которая уже давно проснулась и слышала все, что произошло раньше, сделала вид, будто она только что проснулась, и позвала Юй Хая, который крепко обнимал ее.

След облегчения наконец появился на лице Юй Хая. Он улыбнулся своей драгоценной дочери, которая была свернута, как шарик, и тихо спросил:

«Цао'ер, ты не спишь? Можешь показать, где ты себя плохо чувствуешь?»

Юй Сяоцао изо всех сил пыталась сесть, а затем она твердо покачала головой и сказала:

«Отец, не волнуйся. Раньше я просто испугалась бабушки и потеряла сознание. Теперь я в порядке, так что давай вернемся!»

«Мы все еще должны поехать в город и попросить доктора проверить тебя. Нам нужно убедиться, что твоя болезнь полностью излечена». Юй Хай коснулся лица своей дочери и настоял на том, чтобы отвезти ее к врачу.

Столкнувшись с упрямством Юй Хая, Юй Сяоцао почувствовала волнение и беспомощность. Она продолжала убеждать своего отца:

«Отец! Я действительно в порядке! Ты ведь не забыл, что я все еще считаюсь наполовину врачом. Как я могу не знать о состоянии своего тела?»

Но Юй Хай небрежно ответил:

«Отец знает, что наша Сяоцао очень способная. Однако испокон веков все говорят: врачи никогда не лечат свои собственные болезни. Отец успокоится только после того, как доктор из Медицинского Зала Тонгрен проверит тебя».

Без какого-либо другого выбора Юй Сяоцао пошла на компромисс:

«Хорошо, но сначала пойдем на гору и установим несколько ловушек. Возможно, мы сможем поймать какую-нибудь дичь. В таком случае у нас будут деньги на оплату медицинских услуг».

Юй Хай посмотрел на румяные щеки своей дочери и ее живость, когда она говорила. Видя ее настойчивость, он решил пойти на компромисс. Поэтому он направил двух собак в направлении горного леса.

Снег, скопившийся на главной дороге, был растоптан пешеходами и экипажами, поэтому он был твердым. Однако в горах все было иначе, потому что снег был мягким и по колено. Когда две собаки путешествовали по глубокому снегу, были видны только их головы, что делало их усилия почти напрасными.

Юй Хай решил просто привязать собак к дереву и самому тащить свою дочь в гору на санях.

Снег начинал рассеиваться, так много голодных маленьких существ вышло искать пищу в горном лесу. Пройдя немного, они увидели, как фазан хлопает крыльями и пролетает мимо них.

Юй Хай почувствовал некоторое сожаление и сказал:

«Жаль, что я не взял с собой свои охотничьи инструменты».

«Все в порядке, отец! Давай перейдем на левую сторону. Брат Хан и я спрятали там несколько веревок для ловушек».

Сидя на санях, Юй Сяоцао наслаждалась этим новым опытом и с любопытством трогала все вокруг нее. Время от времени она делала снежный ком и бросала его в ветки. Она непрерывно хихикала, наблюдая, как снег исчезает в ветвях.

Юй Хай, наконец, почувствовал облегчение, когда увидел, что его дочь выглядит такой энергичной. Мгновение спустя двое из них нашли веревки. Юй Хай сломал несколько сухих веток и установил около двадцати ловушек разных размеров.

Юй Сяоцао также помогала ему за его спиной. Она либо разбрызгивала немного воды из мистического камня на снег вокруг петли, либо выкладывала сухую траву, пропитанную водой из мистического камня, вокруг ловушек. С тех пор, как Юй Сяоцао начала наполнять бутылки водой из мистического камня, она всегда носила с собой одну бутылку для экстренных случаев. Чтобы не допустить волнения животных в горах, Сяоцао разбавила воду из мистического камня снегом.

Им потребовалось более двух часов, чтобы закончить установку всех ловушек. Юй Хай был опытным охотником, поэтому было неизбежно, что он лучше расставлял ловушки, чем она. Он специально решил установить ловушки на маршрутах, которыми часто ходили животные. После того, как они установили последнюю ловушку и вернулись к первой, они заметили, что у них попалось довольно много добычи.

«Ух ты! Дикий кабан! Куница! Есть еще и голубой фазан!» - взволнованно закричала Юй Сяоцао. После такой сильной метели эти живые горные птицы должны стоить довольно много денег.

Юй Хай связал дичь веревкой и положил ее на сани. Им также попалось и несколько зайцев.

«Отец! Смотри, что это? Это косуля?» Юй Сяоцао внезапно увидела на расстоянии что-то большое. Существо выглядело так же, как Крошка из их семьи.

Юй Хай быстро бросился к сражающемся животному, толкнул его на землю и связал его конечности веревкой.

«Ха-ха! У нас сегодня хороший урожай. Мы на самом деле поймали оленя на опушке леса! Моя дочь, это не косуля. Это взрослый самец оленя! Кровь оленя и мясо – довольно дорогие вещи. Богатым людям в городе это очень нравится!»

Улыбка наконец появилась на лице Юй Хая. Олень, вероятно, весил более ста кэтти. Если он продаст его, ему не нужно будет занимать деньги.

К тому времени, когда Юй Хай и его дочь вышли из леса, сани уже были заполнены полностью дичью. После того, как он забрал собак, они отправились в город Танггу.

Когда они достигли ворот города, был уже полдень. Они оставили сани в семьи, которая жила недалеко от городских ворот и дали им фазана в качестве платы за их помощь.

После метели цены на товары неуклонно росли, поэтому такой жирный фазан стоил по меньшей мере сто или двести медных монет. Эта семья была очень счастлива и обещала хорошо позаботиться о двух собаках.

«Привет? Разве это не брат Дахай? Ты пришел, чтобы доставить дичь в наш ресторан Фулинь? Почему ты стоишь на таком морозе? Поторопись и проходи внутрь!» Менеджер ресторана Фулинь был проницателен и быстро узнал Юй Хая и его дочь. Когда он увидел дичь, которую Юй Хай держал на спине, он, обычно высокомерный, не мог не приветствовать их более тепло.

Юй Хай почувствовал себя смущенным от такого гостеприимства. Как человек, который часто доставлял дичь в город, он, естественно, знал поведение менеджера ресторана Фулинь. Он был влиятельным человеком, который презирал бедных. Менеджер Лю также постоянно снижал цену за его дичь.

С процветающим бизнесом ресторана Чжэньсю и возросшим спросом на дичь, Юй Хай редко имел дело с рестораном Фулинь. Неужели менеджер сегодня окончательно Лю сошел с ума? На самом деле он вел себя так дружелюбно с ним и даже называл его «братом».

У Юй Сяоцао сложилось ужасное впечатление на этого менеджера Лю. Более того, она ранее заключила устное соглашение с Третьим молодым мастером Чжоу. Если бы она поймала дичь, она отдаст приоритет ресторану Чжэньсю. Таким образом, она, естественно, не хотела вести дела с рестораном Фулинь, поскольку у них было неэтичное ведение бизнеса.

«О, это Сяоцао! Ты ходила на гору, чтобы ставить ловушки в такой холодный день?» В разгар ее колебаний издали раздался знакомый голос Третьего молодого мастера Чжоу.

Юй Сяоцао обернулась и увидела красивого молодого человека, одетого в королевскую синюю одежду, сходящего с роскошной конной повозки. Разве это не Третий Молодой Мастер Чжоу?

«Третий молодой мастер, какое совпадение? Я как раз собиралась отправить дичь, которую вы заказали! Так как сегодня мы поймали много добычи, я не смогла перенести их все сама. Итак, я попросила помощи моего отца!» Юй Сяоцао слегка подтолкнула отца и подошла ближе к Чжоу Цзышу.

Юй Хай извиняюще улыбнулся: «Менеджер Лю, мне очень жаль! Ресторан Чжэньсю сделал соглашение на эту дичь с моей дочерью. В следующий раз, когда у меня будет такая возможность, я буду работать с менеджером Лю».

Лицо менеджера Лю сильно дернулось, и выражение его лица мгновенно потемнело. Он плюнул в спину Юй Хая: «Просто грязный бедный охотник. Он даже заслуживает поговорить со мной о бизнесе? Все сотрудники слушают! В будущем мы не примем ни одной добычи, которую прислала семья Юй! Просто позвольте им цепляться за ресторан Чжэньсю! Гм!»

Хотя менеджер Лю говорил с гордостью, он чувствовал себя крайне огорченным изнутри. В этом году выпал очень сильный снег. Во время снежной бури немногие охотники выдерживали снег и отправлялись на охоту. Таким образом, не хватало дичи для всех ресторанов города. В противном случае он бы не опустился и не вел себя дружелюбно с простым охотником.

Менеджер Лю мог только с завистью смотреть на дичь, в то время как Третий Молодой Мастер Чжоу был приятно удивлен. Чжоу Цзышу счастливо улыбнулся, глядя на плечо Юй Хая.

«Дядя Юй, ты серьезно мой спаситель жизни! В конце года магистр и аристократы в городе зарезервировали столик в ресторане Чжэньсю. Мы просто беспокоились о том, чтобы не было презентабельных блюд! С этим репутация нашего ресторана Чжэньсю наверняка поднимется на новый уровень».

«Шу'ер, это великий спаситель нашего ресторана Чжэньсю, которого ты упомянул?» Мягкий и грациозный голос появился из кареты.

Третий молодой мастер Чжоу улыбнулся Сяоцао, а затем ответил человеку в вагоне: «Мама, эта маленькая девочка дала нам рецепт устричного соуса. Ее зовут Юй Сяоцао. Мы можем победить старые и более известные рестораны в городе из-за устричного соуса. Таким образом, не будет преувеличением сказать, что она спасительница ресторана Чжэньсю».

Для мадам Чжоу было неудобно выходить из экипажа, так как присутствовал незнакомый мужчина. Таким образом, она осталась в карете и выразила свою благодарность: «Большое вам спасибо, мисс Юй, за то, что вы так щедры и научили нас своему секретному рецепту. Шу'ер, не забудь пригласить молодую мисс в нашу усадьбу как-нибудь. Мать должна поблагодарить ее лично».

Юй Сяоцао быстро сказала: «Мадам слишком вежлива. Если я оставлю формулу для устричного соуса для себя, то попробовать ее сможет только моя семья. Однако, если я дам ее в ресторан Чжэньсю, больше людей смогут попробовать восхитительный вкус. Все рецепты и формулы могут отражать их ценность только в руках людей, которые знают, как по-настоящему ценить и использовать их. Вам так не кажется?»

Когда мадам Чжоу услышала ее ответ, она не могла не взглянуть на маленькую крестьянку с гор. Ее манера речи и мышления были даже лучше, чем у некоторых знатных дам в городе.

«Мама, ты должна вернуться первой! Мне нужно пойти в ресторан и договориться». Чжоу Цзышу был полностью сосредоточен на добыче прямо сейчас. Он был не просто обеспокоен деньгами. Этот вопрос также может повлиять на репутацию ресторана.

Когда другие рестораны не могли обеспечить приличную дичь для публики, ресторан Чжэньсю, несомненно, достигнет новых высот, представив целого оленя.

«Сяоцао, ты серьезно моя маленькая счастливая звезда! Дичь, которой мы запаслись до снега, давно распродана. В последнее время несколько выдающихся постоянных клиентов стали требовать блюда из свежего мяса. Мои волосы вот-вот станут белыми из-за стресса. В конце года, если блюда в меню слишком просты, то это серьезно не презентабельно!» Чжоу Цзышу взял дичь из рук Сяоцао и прошел рядом с ней.

Юй Хай, который шел за ними, был ошеломлен внутренне: «Когда моя дочь так сблизилась с молодым боссом ресторана Чжэньсю?»

Когда они прибыли в ресторан Чжэньсю, третий молодой мастер Чжоу приказал официанту перенести дичь на кухню. После этого он пригласил пару отца и дочери в свою комнату и нагрел мангал. Глядя на покрасневшее лицо Сяоцао, он не мог не спросить с беспокойством:

«Ты, должно быть, замерзла, верно? Быстро подойди и согрейся возле жаровни. В горах так много снега, что, наверное, очень трудно поймать добычу! Дядя Юй, ваши охотничьи навыки действительно превосходны!»

Юй Хай держал в руках чашку горячего чая, чтобы согреться, в то время как он наблюдал великолепный и элегантный декор в отдельной комнате. Он внутренне вздохнул: «Я был в ресторане Чжэньсю много раз, чтобы продавать дичь, но я никогда раньше не получал такого удовольствия. Это все благодаря моей дочери!»

По словам мадам Чжоу, они научились делать устричный соус, который был одним из фирменных блюд ресторана Чжэньсю, от его дочери. Он никогда не знал, что его маленькая девочка обладает такими навыками, и в его сердце вспыхнуло спонтанное чувство гордости и чести.

Когда он услышал вежливое замечание, сделанное молодым боссом ресторана Чжэньсю, Юй Хай быстро поправил осанку и, казалось, немного напрягся, когда ответил: «Третий молодой мастер Чжоу переоценивает меня. Мне просто повезло сегодня. Я также не ожидал, что мы получим такие результаты, просто установив ловушки».

«Дядя Юй, вы можете просто назвать меня Цзышу. Я знал, что Сяоцао умело расставляет ловушки. Тем не менее, я не знал, что этот навык процветает в семье дяди Юй!» Имбирный суп, который Чжоу Цзышу поручил приготовить, прибыл, поэтому он лично передал его Юй Хай и Сяоцао.

Видя, что его дочь получила имбирный суп в расслабленной манере, Юй Хай также бросил формальности и выпил суп, пока он еще был теплым. Когда его замерзшее тело наконец согрелось, он улыбнулся и сказал: «Мы не семья, посвященная охоте. Я изучил свои охотничьи навыки у старшего брата Чжао, который также является охотником. С точки зрения охоты, старший брат Чжао Буфан - действительно эксперт!»

«Наш ресторан Чжэньсю должен поблагодарить дядю Юй и дядю Чжао за то, что они всегда помогали нам. Как выражение нашей благодарности, сегодня вечером я угощу вас едой. Я надеюсь, что дядя Юй примет мою искренность… » Несмотря на их деловые отношения, Чжоу Цзышу почувствовал, что щедрость и помощь, оказанные ему дочерью Юй Хая, достаточны для того, чтобы он тепло относился к отцу и дочери.

Юй Хай поспешно отказался: «Третий молодой мастер Чжоу не должен тратить деньги впустую. Мы все еще спешим пойти в медицинский зал Тонгрен и попросить доктора Сунь проверить Цао'эр».

«Сяоцао, ты плохо себя чувствуешь? Медицинские навыки доктора Сунь из медицинского зала Тонгрен очень хорошие. Должен ли я попросить кого-нибудь позвать доктора Сунь?» Чжоу Цзышу внимательно осмотрел Юй Сяоцао и почувствовал облегчение, увидев, что она не выглядела больной.

Юй Сяоцао выпила горький имбирный суп, а затем помахала ему рукой: «Я в порядке. Утром я немного испугалась, но сейчас я в порядке. Мой отец просто очень беспокоится!»

Юй Хай внутренне подумал: «Ты даже упала в обморок сегодня утром, так как я чересчур обеспокоен?»

Юй Сяоцао продолжила: «Однако в последнее время стало холоднее. Интересно, есть ли у моего старшего брата теплая одежда? Третий молодой мастер Чжоу, есть ли магазины, где можно купить готовую одежду поблизости? Я хочу купить одежду из хлопка для моего старшего брата».

Со слегка недовольным выражением лица Чжоу Цзышу воскликнул: «Сколько раз я тебе уже говорил? Не называй меня Третий молодой мастер Чжоу. Это заставляет нас звучать как незнакомцы. Независимо от того, я все еще на пять лет старше тебя, так почему ты не называешь меня "Старший брат Чжоу", не так ли? Тебе не нужно идти покупать одежду из хлопка. У меня дома много предметов одежды, которые стали для меня слишком маленькими. Если не возражаешь, можешь отдать их своему старшему брату, чтобы он их носил».

«Спасибо, но не надо! Мой старший брат - ученик в мастерской, поэтому он не должен носить твою модную одежду! Лучше покупать наряды из грубой ткани, потому что они не так привлекательны!» Юй Сяоцао посмотрела на королевскую синюю парчовую одежду на теле Чжоу Цзышу. Это определенно не подходит для таких бедных людей, как они.

Слуга Чжоу Цзышу, который был как тень без какого-либо чувства существования, наконец сказал в это время: «Молодой Мастер, мать этого слуги сделала для меня хлопковый наряд в начале года. Когда я попробовал его несколько дней назад, я заметил, что он стал короче. Одежда была сделана из ткани, подаренной мадам, и я никогда не носил ее раньше. Если мисс Юй не возражает...»

«Принеси его мне! Кроме того, иди за двумя одеялами по дороге домой. Погода стала настолько холодной, что мы не хотим, чтобы наш брат Юй Ханг замерз!» После того, как Чжоу Цзысу закончил раздавать свои приказы, зная, что Юй Сяоцао не останется на обед, он приказал официанту взвесить дичь на весах.

Официант вернулся из кухни мгновение спустя и сообщил: «Самец оленя двести шестьдесят кэти, в то время как различная мелкая дичь весили в общей сложности тридцать пять кэти».

Чжоу Цзышу, естественно, не стал бы с ними плохо обращаться. После некоторого размышления он сказал: «В прошлом олень стоил шестьдесят медных монет за кэти. Однако, согласно рыночной стоимости этой зимы, он будет стоить около ста медных монет за кэти. Олень, которого вы поймали, все еще жив. Кровь оленя и пенис - очень ценные вещи ... Давайте сделаем так... Я заплачу сто двадцать медных монет за кэти. Цена на другую маленькую дичь также будет двойной. Что вы думаете?»

«Оленину можно продать за сто медных монет, но наш олень тяжел только из-за своего меха. Итак, как мы можем попросить сто двадцать медных монет за кэти! Мы уже пользуемся тобой, беря сто медных монет за кэти». Юй Хай не был тем, кто мог бы воспользоваться другими.

Чжоу Цзышу крикнул: «Если вы говорите о том, чтобы воспользоваться преимуществом, мы те, кто извлек выгоду больше всего. Я могу продать этого оленя по крайней мере в десять раз дороже, чем покупаю. Если бы дядя не доставил этого оленя в ресторан Чжэньсю из-за нашей давней дружбы, как бы мы могли использовать его, чтобы зарабатывать деньги? Дядя Юй, без обид, но вы не так способны, как ваша дочь».

Юй Хай был еще более удивлен внутренне, когда увидел расслабленное и удовлетворенное отношение его дочери: «Исходя из их отношения, это явно не было их первой коммерческой сделкой. Когда его дочь начала вести дела с рестораном Чжэньсю?»

Олень, который весил более двухсот кэти, был продан за тридцать один таэль и двести медных монет. Различная маленькая дичь была продана за 1750 медных монет. В итоге Третий Молодой Мастер Чжоу собрал итоги и дал им тридцать три таэля.

«Шкура оленя очень ценна. Вы ее хотите? Цена за оленью шкуру рассчитывается отдельно. Полная оленья шкура стоила бы по крайней мере десять таэлей».

Юй Хай задумался и сказал своей дочери: «Давай просто оставим оленью шкуру. Она очень мягкая, сильная и также водостойкая. Я могу сделать две пары сапог из оленьей кожи для тебя, твоих братьев и сестры. В будущем ваши ноги не промокнут, когда вы пойдете собирать морепродукты на пляже».

Если бы он не был ее собственным отцом, Юй Сяоцао ответила бы ему, сказав: «Ты идиот?!» Мы могли бы купить так много пар обуви за десять таэлей. Более того, он хотел, чтобы они носили сапоги из оленьей кожи, чтобы собирать морепродукты? Сколько морепродуктов нам нужно собрать, чтобы компенсировать цену пары сапог из оленьей кожи?

«Мы не хотим оленьей шкуры. Ты можешь просто дать нам деньги!» Юй Сяоцао прямо приняла решение. Неоспорим тот факт, что ее отец действительно любил своих детей, но иногда он был слишком нерешителен.

Чжоу Цзышу ничего не сказал и достал из своего кошелька банкноту, которая стоила пятьдесят таэлей. Не давая Юй Хаю возможности отказаться, Юй Сяоцао протянула руку, чтобы взять банкноту: «Ух ты! Так что это банкнота, о которой говорят люди! Есть ли ограничения? Она не истечет, верно?»

Чжоу Цзышу закатил глаза в неопределенной манере. Он улыбнулся, сжал ее щеку и сказал: «Не волнуйся! Эта банкнота принадлежит старому и известному банку, управляемому семьей Санг. Они самая богатая семья во всей Великой династии Мин. Банк не обанкротится! Более того, с нашими отношениями, даже если банк исчез, ты все равно можешь найти меня, чтобы обменять ее на деньги».

«Спасибо тебе тогда!» Юй Сяоцао переворачивала банкноту взад-вперед и долго осматривала ее. После того, как ее любопытство было удовлетворено, она осторожно сложила банкноту и положила ее в карман. После этого она довольно похлопала по карману.

Банкнота размером в пятьдесят серебра! В дополнение к ее доходам от продажи дичи за прошлый раз, сейчас у нее есть по крайней мере семьдесят таэлей. Оказывается, она уже накопила некоторые сбережения!

Третий молодой мастер Чжоу посмотрел на Сяоцао, которая выглядела как грабитель. Ее большие глаза были похожи на пару серпов луны, а ее румяные губы слегка изогнулись. Даже ее потертый и изношенный наряд не мог скрыть ее привлекательности.

Юй Хай был очень удивлен, увидев, что его дочь безоговорочно кладет банкноту в свой карман. Когда его дочь стала такой напористой? Она спокойно сунула банкноту в пятьдесят таэлей в свой собственный карман. Неужели она не знала, сколько вещей можно купить на эти деньги? Даже пятикомнатному дому в деревне Дуншань не понадобилось бы столько денег для строительства.

Третий молодой мастер Чжоу заметил, что Юй Хай смотрел на Юй Сяоцао с нерешительным выражением лица, когда она напрямую взяла деньги без предварительного обсуждения с ним. Однако Юй Хай ничего не сказал в конце. Он также не конфисковал деньги, которых было достаточно для жизни обычной семьи в течение нескольких лет.

Чжоу Цзышу слабо улыбнулся и сказал Юй Хаю:

«Дядя Юй действительно хороший отец, который любит твою дочь».

Юй Хай нежно посмотрел на свою младшую дочь, которая в настоящее время ела закуски. Он вспомнил то время, когда у него не было денег, когда его дочь потеряла сознание, а также других своих худых и слабых детей. Он мягко покачал головой и ответил голосом, полным торжественности и угрызений совести:

«Нет, я не хороший отец…»

«Отец, если ты перестанешь все время слушать бабушку и больше думать о нашей семье, тогда ты определенно будешь хорошим отцом!» Юй Сяоцао читала лекцию своему отцу, когда пила горячий имбирный суп из коричневого сахара.

«Моя мама… которая также является твоей настоящей бабушкой, скончалась, когда я был еще очень молод. Таким образом, я благодарен твоей бабушке за то, что она вырастила меня. После того, как твоя младшая тетя выйдет замуж, а твой младший дядя сдаст экзамен на уровне округа, дома станет меньше бремени, поэтому мы сможем отделиться от семьи и жить отдельно от них. В то время я буду зарабатывать больше денег, охотясь и чаще ловить рыбу. Я куплю больше новой одежды и аксессуаров для волос для нашей Сяоцао… » Юй Хай почувствовал легкое огорчение в своем сердце, когда он коснулся несколько засохших и желтых волос на голове своей дочери.

Юй Сяоцао внутренне надулась. Ее отец был кормильцем семьи. Если ее младший дядя сдаст экзамен на уровне округа, он захочет сдать экзамен на уровне провинции, а затем и вовсе имперский экзамен ... Ее бабушка была пиявкой, поэтому она никогда не отпустит их, пока не высосет всю их кровь. Их надежда на отсоединение от семьи была очень слабой!

Внезапно другой слуга Третьего молодого мастера Чжоу постучал в дверь и вошел с громоздкой связкой. С смущенным выражением на лице личный слуга Чжоу Цзышу, Симо, взял у него сверток и сказал:

«Этот слуга действительно не носил эту ватную одежду раньше. Если мисс Юй не возражает, тогда ...»

«Я не против! Я совсем не против!»

Симо был личным слугой молодого мастера семьи Чжоу, которая была самой богатой семьей в городе Танггу. Таким образом, он одевался более прилично, чем большинство обычных людей в городе. Стеганый наряд, который он носил, был сделан из тонкой хлопчатобумажной ткани, которая стоила тридцать четыре медных монеты за треть метра!

Юй Сяоцао взяла сверток и увидела, что это на самом деле были новый темно-синий стеганый жакет и брюки. Они были сделаны из тонкой хлопчатобумажной ткани и наполнены плотным хлопком, поэтому одежда ощущалась чрезвычайно мягкой. Даже если она не трогала одежду, было легко сказать, что они были сделаны из хлопка. Этот набор хлопковой одежды будет стоить как минимум несколько сотен медных монет.

Слугам было непросто, поэтому Юй Сяоцао, естественно, не хотела им пользоваться. Она протянула руку к отцу и сказала:

«Мы купим этот комплект одежды у этого младшего брата. Отец, дай мне денег, чтобы заплатить ему!»

Третий молодой мастер Чжоу был очень удивлен, когда увидел, что молодая девушка, у которой в кармане была банкнота размером в пятьдесят таэлей, прямо попросила ее отца заплатить. Более того, послушный отец быстро выполнил приказ своей дочери и расплатился своими деньгами ...

Симо поспешно отклонил горстку медных монет, которые ему вручил Юй Хай, и сказал:

«Этот хлопковый наряд слишком мал для меня, поэтому он бесполезен. Но мне жаль просто его выбрасывать. К счастью, мисс Юй хочет взять его, так как я могу взять за это деньги?»

Фактически, мадам наградила его этой тканью, потому что она видела, что он искренне служил молодому мастеру. Мать Симо чувствовала, что ее сын удостоился великой чести, поэтому она с радостью не спала две ночи, чтобы сделать одежду для него. Однако у него не было возможности носить ее, так как погода стала теплее. Он достал этот комплект как только наступила зима, но одежда уже стала слишком малой для него.

Статус его молодого мастера в семье Чжоу повысился благодаря успеху ресторана Чжэньсю. Мастер неоднократно восхвалял молодого мастера перед другими молодыми мастерами. Даже такой личный слуга, как он, также получил больше уважения.

Симо, осознавший свое положение, отказался переодеваться в эту одежду. Было бы очень неловко, если бы личный слуга единственного наследника второго отделения, оделся в такой наряд. Не стал ли бы он посмешищем? Таким образом, хороший и совершенно новый комплект стеганой одежды стал бесполезным.

Кто такая мисс Юй? Всего за полгода ресторан Чжэньсю стал лучшим рестораном в городе Танггу. Мисс Юй как минимум принадлежит половина кредита за успех ресторана Чжэньсю. Таким образом, даже его собственный молодой мастер относился к ней с уважением и благодарностью. Тем более она с готовностью приняла хлопковую одежду, так как он посмел бы взять ее деньги?

Юй Сяоцао заметила, что этому молодому брату будет очень неловко, если она и дальше продолжит пихать ему деньги. Поэтому она перестала настаивать и снова выразила благодарность слуге. После этого она сунула стеганую одежду в руки отца и попрощалась с третьим молодым мастером Чжоу.

Чжоу Цзышу посетовал:

«Шеф-повар Ван придумал новое блюдо. Я хотел попросить вас попробовать его и дать нам несколько советов. Но похоже, что мы должны сделать это в другой день. Кстати, где ты живешь, Сяоцао? Оставь мне свой адрес, чтобы мне было легче найти тебя в будущем».

«Я живу в деревне Дуншань, которая находится к юго-востоку от города».

План Юй Сяоцао тихо разбогатеть был неотделим от ее Бога удачи[1], поэтому она, естественно, не отклонит его просьбу.

Когда Юй Сяоцао и компания вышли из отдельной комнаты, они столкнулись с шеф-поваром Ваном, который поспешно шел в их сторону. На его лице было слегка разочарованное выражение, когда он увидел, что Юй Сяоцао собирается уходить. Он узнал, что Сяоцао собиралась навестить своего старшего брата, который работал учеником. Шеф-повар Ван, который также начинал как ученик, естественно, знал боль быть учеником. Таким образом, он приказал слугам на кухне собрать сумку свежеприготовленных паровых булочек, после чего передал ее Сяоцао, чтобы та принесла ее своему старшему брату.

Юй Сяоцао была так благодарна, что неоднократно благодарила его. Шеф-повар Ван весело рассмеялся:

«Не надо меня благодарить! Я просто одалживаю цветок моего босса и предлагаю тебе этот маленький бодхисатва[3]! Мисс Юй, если будет шанс в будущем, давайте обменяемся нашими знаниями о кулинарии».

«Мои скудные кулинарные навыки несопоставимы с навыками шеф-повара Вана. Однако, если у меня появятся какие-то новые идеи, я обязательно обменяюсь советами с дядей Ваном».

Юй Сяоцао, наконец, смогла сбежать от энтузиазма шеф-повара Вана, но прежде чем она успела вздохнуть с облегчением, ее отец озадачено спросил:

«Устричный соус - фирменное блюдо ресторана Чжэньсю. Цao’ер, ты была той, кто дал им это? Но как ты узнала, как приготовить устричный соус? Почему высокомерный шеф-повар Ван из ресторана Чжэньсю так уважительно и дружелюбно относился к тебе?»

Юй Сяоцао не сразу ответила на его вопросы. Она не могла просто сказать ему: Отец, твоя дочь уже мертва. Я душа из другого мира, которая сохранила свои знания из предыдущей жизни. Если она действительно скажет ему это, то она определенно будет рассматриваться как демон и будет сожжена до смерти.

После недолгого размышления она собралась с духом и ответила:

«Отец, ты веришь в воскресение мертвых?»

Выражение лица Юй Хая сразу изменилось. Его брови были так сильно сжаты, что он, вероятно, мог бы прихлопнуть комаров.

«Как можно оживить мертвого человека? Разве только Король Ада не принял его, потому что он не завершил свою предопределенную цель в жизни!»

«Если бы я сказала, что я была во Дворце Ада и встретила Короля Ада, ты бы мне поверил?»

Юй Сяоцао внимательно следила за выражением Юй Хая. Если бы он проявил большое сопротивление и отвращение, она использовала бы оправдание, что это была шутка, и прекратила бы пытаться продолжать эту ложь.

Её единственное утешение в том, что она пришла в этот мир, заключалась в том, что она снова смогла насладиться родительской любовью и заботой. Она не хотела снова потерять безумную любовь отца и нежную заботу своей матери.

Юй Хай остановил свои шаги и наклонился, чтобы посмотреть на Юй Сяоцао. С глазами, полными агонии и вины, он спросил:

«Цao’ер, это было в то время, когда ты повредила голову? Твой старший дядя сказал, что ты уже перестала дышать. К счастью, Доктор Ю прибыл вовремя и спас тебя ... Отец действительно бесполезен. Я даже не могу защитить своих детей. Я не заслуживаю быть твоим отцом ...»

«Отец! Несмотря на то, что ты немного слепо предан своим родителям и обладаешь слегка мягким характером, ты все равно лучший отец для Цao’ер. Отец, тебе не нужно винить себя. Хотя я бродила у ворот ада, на самом деле это было замаскированное благословение, потому что я нашла несколько способов заработать деньги!»

Поскольку ее отец не отвергал идею демонов и богов, Юй Сяоцао начала говорить еще более безрассудно, продолжая свою историю. В конце концов, ей было почти тридцать лет в ее прошлой жизни. Хотя она изо всех сил старалась вести себя как ребенок, она непреднамеренно раскрывала что-то подозрительное. Кроме того, она определенно не могла скрыть свой крупный план заработка от своих близких родственников. Разве люди древних времен не относились к сверхъестественным существам с уважением и страхом? Надеюсь, она могла обмануть их своей выдуманной историей.

При мысли, что его дочь, которую он тщательно защищал в течение восьми лет, почти умерла, Юй Хай почувствовал страх в своем сердце. Он крепко обнял худое тело своей дочери и зарыдал:

«Никакие деньги не так важны, чем здоровье моей дочери. Не бойся, Цаоэр. Можешь ли ты сказать мне, что именно произошло?»

«На самом деле, я тоже не совсем уверена. После того, как я повредила голову и впала в кому, я увидела двух мужчин, которые были одеты в белое и черное соответственно. Они привели меня в странное место для встречи с очень почитаемым чиновником. Позже, казалось, что они упомянули что-то о незаконченной продолжительности жизни и что они взяли не того человека. Они даже сказали, что компенсируют для меня. Когда я проснулась, я чувствовала, что что-то внезапно возникло в моем разуме. Мои знания об устричном соусе также появились после того, как я проснулась. Однако я никогда не использовала эти знания, потому что у нашей семьи нет на это средств».

Юй Сяоцао пыталась говорить смутно, поскольку первоначальному хозяину было всего восемь лет. Когда она попадет в незнакомую обстановку, она определенно испугается и не будет четко помнить некоторые вещи.

«Цao’ер, не бойся! Предположительно, Столетний Чжан из деревни Шангтун также слонялся в подземном мире. Когда Король Ада заметил, что он ошибся, он компенсировал ему долгую жизнь. Таким образом, Столетний Чжан дожил до 108 лет, прежде чем умер от старости. Наша Цao’ер непременно будет жить долго в будущем!»

Юй Хай не смел представить, как его хрупкая и хрупкая дочь бродит по подземному миру, который был таким жутким и пугающим. Его дочь изначально была робкой, так как же ей было страшно в то время?

Юй Сяоцао была чрезвычайно удивлена тем, что на самом деле был похожий случай для истории, которую она случайно сфабриковала. Это было даже лучше, так как это увеличило правдивость ее истории.

Отец и дочь шли бок о бок по пустой улице. Юй Хай крепко сжал маленькую руку своей дочери, опасаясь, что ее заберут, если он хоть немного ослабит хватку.

____________________________

[1] Она на самом деле назвала его Чжоу Кайшен - Чжоу - это его фамилия, в то время как Кайшен означает Бог удачи.

[2] Бодхисаттва - тот, кто находится на пути к состоянию Будды, но еще не достиг его; божество в буддизме; термин, применяемый к добросердечному человеку.

Сяоцао почувствовала, как в ее сердце появилось тепло. Несмотря на то, что она рассказала такую нелепую историю, ее отец, который явно ее любил, решил полностью ей поверить и продолжал проявлять к ней беспокойство. Это было то, что заставляло ее чувствовать себя счастливой и благодарной.

В глазах Юй Хая его драгоценная дочь была чистой, как вода из скрытого источника. До травмы головы она никогда не выходила из дома и проводила большую часть своих дней, выздоравливая на кровати. Как она научится обманывать людей?

Кроме того, как восьмилетний ребенок узнает о черных и белых божествах Непостоянства, которые сопровождают мертвых, о судье мертвых, Короле Яме, и как выглядел Дворец Ада? Сможет ли она описать эти вещи так ясно, если бы сама не испытала их? У его дочери была нелегкая жизнь, она даже чуть не умерла. Он молча принял решение, чтобы такого больше не повторилось ...

«Отец, мы добрались до столярной мастерской!» Юй Сяоцао заметила, что ее отец был настолько погружен в свои мысли, что почти прошел мимо мастерской, поэтому она не могла не потянуть его за руку, чтобы напомнить.

Юй Хай быстро вышел из ступора и заметил человека с руками в рукавах, стоящего рядом со входом, поэтому он подошел к нему и сказал:

«Сэр, не могли бы вы позвать Юй Ханга? Я один из членов его семьи, и я здесь, чтобы передать ему одежду».

Человек посмотрел на пару отца и дочери и нетерпеливо ответил:

«Подождите здесь. У учеников в настоящее много работы, поэтому владелец не обязательно его отпустит!»

Когда человек шел к задней части зала, он тихо пробормотал про себя:

«Они не похожи на людей, которые не могут позволить себе содержать детей, так почему же они отправили своего ребенка в логово этого тигра?»

После того, как ее тело омолодилось водой из мистического камня, чувства Юй Сяоцао стали острее по сравнению с обычными чувствами человека. Она слабо слышала ворчание парня, и это напомнило ей синяки, которые она видела на лице своего старшего брата в последний раз, когда она навещала его.

«Отец, может будет лучше если старший брат вернется домой? Я чувствую, что изучать здесь плотничество не так хорошо, как если бы он учился у тебя охотиться и ловить рыбу! »

Юй Хай часто приезжал в город и также слышал слухи о плохом характере владельца столярной мастерской. Очевидно, всякий раз, когда он напивался, он использовал кулаки на своих учениках. Юй Хай нахмурился и затем тихо вздохнул:

«Давай обсудим это после Нового года. Поскольку сегодня нам пришлось занимать деньги, твоя бабушка обязательно воспользуется этим и устроит несколько истерик. Если мы вернем твоего брата, не спросив ее мнения, никто в семье не сможет насладиться праздниками в этом году! »

Пара отца и дочери довольно долго простояла, прежде чем увидела Юй Ханга, выбегающего из боковой двери. Прошло почти два месяца с тех пор, как Юй Сяоцао в последний раз видела своего брата. Она печально осмотрела его с головы до ног. Хотя она не могла обнаружить никаких новых ран на нем, цвет его лица был плохим, и все его тело стало мучительно худым.

Она спросила голосом, полным беспокойства:

«Старший брат, ты стал таким худым. Разве твой мастер не дает тебе еды?»

Юй Ханг старался сохранить улыбку на лице. Он мягко покачал головой и ответил:

«Я просто еще росту, поэтому и не могу набрать вес. Не волнуйся, сестренка! Количество еды, которое я здесь получаю, примерно такое же, как и дома!»

Это было то же количество, что и дома, но теперь у него появилась трудная работа. Тем не менее, Юй Ханг был тактичным и не высказывал эти внутренние мысли перед своей семьей, чтобы они не волновались.

Юй Хай осторожно разгладил ломкие и пожелтевшие волосы сына. Ребенок действительно стал худее. На самом деле, внешний вид его сына не сильно отличался по сравнению с тем временем, когда его бабушка ограничивала их рационы, поскольку его щеки еще тогда были впалыми. Его дочь не ошиблась, ему действительно нужно было как можно скорее вернуть сына домой.

Юй Сяоцао приложила много усилий, чтобы не расплакаться и выудила из кармана несколько булочек с мясом. Она сунула их в руки своему старшему брату и сказала:

«Старший брат, эти мясные булочки только что вышли из печи, ты должен съесть их сейчас, пока они еще горячие!»

«Разве я не говорил, что вам не нужно покупать мне еду? Если бабушка узнает, что вы покупаете случайные вещи, она обязательно рассердится!» Юй Ханг уставился на белую булочку с пухлым и сочным мясом, которая источала восхитительный аромат. Он не мог не проглотить слюну, которая накапливалась у него во рту. Сколько времени прошло с тех пор, как он последний раз ел что-то из белой муки?

Еда в столярной мастерской была самого низкого качества и делалась из грубого вида зерна. Что касается супа, за исключением нескольких кусочков капусты, это была в основном вода. В бульоне не было обнаружено ни капли масла. И у них никогда не было овощей!

Изначально мастерская приняла от семи до восьми учеников, но около половины из них ушли из-за голода. Остальные также давно бы ушли, если бы их родные семьи не были слишком бедными, чтобы их воспитывать. Всего минуту назад он был жестоко наказан вместе с двумя другими учениками, которые были немного старше его. Трое из них были приговорены к тому, чтобы стоять на коленях на заснеженной земле, и при этом им пришлось держать в руках тазик, полный ледяной воды. Глаза Юй Ханга потускнели от этого недавнего воспоминания.

«Эти паровые булочки были подарены нам шеф-поваром Ваном ресторана Чжэньсю, поэтому мы не тратили денег. Поторопись и съешь их, они не будут такими же вкусными, когда остынут». – убедительно объяснила Юй Сяоцао. Она вдруг заметила, что рука, которой ее старший брат держал булочку, непрерывно дрожала. Поэтому она не могла не спросить:

«Старший брат, что с твоей рукой?»

Юй Ханг уклончиво ответил:

«Мы не выполнили все наши задачи, поэтому мастер нас наказал. Это не имеет большого значения, я буду в порядке после того, как немного отдохну. Отец, сестренка, вы уже ели?»

«Мы уже поели. Сяоша, работа в мастерской утомительна? Просто потерпи еще несколько дней. Когда я вернусь, я поговорю с твоей бабушкой, а после того, как мы закончим праздновать Новый год, мы вернем тебя домой ». Услышав, что его послушный и трудолюбивый сын был наказан, Юй Хай укрепил желание вернуть своего сына домой.

Юй Ханг больше не мог сдерживаться. Он достал дымящуюся горячую мясную булочку и откусил большой кусок. Мальчик чуть не расплакался, попробовав сочетание мягкого и нежного хлеба с богатым и ароматным мясным фаршем.

Услышав, что сказал его отец, Юй Ханг на мгновение поколебался, а потом покачал головой:

«Отец, бабушка не согласится. Неважно, сколько работы делает каждый из нас, это ничего не значит в ее глазах. Она не позволит мне вернуться домой, чтобы жить легкой жизнью! Кроме того, если мы хотим разорвать договор об ученичестве, нам нужно заплатить владельцу мастерской деньги. Отец, ты правда думаешь, что бабушка даст деньги для кого-нибудь, помимо нашего младшего дяди?»

Прошедшее полугодие ученичества было для Юн Ханга сплошным кошмаром. Мало того, что он не мог нормально есть и выспаться, он был также наказан за каждую мелочь, и штрафы менялись по прихоти. Это истощило его физически и морально. Фактически, если бы его отец и младшая сестра не приходили к нему в гости, вполне вероятно, что он не смог бы долго выдержать эти пытки.

Если он не смог выстоять с тазиком, то он мог только оказаться пропитанным ледяной водой. Будучи учеником из бедной семьи, он считал, что ему повезло даже с одним теплым предметом одежды. Если бы он намочился, у него не было другой одежды, чтобы переодеться. Без чего-либо, что могло бы согреть его в такую морозную погоду, разве бы он не отбросил коньки?

Вот почему он не отклонил предложение вернуть его домой. Несмотря на то, что он, как правило, был очень разумным, он только высказал свои опасения по поводу плана.

Решимость Юй Хая еще больше укрепилась, и он похлопал сына по плечу. Его глаза покраснели, когда он сказал:

«Не беспокойся об этом! Отец сможет решить вопрос с деньгами. Подожди немного ... возьми эту горстку денег. Всякий раз, когда ты проголодаешься, ты сможешь купить пару булочек на пару, чтобы заполнить желудок. После новогодних праздников отец придет к тебе снова».

Юй Сяоцао посмотрела на горстку медных монет, и ее отношение к отцу изменилось в лучшую сторону.

«Старший брат, это пальто передал третий молодой мастер Чжоу, и оно довольно толстое. Не забудь надеть его, когда вернешься».

Юй Сяоцао заметила, что руки ее брата были покрыты гнойными очагами от обморожения, а также имели трещины на коже, заполненные кровью. У десятилетнего ребенка были руки, похожие на пожилого человека. От этой картины она почувствовала себя плохо. В следующий раз ей определенно нужно будет сделать немного мази от обморожения для ее старшего брата с небольшим количеством воды мистического камня. Эта комбинация должна исправить его руки!

Увидев, как Юй Ханг съел три мясных булочки подряд, Юй Хай предупредил его:

«Не ешь больше, иначе в конечном итоге ты можешь лопнуть. Выпей немного горячей воды, когда вернешься, и оставь оставшуюся еду на завтра. Уже поздно, твоей младшей сестре и мне нужно возвращаться. Береги себя».

Юй Ханг осторожно завернул оставшиеся мясные булочки и спрятал еду в пальто. Он не хотел прощаться с отцом и младшей сестрой. Если бы только отец мог убедить бабушку вернуть его как можно раньше. В противном случае он, скорее всего, окажется в роли Маленького Му и окажется на грани смерти, прежде чем его семья получит уведомление о его возвращении.

Когда Юй Сяоцао и ее отец проходили мимо Медицинского зала Тонгрен, Юй Хай настоял на том, чтобы Доктор Сунь проверил его дочь.

[Ха-ха! Как много духовной энергии, теперь я могу впитывать ее еще больше!]

Маленький божественный камень сидел на шкафу, наполненному драгоценными лекарственными травами, словно геккон, который нашел место отдыха. В любом случае, никто другой не мог видеть его, кроме его хозяина, поэтому не имело значения, каков его внешний вид.

У доктора Сунь сложилось хорошее впечатление от отца и дочери. Он погладил свою длинную бороду, спрашивая маленькую девочку:

«Где ты себя плохо чувствуешь?»

«Со мной все в поряд ...» Прежде чем Юй Сяоцао успела ответить, ее отец прервал ее.

«Доктор Сунь, моя дочь упала в обморок сегодня утром. Пожалуйста, взгляните на нее и проверьте, не является ли это рецидивом ее старой болезни».

В прошлом Юй Сяоцао часто болела, и этот опыт оставил глубокое впечатление в сердце Юй Хая. Было несколько раз, когда доктор Ю ничего не мог сделать, и только доктор Сунь мог спасти жизнь его дочери.

Юй Сяоцао знала, что она не может обмануть высококвалифицированного доктора Сунь, и поспешно сказала:

«Отец, раньше я была немного напугана бабушкой. Я уже говорила, что я давно выздоровела от своей старой болезни, почему ты до сих пор не веришь мне?»

Доктор Сунь осторожно проверил ее пульс и цвет лица. Он слегка улыбнулся и сказал:

«Не беспокойтесь, хроническое заболевание этой маленькой девочки определенно исцелено. Но немного дополнительной осторожности не помешает. Ребенка не следует пугать, так как иногда из-за чрезмерного испуга может возникнуть еще одна большая проблема».

«Спасибо доктор. Пожалуйста, назначьте лекарство, чтобы стабилизировать ее состояние ... »

«Доктор Сунь уже сказал, что я в порядке. Какой смысл назначать лекарства?» Юй Сяоцао действительно не хотела пить горькие лекарства.

«У каждого лекарства есть побочный эффект. У этой маленькой девочки хорошая голова на плечах, и ей больше не нужно принимать лекарства». Слова доктора Сунь были как луч света в темноте, и он смог отрезать упорную настойчивость Юй Хая. Затем старик с улыбкой посмотрел на Юй Сяоцао.

Юй Сяоцао смущенно улыбнулась в ответ. Этот доктор Сунь был довольно интересным стариком. Внезапно она вспомнила тяжелое состояние своей матери. Она описала симптомы и состояние пульса с подробными деталями.

«Маленькая девочка, у тебя есть медицинские знания?» Доктор Сунь показал ошеломленное выражение.

Юй Сяоцао усмехнулась и сказала:

«Немного. Я проводила некоторое время с доктором Ю, нашим сельским доктором, в течение нескольких дней и узнала пару вещей. Это не настоящие медицинские навыки, и я не смею показывать их перед вами».

Доктор Сунь улыбнулся и больше не спрашивал. Некоторое время он размышлял, а затем объяснил:

«Из того, что ты мне рассказала, я могу сказать, что это старая болезнь. Если и дальше не будет никакого лечения, у нее появится хроническое заболевание легких. Во-первых, пусть она выпьет лекарства, которые я ей назначу. Но будет лучше, если она лично придет ко мне».

После получения лекарства пара отца и дочери снова и снова благодарила доктора Сунь. Затем они вдвоем отправились на окраину города, чтобы забрать свои санки. По дороге Сяоцао купила несколько булочек с мясом в придорожном киоске и использовала булочки, чтобы накормить двух энергичных собак, пока они не наполнились. Кроме того, она добавила пару капель воды из мистического камня в питьевую воду собак.

Две собаки мгновенно стали живыми и полными энергии. По дороге домой два животных тянули сани с молниеносной скоростью. Они даже догнали и прошли мимо парня, который катался на санях, запряженных лошадьми. Водитель восхищенно воскликнул о скорости и силе двух собак и даже сказал, что его собственная лошадь не сможет их догнать.

Две крепкие и храбрые собаки преодолели дистанцию ​​около двадцати пяти километров менее чем за час. Прежде, чем они прибыли к въезду в деревню, пара отца и дочери сделала обходной путь, чтобы проверить ловушки, которые они установили ранее. Для Сяоцао не было сюрпризом, что более половины их ловушек поймали какую-то дичь.

Из двух больших ловушек первая была повреждена, а другая поймала толстого и мясистого оленя. Однако оказалось, что с тех пор, как олень попал в ловушку, прошло слишком много времени. Животное уже умерло некоторое время назад и застыло. Другие более мелкие ловушки в основном поймали диких зайцев и фазанов, но одна из них даже поймала барсука!

Сяоцао не была знакома с барсуками, поэтому она с любопытством тыкала животное пару раз. Наконец на лице Юй Хая появилась легкая улыбка, и он сказал: «Мех барсука очень теплый. Я скажу, чтобы твоя мама сделала для тебя меховой жилет. Мясо барсука тоже очень вкусное и обладает способностью питать организм. Ты должна забрать жир из барсука, чтобы, когда Доктор Ю вернется, он мог использовать его для приготовления мази от ожогов».

«Этот барсук, вероятно, весит по меньшей мере двадцать или около того кэти. Он может быть продан за пару сотен медных монет. Отец, как думаешь, бабушка действительно позволит нам съесть его?» Юй Сяоцао небрежно ответила без особого ожидания.

«Этот барсук был пойман нами, если я скажу, что мы его едим, то мы его будем есть!» У Юй Хая был гораздо более решительный и властный воздух вокруг него, чем раньше.

У них был довольно большой улов, и в целом это было около двух-трехсот кэти. Юй Хай сложил добычу на санях и пошел рядом с ними. Время от времени он спрашивал свою дочь, голодна ли она или холодно ли ей.

Юй Сяоцао была завернута, пока она не стала похожа на большой ватный шарик. Кроме ее глаз и носа, все остальное было под слоями ткани. Она не могла не вздохнуть внутренне: «То, как отец относится ко мне, его дочери, невозможно передать словами!»

Пара отца и дочери сначала пошла к дому дяди Юй Хая, чтобы вернуть санки. По дороге Сяоцао уже убедила своего отца, что он не должен временно возвращать деньги, которые он одолжил. Имея долг, который он должен погасить, у него будет повод не отдавать деньги, полученные от продажи добычи. В это время необходимо было, чтобы у их собственной ветки был свой кошелек!

После нескольких последних событий Юй Хай очень четко осознал важность наличия денег. У его жены была плохая конституция с тех пор, как она родила Маленького Шито, и даже несколько раз кашляла кровью. Хотя его младшая дочь сказала, что она чувствует себя хорошо, но он все еще не был полностью убежден ею. Если бы в его руках не было ни одной медной монеты, что он мог сделать в будущем? Будет ли ему суждено наблюдать, как его близкие страдают, когда кто-то заболеет или они столкнутся с катастрофой?

Таким образом, он не сказал ни слова, когда его дочь получила банкноту в пятьдесят таэлей серебра ранее. Кроме того, когда его дочь предложила отсрочить погашение долга, он также согласился на эту идею без единого колебания. В будущем он продолжит усердно трудиться и прилагать большие усилия для всей семьи, но он никогда не оставит без внимания свою собственную семью и снова станет глупо сыновным!

«Дахай, быстро приведи ребенка в комнату, чтобы она могла сесть на кан, чтобы согреться. Сегодня такой холодный день, вы должны быть замерзли, верно? Как ты, Сяоцао? Ты выглядишь довольно бледной и вялой!» Юй Личунь наклонился, чтобы забрать Сяоцао, и быстро вошел в дом.

Теплый воздух из комнаты сразу же ударил ее, и прежде чем она успела хорошенько осмотреть свое окружение, Сяоцао была вставлена прямо в одеяла, закрывающие кровать канг . Теплые одеяла были невероятно комфортными, и от этого она чувствовала сонливость.

«Что сказал доктор?» - спросил третий дядя Юй Сяоцао, Юй Цзян, держа в руках две тарелки горячего имбирного супа. Отдав одну миску Юй Хаю, он осторожно уговорил племянницу выпить имбирный суп.

Имбирный суп семьи Юй был приготовлен только из свежего имбиря, который варился в течение долгого времени. Юй Сяоцао поморщилась и хотела избежать мучений от употребления супа, но ее третий дядя открыл ее рот и насильно налил в неё. Хотя ее тело заметно согрелось, неприятная пряность бесконечно мучила ее горло и рот.

Юй Хай проглотил тарелку имбирного супа за один раз. Увидев неловкое выражение лица своей дочери, он злобно хмыкнул и сказал: «Доктор Сунь из медицинского зала Тонгрен осмотрел ее и прописал несколько лекарств. С ней все в порядке!»

Он определенно не сказал бы, что у его ребенка не было проблем со здоровьем. Юй Хай был очень хорошо знаком с характером мадам Чжан - деньги были ее жизнью! Если бы ей никогда не пришлось немного кровоточить, она бы никогда не узнала, что такое настоящая боль. В будущем, если она хочет плохо относиться к его дочери, ей нужно будет сначала подумать о последствиях!

Мадам Сан достала несколько вкусных печеных бататов [1], отдала их в руки Сяоцао и сказала: «Съешь, это поможет перебить вкус во рту. Твое тело, вот что имеет значение. Этот ребенок много пережил за последние несколько лет!»

«Спасибо, бабушка!» Сяоцао очень любила печеный сладкий картофель, но очень жаль, что у неё дома есть бабушка-ведьма мадам Чжан. У неё редко была возможность съесть что-то вкусное. Сладкий и ароматный вкус жареного сладкого картофеля на мгновение уничтожил рану на ее сердце, вызванную имбирным супом.

Юй Хай случайно поболтал со своим старшим дядей и двоюродными братьями. Когда он увидел, что его дочь, которая доела ее сладкий картофель, сонно потирает глаза, он встал и сказал: «Старший дядя, я обязательно верну деньги, которые одолжил у тебя до конца года. Я всегда буду помнить твою доброту ко мне.

Юй Личунь поспешно ответил: «Мы семья, не нужно ничего говорить о том, чтобы помнить о доброте! Не вини своего отца, он всегда был таким безвольным человеком. Твоя мачеха ... Айш, просто не упоминай об этом! Не делай эти деньги обузой для себя, моей семье они не нужны срочно!»

Юй Хай помог своей дочери надеть толстое кожаное пальто. Пальто было настолько большим, что почти касалось земли. Как будто она была в оцепенении, Сяоцао слепо споткнулась и последовала за своим отцом на ухабистой дороге. Убедившись, что Сяойао в порядке, Юй Цзян поднял маленького ребенка, готовясь отправить пару дочери отца в путь.

Юй Хай вытащил из кучи дикого зайца и фазана и поговорил со своим старшим дядей: «Прежде чем мы поехали в город, я отправился в горы, чтобы установить несколько ловушек. Возможно, это было из-за того, что снег мешал животным найти еду, но я неожиданно поймал много дичи. Этот заяц и фазан должны быть переданы старшей тете, чтобы она приготовила некоторые дополнительные блюда для празднования Нового года».

[1] Запеченный сладкий картофель

[[image:/storage/reader-images/a70178783a0f1b81e78bbe75899c5b8dd73c3eaa.gif]]

Юй Личунь не смог принять такой подарок и сказал: «Дахай, тебе не так просто охотиться в такую ​​морозную погоду. Когда Сяоцао заканчивает лечение, ей, возможно, потребуется больше лекарств. Ты должен оставить дичь себе и завтра вернуться в город, чтобы продать ее за деньги ...»

«Старший дядя, если ты это не принимаешь, значит, ты смотришь на меня, твоего племянника, свысока! Если бы ты не дал мне деньги сегодня, я действительно не знаю, что бы я делал... Это я проявляю свое сыновнее уважение к тебе, пожалуйста, ты действительно должен принять это!» Юй Хай был очень решительным в своей просьбе. Юй Личунь давно знал, что этот племянник обладает упрямой личностью. Если он действительно продолжит отказываться, человек перед ним может стать еще более беспокойным.

Когда они покинули жилище старшего дяди, было уже темно. Юй Хай наступил на замерзший снег и направился в сторону своего дома. Когда он шел, его сердце постепенно стало холодным и замерзло.

Двери комнаты были плотно закрыты, кухонная плита была ледяной… Слыша звуки прибытия людей, только дверь в западной комнате открылась с нетерпением. Его жена и дети поспешно вышли. В прошлом он действительно был глуп, когда позволял своей жене многократно страдать. В конце концов, здоровье его жены ухудшилось, и его дочь чуть не погибла.

Дверь в главную комнату была так же плотно закрыта, как и раньше. Слабые звуки ругани были слышны снаружи. В восточной комнате за окном тайком открылась крошечная щель. Внутри пара глаз встретилась с ним, а затем внезапно исчезла. Звук закрытия окна казался еще более очевидным в тихий вечер.

Юй Цзян нахмурился, положил сонно спящею Сяоцао на кровать канга в комнате, а затем вышел на улицу. Ее бабушка не была связана с ней кровью, но значит ли это, что ее дедушка тоже? Решения Второго Дяди в последние пару лет становятся все более запутанными!

Однако на этот раз Юй Цзян ошибочно обвинил Старого Юй. После того, как он закончил вечерний ужин, Старый Юй оделся и вышел на улицу, увидев, что его сын и внучка еще не пришли домой. Он хотел поприветствовать их и поэтому бродил вокруг. Однако пара отца и дочери собирала ловушки в горах, поэтому они пропустили друг друга.

Когда Юй Хай готовил лекарство под навесом, снаружи пришел Старый Юй. Как только он вернулся домой, он поспешил в западную комнату. Он вошел внутрь и увидел спящею Сяоцао. Спросив о ней из беспокойства, он также сказал: «Вы двое уже ели? Иди и скажи своей жене приготовить миску с лапшой, а также приготовь Сяоцао вареное яйцо».

Юй Хай взглянул на главную комнату и покачал головой: «У нас дома не осталось много белой муки, поэтому мы должны отложить ее, чтобы сделать новогодние вареники. Сегодня я поймал барсука. После того, как я закончу его обрабатывать, он будет использоваться для приготовления тушеного мяса».

Видя, что у его сына был план на дичь, Старый Юй подсознательно собирался что-то сказать, но проглотил свои слова до того, как они вышли, а затем сказал: «Это тоже хорошо! Мясо барсука может питать организм, ты должен давать ребенку больше еды».

Закончив, он сложил руки за спиной и медленно пошел обратно в главную комнату. Старый Юй почувствовал небольшую разницу в своем сыне, и он вздохнул внутренне - кажется, что чувства моего сына действительно пострадали на этот раз!

Юй Сяоцао проснулась от ароматного запаха мяса. Мясо барсука, естественно, было очень вкусным.

Вся семья сидела в кругу на кровати канга и наслаждалась вкусным и ароматным мясным рагу. Юй Хай посмотрел на мясо в миске и немного помолчал, прежде чем сказал: «Я пойду отправлю две миски в главную комнату!»

Госпожа Лю на мгновение остановилась в еде, прежде чем опустила голову, чтобы продолжить есть, но ничего не сказала. Маленький Шито, с другой стороны, усмехнулся и пожаловался: «Бабушка не хотела давать деньги на лечение Второй сестры, когда она заболела. Почему отец посылает ей мясное рагу?»

Сяоцао жевала кусок мяса, прежде чем проглотить его. Она сжала щеку маленького парня и сказала: «Она одна из старейшин дома. Она может плохо к нам относиться, но мы не можем не уважать ее».

Юй Хай посмотрел на свою дочь и внутренне кивнул. Это было правдой, быть сыновним - это закон, превосходящий небеса. Если бы стало известно, что молодое поколение их ветви ело мясо, не посылая ничего старшим, тогда их репутация была бы разрушена. Кроме того, в семье была печально известная сплетница, мадам Ли. Когда она что-то узнает, весь мир узнает!

Юй Хай вышел из кухни с тушеным мясом в руке. Когда он шел, он увидел мадам Ли в дверях восточной комнаты, которая вытянула шею к кухне и оглядывалась. Ее прожорливый сын стоял позади неё и жаловался: «Тушеное мясо! Я тоже хочу тушеное мясо! Почему западная комната может тайно есть мясо и ничего не давать нам?»

Юй Дашань силой втянул пару матери и сына обратно в комнату. Как раз когда он собирался закрыть дверь, он посмотрел на Юй Хая и сказал с глупой улыбкой на лице: «Дахай, твой племянник был избалован его матерью. Пожалуйста, не обращай на него внимания ...»

«На кухне есть больше мясного рагу, если хочешь, можешь сам кинуть его». Юй Хай вошел в главную комнату с мисками в руках.

Мадам Чжан прищурилась, глядя на него. Ее голос был резким и пронзительным, когда она сказала: «О! Эта старуха не имеет счастья в этом году, чтобы пить суп и есть мясо! Если я это сделаю, я могу сократить свою жизнь!»

Старый Юй посмотрел на неё и опроверг: «Хватит так много говорить! Я согласился позволить им убить барсука. Вторая невестка и Сяоцао имеют слабую конституцию и должны есть что-то, чтобы укрепить свое тело. Как мы можем сократить нашу жизнь, съев мясо, на которое мы сами охотились? Если ты не хочешь есть, я съем обе наши доли!»

«Есть! Есть! Есть! Они принимают лекарства, а также едят мясо! Как мы должны поддерживать все это? Я так стара, но я нормирую свою еду и одежду. Как вы думаете, для кого я экономлю? Одно дело не получать никаких выгод, но меня также обвиняют во всем! Небеса! Вы просто должны забрать эту старую леди, ах! Только тогда я перестану быть бельмом на глазу для некоторых людей… » Мадам Чжан села на кровать канга и хлопнула себя по ноге. Она непрерывно выла, но ни единой капли слезы не было видно.

В семье Юй этот вид действия можно было наблюдать каждые несколько дней. Юй Хай был морально и физически истощен, и у него больше не было сил, чтобы соответствовать ее «игре». Он молча поставил миски с тушеным мясом, повернулся и вышел из комнаты. Вид его спины казался особенно опустошенным и опущенным.

Как только он ушел, госпожа Чжан вела себя так, как будто выключатель ее мегафона был выключен и мгновенно замолчала. Она яростно нахмурила брови, и ее треугольные глаза смотрели на дверь. Ее рот изогнулся в хмуром взгляде.

Внезапно она заметила, что Старый Юй закончил одну миску мясного рагу и собирался схватить другую. Старуха поспешно выхватила миску и начала есть с большими глотками, пока она говорила со Старым Юй: «Старик, почему у меня такое чувство, что Второй Сын сегодня немного другой? Он хочет бунтовать?»

«Почему ты говоришь о восстании? Если твоя дочь упадет в обморок от болезни, а твои родители откажутся дать деньги и вместо этого будут создавать проблемы, разве ты не заставила бы небо упасть с твоим вспыльчивым характером? У других людей тоже есть характер. Когда Второй сын становится упрямым, даже три больших вола не смогут сдвинуть его!»

Старый Юй небрежно вытер рот, наслаждаясь вкусом мяса барсука. Очевидно, дома был хороший охотник, но из-за внутренней суматохи он не смог даже получить крошечный кусочек мяса за последние несколько месяцев.

«Как такое можно сказать! Чья дочь упала в обморок от болезни? Ты хочешь сказать, что моя дочь не твоя дочь?! Как ты можешь проклинать свою дочь? Тебе нужно встать на колени и просить прощения! Не обвиняй нас, Будда, это было просто проскальзывание языка, не обвиняй нас, не обвиняй нас ... » Госпожа Чжан благочестиво сжала руки и начала кланяться влево и вправо.

В ту ночь, госпожа Чжан непрерывно ворочалась на кровати канга. Неважно, что она делала, по какой-то причине она не могла уснуть. Она ударила громко храпящего Старого Юй и встревоженно поболтала: «Старик, как ты думаешь, Второму сыну пришлось потратить много денег на этот раз? Они обратились к врачу из медицинского зала Тонгрен и вернулись с большим количеством лекарств».

Старый Юй нетерпеливо перевернулся, и его голос приглушился, когда он ответил: «Я не врач в медицинском зале Тонгрен, откуда мне знать, стоит ли лекарства дорого? Хватит бесконечно болтать, если ты не хочешь спать, это не значит, что другие люди не хотят спать! Неважно, сколько денег они потратили, тебе не о чем беспокоиться, ведь тебе не понадобится платить ни одной медной монеты!»

Мадам Чжан подтолкнула его еще раз изо всех сил и сказала: «Что ты имеешь в виду, что деньги не приходят из моих рук? Я просто вышла на улицу, чтобы проверить, и Второй сын сегодня поймал много животных. Даже при оценке на низком уровне, дичь может быть продана за пару сотен медных монет. Если он не должен денег, не весь ли доход от его продажи пойдет мне?»

Как только она увидела животных, она мгновенно превратилась в кучу денег в ее глазах! Сердце мадам Чжан было наполнено нежеланием.

Разочарование в сердце Старого Юй вспыхнуло, и он неожиданно сел на кровать и уставился на неё: «Кто сегодня суетился? Если бы не твой ужасный характер, ребенок не испугался бы, и тогда Второму сыну не пришлось бы занимать деньги у старшего брата. Несмотря на то, что у нас, бабушки и дедушки, деньги явно есть, ты отказалась дать их для лечения ребенка. Какое лицо у меня осталось? Как я должен выйти в будущем?»

«И что? Кто бы ни пытался говорить за нашей спиной, я обязательно позабочусь о них лично. Сколько денег стоит твое старое лицо в любом случае? Оно так же ценно, как и будущие перспективы Третьего сына?» Мадам Чжан выдвинула ложный аргумент против него.

«Будущие перспективы третьего сына?! С моей точки зрения, будущие перспективы Третьего сына когда-нибудь будут разрушены его матерью, которая по сути является быком в посудной лавке!» Старый Юй яростно лег на кровать.

Мадам Чжан вела себя так, как будто она была кошкой, на хвост которой только что наступили. Она быстро вскочила и силой вытащила одеяло, которое было на Старом Юй. Она ударила старика и закричала: «Ты глупый старый дурак! После того, как ты проклял нашу дочь, ты продолжаешь проклинать нашего сына! Как будущие перспективы Третьего сына могут быть разрушены мной? Если ты не дашь мне разумного объяснения, даже не думай о том, чтобы спать сегодня вечером!»

«Почему ты ведешь себя так безумно посреди ночи?» Старый Юй не знал, что делать со своей сумасшедшей женой. Он пытался блокировать ее удары и несколько испуганно закричал.

«Глупый старый дурак! Я уже видела твои истинные мысли. Ты ценишь только сына и дочь, которые были рождены Чжу Сююнь. Наши Сяобо и Сяодай не считаются потомками семьи Юй, не так ли? Ради наполовину мертвой негодяйки ты не только проклинал нашу дочь, чтобы она заболела, но и проклинал будущие перспективы нашего сына. Будет ли в будущем путь для нас троих в этой семье?» На этот раз мадам Чжан достигла конца своей веревки. Она взвыла и закричала, продолжая тщательно избивать старика.

Обычно молчаливый Старый Юй не был близок к тому, чтобы быть ее противником. Старик мог только плотно обернуть одеяло вокруг себя и прикрыть голову, пока он терпел ее удары.

В комнате к западу от главной комнаты третья невестка, мадам Чжао, услышала шум и сурово нахмурилась. Она мягко похлопала сына, который спал, и поговорила с Юй Бо, который читал при свете лампы: «Смотри, они снова спорят! Что не так с твоей матерью, что она должна бросить припадок два-три раза за один день? С такими криками ты действительно сможешь учиться? На мой взгляд, я думаю, что мы должны упаковать наши вещи и завтра вернуться в город. Мы вернемся с 27 по 28 день нового года».

«Айш, просто забудь об этом. Погода сейчас холодная, а наш сын еще молод. Нет смысла совершать очередное путешествие туда и обратно. Завтра я скажу маме, что ей нужно успокоиться во время новогодних праздников!» Юй Бо с разочарованием оставил свои книги и сел рядом с мадам Чжао. Он потянул ее за теплые и нежные белые руки, пытаясь втянуть ее в свои объятия.

Мадам Чжао сделала знак протеста и покосилась на него. Она осторожно оттолкнула его и сказала: «Будь осторожен, чтобы люди, находящиеся рядом с нами, не услышали. Меня снова будут ругать за то, что я не являюсь хорошим примером и откладываю твою учебу».

При свете лампы мадам Чжао была прекрасна, как цветущий цветок. Ее сверкающие глаза несли намек на игривость, и Юй Бо чувствовал, как его сердце дрожит. Внезапно он опустил голову, чтобы встретить ее сочные, розовые губы. Его рука поднялась, чтобы схватить эти мягкие и пухлые… как раз когда они собирались стать более страстными, их маленький парень рядом с ними кашлянул и прошептал пару предложений. Пара мгновенно рассталась.

Щеки мадам Чжао покраснели, когда она посмотрела на своего мужа. Она обняла сына, чтобы помочь ему пройти в ванную, когда вдруг вспомнила сцену с утра. Она слегка вздохнула и сказала: «Муж, я не пытаюсь критиковать решения твоих родителей. Однако твоя мать определенно была не права в ситуации, которая произошла сегодня. Жизнь человека выше всяких ценностей. Как бабушка, как она могла быть настолько бездушной, наблюдая, как ее внучка заболела, и отказывалась давать деньги, чтобы получить лечение? На карту поставлена ​​жизнь ребенка!»

«Ах ... ты не можешь винить мою маму. Когда Сяоцао родилась, доктор сказал, что ее продолжительность жизни не будет слишком долгой. За последние несколько лет на ее медицинские расходы было потрачено много денег. Моя мама делает это ради меня, ради моего будущего!» Из-за своей матери Юй Бо не испытывал особых чувств в отношении своей юной племянницы.

Глаза мадам Чжао мелькнули, когда она ответила: «Муж, ты определенно не можешь так говорить! Что если это услышат посторонние в будущем! Подумай только, если появятся слухи, что ради твоего будущего мы пренебрегли жизнью твоей племянницы, что, по твоему мнению, произойдет? Даже если ты сдашь экзамен на уровне округа, тебе некуда будет идти. Репутация ученого-чиновника является самой важной вещью, и ты должен бояться любых пятен».

«Это… Что нам тогда делать? Есть пословица, которая гласит: "Хорошие новости никогда не уходят далеко, а плохие новости проходят тысячи миль". Боюсь, что новости о том, что Второй брат пошел к Старшему Дяде, чтобы занять деньги, уже распространились по всей деревне…»

Юй Бо очень доверял своей жене, так как она была дочерью ученого, сдавшего экзамены в графстве. Услышав ее предупреждение, его тело сразу же покрылось холодным потом с головы до пят. Он не мог не потирать руки, потому что не знал, что делать.

«Не беспокойся, дай мне подумать…» Мадам Чжао опустила голову, чтобы немного подумать над ситуацией. Она посмотрела на своего мужа и затем сказала: «Завтра, ты должен отдать немного денег Второму брату и попросить его использовать их, чтобы погасить свой долг старшему дяде… Не бери в голову, я должна сделать это сама! Иди спать, завтра твоя жена обязательно всё решит для тебя».

Юй Бо взглянул на своего любимого сына и, увидев, что он мирно спит, быстро обнял нежное тело своей жены, яростно поцеловал ее в шею и сказал: «Моя хорошая жена, ты действительно добродетельная жена. Возможность жениться на тебе - это благословение трех жизней… »

На следующий день это был редкий хороший день посреди зимы. Зимнее солнце ярко светило, его лучи излучали столько тепла, сколько было возможно. Когда Юй Хай ушел, чтобы проверить ловушки, которые они установили вчера, и принести дичь, которую они поймали, в город, Юй Сяоцао могла только лежать на кровати, притворяясь больной.

Вести себя как больной человек требовало много усилий, поэтому она как бы сожалела о своем решении сделать это. Она неоднократно напоминала Сяолянь, что нужно держать деньги от продажи дичи в своих руках и следить за тем, чтобы главный дом и восточная комната не узнали, сколько у них денег и т. д.

Мадам Лю разрабатывала лекарство перед дверью, и когда она закончила, она перенесла лекарство, чтобы дать ему остыть, прежде чем выпить. Вчера ее муж и дочь взяли на себя инициативу купить ей лекарство на сумму около двух таэлей серебра. Это действительно заставило ее сердце болеть. Однако лекарство уже было куплено. Даже если бы она не приняла его, деньги не вернулись бы.

После того, как мадам Лю закончила пить лекарство, она отнесла кучу грязной одежды к пруду у подножия горы, где ей пришлось разбить лед, чтобы постирать белье. Маленький Шито обнял маленькую косулю, сидя на канге и болтая со своей второй сестрой.

В это время младшая тетя Юй Кэйди немного огляделась, прежде чем тихо проскользнуть в западную комнату. В ее руках была миска с горячей сахарной водой, в которой плавало яйцо-пашот.

Видя, что ее молодая племянница вяло сидит на канге ( примечание автора: ей на самом деле было скучно до смерти ), она тихо сказала: «Сяоцао, твоя тетя сделала сахарный сироп с яйцом. Быстро съешь его, пока он еще горячий».

Сяоцао взглянула на содержимое чаши. Она знала, что всякий раз, когда у ее тети будут месячные, бабушка будет давать ей пить немного сахарной воды с яйцом.[1] Говорят, что она обогащает кровь и питает тело, и должна быть очень полезна для здоровья женщины. Для ее биологических детей мадам Чжан считалась довольно хорошей матерью.

«Младшая тетя, если бабушка узнает, что вторая сестра съела твое яйцо в сиропе, она ударит вторую сестру». Маленький Шито поморщился и сказал, как маленький взрослый.

Юй Кэйди сжала его пухлые щеки и сунула миску с сахарной водой в руки Сяоцао и сказала: «Не волнуйся. Моя мама поехала в город, чтобы помочь мне купить иголки и нитки. Быстро ешь, как только она остынет, она больше не будет вкусной».

Юй Сяоцао на мгновение заколебалась, а затем медленно выпила сахарную воду под пристальным взглядом своей младшей тети.

Легкая улыбка наконец появилась на лице Юй Кэйди. Она слегка вздохнула и сказала: «Сяоцао, вчера твоя бабушка была в гневе. Ты знаешь личность своей бабушки. Чем больше другие люди спорят, тем злее она становится. Ты обвиняешь меня в том, что я не говорила за тебя?»

«Нет, младшая тетя. Спасибо за сахарную воду, она очень сладкая!» Юй Сяоцао не могла сказать, нравится ли ей или не нравится ее младшая тетя, у которой была слабая и гибкая личность, и она была почти невидима в этой семье. Несмотря на это, она не планировала слишком увлекаться ею. В любом случае, она только планировала отплатить людям, которые хорошо с ней обращались в будущем.

[1] Сахарная вода с яйцом (и некоторые другие ингредиенты)

[[image:/storage/reader-images/bd8093cbf6e25dc8df02fc621742798133d20cb3.jpg]]

Юй Кэйди взъерошила волосы Сяоцао, и ее улыбка немного углубилась: «Пока ты меня не обвиняешь, все хорошо. Отдохни сейчас, завтра я снова принесу тебе еще сахарной воды с яйцом».

У младшей тети была мягкая личность, похожая на тесто. С первого взгляда можно сказать, что было бы легко сжать ее в ладони. Трудно было сказать, будут ли в будущем над ней издеваться ее родственники. У мадам Чжан была такая проницательная и пламенная личность; как она в итоге вырастила такую ​​слабую и милую дочь?

Юй Сяоцао подумала: они забрали домой не того ребенка? Эхххх ... в это время все роды проводились дома с помощью акушерки. У кого-то не было возможности забрать домой не того ребенка!

От скуки Юй Сяоцао дразнила маленькую косулю Крошку. Эта маленькая косуля была довольно странной. Они уже держали ее в течение нескольких месяцев и последовательно кормили ее. Фактически, время от времени ей даже давали немного воды из мистического камня, чтобы питать ее. Но почему она совсем не выросла? Она была все еще такой маленькой и казалась очень восхитительной. Ее продолжительный крошечный размер вызывал разочарование у некоторых людей, которые хотели "убить ее, когда она подрастет".

Однако, как домашнее животное, эта косуля миниатюрного размера была действительно очень милой! Кроме того, маленькое существо любило чистоту и было полно интеллекта. Оно никогда не причиняло "неприятности" в комнате и не имело характерного запаха косули. На самом деле, от косули слабо пахло свежей травой.

Маленький Шито любил обнимать животное и брал его с собой куда угодно. Деревенские дети были зеленые от зависти. Вузи, который был в лучших отношениях с Маленьким Шито, сделал все возможное, чтобы убедить Шито одолжить ему маленькую косулю, чтобы поиграть с ней пару дней. Однако Крошка абсолютно отказалась следовать. Даже когда животное было принудительно доставлено в дом Вузи, существу всегда удавалось "вырваться из тюрьмы" и бежать домой.

Однажды, когда дверь дома была плотно закрыта, маленькое существо глупо стояло на снегу и замерзало целую ночь. На следующее утро оно почти превратилось в ледяную скульптуру от холода, и Маленький Шито почувствовал себя очень плохо. С тех пор Крошка никогда больше не отдавалась другим людям.

В этот момент маленькая косуля легкомысленно лежала рядом с Сяоцао и не имела дурной воли к руке, которая трогала ее волосы. Наоборот, время от времени она протягивала теплый и влажный язык и облизывала руку Сяоцао.

В своей прошлой жизни Сяоцао воспитывала маленькую собаку, которая любила лизать людей больше, чем это существо, поэтому она не особо к этому относилась. Однако у маленького божественного камня на ее запястье были другие мысли: [Эй, ты можешь оттолкнуть это животное? Камень на твоем запястье - это моё тело, так как я могу страдать, если такой скромный зверь запачкает его?]

Юй Сяоцао проигнорировала камень и намеренно положила запястье ближе ко рту маленькой косули. Разноцветный камень по неосторожности испускал немного духовной энергии, что делало чувствительную и умную косулю еще более довольной. Скорость облизывания заметно возросла.

[Уходи, уходи сейчас же!] Маленький божественный камень вспыхнул в ярости, и золотой котенок вылетел к голове маленькой косули. Он непрерывно царапал ее, но у него не было достаточно энергии, чтобы материализоваться в физическую форму. Котенок зашипел, пока не стал похож на ежа.

«Маленькая клецка, ах, Маленькая клецка! Почему ты еще не научился быть послушным? Твоя судьба решается моими руками, так как я твой хозяин. Поэтому тебе нужно быть более уважительным ко мне и более вежливым! Ты понимаешь?» Юй Сяоцао было скучно, поэтому она намеренно дразнила высокомерный маленький божественный камень.

[Ты не можешь называть меня Маленькой клецкой! Это имя совсем не впечатляет! Пожалуйста, зови меня Господь Божественный Камень... Да! Заставь этого зверя быстро уйти! Я весь в слюне, и это отвратительно!]

Маленький божественный камень был похож на тигра, которого лишили когтей и клыков. Он ничего не мог сделать против мерзкого человека и слабого существа перед ним. В прошлом он мог бы решить их обоих, даже не шевеля пальцем!

[Ладно! Мастер! Моя дорогая хозяйка! Я сдаюсь! Пожалуйста, оттолкни его и помоги мне принять ванну!] Как божественный камень Богини Нувы, который больше всего любил чистоту, Маленькая клецка наконец признал поражение своему мерзкому хозяину.

Маленький божественный камень вытер слезы и заплакал: «Богиня Нува, ты знаешь, что твой самый любимый камень мучается в каком-то безымянном уголке мира? Пожалуйста, спаси меня быстро!»

Хотя маленький божественный камень не хотел этого признавать, но Богиня Нува также дала ему имя, очень похожее на то, которое ему дал брат его нынешней хозяйки! Это также, почему, когда Сяоцао ранее спросила его имя, он отказался сказать ей. Как великий и величественный небесный божественный камень, имя которого было дано слабым человеком с соплями в носу, ему стало очень стыдно. ( Примечание автора: протест Маленького Шито: Когда я был очень маленьким, у меня не было насморка, хорошо! )

К тому времени, когда Юй Сяоцао чуть не уснула от скуки, дверь в западную комнату снова была открыта. Маленькая и пухлая фигура, которая выглядела почти как мяч, пробралась сквозь щель в двери. Позади него была маленькая служанка, которая неоднократно говорила: «Маленький хозяин, будь осторожен с порогом. Не падай!»

«Крошка! Крошка, Дуду хочет поиграть с Крошкой!» Маленький ребенок Дуду увидел маленькую косулю на кровати канга и бросился на нее взбираться. Однако его маленькие ножки были слишком слабы. Его руки схватились за кровать, и он попытался подняться, но все же потерпел неудачу через некоторое время.

Сяоцао злобно хмыкнула на месте происшествия и не собиралась помогать маленькому мальчику. Глаза маленького Дуду сдерживали слезы, когда он обвиняюще смотрел на неё.

Краем глаза Юй Сяоцао увидела изящную фигуру, идущую в комнату. Она поспешно кашлянула пару раз и притворилась слабой и бессильной. Она тихо сказала: «Дуду, твоя старшая сестра сейчас больна. Тебе не следует лезть сюда и вдыхать воздух от моей болезни. Если хочешь, можешь взять Крошку обратно в свою комнату, чтобы поиграть…»

Прежде чем Маленький Дуду смог согласиться, его прервал кашель матери: «Это не имеет большого значения. Пусть Дуду сядет с Шито во главе кровати канга и будет играть. Я, твоя тетя, хотела бы поговорить с тобой».

Девушка-слуга наклонилась, чтобы поднять маленького хозяина на кровать канга . Под намеком мадам Чжао она вышла из западной комнаты и даже мимоходом закрыла дверь.

«Сяоцао, твоя бабушка вчера была в гневе. Как ее невестка, я не могу умышленно не подчиняться ее желаниям, верно?» Госпожа Чжао села на край кровати Кан и потянула руку Сяоцао. Казалось, она полна искренности.

Сяоцао внутренне усмехнулась и подумала: «Кто не знает, что человек, которого старая ведьма боится больше всего, это ты, мадам Чжао. Старушка подумала бы, что даже твой пук хорошо пахнет. Вчера, если бы в восточной комнате было малейшее движение, мадам Чжан сразу же вытащила бы серебро. Младшая тетя, ах, младшая тетя, ты пытаешься обмануть маленького ребенка! ( Примечание автора: ты маленький ребенок прямо сейчас! )»

Пустое выражение в глазах Сяоцао ( примечание автора: на самом деле, она просто терялась в своих мыслях, когда слушала свою тетю ), заставило мадам Чжао чувствовать себя немного бессильной. Она больше не пыталась обойти эту проблему и прямо сказала: «Сяоцао, мы с твоим младшим дядей живем в городе, поэтому нам нужно снять дом, заплатить его наставнику и купить кисти и чернила для дяди. Нам также нужно тратить деньги на еду. После попыток сэкономить, твой младший дядя и я смогли спасти только один-два серебра. Сколько денег твой отец занял у старшего дяди? Возьми это сначала и возмести немного сейчас!»

Сяоцао несколько раз тихо кашлянула, чтобы показать, что она "очень слаба". Она посмотрела вниз на кусочки серебра в руке мадам Чжао и не смогла сдержать насмешку: «Она действительно думает, что другие люди глупцы, а! Каждый месяц мадам Чжан посылала более чем достаточно денег, чтобы покрыть расходы на проживание сына и невестки. Из кислых комментариев мадам Ли я знаю, что сумма денег, которую она дала своему младшему сыну за месяц, более чем равна сумме денег, которую вся наша семья тратит за полгода».

За три коротких года пара не только не стала беспокоиться о еде и расходах на проживание, но и купила маленькую служанку, чтобы помочь им. На оставшиеся деньги они купили небольшой ларек на довольно пустынной улице в городе, чтобы вести небольшой продуктовый бизнес.

Снаружи они утверждали, что магазин - это приданое семьи Чжао. Однако, как приданое, почему они не получили его, когда обручились, но он был отправлен только через три года? Такая история может только одурачить только детей, ах!

Однако перед "доброй волей" младшей тети Сяоцао не стала бы разоблачать ее ложь и вместо этого тактично отказалась от предложения: «Младшая тетя, Дуду все еще маленький, и младшему дяде нужно продолжить обучение в школе. У вас впереди много расходов. Сяоцао благодарит младшую тетю за ее добрые намерения; тем не менее, тетя должна сохранить эти кусочки серебра и вернуть их домой!»

«Старшая сестра, старшая сестра! Деньги для тебя, чтобы посетить врача!» Маленький Дуду подполз и попытался схватить серебряные кусочки от своей матери и поместить их в руках Сяоцао. С огромным усилием ему удалось встать и прижаться лбом к ее лбу. Всякий раз, когда он заболевал, его мать делала так.

Сяоцао почувствовала, как ее сердце смягчилось, она ущипнула пухлые щеки маленького парня и мягко сказала: «Наш Дуду очень милый. Старшая сестра скоро поправится. Когда растает снег, я пойду в горы, чтобы поймать рыбку и сварить тушеное мясо для Дуду!»

«Хорошо, хорошо!» Маленький Дуду хлопнул в ладоши и подпрыгнул, взвизгнув от восторга на кровати канга. Внезапно он споткнулся и упал головой в мягкие одеяла. Он долго пыхтел и боролся, но не мог встать. Только с помощью Маленького Шито этот малыш наконец-то был спасен.

«Старшая сестра, поправляйся скорее! Тебе нужно ловить рыбок и тушить мясо для Дуду!» Маленькому Дуду было все равно, что его зад все еще зудел от падения, и вместо этого он устремил свои влажные и блестящие темные глаза на Сяоцао. Выражение его лица было похоже на голодное выражение косули, когда ей хотелось получить больше воды из мистического камня.

«Хорошо, хорошо, хорошо! Я буду тушить мясо для Дуду!»

Получив обещание Сяоао, Маленький Дуду счастливо улыбнулся, и его внимание снова отвлекла живая косуля, бегающая по кровати канга . Толстый маленький мальчик встал на четвереньки и погнался за маленькой косулей.

Юй Сяоцао вернула кусочки серебра, которые были вложены в ее руку малышом, и сказала: «Младшая тетя, хотя на этот раз мы заняли много денег, я слышала, как отец говорил, что из-за метели в городе действительно не хватает дичи, поэтому мы можем продать ее по хорошей цене. С другой стороны, если бы не было много снега, то отец мог бы просто больше ходить в горы и смог бы вернуть почти все деньги до конца года. Если бы это серебро было отдано старшему дяде, этого было бы недостаточно, чтобы вернуть те деньги, которые мы должны. Вероятно, лучше продать дичь и подождать, пока мы не вернем все деньги сразу».

«Какое лекарство было назначено, что стоило больше, чем два серебра?» Когда мадам Чжао узнала, что два серебра не сможет погасить долг, она не могла не чувствовать себя немного подозрительно.

Юй Сяоцао слегка вздохнула и сказала: «Доктор Сунь сказал, что моя врожденная конституция действительно слишком слаба. Это должно было быть тщательно восстановлено, но еды, которую я получала, было недостаточно. Поэтому Доктор Сунь добавил немного укрепляющего тоника, поэтому лекарство вышло дороже. Он также сказал, что после того, как я закончу лечение, мой отец должен отвезти меня в город для следующего визита. Если мое тело все еще слабое и не получило должного питания, мне, возможно, придется продолжать принимать лекарства».

Пока она говорила, Сяоцао сморщила брови и нахмурилась, словно ненавидела принимать лекарства, но застряла без выбора.

После окончания этого лекарства, ей может потребоваться больше? Неудивительно, что ее свекровь сказала, что эта девушка была бездонной ямой!

Госпожа Чжао без колебаний вернула деньги в руку Сяоцао и сказала: «Сяоцао, не беспокойся о деньгах. Очень важно заботиться о своем теле. Когда я вернусь, я поговорю с твоим младшим дядей и посмотрю, сможем ли мы собрать немного денег, хорошо? Дуду, давай вернемся назад, не мешай отдыху твоей старшей сестры».

«Нет! Дуду хочет поиграть с Крошкой!» Из-за снежной бури Дуду застрял внутри и редко выходил, поэтому, естественно, он не хотел возвращаться в их комнату снова.

Мадам Чжао попыталась убедить маленького парня уйти, но увидела, что он был почти в слезах. Она могла только согласиться позволить Дуду остаться в западной комнате, и самостоятельно вернулась в свою комнату.

Сегодня был прекрасный день. Небо было чистым и не было ни малейшего ветра. Юй Сяоцао притворилась слабой и заставила Маленького Шито поддержать ее, чтобы выйти во двор. Когда кто-то действовал в спектакле, нужно было продолжать весь акт, ах!

Лучи зимнего солнца на ее теле были такими же теплыми и утешительными, как любящая рука матери, нежно поглаживающая ее лицо. Юй Сяоцао было так удобно, что она почти уснула. Даже вид мадам Ли, выглядывающей из окна, не сильно ее раздражал.

Когда солнце начало садиться, Юй Хай и Сяолянь вернулись. Судя по улыбке на лице Сяолянь, день был хорош.

Юй Хай подобрал свою младшую дочь и перенес ее из несколько прохладного двора обратно в комнату. Проверив температуру на кровати канга , он пошел, чтобы добавить еще дров в кострище под кроватью. Он улыбнулся, наблюдая за своими двумя дочерьми, которые с каждым днем все больше и больше напоминали друг друга, и сказал: «Вы, две сестры, идите отдыхать, отец собирается подняться на гору, чтобы принести еще дров. Все пожилые и опытные жители деревни говорили, что в этом году будет суровая зима. Дополнительные дрова, безусловно, окупятся».

«Отец, я пойду с тобой!» Маленький Шито чувствовал себя душно после того, как застрял дома большую часть дня. Он взял с собой своего маленького помощника - маленькую косулю по имени Крошка - и нетерпеливо побежал за отцом.

Сяолянь подождала, пока ее отец не покинет дом, прежде чем она оглядела двор и осторожно закрыла дверь. Только тогда она сняла туфли и поднялась на кровать канга рядом с Сяоцао. Она вытащила из своего нагрудного кармана слиток в пять таэлей серебра, быстро сунула его в руки своей младшей сестры и тихо сказала: «Быстро спрячь деньги и не дай бабушке и старшей тете увидеть! Мы действительно поймали много дичи сегодня. В дополнение к вчерашней добыче мы продали их всего за пять слитков серебра! Однако, когда ресторан Чжэньсю оплачивал счет, они не дали деньги отцу, а вместо этого дали мне. Тебе не кажется это странным?»

Что было странного в этом? В прошлом Сяоцао всегда брала деньги, когда занималась бизнесом с рестораном Чжэньсю. В прошлый раз она даже взяла пятьдесят таэлей. Так почему же все по-другому с меньшей суммой в пять таэлей?

Сяоцао очень естественным образом отложила деньги и небрежно ответила: «Сяолянь, стоит ли быть такой счастливой из-за пары кусочков серебра?»

«Что ты имеешь в виду под "парой кусочков серебра"? До сегодняшнего дня большинство денег, которые когда-либо попадали мне в руки, составляли около десяти медных монет. Это серебро, ах! Целый серебряный слиток стоимостью пять таэлей!» Сяолянь поняла, что ее голос звучит громче, и поспешно прикрыла рот, глядя в окно.

«Старшая тетя так раздражает. Она снова пытается подслушать нас! Я не знаю, подслушала ли она то, что я сказала ранее. Если бабушка узнает, она наверняка взорвется!» Сяолянь видела, как мадам Ли с метлой все ближе и ближе приближалась к западной комнате, когда она подметала пол. Видя, что окно открыто, мадам Ли попыталась вернуться назад и направилась к курятнику.

Юй Сяоцао говорила так, будто ей было все равно: «Если она слышит, то она слышит. Что она может сделать? Мы должны старшему двоюродному дедушке несколько слитков серебра! Сейчас я тоже болею, и, возможно, позже мне нужно будет купить больше лекарств. Мне нужно тщательно заботиться о своем теле, чтобы не заболеть хронической болезнью! Сколько может длиться эта маленькая сумма денег?»

Она нарочно повысила голос за последние несколько предложений, словно говорила с мадам Ли, которая находилась посреди двора.

Мадам Ли подождала, пока окно в западную комнату не закроется, и только тогда она встала и плюнула в западную комнату и сказала: «Ба! Она бездонная яма, которая считает себя сокровищем. Несколько слитков серебра более чем достаточно, чтобы жениться на жене. Но теперь, все это будет потрачено на эту яму для медицины во второй ветви. Она серьезно бездонная яма! Когда она родилась, ее нужно было выбросить на южный склон!»

Южные склоны были на южной стороне Западных гор и были насыпью, заполненной случайным мусором и обломками. Всякий раз, когда ребенок в близлежащих деревнях умирал преждевременно или имел насильственную смерть и не мог быть похоронен в гробницах семьи, его или ее всегда хоронили там.

Мадам Ли, естественно, не смела громко озвучивать свои жалобы и могла говорить только за спиной другого человека. Таким образом, две сестры в западной комнате не слышали ее. В настоящее время Сяолянь взволнованно рассказывала свою историю о том, что произошло, когда она встретила молодого босса ресторана Чжэньсю.

«Младшая сестра, ты не поверишь, насколько смешной была эта сцена. Этот молодой мастер из семьи Чжоу схватил меня, как только встретил, и назвал меня "Сяоцао". Он даже сказал, что у него есть деловое предложение, и он хотел выяснить, заинтересована ли я сотрудничать с ним. В то время я была настолько потрясена, что не смогла отреагировать. Я просто подумала притвориться тобой, когда наш отец просто искренне сказал ему правду и продал меня! Когда Третий Молодой Мастер узнал, что я твоя сестра-близнец, его лицо наполнилось шоком и изумлением, и он мог только сказать "как!". Ты не поверишь, насколько смешным было его выражение лица в то время!»

Юй Сяоцао подождала, пока ее сестра поболтает с ней, и сказала: «Сяолянь, третий молодой мастер Чжоу, сказал, что у него есть какое-то деловое предложение о котором он хотел поговорить со мной? Он сказал, что это за бизнес?»

«Нет, он не сказал! Я считаю, что когда он узнал, что я не ты, он подумал, что это будет пустой тратой времени, чтобы сказать мне. Ах да, младшая сестра! Ресторан Чжэньсю действительно научился от тебя делать блюда из устричного соуса? Отец сказал мне, что Король Яма случайно забрал тебя в загробный мир и дал тебе рецепты в качестве компенсации. Что он имел в виду под этим? Расскажи мне все!»

Юй Сяоцао давно знала, что ее выдуманная история когда-нибудь будет передана ее близким членам семьи. Поэтому она постаралась отполировать свое измышление о встрече с Королем Ямой. Она рассказала Сяолянь, что случилось, как будто она вспоминает старую историю. Кроме того, она неоднократно предупреждала Сяолянь о том, чтобы никто из членов их семьи не знал, чтобы она не стала уродом в глазах других людей.

Сяолянь сжала губы и подняла брови: «Ты помнишь, когда ты впервые получила травму и просто проснулась и не могла ничего вспомнить? Наша хорошая старшая тетя сказала всем в деревне, что часть твоей души была захвачена демоном. Так как часть твоей души ушла, ты не могла вспомнить прошлое. Она даже сказала, что люди с частичной душой больше всего привлекают демонов. Большинство деревенских девушек испугались, поэтому все они держатся подальше от тебя…»

За дверью госпожа Лю непрерывно дрожала от ярости: «Какая госпожа Ли! Она всегда распространяла злые слухи о второй ветке, но на этот раз она распространила такую ужасную историю. Если бы это действительно передавалось в каждую семью, как моя вторая дочь могла бы выйти замуж в будущем?!»

Затем она услышала, как Юй Сяоцао в комнате презрительно ответила: «Этот виляющий язык старшей тети! Она не боится, что Король Яма потащит ее в ад? Сяолянь, не слушай ее! Причина, по которой я ничего не могу вспомнить из прошлого, состоит в том, что я попробовала глоток супа Бабули Мэн[1] из любопытства!»

«Младшая сестра, Король Яма страшен? У него нет четырех глаз и двух ртов?» Поскольку Сяолянь было всего восемь лет, вполне естественно, что ей хотелось бы узнать о новых и таинственных вещах.

Сяоцао сжала ее щеку и засмеялась: «Король Яма - просто бог, отвечающий за мир преисподней. Он похож на нас, людей, но немного более внушителен. Дворец Ада - это величественное и великолепное здание. Тем не менее, он тусклый внутри и имеет мрачную и пугающую атмосферу. Поистине страшная вещь - это 18 уровней ада[2]! Я видела только третий уровень и не осмеливалась смотреть вниз ... но бояться нечего, эти области предназначены только для наказания злых людей».

«Ммм, мм!» Сяолянь яростно кивнула, но тихо пробормотала в своем сердце: «Старшая тетя и брат Хэйцзы всегда издеваются над нами и матерью. В будущем они определенно будут наказаны в аду».

Видя, что Сяолянь без сомнения поверила ей, глаза Юй Сяоцао переместились, и она продолжила: «Во дворце ада я также увидела Бога Удачи[3]! На нем был ярко-алый красный халат, а на голове была счастливая красная шляпа. На его лице всегда была веселая улыбка, и он играл с Королем Ямой. Когда он услышал, что меня забрали по ошибке, он улыбнулся, потер мне голову и сказал, что собирается дать мне компенсацию... Внезапно в моей голове появилась странная информация. Эти знания, вероятно, были вложены в меня Богом Удачи?»

Сяолянь внезапно вскрикнула "ах", а затем тихо сказала: «Младшая сестра, ты никогда раньше не была на кухне и очень редко видела устриц. Так как ты неожиданно смогла приготовить устричный соус, не думаешь ли ты, что Бог Удачи научил тебя этому? Тогда ... ты ведь не стала учеником Бога Удачи?»

Сяоцао просто улыбнулась, но не удосужилась ответить. С точки зрения Сяолянь, это означало, что ее младшая сестра молчаливо согласилась с ее предположением.

«Тогда ... разве Бог Удачи не даст нам немного богатства? Маленькая сестра, когда мы разбогатеем в будущем, мы можем есть вареные булочки из белой муки и каждый день покупать мясные булочки и пельмени!» Сяолянь несколько преувеличенно проглотила немного слюны и показала милое выражение на ее лице.

Мадам Лю с грустью открыла дверь и обняла двух сестер. Она вздохнула и сказала: «Мать не хочет быть богатой. Мое единственное желание, чтобы Цао’ер оставалась здоровой, а остальные могли спокойно расти. Это сделало бы меня самой счастливой!»

«Мама, ты все слышала?» Юй Сяоцао чувствовала себя несколько подавленной. Она не хотела, чтобы ее добросердечная и любящая мать волновалась.

«Глупый ребенок. В будущем не прячь все в своем сердце и дай знать матери. Хотя у твоей матери не так много способностей, я пожертвую своей жизнью, чтобы защитить тебя и твоих братьев и сестру!»

Мадам Лю ясно чувствовала, что ее младшая дочь боится, что она будет волноваться, поэтому она не рассказывала ей о том, что происходило в прошлом. Ее глаза не могли не наполниться слезами. Ее самая деликатная маленькая дочь всегда думала о ней, даже когда она заболела. Как ее мать, это не значит, что она недостаточно квалифицирована?

Так не может продолжаться! Ей нужно стать сильнее и стать матерью, от которой могут зависеть ее дети!

Хорошо! Три главных члена ее семьи все приняли ее несколько абсурдную выдуманную историю. Самым важным аспектом было то, что она была еще молода, и ее описания подземного мира и сцен были чрезвычайно подробными и точными. Картина, которую она нарисовала, была настолько подробной и таинственной, что другие не могли бы ей не поверить.

Естественно, госпожа Лю также неоднократно предупреждала своих детей из-за страха, что они обе не узнают о серьезности последствий в случае утечки истории. Если бы это произошло, это доставило бы много неприятностей ее двум дочерям.

Время прошло, и прежде чем они узнали это, прошло еще два дня. В эти два дня Юй Сяоао, которой было запрещено выходить на улицу, бесконечно беспокоилась о деловом предложении, о котором упоминал Третий молодой мастер Чжоу. Если бы она смогла вести дела с семьей Чжоу, которые были имперскими торговцами, то ее финансовые проблемы были бы в основном урегулированы. Хотя она не могла на сто процентов гарантировать, что не потеряет деньги, у нее было, по крайней мере, около восьмидесяти процентов уверенности, что она заработает целое состояние!

Чувство дискомфорта в ее сердце сохранялось, как будто маленький котенок непрерывно царапал ее душу. К счастью, третий молодой мастер Чжоу не позволил ей ждать слишком долго. На третий день он приехал к ней домой.

Великолепно одетый молодой мастер сидел на высокой лошади. Позади него был достойный помощник, который имел благородный воздух вокруг него. Несмотря на это, примерно пятидесятилетний мужчина, очевидно, последовал за ним и полностью был предан молодому мастеру. Делегация быстро вошла в деревню, и из-за любопытства взорвалась замороженная деревня Дуншань.

«Кто они?»

«Как бы я узнал? Они не ищут меня!»

«Искать тебя? Судя по тому, как ты выглядишь, ты даже не будешь в состоянии выносить ночной горшок для этих людей!»

«Молодой мастер выглядит довольно красивым, ах! Определенно хорошо быть богатым человеком. Достаточно взглянуть на материал его одежды! Того количества серебра, которое он потратил на одежду, хватило бы, чтобы накормить нас на целый год!»

«Он определенно из высокопоставленной семьи в городе! Посмотрите, во что одет его сопровождающий, оно даже более достойное и элегантное, чем то, что носит богач Ван. Я просто не знаю, являются ли эти люди, приезжающие в деревню Дуншань, хорошей или плохой вещью».

«Какую семью они ищут? Семья Юй Хая? Последние несколько дней Юй Хай каждый день ездил в город, чтобы продать дичь. Он оскорбил какого-то благородного лорда?»

«Не делайте ложных предположений, вы должны знать, насколько добродушен Дахай. Как он мог вызвать проблемы волей-неволей? Судя по выражению лица молодого мастера, не похоже, что он здесь, чтобы свести счеты. Перестаньте воображать! Как только они уйдут, просто пойдем и спросим, верно?»

________________________________________

[1] Суп бабушки Мэн (孟婆汤) - Считается, что перед тем, как кто-то перевоплотится, ему придется выпить тарелку супа, чтобы навсегда стереть все свои предыдущие воспоминания; Бабушка Мэн - бессмертная в подземном мире, которая несет ответственность за подачу супа душам, которые готовы перевоплощаться, чтобы гарантировать, что они не помнят ни одной из своих предыдущих жизней и своего времени в аду; также известная как Вода Забвения

[2] 18 уровней ада (十八 层 地狱) - Считается, что грешники будут приговорены к наказанию на 18 уровнях ада, но полученное наказание может отличаться в зависимости от совершенного преступления; есть разные виды пыток на каждом уровне

[3] Бог Удачи

[[image:/storage/reader-images/7f12b5748b013166233f2fd8d693a7319be943df.jpg]]

Маленький Шито присел перед входом и расчесывал мех Крошки своими маленькими руками. Когда он услышал рычащие звуки лошадей, он поднял голову и посмотрел в направлении звука. Он заметил, что молодежь, возглавляющая группу, выглядела несколько знакомой, поэтому он не мог не прищуриться, чтобы присмотреться более тщательно.

«Молодой мастер, этот пятикомнатный дом - резиденция дяди Юй. По информации этого слуги, во всей деревне есть всего несколько домохозяйств с таким большим домом, но…» Личный слуга третьего молодого мастера Чжоу, Симо, на мгновение нерешительно остановился.

«Но?» Третий молодой мастер Чжоу уже издалека узнал маленького ребенка перед дверью. Это был глупо милый младший брат Сяоцао. Это должно быть то место!

Симо также увидел маленького мальчика, одетого в залатанную стеганую зеленую одежду, и вздохнул: «Благодаря способностям дяди Юй и размеру этого дома, семья Юй должна иметь достойные условия жизни. Однако одежда его детей является еще более потертой, чем у других детей в деревне».

«Смотри, разве это не младший брат мисс Сяоцао? Его изношенную одежду надо было давно выбросить. Недавно они должны были заработать от шестидесяти до семидесяти серебра от продажи дичи в ресторан Чжэньсю. Уже почти Новый год, но они по-прежнему не хотят покупать новый комплект одежды для детей… »

Чжоу Цзышу слегка нахмурился и сказал: «Дядя Юй не похож на того, кто плохо обращается с его детьми. Может быть, у него есть некоторые нераскрытые трудности?»

Лично пережив борьбу за власть и постоянные интриги в своей семье, Чжоу Цзышу глубоко задумался о каждой ситуации, с которой он столкнулся. Разве его собственная семья не была такой? Если бы его дедушка и бабушка не были рядом, чтобы контролировать семью, с проявлением его таланта в бизнесе за последние два года, вторая ветвь давно была бы пожрана его жадными родственниками. У дяди Юй, наверное, тоже были свои трудности, которые он не мог выразить.

«Я помню тебя! Ты третий молодой мастер Чжоу, верно?» Маленький Шито встал и поднял голову с сияющей улыбкой.

Чжоу Цзышу спешился с лошади, взъерошил грязные волосы маленького парня и тепло улыбнулся: «Маленький Шито, кого ты называешь "Третий молодой мастер Чжоу"? Зови меня "Третий брат Чжоу"! Если в следующий раз ты снова сделаешь ошибку, я тебя накажу!»

«Как накажешь?» Маленький Шито моргнул и с любопытством спросил.

«Я накажу тебя…» Чжоу Цзышу взял коробку с выпечкой из рук Симо и улыбнулся: «Тебе будет запрещено есть выпечку, которую принесет Третий Брат Чжоу!»

Маленький Шито с нетерпением смотрел на изысканную коробку с едой в руках Третьего молодого мастера Чжоу и медленно читал название на коробке: «Лиан… джи… кондитерская! Это "Лианджи" с самой большой витриной и самой дорогой выпечкой в ​​городе? Разве эта коробка с выпечкой не стоит много денег?»

Чжоу Цзышу был несколько удивлен и сказал: «О, Шито так молод, но ты уже умеешь читать?»

Маленький Шито застенчиво почесал голову и сказал: «Играя в доме Вузи, я выучил несколько слов у брата Вэнь...»

«Маленький Шито такой умный! Я слышал, что твоя вторая сестра больна?» спросил Чжоу Цзышу.

«Да! Она очень больна. Если бы старший двоюродный дедушка не одолжил нам денег, моя вторая сестра могла бы…» Малыш опустил голову и, казалось, был в плохом настроении. Он и его старшая сестра оба были очень послушны, но почему их бабушка не любит их?

«Шито, с кем ты говоришь? Не собираешься ли ты поторопиться и собрать дрова, пока хорошая погода? Все, что ты знаешь, это как играть! Каждый день ты заботишься только о том, чтобы есть и не делать никакой работы! Более того, мы должны воспитывать хронического инвалида!» - послышались резкие вопли мадам Чжан.

Чжоу Цзышу не мог не нахмурить брови и задуматься: «Он такой маленький ребенок, но ему уже приказывают работать?»

В тот момент, когда он был глубоко в своих мыслях, из двери вышла злобная пожилая женщина с яростным взглядом. Положив руки на талию, она встала в стойку "строптивой" и начала громко ругаться на публике.

Увидев перед собой трех навязчивых людей, мадам Чжан мгновенно проглотила свои проклятия. Перед внутренним двором был Чжоу Цзышу, который, очевидно, был рожден в благородном статусе, первоначально угрожающая манера мадам Чжан немедленно исчезла. С опущенными плечами и опустившейся головой она робко спросила: «Вы… Кого вы ищете?»

Симо с пренебрежением смотрел на отношение злой старухи, поэтому у него было лицо презрения, когда он спросил: «Это место жительства Юй Хая?»

«Юй Хай? Юй Хай обидел великих лордов? Этот проклятый ублюдок всегда доставляет неприятности нашей семье! Этот молодой мастер, Юй Хай не вернулся с охоты в горах. Что бы он ни делал, это не имеет к нам никакого отношения!» Видя мрачное выражение лица Симо, мадам Чжан была так напугана, что говорила бессвязно, ругая и разрывая отношения.

Симо был еще более недоволен и нетерпеливо прервал ее: «Юй Хай нет дома, но Юй Сяоцао должна быть дома, верно?»

«Сяоцао? Она тоже вовлечена? Я знала, что эта негодяйка с острым языком в конечном итоге вызовет катастрофу! Эта нарушительница спокойствия создала проблемы для нашей семьи ... » Мадам Чжан была совершенно сбита с толку, когда она пробормотала.

«Она здесь или нет?!» Выражение лица Симо было еще более безобразным, когда он заметил, что его молодой мастер прищурился, что было признаком его гнева.

«Да… В западной комнате!» Мадам Чжан задрожала от испуга, когда внезапно подняла голос.

Ее семья сейчас пострадает от гнева дворян?

Чжоу Цзышу бросил поводья Симо и вошел во двор со своим управляющим. Он быстро оглянулся, прежде чем повернуться, чтобы войти в маленькую тесную западную комнату.

«Третий молодой мастер Чжоу, ты наконец здесь!» В комнате было довольно тускло, и глаза Чжоу Цзышу не приспособились к свету внутри, поэтому он был удивлен голосом Сяоцао.

Чжоу Цзышу огляделся и увидел простую обстановку в комнате. Там была большая кровать канга, на которой были старые и потертые, но чистые стеганые одеяла. Рядом с кроватью канга стоял деревянный стол, который в любой момент может развалиться. В комнате не было ничего, кроме этой простой и старой мебели. Даже самые низшие слуги семьи Чжоу жили лучше, чем они.

Брови Чжоу Цзышу были сильно сморщены, и он несчастно сказал: «Что случилось с деньгами, которые ты заработала? Куда они ушли? Одеяло уже настолько потертое, так как ты все еще можешь его использовать? Твоя семья заработала довольно много денег от продажи дичи, поэтому не стесняйтесь тратить их…»

« Цсс … Цсс … » Сяоцао быстро потянула руку Третьего молодого мастера Чжоу. Если бы она не была такой короткой, она бы уже закрыла ему рот рукой!

«Третий молодой мастер, у меня плохое здоровье и я легко болею, поэтому моя семья заняла много денег для моего лечения. А денег, которые мой отец зарабатывал на охоте, было недостаточно даже для погашения долга! Как мы можем позволить себе купить новое одеяло?» Юй Сяоцао усилила голос и заговорила в направлении двери.

Чжоу Цзышу проследил за ее взглядом и увидел суровую пожилую женщину и толстую женщину во дворе, которые время от времени заглядывали в комнату.

Он подал глазами сигнал Симо. Симо вышел из западной комнаты и встал перед дверью. Он стоял с мрачным выражением на лице, как будто он был дверным богом [1], и смотрел на двух подлых женщин, которые испуганно наблюдали за ним.

Обе женщины были очень жестокими дома, но они сразу же отшатнулись от страха и вернулись в главную комнату, когда увидели строгий взгляд Симо.

Мадам Ли осторожно посмотрела во двор и прошептала: «Мама! Кто эти люди? Похоже, они пришли забрать долг! Второй брат брал деньги у ростовщиков? У них действительно высокие процентные ставки, поэтому взятие одного серебра означает, что мы должны вернуть десять!»

Мадам Чжан не могла не запаниковать и сразу же выругалась: «Юй Хай отказался сообщить нам, сколько стоило лечение этой злой девочки! Третья невестка сказала, что в рецепте есть женьшень, поэтому лекарство должно быть дорогим! Она такая трата денег. Даже если мы продадим ее, она не будет стоить половины женьшеня! Эта бездонная яма, если бы я знала раньше, я бы задушила ее и бросила в горы!»

«Мама, что нам теперь делать? Они послали трех человек, так что Второй брат, должно быть, занял много денег. Если он не сможет погасить долг, они не заберут вещи в нашем доме, не так ли? Нет! Я должна надежно спрятать все свои ценности...» Мадам Ли была несколько взволнована и хотела вернуться в свою восточную комнату.

Мадам Чжан также испытывала крайнюю тревогу, поэтому она быстро оттащила мадам Ли назад и упрекнула: «Какие ценные вещи у тебя есть в твоей комнате? Старший сын не будет хранить тайные деньги за моей спиной, верно?»

Лицо мадам Ли напряглось, и она поспешно сказала: «Мама, мы бы этого не сделали! Дашан - самый преданный и послушный сын, поэтому у него не было бы таких мыслей. Разве я недавно не вернулась в свой девичий дом? Моя мама дала мне кусок ткани и тайно спрятала там немного денег для меня. Мама, ты самая понимающая и разумная. Ты не будешь конфисковывать деньги, которые дала мне моя девичья семья, верно?»

На самом деле, мадам Чжан не делала этого раньше. Но каждый раз, когда приезжала девичья семья ее второй невестки, они всегда оставляли товары или деньги. Однако в итоге все оказалось в карманах мадам Чжан. Более того, она даже не забыла оставить Юй Хаю предупреждение. Если они не все сдадут, то она не будет платить за лечение двух хронических пациентов второго отделения.

Тем не менее, у девичьей семьи мадам Ли было более сильное прошлое, поэтому мадам Чжан не смела дать ей такое же обращение. Госпожа Чжан сделает вид, что не видела, что госпожа Ли постоянно приносила вещи из своего девичьего дома, поскольку половина вещей, которые она принесла, будет использована ее внуком.

«Хорошо хорошо! Будут ли они заботиться о немногих медных монетах, которые у тебя есть? Если ты так волнуешься, тогда иди! Но будь осторожна и не тревожь дворян!» Госпожа Чжан также ждала, пока мадам Ли уйдет, чтобы она могла переместить деньги в шкафу в скрытое место. Она не хотела отправлять деньги в бездонную яму, сделанную ее вторым сыном.

Видя, что во дворе наконец-то стихло, Чжоу Цзышу посмотрел на Юй Сяоцао и сел на кровать кагна : «Хорошо, они уже ушли, так что перестань притворяться бедной!»

«У меня тоже нет выбора! Ты не знаешь о ситуации нашей семьи! Старушка запрещает детям держать секретный кошелек, особенно нашему второму филиалу! Она всегда следит за нами, как будто мы воры! Если она узнает, что у меня есть деньги, она перевернет вторую ветвь вверх ногами!» Юй Сяоцао не стеснялась говорить о ситуации в ее семье.

У каждой семьи были свои трудности. Чжоу Цзышу покачал головой и прошептал: «Ну, если деньги продолжат оставаться в твоей руке, то они в конечном итоге будут выставлены. Ты должна просто достать их и инвестировать в бизнес со мной!»

Он только что сделал случайное замечание, поэтому он не ожидал, что Юй Сяоцао ждала, когда он скажет именно это предложение: «Я уже слышала от Сяолянь. Что за бизнес настолько труден для третьего молодого мастера Чжоу, что он должен втянуть меня в него?»

«Чепуха! Есть ли что-то, что я, третий молодой мастер Чжоу, не могу сделать?» Чжоу Цзышу посмотрел на нее и сказал: «В благодарность за твою помощь, я хотел взять тебя с собой, чтобы сделать целое состояние! Однако, давай просто забудем об этом...»

«Нет!» Когда Юй Сяоцао увидела, что он собирается уходить, она поспешно потянула его назад. Она тоже раньше шутила. Если бы это было то, что даже семья Чжоу, которые были имперскими торговцами, не могла справиться, то что могла бы сделать дочь рыбака?

«Хорошо! У вас, Третий молодой мастер Чжоу, великодушное сердце, так что не беспокойтесь о такой маленькой девочке, как я! Итак, что это за бизнес? Расскажи мне детали!» Юй Сяоцао улыбнулась и несколько раз поклонилась, сложив руки.

Конечно, Чжоу Цзышу не очень на нее злился, поэтому он улыбнулся и постучал ей по лбу: «Ладно! Я хочу открыть фабрику по производству устричного соуса и продавать его в больших ресторанах в соседних городах. Но, как ты сказала, устричный соус не имеет длительного срока годности. Поэтому я хотел спросить, есть ли у тебя какие-либо решения этой проблемы».

[1] Дверные Боги (门神) - божественные стражи дверей и ворот; защищают семью от зла ​​, принося в семью мир и счастье

Юй Сяоцао подумала об этом и сказала: «Если ты хочешь открыть фабрику по производству устричного соуса, тогда срок годности устричного соуса действительно будет проблемой! Зимой все в порядке, так как на севере температура низкая. Таким образом, нет проблем с его хранением в течение нескольких месяцев. Тем не менее, летом будет довольно хлопотно!»

В прошлой жизни какие методы использовались для продления срока годности пищи? Юй Сяоцао сморщила брови и погрузилась в свои мысли. Хотя Чжоу Цзышу волновался, он воздерживался от беспокойства.

Юй Сяоцао пробормотала про себя: «Обычный метод, используемый для продления срока годности продуктов, - хранить их при низкой температуре. Однако здесь нет холодильника ...»

«Холодильник? Это ящик для хранения льда?» - стюард Чжоу, которого привел Чжоу Цзышу, не мог не задать вопрос.

«Э-э… ​​Да, ящик для хранения льда». Юй Сяоцао только что поняла, что она устно выразила свои внутренние мысли, но было трудно объяснить, что такое "холодильник". Таким образом, она просто согласилась со словами Стюарда Чжоу.

Стюард Чжоу задумался и сказал: «Можно перевозить грузы в ящиках со льдом зимой. Тем не менее, расходы, вероятно, будут очень высокими летом. И насколько большим должен быть ледник, чтобы его стало на целое лето?»

«Существует также другой способ продления срока годности, который заключается в добавлении большого количества сахара и соли. Однако при использовании этого метода вкус устричного соуса определенно изменится!» Юй Сяоцао покачала головой и отвергла собственное предложение.

Чжоу Цзышу, происходивший из семьи императорских торговцев, естественно, знал о важности качества продукта. Он не мог удержаться от вопроса: «Есть ли другие способы?»

«Существует также метод консервации в прополисе! Тем не менее, даже простой мед уже очень дорог, не говоря уже о прополисе! Это не будет стоить меньше, чем использование льда!»

Прополис? Чжоу Цзышу слышал о меде. Его мать слышала из неизвестного источника, что она может улучшить свою красоту и сохранить свою фигуру, выпивая медовую воду. Таким образом, она выпивала чашку медовой воды ежедневно с прошлого года. Но что такое прополис?

«…Было бы здорово, если бы мы могли делать лед и летом». Юй Сяоцао имела привычку разговаривать сама с собой с прошлой жизни.

Разве лед не образовался естественным образом при низкой температуре? Было ли это что-то, что можно было сделать? Воображение этой маленькой девочки было слишком причудливым. В своем сердце Стюард Чжоу не согласился с идеей, что его молодой мастер будет сотрудничать с бедной маленькой девочкой, чтобы открыть фабрику.

«Третий молодой мастер, ты слышал о селитре?» Юй Сяоцао неожиданно вспомнила статью под названием "Гениальные методы приготовления льда в древние времена", которую она читала в прошлой жизни. Казалось, что со времени поздней династии Тан, когда производился порох, люди часто добывали большое количество селитры.

С тех пор летом был прецедент создания льда. После этого начали появляться трейдеры, которые добавляли сахар в лед для привлечения клиентов. В династии Сун торговцы добавляли в лед фрукты или соки. Бизнесмены династии Юань даже добавляли в лед фруктовое варенье и молоко, что было очень похоже на современное мороженое. Ей было любопытно, есть ли примеры использования селитры для создания льда в этот период времени.

«Селитра? Да, я знаю. Продается в аптеке. Может ли селитра делать лед?» Чжоу Цзышу также слышала ее бормотание, поэтому он автоматически установил связь, когда она упомянула селитру.

Юй Сяоцао посмотрела на него с одобрением и кивнула: «Когда селитра растворяется в воде, она поглощает много тепла и понижает температуру воды. Это может даже заморозить воду».

«В самом деле? Как ты узнала?» Чжоу Цзышу все еще несколько скептически посмотрел на нее.

Юй Сяоцао была ошеломлена на мгновение, а затем сказала со строгим выражением: «Это не твое дело! Если ты мне не веришь, то можешь просто купить селитру и попробовать!»

Стюард Чжоу погладил свою бороду, на мгновение задумался и сказал: «Думаю, я мог видеть древний текст, в котором записано использование селитры для изготовления льда, когда я организовывал старые книги, которые Второй Мастер собрал перед своей смертью».

«Ой? Значит, правда, что селитра может создать лед? Стюард Чжоу, продолжай!» Чжоу Цзышу спросил с большим интересом.

С горькой улыбкой Стюард Чжоу покачал головой и сказал: «У второго мастера была большая коллекция книг, поэтому я не помню, в какой книге я это видел. Мы должны выслушать мисс Юй о конкретных деталях того, как сделать лед».

Глаза Чжоу Цзысу загорелись, когда он посмотрел на Юй Сяоцао, как будто он был ребенком, просящим конфету: «Сяоцао, не заставляй нас гадать. Быстро скажи это, скажи это!»

«Нужно вырыть большой пруд внутри фабрики, а затем поставить большую емкость, наполовину заполненную водой, в центре пруда. После этого поместите селитру в пруд и наполните пруд водой. Я никогда не делала этого раньше, поэтому я также не уверена в соотношении воды и селитры. Вы узнаете после нескольких экспериментов». Юй Сяоцао дала им общее руководство, но Чжоу Цзысу отвечал за проведение реальных процедур.

Чжоу Цзышу кивнул и подумал о том, как он проведет эксперимент, когда вернется. Стюард Чжоу снова заговорил: «Исходя из того, что сказала мисс Юй, похоже, нам нужно большое количество селитры. Однако стоимость селитры тоже не низкая!»

Изначально им пришла в голову идея использовать селитру для производства льда, чтобы снизить стоимость производства. Тем не менее, себестоимость, казалось, не намного меньше, чем покупка огромного ледника.

Как и ожидалось, управляющий, отвечающий за внешние дела семьи Чжоу, был разумным и предусмотрительным. Юй Сяоцао кивнула с улыбкой: «Стюард Чжоу прав! Однако селитру можно использовать повторно. Метод испарительной кристаллизации можно использовать для переработки селитры, растворенной в воде».

Стюард Чжоу слегка кивнул и внутренне удивился: «Она такая маленькая девочка. Как она может иметь такие обширные знания и хорошую память? Она даже более знающая, чем старший стюард, как я, который прочитал самые разные книги. У семьи Юй есть секрет, которого мы не знаюем?»

Для него не было странным быть скептиком. В конце в прежней династии было много хаоса, вызванного войной, и многие аристократические семьи оказались в забвении в течение длительного процесса. Может ли быть так, что в этой маленькой рыбацкой деревушке поселилась падшая семья аристократов?

«Стюард Чжоу, перестань задумываться над этим вопросом! У меня есть соглашение с Сяоцао, чтобы не спрашивать ничего, кроме бизнеса. Какое отношение это имеет к нам, откуда она знает, что селитра может делать лед? Не усложняй всё. Я не хочу терять хорошего делового партнера!» Чжоу Цзышу снял улыбку с его лица и слабо сказал. Он, естественно, показал достойную и внушительную манеру молодого мастера из знатной семьи.

Как будто в сердце громко зазвонил большой колокол, Стюард Чжоу был ошеломлен. Он отложил свои отвлеченные мысли и поклонился с большим уважением и торжественностью: «Молодой Мастер, спасибо за напоминание! Этому старому слуге очень стыдно!»

Когда Чжоу Цзышу повернулся к Юй Сяоцао, он снова вернулся к мягкому и дружелюбному отношению: «Теперь, когда проблема сохранения и транспортировки устричного соуса решена, мы можем начать строительство фабрики по производству устричного соуса ранней весной. Как думаешь, где мы должны открыть ее?»

«С точки зрения бизнеса, Третий молодой мастер Чжоу определенно обладает большей дальновидностью, чем восьмилетняя девочка вроде меня. Так что принимай решение сам!» Юй Сяоцао также почувствовала исследовательский взгляд Стюарда Чжоу ранее. К счастью, великий лорд, Третий Молодой Мастер Чжоу, был здесь, чтобы контролировать ситуацию и позволил ей ускользнуть. Она внутренне предупредила себя, чтобы в будущем оставаться сдержанной и перестать так сильно выделяться.

Для Чжоу Цзышу было невозможно не заметить ее слабую бдительность. Однако он инстинктивно чувствовал, что эта маленькая девочка перед ним была похожа на необнаруженную шахту, в которой спрятанные сокровища можно было найти только копая медленно и глубоко. Что касается того, как образовались эти "сокровища", не было необходимости докапываться до сути. Позднее он не хотел сожалеть из-за любопытства.

«По моему мнению, это хорошая идея построить фабрику по производству устричного соуса рядом с гаванью. Транспортировка очень удобна, будь то по суше или по воде. Кроме того, это недалеко от моря, поэтому будет удобнее покупать сырье!» Чжоу Цзышу выразил свои мысли и попросил совета у Юй Сяоцао.

Юй Сяоцао, усвоившая урок, просто улыбнулась и молча кивнула.

Глаза Чжоу Цзышу округлились, и он сразу подумал о методе, чтобы заставить эту маленькую девочку говорить. С легкой улыбкой на лице он посмотрел на Сяоцао и спросил: «Хочешь инвестировать в фабрику по производству устричного соуса?»

Инвестировать? Разве это не современный термин? Почему этот термин вышел из уст Третьего молодого мастера Чжоу? Может ли быть так, что ... этот третий молодой мастер Чжоу также был трансмигрантом? Юй Сяоцао расширила глаза и недоверчиво посмотрела на него.

Чжоу Цзышу неправильно понял ее значение и улыбнулся: «Что? Ты не знаешь, что означает "инвестировать"? Когда император Цзяньвэнь еще был наследным принцем, он основал корпорацию морского судоходства и привлек многих высокопоставленных чиновников и дворян, чтобы сделать инвестиции. Таким образом, термины "инвестировать" и "стать акционером" начали распространяться в бизнес-индустрии. Это просто означает участвовать в бизнесе».

«О…» Юй Сяоцао испугалась ложной тревоги и чуть не вспыхнула от холодного пота. Однако она сразу заинтересовалась, услышав, что может инвестировать в фабрику по производству устричного соуса.

«Но… у меня нет много денег на руках. У меня чуть меньше ста таэлей…» Юй Сяоцао вытащила тайный запас денег из кармана и смущенно почесала голову.

Чжоу Цзышу посмотрел на деньги, которые были разбросаны на кровати канга . Она заработала у него все эти деньги, поэтому, конечно, он знал, сколько у нее денег. Первоначально он намеревался подарить девушке долю на фабрике, но в это время у него появилось желание дразнить ее.

Он кашлянул и сказал: «Мы получили от тебя рецепт устричного соуса, поэтому я планировал дать тебе долю после строительства фабрики. Но, так как ты не хочешь брать ее бесплатно, эти деньги ... я просто приму их!»

Выражение лица Юй Сяоцао сразу напряглось. Она беспомощно наблюдала за тем, как ее деньги были разграблены этим злым "бизнесменом с черным сердцем". Ее сердце кровоточило!

«Третий молодой мастер Чжоу!» Она скрежетала зубами и сказала: «Не слишком ли жаль для такой большой фабрики производить только устричный соус?»

Глаза Чжоу Цзысу загорелись: «Мой маленький предок! Я просто ждал, когда ты это скажешь!»

«Хм? Есть ли у Сяоцао другие предложения?» Чжоу Цзышу посмотрел на нее с большим интересом.

«У меня есть секретные рецепты еще двух соусов! Интересно, заинтересован ли Третий Молодой Мастер Чжоу?»

Любой здравомыслящий человек мог почувствовать, как Юй Сяоцао подчеркнула, когда сказала "Третий молодой мастер Чжоу". Ах, казалось, что маленький котенок отрастил свои когти!

Чжоу Цзышу радостно подошел ближе и сказал: «Мне интересно. Конечно я заинтересован! Быстро расскажи мне об этом!»

«Гм!» Юй Сяоцао гордо отвернулась и сказала: «Если Третий Молодой Мастер Чжоу хочет мои два секретных рецепта, он должен обменять их на акции!»

На самом деле, для создания фабрики рецепт устричного соуса и два соуса, о которых упоминала маленькая девочка, были получены от Юй Сяоцао. Семья Чжоу обеспечивала только деньги и рабочих.

Чжоу Цзышу, естественно, не отказался бы от бесконечного потока сокровищ ради небольшой прибыли. Он галантно воскликнул: «Если эти два рецепта имеют такую ​​же ценность, как и устричный соус, то я отдам половину акций!»

Половина? Юй Сяоцао изначально планировала получить только 20% дивидендов, так что это намного превзошло ее ожидания.

Однако она получила половину акций, когда вложила чуть более девяноста таэлей. Разве это не немного ... как будто она требовала чрезмерной цены? Впрочем, в будущем у них будет больше возможностей для сотрудничества, поэтому она должна придумать долгосрочный план для крупной прибыли.

«Я просто возьму 40% акций! Прежде всего, давай договоримся, что мне нужно только предоставить рецепты и что я не буду нести никакой ответственности!»

Имея 40% акций фабрики по производству устричного соуса, она могла зарабатывать деньги сидя дома и ничего не делая в будущем. Было ли что-нибудь лучше, чем это?

Стюард Чжоу внутренне кивнул и согласился с мыслями своего молодого мастера. Маленькая девочка из семьи Юй не была жадной, несмотря на то, что она родом из бедных семей.

«Ладно! Я согласен!» Чжоу Цзышу был очень доволен:

«Я составлю контракт, когда вернусь. Ты знаешь, как написать свое имя? Для этой коммерческой сделки это будет сотрудничество только с тобой или со всей семьей Юй?»

«Ты же видел ситуацию в нашей семье! Если будет вовлечена вся семья Юй, то наша вторая ветвь не сможет получить даже копейки! Поэтому я надеюсь, что никто не узнает об этом сотрудничестве, кроме тебя и меня!»

Юй Сяоцао рассчитывала на это сотрудничество, чтобы заработать частные сбережения! Она должна взять деньги в свои руки, чтобы их не забрала злая старуха главной ветви!

«Хорошо! Фабрика станет сотрудничеством между тобой и мной!» - сказал Чжоу Цзышу.

Серия приправ Свежо и вкусно прославилась во времена Великой династии Мин несколько лет спустя. Однако никто не ожидал, что бренд будет создан после краткого обсуждения между тринадцатилетним юношей и восьмилетней девочкой…

«Но… каковы другие соусы?» Человек по своей природе был любопытным, не говоря уже о тринадцатилетнем юноше.

«Первый - паста из сои, а другой - паста из черных бобов».

Паста из черных бобов может быть использована для приготовления вкусных блюд, таких как свиные ребрышки, жареный карп, тушеная курица, утка, свинина и многое другое. Паста из сои хороша для жарки баклажанов, китайских длинных бобов, грибов и т. д.».

Пока Чжоу Цзышу продолжал слушать описание Юй Сяоцао, он почувствовал, что сделал правильный выбор. Эта поездка не только решила его проблемы, но он также получил дополнительный сюрприз. В этот момент Чжоу Цзышу, стюард Чжоу и Юй Сяоцао провели подробное обсуждение названия и коммерческой деятельности фабрики по производству приправ.

Без их ведома время тихо ускользнуло.

Гул, гул ...

Раздался странный звук. Маленький Шито, который чувствовал сонливость от их разговора, неожиданно сел и воскликнул:

«Ах! Моя вторая сестра еще не завтракала! Она так голодна, что даже ее живот рычит! »

Чжоу Цзышу посмотрел на Юй Сяоцао, которая смущенно прикрыла живот. Он попытался удержаться от смеха, сказав:

«Я принес несколько пирожных, так что сначала наполни свой желудок! Я приеду снова, чтобы обсудить детали договоренностей после того, как составлю контракт».

«Нет нужды. Через несколько дней я попрошу отца отвезти меня в город, чтобы купить некоторые вещи до Нового года. Мы можем поговорить о деталях в то время. Третий молодой мастер, ты также знаешь ситуацию в моей семье, поэтому я не собираюсь просить тебя остаться на обед!»

Юй Сяоцао боялась, что ее бабушка начнет что-то подозревать, если Чжоу Цзышу снова придет в гости.

«Ладно! Тогда я сейчас уйду!» Третий молодой мастер Чжоу улыбался от уха до уха, когда он выходил из западной комнаты. Юй Сяоцао хотела лично проводить его из внутреннего двора.

Однако прямо в этот момент вернулся Юй Хай и увидел третьего молодого мастера Чжоу. Сначала он был на мгновение ошеломлен, а затем тепло улыбнулся и спросил:

«Третий молодой мастер Чжоу, почему ты здесь?»

Видя, как люди из главной и восточной комнаты высовывают головы, чтобы проверить, что здесь за шумиха, Чжоу Цзышу быстро начал лгать:

«Дядя Юй только что вернулся из города? Сегодня хорошая погода, поэтому я охотился в Западных горах. Я как раз проезжал мимо деревни Дуншань, поэтому решил придти в гости».

«Сейчас плохой сезон для охоты! Если третий молодой мастер заинтересован, ты можешь вернуться осенью. В то время будет много дичи. Более того, они будут толстыми!»

Юй Хай не был глупым человеком. Он заметил, что с ним не было никаких охотничьих инструментов. Таким образом, он знал, что Чжоу Цзышу придумал оправдание.

Чжоу Цзышу снова заговорил:

«Дядя Юй присылает нам не слишком много дичи. Менеджер нашего ресторана Чжэньсю уже даже начал жаловаться мне!»

Юй Хай извиняясь сказал:

«Охотиться сложно, так как в горах снег еще не растаял. Поэтому я могу устанавливать ловушки только за пределами леса. Несколько дней назад я еще мог поймать довольно много дичи каждый день. Однако я не уверен, что произошло в эти два дня. Количество пойманных в ловушку животных значительно сократилось. Мне очень жаль, что так получилось».

«Это не вина дяди Юй. Ресторан Чженьсю - единственный ресторан в городе, который готовит дикую дичь. Поэтому спасибо дяде Юй, что заботится о нас!»

Поскольку Юй Хай был отцом Юй Сяоцао, отношение Чжоу Цзышу было довольно дружелюбным. Если бы это был еще один охотник, он бы даже не смог встретиться с третьим молодым мастером Чжоу.

Юй Сяоцао почувствовала беспокойство, когда услышала слова своего отца. Другие люди не знали, что случилось, но она знала! Без ее воды из мистического камня было бы странно, если бы животные появились в такую ​​холодную погоду! Если они не смогут поймать какую-либо дичь, они не смогут заработать денег. Третий молодой мастер Чжоу уже забрал все деньги, которые у нее были! Разве ее несколько десятков таэлей действительно повлияют на такую ​​большую фабрику? Этот парень, должно быть, сделал это намеренно!

Кажется, ей действительно нужно было найти шанс выскользнуть и окропить несколько ловушек мистической водой!

«Ой? Эта маленькая косуля довольно толстая! Ее мясо должно быть очень нежным. Богатым людям в городе очень нравится есть молодых ягнят и поросят. Почему бы вам не продать ее мне!»

Внимание Чжоу Цзышу привлекла маленькая косуля, резвящаяся во дворе.

Как будто поняв слова Чжоу Цзышу, маленькая косуля, которая бегала по двору, внезапно остановилась и с тревогой спряталась за Юй Сяоцао, словно искала защиты. Время от времени она вытягивала голову и смотрела на третьего молодого мастера Чжоу своими большими темными глазами. Когда она увидела, что Чжоу Цзышу смотрит на нее, она задрожала и торопливо спрятала свою голову.

«Интересно! Эта маленькая косуля кажется довольно умной, так что она очень хороша как домашнее животное! Если я возьму ее в столицу, этим благородным леди она точно понравится. Я смогу продать ее по очень хорошей цене!»

Чжоу Цзышу был весьма удивлен, насколько зависима маленькая косуля от Юй Сяоцао.

Ее младший брат очень дорожил этой маленькой косулей. Кроме того, они уже стали эмоционально привязанными. Таким образом, Юй Сяоцао, естественно, не продаст ее за несколько серебряных монет. Она наклонилась и погладила голову маленькой косули, а затем улыбнулась:

«Ее зовут Крошка. Кое-кто поручил нашей семье позаботиться о ней, поэтому мы не можем принять решение о продаже».

Чжоу Цзышу не собирался сдаваться и случайно сказал:

«Если вы, ребята, хотите продать ее по хорошей цене, я могу помочь вам связаться с покупателем, когда приеду в столицу позже».

Чжоу Цзышу собирался в столицу на деловую встречу со своим номинально старшим дядей, который на самом деле был его биологическим отцом. У нынешнего главы семьи Чжоу было два законных сына. С точки зрения таланта в бизнесе, его второй сын был несколько лучше. Еще до того, как он достиг совершеннолетия, второй сын уже добился больших успехов в индустрии бизнеса. В каком-то смысле без второго сына семья Чжоу не получила бы должность имперского торговца.

К сожалению, его второй сын был убит бандитами в молодом возрасте. В противном случае было бы трудно сказать, кто станет следующим главой семьи.

Его второй сын умер рано, поэтому у него даже не было возможности жениться, не говоря уже о том, чтобы оставить потомка! Люди древних времен уделяли большое внимание загробной жизни. Патриарх семьи Чжоу боялся, что после его смерти некому будет отдать дань уважения его второму сыну. Поэтому он решил позволить своему старшему сыну взять на себя ответственность двух ветвей и заставить его жениться на дочери убывающего бизнесмена, чтобы он продолжил семейную линию второй ветви.

Другими словами, хотя третий молодой мастер Чжоу был биологическим ребенком старшего сына, он считался ребенком второй ветви. Таким образом, Чжоу Цзышу мог называть его только «старший дядя». Каждый раз, когда старший сын семьи Чжоу видел третьего молодого мастера Чжоу, его настроение было очень сложным. Один из его сыновей не был заинтересован в ведении бизнеса, а другой был амбициозным, но ему не хватало таланта.

С другой стороны, у Чжоу Цзышу, унаследовавшего второе отделение, уже был такой талант к бизнесу в столь юном возрасте. Ресторан, которым он управлял, процветал благодаря бизнесу. Кроме того, он также планировал создать фабрику по производству приправ. Казалось, что положение следующего главы семьи окажется у второй ветви. Поэтому он всерьез возмущался этой ситуацией!

Чжоу Цзышу не знал, что у его старшего дяди были такие смешанные чувства относительно его собственного таланта в бизнесе. Он последовал за первой ветвью, которая посещала деловую встречу в столице, и получил неожиданный результат.

Владельцы столичных ресторанов давно жаждали рецепта устричного соуса из рук третьего молодого мастера Чжоу. Однако, поскольку семья Чжоу была имперскими торговцами, никто не осмеливался насильно завладеть рецептом. Во время этой встречи было много людей, которые планировали незаметно узнать рецепт. В семье Чжоу третий молодой мастер Чжоу был единственным, кто знал рецепт устричного соуса. В результате Чжоу Цзышу оказался в центре внимания на этой встречи.

Старший мастер семьи Чжоу внутренне переживал. Его «племянник» был еще так молод, сможет ли он иметь дело с этими коварными лисами?

Однако никто не ожидал, что Чжоу Цзышу уже знал, что эта группа старых лисиц поднимет эту тему!

Когда другой дядя умышленно или непреднамеренно упомянул про устричный соус, Чжоу Цзышу смог воспользоваться этой возможностью.

«Дядя Фан, рецепт устричного соуса принадлежит моему другу, и этот племянник обещал, что не будет раскрывать рецепт. Но после Нового года я планирую основать фабрику приправ с устричным соусом в качестве основного продукта. Кроме устричного соуса, будут также две новые приправы. Если дядя заинтересован, пожалуйста, поддержите мою фабрику приправ!»

Когда группа деловых магнатов услышала эту новость, они сначала были ошеломлены. Однако кто-то сразу спросил:

«Племянник, ты имеешь в виду, что собираешься производить устричный соус и продавать его?»

«Да!» Чжоу Цзышу пренебрег своим старшим дядей, который жестом указывал ему остановиться, и кивнул в знак одобрения.

Старший дядя Чжоу Цзышу очень сердился в своем сердце! Он приготовился открыть в столице большой ресторан с устричным соусом в качестве основы. Он полагал, что с устричным соусом, который был их эксклюзивным рецептом, его ресторан наверняка займет стабильное место в столице.

Он только узнал о планах своего племянника на фабрику по производству устричного соуса сегодня. Если бы он узнал раньше, он определенно сделал бы все возможное, чтобы остановить его. Но эта новость уже была распространена, поэтому он ничего не мог сделать сейчас!

«Замечательно! Ты определенно пошел в своего отца! В те дни второй сын семьи Чжоу был смелым и проницательным. Я не ожидал, что у его сына будет такая смелость в молодом возрасте! Мой дорогой племянник, когда откроется твоя фабрика, этот дядя обязательно тебя поддержит!» Босс Фан из ресторана Юсянь похлопал Чжоу Цзышу по плечу и улыбнулся, пока его глаза не сузились.

«Я слышал, что есть еще два вида приправ. Они тоже от того же человека?»

Получив подтверждение, босс Фан с гордостью сказал:

«Тогда проблем не будет! Что касается нашего сотрудничества для этих трех приправ, давай поговорим об этом позже! »

Другие торговцы, которым принадлежали рестораны, естественно, не позволили бы боссу Фану доминировать в этом бизнесе. Следовательно, все они быстро выразили желание сотрудничать с Чжоу Цзышу. Еще до того, как он появился на рынке, бренд приправ Свежо и вкусно уже стал горячим трендом в столице.

Старший мастер семьи Чжоу наблюдал, как Чжоу Цзышу из второй ветви стал центром внимания этого собрания. Он был горд и в тоже время раздосадован. Его сердце было наполнено сложными и смешанными эмоциями.

Юй Сяоцао, которая в будущем стала одним из крупных акционеров ведущей фабрики по производству приправ, провела следующие дни, размышляя о том, как уговорить ее родителей, чтобы они выпустили ее из дома, чтобы «подышать свежим воздухом». Это был единственный способ, который она могла придумать, чтобы окропить водой из мистического камня ловушки, которые установил ее отец. Ау! Временами было очень неприятно иметь чрезмерно заботливых родителей!

Тем не менее, она не смогла достичь своей цели. Это было не из-за запретая ее родителей, а из-за еще одной метели. Этот снегопад не уступал прошлому. Вся горная деревня была покрыта толстым слоем белизны.

В старой резиденции семьи Юй снег даже смог проломить крышу! По настоянию и наблюдению старого Ю, трое братьев из семьи Юй усердно боролись с метелью в течение трех-пяти дней и, наконец, смогли отремонтировать старый дом.

Старый Ю бежал в деревню Дуншань со своим отцом, когда он был еще маленьким ребенком. Старая резиденция семьи Юй была двухкомнатным коттеджем из глины и соломы, который был построен с энтузиазмом жителей деревни Дуншань. Этот дом всегда навевал тоску старому Ю по его умершему отцу, а также о его детских воспоминаниях. Все четверо братьев и сестер семьи Юй родились и выросли в этом старом доме.

Поэтому, хотя семья Юй переехала в недавно построенный новый пятикомнатный дом, они не оставили свою старую резиденцию. Старый Ю часто посещал старый дом. Они также делали ремонт один или два раза в год. Иначе этот дом уже бы превратился в кучу мусора.

Выпало слишком много снега, поэтому в горах было невозможно охотиться. План Юй Сяоцао, чтобы заработать немного денег до Нового года, поймав какую-то дичь, снова был отложен. Кроме того, цены на товары также достигли новых высот. Каждый день мадам Чжан глубоко вздыхала, пока она подсчитывала продовольственные пайки семьи.

К счастью, вся семья просто сидела дома зимой, поэтому им не нужно было выполнять какую-либо физически тяжелую работу. Семья Юй два раза в день ела только сухие блины по утрам и миску отвратительного супа из бобов в вечернее время.

У каждого мужчины было по два блинчика размером с ладонь, а женщинам давали только по одному. Но детям дали еще меньше. Мадам Чжан даже перестала давать Юй Кэйди тайную порцию яиц. Это была семья из более чем десяти человек, которые не могли зарабатывать всю зиму. В холодную зиму даже куры не откладывали много яиц. Поэтому вся семья просто лениво сидела и ела, медленно расходуя деньги. Сколько денег им придется потратить, чтобы заполнить эту бездонную яму?

Мадам Чжан яростно посмотрела на Юй Хая и его дочь. Если бы они не влезли в долги из-за этой злой девушки, с деньгами, которые Юй Хай заработал на продаже дичи, у их семьи было бы достаточно денег на роскошный Новый год! Их ситуация не была бы такой, как сейчас, когда им приходилось пересчитывать свои рационы перед приготовлением каждого приема пищи!

«Второй сын! Скоро наступит Новый год. Сегодня снег прекратился, так что воспользуйся этим временем и отправляйся в город, чтобы купить некоторые вещи! Во-первых, у нас мало пшенной муки. Поэтому купи столько, сколько мы сможем хранить дома. Кроме того, надо будет приготовить пельмени на Новый год. Так что купи еще и мяса… »

Мадам Чжан сделала кучу запросов, но денег не дала.

Юй Хай уже собирался согласиться, но внезапно Юй Сяоцао потянула его за рукав. Он оглянулся и заметил, что его дочь сигнализирует ему своими глазами. Юй Хай сразу понял, что она хотела этим сказать. В конце концов, он был послушным перед мадам Чжан более двадцати лет. Таким образом, он впал в состояние нерешительности.

Однако, когда он увидел жалкий взгляд своей дочери и подумал о резолюции, которую он недавно сделал для себя, он наконец сказал:

«Мама, я пойду в дом старшего дяди, чтобы одолжить сани, но деньги на новогодние товары… »

Как только были упомянуты деньги, мадам Чжан тут же вытянула лицо, которое стало даже длиннее, чем лицо осла:

«Разве ты не ездил в город, чтобы продать дичь несколько дней назад? Ты, должно быть, заработал много денег. Почему ты все еще просишь у меня денег, когда у тебя уже есть деньги?! Второй сын, нет прецедента, когда кто-то имел личные сбережения в нашей семье. Это правило, которое никто не может нарушить!»

«Бабушка, снег, скопившийся в горном лесу, еще не растаял, так что ловить особо уж нечего. За эти пару дней мы поймали очень мало дичи! Итак, разве не ясно, сколько денег мы можем заработать? Уже скоро наступит Новый год, поэтому, конечно, мы сначала должны погасить свой долг. После выплаты денег, которые старший двоюродный дедушка одолжил нам на лечение, у нас даже не хватило денег на лекарства! К счастью, доктор Сунь пожалел нас и позволил моему отцу купить лекарство в кредит! Отец! После Нового года тебе придется чаще подниматься на гору, чтобы погасить дюжину таэлей серебра, которые мы должны медицинскому залу Тонгрен! Нашей семье по-прежнему нужен доктор Сунь, чтобы он и дальше лечил наши болезни в будущем!»

Сяоцао очень хорошо знала, что ее отец уже добился значительных улучшений, поскольку смог открыто попросить у мадам Чжан денег. Итак, она вмешалась и изложила все, что нужно было сказать.

Дюжина таэлей серебра? Госпожа Чжан ахнула от удивления и пронзительно посмотрела на Юй Сяоцао, словно собиралась снять с нее кожу. Как же она хотела избавиться от этой проклятой бездонной ямы!

«ТСК! Чтобы использовать дюжину таэлей серебра для незначительной болезни, кажется, что в нашей семье действительно есть кто-то, кто родился с жизнью благородной молодой леди. Жаль, что она перевоплотилась не в ту семью. У нее тело благородной дамы, но нет средств, чтобы наслаждаться этим! О, боже, этих денег достаточно, чтобы целая семья могла пользоваться ими целый год, при этом живя припеваючи! Тск, тск…»

Мадам Ли неодобрительно щелкнула языком, стараясь раздуть огонь.

Юй Хай вспомнил безразличие своей семьи, когда его дочь была на грани смерти. Они не потратили ни копейки на болезнь его дочери, но им все равно пришлось терпеть насмешливые замечания от них. Выражение его лица сразу стало мрачным, и он пробормотал приглушенным голосом:

«Старшей сестрице не нужно беспокоиться о том, какой жизнью живет моя дочь! Я не использовал ни копейки семьи на лечение моей дочери!»

«Ой! Теперь он злится на меня! Ты не потратил мои деньги на болезнь твоей дочери, но я, Ли Гуйхуа, также не использовала ваши деньги на еду и напитки! Какое право ты имеешь на меня кричать?! Ты думаешь, меня легко запугивать?» Госпожа Ли не была той, кто понесет какие-либо потери, поэтому она сложила руки на груди и вздохнула в ответ.

Юй Хай изначально плохо спорил с людьми, поэтому он не знал, что делать в этой ситуации.

Но Юй Сяолянь не могла больше терпеть:

«Старшая тетя, ты можешь критиковать других, но другие люди даже не могут сказать ни слова! Что это за логика? Что-то не так с тем, что сказал мой отец? Много денег было потрачено на лечение моей сестры. Итак, что не так с отцом, который зарабатывает деньги на лечение своей дочери? Даже двести таэлей не так важны, как жизнь моей младшей сестры, не говоря уже о двадцати таэлях!»

Мадам Чжан посмотрела на Сяолянь своими глазами-бусинками. Внезапно она бросила метлу в направлении Сяолянь и закричала:

«Почему ребенок болтается, когда взрослые разговаривают? Второй сын, ты так учишь своих детей?»

Юй Сяоцао закричала от шока и воскликнула:

«Бабушка, что ты делаешь? Мало того, что ты заставила меня серьезно заболеть, но ты также собираешься ударить мою сестру! Бабушка, тебе стоит подумать о своих действиях. Если что-нибудь случится с моей старшей сестрой, у тебя даже не будет возможности оплакать деньги!»

Когда упоминались деньги, хотя у мадам Чжан был живот, полный гнева, она не смела снова направлять свою ярость на детей. Если что-то случится с детьми во время новогоднего праздника, основываясь на том, на сколько Юй Хай помешан на своих детях, он обязательно отвезет их к врачу. В результате она не сможет получить деньги от Юй Хая на следующие весенний и летный сезоны.

Старый Ю, который молча стоял в стороне, наконец заговорил:

«Все, остановитесь! Ребята, вы не боитесь стать посмешищем для других?! Жена, это не значит, что у тебя нет денег, так что перестань думать о том, чтобы взять маленькие деньги, которые есть у второго сына! Поэтому поторопись и достань деньги. Сейчас более важно купать товары для Нового года! »

«Но будет ли достаточно этих скудных денег, которые у меня есть?» Мадам Чжан было более болезненно отдавать деньги из своих рук, чем отрезать плоть.

Старый Юй нетерпеливо сказал:

«Ты всегда говоришь о деньгах, деньгах и деньгах! Тебе даже одна медная монета больше жернова! Разве мы не можем просто заработать эти деньги обратно, когда прибрежные воды оттаивают весной? После Нового года старший сын и я выйдем к морю, а второй сын пойдет в горы. Разве мы не сможем компенсировать наши зимние расходы?»

Мадам Чжан не могла избежать этой ситуации, поэтому она неохотно открыла замок шкафа. Она вынула горстку медных монет и несколько кусочков серебра размером с ноготь. Она также напомнила Юй Хаю, как будто боялась, что он безрассудно потратит деньги:

«В наше время все очень подорожало, поэтому не покупай слишком много еды. У нас дома есть сладкая картофельная мука. Хотя употребление слишком большого количества может вызвать изжогу, это она все еще довольно сытная! Что касается пшеничной муки и мяса, просто купи достаточно для одного приема пищи … »

Юй Сяоцао посмотрела на деньги в руках мадам Чжао. Ее рот дернулся, когда она внутренне подумала:

Даже если бы мы захотели, этой суммы будет недостаточно, чтобы купить все вещи! Неужели мне действительно нужно неоднократно предупреждать их?

Юй Хай взял деньги и тихо вышел из дома. Сегодня был редкий солнечный день. Несмотря на то, что снег на земле был по колено, в город все еще шло много людей, чтобы купить товары для Нового года. После нескольких дней сильного снегопада у большинства людей не было возможности приобрести товары, необходимые для Нового года. Таким образом, они хотели воспользоваться этим хорошим днем, чтобы купить то, что им нужно.

Старший дядя Юй Хая изначально планировал поехать в город сегодня. Однако, видя, что его старший племянник хочет одолжить сани и что хорошая погода, вероятно, продлится больше суток, он решил поехать в город на следующий день.

Юй Хай не осмелился купить слишком много ненужных вещей и сразу пошел в зерновой магазин, чтобы купить пятьдесят кэтти просовой муки и пять кэтти пшеничной муки. После этого он пошел к мясникам и получил два кэтти мяса. Денег, которые дала ему мадам Чжан, было недостаточно, поэтому он использовал часть своих собственных денег для покрытия расходов.

Гуляя по улице, он столкнулся с менеджером ресторана Чженьсю. Управляющий знал, что маленькая девочка из семьи Юй была тем, кого очень высоко ценил его молодой мастер, поэтому он, естественно, очень тепло относился к Юй Хаю. Увидев те простые новогодние товары, которые купил Юй Хай, менеджер лично купил закуски и конфеты в кондитерской. Он настоял, чтобы Юй Хай принял их, сказав, что третий молодой мастер Чжоу приказал ему купить их для мисс Юй и ее младшего брата.

Юй Хай также купил несколько булочек с мясом и пошел в столярную мастерскую навестить сына. Он также оставил ему несколько медных монет. Однако Юй Хай не ожидал, что Юй Ханг не использует эти деньги, и вместо этого просто будет копить их, что привело к катастрофе, которая почти стоила ему жизни.

Новый год медленно приближался. Утром в канун Нового года мадам Лю усердно работала на кухне со своими двумя дочерьми. Мясо, которое купил Юй Хай, было довольно жирным. Мадам Лю вырезала часть жира, чтобы сделать сало, а затем спрятала остатки жира на вечер, когда им нужно было смешать его с капустой, чтобы сделать начинку для вареников.

Среди овощей зимой были только редька и капуста. Юй Сяоцао уже предсказала, что на Новый год дома не хватит еды, поэтому она вырастила несколько побегов бобов на краю кровати Канга. Она также сделала лапшу ручной работы из муки сладкого картофеля.

С лапшой из сладкого картофеля их блюда на Новый год выглядели не так скудно. Тушеная капуста и редька с лапшой[1], Жареная кислая капуста[2], тушеная редька [3], жареный черный гриб с капустой [4], хрустящий салат из редьки [5] и сушеные ростки фасоли [6]... Они также порезали несколько кусочков свинины, чтобы приготовить ее с ростками фасоли и лапшой [7], делая еще одно блюдо. Для супа они использовали капусту и ростки фасоли[8].

Когда блюда подавались, даже разборчивая мадам Чжан была заметно удивлена. Она никогда не знала, что можно приготовить так много блюд из редьки, капусты и нескольких ростков фасоли.

Что касается вкуса, это было довольно очевидно, основываясь на реакции каждого. Ни у кого не было времени поговорить, так как все они усердно ели, что было самым большим подтверждением вкуса.

Старый Юй редко имел возможность выпить алкоголь, поэтому он налил чашку своим трем сыновьям и с удовлетворением сказал:

«Кулинарные навыки второй невестки снова улучшились!»

[1] Тушеная капуста и тофу с лапшой

[[image:/storage/reader-images/60841efd38b2693c57bc3de9e5c954d1ad5af575.jpg]]

[2] Жареная кислая капуста

[[image:/storage/reader-images/7b4952d3ee87cf69a4d6734ee1b0342113c7a174.jpg]]

[3] Тушеная редька

[[image:/storage/reader-images/b75440781c636f06f4cbb71514b3beaa6aba4f5d.jpg]]

[4] Жареный черный гриб с капустой

[[image:/storage/reader-images/6cf8dda7d1221ce726237e8e23c856ddb5a6930c.jpg]]

[5] Хрустящий салат из редьки

[[image:/storage/reader-images/4036d6d54a8e2609e511a1e81576dd586f4d4041.jpg]]

[6] Жареные ростки фасоли

[[image:/storage/reader-images/7850d5f7172e7a76b043dee919bcf28f0c3eda17.jpg]]

[7] Ломтики свинины с ростками фасоли и лапшой

[[image:/storage/reader-images/5d4de2491ab4582ca48f41464f857eca9f7371cc.jpg]]

[8] Суп из капусты и фасоли.

[[image:/storage/reader-images/9f8d5a7389344483cc01d74d93a1297d57cf77eb.jpg]]

«Это Сяоцао придумала эти блюда». Мадам Лю с гордостью посмотрела на свою дочь и положила в ее миску побольше лапши. Ее дочь была настолько умна, что смогла приготовить такую ​​вкусную лапшу из сладкой картофельной муки. Ее дочь должна немного больше еды в качестве награды!

Они сделали приличное количество каждого блюда. Мадам Чжан наслаждалась восхитительными блюдами, поэтому она не сделала никаких резких замечаний относительно того, что мадам Лю дает своим детям больше еды. Первоначально она думала, что они проведут Новый год бережно, но она не ожидала, что такие простые ингредиенты также могут стать роскошной новогодней едой.

Мадам Ли засунула себе в рот немного еды и пробормотала:

«Сяоцао придумала их? Она единственная в семье, у которой есть свободное время, чтобы думать об этом».

Юй Сяоцао впилась взглядом в мадам Ли. Изо рта этой толстой женщины никогда не сможет выйти хорошее слово! Кажется, она просто прожорливая личность, которая думает только о еде!

«Перестань так много говорить и просто наслаждайся едой!» Юй Дашань заметил недовольство своего второго брата и поспешно сделал выговор своей жене.

Мадам Чжао, которая редко ела вместе с семьей Юй, поставила перед собой несколько маленьких тарелок. Еда на них была точно такой же, как и на другой посуде. Мадам Чжан знала, что ее младшая невестка очень требовательна к еде и не любила есть с тарелок, которые использовали все остальные. Таким образом, для мадам Чжао и ее сына был специально подготовлен отдельный набор посуды.

Маленький Дуду с большим усилием сунул в рот макаронину, а затем с улыбкой пережевал ее. Он улыбнулся Сяоцао и сказал:

«Кулинария второй сестры - лучшая! Дуду нравится эта длинная вещь. Это очень вкусно!»

«Это лапша! Поскольку нашему Дуду она нравится, вторая сестра сделает тебе еще!» Юй Сяоцао никогда не могла сопротивляться милым детям. Хотя приготовление лапши было довольно трудоемким, было также хорошо улучшить их питание этим новым типом блюда.

«Да, да! В этом году урожай сладкого картофеля очень высок. У нас достаточно сладкой картофельной муки до осени. Если мы сделаем еще немного лапши, у нас появится еще одно блюдо зимой! Тушеная фасоль и лапша очень вкусные!»

Мадам Ли использовала палочки для еды, чтобы порыться в своей еде. Когда она нашла кусок жирного мяса, она сразу же сунула его в рот.

Хейзи, который сидел рядом с ней, даже встал. Он вытер свои сопли почерневшим рукавом, а затем также начал ковыряться в еде палочками. Казалось, он не сможет остановиться, пока не найдет кусок мяса.

Видя такую внешность пары матери и сына, независимо от того, насколько вкусным было это домашнее блюдо, у Юй Сяоцао пропал аппетит. С опущенной головой она сосредоточилась на обжаренных ростках фасоли. Она была на грани рвоты, если бы смотрела на эту пару дольше.

Неожиданно мадам Чжан была первой, кто прокомментировал неприглядные манеры сына мадам Ли:

«Как другие люди должны есть, когда вы, ребята, роетесь в еде? Если вы собираетесь продолжать это делать, возвращайтесь в свою комнату и там ешьте! Перестаньте поводиться так отвратительно за столом!»

Пока она говорила, она также взглянула в направлении своей младшей невестки. Оказалось, что мадам Чжан, которая обращала внимание на свою младшую невестку и внука, замечала, что время от времени мадам Чжао с отвращением смотрела на свою старшую невестку. Мадам Чжан, которая первоначально наслаждалась едой, внезапно поставила свои палочки для еды. Таким образом, она наконец заговорила, чтобы остановить мадам Ли и неприглядное поведение ее сына.

Видя, что мясо в блюдах в основном пропало, мадам Ли, наконец, положила палочки для еды. Тем не менее, она все еще подвинула тарелки ближе к себе, как будто кто-то боролся за них с ней.

Новогодний обед закончился вскоре после этого небольшого эпизода. Для этой еды мадам Чжан не ограничивала, сколько все могли съесть. Таким образом, даже если основным продуктом питания по-прежнему были грубые зерновые оладьи, вся семья все же ела с редким чувством удовлетворения. Основной причиной было то, что сегодня были более роскошные блюда, чем в предыдущие годы.

После еды сердце мадам Чжан заболело при виде почти опустошенных тарелок. С мрачным выражением лица она, наконец, прекратила свои жалобы, когда старый Юй отругал ее за то, что она «такая суетливая даже в день Нового года».

Пельмени обычно ели вечером во время празднования Нового года. Во-первых, у семьи Юй не было много мяса, поэтому даже если начинку смешать с большим количеством капусты, этого все равно было недостаточно, чтобы заполнить желудок каждого.

В пельменях семьи Юй было только два вида начинки - свинина с капустой и сало, смешанное с капустой. В канун Нового года мужчинам давали по двадцать пельменей, а женщинам - по десять. Дети получали половину того, что получали женщины.

Всего лишь пять маленьких пельменей, даже трехлетнему Маленькому Дуду их было не достаточно, не говоря уже о Юй Сяоцао и других. Юй Хейзи также не был удовлетворен после того, как закончил свою порцию, поэтому он украл один из пельменей Маленького Шито, когда тот не обращал внимания, и быстро сунул его себе в рот. Он проигнорировал сердитые крики Маленького Шито и подошел к Юй Сяоцао и Ю Сяоляню.

Юй Сяоцао быстро подтянула своих братьев и сестер к столу отца и села рядом. В присутствии Старого Юй и их отца, Хэйцзи, естественно, не смел действовать опрометчиво. Он мог только нагло пойти и попросить у своей матери добавки.

Мадам Ли была жадной женщиной, которая даже не хотела делиться пельменями со своим ребенком. Таким образом, она бесстыдно начала умолять свою свекровь:

«Мама, Хейзи еще растет, поэтому он может съесть столько же, сколько взрослый. Так что пять пельменей для него были как закуска. Мама, эта невестка не смеет просить, чтобы он получал столько же, сколько мужчины. Просто дай ему еще пять, чтобы у него было столько же, сколько и у нас!»

Мадам Чжан посмотрела на мадам Лю и небрежно сказала:

«Если ты можешь гарантировать, что никто не будет жаловаться на то, что на меня оказывают влияние, то я не против дать ему пять дополнительных пельменей, так как сегодня Новый год».

Госпожа Лю никогда не любила спорить с другими, поэтому тихим голосом сказала:

«Хейзи еще растет, так кто будет против, если он получит еще пять пельменей? Однако он не должен красть пельмени у своих младших братьев и сестер».

«Что ребенок может знать? Младшая сестрица не должна спорить с ребенком. Мама, я пойду дам Хейзи еще пельменей».

Госпожа Ли не только не наказывала своего ребенка, но она также была раздражена из-за того, что госпожа Лю создавала проблемы. Правду говорят, что яблоко от яблони не далеко падает!

Госпожа Лю тихо вошла в кухню и разделила свои десять пельменей среди своих детей. Она положила четыре пельмени в миску своего младшего сына, а затем разделила оставшиеся шесть пельменей между двумя своими дочерьми.

Юй Сяоцао крепко держала свою миску и сказала:

«Мама, я уже наелась! Если ты отдашь нам все свои пельмени, тогда ты будешь голодать сегодня вечером. И даже если ты отдашь мне свои пельмени, у меня больше не влезет».

Сяолянь также сказала:

«Мама, ты редко ешь пельмени. Кроме того, ты работала весь день. Если ты не можешь даже съесть еду, которую ты лично приготовила, думаешь, что мы, твои дети, сможем ее есть?»

«Мама, возьми пельмени обратно. Я их не хочу!»

Маленький Шито тоже быстро вернул пельмени, которые были в его миске.

«Вы, ребята, должны есть! Мама съела слишком много в обед, так что я не голодна!»

Мадам Лю взяла пельмени и положила их обратно в миски своих детей.

Пока четверо толкались взад и вперед, подошел Юй Хай со своей миской. Когда он увидел эту сцену, он был тронут, но в тоже время он почувствовал грусть. В итоге он принял решение справедливо распределить все пельмени, которые получила вторая ветвь. Дети получили по восемь пельменей, а он и его жена - по десять.

«Разве десять пельменей достаточно для такого взрослого человека, как ты? Я привыкла есть легкие закуски по вечерам, поэтому мне будет неудобно, если я съем слишком много еды. Лучше возьми у меня несколько. Я просто выпью больше супа с клецками позже…»

Сердце мадам Лю болело за ее мужа и ей не хотелось есть пельмени, которые она получила.

«Ты даже не сможешь наполнить свой живот этими пельменями. Поэтому быстро ешь, иначе они остынут!»

Юй Хай зашел на кухню с миской и попросил мадам Чжан налить ему миску супа. Он быстро выпил суп, после чего взялся за пельмени. Таким образом, после такой еды, он будет чувствовать себя хоть немного сытым.

В первый день Нового года, поскольку все жители деревни знали о скупом нраве мадам Чжан, не так много людей пришли поздравить их с Новым годом, кроме старика Чжао, охотника Чжао и нескольких близких друзей семьи. Вторая ветвь семьи Юй также чувствовала себя слишком смущенной, чтобы идти поздравлять других с Новым годом.

Юй Сяоцао, ее братья и сестра не получили никаких красных конвертов [1] от своих бабушки и дедушки, но ее старший двоюродный дедушка подарил им две медные монеты как счастливые деньги. Когда они прибыли в резиденцию семьи Чжао, мадам Чжэн достала вышитые мешочки, которые она лично сделала и подарила их каждому ребенку.

Юй Сяолянь посмотрела на вышивку на мешочке и ей она очень понравилась. Увидев восхищение на ее лице, мадам Чжэн согласилась научить ее, как делать вышивку.

По дороге домой мадам Лю прошептала своему мужу:

«Судя по ауре, излучаемой мадам Чжэн, она явно не из обычной семьи. Просто посмотри на вышитые мешочки. Даже обычные семьи в городе не будут так небрежно давать детям счастливые деньги, не говоря уже о людях в деревне».

«Это не только мадам Чжэн, но также дядя Чжао и старший брат Буфан. Их навыки боевых искусств не похожи на навыки семьи обычного охотника. Должна быть какая-то скрытая причина того, почему вся семья дяди Чжао живет в уединении в горах. Но это не то, о чем мы должны узнать. Мы должны просто взаимодействовать как обычно».

Юй Хай давно знал, что семья Чжао, будь то их привычки при еде, условия жизни или поведение, неосознанно раскрывает нравы знатной семьи. Все люди из семьи Чжао источали упорядоченную и достойную ауру солдата. В более поздний период бывшей династии императорский двор был блудным и аморальным, и поэтому многие праведные чиновники решили жить в уединении. Семья Чжао, возможно, была одной из тех семей.

С течением времени зима показала, что этот год обречен на катастрофические последствия. В январе снег почти не прекращался. Многие семьи не имели достаточных запасов пищи и могли есть только один раз в день. Так что им уже повезло, если они смогли избежать голода.

Тем не менее, было немало людей, которые умерли от голода и замерзли из-за сильного снегопада. Более того, были даже случаи, когда никто из семьи не выжил. Даже в городе были случаи, когда люди умирали от голода ...

К счастью, в деревне Дуншань, за исключением нескольких слабых и пожилых людей, которые не смогли пережить холодную зиму, не было явления, при котором большое количество людей умерло от голода или замерзло. Однако ситуация в селе не была оптимистичной.

В это время мадам Чжан глубоко сожалела о том, что она так скупа перед Новым годом, и не позволила своему второму сыну купить больше продуктов. Они уже израсходовали всю пшенную муку. Единственное, что у них было, чтобы утолить голод, - это сладкий картофель в погребе и ломтики сладкого картофеля, которые можно было перемолоть только в муку сладкого картофеля.

Каждый день они ели кашу из сладкого картофеля или кукурузный хлеб из сладкого картофеля. Даже если они иногда пробовали что-то другое, они просто использовали сушеный сладкий картофель для приготовления каши. Пищеварительная система пожилых людей была не очень хорошей, поэтому у них появлялась изжога после ежедневного употребления сладкого картофеля. Однако, если они его не съедят, им грозит голодная смерть. Таким образом, у Юй Сяоцао не было иного выбора, кроме как смешать воду из мистического камня с едой, чтобы питать их кишечник и желудок.

Непрерывная метель заблокировала дороги. Продовольственные резервы города также столкнулись с кризисом из-за проблем с отправкой. Кроме того, цена на зерно оставалась высокой без каких-либо признаков снижения. Белый рис и пшеничная мука стали такими же дорогими, как мясо!

[1] Красный конверт, счастливые деньги - благоприятные деньги, выделяемые в красном конверте во время особых праздников и мероприятий, таких как Новый год и свадьбы

[[image:/storage/reader-images/d07036873d352f9d570a92a96957143783b05a82.jpg]]

С большим трудом им удалось «дожить» до начала весны. Когда началась весна, снег наконец-то прекратился. Солнце, которое исчезло около двух месяцев назад, наконец-то показало себя. Снег, покрывающий горы, медленно начал таять. Однако случайный короткий порыв ветра с моря все еще пронизывал холодом. На рифе, окружающего берег, посреди холодного ветра появился рыбак, дрожащий от холода, который все еще продолжал рыбачить.

«Летняя ночь, белая зима» - это подлинная строка стихов из того, что говорят люди, собирающие морепродукты. Из-за влияния отлива и изменения температуры лучшее время для сбора морепродуктов было в летние ночи и зимние утра. Зимой температура была наиболее подходящей для сбора устриц. В этом сезоне устрицы были очень жирными, и их было много.

Для жителей деревни Дуншань, которые только что испытали нехватку продовольствия из-за зимы, это было милостью со стороны моря. Обилие устриц ничем не отличалось от отправки угля в снежную погоду. Люди, которые приходили собирать морепродукты на море, приносили свои собственные плетеные корзины. Корзина либо висела на шее, либо лежала на руке. Они держали в руках небольшую лопату, когда искали свою «добычу» на рифе. Были даже жители деревни, которые, несмотря на холодную морскую воду, заходили на мелководье со своей рыболовной сетью и пытались поймать рыбу. Это было шумное зрелище.

«Сяоцао, твои ботинки выглядят довольно хорошо. Они водонепроницаемы?»

Чжоу Шанху, которая пригласила сестер Юй собирать морепродукты, с завистью посмотрела на сапоги Сяоцао. Хотя она не знала, из какого материала сделаны сапоги, она поняла, что это не то, что может позволить себе обычная семья.

Юй Сяоцао увидела, что все были в потрепанных и старых хлопковых ботинках. Некоторые люди даже боялись, что их единственная пара обуви промокнет от моря, поэтому они носили только соломенные сандалии. Холодный воздух в сочетании с ледяной морской водой морозил их маленькие ножки. Их ноги стали красными, а у некоторых даже был намек на обморожение.

Юй Сяоцао была немного смущена этим. Тихим голосом она сказала:

«Несколько лет назад мой отец убил оленя и продал его в городском ресторане. В то время мое тело было не в очень хорошим состоянии. Мой отец взял меньше денег для оленьей шкуры и попросил владельца ресторана использовать немного оленьей шкуры для изготовления сапог. Поэтому, когда я вышла сегодня собирать морепродукты, мой отец настоял, чтобы я надела их ... »

Чжоу Линлунь улыбнулась Сяоцао и сказала:

«Много лет назад твоя болезнь чуть не напугала тетю Лю до смерти. Ты должна носить теплую одежду, иначе члены твоей семьи будут беспокоиться. Шанху, не смотри на ноги других людей. Когда папа придет домой, мы попросим его купить тебе пару ботинок».

Чжоу Линлунь и ее младшая сестра были дочерьми лучшей подруги мадам Лю, тетушки Фан. Муж тети Фан, Чжоу Даньянь, был торговцем, и их семья выращивала десятки цыплят. Таким образом, финансовое положение их семьи в деревне Дуншань считалось довольно выдающимся.

Чжоу Шанху была всего на год старше Сяоцао, но она была очень разумным ребенком:

«Старшая сестра, я смотрела только на ее туфли. Ботинки очень дорогие. Более того, туфли из ткани уже довольно теплые, а на эту пару ботинок можно купить очень много еды!»

«Вон там ловят рыбу, пойдем и посмотрим!»

Юй Сяоцао больше не хотела говорить о ботинках, поэтому сменила тему разговора.

Когда она подошла ближе, она поняла, что на самом деле ее третий дядя Юй Цзян и опытный рыбак из деревни Дуншань, дядя Сюаньчжу ловили рыбу. Они стояли в ледяной воде и забрасывали рыболовную сеть. Кто-то другой был ответственен за то, чтобы держатьь часть рыболовной сети на берегу, в то время как Ю Цзян и Сюанчжу по очереди держали другой конец рыболовной сети, когда они медленно продвигались дальше. После того, как вода достигла их груди, они делали полукруг, после чего возвращались на берег.

В этой одной рыболовной сети не было большого урожая. Помимо нескольких рыб, которые стоили примерно по таэлю каждая, было еще несколько рыб размером с ладонь. Как только двое мужчин вышли на берег, их жены дали им кипящий имбирный суп. Мужчины завернулись в толстые слои хлопчатобумажной одежды и выпили несколько глотков имбирного супа, прежде чем войти в море, чтобы снова натянуть сеть.

«Я знаю место, где спрятан риф. Пойдем туда и посмотрим. Но мы должны быть осторожны».

Это был первый весенний прилив с начала весны. Сегодня было слишком много людей, которые собирали морепродукты. Некоторые люди приехали из города с инструментами, чтобы попытать счастья. На рифе собиралось больше людей, чем морепродуктов. Дети искали морепродукты в течение полдня, но собирали мало.

Юй Сяолянь знала место, о котором говорила ее сестра. В прошлом году, когда они собирали там морепродукты, они даже спасли человека. Дети болтали и смеялись, когда шли к крутым скалам. Конечно же, там было много морепродуктов.

«Раковина устрицы очень острая. При небольшом контакте с кожей, вы легко можете поцарапаться. Вы должны быть осторожны, когда собираете устриц. Сяоцао, у вас с Шито нет особой силы, так почему бы вам не собрать другие морепродукты?» Чжоу Линлунь теперь была молодой леди; она знала, как ухаживать за младшими детьми.

Все опустили головы и собирали устричные раковины. Вскоре их корзины и крошечные ведра были полны. Чжоу Шанху радостно сказала:

«Мы сегодня много собрали. Если мы сможем собирать так много каждый день, тогда нам не придется беспокоиться о том, чтобы свести концы с концами или голодать весной!»

«Мой отец говорил, что риф покажется только тогда, когда отступит прилив. Но это случается только дважды в месяц. Так как мы можем приходить каждый день? Кроме того, ты не боишься, что будешь рвать каждый день от морепродуктов?» Юй Сяолянь тоже была очень счастлива. Она подумала, какие вкусные блюда приготовит ее маленькая сестра с этими устрицами.

Из-за нехватки еды и овощей зимой Юй Сяоцао использовала разные способы приготовления пищи, при этом делая ее более вкусной. Все в семье хвалили ее готовку. Она может превратить обыкновенную редьку и белокочанную капусту в разные блюда. Так что она наверняка сможет приготовить что-нибудь вкусное из устриц. Сяолянь была полна надежд на готовку Сяоцао.

Юй Сяоцао думала, как улучшится ее бизнес с третьим молодым мастером Чжоу после начала весны, поэтому она повернулась к сестре Линлунь и сказала:

«Я слышала, что семья Чжоу из города собирается построить фабрику возле доков, поэтому им нужно большое количество устриц. В будущем, когда вы будете свободны, вы можете собрать устрицы, после чего продавать их им. Так вы сможете заработать немного денег».

Когда Чжоу Линлунь услышала это, ее глаза сразу же просветлели. Она поспешно спросила:

«Являются ли эти новости надежными? Обычно люди, которые покупают морепродукты, не очень хотят принимать устрицы. Они даже постоянно снижают цену на них. Я надеюсь, что цена, которую установит семья Чжоу, не будет слишком низкой».

Корзина Юй Сяоцао и Маленького Шито была полна разными видами морепродуктов. Сяоцао была очень довольна сегодняшним урожаем. Помимо мелких морепродуктов, таких как мидии и водяные улитки, она также собрала дюжину морских ежей. Она давно хотела приготовить рагу из морского ежа. К ее удивлению, сегодня ей даже удалось найти морской огурец. «Четыре сокровища морепродуктов» - это разновидность экзотического деликатеса, требующего морского ушка, морского огурца, акульего плавника и рыбной пасти. Морской огурец был определенно хорошей находкой.

Брат и две сестры гуляли с сестрами Чжоу по мягкому песчаному берегу. Они смеялись и болтали, когда шли в направлении деревни Дуншань.

Они еще даже не вошли в деревню, когда увидели, что тетушка Сюанжу торопливо бежала к берегу. Когда она увидела Сяоцао и компанию, она еще больше ускорилась.

«Сяолянь, Сяоцао, что-то случилось с вашим отцом. Вы должны быстро вернуться домой!»

«Наш отец? Что с ним случилось?» Юй Сяоцао крепче сжала свою корзину. В ее сердце было плохое предчувствие.

Семья Юй переживала зиму. В последние несколько дней снег в горах, наконец, начал таять. Мадам Чжан призвала Юй Хая начать охотиться. Поэтому рано утром Юй Хай пригласил охотника Чжао на охоту. Все говорили, что начало весны не самое подходящее время для охоты. Это потому, что когда дикие животные вступают в сезон размножения, они были особенно жестокими. Может ли это быть ...

«Вашего отца укусил медведь. У него очень сильное кровотечение и его нога ... Вы должны быстро пойти домой и посмотреть! » Думая о состоянии, в котором находился Юй Хай, жена Сюаньчжу не могла не дрожать.

Как только Шито услышал это, он сразу же закричал и заплакал. Он бросил свою корзину и побежал домой. Юй Сяоцао и ее сестра пытались подавить панику внутри, и оставив свою корзину, полную морепродуктов, они ринулись домой бок о бок.

Сестры Чжоу свободной рукой взяли корзины сестер Юй. Они несли корзины и поспешно шли по направлению к дому семьи Юй.

Жена Сюаньчжу также последовала за ними. Она не могла не успокаивать детей:

«Не беспокойтесь. Ваш третий дядя и дядя Сюаньчжу уже одолжили телегу с ослом из соседней деревни и пошли в город за доктором. Может быть, травма вашего отца не так серьезна, как кажется!»

Юй Сяоцао подавила страх и горе в своем сердце. В последние шесть месяцев любовь и забота Юй Хая все еще были живы в ее уме. Хотя их дни были горькими, любовь и привязанность ее родителей дали ей смелость продолжать жить в этом странном мире.

Хотя у Юй Хая было много сыновнего благочестия и он не был очень хорош в разговорах, он неосознанно стал костяком Сяоцао. Он был также столпом второй ветви. Она действительно не могла представить, как будет жить вторая ветвь в семье Юй, когда ее отца не станет.

Отец, ты не должен допустить, чтобы с тобой что-то случилось! Подожди, скоро я тебя спасу!

Юй Сяоцао крепко держала в руке свою единственную спасительную соломинку - разноцветный камень. Поскольку он был способен использовать магическую силу, чтобы перенести ее душу из другого мира в этот мир, у него должен быть способ спасти отца.

[Мастер не волнуйся! Если у твоего отца останеться хотя бы одно дыхание, этот Божественный Камень сможет вытащить его из ворот ада!]

Маленький божественный камень, кажется, обнаружил нерешительное состояние ума Юй Сяоцао, поэтому он убрал свой обычный вид высокомерия и надменности. Он был полон уверенности в себе и даже пообещал ей, что спасет ее отца.

Из-за большого снега гора была опечатана. Всю зиму маленькому божественному камню не удавалось впитаться в родниковую воду из гор. Однако он чувствовал, что снег также содержит духовную энергию. Духовная энергия в снегу была не меньше, чем энергия в родниковой воде. Каждый день божественный камень заставлял Юй Сяоцао собирать снег с листьев бамбука и топить его. После полугода накопления духовной энергии, он сможет спасти даже умирающего.

С обещанием маленького божественного камня беспокойное сердце Сяоцао наконец успокоилось. Сяоцао молилась богам, чтобы ее отец держался, пока она не вернется домой!

Дорога домой казалась очень медленной и длинной. В результате яростного бега Сяоцао почувствовала, что ее грудь вот-вот лопнет. Она открыла рот и попыталась сделать глубокий вдох.

Юй Сяолянь рыдая, сказала:

«Маленькая сестра, иди помедленнее. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Сначала я пойду домой, чтобы все посмотреть; ты можешь медленно….»

«Нет ... ху ху ... не нужно! Я ... это потому, что я обычно не занимаюсь спортом ... ху ху ху ... так что все в порядке! Не волнуйся ... я знаю свое тело лучше всего ... ху ху ...»

Юй Сяоцао чуть не задыхалась. Она чувствовала, что ее ноги превратились в свинец. И все же она не собиралась останавливаться.

С большим трудом она наконец-то добралась до двери своей семьи. Она потратила оставшиеся силы, чтобы открыть тяжелую дверь. Их двор был переполнен сельскими жителями, которые пришли помочь.

«Отец!» Юй Сяоцао бросилась через дверь западной комнаты. Она отодвинула в сторону пухлое тело старшей тети и бросилась к кровати канга.

На бледном лице Юй Хая не было следов крови. Его потрепанная хлопковая куртка была запачкана кровью, которая превратилась в засохшие пятна. На правой штанине осталось всего несколько полос разорванной ткани, которые обнажили его сильно изуродованную правую ногу.

Нет! Это вряд ли можно назвать ногой больше! Кожа на его правой ноге почти полностью отслаивалась, обнажая кровавые мышечные ткани и толстую белую кость внутри. Наиболее сильно поврежденная часть его ноги была бедром; огромный кусок плоти был оторван. Кровь непрерывно текла из артерии на его бедре. Если бы Чжао Буфан не оторвал кусок ткани и не обвязал его вокруг бедра, вполне вероятно, что Юй Хай потерял бы жизнь из-за чрезмерной потери крови, прежде чем он добрался до дома.

«Сяо… Сяоцао!» Мадам Лю плакала так сильно, что едва могла дышать. Если бы она не принимала лекарства всю зиму, мадам Лю бы уже давно упала в обморок. Она крепко схватила свою младшую дочь, как будто она цеплялась за свою последнюю спасительную соломинку.

«Правильно! Сяоцао, ты не изучала медицину у Доктора Ю? Быстро спаси своего отца!»

Юй Сяоцао никогда не видела такой трагической и кровавой сцены ни в этой жизни, ни прошлой. Таким образом, она была ошеломлена на мгновение и не знала, с чего начать.

[Мастер, сначала ты должна остановить кровотечение! Если кровотечение продолжится, даже бессмертный не сможет спасти его!] Когда маленький божественный камень увидел испуганное выражение на лице своей хозяйки, он быстро напомнил ей остановить кровотечение.

«Я... что мне делать?» Юй Сяоцао вспоминала из операций в ее предыдущей жизни, что большие раны обычно зашивали, чтобы остановить кровотечение. Однако нога ее отца была пронизана травмами. Что ей делать?

[Поднеси мое тело к ране на его бедре, чтобы мне было легче использовать свои духовные силы!] Маленький божественный камень мог лишь постепенно направлять своего мастера.

Юй Сяоцао достала из аптечки все лекарства от внешних повреждений. Она использовала высокую концентрацию воды из мистического камня и смешала ее с лекарством. Когда смесь превратилась в пасту, она осторожно нанесла ее на раны отца. Применяя лекарство, она пыталась приблизить разноцветный камень на своем запястье как можно ближе к ранам.

Слабый золотой свет появился из разноцветного камня и медленно окутал всю ногу Юй Хая. Хотя невооруженным глазом не было видно никаких изменений, разорванные вены и поврежденная плоть невольно питались духовной силой Божественного Камня. Другими словами, хотя нога Юй Хая выглядела так же ужасно, как и раньше, но она заживет в два раза быстрее, чем прежде!

Нога Юй Хая была окутана золотым светом на полчаса, истощая последние духовные силы маленького божественного камня. Тем не менее, он не забывал торговаться с Юй Сяоцао: [В следующий раз, когда ты отправишься в город, не забудь привести меня в медицинский зал Тонгрен. Вся духовная сила, которую я накопил, снова исчезла! Я очень устал, мне нужно спать.]

Прежде чем он закончил говорить, последние лучи золотого света вернулись к разноцветному камню. Больше не было движений от маленького божественного камня. Хотя Юй Сяоцао также беспокоилась о маленьком божественном камне, она еще больше беспокоилась о ране своего отца.

На кровати канга, лицо Юй Хай все еще бледное. Его дыхание было слабым, а ноги покрыты ранами. Но это не выглядело так страшно, как раньше.

«О, мой Бог! У него такая серьезная травма. Даже если удастся спасти его жизнь, его правая нога, вероятно, станет бесполезной! Цск…Цск...» Мадам Ли, пришедшая насладиться шумной сценой, подливала масла в огонь, она покачала головой и щелкнула языком.

Старый Юй, у которого был полный живот гнева, наконец нашел кого-то, на кого можно было высвободиться: «Он уже стал таким, но ты все еще делаешь саркастические замечания! Потеряйся!»

Независимо от того, насколько толстой была у мадам Ли кожа, она не могла терпеть, чтобы ее публично оскорблял ее свекор. Она не могла не пробормотать тихим голосом: «Я не та, кто сказала ему идти в гору, так почему отец кричит на меня? Если вы хотите кого-то обвинить, обвините его в том, что он не был осторожен ... ой!» Мадам Ли еще не закончила говорить, когда Маленький Шито ударился о нее. Глаза Маленького Шито были полны грусти и ненависти, когда он твердо уставился на мадам Ли. Его отец был ранен за эту семью. Тем не менее, старшая тетя все еще сказала эти слова! Травма отца не стоила этого вообще!

Маленький Шито выглядел как молодой раненый зверь. Встретившись с темными глазами Маленького Шито, мадам Ли, которая обычно была хитрой и властной, чувствовала себя несколько виноватой и подсознательно отступала. Под неудовлетворенным взглядом жителей деревни она покинула западную комнату с хвостом между ног.

Казалось, что то, что происходило вокруг Юй Сяоцао, ее вообще не касается. Все ее внимание было сосредоточено на благополучии ее отца. Она достала бутылку высококонцентрированной воды из мистического камня из аптечки. С помощью мадам Лю они медленно открыли рот Юй Хая и осторожно налили ему в рот несколько капель.

К счастью, ни одна капля воды из мистического камня не была потрачена впустую. Юй Хай неосознанно проглотил воду. Если бы он не смог даже проглотить воду, Сяоцао чувствовала бы, что все безнадежно. С ее пониманием свойств воды из мистического камня она верила, что ее отец переживет травму.

Тетя Сюаньчжу посмотрела на бутылочку с лекарством в руке Сяоцао и ничего не сказала. У ее мужа была тяжелая болезнь зимой. Если бы Сяоцао не вынула это спасительное лекарство, он, вероятно, умер бы. Это лекарство было плодом кропотливых усилий доктора Ю в его жизни. Оно должно быть в состоянии защитить жизнь Дахая, верно?

Юй Сяоцао также дала своей матери, которая отказывалась уходить, даже когда она шаталась, несколько глотков воды из мистического камня. Старая болезнь ее матери только стала немного лучше, она не могла позволить ей снова заболеть в этот критический момент.

«Вторая сестра, отец умрет? Я так напуган!» Маленький Шито, которому еще не было шести лет, уже осознал, насколько страшна смерть. Его глаза наполнились слезами, и он прильнул к единственному спокойному члену семьи - Юй Сяоцао.

В этот момент мадам Чжан пряталась в своей комнате, ни с кем не общаясь. Старый Юй ходил взад-вперед перед западной комнатой. Он мог только вздыхать, так как понятия не имел, что делать. Юй Дашань остался в западной комнате, но он ничем не помогал. Плач Юй Кэйди был похож на капли дождя на цветке груши, она вовсе не выглядела надежной. Младший дядя и его семья уехали в начале весны. Они одолжили телегу с ослом и уже вернулись в город. В этой большой семье, кроме Юй Сяоцао, которая спокойно применяла лекарства к ранам своего отца, никто не знал, что им делать.

Казалось, время проходит особенно медленно в тревожные времена. Будь то Семья Юй или их односельчане, все они ожидали прибытия городского доктора.

Наконец, через вход в деревню мчалась ослиная повозка. Когда водитель ослиной повозки услышал, что травма пациента была очень неотложной, он не стал беспокоиться о благополучии своего осла и бросился сюда, словно это была лошадь. Спеша полный час, он наконец смог привести сюда городского доктора.

Доктор, который пришел, был божественным врачом из Медицинского Зала Тонгрен, Доктором Сунь. В тот момент, когда он сошел с тележки, он сразу же взял свою аптечку и поспешно прошел через дверь во двор, спрашивая: «Где раненый? Быстро приведите меня к нему!»

Односельчане отвели Доктора Сунь в западную комнату. Первоначально освещение в западной комнате было не очень ярким. Теперь, когда на входе толпилось так много людей, комната выглядела еще темнее, чем обычно.

«Все, кроме ближайших родственников, должны будут покинуть комнату, чтобы не беспокоить пациента!» Доктор Сунь был очень недоволен тем, как шумно было в комнате. Он хмурился, прогоняя людей.

Когда Доктор Сунь увидел травму Юй Хая, он глубоко вдохнул. После многих лет медицинской практики такое серьезное повреждение было редкостью. Он поспешно сел рядом с кроватью канга и положил правую руку на запястье Юй Хая.

Спустя некоторое время Доктор Сунь глубоко вздохнул. Он повернулся к мадам Лю и ее дочерям, которые смотрели на него. Доктор Сунь с серьезным выражением лица сказал: «У него очень слабый пульс. Его артерии тонкие, как луковые побеги, и главной причиной его состояния является потеря крови и повреждение его инь... »

«Доктор, можно ли спасти моего мужа?» Состояние ума мадам Лю было в беспорядке, и она с тревогой поинтересовалась состоянием своего мужа.

Доктор Сунь тщательно пересмотрел травму Юй Хая. После осмотра он еще больше сморщил брови и ответил: «Внешнее лекарство, нанесенное на его раны, чтобы остановить кровотечение, достаточно эффективно. Если лекарство не будет применено вовремя, он не сможет дождаться моего прибытия. Однако…»

Когда мадам Лю увидела тяжелое выражение на лице Доктора Сунь, она почувствовала, как ее сердце упало, и она чуть не упала в пропасть: «Доктор Сунь, вы известный доктор из города. Пожалуйста, вы должны спасти отца моих детей! Я прошу вас!»

«Дело не в том, что я не хочу его спасать. Проблема в том, могу ли я его спасти. Рана на ноге слишком большая. Кроме того, все мясо и сухожилия разорваны и отслаиваются. Даже если я хочу спасти его, я даже не знаю, с чего начать!» Много лет назад доктор Сунь видел пациента с похожими травмами. Он сделал все возможное, чтобы спасти пациента. Но, в конце концов, пациент не смог пережить высокую температуру, которую он получил после того, как его раны заразились, и умер.

Когда мадам Лю услышала, что сказал доктор Сунь, она не могла дышать и упала в обморок рядом с кроватью канга. Трое детей плакали, помогая матери лечь на кровать канга.

Юй Сяоцао старалась изо всех сил, чтобы подавить печаль и беспокойство, растущие в ее сердце. Она спросила спокойным, но упрямым голосом: «Доктор Сунь, нет ли надежды вылечить моего отца?»

Доктор Сунь посмотрел на окровавленную, изуродованную правую ногу Юй Хая и вздохнул: «Сейчас нужно ампутировать травмированную ногу, чтобы у него была возможность даже жить. Тем не менее, даже в сочетании с моим лекарством, у него только 30% шансов на выживание».

«Возможно ли ему выжить без ампутации поврежденной ноги?» Для Юй Хая, который был всемогущим, поднимаясь на гору и спускаясь по морю, потеря одной ноги не отличалась от птицы со сломанными крыльями. Потеря ноги разрушит всю его жизнь!

Доктор Сунь покачал головой и сказал: «Рана слишком большая. При длительном воздействии воздуха вероятность заражения раны значительно возрастет. Если у него появится высокая температура из-за инфекции, даже Бессмертные Далуо[1] возможно, не сможет его спасти. У вас есть только два варианта, и вам придется выбрать один!»

В бутылке в руках Юй Сяоцао не осталось много воды из мистического камня, но на кухне еще был полный кувшин! Она была уверена, что сможет сохранить рану чистой и незараженной. Однако она все еще не чувствовала себя уверенно, поэтому спросила: «Если его раны не заразятся, значит ли это, что не придется ампутировать поврежденную ногу?»

«Да. Но если ампутировать поврежденную ногу, он все еще имеет 30% шанс на выживания. Однако, если этого не сделать, тогда мы можем только ждать чуда... Сначала я назначу ему лекарство. Лучше принять небольшое лекарство, чем вообще ничего не делать!»

За последние двадцать лет доктор Сунь никогда не чувствовал себя таким беспомощным, как сегодня. Если Хуа Туо[2]был жив сегодня, он мог бы спасти раненую ногу Юй Хая. Но он также надеялся на чудо, которое испытала Юй Сяоао; Сяоцао полностью выздоровела от болезни, которую она перенесла, когда ее мать была беременна ею.

Доктор Сунь передал Старому Юй рецепт. Он еще раз напомнил им: «Ампутировать эту ногу или нет, вы должны принять решение рано!»

Когда доктор Сунь только что закончил говорить, мадам Чжан немедленно ворвалась в главный дом. Она потянула руку Старого Юй и крикнула: «Старик, ты не можешь ампутировать ногу Дахая! Давай сначала не будем говорить о том, насколько низок 30% -ный шанс на выживание, даже если он будет достаточно удачлив, чтобы выжить, какой смысл жить, если у него нет одной ноги?»

Старый Юй сразу же расстроился, услышав это. Он кричал своей жене: «Что значит, что нет смысла жить? Как гласит древняя поговорка: "Лучше иметь плохую жизнь, чем хорошую смерть!" Очевидно, важнее спасти его жизнь! Ты заботишься только о своих деньгах!»

«Что ты имеешь в виду, я беспокоюсь только о своих деньгах… Я просто думала о том, чтобы позволить Дахаю самому принять решение, когда он проснется! Я просто волнуюсь, что наше доброе намерение приведет к ненависти!» Мадам Чжан была так напугана, что быстро объяснила. Это был первый раз за десятилетия, когда мадам Чжан видела Старого Юй таким сердитым.

Однако мадам Чжан была единственной, кто знала ее настоящие мысли. В прошлом большую часть дохода семьи приносила продажа дичи, на которую охотился Юй Хай. Теперь, когда он получил серьезную травму и не мог удержать одну ногу, как бы он поднялся на гору или спустился к морю? Он мог лежать в постели только как бесполезный человек и жить как паразит! Кроме того, в его семье было много детей. Его жена тоже была слабой. Если его поврежденная нога действительно была ампутирована, не значит ли это, что семья Юй Хая будет зависеть от нее, чтобы кормить и растить их? Откуда она взяла столько свободных денег, чтобы кормить этих бездельников?

[1] Бессмертный Далуо (大 罗 神仙) - относится к даосским бессмертным, которые живут на Небесах Далуо, где живут бессмертные с высоким уровнем совершенствования.

[2] Хуа Туо (华佗) - известный врач, живший во времена конца династии Хань.

Все жители деревни были друзьями Юй Хая, его жены или соседями, которые жили рядом. Когда второго сына семьи Юй вернули домой из-за серьезной травмы, госпожа Чжан спряталась и заявила, что бедна, упомянув о дорогом лечение. Однако ее действия никого не удивили, так как это было обычным явлением для жителей деревни.

Жена Сюаньчжу не могла не чувствовать грусть в своем сердце. Она слышала, как старейшины дома говорили о мадам Чжан. Мадам Чжан была второй женой старого Юй после смерти его жены, а также была двоюродной сестрой умершей матери Юй Хая. В то время, когда недавно овдовевшая госпожа Чжан была изгнана ее жестокими родственниками, именно прикованная к постели мать Юй Хая милостиво забрала ее. Позже, когда мать Юй Хая умерла от болезни, Старый Юй увидел, что мадам Чжан довольно искренне заботилась о Юй Хай и его старшей сестре, поэтому он женился на ней как на своей второй жене.

Старший сын Юй Дашань был сыном мадам Чжан от предыдущего брака и всего на два месяца старше Юй Хая. Третий сын Юй Бо и младшая дочь Юй Кэйди были биологическими детьми мадам Чжан и Старого Юя.

Когда мать Юй Хая была еще жива, мадам Чжан действовала лицемерно и относилась к Юй Хаю и его старшей сестре даже лучше, чем к ее собственному сыну. Таким образом, когда мать Юй Хая лежала на смертном одре, она доверила своих детей мадам Чжан. Однако вскоре после смерти матери Юй Хая мадам Чжан раскрыла свои истинные цвета.

Под предлогом, что семья была в плохих обстоятельствах, Юй Хаю и его старшей сестре давали только кашу, которая была настолько разбавлена, что в ней можно было увидеть свое отражение, и по небольшому кусочку бобовой пасты. Перед Старым Юй она притворилась, что все едят одну и ту же еду. Тем не менее, она на самом деле хранила хорошие вещи для своих детей, чтобы тайно поесть ночью.

Когда Юй Хай был молодым, он лазил по деревьям за яйцами, собирал дикие фрукты и искал морепродукты в море из-за голода. Когда он стал старше, он сам научился ловить фазанов, зайцев и мелкую дичь в горах.

Будучи честным и сыновным, он никогда не испытывал эгоистичного удовольствия от фазана и дикого зайца, которых он поймал сам. Он всегда брал их домой и велел отцу приготовить их для всей семьей. Тем не менее, мадам Чжан выбирала крылья и ножки для своих детей. Таким образом, Юй Хай и его старшая сестра могли есть только части без большого количества мяса. Когда Старый Юй упрекал ее, она правдоподобно отвечала: «Наш третий сын и младшая дочь еще молоды, поэтому второй сын должен уступить своему младшему брату и сестре…»

Когда Юй Хай был подростком, он начал ловить рыбу в море со Старым Юй. Через два года он стал одним из лучших рыбаков в деревне. Каждый раз, когда он шел к морю, он ловил гораздо больше рыбы, чем другие взрослые мужчины. Более того, он часто ловил редкие и ценные виды рыб. Следовательно, богатые семьи и известные рестораны в городе любили покупать его рыбу.

Юй Хай также часто охотился в горах с охотником Чжао. Каждый раз они приносили какую-то добычу, но большую часть времени мадам Чжан не хотела позволять семье ее есть. Так, большинство было продано в городе в обмен на деньги, которые надежно хранились в ее собственном кошельке.

Постепенно семья Юй вышла из своего ветхого родового дома и построила просторный двор с пятью комнатами, выложенный плиткой, в восточной части деревни, недалеко от моря. В последние два года они также заменили сломанную рыбацкую лодку на новую. Благодаря способностям Юй Хая семья Юй перешла от известной бедной семьи к относительно благополучной семье в деревне.

Мадам Чжан полностью контролировала финансы семьи. Было невозможно даже вырвать из ее рук ни копейки. Даже деньги, которые использовались для покупки продуктов для семьи, были тщательно рассчитаны снова и снова. Каждый день они ели грубые зерновые блины, бобовую кашу и маринованные овощи. Иногда они просто готовили овощи из своего огорода в кипяченой воде, даже не добавляя масла. За исключением Нового года, в доме не было бы никаких следов мяса.

Даже люди, которые редко работали, и самые бедные семьи в деревне ели лучшую еду и носили более теплую одежду, чем их семья. В деревне не было никого, кто бы не знал, что старушка из семьи Юй была похожа на мышь, она всё тащила в свою нору и никогда не вынимала; вход без выхода!

Мадам Ли, старшая невестка, ее девичья семья жила рядом и имела приличные семейные обстоятельства. Кроме того, мадам Чжан взяла почти все ресурсы семьи, чтобы подготовить подарки обручения, чтобы получить этот брак для своего старшего сына. Время от времени мадам Ли отводила сына в свой девичий дом, чтобы вкусно поесть. Она всегда возвращалась с различными сумками, которые никогда не покидали ее комнату. Однако мадам Чжан просто закрывала глаза на ее поведение. В результате и мать, и сын ели так много, что их тело превратилось в шар. Они полностью отличались от жены и детей Юй Хая, которые выглядели изможденными и истощенными.

Юй Хай сам выбрал мадам Лю своей женой и попросил отца нанять сваху, чтобы договориться о браке. В то время толстая и некрасивая дочь владельца универсального магазина полюбила Юй Хая, высокого, красивого и способного. Они уже пригласили кого-то сказать мадам Чжан, что им не нужны обручальные подарки. Кроме того, они также подготовили приданое из тридцати серебра.

Для обычных семей в рыбацкой деревне, таких как семья Юй, их ежегодные расходы составят всего три-пять серебра. Хотя они каждый день получали приличный доход от рыбалки, им приходилось платить за обучение третьего сына Юй Бо. Более того, они должны были подготовить деньги, необходимые для его будущих экзаменов. Они также должны были подготовить приданое своей младшей дочери. В то время тридцать серебра были довольно большой суммой денег для семьи Юй, поэтому, конечно, мадам Чжан была заинтересована.

Как только она решила согласиться с этим предложением, брак Юй Хая и мадам Лю был улажен. Госпожа Лю происходила из обычной семьи, а ее старшие братья только недавно поженились, поэтому они дали всего несколько таэлей в качестве приданого, приложив много усилий. Естественно, это было намного хуже, чем тридцать серебра, предложенных владельцем магазина. Тридцать серебра, которые она собиралась получить, внезапно исчезли, так что, конечно, мадам Чжан увидит мадам Лю как бельмо на глазу.

После того, как мадам Лю вышла замуж за семью, она взяла на себя ответственность почти за все домашние дела. Она должна была готовить, стирать, чистить рыбу и собирать дрова. Ей также пришлось кормить кур и свиней. Кроме того, она также отвечала за заботу о двух земельных участках семьи. Даже когда она была беременна, мадам Чжан не давала ей отдохнуть. Она ругала ее весь день, придираясь ко всему, что делала мадам Лю.

До того, как госпожа Лю завершила свой срок заключения [1]после рождения ее младшего сына, Маленького Шито, ей уже было приказано стирать одежду в покрытой льдом реке. В результате она заболела и страдала от хронического заболевания. Зимой и дождливыми днями она постоянно кашляла. Иногда она кашляла так сильно, что ей было трудно дышать, и ее лицо становилось синим из-за удушья. Кроме того, она чуть не умерла в нескольких случаях.

Каждый год мадам Лю ходила к врачу и принимала лекарства от своей болезни, что было огромным расходом. Более того, Юй Сяоцао родилась со слабой конституцией и постоянно болела. Каждый раз, когда мадам Чжан приходилось платить за медицинские услуги, казалось, что кто-то выкопал ее могилу предков. Старушка каждый день ругала их, когда говорила, что вырастила двух бездельников, которые были бездонными ямами…

В прошлом, видя способность Юй Хая зарабатывать деньги, мадам Чжан жаловалась, но она все равно давала деньги для оплаты медицинских услуг.

Благодаря настойчивому призыву мадам Чжан сегодня Юй Хай последовал за своим близким другом Чжао Буфаном на охоту в Западные горы. Однако они невольно потревожили медведя, который зимовал в пещере. Когда Юй Хай спасал охотника Чжао, медведь сильно укусил его ногу, а его спина также была поцарапана и стала кровавым беспорядком. Казалось, он едва дышит.

Однако его можно считать довольно везучим. Несмотря на то, что его кровеносные сосуды почти разорвались, он смог продержаться, пока доктор не прибыл из города. Первоначально семья думала, что лучший врач в городе предоставит им хорошие новости. Однако, изучив травмы Юй Хая, доктор Сунь из Медицинского зала Тонгрен только покачал головой и сказал: «Я сделал всё, что можно... Остальное зависит от судьбы». После этого он неохотно написал рецепт для них, сказав, что лекарство, вероятно, не будет эффективным, и что они могут только успокоить себя этим.

Одна доза лекарства стоила примерно один таэль серебра, и она не могла бы спасти жизнь второго сына семьи Юй. Мадам Чжан не могла позволить, чтобы деньги, которые она кропотливо копила, были потрачены впустую. Если бы Юй Хай не смог проснуться, его семья будет заполнена больными и слабыми, и в будущем все они станут бременем для семьи Юй. Если бы Юй Хай выжил с ампутированной ногой, он также был бы бременем для семьи, поскольку он потерял ногу.

Жена Сюаньчжу уже видела текущую ситуацию. Если бы госпожа Чжан могла принять решение, она без колебаний выкинула бы всю семью Юй Хая из дома. Тем не менее, Старый Юй все еще имел последнее слово в семье. Кроме того, госпожа Чжан боялась, что другие жители деревни будут сплетничать, поэтому она не смела нагло упомянуть свои мысли.

Ай! Как семья Юй Хая выживет под контролем мадам Чжан в будущем? Жена Сюаньчжу не могла не волноваться за них!

В воздухе доносился тяжелый запах крови. Юй Хай, который лежал на кровати, выглядел смертельно бледным и едва дышал. Каждый раз, когда он отправлялся на охоту в горы, он мог заработать как минимум четыреста или пятьсот медных монет. Но теперь он был покрыт только изношенным хлопковым одеялом, которое было выцветшим и залатанным.

В западной комнате, в которой в основном была только кровать канга, было темно и тесно. Возле кровати была старая коробка из ротанга, в то время как стол, на котором лежали многочисленные доски, был поставлен сбоку кровати. И это было все. Юй Хай и его жена, которые были основными работниками в семье, должны были жить в этой пустой комнате с несколькими детьми.

Юй Хай был еще жив, но вторая ветвь уже жила таким образом. Если…

«Спеши и заплати Доктору Сунь!» Старик Юй, которого мадам Чжан вытащила в главную комнату, вдруг закричал. Жители деревни во дворе молча смотрели друг на друга. Неужели мадам Чжан серьезно отбросила всё притворство и отказалась платить за лекарства Юй Хая?

«Это пять серебра! Даже доктор сказал, что это лекарство, вероятно, бесполезно! У Сяоцао нет аптечки доктора Ю? Мы можем просто использовать некоторые лекарства внутри, чтобы иметь душевное спокойствие. Пять серебра хватит на месячный запас кисти и чернил для нашего третьего сына!» Голос мадам Чжан звучал как рычание животного, охраняющего своего ребенка.

Голос Старого Юй снова зазвучал: «Думаешь, я не знаю, сколько денег ты накопила? Если есть хоть какой-то проблеск надежды, мы должны сделать все возможное, чтобы приложить наши последние усилия. Иначе будет ли наша совесть спокойной? Ты не боишься, что Сяоцао и ее братья и сестра обидятся на тебя?»

Мадам Чжан не хотела подчиняться: «Это не я не хочу спасать его, но доктор уже сказал, что прием лекарства не поможет. Итак, почему мы все еще тратим наши деньги? Лучше просто сэкономить деньги и помочь второму сыну воспитать его детей ... »

Пока старая пара спорила в главной комнате, соседи по двору сочувственно смотрели на западную комнату и непрерывно качали головами.

«Дядя Юй...» Человек с крепким телом, который излучал сильное чувство силы и казался доблестным, вошел во внутренний двор семьи Юй. Он был человеком, которого Юй Хай спас сегодня, Чжао Буфаном.

Когда мадам Чжан услышала его голос, она сразу же выбежала из своей комнаты. Хотя она выглядела худой и миниатюрной, на самом деле она была довольно сильной. Она схватила переднюю часть одежды Чжао Буфана и взвыла во весь голос: «Ты, черт возьми, охотник Чжао! Если бы не ты сегодня, лежал бы Юй Хай из нашей семьи на кровати на грани смерти? Мне все равно! Наш второй сын получил травму из-за тебя, поэтому твоя семья Чжао должна нести ответственность за оплату медицинских услуг! Кроме того, если что-то случится с Юй Хаем, то ваша семья Чжао также будет отвечать за заботу о вдове и сиротах второго отделения!»

В конце концов, мадам Чжан никогда не заботилась о жизни и смерти Юй Хая. Единственное, что ее беспокоило, это деньги, деньги и деньги!

«Не волнуйся, тетя! Брат Юй Хай спас меня от этого несчастья. Если бы не он, я бы давно умер! Я, Чжао Буфан, честный и бесстрашный человек, который никогда не будет неблагодарным и коварным! Я уже убил медведя, который ранил брата Юй Хая и продал его в городе…»

С жадным выражением лица мадам Чжан прервала Чжао Буфана, прежде чем он закончил говорить: «Охотник Чжао, пожалуйста, войдите в комнату, чтобы поговорить!»

Независимо от меха и желчного пузыря медведя, его лапы и мясо можно было продать за довольно большую сумму в городе.

[1] Период послеродового заключения (子 子) - месячный период после родов, чтобы позволить новой матери выздороветь и отдохнуть

В некотором смысле, второй сын ее семьи обменял свою жизнь на то, чтобы заполучить этого медведя, поэтому, несмотря ни на что, она не собиралась позволять семье Чжао пожинать все плоды! Когда мадам Чжан в срочном порядке потащила Чжао Буфаня в комнату, она также внутренне рассчитывала, сколько денег она сможет получить.

Чжао Буфан осторожно отнял ее руки, подошел к Старому Юй, а затем развернул тяжелую сумку в руках перед собой.

Мадам Чжан была сразу ослеплена блестящим серебром. Она была настолько ошеломлена, что ее обвисшие треугольные глаза собирались выскочить. Сумка, полная серебряных слитков, каждый из которых стоил десять таэлей, могла бы составить как минимум две-три сотни серебра!

Мадам Чжан была чрезвычайно скупим человеком, который не хотел тратить слишком много денег на одежду и еду. Был такой свободный работник, как Юй Хай, который зарабатывал деньги в течение дня, поэтому мадам Чжан более десяти лет тщательно копила деньги. Однако, после вычета ежедневных расходов и платы за обучение Юй Бо, за все эти годы она накопила лишь чуть больше ста серебра. Тем не менее, один медведь был продан за двести или триста таэлей!

«Эту долю заслужил наш второй сын? О, боже, я не ожидала, что медведь будет таким ценным… » Мадам Чжан широко улыбнулась, и ее старое лицо превратилось в хризантему. Ее глаза сузились в щель, а она открыла рот, полный кривых, желтых зубов.

Чжао Буфан увернулся от рук мадам Чжан, которые потянулись за сумкой с деньгами. Он передал сумку с деньгами Старому Юй и торжественно сказал: «Дядя Юй, эти триста серебра - это все деньги, которые я получил от продажи медведя, и это тоже деньги, которых заслуживает брат Юй Хай! Если бы не он, человек, лежащий на кровати канга, был бы мной!»

Старый Юй не взял деньги, глубоко вздохнул и сказал: «Вы двое так близки, как настоящие братья. Я верю, что если бы Дахай был сегодня в опасности, ты бы поступил так же и спас его! Вы двое всегда делили доход от охоты, так что сегодня сделаем то же самое!»

«Старик! Наш Дахай все еще лежит на кровати и ждет денег, чтобы спасти его жизнь! Наш второй сын рискнул своей жизнью, чтобы получить эти деньги. Более того, если охотник Чжао заберет деньги, тогда все жители деревни будут сплетничать о нем!» Видя, что ее муж отдал половину денег несколькими словами, мадам Чжан сразу же забеспокоилась! Пятьдесят на пятьдесят? Ему хватит и сто пятьдесят таэлей! У большинства людей, вероятно, не будет столько денег, даже если они будут копить больше десяти лет!

Чжао Буфан, как будто он не видел, что мадам Чжан подпрыгивала рядом с ним, сунул сумку в руки Старого Юй и сказал: «Дядя Юй, у меня только одна просьба! Брат Дахай рисковал своей жизнью в обмен на эти деньги, о которых тетя также упоминала ранее. Таким образом, я надеюсь, что по крайней мере половина денег будет использована для брата Дахая и его семьи. Это не должно быть трудным запросом!»

«Ну конечно; естественно! Деньги пойдут на лечение травм моего второго сына. Если с ним что-нибудь случится ... тогда деньги будут сохранены для браков его детей!» Старый Юй был биологическим отцом Юй Хая, так что между ними все еще была семейная привязанность!

Мадам Чжан выхватила деньги из рук своего мужа и счастливо держала их на руках. Она согласилась: «Охотник Чжао, тебе не о чем беспокоиться! Юй Хай - биологический сын нашего Старого Юй, так как мы можем плохо с ним обращаться? Видите, мы уже пригласили лучшего доктора в городе. Одна назначенная им доза лекарства стоит больше, чем один таэль серебра! Я пойду заплатить за лекарство, а вы продолжайте говорить!»

С тремя сотнями таэлей в руках мадам Чжан больше не колебалась, чтобы заплатить пять таэлей за лечение. Она быстро оплатила счет, а затем попросила Юй Цзяна отправить доктора обратно в город на его телеге с ослом.

«Все должны идти домой! Дахай должен отдохнуть спокойно, чтобы выздороветь. Когда он проснется, я сообщу всем! Было бы неудобно с таким количеством людей во дворе». Она должна предотвратить попадание трехсот таэлей в глаза жадных соседей!

Когда деньги попали в руки мадам Чжан, это было все равно, что бросить мясную булочку в собаку - они ​​никогда не вернутся!

В западной комнате мадам Лю уже проснулась и тихо плакала, стоя рядом с мужем. Сяолянь и Маленький Шито, которые сопровождали их мать, также плакали, пока их глаза не стали красными и опухшими. Таким образом, Сяоцао время от времени проверяла состояние Юй Хая, пока она варила лекарство в маленькой грязевой печи за пределами комнаты.

Солнце зашло на западе. Семья Юй пропустила утреннюю и вечернюю трапезу. За исключением второго отделения, у которого не было аппетита, все остальные уже голодали. У мадам Чжан с тремя сотнями серебра, естественно, пока не было лица, чтобы критиковать и заставлять работать вторую ветвь. Итак, она крикнула в сторону восточной комнаты: «Ли Гуйхуа, ты ленивая женщина! Ты знаешь, который сейчас час? Быстро иди готовить ужин! Ты хочешь морить нас голодом?!»

Мадам Ли и ее сын тайно поели в своей комнате. Услышав шум, она неохотно вышла из комнаты и медленно зажгла огонь, чтобы приготовить. Юй Кэйди посмотрела на западную комнату своими покрасневшими глазами, а затем тихо вошла на кухню, чтобы помочь приготовить ужин.

Это была бессонная ночь для всей второй ветви в западной комнате. Все они остались рядом с Юй Хаем, опасаясь, что столб их семьи внезапно рухнет.

На рассвете у Юй Хая, чье дыхание изначально стабилизировалось, внезапно поднялась температура. Его бледный и бескровный цвет лица покраснел, как паяльник, а дыхание стало коротким и быстрым.

Лицо мадам Лю, которая не спала всю ночь, было бледным и испуганным. Под глазами были темные тяжелые сумки. Ее изначально худое и слабое тело казалось еще более хрупким.

Мадам Лю не могла удержать слезы, когда смотрела на покрасневшее лицо мужа. Слова, которые доктор Сунь сказал вчера, все еще задерживались у нее на ушах: «Если появится инфекция или поднимется температура, ему будет трудно сохранить свою жизнь!»

«Так жарко! У отца жар! Я пойду и попрошу дедушку вызвать доктора!» Сяолянь вытерла слезы на щеках и постучала в дверь главной комнаты. Вскоре после этого Юй Дашань проснулся и велел сходить за доктором в город.

Юй Сяоцао, которая не смела закрывать глаза всю ночь, почувствовала головокружение, когда готовила вторую дозу лекарства для своего отца. Она добавила еще две капли воды из мистического камня и с тревогой призвала маленький божественный камень в своем сердце: «Маленькая Клецка! Маленькая Клецка, ты здесь?»

[Сколько раз я тебе говорил? Хватит называть меня, Этот Божественный Камень, Маленькой Клецкой! Это такое оскорбление для моего выдающегося статуса!] - лениво ответил Маленький Божественный Камень.

«Разве ты не говорил, что с моим отцом все будет в порядке? Почему у него внезапно снова поднялась температура?» - с беспокойством спросила Юй Сяоцао.

[Это нормально, чтобы у него поднялась температура! Он потребил слишком много воды из мистического камня! Я уже говорил, что, если здоровый человек принимает высокую концентрацию воды из мистического камня, он, в лучшем случае, будет более энергичным и сильным. Но для кого-то вроде твоего отца, который получил серьезную травму, в данный момент будет трудно выдержать высокую концентрацию энергии. Следовательно, у него сейчас жар!]Маленький божественный камень ответил небрежно, но он внутренне думал о том, получит ли он какую-то выгоду от этого, на этот раз он спас отца своей хозяйки. Если кандалы, запирающие его силы, могут немного ослабнуть, то они могут…

«Тогда что-нибудь случится с моим отцом?!» Со своими знаниями Юй Сяоцао все еще понимала значение слова "слишком много - это так же плохо, как слишком мало". При приеме слишком большого количества лекарств могут возникнуть побочные эффекты, а также будут ли негативные последствия употребления слишком большого количества воды из мистического камня?

Ход мыслей Маленького Божественного Камня был прерван, и он нетерпеливо ответил: [Что может случиться? В лучшем случае он будет спать еще несколько дней! Я, Этот Божественный Камень, могу гарантировать, что с ним все будет в порядке, так о чем ты все еще беспокоишься? Перестань шуметь! Мне нужно отдохнуть в течение определенного периода времени, так что не беспокой меня!]

С гарантией маленького божественного камня нерешительное сердце Юй Сяоцао наконец успокоилось. Она с недоумением уставилась на лекарство, которое разогревалось: «В этом лекарстве тоже есть вода из мистического камня. Должна ли я все еще давать его отцу?»

Поскольку маленький божественный камень уже пообещал, что побочных эффектов не будет, и он просто будет спать еще несколько дней, тогда ... не будет никакого вреда, чтобы поспать еще несколько дней, верно? Разве люди не говорят, что сон помогает восстановлению ран?

К тому времени, когда доктор Сунь снова прибыл, температура Юй Хая уже прошла. Тем не менее, все еще не было никаких признаков его пробуждения.

Доктор Сунь внимательно осмотрел его состояние и снова проверил его раны, но он все еще не был оптимистичен: «Если пациент не проснется в течение двух дней, я боюсь, что шансы на его пробуждение в будущем будут очень малы! Даже если он проснется, я не думаю, что мы сможем сохранить его ногу... Однако, это хороший признак того, что у него поднялась температура! Ему все равно нужно будет продолжать принимать лекарства. Если что-нибудь случится, вы можете найти меня в городе!»

После этого прошло уже несколько дней, но все еще не было никаких признаков пробуждения Юй Хая. Большая часть семьи больше не возлагала никаких надежд, кроме Юй Сяоцао. Она была единственной, кто знал, что состояние ее раненого отца, которого доктор объявил мертвым, больше не будет ухудшаться. Кроме того, ему также ежедневно давали воду из мистического камня, чтобы он мог выжить, даже если он ничего не ел и не пил. Юй Сяоцао твердо верила, что, если он выпьет еще несколько чаш воды из мистического камня, раны ее отца рано или поздно будут исцелены.

Прошло три дня с тех пор, как маленький божественный камень использовал все свои силы для лечения травмы ее отца, но он только восстановил свою духовную форму.

Видя беспокойство своей хозяйки, маленький золотой шарик света, который радостно резвился в родниковой воде, уверенно похлопал себя по груди: [Не волнуйся. Если бы ты не дала ему слишком много воды из мистического камня, он бы давно проснулся.]

Когда маленький божественный камень услышал от Сяоцао, что доктор сказал им, что нужно отрубить ногу ее отца, он ответил с презрением: [Не слушай этого шарлатана. Этот Божественный Камень будет милостив и использует немного больше моей духовной силы. Через месяц твой отец точно сможет ходить. Но ... он повредил сухожилия и кости в ноге, поэтому в будущем он может хромать.]

Даже если он будет хромать, все будет хорошо, пока он останется в порядке! За последние несколько дней Юй Сяоцао пришла к четкому пониманию того, что ее отец был главной опорой их второй ветви. Если он рухнет, то и вся вторая ветвь тоже развалится.

Мадам Чжан, которая пару дней молчала, также не надеялась на выздоровление Юй Хая. Она снова начала кричать: «Сколько сейчас времени? Никто не кормит свиней, и никто не собирает дрова. Собираемся ли мы продолжать жить? Если вы не собираетесь работать, тогда убирайтесь черт возьми! Нашей семьи не нужны бездельники!»

Госпожа Лю, которая в эти дни всегда была в состоянии беспокойства, поспешно вставала с кровати канга всякий раз, когда слышала крики мадам Чжан. Непрерывные дни беспокойства и тяжелой работы привели к тому, что цвет лица мадам Лю стал еще более бледным, чем у Юй Хая, который лежал на кровати.

Видя это, Юй Сяоцао поспешно сказала: «Мы с Сяолянь можем позаботиться о домашних делах. Мама, ты должна лечь и отдохнуть еще немного! Не волнуйся, это уже прекрасная новость, что состояние отца не ухудшилось. Отец не хотел бы расстаться с такой добродетельной женой и такими умными детьми, как мы. Мой отец честный и бесстрашный человек, поэтому он обязательно сможет преодолеть это препятствие! Мама, ты должна быть уверена в отце!»

«Малышка! Кто хвалит себя как ты?» Тревожное сердце мадам Лю несколько успокоилось, и она сделала вид, что строго смотрит на маленькую девочку. Хотя в этой семье была бесконечная работа и ругань, ее муж был по-настоящему добр к ней. Пока ее муж мог благополучно пережить это несчастье, она не будет жаловаться, даже если столкнется с какими-либо трудностями.

Мадам Лю склонила голову и молча посмотрела на Юй Хая. После стольких лет она впервые так внимательно посмотрела на него. В течение пяти дней, в течение которых он был без сознания, он выглядел по-настоящему безмятежным, как будто он заснул. Как будто он в любой момент может внезапно открыть глаза, глупо улыбнется ей, а затем назовет ее девичью фамилию - Муюн.

«Надеюсь, как сказала Сяоцао, он сможет пережить это препятствие...»

В глазах посторонних, с тех пор, как Юй Хай получил травму, у него казалось, было много взлетов и падений. За последние несколько дней он страдал от низкой температуры. Время от времени его лихорадка была настолько сильна, что жар мог почти обжечь руку. За исключением людей из второй ветви, остальные члены семьи Юй чувствовали, что он не сможет пережить это препятствие! Однако на шестой день Юй Хай наконец проснулся от комы.

В семье Юй, старый Юй и вторая ветвь были, вероятно, единственными, кто был искренне рад за него. Юй Кэйди, которая имела мягкий характер и никогда не вмешивалась в дела других людей, возможно, также была искренне рада за него.

«Дедушка, мой отец ничего не ел пять дней. Я пойду приготовлю для него миску лапши!»

Хотя Юй Хай пил воду из мистического камня в последние несколько дней, еда, естественно, была более полезной для восстановления его раны.

Старый Юй кивнул:

«Хорошо, приготовь еще два жареных яйца для своего отца. Хорошо, что он не спит. Я скажу Дашаню, чтобы он завтра утром отправился в город и попросил доктора Сунь проверить состояние Дахая!»

Мадам Чжан посмотрела на него и хотела что-то сказать, но она сдержала свои слова с мыслью: Я буду терпеть это ради трехсот таэлей!

«Ладно! Спасибо, дедушка!» - громко ответила Юй Сяоцао с улыбкой на лице. Сырой зерновой блинчик и суп из бобовой пасты, которые они ели на завтрак, - это не то, что должны есть люди! Так как ее дед согласился, она смешала пшеничную муку с горсткой бобовой муки и сделала немного больше лапши, чтобы ее семья могла также съесть вкусную еду.

«Мама, я тоже хочу съесть жареное яйцо…» - выкрикнул толстый ребенок.

Мадам Ли была так зла, что ударила его:

«Еда, еда и снова еда! Ты не боишься умереть от переедания?!»

Юй Сяоцао с зажатым носом закончила есть отвратительный блин и суп из бобовой пасты. После этого она вытащила Сяолянь на кухню.

Маленький Шито скопировал ее действия и быстро допил свою миску супа, а затем воскликнул:

«Я пойду помогу нагреть котелок!»

После того, как Юй Сяоцао осмотрела кухню, она поняла, что еды почти не было, кроме нескольких высушенных редисок, пол-мешка бобовой муки и большого мешка сладкой картофельной муки. Она кратко подумала об этом, а затем спросила Сяолянь:

«У нас еще есть сушеные овощи дома?»

Сяолянь немного подумала и ответила:

«У нас есть высушенные на солнце листья сладкого картофеля и листья редьки».

«Тогда используем листья сладкого картофеля!» Юй Сяоцао пожала плечами, как будто она не ожидала многого от ингредиентов:

«Сяолянь, давай сделаем лапшу из смеси пшеничной и бобовой муки!»

«Вторая сестра готовит самую вкусную еду! Но наша семья обычно не хочет использовать пшеничную муку. Если мы используем слишком много, бабушка снова будет нас ругать! »

Маленький Шито был чрезвычайно уверен в кулинарных навыках своей второй сестры. Он также принял историю Юй Сяоцао о «путешествии по аду» и пообещал сохранить это в секрете. В то время как его вторая сестра слонялась в подземном мире, она неожиданно завоевала благосклонность Бога Удачи и получила навыки приготовления пищи и зарабатывания денег. Было ли это замаскированным благословением?

Юй Сяоцао была очень опытной в приготовлении бобовой лапши. В прошлой жизни она и ее братья и сестры пережили длительный период трудностей после того, как их родители скончались в автомобильной аварии. Таким образом, она уже выработала способность готовить вкусные блюда из простых ингредиентов.

Юй Сяоцао улыбнулась, ущипнув маленького Шито за нос, и сказала:

«Для этого не нужно много пшеничной муки. Более того, мы даже сможем получить небольшую выгоду!» - сказала Юй Сяоцао, попутно смачивая высушенные листья сладкого картофеля в воде, чтобы смягчить их и ложа их в горшок. После этого она умело отсыпала немного бобовой муки, а затем вынула большую миску пшеничной муки из корзины, висящей на балке. В корзине было не так много пшеничной муки, поэтому почти половина ее пропала после того, как она вынула эту миску с мукой.

Глаза Сяолянь расширились и она с тревогой воскликнула:

«Как мы можем использовать столько муки для миски лапши? Если бабушка увидит, она снова начнет нас ругать…»

«Независимо от того, насколько хорошо мы справляемся, она всегда найдет повод, чтобы отругать нас. Поэтому если она хочет нас ругать, то пускай ругает. Мы можем просто притворяться, что не слышим ее!» Затем Сяоцао налила в тазик немного воды из мистического камня и смешал ее с бобовой и пшеничной мукой.

Юй Сяолянь внимательно смотрела на свою младшую сестру, которая замешивала тесто. Ее кулинарные навыки были даже лучше, чем у их мамы. Через некоторое время Сяоцао уже свернула тесто в большой сплюснутый круг, и посыпала его бобовой мукой, чтобы оно не слипалось, и даже не поднимая головы, сказала:

«Лапша не может быть слишком тонкой. Если она будет слишком тонкой, она перемешается и превратится в пасту!»

После этого Юй Сяоцао нарезала тесто на ровные нити. Лапшу не следует разрезать на слишком широкие пряди. Также ее лучше готовить, пока она не станет мягкой. Единственное, что не имело значения, это длина лапши.

«Вторая сестра, это выглядит очень вкусно!»

Маленький Шито взволнованно посмотрел на лапшу, которая была почти одинаковой толщины и имела бледно-желтый цвет, поэтому он не мог не проглотить целый рот слюны.

Юй Сяоцао сжала щеки маленького парня, оставив на его лице пятна белой пшеничной муки. Она слегка улыбнулась и начала резать лук и сушеные овощи.

Юй Сяоцао взглянула на корзину, в которой была пшеничная мука, и обнаружила внутри толстый кусок бекона. Таким образом, она взяла его и протерла по горячей сковороде, отчего на ней образовался слой масла.

Сяоцао положила мясо, которое казалось даже не изменилось, обратно в корзину и попросила Сяолянь повесить ее обратно на балку. После этого она быстро обжарила нарезанный зеленый лук и сушеные овощи, а затем добавила в них немного соли.

Вскоре зеленый лук начал источать соблазнительный аромат. Маленький Шито глубоко вдохнул аромат и чмокнул губами:

«Пахнет так хорошо, что у меня уже текут слюни!»

После того, как они съели пельмени на Новый год, еда семьи Юй состояла только из грубого зерна. Мало того, что еда не была удовлетворительной, но в ней не было даже следа масла. Поэтому Маленький Шито был очень счастлив съесть лапшу, приготовленную из смеси бобовой и пшеничной муки.

Госпожа Чжан, которая грелась на солнце во дворе после завтрака, почувствовала ароматный запах, поэтому быстро бросилась на кухню. Она быстро сняла корзину, внимательно осмотрела бекон размером с ладонь и заглянула в кастрюлю. Когда она не нашла ничего подозрительного, она нарочно крикнула:

«Зачем тебе столько муки для миски лапши? Неужели вы, куча избалованных детей, собираетесь истощить все ресурсы нашей семьи?!»

Сяоцао указала на лапшу на разделочной доске и сказала:

«Я впервые делаю лапшу, поэтому я не знала, сколько нужно муки».

Мадам Чжан взяла маленький мешок с мукой и увидела, что внутри все еще осталось немного пшеничной муки. Кроме того, лапша была желтой и пахла бобами, поэтому она немного поворчала, после чего положила корзину обратно и ушла.

Когда вода в горшке закипела, Юй Сяоцао забросила в него лапшу и разбила два яйца. Она накрыла горшок крышкой и варила на медленном огне некоторое время. Вскоре лапша стала мягкой и липкой и была готова к употреблению.

Юй Сяолянь и Маленький Шито посмотрели друг на друга. Маленький Шито не мог не посмотреть на лапшу еще раз и тихо спросить:

«Она слегка переварена?»

Сяоцао наполнила миску для маленького парня, а затем ответила:

«Лучше сам попробуй».

Маленький Шито подул на лапшу и сделал маленький укус. Внезапно его темные глаза мгновенно загорелись. Несмотря на жар, он быстро сделал еще несколько укусов.

«Вкусно! Это действительно вкусно! Это даже вкуснее, чем пшеничная лапша, которую я ел в прошлом!»

Сяоцао взяла редьку и нарезала ее тонкими ломтиками, чтобы приготовить холодное блюдо. Бобовую лапшу не нужно было подавать с богатыми гарнирами. Тертая редька или острая капуста были лучшим дополнением.

Сяоцао добавила еще одну ложку бобовой лапши в миску Маленького Шито, а затем наполнила миску для себя и Сяолянь. Бобовая лапша и гарнир были сделаны из простых и неполных ингредиентов. Однако, благодаря кулинарным навыкам Сяоцао и воды из мистического камня, трое детей ели до тех пор, пока их животы не вздулись.

Когда мадам Ли почувствовала аромат и подошла с сыном, брат и сестры уже съели почти всю лапшу, оставив только большую миску для своего отца. Они даже уже закончили мыть миски.

«Вы, три проклятых ребёнка, должно быть, тайно ели на кухне. Есть ли еще? Спешите и поделитесь едой со своим братом Хейзи!» Мадам Ли открыла горшок и с жадным взглядом уставилась на миску с бобовой лапшой.

«Нет, дома есть ограниченное количество муки. Дедушка сказал нам сделать миску для нашего отца, и мы не осмеливались делать больше. Разве бабушка не сняла бы с нас кожу, если бы мы это сделали? Сами посмотрите, там только одна чашка». У Юй Сяоцао было выражение, которое гласило: «Если ты мне не веришь, то лучше сама посмотри».

Мадам Ли не поверила ей и осмотрела всю кухню. Когда она ничего не нашла, она уставилась на единственную миску с бобовой лапшой:

«Ваш отец только что проснулся после серьезной травмы. Вероятно, у него не будет аппетита. Поэтому разделите еду пополам и отдайте часть своему брату Хейзи ...» - сказала мадам Ли, собиралась взять миску, чтобы разделить еду.

Юй Сяоцао быстро взяла миску и побежала к входу на кухню, крича:

«Мой отец ничего не ел пять дней. Еда может помочь ему быстрее восстановиться ... Дедушка, дедушка! Брат Хейзи хочет украсть лапшу, которую мы сделали для нашего отца…»

Старик Юй обычно заплетал рыболовные сети во дворе в это время. Юй Сяоцао, выбежавшая из кухни, знала, что мадам Ли и сын не посмеют отнимать у нее еду во дворе. Поэтому она гордо оглянулась на пару матери и сына, а затем вернулась в свою комнату.

В комнате госпожа Лю кормила Юй Хая водой. Его лицо покраснело, и у него явно была высокая температура. Затем мадам Лю тщательно вытерла воду, которая просочилась из уголков его рта. Ее худое и бледное лицо было полно нежности. Они молча сидели лицом к лицу и время от времени смотрели друг на друга, как будто они были единственными, кто остался в мире ...

На мгновение Сяоцао почувствовала, что прервать их было непростительным грехом. Мадам Лю была первой, кто заметил прибытие Сяоцао. Ее глаза были полны шока, когда она увидела миску с лапшой в руках своей дочери. В прошлом, если кто-то в их второй ветви пропускал еду, им приходилось голодать до следующего приема пищи. Тем более эта большая миска жирной и соленой лапши, очевидно, не была тем, что они ели на завтрак ...

Сяолянь увидела сомнение в глазах своей матери и засмеялась:

«Дедушка слышал, что отец проснулся, поэтому он позволил нам сделать это. Но Сяоцао сознательно сделала больше. Мама тоже может съесть!»

Хотя в бобовую лапшу было добавлено немного бобовой муки, она по-прежнему была в основном из пшеничной муки. Кроме того, в ней также было немного масла. Поэтому, госпожа Лю хотела отдать детям такую еду.

«Мы уже поели. Если не веришь нам, тогда можешь коснуться животика младшего брата. Он почти такой же, как раздутая лягушка. Мама, лучше ты съешь это!»

Мадам Лю явно не верила им. Она была знакома с скупым характером своей свекрови. Ее свекровь точно знала, сколько каждого ингредиента было на кухне. Без ее разрешения было строго запрещено использовать такие вещи, как пшеничная мука, рис и яйца.

Сяолянь и Маленький Шито также похлопали по животу, чтобы убедить мать, что они действительно поели. Поэтому мадам Лю начала медленно кормить лапшу своему мужу. Сердце Юй Хая болело за жену, поэтому он начал настаивать на том, что будет есть только после того, как мадам Лю перекусит. Таким образом, пара разделила миску лапши.

По настоянию Юй Хая семья из пяти человек наслаждалась двумя жареными яйцами, которые были найдены на дне миски.

«Отец, мать! Я думаю, что мы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы покинуть эту семью и жить самостоятельно!»

Юй Сяоцао уже достигла предела своей терпимости к скупому и резкому характеру мадам Чжан. В прошлом, когда ее отец все еще мог охотиться и ловить рыбу, мадам Чжан определенно не позволила бы им уйти. Но теперь все изменилось!

«Отколоться от семьи? Твои дедушка и бабушка еще живы, поэтому они не согласятся!»

Госпожа Лю чувствовала себя немного грустно в своем сердце. Они все еще не знали, сможет ли ее муж сохранить ногу. Более того, состояние ее здоровья не позволяло ей выполнять тяжелую работу, а их дети были еще слишком малы. На что они будут рассчитывать, чтобы прокормить семью, если отделятся от этой семьи?

Но у Юй Сяоцао были совсем другие мысли! С божественным камнем в качестве специального оружия рана на ноге ее отца в конечном итоге исцелится. После нескольких месяцев питания водой из мистического камня и фитотерапией здоровье ее матери почти полностью восстановилось. А с ее экспертными навыками в тушеной еде, они определенно будут жить в лучших условиях, чем сейчас!

«Бабушка и старшая тетя с нетерпением ждут, когда мы покинем эту семью! По их мнению, наша вторая ветвь - просто серьезное бремя. Что касается дедушки, у нас определенно будет возможность убедить его!»

В то время как Юй Сяоцао и ее семья обсуждали вопрос отделения от семьи, мадам Ли также плохо говорила о второй ветви главной комнате:

«Мать, так как Второй зять получил травму, нет ни одного трудоспособного работника во второй ветви. Кроме того, вторая сестра в законе и Сяоцао – бездонные ямы медицины! За последние несколько дней мы уже потратили десятки таэлей. Хотя второй зять проснулся, доктор Сунь сказал, что одна из его ног будет бесполезна, даже если он проснется! Семья второго зятя полна больных и слабых людей, которые полагаются на нас, чтобы поддержать их. Мама, положение нашей семьи стало немного лучше. Мы не можем позволить им утащить нас вниз».

Мадам Чжан получила дополнительно триста таэлов в качестве дохода, но когда она увидела, что деньги в ее руках постепенно уменьшались с каждым днем, это было так, как будто кто-то начал резать ей сердце. Услышав слова своей старшей невестки, она несколько раз сердито постучала по кровати канга и сказала:

«Что нам тогда делать? Ты думаешь, мы можем просто выгнать их? Даже если мы проигнорируем тот факт, что твой отец определенно не согласится, одних только сплетен и критики жителей деревни будет достаточно, чтобы утопить нас!»

«Но мы не можем просто тратить на них все свои деньги, ничего не получая взамен!»

Мадам Ли злобно сжала носовой платок в своих пухлых руках, чувствуя себя расстроенной.

Мадам Чжан посмотрела на нее и сказала:

«У тебя есть какие-то идеи?»

Жир на лице мадам Ли сжался вместе, когда она улыбнулась и сказала:

«Моя девичья семья знает торговую матрону [1], которая ведет дела с зажиточными семьями в городе. У нее даже есть бизнес с некоторыми из богатых людей в префектурном городе. Я слышала, что семья Чжоу, хочет купить партию молодых девушек ... Она предложила высокую цену в восемь таэлей за человека».

Мадам Чжан подняла брови:

«Ты имеешь в виду ... мы должны продать их старшую дочь?»

«Кто захочет эту нездоровую девку, Сяоцао? Сяолянь более компетентна и ухожена, поэтому мы можем ее продать по хорошей цене!» - с хитрой улыбкой ответила мадам Ли и прищурила глаза-бусинки, которые почти исчезли в жирных морщинах на ее лице.

Если бы они продали одного бесполезного человека, они не только заработали бы несколько дополнительных таэлей, но и на одну обузу было бы меньше. Более того, у Сяолянь была упрямая личность, и она была самой непослушной. Без нее было бы еще проще контролировать вторую ветвь! Мадам Чжан очень заинтересовалась этой идеей ...

________________________________________

[1] Торговая матрона - женщина, торгующая молодыми девушками в качестве рабов, наложниц и т. д.

Ранним утром следующего дня Юй Сяоцао несла охапку дров, следуя за Сяолянь. Смотря на слабую и маленькую фигуру перед ней, у которой была почти целая гора дров на спине, у нее болело сердце. Таким образом, она время от времени протягивала руку, чтобы помочь поддерживать дрова на спине Сяолянь. За ними следовал Маленький Шито, который также нес пучку дров.

Первоначально Сяолянь планировала собирать дрова сама, но Сяоцао и Маленький Шито выразили желание разделить помочь. Таким образом, они вышли собирать дрова вместе. Сейчас был конец зимы и начало весны, поэтому в это время в Западных горах можно было найти сухие дрова. Следовательно, брат и сестры получили плодотворный результат этим утром.

Юй Сяолянь, которая с ранних лет знала, как ухаживать за своими младшими, взяла на себя большую часть дров. Она только позволила своей слабой младшей сестре и младшему брату нести дрова в знак помощи. В прошлой жизни Юй Сяоцао всегда заботилась о своих младших братьях и сестрах, поэтому она чувствовала себя странно, когда о ней заботились кто-то другой. Она неоднократно заявляла, что ее здоровье в порядке и что она может нести больше, но Сяолянь отвергала ее каждый раз.

«Старшая сестра, вторая сестра, сегодня к нам пришла гостья!» - закричала мадам Ли, с нетерпением приглашая во двор красочно одетую женщину средних лет.

Юй Сяоцао и Сяолянь посмотрели один на одного и увидели сомнение в глазах друг друга. Женщина была одета в яркую куртку и имела золотую заколку на голове. Тем не менее, обычные жители не смогут позволить себе эти предметы. У семьи Юй также не было таких родственников. Так кто же был этот человек?

«Исходя из того, как старшая тетя говорит к ней, может быть, она здесь ради брата Хейзи?»

Хейзи, настоящее имя которого Юй Гэ, было уже тринадцать лет. В древние времена он должен был приближаться к брачному возрасту. Юй Сяоцао не могла придумать каких-либо других причин, почему мадам Ли относится к этой женщине так, как будто та была ее собственной матерью.

«Сяолянь, я пойду посмотрю!» После того, как отец получил травму, Юй Сяоцао заботилась о нем в течение пяти дней подряд, даже не выходя на улицу. Редко у них был гость, поэтому этот случай вызвал у нее внутреннее любопытство.

Услышав движение, женщина остановилась и повернулась, чтобы осмотреть Юй Сяоцао с головы до ног. Ее критический взгляд, как будто она изучала хороший товар, заставил Юй Сяоцао чувствовать себя крайне неловко.

«Это она? У нее приличная внешность. Но она слишком худая!» - придирчиво сказала торговец Чжуан.

Семья Чжоу только что отпустила партию служанок, достигших брачного возраста. Таким образом, им нужно было купить от двадцати до тридцати молодых девушек. Последние несколько дней торговец Чжуан была чрезвычайно занятой из-за этого. Семья Чжоу была ее главным клиентом, поэтому она не могла провалить эту сделку.

Вчера вечером кто-то пришел и сообщил ей, что в деревне Дуншань продается компетентная и честная девушка. Итак, она наняла карету рано утром и бросилась сюда. Но она не ожидала, что маленькая девочка будет настолько худой и маленькой.

Мадам Ли немного отошла назад, после того как она вступила в контакт с осторожным взглядом Юй Сяоцао и смутно ответила:

«Это не она, а ее старшая сестра. Она очень компетентна и может выполнять большую часть работы дома! Ее отец получил серьезную травму, а ее мать слабая и больная, поэтому семья нуждается в деньгах. Если нет, мы бы не стали этого делать!»

Торговец Чжуан оглядела пятикомнатную резиденцию, которая была светлой и просторной, и забор во дворе, который был сделан из высушенных на солнце глиняных кирпичей. Она внутренне ухмыльнулась, подумав:

«Глядя на этот дом, эта семья не выглядит так, словно у них нет выбора, кроме как продать своих детей!»

Но она здесь только для ведения бизнеса, так что это ее не волновало. Она никогда не вмешивалась в грязные дела в чужих домах.

Юй Сяоцао не была невежественным ребенком. Она чувствовала, что что-то не так, основываясь на изучающем взгляде торговца Чжуан и виноватом лице мадам Ли. Таким образом, она с тревогой спросила:

«Что ты собираешься делать с Сяолянь?»

«Что здесь делает ребенок, когда взрослые разговаривают?! Иди куда-нибудь еще играть!»

Мадам Чжан нетерпеливо взмахнула рукой, словно отгоняла маленькую муху. После этого она снова повернулась к торговцу Чжуан и сказала:

«Давайте поговорим внутри, в комнате…»

«Как это не мое дело? Если вы, ребята, пытаетесь составить схему против нашей второй ветви, то, конечно, это как-то связано со мной!» - сказала Юй Сяоцао, когда ее подозрения усилились.

«Кто так разговаривает с старшими? Куда смотрела твоя мать? В течение последних восьми или девяти лет мы воспитывали тебя, кормили и даже предоставляли тебе лекарства. Тем не менее, ты все еще так грубо говоришь со своей собственной бабушкой. Мы должны были просто позволить тебе умереть от болезни в то время!»

Увидев нетерпеливое выражение на лице торговца Чжуан, мадам Чжан стиснула зубы и громко закричала.

Мадам Лю услышала крик из кухни и быстро вышла. Она потянула Юй Сяоцао за себя и неоднократно извинялась:

«Мама, она все еще маленький ребенок, который ничего не знает. Пожалуйста, не принимай действия ребенка близко к сердцу ... »

Госпожа Чжан продолжала высокомерно кричать:

«Ты единственная, кто думает, что эта бесполезная негодяйка - сокровище! А ты, черт побери, стань на колени в своей комнате и подумай о своих действиях! И сегодня ты будешь без завтрака!»

В это время как раз подошла Юй Сяолянь с горой дров за спиной. Услышав слова мадам Чжан, она быстро бросила дрова и бросилась к своей младшей сестре.

«Моя младшая сестра тяжело заболела перед Новым годом. Если она снова заболеет, разве вам не придется снова тратить деньги на лекарства? Бабушка, я хочу получить наказание вместо моей сестры!»

Торговец Чжуан сталкивалась с многочисленными ситуациями, поэтому она сразу поняла, что бабушка и старшая тетя планируют тайно продать ребенка без ведома родителей. Торговец Чжуан всегда имела хорошую репутацию в городе Танггу. Иначе у нее не было бы так много клиентов с высоким социальным статусом. Таким образом, она, естественно, не испортит свою репутацию только для молодой девушки.

Торговец Чжуан улыбнулась Сяолянь и похвалила ее:

«Твои слова звучат искренно и праведно. Хотя ты немного худая, ты будешь выглядеть достойно через два года после того, как немного повзрослеешь. Когда дворянские семьи покупают служанок, хорошее качество - это единственное, на что они обращают внимание. Эти две девушки, одна умная и смышленая, а другая честная и заслуживающая доверия. Более того, они даже выглядят одинаково. Старушка из семьи Юй, если ты продашь мне обеих своих внучек, тогда я заплачу за них двойную цену!»

Ранее госпожа Чжан уже слышала, как торговец Чжуан говорила, что восьми или девятилетняя девочка будет стоить максимум пять таэлей. Если цена за двух девушек будет удвоена, тогда в сумме получается двадцать таэлей! Она не только вернула бы деньги, которые были потрачены на медицинские расходы второй ветви, но также получила бы некоторую прибыль. Если она добавит это к деньгам, которые охотник Чжао получил от продажи медведя ... Мадам Чжан внезапно настолько обрадовалась, что начала улыбаться от уха до уха.

Госпожа Лю чуть не упала в обморок, когда услышала, что ее свекровь и старшая невестка хотят продать ее дочерей. Была ли их семья настолько бедной, что им нужно было продавать своих детей?

«Мама, здоровье Цао'ер уже достаточно хорошо, чтобы она могла помогать семье. Лянь’ер кормит свиней и цыплят и ухаживает за огородом. Итак, она уже является одним из главных работников в семье. Пожалуйста, не продавайте моих детей. Пожалуйста, я умоляю… »У мадам Лю был слабый характер, поэтому, несмотря на грубые издевательства, она никогда не осмеливалась опровергать свою свекровь в прошлом. Однако, поскольку это касалось будущего двух ее дочерей, она не могла не плакать, жалко прося.

Мадам Чжан нахмурилась и на ее лице появилось нетерпеливое выражение: «Подумай об этом сама. На травму Второго Сына мы уже потратили десятки серебра за последние несколько дней. В начале весны погода не очень хорошая, поэтому твой отец и старший брат не могут поймать рыбу. Таким образом, семья сейчас не имеет дохода. Если мы не продаем твоих дочерей, ты хочешь, чтобы мы продали сына твоей старшей невестки? Ты все еще хочешь лечить травму мужа?»

Мадам Ли также коварно согласилась: «Правильно! Доктор Сунь сказал, что даже если второй брат проснется, его нога все равно будет хромать. Разве мы не нуждаемся в деньгах для того, чтобы поддерживать этого бесполезного калеку? Есть также ты, кто болеет время от времени. Разве нам не нужны деньги для оплаты медицинских услуг? Третий брат должен сдать окружной экзамен в следующем году, а младшей сестре нужно выйти замуж ... Какому из этих вопросов не нужны деньги?! Если вы, вторая ветвь, израсходуете все деньги нашей семьи, как жить остальным? Можем ли мы еще выжить?»

«Кроме того ...» мадам Ли прочистила горло и продолжила: «Семья Чжоу - одна из самых богатых семей в городе. Ресторан Чжэньсю даже открыл еще один ресторан в столице. Горничные в их доме едят и одеваются даже более элегантно, чем молодые леди в большинстве семей. Они не только получают ежемесячную заработную плату в размере одного серебра, но хозяева семьи также будут вознаграждать их. Если Сяолянь и Сяоцао уйдут, они будут жить легко и комфортно!»

Сяолянь нервно поддержала свою мать и яростно сказала: «Если это так хорошо, почему бы тебе не пойти? Эй, тетя, разве семье Чжоу не нужно покупать старших слуг? Старшая тетя, вы также можете наслаждаться легкой и комфортной жизнью...»

Выражение мадам Ли мгновенно изменилось, и она закричала: «Черт побери, что ты говоришь?»

Юй Сяоцао холодно фыркнула и сказала: «Старшая тетя, Сяолянь права. Поскольку вы думаете, что быть слугой в доме Чжоу - это благословение, почему бы вам не пойти? После того, как вас продадут в благородную семью, вы больше не будете свободным человеком. Будете ли вы избиты, убиты или проданы снова, все зависит от настроения ваших хозяев. Старшая тетя видит только светлую сторону быть слугой, но есть ли в лакированных красными дверями богатых домохозяйств кто-нибудь, кроме нескольких мертвых служанок? Старшая тетя просто пытается нас убить!»

Неизвестно, была ли она возмущена или напугана, но мадам Лю слегка дрожала, когда услышала это. Однако ее голос был необычайно твердым, когда она говорила: «Даже если я буду жить в бедных и суровых условиях, я все равно не продам своих собственных дочерей! Мама, этот вопрос не подлежит обсуждению!»

Госпожа Чжан была сразу разгневана, когда услышала это. Кроме того, скоро старик должен был вернуться с рыбалки. Поэтому ей пришлось отослать девушек до его возвращения. Таким образом, она не допустила никаких разногласий и сказала: «Не тебе решать, будут они проданы или нет! Я еще не умерла, так что у меня еще есть последнее слово в этой семье! Торговец Чжуан, ты можешь взять этих двух девушек за двадцать серебра!»

Дочери мадам Чжан, Юй Кэйди, было уже шестнадцать. Она не могла видеть, как ее две милые племянницы распроданы, поэтому она не могла не говорить за них: «Мама, наша семья не достигла точки продажи детей. Если жители деревни узнают, как мы можем поднять голову в будущем?»

Мадам Чжан мягко толкнула ее и угрюмо сказала: «Возвращайся и вышивай свое приданое. Это не имеет к тебе никакого отношения!»

Юй Сяоцао увидела своего младшего дядю, который редко приходил домой, он держал книгу и хмуро стоял у входа, поэтому она поспешно сказала: «Бабушка, тебе нужно подумать о будущем младшего дяди. Он должен сдать экзамен в следующем году. Если его одноклассники узнают, что он продал двух своих племянниц, чтобы получить шанс учиться, как он должен продолжать посещать академию?»

Первоначально ее младший дядя Юй Бо не одобрил решение мадам Чжан, потому что, несмотря ни на что, его две племянницы были также потомками семьи Юй. Если это распространится, он не сможет продолжать жить с таким стыдом. Таким образом, он решил высказаться, чтобы убедить мадам Чжан отказаться от своей идеи.

Мадам Чжан возлагала все свои надежды на своего младшего сына. Ее величайшим желанием было, чтобы он сдал императорские экзамены, чтобы стать государственным чиновником, получив для нее благородный титул. Однако, когда она услышала, что это может потенциально повлиять на будущее ее сына, она не могла не колебаться.

Юй Сяоцао продолжила: «Бабушка, ты не боишься, что наша семья в будущем станет для тебя обузой? Давайте тогда просто разделим семью! Что бы ни случилось с нашей семьей в будущем, даже если вся наша семья умрет от голода, мы не возьмем ни копейки с вас!»

Мадам Чжан и мадам Ли смотрели друг на друга глазами, которые блестели от восторга. Мадам Чжан сурово сказала: «Разделить семью? Ты просто маленькая девочка, говорящая пустые слова. Ты можешь даже принять решение?»

«Она не может принять решение, но я могу!» Дверь западной комнаты захлопнулась. С пепельным цветом лица и налитыми кровью глазами Юй Хай стоял у входа. Однако он не мог удержаться на одной ноге и тяжело упал на пороге.

«Отец!» Юй Сяолянь и Маленький Шито кричали в унисон. Они поспешно бросились к Юй Хаю и попытались помочь ему подняться.

«Муж, будь осторожен! Ничто так не важно, как твое тело!» Губы мадам Лю задрожали, слезы наполнили ее глаза. В то время, когда Юй Хай был без сознания, ее сердце всегда чувствовало беспокойство, как будто небо может рухнуть в любой момент. Пока ее муж был жив, даже если бы он был инвалидом и они жили в более суровых условиях, она все равно охотно это перенесет.

С помощью Сяолянь Юй Хай встал и сел на высокий деревянный табурет, который принес Маленький Шито. Его взгляд стал мягким, когда он посмотрел на мадам Лю. После того, как они поженились, у его жены никогда не было мирного дня. Она не только усердно работала каждый день, но и подверглась психологическим пыткам. Ее изначально подтянутая фигура стала настолько худой, что остались только кости.

Он всегда чувствовал виноватым перед мадам Лю. В прошлом ради мира в доме он всегда считал, что это также благословение, которым можно воспользоваться, и что все будет хорошо, если он просто сделает шаг назад. Однако его мачеха мадам Чжан и старшая невестка мадам Ли становились все более оскорбительными из-за его терпимости.

Каждый год он зарабатывал более десяти серебра от одной охоты. Более того, без него их рыбацкой лодке было бы невозможно ловить так много рыбы каждый день. Он кропотливо работал на эту семью, но его жене и детям всегда не хватало еды и теплой одежды. Кроме того, они также должны были страдать от словесного и физического насилия ...

Пока он был в коме последние несколько дней, он не был полностью без сознания. Он ясно слышал и помнил все, что происходило дома. До того, как он был ранен, мадам Чжан отправила его десятилетнего сына на работу учеником в столярную мастерскую под предлогом, что они не смогут содержать так много людей в семье.

Он не ожидал, что его мачеха и первая ветвь будут противостоять его двум милым и разумным дочерям, когда он будет еще жив! Даже если бы ему пришлось рисковать своей жизнью, он никогда не позволил бы продать своих детей!

Сяоцао была права! Для них не было места в этой семье. Если они продолжат оставаться здесь, его семья рано или поздно распадется. Нужно отделиться от семьи! Какими бы суровыми ни были условия их жизни, зато их семья останется целой!

«Второй сын! Ты тот, кто упомянул расставание с семьей. Мы никогда не заставляли тебя!» Мадам Чжан подавила восторг в своем сердце и сразу же воскликнула, боясь, что Юй Хай вернется к своим словам.

Юй Кэйди посмотрела на раненую ногу своего второго брата, натянула рукав мадам Чжан и прошептала: «Второй брат еще не оправился от травмы. Разве стоит сейчас разделять семью? Отец тоже не согласится!»

Госпожа Ли сказала: «Что в этом неуместного?! Второй брат сам упомянул расставание. Пока он настаивает, отец не может ничего с этим поделать! Младшая сестрица, перестань быть такой глупой. С такой семьей, которая тянет нас вниз, у тебя будет меньше приданого в будущем!»

Юй Хай с разочарованием посмотрел на мачеху и старшую невестку. Они долго стремились выгнать их из семьи ... Это тоже было хорошо. В будущем с его женой больше не будут жестоко обращаться дома. Его детям также не нужно было целый день беспокоиться о том, что их будут ругать или избивать. С его способностью, даже если одна из его ног была повреждена, он все равно не позволил бы своей семье страдать от голода и холода.

Мадам Чжан посмотрела на свою дочь и закричала: «Тогда решено! Когда ваш отец и старший брат вернутся, мы возьмем в качестве свидетелей главу деревни и старейшин семьи Юй, а затем разделим семью!»

«Почему вы снова ссоритесь? Что вы имеете в виду под разделением семьи? Кто хочет уйти? Семья старшего сына?» Старый Юй вошел снаружи, держа в руках рыбу. Старший сын, Юй Дашань, последовал за ним внутрь с рыболовной сетью в руках.

Мадам Ли поспешно объяснила: «Это не я, отец! Второй брат был тем, кто упомянул об этом!»

«Второй сын? Второй сын не может сделать это предложение, когда он ранен. Он до сих пор не прошел критический период, так почему бы он предложил отделиться от семьи по собственной инициативе?» Хотя Старый Юй не умел выражать свои эмоции, он не был глупым. Он посмотрел на всех незнакомцев во дворе и нахмурил свои брови.

Мадам Чжан тихо подошла к торговцу Чжуан, сунула ей в руки горсть медных монет и тихо попросила ее уйти. Торговец Чжуан презирала ее поведение, поэтому она отбросила деньги назад, холодно хмыкнула и оставила двор.

Старый Юй обычно молчал и не вмешивался в дела дома. Но он имел последнее слово во всех важных делах в семье. Мадам Чжан все еще несколько боялась его, поэтому она неловко объяснила: «Второй сын вызвался покинуть семью, опасаясь, что он станет бременем. Послушай, наш третий сын должен сдать важный экзамен в следующем году. Я слышала, что третья часть окружного экзамена будет проходить в префектуре. Нам нужно подготовить больше денег ... Кроме того, Хейзи приближается к брачному возрасту ... дома недостаточно места ...»

Старый Юй нахмурился и посмотрел на нее, говоря: «Что ты имеешь в виду, что дома недостаточно места?! Кэйди выйдет замуж через пару лет, поэтому у нас не будет свободной комнаты в это время? Нога Второго сына еще не восстановилась, но ты уже так сильно хочешь выгнать его из дома. Ты не боишься, что люди будут проклинать тебя за твоей спиной?!»

«Как я его выгоняю? Это Второй сын упомянул разделение! Даже если люди проклинают, это не имеет никакого отношения ко мне!» - воскликнула Мадам Чжан: «Хорошо! Вот и получается, что именно так ты, Старый Юй, действительно думаешь обо мне в своем сердце! Я так много работала для этой семьи, но в итоге меня обвиняют в том, что я вытеснила моего пасынка из семьи. Боже мой! Как я должна жить после этого! Мне лучше просто умереть, чем быть бельмом на глазу!»

Мадам Чжан сидела на земле, шлепая по бедрам и оплакивая небеса. Однако ей даже не удавалось за полдня выжать из глаз слезинки. Юй Сяоцао внутренне закатила глаза.

Юй Хай покачал головой и посмотрел на свою жену и детей. Их лица были худыми и желтыми из-за длительного недоедания. Они были одеты в потрёпанную одежду, которая была покрыта пятнами. После этого он повернулся, чтобы посмотреть на новые наряды, которые носили его мачеха и старшая невестка, которые были сделаны незадолго до Нового года. Он стал еще более решительным, чтобы оставить эту семью. В любом случае, у них определенно была бы лучшая и более комфортная жизнь, чем сейчас!

«Отец, разлука с основной семьей и жизнь отдельно была моей идеей! Это не имеет никакого отношения с матерью и старшей невесткой!» Юй Хай снова заговорил, глядя на Старого Юй.

Старый Юй нахмурился: «Что ты имеешь в виду, разлучиться с семьей? Хватит суетиться! Когда твоя нога станет лучше, мы снова сможем вернуться к этому вопросу!»

Юй Сяоцао неожиданно добавила: «Если мы не отделимся от основной семьи, тогда все второе отделение будет распродано! Дедушка, если бы отец не вышел, чтобы спасти нас, мы с Сяолянь больше не были бы здесь. Мы должны расстаться с семьей сейчас, чтобы никто не получил никаких идей, чтобы продать нас снова!»

«Продать?» Обычно мутные глаза Старого Юя внезапно вспыхнули холодом, который заставил людей дрожать. Он вспомнил, что его жена вышла раньше, а затем соединил точки. Он яростно посмотрел на мадам Чжан и мадам Ли и зарычал: «Я еще не умер. Посмотрим, у кого хватит смелости продать моих потомков! Семья Юй не сделает что-то настолько позорное, как продажа наших сыновей и дочерей!»

Старый Юй редко выходил из себя, поэтому мадам Ли в шоке опустила голову и спряталась за спиной свекрови. Мадам Чжан сжалась, но все еще яростно опровергала: «Что плохого в том, чтобы быть служанкой в ​​семье Чжоу? Им не придется беспокоиться о еде или одежде, и им даже могут платить один-два серебра в месяц. Где еще можно найти такую ​​выгодную сделку? Мы потратили больше половины наших денег на лечение травм Второго сына. В то время мы даже не знали, когда он проснется от комы. Его лечение стоит несколько серебряных таэлей в день. В последнее время доход семьи также уменьшился ... Я просто пыталась думать о будущем всей нашей семьи, ах!»

«Ну, разве Второй сын не проснулся сейчас? Никогда больше не упоминай об этом!» Старый Юй был хорошо осведомлен об истинной личности мадам Чжан. Когда скончалась его первая жена, как он допустил такую ​​ошибку и решил жениться на такой неприятной и жадной женщине?

В прошлом он также сражался с мадам Чжан, когда она плохо относилась ко Второму сыну. Однако она всегда устраивала истерику и плакала о проблемах семьи и ее собственных трудностях. Иногда она соглашалась измениться в то время, но в мгновение ока всегда возвращалась к своим старым привычкам.

Когда Юю Хаю было восемь лет, он чуть не утонул, пытаясь поймать рыбу в реке, потому что был очень голоден. В то время Старый Юй твердо решил развестись с ней. Однако он не ожидал, что мадам Чжан скажет, что она беременна. После борьбы с ней он решил оставить ее своей женой. Неожиданно, после того, как она родила Третьего сына, мадам Чжан стала еще более резкой и суровой. Она была озабочена исключительно своими биологическими детьми и больше не заботилась о сыне и дочери от первого брака Старого Юя.

Шли годы, каждый раз, когда он упрекал ее, она всегда устраивала сцену и раздражала. Постепенно дети выросли. Ради сохранения мира в семье он мог только закрывать глаза на ее поступки ... только это усложняло жизнь семьи Второго сына.

Старый Юй всегда чувствовал себя несколько виноватым из-за своего добросердечного и способного второго сына. Доктор Сунь сказал, что его правая нога, скорее всего, в будущем станет хромой, и, если травма будет достаточно серьезной, ему, возможно, даже придется ампутировать ее. В семье Второго сына были как больные, так и слабые. Если бы они не разделили семью, у них всегда была бы еда.

Вопреки его ожиданиям Юй Хай принял решение и искренне сказал: «Отец! Если ты действительно любишь меня как своего сына, тогда ты отделил бы мою ветвь от семьи! Твой сын умоляет тебя!»

Увидев серьезный взгляд в глазах сына, Старый Юй почувствовал острую боль в своем сердце. Когда умирала его первая жена, она неоднократно просила, чтобы он хорошо позаботился об их сыне и дочери. Однако он не смог выполнить свое обещание. Его старшая дочь вышла замуж за того, кто жил далеко. Поездка обратно, чтобы посетить семью, заняла приблизительно четыре - пять дней путешествия. С тех пор как его дочь родила собственных детей, она редко возвращалась в гости к своему родительскому дому. Что касается самого любимого сына его первой жены? Теперь он был калекой - когда он умер, как он мог встретиться со своей первой женой?

Забыв о своих мыслях, Старый Юй думал, что он снова сможет увидеть красивую молодую девушку в поле зеленых овощей, снова сладко ему улыбающуюся…

С учетом плохой личности мадам Чжан и того факта, что его Второй сын будет оставаться дома, как паразит в будущем, Старый Юй даже не мог себе представить, насколько жестокой и суровой она будет. Забудьте об этом, если Второй сын хочет отделиться от основной семьи, он может уйти. В будущем он просто помог бы им в частном порядке, и они все еще могли бы прожить свои дни ...

После этого Старый Юй сказал Дашаню пригласить его старшего дядю и деревенского вождя, чтобы обсудить детали разделения их семей.

Старший брат Старого Юй, Юй Личунь, был возмущен от имени своего племянника: «Я говорю, Третий брат! Дахай - самый трудолюбивый человек в твоей семье! Попробуй найти свою совесть и подумай немного! Разве тяжелая работа Дахая не является причиной того, что вся твоя семья может жить так? Он только что вышел из комы, а ты уже хочешь его выгнать. После этого ты сможешь встретиться с его мертвой матерью?»

«Старший брат, Второй сын - тот, кто хочет расстаться. Какое это имеет отношение к нам?» Мадам Чжан была несчастна. Все эти несвязанные люди здесь критиковали и осуждали, когда разделить семью было просто их семейным делом. «Это все хорошо, чтобы говорить, но принять решение - это другое дело. Если мы не расстанемся, один из вас позаботится о семье Второго сына?»

Второй дядя Юй Хая, Юй Лися, который жил за пределами деревни и редко посещал ее, имел довольно пламенную личность. Он посмотрел на нее и зарычал: «Мужчины говорят здесь, как такая женщина, как ты, может вмешиваться в официальные дела?»

Госпожа Чжан недовольно проворчала себе под нос: «Это наша семья распадается, разве это не может быть связано со мной?»

Хотя на бумаге деревня Дуншань была маленькой рыбацкой деревней, глава деревни Лю Цзяшунь все еще пользовался большим авторитетом. Он посмотрел на мадам Чжан, и она сразу же замолчала. Только тогда он впервые открыл рот, чтобы поговорить со Старым Юй: «Брат Лицю, каковы твои планы по разделению семьи?»

Старый Юй постучал курительной трубкой, немного подумал и сказал: «У меня уже есть план. Мы разделим семейные активы поровну на четыре. Дашань и другие его братья получат по одному, а потом я и моя жена получим один…»

«Это не хорошо! Кэйди еще не вышла замуж и должна получить долю! Иначе кто даст ей приданое? Семья Чан предложила ей восемь обручальных подарков! Кроме того, Третий сын будет участвовать в предварительном раунде имперских экзаменов в будущем. Его расходы будут довольно большими! Как думаешь, его отделенные братья будет собирать для него деньги?» Как только она услышала это предложение, мадам Чжан сразу же расстроилась и выпалила свои жалобы, чтобы показать свои возражения.

Старый Юй постучал по трубке под столом и сказал: «Тогда мы разделим на пять равных частей, и у Кэйди будет часть! После того, как мы разделим семью, мы с вашей матерью будем жить с одним из вас, и в будущем наша часть перейдет в семью этого человека, когда мы умрем. После того, как мы пришли к соглашению, это не значит, что разделение семьи приведет к тому, что нужно покинуть семью. Семья Второго сына все еще может жить в главной резиденции с нами, так что мы можем жить в гармонии и не разлучаться. Дахай заработал большую часть денег для новой лодки семьи, и его ноги больше не хороши, поэтому лодка достанется ему. В будущем сдача ее в аренду может стать формой дохода ...»

Прежде чем он успел закончить то, что говорил, мадам Ли насильно потянула мужа за руку. Видя, что он ничего не сказал, она быстро сказала: «Отец, Дашань и Хейзи - первый сын и первый внук семьи, поэтому они обязаны заботиться о своих родителях, бабушке и дедушке. Естественно, вы двое должны жить с нами. Однако мой муж знает только, как ловить рыбу, чтобы заработать. Если лодку отдать второму брату, мы должны есть и пить исключительно от ветра и дождя, а?»

Мадам Чжан долго сдерживала свои жалобы, и на этот раз они наконец-то вышли: «Семья старшего сына права! Как глава семьи, ты явно слишком предвзят! Без рыбацкой лодки, как мы должны зарабатывать на жизнь? Ты все еще хочешь, чтобы Третий сын сдал экзамены? Ты все еще хочешь, чтобы Кэйди вышла замуж в будущем? Как насчет будущего брака Хейзи? Ты действительно хочешь разрушить всю нашу жизнь, ах! Я не согласна, я абсолютно не согласна!»

«Разве у нас тоже нет трех участков земли? Старший сын и я можем снова отправиться в город и устроиться на временную работу ... разве мы не жили так раньше?» Старый Юй некоторое время молчал, прежде чем, наконец, ответил, думая о своем прилежном и талантливом Третьем сыне.

Громкий, пронзительный голос мадам Чжан пронзил уши всех присутствующих в комнате, когда она закричала: «Количество урожая, произведенного этими тремя участками песчаной земли за один год, достаточно только для того, чтобы прокормить нашу семью в течение шести месяцев. В прошлом у нас было меньше детей, но даже тогда я не смела есть слишком много или купить новую одежду! Мы смогли накопить эту собственность с большим трудом. Но ты, ты отдаешь все это Второму сыну! Да, старший сын был от моего первого брака, если ты не заботишься о нем, я не могу ничего сказать! Но разве Третий сын и Кэйди не твоя плоть и кровь? Ты, старик, ты не дашь нам живой дороги! Это не хорошо! Рыбацкая лодка абсолютно не может быть отдана Второму сыну, если ты не хочешь задушить остальных из нас!»

Честный и тихий Старший сын, Юй Дашань, также робко вмешался после того, как его жена несколько раз ущипнула его: «Отец, кроме рыбалки, я не знаю, как сделать что-то еще. Если я пойду в город, я не смогу найти работу ... Я также не согласен отдать лодку Второму брату...»

«Правильно! Мать и отец будут жить с нами, а младшая сестра еще не вышла замуж. Третий брат учится и все еще должен быть с семьей. Таким образом, рыбацкая лодка абсолютно не может быть отдана!» Мадам Ли поспешно согласилась и с пафосом посмотрела на Старого Юй

Юй Бо и Юй Кэйди молчали, опустив головы. Никто не мог сказать, что они думают по этому поводу.

Юй Хай спокойно выслушал всех и только теперь сказал: «Отец, доктор сказал мне, что моя нога никогда не станет лучше. Все еще остается под вопросом, могу ли я стоять на ней в будущем. Даже если бы у меня была рыбацкая лодка, я не смог бы выходить в море и ловить рыбу. Я не хочу рыбацкую лодку. Что касается трех участков земли, то за год можно получить приличный объем урожая. Так что просто отдайте нам землю, и мы с женой и детьми будем ее обрабатывать».

Юй Сяоцао не знала, как ловить рыбу, поэтому она действительно не заботилась об этой рыбацкой лодке. В настоящее время она думала о будущем. Если бы они все еще жили вместе, это был бы не чистый разрыв. Если бы их филиал вдруг начал жить хорошо, с темпераментами мадам Чжан и мадам Ли, разве они не будут доставлять им неприятности каждые пару дней? Что им нужно было сделать, чтобы жить дальше от этой стаи волков?

Так же, как она думала, ее отец снова сказал: «Ребенок старшего брата собирается взрослеть, и третий брат может втиснуться в крошечную западную комнату, когда он посещает. Если бы вся наша семья все еще жила вместе, было бы определенно тесно. Как насчет того, чтобы дать нам старый двор семьи Юй? Немного почистив его, он должен быть пригодным для жизни…»

Старая резиденция семьи Юй находилась у подножия Западных гор и представляла собой трехкомнатный дом из глиняного кирпича. Был также приличный размер внутреннего двора, и позади был большой водоем. Когда мать Юй Хая была еще жива, там жила вся семья. Позже, когда их обстоятельства улучшились, вся семья переехала в деревню, чтобы быть ближе к морю.

Никто не жил в старом доме в течение последних десяти лет. Хотя каждый год они возвращались и делали небольшую уборку, никто не знал, какой ущерб был нанесен дому. Мадам Чжан немного подумала, решила не суетиться, но хотела, чтобы она все еще могла сохранить эти три участка песчаной земли. Несмотря на то, что земля не производила много, отсутствие ее означало, что в будущем они должны будут тратить деньги, чтобы покупать зерно и картофель! Неудивительно, что мадам Чжан не хотела отдавать ее. Однако, по сравнению с рыбацкой лодкой, три земельных участка были действительно не так важны.

В конце концов, кроме ветхого, старого двора и этих трех участков земли, семья Сяоцао также получила кастрюлю, несколько мисок и тарелок, а также некоторые сельскохозяйственные инструменты. Когда Старый Юй поднял вопрос о разделении денег на пять частей, лицо мадам Чжан стало настолько темным, что кто-то мог подумать, что ее мать умерла.

Однако в присутствии главы деревни и остальных старейшин семьи Юй никто не поверил бы ей, если бы она сказала, что денег нет. Она неохотно вытащила несколько медных ниток и несколько серебряных кусочков из банки и бросила их на кровать канга. Она раздраженно сказала: «Когда Второй сын получил травму, мы потратили почти все наши деньги. Смотрите, это то, что осталось!»

Сяоцао посмотрела на деньги и подсчитала, что оказалось максимум около десяти серебра, и их нужно было разделить на пять частей. Ее семья могла получить только два куска серебра. Этого даже не хватит, чтобы починить их новый дом!

Мадам Чжан почувствовала, как приближается сложный взгляд Старого Юй, и ее сердце замерзло. Она боялась, что он может сказать что-то, что не должно быть сказано, поэтому она глубоко вздохнула и закричала на него: «Больше нет! У нас нет горы денег дома! Сколько денег может остаться, потратив более десяти таэлей на лекарства?»

Сяоцао могла сказать, что старуха использовала свой громкий голос, чтобы скрыть свое внутреннее беспокойство. Она знала, что дома должно быть больше денег; однако, пока они могли плавно разделить семью, им не нужно было слишком много ссориться из-за других вещей. Но она не хотела, чтобы мадам Чжан натягивала шерсть на глаза всех остальных, поэтому она сказала: «Если больше ничего нет, то больше ничего нет! Почему бабушка кричит? Если бы я не знала лучше, я бы подумала, что она пытается что-то скрыть!»

«Что-то скрыть? Что я могу скрыть? Мертвая девочка, все, что ты умеешь делать, это спорить со старшими. Этим утром я действительно должна была продать тебя…» Лицо мадам Чжан изогнулось в мрачном выражении лица. Если бы главы деревни и остальных старейшин семьи здесь не было, она бы давно подбежала и ударила Сяоцао по лицу.

«Кто ты такая, чтобы говорить, что можешь продать внуков и внучек моей семьи Юй?» В то утро возле дома Старого Юй остановилась незнакомая женщина, и, по слухам, она была работорговцем в городе. В мире не было стен, в которых не было трещин. Вся деревня уже знала, что мадам Чжан и мадам Ли пытались продать сестер.

Как старший, Юй Личунь яростно посмотрел на нее и выглядел достойно и внушительно. Однако все недооценили проницательную ярость мадам Чжан.

В конце концов, семья Юй Сяоцао получила только два куска серебра, так как плач мадам Чжан и ее испорченное нытье были ее высшей способностью. Той ночью, Старый Юй сидел во главе кровати канга и курил трубку с табаком, безразлично глядя на маленькие поступки мадам Чжан, которая заискивала перед ним.

Мадам Чжан вздохнула и сказала: «Я знаю, что ты обвиняешь меня в том, что я не достала триста серебра, которые Охотник Чжао послал нам, чтобы отдать Второму сыну. Но я сделала это на благо нашей семьи! В прошлом ты всегда думал, что Второй сын трудолюбив и способен, поэтому семья вращалась вокруг него. Но он получил травму, так что теперь надежды всей нашей семьи лежат на плечах Третьего сына. Разве учитель не всегда хвалил усилия Третьего сына? В следующем году, после окончания экзамена, если он его сдаст, учитель порекомендует его в академию известного ученого, учителя Юаня. Я спрашивала вокруг, и ученый Юань - редкий талант, который занял первое место в провинциальном экзамене, столичном экзамене и экзамене императорского дворца в прошлой династии. Его академия выпустила ученых, которые заняли второе и третье место в экзамене императорского дворца, не говоря уже о том, сколько других ученых тоже сдали его. Разве они не говорили, что у нашего третьего сына прекрасная судьба и есть возможность сдать императорские экзамены? Мы определенно не можем упустить эту возможность!»

Видя, что выражение лица Старого Юя заметно улучшилось, мадам Чжан продолжала уговаривать: «Я знаю, что эти триста таэлей были в обмен на ногу Второго сына, но просто подумай, если Третий сын сдаст экзамен, в будущем, когда он станет чиновником, мы просто дадим второй ветке еще немного. Тогда все в порядке!»

Старик Юй держал трубку с табаком во рту, но долго не вдыхал. В конце концов он глубоко вздохнул и сказал: «Я подвел мать Дахая, я не заботился о тех двух детях… Я даже украл деньги, которые Дахай заработал своей жизнью, ах…»

Мадам Чжан почувствовала всплеск ревности в своем сердце, когда увидела, что Старый Юй все еще думает об этом мертвом призраке. Однако ради этих трех сотен таэлей она сдержалась и не стала спорить со стариком. С твердыми в руках тремя сотнями серебра и изгнанной семьей Второго сына, вкус сладости во рту был даже вкуснее меда.

........

С исполнением их давнего желания, чтобы семья окончательно разделилась, их отец также выглядел более энергичным, и трое братьев и сестер были счастливее, чем они были во время празднования Нового года. Они окружили своих родителей, болтали и смеялись бесконечно.

Сердце мадам Лю было полно неуверенности в отношении их будущего. Однако очевидное счастье ее детей и мысль о том, что она больше не будет подвергаться жестокому обращению от мадам Чжан и что она отвечает за ее домашнее хозяйство, заставили ее нежно улыбнуться.

Именно эта сладкая улыбка захватила сердце Юй Хая много лет назад. Однако с тех пор, как она вышла замуж за семью Юй, улыбка, которая заставляла его сердце биться чаще, с годами становилась все реже и реже.

Несмотря на то, что дети были рядом, Юй Хай украдкой дотронулся до руки своей жены и улыбнулся ей. Лицо мадам Лю вспыхнуло ярко-красным, и она оказала символическое сопротивление, прежде чем остановиться, сложив руки вместе.

Юй Сяоцао не смогла удержаться от смеха, ее глаза изогнулись от радости. Юй Хай почувствовал, что она смотрит на них, и заговорил со своей самой любимой дочерью: «Цао'эр, ты была сильно напугана в последние несколько дней?»

«Нет, я всегда знала, что отец проснется. Отец никогда не сможет оставить нас одних!» Юй Сяоцао ловко села рядом с отцом и подняла голову, чтобы взглянуть на него.

«Конечно! Человека ждет удача после того, как он пережил великую катастрофу! В будущем наша семья будет продолжать становиться все лучше и лучше!» Юй Хай не мог не обнять свою дочь, когда думал о том, как он чуть не умер и больше никогда не увидит свою любимую семью и умную дочь. Несмотря на то, что он был ее отцом, Юй Сяоцао не привыкла обниматься со взрослым мужчиной, поэтому она выскользнула из его хватки и улыбнулась: «Отец, повязки на твоей ноге должны быть изменены. Я сделаю это!»

Травма ноги Юй Хая была чрезвычайно серьезной, так как черный медведь разорвал на куски почти всю плоть. Если бы Юй Сяоцао не лечила его каждый день духовной энергией маленького божественного камня и не промывала рану водой из мистического камня, его нога, вероятно, прогнила бы изнутри.

Сяоцао осторожно сняла повязки и использовала воду из мистического камня, чтобы смыть старое лекарство. Страшно выглядящая рана уже начала струиться и начала расти новая кожа и плоть. Вчера доктор Сунь пришел, чтобы проверить Юй Хая. Он был поражен целебными способностями Юй Хая. Любой другой с такой раной к этому времени уже должен был ампутировать свою ногу!

Юй Сяоцао отказалась от предложения матери о помощи и раздробила лекарство от боли, которое доктор Юй оставил после себя, в виде мелкого порошка. Затем она смешала порошок с водой из мистического камня, чтобы получить густую пасту, прежде чем осторожно нанести смесь на раны отца.

Юй Хай облегченно вздохнул, когда прохладная и освежающая повязка покрыла и успокоила зудящую рану. Он с благодарностью посмотрел на свою вторую дочь и сказал: «После того, как Сяоцао ударилась головой, ее тело не только выздоровело, но и она стала намного более ловкой и умной. Она легко выучила все сложные и трудные для изучения медицинские знания. Это еще одна трансформация, которую совершил Бог Удачи?»

Юй Сяоцао осторожно положила повязку на рану и подняла голову, чтобы улыбнуться отцу, когда услышала его слова. Она не согласилась и не опровергла то, что сказал ее отец.

Той ночью, когда вся семья спала, Юй Сяоцао снова толкнула маленький божественный камень, чтобы высвободить его тяжело накопившуюся духовную энергию, чтобы исцелить изуродованные и разорванные сухожилия Юй Хая.

Вода в этом мире была очень чистой. Кроме того, маленький божественный камень также помогал своей хозяйке спасти ее отца. Все эти факторы в совокупности ослабили кандалы, и его скорость поглощения духовной энергии чрезвычайно возросла. Он был убежден, что скоро сможет материализовать свою физическую форму и открыто предстать перед всеми. Однако энергия, которую он кропотливо собирал каждый день, всегда использовалась для лечения ноги Юй Хая. Это заставило маленький камень чувствовать себя мрачным и подавленным.

К счастью, он обнаружил, что каждый раз, когда он использует всю свою духовную энергию, кандалы, ограничивающие его, будут ослабевать еще больше. Это было особенно заметено всякий раз, когда он лечил травмы людей, такие как рана головы его хозяйки или нога ее отца.

Умный маленький божественный камень не мог не внутренне ворчать: [Не говорите мне, что каждый раз, когда я помогаю своей хозяйке, кандалы Богини будут ослабевать?] Это была жалоба, которую маленький божественный камень подал в своем сердце, но это также было причиной, по которой он продолжал помогать Сяоцао исцелять травму ее отца.

На следующий день вся семья Сяоцао наконец-то смогла заснуть, пока они не проснулись естественным образом. Когда мадам Чжан встала и увидела, что никто не накормил свиньи, цыплята голодали, не было собрано дров, никто не подметал, никто не стирал одежду, она не могла не броситься к западной комнате и ругать: «Как долго вы все будете спать как мертвые? Вы знаете сколько времени!?»

Юй Сяоцао открыла дверь и посмотрела на мадам Чжан со слабой улыбкой на лице: «Бабушка, ты, должно быть, забыла. Мы уже разделили нашу семью, поэтому каждая ветвь живет независимо. Если бабушка хочет, чтобы мы кормили свиней и кур, значит ли это, что она собирается дать нам пятую часть этих животных?»

Мадам Чжан подавила проклятия, которые она заранее подготовила, и взглянула на грязно одетую мадам Ли в восточной комнате, которая прислонилась к дверному проему и смотрела шоу. Ее ярость нашла новую цель, и она закричала: «Ленивая женщина, почему бы тебе быстро не начать работать? Если ты не сможешь закончить, останешься без завтрака!»

Выражение лица мадам Ли мгновенно изменилось. Она поняла, что в будущем ей придется быть похожей на мадам Лю: работать бесконечно от рассвета до заката. Она тихо проворчала внутри.

После более чем десяти лет совместной жизни мадам Чжан заставляла ее работать только в течение первого года. С тех пор, как мадам Лю вышла замуж за семью, она стала спокойной и прожила неторопливую жизнь. Теперь, когда ей снова пришлось выполнять работу по дому, она действительно не знала, с чего начать. В течение всего утра она ломала голову над множеством задач, в то время как ее свекровь постоянно критиковала ее.

Ее младшая невестка, Юй Кэйди, не могла бездельничать и смотреть, поэтому она помогла подметать пол и кормить цыплят. Таким образом, к тому времени, когда пришло время готовить завтрак, они даже не собрали необходимые дрова. Когда Старый Юй вернулся домой, на кухне все еще было холодно и тихо. Вплоть до полудня ему приходилось терпеть боль в желудке, и только тогда он смог съесть плохо приготовленный завтрак.

У Старого Юя было уродливое выражение лица, когда он вздыхал. В будущем без мадам Лю и других было бы невозможно привести дом в порядок, как это было раньше. Он поставил свою миску и палочки для еды, чтобы отправиться в старый двор, чтобы узнать, чем он может помочь.

Что касается Сяоцао и компании, после наслаждения мелодрамой во дворе, они съели свой завтрак на рассвете и ушли, чтобы пойти в старую резиденцию у подножия Западных гор. Юй Хай был оставлен в главной резиденции для восстановления сил.

Старая резиденция и нынешняя резиденция семьи Юй находились примерно в получасе ходьбы друг от друга. Хотя, как говорили, старый дом находился у подножия гор, на самом деле он находился на расстоянии одного-двух километров. С великолепными пейзажами гор и рек хорошее настроение Юй Сяоцао не могло быть разрушено, даже если старая резиденция вот-вот развалится.

Старая ветхая резиденция была в таком плохом состоянии, что люди задыхались. Хотя каждый год они возвращались и убирали и делали незначительный ремонт, этого было достаточно, чтобы гарантировать, что весь дом не упадет. Снег в этом году был тяжелым, поэтому одна из комнат также была раздавлена ​​весом снега. Она в настоящее время не подходила для проживания.

У разрушенного дома был двор, где повсюду росли сорняки. На стороне был бамбуковый забор, который в основном упал. Во дворе гнездились дикие зайцы, и, когда они услышали, что там были люди, они с молниеносной скоростью подпрыгнули и убежали. Маленький Шито весело преследовал диких зайцев. Мадам Лю с облегчением вздохнула и начала вырывать сорняки со двора со своими двумя дочерьми.

Старая резиденция была расположена в более отдаленном районе. В окрестностях было всего несколько соседей. Слева, примерно в двухстах метрах, была семья Чжоу, которая выращивала цыплят, чтобы зарабатывать на жизнь. Мадам Фанг вышла замуж за семью Чжоу и имела хорошие отношения с мадам Лю. Когда она увидела, что все они нагнулись, сражаясь с сорняками, она также привела двух своих дочерей на помощь.

У семьи Чжоу был один сын и две дочери. Старшей дочери Чжоу Линлунь было четырнадцать лет, и она уже была в брачном возрасте. Младшей дочери Чжоу Шанху было всего девять лет, и она была невинной и открытой личностью. Ее любимым занятием было играть вместе с Сяоцао и Сяолянь.

Дядя Чжоу, Чжоу Даньянь, начинал как уличный торговец. Его сын, Чжоу Венхуа, ходил в школу в течение двух лет, а затем следовал за своим отцом в покупке и продаже товаров. Когда он не был занят дома, он ходил в деревню и ходил по улицам, продавая товары для дома, такие как иголки и нитки. У них также было около ста цыплят дома. Из-за этого они были среди небольшого числа семей в деревне, которые могли позволить себе есть обычную пшеничную муку и белый рис.

«Брат Хан!» Маленький Шито, который держал маленький серп, чтобы срезать сорняки, поднял голову и увидел знакомую фигуру. Он взволнованно поприветствовал человека.

Чжао Хань закатал рукава и тоже схватил серп. Он наклонился и начал работать, сказав: «Я слышал, что вы все собираетесь переехать сюда, поэтому я подошел. Чем я могу помочь?»

Госпожа Лю ответила с смущением: «Маленький Хань, здесь особо нечего делать. С тетушкой Чжоу здесь, чтобы помочь, тебе действительно не нужно помогать нам…»

«Тетя, ваши слова делают меня посторонним. Я считаю, что Сяоцао и Шито так же близки мне, как и настоящие брат и сестра. Мы все одна семья, поэтому не нужно быть вежливым. В будущем, если что-нибудь появится, пожалуйста, говорите!»

Маленький Шито был счастлив, и на его лице расцвела широкая улыбка: «Брат Хан, в будущем наши две семьи будут жить ближе, поэтому приходить и уходить будет намного легче! Я все время ел еду твоей семьи, но теперь ты должен прийти и попробовать навыки моей второй сестры! Моя вторая сестра действительно хорошо готовит! Она даже сделала лапшу из бобовой муки более вкусной, чем лапша из пшеничной муки!»

«Хорошо! Тогда в будущем моему желудку очень повезет!» Чжао Хань поднял голову, чтобы на секунду взглянуть на спину Сяоцао, а затем снова наклонился, чтобы срезать сорняки.

Возможно, это произошло из-за того, что семейная ветвь откололась от основной семьи, но Маленький Шито наконец раскрыл свою живую сторону маленького мальчика. Он болтал без перерыва, но это не задерживало его работу. Маленький серп в его руке постоянно мерцал, срезая сорняки.

Рядом с ним косуля, похоже, тоже была заражена его возбужденным настроением. Она прыгала во дворе и время от времени опускала голову, чтобы вырвать растение, и представлять его как сокровище Сяоцао, как будто она пыталась попросить награды.

Посмотрев на ветхий старый дом, мадам Фанг не могла не выпалить:

«Старушка семьи Юй действительно что-то с чем-то! Брат Дахай заработал столько денег для семьи, но она дала вам только два таэля. Этого даже не достаточно, чтобы починить дом! Младшая сестра Муюн, если вам будут нужны деньги, не стесняйся обращаться ко мне. Хотя у нас не так много, но мы определенно можем одолжить несколько таэлей».

Лю Муюнь была так тронута ее словами, что на глаза навернулись слезы. Она заставила себя вырвать больше сорняков, чтобы скрыть свои эмоции, и тихо ответила:

«Заранее спасибо, жена Даньяня…»

«За что ты меня благодаришь? В будущем мы будем соседями. Родственник вдалеке менее полезен, чем близкий сосед. Если я могу чем-нибудь помочь, - обращайтесь ко мне!» Мадам Фанг быстро взмахнула серпом по земле, чтобы срезать сорняки. С первого взгляда можно было сказать, что она трудолюбивая женщина.

«Эй! Жена Дахая! Вы, ребята, действительно будете жить здесь? О боже, дядя и тетя Юй действительно бессердечные. Как можно жить в этом старом старом доме…»

Юй Сяоцао подняла голову и увидела женщину с высокими скулами и тонкими губами. Почему же, чем больше она об этом думала, тем больше чувствовала, что слова женщины, похоже, намекают на то, что она наслаждается их трудными обстоятельствами?

«Не обращайте на нее внимания! Если вы примете слова мадам Мао близко к сердцу, то вы можете умереть от гнева. Просто притворитесь, что она воробей, и все будет хорошо».

Семья Чжоу и семья Цянь были единственными соседями этой старой резиденции. Семья Чжоу разводила кур, а семья Цянь разводила уток. Спрос на куриные яйца и живых цыплят был явно лучше, чем спрос на уток. У невестки семьи Цянь, мадам Мао, был острый язык и большой рот, и всякий раз, когда она видела мадам Фанг, она не могла не вставить несколько колючих слов.

Вначале мадам Фанг немного ссорилась с ней. Позже, после того, как две семьи пришли к пониманию, мадам Фанг поняла, что у мадам Мао действительно не было никаких проблем с личностью, разве что она заставляла всех ненавидеть ее, как только она открывала рот. Поэтому большинство женщин и девушек в деревне старались обходить ее стороной.

Мадам Мао, очевидно, также поняла, что то, что она сказала ранее, звучало не слишком хорошо, поэтому она поспешно сказала:

«Если вам нужен кто-то, кто может помочь вам привести дом в порядок, приходите ко мне домой и спрашивайте. У моего мужа, возможно, нет никаких других навыков, но он очень силен. В будущем мы будем соседями, поэтому мы должны помогать друг другу. Не прекращайте свою работу из-за меня, мне нужно пойти в доки, чтобы посмотреть, есть ли рыба на продажу. Она очень нравится Вэньеру, поэтому мне нужно... »

Госпожа Фанг тихо прокомментировала:

«Старший сын мадам Мао ходит в школу в городе, и говорят, что он довольно хорош в учебе. Она будет хвастаться им при любой возможности. Цянь Вэнь сегодня возвращается домой, поэтому она хочет сделать ему подарок».

«Знаю, знаю! Брат Цянь Вэнь действительно потрясающий, и он даже занял первое место на последнем экзамене!» - вмешался Маленький Шито.

Мадам Лю посмотрела на своего энергичного сына и нежно улыбнулась:

«Все родители дорожат своими детьми. В глазах матери их дети всегда лучшие ».

Мадам Фанг немного подумала и улыбнулась:

«Это правда, это правда! Хотя мой сын, Хуаер не обладает научным талантом, но с юных лет он помогал отцу торговать товарами на улицах. Он не считает, что это тяжелая работа, а получает от этого огромное удовольствие … »

Госпожа Лю взглянула на двух своих дочерей, которые неуклонно вырывали сорняки. В ее глазах появилось слабая вспышка счастья, и она сказала:

«Наши дети очень разумные и трудолюбивые…»

Юй Сяоцао повернула голову и улыбнулась:

«Мама, тетя Чжоу, вы должны говорить потише! Если люди услышат вас, они подумают, что вам двоим нравится давать ложные похвалы!»

Мадам Лю и мадам Фанг посмотрели на Сяоцао и внезапно рассмеялись. Мадам Фанг ответила:

«Отсоединится от семьи - это хорошо. Сяоцао стала более живой; она даже может шутить».

Мадам Лю кивнула:

«Здоровье Цао'эр тоже улучшилось, и она стала намного живее. Как ее мать, я чувствую себя намного лучше. Если бы только нога ее отца поправилась ...»

«Все будет хорошо! Хорошие вещи произойдут с хорошими людьми, нога брата Дахая обязательно исцелится!» Мадам Фанг также слышала о раненой ноге Юй Хая, поэтому она поспешно начала утешать мадам Лю.

«Вторая сестра, вторая сестра! Смотри! Брат Сяову и я нашли несколько яиц дикого фазана в роще, всего их три! Позже, старшая сестра сможет их приготовить для себя, отца и матери!»

Как только все почти закончили убирать сорняки из переднего и заднего дворов, вернулся Маленький Шито с Цянь Ву. Никто не знал, куда они ушли, но у Маленького Шито все еще были листья и трава в его волосах, когда он держал в руках яйца фазана с широкой улыбкой на лице.

Вторая дочь из семьи Чжоу, Шанху, не могла не подразнить его:

«Ты хочешь, чтобы твоя вторая сестра приготовила яйца, но что насчет старшей сестры? Малыш Шито, ты не боишься, что Сяолянь обвинит тебя в предвзятости?»

Маленький Шито посмотрел на Сяолянь, а затем радостно ответил:

«Старшая сестра не сделала бы этого! Отец ранен, а мать и вторая сестра еще слабые. Если бы у старшей сестры была хорошая еда, она также сначала дала бы ее им».

Мадам Фанг потерла голову маленького парня и улыбнулась:

«Младшая сестра Муюн, твой сын такой разумный. Людям, подобным нам, не нужно завидовать другим людям, нам просто нужно жить в полной мере».

Никто не хотел монополизировать три яйца фазана. Таким образом, Сяоцао предложила использовать их для приготовления супа.

Около обеда бабушка Сяоцао по материнской линии, три дяди и тети пришли с заимствованной телегой. Тележка была заполнена предметами домашнего обихода, предназначенными для использования в этом новом доме. Самыми крупными предметами были столы и табуретки, а более мелкими - кастрюли, миски, ковши и тазы. Некоторые были новыми, а некоторые были немного потертые.

Когда Юй Хай только получил травму, бабушка Лю приехала навестить их и даже оставила два таэля, чтобы внук и внучки купили себе еду. Как только семья Лю ушла, госпожа Чжан конфисковала деньги, и сказала, что ей нужно взять их, чтобы оплатить медицинские расходы Юй Хая.

Мадам Яо, бабушка Сяоцао по материнской линии, могла сказать, что цвет лиц ее дочери и внуков значительно улучшился, и она почувствовала, как беспокойство в ее сердце ослабло. Она крепко обняла Маленького Шито и сказала мадам Лю слегка подавленным голосом:

«Хорошо что вы отделились! По крайней мере, в будущем вам больше не придется быть боксерской грушей вашей свекрови».

Мадам Лю вытерла уголки глаз и улыбнулась:

«Да, это правда. Хотя наше будущее может быть немного тяжелее, но теперь мне не нужно думать о настроениях других людей или беспокоиться о том, что моих детей побьют и отругают».

Материнская семья мадам Лю жила на другой стороне горы, и у них было только четыре земельных участка для обработки земли. Таким образом, у них также не было очень удобной жизни. У мадам Лю было два старших и один младший брат. У старшего, Лю Пея, было сильное и мускулистое тело. В межсезонье он часто выходил на временную работу. Его жена, мадам Хан, обычно ходила в доки, чтобы продать вещи, и часто могла заработать пару медяков, чтобы субсидировать доход дома.

В семье старшего дяди было только две девочки. Старшую звали Лю Фэйин, ей было четырнадцать лет. Она была уже обручена и просто ждала брачного возраста, пятнадцать, прежде чем она выйдет замуж. Их вторая дочь, Лю Фэйянь, была примерно в возрасте старшего брата Сяоцао, Юй Хана. Обе семьи даже шутили, что в будущем эти двое пожениться.

Второй дядя, Лю Хан, был честным и трудолюбивым человеком. Он был экспертом в посадке. Хотя вторая тетя, мадам Ху, была немного эгоистична, у нее не было других вопиющих проблем. Она родила двух сыновей и дочь, поэтому она чувствовала, что превосходит старшую тетю, у которой не было сына.

Третий дядя, Лю Хао, был самым младшим в семье, и можно сказать, что мадам Лю наполовину воспитала его. Поэтому он был самым близким к своей старшей сестре. За год до этого он женился на мадам Биан, и у них родился сын, которому еще нет и года. Лю Хао был учеником деревенского плотника и научился деревообработке.

Третья тетя, мадам Бянь, умела вышивать и часто продавала свои работы каждый месяц.

Семья Лю была вполне сплоченной, и все три сына были сыты и почтительны. Все деньги, которые они зарабатывали, были переданы их матери, мадам Яо, на хранение. Однако мадам Яо не была похожа на скупую мадам Чжан. Кроме того, что она время от времени она тратила деньги на еду и одежду для семьи, она также давала своим невесткам немного денег. У семьи Лю было мало кормильцев, но было много ртов, поэтому у них не было большого дохода. Таким образом, они не могли экономить много денег.

Накануне вечером госпожа Яо слышала, что ее дочь и зять отсоединились от семьи. У мадам Лю были трое маленьких детей и раненый муж. Кроме того, им выделили только три участка песчаной земли и старый разрушенный трехкомнатный дом. Поэтому мадам Яо не могла сидеть сложа руки. Этим утром, на рассвете, она собрала предметы домашнего обихода, такие как постельное белье и посуда, и одолжила телегу с быком.

Семья Лю жила в деревне Сишань, а Западная гора находилась между деревней Сишань и деревней Дуншань. Переход через горы обычно занимал всего один час. Однако, чтобы привезти телегу нужно было ехать в объезд, что занимало вдвое больше времени.

До того как взошло солнце, мадам Яо, ее сыновья и невестки покинули дом, чтобы отправиться в новый дом ее дочери. Они прибыли только в полдень и даже должны были съесть свой завтрак из сухих пайков в дороге.

Когда она увидела, что крыша старого дома почти обвалилась, мадам Яо почувствовала злость и огорчение. Их родственники были слишком бессердечные! Они выслали ее дочь и зятя едва одетыми. Наличие мачехи означало, что у нее был отчим! Мадам Яо была также очень хорошо знакома с проницательной и хитрой личностью мадам Чжан. Даже если бы она противостояла старухе, это было бы бесполезно.

Мадам Яо вытащила из кармана выпуклый вышитый мешочек, и сунула его в руки мадам Лю и произнесла, задыхаясь от эмоций:

«Юнь, в мешочке десять таэлей. Используйте эти деньги, чтобы починить дом. Чем раньше вы это сделаете, тем лучше. Что касается этих трех участков земли, не беспокойтесь о них. В прошлом году у нас было больше саженцев сладкого картофеля, поэтому весной я могу пригласить твоих братьев, чтобы они помогли вам… »

Госпожа Лю также знала, что финансовые обстоятельства ее материнской семьи невелики. Экономия пары таэлей в год считалась хорошей для них. Поскольку у нее было слабое тело, ее мать время от времени присылала ей деньги. Когда отец ее детей получил ранение, ее семья дала им два таэля... а теперь они дали им еще десять таэлей. Она даже не представляет, где ее мать одолжила столько денег.

Мадам Лю отодвинула мешочек и сказала:

«Глиняные кирпичи в доме все еще пригодны для использования. Мы можем срубить несколько деревьев, чтобы починить балки крыши, а затем заполним ее соломой, и дом снова будет пригоним к жизни. Мама, тебе с семьей тоже не легко. Мои старшие братья и их жены живут скромно, и только с большим трудом семья может сэкономить немного денег. Поэтому как ты можешь продолжать давать деньги дочери, которая уже вышла замуж?»

Старшая невестка семьи Лю, мадам Хан, взяла мешочек у мадам Яо и сунула его в руки своей младшей невестки и сказала:

«Ваша семья будет жить в этом доме, поэтому важно, чтобы дом был в хорошем состоянии. Я уже осмотрела его, кровати канга во всех комнатах непригодны. Также этот бамбуковый забор ... Семья младшей сестры живет далеко от деревни и рядом с большой горой, поэтому этот забор недостаточно безопасен. При всех этих затратах даже десяти таэлей может не хватить! Быстро возьми деньги, не будь вежливой с членами своей семьи!»

Выражение лица второй невестки, мадам Ху, было очень темным. У семьи было так мало ресурсов, но ее свекровь взяла все что у них было и отдала младшей дочери. Женатая дочь как пролитая вода. Как может ее семья продолжать давать ей деньги? У нее не хватило смелости высказаться против желаний своей свекрови, но когда она услышала слова своей старшей невестки, она не могла не фыркнуть.

Второй сын Лю Хан услышал ее и нахмурился, предупредительно смотря на нее. Выражение его лица, казалось, говорило: «Если ты решишь быть хитрой женщиной и скажешь что-то неприятное, то тебя ждут проблемы, когда мы вернемся домой».

У мадам Ху была хладнокровная, эгоистичная личность, но второй дядя Сяоцао мог держать ее на коротком поводке. Она знала, что ее муж очень дружелюбен, и обычно она осмеливалась ссориться со своими соратниками. Однако перед своей свекровью ей не хватило смелости сказать хоть слово.

Получив взгляд от своего мужа, мадам Ху немедленно успокоилась и опустила голову. От нее не было слышно ни звука.

Третий сын, Лю Хао, который уже успел занести мешок с сладким картофелем в подвал, улыбнулся:

«Старшая сестра! Просто возьми деньги. Если ты этого не сделаешь, мама будет сердиться!»

Г-жа Лю все еще не хотела принимать деньги, но Юй Сяоцао быстро подошла и взяла мешочек.

«Мама, это деньги приготовили бабушка, дяди и тети с добрыми намерениями. Мы должны принять их. При этом нам действительно нужны эти деньги. Если ты чувствуешь вину за то, что взяла его, подумай об этом как о кредите. Мы вернем все после того, как заработаем немного денег».

«Вот так! Юнь, ты даже не такая умная, как твой ребенок! Ты должны быть Сяолянь, верно? После того, как я не видела тебя несколько дней, похоже, ты стала немного бледнее».

Мадам Яо положила свою руку на голову Сяоцао и неоднократно начала хвалить ее.

Юй Сяоцао мягко хихикнула:

«Бабушка, я - Сяоцао. Сяолянь взяла с собой Маленького Шито по дрова».

Юй Сяоцао и Сяолянь были близнецами, поэтому, естественно, они выглядели очень похожими друг на друга. Однако, когда Сяоцао родилась, у нее было очень слабое тело, и она была худее и бледнее своей сестры. С другой стороны, Сяолянь занималась домашними делами с мадам Лю, поэтому ее кожа была более загорелой. Когда две девушки стояли рядом, было очень легко отличить их друг от друга. Однако после того, как в течение полугода она постоянно пила воду из мистического камня, тело Сяоцао почти восстановилось, тем более кожа Сяолянь стала более белой. Людям становилось все труднее различать их.

Госпожа Яо с удовлетворением наблюдала за энергичной Сяоцао, при этом разговаривая с госпожой Лю:

«Здоровье Сяоцао улучшилось, что значительно уменьшило вес с ваших плеч. С моей точки зрения, похоже, твой цвет лица тоже стал более румяным. Неужели у твоей свекрови появилась совесть, и она решила пригласить доктора для тебя?»

«Почему она должна тратить деньги на меня? Всякий раз, когда я болела в прошлом, она всегда обвиняла меня в воровстве денег и отказывалась приглашать доктора, не говоря уже сейчас. Я чувствую, что мое тело стало здоровее за последние полгода. Кроме того, Дахай тайком давал мне лекарства всю зиму без ведома семьи. Хотя в последнее время я чувствую себя более уставшей, заботясь об отце детей, я все же думаю, что мое тело более гибкое и ловкое, чем раньше. На днях я случайно заснула на краю кровати, но на следующий день я не заболела. Я думаю, что моя болезнь наконец-то прошла. Мама, пожалуйста, не беспокойся обо мне больше».

Мадам Лю чувствовала себя сбитой с толку и радостной одновременно. Если даже она заболеет, то их семье больше некуда было идти. Юй Сяоцао потерла пятицветный камень на ее запястье и тайно хихикнула.

Братья Лю сначала очистили и обустроили деревянные комнаты. Затем они начали перемещать предметы, которые они принесли внутрь. Мадам Лю забрала двух своих невесток, и начала чистить другие дворы. Прежде чем кто-либо из них смог остановиться и сделать перерыв, семье мадам Лю уже нужно было ехать домой.

Хотя мадам Яо не была полностью удовлетворена тем, что оставила вещи такими, какие они есть, но она знала, что даже если они останутся на ночь, им негде будет спать. Им нужно было вернуться в деревню Сишань до захода солнца. Таким образом, они быстро попрощались и ушли в спешке. Напротив, три брата Лю остались позади, чтобы помочь своей младшей сестре и ее мужу починить дом до начала посевного сезона.

Юй Хай был честным и добросердечным человеком. Если бы другая семья нуждалась в помощи, он всегда с энтузиазмом помогал бы им. У него была хорошая репутация в деревне Дуншань. Когда жители деревни узнали, что ему нужно починить старую резиденцию, многие из них пришли, чтобы помочь.

Старший сын старшего дяди Дахая, Юй Личуня, умел укладывать кирпичи. По настоянию отца он перестал работать на улице и пришел помочь. В течение следующих нескольких дней Юй Личунь привел своих трех сыновей и двух внуков, и они всегда приходили первыми и уходили последними. Хотя второй дядя Дахая, Юй Ликсия, жил далеко, но он прислал своего сына, потому что сам он не очень хорошо себя чувствовал.

Куча старых друзей Юй Хая, которые играли с ним с детства, также пришли, чтобы сформировать кирпичи из грязи, построить стену и срубить несколько деревьев ... и все они с энтузиазмом делали это. Охотник Чжао, который был с ним хорошими друзьями, также пунктуально приходил каждый день со своим сыном, Чжао Ханом, чтобы доставить дичь. Кроме того, новые соседи семьи Юй также приходили каждый день.

Вообще говоря, когда вам помогали люди с вашим домом, вы должны были нести ответственность за их питание. Но все знали, что Юй Хай только что отделился от семьи, и у него не было много еды, поэтому каждый из них приносил свою еду. Вся семья чувствовала себя невероятно благодарной, и Сяоцао, наконец, испытала простую и добродушную доброту тех, кто жил в древние времена.

Много рук делают работу легче. Работа над трехкомнатным домом, двором и стеной была закончена за десять дней. Мадам Лю плакала от радости, увидев новый дом с его большим и просторным внутренним двором. Брат и сестры болтали во дворе с яркими улыбками на лицах. Они были невероятно счастливы - у них наконец появился собственный дом ...

Братья Лю нарубили достаточно дров, чтобы им можно было заполнить всю кладовую на кухне, а также очистили колодец перед тем, как уйти.

В течение последних десяти дней, за исключением того, что старик Юй и Дашань каждый день приходили помочь, но не было видно даже тени других членов семьи. Закончив ремонт дома, Юй Хай пригласил жителей деревни и соседей отпраздновать. Только тогда мадам Ли привела своего сына в гости.

Всякий раз, когда кто-либо в деревне строил новый дом или переезжал в него, он должен был отпраздновать это. Ремонт этого дома был сделан исключительно с помощью других. Кроме того, большинство использованных материалов было из местного района. Глина, с которой делали кирпичи, была выкопана со стороны деревенской дамбы. Балки – с поваленных деревьев в горах. Даже солома была жителей деревни.

Первоначально Сяоцао хотела купить керамическую плитку для крыши, чтобы создать дом, похожий на нынешнюю резиденцию семьи Юй. Однако, когда она вспомнила, что у нее под рукой было всего десять таэлей, она отказалась от этой идеи. Она снова сожалела о том, что вложила все свои деньги в предприятие третьего молодого мастера Чжоу. Но она утешала себя тем, что дерновой дом тоже хорош - зимой тепло, а летом прохладно…

Еще этот третий молодой мастер Чжоу был так занят. В начале весны он был так занят, что его ноги едва касались земли. Он не только организовывал строительство фабрики, но и планировал открыть ресторан Чжэньсю в столице. Он постоянно путешествовал между столицей и городом Танггу, и никто никогда не знал точно, где он находится. Сяоцао действительно хотела попросить его о помощи, но она так и не смогла его найти!

К счастью, дом был восстановлен, и для этого потребовалось не более нескольких таэлей. Юй Хай чувствовал глубокую благодарность за помощь к сельским жителям. Таким образом, когда они готовились к празднику, он позаботился о том, чтобы получить хорошую еду, чтобы поблагодарить их.

Когда охотник Чжао услышал, что Юй Хай получил только два таэля от своей семьи, он почувствовал одновременно и злость, и вину. Спасая его, Юй Хай сам чуть не умер от клыков медведя. После того, как он убил медведя и продал его, он передал семье Юй триста таэлей и сказал, что они для оплаты медицинских услуг брата Юй Хая. Однако он никогда не думал, что черствый отец и безжалостная мачеха просто заберут деньги, ради которых Юй Хай пожертвовал жизнью и здоровьем, в свои карманы.

В ярости охотник Чжао хотел найти старого Юй и поговорить с ним, но Юй Хай остановил его. Юй Хай сказал, что триста таэлей считались выплатой за все годы, которые мадам Чжан воспитывала его. Чжао Буфан чувствовал глубокую вину по отношению к своему брату Юй Хаю, поэтому часто давал им дичь. Кроме того, он и его сын с энтузиазмом помогали с их новым домом. Для предстоящего банкета он также специально вошел на гору и поймал более десяти фазанов и зайцев.

Юй Хай не отказался от подарка и также купил пятьдесят куриных яиц у их ближайшего соседа, семьи Чжоу. На городском рынке он купил около десяти кэтти мяса. В конце зимы и начале весны в продаже не было зеленых овощей. Тем не менее, каждая семья хранила в своих подвалах много белой редьки и капусты. Кроме того, большинство также имели сушеные овощи с осени. Поэтому семьи с хорошими отношениями с ними также отправили им немного.

Госпожа Яо услышала, что ее дочь устраивала банкет для деревни, и боялась, что она не сможет справиться одна. Таким образом, в тот день она привела на помощь свою старшую невестку. Двор ее дочери был большим и просторным, окруженным высокими стенами. Резиденция с тремя комнатами простиралась с севера на юг, а внутренняя часть комнат была слабо украшена и казалась пустой и пустынной.

Маленький Шито потянул руку своей бабушки и с энтузиазмом показал дом, рассказывая, в какой комнате жили его родители, или где была комната его сестер ... Он даже привел ее в сарай для дров. Таким образом он покорно показал весь дом мадам Яо.

«Сегодня вечером в этой комнате будут жить бабушка и старшая тетя, которая обычно предназначена для старшего брата и меня. Я буду спать с мамой и папой!»

Старший брат Маленького Шито, Юй Ханг, все еще был учеником в столярной мастерской и редко приходил домой. Мастер мастерской не был разумным человеком. Он отпустил Юй Ханга только на полдня, когда их отец получил травму, и на один день, чтобы помочь с ремонтом нового дома. В то время было очевидно, что Юй Ханг сильно похудел.

Его старшего брата не было дома, поэтому, чтобы сэкономить на дровах, Маленький Шито будет спать на одной кровати с мадам Лю. Однако, он также не забыл похвастаться, что у него тоже была своя комната.

В этот день на рассвете Юй Сяоцао последовала за мадам Лю. Предыдущие два дня она писала меню. Мясные блюда были: тушеное мясо кролика, обжаренные в пряном кусочки курицы, обжаренная с мясом капуста, тушеная белая редька со свининой и яичница-болтунья.

Вегетарианские блюда были: жареная репа, жареный дайкон, кисло-сладкая редька, острая обжаренная капуста, тушеный тофу с капустой, сухая обжаренная капуста и ассорти из маринованных овощей.

Густой и ароматный суп из свиной кости готовился слабым кипением всю ночь. Основным продуктом для банкета были приготовленные на пару блины из смеси пшеничной и кукурузной муки.

На каждом столе было восемь вегетарианских блюд, четыре мясных блюда и миска густого супа. Из всех банкетов, которые происходили в деревне, этот праздник считался одним из лучших. Кроме того, некоторые из блюд никогда ранее не пробовались сельскими жителями. Хотя сырые ингредиенты были просты, они были приготовлены исключительно освежающим и вкусным способом. Все, кто ел на банкете, хвалили еду бесконечно.

Некоторые из замужних женщин, у которых были хорошие отношения с мадам Лю, тайком спросили ее, как ей удалось приготовить так много разных и вкусных блюд, используя только редьку и капусту. Мадам Лю с любовью смотрела на свою дочь и с гордостью отвечала: «Большинство этих блюд было придумано Цао’ер».

Все жители были знакомы с историей второй дочери мадам Лю, Юй Сяоцао. Прошлым летом, потеряв сознание, она многое забыла. Однако никто из них не ожидал, что она станет более умной и живой, несмотря на то, что потеряет большинство своих воспоминаний. Кроме того, у нее был природный дар и талант к кулинарии. Они не могли не похвалить ее снова и снова.

Мадам Ли появилась как раз тогда, когда еда была готова к раздаче. Ревность нахлынула на нее, когда она осмотрела совершенно новый старый дом, и она сказала кислым тоном: «Нам не так повезло, как второй невестке. Вся ваша семья занимает целый двор и живет в гигантском доме».

Кухня суетилась от активности. Несколько друзей мадам Лю из деревни пришли раньше, чтобы помочь. Несмотря на неодобрение мадам Чжан, Юй Кэйди также пришла помочь помыть овощи и накрыть на стол и была очень занята.

Мадам Ли, с другой стороны, даже не заходила на кухню. Вместо этого она подтянула сына к столу и тяжело села. Когда они ели, они поглощали пищу, как будто они голодали в течение длительного времени. Палочки для еды мадам Ли летали со скоростью света и быстро выхватывали мясо из миски с овощами. Ее соседи могли только с неодобрением наблюдать за ней и качать головами.

Всего на банкете было десять столов. Мадам Лю приготовила более чем достаточно еды, и для каждого блюда было достаточно остатков. После того, как мадам Ли поела, она не сразу ушла и бездельничала во дворе под солнцем. Вообще говоря, остатки всегда доставались людям, которые помогали готовить еду, и каждый получал долю, чтобы вернуть домой.

Мадам Ли отказалась от этой традиции. Она не помогла ни приготовить, ни убрать пустые миски. Вместо этого, когда пришло время раздавать остатки, она нагло втиснулась и сказала: «Ах, вторая сестрица, твоя семья не сможет закончить всю эту оставшуюся еду. Дай мне немного, чтобы принести домой, чтобы мама и третий брать могли оценить твой кулинарный талант...»

«Жена Дашаня, разве ты не пробовала ее еду до того, как вы расстались? Или ты так соскучилась по ее приготовлению через несколько дней?» Ближайшая соседка к семье Юй, жена Хай Синя, была сообразительной женщиной и имела относительно хорошие отношения с мадам Лю. Они вдвоем часто собирали дрова и вместе чистили рыбу. Время от времени она также спрашивала совета мадам Лю по вышивке. В это время она явно высмеивала мадам Ли.

Мадам Ли сделала вид, что не слышит ее, схватила уже вымытый таз и начала наполнять его едой. Она специально выбрала блюда с мясом, такие как мясо кролика и кусочки курицы. В конце концов, почти половина мясных блюд досталась ей. Количество пищи в тазе было сложено в небольшую гору. Она скупо посмотрела на горшок для супа и неохотно ушла, покачивая своей мясистой талией.

Когда Хейзи услышал, как его мать зовет его, он выбежал из заднего двора. В его руках был маленький фазан, который изо всех сил старался вырваться. Он беззастенчиво сказал: «Вторая тетя, в вашем заднем дворе все еще есть два зайца и фазан, дайте мне одного, хорошо? Я не пробовал мясо больше месяца!»

Юй Сяоцао почти хотела рассмеяться от ярости: «Кто был тем, кто забрал домой почти половину мясных блюд? Кроме того, заяц и куриное мясо исчезли в желудке другого человека?»

Мадам Лю была хорошо знакома с характерами этой пары матери-сына и не хотела беспокоиться об этих двоих. Она только хотела, чтобы эти два демона ушли быстрее. Все остальные женщины, которые помогали, могли только недоверчиво качать головами. У Юй Хая была повреждена нога, мадам Лю не могла выполнять тяжелую работу, а их дети были еще маленькими. Будучи старшей невесткой, мадам Ли даже не помогла им, а только пришла забрать у них вещи. Мадам Лю не повезло, что у нее есть такие родственники.

Отправив домой пару человек, которые помогли, мадам Яо поняла, что уже поздно. Она также ушла со своей старшей невесткой. В ту ночь, Юй Сяоцао и ее брат и сестра забрались вместо со своими родителями на кровать канга. Пятеро из них вместе считали свои расходы.

«Хотя строительство дома не требовало от нас тратить много денег на рабочую силу, но если добавить материалы и мебель, которые мы купили, мы потратили около пяти серебра. Строительство дома утомительно. Несмотря на то, что все принесли свою еду, Сяоцао предложила нам на обед дать каждому блинчики на пару и миску с кашей. Блины были приготовлены из комбинации пшеничной и кукурузной муки. Покупка всех этих зерен стоила еще одного серебра». Когда дом строился, нога Юй Хая все еще была повреждена, поэтому он проводил дни, восстанавливаясь в главной резиденции. Мадам Лю рассказывала ему их расходы прямо сейчас.

Юй Хай взъерошил волосы Сяоцао и улыбнулся: «Цао’ер поступила правильно. Хотя у нас мало денег, мы не можем позволить другим людям голодать, когда они нам помогают. Большинство жителей не едят много. Утром у них, вероятно, будет лепешка из смешанных зерен, которой не хватит до полудня, поэтому необходимо добавить для них еду. Я слышал, как старший брат Ли хвалил нашу семью за искренность и честность, поскольку в наших блинчиках содержалась половина пшеничной муки!»

Деревня Дуншань была маленькой рыбацкой деревушкой рядом с морем. Большинство деревень зарабатывали на жизнь рыбалкой. Окружающие земли были в основном песчаными, и на них можно было выращивать только ограниченное количество культур. Большинство семей употребляли в пищу только бобовую муку, крахмал из сладкого картофеля и пшенную муку в качестве источника углеводов. Только во время новогодних праздников они захотят купить немного пшеничной муки, чтобы поесть. Таким образом, даже блинчики на пару, которые состояли из половины пшеничной муки, считались чем-то достаточно вкусным в глазах жителей деревни.

Мадам Лю посмотрела на свою вторую дочь, которая с каждым днем ​​становилась все умнее и остроумнее. Она улыбнулась и продолжила: «Большую часть ингредиентов для сегодняшнего банкета дал нам старший брат Чжао. Что касается свинины, то мы потратили около трехсот медных монет. Если сложить сумму, которую мы потратили на зерно и овощи, то в общей сложности было потрачено около одного серебра. Первоначально у нас было двенадцать таэлей под рукой, а теперь у нас осталось около пяти».

Юй Хай немного подумал, а затем сказал: «В твоей девичьей семье нелегкая жизнь, и они все же дали нам десять серебра после того, как позаимствовали у других. Мы определенно не можем позволить твоим родителям нести долги за нас. Завтра мы должны найти кого-нибудь, чтобы вернуть оставшиеся пять таэлей твоей маме. Ничего страшного, если наша жизнь станет немного тяжелее, но мы не можем быть мертвым грузом для твоей девичьей семьи».

Это было то, что означало быть семьей. Когда кто-то нуждался, другие не жалели усилий, чтобы помочь. Все работали вместе и были обеспокоены друг другом ...

Сяоцао чувствовала тепло семьи. Хотя она жила в бедности, она не была одинока в борьбе. У нее все еще были ее отец, мать и все другие ее братья и сестра. Она блестяще улыбнулась и подошла к отцу, чтобы поднять одеяло, покрывающее его ногу, и сказала: «Пора помассировать ногу. Отец, пожалуйста, прими любящую, сыновнюю заботу твоей дочери!»

Рана на его ноге заживала очень быстро, и подавляющее большинство образовавшихся струпьев уже отвалилось. Несколько дней назад Юй Сяоцао отправилась с ним в город в медицинский зал Тонгрен на осмотр доктора Суня, который ранее сказал им, что он ничего не может сделать. Выражение благоговения было на старом лице доктора, и старик был взволнован и постоянно восклицал по этому явлению.

Даже если бы это было в наше время, это также будет считаться медицинским чудом. Его бедро было укушено, и на его ноге не было ни единого кусочка плоти, который не был бы разорван на части. На его спине была огромная дыра, так что почти можно было увидеть, как выглядят его внутренние органы. Юй Хай упал без сознания из-за такой серьезной раны на ноге. Тот факт, что он все еще стоял и жил без помощи современного медицинского оборудования и лекарств, был невероятным. Если это не было чудом, то что это?

В это время доктор Сунь был поражен и мог только сказать, что его врожденная конституция была очень хороша и что у него, должно быть, было очень сильное желание жить. Должно быть, о нем также заботился Бог.

Осмотрев рану на ноге и спине, он снова ощутил пульс Юй Хая. Убедившись, что у него нет проблем, доктор Сунь сказал: «Тебе больше не нужно принимать лекарства. Травмы сухожилий и вен на ноге очень серьезные. Нога должна часто массажироваться. Точно сказать не могу, но в будущем он сможет ходить без костылей».

В то время Юй Сяоцао попросила доктора Суня дать рекомендации по технике массажа и тщательно записала их. С тех пор она использовала время массажа как возможность использовать маленький божественный камень, чтобы наполнить духовной энергией ногу ее отца. Она заставила камень использовать свою духовную энергию, чтобы медленно исцелить сломанные и поврежденные сухожилия.

Разноцветный камень на ее запястье, казалось, непреднамеренно скользил по плотным шрамам, которые перекрещивались по ноге, когда она ее массировала. Только Сяоцао могла видеть слабые золотые потоки света, медленно текущие в сухожилия и вены ноги.

Юй Хай чувствовал только то, что там, где маленькие руки его дочери массируют его ногу, возникает чувство утешительного тепла. Боль на ноге медленно исчезла, и он сонно закрыл глаза. Под массажем своей дочери он с комфортом уснул...

«Цао'eр, ты, должно быть, устала. Научи маму делать массаж, и в будущем я это сделаю». Госпожа Лю увидела, как дочь трясла своими больными руками, и ей стало плохо.

Сяоцао покачала головой и сказала: «Мама, это мой шанс проявить свое уважение и сыновнее почтение к отцу. Не останавливай меня. Сяолянь также много раз просила меня научить ее, но я отказалась! Отец и мать так хорошо ко мне относятся и взвалили из-за меня на себя много бремени. Это правильно, что я помогаю отцу массажировать его ногу».

После целого дня напряженной работы вся семья рано уснула. Юй Сяоцао спокойно лежала на теплой кровати канга. Под ней был слой рисовой соломы, а покрывало имело твердые хлопковые комочки с пятнами. Несмотря на это, все еще было теплее и удобнее, чем старая потрепанная кровать канга, на которой вся семья должна была втиснуться в их старом доме.

Убедившись, что находящаяся рядом с ней Сяолянь погрузилась в глубокий сон, Сяоцао подняла левое запястье и тихо поговорила с маленьким божественным камнем: «Маленькая Клецка, Маленькая Клецка ...»

[Если ты продолжишь называть меня этим именем, я буду тебя игнорировать!] Слабый золотой свет всплыл и медленно превратился в маленького золотого котенка с большой головой и острыми ушами. Малыш с негодованием уставился на Сяоцао своими большими круглыми глазами.

Юй Сяоцао с помощью кончика пальца ткнула в гладкую и скользкую голову малыша и ухмыльнулась: «Хорошо, хорошо! Тогда я не буду называть тебя Маленькой Клецкой, но как мне тебя звать? Как насчет того, чтобы я дала тебе новое имя, хммм ... как Маленький Комочек, как тебе?»

Золотой маленький шарик хлопнул крыльями, чтобы ударить палец Сяоцао, и рассердился: [В будущем, когда я материализуюсь, я накажу тебя, женщина. Маленький Комочек - это очень плохое имя. У Этого Божественного Камня уже есть имя, данное мне богиней Нувой! Меня зовут Киркл! Разве это не звучит круто?]

«Пффф - круг? Тогда я квадрат! Я все еще думаю, что это не так хорошо, как Маленькая Клецка. Это имя очень хорошо описывает твою величественную фигуру и звучит симпатично! Итак, мы определились! В будущем я буду звать тебя Маленькой Клецкой. Жаловаться на это не даст никакого эффекта!» Юй Сяоцао силой заставила маленького божественного камня принять имя.

«Маленькая Клецка, по-твоему, сколько еще времени, пока нога моего отца не станет лучше? Как ты думаешь, он сможет ходить как обычно?» - спросила Юй Сяоцао с небольшим волнением в ее голосе. В течение последних нескольких дней, хотя на лице ее отца всегда была улыбка, когда он был перед ними, но она могла сказать, что в этой улыбке было слабое очертание одиночества.

Ее отец ранее был энергичным и оптимистичным человеком. Он был хорош в рыбалке, охоте и даже мог делать простые бамбуковые изделия. Если бы он был обречен на использование костылей до конца своей жизни, она бы поспорила, что это сделает его крайне подавленным...

Маленький Божественный Камень не планировал обращать на нее внимание, но когда он почувствовал ее слабое чувство грусти, он гордо открыл рот: [Ты на самом деле не доверяешь мне, Этому Божественному камню! Позволь мне сказать тебе, мои способности значительно улучшились в последнее время. Я уже могу превратиться в физическую форму. Пока я, Этот Божественный Камень, помогу ему очищать его меридианы[1]и распространять свою жизненную энергию каждый день, он определенно сможет ходить в течение полугода. Но он все-таки получил серьезную травму, поэтому может хромать.]

Юй Сяоцао была полностью освобождена. Она взволнованно обняла маленького золотого котенка и поцеловала его несколько раз, а затем сказала: «Ты можешь принять физическую форму? Разве это не значит, что твои способности значительно улучшились? Это здорово, Маленькая Клецка. Ты действительно моя счастливая звезда! Огромное спасибо!»

Маленький божественный камень был немного застенчивым и неловко воскликнул: [Уходи, уходи! Я хочу превратиться в девушку в будущем. Ты лесбиянка ...]

« Ха-ха… » Видя, как маленький котенок застенчив, Юй Сяоцао не могла удержаться от смеха вслух.

«Младшая сестра, что случилось?» Сяолянь, которая лежала рядом с ней, была поражена. Она потерла глаза и спросила сонными глазами.

«Нет, ничего!» Сяоцао быстро убрала разноцветный камень и сунула маленького золотого котенка в одеяло. Она сделала вид, будто только что проснулась, и сказала: «Мне приснился сон, и я проснулась от смеха…»

«Каким хорошим должен был быть сон, чтобы сделать тебя такой счастливой?» Сяолянь перевернулась и легла лицом к ней.

Юй Сяоцао поспешно закрыла глаза, как будто она очень сонная, и ответила: «Я не помню…»

Она боялась, что Сяолянь продолжит спрашивать, поэтому она намеренно замедлила дыхание и сделала вид, что спит. Она не знала, когда, но она действительно заснула, притворяясь…

После того, как семья Юй Хая отправила пять таэлей, у них не осталось много денег дома. Они не могли сажать три акра сладкого картофеля до мая, и потребовалось бы более полугода, пока они не смогли бы собрать их. Как их семья выживет в течение полугода?

Сяоцао тщательно рассчитала ресурсы своей семьи. На кухне, кроме двух диких зайцев, оставшихся от банкета, было еще пять капуст и несколько редисок. У них было около двух кэти пшеничной муки и четыре или пять кэти просовой муки. Мука сладкого картофеля была тем, что у них было больше всего, но оставалось только меньше десяти кэти. В подвале на заднем дворе было чуть более ста сладких картофелин, которые дала им их бабушка по материнской линии. Если бы они жили скромно, они могли бы продержаться чуть больше месяца.

У них дома осталось только сорок медных монет. Они не хотели есть двух зайцев, поэтому отвезли их на городской рынок и продали за более двухсот медных монет.

Зимняя метель стала катастрофой. Несмотря на то, что правительство стабилизировало цены, простые люди по-прежнему жили скудной и скромной жизнью.

Юй Сяоцао узнала, что цены ранней весной были намного выше, чем когда она впервые переселилась сюда. Цены в зерновом магазине были хорошим примером. Крупные зерна, такие как пшенная мука и мука из сладкого картофеля, когда-то были двумя медными монетами, но теперь они стоили три или четыре медных монеты. Рафинированная мука, стоимость которой в прошлом году составляла пять медных монет, сейчас стоит не менее восьми медных монет. Конечно, цена на белый рис была еще выше. На своем пике она выросла до пятнадцати медных монет за кэти. Прямо сейчас свинина стоила тридцать медных монет, в то время как цены на яйца также значительно выросли.

У них осталось только двести шестьдесят медных монет. Их семья, вероятно, будет потреблять не менее ста килограммов зерна в месяц, поэтому после грубого подсчета у них даже не было достаточно денег, чтобы купить грубое зерно. Да ... Не удивительно, что большинство жителей деревни не могли есть пшеничную муку в течение года!

По ее мнению, быть скромным было недостаточно. Им нужно было расширить свои источники дохода!

Госпожа Лю также поняла, что нельзя просто сидеть сложа руки, пожирая все свои ресурсы, поэтому она нашла работу в городе, чтобы помочь людям стирать одежду. Ей приходилось ходить раз в три дня. Она вышла рано утром и вернулась около трех-пяти часов дня. Она заработала пятнадцать медных монет каждый раз, когда работала. Ранней весной в северных регионах погода была еще относительно холодной. Руки мадам Лю были красными и опухшими из-за длительного воздействия холодной воды. Сердце Юй Сяоцао заболело, когда она увидела кровавые порезы на пальцах своей матери.

Каждый день, когда мадам Лю возвращалась, Юй Сяоцао помогала ее матери согревать ее руки и ноги кипяченой водой, в которую впитался божественный камень. Благодаря питанию водой из мистического камня, отмороженные участки на руках мадам Лю лечились в нескольких дней. Мозоли на ее руках также исчезли. Ее руки стали такими светлыми и нежными, что ей больше не нужно было беспокоиться о том, чтобы случайно соскрести нити, когда она вышивала.

Когда их мать пошла на работу, Юй Сяолянь взяла на себя всю домашнюю работу. Как будто она была маленькой домработницей, она собирала дрова, готовила, стирала одежду, а также убирала двор. Когда она была свободна, она сидела под теплым солнцем и вышивала кошельки и носовые платки, чтобы помочь семье.

Навыки вышивания Юй Сяолянь были почти на уровне мадам Лю. Однако до того, как они расстались с семьей Юй, она была слишком занята и у нее не было времени шить.

Юй Сяоцао всерьез восхищалась этой молодой восьмилетней девочкой. В прошлой жизни Сяолянь была бы второклассницей в начальной школе. Тем не менее, она взяла на себя большую часть бремени своей семьи на своих слабых плечах.

На самом деле, Сяоцао должна называть ее старшая сестра. Но даже когда первоначальный хозяин был еще жив, она никогда не называла ее таким образом. Причина в том, что, когда мадам Лю рожала, никто не ожидал, что она родит двойню. Во время неразберихи акушерка перепутала их и не знала, кто старшая и младшая сестра.

Позже, из-за слабой конституции Сяоцао, Сяолянь, которая была более разумной, всегда заботилась о ней и защищала ее. Таким образом, семья начала называть Сяолянь старшей дочерью, а Сяоцао, естественно, стала младшей.

Однако Сяоцао всегда чувствовала, что она старше, и не хотела называть Сяолянь старшей сестрой. Их семья решила просто позволить ей быть и не исправила ее...

[1] Меридиан (经络) - (в акупунктуре и китайской медицине) каждый из множества путей в организме, по которым, как говорят, течет жизненная энергия. Существует двенадцать таких путей, связанных с конкретными органами.

Глава 108 - гром

-Мой младший брат и я принесли в общей сложности сто семьдесят медных монет нашему старшему брату. Если среди них есть хоть одна лишняя медная монета, то она ваша! - Сяокао была уверена в количестве монет. Ее старший брат был очень бережлив. Если там не было ничего важного, то он и не притронулся бы к своим деньгам.

Лавочник Чжан разложил связку монет на ладони своей руки. Он молча подсчитал в уме количество монет. Конечно же, всего было сто семьдесят медных монет, ни одной больше или меньше. Первоначально он напился и не сдержал своих сил, когда избивал Юй Хана. Юй Хан потерял сознание после того, как выплюнул кровь от побоев. После того, как Юй Хан потерял сознание, он нашел эти деньги после обыска в комнате Юй Хана. Сегодня семья Юй Хана пришла сюда, чтобы получить от него объяснение, поэтому он поспешно вытащил деньги в качестве оправдания.

Толпа, окружавшая их, увидела, что выражение лица лавочника Чжана слегка изменилось. Люди, стоявшие ближе к нему, ясно видели, что нить, которой скреплялись медные монеты, была именно такой, как описала Сяокао, - разноцветной нитью. Сердца людей из толпы снова склонились в сторону Сяокао.

Но лавочник Чжан грубо и неразумно ответил: "Хм! Вы просто группа бедных деревенских мужланов. Если бы ты могла, то расколола бы медную монету надвое. Как ты могла дать Юй Хану больше ста медных монет? Девочка, тебе вырвут язык в аду за ложь!”

- Торговец Чжан, если ты ложно обвиняешь других людей, то после смерти тебя будут пытать! - Черные как смоль глаза Сяокао были точь-в-точь как ночное небо, когда холодный луч света вспыхнул в ее глазах, заставляя людей невольно содрогнуться: “кроме того, мы платим один Таэль серебра каждый месяц за обучение в Академии Жунсюань для моего младшего брата. Раз уж мы можем себе это позволить, почему бы нам не дать Юй Хану пустячную сотню медных монет?”

Толпа только что заметила невысокого маленького мальчика, который был одет в форму начального класса Академии Жунсюань. Они не могли не чувствовать восхищения и уважения к маленькому мальчику. В конце концов, Академия Жунсюань была открыта не только для всех. Все они слышали, что за дверями Академии Жунсюань прячутся драконы и крадущиеся тигры [1]. Говорили, что люди из резиденций крупных правительственных чиновников, герцогов и маркизов все пытались попасть в школу!

Когда внук префектурного судьи города Цзинвэй сдал экзамен и поступил в начальный класс, префектурный судья пригласил на обед многих людей! В таком случае, не был ли этот мальчик одноклассником внука судьи? Если он доложит об этом магистрату префектуры, то это будет плохо для лавочника Чжана!

- Это Ронг... Академия Жунсюань настолько велика? Даже если наследный принц нарушит закон, он понесет такое же преступление и наказание, как и простолюдины. Означает ли это, что только потому, что вы семья студента из Академии Жунсюань, вы можете украсть вещи? - Лавочник старался казаться свирепым, но в душе Эш был трусом. Он пытался блефовать, придумывая неразумные оправдания.

- Лавочник Чжан, как вы можете доказать, что именно этот младший брат украл медные монеты? - В толпе красивый молодой человек, одетый в белую ученую мантию, не мог больше выносить несправедливости, поэтому он заговорил за них. Если бы Сяокао была в настроении проверить молодого человека, она бы узнала в нем внука директора школы гурманов юань Юньси.

Крысиные глаза лавочника Чжана несколько мгновений смотрели вокруг, прежде чем он посмотрел на них и сказал: “но нет никого, кто мог бы доказать, что это не Юй Хан украл эти медные монеты!”

Юй Сяокао подняла бровь и усмехнулась: “лавочник Чжан, если я докажу, что он не крал эти медные монеты, что ты сделаешь?”

- Я... - Лавочник Чжан нахмурился и заколебался.

- Я заработала эти медные монеты, продавая тушеную пищу, поэтому на каждой из медных монет должно быть небольшое количество масла. Может кто-нибудь принести мне таз с теплой водой? - Юй Сяокао не смотрела на хозяина магазина Чжана; ее пристальный взгляд был направлен на толпу.

Толпа вокруг них внезапно замолчала. У них у всех были некоторые опасения относительно лавочника Чжана, поэтому они все избегали взгляда Сяокао.

Сяокао почувствовала, как ледяной порыв ветра ударил ей в сердце. Независимо от того, какой это был период времени, всегда не хватало людей, которые имели мужество встать и противостоять злым силам!

Юань Юньси протиснулся сквозь толпу к литературному магазину неподалеку. Он закатал рукава и наполнил большой таз горячей водой. Юань Юньси снова протиснулся сквозь толпу с тазом горячей воды и сказал: “Мисс Сяокао, горячая вода здесь!”

Юй Сяокао с благодарностью посмотрела на красивого молодого человека, у которого было доброе сердце. Она искренне поблагодарила молодого человека и выхватила связку медных монет из рук лавочника Чжана: “я брошу эти медные монеты в воду. Если жир появится, это докажет, что я не лгала. Это также докажет, что это я дала эти медные монеты моему брату.”

Закончив говорить, она разорвала веревку, удерживавшую монеты вместе, и бросила все медные монеты в таз с теплой водой. И действительно, в теплой воде появилась радужная смазка. Толпа смотрела на лавочника Чжана с осуждением и отвращением.

Владелец магазина Чжан продолжал возражать: “только потому, что на монетах есть жир, это не доказывает, что эти монеты принадлежат вам. Может быть, эти медные монеты дал мне мясник! Каждый день я ходил покупать мясо и масло, так что вполне естественно, что эти медные монеты были испачканы жиром. Мой помощник и раньше видел, как Юй Хан бродил по бухгалтерии. Я прав, Сяосин?”

Человек, которого владелец магазина Чжан называл "Сяосин", был продавцом, который помогал Сяокао вызывать Юй Хана каждый раз, когда она приходила. Сначала он стоял в стороне, наблюдая за происходящим. Но когда лавочник внезапно окликнул его, он запаниковал. После вспышки паники, под предупреждающим взглядом владельца магазина, он сказал: - да... В прошлом, я видел, как Юй Хан крался и бродил по бухгалтерии, он, должно быть, скрывает какие-то злые намерения!”

Взгляд Юй Сяокао был острым как нож, ее голос был полон ярости, когда она допрашивала продавца: "старший брат, вам придется взять на себя ответственность за то, что вы говорите! Вы видели, как мой брат входил в бухгалтерию собственными глазами? Вы видели, как мой брат украл деньги из расчетной комнаты своими собственными глазами? А раз так, то почему вы так уверены, что мой брат затаил зло?”

Продавец был молод, он произнес эти беспочвенные обвинения только под давлением лавочника Чжана. Но он начал заикаться и настаивать, что он был прав после допроса Сяокао.

Лавочник Чжан сердито посмотрел на своего помощника, втайне ругая его за бесполезность. - Если у него не было никаких злых намерений, зачем ему тайно бродить по бухгалтерии? Ясно, что он делал это, потому что хотел украсть деньги!”

- Лавочник Чжан, я слышала, что ваш бизнес процветает. Недавно я слышала, что вы получили работу от одного влиятельного столичного чиновника, это правда? - Юй Сяокао резко сменила тему разговора.

Чжан Дунмин погладил бородку на подбородке и гордо сказал: - Изделия из дерева из нашей столярной мастерской Чжан Цзи славятся на всю столицу! Человек, который работает на Королевского принца Яна, сэр Фан, заказал ширму и кровать в нашей столярной мастерской. Хм! С моей стороны уже было очень мило не сообщать об этом мальчике Юй чиновникам за кражу вещей, так за что же считается избиение?

Юй Сяокао равнодушно посмотрела на то, как лавочник Чжан был опьянен своим успехом, и сказал: “Поскольку дела в столярной мастерской Чжан Цзи идут так хорошо, сумма денег, поступающих и выходящих из счетной комнаты, должна составлять от нескольких сотен до тысячи медных монет, верно? Вы сказали, что мой брат уже давно ворует, но вместо того, чтобы украсть еще больше денег из горы денег в бухгалтерии, он украл только сотню медных монет. Мой братец дурак, что ли?”

- Э-э... - Лавочник Чжан поперхнулся ее словами. - Твой старший брат очень робок, поэтому он боится, что его обнаружат, если он украдет слишком много. Малышка, перестань оправдываться и быстро забери своего брата. Я буду милосерден и больше не буду вникать в это дело.

- Лавочник Чжан, боги видят все. Мой старший брат не вор, боги знают это и накажут вас! Я, Юй Сяокао, клянусь богами, что все, что я сказала, - правда! Я осмеливаюсь использовать свою жизнь как гарантию того, что мой старший брат никогда бы ничего не украл! - Юй Сяокао просто обменялась несколькими словами с маленьким божественным камнем в своем сердце, прежде чем поклясться: “если эти медные монеты краденые, вся моя семья будет поражена молнией. Я не знаю, готов ли владелец магазина Чжан дать серьезную клятву, как я?”

Хотя лавочник Чжан чувствовал себя виноватым, он притворился невозмутимым. Он усмехнулся и сказал: - Это считается бойкой болтовней, кто же не знает, как это делается?

Он посмотрел вверх и указал на небо, которое было покрыто густыми темными тучами. Он сказал со странным голосом: "боги, я, Чжан Донмин клянусь…”

Грохот, грохот...

Чжан Дунмин еще не закончила говорить, когда в темных облаках загремел гром. В облаках слабо виднелись яркие лучи молний. Лавочник Чжан испугался этого и отступил на несколько шагов. Вначале его глаза были полны презрения, но теперь они были полны страха.

Это ведь не может сбыться, правда? Он прожил более 50 лет, и все разы когда он приносил клятвы, около сотни, а если не тысячи раз, все было хорошо. Хм! Это была всего лишь маленькая девочка, которая придавала большое значение клятве. Что может сделать словесная клятва? То, что случилось раньше, должно быть, было простым совпадением. Сегодня был облачный день, так что гром - это естественно!

В то время как сердце Чжан Дунмина билось со скоростью света, другие люди не заметили луча света, который вырвался из запястья Юй Сяокао и попал прямо в плотные и темные облака в небе.

Над облаками бог грома лениво вертел в руках Громовой Молот. У Бога Грома была синяя кожа и острый рот. Зевнув, он наконец рассеянно стукнул по молотку, который держал в руке. После того как он ударил молотом, гром сразу же начал раскатываться в небе, окутывая землю своим глухим звуком.

У богини молнии были серебряные волосы до земли и очаровательная фигура, как будто она только что сошла с картины. Она стояла лицом к зеркалу, которое держала в руке, и пыталась избавиться от прыща, таинственным образом появившегося на ее лице.

- Старая жена, перестань бесстыдно демонстрировать свою красоту! Мы должны сделать больше молний! Бог Грома не мог не напомнить ей об их работе. Однако богиня молний действительно взорвалась яростью, услышав его слова.

- Кого ты называешь "старой женой"? Я очаровательна и прекрасна, как цветок; красива до такой степени, что даже птицы и звери привлекаются моей внешностью… (Примечание автора: после тысячи слов спустя) все же ты назвал меня "старой" прямо мне в глаза! Я думаю, что ты устал от жизни! - Богиня молний подняла руку, державшую зеркало, и Луч молнии вырвался из ее руки, направляясь прямо к Богу Грома.

Бог Грома легко уклонился от молнии, когда он без особого энтузиазма извинился: "ладно, это я виноват. Это я виноват, что назвал тебя "старой женой", ты же "красивая жена", так нормально? Мы были понижены до этого крошечного пространства, где почти нет духовной энергии. Каждый день мы били молотком, били в барабан и смотрели в зеркало. Здесь нет никаких перспектив. Когда же мы сможем вернуться к девятым вратам, где сможем служить богине духов? Я готов отказаться от того, чтобы быть богом грома, чтобы служить швейцаром!”

Когда богиня молнии услышала, что сказал Бог Грома, она очень рассердилась. Она безжалостно ущипнула его и с ненавистью сказала: “Разве это все не из-за тебя? Ты оскорбил Серебряного Волка, которого богиня духов обожала больше всего! Иначе зачем бы нас сослали в это проклятое место?”

- Откуда мне знать, что прекрасный серебряный волк - любимый питомец богини духов? Серебряный волк слишком узколоб. Я всего лишь сжег несколько прядей его шерсти, но он дошел до того, что пожаловался богине духов. - Бог Грома почувствовал такое сожаление, что его внутренности позеленели.

В это время вспышка золотого света прошла мимо, и маленькая золотая кошка, которая была размером с детский кулак, появилась перед Богом и богиней грома и молнии.

- Какой же ты злодей? Быстро раскрой себя! - Бог Грома встал перед Богиней молнии и в тревоге направил Громовой Молот на маленькую золотую кошку.

-Хм! Маленький Гром, у тебя очень много мужества! Вы осмелились обратиться к этому божественному камню как к "злодею" - разве вы не хотите вернуться в духовное пространство? - Маленькая золотая кошка презрительно посмотрела на него.

________________________________________

[1] Скрытые драконы и крадущиеся тигры (藏龙卧虎) - талантливые люди в укрытии

Глава 109 - удар молнии

- Духовное пространство? - Бог Грома и богиня молнии посмотрели друг на друга и увидели потрясенное выражение на лицах друг друга. Там действительно был кто-то, кто знал о духовном пространстве в этом сломанном мире? Может быть, это патрульный посланник, посланный богиней духов?

- Ты... Могу я спросить, кто ты? - Богиня молний оттолкнула Бога Грома и попыталась выдавить улыбку из своего лица. Она боялась, что ее надежда может превратиться в ничто.

-Хм! Как божества духовного пространства, вы на самом деле не знаете этого божественного камня. Неудивительно, что вы были наказаны и сосланы в это убогое, маленькое пространство! Как это печально! Какая жалость! - Маленький золотистый кот тихо покачал головой и вздохнул.

С огненным характером Бога Грома, как он мог вынести насмешки этого мини-кота? Он уже готов был вспыхнуть, когда Богиня Грома быстро остановила своего мужа и посмотрела на него. Она улыбнулась: “это мы были невежественны и не узнали тебя. Тебя послала богиня духов, чтобы проверить нас?”

- Богиня духов? Хм! Хм! У нее нет силы приказывать этому божественному камню! - Маленький золотой котенок поднял голову и фыркнул: "этот божественный камень служит богине Нуве и является единственным, кто пользуется ее благосклонностью.

Великий Пангу [1] расколол небо и землю и создал мир, богиня Нува сотворила людей из грязи, а богиня духов была вождем всех духов—эти три бога творения были известны всем в пределах первобытного царства. Богиня духов была самой известной из трех богов творения, потому что она не только создала всех духов и живых существ, кроме людей, она также обладала удивительной способностью—она была способна открывать новые пространства.

Когда духовная энергия в первобытном царстве становилась редкой, а мир культивирования день ото дня становился все более безмолвным, богиня духов создала "духовное пространство" и установила новый порядок для мира культивирования и бессмертного мира.

Богиня Духа была щедра, но она имела обыкновение защищать тех, кто был рядом с ней. Если бы вспыльчивый Бог Грома не оскорбил богиню духов, бог грома и богиня молнии все еще жили бы неторопливо в духовном пространстве, как рыба в воде.

Это изношенное пространство было создано богиней духов, когда она была еще молода и училась, поэтому оно было не очень хорошо сделано. В результате духовная энергия здесь составляла лишь один процент от того, что содержалось в духовном пространстве, что не было благоприятно для культиваторов. Большинство божеств здесь были бессмертными из других пространств, которые были посланы сюда, чтобы культивировать и набираться опыта. Конечно, были и такие, как Бог Грома и богиня молнии, которые были посланы из высших сфер, чтобы поразмышлять над своими ошибками.

Бог грома и богиня молнии жили здесь уже около семисот или восьмисот лет. Это было так давно, что они думали, что их бросили навсегда. Они думали, что им придется просто продолжать бесцельно жить, ежедневно ударяя Громовым молотом. Однако сегодня они наконец-то обрели новую надежду.

Глаза Бога Грома загорелись, когда он услышал слова маленького божественного камня. Он придвинулся ближе со своим заостренным лицом и льстиво произнес: “могу я спросить, для чего здесь находится Божественный камень?”

[Как вы знаете, как у мистического камня, это занимает гораздо больше времени и труднее культивировать по сравнению с людьми и духовными существами. Прошли сотни миллионов лет с тех пор, как этот божественный камень был обретен просветлением под руководством богини Нувы. В течение долгого времени этот божественный камень культивировался гладко и без препятствий. Но я столкнулся с препятствием, когда был близок к превращению!] Когда маленький божественный камень вспомнил свои дни рядом с богиней Нувой, в его золотистых глазах появилась ностальгия.

Именно потому, что он был раздражен тем, что застрял на стадии трансформации, он пошел, чтобы спровоцировать власть богини духов. В результате он был изгнан в царство смертных злопамятным Линг-Эром! Маленький божественный камень оказался в еще худшем положении, чем Бог Грома и богиня молнии. Он был отправлен в еще более бесплодное и убогое пространство, где почти не было духовной энергии, о которой можно было бы говорить.

После долгих трудов он наконец нашел место с оттенком духовной энергии—он восстанавливал силы в ручье перед Дворцом Потала в Тибете в течение нескольких сотен лет, прежде чем был подобран Линь Сяовань, которая отправилась туда на каникулы. Он использовал всю свою духовную силу, чтобы перенести душу Линь Сяовань, которая умерла после падения с лестницы, в это царство и нашел для нее подходящее тело. Однако он случайно признал ее своим хозяином, заставив подняться на борт пиратского корабля.

Поскольку ситуация уже сложилась подобным образом, он решил плыть по течению и принимать вещи такими, какие они есть. Хотя Юй Сяокао была слаба, она была добра по своей природе. Помогать ей было то же самое, что помогать самому себе. Чтобы успешно вернуться в высшую сферу как можно скорее, маленький божественный камень отбросил свою гордость и достоинство и помог своему слабому хозяину расти.

Опустив голову, маленький золотой котенок вздохнул и продолжил: "чтобы преодолеть препятствие, богиня Нува позволила своей сестре—богине духов—послать меня в это пространство, чтобы культивировать опыт. Я нечаянно заключил договор крови с человеком, и теперь мне нужно помогать ей целый век. Как только она умрет, этот божественный камень может вернуться.]

Оказалось, что он спустился из духовного пространства, чтобы набраться опыта! Бог грома и богиня молнии переглянулись. Когда они были в духовном пространстве, они слышали, что небесный камень, оставшийся после того, как богиня Нува залатала небеса, рядом с богиней Нувой обрел мудрость. Однако они никогда не ожидали, что камень может также превратиться в Бессмертного!

Поскольку божественный камень мог вернуться в духовное пространство через столетие, они должны были быть в хороших отношениях с этим Господом Божественным камнем. Они надеялись, что когда он вернется, он сможет замолвить за них словечко перед Богиней духов, даже если это будет всего лишь одно или два предложения. Основываясь на доброжелательной и щедрой личности богини духов, она определенно будет помнить их и прощать их преступления.

- Могу я спросить, почему Лорд Божественный камень ищет нас, этих маленьких божеств? - Осторожно спросила богиня молний с улыбкой.

Видя, что эти двое были вполне послушны, маленький божественный камень покачал своим тонким хвостом и "мяукнул", [хозяйка этого божественного камня находится в трудной ситуации со злобным бизнесменом. Я надеюсь, что вы оба сможете действовать согласно моим приказам позже.]

- Но... Если бы он не был чрезвычайно злым человеком, и этот маленький бог наказал его Громовым наказанием без разрешения, было бы трудно оправдать это перед нефритовым императором этого царства”. Хотя Бог Грома имел ужасный характер, он считался хорошим Богом, у которого были принципы.

Маленький золотистый котенок презрительно посмотрел на него: "ты что, идиот?! Кто велел тебе убивать его? Вам просто нужно создать немного грома и молнии, чтобы напугать этого злого человека. Вы можете это сделать?]

- Понятно! Этот маленький бог знает, что делать! - Богиня молнии потянула за собой Бога Грома, который собирался что-то сказать, и тайком посмотрела на него, опасаясь, что он обидит божественный камень. Если это случится, им, возможно, придется остаться здесь навсегда и они не смогут никогда из этой ситуации.

Маленький божественный камень был очень доволен тем, насколько тактична была богиня молнии. Он высоко поднял голову и выпятил грудь, шагая по облакам, и кивнул: "очень хорошо! После того, как вы, ребята, выполните эту задачу, считайте, что я ваш должник. Когда я вернусь в духовное пространство, я обязательно буду молиться за вас двоих перед Богиней духов. Вам просто придется ждать, пока указ будет помилован.]

- Благодарю тебя, Лорд Божественный камень! Благодарю тебя, Лорд Божественный камень. - Бог грома и богиня молнии горячо поблагодарили маленький божественный камень, услышав его слова. Прямо сейчас, если бы кто-то еще увидел эту сцену, они бы наверняка раскололись от смеха. Было довольно странно видеть двух достойных бессмертных, кланяющихся маленькому золотистому котенку, который был всего лишь размером с детский кулак.

Под покровительством Бога Грома и богини молнии мини-золотой кот превратился в золотой свет и вернулся к разноцветному камню на запястье Юй Сяокао. Если бы он не боялся, что привлечет слишком много внимания, то предпочел бы появиться на плече Сяокао в своей кошачьей форме.

В это время лавочник Чжан Дунмин, который не верил в ересь, указал на небо и поклялся странным тоном: “Я, Чжан Дунмин, клянусь небесами, что если я неправильно обвинил молодого парня по фамилии Юй, то пусть небеса поразят меня…”

Прежде чем он закончил говорить, Бог Грома и богиня молнии получили приказ маленького божественного камня, и раздался громкий звук грома. Звук грома прозвучал так, как будто произошел оползень и земля раскололась. Казалось, земля вибрирует. Лавочник Чжан был так напуган, что у него подкосились ноги, и он упал на землю.

Однако богиня молний еще не закончила свою работу. Она направила зеркало, которое держала в руках, на вывеску с надписью "столярная мастерская Чжан Цзи". Ослепительный луч света пронесся мимо, и молния ударила в вывеску, превратив ее в груду пепла, которая случайно упала на голову лавочника Чжана.

Лавочник Чжан вспомнил о только что произнесенной им клятве и подумал, что не сможет избежать этого бедствия. Его глаза застыли от страха, а по бедрам потекла влага.

После нескольких секунд молчания окружающие люди начали переговариваться между собой.

- Боже мой! Лавочника Чжана ударила молния! Его клятва была исполнена!

- Небеса открыли глаза! Они должны просто убить этого черносотенного человека! Внук семьи старого Юй из соседней деревни, которого послали в подмастерья, был избит до перелома ног. Теперь мальчик уже никогда не сможет ходить.

- Он искалечен, но, по крайней мере, жив. За последние десять лет или около того из этого деревообрабатывающего цеха исчезли два ученика. Владелец магазина Чжан сказал другим, что они украли некоторые предметы и убежали. Но я думаю, что эти двое детей, скорее всего, столкнулись с катастрофой.

- Какой грех! Небеса уже должны были забрать его!

- Какой великий удар! Было бы еще лучше, если бы он попал точнее и поразил этого мерзкого и гнилого человека до смерти!

- Слава богу, я одолжил двадцать таэлей и вернул своего сына. Иначе он кончил бы так же, как ребенок из семьи Юй.

- Ай! Я не знаю, можно ли спасти ребенка из семьи Юй.

...

Юй Сяокао холодно посмотрела на лавочника Чжана, который лежал парализованный на земле и обмочился от страха. “Лавочник Чжан, я уже говорила вам, что "боги всегда будут следить за нашими действиями". Дело не в том, что вас не накажут, а скорее в том, что еще не пришло время! Итак, вы все еще настаиваете на том, что мой брат украл деньги из вашего магазина?”

Лавочник Чжан уже проснулся после короткого обморока. Однако у него не было лица, чтобы противостоять влаге между ног и критике соседей. Услышав слова Сяокао, его сердце наполнилось уважением и страхом перед богами, поэтому он решил притворяться мертвым до самого конца.

Юй Сяокао заметила легкое движение век владельца магазина Чжана и поняла, что тот притворяется, что он без сознания. Он избивал разумного и умного Юй Хана до тех пор, пока его кости не были сломаны, поэтому она, очевидно, не могла просто так отпустить его. Она должна была преподать ему глубокий и незабываемый урок!

Юй Сяокао связалась с божественным камнем в своем сознании, и тогда маленький божественный камень послал свою вторую команду. Над облаками бог грома снова поднял свой Громовой Молот, а зеркало в руках богини молнии несколько раз замерцало.

Перед столярной мастерской Чжан Цзи известняковые плиты рядом с тем местом, где лавочник Чжан лежал ничком на земле, были последовательно поражены молниями. Осколки известняка полетели на лицо и тело лавочника Чжана.

Уши Чжан Дунмина вот - вот оглохнут от раскатов грома. Ему казалось, что белоснежная молния вот-вот обрушится на него. Как он посмеет продолжать лежать на земле и притворяться мертвым?

Не обращая внимания на то, как другие посмотрят на него, он проворно встал и попытался запрыгнуть в магазин, чтобы спрятаться. Но, как будто у них были глаза, молнии преследовали его всю дорогу и неоднократно поражали места в пределах одного метра от него, отрезая путь в его магазин.

Зрители испугались, что их могут зацепить молнии, и все попятились. Только члены семьи Юй твердо стояли посреди вспышек молний и ревущего грома. Из-за свирепых ветров, дующих позади них, они казались несколько торжественными и трагичными.

Юй Сяокао строго посмотрела на него: “лавочник Чжан, разве вы не признаете себя виновным? Или вы готовы искренне раскаяться только после того, как небесный гром ударит вас по голове и превратит в груду рассеивающегося пепла?”

________________________________________

[1] Пан Гу (盘古) - создатель вселенной в китайской мифологии

Глава 110 - извинение

- Я признаю себя виновным, я признаю себя виновным! Это все моя вина, я должен умереть! Я ударил Юй Хана, когда был пьян, и я боялся последствий, поэтому я подстроил все так, как будто он украл у меня деньги! Боже, пожалуйста, прости меня, ах, пожалуйста, прости меня! - Чжан Дунмин был напуган до смерти. Он обхватил голову руками и опустился на колени, моля о прощении, как разбитая пластинка.

Чжан Дунмин действительно обладал хорошей деловой хваткой. В противном случае богатые и знатные люди из столицы не стали бы утруждать себя приездом в такое отсталое место, как город Тангу, чтобы заказать мебель. Однако этот человек был не только скуп, но и имел роковой недостаток характера: он любил алкоголь. Кроме того, его способность справляться с алкоголем была очень плохой. Каждый раз, когда ему попадалось вино, он пил его до тех пор, пока не напьется, а когда он напивался, то впадал в склонность к насилию.

По отношению к окружающим его людям, особенно к ученикам, которые происходили из бедных и обедневших семей, он либо избивал их кулаками, либо находил какой-то другой способ мучить их, чтобы удовлетворить свою неистовую жажду. Таким образом, большинство учеников в его магазине не задерживались надолго, поскольку все они пытались найти любой способ уйти. Что же касается тех, у кого не было выбора, то они могли только быть такими, как Юй Хан, молча терпеть, пока не умрут из-за него.

Из всех учеников Юй Хан считался одним из тех, кто продержался дольше всех. Он был от природы прилежен и осторожен, когда работал, поэтому главный учитель магазина лучше заботился о нем. Таким образом, у владельца магазина Чжана было меньше возможностей сделать его своей боксерской грушей.

К несчастью, владелец магазина Чжан был похож на бешеную собаку, когда он был пьян, и не делал различий между невинными и виновными людьми, прежде чем ударить их. На самом деле, в своем пьяном оцепенении он не испытывал никаких угрызений совести, причиняя неприятности главному мастеру. Каждый раз, когда он напивался, подмастерьям в магазине не везло, и Юй Хан часто не мог избежать участи быть избитым лавочником Чжаном.

На этот раз главный мастер ушел за дровами и взял в помощь одного из высоких и сильных подмастерьев. Он оставил Юй Хана на заднем дворе практиковаться в резьбе дерева-главный мастер заметил, что Юй Хан был трудолюбив и умен, поэтому из доброты своего сердца к этому ученику он хотел передать ему некоторые методы деревообработки.

Юй Хан усердно практиковался в своих навыках и не ожидал, что беда внезапно обрушится на него. Владелец магазина Чжан был приглашен выпить спиртного с некоторыми людьми, и, когда он шатаясь вернулся в магазин, он направился прямо к заднему двору, чтобы удовлетворить свое пьяное желание избить кого-нибудь. Юй Хан превратился в его жертву. Он не только избил ребенка кулаками с головы до пят, но и пьяный мужчина собрал все запасные доски, какие были вокруг, и швырнул их в крошечное и слабое тельце Юй Хана. Мальчик попытался защититься, но в конце концов сплюнул кровь и перестал двигаться...

Это был не первый случай, когда он случайно избивал учеников до смерти. На самом деле лавочника Чжана никогда не волновала жизнь его учеников, которые происходили из бесправных, обездоленных семей. Убив их, он небрежно бросал их трупы в общую могилу и позволял диким собакам утаскивать их тела. Как только он избавится от улик, указывающих на него, он выдвинет ложное встречное обвинение. Лавочник Чжан приводил с собой своего напарника, чтобы навестить семью погибшего ученика, а затем обвинял его в том, что он что-то украл из магазина и сбежал. Тогда робким членам семьи приходилось даже кланяться ему и просить прощения.

Лавочник Чжан смутно представлял себе семейное положение Юй Хана. Он был сыном обычной бедной рыбацкой семьи, которая из поколения в поколение занималась рыбной ловлей. У Юй Хана не было ни хорошего прошлого, ни статуса, так что даже если он случайно убьет мальчика, что может случиться? Однако кто бы мог подумать, что у юноши Юй есть младший брат, который учится в Академии Жунсюань, и что он будет на каникулах и захочет навестить своего брата? Таким образом, его преступление было раскрыто преждевременно.

На самом деле, разоблачение тоже не имело большого значения. Все, что ему нужно было сделать, это придумать что-то, что сделало бы Юй Хана виноватым, и отослать его бедную, грязную семью прочь. В конце концов, разве обедневшие рыбаки, стоявшие в самом низу социальной лестницы, не были все трусливы и робки? Почему эта глупая девчонка умудрилась водить его за нос и заставить поклясться небесам? Обычно небесная клятва ничего не значила, но почему именно сегодня небеса послали молнию, чтобы наказать его?

Чтобы решить эту проблему сейчас, ему оставалось только преклонить колени и молить небеса о милосердии и прощении! Чжан Дунмин несколько раз ударился лбом о землю, и звук его удара головой о землю отдавался эхом. Когда он поднял голову, люди могли видеть багровую отметину, появляющуюся на его лице: "я был неправ, я признаю свою вину! Я готов оплатить все медицинские расходы Юй Хана! Если, с другой стороны, все станет еще хуже, тогда я возьму на себя все его похоронные расходы!”

- Тьфу! Человек по имени Чжан, перестань проклинать моего старшего брата!! Действительно ли быть хорошо обеспеченным-это так здорово? Вы должны знать, что все, что люди делают здесь, на Земле, видят небеса!! Если вы слишком много грешите, не удивляйтесь, когда небеса решат наказать вас!! - Когда ударила молния, Юй Сяокао была защищена от нее своим отцом. Теперь же, без малейшего страха на лице, она сделала шаг вперед, а позади нее сверкнула молния. Она выглядела так, словно была ребенком, посланным небесами.

Юй Юньси уже давно стоял посреди толпы. Он безмятежно наблюдал за хрупкой бесстрашной девочкой, сидевшей посередине и имевшей холодное выражение лица. Слабое чувство уважения к ней поднялось в его сердце вместе с другим неописуемым чувством.

Хотя лавочник Чжан в глубине души хотел опровергнуть слова маленькой девочки, стоявшей перед ним, он продолжал кланяться небесам и признавать свою неправоту. Пока он извинялся и раскаивался, густые молнии в небе медленно рассеивались, а густые темные тучи постепенно исчезали.

После того, как жители города Тангу стали свидетелями этого явления, вскоре у них появилась поговорка, основанная на этом событии: "если вы делаете плохие вещи, вы будете наказаны молнией".

Юй Хан, которому врач из Медицинского центра Тунжэнь поставил диагноз "безнадежный случай", медленно открыл глаза после того, как черные тучи рассеялись. Очень слабым голосом он позвал Лю Муюнь, которая без конца рыдала.

Люди, окружавшие их, говорили один за другим: “у небес есть глаза! Боги не только наказали злого человека, но и спасли жизнь Юй Хана…”

- Ты не спишь, Сяоша? Где-нибудь чувствуешь дискомфорт? - Тихо спросил Юй Хай своего слабого сына, поддерживая жену, которая плакала от радости.

Юй Хан едва сумел выдавить умиротворяющую улыбку на своем сверхъестественно худом лице и с большим трудом ответил: “отец, мать! Я в порядке, простите, что заставил вас двоих волноваться…”

- Это все моя вина, это все моя вина! Если бы я заставила тебя вернуться раньше, то ты не столкнулся бы с такой плохой судьбой... - госпожа Лю плакала так сильно, что ее глаза распухли так, что она почти не могла их открыть. После сумасшедших событий дня на американских горках она чувствовала себя физически и эмоционально истощенной.

Юй Сяокао заметила, что ее старший брат изо всех сил пытается сесть и поспешно остановила его: “старший брат, ты сломал три ребра! Доктор Сан только что сделал все возможное, чтобы перевязать тебя, но тебе нельзя двигаться! Мама, хорошо, что старший брат проснулся, так что перестань плакать. Ты сама плохо себя чувствуешь, поэтому, если ты продолжишь плакать, это заставит старшего брата очень беспокоиться за тебя.”

- Старший брат, поехали домой! Отец и Шито будут защищать тебя, так что никто не сможет запугать или обидеть тебя! - Глаза маленького Шито стали красными, как у кролика. Он слегка всхлипнул, пытаясь успокоить Юй Хана. Юй Хан изо всех сил старался улыбнуться ему в ответ.

Однако Юй Сяокао повернулась лицом к лавочнику Чжану, который поднимался с земли: “лавочник Чжан, мы собираемся забрать моего старшего брата домой. У вас есть какие-нибудь проблемы с этим?”

- Ах, обычно, если ученик покидает магазин до окончания обучения, ему нужно заплатить штраф... - лавочник Чжан тайком бросил взгляд на темные облака у горизонта и с большим усилием встал. Он с трудом удержался на слабых ногах и похлопал себя по груди.

Когда третий молодой Мастер Чжоу услышал эту новость, он поспешно примчался сюда из доков. Добравшись туда, он соскочил с коня и прорвался сквозь толпу. Он пришел как раз вовремя, чтобы услышать бесстыдный комментарий лавочника Чжана, поэтому холодно фыркнул и сказал: - Мы даже не погасили твой долг за причинение вреда кому-то, так как же у тебя хватает наглости просить штраф?! Как насчет того, чтобы пойти в офис окружного судьи и там все уладить?

Все в городе знали, что дела в ресторане "Чжэньсю" шли полным ходом. В конце концов, пришлось ждать три месяца, чтобы забронировать отдельное место. Кроме того, учитывая, что за спиной молодого господина стояла императорская купеческая семья Чжоу, как мог лавочник Чжан не знать статуса этого юноши, стоявшего перед ним?

- Третий молодой господин Чжоу, какие у вас отношения с Юй Ханом? - С точки зрения Чжан Дунмина, один был сыном преуспевающей, богатой семьи, а другой-сыном бедного рыбака. Между ними было не так уж много общего. Однако, судя по тону голоса третьего молодого мастера Чжоу, почему это звучало так, как будто он был на стороне семьи Юй?

Чжоу Цзысю небрежно стряхнул пыль со своей одежды и поинтересовался нынешним состоянием Юй Хана. Кроме того, он узнал всю историю случившегося, включая все подробности. Только тогда он искоса взглянул на лавочника Чжана, которого все это время холодно игнорировал. - Эта маленькая девочка, Мисс Юй, - торжественно заявил он, - я считаю ее своей младшей сестрой! Если кто-то хочет запугать мою младшую сестру, это означает то, что они не хотят иметь хороших отношений со мной, третьим молодым мастером Чжоу!

Юй Сяокао мысленно закатила глаза: “Чжоу, когда я стала твоей младшей сестрой? В лучшем случае мы всего лишь пара деловых партнеров, ясно?”

Чжоу Цзысю, казалось, почувствовал ее внутренние мысли и обернулся, чтобы ободряюще посмотреть на нее, прежде чем снова повернуться и слабо улыбнуться лавочнику Чжану. На долю секунды ему показалось, что маленькая и хрупкая на вид фигурка молодого человека внезапно стала высокой и величественной.

Чтобы лавочник Чжан мог вести дела так же легко, как рыба, плавающая в воде, он, естественно, хорошо понимал, кого он может обидеть, а с кем должен обращаться осторожно. Хотя третий молодой Мастер Чжоу был молод по возрасту, патриарх семьи Чжоу высоко ценил его. Было очевидно, что будущее этого молодого человека будет светлым.

Кроме того, у третьего молодого господина Чжоу были тесные отношения с сыном уездного магистрата, и он был неправ в этой ситуации.

Чжан Дунмин немедленно продемонстрировал свое актерское мастерство, меняя выражения лица в соответствии с ситуацией. Широкая улыбка пересекла его лицо, когда он сказал приторно, “я действительно не мог отличить мусор от сокровищ. Поскольку третий молодой Мастер Чжоу помогает нам урегулировать наши разногласия, этот тупца вернет контракт об ученичестве обратно семье Юй в знак уважения к репутации третьего молодого мастера Чжоу…”

Увидев степень ранений Юй Хана, третий молодой Мастер Чжоу был разгневан и огорчен тем, как жестоко лавочник Чжан обращался с мальчиком. Он резко оборвал лесть лавочника Чжана и холодно ответил: “лавочник Чжан, нет никакой необходимости делать это из-за беспокойства о моей репутации. Мы можем выяснить, кто действительно виноват в офисе магистрата! Симо, пожалуйста, сходи в канцелярию уездного судьи, доложи им о случившемся, скажи, что владелец плотницкой мастерской Чжан Цзи серьезно ранил кого-то в пьяном виде…”

- Подождите минутку, подождите минутку! - Несмотря на прохладный весенний день, лавочник Чжан внезапно почувствовал, как по его покрытому синяками лбу стекает холодный пот. Он тут же низко поклонился и несколько раз взмолился: “молодой господин Чжоу, скажите мне, что нужно сделать, и этот смиренный немедленно подчинится!”

Третий молодой Мастер Чжоу оглянулся на молчаливую Сяокао и тихо спросил: “Сяокао, как ты хочешь расправиться с этим лавочником Чжаном…”

- Лавочник Чжан жестоко избил моего старшего брата и нанес ему такие серьезные увечья, что он чуть не умер. Кроме того, он также нанес ему серьезный психологический ущерб. Мы откажемся от психологических сборов. Что касается платы за лекарства, уход за больными, инвалидность и питание, он должен заплатить за все это, чтобы раскаяться в своей ошибке. Кроме того, владелец магазина Чжан ложно обвинил моего старшего брата в краже у него и повредил его репутацию. Он должен искренне извиниться перед моим братом перед всеми присутствующими!

Чжоу Цзысю наблюдал, как крошечная фигурка перед ним, сцепив руки за спиной, притворялась, что у нее манеры взрослого человека. Все, что она говорила, имело смысл, и это только заставило его почувствовать, что она была очаровательной маленькой девочкой. Он не мог удержаться, чтобы не посмотреть на нее более мягким взглядом, и на его лице появилась теплая и нежная улыбка.

- Вы все это слышали? Плата за лекарства, расходы по уходу... Учитывая наш статус сограждан, я заключу с вами сделку. Заплатите сотню таэлей в качестве любезности, ладно? Это не будет считаться слишком большим, верно? - Третий молодой господин Чжоу был так же мягок, как весенний день по отношению к своим друзьям, но по отношению к своим врагам он был так же суров и безжалостен, как холодный зимний день.

Первоначально он хотел вымогать у этого человека от трехсот до пятисот таэлей, но боялся, что Сяокао и ее семью оклеветают как шантажистов. Поэтому он изменил свою просьбу на более разумные сто таэлей в качестве компенсации за травмы Юй Хана.

Владелец магазина Чжан, очевидно, ничего не мог сказать в этот момент. Его сердце обливалось кровью при мысли об этих условиях, но он все еще продолжал улыбаться и яростно кивал: “не слишком, не слишком! Условия молодого господина Чжоу очень справедливы, очень, очень справедливы!”

Третий молодой Мастер Чжоу взял из рук лавочника Чжана банкноту достоинством в сто таэлей и повернулся к Юй Хану, который лежал в повозке с ослом. Он намекнул: "компенсация была выплачена в полном объеме, поэтому быстро извинись сейчас! Нам все еще нужно вернуться в медицинский зал, чтобы еще раз проверить его состояние!”

Лавочник Чжан действительно не хотел извиняться перед своим бедным и скромным учеником. Однако если он этого не сделает, то, скорее всего, его доставят в окружной суд-в таком случае он действительно потеряет свою репутацию. Поразмыслив над фактами, он решил выглядеть искренне, образно выражаясь, ущипнул себя за нос, извиняясь перед Юй Ханом.

Глава 111 - возвращение домой

Семья отправилась в столярную мастерскую, чтобы забрать всю одежду Юй Хана и другие предметы, особенно сто семьдесят медных монет-все эти деньги были символом любви семьи и заботы о Юй Хане, поэтому они абсолютно не могли позволить владельцу магазина Чжану наложить на них руки!

Хотя теперь уже проснувшийся Юй Хан решительно отказался идти, семья все равно потащила его в медицинский центр Тунжэнь, чтобы доктор Сун проверил его состояние. По дороге к врачу Юй Сяокао также заставила маленький божественный камень использовать свою духовную силу, чтобы исцелить ее старшего брата, который лежал на повозке осла.

Когда доктор Сун снова прощупал пульс Юй Хана, он был поражен способностью мальчика к выздоровлению. Неужели все члены семьи Юй имели тела, которые отличались от остального человечества? Он поставил диагноз трем членам клуба, и все они изначально были приговорены к смертной казни. Тем не менее, все трое сумели выжить, несмотря ни на что. Например, у Юй Сяокао с рождения были слабый иммунитет и телосложение, и она была прикована к постели, но теперь прыгала и бегала как совершенно другой человек. Юй Хай, с другой стороны, был полностью изуродован злобным медведем, но ему удалось полностью восстановиться, за исключением небольшой хромоты. Затем был Юй Хан, которому повредили внутренние органы. Если бы это был другой человек, он выплюнул бы кровь и умер бы в течение нескольких часов. Однако ему потребовалось всего полдня, чтобы выйти из комы, и он даже мог нормально говорить!

Все эти чудесные ситуации были замечены только в семье Юй. Было ли это совпадением или у семьи Юй был тайный, священный метод исцеления их тел?

К счастью, доктор Сун был порядочным человеком и подавил свою нерешительность и любопытство. Он не стал углубляться в изучение семьи Юй и вместо этого похоронил эти мысли глубоко в своем сердце. Семья Юй уже испытала слишком много страданий, так что им действительно не нужно было, чтобы возникла еще одна проблема.

С разрешения доктора Суна и настойчивости Юй Хана семья отвергла благонамеренное предложение третьего молодого господина Чжоу позволить Юй Хану выздороветь в одной из его других резиденций и вместо этого привезла его домой на повозке с ослом.

Они обложили ослиную повозку толстым слоем подстилки, и Юй Хай, правивший повозкой, попытался заставить ее двигаться медленнее и плавнее. Однако горные дороги здесь все еще были немного ухабистыми, поэтому Юй Хану пришлось немного пострадать во время путешествия. К счастью, Сяокао была там, чтобы напоить Юй Хана какой-то очень концентрированной водой из мистического камня, а также она имела маленький божественный камень, защищающий его раны. Таким образом, Юй Хан сумел пережить путешествие домой.

Маленький Шито попросил отгул, потому что все еще беспокоился о своем старшем брате. Он ворчал, видя, как страдает его брат: “единственное, что нехорошо в нашей ослиной повозке, это то, что колеса сделаны из дерева и не имеют амортизации. Если бы нам удалось раздобыть резиновые колеса, было бы гораздо лучше.”

- Резиновые колеса? Ты говоришь о колесах с черной резиной снаружи, в которые можно вдувать воздух? - Юй Сяокао никогда бы не подумала, что в этом мире уже есть резиновые шины для тележек.

Маленький Шито яростно кивнул и продолжил: "в городе конная карета, которую используют патриарх и матриарх семьи Чжоу, имеет резиновые колеса. Когда ее тянут, карета вообще не подпрыгивает. Я слышал, что резиновые колеса были чем-то, что наш нынешний Император, Император Цзяньвэнь, открыл, когда был молод.

Когда император Цзяньвэнь был еще императорским внуком, он построил верфь, организовал флот кораблей и плавал по дальним морям в южные регионы. Он обнаружил там каучуковые деревья и использовал их для изготовления резиновых колес. После экспериментов в течение более чем полугода он наконец смог сделать резиновое колесо, которое обладало достаточной гибкостью, чтобы быть амортизатором. Говорили, что он создал эти резиновые колеса, чтобы ему было легче выходить и путешествовать. Резина, возможно, имела и другие применения, но в настоящее время никто не использовал ее ни для чего другого важного.

Услышав эту информацию, Юй Сяокао подняла бровь. Этот товарищ-трансмигратор, вероятно, был инженером в своей прошлой жизни, поскольку он не только строил корабли, но и изобрел резиновые колеса. Если бы император Цзяньвэнь не переселился в императорскую семью, то он, вероятно, стал бы человеком, подготовленным к тому, чтобы стать канцлером министерства труда.

К тому времени, как они вернулись в деревню Дуншань, небо полностью потемнело, так как им пришлось сделать несколько перерывов на дороге. Вдалеке они увидели стройную и сутулую фигуру у входа в деревню, которая беспокойно расхаживала взад и вперед. Только подойдя ближе, они наконец смогли узнать в этом человеке дедушку Сяокао, старого Юй.

- Как состояние Сяоши и его травмы? Почему вы, ребята, до сих пор не вернулись? - Старый Юй не скрывал своего беспокойства о внуке. Когда он услышал эту новость, его первой реакцией было попросить денег у жены. Как отец Юй Хая, он знал, при каких обстоятельствах живет семья его сына. Раны его внука не были легкими, так что им, вероятно, нужно много денег, чтобы вылечить его.

Но мадам Чжан была Пикси [1]. Деньги, которые попадали в ее кошелек, принадлежали только ей. Даже если бы сам небесный император пришел сюда, он не смог бы вырвать у нее из лап и половины медной монеты. У старика Юй, естественно, не было денег, поэтому он сидел дома, слишком стыдясь идти в город, и мучительно ждал.

Когда он увидел крайнюю бледность Юй Хана и закрыл глаза, старый Юй немного пошатнулся, подумав, что его старший внук столкнулся с катастрофой.

Хотя Дашань сменил свою фамилию на Юй после того, как Мадам Чжан вышла замуж снова, у Хейзи все еще не было крови семьи Юй. На самом деле, Юй Хан был истинным старшим внуком семьи Юй. После рождения Юй Хана, несмотря на то, что госпожа Чжан наблюдала за ними как ястреб, старый Юй всегда мог придумать способ дать немного дополнительной еды для своего старшего внука.

Кроме выхода в море или починки рыболовных сетей, старик Юй в основном играл со своим старшим внуком. Что же касается остальных его внуков, то он не придавал им такого значения, как Юй Хану. Когда он увидел своего внука с плотно закрытыми глазами и без движения, слезы сразу же появились на глазах старого Юй.

- Отец, Сяоша теперь в порядке. Не расстраивайся, ладно? - Юй Хай осторожно подоткнул одеяло вокруг сына, успокаивая отца.

У Юй Сяокао не было большой недоброжелательности к этому ее дедушке, поэтому она поддержала его за руку и тихо сказала: “Дедушка, на этот раз мой старший брат действительно столкнулся с катастрофическим событием. Нет ни одной части его тела, которая не пострадала бы. У него были сломаны три ребра и серьезно повреждены внутренние органы. Даже доктор Сун в Медицинском центре Тонгрен не смог сделать для него ничего особенного. К счастью, моему старшему брату повезло и он смог сохранить свою жизнь с большим трудом. Дедушка, в то время мы не были в ужасных обстоятельствах, так как же мы могли отправить моего брата в эту столярную мастерскую, чтобы он стал учеником, даже не спросив о ситуации там?”

Когда старый Юй услышал это, он постоянно винил себя: “я такой бесполезный дедушка. В то время я думал, что обучение Сяоши ремеслу не было плохим делом, и был убежден уговорами мадам Чжан и Мадам Ли, поэтому я согласился. Кто же знал, что столярная мастерская Чжан Цзи-это логово, полное тигров и волков! Мой бедный старший внук...”

Юй Хай знал, что его дочь намеренно очерняет репутацию старой ведьмы, госпожи Чжан. Однако, когда он увидел, каким раскаявшимся и виноватым выглядел его отец, его сердце сразу смягчилось: “сплетни быстро разлетаются по деревне, пойдем домой и поговорим!”

Рука старого Юй дрожала, когда он выудил связку медных монет и сунул их сыну. - Я не пойду с вами, ребята, мне нужно обратно в старую резиденцию, чтобы эта старуха снова не пришла сюда и не устроила беспорядков. Отец бесполезен, и у него почти ничего нет. Возьми эти деньги и купи на них несколько куриных яиц, чтобы накормить Сяошу.

Юй Хай был поражен, когда узнал, что его отец также накопил секретный кошелек. Однако он знал, что деньги отца достаются ему нелегко, так как же он мог их взять? Отец и сын некоторое время толкали деньги туда-сюда, но в конце концов Юй Хай не выдержал настойчивости старика и в конце концов взял деньги, которые были символом добрых намерений дедушки.

Печаль расцвела в сердце Юй Хая, когда он увидел, как уходит его отец, который с каждым днем становился старше. Юй Сяокао испугалась, что ее отец снова станет мягкосердечным, поспешно потянула его за руку и сказала: “Отец, когда наше положение дома улучшится, мы должны привести дедушку и хорошо обращаться с ним, чтобы показать наше сыновнее благочестие! Давайте вспомним добрые намерения дедушки с сегодняшнего дня! А теперь пойдем домой, тело старшего брата слабое и не должно подвергаться воздействию холодного воздуха.”

Когда старая резиденция была отремонтирована, они отремонтировали только основные части центрального здания и две боковые комнаты рядом с ним. Обычно Юй Хай и его жена жили в центральном здании, а дети-в боковых комнатах. Чтобы облегчить заботу о своем тяжело раненном сыне, Юй Хай поднял его на свою собственную кровать Кан.

Когда Юй Хана положили на кровать Кан, он открыл свои слегка разбитые глаза и в слабом свете увидел, что находится в комнате, которая была намного просторнее и светлее, чем их старая Западная комната в новой резиденции. Он показал улыбку, идущую от самого сердца, и она осветила его изможденное и бледное лицо-наконец-то он дома! В будущем ему никогда больше не придется жить в страхе и на грани, боясь, что в любой момент кто-нибудь ударит его. Он взглянул на озабоченные лица родителей, братьев и сестер и быстро снова погрузился в сон.

- Давай дадим старшему брату немного поспать. Я собираюсь приготовить немного вареной говядины. Старший брат стал настолько худым, что даже не выглядит человеком, ему нужно тщательно питаться! - Юй Сяолянь вытерла слезы в уголках ее глаз. Ее сердце было полно беспокойства, и она всем сердцем желала, чтобы ей удалось волшебным образом вернуть тело брата к здоровому весу.

Юй Сяокао уговорила свою мать, чье лицо было еще более бледным, чем лицо ее старшего брата, лечь и немного отдохнуть. Она вышла из комнаты вместе с Сяолянь, чтобы вместе приготовить ужин. Юй Хай был во дворе, чистил и готовил свиную голову и потроха, которые они купили ранее. Сегодня вечером они все еще должны были тушить эти куски мяса на следующий день.

К вечерней трапезе голова свиньи и кишки уже тушились на плите, когда вся семья окружила кровать Кан. Госпожа Лю осторожно и нежно накормила своего старшего сына каким-то вареньем. Когда она увидела, что ее сын жадно ест, слезы снова наполнили ее глаза.

- Мама, теперь я в порядке. Пожалуйста, не волнуйся больше! - Юй Хан благоразумно поднял свои слабые руки и помог госпоже Лю вытереть слезы с уголков ее глаз.

Юй Сяокао также утешала их мать: “Мама, говорят, что "после того, как мы избежим бедствия, удача будет в изобилии". У старшего брата теперь точно будет светлое и хорошее будущее! Перестань плакать. Если ты будешь продолжать плакать, то вся наша кровать Кан скоро окажется под водой!”

Мадам Лю не знала, смеяться ей или плакать, когда она нежно похлопала дочь по руке и сказала: “Ты всегда говоришь ужасные вещи! Однако Цаоэр права. Хорошие дни только впереди! В будущем мы никогда больше не должны разделять нашу семью!”

- Мама! Судя по тому, что ты только что сказала, в будущем нам с Сяолянь придется найти мужей, которые будут жить вместе с нами, ах! - Юй Сяокао хотела разрядить атмосферу в своей семье, поэтому изо всех сил старалась развлечь всех.

Сяолянь, которой уже исполнилось девять лет, сильно покраснела, услышав слова своей сестры. Она плюнула в нее, а затем быстро убрала тарелки и палочки для еды и убежала на кухню, чтобы спрятаться.

Госпожа Лю ущипнула свою дочь, которая медленно заполнялась, за щеку и упрекнула ее: “Ты девочка, поэтому ты должна быть более нежной и утонченной. Почему ты говоришь такие вещи, как иметь мужа, живущего с нами? Если об этом станет известно, тогда у вас двоих останется хоть какая-то репутация? В будущем, будет ли у вас свекровь, которая захочет вас обоих?”

Независимо от того, какой период времени, все дискриминировали мужчин, которые жили с семьями своих жен. Кто был бы счастлив, если бы прекрасный сын женился на женщине и жил с ее семьей, как будто он бездельник?

Сяокао наконец вспомнила, что она жила в такое время, когда девушки не могли просто говорить все, что хотели, особенно когда речь шла о браке. Здешние люди были гораздо более консервативны, чем те, кто жил в наше время.

Юй Хай помог сыну вытереть лицо, вымыть руки и ноги. Он мягко улыбнулся и успокоил госпожу Лю: “Цаоэр все еще молода и провела семь-восемь лет своей жизни, лежа на кровати в закрытом помещении. Что она знает сейчас? В будущем тебе просто нужно научить ее немного. Не кричи больше на ребенка!”

Сяокао быстро придала своему лицу невинное выражение, как будто она не знала, что сказала не так. Она также слегка надулась, как будто чувствовала себя обиженной.

Остаток ночи прошел быстро. На следующее утро Сяолянь привезла с собой маленького Шито на ослиной повозке, чтобы продать тушеную еду в доках. После завтрака, немного поболтав со своим старшим братом, она обратилась к родителям: “я слышала, как Доктор Сан сказал, что употребление в пищу рыбы змееголова может питать организм, обогащать кровь, рассеивать застой крови и улучшать заживление организма. Я также слышала, как брат Хан сказал, что в реке к югу от горы живет какая-то змееголовая рыба. Я хочу пойти туда и посмотреть, правда ли это!”

- Я пойду с тобой! - Чтобы добраться до южной части горы, необходимо было пройти через несколько горных зарослей и подняться на гору. В середине была даже братская могила, которую нужно было обойти. Юй Хай, естественно, не считал, что его любимой юной дочери безопасно идти одной. Он отложил наживку и сеть из рук и решил больше не ловить рыбу в пруду за их домом.

________________________________________

[1] Пикси (貔貅) - мифическое существо, которое изображается в виде крылатого животного с головой дракона и телом льва, приносящего удачу (обычно богатство) и отгоняющего зло; считается, что у Пикси нет заднего прохода, что означает, что богатство/удача будет течь внутрь, а не покидать его.

Глава 112 - выход

Когда госпожа Лю услышала, что они едут на южную сторону горы, она сразу же забеспокоилась: -В будущем никому из вас не разрешается ходить в горы!

С тех пор как Юй Хай получил травму, мадам Лю больше не считала гору местом, куда люди должны ходить! В прошлом она также слышала истории о злобных и свирепых существах, живущих глубоко в горах. Однако, прожив с семьей Юй более десяти лет, Юй Хай никогда не сталкивался ни с одним из этих злобных зверей, когда был в горах. На самом деле он редко видел даже дикого кабана, не говоря уже о тиграх, волках или других опасных животных.

Но после того, как Юй Хай был разорен медведем, госпожа Лю почувствовала, что гора и ее заросли действительно опасны. Однажды она чуть не потеряла мужа, так что вполне естественно, что у нее были давние страхи, верно? Поэтому всякий раз, когда кто-то говорил, что хочет пойти в горы, ей приходилось выражать свой страх и неодобрение!

Когда Сяокао увидела, что выражение лица ее матери значительно изменилось, она быстро попыталась успокоить ее: “мама! Я не собираюсь идти в горы!! Я просто пойду по тропе у подножия горы, чтобы добраться до южной стороны. Хотя это более длинный объезд, но там опасно!”

- Ты действительно не собираешься в горы? - Увидев, как Сяокао яростно кивает головой, госпожа Лю наконец вздохнула и сказала: “Пока ты не идешь в горы, все в порядке. Вчера мы поймали много рыбы в сети, так что у нас есть более чем достаточно, чтобы сделать маринованную рыбу сегодня днем. Просто позволь своему отцу сопровождать тебя и позаботься о том, чтобы взять с собой больше сухих пайков. Если вы собираетесь обогнуть подножие гор, я боюсь, что вы не вернетесь до наступления темноты!”

Юй Хан, который лежал на кровати, восстанавливая силы, подслушал их разговор. Он попытался сесть, но острая боль пронзила его грудь, и он поморщился от боли. Когда Сяокао увидела это, она поспешно подбежала, чтобы поддержать его. После того, как она приподняла его с помощью подстилки за спиной, чтобы он мог немного откинуться назад, она сказала: “старший брат, прекрати двигаться. Если тебе что-нибудь понадобится, позови маму и она тебе поможет! Самое важное, что ты должен сделать прямо сейчас, - это позволить своему телу исцелиться. Перестань думать о случайных вещах!”

- Младшая сестра, доктор Сан сказал мне, что я быстро поправляюсь. Нет никакой разницы, буду я есть змееголовую рыбу или нет! Мы слишком далеко от южной части горы, так что не трудись идти туда! Разве у нас дома уже нет рыбы? Просто используй то, что у нас есть, чтобы сделать тушеное мясо, это все равно будет очень хорошо! - Юй Хан не хотел, чтобы члены его семьи бегали ради него, поэтому он сделал все возможное, чтобы убедить их не идти.

- Старший брат, перестань быть таким беспокойным! Вот, выпей немного воды и вздремни. Сон помогает организму отдыхать и много восстанавливаться! - Всякий раз, когда Юй Сяокао решала что-то сделать, ее невозможно было переубедить. Не было никакого способа, чтобы попытка Юй Хана вообще повлияла на ее разум. Она налила ему большую чашу концентрированной эссенции мистического камня, налила воды и подала ему.

Маленький божественный камень сказал ей, что человек не попадет в беду, если выпьет слишком много воды из мистического камня. Единственным побочным эффектом будет то, что это заставит его немного поспать. Видите ли, она даже использовала его побочные эффекты в качестве снотворного подручного!

Когда маленький божественный камень узнал, что они идут на южную сторону горы, он сразу же пришел в возбуждение. Он уже закончил исследовать западную гору, и у него не было возможности исследовать другие области.

Со свистом он вскочил на плечи Сяокао и с энтузиазмом потерся своей золотой головой о щеку Сяокао: “возьми меня с собой, я тоже хочу пойти туда и поиграть!”

Юй Хан был озадачен видом крошечного золотистого котенка. Хотя его размеры создавали впечатление, что он только недавно родился, его ловкие и сильные движения предполагали обратное. “Э-э-э? Довольно редко можно увидеть такого красивого котенка, откуда он у тебя?”

- Твоя младшая сестра нашла его в зарослях. Он довольно умный, поэтому мы решили вырастить его и составить ему крошечную компанию! - Мадам Лю убирала комнату, с удовольствием наблюдая за выходками Сяокао и ее мужа.

Юй Сяокао была в середине попытки убедить своего отца отпустить ее на южную сторону горы самостоятельно. Была распространенная поговорка: "полное восстановление после серьезной травмы занимает сто дней". Несмотря на то, что маленький божественный камень укреплял и исцелял ногу ее отца каждый день, он все еще страдал от сильной травмы. Чтобы добраться до южной стороны горы, им нужно было пройти очень большое расстояние. Она действительно не была уверена, сможет ли ее отец сделать это прямо сейчас!

Но как мог Юй Хай, который любил свою дочь до смерти, спокойно позволить своей дочери, которой было всего восемь-девять лет, уйти одной?

Как только они оба оказались в тупике, кто-то постучал в их главные ворота. Вошел Чжао Хань с охотничьим ножом в руке и охотничьим луком и стрелами за спиной. - Доброе утро, дядя Юй! Сяокао, ты же не ходила сегодня в доки продавать тушеную еду, а?”

Когда Юй Сяокао увидела впечатляюще выглядящего и разодетого Чжао Ханя, ее глаза загорелись. Она подбежала к нему, потянула за руку и обратилась к отцу: “отец, разве ты не говорил, что тебе неудобно отпускать меня одну? Тогда пусть брат Хан пойдет со мной! Доктор Сун сказал, что тебе нужно дать ноге немного отдохнуть, ах!”

Чжао Хань усмехнулся, когда услышал, как Сяокао объясняет ему, что происходит: “какое совпадение! Сын магистрата префектуры женится, и он хотел зарезервировать пару диких гусей. На южной стороне горы находится пруд, наполненный тростником. Там должно быть несколько диких гусей, мигрирующих с севера и отдыхающих там. Поскольку Сяокао также нужно идти на южную сторону, дядя Юй, я буду сопровождать Сяокао, не волнуйтесь!”

С помощью Чжао Ханя Сяокао, наконец, смогла убедить своего отца остаться дома после очередного приступа обольщения. Прежде чем они ушли, Юй Хай постоянно предупреждал их быть осторожными. В конце концов, мадам Лю пришлось вмешаться: “муженек, если Сяокао не уйдет сейчас из-за тебя, она не сможет сегодня вернуться домой! - Только тогда Юй Хай неохотно отпустил свою дочь.

После того как она скрылась из виду от отца, Сяокао глубоко вздохнула. Когда она увидела веселый блеск в глазах Чжао Ханя, она сказала с некоторым смущением: “иметь чрезмерно заботливого отца иногда довольно неудобно!”

Чжао Хань усмехнулся: “дядя Юй просто беспокоится о тебе. Я никогда бы не подумал, что такой большой, неуклюжий человек, как дядя Юй, будет так внимателен и беспокоится о своих детях!”

Юй Сяокао лишь пожала плечами и больше ничего не сказала. Она следовала за Чжао Ханем сзади, пока они шли. Они подошли к подножию Западной горы, и там была куча беспорядочно разбросанных курганов. Сорняки росли в изобилии, и могильные плиты усеивали весь ландшафт. Время от времени можно было услышать лай и плач диких собак.

Юй Сяокао укорачивала шаг и не осмеливалась посмотреть по сторонам. Она боялась, что увидит что-нибудь зловещее. Чжао Хань оглянулся на нее, не обращая особого внимания на окружающее, и заметил напряженное выражение ее лица. Он нахмурился, подумав, что вокруг них может быть что-то невероятно опасное, а затем понял, что Сяокао была всего лишь маленькой девочкой восьми-девяти лет. Обычно ее действия и слова были слишком похожи на взрослые, поэтому другим людям было очень легко забыть ее настоящий возраст.

Чжао Хань притормозил на несколько шагов, чтобы дать Сяокао возможность догнать их, пока они не пошли бок о бок. Макушка Сяокао не доходила даже до подмышек, что еще раз напомнило ему о том, что маленькая девочка рядом с ним была молода и неопытна.

- Не бойся. Хотя область, по которой мы идем, несколько изолирована и пустынна, там не будет никаких монстров, если это то, о чем ты беспокоишься. Если ты боишься, то можешь ухватиться за угол моей куртки! - Чжао Ханя с детства учили, что в возрасте семи лет и старше следует соблюдать дистанцию между полами, поэтому ему было неудобно держать Сяокао за руку. Таким образом, он мог только предложить это решение.

Сяокао мысленно закатила глаза: "держаться за угол своей куртки? Неужели ты думаешь, что я трехлетний ребенок, а?! Позволь мне прояснить ситуацию, мне почти тридцать лет, я уже взрослая. Неужели ты думаешь, что я хуже тебя, двенадцатилетнего или тринадцатилетнего подростка? Чтобы доказать, что она не боится, она нарочно удлинила шаг и пошла большими шагами."

Чжао Хань рассеянно не отставал от нее и внимательно следил за окружающим, чтобы защитить крошечную девочку рядом с ним.

К счастью, грязное кладбище не занимало большой площади, так что им обоим удалось быстро пройти мимо него и добраться до подножия гор.

- Как насчет того, чтобы прогуляться по большой дороге у подножия гор? - Если бы они пересекли этот горный хребет, который не считался очень высоким, они смогли бы очень быстро добраться до места назначения. С другой стороны, если бы они ехали по дороге, петляющей вокруг подножия горных хребтов, это заняло бы у них по меньшей мере вдвое больше времени. Если бы Чжао Хань путешествовал один, он определенно выбрал бы путь через горный хребет. Однако, когда он подумал о возрасте и телосложении Сяокао, он заколебался.

Юй Сяокао уже давно выбросила из головы предостережения матери. Она подняла голову, чтобы посмотреть на горный хребет перед собой, и подумала, что он не очень высок. Кроме того, она могла ясно видеть горную тропу, извивающуюся между вершинами, что говорило о том, что этой дорогой часто пользовались люди. Она возвысила голос и торжественно объявила: - Вверх по горам!

Сказав это, она взяла инициативу на себя и нырнула в лесную чащу. Чжао Хань беспомощно последовал за ней, крепко сжимая в руке охотничий нож.

Юй Сяокао шла, внимательно наблюдая за окружающей средой по обе стороны тропы. Время от времени она забиралась в кусты и с помощью веревки, которую принесла с собой, ставила ловушки в тех местах, где любили бегать маленькие животные. Чжао внезапно вмешался, увидев веревочные ловушки в руках Сяокао: "каждый раз, когда я ставлю ловушки с тобой, шансы на успех увеличиваются на много, почему так?”

В прошлом, когда он сам расставлял ловушки, он считал хорошим днем, когда три из десяти ловушек ловили добычу. Однако всякий раз, когда он расставлял ловушки вместе с Сяокао, шансы увеличивались примерно до пяти-шести успехов на каждую ловушку. Иногда было даже больше! Это действительно озадачило его!

Руки Сяокао на мгновение замерли. В конце концов, она прожила в своей прошлой жизни почти тридцать лет и знала, как убедительно блефовать. Она посмотрела на Чжао Хана так, словно ничего необычного не произошло, и весело сказала: “Ну, это очевидно, это потому, что у меня хорошие моральные качества, а!”

Неужели наличие хорошего морального облика действительно имеет какое-то отношение к установке ловушек? Чжао Хань начал думать, что вопрос, который он задал, был немного детским. Может быть, все это было просто совпадением!

После того как она израсходовала все веревочные ловушки, которые принесла из дома, дорога, по которой они шли, постепенно стала более крутой. В некоторых местах ей даже приходилось использовать обе руки и ноги, чтобы перелезть. Чжао Хань шел впереди, открывая дорогу. Время от времени он брался за ножны и позволял Сяокао тянуть их, пока она взбиралась. Так она сможет сэкономить немного энергии.

Маленький божественный камень превратился в золотого котенка и взял на себя инициативу, побежав вперед. Иногда он бросался в густой подлесок или взбирался на какие-нибудь ветки, чтобы раскачаться или даже перепрыгнуть через валун, внезапно он повел себя так, как будто кто-то давил на него, чтобы он не двигался. Его яркие глаза уставились на ближайшую скалу, а нос слегка дернулся. Ничего не подозревая, его хвост начал раскачиваться взад и вперед.

- Что случилось, маленькая Клецка? Ты что-нибудь нашел? - Сяокао провела больше полугода в постоянном контакте с маленьким божественным камнем, и хотя она не знала каждое его движение, как свои пять пальцев, у нее, по крайней мере, было представление о том, как интерпретировать язык его тела. Заметив выражение сосредоточенности на его лице, она поняла, что там что-то есть.

[Духовная энергия, действительно плотная духовная энергия! Что-то испускает более сильную духовную энергию, чем гриб Линчжи или женьшень в Медицинском центре Тонгрен!! Перед нами должно быть настоящее сокровище!!] Золотые уши котенка затрепетали, и он пополз по направлению к краю утеса.

- Маленький Клецка, подожди меня! - Сяокао была вполне уверена в сенсорных способностях маленького божественного камня. Что-то, что могло заставить его так возбуждаться и бежать так быстро, было определенно необычным. Юй Сяокао отодвинула в сторону сорняки, которые достигали половины человеческого роста, и изо всех сил попыталась последовать за ними.

- Будь осторожней! - Чжао Хань быстро выбросил руку и схватил Сяокао за руку как раз вовремя, чтобы спасти ее от падения в глубокую канаву, которая была скрыта в подлеске. Он снова поднял ее на ноги и сказал: “Смотри, куда идешь! Будь осторожна, чтобы не упасть!”

- Спасибо тебе, брат Хань! Маленький Клецка побежал туда, и мне нужно найти его и принести обратно! - Испугавшись, она воспользовалась помощью Чжао Ханя, чтобы преодолеть глубокую канаву, и осторожно пробралась сквозь густые сорняки.

Чжао Хань шел впереди, открывая дорогу. Он все время находил канавы и обязательно предупреждал ее. Наконец, он сказал из беспокойства: “как насчет того, чтобы ты подождала здесь, а я пойду поймаю твоего кота? Идет?”

Юй Сяокао слегка нахмурилась и про себя подумала: "Неужели ты думаешь, что маленький божественный камень-это настоящая кошка, которую можно поймать только потому, что ты этого хочешь, а?"

- Маленький Клецка боится незнакомцев, поэтому я боюсь, что если он увидит тебя, то убежит еще дальше! Я вижу впереди, что он остановился, так что позволь мне посмотреть самой! - Перед утесом она увидела золотистого котенка, сверкающего на солнце под густым зеленым подлеском. Издалека эта сцена напоминала Золотой бриллиант, окруженный драгоценным нефритом.

Им потребовалось некоторое время, чтобы пройти сквозь густые заросли сорняков. Когда они подошли к краю обрыва, то заметили, что маленький котенок использует свои когти, чтобы копаться в какой-то растительности, закопанной в землю. Он был похож на суетливого маленького сурка.

Глава 113 - король женьшеня

Чжао Хань наблюдал, как маленький золотистый котенок яростно копается в растении. На верхушке растения рос большой набор сложных листьев, а вокруг него были более мелкие листья, которые все были овальной формы. Ему показалось, что это что-то знакомое, и он заколебался, прежде чем сказать: “Сяокао, твоя кошка-духовное существо? Похоже, он каким-то образом распознает женьшень?”

- Женьшень? Ты хочешь сказать, что маленькие клецки распознают женьшень? - Судя по явному волнению маленького божественного камня, у Сяокао было предчувствие, что этот стебель женьшеня определенно был необычным. Он был, наверное, старше ста лет! Столетний женьшень, они сорвали джекпот!!

Сяокао подошла на несколько шагов ближе и достала из корзинки на спине маленький совок. Она осторожно помогла маленькому золотистому котенку выкопать женьшень. Вскоре из земли вылез стебель женьшеня, длиной около тридцати-сорока сантиметров.

Голос Чжао Хана дрогнул от волнения: “этому женьшеню должно быть не меньше ста лет! Легенда гласит, что после культивирования в течение ста лет женьшень начинает принимать человеческий облик. Через пятьсот лет у него будет лицо, а если пройдет тысяча лет, у него появится разум! Этот женьшень уже имеет человеческую форму, и мы слабо видим, что у него есть лицо-Сяокао, этот женьшень, который ты выкопала, можно считать королем женьшеня!”

Маленький золотистый котенок стряхнул грязь с когтей и прыгнул в руки Сяокао. Он обернул свои лапы вокруг женьшеня и имел выражение влюбленности на его лице, [такая плотная концентрация духовной энергии, ах! Дай мне впитать столько, сколько я смогу!]

- Будь осторожен, - Чжао Хань быстро выдернул котенка и взял его в свои руки. Он не отпускал кошку, как бы она ни сопротивлялась: “это бесценное сокровище, не позволяй своей кошке повредить его!”

Сяокао весело ухмыльнулась, увидев, как маленький божественный камень, пойманный Чжао Ханем, обнажил свои клыки в попытке угрожать юноше. Она посмотрела на него умиротворяющим взглядом и мысленно сказала ему: "не будь таким нетерпеливым, ах, женьшень не убежит. Когда мы вернемся домой, мы обсудим это!]

- Этот вонючий человек. Если бы я не принял во внимание, что он уже помог тебе раньше, я бы уже разорвал его на куски!] Маленький божественный камень обнажил свои клыки и когти, но в глазах посторонних наблюдателей он выглядел просто маленьким котенком.

Чжао Хань почувствовал, что это маленькое животное было очень милым и использовал свою руку, чтобы потереть его мохнатую голову. Из-за минутной небрежности маленький котенок, чей мех был испачкан, поцарапал его руку.

- Маленькая Клецка, тебе нельзя царапать людей! – Сяокао бросилась вперед и вырвала маленькую золотую кошечку из рук Чжао Ханя.

Вернув себе независимость, маленький божественный камень ловко перевернулся и запрыгнул на плечо Сяокао. Весь его мех был поднят вверх, когда он сердито взвыл пару раз на Чжао Хана. Для ушей Чжао Хана его рычание звучало всего лишь как у крошечного котенка, едва отлученного от материнского молока и впавшего в истерику.

Юй Сяокао использовала немного длинной травы, чтобы завернуть женьшень и тайно добавила несколько капель воды мистического камня, чтобы помочь ему оставаться свежим. Это было настоящее сокровище и стоило кучу денег! Она должна была бережно хранить его!

О расстояниях трудно судить. Когда она смотрела на гору издалека, она казалась не очень высокой. Однако сейчас, когда она взбиралась по ней, это была совсем другая история. К счастью, Юй Сяокао уже более полугода питалась водой мистического камня, так что ее тело было намного сильнее, чем раньше. Кроме того, время от времени ей помогал Чжао Хань, так что они вдвоем могли легко пересечь гору за короткое время.

- Ух ты! Это тот пруд, полный тростника, о котором ты говорил? - Юй Сяокао была загипнотизирована открывшейся перед ней прекрасной сценой.

Высокая и величественная гора скрывала спокойное темно-зеленое озеро, которое радовало глаз. Тростник рос по береговой линии и полностью окружал озеро. Солнечный свет пробивался сквозь тростник и отражался от воды, которая была так неподвижна, что отражение растений казалось совершенным перевернутым изображением.

Облака водяного пара поднимались от поверхности озера и окутывали все вокруг туманным чудом. Недалеко от воды росло дерево, которое она не могла опознать. Ветви дерева широко раскинулись, а ствол был высоким и прямым. Густой туман, окутавший все вокруг, создавал ощущение, что они находятся в райском саду.

Зимой тростник дремлет. Пушистые верхушки растений мягко покачивались на ветру, который был похож на оперение красного коронованного журавля, танцующего в воздухе. Ближе к основанию тростника несколько нежных зеленых побегов торчали из земли и энергично тянулись к небу. В окрестностях было множество безымянных птиц. Они пели, прыгали на ветках, играли и время от времени наклоняли головы, чтобы рассмотреть этих двух нежданных гостей...

Чжао Хань сделал шаг вперед и остановился рядом с Сяокао. Он посмотрел вдаль, наслаждаясь безмятежностью этой утопической страны, и сказал: - Это заросшее камышом поле с трех сторон окружено горами, которые защищают его от пронизывающих холодных северных ветров. Даже в самый холодный и морозный двенадцатый месяц здесь все еще тепло, как весной. Многие из перелетных птиц, которые возвращаются раньше, ранней весной проводят некоторое время в этом месте, чтобы отдохнуть.

- Смотри! Там какие-то дикие утки!! Мы должны обыскать этот район и посмотреть, сможем ли мы найти яйца диких уток! - Юй Сяокао мгновенно пришла в возбуждение и нырнула в камыш.

Чжао Хань посмотрел в ту сторону, куда указывала Сяокао, и глубоко нахмурился. Он быстро догнал Сяокао примерно за три шага и посмотрел налево и направо, чтобы защитить ее: “Сяокао, ты знаешь, как выглядят дикие гуси?”

- Дикие гуси? Конечно, я видела их, но я видела их только тогда, когда они летали в небе. Они так высоко, что я не могу точно сказать, как они выглядят! Брат Хань, ты знаешь, как распознать диких гусей? Если нет, то как же мы их поймаем?! - Юй Сяокао продолжала болтать, пока она смотрела сквозь подлесок.

Хихиканье вырвалось у Чжао Ханя, когда Сяокао странно посмотрела на него. Он указал на “диких уток", которых она опознала раньше, и широко улыбнулся: "это дикие гуси! Дикие утки очень похожи на домашних уток. Самцы уток имеют зеленое оперение на голове, поэтому их называют утками-кряквами. Дикие гуси, напротив, имеют коричневые наружные перья, белые животы, плоские клювы, короткие ноги и перепончатые лапы. Обычно стая живет у самой воды. Когда они летают, они любят устраивать себя в…”

Юй Сяокао заглянула в заросли камыша и внимательно наблюдала за дикими гусями. Она надулась: “Ах, что! По-моему, они очень похожи на уток, а!! Ладно, раз ты говоришь, что это дикие гуси, значит это так! Если мы поймаем не то животное, и сын префектурного магистрата изобьет тебя от ярости, тогда не вини меня…”

Когда Чжао Хань услышал ее болтовню, он рассмеялся и покачал головой. Он вытащил из-за спины свой уникальный длинный лук и положил стрелу на тетиву. Затем он прицелился в ближайшего дикого гуся...

- Подожди минутку, подожди! - Юй Сяокао поспешно опустила лук, и нахмурилась. - Разве сын судьи префектуры не хотел, чтобы дикий гусь был жив? А что, если ты не будешь осторожен и убьешь его своей стрелой? Разве это не разрушит всю твою тяжелую работу?

- Дикие гуси очень осторожны, и большинство людей не могут подойти к ним близко. Они также проводят много времени на воде, так что если я не использую лук и стрелы, как еще я должен поймать их? Я хороший лучник, так что пока я попаду в гусиные крылья, он не сможет улететь! - Чжао Хань уверенно поднял свой лук и стрелу снова.

Юй Сяокао все еще не соглашалась с его идеей: “раненый дикий гусь тоже не будет хорошо смотреться на банкете! Дай мне секунду подумать!”

Дикие гуси жили вместе большой стаей и были очень настороженными, поэтому их было довольно трудно поймать. Таким образом, большинство людей использовали лебедя вместо гуся во время свадебных обрядов.

Невеста сына префектурного магистрата была младшей дочерью столичного градоначальника. Поскольку ее отец занимал важный и высокий пост в столице, магистрат префектуры, естественно, хотел убедиться, что свадебные обряды проходят безупречно, чтобы родственники мужа не смотрели на них свысока. Таким образом, несмотря на то, что до свадьбы оставалось больше полугода, они начали повсюду искать каких-нибудь живых гусей.

Однако сейчас было начало весны, и большая часть мигрирующих гусей еще не улетела обратно на север. Если бы на этом камышовом ложе не было райской местности, трудно было бы найти несколько гусиных перьев, не говоря уже о живых гусях!

Юй Сяокао на короткое время глубоко задумалась, а потом вдруг хлопнула в ладоши: “у меня есть идея, но я не уверена, сработает она или нет!”

- И что же ты задумала? - Чжао Хань как раз раздумывал, можно ли ему войти в воду и подобраться поближе к стае гусей, когда рассеянно спросил.

Юй Сяокао сказала: “Мы можем согнуть мою швейную иглу в большой рыболовный крючок, а затем положить на него немного еды, которую любят есть дикие гуси. Когда гусь съест приманку, тогда мы можем натянуть веревку и намотать гуся. Гусь не сможет убежать, пока его будет держать крючок!”

Чжао Хань немного подумал, а затем решил, что у них нет других вариантов, так что он может попробовать!

Сяокао нагрела свою швейную иглу до тех пор, пока она не покраснела, и использовала железный инструмент, чтобы ударить по ней, пока она не сформировала форму крючка. Пока она это делала, Чжао Хань был занят ловлей рыбы и креветок, которые любили есть гуси. Когда он закончил, он дал приманку Сяокао.

Покончив со своим простым рыболовным крючком, Юй Сяокао тайком плеснула на приманку немного воды из мистического камня, а затем велела Чжао Ханю бросить крючок с приманкой в сторону стаи диких гусей.

Приманка приземлилась примерно в трех - четырех метрах от края группы гусей. Дикий гусь, несущий вахту, пронзительно закричал несколько раз. Стая тут же разбежалась во все стороны, а некоторые даже взлетели в небо.

Чжао Хань с досадой решил, что они потерпели неудачу с первой попытки. Как только он собрался вытащить крючок, Сяокао остановила его: “Подожди немного! Ловить диких гусей - это то же самое, что ловить рыбу. Есть только один истинный метод, и это означает "подождать"! Давай подождем и посмотрим!!”

Увидев, насколько уверена в себе Сяокао, Чжао Хань взял себя в руки и присел на тростниковую подстилку. Он внимательно следил за движениями гусиной стаи.

Когда разбежавшаяся стая гусей поняла, что никакой опасности нет, они быстро вернулись. Приманка имела большую концентрацию духовной энергии, и она быстро привлекла внимание нескольких животных, которые были ближе. Большой и сильный самец гуся, размахивая крыльями, быстро приближался к приманке. Он бросился вниз по шее и схватил крючок, гордо оглядываясь на остальных своих конкурентов.

Когда некоторые из диких гусей увидели, что корм уже взят, они решили не драться за него. Другие, напротив, не желали отставать и бросались на победителя, вытягивая шеи в попытке украсть еду изо рта победителя.

Победитель ловко увернулся от атак проигравших и быстро поплыл прочь. Он осторожно опустил крючок с едой на него рядом со своей спутницей и использовал свою шею, чтобы мягко потереть тело самки. Самец гуся также не забывал предостерегающе оглядываться на других гусей, которые приближались.

Самка гусыни выразила свою благодарность супругу, прежде чем грациозно наклонила голову и проглотила крючок, который так соблазнительно пах...

- Я не могу их поймать! - Она слышала, что дикие гуси живут вместе только парами, поэтому в стаях гусей бывает только четное число, и что, когда один из партнеров умирает, его спутник испытывает сильное желание покончить с собой. При виде открывшейся перед ней сцены в сердце Сяокао проснулось сострадание.

Чжао Хань тоже был тронут этой сценой и тихо сказал: “Не волнуйся, после банкета этих гусей отпустят живыми.”

Закончив говорить, он молча смотал леску. Самка гусыни, проглотившая наживку, постепенно переворачивалась. Ее спутник тоже следовал за ней и вел себя как верный рыцарь перед своей принцессой.

- Давай я потяну за леску, а ты можешь подержаться за рыболовную сеть, которую я захватила с собой. Когда самец гуся приблизится, используй сеть, чтобы поймать его, - объяснила Юй Сяокао, тайно поместив еще один кусочек приманки, который был подмешан в воду мистического камня в соседней воде вокруг них.

Самец гуся, очевидно, почувствовал духовную энергию, которую излучала приманка, и быстро подплыл к ним. В мгновение ока она вошла в охотничий радиус Чжао Ханя. С превосходными охотничьими навыками Чжао Ханя самцу гуся, естественно, будет трудно убежать. Кроме того, поскольку самка гусыни тоже боролась, они оба были пойманы.

Юй Сяокао не рискнула быть заклеванной гусыней и осторожно вытащила рыболовный крючок изо рта гусыни. Она испугалась, что гусь повредил себе горло, поэтому украдкой дала ему несколько глотков воды из мистического камня.

Чжао Хань считал всю эту ситуацию очень странной. Первоначально самка гусыни боролась изо всех сил, но когда она попала в руки Сяокао, то оказалась более послушной, чем домашняя утка. Она неподвижно лежала в руках маленькой девочки. Что же касается гуся-самца в его руках, то он все еще отчаянно сопротивлялся, и зверь уже несколько раз яростно клевал его в ладони. Это было очень больно!

Глава 114 - выгодное путешествие

Юй Сяокао не могла просто стоять сложа руки и смотреть, как страдает юноша. Она взяла гусыню на руки и подошла к нему. Когда самец гуся увидел, что самка поймана, он забился еще сильнее. С яркими глазами Чжао Ханя, наблюдающими за ней, Юй Сяокао не могла легко использовать свой жульнический предмет, воду мистического камня, чтобы исправить ситуацию, поэтому ей пришлось использовать приманку, которая ранее была пропитана водой. Она накормила им самца гуся, и только тогда оба гуся успокоились.

Они связали гусям ноги и положили их в корзину, которую принес Чжао Хань. Накрыв корзину крышкой, они завершили свою сегодняшнюю миссию.

Что касается ловли змееголовой рыбы, то это тоже заняло немного времени, хотя у нее была своя специальная приманка. Но другого выхода не было. Уникальная приманка для рыбы Сяокао была слишком популярна у всех. Все рыбы боролись за то, чтобы съесть наживку, и в итоге они поймали карпов на пять-шесть Кэтти. Самая маленькая рыбка была размером с ладонь, а самая крупная - примерно с сазана. Без особых усилий рыбная корзина Сяокао вскоре очень быстро наполнилась.

К счастью, к тому времени, когда у них почти закончилась наживка, им удалось поймать большую змееголовую рыбу, которая весила около двух - трех Кэтти. Что же касается оставшейся приманки для рыбы, то Сяокао не планировала приносить ее домой и использовала остальное, чтобы поймать еще больше рыбы. В конце концов, она поймала слишком много рыбы, и ей пришлось попросить Чжао Ханя нанизать ее на веревку и помочь принести домой.

На этот раз они поймали не только трех змей, но и много других рыб, которые сделали поездку стоящей того. Сяокао выпустила меньшую рыбу обратно в озеро, но она, естественно, а более крупные взяла естественно домой, как ее "трофеи с войны"!

По дороге домой Чжао Хань нес большую часть их добычи, а Юй Сяокао пришлось нести только пару рыбок змееголова и женьшень. Несмотря на более легкий груз, Сяокао в конечном итоге потратила много энергии, чтобы едва пересечь этот горный хребет, который выглядел обманчиво легким. К тому времени, как они добрались до места, где расставили свои ловушки, хлопчатобумажная подкладка куртки Сяокао уже промокла от ее пота.

- О боже, как же я устала! - Сяокао тяжело плюхнулась на камень у обочины дороги и тыльной стороной ладони вытерла капли пота со лба. Потом на ее лице остался след серой грязи.

Чжао Хань посмотрел на Юй Сяокао, которая выглядела как милый, грязный маленький котенок, и ухмыльнулся: “сядь и отдохни здесь, я пойду к ловушкам и посмотрю.”

Несмотря на то, что Чжао Хань нес в бамбуковой корзине двух жирных и больших гусей и обеими руками держал связки рыбы, он даже не запыхался после перехода через горный хребет. Сяокао наблюдала за его походкой с чистой завистью: "Ах, он определенно занимается боевыми искусствами. Разница между нами просто слишком велика!"

Чжао Хань поставил бамбуковую корзину и связки рыбы на землю рядом с Сяокао и несколько раз предупредил ее: “будь осторожна. Хотя в этом районе не должно быть никаких свирепых животных, иногда могут появиться дикие кабаны или собаки. Если что-то случится, громко зови меня!”

- У меня очень хорошие моральные качества, так что моя удача не должна быть такой уж плохой, верно? - Небрежно ответила Сяокао, поглаживая гладкие перья самца гуся на его спине.

Чжао Хань был немного смущен, когда услышал ответ Сяокао. Какое отношение моральный облик человека имеет к встрече с диким кабаном или другим животным? И что это была за "заостренная [1]" штука, которую она упомянула? Однако он не стал уточнять. Он уже привык к тому, что Сяокао время от времени говорила случайные вещи, которые не совсем имели смысл.

Убедившись, что она в безопасности, Чжао Хань вошел в кустарник, который был примерно в половину человеческого роста. Он только вернулся, полностью нагруженный дичью, после того, как весь пот на Сяокао высох.

Она заранее расставила в общей сложности десять ловушек и, чтобы не возбуждать подозрений Чжао Ханя, разбрызгала воду из мистического камня только вокруг пяти-шести из них. Естественно, все ловушки, в которых она использовала воду из мистического камня, имели дичь. Поскольку на этот раз она использовала только небольшие ловушки, все пойманные ею животные были меньшего размера, такие как зайцы, фазаны и барсуки. Одна из зайчих, которых она поймала, была беременна!

Весна была временем для спаривания и размножения животных. Таким образом, опытные охотники обычно не выбирали охоту в этом сезоне. Одна из причин заключалась в том, что животные, воспитывающие своих детей, были гораздо более свирепыми и жестокими. Более важной причиной было то, что не было никакой причины убивать гусыню, которая несла золотые яйца; то есть они должны были дать животным в горах время размножиться и процветать.

- Что нам делать с этим диким зайцем? Отпустить его? - Охотники, которые весной уходили в лес, обычно отпускали беременные особи. Таким образом, когда Чжао Хань увидел беременную зайчиху, прыгающую вокруг, он не мог не спросить, в чем состоял план Сяокао.

Юй Сяокао осторожно подняла явно беременного зайца и правой рукой, на которой был разноцветный камень, нежно погладила мягкую и шелковистую шерсть зайца.

- Будь осторожна! Дикие зайцы тоже могут кусать людей, когда им страшно! - Чжао Хань не мог не напомнить ей об этом. Однажды, когда он подбирал беременного зайца, существо отчаянно сопротивлялось ему и сильно укусило. Получившаяся рана была несерьезной, но немного кровоточила и болела!

Вопреки его ожиданиям, заяц, который отчаянно боролся, успокоился и остался в руках Сяокао, как будто это был котенок, который только что наелся досыта. Он перестал двигаться и даже закрыл глаза, как будто ему действительно нравилось сидеть в руках Сяокао.

- Сяокао, а ты точно не легендарный лесной дух или что-то в этом роде? Почему все дикие животные в этих горах, кажется, особенно любят тебя?! - Чжао Хань был поражен переменой в зайце и не мог удержаться от небольшой шутки.

Была причина, по которой он упомянул об этом. В прошлом году она поймала в капкан маленькую косулю. Увидев ее, существо обратилось с ней так, словно она была его матерью, и слепо последовало за ней домой. В тайной долине водилась куча крошечных белых рыбок, которых было очень трудно поймать, но Сяокао без особых усилий смогла поймать целую банку. А потом случилось то, что случилось сегодня на озере. Когда они ловили гусей, в воде было много креветок и крошечных рыбок, но две птицы, казалось, испытывали особое сродство к ее приманке.

У Юй Сяокао определенно был секрет! Однако Чжао Хань не собирался спрашивать ее об этом. У каждого в той или иной степени были свои маленькие секреты. В конце концов, разве его собственная семья не была тому примером? Он уже думал о Сяокао как о друге, как о младшей сестре, не меньше, поэтому решил уважать ее уединение.

Когда Сяокао услышала его шутку, она нарочно широко открыла рот и притворилась страшной, она зловеще сказала: “Похоже, ты разгадал мою маскировку, юноша! Наверное, это значит, что я больше не могу оставить тебя здесь, в этом мире! Чжао Хань, ты должен умереть.”

- Идиот, перестань быть таким занудой!] Маленький божественный камень лежал в корзине и поглощал духовную энергию из горного женьшеня. Он закатил глаза на выходки Сяокао и сменил позу. Затем он продолжал обнимать женьшень и культивировать.

Чжао Хань радостно рассмеялся шутке Сяокао, но тут же увидел маленького золотистого котенка, бегающего по корзинке. Он напомнил Сяокао из беспокойства: “Сяокао! Этот горный Женьшень весьма ценен! Будь осторожна, чтобы твой кот не испортил его!”

- Не волнуйся! Маленький Клецка его не испортят. Тем не менее, без него, я бы не смогла найти этот дикий горный Женьшень. Так как он любит его так сильно, то мы должны просто позволить ему обнять его! - Юй Сяокао, с другой стороны, ничуть не волновалась.

Чжао Хань достал из корзины на спине двух больших гусей и положил туда только что пойманную дичь и рыбу. К счастью, он захватил с собой достаточно большую корзину для этой поездки!

Он держал в каждой руке по дикому гусю, а потом взглянул на золотого котенка, который дремал с закрытыми глазами. Он улыбнулся: "твой котенок-настоящее сокровище. Он действительно может найти женьшень во всех этих сорняках. Я слышал, что охотники обучают собак ловить добычу, но я никогда не слышал о том, чтобы котенок мог находить лекарственные травы!”

- Я только недавно подобрала этого маленького котенка, и он обычно свободно разгуливает по дому. Так что я на самом деле не очень хорошо знакома с ним. Может быть, это просто совпадение? Ты когда-нибудь слышал о животных, которые могут специально находить лекарственные ингредиенты? - Юй Сяокао тоже положила свою бамбуковую корзину на спину. В одной руке она все еще держала беременного дикого зайца.

Она уже приняла решение, что привезет этого зайца домой, чтобы его вырастить. Говорили, что зайцы и кролики размножаются очень быстро. В будущем, даже если она не поедет в горы, у нее все еще будет мясо кролика дома!

Чжао Хань долго смотрел на нее, а затем слабо улыбнулся: “почему у меня такое чувство, что каждый раз, когда я с тобой, совпадения случаются все чаще?”

- Ха-ха! Это потому, что у меня хороший моральный облик, ах! - Юй Сяокао вела себя так, словно случайно избегала его взгляда, и притворялась чрезвычайно счастливой, когда вприпрыжку бежала по дороге домой.

Дома они узнали, что маленький Шито вернулся в город только для того, из-за школы, убедившись, что его старший брат в порядке. Юй Хай вместе со своей старшей дочерью ездил на повозке, запряженной ослом, продавать маринованную рыбу в доках. Единственным человеком во дворе была госпожа Лю, которая штопала одежду.

Увидев, как ее младшая дочь толкает калитку, госпожа Лю подняла глаза к небу, и выражение ее лица тут же изменилось: “этот ребенок, ах, действительно непослушный! Разве ты не обещала мне перед отъездом, что пойдешь по дороге, которая вьется у подножия горы? Как можно быть такой безрассудной? А если с тобой что-то случится, как ты хочешь, чтобы твоя мать жила дальше?”

- Тетя, пожалуйста, перестань ругать Сяокао! Это была моя идея-отправиться в горы. Я много раз ходил по этой тропе и знаю, что там нет ничего опасного. Тетя, если ты хочешь кого-то поругать, то ругай меня! - Чжао Хань последовал за Сяокао во двор и услышал, как Мадам Лю упрекнула ее, поэтому он быстро взял ответственность на себя.

Напряженное выражение на лице мадам Лю немного смягчилось, но она все еще была немного недовольна: “Чжао Хань, не вини тетю за то, что она подняла такой шум из-за пустяков. После того, что случилось с твоим дядей Юй в прошлый раз... Я теперь действительно боюсь!”

Чжао Хань взял корзину на спине, которая была наполнена дичью, положил ее на землю и ответил понимающим тоном: “тетя, я знаю, что ты пытаешься сделать все возможное для Сяокао! Не волнуйся! В будущем я не стану приводить Сяокао в горы без твоего разрешения. Это дичь и рыба, которую Сяокао поймала, пожалуйста, быстро убери ее!”

- Ах ты глупое дитя, ну почему ты всегда обращаешься с собой как с чужаком? В прошлом, когда твой дядя Юй и твой отец уходили в горы, они всегда делили дичь поровну!

После того, как Чжао Хань пообещал, что он не будет тайно приводить Сяокао в горы, на лице госпожи Лю наконец появилась улыбка. Она взяла трех больших рыб, двух фазанов и зайца и запихнула их в корзину Чжао Хана, не обращая внимания на его протесты.

- Мама, оставь мне дикого зайца! Я хочу, чтобы отец сплел корзинку-клетку и поместил этого беременного зайца вместе с тем зайцем-самцом. Зайцы могут родить помет примерно через месяц. В будущем у нас всегда будет мясо кролика, чтобы поесть! - Юй Сяокао поспешно вынула самца зайца из корзины и поменяла его на барсука.

Увидев, что мать и дочь ведут себя подобным образом, Чжао Хань понял, что если он и дальше будет отказываться, то только сделает ситуацию еще более неловкой. Вместо этого он улыбнулся и сказал: - Тогда я просто вежливо приму их. Сяокао хорошо умеет разводить животных, поэтому я оставлю этих двух гусей в доме тетушки. В следующий раз, когда я поеду в город префектуры, я остановлюсь купить и забрать гусей, чтобы принести в резиденцию магистрата префектуры!

- Ах да, Сяокао! - Прежде чем Чжао Хань вышел через ворота, он внезапно спросил: “Ты планируешь оставить этот женьшень себе или хочешь продать его? Если ты хочешь продать его сейчас, ты не сможешь получить хорошую цену в городе. Ты должна подождать, пока я не поеду в город префектуры, и я могу помочь тебе немного навести справки!”

Юй Сяокао подумала, что с мистической каменной водой ей, вероятно, не придется использовать этот старый женьшень, и сказала: “тогда мне придется смиренно попросить брата Хана поспрашивать вокруг! Ты же знаешь нынешние обстоятельства нашей семьи. Если мы продадим женьшень, я думаю, нам следует полностью переделать наш дом, а затем купить еще несколько участков земли. С моей матерью мы, вероятно, больше не сможем ходить в горы на охоту. Мы должны просто остепениться и засеять поля!”

- Разве ты не зарабатываешь хорошие деньги, продавая свою еду? Если ты не будешь работать на ферме, ты действительно думаешь, что вы будете голодать? - Слегка пошутил Чжао Хань.

- О, это правда! - Юй Сяокао гордо подняла голову: “однако, как семья крестьян, все же лучше иметь под рукой больше участков земли!”

________________________________________

[1] Сяокао использовала сленг, когда она говорила о своей "удаче". В буквальном смысле это означает "точка". Я не мог придумать хорошего английского эквивалента.

Глава 115 - продажа овощей

Прекрасное весеннее солнце уже выскочило из-за горизонта, где небо сливалось с водой. Тысячи красных облаков разлились по небу, смешались с утренним туманом, медленно поднимавшимся с вершин гор, и превратились в разноцветный ореол.

Сегодня был редкий солнечный день. Солнце было теплым и уютным, поэтому он чувствовал себя комфортно, когда его ласкали большие, теплые руки. Прошло всего пять дней, но Юй Хан уже чувствовал, что близок к выздоровлению от своей травмы. Он лишь изредка ощущал сильную боль в области груди, где были сломаны ребра.

Из окна он увидел во дворе деловитую фигуру младшей сестры. Он медленно сел на кровати Кан и осторожно прислонился к стене. Он надел ботинки и медленно вышел.

Юй Сяокао, которая была в огороде во дворе, подняла солому, которая использовалась, чтобы держать овощи в тепле, и показала зеленые, нежные саженцы. Около семидесяти или восьмидесяти процентов земли во дворе использовалось под огород. Листовая зелень с короткими периодами роста была посажена в саду во дворе. Кроме того, вода из мистического камня определенно сыграла свою роль в ускорении роста урожая. Таким образом, менее чем через полмесяца зелень, шпинат и листовой салат были готовы к сбору. Они казались зелеными и пышными под утренним весенним солнцем.

- Старший брат, ты еще не оправился от своих ран. Почему ты вышел? - Юй Сяокао была первой, кто заметил движение в дверях главного зала. Она поспешно вытерла руки и подбежала к старшему брату, чтобы помочь ему переступить порог.

Она нашла место во дворе, где будет светить солнце, и принесла туда кресло, которое ее отец сделал в свободное время. После этого она положила толстый матрас сверху, прежде чем позволила своему старшему брату лечь.

Юй Хан наблюдал, как его младшая сестра отодвинула стул и пошла в комнату, чтобы найти матрас. Она суетилась, как счастливая маленькая пчелка. На его лице появилась извиняющаяся улыбка, когда он сказал: “Сестренка, ты должна вернуться к тому, что делала! Как твой старший брат, хоть я и не могу сильно помочь, но не хочу доставлять тебе лишних хлопот…”

- Старший брат! Самое важное, что ты должен сделать прямо сейчас, - это оправиться от своих травм. Разве ты не сможешь помочь, когда выздоровеешь? Смотри, овощи в нашем саду уже готовы к продаже. Мы также не можем игнорировать наши дела в доках! Ты должен хорошо следить за своим лечением, чтобы не получить в итоге затяжную болезнь!

Юй Хан посмотрел на яркие овощи в саду, и печаль в его сердце, казалось, была рассеяна зеленью. Он вздохнул с улыбкой: “младшая сестра, этот метод действительно хорош! В это время другие люди только что посадили свои семена, но мы уже можем начать продавать наши овощи! Если мы возьмем их с собой в город, эти благородные господа и дамы будут так любить их!”

В эту эпоху не было никаких передовых технологий, таких как тепличное хозяйство. Высокопоставленные чиновники и знатные лорды в столице, имевшие несколько курортов с горячими источниками, могли есть свежие овощи зимой. Однако вокруг таких районов, как город Тангу, не было никаких геотермальных ресурсов. Таким образом, им было очень трудно питаться свежими овощами зимой и ранней весной!

Юй Сяокао накрыла его ногу одеялом и принялась собирать овощи. Она осторожно выкапывала зелень одну за другой. После этого она попросила мадам Лю, которая только что закончила уборку на кухне, помочь вымыть их чистой водой, протереть насухо и аккуратно сложить в бамбуковую корзину. Капельки воды на бок-чой придавали ему такой свежий и сочный вид, что она не могла удержаться и проглотила слюну после того, как всю зиму грызла редиску и капусту.

- Мама, может быть, сегодня вечером мы поедим горячего супа? - Она могла бы купить кусок свиной кости, чтобы сделать густой суп, а также несколько кусочков мягкого тофу. В горшке лежали ростки домашней фасоли, а в чане с водой-несколько больших рыб. У них также была свежая и нежная зелень… Ай-яй, она больше не может думать об этом, иначе у нее потекут слюнки!

- Горячего супа? - Госпожа Лю и ее старший сын переглянулись и поняли, что малышка принесла новое блюдо. Тем не менее, мадам Лю чувствовала себя несколько неохотно.

Сяокао была осведомлена о мыслях своей матери и объяснила: “мама, почему мы работаем от заката до рассвета, чтобы приготовить тушеную пищу и заработать деньги? Разве мы делаем это не для того, чтобы жить хорошо? Если мы зарабатываем деньги, но не хотим тратить их на собственную семью, то разве это не то же самое, что быть жадным до денег?”

- Это кого ты называешь жадным? - Госпожа Лю сердито посмотрела на Сяокао. Но мадам Лю внезапно поняла, услышав слова дочери. Ее дочь была права. Разве они не зарабатывали деньги для того, чтобы их семья могла хорошо питаться, носить теплую одежду и ни в чем себе не отказывать? Если они даже не хотят, чтобы их собственные дети ели их собственные домашние овощи, тогда какой смысл им так усердно работать, чтобы заработать деньги?

Пока мать и дочь вели светскую беседу, они тоже деловито работали руками. Через некоторое время они наполнили несколько бамбуковых корзин овощами.

В это время с заднего двора появился Юй Хай с корзиной, полной рыбы. Он засмеялся: “хотя пруд за нашим домом не очень большой, там довольно много рыбы! Я рыбачу там уже больше полугода, но рыбы все еще много. Цаоэр, что ты положила в приманку? Все большие и маленькие рыбы отчаянно сражались за нее. За этим было так приятно наблюдать!”

- Быстро положи рыбу! Ты поедешь в город с Цаоэр. Как она может справиться с таким количеством овощей одна? К счастью, сегодня утром Сяолянь отвезла телегу с волами из соседней деревни в доки, иначе вам двоим было бы неудобно ехать в город! - Сказала мадам Лю, помогая погрузить корзину с овощами на тележку, запряженную ослом.

Осел по кличке "маленький Грей" уже оправился от своей болезни. После подпитки водой из мистического камня он выглядел свежим и живым. Было почти невозможно сказать, что всего полмесяца назад он был худым, как палочка, и едва дышал.

Все, кто видел осла семьи Юй, хвалили его за то, что он был очень умен. Ему не нужно было никого вести, и он послушно шел по дороге сам. Когда он сталкивался с ямами, он знал, что нужно обходить их. Это серьезно сэкономило людям столько сил и энергии!

Люди, которые были близки к Юй Хаю, все знали, что осел был наполовину мертв, когда они впервые купили его. Все они хвалили Юй Хая за то, что он был отличным животноводом. Быть в состоянии вылечить умирающее животное, пока оно не станет пухлым и сильным, разве это уже не лучшее доказательство?

Позже из-за этого появились люди, которые настойчиво просили Юй Хая лечить их больной скот. К счастью, у него было секретное оружие Юй Сяокао, так что они смогли вылечить всех больных животных.

Какая печаль! С тех пор как доктор Ю вернулся, не было ни одного человека, который пришел бы за медицинской помощью к Сяокао! Хотя доктор Ю неоднократно утверждал, что его маленькая ученица, Юй Сяокао, уже превзошла своего учителя, она все еще была слишком молода. Была такая поговорка: "молодым людям нельзя доверять важные дела". Таким образом, большинство людей все еще верили, что белобородый доктор Ю казался более надежным.

После спасения нескольких животных Юй Сяокао внезапно стала ветеринаром. Более того, ее слава распространилась далеко. Даже бабушка по материнской линии, живущая по ту сторону гор, была наслышана о ее репутации. Сяокао серьезно потеряла дар речи от того, как все обернулось! Однако причина, по которой она изучала медицину, заключалась лишь в том, чтобы скрыть свое секретное оружие-воду мистического камня. Ей было все равно, поверят ли ей другие, лишь бы это принесло пользу ее семье!

-Солнце мне подмигивает,

Птицы поют для меня.

Я трудолюбивый и не цепляющийся маленький демон.

Не спрашивай откуда я,

И не спрашивай, куда я иду.

Я просто хочу выбрать самый красивый цветок,

И отдать его моей маленькой принцессе.

Король велел мне патрулировать горы,

Так что я бродил по миру смертных... [1]

Юй Хай наслаждался первыми строчками: "моя дочь поет довольно хорошо. Должно быть, ее голос передался ей от меня!" Тем не менее, Юй Хай чувствовал, что что-то было не так, чем больше он слушал ее. Почему его добрая дочь превратилась в маленького демона? Этот ребенок стал настолько смелым, что она даже не боялась быть забранной даосским мастером!

- Моя дочь! – Какой еще демон? Ты слышала слишком много сверхъестественных историй? - Юй Хай не мог не прервать Сяокао, когда услышал, как она поет строчку "Поймай монаха на ужин". Повозка с ослом уже выехала на главную дорогу, и людей на ней становилось все больше.

Встретившись с любопытным взглядом рядом с ней, Юй Сяокао хихикнула и сказала: “Правильно, отец! Дедушка знает много сверхъестественных историй!”

Седобородый дедушка, который ехал задом наперед на осле, усмехнулся и сказал: “У маленькой девочки резкий голос, который было очень приятно слышать! Содержание песни также очень интересно. Я и не знал, что маленькие гоблины тоже могут быть такими милыми!”

Этот седобородый старик был бледен и полноват. У него был здоровый вид. Несмотря на то, что он был одет в бедную одежду, он явно был человеком, который жил уважаемой и привилегированной жизнью. Были также "сыновья и внуки", которые вели за ним осла и несли мешки. Их одежда не могла скрыть даже выпуклые мускулы. В сочетании с их настороженными взглядами они определенно были чем-то вроде охранников.

Тем не менее, Юй Сяокао притворилась чистой и невинной, и сказала с улыбкой: “дедушка, вы едете на осле задом наперед, чтобы подражать Чжан Гуолуо [2]?”

- О! Маленькая девочка, ты тоже слышала историю о том, как восемь Бессмертных пересекли море. [!] - Седобородый дедушка был явно в хорошем настроении. Он весело рассмеялся и сказал: “Иди и скажи дедушке, кого еще ты знаешь, кроме Чжан Гуолуо?”

- Я много чего знаю! - Юй Сяокао покачала в руке ивовую веточку, на которой уже было несколько зеленых бутонов. Она гордо подняла свою маленькую головку и ответила: “истории Лу Дунбина, ли Тьегуая, Хэ Сянгу [4]. Я знаю все их истории!”

Юй Сяокао вспомнила, что история о восьми бессмертных возникла из книги династии Юань Цзацзю [5] под названием “Восемь Бессмертных пересекают море”. Таким образом, она не боялась, что это знание раскроет ее личность как трансмигратора.

Она продолжала разговаривать со стариком с белой бородой. Старик и девочка весело болтали всю дорогу до города, поэтому они не чувствовали, что поездка в город была долгой. Когда они подъехали к городским воротам, похожий на ребенка дедушка с белой бородой закусил носовой платок и неохотно попрощался с Сяокао, с которой подружился, несмотря на огромную разницу в возрасте.

Юй Хай почти ничего не говорил на протяжении всего путешествия. После того как они разошлись с группой людей, он наконец сказал: “Дочь, этот старик с белой бородой, вероятно, имеет необычное происхождение! Если вы снова встретитесь в будущем, не забывай обращать внимание на свои слова и будь осторожна, чтобы не попасть в беду.”

Юй Сяокао послушно подчинилась: “отец! Можешь не сомневаться. У меня есть чувство приличия!”

Юй Хай вспомнил, что на протяжении всего путешествия его дочь действительно гораздо внимательнее следила за своей речью. Он также подумал о том, что его младшая дочь особенно разумна и умна, поэтому в конце концов успокоил свое встревоженное сердце.

Пока они разговаривали, они добрались до самого большого и оживленного продовольственного рынка в городе. Отец с дочерью выбрали свободное место с хорошим потоком людей и разгрузили тележку с ослом. Ослиная повозка была отведена к определенному месту отдыха для скота. Там также были люди, которые специально заботились о животных. Если они привозили свой корм, то им нужно было заплатить только одну медную монету за услугу.

Осел семьи Сяокао уже стал придирчивым едоком после того, как его так долго кормили. Каким бы хорошим ни был корм, он даже не взглянул бы на него, если бы в нем не было никакой мистической каменной воды. Сяокао достала из повозки приготовленный ею корм, который определенно был смешан с важной водой из мистического камня.

Глаза маленького Грея загорелись горячим огнем. Вместо того чтобы броситься есть корм, он сначала потерся своей большой головой о руку Сяокао. Он посмотрел на нее мягким и уверенным взглядом, а затем с удовольствием съел, услышав ее слова.

________________________________________

[1] Король попросил меня патрулировать горы (大王叫我来巡山) - песня написана/спета китайским певцом Чжао Инцзюнем (赵俊俊)

[2] Чжан Гуолуо (张果老) - один из восьми бессмертных в китайской мифологии, он часто изображается в виде старика, едущего задом наперед на осле и держащий рыбный барабан

[3] восемь Бессмертных пересекают море (八仙过海) - история, написанная во времена династии Мин анонимным писателем

[4] Лу Дунбин (吕洞宾), Ли Тьегуай (李น), Хэ Сянгу (何仙姑) - имена трех из восьми бессмертных

[5] Цзацзю (杂剧) - поэтическая драма, поставленная на музыку, которая процветала в династии Юань, обычно состояла из четырех актов

Глава 116 - принц

Неподалеку от маленького Грея была привязана лошадь бордового цвета. В это время он уже не интересовался мелкими кормовыми бобами в своей собственной кормушке. Он вытянул шею и попытался съесть грубое сено, лежавшее перед маленьким ослом. Но круг его деятельности был ограничен поводьями. Чувство невозможности съесть то, что он хотел съесть, заставляло его чувствовать себя очень сварливым. Он мог только откинуться назад, когда поднимал голову и безостановочно ржал.

Как только его владелец вышел из магазина маринованных овощей, он быстро зашагал вперед, услышав яростный крик своего любимого коня. Увидев эту сцену, красивый юноша рассмеялся и пожурил ее: “красное облако, ты действительно ведешь себя так бесстыдно! Почему ты не ешь прекрасные кормовые бобы, а вместо этого жаждешь чужого сена? Ты действительно такой позорник, что сражаешься за еду с маленьким ослом!”

Бургундская лошадь, казалось, поняла слова своего хозяина и издала несколько длинных усиливающих звуков, изо всех сил пытаясь освободиться от поводьев. Юноша отпустил поводья, и маленькая рыжая лошадка тотчас же бросилась к маленькому ослу. Он решительно оттолкнул маленького Грея в сторону и доел оставшийся корм. Он даже яростно заржал на маленького Грея с недовольством, как будто обвинял его в том, что тот не оставил ему больше сена!

У маленького Грея был мягкий темперамент, и он не устраивал сцен, несмотря на то, что у него украли еду. Он только смотрел на бордового коня своими большими кроткими глазами. Бордовый конь, казалось, несколько смутился и перестал суетиться. Он повернулся задом к маленькому Грею и несколько раз пожевал сено во рту, словно смакуя восхитительный вкус корма.

- Зверек, ты действительно бесстыдный! Если ты любишь сено, то я скажу конюху, чтобы он приготовил его для тебя, когда мы вернемся домой! - Юноша нежно прикоснулся к гладким и отполированным волосам маленького Грея. Он погладил его и сказал: "Прости за это, приятель! Старик, отдай мой мешок кормовых бобов хозяину осла в качестве компенсации!”

Старик, который отвечал за лошадей и домашний скот, тоже весело улыбнулся и кивнул.

Юноша вывел своего любимого коня, которому все еще не хотелось уходить, с продовольственного рынка и помчался до самой столицы.

Мать беспокоилась о его младшем брате, который недавно отправился в морское путешествие. Значит, аппетит у нее был не очень. Они сменили несколько поваров, но аппетит ее по-прежнему не улучшился. Мадам Ву, чей муж служил в городе Тангу, рассказала им, что на продовольственном рынке города Тангу есть несколько видов вкусных и освежающих маринованных овощей. После того как его мать попробовала вкусную хрустящую маринованную редьку, которую прислала мадам Ву, она съела еще одну миску отвара.

В конце концов, мадам Ву привезла в столицу не так уж много маринованных овощей. Его матери хватало только на два дня. Покончив с маринованными овощами, мать вернулась в состояние полного отсутствия аппетита. Как послушный сын, он не мог видеть, как его мать худеет, поэтому он воспользовался своим перерывом и поспешил в город Тангу. Поспрашивав вокруг, он наконец нашел любимую хрустящую маринованную редиску своей матери!

Чтобы убедиться, что эта поездка не была напрасной, он даже упаковал все различные виды маринованных овощей, доступных в магазине! Если бы его близкие друзья узнали, что он, достойный сын принца Цзина, в течение дня деловито путешествовал между столицей и маленьким городком Тангу ради нескольких сырых маринованных овощей, они бы точно рассмеялись до упаду. Однако ради своей матери он не возражал позволить им немного посмеяться!

Сегодня они прибыли как раз к пяти основным рынкам. Малый бизнес, продавцы овощей, коробейники… Все они собрались на этом продовольственном рынке. Как только Юй Сяокао достала свежие зеленые овощи, их окружила группа людей.

- Эй! В это время года в продаже действительно есть свежая зелень! Посмотрите на этот бок чой, он такой нежный, что из него может выйти вода! Это выглядит так аппетитно! Старший брат, сколько стоит этот бок чой? - Человек, который спросил об этом, был состоятельной Матроной, которая носила прекрасный хлопковый жакет и серебряную шпильку в волосах. Она выглядела так, как будто происходила из семьи с хорошими условиями жизни.

По дороге в город отец с дочерью уже определилась с ценой на овощи. Юй Хай усмехнулся и сказал: “бок чой стоит двадцать медных монет за Кэтти, а шпинат стоит пятнадцать монет за Кэтти. Это восемнадцать медных монет за листовой салат, в то время как салат ромэн стоит двадцать пять монет. Старшая сестра, взгляни. Что из этого ты хочешь?”

- О! Ваши овощи недешевы. Это почти так же дорого, как свинина! Простые люди не смогут себе этого позволить! - Пухлое лицо Матроны было сморщено, и она казалась очень недовольной ценой.

С улыбкой на лице Юй Сяокао сладко ответила: “тетя, как говорится, чем реже что-то есть, тем больше его ценность! Как вы знаете, сильные снежные бури этой зимой были катастрофическими. Весной было еще два снегопада! Какие овощи не замерзнут насмерть в такой ситуации? Так что нам довольно трудно выращивать эти овощи!”

Хотя зрителям было любопытно, как эти свежие и сочные овощи пережили раннюю весеннюю метель, никто не спрашивал, потому что они знали, что только дурак раскроет их собственный секретный метод зарабатывания денег. Однако большинство людей, пришедших на рынок, были сельскими жителями из окрестных деревень. Было очень мало людей, которые могли позволить себе овощи, которые были примерно по той же цене, что и мясо.

Толстуха искренне считала, что овощи стоят дорого, но у нее были деньги, чтобы купить их раз или два. Более того, ее беременную невестку тошнило всякий раз, когда она ела и жаждала зеленых овощей. Она также знала, что в это время года еще не было посеяно ни одного овощного семени, поэтому она никак не могла найти листовую зелень.

Она пришла сюда с намерением испытать свою удачу, чтобы посмотреть, сможет ли она найти их. Если она ничего не найдет, то купит немного чеснока и вырастит из него побеги, которые тоже можно считать зеленью. Но она не ожидала, что ей так повезет и она найдет овощи. Кроме того, казалось, что у них были все различные типы весенних овощей.

Хотя это было дорого, ради своего еще не родившегося старшего внука она стиснула зубы-покупай!

Под завистливыми взглядами толпы толстая Матрона изобразила гордую улыбку и указала своим пухлым пальчиком на бок-чой, шпинат и салат ромэн. Как будто она боялась, что другие не смогут ее услышать, она повысила голос и сказала: “маленькая девочка, это, это и это. Дай мне полкилограмма каждого! Если это будет вкусно, тетя вернется, чтобы купить еще немного завтра!”

- Ладно! - Юй Сяокао быстро взвесила овощи, которые хотела женщина. Она высоко подняла их, протягивая ей, и сказала: “тетушка, всего ровно тридцать медных монет!”

- Тридцать медных монет, а! Этого достаточно, чтобы купить котлету свинины! В прежние годы эта небольшая порция зелени стоила бы столько же, сколько полторы котлеты свинины. Кто бы захотел это съесть!

- Вот именно, вот именно! Я изначально хотел купить для моей семьи, чтобы попробовать, но я не ожидал, что это будет так дорого! Забудь об этом, я просто потерплю! Нам просто нужно подождать еще один или два месяца, и в это время должны быть овощи для продажи!

- Они продают их богатым людям! Тридцати медных монет достаточно, чтобы купить около десяти Кэтти грубого зерна! Этой зимой было очень холодно, поэтому цены на зерно взлетели до небес. Нам уже очень повезло, что мы не умерли от голода. У нас нет лишних денег, чтобы есть такую дорогую еду.

……

Зевак было много, но мало кто что-нибудь покупал. Прошел уже час, но у Юй Хая и его дочери не было ни одного посетителя, кроме толстой Матроны.

- Цаоэр, а мы не слишком завысили цену? Сейчас уже полдень. Если мы не сможем их продать, овощи скоро завянут. И тогда будет трудно продать их по хорошей цене! - Юй Хай почувствовал легкое беспокойство, когда посмотрел на овощи в корзине.

Его младшая дочь приложила немало кропотливых усилий, чтобы вырастить эти овощи. Она поливала и пропалывала их каждый день сама, не нуждаясь в помощи других людей. Ранней весной температура была низкой, поэтому она покрывала огороды соломой, чтобы они не умирали от холода. Утром, на рассвете, она снова поливала. Каждый день она не пропускала ни одного из этих двух шагов.

Перед домом и за ним на всех открытых пространствах были высажены овощи, что в сумме составило около четырех или пяти Ти [1]. Цаоэр и другие дети никогда не говорили, что устали. Они были так благоразумны, что сердце его сжалось от жалости к ним.

Его младшая дочь, в частности, лично занималась приготовлением тушеной пищи и посадкой зерновых культур. У этой маленькой девочки, чей рост доходил ему только до пояса, было еще больше причин для беспокойства, чем у ее отца. Ай! Если бы он больше работал как глава семьи, им не пришлось бы позволять девятилетней девочке взваливать на себя бремя семьи в таком юном возрасте.

Юй Сяокао не знала, что ее отец так много думал, но она все еще уверенно сказала: “Не волнуйся, отец! В городе Тангу очень много богатых людей!! В это время люди, возможно, не смогут купить наши овощи, даже если у них есть деньги!”

Она обвела взглядом толпу и увидела мужчину средних лет, похожего на стюарда. - Эй, дядя, а вы не хотите купить свежих овощей? Мы единственные, кто продает их на всем рынке!

Этот человек с козлиной бородкой был управляющим второго по богатству дома в городе после семьи Чжоу—дома Яо. Банкет по случаю шестидесятилетия старого мастера Яо должен был состояться через два дня, как раз в то время, когда новые урожаи еще не созрели. Приготовить мясные блюда было несложно, но вот с овощными было сложнее справиться.

В результате снежной бури этой зимой старый мастер Яо не планировал большого банкета и пригласил только нескольких близких друзей и родственников, которые все были богатыми и респектабельными людьми. Таким образом, они могли просто подавать редиску и капусту, которые были простыми и скромными, этим почетным гостям.

Стюард был так взволнован приготовлением праздничных блюд, что несколько прядей его волос поседели. Столкнувшись с приближающейся датой празднования дня рождения, он не только мобилизовал подчиненных ему слуг, но и лично отправился на поиски решения. Он просмотрел большую часть продовольственного рынка, но все еще не мог найти решение этой проблемы. Стюард в отчаянии почесал затылок!

Как говорится: "небеса никогда не закрывают все выходы". Он не ожидал, что в конце туннеля появится свет, и в его ушах прозвучал божественный голос.

Стюард проследил за голосом и увидел корзины с зелеными овощами. Они выглядели такими свежими, что он даже не мог отвести от них глаз. Глаза управляющего наполнились слезами радости—он был спасен!

Он немедленно бросился к стойлу Юй Хая и его дочери. Не спрашивая цены, он указал на бамбуковую корзину и нетерпеливо сказал…

- О, это же Мисс Юй! - Знакомый голос прервал слова стюарда Яо.

Юй Сяокао оглянулась и увидел, что это был ученик главного повара ресторана "Чжэньсю" Вана. Он был работником, отвечающим за сбор и закупку ингредиентов, Цянь Сяодуо!

- Мисс Юй, я уже давно не видел, чтобы вы доставляли дичь в наш ресторан. Мой учитель говорит о вас уже несколько дней! - удивился Цянь Сяодуо, увидев корзины с зелеными овощами.

Даже для такой богатой семьи, как у их босса, было нелегко иметь несколько различных овощных блюд на столе в течение этого сезона. Они должны были потратить большую сумму денег, чтобы построить теплицу, чтобы вырастить овощи. Как семья Юй выращивала свежие овощи в это время?

- Дома кое-что происходит… Возможно, в будущем мы больше не сможем отправлять дичь в ваш ресторан. Но дядя Чжао и брат Хан-оба искусные охотники. Они наверняка отправят достаточно дичи в ваш ресторан.

За последний месяц или около того в их семье одно за другим происходило множество событий. Сначала был ранен ее отец. Затем они отделились от основной семьи и должны были отремонтировать свою новую резиденцию. После этого они начали продавать тушеную пищу в доках. Кроме того, с ее старшим братом случилось несчастье… Подумав об этом, она поняла, что действительно прошло много времени с тех пор, как она посещала ресторан Чжэньсю.

- Мисс Юй, вы продаете овощи?! - У каждой семьи были свои проблемы, поэтому Цянь Сяодуо больше не спрашивал об этом. Он посмотрел на корзины с зеленью и сказал: “Серьезно, что я должен сказать о вас! Если у вас есть такие редкие зеленые овощи, почему вы не отправили их в ресторан Чжэньсю? Наш ресторан возьмет все овощи, которые у вас есть. Там нет никакой необходимости, чтобы установить стойло! Поехали, поехали! Возьмите их все в наш ресторан…”

________________________________________

[1] 1 Тu (亩) = ~0,1474 акров = ~666,7 квадратных метров

Глава 117 - борьба за овощи

- Подождите! - увидев, что персонал ресторана Чжэньсю хотел забрать всю корзину, стюард Яо запаниковал и громко крикнул: “Вы должны следовать правилу - первый пришел, первый обслужен! Я уже сделал свой заказ на эти овощи! Девочка, возьми эти деньги. Если этого недостаточно, приходи и найди меня!”

Стюард Яо сунул в руки Сяокао кошелек, опасаясь, что она его не примет. Сяокао не знала, смеяться ей или плакать, когда она взвесила сумку в руках. Внутри было по меньшей мере двадцать или тридцать таэлей. Например, римский салат-латук, который был самым дорогим, стоил двадцать пять медных монет за Кэтти. С двадцатью или тридцатью таэлями он мог купить больше тысячи Кэтти салата. В их корзинах было самое большее четыреста-пятьсот Кэтти овощей. Так сколько же это будет стоить?

Ради их ресторана Цянь Сяодуо определенно не мог отказаться от этой возможности. Он не отступил и сказал: “управляющий Яо, в нашем городе Тангу есть четкий закон и порядок, и он запрещает покупать и продавать силой! Мисс Юй не сказала, что хочет продать их вам, так что это бесполезно, даже если вы дадите ей деньги!”

Стюард Яо так разозлился, что борода у него чуть не скрутилась. Он указал на Цянь Сяодуо и крикнул: "Кто это насильно покупает? Маленькая девочка продает овощи, а я хочу купить их. Это честная сделка! Даже если мы обратимся к окружному судье, я все равно буду прав!! Не думайте, что только потому, что у вас есть поддержка ресторана Чжэньсю и семьи Чжоу, вы можете делать все, что пожелаете с помощью нескольких слов!”

- Вы готовы покупать, но готова ли она продавать? Вы пихаете деньги в ее руки, если это не покупка силой, то что это такое…

Они продолжали ссориться, и у каждого из них были свои причины. С древних времен и до наших дней, где бы ни происходил спор, всегда было достаточно любопытного наблюдателя. Через короткое мгновение все четверо были окружены плотно сбившейся толпой людей.

Юй Сяокао и ее отец беспомощно посмотрели друг на друга, они не могли позволить им продолжать спорить, как будто они были на петушином бое.

Сяокао быстро вышла вперед и оттащила Цянь Сяодуо на пару шагов назад, а затем сказала стюарду Яо: “Стюард Яо, верно? Может ли ваш мастер приготовить все эти овощи за один день? Если не сможет, то они просто не будут свежими!”

Стюард Яо был так взволнован, что его лоб покрылся испариной: “малышка, я скажу тебе честно! Завтра банкет в честь дня рождения нашего старого хозяина. Все остальное уже готово, но нам просто срочно нужна эта зелень для банкета!”

Насколько это было бы респектабельно, если бы они были в состоянии принести свежие овощи для банкета в течение этого сезона? Управляющий Яо подумал, что если бы он мог выполнить эту задачу, то его хозяин, конечно, не стал бы обращаться с ним слишком плохо. Старший стюард уже старел, и ему пора было уходить на пенсию. Может быть, он мог бы воспользоваться этой возможностью, чтобы сделать дальнейший прогресс в продвижении по службе!

С этой мыслью тон управляющего Яо стал еще более настойчивым: “девочка, быть искренней и честной очень важно в бизнесе. Давай будем честными, разве я не пришел первым и не сказал, что хочу купить эти овощи?”

Цянь Сяодуо тоже был встревожен. Сын уездного судьи у лично заказал столик в ресторане "Чжэньсю" и сказал, что они принимают знатного гостя из столицы. Он попросил кухню быть предельно бдительной и обязательно приготовить для гостя впечатляющий обед.

Управляющий сказал, что с учетом окружного магистрата Ву личность гостя должна быть невероятной, чтобы обращаться к нему как к "выдающемуся гостю". Ресторан Чжэньсю был знаменит своими блюдами с устричным соусом. Но устричный соус обычно использовали для овощных блюд. Где бы они могли найти зелень в это время? Он также пришел попытать счастья, но он не ожидал, что действительно найдет их.

Однако кто-то другой уже забрал овощи! К счастью, продавец овощей был старым знакомым ресторана Чжэньсю и имел хорошие отношения с их молодым боссом. Таким образом, он собрал все свое мужество и беззастенчиво сражался за зелень с другим человеком.

Увидев пристальный взгляд Юй Сяокао, он мог только сказать ей правду: “моя маленькая леди, ах! У нас тоже есть срочная потребность в них!! Почетный гость уездного магистрата Ву скоро будет в ресторане!!”

Как только управляющий Яо услышал, что ресторан Чжэньсю покупает овощи, чтобы обслуживать почетного гостя окружного судьи Ву, он также был в недоумении, что делать. Он мог только смотреть на Юй Сяокао и ее отца в надежде, что они вынесут справедливое решение.

Юй Сяокао прикусила нижнюю губу и на мгновение задумалась, а затем сказала: “управляющий Яо, банкет в честь Дня рождения вашего старого хозяина состоится завтра, так что давайте сделаем это! Давайте сначала отдадим эти овощи в ресторан Чжэньсю, так как они нужны им для праздника в полдень. Стюард Яо оставил нам свой адрес. Мы вернемся и заберем партию овощей, а затем отправим их вам. Так подойдет?”

Управляющий Яо понимал принцип: "простолюдин не должен драться с чиновником". Он уже потерял всякую надежду, когда персонал ресторана "Чжэньсю" рассказал, как они используют овощи. Однако когда Юй Сяокао сказала, что у ее семьи есть еще овощи дома, искра надежды снова вспыхнула.

Он подумал и сказал: “Мисс Юй, я не буду беспокоить вас, чтобы доставить их нам. Почему бы вам просто не подождать минутку и не позволить мне пойти за лошадиной каретой? Я вернусь за вами.”

- Если вы не доставите их нам, то где нам искать вас, ребята? - Поскольку там было еще больше овощей, они могли бы сделать одолжение для ресторана Чжэньсю.

- Ладно! Стюард Яо, мы будем ждать вас у черного хода ресторана Чжэньсю! - От деревни Дуншань до города было довольно далеко, так что Юй Сяокао, конечно же, была счастлива, что ей не нужно было совершать лишнюю поездку.

Стюард Яо кивнул и быстро вышел. Он должен был действовать быстро, чтобы они не рассердились от ожидания и не ушли первыми. Если бы это случилось, у него не было бы больше слез, чтобы плакать!

Увидев, что он получил зелень, Цянь Сяодуо пришел в очень счастливое настроение. В это время кто-то спросил о цене овощей, поэтому он махнул рукой и крикнул: “извините, наш ресторан "Чжэньсю" уже купил все овощи. Пожалуйста, приходите завтра пораньше!”

Ему не нужно было ничего говорить Сяокао, и он тактично переложил корзины на тележку осла. К тому времени, когда Юй Сяокао вернулась с маленьким осликом в левой руке и мешком кормовых бобов, который достался ей от неизвестного лица, в правой руке, четыре или пять сотен Кэтти овощей были аккуратно сложены на тележке осла.

Цянь Сяодуо льстиво рассмеялся и сказал: “Мисс Юй, у вас хороший осел. Наверное, он стоил несколько таэлей, верно?”

Юй Сяокао потянула за собой тележку с ослом и направилась в ресторан "Чжэньсю". Время от времени она болтала с восторженным Цянь Сяодуо. Этот парень обычно казался тихим человеком, но сегодня с ним будто что-то произошло и он превратился в болтуна!

К счастью, ресторан Чжэньсю был не так уж далеко. Это заняло всего несколько минут, чтобы добраться туда. Когда повозка с ослом въехала в заднюю дверь, управляющий, услышавший эту новость, с удивлением подбежал к ней.

- Айя! Старший брат, Мисс Юй! Вы, ребята, серьезно большие счастливые звезды нашего ресторана Чжэньсю! Эти овощи появились как раз вовремя!! Вы, ребята, быстро разгружайте овощи! - Чрезмерно восторженное отношение менеджера было слишком ошеломляющим.

Управляющий улыбнулся, как цветок хризантемы, наблюдая, как корзины с овощами перемещаются на кухню: “быстро идите отдохните в личную комнату третьего молодого хозяина! Сяодуо, сделай чайник лучшего чая нашего ресторана, чтобы брат Юй и Мисс Юй утолили свою жажду.”

Юй Хай чувствовал себя очень неловко из-за проницательного отношения менеджера. Он махнул рукой и сказал: “Нет необходимости, нам нужно уже возвращаться обратно…”

- Уже почти полдень. Вы не можете вернуться на пустой желудок! Наш третий молодой хозяин отправился на пристань рано утром и должен был скоро вернуться. Если он узнает, что я отпустил вас домой голодными, он определенно обвинит меня! Вперед, вперед! Попробуйте новое блюдо шеф-повара Вана! - Не позволив им отказаться, управляющий потянул Юй Хая за руку и повел отца с дочерью в отдельную комнату третьего молодого мастера Чжоу.

Они вышли рано утром и пробыли на продовольственном рынке половину дня, так что Юй Сяокао действительно немного хотелось пить. Она подула на чай, выпила его залпом и причмокнула губами—чай очень вкусный и ароматный!

Управляющий наблюдал, как Юй Хай и его дочь, не обращая внимания на ценность чая, без всяких мыслей пили превосходный чай, который стоил дюжину таэлей за унцию. Однако он не осмелился выказать презрение и поспешно наполнил их чашки. Когда управляющий рестораном Чжэньсю обслуживал высоких чиновников и благородных лордов, он обычно не вел себя ни скромно, ни высокомерно. Но в это время он вел светскую беседу с Юй Хаем и его дочерью в очень доступной манере.

В середине их разговора дверь отдельной комнаты была распахнута, и третий молодой господин Чжоу вошел с промасленным бумажным пакетом.

- К счастью, я вернулся как раз вовремя, иначе снова разминулся бы с вами, ребята! - Чжоу Цзысю протянул менеджеру промасленный бумажный пакет и продолжил: - Я был занят на фабрике после Нового года. Я думал, что смогу встретиться с тобой в порту, но там всегда была твоя сестра-близнец, продающая тушеную еду. Ну хорошо, а как твой старший брат пострадал? Сейчас для завода наступило критическое время, так что у меня не было времени его навестить.

Юй Сяокао поставила чашку на стол и посмотрела на знакомую промасленную сумку в руках управляющего. Она ответила: "Мой старший брат уже может вставать с постели. Спасибо за вашу заботу, третий молодой господин!”

- Ты ведешь себя так, как будто мы незнакомы! - Чжоу Цзысю заметил, что Юй Сяокао смотрела на промасленный бумажный пакет, который он принес, поэтому он улыбнулся и сказал: “тушеная еда вашей семьи абсолютно потрясающая! Я стал зависимым от нее после того, как попробовал пару раз! Мое любимое-это свиное рыло и свиные уши. Если бы вы не сказали, кто бы мог подумать, что такие вкусные деликатесы сделаны из ингредиентов, которые другие люди обычно выкидывают?”

Юй Сяокао сказала с улыбкой: "Если третий молодой мастер любит это есть, я могу принести для вас в следующий раз, когда я приду!”

- Конечно, это здорово! Ты не представляешь, как мне было трудно купить тушеную еду. Мне потребовалось столько усилий, чтобы протиснуться туда и захватить несколько порций. Теперь, когда я думаю об этом, это действительно нелегко! - Чжоу Цзысю сделал возмущенное выражение лица и успешно позабавил Юй Сяокао.

Юй Сяокао рассмеялась и сказала: “чтобы успокоить ваше раненое сердце, я буду милосердна и лично приготовлю для вас "пряное нарезанное свиное ухо" и ‘мясо из свиной головы с толченым чесноком’. Я гарантирую, что вы захотите съесть еще больше после того, как попробуете их!”

- Конечно, большего я и не прошу! - Чжоу Цзисю последовал за Юй Сяокао на кухню.

Чтобы развлечь уважаемого гостя из столицы, уездный судья Ву зарезервировал весь ресторан Чжэньсю. Таким образом, вся кухня была занята подготовкой к таинственному гостю в самой роскошной отдельной комнате.

Когда шеф-повар Ван, который был повышен до главного повара, увидел входящую Юй Сяокао, он приветствовал ее с улыбкой: “Мисс Юй, давно не виделись! Я снова разработал новое блюдо. Попробуйте его и дайте мне несколько советов, когда будете свободны!”

- Дядя Ван, вы знаменитый повар в городе Тангу. Я не смею показывать свое ничтожное мастерство перед экспертом! - Юй Сяокао вымыла руки и безропотно занялась кухней.

Для двух блюд, помимо того, что потребовалось немного больше времени, чтобы смешать масло чили, все остальное было готово. Кроме того, ей помогали работники кухни, которые все претендовали на роль ее помощников. Таким образом, за короткое время аппетитные "Пряные ломтики свиного уха" и "мясо свиной головы с толченым чесноком" были завершены!

Шеф-повар Ван, конечно же, не упустил возможности поучиться. Он остановил работу и мысленно запомнил все шаги Сяокао по смешиванию масла чили. Он не только открыто изучал секретные методы, но и время от времени задавал вопросы: “можно ли использовать масло чили, используемое для свиных ушей, также и для других холодных блюд?”

- Ну конечно! С вашим интеллектом и мудростью шеф-повара, вы можете определенно сделать еще более вкусные блюда! - После того как Юй Сяокао закончила готовить два холодных блюда, она вышла из кухни, чтобы не мешать им делать свою работу.

Глава 118 - почетный гость

Выйдя из задней кухни, они уже собирались подняться на второй этаж, когда столкнулись с группой хорошо одетых людей. Все они столпились вокруг старика со здоровым румянцем и ярко-желтым поясом на талии и тоже собирались подняться по лестнице.

- А-Ху! Ты вернулся? - Сын уездного судьи поздоровался с ним и посмотрел на Юй Сяокао, которая стояла позади него. Он слегка нахмурился и прошептал: “А-Ху, разве я не просил тебя заранее освободить ресторан? Почему здесь есть посторонние люди?”

Прежде чем Чжоу Цзысу успел ответить, он услышал звучный голос: - Разве это не маленький демон, который патрулирует горы? Что? Вы тоже пришли поесть?

Юй Сяокао показалось, что она уже где-то слышала этот голос, поэтому она оглянулась. На толстом старике был головной убор из слоновой кости, темно-коричневое парчовое платье и ярко-желтый пояс с нефритовыми вставками. Не тот ли это седобородый дедушка, который сегодня утром по дороге в город рассказывал ей о восьми бессмертных, пересекающих море?

Итак, он был почетным гостем окружного судьи! Она догадывалась, что у него необычное происхождение, но никак не ожидала, что он член императорской семьи из столицы! Было бы глупо спрашивать, откуда она узнала, что он был членом императорской семьи. Кто, кроме членов императорской семьи, осмелится носить на поясе ярко-желтый пояс? Разве это не было бы похоже на начало восстания?

Окружной судья Ву был человеком средних лет с элегантными чертами лица и изысканными манерами. Он был слегка ошеломлен, когда увидел маленькую девочку, одетую в грубую ткань. У нее была молодая внешность и невысокий рост. В глубине души он неизбежно сомневался: "Откуда же почетный император мог знать кого-то из сельской местности?"

Однако его замешательство рассеялось, когда он вспомнил, как сегодня утром были одеты почетный император и его свита. Почетный император родился и вырос в бедности, поэтому он всегда был дружелюбен к простолюдинам из тех же самых бедных слоев. Поэтому неудивительно, что он познакомился с несколькими простолюдинами, когда путешествовал инкогнито.

- А? Разве вы не тот старый дедушка, который сегодня утром ехал на осле задом наперед? - Юй Сяокао изобразила удивление и спросила.

Отставной император со смехом прошел вперед и остановился в двух шагах от нее. Он кивнул и сказал: - Мы расстались только сегодня утром и снова встретились здесь; у нас действительно предопределенные отношения!

Он огляделся вокруг своими большими, похожими на колокольчики глазами и прищелкнул языком: “окружной судья Ву, этот ресторан, который вы рекомендовали, кажется не таким уж замечательным, а! Уже время обеда, но кроме нас и этой маленькой девочки, других посетителей нет. Похоже, их еда не очень вкусная! Может, пойдем в другой ресторан?”

Третий молодой Мастер Чжоу и Юй Сяокао обменялись взглядами, и на их головах появились воображаемые черные линии: - окружной судья Ву зарезервировал весь ресторан, так как же тут будут другие клиенты?

Окружной судья Ву не мог просто сказать, что он зарезервировал весь ресторан, чтобы развлечь его, почетного императора. Отставной император больше всего ненавидел, когда с ним обращались в экстравагантном бюрократическом стиле, когда он путешествовал инкогнито. Поэтому судья Ву на мгновение растерялся, не зная, что ответить.

В это время Юй Сяокао выступила в защиту ресторана “Чжэньсю": - дедушка, здесь очень вкусная еда. Вы узнаете это, попробовав ее!

Императорская гвардия и слуги почетного императора внутренне усмехнулись и подумали: "ты просто невежественная и неопытная маленькая девочка. Ты действительно думаешь, что твои слова будут звучать убедительно? Лучше вообще ничего не говорить."

Почетный император был в хорошем настроении и хотел подразнить маленькую девочку: - Тогда скажи мне, какая у них здесь вкусная еда?

Юй Сяокао не стала раздумывать и сразу же перечислила: - Итак, пареная баранина, медвежья лапа на пару, хвост оленя на пару, жареная утка, жареная курица, жареный гусь, тушеная соленая утка, маринованная курица, вяленая свинина, консервированные яйца, копченое свиное брюшко, жареная во фритюре сушеная свинина, колбаса, ассорти из мяса, копченая курица, вареная свинья рубец, тушеная свинья, клейкий рис с фаршированной уткой, фазан в глиняном горшке, вареный перепел, ассорти из тушеных продуктов, тушеная утка, тушеные креветки, жареные креветки…

Она сосчитала свои пальцы и произнесла скороговорку, которой обычно наслаждалась на одном дыхании. Она перечисляла одно за другим, не переводя дыхания. Третий молодой Мастер Чжоу широко раскрыл глаза и задумался, так ли много блюд в его ресторане. Как же так вышло, что он не знал?

- О боже! Ты очень красноречивый оратор! Ты очень хорошо практиковалась в “объявлении названий блюд [1]”. Малышка, ты работаешь в ресторане? - Когда почетный император услышал знакомую скороговорку, ему пришлось скрыть восторг в своем сердце. Он никогда не думал, что в этом мире будет еще один переселитель душ, кроме него и маленького ребенка в его семье!

- Успокойся. Мне нужно успокоиться. Я не могу проскользнуть и показать себя, иначе этот умный маленький кролик испугается и убежит!

Но Юй Сяокао уже была шокирована тем, что он сказал: “как он узнал, что я читала скороговорку "названия блюд"? Может ли быть так, что старый дедушка передо мной тоже является трансмигратором? Черт, да что не так с этим миром? Этот мир проникает так сильно, что скоро превратится в решето!! Успокойся, я должна быть спокойна! Независимо от того, является ли он трансмигратором или нет, я все еще не могу позволить ему ничего заметить!”

Она показала невинное и чистое выражение лица и ответила с улыбкой: “старый дедушка, разве вы не спросили меня, какие вкусные блюда у них есть? Я только что перечислила вам названия блюд! Ну, а есть ли что-нибудь, что вам понравилось?”

‘Притворяйся, просто продолжай притворяться!!’ Почетный император в душе ругал ее как "маленькую лисичку", но не разоблачал. Он продолжал сотрудничать с ней и сказал: - ты перечислила слишком много блюд. У этого старика плохая память, так что я не могу вспомнить большинство из них! Как насчет этого? Просто выбери несколько лучших блюд в ресторане и подай их!

Третий молодой Мастер Чжоу проинструктировал менеджера: "идите, подавайте все фирменные блюда ресторана! Надеюсь, вы, наш почетный гость, дадите нам более ценные советы!”

- Малышка, ты должна остаться и представить нам блюда! - Отставной император улыбался, как большой серый волк, заманивающий маленького белого зайчика.

Юй Сяокао потерла нос и извинилась: “Извините, я не официантка в этом ресторане, так что…”

- Но ты только что продекламировала так много соблазнительных блюд и пробудила аппетит у этого старика, и вдруг забираешь свои слова обратно… Вы смеетесь надо мной, пятый лорд? - Почетный император исполнил свой особый навык изменения выражения лица. В одно мгновение первоначально дружелюбный и наивный старик превратился во властного и строгого начальника. Его спутники не могли не покрыться холодным потом из-за его грозной ауры.

Юй Сяокао встревожилась в глубине души и вдруг поняла, что достоинство императорской семьи нерушимо. Она вспомнила, что настроение членов королевской семьи и высокопоставленных чиновников в романах всегда было неопределенным. Секунду назад они могли смеяться, а в следующую отнять чью-то жизнь. В одно мгновение ее маленькое личико стало мертвенно-бледным от страха, а глаза покраснели.

Чжоу Цзису, перед лицом силы уважаемого гостя, открыл рот, чтобы умолять за нее: “пятый господин, пожалуйста, примите во внимание, что Сяокао все еще ребенок, и пощадите ее! Я готов гарантировать своей честью, что Сяокао не имеет намерения высмеивать или проявлять неуважение к вам…”

- Ха-ха… Ты ведь третий сын в семье Чжоу, верно? Ты очень сентиментален и гораздо лучше своего старшего дядюшки! - Почетный император не мог больше трех минут сохранять мрачное выражение лица и снова широко улыбнулся. Он тихо сказал Сяокао: “Малышка, ты, должно быть, ужасно испугалась, верно? Ты должна помнить этот урок в будущем. Есть люди, которых нельзя обижать!”

Тревожные чувства Юй Сяокао внезапно ослабли, и она не могла не чувствовать грусти, независимо от того, было ли это в древние или современные времена, такая маленькая простолюдинка, как она, никогда не сможет жить свободной и счастливой жизнью. Повсюду будут существовать привилегированные классы.

Видя, что у маленькой девочки на глазах появились слезы, почетный император не мог не коснуться ее головы. Его голос стал еще мягче: - Ты плачешь? Похоже, ты действительно все еще ребенок, которого легко напугать. Чжоу Сяосань [2], подай маленькой девочке несколько хороших блюд и не забудь внести их в мой счет!! Больше не бойся меня.

Окружной судья Ву и его сын были ошеломлены постоянно меняющимся отношением почетного императора. Почетный император обычно улыбался и был очень общителен, но стоило ему показать свою власть, как даже он, окружной судья, чуть не намочил штаны, не говоря уже о маленькой девочке. Маленькая девочка уже была очень храброй, потому что не заплакала на месте от испуга.

В следующее мгновение он увидел, как почетный император снова превратился в доброго старика. Он гладил маленькую деревенскую девочку по голове и успокаивал ее. Если бы не огромная разница в их одежде, их можно было бы почти считать дедушкой и внучкой!

Юй Сяокао попыталась сдержать слезы и выдавила из себя улыбку: “дедушка, вы только что были очень страшным. Это даже хуже, чем когда мой дедушка сердится… Я больше не буду задерживать вашу трапезу. Сяокао сейчас же уйдет.”

Говоря это, она слегка согнула колени и сделала несколько шагов назад. После этого она быстро вернулась на задний двор, как будто за ней гнался волк. Она наконец вздохнула с облегчением—О боже, это было так страшно! В будущем она должна послушно сидеть дома и изо всех сил стараться избегать общения с влиятельными чиновниками!

Чжоу Цзысу остался, чтобы лично развлечь уважаемого гостя. Распорядившись, чтобы почетный гость сел в отдельной комнате, управляющий приказал подать еду на кухню. Увидев посреди двора Юй Сяокао, которая все еще испытывала затаенный страх, он несколько раз легонько погладил ее по голове и сказал: - В будущем будь осторожна со своими словами. Если ты обидишь кого-то, кого не должна обидеть, никто не сможет тебя спасти!

Управляющий был на несколько лет старше Юй Хая. Ему очень нравилась эта умная маленькая девочка, и он относился к ней как к младшей сестре. Что же касается того, что случилось раньше, то он тоже покрылся холодным потом из-за этой ситуации. К счастью, благородный лорд был не из тех, кто привередлив и мстителен. Иначе даже семье этой маленькой девочки пришлось бы страдать вместе с ней.

Юй Сяокао послушно кивнула головой и тихо спросила: “Если я сейчас поднимусь наверх, не столкнусь ли я с ними?”

- Нет, почетные гости уже расселись. Быстро возвращайся наверх. Брат Юй, вероятно, беспокоится из-за ожидания! - После ответа управляющего он вошел в кухню.

Юй Сяокао, словно мышонок, избегающий кота, прокралась на второй этаж. Но в конечном итоге она была шокирована сыном окружного судьи, который толкнул дверь и вышел.

- Что ты делаешь? Ты ведешь себя как вор. - Молодой мастер Ву был очень впечатлен этой маленькой девочкой, которая хорошо готовила. В прошлый раз даже этот придирчивый парень, Юань Юньси, съел две большие миски тушеной рыбы, которую приготовила эта маленькая девочка. Раньше, если бы третий молодой господин Чжоу не попросил за нее, он почти не смог бы удержаться, чтобы не вступиться за нее.

Юй Сяокао была несколько смущена, когда она неловко коснулась своего затылка. Она осторожно посмотрела на закрытую дверь позади молодого мастера Ву. Она приложила указательный палец к губам и сделала безмолвный жест, а затем указала на отдельную комнату, в которую собиралась. После этого она помахала рукой молодому мастеру Ву и продолжила ползти к своей цели. Подойдя к двери, она быстро открыла ее и вошла, как будто ее выгнал грабитель.

Молодой мастер Ву, наблюдавший за серией ее движений, почувствовал, что девочка очень интересная. Она была намного интереснее, чем эти претенциозные благородные дамы! Он с улыбкой покачал головой.

________________________________________

[1] Объявление названий блюд (报菜名) - базовый навык в китайском перекрестном разговоре, длинная скороговорка, в которой перечисляются длинные списки блюд

[2] Чжоу Сяосань (周小三儿) - Сяосань = третий младший, поэтому он называет его третьим сыном семьи Чжоу

Глава 119 - удовлетворение

Весь персонал ресторана "Чжэньсю" придавал этому банкету большое значение. Поскольку они сделали соответствующие приготовления, блюда были поданы очень быстро.

Сначала было восемь закусок: курица на пару с соусом чили, холодная вареная свинина с чесночным пюре, соевый тушеный утиный язык, маринованные гусиные лапки, салат из шпината, кислые и острые черные грибы, холодные медузы и измельченные ламинарии в масле чили…

Пока он слушал представление третьего молодого мастера Чжоу, почетный император, который был почетным гостем, пробовал каждое блюдо одно за другим и часто кивал, выражая свое удовлетворение. Внезапно его взгляд остановился на двух блюдах, которые не должны были появиться на столе. Они были такими знакомыми и ностальгическими.

Окружной судья Ву проследил за его взглядом и нахмурился: “разве ты не говорил, что должно быть восемь видов холодного блюда? А почему тут еще двое дополнительных?”

Чжоу Цзысу тоже увидел эти два блюда и почувствовал тревогу в своем сердце—разве это не тушеная еда семьи Юй, которую он принес из доков? Разве он не велел официантам принести ее в его комнату? Зачем они принесли это сюда?

Он вспомнил основные ингредиенты этих двух блюд-свиная голова и свиное ухо. Не обращая внимания на людей из богатых и знатных семей, даже простые люди не любили есть эти вонючие вещи. И все же они подали это уважаемому гостю из столицы. Это считалось большим неуважением к их гостю. Если они не будут осторожны, то могут потерять голову! При этой мысли спина Чжоу Цзысу мгновенно покрылась холодным потом.

Он льстиво улыбнулся и сказал: “официант, должно быть, ошибся. Я заберу это…”

- Подожди! - Почетный император немедленно остановил его. Мясо свиной головы с вином было его любимым, когда он был еще генералом в своей предыдущей жизни. Прошло несколько десятилетий с тех пор, как он ел это в последний раз. Он так скучал по нему, что даже мечтал о том, как будет грызть мясо свиной головы!

Еще будучи императором, он приказал императорскому повару приготовить тушеную свиную голову. Но ни одна из них не была на вкус такой же, как та, что он помнил. Чем больше он не мог ее съесть, тем больше ему хотелось ее съесть. Ему уже приближалось семьдесят лет, так что он действительно хотел съесть настоящую тушеную свиную голову перед смертью!

Глаза почетного императора вот-вот должны были приклеиться к свиной голове с чесночным пюре. Он решил придумать громкую причину, чтобы сохранить блюдо: “так как они уже здесь, просто оставь! Скажи мне, как называются эти два блюда?”

Холодный пот выступил на лбу третьего молодого мастера Чжоу, когда он, слегка заикаясь, произнес: - Пятый лорд, эти два блюда не очень подходят для такого случая. Почему не…”

- Почему это не подходят? Это выглядит довольно хорошо! Дай мне попробовать это на вкус. - Почетный император уже давно жаждал пошевелить палочками. Таким образом, он использовал этот прекрасный шанс, чтобы добраться до своей любимой еды—мясо свиной головы!

Однако окружной судья Ву не осмелился позволить "этому великому Будде", почетному императору, попробовать это блюдо. Он поспешно поставил перед собой тарелку со свиными головками с чесночным пюре и сказал с улыбкой: “пятый лорд, почему бы вам не попробовать это сначала?”

Почетный император наблюдал, как жирное мясо, которое вот-вот должно было войти в его рот, снова отодвигается от него. Он нахмурил свои густые брови и выругался: “Почему ты такой назойливый? Ты дашь мне поесть или нет? Это же не императорский дворец! Не надо так волноваться из-за пустяков!”

- Милорд, именно потому, что это не императорский дворец, мы должны быть особенно осторожны! С вашим статусом, если что-то случится в городе Тангу, я, окружной судья города Тангу, не смогу компенсировать это, даже если вся моя семья будет обезглавлена. - Окружной судья Ву непрестанно кричал в своем сердце!

- Милорд! Почему бы этому старому слуге не проверить блюдо для вас? - Толстый старик за спиной почетного императора, с бледным безбородым лицом, смиренно спросил слегка женским голосом.

Он был главным стюардом, придворным евнухом по дворцовым делам, который служил императору Эмеритус на протяжении десятилетий. Когда отставной император только взошел на трон, было много людей, которые хотели его жизни. Поэтому испытатели пищи часто менялись одна группа за другой. В конце концов, главный управляющий Лю Фушэн, который позже был назначен главным управляющим дворцовыми делами, был единственным, кто остался рядом с ним. Он закончил тем, что сопровождал почетного императора более тридцати лет!

У главного стюарда Лю все еще было много лиц перед почетным императором. Хотя выражение лица почетного императора выглядело не очень хорошо, он согласился на его просьбу.

Главный Стюард Лю взял свои палочки для еды и быстро взял по куску свиного мяса и свиного уха с каждой тарелки. Он положил их в рот один за другим и некоторое время тщательно жевал. Уникальный вкус почти заставил его захотеть второй кусочек. Это было нечто такое, чего он никогда не пробовал раньше за те тридцать или около того лет, что служил почетному императору.

Мгновение спустя почетный император нетерпеливо взял свои палочки для еды и сказал с легким гневом: “видишь, разве я не сказал, что все в порядке? Вы, люди, просто чересчур осторожны!”

Говоря это, он уже схватил палочками толстый кусок свиной головы. Когда он уже собирался положить его в рот, его снова прервал третий молодой Мастер Чжоу.

- Я говорю: - Чжоу Сяосань, ах, Чжоу Сяосань! Ты позволишь мне поесть или нет? Если ты не дашь мне веской причины, посмотрим, не накажу ли я тебя! - Почетный император чуть было не перевернул стол, но тут же вспомнил, что на столе лежит его любимая свиная голова, и подавил ярость.

Чжоу Цзысу был на грани слез, но собрал все свое мужество и сказал: “Пятый господин, эти два блюда-мясо свиной головы и свиные уши… Они не годятся для того, чтобы их съел человек вашего положения!”

Конечно, этот старик знает, что это свиные головы и свиные уши! В прошлом они были любимой едой этого старика! Почетный император подавил свой гнев и сделал все возможное, чтобы убедить его: “Сяосань, ах, нет никакой разницы между высоким и низким статусом для еды. Единственное, что имеет значение, - это то, соответствует ли это чьему-то вкусу! В те далекие времена, когда этот старик боролся за власть... кхе-кхе когда этот лорд сражался бок о бок с почетным императором, я даже ел траву и древесную кору. Даже мышь казалась мне вкусной в то время! Так что же не так с мясом из свиной головы? Свиная голова-это тоже мясо! Когда происходят стихийные бедствия, ты не сможешь найти мясо, чтобы поесть, даже если захочешь.”

На мгновение вспомнив его горько-сладкие воспоминания, голос, который продолжал прерывать его, наконец остановился. Почетный император наконец—то смог попробовать свою любимую свиную голову-пожалуйста, не подведите его.

Этот кусочек оказался таким вкусным, что он чуть не заплакал. Это был вкус, который задержался в его сознании и о котором он всегда мечтал: богатый и ароматный клейкий вкус просто таял во рту. Масло и маринад взорвались в его рту одновременно, наполнив его рот ароматным вкусом и не дав ему остановиться.

- Хорошо, хорошо, хорошо! - Отставной император трижды похвалил блюдо за то, что оно "хорошее", а затем сунул в рот кусок свиной головы, в котором было хорошее соотношение жирного и постного мяса, и тщательно прожевал его. Он долго смаковал этот вкус, не желая проглатывать его: “мясо очень вкусное и имеет богатый и ароматный вкус! Оно жирное, но не слишком! Человек, который сделал это, определенно является экспертом в тушении пищи!!”

Почетный император съел половину тарелки на одном дыхании, а затем постепенно замедлил шаг, чтобы тщательно насладиться ароматом и хрустом измельченных свиных ушей в масле Чили. Во время этой трапезы он съел на одну миску риса больше, чем обычно. Эти два блюда были в основном съедены им. Он почти ничего не ел из горячих блюд, которые подавали потом, за исключением нескольких вкусных и освежающих овощных блюд.

После трапезы почетный император потер свой раздутый животик и все еще хотел большего, вспоминая подлинный вкус тушеной свиной головы: "я наконец-то съел мясо свиной головы, которое на самом деле имело подлинный вкус!" Все эти имперские повара пользовались незаслуженной репутацией. Они знали только, как делать причудливые вещи, но в течение десятилетий они все еще не могли получить вкус, который он хотел. Сегодня он наконец-то исполнил свое желание. Какое небывалое удовлетворение! Это было даже лучше, чем когда он завоевал страну и поднялся на самый высший пост!

- Мясо свиной головы и холодные измельченные свиные уши оба очень хороши и соответствует моему вкусу! Позовите повара, который приготовил эти два блюда. Я, Пятый Лорд, хочу вознаградить его!

Отошедший от дел император размышлял о том, как бы ему привести повара. Если понадобится, он покажет свою личность. Даже если бы ему пришлось угнетать других своей властью, он все равно должен был привести повара!!

Однако Чжоу Цзысу просто стоял там с неловким выражением на лице. Окружной судья Ву слегка нахмурился и спросил: “племянник, разве ты не слышал, что сказал Пятый Лорд? Поторопись и позвони шеф-повару для вознаграждения!”

- Пятый Лорд, честно говоря, эти два блюда были приготовлены не поварами ресторана Чжэньсю! - наконец ответил Чжоу Цзысу после тщательного обдумывания.

- Как ты смеешь! Ты действительно осмелился дать Пятому Лорду пищу неизвестного происхождения!! Знаешь ли ты свое преступление!? - Предводитель императорской гвардии был поражен, а затем сердито вышел вперед и закричал.

Почетный император, чье сердце было полно мыслей о том, как убрать повара, был крайне разочарован этой новостью. Он не дал предводителю императорской гвардии впасть в ярость и торжественно спросил: - Вы знаете, кто приготовил эти два блюда?

- Да… Пятый Господь также видел человека, который сделал эти блюда. - Видя, что пятый Лорд уже показывает нетерпеливое выражение, Чжоу Цзысу не было другого выбора, кроме как открыть правду.

- Я его видел? - Почетный император нахмурил брови, а затем внезапно снова расслабил их. - Это ведь та маленькая девочка, не так ли?

- Ха, малышка, похоже, я только что разгадал твой маленький секрет. Но ты все еще притворяешься! Я так и знал. Только наши соотечественники из нескольких сотен лет спустя могут сделать самый подлинный вкус нашего родного города! Однако, поскольку ты не хочешь, чтобы другие знали твою личность, этот Господь будет милостив и не разоблачит тебя. Но мне нужно получить кое-какие льготы!

- Пятый Лорд мудр! - Чжоу Цзысу почувствовал легкое беспокойство. Он не знал, было ли это благословением или катастрофой для Сяокао. Он решил, что если Господь возложит вину на нее, он сделает все возможное, чтобы защищать ее до конца!

- Награда! Этот господин поел сегодня очень вкусно! Будет много наград! - Почетный император не мог дождаться, когда увидит эту маленькую девочку. Должен ли он назначить ее императорским поваром и увезти обратно в столицу?

Однако восьмилетняя или девятилетняя девочка в роли имперского повара может показаться публике не очень убедительной. Или, может быть, он мог позволить своему третьему сыну принять ее как свою крестницу и даровать ей титул Королевской принцессы. Тогда он сможет попросить ее сопровождать его, своего крестного деда, во временную императорскую резиденцию. Это было бы не слишком неразумно, верно?

Пока почетный император размышлял, как похитить маленькую девочку, Юй Сяокао постучала в дверь и вошла. За ней последовал неугомонный Юй Хай.

- Этот простолюдин, Юй Хай, приветствует господа! - Юй Хай почтительно поприветствовал окружного судью Ву.

Только тогда Юй Сяокао последовала за своим отцом и опустилась на колени позади него: "в порочном старом обществе гражданские лица в самом низу общества должны были преклонить колени, когда они видели влиятельных фигур. Я серьезно не могу привыкнуть к этому! Ну, я просто приму это как посещение храмов и поклонение Будде!"

Юй Сяокао была в середине бесконечной невысказанной критики, когда почетный император махнул рукой: "не церемоньтесь! Дайте им места!”

- Я не смею, не смею! - Он был из тех, кого даже окружной судья не осмеливался произнести вслух, так как же Юй Хай осмелился бы небрежно сесть? Наверное, лучше было бы ответить ему стоя!

Когда почетный император заметил, что его добродушное отношение не рассеяло тревоги отца и дочери, он не стал настаивать. Вместо этого он использовал домашний тон, чтобы спросить немного более осторожную Юй Сяокао: “девочка, это ты приготовила тушеное мясо свиньи и свиные уши?”

Свиная голова и свиное ухо? Разве третий молодой господин Чжоу не купил их себе на обед? Он ведь не стал бы подавать их важному гостю, верно? Она не могла позволить себе взять на себя ответственность, если что-то плохое случится после того, как он съест ее еду!

Юй Сяокао свирепо посмотрела на третьего молодого господина Чжоу, а затем кротко ответила: -Да, это сделала я!

- Не нервничай! Тушеное жаркое очень вкусное. Это действительно соответствует моему вкусу, поэтому я хотел вознаградить тебя! Скажи мне, какую награду ты хочешь? - Отставной император размышлял про себя, не слишком ли бесчеловечно заставлять такого маленького ребенка покидать родной город и родителей.

Глава 120 - вознаграждение

Юй Хай боялся, что его дочь, которая не боялась высказывать свое мнение, сделает возмутительную просьбу, поэтому он поспешно вмешался: “навыки моей дочери ничем не примечательны, поэтому ей повезло, что она угодила вашей милости. Мы не можем принять вашу награду!”

Почетный император был в чрезвычайно хорошем настроении, поглаживая свою длинную белую бороду. Выражение его глаз, когда он смотрел на Юй Сяокао, казалось, было сродни тому, какое бывает у старой лисы, заметившей свою добычу. Он сказал: “слова этого старика всегда стоят девяти священных треножников, если я говорю, что хочу вознаградить, тогда я должен вознаградить! Малышка, скажи мне все, о чем мечтаешь. Нет ничего такого, чего бы не смог исполнить этот старик!!”

Когда Юй Сяокао увидела, что старик снова ведет себя как негодяй, она сразу же забыла о своем предыдущем общении с ним и снова стала храброй. Она слегка надулась и сказала: - пятый лорд, вы слишком много хвастаетесь!

Одним взглядом почетный император остановил главного имперского телохранителя, не позволив тому сорваться с места. Добродушная улыбка осталась на лице старика, когда он сказал: “девочка, скажи мне точно, как я хвастаюсь?”

Юй Сяокао увидела, что пятый лорд не выказывает никаких признаков гнева, поэтому она ободряюще посмотрела на отца, прежде чем невинно улыбнуться: “пятый лорд, ранее вы сказали, что дадите мне все, что я захочу. Если бы я хотела получить императорский меч, который дал бы мне силу свергнуть неспособного правителя или дворян и который позволил бы мне убивать без вопросов, вы бы это сделали? А как насчет золотой медали, которая позволила бы мне трижды избежать смертной казни? А как насчет нефритового кулона, который представлял бы самого императора лично, не так ли?”

- Сяокао! Хватит шутить! - Юй Хай чуть не упал в обморок на месте, услышав дерзкие слова своей дочери.

Почетный император, однако, казалось, совсем не возражал и небрежно махнул рукой: “слова детей не несут никакого вреда! Девочка, ты что, слишком много романов начиталась? Есть ли у нас императорский меч, который позволяет убивать без лицензии, или золотая медаль, которая позволяет избежать смертной казни в Великой Династии Мин? Если бы у нас это было, я бы обязательно отдал его тебе!!”

Юй Сяокао заметила, что нижняя губа ее отца побелела от испуга, поэтому она перестала оспаривать способность его сердца идти в ногу с ее выходками. Она застенчиво улыбнулась: “Вот именно! Все главные герои романов говорят одно и то же, верно? Я думаю, что все книги полны лжи!”

- Они вовсе не обязательно пытаются обмануть людей. В неофициальных историях написано, что у старой матери Ше [1] был посох дракона, который мог свергнуть неспособного правителя или коррумпированных чиновников! Ммм! Он действительно может переключить линейку хм… - Почетный император погрузился в свои мысли и задумался: "должен ли я создать контрольное устройство для этого вонючего отродья дома, а?"

Окружной судья Ву, очевидно, что-то заметил и осторожно сказал: - Неофициальные истории-это только неофициальные истории, поэтому в них может не быть настоящей правды. С другой стороны, не потому ли чиновник имел власть "свергнуть неспособного правителя или коррумпированных чиновников", что император во времена династии Сун слишком хорошо знал личности своих отпрысков? Значит, ему нужны были чиновники, чтобы контролировать и подстегивать их? Нынешний император мудр, блестящ и сведущ во всех искусствах. Есть ли необходимость делать больше, чем требуется?”

Лесть судьи попала в точку! Почетный император был весьма доволен его словами. Хотя вонючий сопляк в то время не хотел садиться на трон, как правитель, он был намного лучше, чем когда-либо. Все люди говорили, что он был конным императором и годился только для завоевания страны. Хотя у этого вонючего сопляка дома была своя собственная гора проблем, он был намного лучше в том, чтобы держать страну в пределах своей досягаемости, чем он был!

- Ладно, нет смысла говорить об этих пустяках! Малышка, ты действительно хочешь получить эту награду или нет? - Глаза почетного императора сместились, когда он снова подумал о том аромате и вкусе тушеной свиной головы.

Под пристальными взглядами окружного судьи Ву и главного имперского телохранителя Юй Сяокао не осмелилась быть легкомысленной и послушно сказала: “Пятый Лорд, все, чем вы захотите вознаградить меня, будет прекрасным! Я не привередлива!”

- Ха-ха! Рад слышать, что ты не придираешься! - Почетный император от души расхохотался и сказал: “как насчет того, чтобы я принял тебя как свою приемную внучку…”

- Это совершенно невозможно!

- Пятый Лорд, сначала подумайте немного…

Окружной судья Ву, главный управляющий и главный императорский телохранитель одновременно остановили его.

Что за фарс! Если почетный император усыновит внучку, то самым низким званием, которое она получит, будет королевская принцесса. Это было непостижимо, что маленькая девочка, родившаяся в сельской местности, могла пересечь широкую социальную пропасть в один шаг, чтобы стать королевской принцессой, просто приготовив два блюда, которые любил есть почетный император. Если бы эта история вышла наружу, разве народ не осудил бы императорскую семью?

Юй Сяокао уже почти догадалась об истинной личности пятого лорда, так как же у нее хватило смелости стать его приемной внучкой? Она поспешно ответила: “пятый Лорд, эта простолюдинка не смеет принять такой статус! Как насчет того, чтобы вознаградить меня деньгами, какой-нибудь ощутимой выгодой? Хе-хе!”

В этот момент третий молодой Мастер Чжоу вошел снаружи как раз вовремя, чтобы увидеть бесстыдное выражение лица Юй Сяокао, когда она просила награды. Это было довольно забавно, но он также думал, что она была довольно симпатичной.

Почетный император не понимал, почему все подняли такой шум из-за того, что он хочет принять ее, как внучку. Почему они все решили, что это плохая идея? А-а-а! Та же проблема! Став императором, он больше не мог приходить и уходить, когда ему заблагорассудится, или жить неторопливой жизнью. Теперь, когда он не император, почему у него снова нет свободы?!

Он сдержался и посмотрел на свой наряд. Он небрежно снял с пояса нефритовый кулон бараньего жира и держал его перед Юй Сяокао. Он скорчил гримасу и сказал: "Это для тебя, возьми и развлекайся с этим!”

- Большое спасибо, пятый Лорд! Эта простолюдинка определенно будет относиться к этому Нефритовому кулону как к семейной реликвии. Он будет передаваться только через потомков мужского пола моей семьи, которые будут помнить вашу благодать всю вечность! - Ух ты! Ух ты! Она сорвала джекпот! Это был настоящий нефритовый кулон из бараньего жира, ах! В наше время такой кусок нефрита был бы бесценен!!

Почетный император был польщен ее реакцией, и мрачное выражение его лица прояснилось, когда он ухмыльнулся: “маленькая девочка, ты знаешь, что хорошо, а что плохо! Это настоящий нефритовый кусок бараньего жира, так что он определенно стоит того, чтобы стать семейной реликвией!! Ладно, девочка! Итак, этот твой рецепт тушеной свиной головы-это секретный рецепт, который нельзя давать посторонним?”

- Пятый лорд, если вы не считаете тушеную пищу этой простолюдинки слишком грубой, то я с радостью предложу вам рецепт! - Во всем мире не было рецепта более ценного, чем этот нефритовый кулон из бараньего жира! Тем не менее, если высокопоставленному чиновнику понравился ваш рецепт, нужно было взвесить последствия, если он хотел скрыть его.

- Ну и что? В будущем, смогу ли я все еще продавать тушеную пищу? - Юй Сяокао не хотела отказываться от своего бизнеса в доках. Хотя они не зарабатывали много денег на продаже тушеной еды, этот бизнес все еще помогал ее семье пережить самые трудные времена.

Почетный император улыбнулся: "продолжай продавать свою тушеную еду! Я не буду использовать твой рецепт, чтобы заработать деньги в будущем!”

Юй Сяокао взяла кисть и тут же вспомнила, что не умеет писать традиционные иероглифы. К счастью, предыдущий владелец этого тела изначально был неграмотным. Она неловко держала кисть для письма и умоляюще посмотрела на третьего молодого мастера Чжоу, сухо рассмеявшись.

Чжоу Цзысу понял ее без слов, не желая ничего слышать, и взял у нее кисть. Он обмакнул кисть в чернила и посмотрел на Сяокао. Сяокао сразу же рассказала ему ингредиенты, необходимые для тушеной свиной головы, а также инструкции. Она постаралась продиктовать ему все детали. Хотя почерк Чжоу Цзысу был немного молодым, его почерк все еще имел силу характера, поэтому было очевидно, что он провел некоторое время, практикуясь в своем письме.

Все молодые мастера семьи Чжоу начинали занятия в три года и учились писать в пять. Хотя третий молодой Мастер Чжоу был еще совсем молод, он уже провел восемь-девять лет, практикуясь в своей каллиграфии! Было ясно, что его усилия не пропали даром!

Когда почетный император получил рецепт тушеного мяса, он был так счастлив, что улыбался до тех пор, пока его глаза не исчезли в его щеках. Он приказал старшему стюарду тщательно хранить его, а затем посмотрел ему в глаза: “я не возьму этот рецепт бесплатно! Стюард Лю, достань триста таэлей, мы купим этот рецепт за деньги!”

Юй Хай чувствовал себя так, словно его сердце сегодня отправилось кататься на крошечной лодке по бурному морю. Оно поднималось и опускалось в его горло весь день. В любой момент он чувствовал, что они могут быть приговорены к вечному проклятию. Однако конечный результат по-настоящему ошеломил его.

У его безрассудной младшей дочери, должно быть, был Бог, защищающий и благословляющий ее. Ее прежние бесстыдные и дерзкие просьбы не оскорбили этих дворян, но вместо этого она получила дорогое вознаграждение, превосходящее его воображение. Кроме того, они также заработали много денег на продаже своего рецепта тушеной пищи. Возможно ли, что его дочь действительно была преобразована магией бога удачи?

После того как они отослали благородных гостей, Чжоу Цзису многозначительно посмотрел на Юй Сяокао с непроницаемым выражением лица. Он смотрел на нее так долго, что она подумала, что у нее может быть что-то странное на лице, поэтому она даже использовала свой рукав, чтобы грубо вытереть его. Она озадаченно спросила его: “третий молодой господин, на что ты смотришь?”

- Такое чувство, что чем дольше я тебя знаю, тем меньше понимаю твои мысли! Иногда возникает ощущение, что ты просто маленькая соседская сестренка, которая хорошо готовит. В других случаях, когда другие люди не знают, что делать, у тебя, кажется, нет никаких проблем! Скажи мне правду, твоя семья подобрала тебя на обочине дороги? Ты действительно девушка из благородной семьи, которая затерялась среди людей? - Чжоу Цзысу казалось, что его голова вот-вот взорвется, поэтому он не мог не спросить ее.

Юй Сяокао широко раскрыла свои ясные и прозрачные глаза и секунду пристально смотрела на него. - Это тебя подобрали на обочине дороги, - ответила она с некоторым огорчением. Я настоящая чистокровная девушка из семьи Юй. Если ты мне не веришь, мой отец прямо там, ты можешь спросить его!”

Глаза Юй Хая, которые были очень похожи на глаза его дочери, также были широко открыты, когда он заговорил низким и приглушенным голосом: “моя Цаоэр связана со мной и ее матерью кровью и костями!! Как она могла быть ребенком, которого мы подобрали на улице? Молодой господин Чжоу очень любит шутить!!”

Чжоу Цзысу тоже понял, что ведет себя немного грубо, и улыбнулся: “извините, я не подумал, прежде чем заговорить! Однако, дядя Юй, вы думаете, что ваша семья Юй является потомком какой-то предыдущей благородной семьи, которая потеряла свою удачу? Или, возможно, потомки императорского повара?”

Юй Хай покачал головой и уверенно заявил: “Все восемь поколений нашей семьи Юй были бедными крестьянами, и мы все полагались на рыбалку, чтобы заработать на жизнь. Мы никак не можем иметь никакого отношения к благородной семье! Что же касается кулинарных талантов моей Цаоэр, то я могу только сказать, что у нее есть природный дар к этому. Она сама придумала большинство рецептов!!”

Чжоу Цзысу подумал, что это немыслимо. Для маленькой девочки из рыбачьей семьи, которой еще не исполнилось и девяти лет, возможность наесться досыта уже считалась вполне приличной. Как она могла придумать рецепт тушеной пищи, который требовал такого сложного соотношения специй? Юй Сяокао увидела, что третий молодой Мастер Чжоу снова смотрит на нее оценивающим взглядом, который, казалось, был полон недоверия. - Если я скажу, что все эти рецепты явились мне во сне, ты мне поверишь?

Чжоу Цзысу неожиданно кивнул головой и твердо заявил: “Конечно, я тебе поверю. Почему я тебе не поверю?”

Юй Сяокао была ошеломлена на мгновение, прежде чем яркая улыбка расцвела на ее лице: “тогда разве это не ответ на твой вопрос? Возможно, Бог еды или бог кулинарии на небесах увидел, что я, Юй Сяокао, обладаю поразительным кулинарным талантом. Таким образом, они были заинтригованы и им это понравилось, и они решили дать мне несколько советов в моих снах!”

Чжоу Цзысу поднял бровь. В глубине души Юй Сяокао только что стала еще более загадочной.

Ладно, давайте вернемся к делу: “Сяокао, ресторан Чжэньсю тоже хотел бы купить у тебя рецепт тушеной свиной головы! В будущем, кроме твоей семьи, не говори никому больше! Вот, я даю тебе банкноту на триста таэлей, так что позаботься о ней!”

- Я уже продал рецепт однажды, так как же я могу продать рецепт другому? К счастью, этот благородный человек купил рецепт только для своего собственного использования и не ограничил меня от продажи его другим людям! Если вы считаете, что это полезно, то просто возьмите его!

Юй Сяокао не была человеком, который был чрезмерно жаден до денег. С ее точки зрения, не имело значения, сколько у нее денег, ничто из этого не было равноценно тому, чтобы иметь близкого друга, смело выступающего вперед в момент кризиса. Что же касается третьего молодого мастера Чжоу, то в настоящее время с ним стоило дружить!

Восхищение третьего молодого мастера Чжоу Юй Сяокао значительно возросло. С его точки зрения, больше всего в семье Юй не хватало денег. Их бизнес в доках был хорош, но все же это был небольшой бизнес. За один день они заработали всего около сотни медных монет.

Чтобы заработать триста таэлей, им придется несколько лет продавать тушеную пищу в доках, и даже тогда они не смогут заработать столько. Однако Юй Сяокао отказалась от его предложения, как будто это было не так уж и важно, как будто он предлагал ей вместо этого три медные монеты. Где еще он найдет такого щедрого и проницательного друга, как она?

________________________________________

[1] Старый матриарх Ши (佘老太君) - матриарх клана Ян, верная и мужественная семья во времена династии Сун, которая рисковала всем, чтобы защитить свою страну; когда большинство мужчин в семье оказались убитыми, она привела женщин семьи Ян в бой, чтобы защитить свою страну

Глава 121 - инвестиции

Однако как мог он, Чжоу Цзысу, воспользоваться доброй волей своего друга? Он настаивал: “это не нормально! Мой ресторан "Чжэньсю" уже получил от тебя большую прибыль, Сяокао! Как я могу взять твой рецепт бесплатно? Если ты откажешься взять деньги, то ресторан "Чжэньсю" никогда не продаст тушеную свиную голову или свиные уши!”

Юй Сяокао была в очень хорошем настроении после того, как заработала триста таэлей и чрезвычайно ценный нефритовый кулон! На этот раз ей едва удалось проявить великодушие, но человек, о котором шла речь, вовсе не был благодарен!! После попытки убедить его, упрямство третьего молодого господина Чжоу проявилось в полной силе, и он категорически не согласился с ней.

Главный менеджер ресторана "Чжэньсю" увидел, что эти двое зашли в тупик. Он очень хорошо знал личность своего босса, поэтому начал уговаривать Юй Сяокао: “Мисс Юй, не смущайтесь, что взяли у нас триста таэлей. В конце концов, мы же бизнесмены. Используя ваш рецепт, ресторан "Чжэньсю" может очень скоро вернуть эти деньги и даже получить прибыль более трехсот таэлей. Если вы не возьмете эти деньги, это будет фактически наша потеря…”

Юй Сяокао увидела, что третий молодой Мастер Чжоу настроен решительно и уже принял решение. Она немного подумала, а потом сказала: “Раз уж ты так говоришь, то я дам тебе еще другой рецепт! За эти два рецепта дайте мне пятьсот таэлей! В будущем я, возможно, смогу придумать еще больше новых рецептов. Если ресторан Чжэньсю нуждается в них…”

- Они нам нужны, они нам очень нужны! - Третий молодой Мастер Чжоу нетерпеливо выпалил свои мысли, прежде чем главный управляющий успел ответить.

Третий молодой Мастер Чжоу безоговорочно доверял кулинарным талантам Юй Сяокао. Поскольку она могла превращать ингредиенты, к которым другие люди не прикасались, такие как свиная голова и потроха, в пищу, которую люди требовали, было очевидно, что она могла сделать то же самое с другими ингредиентами. Если свиную голову и потроха можно превратить в восхитительную тушеную пищу, то что она сможет сделать с обычными или даже самыми качественными ингредиентами?

Когда ресторан "Чжэньсю" только что был основан, владельцы ресторана "Фулинь" вступили в сговор с несколькими небольшими ресторанами, чтобы вытеснить их из бизнеса. В то время все известные рестораны в городе Тангу уже имели своих постоянных клиентов. Что касается ресторана Чжэньсю, то можно сказать, что они просто пытались выжить на окраинах ресторанного мира.

Кроме того, семья Чжоу также превратила успех этого ресторана в испытание для третьего молодого мастера Чжоу. Когда ресторан Чжэньсю был подавлен их конкурентами, семья вообще не вмешивалась. Это сделало владельцев ресторана Фулин еще более безудержными и наглыми! Нетрудно было представить себе, с какими трудностями они столкнулись.

Все изменилось, когда появилась Юй Сяокао. Именно тогда они смогли выдвинуть новое блюдо: овощи с устричным соусом. Одного этого было достаточно, чтобы ресторан Чжэньсю показал свои таланты среди всех других, более старых ресторанов. Кроме того, это помогло им привлечь некоторых постоянных клиентов другого ресторана-и теперь они были постоянными посетителями ресторана Чжэньсю. Благодаря этому ресторан Чжэньсю смог пустить свои корни в городе Тангу и теперь стремится стать одним из лучших ресторанов.

Третий молодой Мастер Чжоу твердо верил, что с рецептом тушеной пищи Юй Сяокао и ее другим, неизвестным рецептом ресторан Чжэньсю сможет стать лучшим рестораном во всем городе Тангу. Тот самый, который не смог бы превзойти ни один другой ресторан. В будущем, кто должен был заботиться о ресторане Фулин или других. Ни один из них не смог бы конкурировать с рестораном Чжэньсю.

Кроме того, амбиции Чжоу Цзысу выходили далеко за рамки трех участков земли, на которых стоял город Тангу. В его сердце было гораздо больше мест, которые ему нужно было завоевать. Они уже начали строить ресторан "Чжэньсю" в столице. Если они хотели стать признанным, знаменитым рестораном в столице, то им было недостаточно полагаться только на овощи с устричным соусом. Однако теперь, когда у них были два новых рецепта от Юй Сяокао, он полагал, что теперь у них может быть больше шансов. Поэтому он должен был иметь хорошие отношения с этим одаренным шеф-поваром, Юй Сяокао, у которой были таланты, которые он мог только искать, но никогда не получить.

- Не надо так волноваться! Успокойся, успокойся! - Юй Сяокао посмотрела на него с яркой улыбкой на лице, которая заставила Чжоу Цзысу почувствовать, что он ведет себя как глупый маленький мальчик. Более того, это давало ему ощущение, что человек перед ним был не просто девятилетней маленькой девочкой!

Юй Сяокао встала на цыпочки и похлопала его по плечу: - С такими хорошими отношениями между нами двумя, как я могу не думать о тебе, когда буду придумывать новые рецепты в будущем? Быстро принеси бумагу и кисточку. После того, как ты закончишь записывать рецепт, у меня все еще есть другие дела!

После того, как третий молодой Мастер Чжоу закончил готовить свою кисть и бумагу, Юй Сяокао продиктовала ингредиенты и методы приготовления "жареного цыпленка Фулицзи". Чжоу Цзису позаботился о том, чтобы записать каждую деталь, и был сосредоточен на своей задаче.

После этого Юй Сяокао усмехнулась: “У этой курицы будет блестящая внешняя оболочка, нежное белое мясо, изысканный вкус, богатый аромат, мясо будет падать с костей и будет иметь богатый вкус, не будучи жирным. Если жевать кость, то она будет иметь восхитительный вкус. Кроме того, если вы попытаетесь снять ногу с вареной курицы, когда она горячая, все мясо отвалится. С точки зрения сочетания его с другими продуктами, как холодные, так и горячие блюда будут хорошо дополнять его.”

- Услышав, как вы представляете это блюдо, я чувствую, как слюна скапливается во рту! - Чжоу Цзису причмокнул губами, а затем на его лице появилось ошеломленное выражение. - Сяокао, я не ожидал, что ты сможешь так красноречиво говорить о еде!

- Хи-хи! - сухо рассмеялась Юй Сяокао и затем сказала: "я просто выплевываю то, что я запомнила раньше, вот и все! Я больше не буду скрывать это от тебя. Я случайно наткнулась на фрагмент поваренной книги, и выучила из нее пару рецептов!”

- Ах ты! Ты много говоришь, но трудно сказать, что правда, а что ложь! Не имеет значения, откуда ты узнала эти рецепты, я только надеюсь, что ресторан Чжэньсю станет твоим единственным деловым партнером отныне и в будущем! - У Чжоу Цзису была обаятельная улыбка на лице, и было очевидно, что этот тринадцатилетний или четырнадцатилетний юноша имел потенциал вырасти в опустошительно красивого парня в будущем.

- Ошибаешься! - Юй Сяокао хитро улыбнулась: “Ты должен сказать, что ты, третий молодой Мастер Чжоу, будешь только моим деловым партнером, и никто другой!!”

- Ладно!! Я, Чжоу Цзису, обещаю тебе это! - торжественно поклялся Чжоу Цзису.

Юй Сяокао расхохоталась: “То, как ты говоришь, звучит так, как будто ты пытаешься сбежать…”

- Цаоэр! - Юй Хай чувствовал себя беспомощным перед своей младшей дочерью. Может быть, это то, что должна говорить маленькая девочка? Когда они вернутся домой, ему действительно нужно будет, чтобы ее мать научила ее некоторым манерам!!

- Хорошо, теперь мы можем закончить наш разговор! Снаружи нас все еще кто-то ждет! - Юй Сяокао поняла, что она нечаянно сказала что-то неуместное, поэтому она высунула язык: “если у вас возникнут какие-то проблемы с приготовлением тушеной пищи или жареной курицы, не стесняйтесь найти меня! Я гарантирую, что тот, кого я учу, сможет сделать это!”

- Ладно! - Чжоу Цзису яростно закивал головой.

- Ах да, третий молодой господин Чжоу! У тебя есть много связей, ты можешь иметь в виду, что я ищу некоторые хорошие, плодородные земли вокруг города Тангу? Если есть кто-то, кто продает их, дай мне знать, хорошо? Прямо сейчас у нас нет недостатка в деньгах, так что до тех пор, пока цена справедлива, и общая стоимость составляет менее восьмисот таэлей, мы определенно можем рассмотреть ее!

Поскольку ее отец не мог отправиться в горы, а также не имел лодки, чтобы выйти в море, то им нужно было купить немного больше сельскохозяйственных угодий. Даже если ее собственная семья не использовала ее для посадки, они все равно могли сдавать ее в аренду другим людям и получать приличный доход.

Чжоу Цзысу что-то пробормотал себе под нос, а затем сказал: “Как ты думаешь, твоя семья сможет справиться с таким количеством земли после того, как ты ее купишь?”

Земля вокруг города Тангу была высокого качества, с плодородной почвой. Обычно участок земли в этом районе продавался по восемь-девять таэлей за штуку. Зима в этом году выдалась особенно суровой, а до весны было еще далеко. Поэтому неудивительно, что нашлось много желающих продать землю по ценам ниже обычных. Имея восемьсот таэлей, они, вероятно, могли бы купить больше сотни участков лучшей доступной земли. Насколько он понимал, из всех людей в семье Юй Сяокао единственным взрослым мужчиной в расцвете сил был Юй Хай, но даже у него была травма ноги. Почему она думала, что ее семья сможет использовать всю эту землю?

- Если моя семья не справится с этим, мы просто сдадим ее! Мы можем нанять несколько фермеров-арендаторов для обработки земли, это должно сработать, ах! - Когда она подумала, что ее семья скоро станет землевладельцами, Сяокао почувствовала внутренний восторг.

Однако Чжоу Цзысу слегка покачал головой и неодобрительно ответил: “покупая землю, чтобы сдать ее в аренду, сколько времени вам потребуется, чтобы вернуть свой капитал?! Послушай моего совета, это не так хорошо, как покупать лавку. Независимо от того, решите ли вы использовать ее для своего собственного бизнеса или сдать в аренду кому-то другому, она даст вам лучшую отдачу от ваших инвестиций, чем покупка сельскохозяйственных угодий!”

- Купить лавку? Но кто в городе Тангу будет продавать киоски, расположенные в хорошем месте? Если место плохое, то мы не можем брать хорошую арендную плату. - Юй Сяокао тоже подумывала о покупке магазинного ларька, но все хорошие места нельзя было купить только за деньги.

Чжоу Цзысу растягивал слова: “Кто сказал тебе купить лавку в городе Тангу? У меня есть определенная информация о том, что правительство планирует провести большой строительный проект в доках, чтобы превратить их в самую большую гавань на севере. Ходят слухи, что из-за того, что им трудно собрать достаточно средств, они заранее продадут несколько лавочных киосков. Таким образом, вполне вероятно, что эти пустые магазины будут расти в цене с течением времени. Тебе не нужно больше ничего говорить чтобы ты поняла…”

Глаза Юй Сяокао сразу же загорелись, когда она услышала, что сказал Чжоу Цзысу. Правительство хотело развивать доки? Это был единственный в жизни шанс, дарованный небом! Прилавки магазинов, проданные заранее, определенно не будут слишком дорогими.

После того, как строительство порта будет завершено, тогда эти пустые киоски магазинов определенно взлетят в цене. Каков был лучший способ заработать деньги в 20-м веке? Спекулируя недвижимостью, ах!! Если бы она могла ухватиться за этот шанс, то один ларек магазина определенно можно было бы перепродать более чем в два раза дороже покупательной цены!!

- Ладно! Тогда мы купим киоск магазина…

Юй Сяокао уже собиралась закрыть сделку, когда ее прервал отец: "Цаоэр! Как насчет того, чтобы сначала пойти домой и обсудить это с твоей матерью?”

- О, это моя вина, я слишком разволновалась и забыла спросить твоего мнения, отец! Отец, ты предпочитаешь покупать сельхозугодья или прилавки? - Юй Сяокао внезапно осознала, что истинный глава ее семьи находится прямо рядом с ней. Она действительно слишком увлеклась, чтобы пренебречь мнением собственного отца.

Юй Хай немного помолчал, прежде чем ответил: “Цаоэр, технически, поскольку ты была тем, кто заработал эти восемьсот таэлей, ты должна была принимать все решения. Однако ты все еще довольно молода, так что как твой отец я просто хочу напомнить тебе немного-эта штука с доками, ты думаешь, что это надежно? В конце концов, это не маленькая сумма денег, что делать, если…”

- Вполне логично, что у тебя есть некоторые опасения, дядя Юй! Однако я лучший друг сына окружного судьи Ву. Уездный магистрат Ву, естественно, должен помочь императорскому посланнику из столицы справиться со строительством гавани. Официальные документы уже отправлены в канцелярию магистрата. Таким образом, ты должен расслабиться. Я абсолютно не позволю тебе вкладывать свои деньги во что-то, что потерпит неудачу! - Чжоу Цзису явно был очень уверен в этой идее и тщательно все продумал.

Юй Сяокао пыталась убедить своего отца: “Отец, я думаю, что покупка киосков в доках-это хорошая идея! С самой большой гаванью на севере здесь, в будущем, безусловно, будет гораздо больше людей, чем сейчас в городе Тангу. Мы абсолютно не потеряем деньги, покупая эти магазины! Сейчас мы находимся во власти погоды, когда продаем тушеную пищу, так что это довольно утомительно. Если бы у нас был магазин, то мы могли бы сделать наш бизнес тушеной еды еще больше. Кто знает, может быть, через несколько лет наш магазин тушеной еды станет даже более известным, чем ресторан Чжэньсю третьего молодого мастера Чжоу!!”

- Дядя Юй, Сяокао права! Даже если вы не используете его для создания тушеного продовольственного магазина, с тем, насколько большой будет новая гавань, вы определенно можете заработать по крайней мере от трех до пяти сотен таэлей прибыли от магазина. На эти деньги вы определенно можете купить столько сельскохозяйственных угодий, сколько захотите. Как думаете, это того стоит? - С точки зрения захвата бизнес-возможностей, Чжоу Цзису был определенно одним из лучших вокруг.

Когда он услышал мнения этих двоих, Юй Хай также почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он сжал руку в кулак и стиснул зубы, прежде чем принять решение.

- Давай используем все восемьсот таэлей, чтобы купить лавки! Цаоэр, тебе нужно мысленно подготовиться на тот случай, если все это пойдет наперекосяк, тебе нельзя будет плакать!

Юй Сяокао закатила глаза и заметила: “если он идет на юг, то он идет на юг! Когда ты занимаешься бизнесом, иногда ты выигрываешь, а иногда проигрываешь! В этом нет ничего нового! С другой стороны, даже если нам так не повезет, будет то же самое, если бы мы не заработали сегодня никаких денег, больше мы ничего не потеряем!”

Чжоу Цзису не ожидал, что отец и дочь будут так легко приспосабливаться к деньгам, тем более что они оба выросли в нищете. Его впечатление о семье Юй улучшилось еще на одну ступеньку, и он мягко усмехнулся: “я определенно смею поручиться за это деловое предприятие! Вы абсолютно ничего не потеряете! Если вы действительно проиграете в этом, тогда все будет зависеть от меня, хорошо?”

- Нет, мы не можем принять ваше предложение! - Юй Хай несколько раз махнул рукой в знак отказа.

- Ах, отец! Уже поздно, давай вернемся и соберем немного овощей для управляющего семьи Яо. Давай поторопимся, мы не хотим, чтобы он подумал, что мы нарушаем свое обещание! - Юй Сяокао наконец вспомнила, что стюард семьи Яо, скорее всего, ждет их у черного хода ресторана. На этот их небольшой крюк ушло почти четыре часа. Если они не уйдут сейчас, то потеряют эту возможность!

Глава 122 - возмездие

К тому времени, когда группа людей подошла к задней двери ресторана "Чжэньсю", стюард из семьи Яо уже давно ждал их. Если бы охранник за дверью не был строг, он бы уже давно ворвался сюда, чтобы найти нужного ему человека.

- Ах, моя маленькая леди! Наконец-то ты вышла! - Управляющий из семьи Яо уже пообещал своему хозяину, что обязательно добьется успеха в своей миссии по покупке овощей. Если в этот момент что-то пойдет не так, то он не знает, что с ним могут сделать!

Юй Сяокао ответила несколько извиняющимся тоном: “простите, стюард Яо! Меня задержало то, что случилось в ресторане Чжэньсю.”

- Стюард Яо, у нас возникла ситуация в ресторане "Чжэньсю", которая потребовала помощи этой девушки, поэтому мы ее немного задержали. - У Чжоу Цзису была самая совершенная улыбка на его лице. - Надеюсь, я не слишком долго откладывал твой вопрос?

- Конечно же, нет! - Неоднократно подтверждал стюард Яо. Ну и шутка! Каково же было происхождение этого отца и его дочери, что заставило третьего молодого мастера Чжоу, самого способного сына семьи Чжоу, лично проводить их до двери? И еще, чтобы он обращался с ними так вежливо?

Юй Сяокао небрежно махнула рукой на третьего молодого мастера и сказала: “Мы уходим!! Если у вас есть какие-либо другие вопросы, просто приезжайте в деревню Дуншань, и найдите меня! Ах да, моя семья переехала обратно в нашу старую резиденцию. Это у подножия Западной горы!”

- Ладно, счастливого пути! - Улыбка на лице Чжоу Цзысу стала более искренней, когда он общался с Сяокао.

Внезапно Юй Сяокао вспомнила, как сильно тряслась на дороге ее семейная повозка с ослом, и не смогла удержаться, чтобы не спросить еще кое о чем: “третий молодой господин, не могли бы вы случайно раздобыть несколько резиновых колес для тележки?” Чжоу Цзису взглянул на ее простую и грубую на вид ослиную повозку, слегка улыбнулся и пообещал: “я все понял! Я гарантирую, что куплю тебе тележку для осла с резиновыми колесами!”

- Тележка может быть и проще, но амортизационные свойства колес должны быть очень хорошими. Вы также знаете, что нам придется ехать по горным дорогам. Сидеть сейчас на нашей нынешней тележке-это просто пытка! - Юй Сяокао высунула язык и бойко ответила.

- Я обещаю, что выполню просьбу! - Уверенно заявил Чжоу Цзису.

После того как они покинули ресторан "Чжэньсю", Стюард Яо сел в простую ослиную повозку семьи Юй. Что же касается конной повозки семьи Яо, то ее вел маленький слуга, который следовал за повозкой осла сзади.

Управляющий Яо несколько раз хотел что-то сказать, но вместо этого посмотрел на отца и дочь со сложным выражением в глазах.

- Стюард Яо, если вам есть что сказать, просто скажите! Глядя на вас прямо сейчас, я чувствую себя неловко! - Прямо сказала Юй Сяокао.

Только тогда управляющий Яо открыл рот: “Мисс Юй, у вашей семьи есть особая связь с семьей Чжоу? Почему третий молодой Мастер Чжоу так хорошо относится к вам, ребята?”

Хотя семья Яо также считалась одной из самых богатых семей в городе Тангу, но по сравнению с семьей Чжоу, они были не настолько известны. Один из них был нуворишем, а другой-недавно назначенным имперским купцом. Один из них не владел богатством более трех поколений, в то время как другой был известным магнатом в предыдущей династии. Они были не на одном уровне!

Даже старший сын семьи Яо не мог много говорить в присутствии третьего молодого мастера Чжоу. Однако эта пара отца и дочери семьи Юй, которые оба были просто одеты, были способны заставить третьего молодого мастера Чжоу хорошо относиться к ним. Управляющий Яо тоже был человеком умным, поэтому он, естественно, сдерживал свои обычные высокомерные манеры.

- Ничего особенного, просто помогала третьему молодому господину Чжоу с некоторыми мелкими делами раньше! - Мягко ответила Юй Сяокао, не собираясь разъяснять ему ситуацию.

Но стюард Яо ей не поверил! Третий молодой Мастер Чжоу был бизнес-гением, которого редко можно было увидеть. Ходили слухи, что он обладал еще большим потенциалом, чем его номинальный отец-бизнес-гений, благословленный небесами, второй Мастер Чжоу. Тот, кто мог помочь ему и даже заставить его относиться к ним с уважением, очевидно, обладал огромными талантами.

Как раз в тот момент, когда он собирался сказать что-то еще, повозка с ослом была заблокирована группой людей на дороге. Стюард Яо почувствовал, как его тревога взлетела до небес. Если задержки будут продолжаться, то он не сможет вернуться в резиденцию до наступления темноты.

Стюард Яо спрыгнул с повозки, запряженной ослом, и отвел в сторону одного из людей, наблюдавших за происходящим. Он спросил: “что там происходит?”

- Что происходит? Да ведь бюро сейчас ведет уголовное дело! - Человек, которого оттащили в сторону, радостно ответил.

Юй Сяокао из любопытства встала на верхушку повозки с ослом и вытянула шею в сторону толпы, чтобы взглянуть. С высоты своего роста она увидела, как несколько судебных приставов приковывают цепями мужчину средних лет. Затем они подтолкнули его в нужном направлении. Окружавшая их толпа тоже последовала за ними.

Юй Сяокао с любопытством спросила: “Дядя, кого они поймали? Какое преступление он совершил?”

Человек, стоящий рядом с ними, описал ситуацию в возбуждении, его лицо было полно удивления: “вы, ребята, не слышали об этом? Человек, которого поймали, - это лавочник Чжан из столярной мастерской Чжан Цзи! Разве он не хвастался всегда тем, что столичная знать восхищается его мастерством и покупает его изделия? Разве он не был таким самонадеянным? Кто бы мог подумать, что на этот раз он застрял в ситуации, которая не принесла ему славы и вместо этого на него завели уголовное дело?!”

Когда она услышала, что столярная мастерская Чжан Цзи в беде, Юй Сяокао сразу же почувствовала, как ее настроение поднялось: “дядя, не томи. Быстро расскажи нам, что происходит, ладно?”

- Не надо так торопиться, а! Позволь мне повторить эту историю медленно! - На лице мужчины появилась ослепительная улыбка. Было очевидно, что он знал, что наткнулся на сочную и волнующую сплетню. - Ямен сказал, что столярная мастерская Чжан Цзи использовала в своей мебели дрянное дерево. Очевидно, материалы, которые они использовали, были частично съедены муравьями или термитами. Столичный дворянин не пользовался изготовленной им мебелью больше нескольких дней, прежде чем произошел несчастный случай! Я слышал, ах, что когда красная сандаловая ширма упала на землю, она чуть не покалечила принцессу-супругу принца Цзина!

- Разве это не так? - Старик рядом с ними, который тоже хотел посплетничать, вмешался: “я слышал, что принцесса имеет слабое телосложение, так как она всегда беспокоится о своем сыне, который находится в море! После того, как она была напугана этим событием, ее здоровье еще больше ухудшилось. Ее состояние стабилизировалось только после того, как император послал к ней нескольких имперских врачей!”

- Из всех императорских дядей принц Цзин - самый близкий к императору. Хотя он недавно отделился от двора из-за болезни, у него все еще близкие отношения с императором. Кроме того, его младший сын, царственный принц Ян, еще более высоко ценится императором. Вы все знаете, что когда император был молод, он любил плавать за океан. Таким образом, он построил верфь, чтобы строить корабли, которые могли бы путешествовать далеко. Теперь, когда он император, он больше не может путешествовать так много, как ему хочется, поэтому он должен чувствовать себя немного подавленным. Однако принц Ян похож на императора и тоже любит плавать за океаном. Можно сказать, что принц Ян унаследовал амбиции императора и часто путешествует вместо него, чтобы исследовать мир. Император также сказал, что недопустимо закрывать страну от внешнего мира, и лучше всего снять ограничения против внешней, заморской торговли. Мы должны использовать эти новые товары для укрепления нашей великой династии Мин…

Первоначальная тема уголовного дела о столярной мастерской Чжан Цзи уже была утеряна этими двумя людьми. Теперь они каким-то образом перешли к теме укрепления страны, чтобы она стала процветающей и могущественной.

Услышав об этом, Юй Сяокао была полностью удовлетворена результатом! Этот жестокий и безжалостный лавочник Чжан получил по заслугам. Пришло возмездие-воистину, карма всегда случается и за добрые, и за злые дела. Если последствия еще не наступили, то они наступят в будущем!

Сяокао поиграла разноцветным камнем на запястье и тихо спросила: "маленькая Клецка, ты был замешан в этом деле?"

Интуиция подсказывала ей, что это событие нельзя отделить от маленького божественного камня.

Из ниоткуда ей на плечи запрыгнул маленький золотистый котенок. Маленький кот облизал когти и почистил уши. Он высокомерно заявил: "этот божественный камень только немного использовал свои когти, чтобы создать это событие! Ты благодарна, а?]

На самом деле ему было трудно успокоиться. После того, как он снова помог своему хозяину, он действительно мог почувствовать хорошие последствия своих действий. Он был убежден, что в ближайшем будущем сможет восстановить всю свою духовную силу и освободиться от оков, а затем вернуться домой рядом с богиней Нувой. Он так ждал этого дня!!

- Скажи мне быстро, как ты это устроил? - Сяокао сняла маленького золотистого котенка с ее плеча и положила на ладонь одной из ее рук. Она легонько ущипнула его за мягкие и пушистые лапки, но котенок быстро оттолкнул ее руку из неприязни. Этого было недостаточно, чтобы причинить боль. На самом деле, в глазах других людей, они бы подумали, что "кошка" играет со своим хозяином.

Юй Хай вдруг заметил маленького котенка в руках своей дочери и спросил: “А? Когда здесь появился маленький Клецка? Как же так получилось, что я не замечал его до сих пор?”

Юй Сяокао помолчала секунду, прежде чем она придумала правдоподобное оправдание: “я также не знаю, как он последовал за нами. Маленький Клецка часто появляется и уходит, как ветер. Может быть, он прятался в одной из овощных корзин, дремал, и мы случайно принесли его в город? Это правда, маленький Клецка?”

Она схватила малыша за лапу и легонько помахала ею. Самонадеянный маленький божественный камень с силой отдернул свою лапу назад и свирепо посмотрел на нее: "как ты думаешь, это правдоподобное оправдание? По-моему, это звучит глупо!"

Два человека рядом с ними закончили свой разговор и заметили котенка в руках Сяокао. Старик погладил свою косматую бороду и улыбнулся: “У этого маленького котенка яркая шерстка. Так редко можно увидеть такую красивую кошку! Он просто слишком маленький, должно быть, ему всего месяц, верно? Нелегко ухаживать за котенком, который слишком рано покинул свою мать!”

- Это тебя трудно воспитать, всю твою семью трудно воспитать! Хм!! - Маленький божественный камень снова разразился гневом и замахал лапами на старика, обнажив острые маленькие ногти.

Юй Сяокао нежно погладила малыша по спине, и ей с большим трудом удалось успокоить его. Она действительно боялась, что маленький божественный камень вскочит и начнет царапать лицо старика.

- Хорошо! Нет никакого смысла злиться на человека, который не знает, что он неправ, поэтому не опускайся до его уровня. Быстро скажи мне, как ты создал эту ситуацию? - Юй Сяокао намеренно сменила тему, чтобы привлечь внимание маленького божественного камня.

Маленький котенок высокомерно поднял голову и холодно фыркнул: - Глупые люди, если бы этот божественный камень решил перейти на ваш уровень, разве это не понизило бы мой статус, а?]

- Быстро рассказывай! Хватит бездельничать, а! - Юй Сяокао погладила его по голове.

- Вонючий хозяин, ты портишь мой прекрасный мех! - Маленькая кошечка почесала лапками за ухом и с силой замотала головой.

Чтобы избежать того, чтобы его хозяин получил еще один шанс погладить его по голове, он продолжил: "На самом деле, это было довольно просто. В тот день, когда мы стояли перед ним лицом к лицу, этот божественный камень размазал какую-то мистическую каменную воду по мебели на его складе. Через некоторое время она, естественно, привлекла насекомых! Этот деревянный экран для поместья принца Цзина был населен термитами. Термиты поразительно разрушительны, поэтому очевидно, что деревянный экран с термитами в нем не выдержит долго. Этой принцессе совсем не повезло, ширма только сломалась и упала, когда она проходила мимо."

- Этот лавочник Чжан никогда не сможет выбраться из этой ямы после того, как напугал жену принца Цзина! Возмездие действительно пришло быстро! - Юй Сяокао изогнула губы в улыбке, которая показала глубину ее счастья.

- Ты слишком крут, маленький Клецка! Эта принцесса действительно слишком несчастлива, чтобы быть случайной жертвой в этом деле! Я искренне надеюсь, что она скоро поправится! В конце концов, у меня есть какая-то связь с Королевским принцем Янгом.

Решение пришло быстро. Все злые поступки лавочника Чжана, совершенные им в прошлом, также были раскрыты. Говорили, что чиновники выкопали старые скелеты каких-то подростков на заднем дворе столярной мастерской. Все семьи учеников, которых лавочник Чжан обвинил в воровстве, внезапно стали семьями жертв. Все они вопили и требовали, чтобы лавочник Чжан заплатил кровью.

Юй Хан также был вызван официальными лицами и сопровождался своей семьей, когда выступал в качестве свидетеля в суде. Все шрамы на его теле, а также показания врача медицинского центра Тунжэнь Сунь стали железным доказательством того, что владелец магазина Чжан жестоко обращался со своими учениками.

Глава 123 - занятость

После того , как они вернулись домой из Ямена, вся семья Юй чувствовала себя так, как будто они едва избежали смерти-если бы Юй Хану не повезло, то разве он не стал бы одним из скелетов, похороненных на заднем дворе столярной мастерской?

Наконец, печально известный лавочник Чжан был приговорен к обезглавливанию в конце осени. Кроме того, все его имущество было конфисковано. После того, как все плотники и подмастерья в этой мастерской были исследованы и признаны невиновными, их всех отпустили...

Дорога от города до их дома заняла больше двух часов. Хотя управляющий Яо сгорал от нетерпения, он ничего не мог поделать. К счастью, осел семьи Юй, который выглядел очень обычным, имел приличную скорость и был ничуть не медленнее, чем лошадиная повозка семьи Яо.

Однако, увидев призрачно-белое лицо Юй Сяокао и выражение, которое, казалось, было на грани рвоты от укачивания в повозке, стюарду Яо ничего не оставалось, как пару раз спросить, не следует ли им притормозить.

- Не надо! - Юй Сяокао достала мешочек с водой, который она повсюду носила с собой, и выпила полный рот воды из мистического камня. Ее желудок тут же успокоился. - Если бы мы не задержались так надолго в ресторане "Чжэньсю", то уже добрались бы до дома. На самом деле, мы могли бы загрузить почти половину тележки к этому моменту! Если мы не будем двигаться быстрее, то вам придется возвращаться домой в темноте.

Увидев ее смущенное выражение лица, управляющий Яо почувствовал себя одновременно тронутым и обеспокоенным: “Мисс Юй, если ваша семья часто ездит в город и из города, то вам, ребята, действительно нужно купить более хорошие колеса для тележки. Однако резиновые колеса не только довольно дороги, но и несравненно редки. Невозможно купить набор только за деньги!”

- Неужели так трудно достать набор резиновых колес для тележки? - Юй Сяокао думала, что это можно было просто купить за деньги. Впрочем, каучуковые деревья процветают только в тропиках. Город Тангу находился в северной части великой династии Мин. В древние времена путешествовать и перевозить товары было не так просто.

Стюард Яо кивнул головой, когда она задала вопрос: “говорят, что трудно производить резиновые колеса, а производительность чрезвычайно низкая. Все высокопоставленные чиновники и знатные люди в столице получают первые чуры, а затем чиновники в остальной части страны. Что касается таких людей, как семья моего хозяина, у которых есть деньги, но нет власти, им приходилось бегать вокруг и дергать за ниточки, чтобы просто купить один набор. Однако вам не стоит слишком беспокоиться, мисс Юй. Семья Чжоу-имперские купцы, и у них много связей с столичной знатью. Так как третий молодой Мастер Чжоу обещал вам, он абсолютно точно сможет достать вам комплект.”

Юй Сяокао не сомневалась в надежности третьего молодого мастера Чжоу. Однако в глубине души она чувствовала, что обязана третьему молодому господину большой услугой.

Пока они разговаривали, ослиная повозка только что въехала в деревню Дуншань. Под старым вязом у входа в деревню болтали несколько старых деревенских жителей. Когда они услышали стук копыт, все обернулись.

- Старина Юй, это телега твоего второго сына вернулась. - Старик, покачиваясь, встал. Он приложил руку к бровям, чтобы посмотреть вдаль, и только тогда снова сел на корточки. Голосом, в котором слышалась нотка зависти, он сказал: “второй сын вашей семьи вполне способен, ах! Он совсем недавно отделился от семьи, но уже купил повозку с осликом и открыл свой бизнес по продаже вещей!”

Старший брат старого Юя, Юй Личунь, неторопливо встал и медленно ответил: “Вы, ребята, можете видеть только хорошую сторону вещей, но можете ли вы вспомнить их трудности? Когда Дахай отделился от семьи, он был серьезно ранен, и никто не знал, сможет ли он сохранить свою ногу! Жена Дахая также имеет слабое здоровье, и у их Сяокао с самого рождения был плохой иммунитет. Несколько дней назад Сяоша был избит до такой степени, что оказался на пороге смерти! К счастью, и Дахай, и Сяоша счастливчики и не были обречены на смерть…”

Лицо старого Юя покраснело от смущения под понимающим взглядом старшего брата и скрытым подтекстом в его словах. Он посмотрел на повозку с лошадьми, которая стояла прямо за повозкой с ослами, и быстро сменил тему: “я никогда не видел повозку с лошадьми, которая стоит позади Дахая. Я не уверен, что Дахай и его семья нуждаются в помощи прямо сейчас. Мне нужно подойти и посмотреть!”

- Отец! Старший дядя. - Юй Хай тоже заметил их и натянул поводья маленького осла, чтобы медленно снизить скорость, пока они не остановились у входа в деревню.

Юй Сяокао тоже ласково поприветствовала их: “старший дедушка, дедушка! Вы что тут болтаете?”

Лицо Юй Личунь озарилось доброй улыбкой: “Сяокао, ты ездила в город со своим отцом? Вы ходили в медицинский центр Тонгрен и попросили доктора Сун осмотреть вас, ребята? У тебя не очень хороший цвет лица.”

Юй Сяокао потерла свое яркое и сияющее личико и ухмыльнулась: “старший дедушка, повозка с ослом ехала слишком быстро, так что у меня немного кружится голова от того, что меня укачало. Не волнуйся, я в полном порядке!”

- Если ты плохо себя чувствуешь, тебе нужно сказать отцу. Не закрывай глаза на незначительную болезнь, пока она не станет серьезной болезнью! Если тебе не хватает денег, то у старшего дедушки они еще есть! - Юй Личунь не мог забыть того, что случилось прошлой зимой. Образ неподвижной Сяокао в объятиях отца навсегда запечатлелся в его памяти.

Юй Сяокао почувствовала, как в ее сердце поднимается волна благодарности: “Спасибо тебе, старший дедушка! Сяокао запомнит твои слова!”

Старый Юй бросил взгляд на прилично одетого стюарда Яо и отвел Юй Хая в сторону. Он тихо спросил: “кто этот человек? Зачем он здесь? У тебя были неприятности в городе?”

Хотя управляющий Яо был всего лишь слугой в семье Яо, его одежда была примерно такой же, как и у других зажиточных семей в городе. В глазах старого Юя он не был тем, кого они могли себе позволить обидеть.

- Отец! - Юй Хай беспомощно ответил: “он управляющий в семье Яо. Завтра празднование Дня рождения Патриарха Яо, и им нужно собрать немного овощей из моего дома. Я больше не рослый молодой парень, как я мог просто случайно вызвать неприятности?”

- Собрать овощи? Как вообще можно есть овощи в этом сезоне? Никто даже не сажал никаких семян овощных культур!! Ты же не пытаешься обмануть своего отца, верно? - Старый Юй все еще не чувствовал облегчения. Надо простить его испуганное отношение, ведь лучше быть осторожным, чем допустить большую ошибку.

Юй Хай не знал, что еще сказать и продолжил: “Если ты мне не веришь, тогда пойдем со мной в старую резиденцию и проверим ее сами, хорошо?”

- Старейшины деревни, мы сейчас идем против часовой стрелки. Можно было бы сделать длинную историю короткой и попытаться закончить? - Управляющий Яо взглянул на цвет неба, и на его лице появилось озабоченное выражение.

Старый Юй проглотил слова, которые собирался сказать, когда услышал замечание стюарда, и несколько раз с улыбкой закивал головой: “Конечно, конечно! Тогда мы больше не будем вас задерживать, ребята!”

Под нетерпеливым взглядом управляющего Яо Юй Сяокао помахала на прощание своему старшему двоюродному дедушке и снова запрыгнула в повозку. На этот раз повозка была впереди, чтобы открыть путь, так что никто больше не осмелился остановить их снова. Однако молва быстро разнеслась по всей деревне. Люди все говорили, что Юй Хай был слишком способным, чтобы иметь возможность наладить связь с богатой семьей в городе...

Повозка с лошадьми остановилась перед воротами старой резиденции. Юй Хай открыл калитку, поднял дверной косяк и вывел во двор повозку с ослом. Он не потрудился распрячь осла, прежде чем громко спросил Юй Хана, который лежал на длинном стуле, греясь на солнце: “Сяоша, где твоя мать?”

- Она на заднем дворе стирает! Отец, что происходит? - В этот момент Юй Хан заметил управляющего Яо, который вошел вслед за отцом. Из осторожности ему даже захотелось встать.

Когда Юй Сяокао увидела это, она поспешно сказала: “старший брат! Твои кости все еще слишком слабы, не двигайся безрассудно! Я пойду на задний двор и попрошу маму помочь нам собрать овощи!”

Мадам Лю уже слышала звуки голоса своего мужа. Она отряхнула мокрые руки, вошла с заднего двора и спросила: - Как прошла продажа овощей?

- Мы все продали! Помоги нам выбрать некоторые овощи. Стюарду Яо все еще нужно спешить обратно! - В голосе Юй Хая послышались нотки возбуждения. За двадцать таэлей была продана целая тележка овощей. Если бы он рассказал эту историю другим людям, кто бы ему поверил? Его дочь действительно была слишком удивительной. Продавать овощи по цене мяса, но ведь действительно были люди, которые их купят!

Как только управляющий Яо вошел во двор, он был ошеломлен видом пышных зеленых овощей, окружавших его. Это было очень большое пространство, и должно было быть по крайней мере семь - восемь участков земли. Все это было использовано для выращивания различных видов овощей, и там была только небольшая полоса земли, оставленная в качестве дорожки для людей.

Все овощи были на пике своего развития, и они показывали свою пышную жизненную силу. Под ярким солнцем темно-зеленые листья блестели и мерцали. Казалось, что в каждом листочке есть крошечная жизнь, распускающаяся и пульсирующая. Эта семья Юй была действительно хороша в выращивании овощей. Даже если не учитывать текущий сезон, их выход был абсолютно топовым.

Госпожа Лю заметила незнакомца во дворе и вежливо поздоровалась: “Вы, должно быть, устали, гость. Пожалуйста, сядьте и выпейте немного воды, чтобы утолить жажду!”

Когда управляющий Яо вернулся с продовольственного рынка, он сразу же доложил об этом своему хозяину, а затем немедленно отправился в конюшню за повозкой. Он также должен был с тревогой ждать у задней двери ресторана Чжэньсю в течение длительного времени, а затем мчаться вместе с отцом и дочерью из семьи Юй в деревню Дуншань. Только теперь он смог отдышаться. Услышав ее предложение, он сразу же почувствовал, как пересохло у него в горле.

Однако он не вошел в здание, а вместо этого сел на большой камень перед комнатами. Он улыбнулся: “мне не нужно входить в ваш дом, я посижу здесь и немного позагораю, здесь тоже довольно удобно.”

Госпожа Лю налила ему миску кипяченой воды. Стюард Яо встал, чтобы принять ее, и вежливо поблагодарил ее. Он даже не заметил, насколько грубой и простой была керамическая чаша, когда он допил воду в чаше одним большим глотком. Возможно, он слишком хотел пить, но стюард Яо подумал, что эта чаша простой воды была даже более освежающей, чем любой чай, который он пил раньше. Он не мог не сделать ей небольшой комплимент.

Золотой котенок спрыгнул с плеч Юй Сяокао и закатил глаза: "какой наивный парень! Вода для купания этого божественного камня полна духовной энергии. Даже если ее немного разбавить, она все равно не сравнится с обычной водой, так что, конечно, вкус у нее хороший!"

Юй Хан наблюдал, как его родители и младшая сестра засучили рукава и занялись огородом. С тех пор как он вернулся домой, ему приходилось наблюдать, как остальные члены его семьи бегают по дому изо дня в день. Однако он ничем не мог им помочь. Но в глубине души он был уверен в одном: самое важное, что он мог сделать прямо сейчас, - это позволить своему телу полностью восстановиться. После этого он обязательно поможет своей семье! Как бы то ни было, он все еще чувствовал нетерпение! Особенно в такие времена, как сейчас, он всем сердцем желал встать и помочь им собрать урожай овощей.

Когда маленький божественный камень грациозно прошел мимо, он прошел мимо Юй Хана. Он, казалось, почувствовал внутреннее смятение Юй Хана и на короткое время остановился. Он легко вскочил ему на колено, и на его лице появилось такое выражение, как будто он оказывал мальчику большую услугу. Маленький божественный камень внутренне подумал: "слабый и тщедушный человек, ах, этот божественный камень позволяет тебе себя гладить, но это твоя удача. Цени это!"

Юй Хай, его жена и дочь Сяокао суетились на огородном поле. Маленький помощник, который пришел вместе с ними, также получил приказ стюарда Яо помочь. Хотя он не знал, как собирать овощи, он был в состоянии помочь им положить еду в корзины или другие действия, которые не требовали большого мастерства.

Старый Юй медленно вошел в старую резиденцию и был ошеломлен видом двора, полного зеленых овощей. В последний раз, когда он пришел сюда, весь двор был полностью покрыт циновками из рисовой соломы и пшеничных стеблей. В то время он не знал, для чего они были нужны, и спросил несколько раз, но так и не получил ответа. Он никогда не думал, что под ковриками из травы были высажены ростки овощей! Это заняло всего лишь около десяти дней усилий, но овощи уже были готовы к сбору урожая?

Старик Юй первым делом подошел к своему старшему внуку и осторожно расспросил его о травмах и состоянии. Увидев, что семья его второго сына суетится без перерыва, он тоже засучил рукава и вышел в поле, чтобы помочь им!

Прошло немного времени, и Сяолянь тоже вернулась с пристани. Порция тушеной еды за одну медную монету семьи Юй была известна в доках! Как только один из них доберется туда, почти вся еда, которую они привезли, будет распродана через полчаса! Тушеная еда их семьи была восхитительна.

Теперь о них знали не только все портовые рабочие, но и люди, живущие в соседних деревнях. Если к кому-то из них приходил гость, они специально подходили, чтобы купить пару порций. Использование тушеной еды семьи Юй для обслуживания гостей было очень гостеприимным делом!

Глава 124 - еще раз!

Если бы Сяолянь не ждала телегу с волами из соседней деревни, то она бы уже давно вернулась после того, как вся тушеная еда была распродана!

С добавлением Сяолянь их скорость сбора урожая заметно возросла. Вскоре все корзины, которые Стюард Яо принес с собой, были заполнены сочными зелеными овощами, которые выглядели невероятно аппетитно.

Пока семья собирала овощи, управляющий Яо отправился на задний двор резиденции Юй, а также к близлежащему пруду. Он увидел, что на заднем дворе также есть овощные поля, которые простираются примерно на три-четыре Му [1]. Там были огуречные и стручковые бобовые лозы, взбирающиеся на овощные рамы. Баклажаны и острый перец чили энергично росли аккуратными рядами. Там были также салат и морковь. Однако он не мог видеть, насколько велика морковь, поскольку она была под землей, но морковные листья были пышными и ярко-зелеными. На заборе, окружавшем сад с четырех сторон, росли гиацинтовые бобовые лозы и Малабарский шпинат, обвитые вокруг деревянных столбов, которые придавали периметру голубовато-зеленый цвет. Кроме того, были еще некоторые другие овощи, которые он не мог идентифицировать, но везде, куда он смотрел, было полно овощей...

Он был убежден, что скоро все эти овощи будут готовы к сбору урожая. В то время овощи других людей были бы только крошечными ростками. Стюард Яо очень хорошо понимал, что это значит для семьи Юй, поскольку они могли продавать овощи больше месяца вне регулярного сезона!

Он посмотрел на их простую и грубую на вид резиденцию, а также на ничем не украшенные комнаты. На данный момент семья Юй выглядела обездоленной и бедной. Однако, с их способностью выращивать овощи, они были абсолютно готовы стать богатыми очень скоро, не так ли? Стюард Яо теперь действительно не имел мужества презирать семью Юй.

Наконец все корзины с овощами были взвешены и перенесены в повозку семьи Яо. В общей сложности они купили шестьсот восемьдесят Кэтти овощей. Управляющий Яо знал, что старый мастер Яо очень разборчив. Если он узнает об овощах семьи Юй, то в будущем у них определенно будет еще много покупок! Таким образом, он великодушно согласился заплатить за все овощи, используя цену за салат ромэн-двадцать пять медных монет за Кэтти.

Когда старый Юй увидел, что овощи, которые обычно продавались примерно по три-пять медных монет за Кэтти, продаются в пять-восемь раз дороже обычной цены, его глаза широко раскрылись от шока. Он почти не верил своим ушам: “Дахай, а ты не боишься, что богатые люди обвинят вас, ребята, в том, что вы устанавливаете цену на овощи по цене на свинину?”

- Дедушка! Мы ведем честный бизнес. Один готов покупать, а другой-продавать, так зачем же обвинять другого? - Юй Сяокао подняла таз с водой, чтобы ее дедушка вымыл руки, а затем продолжила: “семья Яо-хорошо известная богатая семья в городе. Они всю зиму ели мясо и уже давно устали от него! Если ты мне не веришь, пойди спроси стюарда Яо, хочет ли патриарх семьи Яо есть мясо или он хочет есть овощи нашей семьи, хорошо?”

- Но, это же просто зеленые овощи, а! Если мы продаем их по такой дорогой цене, разве это не слишком дорого для других людей? - Старик Юй чувствовал себя немного неловко из-за всего этого.

Управляющий Яо пересчитал деньги и сказал: “Старый господин, это, очевидно, пример: "чем реже вещь, тем больше ее ценность"! Прямо сейчас, в это время года, если вы хотите есть зеленые овощи, даже если у вас есть деньги, вы можете не найти их! Овощи вашей семьи-это единственные овощи на рынке в городе прямо сейчас. Даже по более дорогой цене вам, ребята, не придется беспокоиться о том, что они не будут продаваться!”

Пока они разговаривали, он достал два больших слитка блестящего серебра и вложил их в руки Юй Хая. Затем он сказал: “старший брат, это двадцать таэлей, позаботься о том, чтобы они были в безопасности!”

Юй Хай махнул рукой: “нет никакой необходимости давать нам так много. Шестьсот восемьдесят Кэтти овощей выходит всего на семнадцать таэлей. Вы так хорошо заботитесь о нас, как мы можем взять больше ваших денег…”

- Просто оставьте себе лишние деньги. Подумайте о дополнительных трех таэлях как о залоге. Не забудьте оставить немного овощей на заднем дворе для меня, твоего брата. Не продавайте все это в ресторан Чжэньсю. - Стюард Яо также знал, как важно заранее планировать большие вознаграждения. - Если вы, ребята, возьмете мой залог, то в будущем, очевидно, будет очень легко покупать у вас овощи!

Юй Хай все еще колебался немного, но Юй Сяокао уже забрала деньги. - Поскольку Стюард Яо так сказал, в будущем, если вам понадобятся овощи, просто крикните нам, и мы доставим их в резиденцию Яо!

Стюард Яо несколько раз кивнул головой: “это то, что я хотел услышать! Я знаю, что у вас, ребята, не хватает персонала, поэтому в будущем я буду иметь людей, которые принесут тележку к вашему дому, чтобы купить овощи! Сяоси, запомни маршрут. В будущем ты будешь отвечать за покупку овощей. Убедись, что у тебя все хорошо, и не дай мне, твоему приемному отцу, потерять репутацию!”

Стюард Яо отдал последнюю часть приказания маленькому помощнику, который вел повозку. Этот маленький помощник был также умным и ловким парнем, поэтому он кивнул головой. Радостная улыбка с оттенком восхищения пересекла его лицо. Переход от помощника, который заботился о лошадях, к человеку, ответственному за покупку, был большой переменой. Это было не только большое продвижение по службе, но и его будущее лечение и оплата будут значительно отличаться.

Это было связано с тем, что покупательская позиция была связана с большой прибылью. В будущем ему действительно нужно будет проявить сыновнее уважение к своему приемному отцу. Если бы его приемный отец не повысил его по службе, как еще он, Сяоси, мог бы получить такое положение среди множества других слуг в резиденции?

- Спасибо, Крестный! Спасибо тебе, Крестный! - Сяоси непрерывно благодарил управляющего Яо, как будто только так он мог по-настоящему выразить всю глубину своей благодарности.

- Делай свою работу хорошо! В будущем, когда у тебя будет больше контактов с семьей Юй, обязательно относись к ним с большей вежливостью. Особенно к этой маленькой девочке. У нее есть много идей, и ты абсолютно не можешь пренебрегать ею! - На обратном пути стюард Яо дал ему несколько советов, чтобы помочь Сяоси правильно развиваться.

Позже Сяоси неоднократно ездил туда и обратно между деревней Дуншань и городом Тангу. Он всегда держал совет своего приемного отца близко к сердцу и тепло называл Юй Хая и его жену "дядя и тетя". Кроме того, он помогал им выполнять кое-какую работу по дому. У него были почти братские отношения с Юй Ханом, который был примерно его ровесником. Кроме того, он заботился о Сяолянь и маленьком Шито, как будто они были его младшими братьями и сестрами. Каждый раз, когда он приходил покупать овощи и продукты, он всегда приносил им немного выпечки и пирожных. Что же касается Сяокао, которая выглядела почти так же, как и Сяолянь, то он бессознательно испытывал к ней глубокое уважение.

Поддерживая эти отношения, Сяоси никогда не возвращался в резиденцию Яо с пустыми руками, даже в более тяжелые времена, когда урожай был не так хорош. Успешно справляясь со своими задачами, он, естественно, получал больше повышений. Он прошел путь от помощника по закупкам до помощника управляющего в отделе закупок, а затем до главного управляющего, отвечающего за отдел закупок. К тому времени, когда его приемный отец стал главным управляющим, он, в возрасте двадцати лет, стал самым молодым главным управляющим резиденции.

В то время он все еще не был женат, и поэтому все служанки в резиденции видели в нем идеальную перспективу женитьбы. Служанки первого ранга, которые раньше презирали его, теперь все смотрели на него с другим выражением в глазах. Что касается его самого, то у него наконец-то хватило смелости попросить руки служанки, которой он тайно восхищался в течение долгого времени, Лусю. Она была личной служанкой матриарха. В качестве одолжения матриарх обручила с ним Лусю, которая уже достигла брачного возраста. После того, как его приемный отец ушел в отставку, Сяоси заменил своего отца, чтобы стать главным управляющим резиденцией Яо...

Все эти перемены начались в тот роковой яркий и блестящий день, когда он отправился со своим приемным отцом в деревню Дуншань и встретил благородного человека, который изменил его судьбу на всю жизнь...

Конечно, все это были будущие события. Прямо сейчас Сяокао сидела на маленьком табурете и смотрела на огороды во дворе своей семьи, как будто ее околдовали. Юй Хан посмотрел на свою младшую сестру, тупо уставившуюся на него, и тихо спросил: “младшая сестра, о чем ты думаешь? Почему ты сейчас так сосредоточена?”

Юй Сяокао повернула голову и посмотрела на него. Она поправила одеяло, чтобы лучше укрыть его ноги, а затем снова повернулась и посмотрела на поля. Она воскликнула несколько взволнованно: “старший брат, ты тоже это заметил? Мы получили приличный урожай с наших полей!”

- А? Что ты подразумеваешь под словом "приличный"? - Раньше их семья также сажала некоторые овощи в передней и задней части их комнат. Почва там была бедной, и они сажали только самые распространенные виды овощей для собственного употребления. Удосужились ли они когда-нибудь вычислить выход из этих небольших участков земли?

Однако в прошлой жизни Сяокао ее родители были овощеводами, прежде чем они умерли. В то время она уже училась в средней школе и часто помогала им подсчитывать производительность своих полей и размер прибыли, которую они получали.

В ее прошлой жизни было химическое удобрение, так что один Му земли, засеянной овощами, мог дать около 2500 Кэтти урожая. Во дворе у них было от семидесяти до восьмидесяти процентов Му земли, и они уже продали овощей на сумму около тысячи Кэтти. По ее приблизительным подсчетам, они отобрали только половину того, что было доступно. Другими словами, они, вероятно, могли бы получить по крайней мере 3000 Кэтти овощей за каждый посаженный Му. Может быть, они даже смогут получить четыре тысячи Кэтти!! Это действительно считалось очень высокой урожайностью!!

Подсчитав до этой суммы, она прикинула, что они могли бы получить в общей сложности от семидесяти до восьмидесяти таэлей за овощи, выращенные только на переднем дворе. На заднем дворе выращивали овощи с более длительным жизненным циклом, поэтому их, вероятно, можно было продать по более высокой цене. Они могли бы легко получить около сотни таэлей за каждый Му овощей. Таким образом, это означало, что они могли бы получить около пятисот таэлей только от этого раннего весеннего урожая!

Чем больше Юй Сяокао подсчитывала, тем больше она волновалась. Ее глаза, казалось, сияли внутренним светом, и она хотела бы поцеловать маленький божественный камень несколько раз в счастье.

Маленький золотистый котенок лежал на коленях у Юй Хана, наслаждаясь тем, что у него есть семья, когда внезапно почувствовал, как по его телу пробежал озноб. Мех на его спине тут же встал дыбом-что-то не так, приближается опасность!

Как раз в тот момент, когда Юй Сяокао пристально смотрела на их овощные поля, как будто только что увидела гигантскую глыбу золота, внезапно из-за ворот донесся голос, который никто не хотел слышать: “где все? Неужели вы все растворились в воздухе? Почему ворота закрыты в середине дня, а? Это потому, что вы, ребята, сделали что-то такое, что вызвало у вас чувство вины, и вы боитесь, что люди придут и найдут вас?”

Сяокао вздрогнула и спрыгнула со стула. Она бросилась к воротам, распахнула тяжелую дверь и увидела мадам Чжан, стоявшую там в странном положении. Лицо старухи было таким же неприятным, как и прежде.

- Бабушка, зачем ты пришла? - Юй Сяокао едва сдержала чувство отвращения в своем сердце и сумела выдавить улыбку.

- Что? Вы, ребята, сделали свою дверь слишком высокой, чтобы ваша собственная бабушка больше не могла прийти? - На лице Ли Гуйхуа появилось самодовольное выражение. Обильное количество жира на ее лице сжимало глаза, пока они не превратились в тонкую линию, очень похожие на глаза крысы. Ее глаза метались по сторонам, как будто она была воровкой.

Госпожа Чжан оттолкнула Сяокао рукой и вышла во двор. Она мрачно оглядела каменные стены вокруг двора и зловеще заметила: “у вас, ребята, нет денег, но вы построили свои стены так высоко. Вы пытаетесь отпугнуть воров или не пускаете меня?”

- А разве есть разница? Ты самая большая угроза в округе! Другие люди наживают себе состояние, а ты такая скупая старая карга, что готова даже соскрести всю прибыль с земли, полной грязи! - Юй Сяокао молча поджарила старуху, когда она ответила: “наша старая резиденция находится слишком близко к западной горе. Зимой мы боимся диких животных, которые ищут пищу. Разве они не спустятся с горы и не причинят вреда людям? Бабушка, не будь такой чувствительной, эти стены защищают нас только от волков! Просто послушай, когда мы только переехали, мы не были уверены, что сможем спасти ногу моего отца. Моего старшего брата продали в подмастерья, так что вокруг были только мама и мы, слабые маленькие девочки. Если там действительно были какие-то злобные волки, что мы должны были делать?! Так что мы не слишком утруждали себя ремонтом дома, а вместо этого использовали деньги, которые прислала нам бабушка по материнской линии, чтобы построить забор повыше!”

Это, казалось бы, простое объяснение на самом деле содержало много скрытых смыслов: во-первых, она заставила их отделиться от основной семьи практически без ничего, когда отец был серьезно ранен. Кроме того, она чуть не довела старшего внука до такой ситуации, что он лишился бы жизни. Далее, ни одна медная монета из тех денег, которые были использованы для строительства этих стен, не поступила от бабушки. Таким образом, есть ли у нее еще какие-либо квалификации, чтобы высказывать свои ненужные мнения?

Однако был ли кто-нибудь еще в мире, кто мог бы даже конкурировать с бесстыдством мадам Чжан? Трудно было сказать, действительно ли старуха не уловила скрытого подтекста Сяокао, или она притворялась, но она лишь мельком взглянула на Юй Хана, который беспомощно лежал в шезлонге во дворе. Затем она обратила свое внимание на обширное пространство овощей, растущих во дворе.

Госпожа Ли сразу поняла свою роль в этой пьесе и заявила: “У второго шурина действительно сыновнее сердце, ах! Он посадил так много овощей, но не знает, как должным образом проявить свое уважение к старшим. Он занят только зарабатыванием денег!”

[1] 1 му (亩) = ~0,1474 акра = ~666,7 квадратных метра

Глава 125 - царапина

- Конечно, мы должны думать о всех возможных способах заработать деньги! Нам нужны деньги, чтобы построить забор и отремонтировать дом. Более того, у нас тоже много долгов! Может показаться, что нога моего отца восстановилась, но он будет чувствовать себя невыносимо, если переусердствует. Днем все в порядке, но ночью будет так больно, что он даже не сможет заснуть. Он был в состоянии терпеть благодаря обезболивающим, которые доктор Сун прописал. Он не может быть основной рабочей силой в нашей семье, а мой старший брат все еще должен десятки таэлей медицинских сборов… Если мы не будем думать о других способах заработать деньги, чтобы погасить долг, помогут ли нам бабушка и старшая тетя погасить наши долги?

Юй Сяокао уже давно раскусила их намерения, поэтому она упорно жаловалась на страдания своей семьи. На заднем дворе Сяолянь заблокировала своих родителей и отказалась выпускать этих двух добрых и невнимательных людей на улицу, чтобы над ними издевались. Она также попросила Цянь Ву, который ухаживал за утками у пруда, пойти и найти ее дедушку у входа в деревню. Старый Юй был единственным, кто мог хоть как-то держать госпожу Чжан в узде.

- Ладно, ладно! Какой смысл говорить всю эту чушь? Поторопись и собери овощи для своей бабушки. Ты хотела, чтобы старушка сама их собирала? Ты бестактный человек! - Госпожа Ли заметила, что лицо ее свекрови становится все более некрасивым, и поспешно вмешалась.

Юй Сяокао не изменила выражения лица и продолжала фальшиво улыбаться: “старшая тетя права! Бабушка, какие овощи ты хочешь? Я пойду и соберу их для тебя.”

- Давай сделаем это. Дай мне по корзине каждого вида! - Мадам Чжан могла определить ценность этих сочных зеленых овощей, просто взглянув на них. Здесь было четыре или пять различных видов зелени. Если она получит по корзинке каждого, то это будет по меньшей мере четыре или пять Кэтти, что должно стоить несколько таэлей.

В прошлом, когда Юй Хай был рядом и семья не распадалась, она не замечала его важности. Без опытного рыбака Юй Хая они не только поймали меньше половины количества рыбы по сравнению с прошлым годом, но и не было большого разнообразия. Некоторые постоянные клиенты постепенно перестали заказывать у семьи Юй, потому что они не могли удовлетворить их потребности.

Теперь Юй Дашань не только ловит рыбу в море со старым Юй, но и продает рыбу на рыбном рынке вместе с другими рыбаками. Когда дела шли плохо, половина рыбы оставалась недоеденной. Их семья питалась рыбой уже больше недели. Раньше они неохотно ее ели, но теперь им это надоело. Погода постепенно потеплела, так что если они не съедят рыбу, то она очень быстро испортится.

Старый Юй и его сын приносили все меньше и меньше денег, поэтому сердце госпожи Чжан становилось все более тревожным. Ее младший сын прислал письмо, в котором сообщал, что хочет учиться в Академии Жунсюань и нуждается в деньгах на кисти, чернила и книги. Кроме того, срок аренды дома, который они снимали в городе, истек, и ее младший внук, маленький Дуду, заболел в начале весны… Все эти дела, требующие денег, громоздились одно на другое, одно за другим.

Видя, что денег в ее руках становится все меньше и меньше, госпожа Чжан почувствовала, как огонь сжигает ее сердце. Она не могла ни есть, ни спать нормально, и у нее было несколько язв во рту. Когда она услышала от госпожи Ли, что вторая ветвь начинает продавать свои овощи, она ненадолго задумалась и придумала одну идею.

Однако Юй Сяокао не была похожа на своих родителей, над которыми легко издевалась госпожа Чжан. Она усмехнулась и сказала: “бабушка! Разве ты не собираешься есть овощи, чтобы предотвратить голод? С четырьмя или пятью корзинами овощей, даже если вы, ребята, едите много, разве не потребуется по крайней мере двадцать дней, чтобы доесть все? А ты не боишься, что зелень сгниет в корзинах и пропадет впустую?!”

- Это не твое дело! Твоя бабушка велела тебе собирать овощи, так что просто делай, что тебе говорят! Что за чушь ты несешь! - Мадам Ли уже нетерпеливо начала собирать овощи сама. После того как она всю зиму ела вареную капусту, редиску и смешанные хлебные лепешки, ее глаза уже позеленели от жадности, когда она увидела все зеленые овощи. Никогда еще ей так не хотелось есть овощи!!

- Старшая тетя!! Будьте осторожны, чтобы не растоптать овощи… - Еще до того, как Юй Сяокао закончила говорить, Ли Гуйхуа уже наступила ей на листья салата. Каждый зеленый овощ был блестящим кусочком серебра, ах, - сердце Сяокао беспрестанно болело.

Именно в этот момент золотой свет, подобно молнии, устремился к Ли Гуйхуа. С громким криком Ли Гуйхуа закрыла лицо руками и села на огород. Ее огромная задница врезалась в огород. Если бы овощи были живыми, они бы наверняка кричали перед смертью.

- Кто… Чей это кот? Как ты можешь выпускать его, чтобы царапать людей? - Мадам Ли посмотрела и увидела крошечного котенка, который даже не был размером с кулак. Он был покрыт золотистым мехом и свирепо смотрел на Ли Гуйхуа своими золотыми глазами. Он проявлял свирепость, которая была несоразмерна его размерам.

- Маленький Клецка, молодец! Юй Сяокао непрестанно восхваляла маленькую божественность в ее сердце.

- Она просто продолжает болтать, и ее голос звучит так же плохо, как у свиньи, которую режут. Она такая чертовски шумная! - Маленький божественный камень недовольно облизнул коготь. Он враждебно уставился на мадам Ли, как будто собирался в следующую секунду вскочить и броситься на свою "добычу".

- Мое лицо! - Ли Гуйхуа убрала руку, которой прикрывала лицо, но была поражена кровью на своей руке. Этот проклятый кот действительно осмелился поцарапать ей лицо. Что ей делать, если на теле останутся шрамы?

Если бы Сяокао могла читать ее мысли, она бы точно безжалостно поджарила ее: "старшая тетя, даже если твое лицо не изуродовано, ты все равно не очень хорошо выглядишь.

Госпожа Чжан наклонилась, чтобы поднять комок земли, и уже собиралась бросить его в маленького золотистого котенка, но заметила, что котенок уже обратил свое внимание на нее. Малыш излучал ужасающую силу, которая заставляла ее чувствовать себя так, как будто она столкнулась не с маленьким котенком, а с величественно выглядящим гигантским тигром.

У мадам Чжан задрожали ноги. Она уронила ком земли и пробормотала, запинаясь: “злая девочка, это твоя кошка? Быстро убери ее!!”

Юй Сяокао с беспомощным выражением лица сказала: “Бабушка, я подобрала этого котенка в горном лесу. Прошло совсем немного времени с тех пор, как я принесла его домой, так что он еще не был одомашнен и все еще очень дикий! Он никого не слушает. Сяолянь и я обе были поцарапаны им. Поэтому я не смею его провоцировать.”

Мадам Ли, у которой была кровь на руке, внезапно бросилась на маленького золотого котенка, как сумасшедшая. В результате все овощи вокруг нее погибли трагической смертью.

- Мои овощи! - Жалобно воскликнула Юй Сяокао.

Маленький золотистый котенок, казалось, почувствовал настроение своего хозяина и поспешно бросился в ту часть сада, которая уже была убрана. Его движения были легкими и ловкими. Толстая фигура мадам Ли внезапно нырнула в огород. Ее большое лицо приземлилось первым, и она не смогла сразу встать. После долгой борьбы она наконец села и заметила, что ее рот был полон грязи. Она долго плевала, чтобы очистить рот от грязи.

- Бесполезная штука! Пытается соперничать со мной, этим божественным камнем!! Хм! Хм! Предвкушай, что сегодня ночью тебе приснится кошмар!! - Юй Сяокао была единственной, кто мог слышать мрачный голос маленького божественного камня. Из места, которое никто не мог видеть, струйка похожей на дым духовной силы вошла в ноздри мадам Ли. Но она совершенно не осознавала этого!

- Мама, быстро помоги мне поймать этого проклятого кота. Я собираюсь бросить его в очаг и съесть его после того, как он приготовится! - Мадам Ли отказалась сдаваться и была одержима идеей поймать котенка.

Таким образом, пухлое, похожее на шар тело мадам Ли можно было увидеть прыгающим, неуклюжим, катающимся и ползающим по двору. Это была очень комичная сцена. К тому времени, когда она устала и задыхалась, она все еще не коснулась ни одного волоска на кошке.

В довольно прохладный вечер ранней весны все тело мадам Ли было покрыто потом. Со смесью пота и грязи на лице ей даже не нужно было краситься, чтобы выступать в китайской опере. Она не могла подняться, сидя на земле, поэтому шлепнула себя по ноге и завыла: - Мне все равно. Твой кот поцарапал и изуродовал мое лицо, так что твоя семья должна компенсировать мне это! Просто заплати мне пять таэлей.

- А кто тебе возместит пять таэлей? Твое лицо не стоит и пяти медных монет, а ты хочешь пять таэлей. Почему бы тебе не пойти и не ограбить кого-нибудь?! - Этот устрашающий ответ пришел от старого Юя, который быстро подбежал. Он, должно быть, взбешен, иначе не сделал бы столь резкого замечания своей невестке.

Мадам Ли ничего не боялась, за исключением тех случаев, когда ее свекор ругался. Увидев входящего старика Юя, она тут же вскочила с земли. Ее проворные движения не были похожи на то, что могла сделать такая толстушка, как она.

- Это кошка поцарапала тебя, так что иди и забери у нее деньги! Ты даже не можешь справиться с котенком, который не был отнят от груди, но у тебя все еще есть совесть, попросить у других денег? Наша семья Юй не вымогает деньги у других. Если ты хочешь причинить неприятности семье второго сына, я поговорю об этом с Ли Лаошуанем! - Отец мадам Ли, Ли Лаошуань, был также очень способным человеком, когда он был моложе. Он заработал кое-какую недвижимость, так что условия жизни семьи Ли были намного лучше, чем у семьи Юй.

Мадам Ли не осмелилась сказать больше ни слова. Хотя ее отец души в ней не чаял, он был также старомодным и традиционным человеком, который считал замужнюю дочь тем же, что и пролитую воду. Он считал, что она должна прислушиваться ко всему, что говорят ее родственники. Если отец узнает, что она вымогает деньги у семьи своего младшего шурина, он определенно отречется от нее. Ей все еще нужно было полагаться на свою материнскую семью, чтобы поддержать ее, поэтому она абсолютно не могла позволить своему отцу узнать об этом!

Госпожа Чжан вступилась за нее: “о чем тут говорить? Гуйхуа сказала это просто от злости. Неужели ты действительно думаешь, что она возьмет деньги второго сына?! Кошка семьи второго сына поцарапала ее, но ты даже не позволяешь ей сказать что-то об этом?”

- Я даже еще ничего не говорил о тебе! Что ты здесь делаешь? Ты пришла попросить овощи у второго сына? Неужели ты так бесстыдно спрашиваешь? - Старый Юй посмотрел на Госпожу Чжан глазами, полными разочарования, гнева и печали!

Когда вторая ветвь была в самом трудном положении, она заставила их покинуть свой дом. Его второй сын рисковал половиной своей жизни в обмен на деньги, которые они получили от продажи медведя. После того как они спрятали триста таэлей, за которые его второй сын рисковал жизнью, он едва мог спать по ночам и был полон мучений в своем сердце. С другой стороны, как будто она отбросила огромный камень, который был на ее теле, госпожа Чжан говорила и действовала гораздо более расслабленно!

Почему она никогда не думала о том, что второй сын-это его плоть и кровь! Он считал, что никогда не был предубежден по отношению к Дашаню и всегда относился к нему как к родному сыну. Когда они разделили семью, они даже отдали новую лодку, которую купил второй сын, своему старшему сыну. Почему она не может сочувствовать другим и относиться к его детям как к своим собственным?

Посмотрите, что случилось! Посмотрите, что сделала мадам Чжан! Она продала его старшую дочь вдовцу в качестве второй жены. Его старшая дочь, должно быть, полностью разочаровалась в нем. После стольких лет замужества, если не считать нескольких визитов ко второму сыну, она почти не желала видеть его, своего отца.

Его второй сын был способным человеком, поэтому он думал, что госпожа Чжан будет лучше относиться ко второй ветви, из-за денег. Но что же случилось? Когда его второй сын был серьезно ранен и находился на грани смерти, госпожа Чжан вынудила его сделать предложение расстаться с семьей. Она дала им только обветшалую старую резиденцию и жалкие два таэля…

Старый Юй почувствовал, что его терпимость достигла предела. Он не мог позволить мадам Чжан продолжать делать то, что она хотела. Он должен был показать свою власть как глава семьи!

Столкнувшись с разъяренным взглядом мужа, госпожа Чжан почувствовала в глубине души некий страх. Тем не менее, она все еще настаивала: “разве семья жениха Цайди не собирается скоро прислать подарки для помолвки? Я думала о том, что у нас нет ничего, чтобы принять их дома, а потом я услышала, что семья второго сына посадила овощи… Что плохого в том, чтобы сын отдал почтение своим родителям, дав им немного овощей?”

Глава 126 - без названия

- Посылать подарки на помолвку? Разве это не в следующем месяце? Разве мы уже не вспахали огородные поля и не посадили семена? Урожай должен быть готов к следующему месяцу, так почему же мы должны просить второго сына? Это не значит, что ты не знаешь об условиях жизни семьи второго сына. Как его родители, даже если мы не можем помочь ему, мы не должны усугублять их несчастья и причинять больше проблем нашим детям. Что скажут о нас другие? - Конечно, старый Юй не поверил ее глупостям и немедленно разоблачил ее.

- Разве сын не должен быть сыновним по отношению к своим родителям? Что скажут другие! Неужели ты думаешь, что другие не будут сплетничать о сыне, который ест и живет хорошо, в то время как его родителям едва хватает еды? - Мадам Чжан была экспертом в бесконечных приставаниях к другим.

Старый Юй нахмурился и стал еще более недовольным: “что ты имеешь в виду, говоря "нам едва хватает еды"? Хотя мы уже не так много зарабатываем на продаже рыбы, как раньше, этого, безусловно, достаточно, чтобы прокормить всю нашу семью. Более того, у тебя все еще есть много денег.”

- Это для занятий нашего третьего сына, так что никому не позволено прикасаться к ним! - Госпожа Чжан больше всего ценила своего младшего сына, и никому не позволялось прикасаться к нему. Когда она услышала, что старый Юй упомянул о ее сбережениях, она мгновенно вздрогнула и посмотрела на Сяокао с виноватой совестью.

Старый Юй почувствовал еще большую ярость в своем сердце: “всякий раз, когда речь заходит о деньгах, ты всегда говоришь, что это для учебы третьего сына! И все же ты стараешься причинить неприятности семье второго сына, когда они уже отделились от семьи! Ты слишком предвзятоа!”

- Я предвзята? Ты хочешь сказать, что я предвзята?! После того, как я вышла за тебя замуж, я родила и воспитала твоих детей. Я не трачу деньги на еду или одежду. Для кого я все это делаю? Неужели ради себя самой? Я просто хочу воспитать образованного человека в нашей семье, чтобы вся наша семья могла жить лучшей жизнью. К кому я предвзята? Старший сын - мой биологический сын, я когда-нибудь была неравнодушна к нему? Второй сын более способный, чем старший сын. Я также помню все его вклады в семью!! В будущем, когда третий сын сдаст экзамен, чтобы стать чиновником, разве он, как и его старший брат, не получит выгоды? - Говоря это, мадам Чжан вытирала слезы, как будто именно ее обидели и использовали в своих интересах.

Сердце старого Юй смягчилось, когда он увидел слезы госпожи Чжан, но он все еще настаивал: “это все еще не веская причина просить старшего сына, который отделился от семьи, финансово поддержать учебу своего младшего брата! Перестань плакать здесь, а то станешь посмешищем. Скорее пойдем со мной домой!”

Видя, что сегодня она не сможет ими воспользоваться, мадам Чжан медленно направилась к выходу. Госпожа Ли даже не осмелилась поднять голову, уныло следуя за свекровью. Сегодня ее свекор был очень зол. Он даже не взглянул в лицо ее свекрови, не говоря уже о ней.

- Ай! - Старый Юй коснулся головы Сяокао, которая стояла рядом с ним и смотрела на него широко раскрытыми глазами. После этого он посмотрел на сына и невестку, которые только что вышли с заднего двора. - У мужа будет меньше хлопот, если его жена добродетельна, - вздохнул он усталым голосом. Мне повезло, что я не послушал решение госпожи Чжан женить тебя на ее племяннице. У меня хорошая невестка. Вы, ребята, должны жить хорошей жизнью!

После этого, заложив руки за спину и согнувшись всем телом, он ушел тяжелыми шагами.

- Дедушка! Я соберу немного овощей для тебя! - Юй Сяокао была более или менее удовлетворена сегодняшним выступлением своего дедушки. Похоже, он еще не был полным дураком.

Старый Юй остановился как вкопанный и повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Он медленно покачал головой и сказал: - Оставь их, чтобы потом продать! Эта старая резиденция нуждается в тщательном ремонте, чтобы зимой ее не раздавил снег!

Юй Сяокао просигналила отцу глазами. Юй Хай понял, что она имела в виду, и быстро сказал: “отец, ничего страшного. Твой сын все еще может дать тебе немного овощей, чтобы поесть! Мать Цаоэр, ты пойдешь и поможешь собрать по порции каждого овоща.”

Он лично вышел вперед, чтобы усадить старого Юй обратно на каменный стул во дворе, а затем налил отцу чашку воды. Выпив принесенную сыном воду, старый Юй почувствовал себя гораздо лучше и физически, и умственно. Его сын все еще держал его, своего отца, в своем сердце.

Прежде чем он успел выпить чашку воды, Сяокао и ее мать уже быстро собрали овощи и сложили их в корзину. Оказалось, что в корзине было около десяти Кэтти овощей. Прямо сейчас в семье Юй были только старая пара Юй, семья старшего сына и незамужняя младшая сестра. Таким образом, им хватило еды на несколько дней.

Однако госпожа Чжан не была удовлетворена и чувствовала, что семья Юй Хая дала им слишком мало. Пока она ругала всю семью Дахая в своем сердце, она взяла большую часть зелени из корзины, которую старый Юй принес, а затем отправила их своему младшему сыну рано утром на следующий день.

Госпожа Ли, у которой был ужасный цвет лица после ночи кошмаров, внутренне критиковала госпожу Чжан за ее предвзятость. Она жаловалась на Дашаня в течение нескольких дней.

Что же касается семьи Юй Сяокао, которая сегодня заработала более восьмисот шестидесяти таэлей, то они сейчас обсуждали, что делать с шестьюдесятью с чем-то таэлями перед ними.

Первым заговорил глава семьи Юй Хай. - Как я только что сказал, рецепт нашей Цаоэр был продан за восемьсот таэлей. Мы уже попросили третьего молодого мастера Чжоу помочь нам купить витрину магазина на эти деньги. Я думаю, что магазины в недавно построенном порту не будут слишком дорогими! Мы должны быть в состоянии купить четыре места! В это время у вас, братьев и сестер, будет свой магазин, честный для всех!

Юй Хан, полулежавший на кровати Кан, поспешно сказал: “младшая сестра была той, кто заработал деньги на покупку магазина. Как я, ее старший брат, могу использовать ее в своих интересах? Я оставлю свое место младшей сестре!”

Юй Сяокао уставилась на него широко раскрытыми глазами и с несчастным видом сказала: “старший брат, то, что ты говоришь, неправильно! Мы кровные братья и сестры, так почему же мы должны быть так ясны во всем?”

- Люди говорят, что даже настоящие братья и сестры должны сводить счеты без двусмысленности! Например, отцу нет смысла покупать землю и магазин для старшего дяди, - настаивал Юй Хан.

Юй Сяокао фыркнула и сказала: “Мы уже отделились от семьи. Мы не будем оказывать им меньше сыновнего уважения, чем обязаны, но мы не заплатим ни на один пенни больше, чем необходимо! Старший брат, когда ты поправишься, дела в доках перейдут к тебе. В будущем, когда будет построен новый порт, ты сможешь расширить свой бизнес в доках и заработать много денег. Неужели ты тогда пренебрег бы своими младшими братьями и сестрами?”

- Конечно, нет! Это наш семейный бизнес, так что, конечно, прибыль должна поступать на семейный счет! - Немедленно возразил Юй Хан.

- Разве это не та же самая логика? Деньги, которые я зарабатываю прямо сейчас, также передаются на семейный счет для управления. Даже если это не дано вам сейчас, ребята, когда мы вырастем и отделимся от семьи в будущем, нам все равно нужно разделить это поровну! - Юй Хан никогда не выигрывал в дебатах с Юй Сяокао.

Юй Хан нахмурился и хотел было снова отказаться: “но… Младшая сестра, именно ты заработала все эти деньги…”

- Ладно, давай прекратим этот разговор! Все решено! - Видя, что каждый из братьев и сестер стоит на своем, Юй Хай заговорил, чтобы принять окончательное решение: “Сяоша, ты не должен чувствовать, что пользуешься своей младшей сестрой. В будущем твои младшие сестры тоже будут нуждаться в поддержке своих братьев!”

Маленький Шито, вернувшийся вчера вечером в сумерках на перерыв, положил книгу в свои руки и засмеялся: “отец, даже если у нас не будет магазина, мы со старшим братом все равно будем содержать наших сестер! В будущем, если этот человек будет плохо обращаться со второй сестрой, я приведу ее домой и буду заботиться о ней всю жизнь!”

- Ты собираешься заботиться только о своей второй сестре? Неужели ты совсем не позаботишься о своей старшей сестре? - Сяолянь с улыбкой поддразнила своего младшего брата.

Маленький Шито не успел поправиться, как Сяокао ущипнула его за обе щеки: “Ты бессердечный маленький парень. Есть так много хороших вещей, которые ты можешь сказать, но вместо этого ты проклинаешь свою вторую сестру, чтобы над ней издевались в будущем?”

Маленькое личико маленького Шито, которое только что стало более мясистым, было растянуто в две стороны его второй сестрой, а затем снова сплющено посередине. Его маленький рот был сжат до такой степени, что стал похож на свиное рыло, пока он пытался объясниться. Он, которому в подростковом возрасте предстояло стать лучшим ученым на Императорском экзамене, в настоящее время подвергался издевательствам со стороны своей второй сестры.

После того, как Юй Сяокао достаточно поиграла с его лицом, она наконец милостиво отпустила его. Маленький Шито закрыл лицо, которое покраснело от щипков, и пробормотал, надув губы: “вторая сестра, я ошибаюсь! Кто смеет тебя запугивать? Это ты будешь запугивать других!”

- Ну конечно! - У Юй Сяокао было самодовольное выражение лица, а затем она сказала: “тогда решено, что каждый получит магазин! Было бы лучше, если бы магазины были дешевыми, и мы могли бы купить больше. Если в будущем у нас будет больше младших братьев и сестер, мы также можем подготовить их для них тоже!”

Лю Муюнь, сидевшая с легкой улыбкой на краю кровати Кан, услышала ее слова и подняла глаза. Когда она увидела дразнящий взгляд младшей дочери, ее бледное лицо тут же вспыхнуло. - Этот ребенок, - упрекнула она. Какая озорница! Ты даже смеешь дразнить своих собственных родителей!

Юй Сяокао усмехнулась и ответила: “Мама, я не шучу! В прошлый раз, когда доктор Сун проверял старшего брата, разве он не проверял твой пульс? Он сказал, что теперь твое здоровье значительно улучшилось. Я слышала, что затянувшаяся болезнь из послеродового периода родов должна быть излечена в течение периода родов. Если ты хочешь восстановить свое тело, ты должна родить младшего брата или сестру как можно скорее! Тебе не нужно ничего делать. Сяолянь и я будем нести ответственность за заботу о маленьком ребенке!”

Юй Хай очень хотел попробовать, когда услышал, что рождение еще одного ребенка может помочь его жене исцелить свое тело. Он никогда не умел хорошо скрывать свои эмоции, поэтому, когда мадам Лю увидела выражение его лица, она покраснела еще больше. Она тихонько ущипнула Юй Хая за талию, но муж поймал ее руку и крепко сжал в своей.

Маленький Шито посмотрел на шестьдесят с чем-то блестящих таэлей на столе. На его лице была неподдельная радость, когда он сказал: “вторая сестра, ты действительно способна! Конечно же, ты та, кто была просветлена божествами…”

Юй Хай поспешно вмешался и сделал ему выговор: “не говори глупостей!! Твоя вторая сестра смогла придумать так много рецептов, потому что она взяла остатки книги рецептов и имеет некоторый талант к кулинарии! Если кто-то спросит тебя в будущем, просто скажи им это! Ребята, вы меня понимаете?”

Юй Хан и Юй Сяолянь торжественно кивнули. Маленький Шито озорно ответил: "Не волнуйся, я не дурак! Я не выдам свою старшую сестру!! Я слышал от своего одноклассника, что его родной город был довольно невежественным и консервативным. Они сожгли заживо старшую сестру из их же семьи, потому что она могла видеть странные вещи. Они говорили, что она чудовище и зловещая личность, которая принесет беду в деревню…”

Госпожа Лю была так напугана, что немедленно сбросила одежду, которую шила. Она крепко обняла Сяокао и нервно сказала: “моя дочь не чудовище. Наша Цаоэр принесет только удачу другим! Разве не из-за Цаоэр улучшились условия жизни нашей семьи? Маленький Шито, ты не можешь говорить так в будущем! Понимаешь?!”

- Я знаю, я понимаю! - Маленький Шито тоже понял всю серьезность ситуации и был так напуган, что не знал, что делать.

Сяокао не хотелось расставаться с нежными и теплыми объятиями матери. Со счастливой улыбкой на лице она сменила тему: "что вы, ребята, хотите сделать с этими шестьюдесятью таэлями? Так что же нам делать-копить или тратить?”

Глава 127 - обсуждение

Глава семьи, Юй Хай, посмотрел вниз и на мгновение задумался, прежде чем сказать: “как насчет этого? После весенней вспашки давайте снесем старую резиденцию и построим новый пятикомнатный дом. Мы также можем немного расширить двор… Нет, это недавно построенный забор, так что мы потратим слишком много времени и энергии. Лучше отремонтировать старую резиденцию и построить рядом с ней трехкомнатный дом, а потом обнести его камнями. Таким образом, Сяоше не придется беспокоиться о доме, когда он женится в будущем. Мы можем сделать дверь посередине, чтобы нам было удобнее входить и выходить между двумя зданиями!”

Юй Сяокао действительно не хотела быть слишком близко к двум возмутительно надоедливым людям, мадам Чжан и мадам Ли. - Отец, я думаю, мы могли бы сэкономить больше денег и попросить третьего молодого господина помочь нам найти дом в городе, а затем купить несколько полей вокруг города. Давай просто осядем в городе! В будущем маленький Шито будет долго учиться в городе, так что ему тоже будет удобнее возвращаться домой!

Госпожа Лю была несколько заинтересована, услышав ее слова. Маленькому Шито исполнилось только шесть лет после Нового года, но он уже должен был остаться в городе, чтобы учиться самостоятельно. Как его мать, она неизбежно скучала и постоянно беспокоилась о своем сыне.

Юй Хай опустил голову и задумался на мгновение, а затем медленно покачал головой: “в конце концов, наша семья находится в деревне Дуншань. Вы, ребята, еще молоды, поэтому не совсем понимаете принцип "быть сентиментально привязанным к своей семье". Кроме того, твой дедушка все еще живет здесь. Ни один сын не будет наслаждаться счастливой жизнью в городе, оставляя своих старших страдать в сельской местности.”

Маленький Шито нахмурился и пробормотал: “но младший дядя живет в городе. Он ест хороший рис и муку каждый день, и он также часто ест мясо! Наряды маленького Дуду ничем не отличаются от нарядов благородных молодых господ в городе. У них даже есть служанка, которая ухаживает за ним. Он может жить в городе, так почему мы не можем?”

Маленький Шито учился в Академии Жунсюань меньше месяца, но его младший дядя Юй Бо уже трижды навещал его в Академии. Хотя Академия Жунсюань не запрещала визиты родственников и друзей, но если это происходило слишком часто, это могло оставить плохое впечатление перед учителями. Маленький Шито также пытался смутно напомнить своему младшему дяде, но его младший дядя, казалось, вообще не слышал этого и полностью игнорировал его чувства.

Однажды он случайно встретил директора у входа в Академию. Директор остановился, чтобы сердечно поговорить с ним, и похвалить кулинарные способности его второй сестры, когда подошел его младший дядя. После того, как он представил его директору, его младший дядя даже не взглянул на него и заботился только о разговоре с директором. Директору явно не хотелось разговаривать с младшим дядей, но он просто бестактно продолжал льстить ему. Это было так чертовски неловко!

Когда директор ушел, младший дядя впервые в этот день пригласил его к себе домой. В их кухне вообще не было плохого зерна, а вместо него было полно полированного риса и пшеничной муки. В банке лежал большой кусок вяленого мяса, а в котелке варился куриный суп. Они питались лучше, чем богатые семьи в соседних деревнях!

До того, как они отделились от основной семьи, у их семьи не было достаточно еды и теплой одежды, но они все еще должны были копить деньги, чтобы поддержать благородный образ жизни младшего дяди в городе. Маленькому Шито было очень грустно, когда он думал об этом. Даже куриный суп и жареное мясо, которые он ел в полдень, казались ему безвкусными!

- Наша семья возлагала все надежды на твоего младшего дядю. Твоя бабушка ожидает, что твой младший дядя сдаст экзамен, станет чиновником, а она тем временем получит титул благородной госпожи. Таким образом, она, естественно, не будет слишком плохо обращаться с вашим младшим дядей! - Юй Хай дал несколько слабое объяснение.

Сяолянь поджала губы и тихо пробормотала: “младший дядя полностью полагается на поддержку семьи, но он все еще может жить в городе. Так почему же мы не можем купить дом в городе, когда сами зарабатываем деньги?”

- На самом деле, наша деревня Дуншань находится недалеко от гор и моря, и жители деревни просты и добросердечны. Каждый помогает друг другу, когда это необходимо. Разве это не лучше, чем жить в городе и быть среди незнакомого окружения? - Юй Хай все еще немного не хотел покидать деревню, в которой родился и вырос.

Юй Сяокао прибыла в этот мир уже больше полугода назад. Она знала, что люди в древние времена были необычайно привязаны к своей родине, поэтому не стала настаивать. Она подумала и сказала: “Тогда давай сначала построим дом. После того как мы продадим овощи на заднем дворе, давайте купим дом и сельхозугодья в городе!”

- Всемогущая вторая сестра! Вторая сестра похожа на нувориша! - Находясь под влиянием Юй Сяокао, маленький Шито время от времени бросал пару странных выражений. Это было то, к чему все уже привыкли.

Как обычно, все деньги хранились и управлялись Сяокао. Юй Хай притворился подавленным и тяжело вздохнул: - Похоже, я очень скоро могу потерять свой пост главы семьи. Кто-то пытается захватить власть!

Сяолянь хихикнула и сказала: “Мы все можем быть уверены, что деньги хранятся у младшей сестры! В лучшем случае она просто бухгалтер. Отец и мать все еще принимают решения в нашей семье!”

- Неужели? Почему мне кажется, что Цаоэр чаще принимает окончательное решение? - Юй Хай изобразил обиженное выражение лица, заставив всю семью рассмеяться. Юй Хай смеялся так сильно, что у него заболели ребра, но он все еще не мог остановиться.

Маленький Шито присоединился к веселью и воскликнул: “мы послушаем того, кто прав! Вторая сестра-это дойная корова нашей семьи прямо сейчас, так что с точки зрения зарабатывания денег мы не можем ошибиться, пока слушаем вторую сестру!”

Все снова разразились смехом и стали дразнить маленького Шито за то, что он немного жаден до денег…

Юй Сяокао очень понравилась атмосфера дома. Ее отец вообще не обладал самодержавными и диктаторскими чертами феодального родителя. Просто иногда он бывал несколько педантичен. Ее мать была полностью предана своим детям. Ее нежная материнская любовь и терпимость давали детям достаточно свободы для взросления. Искренняя забота и дружеская привязанность братьев и сестер позволили ей постепенно забыть свою прежнюю жизнь и по-настоящему считать себя членом семьи.

Следующие дни были насыщенными. Каждый вечер им приходилось работать сверхурочно, чтобы приготовить тушеную еду и маринованную рыбу для продажи на следующий день, которую Сяолянь и Сяокао по очереди продавали в доках. В те дни, когда ей не нужно было идти в доки, Сяокао вспахивала убранные поля и сажала новые семена овощей.

Нынешняя температура была более подходящей для выращивания овощей. С добавлением сил маленького божественного камня способность воды ускорять рост возросла. Таким образом, они могли бы почти собирать партию овощей каждые десять дней. Другими словами, когда овощи других людей были еще маленькими саженцами, семья Юй уже продавала свой второй урожай овощей.

Наряду с новой партией культур, овощи с несколько более длительными периодами роста, которые были посажены на четырех му участке земли во дворе, также были готовы к продаже на рынке. Стручковая фасоль, огурцы, баклажаны и гиацинтовые бобы… Резиденция Яо почти ежедневно приходила сюда, чтобы купить овощи. Конечно же, человек, ответственный за покупку овощей, был Сяоси, который был знаком с семьей Юй!

В прошлый раз семья Яо была в центре внимания на банкете по случаю Дня рождения старого мастера Яо. Большинство гостей были богатыми землевладельцами в городе и его окрестностях. У какого домохозяйства были финансовые ресурсы, чтобы выращивать овощи в теплице? В городе Тангу тех, кто мог есть зеленые листовые овощи, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

На банкете по случаю Дня рождения семьи Яо, они не только имели разнообразие овощей, они также обеспечили достаточное количество зелени для гостей. Кроме того, овощи, которые были политы водой мистического камня, не только были вкуснее, но и содержали небольшое количество духовной энергии, которая заставляла людей хотеть есть все больше и больше. После этого семья Яо никогда не переставала покупать у них овощи. Хотя в овощах присутствовала духовная энергия, ее можно было заметить, если есть только один или два раза. Однако, если бы люди продолжали употреблять их в пищу в течение длительного периода времени, они постепенно осознали бы преимущества употребления этих овощей.

Старый мастер Яо уже старел. Он также прошел через много тяжелой работы, когда был молод, и таким образом приобрел большое количество болезней. С тех пор как он начал есть овощи, купленные у семьи Юй, он не только стал более энергичным, но и его здоровье становилось все лучше и лучше. В прошлом, в дождливые и пасмурные дни, в его костях и суставах ощущался холод. Этой весной дождь лил непрерывно, но ревматические боли не давали о себе знать. В последнее время многие из его старых приятелей говорили, что он выглядел намного моложе, увидев его!

По мере того как становилось теплее, наблюдалось увеличение количества овощей, продаваемых на продовольственном рынке. Управляющий, который в настоящее время отвечал за закупку товаров и предметов первой необходимости, чувствовал, что нет необходимости ездить так далеко, чтобы покупать овощи каждый день, поэтому он поручил своим подчиненным пойти купить овощи на продовольственном рынке. Но члены семьи Яо сразу же заметили разницу в овощах после первого же укуса. Они вызвали слугу, ответственного за покупку овощей, и выяснили, что это были не овощи из семьи Юй.

Старый хозяин пришел в ярость, как сумасшедший. Несмотря на то, что он не уволил управляющего закупками за этот инцидент, он назначил ему помощника. Помощником оказался Сяоси, который часто путешествовал между деревней Дуншань и городом. Глава семьи Яо тут же распорядился: “в дальнейшем покупайте овощи только у семьи Юй! Не имеет значения, если они дороже, потому что семья Яо не испытывает недостатка в деньгах. Это прекрасно, пока старый хозяин доволен!”

В результате семья Яо стала первым постоянным клиентом семьи Сяокао!

Их вторым постоянным клиентом был не кто иной, как ресторан "Чжэньсю". В отсутствие новых культур ресторан Чжэньсю все еще был в состоянии обеспечить свежую зелень. В результате у них появилось еще одно увеличение числа посетителей. Прямо сейчас ресторан Чжэньсю можно было бы описать как "заполненный гостями каждый день"! Когда люди хотели пойти поесть в ресторан Чжэньсю, им нужно было забронировать столик заранее или подождать в очереди!

Конечно, это было не только из—за овощей семьи Юй, но и отчасти потому, что ресторан Чжэньсю представил новое блюдо-жареную курицу!

Жареная курица в ресторане Чжэньсю была просто восхитительна! Директор академии Жунсюань Юань был известным гурманом. Попробовав ее, он прокомментировал: “Мясо нежное и мягкое, прямо с костей. С блестящим цветом, вся курица круглая и полная. Она имеет совершенно пикантный и восхитительный вкус. Неповторимый вкус с затяжным ароматом!” Он не только доел целую жареную курицу в одиночку, но и упаковал несколько штук с собой! Его поступок заставил его внука, Юань Юньси, почувствовать себя крайне безмолвным.

Говоря об этой жареной курице, шеф-повар Ван потратил впустую около двадцати цыплят, пытаясь усовершенствовать рецепт. Однако после многих попыток он все равно потерпел неудачу. Не имея другого выбора, Третий Молодой мастер Чжоу лично отвез его в деревню Дуншань, чтобы "поучиться у учителя".

При приготовлении небольшого жареного цыпленка было проведено более десяти процедур. Его нужно было резать, ошпаривать, массировать, мыть, ощипывать, тушить, бланшировать, сушить, жарить, и многое другое. Каждый шаг нужно было выполнять в строгом соответствии с инструкцией по приготовлению. Ингредиенты для жареной курицы также должны быть тщательно подготовлены. Кроме того, было также очень важно иметь точное представление о продолжительности и степени нагрева при приготовлении жареной курицы. Поэтому Юй Сяокао пришлось лично продемонстрировать три раза, прежде чем шеф-повар Ван окончательно овладел этим навыком.

Как только появилась жареная курица, она быстро создала новую тенденцию. - Если вы еще не ели жареную курицу в ресторане "Чжэньсю", значит, вы слишком отстали от моды! Любой, у кого было немного денег и статуса, был бы слишком смущен, чтобы выйти на улицу, если бы они не попробовали этот деликатес из ресторана Чжэньсю! Приветствия от друзей и соседей становятся такими: “Вы пробовали жареную курицу в ресторане Чжэньсю? Она была на вкус как…”

Часто, за исключением тех, которые были зарезервированы для частных комнат, жареные цыплята ресторана Чжэньсю были немедленно распроданы сразу же после того, как их вынули из кастрюли. Он фактически достиг той точки, когда спрос превысил предложение. Заказы на жареных цыплят уже достигли следующего месяца! На какое-то время жареную курицу нельзя было даже нигде достать!

В результате частная комната ресторана Чжэньсю также стала очень популярной. Это было потому, что только клиенты, обедающие в частных комнатах, не должны были выстраиваться в очередь, чтобы съесть настоящую жареную курицу. С учетом сказанного, возможно ли вообще, чтобы бизнес ресторана Чжэньсю не процветал?

Глава 128 - причина ее визита

Популярность жареной курицы также привела к увеличению числа людей, разводящих кур в деревнях вокруг города Тангу. Примером могут служить соседи семьи Сяокао, семья Чжоу, которая вырастила от одной до двух сотен цыплят в своем доме. Они не очень хорошо продавались в течение Нового года, и поэтому Госпожа Фан была так обеспокоена, что даже не ела и не спала хорошо.

Никто бы не ожидал, что после того, как ресторан Чжэньсю вышел с горячим блюдом, жареным цыпленком, это также приведет к тому, что спрос на цыплят будет расти день ото дня. Цена на цыплят также была почти на 1/3 выше, чем обычно. В результате мадам Фан не пришлось беспокоиться о том, что она вообще не сможет продать кур своей семьи. В начале весны у них вылупилось больше сотни цыплят, и они все еще собирались купить еще цыплят. Она слышала от Шаньху, что их семья планирует вырастить в этом году от четырехсот до пятисот цыплят, которые все будут поставлены в ресторан Чжэньсю!

Что же касается связи между семьей Чжоу и рестораном Чжэньсю, то все это было благодаря семье Юй! Как и семья Яо, ресторан Чжэньсю также прислал экипаж для перевозки овощей, которые они покупали у семьи Юй каждый день. Ресторан Чжэньсю покупал большое количество овощей, а семья Юй была слишком занята, поэтому мадам Фан приводила своих двух дочерей, чтобы помочь.

Сотрудник отдела закупок ресторана "Чжэньсю" Цянь Сяодуо упомянул, что жареная курица в ресторане продается очень хорошо. Другой слуга, который отвечал за покупку цыплят, так много бегал по окрестным деревням, что его ноги совсем похудели.

Юй Сяокао воспользовалась случаем и упомянула семью Чжоу: “семья тети Чжоу выращивает сотни цыплят! Старший брат Сяодуо, когда ты в будущем придешь покупать овощи, ты также можешь взять цыплят и привезти их с собой!”

Разве имеет значение, где они покупают цыплят? При нынешнем горячем спросе на жареную курицу ресторана Чжэньсю одна или две сотни цыплят могут быть проданы всего за несколько дней! Цянь Сяодуо, конечно же, был готов оказать эту услугу Сяокао и немедленно согласился. На следующий день он привел несколько человек, чтобы вернуть большую часть цыплят семьи Чжоу!

Другая соседка семьи Юй, мадам Мао, позеленела от зависти. Неизвестно, как она узнала, что именно Сяокао придумала рецепт жареной курицы в ресторане "Чжэньсю", но однажды вечером она пришла к ним домой с двумя пухлыми утками и корзинкой утиных яиц.

- О! Брат Дахай, ты тоже знаешь, как это сделать?! - Как только госпожа Мао вошла во двор, она увидела, что Юй Хай плетет бамбуковую корзину при слабом свете фонаря.

Юй Хай умело сплел бамбуковые полоски вместе в перекрестном узоре. Услышав этот звук, он поднял голову и увидел госпожу Мао. Он прекратил то, что делал, и поприветствовал ее с улыбкой: “О, старшая невестка Цянь. Быстро заходи внутрь и садись. Муюнь, здесь старшая невестка Цянь…”

- Брат Дахай, Сяокао дома? - Госпожа Мао заглянула в главную комнату и увидела только госпожу Лю, которая вышла, положив одежду, которую она шила, и поэтому спросила.

Юй Хай кивнул и сказал: - она в Восточной комнате. Старшая невестка Цянь, тебе зачем-то нужна Сяокао? Я схожу за ней.

- Не надо, не надо! Я найду ее в Восточной комнате… Наша семья сама вырастила этих двух уток. Вот, возьмите их поесть. - мадам Мао огляделась вокруг, а затем просто отнесла уток и утиные яйца на кухню семьи Юй.

Юй Хай удивленно поднял брови: "эта госпожа Мао всегда была тем, кто торговался за каждый пенни, и никто не мог даже подумать о том, чтобы получить хоть один пенни из ее рук. Но, конечно, она также редко пользовалась преимуществами других. Хотя временами она говорила грубо, с ней было не так уж трудно ладить. Почему сегодня она вдруг проявила такую щедрость и принесла подарки моей семье?"

Госпожа Лю быстро вышла вперед и отказалась: “старшая невестка Цянь, тебе нелегко разводить этих уток дома. Мы не можем их принять!”

- Наши семейные утки не стоят больших денег. Видите ли, когда ваша семья переехала сюда, наша семья была занята и не приехала на новоселье. Мы живем рядом, а близкие соседи лучше дальних родственников. Так что в будущем мы будем больше взаимодействовать и помогать друг другу. Более того, Шито из вашей семьи и Цянь Вэнь из нашей семьи учатся в одной школе. Они близки, как братья. Так что же плохого в том, чтобы дать детям на съедение несколько уток? - Конечно, мадам Мао была превосходным оратором, она говорила без пауз, как будто сыпала бобы.

Госпожа Лю подняла уток, которых положила госпожа Мао, а затем сунула их обратно в руки и сказала: - Твоя семья тоже небогата. Вы должны взять этих уток и утиные яйца, чтобы продать!

При упоминании о продаже уток лицо госпожи Мао покрылось облаком печали. Она тяжело вздохнула и сказала: “я буду говорить честно с младшей свояченицей. Сильная метель в начале зимы также негативно сказалась на продажах наших уток. Выращивание уток в течение почти года не только стоит затраченных усилий, но и требует большого количества корма. Если мы не сможем их продать, то потеряем много денег и времени. Мы все еще должны полгода обучения Вэньэр… Кроме того, эти утиные яйца, горожане не особо их любят есть. Поэтому я могу только беспомощно наблюдать, как они портятся.”

У каждой семьи были свои проблемы. Госпожа Лю слушала с глубоким сочувствием, но могла утешить госпожу Мао только слабыми словами.

-Младшая невестка, я слышала, что ресторан "Чжэньсю" получил рецепт жареной курицы от вашей семьи. Шеф-повар ресторана Чжэньсю лично пришел к вам домой, чтобы узнать его. Кроме того, вы, ребята, были теми, кто рекомендовал цыплят семьи Чжоу в ресторан Чжэньсю. Это правда? - Мадам Мао пристально смотрела на Мадам Лю, полная предвкушения.

Госпожа Лю нерешительно взглянула на мужа. Она не знала, что имела в виду мадам Мао, которая ничего не делала без выгоды, задавая этот вопрос.

Юй Хай медленно подошел и, понизив голос, сказал: “Я не буду скрывать этого от старшей невестки! Рецепт жареной курицы действительно был взят у нашей Цаоэр. Но независимо от того, как ты узнала эту новость, пожалуйста, не распространяй ее на других.”

С выражением, которое показывало, что она поняла, мадам Мао также заговорила, понизив голос: “брат Дахай, будь уверен. Я вовсе не болтушка! Но есть кое-что, чего я не совсем понимаю. С таким хорошим рецептом, почему бы вам, ребята, не открыть свой собственный бизнес жареной курицы, а вместо этого вы приносите пользу ресторану Чжэньсю?”

Юй Хай подумал и сказал: “Мы уже некоторое время ведем бизнес с рестораном "Чжэньсю". Третий молодой хозяин ресторана "Чжэньсю" Чжоу обычно хорошо относится к нам. Что же касается бизнеса жареных цыплят, то у нас не хватает рабочей силы, а также мы боимся навлечь беду на нашу семью. Таким образом, лучше продать рецепт!”

Семья Юй была всего лишь обычными людьми, у которых не было ни власти, ни статуса. Исходя из нынешней популярности и чрезмерного спроса на жареную курицу, если бы это была семья Юй, продающая блюдо, оно определенно привлекло бы хитрых людей, которые захотели бы получить их рецепт. В то время они не только не смогут сохранить рецепт, но и вся их семья может погибнуть, если они столкнутся с кем-то безжалостным.

Госпожа Мао тоже привела в порядок свои мысли. Она задумчиво кивнула, но через мгновение не удержалась и спросила: “Ребята, вы продали рецепт в ресторан Чжэньсю за хорошую цену? Не обманывайтесь другими!”

Конечно, Юй Хай не был бы настолько глуп, чтобы раскрывать финансовое положение своей семьи другим. Он неопределенно ответил: “молодой босс ресторана Чжэньсю-честный человек, поэтому он предложил нам разумную цену.”

Госпожа Мао также поняла, что неуместно задавать ему этот вопрос, поэтому поспешно извинилась: “просто посмотрите на мой рот. Почему я такая любопытная? Ах да, Сяокао еще не спит, не так ли? Мне нужна ее помощь кое в чем.”

- Не-а! Шито приехал домой на выходные, так что братья и сестры учатся читать у него! - Его младшая дочь сказала, что если их бизнес станет больше в будущем, им нужно будет пополнить свои запасы, вести бухгалтерию и подписывать контракты. Поэтому о том, чтобы они не умели читать и писать, не могло быть и речи. Все члены семьи, включая его самого и его жену, должны были научиться читать и писать.

Когда мадам Мао вслед за Юй Хаем и его женой направилась в восточную комнату, она сказала: - Цянь Ву из нашей семьи закатывал истерику всякий раз, когда мы говорили ему учиться. Теперь я понимаю, что он не подходит для учебы. В будущем он даже не сможет поступить в обычную городскую школу, не говоря уже об Академии Жунсюань!

- Узи еще молод, так что он еще не созрел! Потом будет лучше! - Мадам Лю толкнула дверь восточной комнаты, успокаивая ее. В данный момент дети писали на столе руками при свете масляной лампы, используя воду.

Увидев это, мадам Лю упрекнула их: “разве мы не купили вам бумагу и кисти, чтобы вы, ребята, практиковались в письме? Почему вы ими не пользуетесь?”

Сяолянь подняла голову и улыбнулась ей: “разве мы не должны использовать деньги, чтобы купить бумагу и кисти? Мы хотим подождать, пока мы не станем лучше писать, прежде чем практиковаться на бумаге! Мама, когда ты родила Сяокао, была ли ты предвзятой и наделила ее всеми хорошими качествами? Она была рождена, чтобы задеть наше самолюбие!”

- Что случилось? Цаоэр, ты что, издевалась над своей старшей сестрой? - С сияющей улыбкой на лице мадам Лю пристально посмотрела на Сяокао и спросила.

Юй Сяокао надулась, и на ее лице появилось обиженное выражение: “я этого не делала! Мама, ты ложно обвиняешь меня!”

Теперь Юй Хан мог сесть прямо. Он держал в руках книгу и усердно трудился, чтобы прочесть написанные на ней символы. Увидев эту сцену, он улыбнулся и сказал: “Мама, Сяолянь винит тебя за то, что ты родила такую умную младшую сестру, которая просто запоминает все с одного раза. Это заставляет нас казаться действительно глупыми в сравнении.”

- Разве я виновата, что такая умная? - Юй Сяокао почувствовала, что ее исключают. Она моргнула своими большими глазами и жалобно посмотрела на мать, прося утешения.

- Младшая невестка, у твоих детей такие хорошие отношения! В отличие от моих троих детей. Старшему немного лучше, так как он повзрослел после окончания школы. Но Вузи и его младшая сестра дерутся каждый день. Это серьезно вызывает у меня головную боль! - Госпожа Мао хотела попросить их об одолжении, поэтому она была очень щедра на комплименты. Она отчаянно раздавала похвалы, как будто это была халява.

- Здравствуй, Тетя!

- А зачем приходила тетушка?

- Тетя, быстро садись на кровать Кан.

Дети приветствовали ее одновременно.

- Тебе не обязательно вставать. Сяоша, похоже, твоя рана стала намного лучше. Тетушка принесла двух уток и корзину утиных яиц. Они хороши для укрепления твоего иммунитета, - мадам Мао была весьма искусна в своем поведении.

С теплой улыбкой на лице Юй Хан вежливо ответил: “Спасибо, тетя!”

Юй Хай повернулся и сказал Сяокао: “Цаоэр, твоя тетя Цянь ищет тебя…”

- Тетя, что случилось? - Юй Сяокао была несколько озадачена. Неужели сегодня солнце взошло с запада? Мадам Мао действительно прислала их семье подарок. Более того, это был не просто маленький подарок. Это были две утки и корзина утиных яиц. Она действительно выложилась по полной. Вот и получилось, что "никто никогда не посещает храм без причины".

Мадам Мао посмотрела на других людей в комнате и, казалось, немного смутилась, чтобы заговорить. Сяокао осторожно встала с кровати Кан и повела ее во двор. - Тетушка, - прошептала она, - если я могу вам чем-то помочь, скажите мне прямо!

Мадам Мао рассказала ей о плохих продажах своих уток и о том, что у них не хватает денег, чтобы оплатить обучение ее старшего сына после Нового года. - Слушай, а ты можешь придумать хорошее блюдо, в котором утка будет основным ингредиентом?! Если нет, использование утиных яиц тоже было бы прекрасно! Это лучше всего... лучше всего, если это блюдо, которое заинтересует ресторан Чжэньсю…

В темноте лицо госпожи Мао пылало огнем. Она действительно не очень часто просила об одолжении, особенно когда другая сторона была ребенком, которому еще не исполнилось и десяти лет.

Сразу же в голове Юй Сяокао всплыла серия блюд, таких как соленая утка, утка османтуса, утка Пипа, утка, приправленная соевым соусом, и жареная утка. С утиными яйцами тоже было легко обращаться. Их можно было использовать для приготовления деликатесов, таких как вековые яйца, тофу с вековыми яйцами и отвар с нежирной свининой и вековыми яйцами.

Но она не сразу согласилась на ее просьбу. Она только пообещала попробовать и дала понять, что это может не обязательно получиться.

Глава 129 - не ядовитый

Мадам Мао вздохнула с облегчением и сказала: - Даже знаменитый шеф-повар ресторана Чжэньсю похвалил тебя за твой большой талант в кулинарии. Так что ты обязательно сможешь приготовить вкусное блюдо из утки. Сначала ты можешь поэкспериментировать с этими двумя утками. Если этого недостаточно, тетушка может принести еще. Сяокао, тогда я оставлю это дело в твоих руках!

- Тетушка, учитывая наши семейные отношения, нет никакой необходимости быть такой вежливой. Но давайте сначала проясним ситуацию. Если все пройдет успешно, рецепт будет принадлежать мне. Что касается продажи уток вашей семьи, то я могу помочь рекомендовать их Цянь Сяодуо, - Юй Сяокао заранее все прояснила.

Госпожа Мао не была кем-то неразумным, поэтому она несколько раз кивнула головой: “Да, конечно! Так и должно быть! Тетушка уже очень благодарна тебе за то, что ты согласилась помочь мне продать уток моей семьи. Буду ли я по-прежнему считаться человеком, если буду жаждать рецепт, который ты придумала?”

Отослав мадам Мао, которая снова и снова выражала свою благодарность, Юй Сяокао вошла в дом. Оказавшись в комнате, полной "вопрошающих" глаз, она честно дала краткое объяснение цели визита мадам Мао.

Услышав это, госпожа Лю вздохнула и сказала: “как односельчане, даже если они не принесут подарков, мы также поможем им, если они столкнутся с трудностями. Но, Цаоэр, ты действительно можешь придумать блюдо из утки в качестве основного ингредиента?”

Юй Хай остановил ее и сказал: "Муюн, не дави на ребенка! Наша Цаоэр-это не близорукий человек. Если бы у нее не было никаких идей вообще, она бы не приняла эти утки и утиные яйца!”

Сяолянь рассмеялась и сказала: “младшая сестра, хорошо поспи сегодня вечером. Возможно, кто-то научит тебя, как приготовить утки и утиные яйца в твоем сне!”

Вся семья смеялась и болтала вместе, и время от времени слышался взрыв веселого и сладкого смеха.

В конце концов, глава семьи, Юй Хай, приказал: “все, быстро ложитесь спать! Завтра начнется весенняя вспашка. Сяокао, возьми маленького Грея, когда пойдешь завтра утром на пристань. Твоя мать, Сяолянь, и я пойдем пахать три участка песчаной земли!

- Отец, мы все еще сажаем сладкий картофель на полях? - Небрежно спросила Юй Сяокао.

Юй Хай погладил ее мягкие волосы и ответил нежным голосом: “Что еще мы будем сажать, кроме сладкого картофеля? Другие культуры не могут прорастать на песчаной почве!”

- Песчаная почва-лучшее место для выращивания арбузов, - резко сказала Юй Сяокао. Отец, мы можем как-нибудь раздобыть немного арбузных семечек?

- Арбуз? Никогда о таком не слышал. Как насчет того, что завтра я зайду в зерновой магазин в городе и спрошу? - Юй Хай безоговорочно доверял своей дочери. Даже если это было что-то, о чем он никогда не слышал раньше, он все равно сделает все возможное, чтобы помочь своей дочери достичь того, чего она хотела.

Юй Сяокао не питала особых надежд. Арбузные семечки не были зерном, так почему же в зерновом магазине должны быть семена?

Остаток ночи прошел спокойно. На следующий день, когда первые лучи солнца осветили саженцы в саду, все члены семьи Юй уже встали. Юй Сяокао хотела дождаться Цянь Сяодуо, а затем попросить его отправить сообщение третьему молодому мастеру Чжоу. Итак, это все еще была Сяолянь, которая пошла в доки. Третий молодой Мастер Чжоу был кем-то, кто даже бывал в столице, поэтому он должен быть опытным и знающим, и поэтому он должен знать, что такое арбуз. Было бы еще лучше, если бы он помог ей купить арбузные семечки.

Юй Хай подумал, что это не очень хорошая идея, чтобы никого не было дома, так как позже придут люди, чтобы купить овощи, поэтому он оставил свою младшую дочь дома. (Юй Хан: разве я не человек?)

Вскоре после этого пришла мадам Фан с двумя дочерями. Она вошла в ворота и спросила: “Ребята, вы все еще убираете урожай на заднем дворе сегодня?”

- Тетя Чжоу, я чувствую себя такой виноватой, когда вижу, что ты приходишь помогать каждый день! - Юй Сяокао очень вежливо выразила свою благодарность.

- Сяокао, ты слишком вежлива! Соседи должны помогать друг другу. Если бы не ты, мы не смогли бы продать кур нашей семьи. Сейчас в доме осталось всего несколько кур и цыплят, так что работы у нас немного. Раз уж мы так свободны, то мы решили прийти и посмотреть, не можем ли мы чем-нибудь помочь! - Госпожа Фан была очень близкой подругой госпожи Лю. Поэтому Сяокао больше не знала, что сказать, когда она говорила в манере "не нужно относиться к одной семье как к двум".

Чжоу Линьлунь спокойно улыбнулась, подняла бамбуковую корзину во дворе и пошла на задний двор. Младшая сестра, Чжоу Шаньху, шутила: "Сяокао, если ты чувствуешь себя плохо из-за этого, тебе просто нужно отправить нам миску всякий раз, когда ты будешь готовить вкусную еду в будущем!”

Маленькая Ласси все еще помнила восхитительный вкус "супа из тофу и куриной крови", который она ела в прошлый раз. Она чувствовала, что даже лучшее блюдо ее матери, тушеное мясо, не было так хорошо, как это блюдо, которое было сделано из простых и дешевых ингредиентов. Кроме того, она была скрытым маленьким обжорой.

Как раз когда они разговаривали, пришла госпожа Мао. Ее звонкий и ясный голос был слышен еще до того, как она вошла во двор: “я ведь не опоздала, правда? Ребята, вы собираетесь начать собирать овощи?”

- Госпожа Мао? Почему ты здесь? - С любопытством спросила Госпожа Фан. Госпожа Мао никогда не брала на себя инициативу помогать другим. Неужели солнце встает с запада?

Госпожа Мао закатила на нее глаза и сказала: “что? Тебе позволено прийти на помощь, а мне нет? Мы все соседи, так почему я не могу прийти на помощь?”

Мадам Фан знала ее манеру говорить, поэтому продолжала говорить мягко: “я не это имела в виду. У тебя много дел дома, так что Муюн не будет возражать, даже если ты не придешь.”

- Ладно, ладно! Поторопись и работай! - Госпожа Мао с готовностью взяла бамбуковую корзину и последовала за сестрами Чжоу на задний двор.

Увидев удовлетворительно выглядящие овощи, госпожа Мао не могла не воскликнуть: "Сяокао, твоя семья действительно знает, как выращивать овощи. Только посмотрите на эту зелень, как приятно! Наша семья засеяла наши поля примерно в то же время, что и ваша, а также использовала солому, которая удерживает урожай в тепле, но она все еще не выглядит так хорошо, как у вас! В последний раз было холодно поздней весной, нам не удалось засыпать поля соломой, поэтому многие посевы быстро замерзли насмерть. Многие овощи все еще не стали лучше.”

- Я ведь знаю, правда?! Овощи нашей семьи тоже выглядят не так хорошо, как у семьи Муюн! Муюн всегда была хороша в уходе за полями, даже до того, как вышла замуж! - Госпожа Фан согласилась с ней, продолжая срывать огурцы с виноградных лоз. Свежие и сочные огурцы источали привлекательный аромат, который заставлял их казаться освежающими с одного взгляда.

Юй Сяокао слабо улыбнулась, присела на корточки, а затем положила баклажаны, которые она сорвала, в корзину. Воздух у подножия горы был хорош, а баклажаны чисты и свежи. Не было никакой необходимости мыть их водой вообще.

Чжоу Шаньху сорвала раннеспелый помидор и спросила: “что это? Хурма? Но разве хурма не растет на деревьях?”

Юй Сяокао объяснила ей тихим голосом: “Это похоже на хурму, но это не она. Это называется "помидор", он был привезен сюда из чужой страны. Его еще называют волчьим персиком. Попробуйте его. Он кисло-сладкий и довольно вкусный!”

Сначала она думала, что помидоров не было в Китае в это время, и только что небрежно упомянула об этом третьему молодому господину Чжоу. Но она не ожидала, что третий молодой мастер действительно достанет для нее семена. В результате только несколько спелых помидоров можно было найти время от времени.

- Волчий персик? Так вот как выглядит волчий персик! - Отец и старший брат Чжоу Шаньху были уличными торговцами, поэтому они, естественно, были более осведомлены, чем обычные люди.

Услышав это, Чжоу Линьлунь выхватила помидор из рук своей младшей сестры и сказала Сяокао: “мой отец сказал, что волчий персик ядовит, и богатые семьи восхищаются им только как украшением. Почему ваша семья выращивает это?”

Юй Сяокао нашла еще один спелый помидор, вытерла его рукавом, а затем проигнорировала помеху сестер Чжоу и откусила большой кусок. Сладкий сок тут же наполнил ее рот. Помидоры, поливаемые водой из мистического камня, на вкус были даже лучше тех, что она ела в своей прошлой жизни. Они могут быть просто съедены как фрукты.

- Все в порядке! - Встретившись с испуганными взглядами сестер Чжоу, Сяокао улыбнулась, обнажив свои безупречно белые и аккуратные зубы. “Третий молодой хозяин ресторана Чжэньсю Чжоу сказал, что спелые помидоры не ядовиты. Кроме того, ресторан Чжэньсю также использует помидоры в своих блюдах!”

Она использовала третьего молодого мастера Чжоу, чтобы усилить доверие к своим словам. Она не знала, открыли ли люди этого периода времени съедобность помидоров или нет. Однако это определенно подтвердится в будущем.

- А это действительно съедобно? - Услышав слова Сяокао, Чжоу Шаньху уже почти поверила ей. Увидев, что Сяокао все еще в порядке после того, как съела целый волчий персик, сестры Чжоу наконец поверили, что волчьи персики съедобны.

Съев сладкий помидор, Юй Сяокао была полна сил и продолжала наклоняться, чтобы собрать баклажаны. Когда она подняла голову, то увидела, что сестры Чжоу все еще изучают помидор. Поэтому она сказала: “помидоры действительно вкусные. Вы, ребята, узнаете это, попробовав их.”

- В этом нет необходимости. Мы просто удивляемся, почему ходят слухи, что такой красивый помидор ядовит. Это действительно странно! Вам, ребята, еще нужно продать эти помидоры! - Чжоу Шаньху была немного более живой личностью, но она не была жадным человеком.

Юй Сяокао выпрямилась и обошла помидорное поле. Она нашла несколько помидоров, которые созрели рано, и сунула по одному им в руки, а затем дала по одному мадам Фан и Мадам Мао соответственно. - Их всего несколько штук, так что мы все равно не сможем их продать! Ну же, попробуйте! Дайте мне знать, за какую цену мы их продадим.

После того, как они несколько раз отказались, они решили больше не быть такими вежливыми, когда они услышали, что она сказала. Чжоу Шаньху нетерпеливо запихнула помидор в рот и откусила большой кусок. Красный сок стекал по уголку ее рта, поэтому она поспешно слизнула его и сказала: - Это действительно вкусно! Это даже лучше, чем много фруктов, которые я когда-либо ела! Сяокао, я думаю, что ты можешь просто продавать эти помидоры как фрукты!

Чжоу Линьлунь вела себя гораздо более сдержанно. Она скопировала, как Сяокао съела его раньше, сначала откусив небольшой кусочек, а затем она мягко пососала его. Томатный сок внутри был кисло-сладким и очень вкусным. Она кивнула головой, соглашаясь со словами своей младшей сестры. Госпожа Мао и Госпожа Фан тоже были в полном восторге.

- Сяокао, кажется, кто-то стучится в ворота твоей семьи! - Чжоу Шаньху закончила есть свой помидор и теперь с завистью смотрела на свою старшую сестру, как будто она была Чжу Бацзе [1], едящим плод женьшеня. У нее был хороший слух, и она услышала стук, доносящийся от парадных ворот.

После того как госпожа Чжан и ее невестка в последний раз испытали беспокойство, семья Юй запирала все двери, когда на переднем дворе никого не было.

Юй Сяокао быстро побежала во двор, все еще держа в руках два помидора. Как только она вышла со двора, то увидела, что ее старший брат держится за дверь и осторожно выходит. Он явно пытался выйти наружу.

- Старший Брат! Перестань создавать проблемы! Требуется сто дней, чтобы полностью оправиться от серьезных травм. Доктор сказал, что тебе нужно отдохнуть по крайней мере три месяца, прежде чем ты сможешь встать с постели. Быстро ложись в глубокое кресло. Я открою дверь! - Юй Сяокао сунула помидоры в руки старшему брату и помогла ему лечь.

Юй Хан беспомощно вздохнул: “я чувствую, что мои ребра почти зажили. Я не чувствую сильной боли, пока не делаю энергичных движений… Ой!”

- Больно, да? Боль означает, что кости еще не восстановились! Будь послушен и отдыхай! - Юй Сяокао легонько толкнула его в грудь. Она сердито посмотрела на него, когда увидела, что на его лице появилось болезненное выражение.

Юй Хан посмотрел на спину Сяокао, которая пошла открывать дверь, и пробормотала: “маленький стюард! Не могу поверить что ты действительно это сделаешь…”

________________________________________

[1] Чжу Бацзе (猪八戒) - один из главных героев в путешествии на Запад, который имеет свиньи-подобные характеристики

Глава 130 - посетители

- Старший дядя по материнской линии, второй дядя по материнской линии, старшая тетя по материнской линии! Третий дядя? Почему вы здесь, ребята? - Юй Сяокао отперла щеколду, открыла дверь и увидела, что перед ней стоят несколько человек. Она не могла не вскрикнуть от удивления.

Третий дядя Сяокао, Юй Цзян, заглянул во двор и улыбнулся: “я слышал от второго брата, что ты сегодня одна дома собираешь овощи. Там должно быть много работы, верно? Твой старший двоюродный дедушка велел мне прийти и помочь тебе.”

- Я справлюсь. Тетя Чжоу и две старшие сестры подошли помочь. Есть еще тетя Цянь! - Сяокао быстро вывела их во двор.

Волосы старшего по материнской линии дяди Лю Пея были мокрыми то ли от утренней росы, то ли от пота. С улыбкой на простом и честном лице он громко сказал: “Сяокао, твой отец ходил в поле? Давайте быстро пойдем и поможем им!”

Видя, что они не нуждаются в его помощи дома, Юй Цзян повернулся к двум дядям Сяокао по материнской линии и сказал: “Знают ли два старших брата дорогу к полям? Я тоже пришел помочь. Поскольку дома особо нечем помочь, я пойду и помогу вскопать землю! Идемте, ребята, я вас отвезу!”

Сяокао наконец поняла причину визита своих дядей. Она была тронута их намерением и сказала: “старший дядя, второй дядя, у вас, ребята, гораздо больше земли дома. Сейчас все заняты весенней вспашкой. Если вы, ребята, приехали сюда, смогут ли дедушка и остальная семья справиться со всей работой?”

Старшая тетя по материнской линии погладила светлое, нежное лицо Сяокао и вытерла грязь с ее подбородка. Она улыбнулась и сказала: “Твой дед по материнской линии беспокоится о весенней пахоте твоей семьи. Он сказал, что у твоего отца не очень ловкая нога и Сяоша ранен. Итак, поскольку у вашей семьи меньше земли, мы должны сначала помочь вспахать и засеять поля вашей семьи!”

Юй Цзян тоже улыбнулся и сказал: “наша семья тоже так подумала. Много рук делают легкую работу! С нашей помощью вам потребуется меньше половины дня, чтобы распахать три участка вашей семьи.”

- О! Почему сегодня так оживленно? - Цянь Сяодуо подвел экипаж и рысцой подъехал. Издалека он увидел несколько человек, стоящих перед старой резиденцией семьи Юй. Он испугался, что что-то случилось, поэтому ускорил карету и быстро помчался туда.

- Старший брат Сяодуо, ты сегодня пришел довольно рано. Мы еще даже не закончили собирать овощи. Ты можешь посидеть во дворе, выпить глоток воды и немного отдохнуть. - Юй Сяокао заметила, что обычно он приходит с Сяоси семьи Яо поэтому она оглянулась. И действительно, приближалась конная карета семьи Яо.

Цянь Сяодуо горько рассмеялся и сказал: “Мисс Юй, наш молодой босс относится к тебе как к своей младшей сестре. Так как же этот ничтожный человек может позволить тебе называть меня "старшим братом"? Пожалуйста, зови меня просто Сяодуо!”

- Ты - это ты, а он-это он! Наши отношения не мешают друг другу! - Юй Сяокао искренне улыбнулась.

Лю Пэй посмотрел на небо, а затем сказал жене: “тебе не нужно идти в поля. Оставайся здесь, чтобы помочь собрать овощи и с приготовлением пищи. Сяокао, мы сначала пойдем на поля.”

- Старший дядя, второй дядя, вы, ребята, примчались так издалека. Выпейте воды и отдохните немного! - Семья ее бабушки по материнской линии жила в деревне Сишань. По дороге им нужно было пересечь большую гору. Видя, что у дядюшек брюки мокрые от утренней росы, она поняла, что они выехали еще до рассвета.

- Не надо! Сначала мы пойдем пахать поля! - Второй дядя по материнской линии Лю Хань отличался более спокойным характером и почти не разговаривал.

Видя, что она не может заставить их остаться, Сяокао достала из кухни мешки с водой и наполнила их разбавленной водой из мистического камня. Затем она попросила своих дядей взять с собой мешки с водой. Питье воды из мистического камня не только утолит их жажду, но и избавит от усталости.

Под предводительством Юй Цзяна ее дяди по материнской линии отправились в поле. Карета Сяоси тоже подъехала к подъезду и начала выгружать бамбуковые корзины. Бамбуковые корзины, используемые для упаковки овощей, были сделаны Юй Хаем. Каждый день им требовалось большое количество корзин, поэтому, когда он был свободен ночью, он рубил бамбук и плел корзины.

- Мисс Сяокао! Начиная с сегодняшнего дня, нам нужно удвоить количество овощей. Друг нашего старого хозяина обедал в нашем поместье и сказал, что наши овощи вкуснее тех, что они покупают! Эти две семьи живут рядом, поэтому они хотели, чтобы я помог им купить немного овощей.

Овощи, которые покупало поместье Яо, в основном предназначались для хозяина и стюардов. Им не нужно было много каждый день, так что половины экипажа было достаточно. Таким образом, он все еще мог транспортировать овощи даже после удвоения необходимого количества.

Цянь Сяодуо выпил всю воду, которую дала ему Сяокао, на одном дыхании. Закончив, он вытер рот рукавом и улыбнулся: “Горная родниковая вода, конечно, другая. В ней есть что-то сладкое. Все мое тело полно сил после того, как я выпил ее. Сяоси, пей скорее и начинай работать!”

Каждый раз, когда приходил Цянь Сяодуо, он выпивал чашу воды семьи Юй. Хотя это была обычная вода, она была более освежающей, чем самый лучший чай.

Сяоси также быстро допил свою чашу с водой. Он махнул рукой и засмеялся: - Пойдем собирать овощи! - Эти двое каждый раз помогали ему с какой-нибудь работой, как будто это был их собственный дом.

С добавлением трех рабочих сил скорость сбора овощей, естественно, была намного быстрее. Через несколько минут пустые корзины были наполнены свежей сочной зеленью.

Сяокао вымыла несколько огурцов и дала по одному каждому: “они доморощенные, так что не ведите себя так вежливо. Попробуйте и посмотрите, каковы они на вкус!”

Госпожа Фан отказалась и несколько раз покачала головой: “овощи вашей семьи не продаются по дешевой цене. Эти огурцы, вероятно, весят несколько Кэтти, которые можно продать за несколько сотен медных монет. Не трать их впустую. Быстро положи их в корзину!”

Маленькая обжора Чжоу Шаньху уже широко открыла рот и просто еще не успела положить огурец себе в рот. Она надула губы, услышав слова матери, но добросовестно положила огурец в бамбуковую корзину.

Сяокао быстро сунула огурец обратно в руки и сказала: “Вы, ребята, помогаете уже почти два часа. Что такого особенного в том, чтобы съесть огурец? Неужели вы думаете, что наша семья-скряга?”

- Ах, этот ребенок… - Старшая тетя мадам Хан сердито посмотрела на нее, а затем улыбнулась людям, которые помогали ей: “хотя слова ребенка звучат грубо, она честна и искренна. Так что просто ешьте! Просто ешьте!”

Видя, что они все еще не решаются есть, Юй Сяокао один за другим ломала огурцы и показывала им. Она улыбнулась и сказала: “они сломаны, поэтому их нельзя продать!”

- Ну и девчонка! - Мадам Фан не знала, смеяться ей или плакать. Она взяла сломанный огурец и откусила. Хрустящий и сочный вкус во рту, а также легкий и сладкий вкус сразу же покорили ее вкусовые рецепторы.

- Ух ты! Сяокао, даже огурцы твоей семьи вкуснее других! - Воскликнула Чжоу Шаньху, когда ела.

Ну конечно! Огурцы, политые водой из мистического камня, были не только большими, но и вкусными. Сяокао, естественно, не могла прямо сказать им об этом, поэтому она просто улыбнулась и сказала: “Вы просто думаете, что это вкусно, потому что это первый раз, когда вы едите огурцы за полгода. Позже, когда огурцы вашей семьи созреют и вы съедите их слишком много, вы больше не будете думать, что это вкусно.”

Цянь Сяодуо жевал огурец большими глотками и ухмылялся: “этот огурец действительно хорош! Мисс Сяокао, какие удобрения ваша семья использует на полях? Урожай растет так хорошо и быстро. Вчера огурцы еще не были готовы к уборке, а сегодня мы собрали две корзины!”

- Э-э, погода сейчас потеплела, так что вполне естественно, что овощи росли немного быстрее. - Сяокао наугад извинилась. К счастью, семья Цянь Сяодуо не была фермерами, и он просто небрежно спросил, не намереваясь углубляться в эту тему.

После того как овощи были взвешены и деньги выплачены, Цянь Сяодуо и Сяоси поспешили обратно. Ресторан Чжэньсю все еще ждал овощей, так как им нужно было использовать их для обслуживания клиентов.

Госпожа Мао и Госпожа Фан уже ушли, когда взвешивали овощи. Ее старшая тетя по материнской линии, госпожа Хань, была ошеломлена, когда она посмотрела на пятьдесят таэлей в руках Юй Сяокао и беспрестанно говорила: “я не ожидала, что овощи в этом сезоне будут такими дорогими! Кэтти огурцов стоили тридцать медных монет? Разве это не столько же, сколько стоит свинина?”

Юй Сяокао улыбнулась ей, дала ей красный помидор и сказала: “в это время такие культуры, как огурцы и стручковая фасоль, еще не созрели! Богатые люди в городе хотят есть свежую зелень, и у них нет недостатка в деньгах! Тарелка салата из огурцов в ресторане Чжэньсю стоит один Таэль! Эта цена считается для них довольно тривиальной!”

Тарелку огуречного салата можно было приготовить только из одного огурца семьи Сяокао, так что расходы ресторана Чжэньсю составляли не более нескольких десятков медных монет. Тарелка огурцов могла принести им неплохой доход. Тс-с-с, кто еще способен на такое!

Госпожа Хань заметила, что еще довольно рано, и захотела пойти помочь в поле. Сяокао поспешно остановила ее и сказала: “У нашей семьи не так уж много земли, так что моих родителей и дядей вполне достаточно для этой работы. Старшая тетя должна сесть отдохнуть и съесть помидор. Потом помогите мне почистить уток.”

- Помидор? Я думала, это хурма! Мне просто интересно, откуда у вас эта хурма в это время года, - мадам Хан с любопытством рассматривала красный помидор в своих руках.

- Это помидор. Мы едим его реже в нашей маленькой деревушке. Говорят, что люди в столице и некоторых крупных городах на юге едят его чаще. Помидоры можно приготовить как холодное блюдо с небольшим количеством сахара. Его также можно жарить с яйцами, тушить суп… - Юй Сяокао жестом пригласила свою старшую тетю по материнской линии попробовать.

Госпожа Хань заметила, что помидоров собрано немного, всего четыре или пять. Поэтому она улыбнулась и сказала: “я не буду это есть. Давай лучше приготовим его позже, чтобы мы все вместе могли это попробовать!”

Сяокао хотела сказать что-то еще, но госпожа Хань уже встала и направилась к выходу из кухни. Она подняла уток, у которых были связаны ноги, и собралась идти к колодцу.

- Подожди минутку, старшая тетя по материнской линии! Я пойду принесу большой таз, чтобы слить утиную кровь! - Говоря об утиной крови, Сяокао невольно вспомнила о таких вкусных блюдах, как "Утиная кровь, тушеная с тофу" и "суп из утиной крови с вермишелью".

Мадам Хань подумала об этом и улыбнулась: “оказывается, из утиной крови можно приготовить вкусную еду. Так что утиные потроха тоже можно есть!”

Сяокао кивнула головой и сказала: “позже я потушу утиный желудок, утиную печень и утиные кишки. У нас будет еще одно блюдо на обед! Жаль, что у нас нет вермишели для утиной крови. Тогда давайте просто сделаем утиную кровь тушеной с тофу!”

Мадам Хан умело перерезала утке шею и капнула кровью в таз. Она спросила: “вермишель? А это что такое? Это вкусно?”

- Старшая тетя никогда раньше не слышала о вермишели? - Может быть, в ту эпоху вермишели не существовало? Когда вермишель появилась в истории? Сяокао, которая еще не закончила среднюю школу, не могла не быть несколько смущена.

Госпожа Хань покачала головой, бросила мертвую утку на землю и подняла другую. “Я никогда не слышала о вермишели. Вкусно ли это, когда тушат с утиной кровью?”

- Вермишель можно приготовить из муки из сладкого картофеля или из муки из бобов мунг. Она имеет гладкую, скользкую текстуру и очень жевательная! - Глаза Сяокао загорелись, когда в ее голове зародился новый метод зарабатывания денег.

После кипячения воды и ошпаривания уток была также большая задача ощипывания утиных перьев. Сяокао отвечала за чистку утиных потрохов, а также за тушение потрохов.

Она собиралась приготовить засолить эти две утки. Но из-за нехватки времени период отверждения одной из уток пришлось немного сократить. С ее кулинарными способностями это не должно слишком сильно повлиять на вкус.

Глава 131 - завтрак

Сначала Сяокао обжарила соль, перец и анисовую звезду. Затем она осушила воду и в течение двух часов вялила уток с жареной солью. За это время она также разогрела тушеный соус, а затем мариновала уток со старым тушеным соусом еще два часа. Последние шаги заключались в том, чтобы приготовить их и подождать, пока они остынут. Если бы было достаточно времени, то время для затвердевания и маринования в старом тушеном соусе следовало бы удвоить!

Как раз в тот момент, когда Юй Сяокао с помощью своей старшей тети по материнской линии деловито готовилась к отъезду, маленький восьмилетний внук ее старшего дедушки, тяжело дыша, вбежал в дверь и закричал: “Сяокао! Второй дядя сказал, что твои дяди по материнской линии еще не завтракали, так что сначала приготовь что-нибудь простое, чтобы наполнить их желудки. Вечером у них может быть более роскошная еда!”

- Юй Чжоу, как ты смеешь называть меня "Сяокао"? Ты должен называть меня "старшей сестрой", понимаешь? - Сяокао постучала малышу по лбу. Юй Чжоу был сыном ее старшего дяди из семьи ее старшего дедушки. У него была сильная и честная внешность, и выглядел он довольно мило.

Юй Чжоу сделал глупое лицо и неохотно сказал: “Разве ты не на два с небольшим месяца старше меня? Слушай, ты даже не такая высокая, как я. Так унизительно называть тебя "старшей сестрой"! - Даже если я буду старше тебя на день, тебе все равно придется называть меня “старшей сестрой"! Ты собираешься сказать это или нет? Если ты этого не сделаешь, я пойду и скажу старшему дедушке! - Юй Сяокао специально подразнила его.

С горьким выражением на своем маленьком личике малыш посмотрел на Сяокао и закричал: “Провокаторша!”

Сяокао прикинула, что утиная печень и кишки, тушенные в кастрюле, должны быть почти готовы, поэтому она пошла на кухню и отрезала кусок. Словно дразня маленького щенка, она улыбнулась и сказала: “давай, зови меня "старшая сестра". Если ты назовешь меня "старшая сестра", то сможешь съесть этот кусок утиной печени.”

Как только Юй Чжоу вошел в дверь, он почувствовал запах тушеного мяса. Он глубоко вздохнул и не мог оторвать глаз от куска утиной печени. Он уже готов был пускать слюни, когда спросил: - Если я буду называть тебя "старшая сестра", этот кусок тушеного мяса будет моим?

Юй Сяокао внутренне смеялась. Она думала, что у этого парня крепкий хребет, но оказалось, что он еще и немного обжора. Но она не могла его винить. Было уже очень хорошо, что у жителей деревни обычно хватало еды. Не так уж много было людей, которые могли есть мясные блюда, когда это не было каким-то особенным праздником. Неудивительно, что Юй Чжоу жаждал мяса!

- Конечно! Разве эта старшая сестра когда-нибудь бросала свои слова на ветер? - Юй Сяокао перестала дразнить его и искренне посмотрела на него.

Юй Чжоу давно слышал о тушеной пище семьи своего второго дяди. Он также часто следовал за своим отцом в доки, так что он знал о популярности тушеного блюда за одну медную монету. На самом деле одна медная монета значила не очень много, но его отец боялся, что Сяокао и ее сестра откажутся принять их деньги. Таким образом, они никогда не покупали его раньше.

Он много раз приставал к отцу, но так и не добился успеха. Обычно отец строго запрещал ему и его старшему брату посещать дом второго дяди, потому что боялся, что они приедут, пока семья второго дяди тушит еду. В результате он хотел попробовать тушеную пищу даже во сне!

Малыш обычно был ребенком с крепким позвоночником, но его сердце слегка колотилось перед вкусной едой: "разве это не было просто назвать ее старшей сестрой? Сяокао изначально старше меня, так что в этом нет ничего постыдного."

С этой мыслью он выпалил: “старшая сестра, старшая сестра Сяокао! Это… Это что, твоя семейная тушеная еда за одну медную монету? Мой отец сказал, что твоей семье нелегко, поэтому лучше сохранить это, чтобы продать в доках!”

Сяокао видела, что он все время глотает слюну и не хочет отрывать глаз от утиной печени в ее руках, но все же он пытался сопротивляться своему желанию вкусной еды. Она с чувством вздохнула про себя: "дети в семье старшего дедушки вполне разумны, ах!"

- Эта утиная печень была приготовлена для нас самих. Вот, попробуй ради меня! - Как это? - Юй Сяокао сделала шаг вперед и хотела было запихнуть в рот маленький кусочек утиной печени.

Малыш прикрыл рот рукой, отступил и покачал головой: “старшая сестра Сяокао, у твоей семьи сегодня гости. Лучше оставь это на съедение гостям…”

- Какой доброжелательный ребенок! - Старшая тетя по материнской линии смеялась и хвалила, когда замешивала тесто, чтобы сделать лепешку.

Юй Сяокао сказала с широкой улыбкой: “хорошо! Не отступай больше, а то наступишь на овощи нашей семьи! В кастрюле все еще много утиной печени и утиного желудка, так что ничего страшного, если ты съешь одну!”

С этими словами она схватила Юй Чжоу за руку и сунула ему в рот утиную печенку.

У Юй Чжоу не было выбора, кроме как съесть кусок утиной печени. Утиная печень, тушенная в специальном соусе, была мягкой и ароматной. Этот мягкий аромат надолго задержался на кончике его языка. Это было так вкусно, что он не мог не дрожать.

- Старшая сестра Сяокао, я слышал, что именно тебе пришла в голову идея тушеной еды! Твои кулинарные способности просто поразительны! Я никогда раньше не ел ничего такого вкусного, - Юй Чжоу сразу же стал преданным поклонником стряпни Сяокао.

Сяокао улыбнулась. Чтобы быть покоренным всего лишь маленьким кусочком утиной печени, он действительно был немного обжорой: “Юй Чжоу, помоги старшей сестре кое с чем. Сходи к семье старого Ло из соседней деревни и купи мне немного тофу! Позже я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким!”

- Я могу помочь тебе купить тофу, но ты не должна угощать меня едой! Наша семья уже позавтракала! - Маленький гурман Юй Чжоу взял две медные монеты, протянутые ему Сяокао, и выскочил из парадной двери.

По настоянию Сяокао семья Юй изменила свои пищевые привычки с двухразового питания на трехразовое. Она уже позавтракала, но забыла, что ее дяди по материнской линии все еще имеют привычку есть два раза в день. Было уже почти девять утра, так что пора было приступать к утренней трапезе!

Похоже, соленую утку им придется приберечь на сегодня. В результате времени на то, чтобы посолить уток, будет более чем достаточно, а к тому времени и вкуснее.

На утреннюю трапезу Юй Сяокао приготовила "утиную кровь, тушеную с тофу", "жареные грибы с зеленью", "тушеные баклажаны" и "салат из огурцов". Основным продуктом питания была лепешка, приготовленная из половины грубого зерна и половины пшеничной муки. Там же стояла кастрюля с томатным и яичным супом.

Оставив после себя по маленькой тарелочке с каждым блюдом, она и ее старшая тетка по материнской линии несли корзину с едой и горшок и храбро шли к семейному полю.

Фермерские угодья семьи старшего дедушки находились ближе к деревне, поэтому она издалека видела крепкую и здоровую фигуру своего старшего дедушки. Старик усердно работал в поле со своим старшим сыном, старшим внуком и двумя невестками.

- Дедушка, ты уже поел? Давай поедим вместе! - Юй Сяокао была очень близка со своим старшим двоюродным дедушкой. Она чувствовала, что семья ее старшего дедушки была очень доброй и сострадательной.

Юй Личунь выпрямился, воткнул мотыгу в землю и весело огляделся. Он сказал: “Мы уже поели! Сяокао, ты принесла еду своему отцу и дядям?”

- Да! Старший дедушка, старший дядя, поешьте еще с нами! - Юй Сяокао искренне улыбнулась.

Старший дядя по отцовской линии Юй Си замахал на нее руками и сказал с улыбкой: “Не нужно! Быстро отнеси еду своему отцу. Не мори гостей голодом!”

Юй Сяокао немного поболтала со своим старшим двоюродным дедушкой, прежде чем снова взяла корзину и направилась к ферме своей семьи. Это правда, что "много рук делают работу легче"! Четверо мужчин и госпожа Лю уже нашли больше половины своих трех участков. Похоже, они смогут закончить к вечеру.

—Отец, мать, старший дядя по материнской линии, второй дядя по материнской линии, третий дядя, пора есть! - Юй Сяокао поставила корзину на край поля и закричала, зажав рот руками.

Ван Эргоу и его жена в это время ели на краю поля. Ван Эрго фыркнул, а затем с усмешкой посмотрел на корзину с едой семьи Сяокао. Он подошел ближе и спросил: “Сяокао, какую вкусную еду ты приготовила? Пахнет очень вкусно!”

Не дожидаясь ответа Сяокао, жена ухватила его за ухо и оттащила назад. Она закричала на него: “Ты что, ребенок? Тебе действительно не стыдно идти просить еду? Даже если тебе не стыдно, мне стыдно!”

Когда Ван Эргоу был молод, он тоже был ленивым бездельником, который совершал проступки. К счастью, он женился на влиятельной женщине. Его жена родилась в бедности и обладала высокой самооценкой. Она избавилась от большинства вредных привычек Ван Эргоу.

- Все в порядке, тетя Ван. Я приготовила много еды. Давайте поедим вместе, - предложила Юй Сяокао.

Ван Эргоу был вне себя от радости и хотел было согласиться, но жена ущипнула его за талию. Жена Ван Эргоу улыбнулась Сяокао и сказала: “Сяокао, мы уже сыты. Тетушка очень благодарна за твое предложение—ступай, ступай в поле! Нам нужно сегодня же закончить вспашку этих двух участков земли…”

Юй Хай, подошедший к краю поля, наблюдал, как жена уводит на работу несчастного Ван Эргоу. Он не мог удержаться и сказал: “Эргуо-Цзы благословен, что у него такая хорошая жена…”

- Отец, тебе тоже очень повезло! - Юй Сяокао подмигнула мадам Лю.

Лю Пей усмехнулся и сказал: “Правильно! Разве тебе не повезло, что ты женился на моей младшей сестре?”

Лицо мадам Лю стало ярко-красным от насмешек старшего брата и дочери. Она пристально посмотрела на них, а затем быстро опустила голову, чтобы зачерпнуть суп. Юй Хай, с другой стороны, улыбался и беспрестанно кивал: “да, это так. Я накопил три удачи за жизнь, чтобы выйти замуж за Муюн!”

- Почему ты ведешь себя как они?! - Лицо мадам Лю было переполнено любовью, когда она бросила на него укоризненный взгляд. После этого она посмотрела на тарелку с томатно-яичным супом, красно белого цвета, который выглядел очень аппетитно, и спросила: - Это ведь не перец чили, правда?

- У нас на заднем дворе было несколько спелых помидоров, и я сварила из них суп. Это очень освежает. Каждый должен попробовать это! - Суп следует подавать перед едой. Юй Сяокао помогла раздать всем миски и палочки для еды.

Юй Цзян подошел ближе и посмотрел на корзину с едой. Он был ошеломлен: “какой роскошный завтрак!”

Юй Сяокао протянула ему миску томатно-яичного супа и пару палочек для еды. Юй Цзян не знал, должен ли он принять это или нет. - Я уже поел…

- Тогда поешь с нами еще немного! Неразумно не кормить тебя, когда ты помогал с работой, - уговорила его старшая тетя. Юй Сяокао также продолжала уговаривать его.

Утиная кровь, тушеная с тофу, покорила все вкусовые рецепторы. Тофу был гладким и нежным, а утиная кровь-свежей и вкусной. Что касается тушеных утиных потрохов, то утиный желудок был очень жевательным, а утиные кишки-очень вкусными. Жареные грибы с зеленью имели идеальное сочетание цвета, аромата и вкуса. Он был очень освежающим и имел идеальный вкус во рту. С густым соусом тушеные баклажаны были блестящими и ароматными… С добавлением томатного и яичного супа, который они никогда раньше не ели, он был гораздо более щедрым, чем блюда, которые обычные люди подавали своим родственникам.

- Эй! Разве мы не говорили приготовить что-то простое? Зачем вы приготовили столько еды? - Лю Пэй посмотрел на жену с легким гневом, словно обвиняя ее в том, что она не остановила Сяокао. Условия жизни семьи его младшей сестры были не очень хорошими.

- Старший дядя, все ингредиенты были выращены дома и собраны на месте, за исключением тофу, который стоил две медные монеты. Вы, ребята, много работали в поле, поэтому, конечно, вам нужно хорошо поесть. Иначе как бы у вас хватило сил работать?

Юй Хай дал двум своим старшим зятьям по блину и сказал своему младшему кузену: “эту утиную кровь, тушеную с тофу, нужно есть, пока она еще горячая. Наша Цаоэр готовит довольно хорошо. Я гарантирую, что вы захотите съесть еще одну тарелку после того, как съедите это. Быстро ешьте! Все, быстро ешьте!”

Мужчины отбросили свои запреты и принялись за еду. За едой они выкрикивали пылкие похвалы. Юй Хай также присоединился к комплиментам, как будто он был старым Вангом, продающим дыни—хвалящим свои собственные продукты. Юй Сяокао была смущена их похвалами. Она улыбнулась и сказала: “Отец, я беспокоюсь о том, что старший брат будет дома один, поэтому я вернусь домой. Просто оставьте миски и палочки для еды здесь. Я зайду за ними позже.”

Глава 132 - соленая утка

- Иди, иди! Тебе не нужно возвращаться позже. Твоя мама заберет посуду. Мы, как взрослые мужчины, быстро справимся с этими мисками. - Сказал Лю Пэй. Он налил половину миски утиной крови, тушенной с тофу, и замочил лепешку в рагу. Затем он с наслаждением принялся за суп.

Юй Хай также согласился со словами своего старшего шурина. Он сказал Сяокао: “поторопись и отведи свою старшую тетю по материнской линии домой поесть, иначе еда остынет.”

Покончив с едой, Сяокао вложила всю свою энергию в приготовление соленой утки. Соленая утка, которую она приготовила, была улучшенной версией рецепта Нанкинской соленой утки. В конце концов, у нее не было всех приправ и специй, необходимых для оригинального рецепта. Однако она поняла, что может улучшить вкус тушеной пищи, используя воду мистического, сделав ее намного вкуснее, чем раньше.

Глядя на время, процесс маринования и тушения должен быть завершен. Сяокао выглянула на улицу, как воровка, и увидела свою старшую тетку по материнской линии и Сяолянь, которая вернулась домой после продажи тушеной еды. Они были заняты уходом за овощным полем, поэтому Сяокао было легко вызвать маленький божественный камень.

- Зачем ты вызвала этот божественный камень?] Луч золотой молнии быстро проник в кухню, а затем надменный голос возник в сознании Сяокао.

Сяокао наклонилась и взяла малыша на ладонь. Она нежно погладила его мех и льстиво улыбнулась. Маленький божественный камень чувствовал себя очень комфортно, когда он прищурил глаза и промурлыкал: "скажи мне, что тебе нужно, чтобы этот Господь помог тебе?]

С тех пор как маленький божественный камень услышал, как почетный император, чье прозвище было Пятый Лорд, называет себя "этим лордом", он также начал время от времени называть себя так, чувствуя, что это кажется довольно шикарным.

- Одну из двух уток нужно слегка подсушить на воздухе. Мой всемогущий Лорд Клецка, ты можешь мне помочь? - Юй Сяокао пальцами почесала подбородок маленького котенка, ластясь к нему.

[Хм! Ты беспокоишь этот божественный камень из-за такого пустяка?] Хотя маленький божественный камень чувствовал себя очень комфортно, когда Сяокао чесала его, в его тоне было чувство нетерпения.

- Видя, что ты очень хорошо служила этому Господу, я неохотно помогу тебе еще раз, но только на этот раз!] Маленький золотистый котенок махнул лапкой, и одна из маринованных уток быстро сморщилась и высохла с такой скоростью, что это было видно невооруженным глазом.

Когда Сяокао увидела, что он, похоже, готов, она быстро велела маленькому божественному камню остановиться. Если утка была высушена слишком сильно, это также повлияло бы на вкус соленой утки.

В это время мужчины вернулись с полей. Она слышала, как Лю Пэй громко кричит: “младшая сестра, сладкий картофель твоей семьи еще не пророс, верно? Это нормально, так как у вашей семьи не так много земли. Мы можем просто принести немного с наших полей. Это не помешает росту сладкого картофеля.”

Юй Хай сделал несколько глотков охлажденной кипяченой воды. Затем он улыбнулся и сказал: “Мы не собираемся сажать сладкий картофель в этом году. Сяокао сказала, что хочет попробовать посадить несколько арбузов. Она просто попросила владельца ресторана "Чжэньсю" помочь ей найти семена.”

- Арбуз? Будет ли эта штука достаточно сочной? - Два брата, Лю Пэй и Лю Хань, никогда раньше не слышали об арбузах, поэтому не могли не спросить в унисон. Было неизбежно, что фермерские семьи будут больше всего озабочены наполнением своих желудков.

Однако Юй Цзян часто выезжал за пределы деревни и был более хорошо информирован. Итак, он уже слышал об арбузах раньше, но все же спросил с легким беспокойством: “я знаю, что арбуз-это своего рода фрукт. Но, второй брат, никто из нас никогда раньше не сажал арбузы. А что, если здешний климат не подходит для его посадки? Если у вас не будет урожая, что вы будете делать?”

- Этого не случится! Я уверен в Цаоэр! - Это было главным образом потому, что семья Юй недавно заработала немного денег от своего бизнеса, так что им не нужно было полагаться на эти три участка сельскохозяйственных угодий, чтобы заработать на жизнь. Таким образом, Юй Хай бессознательно обрел уверенность.

Юй Цзян также чувствовал, что его маленькая племянница кажется очень способной, поэтому он больше не уговаривал его. Он улыбнулся и сказал: “тогда это хорошо! Я не могу дождаться, чтобы попробовать его!”

- Третий дядя, в будущем тебе предстоит попробовать много нового! Вы слышали о соленых утках? Вы можете попробовать несколько штук позже! - Держа в объятиях маленького золотистого котенка, Сяокао высунула голову из кухни, состроила ему смешную гримасу и весело воскликнула.

- Соленая утка? Я никогда не пробовал ее раньше, это вкусно? - Слюна начала заливать рот Юй Цзяна, когда он вспомнил утиную кровь, тушеную с тофу и томатным яичным супом, которую он ел в полдень.

Юй Сяокао подняла свой воображаемый хвост в довольно высокомерной манере и сказала: “еда, сделанная Сяокао, безусловно, всегда является премиальной. Я разрабатывала это блюдо для ресторана Чжэньсю. Как это может быть невкусным?”

- Что? Может быть, ресторан "Чжэньсю" снова пришел попросить у вас еще рецептов? Они заработали много денег, продавая жареного цыпленка, но ваша семья даже ничего не получила. На этот раз ты не можешь позволить им снова воспользоваться тобой. Когда ты продашь им рецепт соленой утки, попроси их отдать тебе часть от продаж! - Юй Цзян был вполне деловым человеком!

Юй Сяокао также считала, что получать гонорары гораздо выгоднее, чем заставлять их платить выкупную цену. Она опустила голову и задумалась о целесообразности этого вопроса. Однако Юй Хай не думал, что это хорошая идея. В конце концов, третий молодой Мастер Чжоу хорошо заботился о них, так как же они могли поднять цену?

В это время Юй Сяокао медленно кивнула. - Третий дядя прав! За один день ресторан "Чжэньсю" может без проблем продать от 30 до 50 соленых уток. Если мы попросим процент от каждой соленой утки, то сможем заработать от трех до пяти таэлей в день. Мы сможем заработать более 100 таэлей в месяц и в год… Ух ты! У меня такое чувство, что мы продаем мои рецепты слишком дешево!

Юй Хай на мгновение заколебался, прежде чем сказал.

Однако Юй Цзян так не думал. Он широко раскрыл глаза и сказал: “второй брат, ты знаешь, сколько стоит жареная курица в ресторане Чжэньсю? Даже самый маленький цыпленок там стоил пять таэлей серебра! Пять таэлей серебра! Самое большее, курица обойдется им в несколько десятков медных монет. Это означает, что они получают стократную прибыль! Я думаю, что даже Булава - это еще слишком мало!”

Когда Юй Цзян думал о продажах и прибыли, которые ресторан Чжэньсю зарабатывал каждый день, он чувствовал несправедливость к своему второму брату. Если бы он получал гонорары от продаж, то его второй брат стал бы самым богатым человеком в деревне Дуншань! Это была такая большая потеря!!!

- Ладно, иди помой руки. После окончания ужина нам все равно нужно возвращаться домой! - Вечернюю трапезу в эту эпоху обычно устраивали около 4 часов дня. Госпожа Хань рассчитала, что они смогут вернуться в деревню к тому времени, как стемнеет. Завтра им все еще нужно будет возделывать свою собственную землю!

На ужин, помимо большой тарелки соленой утки, были "жареные зеленые помидоры", "жареный перец чили с утиными яйцами", "салат из стручковой фасоли" и "тушеный салат с устричным соусом". Для супа она приготовила легкий "суп из яичных капель с малабарным шпинатом". Основным продуктом питания был сушеный коричневый рис с сорго. Каждое блюдо было в большом количестве. В конце концов, аппетит нескольких взрослых мужчин не был бы маленьким!

- Младшая сестра, Сяокао из твоей семьи очень способная. Даже опытный человек, проработавший на кухне больше двадцати лет, не может сравниться с ней! Люди пускали бы слюни, просто понюхав эти блюда! - Мадам Хань вздохнула, глядя на Сяокао. Если бы у нее была такая дочь, как Сяокао, даже если бы у нее не было сына, она все равно была бы очень счастлива.

После того как госпожа Хань вошла в семью Лю, она родила трех дочерей. Хотя ее свекор и свекровь ничего не сказали, это было больное место мадам Хань. Став старше, она оставила надежду родить сына. Но когда она видела других людей с дочерью и сыном, ее сердце словно пронзала игла, пронзающая до костей боль.

Больше всего Лю Пэй понимал свою жену. Увидев ее одинокие глаза, он понял, о чем она думает. Он тут же сменил тему и сказал: “Давайте есть, давайте есть! Даже если вы не голодны, просто глядя на стряпню Сяокао, вам захочется съесть по крайней мере две миски!”

Лю Хань, который был честным и скучным, открыл рот и сказал: “младшая сестра, у вашей семьи тоже не очень хорошие условия жизни. Мы все одна семья, нет необходимости готовить так много блюд. Нам достаточно нескольких кусков лепешки и тарелки соленых овощей. Не усложняй себе жизнь только тем, чтобы приготовить нам еду…”

Госпожа Лю была тронута, когда с нежной улыбкой посмотрела на своих старших братьев и мягко сказала: “старший брат, ты можешь быть уверен! Мы не окажемся в трудном положении, просто покормив вас один или два раза. Утку и утиные яйца нам подарил кто-то другой. Зеленые овощи и всякая всячина собраны с полей, так что это не стоит больших денег. Вы можете съесть еду с легкостью и уверенностью!”

После того, как они услышали, что она сказала, мужчины больше не сдерживались. Каждый держал в руках большую и толстую фарфоровую миску, до краев наполненную двумя видами зерна, и без всякого стеснения принялся за еду.

Белая кожа соленой утки была нежной и пухлой, но совсем не жирной. Она была ароматной и вкусной. Все сидевшие за столом хвалили соленую утку Сяокао за то, что она "ароматная", "очень нежная" и "чрезвычайно вкусная". Еще раз Юй Цзян серьезно напомнил Сяокао, что эта утка определенно получит большие продажи, поэтому она должна попросить ресторан Чжэньсю дать ей часть продаж.

Юй Сяокао несколько раз кивнула головой, как и обещала ему. Она размышляла о том, стоит ли ей лично отправиться завтра в город, чтобы позволить третьему молодому мастеру Чжоу попробовать соленую утку и спросить его о семенах арбуза.

Вся семья была вполне удовлетворена едой. Вскоре после того, как они закончили есть, их родственники по материнской линии попрощались и вернулись домой. Им нужно было преодолеть несколько гор, чтобы вернуться домой. Даже тем, кто привык идти по горной дороге, требовалось два с половиной часа, чтобы вернуться домой. Когда они добрались до дома, небо уже совсем потемнело.

Сяокао разрезала оставшуюся сушеную соленую утку пополам и попросила Сяолянь отдать одну половинку госпоже Мао. Она также велела Сяолянь передать госпоже Мао, что сушеная соленая утка будет очень вкусной, если она порежет ее тонкими кусочками, а затем приготовит на пару. Сушеная соленая утка и соленая утка, которую они только что съели, были на вкус одинаковыми, но процесс их приготовления отличался.

Сяокао повесила остатки сушеной соленой утки под карнизом. Температура ночью была все еще очень прохладной, так что вкус сушеной соленой утки не изменится, даже если она оставит ее там на ночь.

Рано утром Юй Сяокао проснулась и сказала родителям, что собирается в город. Попутно она также заберет маленького Шито, у которого снова должен быть перерыв в школе.

Из-за очевидных способностей и зрелости Сяокао Юй Хай и его жена постепенно перестали относиться к ней как к ребенку. Если в семье возникал какой-нибудь вопрос, они всегда обсуждали его с младшей дочерью. Если у них были разные мнения по какому-то вопросу, они также подсознательно обдумывали предложение своей младшей дочери.

Сегодня Юй Хай решил, что он пойдет продавать тушеную еду в доках один, и пусть Сяолянь сопровождает Сяокао в город. Так как две сестры были друг у друга в качестве компаньона, они не были одиноки по дороге в город.

Юй Сяокао вернулась в свою комнату и взяла немного денег. После этого она взяла оставшуюся половину сушеной соленой утки и вывела ослиную повозку из дома вместе с Сяолянь. Выйдя из дома, они увидели, что к ним торопливо подбегает госпожа Мао. Когда она увидела двух сестер и повозку с ослом позади них, а также половину порции сушеной соленой утки в руке Сяокао, госпожа Мао немедленно улыбнулась от уха до уха. Хотя она уже знала ответ на этот вопрос, она все же намеренно спросила: “Сяокао, Сяолянь, куда вы, сестры, направляетесь?”

- Тетя Цянь, у нас в городе есть кое-какие дела, - вежливо ответила Сяолянь.

Госпожа Мао попыталась сдержаться, но все же не смогла удержаться от вопроса: “Сяокао, что касается вопроса, о котором тебя спрашивала тетушка?”

- Тетушка, вам понравилась утка, которую я вам вчера послала? - Сяокао не ответила ей, вместо этого она задала ей вопрос в ответ.

Мадам Мао смущенно улыбнулась и сказала: “это не Новый год и не праздник, так кто же захочет съесть такую вкусную вещь просто так? Я собираюсь съесть ее, когда дома будут гости. Разве Сяолянь не сказала, что ее можно оставить на некоторое время?”

http://tl.rulate.ru/book/25879/991226

Глава 133 - судьбоносная встреча

- Погода становится теплее день ото дня, так что лучше не тушить ее слишком долго. Сегодня я дам эту утку третьему молодому мастеру Чжоу попробовать. Если он посчитает, что это вкусно, тогда мы и поговорим о сотрудничестве! - Юй Сяокао слабо улыбнулся.

- Вот и хорошо, вот и хорошо! Тетушка больше не будет тебя задерживать. Иди и возвращайся пораньше, я буду ждать хороших новостей! - Мадам Мао была удивлена, что Сяокао смогла так быстро придумать новый рецепт. Она надеялась, что владелец ресторана "Чжэньсю" обратит внимание на рецепт, находящийся в руках Сяокао, чтобы медленно продаваемые утки ее семьи могли быть проданы по хорошей цене.

Сестры помахали на прощание госпоже Мао. Они погнали маленького ослика ко входу в деревню.

- О боже! Разве вы не сестры-близнецы из семьи Дахая? Куда это вы собрались? Если вы, ребята, собираетесь в город, не могли бы вы взять меня с собой? - Фальшивый голос заставил двух сестер почувствовать себя неловко, просто услышав его.

Сяокао внимательно посмотрела на человека. Это оказалась госпожа Сюн, которая обычно была очень близка с госпожой Ли. Она была достойна своей фамилии [1]. Госпожа Сюн выглядела крепкой и коренастой, у нее был смуглый цвет лица, и она была очень груба. Она выглядела даже хуже, чем слепой медведь!

Как гласит пословица, "птицы одного пера слетаются вместе". Госпожа Сюн была такой же, как и госпожа Ли. Она была ленива, жадна и была печально известной сплетницей, которая говорила за спиной других людей. По этой причине почти все замужние женщины в деревне имели конфликты с ней раньше. Из всей деревни Дуншань было трудно найти второго человека, который был бы готов поговорить с ней, кроме мадам Ли.

Сяокао не хотела брать ее с собой. Это было не только из-за ее характера, но, что более важно, из-за ее веса. Она весила более 200 фунтов, и Сяокао боялась, что она утомит маленького Грея.

Однако они были из одной деревни. Если она не возьмет ее с собой, Сяокао боялась, что эта женщина будет ругать ее семью на всю деревню. Сяокао заставила себя улыбнуться и сказала: “жена дяди Лю, поднимайся!”

Мадам Сюн согласилась и вылезла из задней части тележки; ее движение почти заставило маленького Грея сорваться. Маленький Грей обернулся, как человек, и посмотрел на нее. Он издал несколько ржаний. Казалось, он протестует.

- Это тот умирающий осел, которого ваша семья купила в прошлый раз? Его судьба довольно хороша; он не умер! Тем не менее, он все еще довольно тощий, так что он не может сделать много работы! - Она не думала о том, как ее вес повлияет на осла. Вместо этого она обвинила в этом осла Сяокао. Она была раздражающей женщиной. Сяолянь всегда была прямолинейна в своих словах. - Сколько денег стоит купить сильного осла? Тетушка, если вы одолжите нам денег, то наша семья купит нового осла…

- Э-э... - мадам Сюн поперхнулась словами Сяолянь. Через некоторое время она ответила: “Если бы у меня были лишние деньги, я бы давно купила осла сама. Даже если у меня нет телеги, я смогу ездить на ней, когда вернусь в родительский дом!

Сяокао подумала: "с твоим размером даже не говори об осле, даже если бы это была самая сильная лошадь, она все равно не смогла бы выдержать твой вес".

- Кроме того, ваша семья продает тушеную пищу и овощи. Вы, ребята, наверное, заработали приличную сумму денег! Все в этой деревне знают, что второй сын семьи Юй имеет связи с богатыми семьями в городе. Даже если бы они просто дали вам немного денег, этого было бы достаточно, чтобы вы могли поесть и потратить. Вам все еще нужно просить у моей семьи денег, чтобы купить осла?

Юй Сяокао была слишком ленива, чтобы даже возиться с ней. Она тихонько натянула на себя одежду Сяолянь, намекая ей, чтобы та прекратила разговор. Однако госпожа Сюн ничего не понимала, продолжая говорить. - Сяолянь, что парни делают в городе?

Сяокао слабо ответила: “ничего особенного! Мы просто покупаем ингредиенты для тушеной еды.”

Мадам Сюн продолжала: “вы, ребята, должно быть, много зарабатываете на продаже тушеной пищи, верно? Я слышала от жены твоего старшего дяди, что ты зарабатываешь по меньшей мере сотню медных монет в день. Тогда разве вы не зарабатываете по крайней мере три-четыре таэля серебра в месяц? О боже! Даже глава деревни может быть не так богат, как ваша семья.”

Старший сын деревенского старосты всюду ходил за людьми по делам и зарабатывал немного денег. Младший сын был ученым, успешно сдавшим экзамены в графстве и высоко ценившимся предыдущим окружным судьей. Он стал секретарем магистрата. Семья сельского старосты имела около 100 му хороших сельскохозяйственных угодий. В деревне они считались первоклассной семьей. Сравнивая семью Юй с семьей деревенского старосты, госпожа Сюн поджаривала семью Сяокао на костре!

Юй Сяокао нахмурилась и сказала несчастным тоном: “после вычитания первоначальной стоимости, которая потребовалась мне, чтобы сделать "тушеную еду за одну медную монету", сколько денег останется? Этого не хватит даже на домашние расходы. А сейчас мы едем в город за приправами и специями. Сумма, необходимая нам для покупки этих предметов, составляет, по крайней мере, один-два таэля серебра. Одного-двух таэлей приправы хватит только на месяц, прежде чем она исчезнет! Жена дяди Лю, какую прибыль мы на самом деле получим?”

Глаза госпожи Сюн закружились, когда она сказала: “Тебе тоже нужны специи? Какие специи тебе нужны? Почему бы тебе не рассказать мне?”

Юй Сяокао наклонила голову и посмотрела на нее. “Это эксклюзивный рецепт. Прошу прощения, но я не могу вам сказать!”

Госпожа Сюн несколько раз что-то проворчала и недовольно скривила губы. Она давно мечтала о рецепте тушеной еды семьи Юй. С тех пор как она узнала, что мадам Чжан и ее невестка получили рецепт от Сяокао, мадам Ли несколько раз обманывалась словами мадам Сюн. Мадам Ли всегда говорила, не думая.

К сожалению, рецепт был монополизирован мадам Чжан. Даже если у нее не будет собственного бизнеса, она не позволит другим людям воспользоваться им. Кроме того, госпожа Чжан слышала, что специальный рецепт уже был куплен рестораном Чжэньсю. Хотя госпожа Чжан казалась дома тираном, на самом деле она была робкой и трусливой. Она боялась, что если раскроет рецепт, то могущественная семья Чжоу в городе Тангу накажет ее. Итак, мадам Чжан тайно сожгла рецепт, и поэтому мадам Сюн ничего не смогла из нее вытянуть.

Мадам Сюн выглядела как близкая родственница медведя, но она вовсе не была глупой. Напротив, она была очень проницательна. Она знала, что от мадам Ли ничего не добьется, поэтому хотела получить информацию от сестер, обманув их, думая, что детей обмануть легко. В результате Сяокао отвергла ее. Госпожа Сюн молча проклинала восемь поколений предков семьи Юй.

После этого сестры проигнорировали все, что сказала госпожа Сюн, поэтому она сама перестала искать неприятностей. Чем больше ты обращал внимания на Госпожу Сюн, тем больше она на тебя лезла. Лучше всего было подставить ей холодное плечо.

Когда они прибыли на въезд в город Тангу, сестры покинули мадам Сюн под предлогом, что они собираются в разные места. Госпожа Сюн даже бесстыдно спросила сестер, когда они вернутся в деревню, чтобы она могла бесплатно поехать домой.

- Нам нужно остаться в городе на один день, - сказала Сяокао. Нам нужно забрать моего младшего брата вечером, а потом мы сможем вернуться. Вы можете до полудня уехать домой на телеге из соседней деревни…

- Вот мне еще делать нечего! Что же мне теперь делать? Значит, договорились! Я буду ждать вас вечером у входа в город и отвезу вашу повозку домой! - Ну и шутка. Поездка на телеге из соседней деревни стоила одну медную монету. За одну медную монету она могла бы купить большую паровую булочку. Госпожа Сюн не собиралась тратить их на езду на телеге!

Сестры сначала отправились на продовольственный рынок и купили ингредиенты для тушеной еды. Сяокао обошла множество магазинов, прежде чем смогла собрать все специи, необходимые для соленой утки. Затем она купила на продовольственном рынке двух жирных уток. Она несла уток в руках и быстро бежала к ресторану Чжэньсю.

- Мисс Юй, как у вас сегодня нашлось время приехать в город? - Все лицо управляющего рестораном "Чжэньсю" озарилось счастьем, когда он увидел Юй Сяокао. Казалось, он видит Бога богатства. Когда он увидел уток, которых держала Сяокао, в его глазах вспыхнула вспышка золотого света. Он быстро подбежал к ней, чтобы помочь нести их.

Юй Сяокао как раз собиралась что-то сказать, когда ее прервал знакомый голос позади нее: “менеджер Чжоу, есть ли еще отдельные комнаты?”

Управляющий поспешно извинился: “простите, директор Юань! Все отдельные номера были забронированы еще два дня назад. Вы хотите чтобы я помог вам сделать заказ как можно скорее?”

- Это было бы прекрасно, если бы я мог купить жареного цыпленка! Для тебя ведь не будет проблемой угостить меня жареной курицей, верно? - Этот гость был настоящим гурманом-великий ученый Юань Синянь. Рядом с ним сидел потенциальный гурман Юань Юньси.

Управляющий, казалось, был немного смущен. Только главный вождь Ван мог приготовить жареную курицу по-настоящему. Однако он был занят с утра до вечера. Главный вождь Ван мог сделать только пятьдесят-шестьдесят цыплят в день. Кроме цыплят, зарезервированных для отдельных комнат, остальные тридцать цыплят уже были зарезервированы другими посетителями.

Но, как директор Академии Жунсюань и ученый в эту эпоху, он должен был дать ему какое-то лицо. Менеджер поколебался и сказал: “как насчет того, что бы вы подождали до вечера, и я позволю старому Вану работать сверхурочно, чтобы приготовить вам одного?”

Хотя Юань Синянь был опытным гурманом, он не был безрассудным. - В этом нет необходимости, - с сожалением ответил он. Старый Ван занят каждый день, я не буду добавлять ему работы! Вы поможете нам заказать жареного цыпленка как можно скорее. Кроме того, зарезервируйте его с отдельной комнатой, чтобы я мог съесть двух жареных цыплят! Когда ученики старого Вана закончат свое обучение?”

Юань Юньси был разочарован, но уже морально подготовился. - Дедушка, я же говорил тебе раньше! Отдельные номера ресторана Чжэньсю необходимо было бронировать заранее. Это бесполезно, даже если ты придешь рано утром, чтобы сделать заказ!”

Юань Синянь бушевал: “нам сегодня нечего делать, поэтому я просто хотел посмотреть, сможет ли слепая кошка найти дохлую мышь. Но, кажется, трудно найти дохлую мышь. Хе-хе!”

Директор обернулся и сразу же увидел двух совершенно одинаковых девочек. - А? Разве это не... Разве это не старшая сестра Юй Фана? Разве ты не маленькая девочка, которая готовит вкусную еду? Не помутилось ли мое зрение, потому что я слишком голоден? Почему там две сестры Юй Фана?

Невозмутимое лицо Юань Юньси дернулось. Он напомнил ему: “дедушка, они сестры-близнецы. Они просто похожи!”

- О! Ничего удивительного! Вы двое - близнецы. Я думал, у меня голова закружилась от голода! - Юань Синянь рассмеялся, поглаживая усы. - Кто из вас лучше готовит? Жареные свиные кишки с прошлого раза заставили меня жаждать большего. Даже старик Ван в подметки не годится девчонке семьи Юй...

- Директор Юань, вы меня переоцениваете! Я специализируюсь только на приготовлении тушеной пищи. Как я могу сравниться с шеф-поваром Ван, который готовит уже более десяти лет? - У Юй Сяокао сложилось благоприятное впечатление об этом Гурмане, который был готов бороться за еду, поэтому, когда она разговаривала с ним, она не могла не улыбнуться.

Юань Синянь кивнул с улыбкой на лице и сказал: “Ты ни нетерпелива, ни высокомерна. У тебя есть потенциал, чтобы стать опытным шеф-поваром! Если ты станешь шеф-поваром в ресторане Чжэньсю, я буду приходить каждый день на каждый прием пищи…”

- Дедушка, а твоей зарплаты хватит на то, чтобы каждый раз обедать в ресторане? - Юань Юньси издевался со стороны.

- Если моего жалованья будет недостаточно, разве твой отец нам не поможет? Разве не естественно для сына быть сыновним по отношению к отцу? Он нынешний премьер-министр. Я не верю, что он не сможет оплатить мои расходы! - Юань Синянь сердито посмотрел на него и фыркнул.

Обернувшись, он увидел сушеную соленую утку в руке Сяокао, когда она хихикнула. Его глаза внезапно заблестели, когда он спросил: “Девочка, что ты держишь в руке? Это высушенная на воздухе утка?”

Остатки мяса в эту эпоху, такие как курица, утка и рыба, все были высушены на воздухе. Процесс сушки на воздухе был несколько похож на метод, используемый для сушки соленой утки.

________________________________________

[1] фамилия госпожи Сюн, Сюн (熊), означает медведь.

Глава 134 - старший гурман

- Это соленая утка, новое блюдо, которое я придумала. Вы можете съесть ее после того, как она пропарится в котле и я вылью немного тушеного соуса сверху. - Главной целью визита Юй Сяокао было продвижение соленой утки, поэтому она, естественно, не упустила такой возможности.

- Соленая утка? Сяокао, ты придумала новый рецепт? - Чжоу Цзысу, выглядевший усталым, вошел с улицы, за ним следовал сын окружного судьи.

Юй Сяокао улыбнулась и поприветствовала его: “третий молодой господин, куда ты пошел так рано утром?”

Чжоу Цзысу ответил: “А когда же еще? Конечно, я только что вернулся со стройки на пристани. Это критическая точка для строительства нашего завода. Я лично наблюдал за этим местом в последние несколько дней!”

- Спасибо за твой тяжелый труд! - Юй Сяокао испытывала определенное уважение к молодому человеку, который в прошлой жизни был бы учеником средней школы. Драконы рождали драконов, а Феникс-фениксов [1]. Сын мыши был способен рыть ямы, в то время как сын имперского купца был бы трудоголиком, когда занимался бизнесом!

Чжоу Цзысу ухмыльнулся от уха до уха на своем слегка детском лице: “Если бы наш завод можно было закончить раньше, вся тяжелая работа стоила бы того! Ты знаешь, Сяокао? Только за устричный соус мы получили более двухсот заказов! Производство устричного соуса еще даже не началось, но мы уже получили заказы на пять тысяч банок. Многие заказы поступали из известных ресторанов юга!”

- Молодой босс Чжоу, ваш бизнес действительно процветает! Интересно, есть ли возможность у этого старика помочь ресторану Чжэньсю попробовать "соленую утку", которую принесла маленькая девочка Юй? - Юань Синянь, уставившийся на половину порции соленой утки, увидел, что они болтают о делах, и несколько нетерпеливо спросил.

Юань Юньси закрыл лицо руками—не было никого, кроме его деда, кто бы так праведно выпрашивал еду! В этот момент он отчаянно желал не знать этого старика, которому не было стыдно.

Чжоу Цзысу считался лучшим другом Юань Юньси, поэтому он также довольно ясно понимал темперамент дедушки Юаня. - Дедушка Юань, даже если вас не будет рядом, этот мальчик пригласит вас, влиятельного лидера мира гурманов, прийти и дать нам несколько советов. В будущем нам обязательно нужно будет пройти ваш тест, прежде чем ресторан Чжэньсю представит новое блюдо.

Юань Синянь остался доволен словами третьего молодого господина. Он непринужденно сел за стол в главном обеденном зале. Он погладил бороду, прищурил глаза и сказал: “Девочка, ты не собираешься поторопиться и подать соленую утку?”

Чжоу Цзысу посмотрел на небо и заметил, что еще не совсем полдень. Они только что позавтракали, значит, теперь действительно собираются обедать? Он мог понять нетерпение дедушки Юаня, так как ему тоже не терпелось попробовать соленую утку. Но, они все еще должны были позволить хозяину сделать некоторые приготовления, верно?

- Дедушка Юань, как я могу позволить вам сидеть в главном зале? У меня есть отдельная комната в резерве. Пожалуйста пойдемте со мной…

- Разве вы не сказали, что отдельные номера должны быть забронированы заранее? - Что это значит? Менеджер Чжоу, ты смотришь свысока на этого старика? - Без своего статуса известного ученого Юань Синянь был просто прожорливым, упрямым стариком.

Главный менеджер льстиво улыбнулся и сказал: “директор Юань, эта отдельная комната-место, зарезервированное для нашего босса, чтобы отдохнуть. Она не используется для бронирования мест…”

- Бронирование мест для гостей? Могут ли эти чужаки сравниться с этим стариком? Наш Юньси вырос в тех же брюках, что и твой молодой хозяин! Я дедушка Юньси, так что я, естественно, также дедушка вашего босса! Как я могу считаться аутсайдером? - Юань Синянь кипел от ярости.

Третий молодой Мастер Чжоу быстро сделал вид, что ругается: “правильно! Будьте более осторожны в будущем. Дедушка Юань не посторонний! Не позволяйте этому повториться!”

- Дедушка! - Юань Юньси увидел, что дедушка хочет что-то сказать, поэтому поспешно подал ему знак хмурым взглядом.

Юань Синянь сердито посмотрел на внука и направился на второй этаж.

- Этот старик с возрастом становится все более и более ребячливым! - Увидев, что старик быстро и энергично уходит, молодой мастер Ву улыбнулся и несколько печально воскликнул.

Юань Юньси, с другой стороны, извинился перед третьим молодым мастером Чжоу.

- Старик прав. Какие у нас отношения друг с другом? Не нужно быть вежливым, как незнакомцы. Давайте все вместе попробуем новое блюдо Сяокао! Сначала я отведу Сяокао на заднюю кухню, а потом выпью с вами пару стаканчиков! - Третий молодой Мастер Чжоу похлопал его по плечу и небрежно сказал.

Губы Юй Сяокао дрогнули. - Почему группа маленьких сопляков пьет вино? Они действительно считают себя большими боссами? Тем не менее, она просто критиковала их в своем сердце и не была настолько глупа, чтобы сказать это вслух.

- Третий молодой господин, вы должны пойти развлечь своих гостей. Я сама могу пойти на кухню! - Кухня была тем местом, где Сяокао бывала больше всего в ресторане Чжэньсю. Не будет преувеличением сказать, что она могла найти дорогу даже с закрытыми глазами.

Однако третий молодой Мастер Чжоу улыбнулся и сказал: “Ничего страшного. Мы все близкие братья! Менеджер, подайте им хороший чай!”

Третий молодой Мастер Чжоу привел Юй Сяокао на тайную кухню в заднем дворе. Кроме шеф-повара Вана и его доверенных учеников, никто не мог войти в эту кухню. Другими словами, это было самое секретное место в ресторане Чжэньсю!

Увидев, что Сяокао все еще держит в руках двух уток, Чжоу Цзысу понял, что она намерена обучить методу приготовления соленой утки, поэтому он привел ее сюда.

Когда шеф-повар Ван увидел входящую Сяокао, он вел себя так интимно, но почтительно, как будто увидел своего учителя. Его непосредственный ученик тоже посмотрел на Сяокао сияющими глазами. Он глубоко вздохнул: "Это правда, что не следует судить о человеке по его внешности. Маленькая девочка из рыбацкой семьи, которой было меньше десяти лет, была создательницей знаменитых блюд, которые содержали половину ресторана "Чжэньсю"." Если бы он не видел этого собственными глазами, то ни за что бы не поверил.

- Айо! Ты только посмотри на себя. Ничего страшного, если ты просто придешь, зачем же приносить подарки? - Шеф-повар Ван взял у Сяокао уток и пошутил.

- Эй! Дополнительное блюдо к обеду вашего босса! Если ему понравится, то об остальном мы поговорим позже! - Юй Сяокао сунула половину порции соленой утки в руки шеф-повара Вана.

Шеф-повар Ван наморщил брови, глядя на соленую утку в своих руках, и подумал: "это не просто обычная "сушеная на воздухе маринованная утка", не так ли? Как могут продукты Мисс Юй не быть изысканным блюдом? В этом должно быть что-то особенное!

- Зачем ждать до полудня? Этот толстяк не может больше ждать! Фэн'Эр, иди отпарируй его… Мисс Юй, есть еще что-нибудь, что нам нужно сделать? - Шеф-повар Ван скромно посоветовался.

Юй Сяокао покачала головой и сказала: “не выливай бульон, полученный при приготовлении утки на пару. Вместе это вкуснее! Да, кстати, там только половина утки! Директор Юань из Академии Жунсюань все еще ждет, чтобы попробовать это блюдо!”

Юй Сяокао пришлось напомнить главному повару Вану, чтобы тот не оставил себе всю соленую утку. Если бы это случилось, разве этот старик, директор Юань, не затаил бы на нее злобу? Старый сорванец, старый сорванец! Когда люди стареют, их нужно уговаривать!

Утка изначально была приготовлена в рассоле, так что она была готова в течение тридцати минут. Если бы кто-то случайно вошел в эту комнату в этот момент, он определенно увидел бы странную сцену: это было не время еды, но группа людей сидела вокруг стола и жадно смотрела на единственное блюдо на столе-соленую утку. Они были похожи на стаю волков, окруживших бедного кролика.

- Этот старик собирается нырнуть! - В конце концов, у пожилых людей кожа толще. Юань Синянь первым взял палочки для еды, схватил кусок белоснежного утиного мяса и медленно разжевал его во рту. С чуть прищуренными глазами он жевал очень медленно, и даже борода его, казалось, была наклонена вверх.

- Утка толстая, а мясо белое, нежное и плотное. Хрустящая корочка и аромат блюда приводят к бесконечному послевкусию. - Долгое время спустя, под всеобщими выжидательными взглядами, Юань Синянь постепенно открыл глаза и слегка пошевелил губами, как будто наслаждаясь восхитительным вкусом соленой утки.

Пока Юань Синянь оценивал блюдо, шеф-повар Ван уже запихнул в рот кусок утиного мяса. Попробовав его, он также дал высокую оценку: “у нее хрустящая корочка, хрустящие кости и нежное мясо. С идеальным количеством солености она жирная, но в меру, и постная, но не сухая.”

Хотя трое младших, включая Юань Юньси, не делали изысканных замечаний, они выразили свою признательность за "соленую утку" практическими действиями.

Видя, что молодые люди вот-вот съедят утиное мясо, Юань Синянь больше не успел насладиться вкусом и быстро схватил последние два куска утиного мяса. Под всеобщими завистливыми взглядами он неторопливо смаковал последние кусочки деликатеса.

Воображение Юй Сяолянь о том, какими будут дворяне, было полностью разрушено, когда он увидел, как эти так называемые дворяне почти сражаются за кусок утиного мяса. Сяокао мысленно подумала: "Он уже такой старый, но он не такой сдержанный и воспитанный, как мой младший брат!"

- Мисс Юй, вы продаете нам рецепт этой соленой утки на обычных условиях? - Главный менеджер попробовал только один кусок утиного мяса, но он не мог перестать думать об этом в своем сердце. Позже, когда "соленая утка" будет добавлена в меню ресторана "Чжэньсю", он, менеджер, определенно не пропустит ее!

Юй Сяокао взглянула на третьего молодого мастера Чжоу с легкой улыбкой и ничего не сказала.

Испытав на себе популярность жареной курицы, Чжоу Цзису, естественно, знал цену этому блюду. Он очень ясно понимал, что с жареной курицей и соленой уткой не будет преувеличением сказать, что "бизнес ресторана Чжэньсю будет процветать каждый день". Рецепты этих двух блюд были созданы этой равнодушной и сообразительной молодой девушкой. В будущем, возможно, у нее будет еще больше новых и вкусных рецептов. Если он хотел сотрудничать с ней в течение длительного времени, он, естественно, должен был принять долгосрочный план, чтобы обеспечить большую отдачу. Таким образом, купить рецепт всего за триста таэлей было невозможно.

- У меня есть предложение. Сяокао, дай мне знать, что ты об этом думаешь! - Чжоу Цзысу был человеком, который работал над важными вопросами, поэтому он быстро придумал идею для обсуждения.

Юй Сяокао посмотрела на него и все еще с безразличной улыбкой на лице сказала: “третий молодой господин, пожалуйста, говорите!”

- Давай представим себе, как ты, Сяокао, вкладываешь деньги в рецепты соленой утки и жареной курицы. В дальнейшем ты будешь получать 10% прибыли за каждую проданную жареную курицу или соленую утку. Тебе могут платить ежемесячно или ежегодно. Что думаешь? - 10% прибыли от жареного цыпленка составит пять булав, что в четыре раза больше дивидендов, которые ожидала Юй Сяокао. Поэтому можно было ясно видеть искренность третьего молодого мастера Чжоу.

Все за столом знали о горячей распродаже жареной курицы ресторана "Чжэньсю". Она получит пять булав за каждого проданного жареного цыпленка. Исходя из расчета, что минимум пятьдесят цыплят будут продаваться ежедневно, она будет получать более семисот таэлей в месяц. Через год… Даже Юань Синянь, великий ученый, который считал деньги грязью, не мог не ахнуть.

Юй Сяокао не была ненасытно жадным человеком, поэтому она с улыбкой покачала головой: “третий молодой господин, вы слишком вежливы! Я уже продала вам рецепт жареной курицы. Меня не касается, сколько вы зарабатываете. Хотя я дочь крестьянской семьи, я все еще могу придерживаться двух слов: "искренность и честность"!”

Юань Синянь погладил свою красивую бороду и мягко кивнул. Не многие люди смогли бы отказаться от годового дохода в тысячу таэлей. Как и следовало ожидать, воспитание этой семьи Юй было совершенно особенным. С такой старшей сестрой характер Юй Фана тоже был бы не так уж плох. Юань Синянь не мог не думать о том, чтобы принять этого ученика, как своего последнего ученика.

________________________________________

[1] ребенок с умными и интеллигентными родителями справится лучше, чем ребенок с тупыми и глупыми.

Глава 135 - тактичность

Хотя многие студенты посещали лекции Юань Синяня с тех пор, как он основал Академию Жунсюань, строго говоря, у него было только три формальных ученика. Один из них был старшим придворным чиновником, а другой-канцлером Императорской академии. Один из них не интересовался политикой, но он стал великим ученым, который не уступал ему. Те, кто был принят им в качестве его формальных учеников, несомненно, достигнут успешного будущего!

Юй Сяокао не знала, что она невольно проложила прямой путь к успеху для своего младшего брата. Она просто относилась ко всем окружающим, кого считала достойными, с самым искренним отношением.

- Что касается рецепта соленой утки, давайте просто сделаем то, что предложил третий молодой мастер. Я буду принимать дивиденды в течение десяти лет. После этого, независимо от того, сколько зарабатывает ресторан Чжэньсю, все это будет принадлежать вам, ребята! - Заключила Юй Сяокао.

Главный менеджер, который первоначально думал, что молодой босс предложил сделку, которая поставила ресторан Чжэньсю в невыгодное положение, почувствовал, что предложение было приемлемым после того, как он услышал слова Сяокао. В будущем ресторан Чжэньсю будет иметь все больше и больше филиалов, и, таким образом, продажи жареной курицы и соленой утки будут большим и непредсказуемым числом. Если бы они дали семье Юй 10% дивидендов от каждой ветви, разве семья Юй не стала бы пиявками, застрявшими на ресторане Чжэньсю? Более того, те, от которых они не могли избавиться? В это время главный менеджер все больше и больше восхищался тонким восприятием людей своим молодым начальником. Госпожа Юй действительно была благородным благодетелем третьего молодого господина!

Юань Синянь кашлянул и напомнил: “маленькая девочка Юй, разве ты не принесла сюда двух уток только что? Будут ли они готовы к полудню? С таким количеством людей, разделяющих несколько кусков утки раньше, этого не было даже достаточно, чтобы заполнить промежутки между моими зубами!”

Все остальные с презрением посмотрели на него: "Ты съел больше половины тарелки утки, но этого все равно не хватило, чтобы заполнить пустоты в твоем желудке? Насколько он велик?

Юй Сяокао улыбнулась и сказала: “Процесс приготовления соленой утки очень сложный и трудоемкий. Только на то, чтобы очистить и потушить утку, уходит от шести до восьми часов. Если мы начнем готовить ее сейчас, боюсь, нам придется подождать до вечера, чтобы съесть ее!”

- Медленная работа дает прекрасные продукты. Ага, этот старик может понять! Тогда давайте просто пообедаем и подождем до вечера, чтобы устроить пир! Маленькая девочка Юй, интересно, есть ли у этого старика возможность попробовать жареного цыпленка, лично приготовленного тобой?”

Все закрыли лица руками от стыда: - директор Юань! Великий Ученый Юань! Отец премьер-министра Юань! А ваш сын знает, что вы такой бесстыжий? - Бледное лицо Юань Юньси пылало, когда он посмотрел на Юй Сяокао извиняющимся взглядом.

Юй Сяокао чувствовала, что эта сторона директора Юаня была довольно сердечной. Она кивнула с улыбкой: “хорошо! У меня сегодня нет никаких дел, поэтому я помогу главному повару Вану сделать кое-какую работу на кухне, пока соленая утка будет готовиться! Третий молодой мастер Чжоу не забудь дать мне жалованье, ах! Моя почасовая зарплата очень высока!”

Увидев ее озорную улыбку, Чжоу Цзысу пошел вместе с ней и сказал: “нет проблем! С кулинарными навыками великого мастера Юй, независимо от того, насколько высока ваша почасовая заработная плата, это будет стоить того!”

Процесс приготовления соленой утки, естественно, не нуждался в подробном объяснении. Шеф-повар Ван и два его самых гордых ученика, Ян Фэн и Лю Би, стали лучшими учениками. С широко открытыми глазами и навостренными ушами они отчаянно желали запомнить каждую маленькую деталь действий Сяокао и все, что она говорила. Шеф-повар Ван боялся, что не сможет запомнить все, поэтому взял угольную ручку и бумагу и тщательно записал каждый шаг.

Во время засолки и тушения Юй Сяокао помогала готовить жареную курицу, не забывая при этом давать указания Ян Фэну и Лю Би, которые все еще были учениками. Ее объяснение было кратким и живым, что значительно облегчало понимание. В это время многие путаницы, возникшие у этих двух мужчин, быстро рассеялись.

Ян Фэн и Лю Би изначально с трудом понимали, как маленькая девочка в возрасте до десяти лет могла заставить своего учителя относиться к ней с таким большим уважением. Но в это время они уже восхищались ею от всего сердца. С точки зрения их действий и отношения, они уже обращались с ней, как будто она была их учителем.

Под руководством Юй Сяокао жареная курица, приготовленная Ян Фэном и Лю Би, как по внешнему виду, так и по вкусу достигла уровня мастеров. В будущем они могли бы приготовить вкусную жареную курицу без чьего-либо руководства, что было одной из вещей, которые они приобрели сегодня.

Процесс приготовления соленой утки был лучшим способом отразить оригинальный вкус утки. Способ приготовления был простым и естественным. Им просто нужно было слить жир и избавиться от рыбного запаха, сохранив при этом восхитительный мясной вкус и нежную текстуру. Грубо говоря, только процесс обжаривания соли и приготовления тушеного соуса был немного сложнее. Самой ценной вещью по-прежнему оставался секретный рецепт приготовления жареной соли и тушеного соуса. До тех пор, пока можно было бы овладеть ими, было бы нетрудно сделать соленую утку.

В сумерках, после того как процесс тушения был завершен, Юй Сяокао вскипятила воду в кастрюле и положила в нее одновременно имбирь, зеленый лук, бадьян, перец, кардамон и утку. Когда вода закипала, нужно было быстро регулировать огонь и помешивать кастрюлю. Несмотря на ее маленький рост, ее маленькие руки были похожи на тысячу рук Гуаньинь [1]. Она все еще казалась расслабленной и довольной, когда переворачивала семь или восемь уток одновременно.

На самом деле для Сяокао это было не так уж и важно. В прошлой жизни она сама без проблем готовила более двадцати уток, не говоря уже о семи-восьми.

После того, как семь или восемь соленых уток, над которыми работала Юй Сяокао, были готовы и находились в процессе естественного охлаждения, она изучила результаты шеф-повара Вана и его учеников. Она заметила, что самым талантливым был Лю Би. Это был его первый раз, когда он делал соленую утку, но он был опытным и непринужденным при приготовлении двух уток одновременно.

С точки зрения внешнего вида и вкуса соленые утки, которые он сделал, не были похожи на то, что они были сделаны новичком, который делал их впервые. Она считала, что после того, как он попрактикуется еще несколько раз и станет более ознакомленным с процессом, он сможет закончить обучение!

Вторым был шеф-повар Ван, который, в конце концов, был поваром-ветераном на протяжении десятилетий. В процессе приготовления соленой утки у него оставались некоторые преимущества.

Что касается Ян Фэна, то он был относительно слабее по сравнению с ним. Но он был более талантлив, чем Лю Би, в приготовлении жареной курицы. Каждый из них мог бы отвечать за одно блюдо и дополнять друг друга. Она должна была признать, что шеф-повар Ван был довольно проницательным, когда принимал студентов.

- Ну и как? Соленая утка уже готова? - Юань Синянь и его внук, который следовал за запахом, и молодой мастер Ву, который также останавливался в ресторане Чжэньсю, жадно смотрели на десятки соленых уток, выстроившихся в ряд. Они не могли удержаться, чтобы тайком не проглотить слюну.

Юань Синянь оглядел всех уток и улыбнулся, поглаживая бороду: “пусть этот старик догадается, какие из них сделала маленькая девочка Юй—эта, эта и… эта. Правильно ли угадал этот старик?”

Шеф-повар Ван восхищенно всплеснул руками и сказал: - Скажите, пожалуйста, как вы догадались?

- Те, что сделала малышка Юй, имеют более белую кожу, красное мясо и выглядят более блестящими. Эти две выглядели ближе всего к тем, которые сделала маленькая девочка Юй, но они не такие блестящие. Цвет не так однороден на этих двух, что должно быть результатом несогласованного движения при перемешивании. Что же касается оставшихся двух, хе! Этот старик не станет их комментировать! - Он определенно был достоин быть известным гурманом. Он еще даже не пробовал их, но уже мог указать на сильные и слабые стороны каждого, основываясь на внешнем виде уток.

Шеф-повар Ван и его ученики почувствовали озарение, и внезапно их осенило. Они сразу же запоминали свои собственные недостатки и делали все возможное, чтобы исправить их в частном порядке. Что же касается Ян Фэна, то он чувствовал себя несколько подавленным.

Нельзя терять веру в то, что они делают, иначе они ничего не добьются. Юй Сяокао поспешно достала жареную курицу, которую приготовил Ян Фэн, и попросила Юань Синяня раскритиковать ее.

Попробовав ее, Юань Синянь высоко отозвался о ней и похвалил: “как и ожидалось от создателя жареной курицы. Твои навыки превосходны.”

Оказалось, что он думал, что это сделала Юй Сяокао! Этого было достаточно, чтобы показать, что мастерство Ян Фэна в приготовлении жареной курицы намного превзошло его учителя.

Юй Сяокао посмотрела на Ян Фэна, который вновь обрел уверенность в себе, и хихикнула: “директор Юань, на этот раз вы ошибаетесь! Это не я приготовила эту жареную курицу. Ее сделал старший брат Ян Фэн! Похоже, старший брат Ян Фэн уже превзошел своего собственного учителя! Шеф-повар Ван, в будущем у тебя будет отличный помощник!”

Юань Синянь непрестанно кивал: “у каждого есть что-то, в чем он преуспевает. Шеф-повар Ван, у вас есть великие ученики-мы можем поесть сейчас? Мы съели простой обед в полдень, так что этот старик давно проголодался!”

Он действительно был обжорой, который упоминал слово "есть" через каждые три предложения!

Третий молодой Мастер Чжоу приказал кухне использовать все свои лучшие навыки и приготовить стол с хорошей едой. Конечно, они не оставили бы без внимания жареную курицу и соленую утку, которые лично приготовила Юй Сяокао.

В это время Юй Сяолянь тоже вернулась, забрав своего младшего брата из Академии. Маленький Шито, который за это время стал выше ростом, был одет в форму цвета морской волны начального класса Академии. Когда он приветствовал директора Юаня и его старшего брата, он действительно выглядел как красивый маленький ученый. Юй Сяокао посмотрела на очаровательного маленького Шито и не смогла удержаться, чтобы не взъерошить его волосы своими злыми когтями.

Маленький Шито увернулся, жалуясь, что его вторая сестра испортила ему прическу!

- Молодой господин Ву, окружной судья Ву зовет вас домой! - Официант ресторана "Чжэньсю", который был так занят, что его лоб был полон пота, подошел, чтобы доложить.

Молодой мастер Ву, Ву Цзыфань, закрыл лицо руками. Разве он уже не послал кого-нибудь доложить отцу? Он уже сказал ему, что остановился в ресторане Чжэньсю, чтобы попробовать их новое блюдо, так почему же он пришел искать его? - Подожди! Может быть его отец услышал о новом блюде ресторана Чжэньсю так что… Он никак не ожидал, что его обычно строгий отец тоже был обжорой.

Но когда он увидел, как директор Юань жадно уставился на соленую утку, то понял—все, кто выдавал себя за достойного джентльмена снаружи, на самом деле были обжорами внутри!

Когда вошел окружной судья Ву, он все еще держался как суровый отец. Свирепо уставившись на сына, его взгляд привлек ароматный жареный цыпленок и соблазнительная соленая утка на столе. Он, который обычно действовал строго, на этот раз даже не поздоровался с директором Юанем первым. Однако директор Юань был полностью сосредоточен на деликатесах на столе, поэтому он даже не заметил, что в отдельной комнате был еще один человек. Ай! Серьезно!

Излишне говорить, что роскошная еда на столе, особенно новая и вкусная соленая утка, была встречена единодушными аплодисментами. Два гурмана, окружной судья Ву и директор Юань, разделяли один и тот же интерес к еде и соперничали, чтобы увеличить интерес к своим любимым блюдам, сочиняя стихи для этого блюда.

После ужина директор Юань сосредоточился на оставшихся соленых утках. Он вообще не знал, что такое "вежливость", и прямо сказал: "маленькая девочка Юй, я возьму двух соленых уток, которые ты приготовила позже. Молодой парень из семьи Чжоу, пусть кто-нибудь соберет их для меня!”

Когда окружной судья Ву услышал это, он небрежно спросил, сколько уток сделала маленькая Мисс Юй. Получив ответ, он посмотрел на третьего молодого мастера Чжоу многозначительным взглядом: "Сяосю! Ты близкий друг моего сына, так что, может быть, тебе стоит что-нибудь предпринять?"

Не имея другого выбора, третий молодой Мастер Чжоу мог только позволить своему сердцу обливаться кровью и отдать четыре из оставшихся семи уток им двоим.

Юй Сяокао посмотрела на все это с удивлением и небрежно сказала: “соленая утка вкуснее всего на празднике середины осени каждый год, потому что утки делаются в сезон, когда распускаются цветы османтуса. Так, их еще называют: утка османтус.”

________________________________________

[1] Гуаньинь-бодхисаттва сострадания, также известная как богиня милосердия; тысяча рук символизирует многочисленные способности Гуаньинь помогать людям.

Глава 136 - возвращение поздно ночью

Глаза Юань Синяня загорелись, и он сказал: “Это хорошее имя. Это гораздо элегантнее, чем соленая утка! Давайте просто назовем это уткой османтуса! Примерно в середине осеннего фестиваля в этом году этот старик снова придет попробовать стряпню маленькой девочки Юй. Значит, решено!”

Юй Сяокао не знала, смеяться ей или плакать: "Директор Юань, кто вам обещал?" Да, она могла винить только себя за то, что была такой болтливой и в конечном итоге навлекла на себя "долг"!

Когда трое детей вышли из ресторана "Чжэньсю", солнце уже садилось на Западе. Третий молодой Мастер Чжоу был несколько обеспокоен и сказал: “уже довольно поздно. Вам, ребята, \ нужно идти по горной дороге на обратном пути в деревню Дуншань. Лучше переночевать в городе, а завтра вернуться!”

Юй Сяокао наотрез отказалась. Если ее любящий старый отец не увидит сегодня вечером своих детей, он будет ужасно волноваться. Ай! Одной из плохих вещей в древние времена было то, что общение было неудобным. Если бы был телефон, они могли бы просто позвонить, и все было бы улажено.

Видя, что она уже собралась уезжать, Чжоу Цзысу быстро забрал из конюшни свою любимую лошадь и настоял на том, чтобы отправить их домой. Старшему из троих братьев и сестер еще не исполнилось и десяти. Если по дороге они столкнутся с какими-нибудь неприятностями, им некому будет помочь. Он волновался!

Однако он также не принимал во внимание тот факт, что ему самому было всего тринадцать или четырнадцать лет. Чем он сможет им помочь? Но его беспокойство было очень трогательным.

Юй Сяокао несколько раз отказывалась, но она не могла победить решимость третьего молодого мастера Чжоу. Таким образом, повозка с ослом в сопровождении маленькой рыжей лошадки умчалась вдаль под бескрайнее красное небо. Силуэт выглядел очень гармонично, как будто это была пейзажная картина от руки…

Телосложение маленького Грея было преображено водой мистического камня. Теперь он был очень здоров, и его скорость не уступала маленькой рыжей лошадке, на которой сидел третий молодой мастер. Если бы Сяокао не укачало от тряски повозки, маленький Грей поехал бы еще быстрее.

Видя, что Сяокао, похоже, плохо себя чувствует, третий молодой Мастер Чжоу сказал с легким чувством беспокойства: “я уже зарезервировал для тебя резиновые колеса, и, по оценкам, это будет сделано к следующему месяцу. В это время ты уже не будешь чувствовать себя так неуютно, путешествуя на большие расстояния.”

- Большое спасибо, третий молодой господин! - Маленькое личико Юй Сяокао было мертвенно-бледным, а губы, казалось, потеряли все свои первоначальные цвета. Несмотря на то, что она чувствовала себя очень неловко, она была обеспокоена арбузными семенами: “третий молодой Мастер, в прошлый раз я попросила брата Сяодуо послать вам сообщение о том, чтобы помочь мне достать арбузные семена. Есть ли какие-нибудь новости?”

Чжоу Цзысу медленно кивнул и сказал: “в прошлый раз я видел его в садоводческом магазине в префектуре города. Так что не волнуйся! Когда это я откладывал твои просьбы? Когда семена прибудут, я попрошу Сяодуо привезти их тебе!”

В это время небо уже потемнело, и повозка тоже въехала на неровную горную дорогу. По обеим сторонам извилистой дороги росли высокие деревья и кустарники высотой с человека, из которых доносилось слабое кукареканье ночных птиц. В тихом и темном горном лесу он звучал особенно тоскливо и горько, отчего волосы вставали дыбом.

Старая резиденция семьи Юй находилась у подножия западных гор, поэтому они слышали крики всех видов птиц. Таким образом, они не были по-настоящему напуганы. Однако для третьего молодого мастера Чжоу все было по-другому. Когда это он ездил ночью в горный лес? Он явно нервничал из-за криков и воркования ночных птиц.

- Да не бойся ты. Это просто крик совы! Совы-полезные птицы, умеющие ловить полевых мышей! - Юй Сяолянь подавила смех и утешила третьего молодого мастера Чжоу, втайне смеясь над ним за то, что он был таким робким.

Чжоу Цзысу несколько пожалел, что не взял с собой подручного оружия. Если бы он взял с собой лук и стрелы, с которыми тренировался каждый день, он бы не боялся. Он посмотрел на темные тени деревьев, окружающих его, и почувствовал некоторый страх, когда спросил: “в этой горе... водятся ли волки?”

- Волки? Наверное. Но свирепые животные обычно прячутся глубоко в горах, если только это не год бедствия, и они не могут найти пищу. Они спускаются только для того, чтобы причинить вред жителям деревни, когда не могут найти пищу в горах. На этой дороге каждый день много пешеходов, так что, вероятно, тут не будет стаи волков или кого-то еще, появляющегося случайно. - Юй Сяокао успокоила его. В конце концов, он был всего лишь тринадцатилетним или четырнадцатилетним ребенком. Более того, он был молодым хозяином, который привык к тому, что его балуют и ведут неторопливую жизнь. Следовательно, не было ничего постыдного в том, чтобы бояться.

- Что это за яркое свечение впереди? Я слышал, что волчьи глаза светятся по ночам. Может быть... - Чжоу Цзысу втайне сглотнул слюну, и его руки, державшие поводья, слегка вспотели. Он огляделся в поисках дубинки или чего-нибудь такого, чем можно было бы защитить троих братьев и сестер.

Маленький Шито хихикнул и сказал: “старший брат Чжоу, ты когда-нибудь видел волка с одним горящим глазом? Разве это не одноглазый волк? Кроме того, волчьи глаза ночью становятся голубовато-зелеными. Свет впереди бледно-желтого цвета, значит, кто-то идет ночью с фонарем.”

- Это странно. Кто пойдет по дороге с фонарем в такую позднюю ночь? - Пробормотала себе под нос Юй Сяокао.

По мере того как ослиная повозка неуклонно продвигалась вперед, бледно-желтый свет становился все ближе и ближе. Человек с фонарем, казалось, услышал стук копыт лошади и грохот телеги и с легкой нерешительностью спросил: “Сяокао, это ты?”

-Отец? Вторая сестра, это голос отца! - Маленький Шито замолчал на мгновение, а затем весело воскликнул.

- Отец! Это мы! - Как будто она нашла спасение, Сяолянь громко крикнула в сторону света.

Повозка с ослом быстро прибыла к месту, где горел свет, и они увидели Юй Хая, держащего белый бумажный фонарь. Он остановился на обочине и облегченно вздохнул, словно избавился от чего-то, что давило ему на голову.

- Отец, зачем ты пришел? - Юй Сяокао подошла и подождала, пока Юй Хай заберется на тележку, прежде чем спросить.

Юй Хай пристально посмотрел на троих братьев и сестер и выругался: “зачем я пришел?! Посмотрите, сколько сейчас времени. Луна уже висит высоко над верхушками деревьев, а вас, ребята, все еще нет дома. Разве мы с вашей матерью можем не волноваться? Я думаю, что вы, ребята, слишком весело провели время в городе и забыли вернуться домой!”

Чжоу Цзысу поспешно объяснил: “дядя Юй, это была моя вина! Сякоао учила шеф-повара Вана и его учеников, как приготовить утку османтуса. Это заняло довольно много времени, так что они вернулись поздно. Если вам нужно, чтобы кто-то взял на себя ответственность, то я должен быть тем, кто виноват!”

Юй Хай был полностью сосредоточен на своих детях, так как боялся, что с ними что-то случилось, и поэтому он только что заметил, что третий молодой Мастер Чжоу сопровождает его детей. Он быстро выразил свою благодарность: “мы побеспокоили третьего молодого господина. Уже довольно поздно, так что возвращайся скорее!”

Чжоу Цзысу посмотрел на темную как смоль дорогу и согласился, но долгое время ему не хотелось оборачиваться. Увидев это, Сяокао повернулась к отцу и сказала: “Отец, третьему молодому мастеру потребуется больше двух часов, чтобы вернуться. Ночью темно и ветрено, так что это действительно довольно тревожно. Разве мы не почти дома? Почему бы нам не позволить ему остаться на ночь? Еще лучше будет, если завтра утром он отправится прямо из нашего дома в доки!”

Видя, что третий молодой Мастер Чжоу был ненамного старше своего старшего сына, Юй Хай действительно почувствовал некоторое беспокойство, увидев, что полувзрослый ребенок возвращается один. Поэтому он сказал третьему молодому мастеру: “третий молодой мастер, если ты не возражаешь, ты можешь остаться у нас на ночь. Что думаешь?”

- Большое спасибо, дядя Юй! Тогда я побеспокою вас, ребята! - Чжоу Цзысу благодарно улыбнулся Сяокао. Младшая сестра Сяокао действительно была очень внимательным человеком. Ее предложение было именно тем, на что он надеялся.

Пройдя этот участок горной дороги, можно было увидеть большое дерево на въезде в деревню Дуншань. Под деревом смутно виднелась темная фигура. Излишне говорить, что этой знакомой фигурой была мадам Лю, которая беспокоилась о своих детях.

Мадам Лю увидела, что третий молодой мастер был здесь, поэтому она не стала ругаться и только сказала с беспокойством: “вы, ребята, должны возвращаться раньше в будущем. Мы с вашим отцом так волновались, пока ждали вас!”

Юй Сяокао спрыгнула с повозки, потянула мадам Лю за руку и повела себя как избалованный ребенок: “Мама, ты можешь быть уверена, что этого больше не повторится!”

Когда они вернулись домой, горячая вода уже стояла на плите. После того, как третий молодой Мастер Чжоу и братья Юй закончили купаться, они смочили ноги в горячей воде и согрели свои тела.

В ту ночь третий молодой Мастер Чжоу, Юй Хай и Юй Хан спали на кровати Кан в главной комнате, в то время как госпожа Лю, Сяолянь, Сяокао и маленький Шито оставались в Восточной комнате. Маленький Шито запротестовал: “Мама, я тоже мальчик. Я хочу спать на одной кровати с отцом и старшим братом!”

- Мужчины и женщины не садятся за один стол после семи лет. Тебе всего шесть лет, так что не надо быть таким разборчивым. Поспеши и засыпай! - Юй Сяокао проигнорировала протест маленького Шито, сняла с него верхнюю одежду и затолкала его в одеяла. Маленький Шито выл и сопротивлялся, но был подавлен женщинами в семье.

По соседству, третий молодой Мастер Чжоу лежал на теплой кровати Кан, глядя на все в комнате через тусклую масляную лампу. Хотя дом был отремонтирован, он все еще выглядел старым и изношенным. Однако комната была обставлена просто и опрятно.

Слой обоев был наклеен на каменную стену, которая, казалось, вот-вот отвалится, рядом с кроватью Кан. Хлопок внутри матраса под ним уже затвердел, но его выстирали, пока он не стал чистым и свежим. Одеяло, которым он укрывался, было свежим. Оно было пушистым и мягким и имело тонкий аромат китайской медовой саранчи…

Чжоу Цзысу думал, что не сможет заснуть в другой обстановке, но он не ожидал, что через пятнадцать минут начнет чувствовать сонливость. Пока он был в полусне, он мог слабо слышать звук непринужденного храпа рядом с ним. Он не чувствовал, что здесь шумно, и вместо этого спал еще более уютно.

С самого рождения ему всегда не хватало отца. Если бы в его жизни был отец, был бы он таким же, как отец Сяокао, и любил бы его от всего сердца? Храпел ли он так же во сне?

Чжоу Цзысу проснулся от веселого пения птиц. Когда он впервые открыл глаза, то, казалось, забыл, где находится, и выглядел несколько растерянным.

- Пфф ... - он внезапно проснулся от девичьего смеха.

Когда он поднял глаза и увидел, что Сяокао стоит у двери и улыбается, он слегка запаниковал и поспешно завернулся в одеяло.

- Почему ты прячешься? Ты же не голый… Ай-йо! Мама, почему ты меня ударила? - Юй Сяокао испытывала горе после радости. Она схватилась за голову и обиженно надула губы.

Госпожа Лю постучала себя по голове, словно сожалея, что ее дети не оправдали ее ожиданий. “Ты только посмотри на себя! Это то, что должна говорить девушка? Ты не боишься, что третий молодой хозяин будет смеяться над тобой?! Думаю, тебе следует перестать так много гулять и научиться хорошим манерам.”

- Мама, третий молодой господин не чужой. Разве я не могу пошутить с ним? Зачем поднимать такой шум? - Юй Сяокао моргнула своими невинными глазами и сделала все возможное, чтобы выглядеть милой.

Чжоу Цзысу вступился за нее: “тетя, младшая сестра Сяокао еще молода. Кроме того, нынешний император предложил улучшить положение женщин. Так что в столице есть даже женская академия. В наши дни женщинам не рекомендуется оставаться дома весь день.”

- Девочки тоже могут ходить в школу? Позже давайте отправим Сяокао и Сяолянь учиться в школу. Наша Сяокао очень умна, так что, может быть, она сможет сдать экзамен и стать женщиной-ученой округа! - Юй Хай захохотал с гордым выражением на лице.

Мадам Лю сердито посмотрела на него: “Ты, почему ты тоже создаешь проблемы? Третий молодой мастер говорит о столице. Где в нашем маленьком городке Тангу есть женская академия? Девушке достаточно узнать несколько слов. Какой смысл им учиться в школе?”

Глава 137 - убеждение

- Мама! У тебя действительно феодальный образ мыслей, как у старого чудака! - Юй Сяокао показала матери язык.

Мадам Лю продолжала свирепо смотреть на нее: “тогда ты не должна есть завтрак, который приготовил этот старый чудак, оставайся голодной!”

- Мама, я была неправа! Мама-самая добрая, самая красивая и самая лучшая мать в мире. - Скорбно воскликнула Юй Сяокао, кружа вокруг госпожи Лю, словно она была живым маленьким кроликом. Со стороны Юй Хай с удовольствием наблюдал за ее выходками.

Чжоу Цзысу смотрел на всю эту сцену с некоторой завистью. Если бы он тоже родился в таком любящем доме, даже если бы семья была более бедной, он все равно был бы невероятно счастлив...

- Сяокао дома? - Из-за стен донесся хрипловатый молодой голос. Тут же в проеме ворот появилась высокая фигура, одетая в простую черную одежду.

Юй Хай увидел парня первым и радостно приветствовал его: “О, это Чжао Хань! Быстро входи! Цаоэр, перестань дразнить свою мать и подойди. Чжао Хань ищет тебя!”

- Брат Хань? Нужно ли ехать в префектуру города, чтобы доставить диких гусей? Я пойду на задний двор и захвачу их для тебя. - Еще оставалось некоторое время до крайнего срока для запроса префектурного магистрата о его сыне. Оба диких гуся жили в доме Сяокао, и она кормила их мелкой рыбой, креветками и водой из мистического камня каждый день. Теперь они были еще толще, чем когда их поймали в первый раз. Кроме того, их перья были гладкими и светились здоровьем, поэтому они казались гораздо более живыми и энергичными.

Чжао Хань поздоровался с Юй Хаем и его женой, а затем улыбнулся Сяокао: - Завтра мы начнем готовиться к поездке в город префектуры. Моя семья не очень хорошо воспитывает животных, так что давай не будем связываться с этими двумя дикими гусями. Для них будет лучше провести лишний день у вас дома!

Юй Хай наблюдал, как его дочь болтает с Чжао Хань, и тихо сказал госпоже Лю: “Чжао Хань, этот ребенок, всегда обращался с людьми вежливо. Совершенно очевидно, что невестка Чжао знает, как воспитывать детей. Муюнь, тебе не кажется, что Чжао Хань относится к нашей младшей дочери немного по-другому? Наша семья и семья старшего брата Чжао, возможно, мы могли бы укрепить наши связи браком…”

- Не рассуждай напрасно! Цаоэр еще молода, и кто знает, каким будет будущее? Это прекрасно, что ты можешь говорить об этом при мне, но ты абсолютно не можешь позволить кому-либо еще услышать этот разговор. Это погубит репутацию нашей дочери!”

Мадам Лю тоже нравился Чжао Хань. Однако, согласно ее интуиции, у нее было чувство, что семья Чжао не была из скромного происхождения, особенно госпожа семьи. Каждое ее движение косвенно свидетельствовало о том, что у нее было благородное происхождение, поэтому мадам Лю было очевидно, что все не так просто. Если ее догадка была верна, то семья Чжао имела экстраординарное происхождение и не была той, с которой их семья Юй могла бы породниться.

Чжоу Цзысу, который только что вышел из комнаты, сумел подслушать слова Юй Хая, и ему стало немного не по себе. Взгляд его глаз, когда он осматривал Чжао Ханя, стал немного обиженным. - Он всего лишь из семьи охотника. Независимо от того, сколько у него образования или манер, он все равно грубый человек. Как он может быть хорошей парой для младшей сестры Сяокао?

Все еще незрелый юноша истолковал дискомфорт в своем сердце как желание защитить младшую сестру. В глазах Чжоу Цзысу младшая сестра Сяокао была даже более драгоценной, чем эти так называемые юные леди из богатых семей города!

Чжао Хань краем глаза заметил Чжоу Цзысу и не знал, что думать об этом молодом господине из семьи Чжоу. Почему он остался гостем у семьи Юй? Однако он сдержал эти вопросы в своем сердце. Вместо этого он кивнул и вежливо улыбнулся третьему молодому мастеру Чжоу. Неожиданно он получил полный неприязни взгляд от другого юноши. Чжао Хань почувствовал себя еще более озадаченным внутри: "разве я когда-нибудь оскорблял третьего молодого господина Чжоу? Ах, трудно понять мысли молодого господина из богатой семьи!

Чжао Хань предложил маленькую косулю, которая была у него на руках, и вздохнул: “разве я не говорил, что моя семья не подходит для выращивания животных? Крошка был у моей семьи совсем недолго и стал таким вялым. Мы позаботились о том, чтобы предложить ему лучший корм, но он, кажется, не хочет его есть! Просто посмотри, он стал таким тощим, что можно увидеть его ребра.”

- Крошка? Неужели Тайни заболел? - Маленький Шито вышел с заднего двора и почувствовал боль в сердце при виде вялой маленькой косули.

Когда он увидел своего товарища по играм, крошка, казалось, стал более энергичным и использовал свою голову, чтобы потереться об руку маленького Шито. Пара больших и прозрачных глаз жалобно смотрела на Юй Сяокао, как будто пытаясь сказать: “я больше не буду есть зеленые овощи, пожалуйста, позволь мне вернуться…”

Да, именно так! Эта маленькая косуля не могла удержаться от того, чтобы съесть соблазнительные зеленые овощи, которые были политы водой из мистического камня. Когда семья не углядела, он съел целый участок зеленых овощей и был изгнан Юй Сяокао в семью Чжао Ханя. Поскольку Сяокао торжественно возложила на него эту задачу, Чжао Хань сделал все возможное, чтобы хорошо заботиться о маленькой косуле и даже купил для нее корм самого высокого качества.

Однако косуля с каждым днем становилась все меньше. Если пройдет еще семь-восемь дней, он уже не сможет ходить, не спотыкаясь. Если он не вернется домой, то он боялся, что в следующий раз, когда Юй Сяокао увидит оленя, она увидит только крошечный трупик…

После того, как она увидела текущее состояние маленького животного, Юй Сяокао почувствовала, как ее сердце смягчилось, когда она погладила голову маленького существа. - Значит, в будущем ты не будешь есть овощи? Обязательно помни, что ты абсолютно не можешь прикоснуться ни к чему, что растет на полях. Ты это понял?

Маленькая косуля сделала вид, что все поняла, что она говорит, и весело закивала головой. Он быстро стал гораздо более энергичным. Юй Сяокао рассмеялась и пожурила ее: “ты хитрая маленькая кроха! Ты знаешь, как навредить себе, чтобы завоевать симпатию людей, а! Ты действительно стала более разумной.”

Когда Чжоу Цзысу увидел, как Сяокао ярко улыбается и на ее щеках появляются ямочки, когда она разговаривает с Чжао Ханем, неприятное чувство в его сердце усилилось. Он подбежал и вмешался: “эта маленькая косуля выглядит очень умной!”

Услышав, как маленькая косуля получает комплимент, маленький Шито почувствовал, что вместо этого ему делают комплимент. Он гордо поднял грудь и сказал: “Тайни очень хорошо себя ведет и никогда не гадит. Он даже может понимать, что мы говорим!”

Чжоу Цзысу продолжал хвалить маленькую косулю. Пока другие люди разговаривали, Юй Сяокао вымыла несколько овощей и сняла несколько листьев, прежде чем посыпать их водой из мистического камня. Маленькая косуля неотрывно смотрела на листья и имела совершенно прожорливое выражение лица.

Юй Сяокао велела маленькому Шито положить зверька на землю. Маленькая косуля сначала посмотрела на нее и только после того, как получила ее одобрение, бросилась к овощным листьям и радостно их съела. Пока он ел, его мохнатый хвостик радостно махал, а оба уха подергивались. Это выглядело невероятно очаровательно!

- Брат Хань, когда мы завтра поедем в префектуру, дядя Чжао тоже поедет? - Тихо спросила Юй Сяокао, стоя рядом с Чжао Ханем и наблюдая, как ест косуля.

Чжао Хань улыбнулся и кивнул головой: - Город префектуры находится слишком далеко отсюда, так что мой отец не думает, что мне безопасно идти одному!

Юй Сяокао поджала губы и ответила с некоторой завистью: “я никогда не была в городе префектуры...”

Чжао Хань, очевидно, услышал намек в ее словах и мягко посмотрел на нее: - Я мог бы поговорить с дядей Юй и узнать, не могла бы ты тоже поехать с нами в город префектуры?

Глаза Юй Сяокао загорелись, и она украдкой взглянула на Юй Хая, который собирал овощи с полей. Она тихо ответила: “Ты думаешь, это сработает? Город префектуры так далеко отсюда, что мы не сможем вернуться в тот же день. Мой отец определенно не согласится на это.”

Чжоу Цзысу чувствовал себя довольно обиженным из-за того, что Чжао Хань "похитил" Юй Сяокао. Он нахмурился и серьезно вмешался: “брат Чжао, младшая сестра Сяокао не связана с тобой кровным родством. Хотя она молода, она все еще девушка и не подходит для того, чтобы проводить ночь вдали от дома.”

Услышав эти слова Чжоу Цзысу, Сяокао сразу же почувствовала, что ее надежды стали еще более неопределенными. Она недовольно надула губы.

Чжоу Цзысу попытался утешить ее: “у моей семьи есть небольшая резиденция в префектуре, и ремонт там почти закончен. Я могу отвезти вас в город префектуры, чтобы поиграть, и найти хорошее место для открытия филиала ресторана "Чжэньсю".”

Улыбка осталась на лице Чжао Ханя, но выражение его глаз, когда он посмотрел на Чжоу Цзысу, заметно остыло: “пожалуйста, прости за мой вопрос, но если Сяокао не подходит для того, чтобы поехать с нами в префектуру, то почему нормально-поехать туда с тобой? У тебя может быть резиденция в городе, но это не дом семьи Сяокао. Если она останется там, разве это не будет то же самое, что провести ночь вдали от дома?”

- Ты! Сяокао похожа на мою младшую сестру, она не чужая! - Чжоу Цзысу не поддавался запугиванию.

- Пффф, почему я никогда не слышал, чтобы у дяди Юй был еще один сын? - Яростно возразил Чжао Хань.

- Ты... какой абсурд! - Сердито ответил Чжоу Цзысу.

- Это ты ведешь себя совершенно неразумно! - в словах Чжао Ханя было много гнева.

Юй Сяокао наблюдала, как два мальчика продолжают спорить, и чувствовала, что это довольно забавно. Она не могла не рассмеяться. Оба юноши посмотрели на нее. Она махнула рукой и сумела подавить хихиканье: “вы, ребята, продолжайте, просто игнорируйте меня!”

Чжоу Цзысу и Чжао Хань молча смотрели друг другу в глаза. Ради кого они спорили?

Когда Юй Сяокао заметила, что двое молодых людей наконец-то смогли успокоиться, она произнесла свою последнюю мольбу: “отец, я хочу завтра поехать в город префектуры с дядей Чжао и братом Хань. Может быть, я придумаю новый способ заработать деньги по пути?”

Юй Хай услышал ее мольбу, но прежде чем он успел ответить, мадам Лю вмешалась, чтобы выразить свои мысли: “Неужели тебе недостаточно города, чтобы ехать в префектуру? Чтобы добраться туда пешком, нужно несколько дней. Это уже довольно утомительно для твоего дяди Чжао, и ты хочешь, чтобы он заботился еще и о тебе, маленькой девочке? Я категорически отказываюсь давать разрешать!”

На лице Юй Хая было выражение "я ничего не могу сделать". Он сказал: “Твоя мать права! Наша семья не настолько бедна, чтобы у нас не было выбора. Нам не нужно посылать тебя, маленькую девочку, в город префектуры, чтобы найти работу. Расслабься немного, твой отец все еще здесь!”

Чтобы вытащить их из нищеты, маленькой девочке, не достигшей десятилетнего возраста, пришлось готовить тушеную пищу, продавать свои рецепты и даже придумывать способ заставить овощи расти быстрее. Она была так занята, что растягивалась, как резиновая лента. Он действительно боялся, что она может сломаться под всем этим давлением.

Теперь их семья могла продавать тушеную пищу и овощи, чтобы иметь стабильный доход и некоторые сбережения. Они даже были на грани покупки нескольких магазинов, так что их больше не считали бедными. Таким образом, им действительно нужно было дать его дочери немного отдохнуть.

- Но, отец... Я действительно хочу поехать в город префектуры, чтобы стать более опытной и знающей! - Юй Сяокао сделала все возможное, чтобы использовать каждый трюк в своей книге, чтобы вести себя как избалованный ребенок. Она знала, что ее отец был особенно уязвим для подобных методов.

Конечно же, сердце Юй Хая смягчилось. Он тайком подошел к своей жене и тихо сказал: “Муюнь, сам доктор Сун сказал, что наша Сяокао-не обычный человек с обычной судьбой. Ей всего девять лет, а она уже заработала почти две тысячи таэлей. В будущем она, безусловно, будет еще более процветающей. Как ее родители, даже если мы не можем быть в состоянии помочь много, мы абсолютно не можем тянуть ее вниз!”

- Что ты имеешь в виду, говоря, что у нее не обычная судьба? Не забывай, что Сяокао-девушка, и в будущем ей нужно будет обязательно выйти за кого-нибудь замуж! Если бы она была мальчиком, то я, как ее мать, непременно поддержала бы ее! - Госпожа Лю все еще верила в старые традиционные ценности, такие как "добродетель женщины-не иметь таланта". Она считала, что девочки должны проводить больше времени дома, занимаясь рукоделием, ведя хозяйство и тому подобное, но не было смысла проводить слишком много времени на людях.

Когда Чжоу Цзису увидел, что Сяокао вот-вот заплачет, он тут же забыл о своем прежнем положении и поспешно вмешался: “тетя, ваши убеждения немного устарели! Для женщин больше не считается постыдным выходить из дома и заниматься бизнесом. Например, сама Цзян Синянь основала магазин "изысканная одежда", который известен всем в столице. Даже знатным дамам в столице трудно заставить ее сшить им одежду, которая была лично разработана и сшита ею. На самом деле, все императорские супруги императора хотят, чтобы она создала для них одежду! Я верю, что будущие достижения Сяокао абсолютно не будут уступать достижениям Цзян Синянь! Она может быть только лучше!”

Глава 138 - планы улажены

Юй Сяокао украдкой бросила на Чжоу Цзысу взгляд, говоривший: "ты все делаешь правильно!" - и продолжила отстаивать свою точку зрения. Ее большие глаза казались более невинными и жалкими, чем у маленького олененка, так что любой, кто смотрел на нее, чувствовал, как его или ее сердце смягчается.

- Третий молодой господин, вы говорите правду? Действительно ли родители Цзян Синянь позволяют ей выходить и показывать свое лицо на публике? - Его слова несколько убедили госпожу Лю.

Чжоу Цзысу поднял бровь, глядя на Чжао Ханя, а затем продолжил: “наш нынешний император выступает за повышение статуса женщин в обществе. Я слышал, что после того, как Цзян Синянь прославилась своими подвигами, сам император даже похвалил ее такими словами: "женщины так же способны, как и мужчины, во всем, что они делают". Родители Цзян Синянь тоже были похожи на тетю в самом начале и не поддерживали ее. Однако после того, как она получила одобрение императора, они медленно начали меняться и больше не пытались остановить ее. Теперь мать Цзян Синянь даже поможет справиться с некоторыми задачами в своем магазине, когда у нее будет больше работы, чем она может сделать!”

- Но, если молодая девушка проводит все свое время на людях, как у нее могут быть какие-то перспективы замужества в будущем? - Это было то, о чем мадам Лю беспокоилась больше всего.

Чжоу Цзысу усмехнулся: “вам не нужно беспокоиться об этом. С нынешней репутацией Цзян Синянь есть люди, которые выстраиваются в очередь за дверью, прося жениться на ней. Я даже слышал, что старший сын нынешнего премьер-министра, который также является старшим внуком основателя городской Академии Жунсюань, обожает Цзян Синянь за ее таланты и способности. Он даже нашел кого-то в качестве свахи, и ходят слухи, что они очень близки к объявлению о помолвке!”

- Кто-то, кто зарабатывает на жизнь продажей своей работы, ведет переговоры о женитьбе на сыне премьер-министра? Ты пытаешься обмануть тетушку? - Мадам Лю чувствовала себя так, словно слушала какую-то мифическую историю, и ей было невероятно трудно в это поверить.

- Если вы мне не верите, то спросите других! Теперь все столичные дворяне больше не хотят найти невестку из богатой семьи, которая следует трем нравам и четырем добродетелям. Вместо этого они хотят найти женщину талантливую, уверенную в себе и стремящуюся к постоянному самосовершенствованию. Сам император сказал: "по-настоящему красивая женщина-это та, которая уверена в себе и независима"!

Когда Юй Сяокао услышала, как Чжоу Цзысу описывает менталитет нынешнего императора, она восхитилась и почувствовала крайнее любопытство к этому товарищу-трансмигратору, который сидел наверху. В стране, которая уже пережила захват трона у Цзэтянем династии Тан, тот факт, что он был готов поднять статус женщин в обществе и защищать права женщин, действительно означал, что он может столкнуться с жесткой оппозицией!

Чжоу Цзысу продолжал убеждать ее: “тетя, с способностями Сяокао и еще несколькими годами она абсолютно может стать одним из лучших кулинарных талантов в стране! Цзян Синянь сумела завоевать страну своими способностями к вышивке и дизайну, но у Сяокао достаточно талантов, чтобы тоже прославиться. Тетя, вы абсолютно не можете ограничивать младшую сестру Сяокао в таком маленьком городке, как Тангу. Разве это не разрушит ее потенциал стать знаменитым шеф-поваром?”

Госпожа Лю не могла отличить север от юга, услышав убедительные аргументы Чжоу Цзысу. Она нерешительно посмотрела на мужа и тихо сказала: - Как насчет того, чтобы завтра сопроводить Цаоэр в город префектуры?

- Спасибо тебе, мама! Мама, ты самая лучшая! Я люблю тебя больше всех!!! - Сяокао обезумела от радости. Она бросилась к госпоже Лю и несколько раз поцеловала ее в лицо.

Госпожа Лю была застигнута врасплох и упала на землю в огородное поле, раздавив несколько головок листового салата! Она наполовину рассмеялась, наполовину упрекнула дочь: “дитя, что свело тебя с ума? Быстро вставай!”

Со стороны Юй Хай почувствовал прилив ревности: “только твоя мать самая лучшая? А как же я, твой отец, разве я больше не хорош? Не забывай, что завтра твой старик будет кропотливо сопровождать тебя в город префектуры!”

Юй Сяокао немедленно изменила свою цель и успокоила ревнивого отца: “Отец тоже самый лучший! Сяокао действительно слишком повезло иметь лучших в мире родителей!”

- Такая подхалимка! - Кисло заметил маленький Шито. У него было всего два дня перерыва, так что он упустил свой шанс поехать в город префектуры.

Юй Хан неторопливо подошел к младшему брату и потер его маленькую головку: “в будущем, когда ты сдашь экзамены на уездный уровень и тебе нужно будет сдавать экзамены на провинциальный уровень, у тебя будет возможность поехать в префектурный город. Если ты чувствуешь зависть прямо сейчас, то используй свои собственные усилия для достижения своих целей!”

Маленький Шито сжал руки в кулаки и твердо заявил: “старший брат! Экзамен в префектуре-не моя конечная цель. Моя конечная цель-попасть на экзамены императорского двора! Я обязательно заставлю своих родителей и вторую сестру гордиться мной!”

- Да, старший брат верит в тебя! Не дави на себя слишком сильно, пока ты делаешь все возможное, тогда у тебя не будет никаких сожалений! - Юй Хан не хотел, чтобы его младший брат потерял свое невинное сердце из-за того, что бросился в учебу. В дополнение к повышению его уверенности, Юй Хан также хотел дать маленькому парню немного тепла.

Это был первый раз, когда Чжоу Цзысу и Чжао Хань увидели, как Юй Сяокао раскрыла свою детскую сторону. Они оба думали, что это было мило, и не могли не показать одновременно нежные улыбки.

- Сяокао, дядя Юй, вы действительно завтра пешком пойдете в префектуру? Даже если вы пойдете целый день без отдыха, вы не сможете добраться туда до темноты. Сможет ли младшая сестра Сяокао выдержать такое путешествие?

Сяокао испугалась, что ее отец снова поймет, что ей не следует идти, и поспешно ответила: “У нас есть маленький Грей! Для него не должно быть проблемой довезти нас четверых в повозке!”

Чжао Хань не мог не усмехнуться, увидев нетерпеливое выражение лица Сяокао: “у моей семьи дома есть две лошади. Если дядя Юй умеет ездить на лошади, то мы с отцом можем взять одну, а дядя Юй и Сяокао-другую.”

- Ух ты! У брата Ханя дома есть лошади? Целых две? Семья брата Ханя действительно богата, ах! - Поскольку начало династии произошло после долгой и продолжительной битвы, цена за лошадь росла без остановки. Это означало, что для среднестатистической семьи покупка лошади была похожа на покупку нового автомобиля в наше время. Самая дешевая и самая обыкновенная лошадь на рынке стоила бы не меньше сотни таэлей.

Юй Хан легонько постучал младшего брата по голове и улыбнулся: - Это не значит, что наша семья не может позволить себе купить лошадь сейчас, но это больше похоже на то, что нам она не нужна! После того, как ты сдашь экзамены на уровне округа, мы купим тебе одну!

Возможно, это было связано с темпераментом мальчика, но маленький Шито всегда любил лошадей, даже когда был очень маленьким. После того, как он услышал предложение своего брата, его глаза загорелись: “старший брат, это обещание? Но разве деньги нашей семьи сейчас не в руках второй сестры?”

Юй Хан ущипнул мальчика за щеку и обнаружил, что это очень приятно. Неудивительно, что его младшей сестре так нравилось трепать за щеки этого малыша! Он перестал щипать после того, как маленький Шито запротестовал, и уверенно ответил: “После того, как я полностью выздоровею, я также помогу семье зарабатывать деньги. Неужели ты думаешь, что твой старший брат не сможет накопить достаточно денег, чтобы купить тебе лошадь к тому времени, как ты сдашь экзамены?”

Маленький Шито помнил, что его старший брат всегда был надежен и никогда не обещал больше, чем мог дать. - Старший брат, я верю в тебя! Тогда я просто подожду, пока ты не купишь мне лошадь!

С другой стороны, Юй Сяокао все еще вела переговоры о том, как им добраться до города префектуры. Чжоу Цзысу несколько обеспокоенно посмотрел на Юй Хая и сказал: “дядя Юй говорит, что умеет ездить верхом, но так как он не часто этим занимается, то у него нет практики. Если Сяокао тоже поедет с ним, это будет не очень безопасно, особенно для такого долгого путешествия, верно?”

У Чжао Ханя, по-видимому, тоже были некоторые опасения. Он немного подумал, прежде чем предложить: - Как насчет того, чтобы встать пораньше и поехать на лошадях в город? Разве по утрам в городе не бывает конных повозок, которые едут в префектуру? Все тележки имеют резиновые колеса, поэтому Сяокао также было бы удобнее сидеть.

- А еще я могу поехать верхом на маленьком Грее! Маленький Грей очень хорошо себя ведет и к тому же быстро ходит! - Обычно, когда не происходило ничего важного, Сяокао и маленький Шито забирались на спину маленького Грея и позволяли ослу пару раз пробежаться по горным дорогам.

Хотя Чжоу Цзысу не был полностью доволен этой идеей, он все же уважал выбор Сяокао. - Дядя Юй, - обратился он к Юй Хаю, - вы должны поехать туда на моей лошади! Мама специально выбрала для меня более послушную лошадь. Таким образом, вы все можете иметь по одной лошади, и это будет проще.”

- Ладно! Давай просто сделаем так! - Юй Сяокао бодро принялась за приготовления. Затем она сразу же начала планировать, что ей нужно взять с собой в поездку. - Нам нужно взять немного воды, сухой паек и тому подобное. Нам совершенно необходимо взять с собой немного денег на дорожные расходы, и это не должно быть слишком мало...

- Сяокао, ты собираешься привезти этот женьшень на продажу? - Женьшеню, который нашел маленький Клецка, должно быть, было по меньшей мере пятьсот лет, и он стоил довольно много.

В префектуре было много богатых людей, так что найти покупателя было нетрудно. Однако вполне можно было стать мишенью для некоторых более беспринципных людей. Хотя Чжао Хань был уверен в том, что он и его отец способны отбиться от некоторых мелких воров, он боялся, что Сяокао может испугаться такой ситуации. Она всегда была слабой. Испуг вызовет у нее только проблемы.

- Женьшень? Что за женьшень? - Не удержавшись, спросил Чжоу Цзысу, увидев торжественное выражение лица Чжао Ханя.

Сяокао небрежно ответила: “В последний раз, когда я была в горах, мне удалось выкопать женьшень, который находится на старой стороне. Я планирую продать его за деньги.”

- Если это очень старый женьшень и ты не нуждаешься в деньгах, я советую оставить его себе. В будущем это послужит гарантией от плохой ситуации. В конце концов, старый Женьшень-это предметы, которые можно только случайно найти, но нельзя купить в таком месте, как город Тангу. - У Сяокао и ее матери были слабые иммунитеты. Имея старый женьшень дома, если случится что-то плохое, он может помочь.

Чжао Хань одобрительно кивнул головой: “я тоже считаю, что это лучший способ! В конце концов, это женьшень, которому более пятисот лет…”

- Женьшень, которому по меньшей мере пятьсот лет? Ты хочешь его продать? Ты глупая или сумасшедшая?? Держи его у себя, ты должна оставить его!! Знаешь ли ты, что Медицинский центр Тонгрен в городе, который является очень большой аптекой, редко видит столетний женьшень, не говоря уже о женьшене, которому по крайней мере пятьсот лет? Если тебе нужны деньги, то попроси у меня! Ты абсолютно не можешь продать этот женьшень!

Когда Чжоу Цзису услышал, сколько лет женьшеню, он чуть не взорвался от изумления. Для такой семьи, как его, которая накапливала сокровища в течение нескольких сотен лет, в их кладовой был только один женьшень, которому было более пятисот лет. Если бы они не отрезали несколько кусочков от женьшеня, чтобы сварить лекарство от самой последней болезни, которая была у его деда, то пожилой человек, возможно, не выжил бы! Женьшень, которому было по меньшей мере пятьсот лет, даже те, у кого были деньги, не могли найти его на рынке, и они хотели продать его? Это было бы поистине астрономическое расточительство!

- Мы не собираемся его продавать, ясно? Почему вы сейчас так взволнованы? - Юй Сяокао мысленно закатила глаза. Однако лучше было оставить его себе! Хотя в настоящее время у нее был маленький божественный камень в качестве туза в рукаве, он, вероятно, восстановит всю свою духовную энергию в один прекрасный день и уйдет. Без ее благочестивого обмана этот старый женьшень может быть тем предметом, который может спасти всю ее семью.

Договорившись с Сяокао и ее отцом о завтрашнем отъезде, Чжао Хань попрощался и ушел. Ему также нужно было вернуться домой, чтобы подготовиться к поездке в город префектуры.

Что же касается третьего молодого господина Чжоу, то после простого, но вкусного завтрака в резиденции Юй он сел на повозку с ослом вместе с Юй Хаем, который направлялся в доки продавать тушеную пищу. Когда они добрались до доков, он направился прямо на строительную площадку фабрики устричного соуса в доках. В самый ответственный момент он совершенно не почувствовал бы облегчения, если бы не был там и не контролировал все сам!

В это время конные повозки семьи Яо и ресторана Чжэньсю прибыли в резиденцию семьи Юй. Помидоры, которые все когда-то отвергали, теперь стали их самым популярным продуктом.

Помидоры, которые были политы водой из мистического камня, были невероятны. Независимо от того, ели ли их сырыми, жареными, тушеными в супах, все они были восхитительны на вкус. Когда их ели сырыми, они были освежающе сладкими и кислыми, с большим количеством сока. Они не только утоляли жажду, но и обладали восхитительной текстурой. Будучи приготовленными, они были очень универсальны и могли использоваться во множестве блюд. Некоторые примеры включали: жареные помидоры с омлетом, помидоры, жареные с тофу, помидоры, жареные с рисовыми лепешками, помидоры, тушеные с грудинкой, Юй Сяокао могла приготовить более десяти блюд с помидорами, которые все имели разные вкусы.

Глава 139 - город префектуры

Юй Сяокао научила ресторан Чжэньсю готовить помидоры несколькими способами. Тем самым ей удалось привлечь в ресторан множество неожиданных клиентов. Чем реже что-то встречается, тем больше его ценность. Естественно, помидоры семьи Юй продавались по очень дорогой цене, почти на уровне некоторых чрезвычайно редких фруктов. Небольшой участок помидоров семьи Юй помог им заработать довольно много денег.

Хотя сейчас был регулярный сезон для продуктов, чтобы выйти на рынок, овощи семьи Юй превосходили не только по вкусу, но и по свежести по сравнению с другими предложениями. Следовательно, несмотря на то, что продукция семьи Юй была немного дороже, чем у других людей, семья Яо и ресторан Чжэньсю все еще покупали исключительно у них.

Конечно, теперь, когда наступил сезон, овощи стали намного дешевле, чем в начале весны. Времена продажи овощей по цене выше, чем свинина, давно прошли!

Когда первые лучи утреннего солнца осветили вершину Западной горы, птицы, все еще сидевшие в своих гнездах, начали щебетать и петь. Юй Сяокао сознательно выползла из постели, чтобы умыться. Маленький Шито съежился под одеялом и с завистью наблюдал за ней.

- Если тебе что-то нужно, старшая сестра купит это для тебя в префектуре! - Юй Сяокао сказала маленькому Шито сестринским тоном.

Маленький Шито подумал немного, а затем покачал головой: “Я ничего не хочу, не нужно тратить деньги на закуски или игрушки. Если есть какие-нибудь дешевые канцелярские товары, такие как кисти и бумага, купи несколько для меня. Я чувствую, что моя каллиграфия, по сравнению с другими студентами в моем общежитии, менее элегантна.”

- Студенты, которые делят с тобой комнату, либо из ученых, либо из богатых семей. По большей части они, вероятно, начали учиться и практиковаться в возрасте трех лет. Сколько тебе было лет, когда ты взял в руки кисть? Это не стыдно, что ты немного отстаешь от них! - Юй Сяокао считала, что наличие соревновательного духа не было плохой вещью, но одержимость получением первого места тоже не была хорошей.

Маленький Шито перевернулся на кровати и весело заметил: “я не сравниваю себя с другими людьми. Учитель также сказал, что наличие изящного почерка будет очень полезно для меня, когда я буду сдавать экзамены в будущем. Я начал позже, чем другие, поэтому мне действительно нужно много работать, чтобы наверстать упущенное. Если стационарные товары дешевле в префектуре города по сравнению с городом, то, пожалуйста, воспользуйся этой возможностью! Тебе не нужно тратить деньги из семейного бюджета, у меня более чем достаточно карманных денег, чтобы покрыть расходы!”

С тех пор как маленький Шито отправился в город учиться, Сяокао не переставала давать ему карманные деньги. Каждую неделю он получал от тридцати до пятидесяти медных монет на карманные расходы. Однако малыш был бережлив и терпеть не мог тратить деньги. Вместо этого он скопил их, чтобы купить кисти, чернила и бумагу. Однако его вторая сестра была слишком задумчива, и он никогда не испытывал недостатка в таких вещах. Таким образом, в его маленьком кошельке теперь было больше нескольких сотен медных монет.

Юй Сяокао подошла, ущипнула себя за маленькое личико и ухмыльнулась: “возьми несколько монет, которые у тебя есть в кошельке, и купи на них что-нибудь перекусить! Тебе не нужно беспокоиться об этом. В конце концов, у тебя есть вторая сестра! У твоей второй сестры сейчас есть деньги, а в будущем будет еще больше! Просто сосредоточься на учебе, и тебе не нужно думать об остальном!”

После того, как утка османтус в ресторане Чжэньсю стала знаменитой, семья Юй имела по крайней мере тысячу таэлей дохода каждый год. Мало того, что они могли позволить себе отправить одного ребенка в школу, но если бы они также хотели отправить каждого ребенка дома в школу, это не было бы слишком дорого для них. Быть богатым и преуспевающим - вот истинный путь к жизни!

- Дядя Юй, где Сяокао? Мы можем отправиться прямо сейчас? - Звук голоса Чжао Ханя достиг ушей обоих братьев.

Маленький Шито мягко рассмеялся: “вторая сестра, перестань трогать мое лицо! Не заставляй брата Ханя волноваться из-за слишком долгого ожидания!”

- Я иду, иду! - Сяокао поспешно схватила свой маленький сверток из ткани, который она упаковала накануне, и быстро выбежала из комнаты.

Госпожа Лю как раз раздавала сухие пайки мужу, когда увидела, что Сяокао все еще одета в ту же одежду, что и вчера. - Разве я не сшила тебе новый комплект одежды? Быстро переоденься в него!

- Этот набор довольно хорош, ах! Его пока не нужно менять… - Сяокао посмотрела на одежду на своем теле. Хотя он был изготовлен из грубой домашней ткани, на нем не было ни грязи, ни пятен. Какой смысл менять?

Юй Хай усмехнулся: “твоя мать велела тебе переодеться, так что иди переодевайся! Новая одежда, когда ты отправляешься в путешествие, принесет тебе удачу.”

Юй Сяокао хотела еще поспорить, но мать втолкнула ее обратно в комнату. Мадам Лю достала из сундука, сделанного из ротанга, совершенно новое, расшитое хлопчатобумажное пальто и низ. Короткая куртка была бледно-голубого цвета с вышитыми цветами на воротнике и талии. Она была в паре с темно-синими брюками-кюлотами, доходившими до лодыжек. Хотя формально это была пара кюлот, они ничем не отличались от обычной юбки. Тем не менее, тут действительно были штанины, и этот тип одежды облегчил бы человеку ездить верхом на лошади или ходить пешком на большие расстояния.

Хотя одежда была сделана из хлопчатобумажной ткани, ткань была лучшего качества. После стирки и накрахмаливания она очень хорошо держала свою форму и придавала владельцу довольно стильный вид. Это был первый раз с тех пор, как она переселилась сюда, когда Юй Сяокао смогла надеть такой официальный костюм. Она несколько раз повернулась перед мадам Лю, любуясь собой. Обе ее руки обхватили лицо, когда она просияла улыбкой: “мама, я красивая?”

- Ладно, хватит хвастаться своей внешностью! Садись, мама поможет тебе уложить волосы в два пучка. - У мадам Лю были ловкие руки. Вскоре она закончила укладывать волосы Сяокао и использовала длинную ленту для украшения, связав ее в большой бант.

С поясом ее короткого жакета, подчеркивающим ее тонкую талию, двумя пучками волос, нежным и бледным белоснежным лицом и парой больших, прозрачных темных глаз, Сяокао выглядела невероятно очаровательно.

Когда Чжао Хань, который был в процессе запряжки маленького осла с лошадиным седлом, увидел одетую Юй Сяокао, он почти не узнал ее. Он пристально посмотрел на нее, прежде чем пошутить: - Откуда взялась эта красивая девушка из скромной семьи? Выглядит так мило и очаровательно!

Юй Сяокао широко раскрыла глаза и уперла руки в бока. - Брат Хань, ты пытаешься флиртовать со мной?

Лицо Чжао Ханя сразу же стало ярко-красным, и он не мог встретиться с ней взглядом: - Я искренне пытался сделать тебе комплимент!

Госпожа Лю ударила Сяокао по спине и успокоила Чжао Ханя: “не обращай внимания на эту маленькую девочку. Она любит время от времени говорить странные вещи. Я действительно не знаю, что с ней делать! Все должны немедленно отправляться в путь, иначе вы можете не успеть добраться до префектуры до наступления темноты!”

Спина Сяокао сильно болела от удара, поэтому она надулась и пробормотала себе под нос: “если бы ты не сказала мне переодеться, то мы бы уже почти добрались до города. Я только немного поддразнил брата Ханя, но ты так сильно ударила меня. Я действительно твоя биологическая дочь?”

- Мы подобрали тебя с грядки сладкого картофеля! - Сердито выругалась мадам Лю. Проводив дочь и мужа до ворот и помогая мужу посадить Сяокао на спину маленького Грея, она неоднократно напоминала им: “у вас двоих нет больших навыков верховой езды. Езжайте немного медленнее и будьте осторожны на дороге!”

Седло на спине маленького Грея было тем самым, которым пользовался Чжао Хань в детстве, так что оно идеально сидело на спине маленького ослика. К счастью, когда мадам Лю шила новую одежду, Сяокао попросила ее сменить юбку на кюлоты. Это облегчило ей сидение в седле. Штанины брюк были широкими и просторными, так что они выглядели как две стороны юбки, уложенной вокруг седла. Ткань колыхалась в такт шагам осла.

Поначалу Сяокао немного нервничала, сидя на спине осла. Отец и сын из семьи Чжао намеренно шли медленнее, чтобы соответствовать уровню комфорта семьи Юй.

Постепенно Сяокао освоилась и больше не сидела неподвижно в седле. Маленький ослик почувствовал, что его хозяин расслабился, и его шаги стали намного веселее и непринужденнее.

После того, как он выпил много воды из мистического камня, интеллект маленького Грея был ничуть не меньше, чем у двух прекрасных скакунов из семьи Чжао. Он вообще не нуждался в командах Сяокао и двигался быстро и уверенно. Он был даже быстрее, чем конь Юй Хая, и оказался впереди группы.

Сяокао не чувствовала, что ее укачивало в этой поездке, хотя они все еще ехали по тем же неровным и скалистым горным дорогам. Это было гораздо удобнее, чем сидеть на ослиной повозке. Это вызвало у Сяокао мысль: "в следующий раз, когда я поеду в город, может быть, мне стоит просто прокатиться на осле?"

Вскоре навыки верховой езды Юй Хая также улучшились, и скорость группы постепенно возросла. Отец и сын Чжао были поражены тем, что осел семьи Юй, независимо от скорости и расстояния, мог поспевать за тремя лошадьми.

Поскольку маленький ослик оказался более способным, чем они ожидали, четверо из них прибыли в город префектуры на два часа раньше, чем они ожидали.

Город префектуры был более оживленным и большим по сравнению с городом Тангу. Его улицы были широкими и гладкими, с магазинами по обеим сторонам. Солнце медленно клонилось к горизонту, и его медленное сияние освещало зеленые черепичные крыши, красные стены и промежутки между зданиями. Трехэтажное здание из красного кирпича с зеленой черепичной крышей, развевающаяся на ветру вывеска магазина, звуки конных экипажей, все это свидетельствовало о том, что префектурный город процветает.

Юй Сяокао держала поводья маленького ослика, стоя на дороге и наблюдая за потоком суетящихся вокруг нее людей. Некоторые были элегантны, некоторые-свежи, некоторые-искренни, а некоторые-опытны. Ее уши были наполнены звуками торговцев, выкрикивающих свой товар, перемежаемыми редким пронзительным ржанием лошади. Это была сцена золотого века, расцветающего за пределами ее мечтаний...

Чжао Буфань ранее бывал в префектуре, поэтому он уже привык к виду всех людей. Он мягко посоветовался с отцом и дочерью Юй: “брат Дахай, сначала найдем место для ночлега, или сначала прогуляемся?”

Юй Хай посмотрел на свою дочь и спросил: “Цаоэр, а ты что думаешь?”

- Как насчет того, чтобы сначала найти место для ночлега? Мы должны накормить маленького Грея и лошадей, а также привести себя в порядок. После этого еще не поздно будет прогуляться! - В любом случае, они собирались остаться в префектуре на две ночи, так что у них был весь завтрашний день, чтобы прогуляться. Им не нужно было пытаться втиснуть все в эту ночь.

Чжао Хань немедленно выразил свое одобрение: “Сяокао, я знаю ночной рынок в этом районе. Это довольно захватывающе ночью с большим количеством закусок из разных провинций, и ты даже можешь найти некоторые хорошие предложения там. Тебе, наверное, понравится!”

- Ладно, ладно! Сегодня вечером мы прогуляемся по ночному рынку и перекусим! - В прошлой жизни Юй Сяокао начала работать, чтобы содержать семью, когда ей было пятнадцать-шестнадцать лет. Она всегда была занята, и у нее было очень мало времени, чтобы делать такие вещи, как прогулка по ночному рынку и дегустация закусок. В этой жизни ей все еще нужно было зарабатывать деньги; однако она также могла найти время, чтобы немного повеселиться и насладиться сценами жизни.

Группа из четырех человек нашла чистую гостиницу, которая находилась рядом с ночным рынком, о котором упоминал Чжао Хань. Город префектуры считался большим городом, поэтому расходы там, естественно, были выше. Хотя эта маленькая гостиница была расположена в относительно отдаленном районе, она стоила сто пятьдесят медных монет за ночь. В общей сложности на четверых выходило шестьсот медных монет за ночь, не считая расходов на еду и питье. За две ночи будет потрачено больше, чем Таэль!

Юй Сяокао первым делом отправилась на задний двор и позаботилась о маленьком Грее и трех лошадях. По дороге в город, чтобы сберечь силы животных, Сяокао напоила их почти всей водой из мистического камня, которая хранилась в ее личном мешочке с водой.

Гостиница обеспечивала кормом животных. У трех лошадей был хороший аппетит. За всю дорогу они выпили только немного воды, так что уже давно проголодались. Когда появился корм, все они с удовольствием его съели. Однако маленький ослик был воспитан Сяокао, поэтому он был гораздо разборчивее. Он нетерпеливо топал копытами и пренебрегал предоставленным кормом, как ниже своего статуса.

Этой маленькой гостиницей управляла семья. Кормить животных должна была молодая девушка примерно того же возраста, что и Сяокао. Когда она заметила, что осел не хочет есть, она спросила Сяокао: “этот осел плохо себя чувствует? Почему он не хочет есть пищу, а?”

Юй Сяокао улыбнулась: “маленький Грей моей семьи был испорчен мной до смерти. Он не любит есть пищу, которую ему дают посторонние. Сестренка, дай мне корм, я накормлю сама своего осла.”

Девочке тоже пришлось пойти на кухню, чтобы разжечь огонь. Когда она услышала, что сказала Сяокао, она отдала корм из своей корзины в руки Сяокао.

Глава 140 - хождение по магазинам

Юй Сяокао подождала, пока девушка отойдет подальше. Только после этого она вылила оставшуюся воду из своей сумки на корм. Она положила улучшенный корм в кормушку перед маленьким Греем. Ослик лизнул ей руку и весело принялся за еду. Остальные три лошади, видимо, почувствовали, что корм перед маленьким Греем другой, и вытянули шеи. Если бы их не тянули назад свинцовые веревки, они давно бы уже начали драться за еду с маленьким Греем.

Сяокао встряхнула свой мешочек с водой, показывая, что он совершенно пуст. Она погладила маленькую рыжую лошадку третьего молодого мастера Чжоу и тихо сказала: “Просто прими эти далеко не идеальные обстоятельства на сегодняшний вечер, а завтра я обязательно дам тебе что-нибудь вкусненькое!”

Маленький Грей каким-то образом знал, что на его собственную еду с завистью смотрят три другие лошади, поэтому он быстро съел весь корм, пока кормушка не была выметена дочиста. Удовлетворенный, он открыл пасть и несколько раз заржал. Остальным трем лошадям не за что было сражаться, поэтому у них не было другого выбора, кроме как съесть то, что осталось в их собственных кормушках.

Чжао Хань закончил переносить их вещи в комнату и подошел. Он заметил Сяокао на заднем дворе и спросил: “Сяокао, ты не хочешь немного отдохнуть?”

- Я не устала, давай прогуляемся по окрестностям! - Хотя езда на осле на большое расстояние была трудной и утомительной, у Сяокао был свой жульнический предмет: мистическая каменная вода. Одного глотка было достаточно, чтобы зарядиться энергией и избавиться от усталости.

Маленькая гостиница находилась в том месте, где жили простолюдины префектуры. Поблизости были магазины, которые продавали небольшие товары, примерно за такую же цену, как и в городе Тангу. Однако у них были различные ткани и украшения, которые не могли быть найдены в маленьком городке.

В одном из магазинов поблизости Сяокао сразу же заметила тонкую хлопчатобумажную ткань, которая привлекла ее внимание. Она была выкрашена изящным узором, напоминавшим ветви деревьев. Если бы у мадам Лю была одежда из этой ткани, она определенно выглядела бы очень стильно. Ткань, продаваемая в городе Тангу, была либо окрашена в простой цвет, либо перекрашена в яркие цвета и узоры, которые могли показаться кричащими на некоторых людях. Ей нужно было купить больше такого простого, но элегантного материала, чтобы привезти его домой.

Сяокао никогда не была особенно бережлива в своих расходах. Кроме того, цена за ткань была невысокой, так как она была примерно такой же, как и те, что были в городе Тангу. Но здесь было больше разнообразия. Она попросила лавочника отрезать ей по десять футов каждой ткани, которая ей понравилась. Вскоре позади нее Чжао Хань обнаружил, что его руки полны свертков ткани.

Неподалеку от них располагался небольшой магазин столового серебра. Сяокао вспомнила, что когда ее мать делала ей прическу, она жаловалась, что у них нет никаких украшений. Они могли использовать только остатки от шитья одежды, чтобы завязать бант на ее волосах.

Все девушки любили наряжаться, поэтому Сяокао без колебаний вошла в магазин столового серебра. В магазине за прилавком стояла девочка лет двенадцати-тринадцати. Несмотря на то, что она была среднего вида, у нее были деловые манеры.

Когда она увидела входящего клиента, девушка не стала судить о ней по тому, как она выглядела, и все еще тепло приветствовала ее: “сестренка, тебе нужны украшения? Где твои родители?”

Это был первый раз, когда Юй Сяокао вошла в магазин столового серебра. Ее глаза жадно огляделись вокруг и остановились на сверкающих драгоценностях. Учитывая нынешнее финансовое положение ее семьи, покупка золотых украшений была бы слишком показной и несовместимой с желанием Сяокао оставаться в тени. Ей все еще требовалось время, чтобы реализовать новые схемы зарабатывания денег.

Она улыбнулась продавщице и подошла к витрине с серебряными украшениями. Внизу витрины был слой темной ткани, отчего серебряные украшения внутри казались более яркими и блестящими.

В этот момент продавщица увидела Чжао Ханя, который только что вошел в магазин. Хотя Чжао Ханю было всего от двенадцати до тринадцати лет, он обладал крепким телосложением от занятий боевыми искусствами круглый год. В глазах молодой девушки Чжао Хань стал старшим братом Сяокао, который водил свою младшую сестру по магазинам.

Они оба были одеты только в одежду из самой обычной хлопчатобумажной ткани, но ручная работа выглядела очень тонкой и кропотливой, особенно на одежде Сяокао. Ее костюм подчеркивал изящную и стройную фигуру Сяокао, делая ее похожей на стройный и элегантный цветок. У нее действительно был вид красивой девушки, рожденной в скромной семье.

Девочка внимательно порекомендовала Сяокао несколько украшений в футляре: “сестренка, это пара сережек в форме сирени. Дизайн довольно живой и действительно подходит девушкам примерно твоего возраста. Хочешь примерить?”

Она взяла пару серебряных сиреневых сережек и указала на уши Сяокао. Только тогда она заметила, что уши девочки еще не проколоты, и виновато улыбнулась Сяокао. Она положила серебряные сережки на стол и взяла в руки украшения, украшенные жемчугом.

Сяокао заметила, что пара сиреневых сережек была ручной работы. Крошечные сиреневые цветы казались живыми и мягко мерцали в последних лучах заходящего солнца. Поскольку у нее с самого детства было слабое телосложение, мадам Лю не хотела прокалывать ей уши. Однако у Сяолянь были проколоты уши. Эта пара сиреневых сережек действительно пришлась Сяокао по вкусу, и она спросила девушку о цене. Они стоили всего двадцать медных монет, поэтому она немедленно их купила.

После этого она выбрала пару переплетающихся серебряных браслетов для мадам Лю, а также серебряную заколку для волос Юлань Магнолия [1]. Она слышала, как Сяолянь упоминала, что у их матери изначально была заколка из магнолии Юлань, точно такая же, как эта, которую привезли ей в приданое. Однако, когда Сяокао заболела в детстве, они продали ее, чтобы получить деньги на оплату ее лекарств. Эта серебряная заколка должна помочь успокоить прежние сожаления госпожи Лю!

Естественно, Сяокао не забыла купить себе вещи и взяла пару жемчужных и коралловых браслетов. Она также выбрала похожие для Сяолянь, только с разными цветными жемчужинами. Наконец, она также купила несколько головных повязок, которые были вышиты золотой нитью. Она хотела подарить их сестрам семьи Чжоу, а также младшей сестре Цянь Ву.

Выбирая предметы тут и там, она неожиданно получила счет в шесть таэлей. Молодая продавщица была немного обеспокоена тем, что эта пара "брата с сестрой" не имеет достаточно денег. В конце концов, одежда, которую они носили, была не из тех, что носят дети из богатых семей. Какая обычная семья даст своим детям пять-шесть таэлей денег на покупку драгоценностей? Даже в префектуре приданое обычной семьи за дочерью не превышало десяти таэлей драгоценностей.

Молодая девушка немного встревожилась, но сохранила улыбку на лице: “всего получается шесть таэлей и двести медных монет. Все украшения в моем магазине сделаны своими руками, так что я просто откажусь от мелочи. Просто дай мне всего шесть таэлей!”

Всего шесть таэлей? Это абсолютно не дорого! Пара браслетов и серебряная заколка для волос должны были весить почти две унции. Если бы магазин также должен был платить за серебряного мастера, чтобы сформировать эти предметы, то магазин действительно не имел бы большой прибыли. К счастью, этот магазин делал все свои вещи сам, так что он немного сэкономил на жалованье кузнецу.

Сяокао достала свой вышитый денежный мешочек и выудила слиток серебра стоимостью около десяти таэлей. Затем она взяла мелкие кусочки мелочи и засунула их в мешочек. Сяолянь сама вышила этот мешочек, так что снаружи он имел уникальный рисунок в виде подсолнуха.

Девушка-продавщица заинтересовалась рисунком на мешочке. Получив разрешение Сяокао, она набросала рисунок. Девушка была дочерью старого серебряника и обладала большим талантом в создании и изготовлении серебряных украшений. Украшения, которые она сделала, были не только изящно красивы, но и имели много живости.

Подсолнух, вышитый на этом крошечном мешочке, бесконечно вдохновлял ее. Не так давно украшения, вдохновленные подсолнечником, стали очень популярными в префектурном городе. Этот крошечный серебряный магазин ремесел также постепенно становился все более известным. Таким образом, украшения, которые сделала эта маленькая девочка, также стали бы больше нравиться массам...

Небо уже потемнело. После того, как они покинули ювелирный магазин, Сяокао почувствовала себя плохо из-за того, что Чжао Хань носил все эти пакеты, сопровождая ее на ночной рынок. Итак, они вернулись в гостиницу и убрали только что купленные вещи. Юй Хай боялся, что детям небезопасно бродить по ночам, поэтому тоже вышел вместе с ними.

Ночной рынок, который рекомендовал Чжао Хань, был действительно довольно оживленным. Он был ярко освещен, вокруг толпились люди. По обеим сторонам улицы тянулись лавки и ларьки, и над каждой будкой висело по два фонаря. Время от времени пламя в фонарях слегка мерцало, и освещение вокруг приобретало сказочное великолепие.

На ночном рынке продавались не только всевозможные безделушки и гаджеты, но и множество лотков с закусками, которые варьировались от северных до южных провинций. Там были липкие рисовые лепешки, вонтоны, фаршированные клейкие рисовые шарики, слоеные пирожные, рисовая лапша, они втроем ели закуски, пока их животы не были готовы лопнуть. Все трое воскликнули и неловко потерли животы.

Только когда ночной рынок был близок к закрытию, Сяокао неохотно собралась уходить. - Хотя здешняя еда имеет подлинный вкус, я думаю, что могла бы приготовить еду в сто раз вкуснее, если бы жила поблизости.

- А? Какие у тебя есть идеи? Расскажи нам. Если это возможно, мы также можем продать их в доках! - Чжао Хань тоже пробовал еду Сяокао и полностью верил в ее кулинарные таланты.

Сяокао несколько задумчиво улыбнулась: “я хочу создать горячий горшок с шампуром. На бамбуковые шампуры можно насадить все, что угодно: мясо, овощи, яйца, морепродукты. А еще я хочу сварить на медленном огне кастрюлю острого и пикантного супа, тем не менее, я снова начинаю чувствовать голод! - Юй Хай посмотрел на свою дочь, у которой, казалось, в глазах кружились звезды, нежно погладил ее по голове и усмехнулся.

- В доках уже есть люди, которые измеряют площадь. Вскоре они начнут заниматься строительством. Третий молодой мастер сказал, что в будущем доки станут крупнейшим портом на севере. Там наверняка будет гораздо больше людей, чем раньше. В будущем у нас может быть магазин, где продают тушеную пищу, а также шампуры в супе, о которых ты говоришь!

- Как насчет того, что бы сначала приготовить их, а я разрешу тебе попробовать. Если они действительно так вкусны, как ты говоришь, ты абсолютно можешь заработать за них деньги! - Чжао Хань почувствовал, как прожорливое чудовище внутри него подняло голову, когда он услышал описания Сяокао. Кто знает, сколько времени потребуется порту, чтобы закончить строительство, так что не означает ли это, что ему придется ждать неизвестный период времени, чтобы удовлетворить свою тягу к жаркое на шампурах? Лучше всего было бы, чтобы Сяокао сначала приготовила немного, чтобы он мог есть сколько душе угодно.

- Это не проблема! Завтра купим в городе специй и приправ. Когда мы вернемся домой, я приготовлю их для тебя! - Материалы для изготовления шашлыков можно было найти где угодно. Например: китайская капуста, зеленые овощи, салат ромэн, тофу, грибы и другие подобные овощи были довольно дешевыми. Пока варится вкусный суп, в нем можно варить все, что угодно. Какое удовольствие!

Все трое направились обратно к гостинице, продолжая обсуждать шампуры. Внезапно кто-то преградил им путь. У этого человека был высокий рост и внушительная фигура, которая показывала, что он занимался боевыми искусствами с самого раннего возраста. Он довольно долго смотрел на Чжао Ханя, прежде чем несколько эмоционально спросил.

Он осторожно спросил: “Ты узнаешь меня?” - Чжао Хань перестал улыбаться и нахмурил брови.

- Нет, нет! Младший брат, ты очень похож на моего учителя, а фамилия моего уважаемого учителя была Чжао… - Когда здоровяк не услышал его возражений, он еще больше разволновался. Его свирепые глаза начали сдерживать слезы.

Чжао Хань на самом деле не очень походил на отца и пошел в деда. Семья Чжао, казалось, обладала природным талантом к боевым искусствам. Хотя Чжао Хань был всего лишь подростком, группа из пяти-шести обычных мужчин не была его противником.

Чжао Хань внимательно оглядел стоящего перед ним крупного мужчину и, видимо, принял решение. Он постарался скрыть свою подозрительность и тихо спросил: - Простите, а вас зовут клык? ‘Клык’ от слова "дом"?

- Да, да! Я твой боевой дядя, Фан Цзычжэнь, ах! Ах, уважаемый учитель... Здоровье твоего дедушки все еще в порядке? Где вы все скрывались, я искал вас всех более двадцати лет… - Здоровяк не удержался и схватил Чжао Ханя за плечо. Улыбка, которая почти расколола его лицо, расцвела широко. Чжао Хань, естественно, знал о Фан Цзычжэнь. Его дед усыновил сироту и обращался с ним как с сыном, учил его всему, что знал. Он обучался семейным боевым искусствам семьи Чжао. Говорили, что до того, как пропал Фан Цзычжэнь, его способности в боевых искусствах были на уровне его деда. Если бы не эта ожесточенная и отчаянная битва, вполне вероятно, что воинственный дядя Фан превзошел бы даже способности своего деда.

________________________________________

[1] Юлань Магнолия - цветущее дерево, которое считалось символом чистоты в династии Тан. В настоящее время официальный городской цветок Шанхая.

Глава 141 - генерал

Кто бы мог подумать, что старый Чжао, переехавший в деревню Дуншань более тридцати лет назад, на самом деле был блестящим и знаменитым генералом из предыдущей династии Чжао Цзымо [1]. Генерал Чжао был храбрым и выдающимся стратегом и даже разбил 80 000 солдат армии почетного императора при Динбанпо. Почетный император даже печально вздохнул: "Если Чжоу Юй должен был родиться, то почему же должен был существовать и Чжугэ Лян?" Он одновременно восхищался генералом Чжао и презирал его. Они восхищались его боевыми талантами и ненавидели за верность предыдущей династии. К сожалению, император предыдущей династии не лелеял его и поверил клевете завистливых людей. Он назначил командующим генерала Чжао Цимо и его заклятого врага Лю Мина. Во время следующего боя, чтобы устранить Чжао Цимо, Лю Мин намеренно медлил и откладывал, не давая подкреплениям прибыть вовремя.

Генерал Чжао взял своего едва тринадцатилетнего сына на это залитое кровью поле боя, и они неоднократно отражали атаки Добровольческой армии. Без подкреплений битва в тот день была битвой не на жизнь, а на смерть. У почетного императора, который в то время был всего лишь главой Добровольческой армии, было сердце, которое любило талантливых людей, поэтому он посылал людей снова и снова, чтобы убедить генерала Чжао дезертировать. Однако все его попытки были отвергнуты.

Генерал Чжао отчаянно боролся в течение целых восьми дней, но силы противника были на совершенно другом уровне. В конце концов, генерал Чжао был им не ровня. В этом бою почти вся армия генерала Чжао была полностью разгромлена. Фан Цзычжэнь был серьезно ранен, пытаясь прикрыть отступление своего учителя и младшего боевого брата, и они не знали, выжил ли он. Кроме того, почти все верные помощники Чжао Цимо стали жертвами, а сам он получил серьезные травмы, которые оставили его без сознания. Одному из оставшихся верных слуг удалось вытащить его из груды мертвых солдат и унести в безопасное место. Генерал Чжао едва избежал смерти в той роковой битве.

Что касается Лю Мина, то он фактически обвинил генерала Чжао в измене и обвинил его в предательстве страны. Император предыдущей династии был сбит с толку и вынес смертный приговор. Чжао Цимо, которому только что удалось восстановить свои раны, был беспомощен против этого обвинения. Все, что он мог сделать, это взять своего единственного сына с собой в трудное путешествие, избегая сил династии, которую он всем сердцем пытался защитить. К счастью, вскоре предыдущая династия была свергнута Добровольческой армией. Только тогда Чжао Цимо смог взять оставшихся верных слуг и сына и поселиться в уединении рядом с западными горами. Именно там он и его семья оставались до сих пор.

В течение нескольких поколений у семьи Чжао был только один наследник для следующего поколения. Генерал Чжао Цимо был женат уже несколько лет и не имел детей, поэтому воспитывал Фан Цзычжэня как собственного сына. Хотя на бумаге эти двое были мастером и учеником, наедине они действительно были как отец и сын. После того как пыль улеглась, генерал Чжао много раз возвращался на поле боя, чтобы найти местонахождение своего ученика, но долгое время не имел никаких известий. Когда Фан Цзычжэнь прикрывал отступление Чжао, он был тяжело ранен, и за ними гналось много солдат. Таким образом, вполне вероятно, что он встретил свой конец.

В конце каждой осени жители деревни Дуншань, если у них было желание, могли найти старого Чжао у подножия Западной горы, используя свечу, чтобы сжечь грубую соломенную бумагу [3]. Никто не знал, кому он отдает дань уважения... Сначала, когда Чжао Хань услышал, что этот крупный мужчина с гигантской бородой, закрывающей его лицо, был учеником, которого всегда помнил его дед, он почувствовал себя чрезвычайно счастливым и взволнованным в своем сердце. Однако он вспомнил, что его семья оказалась в неловком положении. Несмотря на молодость, дед никогда ничего от него не скрывал.

Чтобы быть совершенно ясным, семья Чжао формально считалась выжившими сторонниками предыдущей династии. Дед Чжао Ханя уже ранил нынешнего почетного императора в бою. Если их личности станут известны, то вполне возможно, что все они будут уничтожены. Поэтому Чжао Хань изо всех сил старался скрыть свое внутреннее смятение, готовясь продолжить допрос этого человека, который называл себя его боевым дядей.

- Генерал! Магистрат префектуры собирается открыть вино и начать приветственный ужин для вас! - Энергичный и опытный молодой человек отсалютовал Фан Цзычжэнь, сложив руки в кулак.

- Генерал? - Чжао Хань нахмурился и отступил на шаг. Единственными людьми, которых можно было назвать генералами в эти дни, были все чиновники великой династии Мин. Если человек перед ним был его военным дядей, как он мог стать генералом великой династии Мин? В то время воинственный дядя Фан убил многих в добровольческой армии!

Хотя мускулистый мужчина перед ним выглядел грубым, у него был чувствительный животный инстинкт. Он каким-то образом понял, что Чжао Хань колеблется, и махнул рукой другому юноше: “я только что нашел бывшего знакомого, так что не смогу присутствовать на приеме. Пожалуйста, передайте судье префектуры, что я приготовлю для него банкет в качестве извинения в другой день!”

После того, как он отправил юношу, Фан Цзычжэнь обратился к Чжао Ханю: “говорить здесь не совсем удобно. А где вы остановились? Я провожу вас туда!”

- Не надо! - Чжао Хань осторожно посмотрел на него и продолжил: “Сэр, вы узнали не того человека! Я действительно не знаю человека по имени Фан Цзычжэнь…”

- Как я могу узнать не того человека? Твое лицо примерно на восемьдесят процентов похоже на лицо моего хозяина, когда он был молод!! Тем не менее, ты также признался, что твоя фамилия Чжао. Я абсолютно не могу ошибаться! - Нетерпеливо возразил Фан Цзычжэнь.

Чжао Хань сдержанно ответил: “некоторые люди похожи друг на друга, у них могут быть одинаковые черты лица! На самом деле это ничего не значит, верно? ‘Чжао’ - очень распространенная фамилия, поэтому есть много людей с этим именем. Мы всего лишь обычные охотники, так как же вы, уважаемый господин, могли узнать нас?”

Фан Цзычжэнь заметил, что с тех пор, как подошел его подчиненный, юноша перед ним, который раньше казался эмоциональным, начал умолять, что он его не знает. - Дорогой племянник, ты обвиняешь меня в том, что я занимаю официальный пост в Великой Династии Мин? Это долгая история, давай найдем место, чтобы медленно обсудить то, что произошло.

- Этому простолюдину нечего с вами обсуждать, сэр! Уже поздно, мне пора идти! - Чжао Хань почтительно поклонился, а затем крикнул Сяокао и ее отцу, чтобы они покинули ночной рынок.

Фан Цзычжэнь не пытался остановить его. Вместо этого он печально следовал сзади, как золотистый ретривер, получивший выговор от своего хозяина. Было нелегко найти новости о его уважаемом учителе, поэтому он абсолютно не мог упустить его! Он уже решил, что, когда найдет своего уважаемого господина, если тот осудит его и даже откажется признать, он уйдет в отставку и будет служить своему господину всю оставшуюся жизнь.

Чжао Хань заметил, что крупный мужчина бесстыдно следует за ними. Однако, что бы он ни говорил, старший парень не слушал и упорно продолжал следить за ними. Он чувствовал себя совершенно беспомощным внутри, но не хотел, чтобы этот человек знал, где они живут. Поэтому он ходил по городу кругами.

Закончив свои дела, Чжао Буфань долго ждал в гостинице. Когда он увидел, что семья Юй еще не вернулась, он вышел, чтобы найти их из-за беспокойства. Так совпало, что он столкнулся с Чжао Ханем и другими, ходившими кругами.

- Сейчас так поздно, а магазины уже закрыты. Почему ты сейчас приводишь сюда брата Юй и Сяокао? Если вы хотите немного погулять, разве нельзя это сделать завтра? - Чжао Буфань обнаружил, что его сын не идет в сторону гостиницы, поэтому он спрашивал сына с некоторым упреком.

- Чжао... Чжао Буфань? - Он услышал дрожащий голос за спиной Чжао Ханя.

Чжао Хань почувствовал только порыв ветра. Большой и крепкий мужчина бросился к отцу с поразительной скоростью и обнял его гигантскими медвежьими объятиями!

Чжао Буфань осторожно остановился, когда к нему подбежала фигура, похожая на большого черного медведя. Однако, услышав голос, который показался ему одновременно знакомым и странным, он опустил кулаки и выдержал это невероятно крепкое объятие великана.

- Брат Цзычжэнь? Ты действительно Цзычжэнь! - Чжао Буфань не мог не вскрикнуть от радостного изумления.

Когда Фан Цзычжэнь пожертвовал собой во время той битвы, четырнадцатилетний Чжао Буфань, который уже приобрел опыт на поле боя, был прямо рядом с ним. Он видел своими глазами, как его боевой брат, весь в крови с головы до ног, прикрывал отца и его самого от группы из почти двадцати солдат добровольческой армии. Звук хриплого голоса его боевого брата, кричащего: “беги!” - глубоко врезался в его память. Даже сейчас он помнил это ясно, как день. Если бы не его боевой брат и их верный слуга дядя Хуан, он и его отец давно превратились бы в два тела в могиле!

Яростные глаза Чжао Буфаня едва сдерживали слезы, когда он изо всех сил старался подавить бурлящие эмоции. - Старший боевой брат, ты все еще жив-это действительно слишком хорошо!

- Чжао Буфань! Боевой брат наконец-то нашел тебя! Мастер все еще в порядке? Как ты и твоя семья жили все эти годы? Я искал вас всех больше тридцати лет и никогда не сдавался! К счастью, к счастью, с вами все в порядке! - Фанг Цзычжэнь поспешно вытер слезы радости с лица. Его рот распахнулся в широкой ухмылке, обнажив ряд безупречно белых зубов.

Чжао Буфань засмеялся: “боевой брат Цзычжэнь, если бы отец мог видеть тебя сейчас, он бы уже ругал тебя за то, что ты не скрываешь своих эмоций. Все видно прямо на твоем лице.”

- Хе-хе! Я не слышал крика мастера больше тридцати лет, и мне очень этого не хватает! Я просто забыл о хороших манерах в твоем присутствии, вот и все. При дворе все знают, что я, Фан Цзыжэнь, "генерал с каменным лицом". Перед другими я никогда не раскрываю своих чувств!

У Фан Цзычжэнь был простой и честный смех, в котором не было даже намека на "каменное лицо генерала". Его подчиненные за спиной разинули рты при виде этого зрелища. Это все еще их генерал, а? Это ведь не самозванец, верно?

- Генерал? У боевого брата есть должность при дворе? - Чжао Буфань, в отличие от своего сына, не был полон подозрений. Он хорошо понимал личность своего боевого брата. Его боевой брат абсолютно не допустит, чтобы им причинили какой-либо вред. Даже если бы прошло тридцать лет с их последней встречи, он все еще был уверен в своей оценке-его боевой брат не изменился бы!

Выражение лица Фан Цзычжэнь было несколько неестественным: “в тот день, после того как вы с мастером ушли, я был взят в плен вскоре после этого. В то время главой Добровольческой армии был нынешний почетный император. Как только он узнал, что я ученик мастера, он не стал сильно наказывать меня как пленника и даже вылечил мои раны. Вскоре после этого предыдущая династия была свергнута, и почетный император занял высший трон.”

Фан Цзыжэнь сделал паузу на секунду, прежде чем продолжил: “Сначала я не планировал занимать должность. Однако почетный император сказал, что только с высоким постом у меня может быть достаточно сил, чтобы найти человека, которого я хочу найти. В начале новой династии я повсюду следовал за почетным императором, подавляя восстания и сражаясь с окружающими нас врагами. В те времена я искал Мастера и тебя везде, куда бы ни пошел. К сожалению, к тому времени, когда в стране воцарился мир, о вас, ребята, еще не было никаких новостей. Я уволился со всех своих должностей, кроме общей, чтобы иметь больше времени, чтобы найти вас, ребята, все эти годы! Небеса не подведут тех, кто упорствует, я наконец-то нашел вас в городе префектуры!”

Пока они разговаривали, вся группа прибыла в гостиницу, где они остановились. Фан Цзычжэнь увидел, что это место было простым и бедным. Он слегка нахмурился: “младший боевой брат, у меня есть небольшая резиденция в префектуре города, ты должен провести ночь у меня. У меня есть много вещей, о которых мне нужно с тобой поговорить!”

Чжао Буфань знал, что он чувствует, что условия в гостинице не очень хорошие, и улыбнулся: “давай не будем тебя беспокоить, нам нужно уехать рано утром послезавтра…”

- Чжао Буфань, мы не виделись тридцать лет, так что неудивительно, что ты чувствуешь себя немного странно со мной! Однако в то время мастер всегда был в предвыборной кампании, так что я фактически вырастил тебя! Как ты можешь теперь обращаться со своим боевым братом как с чужаком? - Кто бы мог подумать, что у такого крупного, неуклюжего человека с густой бородой и бакенбардами может быть такое чувствительное сердце.

Чжао Буфань не знал, смеяться ему или плакать в этот момент: “старший боевой брат, я не обращаюсь с тобой как с чужаком. Я просто чувствую, что переносить все наши вещи посреди ночи-это довольно тяжелая работа! После того, как мы закончим наши дела завтра, ты можешь пойти с нами, а затем уехать с нами на следующий день на рассвете. Приезжай в деревню Дуншань!”

- Деревня Дуншань? Мастер, и ты были в деревне Дуншань все эти годы? - Фан Цзычжэнь очень интересовался тем, как его учитель и боевой брат жили все эти годы.

Чжао Буфань кивнул: “верно! Мы живем на западной стороне деревни Дуншань, у подножия горы. Жители деревни просты и честны. Они питаются плодами моря и горных лесов. С нашими навыками, даже в годы бедствий, мы никогда не останемся голодными, тем не менее, в то время предыдущая династия вынесла нам смертный приговор. Если нас когда-нибудь найдут, то западная гора-тоже очень хорошее укрытие!”

________________________________________

[1] в 1828 году его имя было Чжао Цзысюн, но автор изменил его на Чжао Цзымо.

[2] "Если Чжоу Юй должен был родиться, почему должен был существовать и Чжугэ Лян?" - эта цитата из "романа о трех царствах", сказанного Чжоу Юй, одним из талантливых полководцев в этой истории. Автор "романа о трех царствах" заставил Чжоу Юй чрезвычайно ревновать к своему сопернику Чжугэ Ляну и заставил его сказать это на смертном одре, сокрушаясь, что другой человек был более талантлив, чем он. Истинный исторический Чжоу Юй, вероятно, не имел такого соперничества с Чжугэ Ляном.

[3] сжигание бумаги-это традиционная китайско-даосская практика, которая посылает деньги и материальные блага умершим родственникам в загробной жизни.

Глава 142 - возвращение назад

- Император предыдущей династии был глупым псом! Хозяин был верен и предан ему, но в конце концов его преследовали солдаты этого человека! Так ему и надо за то, что его убили доверенные помощники, - вот истинное кармическое возмездие при жизни! - Фан Цзычжэнь гневно вскипел. Если бы император предыдущей династии не поверил клевете, то его хозяину не пришлось бы терпеть столько издевок, и он не был бы так долго без связи с ним.

Чжао Буфань улыбнулся: “это все старые события, лучше не упоминать об этом! Старший боевой брат, уже поздно. Тебе надо отдохнуть, а завтра мы можем встретиться снова.”

- Я так давно с тобой не разговаривал, и нам так много нужно обсудить! Я не уйду сегодня вечером. Ли Ли, пойди проверь, есть ли свободные комнаты, и забронируй одну для меня. Сегодня вечером я хочу поговорить со своим младшим боевым братом при свечах! - Фан Цзычжэнь чувствовал себя как во сне и боялся, что если он уйдет, то проснется.

В этот момент Юй Сяокао и ее отец уже вернулись в свою комнату и тихо разговаривали.

- Отец, я никогда бы не подумала, что брат Хань-потомок генерала! - Юй Сяокао извлекла самое важное из слов Фан Цзычжэнь: дедушка Чжао был высокопоставленным генералом и был приговорен к смертной казни императором предыдущей династии после того, как был оклеветан.

Юй Хай медленно кивнул головой: “некоторое время назад я узнал, что семейные навыки старшего брата Чжао были исключительными. Теперь, когда я знаю, что он из семьи генерала, все это имеет смысл!”

- Отец, приемный сын дедушки Чжао-генерал нынешней династии. Как ты думаешь, дедушка Чжао и дядя Чжао теперь станут генералами? - Глаза Юй Сяокао загорелись. Брат Хань вот-вот должен был стать сыном генерала, так круто! Юй Хай, с другой стороны, не был столь оптимистичен, однако дядя Чжао был генералом предыдущей династии, и он даже столкнулся с почетным императором раньше.

- Каким бы великодушным ни был почетный император, невозможно, чтобы он дал ему должность. Тем не менее, наш нынешний император не похож на почетного императора, который награждал только военных талантов.

Юй Сяокао тоже подумала, что ее догадка немного выходит за рамки возможного, и рассмеялась: “Это правда! Раньше я думала, что если брат Хань и его семья получат место при дворе, то им определенно придется покинуть деревню Дуншань. В будущем у меня не будет возможности отправляться с ним на охоту в горы. Мне даже стало немного грустно. Но теперь все в порядке, мне больше не о чем беспокоиться!”

Юй Хай вдруг вспомнил о чем-то и захохотал: “ты хочешь пойти в горы на охоту? Мне сказали, что это запрещено для меня, не говоря уже о тебе, верно? Пока твоя мать наблюдает за нами, мы даже не должны думать о том, чтобы бежать в горы!”

Юй Сяокао жаловалась полушутя и полусерьезно: “Ах, почему мама так боится? Это все равно что десять лет бояться веревки после укуса змеи! В районах вокруг западных гор нет никаких злобных существ, почему она так строга с тобой и со мной?”

Юй Хай тяжело вздохнул: “твоя мать действительно была напугана до смерти после моего несчастного случая! В любом случае, мы больше не полагаемся на охоту, чтобы заработать деньги! Цаоэр, к счастью, у нас есть ты. Иначе я не знаю, как бы наша семья дожила до весны, если бы мы все не умирали с голоду!”

Сяокао улеглась и закуталась в одеяло. Она потерла усталые глаза и пробормотала: “отец, мы все одна семья, почему ты говоришь такие вежливые слова? В будущем наша семья будет продолжать становиться все лучше и лучше…”

Серебристый лунный свет лился сквозь окна и освещал светлое и умиротворенное лицо Сяокао. Ее длинные ресницы отбрасывали тень на щеки. Юй Хай спокойно смотрел на лицо своей дочери, которое, казалось, становилось все более нежным с каждым днем. Он до сих пор помнил, как она родилась; тогда она была тощая, как обезьяна, и плакала жалобно, без особой энергии. Его сердце одновременно горевало и радовалось тому, что его младшая дочь преодолела горькую часть жизни, чтобы насладиться сладкой... Они оба спали, пока их не разбудил стук в дверь Чжао Ханя. Юй Сяокао потерла глаза и умудрилась одеться еще в полусне. Чжао Хань сказал с некоторым смущением: “я напугал вас обоих? Я действительно сожалею об этом!”

- Брат Хань, почему мы просыпаемся так рано? - Юй Сяокао прикрыла рукой рот и широко зевнула.

Чжао Хань скривил губы и ответил: “Это вина моего боевого дяди! Вчера вечером он разговаривал с моим отцом до полуночи. Сегодня утром он постучал в дверь, чтобы войти до восхода солнца. Если бы я знал раньше, то велел бы моему воинственному дяде и моему отцу спать в одной комнате, тогда я мог бы спать в комнате моего воинственного дяди!”

- Твой воинственный дядя и твой отец не виделись больше тридцати лет, так что вполне естественно, что им есть что рассказать друг другу! Как насчет того, чтобы мы доставили гусей сегодня, чтобы не беспокоить дядю Чжао и твоего боевого дядю, пока они предаются воспоминаниям? - Юй Сяокао осторожно окунула купленную вчера зубную щетку в соль и тщательно почистила зубы.

После того, как она переселилась туда, она узнала, что ее семья чистила зубы ивовыми прутьями. Она считала, что зубные щетки не были изобретены в этот период. Если вы не будете осторожны, когда будете чистить зубы ивовым прутиком, вы можете в конечном итоге поранить свои десны, вызвав кровотечение. Она совершенно не привыкла к этой технике.

Вчера вечером, когда они прогуливались по ночному рынку, она нашла место, где продавали зубные щетки из свиной щетины. После того как щетину ошпаривали горячей водой, ее было довольно легко использовать в качестве зубной щетки. Она также купила соль для чистки зубов в том же киоске, и ей сказали, что люди, живущие в префектурном городе, все использовали этот тип соли, чтобы чистить зубы.

Юй Хай также был запуган своей дочерью, чтобы почистить зубы. Он прополоскал рот и сказал: “У старшего брата Чжао сегодня нет времени. Впрочем, делать мне особо нечего. У знати в префектурном городе много обычаев. Вы оба еще и взрослые дети, так что будьте осторожны, чтобы не причинить никаких неприятностей.”

Юй Сяокао хихикнула: “Отец, ты действительно недооцениваешь нас! Мы всего лишь доставляем пару диких гусей, в какие неприятности мы можем попасть? Тем не менее, прямо сейчас у нас есть мощный сторонник позади нас! Боевой дядя брата Ханя носит титул генерала Чжаоюна [1] и является чиновником третьего ранга при дворе! Ради его лица судья префектуры не будет пытаться усложнять нам жизнь!”

- Перестань пользоваться чужой властью! Ты, ах, твоя храбрость всегда была больше неба. В городе префектуры воды глубже, чем ты можешь проплыть, так что не создавай никаких проблем! - Юй Хай потянул дочь за косички и серьезно предупредил ее.

Юй Сяокао показала отцу язык и сморщила нос: “я знаю, твоя дочь знает всю серьезность проблемы! Перестань дергать меня за косички, мне потребовалось время, чтобы заплести их!”

Обычно дома Юй Сяокао заплетала волосы в простые косички и оставляла их такими. Она никогда не пыталась заплести их в более сложном стиле. Раньше ей удавалось добавить несколько украшений в свои заплетенные косички только после того, как она провела больше половины утра, глядя на свое отражение в воде для умывания.

Юй Хай поддразнил: “ты даже не знаешь, как укладывать волосы, ты все еще считаешься девушкой? Ты уверена, что твоя душа не попала не в то тело и что в нашей семье должен был родиться другой глупый мальчик?”

Юй Сяокао закатила глаза. “Я действительно твоя биологическая дочь, глупец?”

Утром помощник Фан Цзыжэня отправился в самый известный киоск префектуры и забрал для них кое-что на вынос. Сяокао и ее отец также извлекли из этого выгоду. Им обоим достались самые знаменитые суповые клецки префектуры Цзиньвэй и жареные рисовые лепешки Эрдуояна. Сяокао чувствовала себя чрезвычайно удовлетворенной. Эта поездка стоила того, так как она успела попробовать много закусок, которые было трудно найти в городе Тангу!

Когда он узнал, что Чжао Хань должен отправиться в резиденцию магистрата префектуры, чтобы доставить диких гусей, Фан Цзычжэнь поручил своему подчиненному Ли Ли пойти с ними.

С кем-то из них было легче закончить поручение. Судья префектуры узнал в Ли Ли слугу генерала Чжаоюна и принял их лично. Когда он увидел двух гладких и пухлых больших гусей, он был чрезвычайно доволен. Кроме того, эти два человека перед ним были рекомендованы самим генералом Чжаоюном, так что он, естественно, не будет относиться к ним несправедливо. В итоге он купил двух гусей всего за сотню таэлей!

Чжао Хань пошел в соответствии с сделкой, которую он тогда заключил с Сяокао, и отдал ей половину полученных денег. Сейчас Сяокао не нуждалась в этих пятидесяти таэлях и милостиво сказала: “брат Хань, это ты связался с покупателем и нашел гусей. Я только помогала тебе с некоторыми незначительными делами, так как же я могу забрать твои деньги?”

Чжао Хань категорически отказался забрать деньги и добавил: “Если бы не твоя тайная приманка, я бы не смог так легко поймать этих двух гусей. Позволь мне сказать тебе, что поймать живого гуся во много раз труднее, чем убить. Хотя мои навыки стрельбы из лука довольно хороши, я не могу гарантировать, что смогу сбить гуся совершенно целым! Тем не менее, ты была той, кто помогал разводить гусей дома. После стольких дней, проведенных там, я сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме тебя, мог бы так хорошо заботиться об этих гусях. Ты заслужила эти деньги! Если ты не возьмешь их, то я решу, что ты смотришь свысока на своего брата Ханя!”

После того, как он сказал это, Юй Сяокао действительно не могла больше отказываться. У нее не было выбора, кроме как взять деньги и сказать: “Хорошо, тогда я возьму деньги!”

Простая прогулка до дома магистрата префектуры означала, что она заработает все деньги, которые ей нужны, чтобы ходить по магазинам в городе! Весь остаток дня Юй Сяокао ходила по магазинам как одержимая. В полдень она пообедала в довольно хорошей таверне и попробовала несколько блюд, которые были фирменными блюдами города Цзиньвэй. Проведя один день в городе, она успела купить очень много вещей. Если бы она не боялась, что не сможет чисто физически довезти домой больше вещей, Сяокао, скорее всего, потратила бы все пятьдесят таэлей за один день!

На следующий день, рано утром, группа людей отправилась домой. Они прибыли в город вчетвером, но возвращались домой еще с тремя людьми-Фан Цзычжэнь и двумя его подчиненными.

Всю дорогу Фан Цзычжэнь нервничал, желая, чтобы они немедленно появились в деревне Дуншань. Его навыки верховой езды были довольно хороши, и он ехал на лошади, которая была одним из лучших доступных скакунов. Когда он увидел, что Сяокао и остальные не спешат, он не мог не предложить: “Чжао Буфань! Как насчет того, чтобы мы вдвоем отправились первыми. С Ли Ли и другим помощником, оставшимся с ними, нам не нужно беспокоиться о безопасности Чжао Ханя и других.”

Чжао Буфань весело рассмеялся: - Старший боевой брат Цзычжэнь, давай посмотрим, кто лучше ездит верхом! От имени моего отца я проверю, не ослабил ли ты свое искусство верховой езды все эти годы, хорошо?

Фан Цзычжэнь чувствовал себя так, словно вернулся в прошлое, к десятилетнему маленькому Буфаню. Юноша любил соревноваться с ним в мастерстве верховой езды и даже хныкал, когда он проигрывал!

- Ха-ха, ладно! Чжао Буфань, твой боевой брат не собирается легко с тобой обращаться, а! Если ты проиграешь, тебе нельзя плакать! - Фан Цзычжэнь дразняще рассмеялся.

Чжао Буфань почувствовал, что его старое лицо покраснело, и увидел, что сын хихикает над ним. Он обратился к своему воинственному брату: “нет нужды вспоминать старые события прошлого! Люди часто говорят: солдат может многое изменить за три дня, достаточно изменить свою точку зрения! Прошло почти тридцать лет, а твой младший боевой брат никогда не ослаблял своих навыков стрельбы из лука и верховой езды!”

- С хозяином рядом, даже если бы ты захотел расслабиться, ты бы не смог!! У строгого учителя будут блестящие ученики, я твердо верю, Чжао Буфань, что ты сможешь удивить меня своим мастерством. Поехали! - Фан Цзычжэнь позаботился о том, чтобы оставить ему какое-то лицо, и не стал вспоминать все его неловкие детские инциденты прошлого.

Они вдвоем бросились прочь, оставляя за собой пыль. Юй Сяокао смотрела, как их сильные и здоровые фигуры быстро исчезают вдали, и испытывала сильную зависть. Быстрая скачка верхом выглядела чрезвычайно беззаботной, и она тоже хотела испытать это на себе. Однако с ее крошечным телом и плохими навыками верховой езды, вполне вероятно, что она никогда не сможет попробовать.

Чжао Хань смотрел на нее с нежной улыбкой, как будто мог сказать, что она таит в своем сердце. Он предложил: “как насчет того, чтобы я взял тебя с собой галопом?”

Юй Сяокао уже собиралась принять предложение, когда отец безжалостно остановил ее: - Мальчики и девочки не должны иметь физического контакта! Цаоэр, если ты хочешь покататься на лошади, отец может взять тебя с собой!

Юй Сяокао надулась и угрюмо покачала головой. Конный спорт ее отца был не намного лучше, чем ее собственный. Он не мог идти быстрее маленького Грея!

- Маленький Грей, иди быстрее! Отец, если ты сможешь не отставать от меня, то сможешь снова заняться верховой ездой! - Сяокао легонько сжала ногами живот маленького ослика, и маленький Грей тут же вытянул ноги и побежал.

Сяокао слышала, как ветер проносится мимо ее ушей, когда мимо проносятся деревья по сторонам дороги. Ее одежда с широкими рукавами и развевающимися штанинами развевалась на ветру, из нее вырвался серебристый смех и окрасил все вокруг.

- А? Скорость этого маленького ослика на самом деле неплохая, - восхищенно воскликнул Ли Ли, когда его глаза широко раскрылись от удивления. Обычный осел не смог бы бежать так быстро. Но как бы он ни старался, у этого тускло-серого осла не было никаких отличительных черт.

________________________________________

[1] Чжаоюн генерал (昭勇将军) - Чжаоюн означает яркий и смелый.

Глава 143 - посещение

Когда группа людей прибыла в деревню Дуншань, огненное солнце постепенно приближалось к западной горе, которая окутывала вершину горы сверкающим золотым ореолом. Подавляющее большинство жителей деревни только что закончили обедать, и многие пожилые мужчины и женщины собрались под старым вязом в устье деревни. Одни играли в шахматы, другие весело болтали.

Среди них была толстая и полная женщина, которая болтливо разговаривала с другими людьми, в то время как капли слюны вылетали из ее рта. Этим человеком была старшая тетя Сяокао по отцовской линии, Ли Гуйхуа. В кармане у нее лежал пучок жареных дынных зерен, и губы ее быстро хлопали, когда шелуха от дынных зерен отлетала. Ее глаза-бусинки, похожие на глаза крысиные, яростно блуждали вокруг. Никто не знал, кого она соберется оклеветать в следующий раз.

Рядом с ней была госпожа Сюн, которая ткнула ее локтем. Она надулась в сторону входа в деревню и сказала: “Гуйхуа, посмотри туда! Разве это не твой младший шурин и его драгоценная маленькая дочь? Я слышала, что позавчера они отправились с охотником Чжао и его сыном в город префектуры! Я живу уже очень давно и никогда не была в префектурном городе. Твой младший шурин бережет эту глупую девочку Сяокао как сокровище, ах, и берет ее повсюду!”

- Пш-ш, о каком сокровище ты говоришь?! В конце концов, на ней можно только разориться? - С тех пор как Ли Гуйхуа отправилась в свою последнюю бесплодную поездку в старую резиденцию Юй и была вознаграждена кошмарами в течение нескольких ночей, у нее никогда не хватало духу пойти туда снова. Она даже распускала слухи, что в старой резиденции обитают демоны и что семья Юй Хай была такой же, однако большинство жителей деревни знали ее личность, и очень немногие из них воспринимали ее болтовню всерьез.

Глаза госпожи Сюн блеснули, и она засмеялась так, что все ее тело задрожало.

- Как ты думаешь, твой младший шурин пытается выдать одного из своих детей замуж за семью Чжао, потому что считает, что у них хорошее материальное положение? Даже если он захочет, он не должен выбирать эту девчонку Сяокао. Она больна, и никто не знает, когда у нее будет следующая болезнь!”

- Кто его знает! Второй шурин-побратим Хантера Чжао. Может быть, у них были какие-то дела в префектуре, и Сяокао умоляла пойти с ними. Второй шурин точно не смог бы ей отказать, тем более что он любит ее баловать! Что касается размышлений о браке, то не уверена, удастся ли им договориться! - Госпожа Ли продолжала шумно раскалывать семена дыни во рту и не обращала внимания на то, что вокруг нее было много старейшин. У нее не было никаких манер, и она была занята тем, что эгоистично ела свои семечки.

Госпожа Сюн скривила губы и злобно хихикнула: “твой младший шурин играет в хорошую игру. Эта семья Чжао, должно быть, одна из самых богатых семей в нашей деревне. В прошлый раз твоему младшему шурину удалось убить медведя в горах. Я слышала, что его продали за триста таэлей. Твой младший шурин получил такую серьезную травму, и у него очень хорошие отношения с охотником Чжао. Он, должно быть, получил большую часть денег!”

Когда мадам Ли услышала, что медведь продан за такие деньги и что ее второй шурин, вероятно, получил кусок этого пирога, выражение ее лица сразу изменилось. Она постоянно повторяла: - Ах! Второй шурин отделился от семьи, и в его семье нет никого, кто мог бы нормально работать. И все же с каждым днем они становятся все более и более богатыми! Теперь я знаю, что он собрал довольно много денег за спиной матери и отца! Неудивительно, что он мог починить дом, заново огородить дворы и даже купить столько ткани, чтобы сшить новую одежду... Это не нормально, я должна сказать маме! Когда охотник Чжао продал медведя, мы еще не разделили семью! Им нужно компенсировать нам!

Госпожа Ли сунула все семена дыни, которые у нее были, в руки госпожи Сюн и нетерпеливо направилась домой. Однако она только что упомянула о деньгах от медведя, когда лицо госпожи Чжан исказилось, и пожилая женщина начала кричать на нее. Кроме того, ей даже поручили много работы. Не было абсолютно никакой возможности найти время, чтобы улизнуть и бездельничать в течение следующих нескольких дней!

В этот момент у входа в деревню все жители деревни увидели охотника Чжао и Юй Хая с несколькими крупными мужчинами, одетыми в шелка и атлас, которые имели военный вид. Жители деревни тихо перешептывались между собой. Все предметы, купленные Юй Сяокао, висели на лошадях помощника Чжао Хана и Фан Цзычжэня. С одной стороны, осел был слишком мал и не мог нести все это. С другой стороны, она боялась, что люди станут завидовать ей из-за всего того, что она купила.

Фан Цзычжэнь спешил к своему уважаемому учителю, которого не видел более тридцати лет. Он сразу же последовал за Чжао Буфанем, чтобы отправиться в резиденцию Чжао. Чжао Хань остался позади, взяв с собой Ли Ли и другого подчиненного, и отправился домой к Сяокао, чтобы доставить ее вещи.

Когда госпожа Лю узнала, что семья Чжао принимает гостей, она тепло собрала по кусочку каждого вида овощей, растущих на полях, и отдала их Чжао Ханю, чтобы он отнес их домой. Хотя семья Чжао Ханя также имела некоторые участки для выращивания овощей, никто в его семье не знал, как вести хозяйство, поэтому у них никогда не было большого урожая со своего сада. Кроме того, ни один из их овощей не был таким ярким и сочным, как продукты семьи Юй.

С тех пор как ветвь Юй Хая отделилась от основной семьи, они стали еще ближе к семье Чжао. Примерно раз в несколько дней Чжао Хань доставлял им дичь и даже помогал собирать овощи. Он также никогда не расслаблялся, когда помогал им. Таким образом, время от времени семья Юй также присылала некоторые из своих овощей.

После того, как члены семьи Чжао съели овощи семьи Юй, им еще больше разонравились свои собственные овощи. Даже старик, Чжао Цимо много раз хвалил овощи семьи Юй. Овощи, которые они выращивали, были сочными и очень вкусными. Было легко съесть пару лишних чашек риса, когда у вас были их овощи! Он чувствовал, что его собственное тело с каждым днем становится все сильнее и сильнее. Даже его старые внутренние повреждения, оставленные предыдущими военными кампаниями, казалось, стали намного лучше!

Чжао Хань взял овощи без всяких придирок и даже отдал ярко-красные помидоры Ли Ли и другому парню. Ли Ли ездил с генералом в другие столичные резиденции и уже видел помидоры. Однако все эти люди держали помидоры в горшках и использовали их только как декоративные растения.

Ли Ли узнал, что помидоры можно есть как фрукты только после того, как попробовал кисло-сладкий помидор! В тот вечер он также ел помидоры, используемые как овощ в приготовленных блюдах. Он вдруг понял, что помидоры на самом деле считаются не фруктами, а овощами! [1]

После того, как они проводили Чжао Ханя и двух других людей, госпожа Лю начала убирать вещи, купленные Сяокао, расспрашивая Юй Хая и ее дочь о том, что они едят в городе префектуры, об их условиях жизни и т. д. Что же касается экстравагантных трат Сяокао, то госпожа Лю уже привыкла к ним. К счастью, Сяокао тоже была очень хороша в зарабатывании денег, так что мадам Лю больше не утруждала себя разговорами.

Сяокао купила госпоже Лю рулон простой, но элегантной хлопчатобумажной ткани. Мадам Лю он так понравился, что она почти не могла его использовать. Тем не менее, Сяолянь и Сяокао приставали к ней, чтобы попробовать, поэтому она обернула его вокруг своего тела, чтобы посмотреть. Несомненно, ткань полностью подходила ей, так как действительно демонстрировала ее нежную и мягкую натуру. Даже Юй Хай неоднократно хвалил Сяокао за то, что у нее хороший глазомер!

Затем Сяокао достала драгоценности, которые несла под одеждой. Сначала она достала пару сиреневых сережек для Сяолянь и помогла ей надеть их. Изящные серьги делали сияющие и розовые щеки Сяолянь еще более красивыми.

Мадам Лю улыбнулась в сторону: “Сяокао, этот набор сережек, который ты выбрала, не так уж плох. У всех девушек должно быть несколько украшений. В прошлом у нашей семьи были трудности, но в будущем мы должны подготовить еще несколько комплектов для вас, двух сестер!”

Какая юная дева не любила блестящие и сверкающие драгоценности? Сяолянь просто обожала эти серьги и шпильку, усыпанную жемчугом. Она носила заколку в волосах и не могла ее снять. Юй Хай и его жена мягко рассмеялись, наблюдая, как их дочь восхищается собой. Они думали, что это было одновременно немного смешно и немного душераздирающе.

- Мама, я купила это для тебя. Быстро примерь и посмотри, подходит ли он тебе! - Сяокао достала серебряный браслет и заколку. Она преподносила их так, словно они были самыми прекрасными сокровищами в мире.

Мадам Лю позволила дочери надеть браслет на ее руки и прокомментировала: “какой смысл тратить деньги? У мамы обычно много работы, так что браслет будет только мешать, верно?” Хотя она произнесла эти слова, в ее сердце все еще было тепло. Дочери были по-настоящему близки со своей матерью.

Когда она увидела серебряную заколку в форме магнолии, ее глаза вдруг стали влажными и горячими, а губы задрожали. Когда она выходила замуж, два ее старших брата тоже женились примерно в то же время, так что семья тогда была небогатой. Серебряная заколка в виде магнолии в ее приданом тоже была приданым ее матери. Обычно ее мать не могла носить ее. Хотя ее мать носила ее больше двух десятилетий, она все еще выглядела новой.

Однако, когда Сяокао было пять лет, она была очень больна. Госпожа Чжан воспользовалась предлогом, что у семьи не было много денег после оплаты обучения ее третьего сына, и отказалась дать им деньги, чтобы Сяокао пошла к врачу. Беспомощная, она могла только использовать эту серебряную шпильку из своего приданого, чтобы заплатить за визит врача и лекарства своей дочери. Каждый раз, когда она думала об этой серебряной шпильке, она чувствовала себя немного грустной, но никогда не сожалела. Серебряная заколка для волос-это всего лишь предмет, какой бы дорогой она ни была, она никогда не будет такой драгоценной, как жизнь ее дочери!

Теперь перед ней появилась новая серебряная заколка. На самом деле ее купила ее благоразумная дочь. Дыра в ее сердце, по-видимому, была забита до отказа. С такой дочерью, как эта, чего еще можно желать? Она еще раз порадовалась, что использовала свою заколку, чтобы спасти жизнь дочери!

Сяокао видела, как ее мать сдерживает слезы, глядя на заколку в своих руках. Ее мать была погружена в свои мысли, поэтому она тихо перебила ее: - Я скучала по тебе последние несколько дней, пока был в префектуре! Все ли в порядке дома? Кто-нибудь приходил и усложнял тебе жизнь?

Мадам Лю бережно спрятала серебряную заколку и слегка сморгнула слезы, стоявшие на глазах. Она сладко улыбнулась и сказала: “У тебя такой милый маленький ротик, как будто ты весь его намазала медом! Дома все было прекрасно, третий молодой Мастер Чжоу прислал сегодня Сяодуо, который принес арбузные семечки. Как же нам их сажать? Мы не можем откладывать сельскохозяйственный сезон!!”

- Мы этого не сделаем! Арбузы любят теплую погоду, поэтому, если мы подождем несколько дней, это не вызовет никаких проблем! Мы должны поставить кровать Кан в Западной комнате. Семена арбуза нужно замачивать, чтобы способствовать прорастанию. Здесь все еще немного холодно по утрам и вечерам, поэтому нам нужно, чтобы Кан поддерживал температуру в тепле. - У Юй Сяокао была хорошая идея о том, как выращивать арбуз. В ее прошлой жизни до того как ее родители умерли, они также вырастили два полных му арбуза. В то время она училась в средней школе, поэтому уже много работала на семейной ферме.

Вся семья сидела на кровати Кан и раскладывала все купленные вещи. Мадам Лю встала с постели, чтобы приготовить ужин. Семья Юй уже привыкла есть три раза в день, поэтому их последний прием пищи обычно был немного позже, чем у других жителей деревни. В полдень Юй Хай и его дочь съели несколько сухих пайков. Мадам Лю сочувствовала им, поэтому специально приготовила еще пару блюд на ужин.

Сразу после того, как они закончили трапезу, они услышали, как кто-то стучится в их ворота. Сяолянь выскочила, чтобы открыть дверь, и впустила госпожу Мао, которая держала корзину, полную утиных яиц.

Мадам Мао вошла в главный зал с расплывшимся в улыбке лицом. Она сидела, скрестив ноги, на кровати Кан. Она подтолкнула корзину с утиными яйцами к госпоже Лю и сказала: “Я здесь, чтобы поблагодарить тою дочь Сяокао! Сегодня приходил младший брат ресторана "Чжэньсю" Цянь и заказал у нас на завтра пятьдесят уток. Если бы не их отношения с вашей семьей, то они не купили бы у нас столько уток и не нуждались бы в том, чтобы мы их забивали и чистили. Вы, ребята, этого не знаете, но раньше, когда кто-то заказывал у нас утку, нам всегда приходилось ее резать и чистить. Утиные перья очень трудно ощипать, так сколько же времени нам понадобится, чтобы ощипать пятьдесят уток?”

Мадам Лю была честным человеком, поэтому она сказала честно: “мы не можем претендовать на это! Сегодня Сяодуо помогал нам на заднем дворе и видел, как твой сын пас уток через бамбуковую изгородь. Он сказал, что ваша семья хорошо воспитала утрк. Я просто сказала несколько слов о вашей семье, вот и все. Я абсолютно не могу принять этот подарок от тебя.”

- Если бы не таланты вашей дочери Сяокао, как бы ресторану Чжэньсю понадобилось столько уток? Если бы не младший брат Цянь, приходивший покупать у тебя продукты, как бы они узнали, что моя семья выращивает уток? В конце концов, это мы пользуемся вами! Это всего лишь несколько утиных яиц, вот и все. Не надо быть такой вежливой! - Мадам Мао пару раз потянула мадам Лю за руку и была очень добра к ней.

________________________________________

[1] помидор - технически, с точки зрения ботаники, помидоры-это фрукты, но мы используем их больше как овощи.

Глава 144 - дача советов

Первоначально мадам Мао слышала от своей родственницы, работавшей в ресторане "Чжэньсю", что рецепт невероятно популярного в городе жареного цыпленка был создан маленькой девочкой из деревни Дуншань по фамилии Юй. Тогда она еще не совсем поверила в эту историю. Как могла восьмилетняя или девятилетняя девочка, которая была больна и слаба в течение многих лет, знать, как готовить еду?

Однако когда семья Юй порекомендовала цыплят семьи Чжоу в ресторан "Чжэньсю", их цыплята, которые раньше продавались плохо, не только полностью распродались, но и весной они поймали еще больше цыплят. Они сказали, что хотят расширить свою деятельность по выращиванию цыплят!

Если утки ее семьи все еще не могут быть проданы из-за плохих условий года, они, вероятно, станут дефицитом для ее семьи. Мадам Мао решила рискнуть, несмотря на то, что только наполовину верила в эти истории, и подошла, чтобы попросить о помощи. Она не ожидала, что младшая дочь семьи Юй действительно обладала даром готовить. В течение нескольких дней девочка создала "утку османтуса" - новое блюдо, которое очень хорошо продавалось.

Говорили, что эта утка османтус не только имела дразнящий вкус, но и могла питать организм полезными веществами. Ходили слухи, что если есть ее постоянно, она может облегчить лихорадку, вывести токсины, питать Инь, восстановить легкие и увлажнить сухие участки кожи!

Мадам Мао знала, что ее муж не обладал природным даром вести дела, как братья семьи Чжоу. Кроме разведения уток, он не был силен ни в чем другом. У ее старшего сына была плата за обучение, и все остальные расходы дома зависели от продажи уток. Раньше она могла продать только одну утку на каждые две курицы в городе. С этим они едва сводили концы с концами. По этой же причине ей приходилось торговаться за каждую унцию или медяк.

Теперь все было по-другому. С этим новым блюдом и ее отношениями с семьей Юй, даже если ее семья вырастит еще больше уток, им не придется беспокоиться о том, чтобы продать их! Госпожа Мао чувствовала огромную благодарность в своем сердце к семье Юй за их доброту и заботу. Эта корзина с утиными яйцами была ее способом искренне поблагодарить их.

Проводив госпожу Мао, госпожа Лю забеспокоилась о корзинке с утиными яйцами. Утиные яйца были не так вкусны, как куриные. Как бы вы их ни готовили, они всегда будут иметь легкий рыбный привкус. По-видимому, они могли просто использовать немного крупной соли, чтобы сохранить их. Когда наступит пик сельскохозяйственного сезона, они смогут добавить к своему столу еще одно блюдо!

- Мама, дай мне эти утиные яйца, я их приготовлю! - С другой стороны, Юй Сяокао нисколько не волновалась из-за яиц. В ее прошлой жизни яйца с нежирным мясным отваром и яйца с жареным тофу были ее любимыми продуктами. Лучшие соленые и консервированные утиные яйца также имели розовые красные желтки, восхитительное золотое желточное масло и нежный вкус... "Ах, не могу больше думать об этом, скоро начну пускать слюни".

Сяокао всегда делала то, что обещала! На следующий день она взяла немного сычуаньского перца, китайской корицы, фенхеля, свежего имбиря, мелкой соли и добавила его в холодную воду, и кипятила это около двадцати минут. Затем она вылила смесь в глиняную банку, положила туда вымытые утиные яйца и плотно закрыла банку.

Когда мадам Лю увидела, как она это делает, она сказала, что нужно только солить утиные яйца. Использование таких специй было бы пустой тратой времени, поэтому она не должна этого делать. Традиционно при консервировании утиных яиц люди обычно использовали немного красной земли и смешивали ее с водой, пока она не становилась вязкой и липкой. Затем добавляли немного крупной соли, и вся смесь использовалась для покрытия яиц и маринования их.

Сяокао засмеялась: “Мама, я готовлю пять соленых утиных яиц с пряностями. Этот вид утиного яйца обладает богатым ароматом и пикантным вкусом. Я гарантирую, что это будет лучше, чем все другие соленые утиные яйца, которые ты пробовала, просто подожди и увидишь!”

- Разве у нас нет целой корзины утиных яиц? Почему ты замариновала только половину корзины? - Спросила мадам Лю, помогая дочери.

Сяокао немного подумала и ответила другим вопросом: “Мама, мы можем раздобыть немного негашеной извести? И порошок хуандань…”

-Порошок хуандань, разве он не используется даосскими жрецами для изготовления пилюль бессмертия? Только не говори мне, что ты планируешь использовать остальные утиные яйца для изготовления пилюль бессмертия? Это кажется неправильным, я никогда не слышала, чтобы таблетки бессмертия нуждались в утиных яйцах... - Мадам Лю была весьма озадачена ее вопросом.

Услышав слова госпожи Лю, Сяокао почувствовала облегчение. Похоже, негашеная известь и порошок хуандань были вполне доступны.

- Конечно, - продолжала мадам Лю, - негашеную известь не так уж трудно достать! Многие горожане в городе используют известь, чтобы покрасить стены, когда они строят новый дом. Твой младший дядя по материнской линии знает, как класть кирпичи, так что мы можем послать ему письмо, чтобы он достал их тебе. Что касается порошка хуандань, то ты, вероятно, сможешь купить его в аптеке.

Негашеная известь использовалась для строительства домов. Разве третий молодой Мастер Чжоу не наблюдал в доках за строительством фабрики? Найти его было бы идеально! В доках, похоже, тоже была небольшая аптека, но она не была уверена, есть ли у них порошок хуандань для продажи. Юй Сяокао сгорала от беспокойства и начала готовиться к походу в доки.

Покончив с завтраком, Сяокао вместе с Сяолянь выехали на дорогу, ведущую к докам. Как только они вышли из деревни, они увидели толстую фигуру Юй Хейзи.

Раньше Юй Хейзи считался хулиганом в деревне Дуншань, который весь день доставлял неприятности. Используя свою большую и толстую фигуру в своих интересах, он издевался над всеми другими детьми в деревне. После того, как он был до смерти напуган маленьким божественным камнем, он неожиданно сделал 180 градусов и отбросил все свои дурные привычки.

- Брат Хейзи, ты идешь в доки? Запрыгивай, у нас есть для тебя место! - У Юй Сяокао не было никакой недоброжелательности к реформированному Юй Хейзи. В конце концов, они были семьей. Она не могла притворяться, что не видит его только потому, что не любит его мать!

Юй Хейзи избегал смотреть Сяокао в глаза и смущенно усмехнулся: “А-а-а, я иду в доки посмотреть, есть ли там для меня какая-нибудь работа-все в порядке, я должен сбросить часть этого жира на своем теле, так что я лучше пройдусь!”

Юй Сяокао хихикнула: “потеря веса не происходит сразу. Наша повозка на осле движется быстро, и чем раньше ты туда доберешься, тем больше у тебя будет возможностей! Хватит бездельничать, быстро поднимайся, а!”

Юй Хейзи больше не пытался отклонить ее предложение и неуклюже взобрался на повозку. Маленький Грей все еще был совершенно спокоен и не снижал своей скорости, несмотря на то, что к его грузу добавился толстый Хейзи. Хейзи искренне похвалил осла: “Сяокао, твой осел очень хорошо воспитан! Когда ты впервые купила его, он был таким тощим, что выглядел как мешок с костями. К тому же он был так болен, что находился на пороге смерти. Все говорили, что вы, ребята, зря тратите деньги. Я не ожидал, что этот осел будет таким крепким и здоровым после того, как ты за ним поухаживаешь.”

- Маленький Грей на самом деле не был так уж болен, просто в городе нет хорошего ветеринара. Ты также знаешь, что я училась кое-каким способам лечения у доктора Ю в течение нескольких дней. Я определенно могу лечить животных без проблем! - Мягко ответила Сяокао.

Сяолянь мельком взглянула на фигуру Хейзи и с любопытством спросила: “брат Хейзи, что заставило тебя пойти в доки искать работу? Бабушка велела тебе идти?”

Хейзи от смущения почесал лицо и сказал: - Этой весной мне уже четырнадцать. Моя мать сказала, что еще два года и я, наверное, смогу говорить о браке. Хе-хе, мы не можем много зарабатывать дома на рыбалке, и моя мама сказала, что все деньги дома уходят на учебу младшего дяди. В будущем бабушка, вероятно, не даст мне много в подарок на помолвку. Итак, я немного подумал и решил, что, поскольку я совершенно здоров, я могу пойти и заработать свои собственные деньги!”

- У тебя есть дух! Брат Хейзи, я верю в тебя! - Юй Сяокао восхищенно кивнула. В этот период времени было очень распространено, чтобы люди находили пары в пятнадцать – шестнадцать лет. Для госпожи Чжан, кроме ее младшего сына, которым она дорожила, все остальные были так же важны, как трава. Она действительно видела, что эта старуха не дает денег на обручальный подарок Хейзи!

Хейзи глупо улыбнулся ей: “на самом деле это ты, Сяокао, подбодрила меня! Ты моложе меня на пять-шесть лет, но знаешь, как продавать тушеную пищу в доках, чтобы заработать деньги. Я уже почти в том возрасте, когда могу жениться, так что нехорошо сидеть дома и ждать, пока другие люди принесут мне еду и питье! Если я буду продолжать бездельничать дома, то в будущем у меня могут возникнуть проблемы с женитьбой…”

Сяолянь мягко подшутила над ним: “хи-хи-хи... Брат Хейзи, я не знала, что ты хочешь жениться! У тебя есть кто-нибудь на примете?” Ее дразнящий смех звучал, как маленькие серебряные колокольчики, звенящие в воздухе.

Ярко-красный румянец появился на смуглом лице Хейзи, и он пробормотал: - Я слышал, как старейшины у входа в деревню упоминали, что бродяга в соседней деревне весь день ничего не делает и не может жениться даже в сорок лет, так что не распространяйте обо мне слухов!”

Сяокао помогла ему выбраться из этой неловкой дыры: “брат Хейзи прав! Пока ты трудолюбив, стоит ли беспокоиться о женитьбе? Старший брат Хейзи, какие у тебя планы?”

- Нет, ничего особенного! Просто хочу съездить в доки и узнать, не нужны ли там докеры. Я слышал, что в напряженное время портовый рабочий может зарабатывать от пятидесяти до шестидесяти медных монет в день! - На лице Хейзи промелькнуло тоскливое выражение.

Юй Сяокао с некоторым беспокойством оглядела складки жира на его теле: “работа докером требует большой силы и выносливости! Как ты думаешь, сможешь ли ты переместить что-то, что весит около пятидесяти килограммов?”

Хейзи немного помолчал, прежде чем ответить: “даже если я не смогу сначала, я все равно должен попытаться. Я могу сказать им, чтобы они платили мне немного меньше, как только я окрепну, тогда все будет в порядке!”

Все трое болтали всю дорогу и вскоре добрались до пристани. В данный момент в этом районе было не так уж много кораблей, поэтому бригадир Сун и его рабочие бездельничали.

Когда он увидел пару хорошеньких сестричек, старшина Сун подошел и поздоровался с ними: “Сяокао, я давно не видел тебя в доках, откуда у тебя сегодня время?”

- Дядя Сун, я вчера была в порту! Вы ошиблись, я Сяолянь. Сяокао рядом со мной! - Сяолянь счастливо улыбнулась, подойдя к ларьку с лапшой дедушки Лю и устроившись рядом. Она зажгла маленькую глиняную печку и поставила сверху тушеную еду, чтобы разогреть ее.

Бригадир Сун посмотрел на Сяолянь, а затем на Сяокао. Он несколько неловко рассмеялся, потирая затылок: “вы, две сестры, действительно слишком похожи. Нелегко быстро отличить вас друг от друга. Старина Лю, дай мне миску смешанной зерновой лапши. Сяолянь, дай мне порцию свиной головы, я хочу побольше жирных кусочков!”

Сяокао была озадачена его приказом и спросила: “Дядя Сун, почему вы едите смешанную зерновую лапшу? Вы устали есть пшеничную лапшу?”

Бригадир Сун горько поморщился и покачал головой: “Сяокао, не смейся над дядей Сун. Я почти не могу позволить себе съесть эту миску смешанной зерновой лапши, не говоря уже о лапше из пшеничной муки!”

- Что случилось? Дела идут не очень хорошо? - Задумчиво спросила Сяокао, глядя на большой корабль, пришвартованный к берегу. На судне вовсю энергично трудилась целая группа докеров.

Бригадир Сун яростно хлопнул ладонью по столу и громко воскликнул: “этот ублюдок Люзи действительно не из тех, с кем легко иметь дело! Он практически монополизировал всю работу в доках! Все сильные и энергичные мужчины тоже пошли к нему. Он больше не оставляет мне никакой возможности зарабатывать на жизнь.”

- Это не может быть правдой, верно? Брат Люзи не похож на человека, который монополизирует все, верно? - Сяокао нахмурилась и посмотрела на высокую и мускулистую фигуру у берега.

Бригадир Сун горько рассмеялся, а потом сказал: - В прошлом я бросался всем своим весом и усложнял жизнь Люзи. Было время, когда дела шли хорошо, и я был доволен своим успехом. Я повысил кого-то до помощника и не слишком утруждал себя управлением делами. Кто же знал, что я слепой и что ассистент поменял всем дневную зарплату на месячную. Через месяц он присвоил себе все жалованье и сбежал! Люзи воспользовался случаем, чтобы подманить всех к себе. Кроме того, у него также есть кто-то, кто помогает сверху, так что мне будет очень трудно вернуться. Ай, теперь, когда я могу наесться досыта, это считается роскошью для меня, ах!”

Юй Сяокао заметила, что кто-то в отдалении, не слишком далеко от доков, что-то измеряет на земле. Она успокоила его: “дядя Сун, будет трудно только в течение короткого периода времени. Как только доки закончат строительство и у нас будет большая гавань, естественно, возникнет потребность в гораздо большем количестве рабочих. Когда время придет, у вас будет еще одна возможность! Однако я чувствую, что соревноваться с кем-то не так выгодно, как работать вместе…”

- Хм? Почему выгоднее работать вместе? Объясни мне. - Внезапно из-за ее спины раздался громкий и ясный голос.

Юй Сяокао повернула голову и посмотрела. Она не знала, когда брат Сикс появился позади нее. У него было высокое мускулистое тело с кожей цвета здоровой бронзы. Шрам на лице нисколько не уменьшал его мужественности. Он действительно был воплощением мужественного мужчины, переполненного гормонами!

Глава 145 - продвижение

Юй Сяокао ухмыльнулась ему: “я думаю, что вы двое можете создать офис управления портом и арендовать один из магазинов в качестве своего офиса. Вы, ребята, можете заниматься грузовыми перевозками, хранением грузов, вспомогательными закупочными услугами и координацией перевозок людей. Как только строительство гавани будет закончено, у брата Сикс будет все больше и больше людей, работающих под его началом, и у него будет гораздо больше проектов. Естественно, ему придется делегировать некоторые вопросы менеджеру. Дядя Сун уже очень хорошо знаком с доками и грузовым транспортом. Лучше использовать кого-то, кто знает эту работу, чем кого-то совершенно нового. Таким образом, брат Сикс может поручить дяде Сун кое-какие дела, разве это не лучше, чем жестоко соперничать друг с другом?”

Брат Сикс потер подбородок, его глаза засияли. Было очевидно, что он был глубоко тронут ее описанием возможного великого будущего. Хотя ее идеи не были полностью воплощены, это дало ему хорошее направление и открыло его сердце для большого количества доступных возможностей. Брат Сикс был не из тех, у кого нет талантов. До тех пор, пока вы дадите ему шанс, он, безусловно, сможет взлететь высоко!

Много лет спустя все, у кого были хоть какие-то мозги, знали о моголе гавани, брате Сикс. Даже некоторым чиновникам и дворянам не оставалось ничего другого, как обходиться с ним вежливо. Это было потому, что если вы оскорбили брата Сикс, будут последствия. Легкое нарушение приведет к задержке погрузки или разгрузки вашего груза. Тяжелое преступление, с другой стороны, может привести к тому, что весь ваш запас товаров застрянет в одном месте. В порту брат Сикс стал легендой среди всех рабочих-и все это началось с случайных замечаний маленькой девочки!

Однако в данный момент брат Сикс был всего лишь мелким бригадиром. - Брат Сун, я уважаю тебя как человека. Ты хочешь работать со мной? Объединившись, мы сможем делать великие дела вместе!

Бригадир Сун эмоционально ответил: “Люзи! Твой брат Сун не такой смелый и не такой дальновидный, как ты. Но я знаю погрузочно-разгрузочные работы в доках как свои пять пальцев. Если ты готов довериться мне, я тебя абсолютно не подведу!!”

Когда Юй Сяокао увидела, что эти двое мужчин уладили свои недоразумения, она тут же вздохнула с облегчением. Когда она только начала продавать тушеную пищу, бригадир Сун очень помогал ей, открывая свое дело, а также давал постоянную работу в доках ее дяде по материнской линии и двоюродному брату. Что же касается брата Сикс, то он когда-то защитил ее от шайки злодеев и мог считаться наполовину благодетелем, спасшим ей жизнь. Честно говоря, она была благодарна им обоим, поэтому не хотела больше видеть, как они ссорятся.

- Сяокао… - Юй Хейзи заметил, что брат Сикс, крупный мужчина в доках, благосклонно относился к своей младшей сестре. Если она вступится за него, будет ли по-прежнему трудно найти работу в доках? Он украдкой потянул ее за край куртки и тихо позвал по имени.

Только тогда Сяокао вспомнила о положении Юй Хейзи. - Брат Сикс, это мой старший двоюродный брат по отцовской линии, Юй Гэ, он хочет найти работу в доках и не возражает, чтобы ему платили чуть меньше. У тебя есть какая-нибудь подходящая для него работа?

Брат Сикс посмотрел на Хейзи, тело которого было полно жира, а мускулов явно не хватало. Он слегка нахмурился, и взгляд его суровых глаз мог заставить менее смелых людей дрожать от страха. Он сказал: “да, Юй Гэ, это правда?”

- Да, да! Брат Сикс, ты можешь звать меня просто Хейзи. - Юй Хейзи почувствовал, как его сердце бешено забилось после того, как на него посмотрел более крупный мужчина, но он все еще держал улыбку на лице.

Брат Сикс кивнул головой и прямо сказал: “Хейзи, честно говоря, у меня к тебе не очень хорошее предчувствие! Однако, раз уж младшая сестра Сяокао попросила, я дам тебе шанс! Видишь вон тот корабль? Есть кое-какой багаж для женщин этой семьи, который нужно переложить на тележку. Иди работай с мальчиком из семьи Лю. Если будет много работы, приходи завтра. Если не сможешь этого сделать…”

- Все в порядке! Все абсолютно нормально! - Женский багаж не мог весить так много. По сравнению с грузом, который весил не менее пятидесяти килограммов, это считалось относительно легкой работой. Юй Хейзи знал, что брат Сикс относится к нему хорошо, как к одолжению для младшей сестры Сяокао, поэтому твердо кивнул головой и согласился. Если бы он не мог выполнять такую работу, разве его все еще считали бы мужчиной?

Брат Сикс поманил рукой высокую, несколько хрупкую на вид фигуру неподалеку от них, и юноша быстро подбежал. Юй Сяокао некоторое время молча смотрела на него. Разве этот второй дядя по материнской линии не был сыном старшего брата Чживэя?

- Старший брат, вы, ребята, сейчас не заняты на ферме? Мой отец сказал, что хочет поехать туда в ближайшие пару дней, чтобы помочь! - Мягко заметила Юй Сяокао, когда она подняла голову и ослепительно улыбнулась ему.

Лю Чживэй вытер пот со лба и хихикнул: “мой старший дядя и отец все еще дома! Мои сестры тоже помогают, им не нужно, чтобы я там работал. Третий дядя услышал, что доки превращаются в гавань и нужны каменщики, поэтому он пришел, чтобы найти дополнительную информацию. Я пришел посмотреть, смогу ли я получить временную работу. Брат Сикс очень хорошо заботится обо мне и всегда дает мне самую легкую работу. Несмотря на то, что я довольно молод, у меня достаточно сил!”

Макушка головы Сяокао доходила только до подмышек Лю Чживэя, но слова, слетавшие с ее губ, звучали так, словно она была его старшей сестрой: “старший брат, ты все еще растешь. Успокойся и не причиняй вреда своему телу.”

- Не волнуйся, я не пострадаю! - Лю Чживэй немного посмеялся, прежде чем обратить свое внимание на брата Сикс: “брат Сикс, ты меня зачем-то позвал?”

- Ты отвечаешь за разгрузку пассажирского судна, пришвартованного на втором причале. Покажи и этому новому парню веревки. Есть вопросы? - Брат Сикс быстро и решительно дал ему задание.

- Ничего страшного, я обещаю, что выполню это задание! - Когда Лю Чживэй узнал, что он командует всем кораблем, он сразу понял, что на него возложена большая ответственность, и почувствовал, как его сердце наполняется желанием сделать все хорошо. Ведь это всего лишь пассажирский корабль, сколько же на нем может быть багажа? Даже если бы ему никто не помогал, он мог бы закончить эту работу совершенно один!

Брат Сикс торжественно произнес: “Чживэй, это первый день Хейзи, так что он мало что знает. Ты должен терпеливо обучить его. Мы абсолютно не можем терпеть людей, которые любят ловить рыбу в мутных водах…”

- Хейзи? - Лю Чживэй повернулся лицом к смуглой и полной фигуре и посмотрел на него. - Это тот жирный болван, который всегда издевался над своими младшими кузенами в семье Юй! Он здесь, чтобы найти работу? Как могли его мать и бабушка позволить ему выполнять тяжелую работу? Он что, пытается использовать свою связь с младшей сестрой, чтобы валять дурака? Я, Лю Чживэй, абсолютно не позволю ему этого сделать!

- Хейзи, пошли! Чем раньше мы начнем, тем раньше закончим! Разгрузить пассажирское судно не только легко, но и очень выгодно. Если бы там не было младшего кузена, как бы мы, два брата, могли получить такую работу? Надо работать умно и энергично! Если мы хорошо справимся, мастера могут даже дать нам советы! - Лю Чживэй тяжело хлопнул Юй Хейзи по плечу.

Подчиняясь дотошным приказам Лю Чживэя и легкому желанию быть с ним жестким, Юй Хейзи работал без остановки. Хейзи, который никогда раньше не занимался тяжелым физическим трудом, начал с полной энергии и энтузиазма, но после перемещения нескольких единиц багажа он почувствовал, что на его плечах лежит пятьсот килограммов веса. Бесчисленные капли пота падали на землю с каждым его шагом. Однако Юй Хейзи не сдавался и упрямо продолжал с одной мыслью-мне нужно пережить это, заработать много денег, чтобы жениться…

После того, как они закончили выгружать весь багаж на пассажирский корабль, у Лю Чживэя было только несколько струек пота, стекающих по его телу. С другой стороны, Юй Хейзи хватал ртом воздух, как старый бык, тяжело больной. Пот струился по его телу, как проливной дождь, а обе ноги отчаянно дрожали. Несмотря на все это, он не произнес ни единого слова жалобы.

Брат Сикс подошел и похлопал его по плечу: - Первый раз всегда так, как только привыкнешь, все будет хорошо!! Отдохни немного и съешь что-нибудь, чтобы сэкономить немного энергии. Сегодня днем их будет еще больше! Ты взял с собой деньги? Если нет, ты можешь пойти в платежную ведомость и получить немного денег наперед…”

- Не надо, брат Сикс! Я уже поел сегодня утром, прежде чем прийти сюда, так что еще не голоден! - Юй Хейзи вытер пот с лица рукой и оставил после себя несколько заметных линий грязи.

Брат Сикс кивнул головой: “Тогда иди найди себе место и постарайся хорошенько отдохнуть!”

Когда он работал, Юй Хейзи снимал пиджак и носил только одну рубашку без подкладки. Он слегка приподнял ткань с плеч и увидел, что кожа в этом месте уже была натерта ярко-красным. Он поморщился, осторожно разминая область.

Лю Чживэй почувствовал к нему совершенно новый уровень уважения после сегодняшнего утра и пришел сюда. Он прокомментировал: “твои раны здесь считаются довольно легкими! Когда я только начал здесь работать, я еще не знал брата Сикса, поэтому делал ту же работу, что и взрослые мужчины. Я также получал вдвое меньше, чем они. После целого дня работы верхний слой кожи на моих плечах был стерт. Ночью было чертовски больно, и я не мог заснуть.”

Юй Хейзи потер плечи и усмехнулся: “большое спасибо за заботу обо мне, брат Чживэй. Я не так силен, как ты, поэтому все большие части багажа были унесены тобой. Через минуту, когда мы получим нашу зарплату, ты должен получить большую часть!”

- Ты тоже очень много работал! - Лю Чживэй ошеломленно посмотрел на Хейзи. Раньше Хейзи всегда был тем, кто расслаблялся и запугивал других, почему же ему казалось, что он внезапно стал совершенно другим человеком?

- Я собираюсь навестить своих сестренок. Прямо сейчас там много людей едят, так что они, вероятно, очень заняты прямо сейчас! - Когда Сяолянь приходила одна, Лю Чживэй помогал ей во время перерыва на обед. Сегодняшний день тоже не стал исключением.

Тушеная еда по одной медной монете за порцию становилась все более популярной в доках. Количество пищи, приготовленной из одной свиной головы и примерно десяти порций маринованной рыбы, не могло удовлетворить пламенную потребность. Теперь их клиентами были не только докеры, но и люди, живущие поблизости. Были даже люди, которые приезжали издалека, чтобы купить несколько порций тушеной пищи домой для приема гостей.

Таким образом, каждый раз, когда у докеров был перерыв, тушеная еда почти полностью распродавалась в течение нескольких минут. Многим рабочим, которые с нетерпением ждали своей порции, приходилось уходить с пустыми руками. Чтобы удовлетворить спрос народа, у Юй Сяокао не было другого выбора, кроме как увеличить сумму. Сначала она обратилась за помощью к докерам. Если в их деревне кто-нибудь забивал свинью, она просила помочь ей купить свиную голову и потроха. Взамен она давала им две порции тушеной пищи бесплатно. Очень быстро у нее появилось еще несколько постоянных поставщиков сырья.

Они также продавали больше разновидностей продуктов питания, чем раньше. Кроме тушеных мясных блюд, у них также были тушеные водоросли, тушеный сушеный тофу и другие вегетарианские блюда. Хотя это должно было быть вегетарианским, овощи и тофу были все тушеные с использованием соуса, который был потушен с мясом свиной головы. Таким образом, блюда на растительной основе впитали в себя много животного жира и аромата, поэтому любой, кто их ел, мог ощутить вкус тушеного свиного мяса. Порция вегетарианских блюд также была больше, чем мясных. Таким образом, эти блюда тоже были довольно популярны.

С большим разнообразием тушеной пищи на продажу, они больше не могли полагаться на порционирование пищи заранее дома. Поэтому Юй Сяокао купила медный горшок и маленькую глиняную печку, чтобы разогревать тушеную пищу в доках, продавая ее. Тушеная еда, которую подогрели, имела еще более густой вкус, и запах проникал в каждый уголок и щель доков вместе с морским бризом. Даже женщины, сходившие с пассажирских судов, не могли не спросить об этом.

Необходимость раздавать еду по частям во время продажи, наряду с большей клиентской базой, затрудняла одному человеку выполнение всей работы в одиночку. К счастью, подавляющее большинство посетителей были докерами, и все они были хорошо знакомы с двумя сестрами. Все они добросовестно выстраивались в очередь за тушеной едой.

В этот момент перед глиняной жаровней семьи Юй выстроилась очень длинная очередь. Большинство людей в очереди знали друг друга, поэтому они ждали, весело беседуя. Никто из них, казалось, никуда не спешил.

- А? Зачем все эти люди стоят в очереди? Ищут ли они работу? - Спросил вдруг громкий и ясный голос, явно ошеломленный этим зрелищем.

- Милорд! Это самая известная в доках "тушеная пища за одну медную монету". Хотя это немного сырая еда, вкус довольно хороший! - Надсмотрщик на пристани взглянул на толпу, которая была не слишком далеко от них, и смиренно ответил с улыбкой на лице.

Человек рядом с ним был кем-то, кто был лично назначен самим императором, чтобы наблюдать за строительством гавани. Даже префектурный магистрат должен был обращаться с ним вежливо, не говоря уже о нем самом, который был всего лишь маленьким надзирателем. Если он хочет продолжать эту работу в будущем, ему совершенно необходимо очень хорошо служить этому Господу.

Глава 146 - императорский посланник

Императорский посланник не очень заинтересовался этим и слабо ответил: “какую вкусную еду можно купить за одну медную монету? Этот слух звучит несколько преувеличенно.”

Надсмотрщику уже доводилось есть тушеную пищу семьи Юй. Хотя он думал, что это было довольно вкусно, у него не хватило духу глупо упрекнуть императорского посланника. Он льстиво улыбнулся: “Господь прав! Кроме того, эта пища состоит из мяса свиной головы, свиных потрохов, свиной крови и других ингредиентов, к которым другие люди не притронулись бы. С вашим господским статусом вы бы совершенно не побрезговали съесть это!”

- Ты не можешь так говорить! - Императорский посланник потер короткую бородку под подбородком, и глаза его затуманились. Он явно предавался воспоминаниям о своем прошлом.

Долгое время царило молчание, прежде чем он, наконец, продолжил: - В те дни я вместе со своим господином защищал границы от наших врагов. Они осаждали нас более десяти дней. Мы ели не только древесную кору и траву, но и грязь! Я помню, как однажды, когда ситуация стала действительно плохой и люди были на пределе своих возможностей, я проник в лагерь врага со своим младшим боевым братом и украл свиную голову, которую они использовали в качестве жертвы богам. Мы жарили ее на костре в горах. Для солдат, которые не ели ничего хорошего в течение последних нескольких дней, съесть маленький кусочек свиной головы было даже более восхитительно, чем съесть любой экзотический деликатес в наши дни...

- Генерал, вы мудры и блестящи, - поспешно вмешался начальник. С тех пор как вы смогли пережить такое ужасное время, теперь у вас будет много удачи и благословений!

Императорский посланник разразился откровенным смехом: “будут ли у меня будущие благословения или нет, мне на самом деле все равно! Я сегодня очень счастлив, знаешь почему? Наконец-то я нашел своего учителя и младшего боевого брата, с которым потерял связь более тридцати лет!”

- Поздравляю, милорд, поздравляю, милорд! Это абсолютно счастливое событие! - Надсмотрщик ухватился за возможность польстить мужчине.

Лорд-имперский посланник стоял лицом к докам, по обеим сторонам которых стояли простые и грубые на вид здания. Он прокомментировал: “ты уже закончил обсуждать компенсацию, которая будет дана тем, чьи лачуги будут снесены? Сам император сказал, что строительство порта-это важное дело, которое принесет пользу как стране, так и его народу. Мы абсолютно не можем сделать ничего такого, что заставит простолюдинов жаловаться и возмущаться этим!”

- Император-мудрый правитель, который любит простолюдинов, как своих собственных детей. Этот скромный человек восхищается им с обожанием… - Надзиратель поспешно выразил свои чувства лояльности.

Императорский посланник проигнорировал его попытки польстить и продолжил: “побереги дыхание на этих пустых фразах! Меньше разговоров и больше действий! Гавань должна быть расширена как минимум вдвое по сравнению с ее нынешней шириной, а лачуги с обеих сторон должны быть снесены! У меня уже есть деньги на компенсацию людям со мной, так что тебе нужно тщательно обсудить это с простолюдинами…”

- Да, да! Этот скромный человек сделает это абсолютно так, что вы будете удовлетворены! - Надзиратель яростно закивал головой, словно пытался растереть подбородком чесночную пасту.

Императорский посланник махнул рукой и шагнул вперед, сказав: “этого недостаточно, чтобы я был доволен, ты должен убедиться, что простолюдины тоже довольны! Естественно, тем, кто хочет нас раздолбать, не следует давать полную волю! Ли Ли, ты должен оказать свою помощь…”

- Фамилия этого ничтожества-Лян! - Надсмотрщик поклонился и кивнул головой с сияющей улыбкой на лице.

- Ладно! Ты должен помочь надзирателю Ляну в этом деле! - Лорд-имперский посланник осмотрел обстановку вокруг доков, медленно направляясь к побережью.

Число людей, стоявших в очереди к продавцам тушеной еды, медленно уменьшалось. По-видимому, не подозревая об этом, императорский посланник и его подчиненный прибыли к палатке старого Лю с лапшой.

Старый Лю и его жена задрожали от страха, увидев человека в мантии чиновника. Они были так напуганы, что не могли говорить.

- Пожилая пара, не бойтесь! Я заметил что ваш бизнес довольно хорош поэтому хотел купить миску лапши чтобы попробовать… - Стоя перед явно напуганной пожилой парой, лорд-имперский посланник изо всех сил старался расслабить свое грубое и пугающее лицо в добродушной улыбке. К несчастью, произошел прямо противоположный эффект. Его попытка выдавить улыбку придала ему еще более свирепый и угрожающий вид.

- А? Разве вы... Разве вы не боевой дядя брата Ханя?! - Когда Сяокао увидела, что в очереди осталось всего четыре-пять человек, она почувствовала, что наконец-то может передохнуть. До ее ушей донесся знакомый голос, и она обернулась, чтобы посмотреть. А! Этот крупный и мускулистый мужчина, одетый в официальную мантию с вышитым цилинем, был фан Цзычжэнь, которого они случайно встретили в префектуре города. Почему он оказался в доках? И к тому же в официальной мантии?

Лорд-императорский посланник Фан Цзычжэнь спокойно огляделся. А? Разве это не младшая дочь названого брата его боевого брата? Маленькая девочка, которую звали Сяокао? Он посмотрел на нее чуть внимательнее, Айо! Может быть, его глаза были затуманены, но перед ним было две Юй Сяокао…

- Милорд, вам ничего не мерещится! Они на самом деле близнецы! - Сам того не ведая, Фан Цзычжэнь действительно высказал свои мысли вслух.

Фан Цзычжэнь посмотрел на медный горшок, стоявший перед двумя сестрами. Содержимое котелка яростно булькало, и в воздухе постоянно витал сильный ароматный запах. Он усмехнулся: “Ах, Сяокао! По-видимому, знаменитая порция тушеной еды за одну медную монету в доках-это продукт мастерства твоей семьи.”

В кастрюле осталось не так уж много тушеной пищи. Сяокао искренне улыбнулась ему: “Да! Генерал Фан, хотите попробовать?”

Поначалу Фан Цзычжэнь не был голоден, но, почувствовав дразнящий аромат еды, он не смог удержаться и слегка причмокнул губами: - Пожалуй я попробую…”

Другой подчиненный Фан Цзычжэня, У Юн, спокойно напомнил ему: “Господин, эта еда сделана из свиных кишок и потрохов. Мы не знаем, были ли они очищены должным образом, так что вы не можете съесть это!”

Прежде чем У Юн успел закончить свою мысль, его господин пристально посмотрел на него. Фан Цзычжэнь холодно фыркнул и сказал: “Похоже, ты слишком долго жил легкой жизнью и забыл, каково это-быть бедным! Я слышал, что северо-западная граница довольно оживленная, как насчет того, чтобы этот генерал посоветовал тебе отправиться туда, чтобы немного закалиться?”

У Юн был повышен Фан Цзычжэнем в звании и пережил всего несколько сражений, прежде чем страна стала мирной. Таким образом, он не был так хорошо знаком с трудностями и жертвами войны, как его повелитель. Когда он увидел, что выражение лица его хозяина стало холодным, у него не хватило духу продолжать. Он боялся, что если скажет еще что-нибудь, то на следующий день ему будет суждено отправиться на границу!

- Старик! Дай мне тарелку тушеной лапши! Сяокао, пожалуйста, нарежь дяде Фану в тарелку свиного мяса! - Фан Цзычжэнь приподнял свою официальную мантию и сел на табурет, у которого не было ножки.

Губы старого Лю задрожали. Он хотел что-то сказать, но слишком боялся. Он посмотрел на Юй Сяокао как на мольбу о помощи.

Сяокао радостно ответила: “генерал Фан! Условия в доках немного сырые, поэтому дедушка Лю не готовит здесь тушеную лапшу. Как насчет того, чтобы попросить его раскатать лапшу для зеленых овощей и яичного супа?”

- Зеленые овощи и яичный суп с лапшой? Ничего страшного! Вчера я съел немного томатно-яичного супа с лапшой в доме моего хозяина, и он был очень вкусным! - Фань Цзычжэнь причмокнул губами, предаваясь воспоминаниям. Он прожил более сорока лет и впервые услышал, что в качестве блюда используют "волчьи персики". Это было действительно очень вкусно!

Он в основном просто упоминал об этом, и у него не было большой надежды. К счастью, Юй Сяокао, чья семья выращивала помидоры, удобно сорвала несколько спелых помидоров, когда уходила продавать еду. Сначала она собиралась съесть их, когда почувствует жажду. С помидорами и яйцами под рукой не было никакой необходимости беспокоиться, смогут ли они приготовить томатный и яичный суп с лапшой, верно?

Старый Юй наконец сумел выдавить “прости”, когда Юй Сяокао поймала его взгляд с яркой улыбкой на лице. - Генерал Фан, если вы чувствуете, что все в порядке, я могу помочь вам приготовить этот томатно-яичный суп с лапшой! Сначала я приготовлю вам тарелку тушеной еды. Через пятнадцать минут лапша тоже должна быть готова.”

Выражение удивления появилось на лице Фан Цзычжэня, когда он сказал: “Неужели здесь действительно есть помидоры? А! Я помню, что помидоры, которые мы вчера ели в доме моего хозяина, были присланы из вашей семьи! Ха-ха, тогда мне действительно повезло с едой сегодня! Я слышал, что, когда помидоры едят сырыми, они имеют кисло-сладкий вкус, который довольно хорош. Дай мне один, чтобы я мог попробовать прямо сейчас!”

Сяокао посмотрела на уже вымытые помидоры в своей корзинке и выбрала самый большой и красный. Она вложила его в руки генерала Фана, а два других порубила на маленькие кубики.

Старый Лю наконец понял, что стоящий перед ним высокопоставленный чиновник не так уж и пугает. Под руководством Сяокао он быстро раскатал кучу лапши.

Сначала Сяокао положила в кастрюлю немного свиного сала с нарезанным луком, чтобы ароматы расцвели. После этого она положила нарезанные помидоры в горячее масло и быстро обжарила их, пока не получился густой суп. Затем она вылила в кастрюлю уже взбитые куриные яйца. Как только яйца начали затвердевать, она слегка перемешала содержимое. Затем она добавила соответствующее количество воды и дала ей закипеть, прежде чем положить туда лапшу. Как только он снова закипел, она добавила немного соли и зеленых овощей, все перемешала, и он был готов к подаче!

Томатно-яичный суп с лапшой был ярко окрашен и имел насыщенный аромат. Он привлекал взгляды многих людей вокруг. Кто из рабочих в доках раньше видел помидор? Один за другим они спросили у старого Юй название блюда и цену.

Старый Юй посмотрел на Юй Сяокао и поколебался, прежде чем ответить: “помидоры пришли от Сяокао. Я живу уже давно, но никогда раньше не видел такой пищи. Это, наверное, не дешево, верно?”

Юй Сяокао кивнула и согласилась: “помидоры действительно недешевы. Хорошие стоят около дюжины медных монет за Кэтти! Эта миска томатно-яичного супа с лапшой, вероятно, стоила около тридцати-сорока медных монет за ингредиенты и приготовление. Если кто-нибудь из здешних дядюшек захочет попробовать, вы можете заранее заказать их у дедушки Лю.”

Там Фан Цзычжэнь уже нетерпеливо принялся за еду. Обжигающе жаркая температура заставляла его резко вдыхать холодный воздух, но он все еще не мог вынуть изо рта кипящую горячую лапшу.

Набив рот лапшой, он удовлетворенно закрыл глаза и несколько раз похвалил ее: “Сяокао, ты действительно талантлива! Эта миска томатно-яичного супа с лапшой еще вкуснее, чем та, что я ел вчера в доме моего хозяина! Дядя Фан-грубый человек, поэтому я не знаю, как описать это красивыми словами, но это действительно очень вкусно.”

Говоря это, он взял палочками очередную порцию лапши и осторожно подул на нее, прежде чем съесть большими глотками. Другие люди вокруг них не могли не проглотить немного слюны, поскольку то, как он ел, демонстрировало, насколько вкусной была эта лапша.

У Юн воспользовался случаем, чтобы взять оставшиеся несколько прядей лапши в кастрюле и положить ее в миску с половиной супового бульона. Он выпил содержимое большими глотками. Лорду пришлось съесть лапшу, но, по крайней мере, он смог выпить немного супа. Как только суп с лапшой попал ему на язык, слегка кисловатый и пикантный вкус бульона распространился по всему рту. На вкус она была такой вкусной, что ему чуть не захотелось плакать.

После того, как он съел больше половины миски с лапшой, Фан Цзычжэнь, наконец, захотел попробовать тушеное блюдо с едой, которое Сяокао нарезала для него. Было ли это мягкое и полное вкуса мясо свиной головы, или хрустящие свиные уши, или кишки, которые заставляли рты людей наполняться восхитительным маслом, все они считались первоклассными деликатесами. Даже водоросли и сушеный тофу имели свой особый и восхитительный вкус.

Фан Цзычжэнь уже много лет был чиновником и много путешествовал. Таким образом, он уже пробовал много так называемых деликатесов. Однако ни один из этих деликатесов, по-видимому, не имел вкуса этих обманчиво простых тушеных ингредиентов, которые подходили ему больше.

Хотя раньше он не был очень голоден, Фан Цзычжэнь умудрился съесть огромную миску супа с лапшой вместе со всем блюдом тушеной пищи. Он потер свой набитый живот и не скупился на похвалы: - Твои навыки довольно хороши! Я не ожидал, что ты, Сяокао, в таком юном возрасте сможешь так хорошо готовить. Эта тушеная еда еще вкуснее, чем та, что подают в городском ресторане Чжэньсю. По вкусу они могут соперничать с жареной курицей и соленой уткой!"

Сяолянь хихикнула: “господин, вы, должно быть, не знаете, что тушеная еда в ресторане Чжэньсю была сделана по рецепту, который наша семья им продала!”

Она также хотела упомянуть, что жареная курица и утка османтус также были рецептами, которые Сяокао разработала, но ее остановила младшая сестра, дергая за подол ее куртки. После того, как она поняла намек, она только упомянула тушеную еду.

- Ничего удивительного! Судя по всему, тушеная еда вашей семьи-самая настоящая, ах! - Фан Цзычжэнь был в чрезвычайно хорошем настроении!

Глава 147 - крестница?

В это время подбежал надзиратель, вытер пот со лба и льстиво улыбнулся: “господин императорский посланник, судя по масштабам расширения гавани и предполагаемому сроку строительства, нам понадобится большое количество каменщиков и строителей…”

- Ты спрашиваешь меня о таком пустяке? Тогда зачем мне нужны такие надзиратели, как ты? - Фан Цзычжэнь обладал прямолинейным темпераментом и всегда прямо говорил с подлыми людьми, которые умели только выслужиться и не делали никакой практической работы.

Но и надзиратель был не совсем лишен заслуг. Он просто не был уверен в темпераменте императорского посланника, которого послали сюда, поэтому не осмеливался действовать опрометчиво! Раз уж он готов передать ему власть, какие у него еще могут быть заботы?

Когда Юй Сяокао услышала, что им нужны каменщики для строительства гавани, она сразу же подумала о своем младшем дяде по материнской линии. У ее младшего дяди по материнской линии не было других способностей, но он был даже более искусным каменщиком, чем плотником. Поскольку воинственный дядя брата Хана отвечал за это дело, было бы пустой тратой времени не использовать эту связь!

-Генерал Фан…

- Какой Генерал Фан! Ты заставляешь меня думать, что мы чужие!! С вашими семейными отношениями с моим младшим братом ты можешь просто называть меня дядя Фан! - Фан Цзычжэнь был очень добр к этой яркой и умной девочке.

Юй Сяокао также больше не вела себя с ним вежливо и улыбалась еще слаще: “дядя Фан! У меня есть небольшое дело, в котором я хотела бы попросить вашей помощи…

- Насколько ничтожно это дело? - Поддразнил ее Фан Цзычжэнь.

Юй Сяокао взглянула на надзирателя и намеренно прошептала ему на ухо. На самом деле, она говорила так, что каждый человек вокруг мог их услышать: “дядя Фан, строительство новой гавани должно потребовать много рабочих, верно? Эти люди посланы сверху или завербованы на месте?”

Фан Цзычжэнь также намеренно понизил голос и заговорил в скрытной манере: “Министерство труда прислало сюда несколько человек, но кроме этого, все остальные будут завербованы на месте. А что? У тебя есть кто-то, кто хочет работать в доках?”

У надзирателя было много сомнений в душе относительно отношений между Императорским посланником и дочерью рыбака, которая продавала тушеную пищу в доках. Но он мог сказать, что императорский посланник относился к маленькой девочке как к ребенку своей семьи. Ловкий надзиратель, естественно, знал, что делать.

Он внимательно слушал и услышал, как Сяокао сказал с легким смущением: “дядя Фан, мой младший дядя по материнской линии очень хорошо разбирается в каменной кладке! В окрестных деревнях нет ни одного жителя, который не знал бы этого! Я слышала, что он тоже приехал искать работу в доках. Может быть, вы сможете проверить его?”

Фан Цзычжэнь поднял бровь и посмотрел на надзирателя. Тогда надзиратель тактично сказал: “что там проверять? Будет ли вообще что-то не так с тем, кого порекомендовала мисс Сяокао? Видишь вон ту новую хижину? Просто скажи своему младшему дяде, чтобы он пошел прямо туда. Я буду там регистрировать новобранцев!”

Юй Сяокао помахала Лю Чживэю, который подбежал: “старший кузен, ты знаешь, где младший дядя? Скажи ему, чтобы он поскорее приехал и зарегистрировался у этого сэра.”

-Регистрация? На что? - Лю Чживэй ни на секунду не мог собраться с мыслями, опасливо глядя на мантию чиновника, в которую были одеты генерал Фан и его подчиненные.

Юй Сяокао пристально посмотрела на него и сказала: “Конечно, это регистрация для вербовки масонов… Просто иди, почему ты задаешь так много вопросов? Если ты испортишь это дело, тогда посмотрим, пощадит ли тебя младший дядя!”

Лю Чживэй еще раз взглянул на присутствующих чиновников и широко раскрыл глаза: - Младшая сестра Сяокао действительно имеет связи с чиновниками, отвечающими за строительство гавани. Сестренка Сяокао действительно слишком смелая, чтобы держать серьезное лицо перед всеми этими чиновниками. Будь я на ее месте, я бы, наверное, и слова не посмел сказать! Но самым удивительным было то, что у младшей сестры Сяокао действительно было какое-то лицо перед чиновниками. Что здесь вообще происходит?

Хотя у Лю Чживэя были тысячи вопросов в сердце, он все же сумел сдержать растерянные чувства и быстро побежал искать своего младшего дядю по отцовской линии. Он прекрасно понимал, что значит эта работа для его младшего дяди и его семьи.

Строительство порта наверняка займет не менее трех-пяти лет, а это означало, что его младший дядя будет иметь стабильный доход в течение следующих трех-пяти лет. У него будет стабильная работа! Он слышал, что император придавал большое значение строительству гавани и послал императорского посланника наблюдать за ходом строительства.

В доках ходили слухи, что рабочие, участвовавшие в строительстве гавани, могли получать жалованье не меньше, чем носильщики в доках! Многие докеры интересовались работой и готовились к испытаниям на месте набора.

Лю Чживэй вытащил своего младшего дядю по отцовской линии из толпы перед вербовочной хижиной. Лю Хао упорно трудился, чтобы пробиться на фронт, потому что шансы быть завербованным возрастали, если он был ближе к фронту. Однако все завербованные были крепкими мужчинами, привыкшими к тяжелому физическому труду. У него не было сильной фигуры, так как же он сможет протиснуться сквозь толпу?

Лю Хао, которого резко вытащил племянник, сказал с недовольным лицом: “Чживэй, что ты делаешь? В конце концов мне удалось протиснуться в середину, но ты вытащил меня оттуда. Все мои усилия пропали даром! В чем именно дело?! Быстро говори!”

- Младший дядя, перестань втискиваться в толпу! Младшая сестра Сяокао использовала свои связи ради тебя, так что ты можешь просто напрямую встретиться с человеком, ответственным за набор рабочих! - Лю Чживэй оттащил своего младшего дядю подальше от толпы и возбужденно зашептал.

Обрадовавшись на мгновение, Лю Хао снова вытянулся и сказал: “Не шути с младшим дядей! Откуда Сяокао знает инспектора Чжана? Даже если она знает его, зачем надзирателю Чжану общаться с такой маленькой девочкой, как она?”

Видя, что он ему не верит, Лю Чживэй слегка встревоженно сказал: “младший дядя! Как я могу шутить с этим делом? Или ты доверяешься мне, или нет, разве ты не узнаешь, когда пойдешь туда? Поторопись, иначе лорды могут потерять терпение от ожидания и уйти!”

Лю Хао все еще был настроен скептически, следуя за племянником к ларьку старого Лю с лапшой. Когда он пришел, то увидел высокопоставленного чиновника, который был одет в чиновничью мантию и непринужденно сидел на табурете, весело болтая со своей племянницей. Надзиратель Чжан, которого он узнал, сопровождал их с улыбкой.

Когда еще он видел, чтобы надзиратель Чжан так заискивал? Надзиратель Чжан отвечал за набор рабочих, поэтому он всегда вел себя высокомерно по отношению к людям, которые приходили на работу, и никогда не относился к ним серьезно. В это время этот обычно высокомерный человек на самом деле слушал свою племянницу с широкой улыбкой. Если бы он не видел этого собственными глазами, то не поверил бы!

- Приветствую вас, Милорды! Я засвидетельствую свое почтение вашим превосходительствам! - Лю Хао раньше работал в городе, поэтому он был более осведомлен, чем фермеры, которые только усердно работали в полях. Он отбросил сомнения в своем сердце и первым кивком поприветствовал лордов!

Фан Цзычжэнь внимательно осмотрел его, а затем кивнул: - Неплохо! Он красивый мужчина. Я слышал, что вы искусны в масонстве?

- Этот простолюдин не смеет принимать похвалы вашего превосходительства! Этот простолюдин начал учиться у каменщика в городе в четырнадцать лет, и с тех пор прошло уже пятнадцать! - Лю Хао мог сказать, что он был самым высокопоставленным чиновником среди трех человек, и ответил уважительно.

Фан Цзычжэнь похвалил: “не высокомерно и не опрометчиво, а отвечает соответствующим образом! Он, очевидно, тот, кто может делать практическую работу! Маленький Чжан, как ты думаешь?”

- Ваше превосходительство предусмотрителен! Этот скромный человек полон уважения, ах! - Надзиратель Чжан не забыл еще раз подлизаться к нему, прежде чем задать еще несколько вопросов, касающихся строительства. Лю Хао осторожно отвечал на них один за другим.

Инспектор Чжан также был вполне удовлетворен и сказал: “Конечно, человек, рекомендованный Мисс Сяокао, очень хорош! Хорошо, в будущем ты можешь работать под моим началом! Ты умеешь писать?”

- Я смог посещать академию в течение нескольких лет. Хотя я не очень много учился, я могу распознать некоторые слова. Что же касается моего письма, то оно может выглядеть не очень хорошо! - Смиренно ответил Лю.

Надзиратель Чжан, казалось, был вполне удовлетворен своим чувством приличия. - Мы не сдаем императорский экзамен, - сказал он с сияющим лицом, - так зачем нам нужен красивый почерк? Иди в вербовочную избу… Маленький Лю, ты знаешь каких-нибудь каменщиков? Ты также можешь познакомить их с этой работой! В конце концов, лучше использовать людей, которые знакомы с работой, чем людей, которые никогда не делали ее раньше…”

Дело младшего дяди по материнской линии было легко улажено именно так! Принимая во внимание генерала Фана, надзиратель, вероятно, не станет усложнять жизнь ее младшему дяде по материнской линии, верно? Юй Сяокао посмотрела на Лю Хао и Чжана со спины и удовлетворенно улыбнулась.

Фан Цзычжэнь улыбался с самого начала и до самого конца. Ему очень понравилась эта маленькая девочка с отличными кулинарными навыками! Фан Цзычжэнь было уже почти пятьдесят лет, и он женился после того, как остепенился. Тем не менее, он мог получить внутреннюю травму после многих лет военных экспедиций, потому что он все еще был бездетным, когда ему было почти пятьдесят. Жена много раз уговаривала его взять несколько наложниц, но он отказывался.

Император много раз посылал императорских врачей проверить пульс у него и его жены, но они всегда приходили к одному и тому же выводу. Проблема была не в его жене, а в нем! Хотя императорский врач советовал, что он должен внимательнее относиться к лечению. Однако после стольких лет он постепенно терял надежду…

К счастью, его младший боевой брат рано женился и уже в юном возрасте родил сына. В будущем его маленький воинственный племянник будет таким же, как его собственный сын. Он обязательно использует все свои связи и сделает все возможное, чтобы воспитать его! С талантами его боевого племянника его будущие достижения определенно не будут ниже его собственных!

Он был бездетен, поэтому неизбежно должен был уделять больше внимания детям, которые были более разумными и интересными. Например, его боевой племянник, а также эта взрослая маленькая девочка перед ним!

-Сяокао! Хочешь быть крестной дочерью дяди Фана? - Фан Цзычжэнь почувствовал в своем сердце побуждение, а затем принял решение.

У Юнь широко раскрыл глаза и почувствовал сильную тревогу в своем сердце. Генерал был чиновником третьего ранга и человеком, которому император доверял и на которого полагался. Как только он открывал рот, чтобы сказать, что хочет взять крестника или крестницу, многочисленные чиновники в столице выстраивались в очередь и присылали своих детей. Как он мог… Как он мог просто принять маленькую фермерскую девочку как свою крестницу из-за миски лапши и тарелки тушеной еды?

Он моргнул и скривил губы в попытке намекнуть на свое несогласие. Видя, что это не сработало, он открыто сказал: “мой господин! Может быть, лучше подождать, пока вы вернетесь в столицу, и обсудить этот вопрос с вашей женой, прежде чем принимать решение?”

Фан Цзычжэнь казался галантным и внушительным, и он заставлял врагов дрожать от страха на поле боя, просто услышав свое имя. Но дома он был в некотором роде подкаблучником. Хотя может показаться, что он был подкаблучником, это не обязательно было правдой. Он просто был более внимателен к своей жене и уважал ее немного больше, чем другие.

Фан Цзычжэнь скосил глаза, чтобы посмотреть на своего доверенного подчиненного, и сказал: “Моя жена хочет крестницу даже больше, чем я! Сяокао умна и талантлива, а также разумна и послушна. Моя жена обязательно полюбит ее, когда увидит!”

Если бы кто-то другой услышал, что чиновник третьего ранга хочет взять ее к себе в крестницы, она бы уже давно пришла в восторг и согласилась. Но Сяокао не была обычным человеком! Она была из тех, кто мог спокойно отказаться от предложения почетного императора взять ее в качестве своей внучки, не говоря уже о простом чиновнике третьего ранга.

Глава 148 - крестный отец

Улыбка Юй Сяокао стала чуть более искренней. Хотя у нее сложилось приличное впечатление о воинственном дяде брата Хана, она все же твердо отказалась: - Однако я все еще не могу принять вашу доброту…

- Что? Это благословение нескольких поколений, чтобы генерал высоко ценил такую маленькую крестьянскую девочку, как ты! И все же ты осмелилась отвергнуть его?! - У Юнь мгновенно возмутился за своего господина. - Девочка, если ты согласишься, то станешь Юной Мисс из семьи генерала третьего ранга. Тебе больше не придется продавать тушеную пищу. Ты можешь просто жить комфортной и неторопливой жизнью! В будущем ты также можешь выйти замуж за сына чиновника… Не каждый может получить такой шанс. Ты должна хорошенько подумать!

Юй Сяокао не знала, смеяться ей или плакать, когда она посмотрела на него и сказала: “дядя, разве ты не был против этой идеи? Почему ты вдруг стал меня уговаривать? Ты такой непостоянный!”

С недовольным выражением лица У Юнь сказал: “одно дело, примет ли тебя мой господин, но совсем другое-если ты откажешься… По какой причине ты отказываешься? Мой господин-блестящий мастер боевых искусств и имеет большие заслуги на войне. Мадам приветлива и добра, а также нежна и утонченна. Это хорошая возможность, которая выпадает только раз в жизни!”

Юй Сяокао посмотрела на него с улыбкой и твердо сказала: “мой отец честен и добр. Он любит и лелеет меня и моих братьев и сестер. Более того, он слушает меня и делает все, что я хочу. Моя мать нежна и внимательна, и она любит меня до мозга костей. Я очень рада, что родилась в такой семье, и я также чувствую себя очень счастливой, имея таких родителей и братьев и сестер, как они.”

Хотя глаза Юй Сяокао были полны слез, на ее маленьком личике все еще играла улыбка, которая казалась яркой и грациозной под солнечным светом: “когда я была маленькая, я часто болела. Мои родители пренебрегали самими собой и делали все возможное, чтобы заботиться обо мне всеми возможными способами. Они отдали мне всю свою энергию. Если я брошу своих родителей, которые любили и баловали меня, потому что хочу разбогатеть, то разве я все еще достойна вашего внимания, дядя Фан?”

Когда Сяолянь услышала, как Фан Цзычжэнь сказал, что хочет, чтобы Сяокао стала его приемной дочерью, она крепко сжала руку младшей сестры, боясь, что ее отнимут, если она ослабит хватку. Когда она услышала, как У Юнь говорит о преимуществах того, что она будет крестницей генерала, она почувствовала нерешительность в своем сердце, она хотела, чтобы у ее младшей сестры было хорошее будущее, но она также не хотела расставаться со своей младшей сестрой, о которой она привыкла заботиться и защищать. Горячие слезы навернулись на ее глаза, когда она услышала причину отказа Сяокао. Она гордилась, что у нее такая младшая сестра! Она не напрасно баловала ее!

Когда Фан Цзычжэнь услышал слова Сяокао, он рассмеялся еще более искренне: “какой хороший ребенок! Я не ошибся насчет тебя!! Я просто хочу взять тебя в крестницы, а не отнимать у твоей семьи! Ты сможешь продолжать жить со своей семьей, и твои родители по-прежнему будут твоими родителями. У тебя просто будут приемные родственники! Не переусердствуй! Сегодня вечером я пойду к тебе домой и поговорю об этом с твоими родителями, так что приготовь хорошую еду. Я принесу хорошее вино, которым наградил меня император, и выпью с твоим отцом.”

Сяолянь все еще сомневалась, поэтому собрала все свое мужество и спросила: - Вы не заберете мою сестру?

- Ну конечно нет! За кого вы меня принимаете, ребята? Может, я и похож на бандита, но я никогда никого не грабил и не убивал! Будьте уверены! У твоей младшей сестры будет новый набор крестных! - Фан Цзычжэнь был очень тронут привязанностью между сестрами и еще больше впечатлен тем, как Юй Хай и его жена воспитали своих детей.

До тех пор, пока ей не придется расставаться с родителями и вся ее семья сможет жить счастливо вместе, Юй Сяокао не возражала против идеи иметь крестного. В будущем ее семья, конечно, не будет ограничена этой маленькой деревней. Таким образом, это, вероятно, каким-то образом принесет им пользу, если у нее будет могущественный и влиятельный крестный, не так ли?

Юй Сяокао положила последний кусочек тушеной еды на тарелку и отдала ее У Юнь, который уже давно смотрел на тушеную еду дяди фана.

У Юнь посмотрел на нее, сглотнул слюну, глядя на блюдо с тушеной едой, а затем гордо сказал: “меня не подкупить тарелкой тушеной еды!”

- Кому надо подкупать тебя? Каковы преимущества подкупа? Я просто смотрю на дядю Фана и выражаю свою заботу и сочувствие его подчиненным! Уже полдень. Ты не устал от беготни? Дядя Ли, быстро съешь что-нибудь, чтобы набить желудок! - Юй Сяокао мысленно рассмеялась над его трудным темпераментом и помахала рукой Ли Ли, который подходил издалека.

Ли Ли помогал поддерживать порядок на месте вербовки. Он был так занят, что лицо его покрылось потом, а в животе урчало от голода. В это время старый Лю принес полную миску лапши с зелеными овощами. Он удобно взял ее и положил в свою миску небольшую порцию тушеной пищи. Ему было все равно, что она горячая, и он начал прихлебывать еду.

У Юнь нахмурился и раздраженно закричал: “Это моя лапша—маленький Каштан [1], ты действительно осмелился украсть лапшу и тушеную еду своего старшего брата. Как это раздражает!!”

-Вуда [2], ты слишком мелочный! Я работал уже полдня и был очень занят! Ты просто сидишь здесь и болтаешь с Господином, так почему бы тебе просто не позволить мне сначала поесть? Ммм! Эта тушеная еда очень вкусная. Это свиные потроха? Мне это нравится! - Ли Ли положил себе в миску еще немного тушеной еды и с наслаждением принялся за еду.

У Юнь разозлился и быстро схватил тарелку, на которой оставалась только половина тушеной еды. Он сердито сказал: “сколько раз я тебе говорил?! Перестань называть меня "Вуда"! Маленькая девочка дала мне тушеную еду. Ты вор!”

- Разве ты не называешь меня маленькой Каштанкой? Почему я не могу называть тебя Вуда? Эй, Вуда, ты становишься все более скупым. Я только что съел несколько кусочков твоей тушеной еды, так почему ты ведешь себя так, будто я режу твою плоть?! - В миске Ли Ли осталось совсем немного лапши. Он съел все, включая суп, в несколько глотков и удовлетворенно рыгнул.

В это время как раз подавали лапшу У Юнь. Он медленно взял несколько прядей лапши и осторожно подул на них, прежде чем засунуть в рот. Он откусил более длинные пряди лапши и тщательно прожевал. После этого он взял кусок свиной головы и на мгновение заколебался, прежде чем положить его в рот. Когда свиная голова попала ему в рот, он на секунду замер, а потом стал жевать чуть быстрее.

Рядом с ним губы Ли Ли дрогнули и сказали: “наблюдая, как ты ешь, серьезно, я беспокоюсь. Ты ешь, как маленькая леди!”

- Тогда должен ли я есть, как ты, который ведет себя так, словно ты реинкарнация голодного призрака? Это называется хамством, понимаешь? Этот маленький лорд-образованный генерал, так что я не стану опускаться до того же уровня, что и такой грубый человек, как ты! - У Юнь пристально посмотрел на него, а затем продолжил есть восхитительную тушеную еду. Хотя он ничего не сказал, было очевидно, что он был очень доволен тушеной едой.

Фань Цзычжэнь весело рассмеялся, наблюдая за препирающимися двумя своими подчиненными. Эти два парня любили ссориться друг с другом с тех пор, как были молодыми солдатами. Прошло уже почти два десятка лет, но они по-прежнему любили спорить при каждом удобном случае. Но он также понимал, что если один из них попадет в беду, то другой рискнет своей жизнью, чтобы помочь ему. Казалось, что ссоры были для них просто способом улучшить их дружбу.

С намеком на улыбку во взгляде он посмотрел на Сяокао и ее сестру, которые в данный момент собирали свои кастрюли и тарелки.

- Я пойду на маленький рынок по ту сторону доков, посмотрю, нет ли там порошка хуандань. Мне также нужно пойти на строительную площадку, чтобы посмотреть, смогу ли я найти немного негашеной извести! - Юй Сяокао упаковала небольшую глиняную печь, а затем поставила всю посуду и все остальное в ларек с лапшой старого Лю. Таким образом, им не пришлось бы возить их туда-сюда, и они избавили бы их от многих неприятностей.

Старый Лю и его жена были добродушными людьми. Они получили гораздо больше бизнеса, так как семья Сяокао начала продавать тушеную еду рядом с ними. Сейчас докеры зарабатывали приличную дневную зарплату. В хороший день они могли заработать больше ста медных монет. В доках они могли есть до тех пор, пока их животы не округлялись. Большинство докеров не возражали потратить пару монет, и все меньше и меньше людей приносили сухие пайки в доки.

Вкус тушеной еды семьи Сяокао был повсеместно признан хорошим. Купив тушеную еду, они также заказывали миску лапши и наслаждались едой, сидя. В результате это также увеличило бизнес лапшового ларька старого Лю, и старый Лю стал одним из самых популярных продавцов еды в доках.

Хозяйка другого ларька с лапшой в доках была полна сожаления. Если бы она не прогнала Сяокао из своего ларька в то время, она была бы той, кто продавал десятки мисок лапши каждый день! Она также тихо отправилась на поиски Сяолянь и попросила ее продать тушеную еду рядом с ее прилавком. Однако Сяолянь отказала ей под предлогом того, что она боится, что портовые рабочие не смогут их найти и что они потеряют своих клиентов! Муж леди-босса тоже несколько раз ссорился с ней по этой причине!

Когда Фан Цзычжэнь услышал, что Сяокао хочет купить порошок хуандань, он с любопытством спросил: “зачем тебе порошок хуандань? Ты хочешь его использовать в качестве приправы при приготовлении тушеной пищи?”

Юй Сяокао покачала головой и сказала: “хотя порошок хуандань можно использовать для уменьшения мокроты, снятия судорог и лечения язвы рта, дизентерии и других заболеваний, но его нельзя использовать в качестве приправы. Легко получить отравление свинцом, если потреблять слишком много порошка хуандань!”

- Угу, угу! Эти даосские жрецы также используют порошок хуандань для изготовления пилюль. Император однажды сказал, что пилюли, приготовленные даосскими жрецами, несъедобны, потому что в них есть свинец! - Точка зрения Сяокао полностью совпадает с точкой зрения императора, ах! - Фан Цзычжэнь сразу же почувствовал, что Сяокао очень умна и знает то же самое, что и император.

Уголок рта Юй Сяокао слегка дернулся. Это было очень напряженно иметь такого могущественного и высокопоставленного товарища-трансмигратора, ах!

- Если не как приправа, то зачем тебе порошок хуандань? Лечить болезнь? - Фан Цзычжэнь казался очень расслабленным, когда неторопливо болтал с маленькой девочкой.

- Чтобы приготовить столетние яйца. - Беспечно ответила Юй Сяокао.

Фан Цзыфэн с большим интересом сел и спросил: “яйца Сонхуа? Я слышал о куриных яйцах, утиных яйцах, гусиных яйцах, но что такое яйца Сонхуа? Яйца, отложенные Сонхуа? Или это птица по имени Сонхуа?”

- Дядя Фан, у тебя такое дикое воображение! Вековые яйца-это утиные яйца, приготовленные по специальной технологии. На них есть сосновые узоры, поэтому они были названы "яйца сонхуа". - Юй Сяокао закончила собирать вещи и отряхнула пыль со своего тела. Она взяла корзинку и приготовилась попытать счастья на маленьком рынке.

Фан Цзычжэнь тоже встал и сказал У Юнь: “иди помоги Мисс Юй найти негашеную известь. Я пойду осмотрю небольшой рынок.”

У Юнь ворчал в своем сердце: - помочь? Какие высокопарные слова. Вы просто хотите проследить за маленькой девочкой и узнать, что это за деликатес эти вековые яйца.

У Юнь последовал его приказу и пошел искать негашеную известь. Сяокао, Сяолянь и огромный тагалонг—генерал Фан Цзычжэнь—медленно направились к небольшому рынку.

Маленький рынок на пристани был маленьким рынком, образовавшимся спонтанно на открытом пространстве. По обеим сторонам стояли невысокие лачуги-лавки на рынке. Было также много киосков, торгующих мелкими товарами. Из-за отсутствия управления весь рынок выглядел грязным и хаотичным, и на земле были груды мусора.

Юй Сяокао мысленно покачала головой. Там действительно должны быть какие-то правила. Когда строительство гавани будет завершено, там обязательно появятся нормальные дороги, магазины и рынок. Там будут люди, специально назначенные для управления этим местом. Казалось, что строительство порта действительно было делом, приносящим пользу стране и народу!

________________________________________

[1] маленький Каштан (小栗子) - каламбур на имя Ли Ли (李), так как 栗 = li

[2] Вуда (武大) - Да (大) = большой

[3] Сонгхуа (松花) = Сосновый цветок

Глава 149 - становление семьи

На маленьком рынке в доках была только одна простая лавка, торгующая лекарственными травами. В магазине было очень мало видов трав, и качество трав было не очень хорошим. Конечно, цена тоже была довольно дешевой. К счастью, порошок хуандань не был редкой лекарственной травой. Юй Сяокао купила в аптеке порошка хуандань на двадцать медных монет, и казалось, что его снесет порывом ветра. После этого она также купила кальцинированную соду в ближайшем универсальном магазине.

Подумав об этом, Юй Сяокао спросила Фан Цзычжэнь, который следил за ней и задавал всевозможные вопросы: “дядя Фан, у вас есть черный чай? Он не должен быть действительно хорошего качества; среднее качество подойдет!”

Фан Цзычжэнь нахмурил брови и задумался. Затем он покачал головой и ответил: “я ничего не знаю о чае. Разве пить вино не приятнее, чем чай?”

Юй Сяокао склонила голову в легком разочаровании. Она думала, что сможет сэкономить немного денег, так как цена на чай все-таки не была низкой!

Увидев, что она похожа на засохший замороженный баклажан, Фан Цзычжэнь почувствовал себя немного плохо и сказал: “Я помогу спросить маленького Чжана позже. Этот парень похож на человека, который любит изображать из себя любителя культуры. Если у него его нет, он все равно сможет найти его для тебя. Сяокао, ты любишь пить черный чай? В следующий раз, если император вознаградит меня чаем, я точно не откажусь!”

Юй Сяокао это позабавило. Она усмехнулась и сказала: “черный чай не для меня. Мне нужно использовать его, чтобы сделать столетние яйца. С черным чаем вековые яйца будут еще вкуснее!”

- Из него делают вековые яйца? Ладно, ладно! Дядя обязательно достанет его для тебя!! Ли, пойди спроси маленького Чжана, может ли он принести черный чай? Чем скорее, тем лучше! - Фан Цзычжэнь казался еще более встревоженным, чем Сяокао. Отдав свой приказ, он спросил Сяоцао: “сколько времени требуется, чтобы сделать столетние яйца? Смогу ли я попробовать их сегодня вечером?”

Юй Сяокао посмотрела на него с лучезарной улыбкой, медленно покачала головой и сказала: “Дядя Фан, ты должен забыть об этом. Весь процесс изготовления столетних яиц занимает не менее двадцати дней. Если погода будет холодной, я боюсь, что это может занять еще больше времени!”

Фан Цзычжэнь выглядел разочарованным и тихо вздохнул: “это займет больше двадцати дней, ах! Все в порядке. Я, твой дядя, отвечаю за ход строительства гавани, так что, вероятно, не уеду в ближайшие два-три года! В будущем у нас будет масса возможностей! Ты купила все ингредиенты? Давай же вернемся в деревню Дуншань!”

- Дядя Фан, разве ты здесь не для того, чтобы следить за ходом строительства? Сколько сейчас времени? Не слишком ли рано ты уезжаешь? - Юй Сяокао была в хорошем настроении после покупки всех ингредиентов и шутила с Фан Цзычжэнем.

Фан Цзычжэнь усмехнулся и сказал: “Я не начальник, которому нужно каждый день сидеть в доках. Более того, разве у меня нет для этого Ли Ли и У Юнь? Ученики возьмут на себя всю работу! Эти два отродья не мои ученики, но я видел, как они росли. Они должны быть в состоянии справиться с некоторыми тривиальными делами для меня!”

Фан Цзычжэнь ехал верхом на высоком и большом коне, а Юй Сяокао за рулем маленькой повозки с осликом. Они медленно и неторопливо ехали по дороге обратно в деревню. Фан Цзычжэнь был законченным болтуном, у которого появлялся один вопрос за другим, и поэтому им было не скучно на обратном пути.

Когда они вернулись в деревню Дуншань, Фан Цзычжэнь не помчался обратно в дом своего хозяина, а вместо этого последовал за Сяокао и ее сестрой в старую резиденцию семьи Юй.

Под старым вязом, словно боясь, что ее услышат другие, госпожа Сюн подошла ближе и прошептала на ухо госпоже Ли: “Гуйхуа, твоя вторая племянница действительно удивительна! Сначала она подлизывался к третьему молодому хозяину семьи Чжоу и становится единственным поставщиком овощей для ресторана Чжэньсю. На этот раз она добивается расположения какого-то правительственного чиновника! Судя по цвету и рисунку его официальной одежды, он, вероятно, не какой-нибудь чиновник низкого ранга. Интересно, кто занимает более высокое положение между ним и окружным судьей?!”

Окружной судья был самым высокопоставленным чиновником, которого видела госпожа Сюн! Если бы она узнала, что титул генерала Чжао Юна Фан Цзычжэня был на несколько ступеней выше ранга уездного судьи, то она, вероятно, даже не посмела бы заговорить!

Ли Гуйхуа ухмыльнулась, сплюнула густую мокроту на землю и сказала: “Раньше я этого не замечала, но эта вторая племянница действительно жадная до денег. Что там еще написано? Разделите… Отделите... Что-нибудь... Возьмите…”

- Разве это называется не “выслужиться перед теми, кто у власти"? - Госпожа Сюн мысленно высмеяла Ли Гуйхуа за некультурность.

- Да! Какими способностями обладает моя племянница? Она даже не достойна того, чтобы держать чужие ботинки! Как ей вообще удалось добиться их расположения?! Просто посмотри! Неужели ты думаешь, что действительно так легко вцепиться в чиновника? Возможно, однажды он разозлится и отрубит им всем головы! - Кисло сказала мадам Ли.

Госпожа Сюн вдруг о чем-то подумала и сказала: “Гуйхуа, разве ты не говорила, что Хейзи хочет пойти в доки, чтобы заработать немного денег для тебя? Разве Сяокао только что не вернулась из доков? Почему бы тебе не пойти и не спросить об этом?”

- Спросить их? Что они знают?? Разве ты раньше не видела фигуру моего сына? Он силен, поэтому не может не найти работу. Я слышала, что докеры теперь зарабатывают довольно много. Они могут зарабатывать десятки медных монет каждый день! - Мадам Ли сияла от радости, и на ее лице было самодовольное выражение.

Рот госпожи Сюн дернулся и подумал: - фигура твоего сына? Он пыхтит, как корова после нескольких шагов. Чем он может быть полезен?

В то время как эти двое говорили плохо о других, казалось бы, совместимым образом, Сяокао и другие уже прибыли домой. Юй Хай был ошеломлен мантией чиновника на Фан Цзычжэне и не узнал его сначала. Он пробормотал про себя: "зачем они привели сюда чиновника?"

Фан Цзычжэнь приветствовал его первым: “младший брат Юй, что случилось? Ты не узнаешь этого старшего брата после вчерашней ночи? Это я, старший боевой брат Буфаня!”

Юй Хай выглядел так, как будто внезапно понял: “так это генерал Фан! Быстро заходите в дом и садитесь!!”

- Не надо, я хочу посмотреть, как делаются столетние яйца! - Фан Цзычжэнь стоял во дворе и видел, как во дворе энергично растут всевозможные овощи. Двор был чист и опрятен, и все предметы были расставлены в определенном порядке. Он мысленно кивнул.

- Вековые яйца? О, это новая еда, которую готовит наша Сяокао. Интересно, каким будет готовый продукт! - Юй Хай посмотрел на свою младшую дочь с намеком на улыбку в глазах, и его сердце было полно гордости.

Юй Хан принес из дома табурет и поставил его рядом с генералом Фаном. Он сказал мягко и вежливо: “генерал Фан, пожалуйста, сядьте!”

- Это ваш старший сын? Конечно, он красивый мальчик! Младший брат Юй, я действительно завидую тебе за то, что у тебя такие замечательные дети! - Фан Цзычжэнь похлопал Юй Хана по плечу, а затем приподнял свою официальную мантию и сел. Его тон был полон печали.

Юй Хай рассмеялся и сказал: “генерал Фан, вы мне льстите! С таким отцом, как вы, генерал, у ваших детей наверняка будут хорошие перспективы…”

- Отец... - Юй Сяокао моргнула, глядя на отца. Основываясь на том, что она слышала из разговоров У Юня и Генерала Фана, она узнала, что у генерала Фана не было детей. Поэтому она боялась, что отец ткнет пальцем в его больное место.

Фан Цзычжэнь был еще больше доволен этой умной маленькой девочкой. Он махнул рукой и сказал: “Ничего страшного. В молодости я сражался на войнах и в конце концов заболел неизлечимой болезнью. Боюсь, что в этой жизни мне будет очень трудно иметь детей. Брат Юй, по правде говоря, мне очень нравится твоя младшая дочь. Я хочу стать с тобой номинальными родственниками и удочерить Сяокао как свою крестную дочь. Согласится ли брат Юй?”

Хотя Юй Хай на самом деле не хотел делить свою дочь с кем-то еще, он жалел Фан Цзычжэнь за то, что тот был бездетным. Более того, другая сторона торжественно заявила, что он не пытается отнять у него дочь. Он долго колебался, но все-таки согласился. Таким образом, у Юй Сяокао теперь был третий по рангу генерал в качестве ее крестного отца.

После того, как Юй Сяокао торжественно подала ему чай и признала его своим крестным отцом, она начала свою попытку приготовить столетние яйца. Фан Цзычжэнь с интересом наблюдал за ней.

Юй Сяокао сначала смешала соль, белую известь и растительную золу в грязеподобное вещество. Затем она добавила соответствующее количество черного чая и порошка хуандань в грязеподобное вещество. После этого она завернула свежие утиные яйца и равномерно покрыла каждое из них потрепанной соломой и рисовой шелухой. После того, как она надежно завернула их в промасленную бумагу, она положила их все на теплую кровать Кан. Как оказалось, для разведения арбузов они также разогрели кровать Кан в Западной комнате, которая была пуста. В теплой среде время производства вековых яиц было бы сокращено.

Там оставалось еще немного грязеподобного вещества, поэтому Сяокао принесла с кухни несколько куриных яиц. Вековые яйца были яркими и прозрачными, как тонкий желтый нефрит. На вкус они были прохладными и освежающими, ароматными, но не жирными. В своей прошлой жизни Сяокао очень любила есть те, что были со сладкой начинкой, которые имели еще более мягкий и гладкий вкус во рту.

- И это все? - Фан Цзычжэнь, который также последовал за Сяокао и лично сделал несколько столетних яиц, не думал, что это будет так просто.

- Вот именно! Это так просто. Они будут готовы к употреблению дней через двадцать! - Сяокао кивнула. Сказав это, она встала и пошла помогать готовить обед на кухне. С этим великим лордом они определенно не могли оставить стол пустым.

Фан Цзычжэнь тоже понял, что его визит был слишком резким, и почувствовал себя довольно неловко. Поэтому он встал и сказал: “не готовь для меня еду. Сегодня утром я сказал своему хозяину, что вернусь к обеду! Брат Юй, я приду вечером выпить с тобой хорошенько!”

Юй Хай любезно попросил его остаться: “генерал Фан, уже полдень. Как мы можем позволить вам уйти без еды? Все это очень легко приготовить…”

- Брат Юй, почему ты все еще называешь меня "генерал Фан"? Ты обращаешься со мной как с чужаком. Я на несколько лет старше тебя, так что можешь звать меня просто "старший брат Фан"!

Юй Хай потер руки и усмехнулся: - Старший Брат Фан…

- Ладно! Я не могу позволить своему господину ждать, иначе меня накажут и посадят на кол! Сегодня вечером я приду с Чжао Фанем. Нам троим нужно хорошенько выпить! Дочка, когда строительство в доках будет завершено, крестный отвезет тебя в нашу резиденцию в столице. Твоя крестная определенно будет счастлива иметь такую крестницу!

В столицу? Если бы у нее был шанс, Сяокао давно бы посетила столицу! В прошлой жизни она жила в маленьком провинциальном городке и посвятила себя воспитанию младших братьев и сестер. Если бы она не навещала своих младших братьев и сестер, которые работали и поселились в большом городе, ей, вероятно, было бы очень трудно выехать из маленького уездного города в течение этой жизни. Таким образом, у нее еще меньше шансов побывать в столице.

Она надеялась, что в этой жизни сумеет загладить те сожаления, которые испытывала в прошлой. Она хотела посетить столицу и иметь возможность взглянуть на элегантное поведение имперского города. Конечно, если бы этот парень-трансмигратор не жил в столице, она не побывала бы там еще дольше.

Вечером Юй Сяокао приняла во внимание пристрастия своего нового крестного и приготовила "тушеную соевую свинину" с идеальным соотношением жирного и постного мяса. Она была ароматной и мягкой, и просто таяла во рту. Она также использовала большеголового карпа в чане, чтобы сделать красочную и острую "парную рыбью голову с перцем чили", которая имела нежную текстуру. Выковыряв кости, остальную рыбу растирали в паштет и использовали для приготовления "супа из рыбных шариков". Был также жареный салат с устричным соусом, омлет с помидорами, баклажаны с рубленым чесноком…

Фан Цзычжэнь чувствовал, что никогда еще не был так счастлив, когда ел еду, лично приготовленную его крестницей, пил вино, которым наградил его император, и болтал с двумя братьями-единомышленниками. Он смотрел на свою дорогую дочь, которая носилась, как пчелка, и испытывал чувство удовлетворения от того, что "с дочерью все было хорошо".

Глава 150 - чудак

Теперь крестный отец Сяокао был генералом и императорским посланником, но в ее нынешнем образе жизни не было особых изменений. Она всегда держалась в тени, когда делала что-то, поэтому никто в деревне Дуншань не знал, что у Юй Сяокао был такой могущественный крестный отец, за исключением семьи Юй в старой резиденции и семьи Чжао.

Поначалу Юй Хай и госпожа Лю все еще вели себя очень осторожно перед генералом Фаном. Позже, под влиянием дочери, они тоже смогли спокойно смотреть ему в глаза. Теперь все уже относились к смелому и необузданному генералу Фану, который часто приходил обедать к ним в дом, как к родственнику.

В мгновение ока прошел уже месяц. В теплую погоду и прекрасные весенние дни растительность на западных горах излучала жизненную силу. На трех участках фермерских угодий семьи Сяокао арбузные лозы расширились, и зеленые листья выглядели так, словно их покрасили. На лозах дыни росли маленькие светло-желтые арбузные цветочки. На некоторых женских цветках уже росли крошечные зеленые арбузы.

Юй Сяокао несла маленькое деревянное ведерко, а в другой руке держала половник. Юй Хан, который уже пришел в себя, взвалил на свои не очень широкие плечи мешок с водой и последовал за младшей сестрой.

Сяокао оглянулась и увидела густые капли пота на лбу старшего брата. Ее сердце немного болело за него: “старший брат, если ты устал, сделай перерыв. Я думаю, нам стоит одолжить тачку дяди Чжоу. Нам нужно всего лишь сделать четыре или пять поездок, и у нас будет достаточно воды, чтобы полить арбузные поля. Если бы отец не погнал повозку с ослом в доки, нам не пришлось бы проходить через эти неприятности!”

- Ничего страшного. Тут всего лишь несколько литров воды. Наши ведра все небольшого размера, которые были специально сделаны отцом, так как же они могут быть тяжелыми? Это намного проще, чем когда мне приходилось перевозить лес! - Юй Хан улыбнулся своей младшей сестре, и его красивое лицо засияло здоровым румянцем, потому что он нес воду. Какой красивый молодой человек!

- Айо! Разве это не Сяоша и Сяокао?! Ребята, вы опять собираетесь поливать поля? Скажите дяде Вану, что именно вы сажаете на своих полях? Цветы выглядят очень красиво! - С усмешкой спросил Ван Эргоу, которого жена заставила поливать поля.

Этой весной было мало дождей. К счастью, через деревню Дуншань протекал ручей, который стекал с западных гор. Даже в сухой сезон ручей редко переставал течь. Таким образом, жителям деревни Дуншань было удобнее получать воду и орошать свои сельхозугодья, чем жителям других деревень.

Братья и сестры были знакомы с его личностью. Если они не скажут ему, он может вернуться сегодня вечером на их дынное поле. Хотя сейчас красть было нечего, она расстроится, если он растопчет саженцы дыни.

С милой улыбкой на лице Сяокао сказала: “Дядя Ван, наша семья выращивает арбузы, это своего рода фрукт. Это очень ценно! Ростки только начали цвести. Дядя Ван, ваша семья живет ближе, так что, пожалуйста, помогите нам присмотреть за ними. Не позволяйте этим непослушным детям причинить им вред!”

Глаза Ван Эргоу метнулись по сторонам, а затем он торжественно кивнул: “как односельчане, даже если бы вы не попросили меня, я все равно помог бы вам, ребята, присматривать за ними. Сяокао, как выглядят эти арбузы? Это вкусно? Дядя Ван никогда о них не слышал… Айо, кто мне ухо крутит?”

Он обернулся и увидел, что тигрица его семьи пристально смотрит на него, положив руки на талию. Гнев на его лице мгновенно исчез, и он льстиво улыбнулся ей: “жена, зачем ты дернула меня за ухо? Разве я сейчас не работаю? Я не бездельничал на работе!”

Жена Эрго оглядела его с головы до ног и заставила внутренне испугаться, прежде чем сказала: “Я знаю, что ты только что нагадил! Скажи, почему ты спрашиваешь об их арбузах? Каково твое намерение? Ван Эргоу, я тебя предупреждаю! Как бы ни были хороши вещи других людей, нам не позволено постоянно думать о них! Если ты повторишь свои старые привычки, я уеду жить с ребенком в родительский дом! Я не могу позволить тебе учить плохому нашего ребенка!!”

Ван Эргоу сразу же стал вести себя хорошо. Он очень послушно кивнул головой и пообещал: “жена, посмотри на себя! Мне просто интересно, как выглядит арбуз. Какие еще у меня могут быть мысли? Будь уверена! Я изменился! Я действительно изменился!!”

Ван Эргоу было почти тридцать, когда он наконец женился. Они были женаты уже почти пять лет, но хороших новостей все еще не было. В последнее время его жену тошнило от всего, что она ела, и он ужасно испугался. Доктор Ю был в отъезде со своим внучатым племянником, и он не доверял медицинским навыкам Сяокао, поэтому он одолжил тележку и отвез жену к врачу в город.

Старый доктор пощупал ей пульс и тут же сказал, что скоро станет отцом. Он был так счастлив, что смеялся как дурак и хвастался всякий раз, когда видел кого-нибудь: “моя жена беременна! Я собираюсь стать отцом!” Жена Эргоу была так смущена, что ущипнула его за талию до синяков.

Когда они вернулись домой, Ван Эргоу обращался со своей женой, как с бодхисаттвой, и делал все возможное, чтобы получить то, что его жена хотела съесть. В то время, когда у жены Эргоу была утренняя тошнота, ее вырвало. Ее рвало так сильно, что она готова была выплюнуть свои внутренности.

К счастью, когда Юй Сяокао узнала об этом, она отправила им несколько партий зелени, огурцов и помидоров. В то время Ван Эргоу даже пробормотал в своем сердце, что семья Юй была скупа, чтобы дарить другим овощи, которые были у каждой семьи. Неожиданно после того, как его жена съела помидор, ее утренняя тошнота, казалось, внезапно исчезла, и она съела все с удовольствием.

Но после того, как жена Эргоу покончила с овощами, которые прислала семья Юй, ей захотелось еще. Жена Эргоу тоже была прилежным человеком. Они также выращивали огурцы на своих овощных полях, не говоря уже о зеленых листовых овощах. Однако ни один из них не удовлетворял ее аппетита, и утренняя тошнота началась снова!

Ван Эргоу поспешно отправился в резиденцию Юй и купил помидоры, огурцы и немного зелени. Продукция семьи Юй всегда была в два-три раза дороже, чем у других продавцов. Но, поскольку они были соседями, семья Юй не только не просила его платить более высокую цену, но и продавала овощи по более низкой цене, чем обычные продавцы. Поэтому Ван Эргоу и его жена были очень благодарны.

Беременность жены Эргоу становилась все более очевидной. После того, как ее утренняя тошнота полностью прекратилась, она снова набрала вес, который потеряла ранее. Компетентная жена Эргоу обычно сама справлялась с поливом всей фермы их семьи. Однако сейчас для нее наступил решающий период. Так как же Ван Эргоу мог позволить своей жене выполнять тяжелую работу? Таким образом, он стиснул зубы и взял на себя задачу, похлопывая себя по груди.

Жена Эргоу знала об обычном поведении мужа, поэтому беспокоилась, что он поливает поля. Она тихо следовала за ним и следила, и таким образом наткнулась на него, расспрашивающего сестер Юй! Видя, как его глаза беспрестанно бегают по сторонам, жена Эрго поняла, что у ее мужа появились идеи насчет этих арбузов.

Дружеские чувства семьи Юй, когда они дарили и продавали им овощи, были чем-то таким, что жена Эргоу помнила глубоко в своем сердце. Как она могла допустить, чтобы у ее мужа были злые намерения? В последнее время лучшей угрозой было сказать, что она уйдет в родительский дом с ребенком. Это срабатывало каждый раз! Конечно же, ее муж клялся и давал ей гарантии, и вел себя очень послушно.

Юй Сяокао наблюдала за взаимодействием странной пары. Казалось, они постоянно ссорились, но их чувства друг к другу были глубокими и сильными. Ван Эргоу боялся своей жены, но лучше было сказать, что он глубоко любил ее. Ему нравилось иногда ссориться с ней, но он все равно действовал по желанию жены.

Сяокао и ее старший брат помахали на прощание молодоженам и прибыли на дынные поля своей семьи. Глядя на зеленые виноградные лозы и крошечные пятна желтых цветов на полях, она чувствовала себя так, словно видит большой и круглый арбуз, машущий ей руками.

Юй Хан согнул колени, чтобы аккуратно поставить ведра на землю. Затем он положил шест в свои руки и взял ковш из рук Сяокао. Он собирался пойти поливать поля, но его остановила младшая сестра.

Под вопросительным взглядом старшего брата Юй Сяокао зачерпнула немного воды из своего ведра и вылила ее в ведра, которые несла Юй Хаю. После того, как она налила ковш воды в оба ведра, она сказала Юй Хану: “хорошо, теперь ты можешь идти поливать поля!”

Юй Хан озадаченно посмотрел на ведро Сяокао и тихо спросил: “младшая сестра, твое ведро воды особенное? Почему ты всегда наливаешь его в ковш, когда мы поливаем поля?”

Юй Сяокао огляделась вокруг, а затем сказала: “ш-ш-ш! Не говори так громко!! Это удобрение, которое я специально сделала, оно улучшит почву! Именно благодаря этому удобрению наша семья в прошлом году получила такой высокий урожай сладкого картофеля!”

-О, понятно! Младшая сестра, ты так много знаешь. Ты даже знаешь, как делать удобрения. Если эту формулу можно будет обнародовать, то она, безусловно, принесет пользу очень многим людям! - Она никак не ожидала, что Юй Хан способен стать святым. Ни за что! Она должна немедленно уничтожить это качество!

Сяокао казалась еще более загадочной, когда она придвинулась ближе к нему и прошептала: “этот вид удобрения был сделан из небесного предмета, который дал мне Бог удачи. Когда Бог удачи дал его мне, он специально предупредил, что, как простому смертному, использование небесного предмета определенно потребит определенное количество моей жизненной энергии. Таким образом, его не следует часто использовать. Иначе это нанесет вред организму!”

Как только здоровье Сяокао было замешано, Юй Хан мгновенно передумал: “так как использование небесного предмета может нанести вред твоему организму, то не используй его больше! Увеличение урожайности не имеет значения! Твое здоровье, которое стало лучше после многих трудностей, является самым важным.”

- Все в порядке. Я его уже опробовала! Пока я не злоупотребляю им, оно не причинит большого вреда моему телу. Я просто почувствую легкую усталость! - Юй Сяокао продолжала выдумывать свою белую ложь.

Услышав это, Юй Хан наконец почувствовал облегчение и наклонился, чтобы полить дыни. Но он продолжал говорить: “в будущем старайся использовать его как можно реже—кстати, как именно выглядит небесный предмет, о котором ты упомянула?”

Юй Сяокао на мгновение запаниковала, а затем увидела все более ослепительный разноцветный камень на ее запястье. Она успокоилась и сказала: - Это же небесный камень!

Юй Хан посмотрел на него и смутно припомнил, что этот маленький разноцветный камень, казалось, появился после того, как его младшая сестра получила травму и впала в кому. Он немного убедился и засмеялся: “я думал, что это красивый камень, который ты подобрала в горах, а оказывается, что это божественное сокровище. Ты должна хранить его должным образом и не позволяй злому человеку украсть его!”

- Это бесполезно, даже если кто-то его украдет! Небесные предметы узнают своего владельца, так что он вернется сам, даже если его украдут! - Юй Сяокао подняла брови, и на ее лице появилась сдержанная улыбка.

Услышав ее слова, Юй Хан, наконец, почувствовал облегчение и искренне похвалил: “какое сокровище!”

[- Конечно! Этот божественный камень-просветленный небесный камень, выплавленный богиней Нувой в общей сложности сорок девять дней, который она держала рядом с собой в течение длительного периода времени. Это единственное в своем роде сокровище!!] Маленький божественный камень превратился в маленького золотого котенка и появился на плече Сяокао прямо из воздуха, с гордым выражением лица.

Внезапно он, казалось, подумал о чем-то, опустил голову и сказал: "Да, интересно, будет ли богиня Нува одинока без меня рядом с ней. Без меня монотонный период уединения богини Нувы был бы таким скучным…

Юй Сяокао погладила его маленькую головку и прошептала: “тогда тебе нужно больше помогать мне. Ты должен стремиться восстановить свою духовную силу, как можно раньше, вырваться из пустоты и вернуться к богине Нуве.”

- Я хочу этого! Но твоя жизнь так спокойна, что мне почти не нужно тебе помогать! Как много улучшений я могу сделать, когда мне нужно только производить немного воды мистического камня каждый день? - В тоне маленького божественного камня послышалось легкое недовольство. Он спрыгнул с плеча Сяокао и побежал по арбузным полям.

Глава 151 - императорский указ

Юй Хан краем глаза заметил золотую вспышку. Он присмотрелся и понял, что это был маленький желтый котенок, которого вырастила его младшая сестра. Когда появился этот парень? Будет ли он топтать саженцы арбузов, бегая так безрассудно? Но, присмотревшись внимательнее, он увидел, что котенок очень ловко решил пробежаться по грядкам на полях и вообще не тронул ни лозы, ни саженцев.

Ковш за ковшом вода со слабым намеком на мистический камень выливалась в арбузные поля. Арбузные саженцы тянули свои листья на ветру, как будто старались изо всех сил расти. Крошечные арбузы, казалось, тихо росли, когда никто не смотрел…

Они закончили поливать три участка арбузных полей, когда был почти полдень. Дети взяли пустые ведра и пошли обратно к дому.

Когда они достигли подножия западных гор, они заметили, что обычно пустынная резиденция Чжао была окружена многими жителями деревни. Семья дяди Чжао жила далеко от деревни, поэтому они редко общались с жителями. Его дом всегда был очень мирным и тихим, но сегодня…

-Что-то случилось? - Сяокао и ее старший брат переглянулись и быстро побежали к резиденции Чжао. Когда они подошли к каменной стене резиденции Чжао, то услышали, как возбужденно обсуждают происходящее окружающие жители деревни.

- Ух ты! Ты видел? Это императорский указ! Это императорский указ, упомянутый в опере! К сожалению, это слишком далеко, чтобы увидеть, как на самом деле выглядит императорский указ!

- Я никогда не думал, что старый Чжао был великим полководцем прежней династии! Знаете ли вы о чиновнике, который в последнее время часто приходит к нему домой? Это его ученик! Он высокопоставленный чиновник императорского двора!

- Разве вы не слышали, что сказано в императорском указе? Император лелеет и ценит талант, поэтому он хочет, чтобы старый Чжао вернулся и стал чиновником. Что за титул был ему присвоен? Не могу вспомнить.

-Генерал Чжэнго [1]! Он удостоен звания великого полководца!! Семья охотника Чжао будет потрясающей в будущем!

- Разве это не так? Теперь семья Чжао будет наслаждаться счастливой жизнью в столице!

- У человека, объявившего императорский указ, нет бороды. Это тот самый тайцзянь, о котором говорится в опере?

- Ш-ш-ш… Ты ищешь смерти?! Эти евнухи больше всего ненавидят, когда их называют "тайцзянь [2]". Если он тебя услышит, ты будешь обезглавлен!

…

Услышав это, Юй Сяокао почувствовала полное облегчение. Наконец-то у дедушки Чжао все наладилось! Раньше, когда она навещала семью Чжао, она часто невольно видела, как дедушка Чжао смотрит вдаль с потерянным взглядом.

Тот, кто обладает гражданскими и военными талантами, будет служить императорской семье. Казалось, дедушка Чжао не хотел жить такой скучной жизнью, несмотря на то, что прожил в уединении тридцать лет! К счастью, нынешний император был мудрым государем, который назначал людей на основании их заслуг. В будущем дедушка Чжао и его семья должны уметь блистать и процветать на своих постах…

- Эй, маленькая девочка! Стой прямо здесь! - Как только Юй Сяокао хотела развернуться и уйти, громкий голос остановил ее сзади.

Юй Сяокао огляделась и поняла, что она была единственной маленькой девочкой вокруг. – Это мне? Кто это?

- Да! Ты! - Звук шагов раздался сзади и быстро приблизился к ней. Здоровый и добродушный старик с белой бородой и бледным пухлым лицом тепло посмотрел на нее с улыбкой.

-Пятый… Пятый Лорд? - Юй Сяокао узнала его. Он был одет в одежду из грубой ткани. Увидев его простой наряд, она с любопытством спросила.

Заложив руки за спину, почетный император огляделся и увидел повсюду зеленую зелень. Даже воздух казался свежее. Он улыбнулся и сказал: “Это хорошее место для того, чтобы прожить здесь свою жизнь на пенсии!”

С воображаемыми черными линиями на голове Юй Сяокао подумала: "вы, должно быть, слишком ленивы. Вы предпочитаете носить заплатанную одежду из грубой ткани вместо шелков и парчи. Вы живете не как член императорской семьи, а бродите по бесплодной и бедной местности. Как, скажите на милость, вы определили, что эта отдаленная деревня-хорошее место, чтобы наслаждаться жизнью на пенсии?

- Вы... Пришли с императорским посланником, который пришел объявить императорский указ, верно? - Увидев, что он пришел из резиденции Чжао, Юй Сяокао внезапно пришла эта мысль.

Почетный император рассмеялся и, казалось, был в хорошем настроении: - Я слышал, что главный управляющий Чжан должен отправиться в деревню Дуншань, чтобы объявить императорский указ. Учитывая, что мы шли одной дорогой и было неплохо присматривать друг за другом по дороге, мы просто пришли вместе!

- Шли одной дорогой? Зачем вы приехали в деревню Дуншань? - Юй Сяокао держала на руках маленького золотистого котенка и нежно гладила его шерстку.

С еще более широкой улыбкой на лице почетный император сузил глаза и посмотрел на нее, заставляя ее чувствовать себя неловко. Затем он сказал: “Конечно, я пришел, чтобы найти тебя, ах!”

- Найти меня? - Почему он ищет ее? Может быть, он думал, что тратить триста таэлей на рецепт ее тушеной еды-пустая трата денег, и хотел получить возмещение? Но с другой стороны, этот пятый Лорд не был бизнесменом и не собирался ничего продавать. Так что потратить триста таэлей, чтобы удовлетворить свою жажду, было действительно несколько расточительно!

Почетный император притворился загадочным и улыбнулся ей. Он замахал на нее руками и направился в сторону дома Сяокао.

Ну! Похоже, он действительно готовился к приезду. Он даже знал ее адрес! Однако дома у нее было не так уж много наличных. Она попросила третьего молодого мастера Чжоу помочь ей вложить все деньги, которые она заработала от продажи рецепта, а также последующие доходы в магазины в гавани.

Почетный император медленно шел впереди, а Сяокао следовала за ним шаг за шагом, как маленький фаворит. Юй Хан и слуги почетного императора стояли позади них.

Как только Юй Хай вышел, он увидел группу людей, направлявшихся в эту сторону. Он внимательно посмотрел и понял, что его младшая дочь находится среди толпы.

- Сяокао… - Кто это? О! Разве это не Пятый лорд? Зачем старец пришел в гости? - Юй Хай также узнал старика, который шел впереди, и поспешно вышел вперед, чтобы поприветствовать его.

Почетный император скорчил длинную гримасу и сказал раздраженным тоном: - Младший Юй, если честный человек не умеет говорить, он обидит многих людей! Этот Господин очень разгневан! Что ты думаешь ты должен сделать?

Юй Хай знал, что у человека, стоящего перед ним, было необычное прошлое. Если он случайно обидит его, кто знает, что он сделает с такими бессильными простолюдинами, как они! Даже если этот человек просто пошевелил мизинцем, результаты, вероятно, не были чем-то, что он мог выдержать! Таким образом, на мгновение Юй Хай просто стоял беспомощно и не знал, что ему сказать!

- Пятый Лорд, не обижайте моего отца, он честный человек! Скажите мне, что вы хотите поесть? Пока мы можем позволить себе ингредиенты, я обязательно сделаю это для вас. Но я умею готовить только домашние блюда, поэтому не просите меня сделать такие вещи, как "Фо Тянь Цян [3]" и "Бао Шэнь Чи Ду [4]". Я всего лишь невежественная маленькая крестьянка, поэтому не знаю, как их готовить! - Юй Сяокао почувствовала, что все еще способна справиться с обжорой.

Конечно, ее грубые слова не спровоцировали почетного гостя из столицы, пятого Лорда. Вместо этого он хохотнул и сказал: “мне очень нравится эта маленькая девочка, Сяокао! Тогда я, Пятый Лорд, больше не буду вежливым—я хочу есть мясо из свиной головы! Я также хочу "острый свиной кишечник", "измельченный свиной рубец в масле Чили", "суп из утиной крови с вермишелью"…

У почетного императора не было никаких оговорок, и он заказал много блюд, которые все соответствовали категории домашней еды, о которой упоминала Сяокао. Но последнее блюдо, суп из утиной крови с вермишелью, Сяокао приготовить было довольно трудно…

- Пятый лорд, утиную кровь легко достать, но где я возьму вермишель? Можно ли заменить его на "утиную кровь и тушеное мясо с тофу"? - В это время Юй Сяокао уже подтвердила личность пятого лорда.

Ему было за пятьдесят, и у него была высокая и крепкая фигура. На первый взгляд было очевидно, что он уже служил в армии. Кроме того, он мог носить ярко-желтый цвет, который символизировал императорскую семью. Самое главное, он знал блюдо-суп из утиной крови с вермишелью! Пятый Лорд был императором-основателем великой династии Мин и нынешним почетным императором! Ай! Великая Династия Мин была действительно слишком мала; два переселителя действительно встретились именно так.

Но она не была уверена, что почетный император знал о ее происхождении. Сможет ли она обмануть его? Юй Сяокао изобразила огорчение и пробормотала: “пятый Лорд, все остальные блюда легко приготовить. Но этот "суп из утиной крови с вермишелью", что такое вермишель? Где я могу ее купить?”

- Не прикидывайся дурочкой и не пытайся замять это! Ты, эта маленькая девочка, еще слишком молода, чтобы строить козни против меня! Даже если другие не знают, что такое вермишель, разве ты можешь не знать? Мне все равно. Я обязательно съем "суп из утиной крови с вермишелью"! - Почетный император величественно вошел во двор семьи Юй, а затем откровенно сел в кресло перед домом.

Казалось, она не могла этого избежать. Видя, что почетный император не собирается разыгрывать сцену "встречи товарищей из одного родного города", Юй Сяокао, естественно, тоже не стала упоминать об этом. Она нахмурила свое маленькое личико и сказала: “пятый лорд! Я знаю только, что вермишель делают из муки из сладкого картофеля, но я никогда не делала ее раньше. Я не знаю, как ее делать…”

Почетный император неторопливо раскачивался в кресле, прищурив глаза, но не упустил ее из виду и не пощадил, сказав: - Ты знаешь, как приготовить жареную курицу и утку османтус, но ты не знаешь, как сделать вермишель? Кого ты обманываешь? Если ты и дальше будешь терять время, я накажу твоего отца преступлением неуважения и отправлю его в тюрьму. Хм!

Сяокао чувствовала себя по-настоящему беспомощной перед лицом почетного императора, который был похож на неразумного старого мальчишку. Посмотрев на изумленного отца и растерянную мать, она собралась с духом и сказала: - Пожалуйста, не пугайте таких честных людей, как мы. Мои родители робки и легко пугаются!

- Думаю, сегодня вы не сможете съесть вермишель. Процесс приготовления вермишели слишком сложен, поэтому ее невозможно приготовить прямо сейчас. Кроме того, свиная голова, кишки и рубец были доставлены в доки для продажи. Если вы хотите их съесть, вам придется подождать до вечера!

- Ладно! Я, Пятый Лорд, тоже не безрассудный человек. Давайте просто пообедаем в непринужденной обстановке, а вечером я буду ждать большого пира!

Почетный император удобно скрестил ноги в кресле, а потом вдруг сказал: - Так удобно раскачиваться в кресле-качалке, греясь на теплом солнышке.

Большой пир сегодня вечером? Почетный император не вернется сегодня в город? Как могла деревня Дуншань вместить "этого великого Будду"? Юй Сяокао посмотрела на ведущего императорского гвардейца, стоявшего рядом с почетным императором.

Главный императорский стражник притворился, что не видит пристального взгляда Сяокао, и встал рядом с почетным императором с ледяным выражением лица. На самом деле, у него действительно был внутренний психический срыв: если бы он мог выбрать, он предпочел бы, чтобы его хозяин послушно остался в столице. Это было самое безопасное место во всей великой династии Мин.

Но его хозяин любил бегать. Там все еще оставались сторонники прежней династии, так что снаружи было действительно опасно. И все же он хотел провести ночь в этой маленькой горной деревушке? Его хозяин, должно быть, думает, что он все еще бездельничает и хочет дать ему решить какие-то проблемы! К несчастью, главный управляющий Лю остался в столице. Если бы он был здесь, то, возможно, смог бы убедить его. Что же касается их, императорских гвардейцев, то они могли только стоять в стороне!

Юй Сяокао спряталась на кухне с несчастным выражением лица. Мадам Лю потянула ее за руку и тихим голосом спросила о личностях людей во дворе. Сяокао боялась напугать своих родителей и не осмеливалась раскрыть истинную личность пятого лорда. Она просто сказала, что он уважаемый гость из столицы, с которым даже окружной судья должен быть вежлив.

________________________________________

[1] Чжэнго генерал (镇国将军) - Чжэнго = защитник нации

[2] Тайцзянь (太监) также означает евнух, но имеет негативную коннотацию, поэтому люди обычно называют их гунгун (公公), что звучит более вежливо

[3] Фо Тянь цян (佛跳墙) - буквально "Будда прыгает через стену"; тушеное мясо, состоящее из многочисленных ингредиентов, таких как курица, утка, абалоны, гребешки и многое другое, приготовленное в огромной банке и обычно требующее 1–2 дня для приготовления

[4] Бао Шэнь Чи Ду (Bao Shen Chi Du) - густой суп из морского ушка, морского огурца, акульего плавника и рыбьей пасти (что также буквально называется)

Глава 152 - старые воспоминания

С точки зрения госпожи Лю, окружной судья был самым высокопоставленным чиновником в городе Тангу. Если судье приходится так вежливо обращаться с этим человеком, значит, он определенно очень высоко поднялся по служебной лестнице. Ей нужно было быть более осторожной с ним.

Дома было ограниченное количество ресурсов. По большей части у них были только овощи, которые росли в поле. У них дома был только один вид мяса, и это была порция полосатой свинины, которую они купили вчера.

Юй Сяокао отрезала кусок полосатой свинины и мелко нарезала ее, пока она не превратилась в мелкий фарш. Затем она нарезала несколько баклажанов кружочками и обмакнула их в яйцо и муку, прежде чем обжарить в баклажанных оладьях. У нее было предчувствие, что почетный император любит сильно приправленную еду, поэтому он, вероятно, будет наслаждаться этими ароматными и слоеными баклажанными оладьями.

Что касается остатков свинины, она использовала ее, чтобы сделать жирную, полную восхитительного вкуса, дважды приготовленную свинину. Она взяла стручковую фасоль, только что собранную в саду, и поджарила ее с небольшим количеством сала, чтобы получилась вкусная "стручковая фасоль". К помидорам она добавила несколько куриных яиц, чтобы сделать тарелку "жареных помидоров и яиц". Таким образом, ей удалось приготовить четыре горячих блюда.

Для двух холодных закусок она использовала огурцы и арахис, которые были приготовлены в кипящей воде. Однако, имея на столе только две тарелки с холодными закусками, она подумала, что это не очень презентабельно.

Немного подумав, Сяокао достала из банки для маринования пять утиных яиц со специями и сварила их до готовности. Затем она нарезала их и положила на тарелку. Маринованные утиные яйца были полны аромата и довольно вкусны. Яичные желтки были ярко-желтого цвета, и из них сочились маленькие капельки блестящего желточного масла. Они имели слегка соленый вкус, который был очень ароматным.

Сяокао быстро подсчитала время и решила, что вековые яйца уже должны быть готовы. Она выбрала одно из яиц, покрытое грязевой смесью, и слегка отщипнула верхушку его грязевой скорлупы. Яичная скорлупа, которая была аккуратно вскрыта, отделилась, открыв блестящую темную поверхность. На поверхности были белые, нежные узоры, которые показывали фирменный вид яйца "Сосновый цветок". Она слегка понюхала яйцо, и в нос ей ударил особый экзотический запах.

Сяокао попросила Сяолянь, которая только что вернулась домой, съездить на их осле в соседнюю деревню и купить немного мягкого тофу. Вековые яйца с тофу были простым блюдом, которое было очень вкусным. Это блюдо имело мягкую текстуру, нежный вкус и таяло во рту.

Сначала она разрезала мягкий тофу на маленькие прямоугольные кубики и попросила мадам Лю выдолбить их. Затем она мелко порубила вековые яйца и смешала их с ароматическим уксусом, кунжутным маслом и другими приправами. Затем она засунула яичную смесь в выдолбленные кусочки тофу и посыпала сверху мелко нарезанным зеленым и красным перцем чили. Готовое блюдо не только выглядело аппетитно, но и имело пикантный вкус и запах!

- Дочь! Твой крестный вернулся! Что ты приготовила такого вкусного, что я чувствую его запах издалека… - Излишне говорить, что в прошлом месяце генерал Фан Цзычжэнь часто возвращался из доков, чтобы перекусить у семьи Юй. Его громкий и ясный голос часто можно было услышать задолго до того, как он ступал во двор семьи.

На этот раз резонирующий звук его голоса прозвучал так, словно его внезапно оборвали и резко остановили. В этот момент глаза Фан Цзычжэня были шире, чем бронзовый гонг, и были полны недоверия. Он с силой потер глаза, но великий и благородный человек перед ним все еще был во дворе!

- Этот скромный чиновник кланяется в знак приветствия… - Фан Цзычжэнь сделал три шага вперед и опустился на колени перед почетным императором. Как будто золотая гора столкнулась с нефритовым столбом. Как раз когда он собирался закончить свое приветствие почетному императору, его прервали!

Почетный император махнул ему рукой в знак прощания: “Минчжэ! Мы не в столице, так что не надо быть таким серьезным. Пойдем! Посиди здесь и побудь немного с Пятым лордом!” Минчжэ было вежливое имя Фан Цзычжэня.

- Эми... Пятый Лорд, почему вы находитесь в деревне Дуншань? Вы слышали, что здесь живет мой хозяин? Этого не может быть, ах! Если это правда, то вы должны быть в доме моего хозяина, так почему же вы находитесь в резиденции брата Юй? - Фан Цзычжэнь осторожно сел на маленький деревянный табурет рядом с почетным императором и положил руки ему на колени. Он напоминал ученика начальной школы, получающего уроки у своего учителя.

Юй Хай стоял посреди огородного поля во дворе, переворачивая землю. Когда он увидел высокого чиновника третьего ранга, кланяющегося Пятому лорду, он понял, что у этого пятого Лорда было сверхъестественное происхождение. Он пытался угадать, насколько возвышенным был пятый лорд, когда работал.

Однако, поскольку пятый Лорд, по-видимому, не имел никакой недоброжелательности к семье Юй в данный момент, это считалось огромным благословением!

- А? Крестный? Разве ты не был у дедушки Чжао и не помогал им решать вопросы, связанные с императорским эдиктом? Откуда у тебя есть время, чтобы приехать сюда? - Юй Сяокао вышла из кухни, чтобы выглянуть наружу, и лучезарно улыбнулась мужчинам во дворе.

Ее светящееся и бледное личико каким-то непонятным образом покрылось мукой. Вместо того, чтобы выглядеть неряшливо, это на самом деле делало ее еще более очаровательной и очаровательной. На глазах у своей милой приемной дочери выражение лица Фан Цзычжэня стало таким мягким, что казалось, из него можно выжать немного воды.

Его улыбка стала нежной, а голос тоже смягчился: - Евнух, который завещал императорский указ, собирается пообедать вон там, поэтому я подошел, чтобы собрать для них свежие овощи.

- Что? Евнух, издающий императорский указ, остается с семьей Чжао, чтобы поесть? Кто дал ему такое право? - Почетный император стер с лица любезную улыбку, и звук его голоса показался немного более величественным и внушительным.

Фан Цзычжэнь осторожно улыбнулся и сказал: “Пятый... Пятый господин, уже полдень, а в окрестностях деревни Дуншань негде поесть. Должен ли евнух вернуться обратно на пустой желудок? Не вините евнуха Чжана…”

Почетный император свирепо нахмурился и ответил: “деревня Дуншань находится всего в двух часах езды на лошади от города. Не то чтобы Чжан Цюань не знает обычаев и правил. Не боится ли он быть обвиненным в преступлении, в попытке слишком близко подобраться к чиновникам?”

- Э-э... Пятый Лорд, это не должно быть так серьезно, верно? В деревне Дуншань больше никого нет, так что, скорее всего, никто не будет сплетничать об этом! - Фан Цзычжэнь почувствовал, как на лбу у него выступили капельки пота.

- Ты хочешь сказать, что до тех пор, пока другие люди не видят, что для него нормально дружить с придворными чиновниками? - Почетный император глубоко нахмурился и приказал императорской гвардии, стоявшей рядом с ним: “маленький Чжан, сходи за Чжан Цюанем. Скажи ему, что я здесь обедаю и мне нужно, чтобы кто-нибудь меня обслужил!”

- Понял! - Императорский телохранитель Чжан Мо получил приказ и быстро ушел. Во дворе быстро снова воцарилась тишина, но теперь атмосфера была несколько неловкой. Юй Хай уже давно вышел со двора и начал работать на земле перед воротами. Он боялся услышать что-то, чего не должен был слышать!

- Пора есть! - Ясный и звонкий голос Юй Сяокао нарушил мертвую тишину во дворе. Фан Цзычжэнь вдруг почувствовал, что нет ничего приятнее для его ушей, чем крик приемной дочери: "пора есть!" во всю глотку.

Хмурое выражение на лице почетного императора мгновенно исчезло, и он шмыгнул носом: - Это блюдо довольно хорошее, мне оно нравится!

- Пятый Лорд, вы хотите поесть в комнате или во дворе? - Спросила Юй Сяокао.

Почетный император взглянул на шатающийся глинобитный дом семьи Юй и скривил губы: “в комнатах немного душно, а двор такой светлый и просторный. Давай поедим во дворе!”

Когда Юй Хан услышал, как старик высказал свое мнение, он быстро перенес новый обеденный стол семьи во двор и вынес все табуреты в доме. Он посмотрел на крупных мужчин рядом с Пятым Лордом, на мгновение заколебался, а затем тихо спросил Сяокао: “похоже, у нас не хватает деревянных табуретов для всех. Может, мне пойти к тете Чжоу и одолжить у нее немного?”

Хотя почетный император уже не был молод, слух его оставался таким же острым, как и прежде. Он засмеялся: “тебе не нужно проходить через столько проблем! Эти люди не будут есть с нами за одним столом. Минчже, раньше девочка называла тебя крестным отцом. Тебе очень повезло. Раньше я хотел принять эту девочку в качестве почетной внучки, но она меня просто отвергла!”

Фан Цзычжэнь широко улыбнулся и пару раз рассмеялся, прежде чем вдруг что-то вспомнил. Улыбка исчезла с его лица, когда он сказал: - Пятый Лорд, не вините ее! Сяокао еще молода и иногда ведет себя по-детски. Пожалуйста, простите ее невежество!”

-Этот слуга, Чжан Цюань, приветствует вас… - Пронзительный и громкий голос эхом разнесся в воздухе. Как евнух, который был достаточно высоко оценен, чтобы издать императорский указ, Чжан Цюань все еще послушно стоял на коленях на земле, когда его тело слегка дрожало.

- Ладно! - Почетный император яростно закричал и не дал евнуху закончить фразу. - Почему у тебя такой растерянный вид? Почему ты сейчас не идешь служить? Ты слепой и теряешь энергию?! Лю Фушэн, должно быть, был слеп, чтобы принять такого идиота, как ты, за своего приемного сына!

Чжан Цюань уже осторожно расспросил императорского телохранителя, который передал ему послание, о настроении почетного императора. В тот момент все его тело внезапно покрылось холодным потом. Придворный евнух, подружившийся с придворным чиновником, был серьезным преступлением, которое могло привести к обезглавливанию! Он мог винить только себя. Ранее император неоднократно предупреждал его, чтобы он относился к генералу Чжао с уважением. Он стал слишком горд и почти неожиданно совершил подавляющее оскорбление, ах! К счастью, почетный император вызвал его. Почетный император действительно был похож на своего второго отца и благодетеля, который спас ему жизнь!

- Идем, идем! Не стойте все просто так! Минчжэ, младший Юй и ты, маленькая девочка, подойдите и поешьте с Пятым господином! - Почетный император пристально посмотрел на Чжан Цюаня, а затем проигнорировал его присутствие. Его внимание привлек стол, полный восхитительно пахнущей еды, которая была ему хорошо знакома.

В своей предыдущей жизни Чжу Хуайюн также был блестящим и выдающимся военным чиновником своей страны. У него не было других интересов, кроме хорошей еды. После того, как он переселился в этот мир, он был на поле битвы в течение нескольких лет подряд. Возможность есть достаточно, чтобы наполнить свой живот, уже считалась довольно хорошей, так как же он мог быть придирчивым к еде?

После того, как он взошел на трон, он обнаружил, что все повара императорского дворца были приличными. Возможно, он все еще скучал по своей прошлой жизни, но ему всегда казалось, что еда здесь не совсем правильная. Однако и он, и нынешний император были людьми, которые не умели готовить. Таким образом, он был еще больше привязан к тому, чтобы найти вкус своей предыдущей жизни в этом мире.

Прошли десятилетия, и память о тех знакомых продуктах из его прошлой жизни медленно поблекла. Поначалу он верил, что в этой жизни никогда больше не сможет ощутить вкус родины. Однако он не ожидал, что в этом бедном, крошечном дворике он наконец сможет удовлетворить свое давнее желание.

- Это всего лишь домашние блюда, так что, пожалуйста, не питайте к ним неприязни из-за этого, Пятый лорд. Пожалуйста, ешьте досыта! - Юй Сяокао взяла тарелку с вековыми яйцами с тофу и легко поставила блюдо перед почетным императором.

Глаза Чжу Хуайюна загорелись еще ярче, и он хитро улыбнулся, как старый лис: “Девочка, ты даже знаешь, как делать вековые яйца, и утверждаешь, что не умеешь делать бобовую вермишель? Не пытайся обмануть меня, глаза пятого лорда все еще остры!”

- Столетние яйца? Дочь, вековые яйца нашей семьи готовы к употреблению? - Фан Цзычжэнь был очень занят в доках и почти забыл об этих яйцах. Он уставился на тарелку с нежными и восхитительными столетними яйцами с тофу, которая стояла перед почетным императором. Он почти не мог контролировать свое желание попробовать сейчас.

Сяокао закончила подавать всю еду на стол и уже собиралась пойти на кухню, чтобы подать еду императорским телохранителям, когда почетный император остановил ее: - Подойди, сядь рядом с Пятым Лордом и поешь. У них у всех есть рабочие конечности, если они голодны, они смогут найти пищу, чтобы поесть!

Почетный император уже распорядился, чтобы только Фан Цзычжэнь, Юй Хай и Юй Сяокао имели честь сопровождать его на трапезе. Чжан Цюань стоял в стороне и держал новую пару палочек для еды. Он взял оладьи из баклажанов и уже почти попробовал их.

- Стой! Тебе не нужно проверять еду на наличие яда, иди на кухню, где находятся командир Чжуан и остальные, и ешь еду там! - Почетный император доверял семье Юй, и чтобы кто-то попробовал еду до того, как он попробует, это было не обязательно. Он не позволял другому человеку за столом есть его драгоценную пищу!

Чжан Цюань заметно издал звук согласия. В его сердце семья Юй поднялась по служебной лестнице. Вряд ли найдется много людей, которые могли бы заставить почетного императора доверять им так сильно, верно?

- Вековые яйца с тофу! Прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как я в последний раз пробовал их! Я почти забыл, какие они на вкус! - Почетный император осторожно взял кусок тофу, фаршированный вековыми яйцами, и широко раскрыл рот. Он сунул весь кусок в рот. Нежный тофу с пикантным вкусом векового яйца разлился по его рту. Возможность попробовать еду, которую он не пробовал годами, почти заставила Чжу Хуайюна выпустить пару слез радости.

Фан Цзычжэнь серьезно наблюдал за почетным императором. Когда он увидел явное удовольствие на лице пожилого человека и какие-то слабые признаки слез в его глазах, в его сердце поднялась тревога-действительно ли было что-то настолько восхитительное, что заставило бы заплакать почетного императора?

Глава 153 - старый сорванец

- А? Почему вы все просто смотрите, как я ем? Если вы не начнете есть, я прикончу этот стол. - Почетный император взял еще один кусок столетнего яйца с тофу и запихнул его в рот, деликатно наслаждаясь им.

Впервые в жизни Фан Цзычжэнь сидел за одним столом с почетным императором. Конечно же, почетный император был дружелюбным и доступным человеком. Сколько императоров в истории сидело за одним столом со своими чиновниками? Хотя он немного нервничал, он не мог устоять перед соблазнительными деликатесами и осторожно взял кубик столетнего яйца с тофу.

Особый аромат в сочетании с изысканным легким вкусом тофу медленно расцвел во рту. Это спровоцировало его вкусовые рецепторы. Он ел еду, которую Сяокао готовила уже больше месяца, но каждый раз она удивляла его чем-то новым. Даже если это был тот же самый ингредиент, у нее была возможность превратить его во что-то совершенно другое. Он подозревал, что даже знаменитый шеф-повар ресторана "Чжэньсю" не сможет воссоздать те же вкусы, что готовила она. (Сяокао хихикнула: спасибо мистической каменной воде!)

Фан Цзычжэнь сразу же влюбился в скользкую текстуру и свежий, пикантный вкус столетних яиц. Как только он закончил размышлять о вкусе во рту, он хотел взять второй кусочек и обнаружил, что тарелка совершенно пуста. С другой стороны, у почетного императора на лице было тоскливое выражение, как будто он хотел есть больше.

- Дочка, размер порции этого столетнего яйца с тофу действительно слишком мал, верно? Я съел только один кусок, а тарелка пуста. Это не удовлетворяет мою жажду. Разве ты не испекла двадцать-тридцать столетних яиц? Нарежь еще немного для нас! Сегодня здесь пятый Лорд, так что не будь мелочной! - Выражение его лица и слова, слетающие с его губ, создавали впечатление, что Фан Цзычжэнь выступает за почетного императора, но на самом деле он просто хотел съесть больше сам.

Юй Сяокао взглянула на почетного императора и тайно усмехнулась про себя: "я никогда не видела, чтобы кто-то в твоем возрасте ел так много в одиночку. Ты съел целую тарелку столетних яиц с тофу, старина. Что же касается крестного отца, то тебе повезло, что тебе удалось попробовать кусочек. Мой биологический отец даже не взял в руки палочки!

Несмотря на свои менее чем лестные мысли, она все еще мило улыбалась: “пятый Лорд, в столице должны быть помидоры, верно? Попробуйте жареные помидоры с яйцами, которые я приготовила. Какие они на вкус?”

Почетный император любезно выполнил ее просьбу и взял порцию яиц, он сказал: “семена помидоров были рекомендованы только для выращивания в прошлом году. Не так много людей выращивают их в столице, но у тебя они уже выросли? У тебя довольно хороший навык готовки, ах! Хорошо, пятый Лорд попробует, как это на вкус!”

Закончив говорить, он положил яйца в рот и принялся жевать. Его длинная борода двигалась вверх и вниз в такт движениям рта. Сяокао не могла не посмотреть ему в лицо и некоторое время разглядывала длинные бакенбарды.

- Неплохо, неплохо! Цвета яркие и аппетитные, вкус свежий и сладкий, это лучше, чем еда, приготовленная императорскими поварами дворца! Малышка, ты уверена, что в прошлой жизни не была поваром?

Это, казалось бы, простое заявление, сделанное почетным императором, заставило Сяокао чрезвычайно нервничать. Она взглянула на своего несколько сдержанного отца и глухо рассмеялась: - Кто может вспомнить свою предыдущую жизнь после того, как выпил суп бабушки Мэн? Однако все говорят мне, что у меня есть талант к кулинарии. Может быть, в прошлой жизни я действительно была знаменитым поваром! Вероятно, также тем, кто специализировался на блюдах, которые едят простолюдины!

- Этот ребенок не умеет быть смиренным! Есть ли среди известных шеф-поваров женщины? - Юй Хай предупреждающе посмотрел на нее. Тот, кто мог есть пищу, приготовленную императорскими поварами, был абсолютно не низок по рангу. Его маленькая дочь часто любила бездумно болтать, но она совершенно не должна обижать пятого лорда.

Почетный император был в чрезвычайно хорошем настроении и схватил палочки, полные курицы, тушеной с грибами. Он съел ее от души и улыбнулся: “я не знаю, были ли в истории какие-либо известные женщины-повара, но я верю, что наша великая Династия Мин может иметь известного шеф-повара-женщину!” Говоря это, он даже некоторое время смотрел на Сяокао.

Юй Сяокао спокойно ела рис в своей миске. С тех пор как она переселилась сюда, она не могла есть простой белый рис. Когда она услышала, что он сказал, она, наконец, стала более скромной: “пятый Лорд, вы переоцениваете мои способности. Я умею готовить только несколько домашних блюд. Вы, наверное, устали от изысканных блюд с большим количеством мяса и морепродуктов. Теперь, когда вы попробовали домашнюю кухню, вы думаете, что она свежая и уникальная, вот и все. Если бы вам приходилось есть эту еду каждый день, то вы бы больше не думали, что она вкусная!”

Фан Цзычжэнь жадно поглощал еду, прилепив голову к миске, когда он холодно вмешался: “я думаю, что навыки моей дочери просто хороши. Я уже больше месяца ем то, что ты готовишь, и не устаю от этого! Дочь моей семьи могла сделать даже овощи, сваренные в простой воде, вкусными! Дочь, пойди нарежь еще несколько столетних яиц, а!”

Юй Сяокао беспомощно посмотрела на своего крестного, который растолстел на несколько дюймов вокруг талии. К счастью, дедушка Чжао заставлял его заниматься боевыми искусствами каждый день. Иначе она боялась, что в этот момент он станет толстяком! Судя по тому, как он набирал вес, она не была уверена, узнает ли его крестная, когда он в следующий раз вернется в столицу!

Она усмехнулась, глядя на Фан Цзычжэня, а затем обратилась к почетному императору: “я также сделала несколько столетних яиц из куриных яиц, и они должны быть готовы к употреблению. Я порежу несколько штук, чтобы каждый мог попробовать. Дядюшки-телохранители вон там…”

- Не беспокойся о них, они прекрасно едят все, что угодно. Они могут есть, пока не насытятся! - Почетный император знал, что Сяокао не сделала много столетних яиц в своей первой партии, поэтому он, очевидно, не мог позволить этой кучке сопляков съесть его еду, верно? Он все еще планировал привезти несколько штук в столицу!

Императорские телохранители сидели за столом на кухне. На столе, за исключением столетних яиц и тофу, которые были заменены на тофу, смешанный с луком-шалотом, остальные блюда были такими же, как и на столе снаружи. Императорские телохранители были в пути все утро и уже давно чувствовали, как от голода их желудки прилипают к костям. Перед столом, полным вкусных блюд, они без всякого стеснения наелись. Обычно у них были хорошие отношения друг с другом, но сегодня из-за куска дважды приготовленной свинины они чуть не начали ссориться.

Когда Сяокао вошла в кухню, императорские телохранители уже полностью покончили со столом, полным еды, в рекордно короткие сроки. Все тарелки на столе были совершенно пусты, даже соус из овощей был вылит на рис и съеден. Командир стражи почувствовал, как его лицо вспыхнуло от смущения, когда он увидел, как Сяокао вошла в кухню. Он молча проклинал солдат под своим командованием за то, что они вели себя как кучка голодающих беженцев. Неужели эта маленькая девочка не будет смеяться над ними?

- Дядя телохранитель, вы, ребята, наелись досыта? Если этого было недостаточно, я могу приготовить несколько маленьких блюд для вас всех? - Удивленно воскликнула Сяокао, увидев, сколько еды съели четверо мужчин. Они неожиданно наелись на восемь человек и убрали все тарелки. Возможно, те, кто практиковал боевые искусства, использовали больше энергии, поэтому их способность к еде была больше?

Четверо императорских телохранителей вместе с придворным евнухом пришли в восторг при мысли о том, чтобы съесть еще еды. Однако, потирая свои полные, набитые животы, они могли только покачать головами в сожалении и сказать ей, что они были сыты. Командир группы не мог смотреть Сяокао в глаза, когда видел, как бесстыдны его солдаты!

Сяокао достала из угла несколько покрытых грязью яиц, стряхнула с них грязевую скорлупу и почистила вековые яйца. В ее предыдущей жизни, в ее родном городе, вековые яйца, сделанные из куриных яиц, также назывались "биандан". Все эти несколько биандийцев были готовы к употреблению. Белок яиц выглядел как желе и был сверкающим и полупрозрачным. Желточная часть яиц напоминала сахарный шарик. При разрезании жидкие капли масла вытекали и делали яйца чрезвычайно аппетитными.

Двор был не очень большим, так что императорские телохранители, естественно, слышали, что сказал ранее почетный император. Были ли это те самые вековые яйца, о которых упоминал почетный император? Какие они на вкус? Каждый мог сказать, что они были чрезвычайно вкусными. Иначе зачем бы почетному императору, перепробовавшему все деликатесы под небесами, защищать от них эти яйца? Чем более ограниченным было что-то, тем больше сердце жаждало этого. К сожалению, это было не то желание, которое они могли бы удовлетворить прямо сейчас.

Императорские телохранители пристально смотрели на Сяокао, пока она чистила и нарезала яйца. Их пристальные взгляды заставляли ее чувствовать сильное давление, и она чувствовала, как ее спина горела под их безжалостными взглядами. Она ускорила свои движения, а также нарезала несколько зубчиков чеснока и зеленый перец. Для заправки блюда были добавлены уксус и кунжутное масло, а затем все было посыпано сверху вековыми яйцами. Она быстро вынесла блюдо. Если бы она не ушла в ближайшее время, то просто рухнула бы от взгляда этой стаи "голодных волков"!

Эта холодная тарелка выдержанного биандана, естественно, получила единодушную, щедрую похвалу от каждого, кто попробовал ее. К счастью, почетный император уже почти наелся досыта, так что это дало возможность Фан Цзычжэню и Юй Хаю попробовать. После того, как Юй Хай попробовал кусочек, он слегка кивнул головой: “это блюдо, которое, вероятно, хорошо сочетается с алкоголем…”

- Вот именно! Такое вкусное блюдо, почему же у нас нет к нему алкоголя? Командир Чжан, где я спрятал эту бутылку Чжэнняна, когда уходил? Быстро найди ее! - Почетный император взволнованно закричал на командира.

Каменное холодное выражение лица командира ни на йоту не изменилось, когда он спокойно ответил ровным тоном: “перед тем, как мы ушли, император осмотрел наш багаж, пока вы не знали. Эта бутылка императорского Чжэнняна была конфискована им!”

Когда почетный император был молод, он любил выпить. Взойдя на трон, он почувствовал, что на нем лежит большая ответственность, поэтому он очень редко пил. Как только он отрекся от престола, он немедленно пригласил к себе кучу старых чиновников и пил с ними алкоголь каждый день. Старые внутренние повреждения, оставшиеся после войны, а также преклонный возраст заставляли его желудок кровоточить после того, как он слишком много выпивал. Он блевал кровью повсюду и пугал группу старых чиновников, пока они не побледнели от страха. К счастью, это было не его время, и после того, как его лечили все императорские врачи во дворце, он смог сохранить свою жизнь.

С тех пор император строго-настрого запретил ему употреблять спиртное. Он не только послал людей присматривать за ним, но и установил правила "вины по ассоциации". Тот, кто сопровождал почетного императора в распитии спиртного или был свидетелем того, как он пьет без доклада, также был приговорен к понижению в звании. Если бы они не были чиновниками, то их пришлось бы посадить на три месяца. Жалкий почетный император с его любящим алкоголь сердцем больше не мог найти спиртного, чтобы выпить. Когда он все-таки добрался до них, то не смог найти никого, кто мог бы сопровождать его. Это была поистине катастрофическая ситуация для него!

Улыбка на лице старика исчезла, и он пару раз яростно фыркнул: “Не пей, тогда я не буду пить! Без алкоголя, сопровождающего еду, это не кажется правильным. Ах да, малышка! У тебя есть какое-нибудь ферментированное виноградное или фруктовое вино?”

Юй Сяокао почувствовала беспокойство командира и ободряюще посмотрела на него, чтобы успокоить. - Вы также знаете, что в конце прошлого года мы расстались с основной семьей. Кроме того, что мы получили этот обветшалый старый дом, у нас даже не было никакой мебели. Откуда у нас будут инструменты для брожения вина? Тем не менее, даже если бы у меня были инструменты, как я могу сделать его без каких-либо ингредиентов? В разгар зимы, где бы я нашла виноград и фрукты, чтобы заквасить вино для вас?”

Почетный император поджал губы и раздраженно ответил: - Мне очень не нравится твоя мачеха! Об остальном я не буду упоминать, но она взяла триста таэлей Чжао Буфаня от продажи этого медведя, но даже одного таэля не отдала твоей семье. И еще твой младший брат. С моей точки зрения, он не годится на роль ученого! И он живет в городе, как молодой лорд, питается хорошей едой. Все это финансируется ею. Она настолько необъективна, что уже не знает, что правильно, а что нет!! Я действительно чувствую себя раздраженным из-за этого, очень раздраженным!! Как насчет того, чтобы я позвал ее и немного напугал?

По телу Юй Хая струился водопад холодного пота. Почему этот пятый Лорд вмешивается в дела его семьи? Что касается мадам Чжан, то он не испытывал к ней ни ненависти, ни злобы, только немного обиды. В конце концов, госпожа Чжан вырастила его и его старшую сестру после смерти матери. Он уже понимал личность госпожи Чжан; она была идеальным примером тирана дома, но трусом снаружи. Она была просто немного наглой, вот и все. Теперь, когда она стала старше, он боялся, что она не сможет вынести страха.

Юй Хай поспешно встал и поклонился: “Благодарю Вас, пятый Лорд, за вашу благосклонность к нам! Как гласит пословица, "Сын не может критиковать действия своих родителей". В конце концов, она жена, на которой законно женился мой отец, и она также воспитала меня и мою старшую сестру. Таким образом…”

Глава 154 - вермишель

- Ты хорош, как личность, но ты глупо сыновен! Если ты никогда не устанавливаешь свои границы, то будь готов к тому, что ими воспользуются! Если ты продолжишь идти по этому пути, то, боюсь, твоей жене и детям придется еще больше страдать. - Почетный император разочарованно покачал головой. Для него Юй Хай был как кусок железа, который отказывался укрепляться в стали.

Фан Цзычжэнь давно понял сложные отношения внутри семьи Юй и посмотрел на Юй Хая. Он слегка нахмурился: “если с моей крестницей будут плохо обращаться, не вини меня за то, что я не предупредил тебя! Когда этот момент настанет, я увезу свою дочь в столицу, чтобы она жила там с комфортом, и позабочусь о том, чтобы ты никогда больше не смог ее увидеть!”

Когда Юй Хай услышал это, выражение его лица сразу изменилось. Что касается этого парня, который постоянно пытался украсть его дочь, то он уже чувствовал себя несчастным. В течение последнего месяца или около того он чувствовал себя отчимом в этих отношениях, а Фан Цзычжэнь-настоящим отцом. Всякий раз, когда Фан Цзычжэнь был рядом, он чувствовал, что должен сделать шаг назад.

Однако генерал Фан действительно хорошо относился к своей дочери. Одежда, драгоценности и другие дорогие предметы повседневного обихода были перенесены в комнату его дочери, как будто они не стоили никаких денег. Восточная комната его дочери была набита почти до краев. Если бы Сяокао не подняла шума, Фан Цзычжэнь дал бы ей еще больше.

Теперь, когда было сравнение, он, как биологический отец, не только не мог дать своей дочери все, что ей нужно, но ей также приходилось постоянно иметь дело с жадной мадам Ли и мадам Чжан!

Ах, как отец, он действительно не был квалифицированным и хорошим! Однако под давлением сыновней набожности он не хотел причинять неприятностей своим детям. Если бы у него была плохая репутация за непослушание родителям, это означало бы, что его дети будут подвержены сплетням других, а также создадут плохую репутацию для его младшего сына, который учится в городе, это было бы действительно сложно!

Сяокао встала рядом с обеспокоенным отцом и тайком потянула его за мозолистую и большую руку. Она утешала его: “отец, не волнуйся! Я не брошу нашу семью и не буду жить в роскоши одна в столице. Если я захочу поехать, то вся наша семья подет вместе! Отец, поверь мне, я обязательно приведу нашу семью к счастливой и процветающей совместной жизни! Мы заставим других людей завидовать!”

Уголки глаз Юй Хая внезапно покраснели. Ах! Он был настолько бесполезен, что нуждался в утешении своей девятилетней дочери. Он легонько сжал маленькую пухлую ручку дочери. С тех пор как они отделились от основной семьи, не только его младшая дочь немного прибавила в весе, но и остальные члены семьи. По сравнению с их первоначальными тощими фигурами они выглядели теперь намного здоровее!

- Ах, какая хорошая дочь! Дочери еще более внимательны и любвеобильны, недаром все говорят, что дочери-это теплые, маленькие зимние куртки их родителей! - Сердце Фан Цзычжэня сжалось, когда он увидел, как отец и дочь общаются друг с другом. Почему у небес нет глаз? Такая хорошая дочь должна была родиться в его семье. Если бы у него была такая милая дочь, он бы непременно баловал ее, давал ей все самое лучшее и абсолютно никому не позволял бы издеваться над ней!

После того, как они закончили обедать, почетный император со своей группой охранников и придворным евнухом отправился навестить семью Чжао.

- Сегодня вечером я приду поесть тушеной свиной головы и супа из вермишели с утиной кровью! - Этот старик, Чжао Цимо, сражался с ним несколько лет назад. Если бы у предыдущей династии не было этого идиота на троне, ему было бы нелегко захватить трон! Стратегия и тактика Чжао Цимо были божественны, и он давно жаждал обменяться с ним идеями!

Юй Сяокао чувствовала себя совершенно беспомощной! Делать бобовую вермишель вручную было очень сложно! Этот почетный император был слишком серьезен; он никогда не позволял человеку расслабиться даже на секунду!

Поскольку раньше здесь были посторонние посетители, мадам Лю осталась внутри. Она только что закончила есть, когда вышла и заметила озабоченное выражение на лице дочери.

- Вермишель, о которой постоянно упоминал пятый Лорд, трудно достать ингредиенты для нее?

- У нас уже есть все ингредиенты дома, но процесс приготовления довольно сложный! - Юй Сяокао вела себя избалованно и, держась за руку госпожи Лю, мягко вдыхала теплый запах матери.

Госпожа Лю погладила блестящие черные волосы дочери. Тело ее младшей дочери с каждым днем становилось все здоровее, и она даже не болела с тех пор, как они разделились с остальными родственниками. Ее ранее сухие, грязные и пожелтевшие волосы также стали блестящими и темными после приема большего количества пищи. Что касается ее лица, то раньше оно было бледным и желтым, но теперь на нем появилась пухлая плоть, которую можно было ущипнуть. Госпожа Лю чувствовала глубокое удовлетворение в своем сердце! Если бы она знала раньше, что все ее дети станут такими, она бы боролась за них сильнее, несмотря на риск быть названной "нефилимом".

Она погладила розовое и нежное личико младшей дочери.

- И есть еще мы! - Юй Хан и Сяолянь, которые только что закончили убирать тарелки и палочки для еды, вошли и ухмыльнулись, увидев, как их младшая сестра ведет себя избалованно. Только в такие моменты их младшая сестра действительно казалась девятилетним ребенком.

Много рук делают легкую работу! Вместе со всей семьей Юй Сяокао почувствовала, как ее тело наполняется энергией. Она взволнованно помахала кулаком в воздухе и громко воскликнула: - Тогда давайте работать вместе!

- Сяолянь, скреби большую кастрюлю на плите, пока она не станет совершенно чистой, а потом вскипяти в ней воду!

- Старший брат, сходи в подвал и принеси мешок сладкого картофельного порошка!

- Мама, помоги мне вымыть большой таз, и приготовь мне кусок марли!

- Отец, не мог бы ты просверлить несколько равномерно расположенных отверстий на дне этой деревянной чаши?

Юй Сяокао приказала всем собраться по очереди. Хотя все они были заняты, все чувствовали, как счастье расцветает в их сердцах. Когда вся семья работала вместе над одной целью, это действительно было потрясающе!

Сяокао велела брату высыпать порошок сладкого картофеля в большой таз и добавила воды, пока он не стал вязким и липким. После этого она использовала марлевую ткань, чтобы отфильтровать любые примеси. К тому времени, как она закончила с этим, вода на плите закипела.

Они налили горячую воду в другую кастрюлю и высыпали туда отфильтрованный порошок сладкого картофеля. Скалка толщиной с запястье человека использовалась для перемешивания содержимого. Естественно, эта работа досталась Юй Хаю, который уже закончил сверлить отверстия в маленьком деревянном тазике. Когда он перемешивал, добавлялось больше фильтрованного порошка сладкого картофеля.

Затем кастрюлю поставили на плиту на слабый огонь, и им пришлось приложить много сил, чтобы замесить сладкий картофель. Замешивание было изнурительной работой и требовало большой силы и выносливости. Юй Хай, естественно, не позволял своей жене и детям делать такую работу, поэтому он следовал инструкциям младшей дочери и замешивал с большим трудом.

Закончив месить тесто, Сяокао попросила мать встать рядом с плитой. Затем она схватила деревянный таз с недавно просверленными отверстиями и высыпала в него размятый порошок сладкого картофеля. Мадам Лю стояла на табурете и с силой колотила по деревянному тазу. Смесь сладкого картофеля медленно проходила через отверстия. Под действием силы тяжести нити теста из сладкого картофеля становились длинными и тонкими. Когда они падали в кипящую воду, то сразу же становились вареными.

Затем Сяолянь взяла длинный деревянный штырь и непрерывно помешивала в горшке вермишель. Точно в нужное время Сяокао с помощью сита в руке выудила приготовленную вермишель. Обжигающе горячая вермишель была затем помещена в большой чан, полный холодной воды. Качество холодной воды напрямую влияло на вкус вермишели. Таким образом, чан был не только наполнен родниковой водой с гор, но и имел несколько капель мистической каменной воды, смешанной внутри.

Как только вермишель остыла, Юй Хань осторожно выловил ее всю. В это время вермишель была еще немного липкой и требовала, отделения каждой пряди вручную. Работа эта была довольно кропотливая и утомительная.

Из-за того, что выбивание теста из сладкого картофеля через отверстия также требовало большой выносливости, вскоре руки мадам Лю стали очень болеть, и она не могла поднять их снова. Юй Хай пожалел жену и поспешно взял на себя ее заботу.

Мадам Лю не могла сидеть сложа руки, поэтому она взяла остывшую вермишель, повесила ее на бамбуковые шесты и разложила сушиться на деревянных досках. Они не могли позволить вермишели высохнуть на солнце, так как это испортило бы конечный продукт. Кроме того, пока они сохли на воздухе, их также нужно было сбрызгивать сверху водой, чтобы они не прилипали друг к другу. Таким образом, они не только должны были разбрызгивать воду сверху, но и непрерывно отделять пряди вручную.

Повторив этот процесс несколько раз, они наконец смогли убрать деревянные доски и установить бамбуковые шесты. Затем вермишель можно было повесить на шесты и высушить на воздухе. Во время сушки требовалось, чтобы кто-то переворачивал вермишель, пока она полностью не высохнет.

Когда вся семья работала над этим, они были заняты в течение целого дня, чтобы сделать двадцать или около того Кэтти вермишели.

Причина, по которой Сяокао умела делать вермишель, заключалась в том, что в ее прошлой жизни была женщина, которая вышла замуж в своей деревне и была из семьи, которая знала, как делать сладкую картофельную вермишель. Какое-то время женщина делала вермишель ручной работы для продажи в городе. Сяокао, как и Линь Сяовань в своей прошлой жизни, помогала этой женщине делать ее, и именно поэтому она так хорошо познакомилась со всем процессом.

Хотя это был первый раз, когда она самостоятельно завершила процесс, вермишель все равно оказалась в порядке. Однако готовое изделие не было однородным по толщине. Изготовление вермишели было процессом, который требовал мастерства и практики. Чем больше она ее сделает, тем лучше она получатся!

Тем не менее работа, необходимая для приготовления вермишели, была довольно утомительной и изнурительной. Особенно задача Юй Хая—он должен был держать довольно тяжелый деревянный таз и постоянно колотить его, чтобы смесь сладкого картофеля вышла. После всей этой работы его руки больше не казались ему своими. Они так болели, что он не мог поднять их снова. Сяокао долго массировала руки разноцветным камнем, и только потом они немного пришли в себя.

Когда ночь медленно поползла по небу, почетный император наконец вернулся со всей семьей Чжао Цимо. Он вошел, чрезвычайно довольный. По выражению его лица было ясно, что разговор в тот день был очень плодотворным. Многие стратегии и тактики войны были утрачены в течение многих лет, поскольку они передавались из поколения в поколение. Когда ему объяснили искусство семьи Чжао, многое из того, что он раньше с трудом понимал, внезапно стало ему ясно.

Хотя прошло уже много времени с тех пор, как они в последний раз были на поле боя, почетный император и Чжао Цимо были солдатами до мозга костей. Пока эти двое обсуждали друг с другом стратегию, они попросили нескольких человек собрать немного песка с пляжей, чтобы сделать песочницу. Используя песочницу, эти двое сражались друг с другом в течение всего дня и не позволяли другим беспокоить их. Оба побеждали и проигрывали, и оба обрели новое понимание и просвещение военного искусства. Оба старика получили огромное удовольствие.

Как только они закончили, почетный император специально пригласил Чжао Цимо и его семью в дом Юй Сяокао, чтобы попробовать некоторые деликатесы. Он даже таинственно намекнул Чжао Цимо: “сегодня эта маленькая девочка Сяокао создала совершенно новое блюдо. Я гарантирую, что ты никогда не ел его раньше. Если ты не поедешь, то никогда больше не сможешь съесть его, когда вернешься в столицу!”

Ему было легко хлопнуть губами и сказать это, так как всего одна его фраза заставила всю семью Юй быть занятой в течение всего дня. Он уже начал хвастаться, но ни капельки не боялся, что Сяокао не сможет этого понять!

Чжао Хань усмехнулся в сторону и про себя подумал: "с хорошими отношениями моей семьи с семьей Сяокао, как же я могу не попробовать это? Каждый раз, когда она делает что-то вкусное, она всегда присылает нам."

Однако потом он подумал: "сегодня дедушка получил должность при дворе. Через несколько дней ему нужно будет отправиться в столицу и занять свой пост. Отец также получил должность генерала четвертого ранга, и ходят слухи, что племена на северо-западе в последнее время не очень мирные. Дедушка стареет, так что если отец хочет продолжить семейные традиции Чжао, то он абсолютно не может избежать поездки на поле боя!"

В его возрасте отец уже сражался на поле боя вместе с дедом. Чжао Хань был уверен, что он тоже отправится на границу, чтобы набраться опыта. У каждого человека была мечта, которую он хотел осуществить в своем сердце. Как человек, изучивший боевые искусства в юном возрасте, он не был исключением. Одной из его давних мечтаний было отправиться на поле боя, чтобы убивать врагов своей страны, поэтому он должен быть счастлив прямо сейчас.

Однако когда мысль о том, что в будущем он не сможет долго пробовать еду Сяокао, а также не сможет увидеть ее, поразила его, Чжао Хань сразу же помрачнел.

- Ха-ха! Юноша из семьи Чжао, почему ты вдруг стал таким грустным? Не волнуйся! Сегодня вы все будете наслаждаться отраженной от меня славой. Все мы можем первыми попробовать новое лакомство. Идем, идем! Я больше не могу ждать! - Почетный император пошел впереди и быстро зашагал по горной дороге. Он даже не боялся, что подвернет лодыжку!

Глава 155 – неохотный уезд

Днем Сяокао отправилась к мадам Мао купить двух уток. Она позволила утиной крови стечь в небольшой таз и использовала утиные потроха, чтобы потушить вместе со свиными кишками.

В этот момент тушеная еда только что закончила готовиться, и весь двор был окутан ее дразнящим запахом. Когда почетный император вошел в резиденцию, он с силой вдохнул воздух, и на его лице появилось опьяненное выражение. Он пробормотал себе под нос: “это тот самый запах! Единственное тушеное мясо свиной головы, которое имеет подлинный вкус, - это то, что делает эта маленькая девочка!”

Когда он увидел, что вермишель сохнет во дворе, он от души захохотал: “я знал, что маленькая девочка сможет это сделать! Разве не так?! Девочка, маленькая девочка! Добавь к столу "свинину тушеную с вермишелью"!

Юй Сяокао вышла из кухни, чтобы посмотреть на суету, и поприветствовала обоих членов семьи Чжао и почетного императора. Затем она закатила глаза на человека, который добавил еще одну просьбу: “пятый лорд, если вы можете наколдовать немного свинины прямо сейчас, то я сделаю вам немного свинины, тушеной с вермишелью!”

- Посмотри на себя, ты утверждаешь, что бедна перед этим господином! В прошлый раз, когда я дал тебе довольно много денег за этот рецепт, не говори мне, что ты не можешь позволить себе есть свинину? Эй! Ты становишься все более и более смелой в наши дни, маленькая девочка. Ты даже смеешь закатывать глаза на этого лорда, а? - Хотя почетный император уже не был молод, его глаза и уши все еще оставались довольно острыми. Естественно, он не пропустил, как Сяокао закатила на него глаза.

К этому времени Юй Сяокао уже имела хорошее представление о личности почетного императора. Если бы он действительно хотел наказать ее за проступки, то она уже была бы наказана миллиард раз. Она дерзко состроила смешную гримасу почетному императору и провоцирующе усмехнулась: - вы стары, так что вам, должно быть, померещилось-утиная кровь и суп из вермишели скоро будут готовы. Пятый Лорд, пожалуйста, сядьте сейчас.

Фан Цзычжэнь был ошеломлен безрассудным поведением своей приемной дочери. Она вела себя дерзко по отношению к высшей власти в стране, почетному императору, который был известен своей жестокостью и бессердечием, когда это было необходимо. Чтобы сохранить жизнь своей приемной дочери, он поспешно взмолился о снисхождении: “пятый Лорд, эта маленькая девочка не знает последствий своих действий. Она еще ребенок, пожалуйста, не опускайтесь до ее уровня.”

Почетный император подражал поведению Сяокао и закатил глаза, глядя на Фан Цзычжэня: “тебе действительно нужно вмешиваться? Ради утиной крови и вермишелевого супа я прощаю тебя на этот раз-отрежь пока порцию тушеной свиной головы и свиных ушей и добавь немного чесночной пасты!”

Юй Сяокао была так занята на кухне, что больше ничего не могла сделать, поэтому Сяолянь принесла гостям тушеную свиную голову, свиные ушные полоски с маслом чили, свиные кишки с зеленым луком, острый и ошеломляющий свиной рубец, жареную свиную печень и пряную утку с пятью пряностями. Все блюда были сложены в кучу, и даже Имперской Гвардии хватило поесть. Что же касается придворного евнуха Чжан Цюаня, который привез императорский указ, то после обеда почетный император приказал ему вернуться в столицу.

Первоначально количество пищи, которая была приготовлена, было довольно обильным. Однако и у почетного императора, и у Фан Цзычжэня были сверхразмерные желудки. Кроме того, там было еще четыре человека из семьи Чжао, так что этого немного не хватало. Две конфорки на кухонной плите горели вовсю. На одной из них варился утиный суп, а над другой Юй Сяокао размахивала лопаточкой, обжаривая несколько овощных блюд.

- Входите, входите, входите! Не будьте вежливым! Попробуйте плоды труда маленькой девочки Сяокао! - Почетный император взял на себя ответственность за эту трапезу, сидя на простом и грубом деревянном табурете. Его глаза уставились на стол, полный еды. и он начал орудовать палочками, не обращая внимания на остальных.

Новый обеденный стол семьи Юй был не очень большим, так что он был немного переполнен из-за шести крупных мускулистых мужчин. С импозантным почетным императором за столом остальные люди не могли полностью выразить себя. К счастью, почетный император не отличался особой важностью, и то, как он ел, увеличивало аппетит других людей. Когда он получал удовольствие от еды, то даже хватал кусочек палочки для еды, чтобы генерал Чжао Цимо мог поделиться им. Генерал Чжао был совершенно ошеломлен его благосклонностью.

С полным ртом восхитительной свиной головы, хрустящими свиными ушами и жирными кишками почетный император почувствовал, что наконец-то попробовал вкус, которого так жаждал. Он действительно хотел поселиться в деревне Дуншань в качестве давнего жителя!

Наевшись почти до отвала, почетный император взглянул на сушащуюся во дворе вермишель. Он заметил с чувством в голосе: “я действительно скучаю по вкусу свинины, тушеной с вермишелью, ах! Он был в моих мыслях в течение десятилетий, и я не уверен, что когда-нибудь смогу попробовать его снова в этой жизни…”

Генерал Чжао Цимо посмотрел на бывшего командующего Добровольческой армией, который когда-то был полным энергии. Теперь же волосы мужчины совершенно поседели, а на лице появилось множество морщин. Его спина тоже не была такой прямой и мускулистой, как раньше. Печальное чувство поселилось в его сердце, и мысль о "герое, который пережил свой расцвет", мелькнула в его голове. - Трудно ли приготовить тушеную свинину с вермишелью? Я знаю, что такое свинина, но никогда не слышал о вермишели. Этот чиновник невежествен и неопытен, так что я впервые слышу об этом.

- Смотри! - Почетный Император повернулся лицом к бамбуковым шестам, на которых лежали сушильные ленты, и надул губы: - Я не ожидал, что, просто упомянув об этом, маленькая девочка действительно поняла, как ее делать. Хотя я могу сказать, что толщина лапши не очень ровная, вкус все равно должен быть таким же! Теперь, когда все остальное готово, нам не хватает только свинины. Если бы у нас была жирная полосатая свинина, это было бы еще лучше! Ах! Деревня Дуншань все еще слишком пустынна, в ней даже негде купить мяса!

Фан Цзычжэнь также очень заинтересовался "тушеной свининой с вермишелью", о которой постоянно упоминал почетный император. Ему вдруг пришла в голову идея, и он улыбнулся: “пятый Лорд, хотя в деревне Дуншань негде купить мясо, здесь все еще есть люди, которые разводят свиней. Если вы действительно хотите съесть немного, мы могли бы купить большую жирную свинью, а затем зарезать ее…”

- Минжэ! - Чжао Цимо не знал, что делать со своим ненадежным учеником. Он действительно не знал, как этому растерянному человеку удалось выжить в течение десятилетий во время хаоса начала династии. Этот человек не знал, как держать язык за зубами и пользоваться мозгами.

Фан Цзычжэнь печально опустил голову, как ребенок, сказавший что-то не то. Он украдкой взглянул на своего господина и быстро опустил глаза.

Чжао Цимо свирепо посмотрел на него. Что за гнилая идея пришла в голову этому тупому болвану? Нынешний император был бережлив и экономен и пользовался большой репутацией среди простолюдинов. Если бы они специально зарезали свинью прямо сейчас и об этом стало известно, это нанесло бы ущерб репутации императорской семьи! Этот глупый негодяй, неужели он хочет стать коварным привилегированным чиновником?

- Дедушка, у нас в колодце на заднем дворе кусок свинины остывает! Однако это не жирная полосатая свинина, а более сбалансированный кусок мяса! - мать Чжао Хана обычно не часто выходила из дома, поэтому большую часть семейных товаров покупали Чжао Хань или его отец. Таким образом, Чжао Хань обычно имел хорошее представление о том, какие ингредиенты были у них дома.

Почетный император хлопнул ладонью по столу и от души рассмеялся: - Пока это свинина, все в порядке, не важно какая она. Юноша Хань, сейчас же принеси свинину! Сегодня я наконец-то смогу съесть немного свинины, тушеной с вермишелью. Первоначально я планировал остаться еще на полдня завтра, чтобы не уезжать с сожалениями!

В другой комнате предводитель императорской гвардии услышал замечание почетного императора, когда тот ел. Он почувствовал, как дрогнуло его сердце. Перед их отъездом император отдал приказ, ослушаться которого он не мог даже под страхом смерти. Они должны были доставить почетного императора в целости и сохранности в императорский дворец в течение пяти дней. Поездка в один конец до деревни Дуншань уже заняла два дня, а сегодня они провели в деревне целый день. Первоначально планировалось вернуться в префектуру завтра, отдохнуть полдня, а послезавтра отправиться в столицу.

Если они задержатся еще на один день, то кто знает, вдруг у почетного императора по дороге домой появится еще одна блестящая идея и задержит их еще больше. Если бы почетный император был побуждаем внезапным импульсом сделать что-то еще-тогда его миссия вернуть его в течение пяти дней была бы невозможна! Услышав то, что только что сказал почетный император, ему захотелось плакать от отчаяния! К счастью, у семьи Чжао нашлось немного свинины. Никогда еще он не испытывал такого восторга и радости от куска свинины!

В тот вечер почетный император наконец-то удовлетворил свою давнюю тягу к хорошей еде. Он не только попробовал утиную кровь и суп из вермишели, но и съел настоящую свинину с вермишелью. Несмотря на то, что он хотел бы иметь с собой немного вина, он все еще был чрезвычайно доволен.

Ночью почетный император остался ночевать в резиденции семьи Чжао. Семья Чжао дрожала от страха, осторожно готовясь к ночи. Они боялись, что даже ветер, дующий над травой, может встревожить почетного императора. Императорские телохранители были еще более несчастны. Поскольку свободных комнат не хватало, им пришлось провести ночь посреди холодного двора, завернувшись в одеяла, чтобы согреться в холодную весеннюю ночь. К счастью, ночь прошла без каких-либо проблем, и семья Чжао и телохранители смогли вздохнуть с облегчением на следующий день.

На следующий день, перед отъездом, почетный император специально отправился к семье Юй и купил всю оставшуюся вермишель и тушеную еду, которую они планировали продать в доках этим утром! Как только он вернется в столицу, у него, конечно, не будет другого шанса съесть такую аутентичную тушеную пищу!

Стоит ли ему строить особняк на Западной горе? Вернувшись, он собирался спросить главного стюарда Лю, хватит ли денег в его бюджете на это. Если нет, может быть, ему следует занять немного денег у своих многочисленных сыновей и внуков, чтобы сделать это?

Именно в этот момент в столице случайно чихнули несколько раз императорские и королевские князья! По их телам пробежал холодок: "это признак того, что им не повезло, а!"

Маленький принц Чжу Цзюньян, который дрейфовал где-то далеко в океане, тоже громко чихнул. Он пару раз потер нос и снова посмотрел на родину. Он подумал: "должно быть, мама думает обо мне. Я уже почти полгода в море. Здесь, в далеких морях, очень скучно. К счастью, эта группа кораблей уже усовершенствована. Они не только стали намного крепче, но и намного быстрее, чем раньше!

Он был убежден, что скоро сможет спокойно вернуться домой. Если ему повезет, он даже сможет сопровождать отца и мать на Фестиваль лодок-драконов! Когда он был рядом с ними, он никогда не думал об этом, но когда он уходил, он действительно не мог не беспокоиться о них. Чжу Цзюнян с нетерпением ждал того дня, когда он вернется!

После того, как они проводили уважаемого почетного гостя, почетного императора, Юй Сяокао не отдыхала несколько дней, прежде чем пришло время прощаться с семьей Чжао.

Для того, чтобы отправить их должным образом, Юй Сяокао приготовила большой стол, полный восхитительных деликатесов. Она даже заказала жареную курицу и утку османтус из ресторана Чжэньсю, а также получила от них кувшин хорошего вина.

Так совпало, что именно в этот день у маленького Шито был выходной. Мальчик сел за стол и жалобно посмотрел на Чжао Хана. Он не хотел, чтобы старший юноша уходил, поэтому заговорил сдавленным от волнения голосом: - Я буду очень скучать по тебе!

До того, как они отделились от главной ветви, он жил жизнью, в которой голодал изо дня в день. Чжао Хань, умевший охотиться, стал для него лучом солнца в те мрачные времена. Брат Хань брал его и вторую сестру в лес, чтобы ставить ловушки, жарить дичь в долине и ловить рыбу в ручье, чтобы сварить суп, хотя теперь его жизнь была намного приятнее и комфортнее, чем раньше, эти воспоминания стали одними из лучших, которые он мог вспомнить.

Когда они расстались с семьей, брат Хань тоже время от времени приносил им какую-нибудь дичь. Именно его помощь позволила им пережить этот опасный период времени. Позже вторая сестра использовала свои таланты и умения, чтобы отправить их семью в процветающие времена. Однако в глубине души брат Хань все еще оставался высокой и величественной фигурой. Для него ансамбль брата Хана и второй сестры стал Божественной, идеальной парой.

Если бы брат Хань не должен был уезжать, разве это не было бы здорово?!

Чжао Хань потрепал малыша по голове. Проучившись в городе несколько месяцев, малыш не только окреп, но и немного вырос в росте. Кроме того, он был также одет в мантию ученого, так что это действительно делало его похожим на многообещающего молодого человека.

В этот момент сердце Чжао Хана тоже было полно сожалений. Деревня Дуншань была местом, где он родился и вырос. Хотя жизнь здесь была бедной и честной, это была мирная жизнь. Это место хранило все сладкие воспоминания его юности, и это место также хранило людей, о которых он заботился и беспокоился.

Глава 156 - отсылка

Чжао Хань на секунду посмотрел в сторону Юй Сяокао. Оказавшись в столице, он не был уверен, когда увидит ее снова. Он верил, что навсегда запомнит эту худую и слабую, но в то же время сильную фигуру. Даже в ямах страданий у этой маленькой девочки всегда была милая улыбка на лице, и ей всегда удавалось принести людям надежду, а также создать много сюрпризов, он не знал, сможет ли снова увидеть ее в будущем!

После того, как они закончили трапезу, старый генерал Чжао Цимо рано ушел, чтобы вернуться. Чжао Буфань и Юй Хай вместе смотрели на Луну и пили маленькими глотками спиртное. Их глаза были затуманены пьянством, и они бессвязно болтали между собой. Тетя Чжао затащила госпожу Лю в одну из комнат, чтобы обсудить некоторые личные женские вопросы.

Когда Чжао Хань и Юй Хан закончили разговор, он заметил, что Сяокао деловито убирает миски и палочки. Наконец он не смог удержаться и сделал шаг вперед, чтобы сказать: “Сяокао, у тебя есть время немного поговорить?”

Сяолянь заметила сложный взгляд в глазах Чжао Хана и усмехнулась: “сестренка, давай! Я сама здесь закончу!”

Юй Сяокао вымыла руки, вытерла их насухо хлопковым полотенцем и направилась к Чжао Хану.

- Завтра я уезжаю отсюда. Не могла бы ты прогуляться со мной? - Чжао Хань опустил голову и посмотрел на хрупкую маленькую девочку, стоявшую перед ним, которая достигала только высоты его груди. Его голос был мягким и нежным, как будто он боялся напугать ее.

Юй Сяокао кивнула и пошла впереди, направляясь к воротам.

Прохладный и освежающий вечерний ветерок весело гулял среди деревьев. Свежая листва мягко шелестела на ветру. Ночью западная гора казалась гигантским черным чудовищем, и она возвышалась над краем деревни Дуншань. Временами он также казался защитником деревни, с опущенной головой наблюдающим за маленьким ребенком…

В мрачном свете звезд виднелись две фигуры: одна высокая и одна короткая, одна крепкая и одна слабая. Они медленно шли по неровной грунтовой дороге. Чжао Хань опустил голову, молча глядя на притихшую Сяокао. В конце концов он первым нарушил молчание: “я скоро уеду, ты ничего не хочешь мне сказать?”

В этот момент сердце Юй Сяокао было полно печали и нежелания. Можно сказать, что Чжао Хань был одним из первых ее друзей с тех пор, как она переселилась в этот мир. Именно он научил ее расставлять ловушки и помог обрести первый кусочек богатства. Именно он защитил ее и ее младшего брата от сильного хулигана Хейзи и стал их святым покровителем. Это он доверял ей и прощал, несмотря на все ее странности, и никогда не сомневался в ней!

Имея друга, который безоговорочно поддерживал ее, вряд ли она найдет другого в будущем, верно? Все виды чувств нахлынули на ее сердце, и из всех тысяч слов в мире, только одно пришло ей на ум в этот момент, и это было "драгоценное".

Когда Чжао Хань посмотрел на это крошечное, бледное, маленькое, улыбающееся лицо, которое было поднято к нему и имело два ярких, больших глаза, полных сожаления, у него возникло внезапное, безрассудное желание обнять Сяокао и унести ее.

Однако разум в конце концов одержал верх и помешал ему совершить этот безумный поступок. Чжао Хань сказал с надеждой в голосе: “Сяокао, поехали с нами в столицу! Там ты сможешь в полной мере использовать свои таланты и начать новую карьеру. Разве ты не всегда держала изысканные одежды Цзян Синяна как пример женщин, демонстрирующих свои таланты?”

Большие, прозрачные глаза Юй Сяокао, казалось, рассказывали ему истории, когда они смотрели на него. В них он видел свое нетерпеливое и серьезное отражение в ее зрачках. Однако в конце концов Сяокао медленно покачала головой. С другой стороны, кто он был такой, чтобы просить ее пойти с ним?

Юй Сяокао сумела почувствовать, как Чжао Хань утратил чувство разочарования. Она мягко потянула его за рукав и сказала: “Брат Хань, я знаю, что ты не хочешь отделяться от меня, Шито, и от всех нас. Мы также не хотим видеть, как ты уходишь. Тем не менее, в столице ты и дядя Чжао, и остальная часть твоей семьи может стать теми, кем вы все действительно должны быть, и достичь своих мечтаний и стремлений. Мы можем только молча поддерживать и благословлять вас здесь.”

Она остановилась на секунду, когда повернула голову, чтобы посмотреть на темные тени деревни Дуншань. Легкий вздох вырвался у нее, прежде чем она продолжила: - Мой крестный отец уже пытался уговорить меня поехать в столицу и навестить крестную. Он сказал, что хочет дать мне там хорошую жизнь. Однако деревня Дуншань-мой дом, мои родители, братья и сестра-все здесь. Я не могу бросить их и жить роскошной жизнью в одиночку. Если настанет день, когда я покину деревню Дуншань, то только благодаря своим собственным навыкам и достижениям, чтобы я могла привезти туда всю семью. Таким образом, мы все сможем наслаждаться комфортной жизнью вместе. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?

Мать Чжао Хана была знатной госпожой из богатой семьи предыдущей династии. С детства ее учили трем заповедям и четырем добродетелям. Поэтому Чжао Хань всегда считал женщин слабыми, нежными, мягкосердечными людьми, которые полностью полагаются на своих мужей. На глазах у Сяокао, которая постоянно стремилась к самосовершенствованию, он вдруг понял, что женщины тоже могут быть независимыми и сильными. Они могли бы также, ради своих семей, работать, чтобы поддержать небо…

В тусклом свете звезд уверенное личико Юй Сяокао, казалось, слегка светилось. Оно освещало темные горные леса, а также зажигало свет, который не мог погаснуть в сердце Чжао Хана.

- Ладно! Я уважаю твое решение! Тогда, надеюсь, в недалеком будущем мы снова встретимся в столице. Я все еще верю, что в столице ты сможешь развиваться гораздо быстрее! - Чжао Хань отвел взгляд и спрятал разочарование, которое чувствовал глубоко в своем сердце. Он не знал, когда они смогут встретиться снова.

Юй Сяокао расплылась в ослепительной улыбке, которая казалась ярче полной луны. Звук ее голоса, казалось, бесконечно отдавался эхом среди лесных зарослей: - Давай хлопнем в ладоши и дадим клятву, что встретимся снова в столице!

Крепкая и жесткая ладонь резко ударилась о красивую и мягкую ладонь, вызвав резкий и ясный звук. Этот шум казался чрезвычайно громким в ночи и вспугнул стайку птиц, отдыхавших в соседнем кустарнике.

Весть о том, что семья Чжао стала важной генеральской семьей и собирается в столицу, чтобы занять пост, давно распространилась по всей деревне Дуншань. Когда они ушли, Фан Цзычжэнь вызвал эскадрон людей и лошадей, чтобы забрать их. Было даже шесть конных повозок, которые подъехали. Чтобы показать, как он уважает семью Чжао, император даровал им особняк с землями. Кроме некоторых ценных и личных вещей, им не нужно было брать с собой много вещей. Однако эта показная демонстрация долгое время была предметом многочисленных разговоров жителей деревни Дуншань.

В тот день, когда семья Чжао уехала, вся деревня вышла проводить их. Деревенский староста, представлявший деревню Дуншань, заикаясь, выражал свои мысли и искренность. Те, кто имел дело с семьей Чжао, также подошли, чтобы сказать несколько слов и дать им несколько местных блюд в надежде, что они не будут пренебрегать этими подарками.

Что за шутка! Семья Чжао теперь была горячим товаром в глазах императора и высоко ценилась в придачу. Если бы они могли иметь какие-то отношения с высокопоставленным чиновником, даже если бы это было просто несколько слов, то в будущем они все еще могли бы хвастаться в течение длительного времени. Те, кто не имел большого контакта с семьей Чжао или, возможно, имел несколько проблем, могли только робко стоять в стороне, с завистью наблюдая за остальными.

Что же касается семьи Юй, которая была ближе всех к Чжао, то они просто помогали им укладывать багаж на повозки. Мысли, которые они хотели высказать, были уже высказаны прошлой ночью.

Госпожа Ли с завистью смотрела, как госпожа Лю помогает невестке семейства Чжао нести чемодан. Она медленно подошла, чтобы попытаться использовать эту возможность: “вторая невестка, чемодан, вероятно, очень тяжелый. Позволь мне помочь тебе…”

- Не надо, в чемодане почти ничего нет. Я сама его понесу! - Жена Чжао Буфаня не произвела на Мадам Ли хорошего впечатления. Однако ради лица госпожи Лю она не стала обращаться с другой женщиной грубо и только вежливо отказалась от ее помощи.

Госпожа Ли смущенно отдернула руки и продолжила пытаться втереться в доверие к семье Чжао: “невестка семьи Чжао, в будущем ты сможешь комфортно жить в большом доме в столице. Возможно, у тебя даже будут служанки и старшие слуги. Такое чувство, что ты упала в горшочек с медом. Я давно говорила, что у тебя лицо, полное удачи!”

- Спасибо за добрые слова. - Другая женщина ответила нейтрально. Затем она повернулась, потянула мадам Лю за руку и несколько раз напомнила ей, что, если у нее будет возможность поехать в столицу, ей тоже нужно не забыть навестить их.

Мадам Лю, сдерживая слезы, кивнула. Хотя она и не верила, что у нее когда-нибудь будет шанс попасть в столицу в этой жизни, она все же мягко пообещала другой женщине. Мадам Ли наблюдала за двумя женщинами, которые казались близкими, как две сестры, с чистой завистью и ревностью. Ее глаза метались по сторонам, как будто она вдруг что-то замышляла.

Под пристальными взглядами односельчан семья Чжао наконец отправилась в путь. Их дом у гор был крепко построен, и перед отъездом они отдали его Юй Хаю и его семье, что вызвало у многих жителей деревни чувство зависти.

Фан Цзычжэнь взял с собой эскадрон людей и лошадей, чтобы лично сопровождать Чжао. Он уверенно сидел на высоком коне и искал в толпе знакомую маленькую девочку. Он вдруг закричал громким голосом: “дочь! Как насчет того, чтобы воспользоваться случаем и поехать с Крестным в столицу и повидать свою крестную? Твоя крестная давно хотела бы встретиться с тобой лично…”

Этот крик заставил Юй Сяокао и остальных членов семьи Юй немедленно стать объектом пристальных взглядов всех окружающих.

Тот факт, что генерал Фан Цзычжэнь был здесь в качестве императорского посланника и отвечал за надзор за строительством порта, был новостью, которая уже давно распространилась по всей деревне Дуншань. В течение последнего месяца или около того этот лорд-императорский посланник часто появлялся в деревне Дуншань. Генерал Фан был учеником генерала Чжао, поэтому неудивительно, что он часто приходил. Однако этот высокопоставленный императорский посланник, казалось, посещал резиденцию семьи Юй еще чаще, и это заставляло многих в деревне не понимать ситуацию. Более того, он даже тактично отклонил несколько приглашений деревенского старосты посетить его дом! Так что же такого было в этой семье Юй, что заставляло чиновника Фана относиться к ним с такой важностью?

Кроме семьи Чжао и тех немногих, у кого были хорошие отношения с семьей Юй, никто не знал, что Фан Цзычжэнь взял Сяокао в качестве своей приемной дочери. Кроме того, те немногие посторонние, которые были в курсе, также не были болтунами и знали, как держать язык за зубами. Без разрешения семьи Юй они абсолютно не стали бы передавать эту информацию. Таким образом, истинные отношения между Фан Цзычжэнь и семьей Юй не были известны в деревне Дуншань в течение целого месяца.

Тот факт, что он кричал, не был важен, но это заставило всех жителей деревни смотреть на семью Юй со сложными чувствами в их сердцах. С тех пор как Юй Хай отделился от основной семьи, казалось, что все идет своим чередом. Мало того, что его нога, которую доктор ранее рекомендовал ампутировать, полностью восстановилась, но и жизнь, казалось, становилась все лучше и лучше с каждым днем.

Во-первых, они вышли с порцией тушеной пищи за одну медную монету, которая была чрезвычайно популярна в доках. Ходили слухи, что теперь их доход от продажи еды составлял около ста медных монет в день. Кроме того, теперь они могли производить овощи на целый месяц раньше, чем другие люди, а также стать единственным поставщиком ресторана Чжэньсю. Тем не менее, раньше никто не знал, что Юй Хай был экспертом в сельском хозяйстве и посадке. Доход только от продажи овощей тоже был немаленьким. Они также слышали, что у мастера ресторана Чжэньсю также были хорошие отношения с семьей Юй!

Теперь, казалось, что Юй Хай получил восемь поколений состояния от своей предыдущей жизни, так как его младшая дочь каким-то образом попалась на глаза лорду императорскому посланнику и теперь была его приемной дочерью. Это было такое большое состояние!

Младшая дочь семьи Юй несколько раз чуть не погибла в детстве из-за болезни, но никто не ожидал, что после беды придет удача. Теперь ее тело было здоровым, у нее также был талант готовить тушеную пищу, и она была взята в качестве приемной дочери чиновником, все жители деревни смотрели на нее с огненным волнением в глазах. Те, у кого были дети мужского пола примерно того же возраста, что и Сяокао, начали строить в уме планы.

Юй Сяокао выдержала давление всех взглядов и надулась на своего крестного: “Крестный, на этот раз я не пойду с тобой. Пожалуйста, позаботься о крестной вместо меня!”

Фан Цзычжэнь давно предвидел, что она ответит именно так, и хитро улыбнулся ей. Он боялся, что, когда он уйдет, его крестница может подвергнуться издевательствам со стороны других, поэтому он сделал это, чтобы оказать ей некоторую поддержку.

Глава 157 - песчаный червь

Ранним утром большое красное солнце поднялось из моря на небо. Морской бриз мягко накатывал на волны, которые мягко бились о золотистый берег. В это время прилив отступил, поэтому трудолюбивые жители рыбацкой деревни взяли с собой свои инструменты, чтобы искать морепродукты на берегу моря вместе со своими друзьями и семьей.

Весной морская вода казалась прохладной и освежающей, когда касалась босых ног рыбаков. Самоотверженное море взращивало поколения рыбаков. В это время на берегу лежали бесчисленные дары моря, ожидая, когда рыбаки выкопают их, как сокровища.

—Сяокао, Сяокао... — звонкий голос Чжоу Шаньху перелетел через высокую стену и вошел во двор семьи Юй. Стройная фигура девочки быстро появилась у входа во двор. Сяокао и Сяолянь, деловито работавшие в огороде, одновременно посмотрели на нее.

Чжоу Шаньху была немного ошеломлена, когда она посмотрела на два одинаковых лица. Она моргнула своими большими глазами, неловко рассмеялась и сказала: “Сяолянь тоже дома, а! Это еще лучше!! У меня для вас хорошие новости, ребята!”

Сяолянь поджала губы и спросила: “какие хорошие новости сделали тебя такой счастливой? Твоя мать тоже устроила тебе хороший брак?”

Старшая сестра Чжоу Шаньху Чжоу Линьлун только в прошлом месяце обручилась. Ее жених был сыном владельца магазина. Этот владелец универсального магазина также начинал как уличный торговец, как и отец Линьлун. Он был умным человеком, поэтому быстро скопил целое состояние и снял в городе лавку для продажи товаров широкого потребления.

У владельца универмага были хорошие отношения с отцом Чжоу Линьлун, так что между двумя семьями установились близкие отношения. Прямо сейчас большая часть товаров, продаваемых семьей Чжоу, поставлялась главным магазином. В этой семье был сын примерно того же возраста, что и Чжоу Линьлун, и они тоже встречались раньше, когда были моложе. Это был симпатичный молодой человек. Для обеих семей было почти само собой разумеющимся стать родственниками. Чжоу Линьлун теперь вышивала свое приданое дома и ждала свадьбы. Чжоу Шаньху была не из тех, кто может сидеть сложа руки, поэтому она часто приходила в резиденцию Юй, чтобы побеспокоить Сяокао. Ну, кто знает, какие пустяки она сейчас преувеличит.

Чжоу Шаньху была на год старше Сяокао и ее сестры. Десятилетняя девочка уже знала, когда смущаться. Она посмотрела на Сяолянь с раскрасневшимся лицом и сказала: “Сяокао, ты всегда издеваешься надо мной! Я расскажу тете Юй!”

Сяокао, которая наклонилась, чтобы собрать овощи, чувствовала себя так, будто ее застрелили, когда она лежала. Она поджала губы и сказала: “я говорю, Шаньху, прежде чем ты пойдешь жаловаться, не должна ли ты убедиться, кто из нас это сказал? С тех пор как ты вошла, я не сказала ни слова. Как я могла тебя запугать?”

Мадам Лю, положившая овощи в корзину, тепло улыбнулась, глядя на трех похожих на цветы молодых девочек. Она чувствовала, что, сколько бы она ни смотрела на них, они были приятны для глаз.

Когда Чжоу Шаньху услышала это, она поняла, что снова перепутала двух сестер. Она смущенно улыбнулась и сказала: - Вы, ребята, слишком похожи, так что я снова ошиблась! Сяолянь, когда ты научилась говорить так безрассудно?

- Ладно! Значит, она имеет в виду, что я обычно не фильтрую свои слова, ах! - Тут же возразила Сяокао. - Мы с Сяолянь близняшки, но не совсем одинаковые. Твоя старшая сестра еще никогда не ошибалась в нас! Похоже, у тебя низкий IQ!”

- IQ? Что такое IQ? - спросила Чжоу Шаньху с глупым выражением лица.

Сяокао сорвала лист салата, осторожно стряхнула землю и сказала с раздраженным выражением лица: “ты не поймешь, даже если я тебе скажу! В любом случае, у тебя нет этой штуки, так какой смысл спрашивать об этом?”

Сяолянь хохотала рядом с ними. Чжоу Шаньху наконец поняла, что Сяокао, должно быть, сказала о ней что-то плохое. Она надула щеки и сказала: “Сяокао всегда запугивает людей. Сяолянь, скажи мне, что такое IQ, а?”

Сяолянь указала на свою собственную голову и рассмеялась: “подумай сама!”

Чжоу Шаньху наморщила брови и задумалась. Затем она вдруг показала сердитое и смущенное выражение лица и закричала: “Окей, Юй Сяокао, ты действительно сказала, что я безмозглая! Я же не дура! Я действительно умная!”

Мадам Лю наблюдала, как девочки шумят. Хотя это было очень оживленно, она боялась, что ее дочь действительно рассердит Шаньху. Поэтому она поспешно сказала: “Сяокао! Тебе больше нельзя запугивать Шаньху, слышишь? Шаньху а, разве ты не говорила, что у тебя есть для нас хорошие новости?”

Чжоу Шаньху хлопнула себя по лбу и закричала: “Ай! Я чуть не забыла о приличном бизнесе! Сяокао, доктор Сунь из Медицинского зала Тунжэнь, лично пришел в нашу деревню и сказал, что хочет собрать ложечных червей за высокую цену!”

С лицом, полным сомнений, Сяолянь спросила: “собирать дождевых червей? Зачем ему это нужно? Является ли дождевой червь также разновидностью лекарственной травы?”

Сяокао изучила много книг по медицине вместе с доктором Ю, поэтому она сразу же сказала: “ложечный червь также известен как песчаный червь. Он холодный по своей природе, имеет сладко-соленый вкус. Он питает инь, уменьшает внутреннее тепло, очищает легкие и восстанавливает дефицит. Согласно медицинским книгам, песчаные черви являются наиболее подходящей пищей для таких симптомов, как лихорадка, ночной пот из-за инь дефицита, астматический кашель, стеснение в груди, мокрота, послеродовая лактационная недостаточность у женщин и так далее. При таких симптомах, как туберкулезный кашель, неврастения, дефицит селезенки или сухость у детей, эффективным лечением является употребление супа, сваренного с песчаным червем, ломтиками имбиря и постным мясом. Песчаный червь может питать инь и почки, поэтому употребление отвара песчаного червя будет иметь хороший терапевтический эффект для детей с почечной недостаточностью и людей, страдающих частым ночным мочеиспусканием…”

- Айя! Так что ложечные черви на самом деле так полезны. Неудивительно, что Тонгрен-Холл предложил купить их по сто медных монет за Кэтти! Сяокао, Сяолянь, давайте скорее уходить! Иначе все хорошие места на пляже будут заняты! - Прежде чем Чжоу Шаньху закончила говорить, она уже побежала домой, чтобы забрать свои инструменты, как порыв ветра.

Сяолянь надулась и не казалась очень оптимистичной: “не так-то просто найти песчаных червей. Они все прячутся в песке, и как только появляется какое-либо движение, они быстро прячутся в еще более глубокое место. Даже после долгих раскопок мы все равно не обязательно сможем найти хотя бы одного из них!”

Госпожа Лю с улыбкой посмотрела на своих дочерей и сказала: “идите и посмотрите с Шаньху! Просто подумайте об этом, как о том, чтобы подышать свежим воздухом.”

Две ее дочери, одна обычно оставалась дома, чтобы ухаживать за огородами и арбузными полями, в то время как другая всегда продавала тушеную еду в доках. Они редко имели возможность общаться и играть со своими сверстниками. Госпожа Лю была довольна, но в то же время ее сердце болело оттого, что у нее есть две разумные дочери. К счастью, нога ее мужа уже восстановилась, и ее старший сын тоже оправился от полученных травм. Их семья не была такой, как раньше, когда они хотели, чтобы каждый человек мог работать за двоих. Пришло время ее дочерям расслабиться и завести друзей.

Юй Сяокао очень заинтересовалась песчаными червями. Она знала, что песчаный червь обладает не только лечебной ценностью, но и высокой питательной ценностью. Если бы они были хорошо приготовлены, то определенно имели бы очень приятный вкус. Хотя песчаные черви были не так ценны, как морские огурцы, акульи плавники и абалоны, на вкус они были восхитительны и нежны. Они не уступали морским огурцам и акульим плавникам.

Она с энтузиазмом взяла у отца маленькую лопатку, маленькое ведерко и позвала Сяолянь поехать с ней на море. Сяолянь решила сопровождать ее, увидев редкое волнение своей младшей сестры.

Чжоу Шаньху ждала с корзиной возле ее дома. Ее старший брат, Чжоу Шаохуа [1], который обычно продавал товары и редко бывал дома, стоял рядом с ней. Чжоу Шаохуа был примерно того же возраста, что Цянь Вэнь и третий молодой Мастер Чжоу. Возможно, это из-за того, что он весь год ходил за своим отцом, но его кожа была немного более загорелой, чем у двух других. Кроме того, с более заметными чертами лица семьи Чжоу он выглядел немного старше своего настоящего возраста и слегка ощущал себя молодым человеком. Но, конечно, ему все еще немного не хватало по сравнению с Чжао Хань!

Ай! Прошло уже больше десяти дней с тех пор, как брат Хан вернулся в столицу. Она действительно немного скучала по тем дням, когда он был рядом!

- Скорее, скорее! Если Медицинский центр Тонгрен соберет достаточно, то все наши усилия будут напрасны! - Чжоу Шаньху была немного эксцентричным человеком. Она говорила шумно и суетливо, как маленький воробей.

По настоянию маленькой девочки Шаньху все четверо быстро добрались до берега. На берегу было много оживленных фигур.

- Айя! Здесь так холодно! - Чжоу Шаньху нахмурилась и пожаловалась. На ней были соломенные сандалии, поэтому ноги быстро промокли от морской воды.

Сяокао была одета в сапоги из оленьей кожи, которые она попросила третьего молодого мастера Чжоу купить для нее. Сапоги были хорошо сделаны и полностью водонепроницаемы. Тем не менее, сапоги из оленьей кожи, пропитанные морской водой, были немного неприятными. Сяолянь носила сапоги из акульей кожи, которые также были довольно водостойкими.

Чжоу Шаньху с завистью посмотрела на сестер и прошептала старшему брату: “было бы здорово, если бы наш отец тоже смог поймать акулу и сделать мне пару сапог!”

Чжоу Шаохуа усмехнулся и сказал: “Хватит мечтать! Там меньше людей. Пойдем туда!”

Юй Сяокао никогда раньше не копала песчаных червей, поэтому она взяла лопату и наугад копнула песок. Сяолянь не знала, смеяться ей или плакать, но остановила ее: “есть один трюк в том, чтобы выкапывать червей. Нельзя копать так опрометчиво. Когда ты ищешь червя, тебе нужно сначала найти маленькие отверстия, сделанные червями. Смотри, вон те пучки на берегу-это дыры, проделанные червями. Когда ты копаешь, ходи тихо и копай быстро. В противном случае черви при малейшем движении быстро спрячутся еще глубже. Кроме того, не копай прямо вниз. Ты должна копать под большим углом от поверхности пляжа.”

Сяокао взяла лопату и принялась усердно копать червячную нору. Ей пришлось копать очень глубоко, прежде чем ей удалось выкопать пухлого песчаного червя. У песчаного червя было скользкое тело, похожее на более толстую версию дождевого червя, и он выглядел довольно жутко.

- Раньше мы были слишком шумными, так что этот червяк спрятался очень глубоко. Давайте рассредоточимся. Будьте осторожны, когда копаете! - Сяолянь положила песчаного червя в маленькое ведерко Сяокао, взяла другую корзину и пошла в другом направлении.

Сяокао продолжала идти вдоль берега и вскоре нашла еще одну дыру в песке. Она поставила ведро и принялась усердно копать. Вырыв очень глубокую яму, она растянулась на пляже лицом к песку и протянула руку, чтобы поискать внутри глубокой ямы. Ее тело и лицо были покрыты песком, когда она, наконец, поймала песчаного червя, который пытался проскользнуть глубже в песок.

- Такой голодный! Если бы только песчаные черви могли вылезти сами… - Подожди! Разве у меня в руках нет маленького божественного камня?

[Хм! Ты опять даешь мне такое низкоуровневое задание! Это такое оскорбление моего достоинства бога!!] Золотой свет засиял от разноцветного камня на запястье Сяокао, и он медленно превратился в милого миниатюрного котенка. Высоко подняв голову, он надменно расхаживал по пляжу.

Сяокао дотронулась до его головы своими покрытыми песком руками, но ее рука была отшвырнута с отвращением. Его золотые зрачки расширились, когда он закричал: "так грязно! Ты действительно прикоснулась к Моему святому и чистому меху такими грязными руками. Ты серьезно смотришь сверху вниз на этот божественный камень!!]

- Грязным? М-м-м, они слегка грязные. Разве они не будут чистыми после принятия ванны? - Юй Сяокао озорно усмехнулась. Пока маленькая золотистая кошка не обращала на нее внимания, она схватила ее за загривок и бросила в море.

[Юй! Сяо! Као!! Этот божественный камень заставит тебя пожалеть о том, что ты сделала со мной сегодня!!] Маленький золотой котенок не мог использовать свою силу перед таким количеством людей, поэтому он полетел по параболе и упал в море.

________________________________________

[1] в предыдущих главах он был назван Чжоу Вэньхуа, но автор изменил имя на Чжоу Шаохуа.

Глава 158 - обман

Чжоу Шаньху, стоявшая рядом, слегка встревожилась, наблюдая, как малыш падает в воду. - Сяокао, твой котенок умеет плавать? Он ведь не утонет, правда?

- Не утонет, не утонет! Маленький пельмень обожает плавать! Не волнуйся! - Юй Сяокао увидела, что маленький золотистый котенок гребет своими маленькими лапками и уже почти достиг берега, поэтому она пошла искать песчаных червей, не беспокоясь.

Все тело маленького золотого котенка было мокрым, когда он выбрался на берег, и казалось, что он находится в очень неловком состоянии. Маленький божественный камень фыркнул, приближаясь к Юй Сяокао, которая в данный момент лежала на пляже и копалась в песке в поисках песчаных червей. Он энергично встряхнулся и вытряхнул морскую воду на лицо Сяокао. Затем он поднял голову и быстро пошел прочь. Пока никто не обращал на него внимания, он тайно использовал свою силу, чтобы высушить шерсть.

Сяокао намеренно отодвинулась подальше от толпы. Она нашла участок с большим количеством червоточин, а затем использовала лопату, чтобы выкопать квадратную яму размером в полметра. После этого она погрузила разноцветный камень на запястье в морскую воду внутри песочницы.

Маленький золотой котенок, выбежавший из ниоткуда, увидел, как его истинный облик пропитался мутной морской водой. Он встревоженно обошел ее и сказал: "Эта морская вода слишком грязная! Этот божественный камень любит купаться, но ты не можешь использовать грязную морскую воду, ах!]

Юй Сяокао присела на корточки рядом с песочницей и наблюдала, как песчаный червь по собственной инициативе вылез из песка и медленно приблизился к разноцветному камню. - А что еще мне оставалось делать? Я хочу использовать твою духовную энергию, чтобы привлечь песчаных червей. Если ты не хочешь впитывать ее, тогда предложи мне лучший способ?

Маленький божественный камень сердито закатил ей истерику, а затем беспомощно сказал: - Теперь я могу высвобождать свою духовную энергию по своему желанию!]

- О! Твоя сила снова возросла? Поздравляю! - Юй Сяокао искренне поздравила его, потому что знала, что именно она больше всего выиграет от улучшения силы маленького божественного камня.

Маленький божественный камень смотрел, как она отряхивает свое тело от песка, а затем наблюдал, как она вытирает разноцветный камень. Когда она снова надела его на запястье, он лениво вытянул свою маленькую лапку и испустил немного золотого света в песочницу.

- Так мало? Сработает ли это? - Рядом с ним Сяокао выразила свои сомнения.

Маленький божественный камень закатил глаза и сказал: - Если я выпущу еще что-нибудь, эти уродливые жуки взорвутся от чрезмерного потребления духовной энергии!

Пока они говорили, все песчаные черви в песочнице один за другим выскочили наружу. Сяокао радостно подбирала их один за другим и клала в ведро. После того, как она собрала всех песчаных червей, маленький божественный камень снова взмахнул лапой и забрал оставшуюся энергию, чтобы не привлекать других морских существ.

Маленький божественный камень теперь мог контролировать и свободно извлекать духовную энергию, которую он производил. Например, он фильтровал и экранировал воду из мистических камней, которая использовалась для орошения арбузных полей семьи Юй, так что она была полезна только для растений. Если бы они использовали воду мистического камня, которая могла бы привлечь дичь, как раньше, арбузные поля определенно были бы полностью сожраны!

Юй Сяокао выбрала другое место и выкопала еще большую песочницу. Хотя она была больше, но не намного глубже. Она с легкостью вырыла песочницу даже своим маленьким телом. За это время Сяолянь подошла посмотреть. Она думала, что ее младшая сестра бросила копать песчаных червей и копает песок для развлечения. Но Сяолянь не заставляла свою младшую сестру продолжать работать. Медицинский зал Тонгрен предлагал высокую цену, но с текущим доходом семьи Юй это было не так уж привлекательно для нее.

Когда Сяокао закончила копать, маленький золотой котенок подошел к яме и помахал лапой, одновременно жалуясь: "эта проклятая морская вода сделала мои лапы мокрыми. Это так неудобно. Как ты можешь быть таким мастером? Разве ты не можешь просто положить меня в карман?]

Юй Сяокао сшила карман внутри куртки, который изначально был сделан для того, чтобы она могла складывать свои ценные вещи, выходя на улицу. Таким образом, его было более чем достаточно, чтобы нести миниатюрную кошку.

На пляже только что начался отлив, так что было еще сыро. Были также небольшие лужи на некоторых низменных участках. Маленький золотистый котенок был супер миниатюрным по размеру и даже был не больше, чем ее ладонь. Ему действительно было довольно трудно ходить по такому мокрому пляжу с его короткими ногами.

Юй Сяокао милостиво подняла котенка, дала ему вытереть мокрые лапы, а затем засунула его крошечное тельце в куртку. Маленький золотистый котенок вцепился когтями в ее ошейник, открывая сверкающую головку.

Песчаные черви выползали один за другим и извивались своими толстыми телами в песочнице. Сяокао пересчитала песчаных червей. В этой яме было больше десяти пухлых песчаных червей. После смывания песка с песчаных червей морской водой все еще было довольно отвратительно видеть, как все мясистые черви собрались вместе. Но когда она думала об их ценности, она могла перетерпеть это.

Вот так быстро пролетели два часа. Чжоу Шаньху замахала на нее руками и крикнула вдалеке: “Сяокао, доктор Сун начал покупать червей. Иди сюда скорее!” Крича, она побежала в сторону берега. Ей нужно было занять хорошую должность, чтобы Тонгрен Холл не собрал достаточно, и они не проделали работу напрасно.

Сяокао несла свое тяжелое ведро, так что она определенно не могла идти очень быстро. Сяолянь уже быстро добралась до этого места, но, увидев медлительную и борющуюся с собой младшую сестру, побежала обратно, чтобы помочь ей.

Она изначально думала, что со скоростью Сяокао во время работы она, конечно, не получит много урожая. Но она не ожидала, что, когда она взяла ведро Сяокао, она почти не могла нести его из-за веса. На деревянном ведре Сяокао была крышка. Она не могла видеть содержимое внутри, поэтому предположила: “младшая сестра, песчаные черви-это не рыба. Они не умрут быстро после выхода из моря. Если налить в ведро так много воды, оно становится очень тяжелым, ах! Давай я помогу тебе вылить немного.”

Говоря это, она наклонила деревянное ведро в одну сторону, а другой рукой сняла крышку.

- Не надо... - Юй Сяокао не ожидала, что она будет двигаться так быстро. Когда она попыталась остановить ее, некоторые из песчаных червей в ведре уже выскользнули из ведра и приземлились на пляж. Она быстро присела на корточки, подобрала упавших на песок песчаных червей и положила их обратно в ведро.

Сяолянь была явно ошеломлена. Она посмотрела на песчаных червей, толпившихся в ведре. На самом деле там было больше половины ведра! Она грубо взвесила его руками и поняла, что там было по меньшей мере двадцать или тридцать Кэтти. Неудивительно, что ее младшая сестра боролась с ведром.

Раньше она обращала внимание на свою младшую сестру, но не видела, чтобы та копала всерьез. Как ей удалось выкопать столько червей за такой короткий промежуток времени? Очевидно, это был первый раз, когда ее младшая сестра выкапывала червей! Было ли это так называемой "помощью богов"?

Сяолянь вспомнила, что способности ее младшей сестры всегда превосходили все ожидания после того, как они отделились от основной семьи, поэтому она перестала думать о том, как ей удалось поймать так много песчаных червей. Она не хотела, чтобы ее младшая сестра держала что-то настолько тяжелое, поэтому она сказала: “младшая сестра, ты беги быстрее и жди в очереди. Я понесу этих песчаных червей!”

Поскольку кто-то был готов помочь ей нести его, Сяокао, естественно, была очень рада подчиниться. С ее тонкими руками и ногами она никогда по-настоящему не занималась тяжелой работой с тех пор, как переродилась. Сяокао быстро побежала на полной скорости к длинной очереди.

Чжоу Шаньху, стоявшая ближе к началу шеренги, увидела, что Сяокао бежит к ней, тяжело дыша, поэтому она замахала руками и сказала: - Я сказала своему старшему брату, чтобы он занял место для тебя! Почему вы с Сяолянь так медлительны?!

Юй Сяокао посмотрела на Чжоу Шаохуа, который сдал свою позицию, а затем перевела взгляд на длинную очередь позади него. Она чувствовала, что было бы несколько неэтично перерезать линию. Пока она колебалась, Чжоу Шаохуа потянул ее за руку и повел в очередь. - Я занял это место тебе, - прошептал он, - так что это не считается нарушением правил.

Юй Сяокао одарила человека, стоявшего позади нее, слегка извиняющейся улыбкой и заметила, что это была ее знакомая—тетя Шуаньчжу. На самом деле большинство людей, выстроившихся в очередь, чтобы продать песчаных червей, были рыбаками деревни Дуншань. Как односельчане, даже если Чжоу Шаохуа не уступит ей свое место, они все равно простят маленькую девочку за то, что она влезла в очередь.

В корзине, которую несла жена Шуаньчжу, было около десяти Кэтти песчаных червей, которые были очень хорошо очищены. Она посмотрела на маленькую головку котенка перед грудью Сяокао и рассмеялась: - Сяокао, этот маленький котенок, которого ты растишь, выглядит очень энергичным и имеет очень яркий окрас. Сяокао, ты стоишь в очереди, но где же песчаные черви, которых ты выкопала?

Сяокао застенчиво улыбнулась и сказала: “Сяолянь несет их! Она там и скоро придет! Тетушка, у вас сегодня хороший урожай. Вы, вероятно, можете продать их за один или два таэля!”

Жена Шуаньчжу просияла от восторга и сказала: - Твой дядя Шуаньчжу ушел к морю, так что я бездельничала дома. Я услышала, что кто-то покупает песчаных червей, и решила подзаработать. Я не ожидала, что мне так повезет!

Это был не первый случай, когда Тонгренский медицинский зал покупал песчаных червей. Доктор Сун пришел с несколькими рабочими и даже принес трое или четверо весов. Урожай каждого человека взвешивался один за другим, и был человек, ответственный за бухгалтерию и оплату, поэтому их рабочая скорость была довольно быстрой. К тому времени, когда Сяолянь прибыла, перед ней было не так уж много людей.

Когда настала очередь Чжоу Шаньху, маленькая девочка и ее старший брат выкопали в общей сложности двенадцать Кэтти песчаных червей и заработали один Таэль и две булавы. Чжоу Шаньху держал серебряные монеты счастливо и улыбался, как распустившийся цветок.

Когда настала очередь Сяокао и ее сестры, улыбка в глазах доктора Сун стала еще шире. У него сложилось очень глубокое впечатление о семье Юй. Он был врачом в течение десятилетий, и было очень мало случаев, когда он ошибался в диагнозе и делал неверное суждение. Но для семьи Юй все было по-другому.

Юй Сяокао родилась со слабым телосложением. Даже если бы ее кормили лекарствами, ей все равно было бы трудно жить после десяти лет. Однако эта маленькая девочка, которой было уже девять лет, была не только жива и здорова, но после постановки диагноза все ее предыдущие симптомы исчезли.

Половина тела Юй Хая была сильно укушена медведем. Другие люди давно бы умерли, не говоря уже о том, чтобы сохранить эту лишенную плоти ногу. Тем не менее, он не только хорошо оправился, но и теперь мог легко ходить.

Юй Хана, работавшего подмастерьем, избивали до тех пор, пока у него не началось внутреннее кровотечение и даже не было сломано несколько грудных ребер. В случаях внутреннего кровотечения, подобных этому, девяносто процентов из них оказалось трудно спасти. Однако с телосложением Юй Хана его кровотечение было быстро остановлено, и его кости также очень быстро восстановились. Обычно на восстановление после серьезных травм уходит сотня дней. Но Юй Хан смог последовать за отцом на городской рынок меньше чем через два месяца. Пощупав пульс, он заметил, что не только кости восстановились, но и тело Юй Хана окрепло.

Он был серьезно озадачен всеми этими случаями! Может быть, телосложения семьи Юй отличалось от телосложения обычных людей? Но на вид, казалось, не было ничего, что отличалось бы от остальных.

С этой мыслью доктор Сун взял на себя инициативу поприветствовать ее: “девочка, как сегодня твой урожай?”

- Здравствуйте, Доктор Сун! - Было необходимо иметь хорошие отношения с врачами. Юй Сяокао вежливо поздоровалась с ним и сказала: - Сможет ли ваша аптека использовать так много песчаных червей?

Песчаные черви? Эта маленькая девочка была действительно необычной. На самом деле это имя было довольно живым.

Глава 159 - запуганная

Доктор Сан улыбнулся и сказал: “после того, как черви будут очищены и высушены, они не будут такими тяжелыми. У Тонгрена есть филиалы в столице, префектуре и нескольких городах на юге, поэтому там высокий спрос на них.”

Сяолянь отдала пять-шесть Кэтти песчаных червей, которые она выкопала, сотрудникам, отвечающим за взвешивание, а затем отнесла ведро Сяокао. Сяокао боялась, что она все продаст, поэтому поспешно остановила ее: “Сяолянь, оставь немного для меня. Я устрою праздник песчаных червей на обед!”

- Что? Песчаных червей тоже можно превратить в пищу? Это звучит так отвратительно. Кто осмелится съесть их, а?! - Чжоу Шаньху, которая уже получила свою плату, подошла и сморщила нос, с отвращением глядя на мягких, мясистых песчаных червей. Она поджала губы.

Юй Сяокао загадочно улыбнулась ей и прошептала: - Но как только ты их попробуешь, ты не сможешь забыть этот вкус. Позволь мне сказать, что песчаные черви не только вкусны, но и питательны. Они не уступают морским огурцам и абалонам.

Доктор Сун с интересом спросил: - Ты знаешь, как приготовить этих песчаных червей?

- Из них можно сварить суп. Их также можно готовить на пару, тушить и жарить. Конечно, их можно есть и сырыми с соусом! - У Юй Сяокао была уверенная улыбка на лице, когда она говорила об этом.

У Чжоу Шаньху было еще более отвратительное выражение лица: “как их можно есть сырыми?! Кто вообще может это есть?”

- Как и сырое рыбное филе, нужно просто обмакнуть их в соус. Разве не было бы хорошо, если бы ты не думала о том, как это выглядит, когда ешь? - Юй Сяокао ущипнула ее за морщинистое лицо и рассмеялась.

Доктор Сун погладил бороду и слабо улыбнулся: “хотя сырое рыбное филе-это блюдо, которое ест сам нынешний император, это не то блюдо, к которому большинство людей могут привыкнуть. Мы все еще привыкли к приготовленной еде.”

- Вот именно, вот именно! Сырое рыбное филе невкусно! - согласно кивнула Чжоу Шаньху.

Сяолянь также слышала, что жители деревни ели червей, чтобы утолить голод во времена голода. Когда есть еда, никто ее не ест. Однако Сяолянь все еще была довольно уверена в кулинарных способностях своей младшей сестры. Она повернула голову и спросила: “младшая сестра, сколько ты хочешь оставить на готовку?”

- Оставь нам половину! - Десять Кэтти стоили всего один Таэль, что было не так уж много для нынешней семьи Юй.

Но Чжоу Шаньху забеспокоилась. Она топнула ногой и сказала: “Почему ты так много оставляешь? Нельзя долго держать песчаных червей. Если ты не приготовишь их вовремя, не будет ли это слишком расточительно? Я думаю, тебе стоит оставить себе два-три Кэтти. Этого хватит на обед. Если завтра ты захочешь еще поесть, я буду сопровождать тебя, чтобы выкопать еще немного, когда начнется отлив!”

Для большинства семей в деревне Дуншань один Таэль серебра считался большим богатством. Этого было достаточно, чтобы вся семья могла питаться в течение нескольких месяцев. Чтобы сохранить песчаных червей, которые стоили одного таэля в качестве кулинарного ингредиента, этот человек был либо дураком, либо расточителем.

Юй Сяокао, которая всегда держалась в тени, заметила пытливые глаза вокруг нее и поспешно сказала: “Хорошо, я послушаю Шаньху и просто оставлю два-три Кэтти. Это мой первый раз, когда я использую песчаных червей в качестве ингредиентов для приготовления пищи, поэтому я хотела сохранить больше для обучения!”

Тем временем работник медицинского зала Тонгрен уже закончил взвешивать свой урожай. Сестры выкопали в общей сложности двадцать восемь Кэтти песчаных червей, что было намного больше, чем у многих взрослых рабочих. Жена Шуанжу неоднократно хвалила сестер за то, что они такие способные.

После того, как Сяокао отсыпала пару Кэтти песчаных червей себе, медицинский зал Тонгрен дал сестрам в общей сложности два таэля и пять булав. Под завистливыми взглядами Сяокао и Сяолянь взяли свои инструменты и отправились домой.

К счастью, на обратном пути они встретили госпожу Чжан. Они уже давно не видели мадам Чжан. Волосы старой леди стали намного белее, и она, казалось, похудела. Ее скулы стали более выпуклыми, и в ее обвисших глазах появилось мрачное выражение.

Она, естественно, слышала новости о том, что медицинский центр Тонгрен покупает песчаных червей. Но старик Юй и Юй Дашань ушли ловить рыбу в море, а Юй Хейзи отправился в доки еще до того, как небо засветилось. Это отродье становилось все более и более скользким. После того, как госпожа Чжан завладела более чем половиной его первого дохода, он больше не приносил денег домой. Вместо этого он просто положил их на счет и подождал, пока они достигнут определенной суммы, прежде чем снять их все сразу.

Дома остались только мадам Чжан и ее дочь, а также ленивая и прожорливая мадам Ли. мадам Чжан не была родом из рыбацкой деревни, поэтому она не знала, как копать песчаных червей. Юй Цайди был из тех, кто редко выходил из дома и оставался дома весь день, а мадам Ли была еще менее надежной.

Видя, как другие приносят домой сотни и даже тысячи медных монет, госпожа Чжан чувствовала себя так, словно на ее сердце сидели двадцать пять мышей, а сто когтей царапали ее сердце. Она услышала, что Сяолянь и ее сестра тоже отправились на пляж, поэтому она намеренно ждала на тропинке, по которой они обязательно пройдут по пути домой.

- Вы вернулись? - Госпожа Чжан коварно спросила: “Вы сегодня получили хороший урожай? Сколько таэлей вы получили?”

-Несколько таэлей? Бабушка, ты думаешь, что червей просто сдуло ветром? Ты ходила смотреть на пляж? Требуется много времени, чтобы выкопать одного песчаного червя! У нас с Сяолянь тонкие руки и ноги, так что уже довольно хорошо, что мы можем выкопать хотя бы несколько штук! - Юй Сяокао знала, что ничего хорошего не выйдет из встречи с госпожой Чжан, поэтому она использовала "тактику скорбящих солдат" [1].

Мадам Чжан была задушена ею. Через некоторое время она свирепо посмотрела на нее и сказала: “Ах ты, маленькая негодница, ты стала смелее после того, как рассталась с семьей! Ты действительно смеешь мне перечить! Это то, чему тебя учат родители?”

Юй Сяокао изобразила улыбку и сказала: “Бабушка, я просто говорю тебе правду. Или в твоих глазах, пока я не соглашусь с тобой, это считается опровержением и непослушанием? Как говорили древние: "недобрая мать не должна винить своего ребенка за то, что он не женат..." О чем ты подумала, услышав это?”

- Проклятое отродье, никчемная негодяйка! Не хочешь ли ты косвенно сказать, что я недобрая? Кто разговаривает со старшими, как ты? Ты думаешь, что теперь ты такая великая только потому, что я не дисциплинировала тебя! - Мадам Чжан сняла туфлю и приготовилась избить ее.

Сяолянь быстро шагнула вперед и преградила путь младшей сестре. Юй Сяокао оттащила ее на несколько шагов. Вдруг она прикрыла грудь руками, тяжело вздохнула и слабо произнесла: - Мое здоровье не очень хорошо, так что я не могу бояться! Если я заболею из-за того, что ты меня пугаешь, мне придется положиться на тебя. Я буду есть и жить с тобой, а тебе придется позаботиться о моих медицинских расходах.

Мадам Чжан была ошеломлена скоростью, с которой она изменила свое лицо. Она была на самом деле робкой внутри, но она сделала яростный вид и сказала: “прекрати притворяться! Не думай, что я не знаю, какой трюк ты затеяла. Ты обманываешь других, притворяясь больной! Кто бы тебе поверил! Если только ты не умрешь у меня на глазах.”

- Кто смеет проклинать мою дочь! Ты хочешь умереть? - Госпожа Чжан испугалась грубого, громоподобного голоса и чуть не села на землю.

Юй Сяокао обернулась и увидела своего крестного, Фан Цзычжэня, и Юй Хая, который спрыгнул с повозки позади него. Лицо Фан Цзычжэня было полно гнева, и даже его борода скривилась. Он использовал каждую унцию своей энергии, чтобы контролировать хлыст в своих руках, чтобы не хлестать им мадам Чжан.

Глаза Юй Хая были красными, когда он смотрел на Мадам Чжан взглядом, полным горя, негодования, разочарования и незнания. Его мачеха ненавидела его так сильно, что даже его дети были замешаны. Его дочь, которую он так нежно любил, была жестоко проклята своей бабушкой. Какая ненависть, какая обида!

Он считал, что его совесть чиста по отношению к семье Юй и госпоже Чжан. Оказалось, что его терпимость и самопожертвование до того, как они отделились от основной семьи, были напрасны. Он никогда не мог согреть ледяное сердце мадам Чжан. Сердце Юй Хая в одно мгновение превратилось в мертвый пепел. Он больше не будет беспокоиться об этой стороне семьи только потому, что его семья стала лучше питаться и жить. Потому что оно того не стоило.

Госпожа Чжан была из тех, кто запугивает слабых и боится сильных. Столкнувшись лицом к лицу с разъяренным генералом Фаном, она сразу же стала вялой. Она пробормотала: - Милорд! Я... Я не проклинаю ее. Я просто сказала это небрежно…

Фан Цзычжэнь несколько раз взмахнул хлыстом, который держал в воздухе, и послышался чистый и четкий звук. Госпожа Чжан задрожала от страха и чуть не намочила штаны.

- Неосторожное замечание? Тогда почему бы тебе тоже не сказать себе умереть? Почему ты не велишь своему сыну умереть? У нашей Сяокао было плохое здоровье. Должно быть, потому, что ты прокляла ее! Если я еще раз услышу, как ты проклинаешь мою дочь, будь готова отправиться в тюрьму!

Фан Цзычжэнь почувствовал, что нужно напугать эту глупую женщину. Даже при его поддержке она все еще осмеливалась бесстрашно запугивать Сяокао. Если бы его не было рядом, то его дорогая дочь была бы запугана до смерти… Тьфу, тьфу! Почему это слово было упомянуто снова? Как зловеще!

Мадам Чжан вздрогнула и пробормотала: - Я старше ее, так что ругать ее не считается преступлением.

- Что значит ты старше? Кто из старейшин семьи откажется платить за лечение своей больной внучки и заставит их занимать деньги, чтобы вылечить ее болезнь? Что за родители возьмут триста таэлей, за которые их сын отдал свою жизнь, а потом выгонят их из дома почти ни с чем? Чьи старшие будут ненавидеть семью своего сына, живущую хорошо, и время от времени причинять им неприятности? Мадам Чжан, ты всего лишь мачеха, и ты порочная и предвзятая мачеха. Закон никогда не потерпит таких людей, как ты! - Фан Цзычжэнь свирепо посмотрел на нее. Его величественная аура заставила ноги мадам Чжан обмякнуть, и она опустилась на колени.

Юй Хай повернул лицо в сторону и торжественно сказал: “брат Фан, пожалуйста, пощади ее на этот раз! Госпожа Чжан, когда мы делили семью, в контракте было четко написано, что я просто должен давать вам двести Кэтти зерна каждый год или конвертировать его в деньги. В будущем я не заплачу больше ни одной монеты! Пожалуйста, не приходи и не навлекай на себя позор снова!”

Когда она столкнулась с Юй Хаем, властный нрав госпожи Чжан снова вспыхнул. Она села задом на землю, шлепнула себя по ногам и воскликнула: “у небес нет глаз—они дали мне такого нефилимного потомка!! Как я буду жить в будущем…"

Внезапно ее голос резко оборвался, как будто кто-то душил ее за шею. Оказалось, что ее напугало разъяренное выражение лица Фан Цзычжэня.

Фан Цзычжэнь нетерпеливо сказал: “брат Юй дал тебе еду в соответствии с соглашением, ничего не пропуская. Так как же он может быть нефилимом? По-моему, он гораздо более сыновний, чем твой никчемный сын, который только и умеет, что протягивать руки и просить денег! Дочь моя, если эта злая старуха снова начнет тебя запугивать, скажи мне! Крестный отец отомстит за тебя!”

Сказав это, он наклонился и взял Сяокао под руку. Затем он поднял ее на своего высокого коня. Он же, с другой стороны, вел себя как чрезвычайно заботливый отец и вел лошадь впереди.

Когда госпожа Чжан увидела, что чиновник обожает Сяокао, ее сердце забилось, как барабан, из страха, что чиновник вспомнит все ее прошлые обиды по отношению к маленькой девочке и придет поквитаться с ней позже. В последующие дни она стала гораздо спокойнее и благовоспитаннее.

Под завистливыми взглядами жителей деревни Юй Сяокао сидела на спине высокого коня. Ее крестный сегодня был таким спокойным. Наконец-то нашелся кто-то, кто мог остановить эту злую старушку. В будущем ее семье будет намного спокойнее.

- Крестный, когда ты вернулся из столицы? Почему ты не предупредил меня заранее? Я могла бы приготовить пир к твоему возвращению, ах! - Юй Сяокао счастливо рассмеялась. Она должна относиться к "этому великому богу", который может подчинить госпожу Чжан, с большой осторожностью.

________________________________________

[1] тактика оплакивания солдат (哀兵之策) - получить сочувствие, оплакивая, а затем атаковать врага, когда он менее защищен.

Глава 160 - намеренное усложнение ситуации

Под восхищенным взглядом приемной дочери Фан Цзычжэнь сказал несколько самодовольно: - Было уже поздно, и я решил отдохнуть в городе. Сегодня утром я ездил в доки и проголодался от запаха тушеной пищи твоей семьи. Выслушав донесения, я поспешно бросился туда. За последние несколько дней, когда я был в столице, мне очень не хватало стряпни моей дочери!

Юй Сяокао изобразила на лице беспокойство и вздохнула: “Крестный отец, я не знала, что ты вернешься раньше, поэтому не приготовила достаточно блюд. Что же мне делать?”

Фан Цзычжэнь не мог видеть, как его крестница несчастна, поэтому он быстро сказал: “хорошая дочь, крестный отец любит есть все, что ты готовишь! Например, салат с устричным соусом, тушеные баклажаны, жареные яйца и помидоры… Просто собери немного овощей с полей, и моя дочь сможет приготовить самые вкусные блюда.”

Сердце Юй Хая слегка сжалось, когда он посмотрел на их доброжелательный вид отца и сыновней дочери, как будто у него украли самое дорогое сокровище. На самом деле, было также очень хорошо, что брат Фан стал крестным отцом его дочери. Будет другой человек, который будет любить ее и защищать. Да… Казалось, его дочь редко наслаждалась днем счастья с ним. Он был действительно бесполезен; он даже не мог защитить свою собственную дочь!

Сяокао, казалось, почувствовала подавленное настроение отца. Она обернулась, лучезарно улыбнулась ему и сказала: “Отец, почему ты вернулся сегодня так поздно? Неужели тушеная еда сегодня плохо продается?”

Юй Хай поспешно справился со своими эмоциями и улыбнулся дочери: “тушеную еду раскупили очень быстро. Я случайно встретил брата Фана в доках. Посчитав, что дома есть нечего, я отправился на рынок, чтобы купить несколько котлет из свиного брюшка, а также свои любимые запасные ребрышки.”

В эту эпоху люди обычно выбирали район с большим количеством жира при покупке свинины. Запасные ребрышки состояли в основном из костей, а мяса почти не было. Если бы не Юй Сяокао, которая любила ребрышки, Юй Хай никогда бы их не купил. К счастью, запасные ребрышки стоили недорого.

- А вот и запасные ребрышки, а! Это здорово, мы можем съесть песчаных червей и запасной суп из ребрышек на обед! Этот вкусный суп определенно заставит вас, ребята, захотеть вторую порцию! - Юй Сяокао притворилась очень счастливой, чтобы поднять унылое настроение отца.

Выражение лица Юй Хая немного расслабилось, и он спросил мягким голосом: - Ах да, ты же сегодня ходила копать ложечных червей. Как это было? Сяокао никогда раньше не выкапывала червей. Это было нелегко, верно?

Сяолянь, сидевшая рядом с ним, рассмеялась: “Отец, ты смотришь свысока на младшую сестру. Она выкопала больше, чем я. Мы откопали больше всех во всей деревне и получили больше двух таэлей от их продажи! Мы зарабатывали больше, чем ты, который все утро работал в доках!”

Юй Хай одобрительно посмотрел на своих дочерей и сказал с улыбкой: “мои дочери действительно способны!”

- Вот именно! Только посмотрите, чья я дочь! - Юй Сяокао подняла голову, указывая носом в небо, как будто была непобедима.

Фан Цзычжэнь хохотнул и сказал: “Да, это так! Ты определенно достойна быть дочерью Фан Цзычжэня! Ты вся в меня!”

Юй Сяокао намеренно изобразила презрение. Она посмотрела на его заросшее бородой лицо и сказала, сморщив лицо: “Крестный, почему у меня такое чувство, что ты не хвалишь меня? Если я пойду в тебя, буду ли я все еще презентабельно выглядеть?” Говоря это, она с беспокойством коснулась своего лица.

Ее забавное выражение лица и шутливые слова всех позабавили. Фан Цзычжэнь смеялся громче всех и отказывался уступать: “дочь! Знаешь, почему я, твой крестный, отрастил бороду? В молодости я тоже был очень красивым мужчиной, и на поле боя меня прозвали "нефритовое лицо молодого генерала". Я чувствовал, что это слишком женственно, и мое лицо не выглядело достаточно устрашающим, поэтому я отрастил бороду. Как только я сбрею бороду, я определенно не буду выглядеть хуже, чем твой дядя Чжао!”

- Я тебе не верю! Ты просто говоришь это, и нет никаких доказательств. Вы можете доказать это, только сбрив бороду! - Недоверчивое выражение Юй Сяокао "ты блефуешь" вызвало у Фан Цзычжэня почти желание сбрить бороду на месте!

Они смеялись и болтали всю дорогу до резиденции Юй. Юй Хан, только что закончивший поливать арбузные поля, положил на землю шест, который держал в руках, и услышал за спиной смех. Он сказал с нежной улыбкой: “дядя Фан вернулся! Быстро садись и выпей.”

Сяокао отнесла корзину с песчаными червями к колодцу на заднем дворе и начала готовить обед, предварительно почистив их. Госпожа Лю, стиравшая белье у колодца, увидела в корзине жирных и мясистых червей, и тонкие волосы на ее теле чуть не встали дыбом. Она упрекнула ее тихим голосом: “зачем ты выкопала этих червей? Это выглядит так жутко!”

Сяокао пошевелила корзинку с извивающимися песчаными червями, как будто это было сокровище, и взволнованно сказала: “Мама, эти песчаные черви могут выглядеть отвратительно, но они очень вкусные. В дополнение к приготовлению пищи, они также могут быть высушены и измельчены в порошок, который может улучшить вкус пищи! Я найду бамбуковые палочки и научу тебя чистить песчаных червей!”

Юй Сяокао побежала обратно во двор и попросила отца срезать несколько бамбуковых палочек, которые были в половину толщины палочек для еды. Затем она потянула Сяолянь и побежала обратно на задний двор. - Ты хочешь, чтобы я помог? - Крикнул за ее спиной Юй Хай.

- Не надо! Ты должен пойти и выпить чаю с Крестным! - С заднего двора доносился резкий голос Юй Сяокао.

Мадам Лю посмотрела на песчаных червей, подавила дискомфорт в сердце, взяла одного и спросила: “Что мне делать с этой штукой? Просто помыть в воде?”

- Нет! У песчаных червей есть песчаные мешки и песок в их желудке. Если они не очищены должным образом, то ты не сможешь их есть. Я знаю один из самых удобных способов очистки песчаных червей. Смотри, сначала положи песчаного червя в воду, вставь бамбуковую палку с одного конца и вынь ее из середины. Затем медленно переверни половину песчаного червя. После этого вставь другую палку в другой конец и вынь палку из того же места, а затем переверни другую половину наизнанку. Видишь, это кишки и песок в песчаных червях. Тебе просто нужно промыть их в воде! - Юй Сяокао продемонстрировала во время объяснения. Она умело работала своими маленькими ручками и быстро очистила червя.

Сяолянь уже взяла одного из них в руки и последовала за Сяокао, когда та продемонстрировала. Хотя ее движения были немного неуклюжими, она все же выполнила задачу, вывернув внутренние органы песчаного червя и тщательно вымыв его в воде.

Мадам Лю тоже не была безрассудной личностью, поэтому она быстро преодолела препятствия и умело вывернула червей наизнанку. Все трое были проворными рабочими, поэтому они быстро закончили чистку трех Кэтти песчаных червей. Юй Сяокао испугалась, что песок внутри не был полностью очищен, и несколько раз промыла их чистой водой.

Когда она снова появилась во дворе, то заметила, что во дворе появился еще один человек. Присмотревшись, она поняла, что это был Чжоу Цзысу, третий молодой Мастер Чжоу, которого она давно не видела. В течение последнего месяца или около того он останавливался на месте строительства гавани и даже немного загорел. Однако его упорный труд и усилия не пропали даром, потому что строительство фабрики устричного соуса было наконец завершено.

- Третий молодой господин, такой редкий гость! Каким ветром тебя сегодня занесло? - Юй Сяокао подшучивала над ним.

Словно защищаясь от вора, Фан Цзычжэнь осмотрел третьего молодого мастера Чжоу с головы до ног. Какие отношения были у этого юноши с его крестницей? Почему его дочь говорит с ним так фамильярно?

Третий молодой Мастер Чжоу усмехнулся и сказал с улыбкой: “настоящий северо-западный ветер! Я только что вернулся из порта. Наша фабрика должна скоро начать работать. Я должен как можно скорее поделиться с вами этой хорошей новостью. Какую вкусную еду ты приготовила сегодня? Я специально пришел в это время, ах!”

‘Вонючее отродье! Разговаривая так фамильярно с моей дочерью, он ведь не имел каких-то неприличных намерений, верно? Нет! Такая хорошая дочь, я должна за ней присматривать!’

Генерал Фан, вы слишком много думаете. Сяокао было всего десять лет. Какие неуместные мысли может вызвать такой маленький ребенок, как она? Он не был педофилом!

Фан Цзычжэнь поднял свое самообладание, как правительственный чиновник, дважды кашлянул и сказал: “Вы третий молодой господин из семьи Чжоу, который построил фабрику в доках? Вы получили разрешение на строительство фабрики в доках? Гавань сейчас реконструируется, так что все должно быть устроено должным образом…”

Третий молодой Мастер Чжоу смог получить свои нынешние достижения в бизнесе в столь юном возрасте, поэтому у него, естественно, были свои связи. Зная, что человек перед ним отвечал за портовые сооружения, он поспешно поклонился и поприветствовал его: “место расположения фабрики этого юноши все еще находится на некотором расстоянии от гавани, поэтому это не помешает строительству порта.”

- О? Откуда вы знаете, что ваша фабрика не будет вмешиваться в планирование новой гавани? - Фан Цзычжэнь не любил этого слабого на вид юношу и решил усложнить ему жизнь.

Третий молодой Мастер Чжоу был озадачен тем, когда он оскорбил этого господина, императорского посланника. Казалось, он специально придирался к нему. Он продолжал говорить в смиренной и почтительной манере: “прежде чем я собрался строить фабрику, я сделал несколько подтверждений с окружным судьей, так что…”

Фан Цзычжэнь нахмурился и сказал: “Вы начали готовиться к строительству своей фабрики несколько месяцев назад, верно? В то время подробные правила строительства гавани еще не были опубликованы. Итак, кто дал вам уверенность, что ваш завод не повлияет на строительство гавани?”

Как раз в тот момент, когда третий молодой Мастер Чжоу обливался потом от допроса императорского посланника, Юй Сяокао, услышав несколько слов на кухне, высунула голову и спросила: “Крестный отец, наша фабрика влияет на планирование строительства порта? Что же нам делать? Построить ее было нелегко. Неужели нам придется ждать несколько месяцев и заново отстраивать фабрику?”

- Наша фабрика? Что это значит? Это был знак, что его дочь помогает чужаку. Нет, он должен пресечь эту мысль в зародыше!

Фан Цзычжэнь придвинулся ближе и прошептал Юй Сяокао: “дочь, какое отношение к нам имеют другие люди, строящие фабрику? Тебе не нужно беспокоиться об этом!”

- Как это мне не нужно беспокоиться? У меня двадцать процентов акций фабрики устричных соусов! Отсрочка операции на один день означает, что я получу свои дивиденды днем позже! Крестный отец, быстро придумай решение проблемы! - В последнее время у Юй Сяокао не было недостатка в деньгах. Османтусная утка ресторана "Чжэньсю" продавалась очень хорошо, так что она получала по меньшей мере тысячу таэлей каждый месяц. Но кому не понравится зарабатывать больше денег? Конечно, было бы лучше получить побольше блестящего белого серебра.

Фан Цзычжэнь в гневе выпучил глаза: "этот добрый мальчишка дает моей дочери двадцать процентов дивидендов без всякой причины. Кто, черт возьми, поверит, что у него нет никаких злых намерений?! Он хочет обмануть мою драгоценную дочь всего лишь двадцатипроцентной премией! Даже не думай об этом [1]! Здесь нет не только двери, но даже окна!"

Фан Цзычжэнь свирепо посмотрел на третьего молодого мастера Чжоу, а затем наклонился и сделал все возможное, чтобы посоветовать: “дочь, мы не должны брать акции, которые некоторые странные люди случайно дают тебе бесплатно! Если тебе нужны деньги, у крестного они есть! Когда строительство гавани будет завершено, Крестный отец купит для тебя несколько магазинов в лучших местах. Это зависит от тебя, если ты хочешь открыть магазин самостоятельно или сдать его в аренду. Давай не будем брать эти акции, ладно?”

________________________________________

[1] Он буквально сказал, что двери не будет, а это значит, что у него не будет ни малейшего шанса сделать то, что он планирует. Отсюда следующая строчка об отсутствии двери и окна.

Глава 161 - начинаю ревновать

Широко распахнув глаза, Юй Сяокао странно посмотрела на него и сказала: “Крестный отец, акции не раздавались бесплатно! Я вложила сто таэлей и рецепт устричного соуса, так что мне кажется, что получить двадцать процентов дивидендов все еще слишком мало. Это то, чего мы заслуживаем. Если я не возьму его, не пойдет ли это на пользу тому парню, третьему молодому господину Чжоу?”

Фан Цзычжэнь наконец понял, что неправильно понял ситуацию. Он рассмеялся, чтобы скрыть свою ошибку, и сказал: “Так получается, что акции-это то, что мы заслужили получить, ах! Моя дочь такая способная. Ты уже инвестируешь в бизнес в таком молодом возрасте. Очень хорошо, очень хорошо! Ты определенно достойна быть моей дочерью!”

Юй Сяокао все еще была обеспокоена вопросом о местонахождении фабрики устричного соуса, поэтому она обеспокоенно спросила: “Крестный отец, неужели мы действительно ничего не можем сделать для нашей фабрики устричного соуса?”

Поскольку это было делом его дочери, Фан Цзычжэнь, естественно, не стал бы продолжать намеренно причинять неприятности. Он сделал вид, что задумался, а затем сказал: “я только что вспомнил чертеж, который видел. Когда я вернусь, я поговорю об этом с людьми из Министерства труда и сделаю все возможное, чтобы сохранить твою фабрику. Не волнуйся, Крестный тебе поможет!”

Только тогда Юй Сяокао улыбнулась и сказала: “спасибо, крестный! Если с этим слишком трудно справиться, то забудь об этом! Мы не можем задерживать ход строительства гавани только из-за нашего завода.”

- Это нетрудно, нетрудно! Твой крестный все еще способен на многое!! Дочка, что мы будем есть на обед? Разве у нас нет свиного брюшка? Давай поедим красной тушеной свинины. Красная тушеная свинина, которую ты готовишь, ароматная и мягкая. Это действительно соответствует вкусу Крестного! - Фан Цзычжэнь намеренно перевел разговор на посуду, опасаясь, что его умная дочь что-нибудь заметит.

Третий молодой Мастер Чжоу, который был рядом с ними, казалось, что-то заметил. Но этот юноша также не понимал, почему императорский посланник, казалось, был совершенно недоволен им. Сегодня, если бы не Сяокао, он, вероятно, не смог бы сохранить фабрику, над которой так усердно трудился в течение последних нескольких месяцев. Хотя семья Чжоу была имперскими купцами, они могли уступать только правительственным чиновникам, которые обладали реальной властью и авторитетом!

Проблема была решена, и Юй Сяокао вернулась на кухню. Сначала она испекла небольшую порцию песчаных червей на маленьком огне, чтобы сделать сушеных песчаных червей. Затем она поручила задание Юй Хану. Она попросила его отнести сушеных песчаных червей в дом госпожи Мао и одолжить маленькую каменную мельницу, а затем размолоть сушеных песчаных червей в порошок. Порошок песчаного червя может улучшить вкус пищи. Это было намного безопаснее и экологичнее, чем MSG в ее предыдущей жизни!

С оставшимися песчаными червями она приготовила тарелку чесночных песчаных червей на пару, миску песчаных червей и суп из ребрышек, а также обжарила некоторые из них с зеленым луком в качестве гарнира. Кроме того, там была тушеная свинина, с которой капало масло, и несколько тарелок жареных овощей, приправленных порошком песчаного червя. Хотя они и не готовились заранее, все равно это был роскошный пир.

Блюда, приготовленные из песчаных червей, получили единодушную похвалу от всех. Фан Цзычжэнь особенно любил "чесночных песчаных червей на пару", которых он в основном ел. Вкусные и хрустящие песчаные черви, дополненные уникальным вкусом чеснока, были просто слишком вкусны!

Песчаные черви, которых держала Юй Сяокао, были большими, мясистыми и высокого качества. Суп из песчаных червей и ребрышек был белым, как молоко. На вкус он был очень вкусным, освежающе сладким и питательным. Даже госпожа Лю, которая боялась червей, выпила полную миску.

Обжаренные овощи, приправленные порошком песчаного червя, также были намного вкуснее, чем обычно. Даже третий молодой Мастер Чжоу был очень удивлен и подумал, что кулинарные навыки Сяокао снова улучшились, превзойдя навыки главного повара Вана, который имел десятилетний опыт.

Прежде чем он успел заговорить, Юй Сяокао загадочно сказала: “я только что придумала еще один рецепт приправы. Вы только что попробовали это, так что дайте мне какую-нибудь обратную связь. Если вы считаете, что это хорошо, мы можем массово производить его на нашей фабрике устричного соуса и продавать по всей стране…”

Глаза третьего молодого мастера Чжоу загорелись и удивленно произнесли: “ты хочешь сказать, что уникальный вкус этих овощных блюд был обусловлен использованием твоей недавно разработанной приправы? Сяокао, ты гений среди гениев! Я как раз собирался спросить тебя, почему зелень сегодня еще вкуснее! Быстро запиши рецепт, и я дам тебе еще десять процентов акций!”

Таким образом, она получит тридцать процентов акций фабрики. Юй Сяокао казалось, что она видит маленькие серебряные слитки, непрерывно летящие к ней. Она была так счастлива, что ее глаза сузились. Она тут же без колебаний кивнула: “но я хочу еще раз обдумать рецепт и попытаться сделать его еще более совершенным!”

С одним только порошком песчаного червя другие быстро разглядели бы рецепт и подражали ему. Она приготовилась добавить в него порошок ламинарии и небольшое количество специй. На самом деле у нее действительно был талант к кулинарии. Она смогла найти лучшее соотношение за несколько дней, и оно было намного вкуснее, чем простой порошок песчаного червя. Пока она экспериментировала, она также изготовила рецепт порошка из пяти специй, который также передала третьему молодому мастеру Чжоу.

В результате их фабрика будет не просто фабрикой устричного соуса. Все приправы, производимые ими, будут называться "гаитянскими", которые включают в себя "гаитянский устричный соус", "гаитянский MSG", "гаитянский порошок из пяти специй" и "гаитянский ферментированный бобовый творог". Позже, по предложению Юй Сяокао, они добавили еще две приправы: "гаитянский соевый соус" и "гаитянский уксус", что сделало производство приправ на Гаити еще более полным. Об этом будет рассказано позже.

В это время Фан Цзычжэнь был несколько недоволен тем, что сопляк из семьи Чжоу весело и с юмором разговаривал с его дочерью, заставляя ее весело смеяться снова и снова. Время от времени он стрелял кинжалами в третьего молодого мастера Чжоу, что немного беспокоило третьего молодого мастера Чжоу. Он подумал, не спросить ли Сяокао, что он сделал, чтобы оскорбить императорского посланника, чтобы у него был шанс исправить свои ошибки. В будущем, когда его бизнес станет больше, ему часто придется иметь дело с правительственными чиновниками. Если он не выяснит причину, то боится будущих неприятностей.

Фан Цзычжэнь слушал, как Сяокао с энтузиазмом рассказывает о перспективах фабрики. Он нашел прекрасную возможность и с улыбкой вставил: “дочь, песчаные черви действительно хороши на вкус! Должно быть, тебе было нелегко придумать эти блюда.”

Юй Сяокао улыбнулась ему и сказала: “Крестный отец, если это вкусно, то ты должен есть больше! Песчаные черви не только хороши на вкус, но и по питательной ценности не уступают акульим плавникам и абалонам! В другой раз я приготовлю еще немного порошка песчаного червя, чтобы ты отнес его крестной, когда вернешься в столицу. Я запишу способы приготовления, чтобы крестная тоже могла попробовать деликатесы морского побережья!”

Фан Цзычжэнь выпил большой глоток супа из песчаных червей и ребрышек и кивнул: “твоей крестной очень понравились помидоры, которые ты велела мне принести в прошлый раз. Особенно ей понравился способ употребления их с сахаром после небольшого разогрева… Кстати, твоя крестная сшила для тебя несколько комплектов одежды, а также велела привезти из столицы кое-какие закуски. Они все в моем багаже. Я принесу их тебе.”

Сяокао быстро остановила своего крестного, который уже собирался встать, и улыбнулась: “Крестный, это не так уж срочно. Сначала поешь! Это твоя любимая тушеная свинина. Вот, этот кусок имеет идеальное соотношение жирного и постного мяса!”

Лицо Фан Цзычжэня было полно счастья, когда он съел кусок тушеной свинины, который его крестница лично дала ему. Он сказал: “Моя дочь такая внимательная! Отец не напрасно тебя обожает!”

Юй Хай ревниво посмотрел на кусок тушеной свинины в миске Фан Цзычжэня. Он дважды кашлянул и посмотрел на младшую дочь. После того, как Юй Сякоао также дала ему кусок мяса, он, наконец, показал легкую улыбку на своем лице.

Госпожа Лю, сидевшая рядом с ним, наблюдала за незрелым поведением мужа и не могла не улыбнуться, опустив голову. Он уже был таким взрослым мужчиной, но все еще соперничал с другими за благосклонность. Более того, это было ради внимания их младшей дочери. Почему она не знала, что у ее мужа есть такая милая сторона?

Своими палочками мадам Лю взяла несколько жареных песчаных червей с зеленым луком и положила их в миску Юй Хая. Юй Хай посмотрел на нее. Обычно жена редко приносила ему еду в присутствии посторонних. Что происходит сегодня? Когда он поднял глаза и увидел нежный и понимающий взгляд жены, лицо Юй Хая мгновенно вспыхнуло. Да что с ним такое? Сяокао была его собственной плотью и кровью. Хотя теперь у нее был крестный отец, это все равно не изменит того факта, что они были кровными родственниками. Как он мог чувствовать себя неловко только из-за куска тушеной свинины? С возрастом он становился все более и более ребячливым!

В последующие дни семья Юй снова стала занята. За исключением тех, кто ходил продавать тушеную пищу в доках, все остальные были мобилизованы Сяокао, чтобы копать песчаных червей на пляже. Иногда, когда Фан Цзычжэнь не работал или маленький Шито возвращался во время перерыва, им также приказывали работать на пляже.

С маленьким божественным камнем в качестве своего секретного оружия Юй Сяокао была человеком, который ловил больше всего каждый день. Иногда, даже если все песчаные черви, которых ловила вся семья, были вместе, это все равно было не так много, как Юй Сяокао в одиночку. Чтобы не ловить всех песчаных червей на пляже, Сяокао постоянно меняла район, где она ловит червей.

Другие жители деревни были озадачены тем, что семья часто копала червей ложкой. Медицинский зал Тонгрен больше не принимал червей, так почему же они все еще копают их? Несколько семей, знакомых с ними поближе, приходили друг к другу с расспросами. Юй Сяокао не скрывала этого от них и научила их нескольким простым методам поедания песчаных червей. Когда они увидели сушеных песчаных червей во дворе семьи Юй, у них уже возникло желание припрятать несколько сушеных песчаных червей.

В конце концов, рыбаки деревни Дуншань зависели от неба, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Если погода на море будет ужасной в течение некоторого периода времени, большинство жителей деревни Дуншань, которые полагались на море, чтобы заработать себе на жизнь, могут потерять свой источник дохода. Большинство жителей деревни были бедны. Последствия того, что они не выходили к морю в течение нескольких дней, могут быть не очень очевидны, но если они не выходили к морю в течение полугода или целого месяца, многие семьи голодали. Возможность тепло одеться и наесться досыта всегда была главной заботой жителей деревни Дуншань.

Не обращая внимания на вкус песчаных червей, они узнали от семьи Юй, что песчаные черви определенно съедобны. Хранить песчаных червей было нелегко, но сушеные песчаные черви вполне подойдут. Если в один прекрасный день у них кончится еда, они смогут решить этот неотложный вопрос, используя сушеных песчаных червей для тушения супа.

На какое-то время вдоль побережья деревни Дуншань возник уникальный пейзаж: жители деревни Дуншань с различными инструментами либо нагибались, высовывая окурки, либо лежали на песке и искали следы ложечных червей.

Ресторан Чжэньсю также сразу же представил несколько блюд с ложечными червями или сушеными ложечными червями в качестве их ингредиента. Их неповторимый вкус завоевал похвалу многих покупателей.

Как только открылся столичный ресторан "Чжэньсю", посетители единодушно похвалили его за пять фирменных блюд: жареную курицу, утку-османтус, тушеную еду, блюда из ложечных червей и блюда из устричного соуса. Это даже привлекло многих клиентов нескольких давно известных столичных ресторанов! Ресторан "Чжэньсю" имел мгновенный успех и быстро прочно закрепился в столице со своими бесконечными фирменными блюдами.

В это время начал работать и гаитянский завод приправ. Морские продукты, такие как устрицы и песчаные черви, были необходимы для устричного соуса и порошка песчаных червей MSG. Ресторан Чжэньсю, использующий песчаных червей в качестве ингредиента для приготовления пищи, также увеличил спрос на песчаных червей. В результате третий молодой Мастер Чжоу отправил людей в различные рыбацкие деревни, чтобы купить и собрать эти морские товары.

Глава 162 - ревность

В деревне Дуншань третий молодой Мастер Чжоу торжественно поручил Юй Хаю помочь ему приобрести эти предметы. Конечно, он не позволит Юй Хаю работать просто так. Ресторан "Чжэньсю" давал ему десять процентов прибыли в качестве вознаграждения. Деревня Дуншань была не единственной рыбацкой деревней в этом районе, поэтому рестораны Чжэньсю также выбрали сотрудника, который будет отвечать за эту задачу в других рыбацких деревнях.

Морепродукты, такие как устрицы и песчаные черви, были не слишком распространены в прибрежном регионе, и было не так много людей, которые ели их, поэтому немногие люди купили бы их. Даже при случайном приобретении было трудно продать их по высокой цене. Однако, цена, которую ресторан Чжэньсю предлагал за эти товары, была выше рыночной цены: десять медных монет за Кэтти устриц и двадцать медных монет за Кэтти песчаных червей.

Хотя за песчаных червей предлагали гораздо более высокую цену, это было лишь временное приобретение для медицинского центра. Ресторан "Чжэньсю", с другой стороны, покупал песчаных червей круглый год.

После того, как новость вышла, был бесконечный поток людей, которые пришли посетить резиденцию семьи Юй. Все они интересовались покупкой и ценами на устриц и песчаных червей. После того, как они получили достоверную информацию от Юй Хая, и старые, и молодые жители деревни Дуншань начали копать песчаных червей и собирать устриц.

Дар моря народу был бескорыстным. Каждый раз, когда отлив уходил, люди собирались на пляж и уходили, когда начинался прилив. Даже во время отлива люди все равно несли фонарь и усердно работали всю ночь.

До тех пор, пока кто-то готов работать, определенно будет урожай. Среднестатистический взрослый мог выкопать не менее десяти Кэтти песчаных червей в день. Старики, слабаки, женщины и дети тоже могли собрать несколько штук устриц. Таким образом, до тех пор, пока кто-то из каждого дома в деревне Дуншань был готов внести свой вклад, они могли заработать несколько сотен медных монет в день без каких-либо проблем.

Был постоянный поток устриц и песчаных червей, которые быстро продавались. Юй Хай уже съел более тысячи Кэтти морепродуктов. Все эти морепродукты были доставлены в мастерские на пристани. Все служащие фабрики приправ были слугами, подписавшими смертный контракт с семьей Чжоу. Был ли это устричный соус или MSG, формулы должны храниться в секрете. Таким образом, основные сотрудники, должно быть, служили семье Чжоу в течение многих поколений. Пятьдесят человек были тщательно отобраны из прислуги для работы в мастерской, но, столкнувшись с бесконечными заказами, им все еще не хватало рабочей силы.

Очистка песчаных червей была трудоемкой работой. Таким образом, третий молодой Мастер Чжоу установил новое правило покупки: цены на очищенных устриц и песчаных червей будут в два раза выше, чем на те, которые не были очищены. Конечно, морепродукты должны быть еще свежими.

Чего больше всего не хватало жителям деревни? Это были труд и время. Хотя устрицы не были плохими, после того, как раковина была удалена, не было большой прибыли. В отличие от этого песчаные черви не теряли большого веса даже после того, как из них удаляли песок. Цена песчаного червя была дороже, чем свинины, так что, даже если бы это заняло больше времени, жители деревни были готовы.

Какое-то время у Юй Хая было больше работы, чем он мог справиться. Все очищенные и неочищенные морепродукты должны были быть отдельно взвешены и оплачены, а также должны были храниться отдельно. Семья Юй засадила весь свой двор овощами. Для того, чтобы люди, которые пришли к ним в дом, чтобы продать морепродукты, не повредили их сад, Юй Хай специально установил деревянный сарай с западной стороны забора, чтобы использовать его для покупки морепродуктов. Было слишком много работы для одного человека, поэтому он попросил Юй Хана помочь. Отец и сын были безумно заняты и с трудом справлялись со всем.

Юй Хай стал строже относиться к покупке морепродуктов с тех пор, как узнал, что его дочери принадлежит часть акций фабрики приправ. Он не принимал песчаных червей, которые не были очищены должным образом, морепродукты, которые не были свежими, а также если люди практиковали мошенничество, помещая воду внутрь песчаных червей, чтобы увеличить их вес… Хотя он оскорбил некоторых людей, которые хотели воспользоваться им, репутация Юй Хая в деревне все еще была довольно хорошей.

Куда бы госпожа Чжан ни пошла в эти дни, она всегда услышит: XX семья заработала XX сумму денег от продажи морепродуктов; XX семья смогла погасить свой долг за несколько лет от голода всего за десять дней; XX семья ничего не ела и не носила в прошлом, но теперь они могут позволить себе мясо.… Таким образом, сердце старой леди начало колебаться.

Конечно, она не могла пойти и устроить неприятности в старой резиденции. Императорский посланник теперь жил в доме старого Чжао и все три раза обедал в доме семьи Юй. С таким большим Буддой там, даже если бы мадам Чжан дали в три раза больше мужества, она все равно не осмелилась бы искать неприятностей.

Но в ее доме старик Юй и его сын должны были каждый день выходить к морю. Поэтому она сосредоточилась на Мадам Ли и Юй Хейзи. Юй Хейзи старательно бегал на пристань каждый день, но не приносил ни одной медной монеты. Если они все такие жадные, как этот ее внук, где она возьмет деньги на приданое дочери? Где она возьмет деньги, чтобы оплатить образование младшего сына?

Она не могла допустить, чтобы ее дочь, которая собиралась выйти замуж осенью, отправилась на море под солнцем и ветром. Поэтому она заставила мадам Ли и Юй Хейзи отправиться на берег моря, чтобы нарыть песчаных червей. Одна порция очищенных песчаных червей стоила пятьдесят медных монет. Поскольку мадам Ли и ее сын работают, им не составит труда заработать двести-триста медных монет в день!

Юй Хейзи не был послушным. Хотя он мог зарабатывать деньги, копая песчаных червей, он знал, что не получит ни одной монеты из заработанных денег. Так почему же он должен тратить столько усилий? После месяца физических упражнений Юй Хейзи уже не был похож на маленького и толстого Юй Хейзи из прошлого. Хотя его кожа все еще была темной, он был намного сильнее, и на нем не было так много жира. Он также стал выше, так что теперь выглядел полным сил.

Чтобы спрятаться от бабушки, он каждый день убегал, пока небо не прояснилось. Мадам Чжан не могла поймать Хейзи, который был скользким, как грязевая рыба, поэтому она строго следила за мадам Ли, заставляя ее каждый день ходить на пляж. Но с прожорливым и ленивым характером мадам Ли, как она может быть человеком, который работает? Копнув всего несколько раз, она начинала причитать к небесам, рыдая со слезами на глазах и соплями, капающими из носа.

Однако мадам Чжан не была мягкосердечным человеком. Более того, она взяла инструменты и, опустив голову, отправилась копать червей на пляже. Как она могла позволить мадам Ли расслабиться? Видя, что ее свекровь тоже работает, она не могла найти повода расслабиться, поэтому ей оставалось только смириться со своим несчастьем и немного покопаться тут и там. И теща, и невестка не имели опыта в поисках песчаных червей. Кроме того, мадам Ли была не очень надежна, так как она использовала бы любой шанс, чтобы расслабиться. За день другие люди могли выкопать около десяти Кэтти песчаных червей, но уже считалось довольно хорошо, если бы теща и невестка могли выкопать две-три Кэтти песчаных червей.

Когда госпожа Чжан увидела, что другие люди собрали больше урожая по сравнению с ними, она почувствовала себя очень несчастной в своем сердце. Вернувшись домой, она отругала мадам Ли за то, что та ничего не стоит, старого Юя-за то, что у него нет способностей, а Юй Дашаня-за то, что он ни на что не годен и даже не может контролировать свою жену… Вся семья Юй была окутана ее тенью ярости.

Юй Дашань был зажат между матерью и женой и к тому же плохо умел выражать свои чувства. Чтобы вернуть мир в семью, он брал на себя инициативу копать песчаных червей вместе с госпожой Чжан, когда отлив отступал после того, как он возвращался с моря.

В семье Юй произошло странное явление. Чем больше они работали, тем меньше получали взамен. По мнению госпожи Чжан, все это было правильно. Юй Хай был таким в прошлом, и теперь Юй Дашань тоже испытывал то же самое. Они работали больше, но и получали больше жалоб!

Госпожа Ли не была похожа на Госпожу Лю, которая была готова безропотно переносить трудности и смотреть, как все с трудом заработанные деньги, заработанные ею и ее мужем, уходят в карман ее свекрови. Было бы прекрасно, если бы деньги пошли на них. Теперь они зарабатывали по меньшей мере несколько сотен медных монет, ловя рыбу и собирая морепродукты в море, что должно было составлять от трех до пяти таэлей серебра в месяц. Тем не менее, они все еще ели темные лепешки, из низкосортного зерна и вареные овощи без масла.

Госпожа Ли вскоре стала недовольна этой ситуацией. Она посмотрела на страдающего мужа и коснулась своего большого загорелого лица. Она пожаловалась Юй Дашаню, который стоял за ней: “отец Хейзи, мы работали до смерти, но ни одна из заработанных нами монет не тратится на нас! Все потрачено на Хейзи и Сяобо! Какой смысл нам делать всю эту тяжелую работу?”

У Юй Дашаня не осталось сил, когда он лежал на кровати Кан. Его глаза были полузакрыты, и казалось, что он вот-вот заснет. Он был честным человеком, поэтому тихим приглушенным голосом ответил: - Разве моя младшая сестра не собирается замуж? Состояние семьи моего будущего шурина не так уж плохо, так что если приданое будет слишком неприглядным, то после замужества с ней будут плохо обращаться. Мой третий брат должен сдавать экзамены в течение этих двух лет, поэтому он не может задерживаться в учебе…

Мадам Ли так рассердилась, что ущипнула его за руку и сказала: “Хорошо, что ты думаешь только о своих младших братьях и сестрах. Но ты думал о нашем ребенке? В этом году Хейзи исполняется четырнадцать, и ему пора начинать подыскивать себе подходящую жену. Однако твоя мать вообще об этом не упоминала! Она даже хочет, чтобы Хейзи отдавал ей деньги, которые он заработал! Как их старший брат, ты зарабатываешь деньги, чтобы растить своих младших братьев и сестер, но племяннику нет смысла зарабатывать деньги, чтобы содержать их!”

Юй Дашань потер руку, которую ущипнули, и обернулся: “Хейзи еще молод! Еще не поздно начать поиски жены в следующем году. Кроме того, когда Хейзи выйдет женится, подарки на помолвку будут сняты с публичного счета. Не беспокойся об этом! Ложись спать, мне все равно завтра рано утром надо идти на море!”

У мадам Ли было множество мыслей на уме, так как же она могла заснуть? - Я ничего не скажу о твоем брате, потому что ему приходится заниматься каждый день. Но у твоей младшей сестры есть руки и ноги, так почему же она не может работать? Твоя мать обращается с ней как с благородной молодой леди! Когда она войдет в дом своего мужа, она не будет знать, что делать. Будет удивительно, если ее не будут избивать!

Юй Дашань не мог заснуть от шума, поэтому его тон был не очень хорошим, когда он сказал: “Ты не знаешь, как сделать многое, но тебя кто-нибудь бил?”

- Как ты смеешь?! У меня есть несколько братьев, которые всегда поддержат меня. На протяжении многих лет моя материнская семья долго содержала нашу семью. С той едой, которую мы едим дома, было чудом, что мы не умерли с голоду. Как, по-твоему, мы могли оставаться такими пухлыми и здоровыми? - Когда мадам Ли говорила о своей материнской семье, ее талия и спина выпрямлялись.

Юй Дашань посмотрел на жир, который скопился на ее теле, и фыркнул: “я не думаю, что будет плохо для тебя, если ты немного похудеешь! Посмотри на нашего сына, Хейзи. После того, как он похудел, он все больше и больше стал походить на меня, как настоящий мужчина!”

Мадам Ли потрогала жир на талии (Примечание автора: где талия? У тебя есть талия?) и вздохнула. - Глядя на это сейчас, мне кажется, что это была неплохая идея для второй ветви-съехать. Посмотри, как они живут! Я слышала, что они зарабатывают по меньшей мере несколько сотен медных монет в день, просто помогая владельцу ресторана Чжэньсю покупать морепродукты! Если бы наша семья тоже переехала в то время…

- Даже не думай об этом! Мама не разрешает нам переезжать! Ты просто не знаешь всю ситуацию семьи моего брата; они были изгнаны и брошены. Второй брат смог вынести это из-за своей судьбы… Он просто счастливчик!

Настроение Юй Дашаня было очень сложным, когда он думал о своем младшем сводном брате, который был всего на несколько месяцев моложе его. Способности Юй Хая делали его посредственным. Он также очень много работал, но никогда не мог догнать Юй Хая.

В какой-то момент, когда Юй Хай был ранен и врач сказал, что Юй Хай не выживет после травмы, он почувствовал облегчение на какое-то время. Он думал, что груз с его плеч, наконец-то упадет.

Глава 163 - помощник

Однако второй сын все еще выдерживал эту тяжелую ситуацию. Семья второго сына теперь жила более комфортно, чем до того, как они отделились от основной ветви. Это снова вывело его из равновесия.

Особенно в начале весны, когда они выходили в море, количество рыбы, которую он ловил, было меньше, чем у Юй Хая. Сумма, которую он заработал, была намного меньше, по крайней мере, половина того, что Юй Хай заработал раньше. Его мать всегда жаловалась, что у него нет способностей и что он даже не может сравниться и на половину с Юй Хаем. Эти железные факты заставили его осознать пропасть между собой и Юй Хаем. Валун, который он положил на некоторое время, снова прижался к его сердцу.

Рано утром он отправлялся на рыбалку, а днем собирал в море морепродукты. Иногда он выходил посреди ночи на раскопки песчаных червей. Он работал не покладая рук, чтобы доказать своей семье, что он не хуже Юй Хая.

Однако реальность все еще заставляла его чувствовать себя подавленным. Он работал без устали, не отдыхая ни минуты, но зарабатывал всего двести-триста медных монет в день. Юй Хаю не нужно было выходить в море или копаться в песке, но он мог зарабатывать в два-три раза больше… Если бы Юй Дашань умел читать, у него наверняка возникло бы чувство: "всегда есть кто-то лучше тебя".

Юй Хай, который не знал, что старший брат завидует ему и ненавидит его, в настоящее время с тревогой обсуждал некоторые вопросы со своей семьей. Они обсуждали, следует ли ему поручить закупку морепродуктов кому-то другому.

Фан Цзычжэнь похлопал Юй Хая по плечу. Громким и ясным голосом он сказал: - Если ты хочешь это сделать, то делай. Если ты не хочешь этого делать, то попроси кого-нибудь другого. Что в этом сложного?

Настроение Юй Хая в настоящее время было очень сложным. У семьи было много предприятий только благодаря усилиям его младшей дочери. Он был лишь вспомогательной ролью во всех ее усилиях. Он позволил ребенку младше десяти лет каждый день усердно работать, чтобы обеспечить семью. Как отец, он чувствовал себя виноватым и огорченным.

По счастливой случайности ресторан "Чжэньсю" дал ему возможность увеличить доход семьи. Даже если он был занят, огорчен и устал, в душе он был счастлив. Тем не менее, три Му арбуза в полях были близки к созреванию. Чтобы ухаживать за арбузами, собирать урожай или продавать их, он не сможет покинуть поля. Поэтому он изо всех сил пытался решить, следует ли ему продолжать работу по закупке морепродуктов или заняться всеми делами, касающимися арбузных полей.

Когда Юй Хай услышал это, он горько улыбнулся и сказал: “брат Минчжэ, тебе легко так говорить, но я зарабатываю на этом три таэля серебра всего за один день. За один месяц я могу заработать 100 таэлей серебра, так как же я могу просто выбросить его? Тем не менее, нам нужны люди, чтобы ухаживать за арбузными полями прямо сейчас...”

Юй Сяокао наконец-то поняла, почему в последние несколько дней ее отец хмурился. Она тихо рассмеялась и сказала: “Отец, арбузные поля и покупка морепродуктов не будут сталкиваться друг с другом. Я знаю, что ты чувствуешь, что нам нужно больше людей, чтобы работать дома, но ты не можешь сбалансировать обе работы одновременно. У меня есть идея!”

После первого полугодия Юй Хай почувствовал совершенно новый уровень уважения к своей младшей дочери. Он никогда не осмеливался обращаться с ней как с ребенком. Юй Хай был полон надежды, когда сказал: “Цаоэр, скажи мне, какая у тебя идея?”

Сяокао организовала свои выступления, и, подумав об этом, она сказала: “арбузы нашей семьи скоро созреют, поэтому нам действительно нужен кто-то, кто будет заботиться о них. Хотя утром все в порядке, арбузные поля определенно нуждаются в том, чтобы кто-то ухаживал за ними и ночью. Я не думаю, что кто-то еще так квалифицирован, как ты, чтобы ухаживать за арбузами!”

Фан Цзычжэнь причмокнул губами, давая понять о своем существовании, и сказал: “это просто уход за арбузами! Я могу позвать Ли Ли или Ву Юня, чтобы они присмотрели за арбузами, разве это не решит все?”

Юй Сяокао мило улыбнулась своему крестному и сказала: “Крестный, оба старших брата уже очень заняты на причале. Как я могу беспокоить их своими семейными делами? Кроме того, требуется не один-два дня, чтобы следить за арбузами и продавать их. Твоя идея не сработает!”

Фан Цзычжэнь свирепо посмотрел на нее и сказал: “они должны иметь честь решать личные дела этого старика. В прошлом эти два молодых рекрута были спасены мной от массы мертвых людей.”

- Крестный отец, я знаю, что ты удивительный. Однако мы не должны принуждать их делать что-то в обмен на твою доброту. Даже если брат Ли и брат Ву возьмут на себя инициативу прийти сюда и помочь мне, я все равно не соглашусь! - Юй Сяокао определенно не хотела, чтобы ее крестный страдал от критики других людей.

Фан Цзычжэнь тоже знал об этом, и его очень тронула ее забота. Это было благословение-иметь такую дочь, как она.

Юй Хай хотел что-то сказать, но остановился. Юй Сяокао сказала своему биологическому отцу: “я знаю, что мой старший брат не сможет сам справиться с покупкой морепродуктов.”

Юй Хан открыл было рот, но неохотно закрыл. То, что сказала его младшая сестра, было чистой правдой. Ему было всего одиннадцать лет. Кроме того, проблема заключалась в том, что люди в деревне могли не доверять ему, так как он также должен был взвешивать товары и собирать деньги, когда дело доходило до покупки морепродуктов. Кроме того, ему нужно было бы поместить собранные вещи в правильные места. Это определенно не была работа одного человека.

Юй Сяокао бросила на него успокаивающий взгляд и продолжила: “есть больше работы, чем мы можем справиться, но мы можем нанять кого-то, чтобы помочь нам! Сейчас не сезон сбора урожая, так что у жителей деревни есть много свободного времени! Мы можем найти кого-то надежного, чтобы помочь отцу делать его работу. Мы не заставим его работать бесплатно. Если он поработает день, то мы заплатим ему дневную зарплату.”

- Ты хочешь нанять кого-нибудь для работы на нас? Однако мы все сельские жители, так что это может быть неуместно... - Юй Хай чувствовал, что нанять кого-то, чтобы помочь ему сделать его работу, сделает его таким же, как те богатые старые землевладельцы, эксплуатирующие бедных фермеров. Это было совсем нехорошо!

- Отец, почему это неуместно? Это то же самое, как когда мы нанимаем людей для строительства нашего дома. Кормить кого-то за то, что он тебе помогает, - это все равно что давать кому-то зарплату! К тому же мы не заставляем его работать бесплатно. - Юй Сяокао была очень озадачена реакцией отца.

Юй Хай подумал об этом, и рассуждения Сяокао, казалось, имели смысл. Он нерешительно ответил: - Как ты думаешь, кого мы должны нанять? Сколько мы должны платить ему в день?

- Этот человек должен иметь хороший и честный характер, а также быть устойчивым и способным! - сказала Юй Сяокао с улыбкой. У нее уже был на примете кандидат.

Юй Хан поджал губы. Он ничего не сказал на протяжении всего разговора, но теперь, наконец, заговорил: “Я думаю, что третий дядя-подходящий кандидат для этой работы. Когда наша семья была занята, он всегда приходил помочь. Мы все знаем о его честности и добром характере! Отец, если ты все еще чувствуешь себя виноватым, ты можешь просто заплатить третьему дяде немного больше денег!”

Юй Хай задумался. Его младший двоюродный брат Юй Цзян обладал гибким умом и был большим другом семьи. Он действительно был хорошим кандидатом на эту должность, поэтому кивнул в знак согласия.

На следующий день было солнечно. Солнце тепло светило на их тела. Ранним утром Юй Хай отправился в дом своего дяди и сказал его семье, что надеется, что Юй Цзян сможет ему помочь. Он немного смутился, когда коротко упомянул, что собирается заплатить ему.

Старший дядя Юй Хая, Юй Личунь, поначалу был очень зол. Он чувствовал, что, поскольку они были родственниками, это повредило бы их отношениям, если бы одна сторона заплатила другой стороне просто за помощь. Юй Цзян также неоднократно подчеркивал, что пойдет им помогать, но денег за работу не возьмет.

Сердце Юй Хая было очень тронуто им. Он получил семейную любовь, которой не хватало дома, от семьи его старшего дяди. Он выдержал проповедь дяди и терпеливо все объяснил.

- Старший дядя, я не приглашаю маленького Цзяна помочь нам на день или два. Я планирую работать с ним долгое время. Позвольте мне сказать вам правду: я получаю 10% прибыли, помогая ресторану Чжэньсю покупать морепродукты. Как я могу заставить своего младшего брата работать бесплатно, в то время как сам получаю деньги? Не сердись пока, дай мне сначала закончить объяснения! Фабрика приправ ресторана Чжэньсю нуждается в длительных поставках морепродуктов. Наличие одного человека из каждой семьи, работающего над ним, можно рассматривать как две семьи, сотрудничающие вместе для ведения бизнеса. Я также пользуюсь вашей семьей, потому что наш Сяоша все еще наполовину ребенок…”

Юй Цзян думал, что это была осуществимая идея для двух семей сотрудничать вместе, чтобы вести бизнес, потому что семья его двоюродного брата не могла справиться со всей работой, которая у них была. Услышав это, он быстро помог Юй Хану добиться справедливости и сказал: “старший кузен, хотя Юй Хан молод, он может выполнять работу взрослого. Даже если Юй Хан не использовал счеты, ни один из бухгалтеров в городе не может превзойти Юй Хана, когда дело доходит до расчета счетов!”

Конечно, Сяокао уже научила своих братьев и сестер таблицам умножения, поэтому им было нетрудно вычислять с помощью головы.

Юй Личунь, наконец, согласился после того, как Юй Хай искренне повторил свою просьбу. Однако, несмотря ни на что, он не согласился с Юй Хаем о разделении заработка поровну между двумя семьями. Юй Личунь в глубине души понимал, что Юй Хай смог получить выгодную работу благодаря своей дружбе с рестораном Чжэньсю.

В конце концов они договорились о разделении на 40-60%. Юй Цзян должен был получать сорок процентов дохода, а Юй Хай-шестьдесят. Юй Хай чувствовал себя очень неловко из-за этого, так как ему казалось, что он воспользовался семьей своего дяди.

Юй Цзян появился рано утром. Это совпало с сегодняшним отливом, который был ранним утром. Жители деревни уже приходили продавать устриц и необработанных песчаных червей. Юй Цзян уже несколько раз помогал ему, так что он смог справиться с ними очень быстро.

Он отвечал за взвешивание и размещение морепродуктов, которые они покупали, в то время как Юй Хан отвечал за бухгалтерию и оплату счетов. Юй Хан следовал за своим младшим братом в течение нескольких месяцев, учась читать и писать иероглифы. Теперь он мог читать и писать большинство часто употребляемых слов. Эти двое очень хорошо работали вместе.

Семья Юй Хая всегда покупала морепродукты честно; они никогда не давали людям меньше за то, что их морепродукты стоили. Они также не были похожи на людей, ответственных в других деревнях, где они снижали закупочную цену морепродуктов. Поэтому не только жители деревни Дуншань продавали им рыбу, но и некоторые рыбаки в нескольких близлежащих деревнях.

В результате количество морепродуктов, которые покупала семья Юй, неуклонно росло с каждым днем. Хотя это была тяжелая работа, их доходы значительно выросли. Ночью, когда они подсчитывали свои доходы, Юй Цзян с удивлением обнаружил, что заработал от одного до двух таэлей серебра. Труд трудоспособного человека в городе стоил всего десять или около того медных монет.

Ему не приходилось выполнять никакой тяжелой работы, и, когда людей становилось меньше, он мог немного отдохнуть. Однако за один день ему удалось заработать не один Таэль серебра… Юй Цзяна это не убедило, и он даже заподозрил, что кузен дал ему больше денег.

Юй Хан объяснил ему счета, и Юй Цзян не мог не потерять дар речи. Он думал, что заработает немного денег, помогая кузену в его бизнесе. Но кто бы мог подумать, что он сможет заработать сорок-пятьдесят таэлей серебра за месяц? Это было то, о чем он никогда не осмеливался думать раньше!

У него не было квалифицированного ремесла, поэтому, если бы он работал круглый год, выполняя неквалифицированную работу, он мог бы заработать пять-шесть таэлей серебра в год, если бы работал без устали. Это уже считалось немалой суммой. Теперь ему не нужно было делать никакой тяжелой работы, и он мог зарабатывать от сорока до пятидесяти таэлей серебра в месяц, выполняя легкую работу. Он мог бы заработать пятьсот-шестьсот таэлей серебра в год. Юй Цзян внезапно почувствовал головокружение, как будто он был во сне.

По дороге домой Юй Цзян крепко держал в руке осколки серебра, которые в сумме составляли один Таэль и триста медных монет. Кожа на его ладони покрылась красными пятнами от того, что он слишком сильно сжимал деньги. Юй Личунь ухаживал за огородом, и его старший брат Юй Си, коловший дрова, заметил его беспокойный вид. Они прекратили свои занятия и посмотрели на него с беспокойством.

- Что случилось? Разве ты не пошел помогать своему второму брату? Почему ты вернулся так рано? Ты себя плохо чувствуешь? - Юй Личунь хотел дотронуться до его ладони, но понял, что рука Юй Цзяна сжата в кулак.

Юй Цзян наконец пришел в себя и в волнении растопырил кулак, показывая серебряные монеты внутри.

Глава 164 - капитуляция

В семье старшего дяди Юй Хая не было никого, кто умел бы ловить рыбу, поэтому они полагались на песчаную землю стоимостью около пяти му, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Юй Си и Юй Цзян также время от времени отправлялись в город, чтобы найти работу, или в доки, чтобы перевезти груз. Обстоятельства их семьи были не очень хорошими. Ранее этим утром Юй Цзян ушел из дома с пустыми руками, но вернулся с большим количеством таэлей в руках...

Юй Личунь и Юй Си ошеломленно посмотрели на него. Очевидно, они ждали от него объяснений.

Юй Цзян несколько эмоционально пробормотал: “Это от сегодняшней сделки по закупке морепродуктов…”

- Ах ты, сволочь! - Юй Личунь был немного ошеломлен, прежде чем разразился яростью. Его борода поднялась в воздух, когда он прорычал: “разве мы не договаривались, что возьмем только сорок процентов дохода? Ты... ты забрал все деньги, которые заработал твой старший брат? Быстро отдай их обратно!”

Юй Си также неодобрительно посмотрел на своего младшего брата: “младший брат, я не ругаю тебя! Но когда Дахай дал тебе деньги, ты просто взял их?”

- Нет, нет! - В присутствии отца и старшего брата Юй Цзян не знал, что сказать, и чувствовал себя немного подавленным. Он сделал все возможное, чтобы объяснить, что произошло: “эти деньги составляют сорок процентов от того, что было заработано сегодня, я даже посмотрел в бухгалтерскую книгу!” Однако он упустил из виду, что не совсем понимает, что написано в книге!

Юй Личунь и Юй Си все еще не совсем верили ему и спросили: “Так ты говоришь нам, что сегодня, за один день, они заработали почти четыре таэля? Это же невозможно, верно? Как может покупка собранных морепродуктов быть настолько прибыльной?”

Юй Цзян проанализировал для них ситуацию: “ресторан Чжэньсю установил цену за труд второго брата и его семьи. Ты знаешь, сколько морепродуктов они сегодня съели? Более тысячи Кэтти, ах! В среднем один Кэтти-это около тридцати медных монет, так что тысяча Кэтти-это около тридцати-сорока таэлей? За работу наших двух семей мы получали от трех до четырех таэлей в качестве платы, так что взять хотя бы один Таэль домой не проблема!”

После того, как он услышал, как его сын все просчитал, Юй Личунь, наконец, убедился. Деньги, которые заработал сегодня его сын, равнялись сумме, которую вся семья зарабатывала за месяц временной работы. Когда он начал думать об общем доходе, который его сын мог бы получить за месяц, а затем за год, у него сразу закружилась голова. Если бы они продолжили с этим и заработали денег на целый год, они могли бы купить больше десяти му или даже купить хороший дом в городе. Еще несколько лет работы-и его семья станет одной из самых богатых в деревне Дуншань.

Юй Личунь с трудом проглотил слюну и дрожащим голосом произнес: “Цзян'Эр, в будущем ты обязательно должен помнить о благожелательности своего брата Дахая. Если бы не он, то наша семья и мечтать не могла бы о том, чтобы заработать столько денег за один день. Ты должен много работать для него!”

- Отец! Верь в меня!! Мой старший кузен, по сути, мой биологический второй брат. Сяокао и дети теперь мои чистокровные племянницы и племянники! - В прошлом, когда не было ничего, что можно было бы дать взамен, Юй Цзян мог помочь семье Юй Хая, когда у них возникали трудности. Теперь это стало само собой разумеющимся, так как они сотрудничали вместе в бизнесе!

Юй Личунь внезапно нахмурился и заметил: “помни, ты абсолютно не можешь рассказывать всем об этой новости! Это создаст проблемы для семьи Дахая!”

Юй Цзян также понял, что второй брат попросил его помочь с этим сногсшибательным делом, а не Дашань и других. Это означало, что Дахай явно доверял ему. Он абсолютно не мог причинить неприятности семье второго брата!

Сяокао понятия не имела, что только что произошло в доме старшего дедушки. Она подняла свое маленькое ведерко, в котором было ее эксклюзивное "удобрение". Юй Хай стоял позади нее с двумя ведрами воды на шесте. Время от времени он напоминал ей, чтобы она была осторожна.

После того, как они закончили поливать поля, Юй Сяокао обошла арбузные поля. По подсказке маленького божественного камня она обнаружила, что там уже созрели два арбуза. Эти два арбуза были большими и круглыми, и каждый весил около двадцати Кэтти. Их внешняя оболочка была яркой зелено-голубой и выглядела такой свежей, что из них можно было выжать воду.

- Отец! Эти два арбуза уже созрели. Давай сорвем их и принесем домой, чтобы попробовать! - Юй Сяокао сняла одну лозу и взяла ее в руки. Она заковыляла по земле. Когда Юй Хай увидел, что его дочь борется, он поспешно подошел большими шагами и взял арбуз из рук дочери.

Два арбуза, которые весили не больше сорока Кэтти, считались для Юй Хая маленькими. Он взял по одному под мышку и понес их к краю поля. Затем он тихо обратился к Сяокао: “сначала я отправлю тебя домой, а потом вернусь, чтобы построить арбузный сарай.”

Арбузы, для жителей деревни Дуншань и других соседних деревень, считались очень редкими и странными предметами. Когда они впервые посадили их, они привлекли кучу любопытных людей, которые пришли посмотреть. Теперь, когда арбузы в поле начали созревать, кто-то должен был за ними присматривать. Юй Хай уже нарубил немного бамбука, готовясь построить арбузный сарай.

- Отец, делай то, что должен! Через минуту крестный вернется, и я попрошу его помочь нам вернуть их! - Юй Сяокао наблюдала со стороны, как ее отец быстро строит сарай. Время от времени она помогала с какими-нибудь мелкими делами и предлагала кое-какие предложения. К полудню уже можно было различить очертания сарая.

Конечно же, предсказание Сяокао сбылось. Закончив кое-какие дела в доках, Фан Цзычжэнь помчался домой верхом. Когда он узнал, что его приемная дочь помогает строить деревянную хижину на дынных полях, он почувствовал себя плохо: "маленькую девочку нужно баловать, как она может выполнять такую тяжелую работу? Это не нормально, мне нужно пойти туда сейчас, чтобы помочь!"

С добавлением еще одного сильного человека дынная хижина, строительство которой заняло бы два дня, была закончена менее чем за день. Юй Сяоцао также велела двум своим отцам соорудить бамбуковую кровать в сарае, так как боялась, что отец может замерзнуть, наблюдая за арбузными полями.

В тот вечер маленький Шито вернулся в свой выходной день, и вся семья собралась, чтобы поужинать. Они приготовились разделить между собой первые спелые арбузы.

В то время арбузы не были обычным урожаем. Этот фрукт был не только редкостью для семьи Юй, но даже в столице Фан Цзычжэнь тоже редко ел арбуз.

- Сяоша, отправь второй арбуз своему деду. Пусть твой дед тоже попробует! - Юй Хай увидел, что разрезанный арбуз имеет ярко-красную мякоть. Ярко-красный сок потек по ножу, и в нос ему ударил сладкий запах. Когда он был счастлив, он также думал о своем престарелом отце и надеялся, что тоже сможет попробовать это.

Юй Хан слегка нахмурился и тихо ответил: “Если моя бабушка считает, что это вкусно и хочет, чтобы мы присылали их каждый день, должны ли мы уступить ей или нет?”

Технически, Юй Хай мог посылать им арбуз каждый день. Однако он уже слышал, как Фан Цзычжэнь упоминал о ценах на арбузы в столице. Они были даже дороже мяса! С другой стороны, один арбуз может стоить пару сотен медяков. Если они присылали по одному арбузу каждый день, то какой смысл их семье выращивать арбуз? Неужели они все еще планируют зарабатывать деньги?

Возбуждение в глазах Юй Хая мгновенно померкло, и он медленно сел на табурет. Он глубоко вздохнул. Первоначально счастливая атмосфера также испарилась при упоминании главной ветви.

Юй Сяокао не хотела, чтобы ее отец выглядел таким смущенным, и встала. Ее чистый голос нарушил тишину: - Я пойду доставлю арбуз дедушке?

- Нет! Что, если твоя бабушка снова на тебя нападет? На самом деле, даже если мы ничего не пошлем, все в порядке. Завтра мы пригласим твоего дедушку, и он тоже будет работать! - Юй Хай боялся, что его дочь может получить травму, поэтому он немедленно изменил свои планы.

- Все в порядке! С дедушкой рядом у моей бабушки не хватило бы духу сделать многое! Тем не менее, она должна быть счастлива, как моллюск, когда видит, что я посылаю ей арбуз. Как она могла пытаться усложнить мне жизнь? - Когда Юй Сяокао пришла в голову какая-то идея, было очень трудно убедить ее сделать что-то еще.

Фан Цзычжэнь быстро встал и наклонился, чтобы схватить другой большой арбуз: “дочь, арбуз тяжелый. Я помогу тебе донести его. Чем быстрее мы туда доберемся, тем быстрее вернемся. Вы все можете подождать, пока мы вернемся, а потом поедим!”

Юй Сяокао знала, что ее крестный боится, что главная ветвь будет издеваться над ней, поэтому он пошел с ней в качестве поддержки! Она была тронута его добротой и, естественно, позволила ему пойти с ней.

Как и ожидалось, когда они добрались туда, мадам Чжан обнаружила, что арбуз-очень дорогой фрукт. Она не только не была благодарна, но и намекала, что они привезли слишком мало. Старый Юй долго смотрел на нее, и только тогда она успокоилась. Кроме того, там был и Фан Цзычжэнь, так что мадам Чжан не осмелилась закатить истерику.

Когда они уходили, Юй Цайди проводила их до ворот. - Сяокао, у моей матери просто такой характер, так что не принимай это на свой счет. Пожалуйста, поблагодари за меня моего второго брата и вторую невестку. Спасибо вам за то, что вы думаете о нас всякий раз, когда получаете что-то хорошее.

До того, как они расстались с семьей, эта ее младшая тетя, вероятно, была единственной в семье, кроме старого Юя, у кого были добрые намерения по отношению к ним. Хотя у ее младшей тети был слабый характер и она была несколько брезглива, Юй Сяокао все еще имела о ней хорошее впечатление.

Она потянула Юй Цайди за руку и тихо сказала: “младшая тетя, я слышала, что дата вашей свадьбы уже назначена. Поздравляю. Когда настанет подходящий момент, мы с мамой приедем и добавим тебе приданого.”

Юй Цайди покраснела и слегка похлопала Сяокао по руке, прежде чем тихо ответить: “пожалуйста, поблагодари от меня моего второго брата и вторую невестку…” Закончив, она смущенно повернулась и убежала обратно.

- Твоя младшая тетя очень похожа на многих благородных молодых девушек в столице, - заметил Фан Цзычжэнь. Она слишком застенчива и легко смущается. Ее характер не такой хороший, как у моей дочери, уверенный и спокойный. Это действительно хорошо сочетается с моей личностью!”

Юй Сяокао потянула за рукав своей официальной формы и ухмыльнулась, пока ее глаза не превратились в маленькие полумесяцы: “Крестный отец, ты думаешь, что все, что делает твоя дочь, хорошо! Возможно, в глазах других людей они думают, что я совсем не похожа на маленькую девочку!”

- А кто сказал, что моя дочь плохая? Смотри, как я буду бить их, пока у них не выпадут все зубы! - Фан Цзычжэнь сжал гигантский кулак и яростно замахал им.

Они вдвоем весело болтали, входя в старую резиденцию, когда внезапно увидели, что во дворе еще два человека. Приглядевшись, они поняли, что это был Ван Эргоу с женой.

Жена Эргоу в это время дергала мужа за ухо, и на ее лице было извиняющееся выражение. Она сказала: “второй брат Юй, мне очень жаль! Эргоу'Зи сорвал арбуз с твоего поля, не спросив разрешения, скажи мне, сколько это стоит, мы купим это.”

Поскольку их поля были близко друг к другу, госпожа Лю в прошлом общалась с женой Эргоу и имела о ней хорошее впечатление. Она ответила: “Мы односельчане и соседи. Если вы хотите съесть немного арбуза, просто скажите нам, не нужно упоминать о деньгах!”

Жена Эргоу решительно покачала головой: “жена Юй Хая, даже если бы ты не сказала мне, я бы знала, что этот арбуз-редкий фрукт. Это абсолютно очень дорого! Эргоу'Зи, как ты мог? Я столько раз тебя предупреждала! Если наша семья бедна, то мы должны быть честными! Разве ты не обещал мне, что теперь будешь честным человеком? Как ты мог вернуться к своим старым, гнилым привычкам? Ты... ты действительно слишком сильно разочаровываешь меня!”

Когда Ван Эргоу увидел, что его жена так рассердилась, что из глаз полились слезы, он сразу же запаниковал. Он постоянно извинялся: “жена, я знаю, что был неправ! Это в последний раз, я точно не буду делать этого снова!”

- Сколько раз ты говорил мне: "это в последний раз", а? Я была глупа, когда поверила, что ты можешь изменить свои привычки! Теперь я ясно вижу, что собака никогда не может изменить своего желания есть какашки! Завтра я возвращаюсь в родительский дом. Я бы предпочла, чтобы у моего ребенка не было отца, чем отец, который бездельничает и крадет чужие вещи. Отец, который заставит моего ребенка стыдиться поднять голову в этом мире! - Жена Эргоу с выражением полного отчаяния на лице оттолкнула его руку.

Глава 165 - измениться

- Жена, жена! На этот раз я действительно изменюсь! - Когда Ван Эргоу увидел, что его жена приняла решение, он чуть не упал на колени. - Я сделал это только потому, что заметил, что ты выглядишь усталой из-за беременности и у тебя нет аппетита, верно? Так что, я хотел сорвать этот арбуз и дать его тебе…

Слабая искорка появилась в мертвых глазах жены Эргоу, и она сердито прорычала: - Неужели ты думаешь, что я смогу съесть арбуз, который ты украл?!

- Я был неправ, на этот раз я действительно поступил неправильно. Жена, пожалуйста, прости меня в последний раз! - Эргоу видел, что жена по-прежнему не прочь от него уйти, и поэтому принес ей свои извинения в надежде, что она поймет его причины. Теперь он действительно сожалел о своем поступке!

Жена Эргоу пару раз шмыгнула носом и сказала: - Не то чтобы я что-то потеряла. Ты действительно должен извиниться перед Вторым братом Юй! В этом году дождей было немного, поэтому эти два ребенка, Сяоша и Сяокао, таскали воду в поля, чтобы поливать их. Ты должен знать, как это тяжело, ты видел это своими собственными глазами. Ты действительно должен извиниться перед этими двумя детьми! Как ты думаешь, почему семья Второго брата Юй решила сажать арбузы? Люди, перед которыми ты должен извиняться, - это они, а не я!

- Да, да, да! Не сердись, жена. Я извинюсь, я извинюсь прямо сейчас! - Ван Эргоу немедленно превратился в раба своей жены. Если бы его жена сказала ехать на восток, он бы ни за что не поехал на запад.

Ван Эргоу опустил голову и виновато посмотрел на семью Юй. Он тихо, но честно сказал: “второй брат Юй, мне так жаль! Брат, я запутался и украл арбуз твоей семьи... Я готов компенсировать вам, ребята, этот арбуз. Пожалуйста, простите меня…”

Юй Хай подошел и хлопнул его по плечу: “Я понимаю твои чувства! Когда твоя вторая невестка была беременна Сяошей, у нее тоже не было хорошего аппетита. В то время я вышел из дома поздно ночью, чтобы пойти поохотиться в горах, чтобы приготовить твоей второй невестке немного куриного бульона. Мужчина, который умеет хорошо обращаться со своей женой, - настоящий мужчина!! Однако в будущем, если твоя жена захочет съесть арбуз, крикни нам и больше не обижай чувства своей жены. Иди и утешь свою жену. Кланяться перед женой не стыдно!”

Юй Сяокао не удержалась и расхохоталась. Любовь ее отца к жене ясно читалась в его словах. Очевидно, ему суждено было стать подкаблучником.

- Ты вернулась, Цаоэр? Твоя бабушка причинила тебе дискомфорт? - Когда Юй Хай услышал хихиканье дочери, его лицо вспыхнуло, но он все равно заботливо спросил ее о поездке.

Смех Фан Цзычжэня был еще более заметен, когда он ответил: “Кто осмелится иметь мужество запугивать нашу дочь? Однако, брат, я никогда бы не подумал, что ты так хорошо относишься к своей жене. То, что ты сказал, было правильно! Хорошо обращаться с женой совсем не стыдно!” Вах! Вот еще один парень, который баловал свою жену!

Сяокао без конца хихикала. Фан Цзычжэнь смутился от ее смеха и легонько постучал ее кулаком по голове, но потом нежно потер ту часть, которую ударил рукой.

Сяокао обратилась к паре Ван Эргоу: “В будущем, если вы хотите съесть арбуз, приходите и найдите меня! Этот арбуз еще не созрел, так что он не сладкий! Пойдемте, попробуем наш спелый арбуз!”

Ван Эргоу почувствовал сладкий запах арбуза с того места, где он стоял, и украдкой проглотил скопившуюся во рту слюну. - Мне не нужно ничего! Дайте моей жене попробовать два кусочка! - Несчастного Ван Эргоу только что снова ущипнула жена.

Юй Сяокао взяла два куска уже нарезанного арбуза и дала ему. - Дядя Эргоу, арбуз беременным женщинам нельзя есть слишком много. Если они это сделают, у них может случиться выкидыш!”

Услышав ее предостережение, Ван Эргоу мгновенно побледнел. Он едва не причинил вред собственной жене; он действительно был слишком глуп! Он еще раз торжественно извинился перед всеми членами семьи Юй и пообещал, что никогда больше не прикоснется к их арбузным полям!

- Дядя Эргоу! Арбузы нашей семьи скоро созреют. У вас есть какой-нибудь интерес взять их, чтобы продать в городе или в доках? - Юй Сяокао немного подумала и поняла, что ее семье не хватает рабочих рук. С ее обманом, мистической каменной водой, их арбузные поля имели бы абсолютно большой доход. Это был их первый год в попытке продать арбуз, поэтому она не была уверена, как все пойдет. Они не могли позволить спелым арбузам просто гнить на полях, верно?

- А? Милая племянница, что ты хочешь этим сказать? - Ван Эргоу почувствовал внутри легкое возбуждение. Его глаза заблестели, когда он посмотрел на Юй Сяокао.

Юй Сяокао сладко улыбнулась ему: “Мы продадим вам эти арбузы ниже рыночной цены, чтобы вы могли продать их по рыночной цене в городе. Таким образом, вы можете сохранить разницу.”

В глазах Ван Эргоу появилось возбужденное, но в то же время эмоциональное выражение. Он немного поколебался, прежде чем признался: “Племянница ах, ты также знаешь, каковы обстоятельства моей семьи, я боюсь, что у нас сейчас нет достаточно денег, чтобы купить их…”

- Ничего страшного, в первый раз вы можете просто взять арбузы у моей семьи, а потом оплатить счет после того, как продадите их. - У Ван Эргоу определенно не хватило бы денег, чтобы заплатить за целую тележку арбузов. Юй Сяокао тоже думала об этой проблеме.

Губы Ван Эргоу задрожали, когда он тихо ответил: “Ты...ты доверяешь мне?”

- Почему бы мне не доверять вам? Мой отец говорил раньше, что любой мужчина, который хорошо относится к своей жене, не может быть плохим человеком! - Юй Сяокао поддразнивающе подмигнула ему: “Как говорится, доверяю я вам или нет, не имеет значения, но как я могу не доверять тете Ван, а?”

Глаза жены Эргоу наполнились слезами, когда она снова и снова выражала свою благодарность. Никто не знал, как ей было тяжело после того, как она вышла замуж. Она потратила много энергии, приказывая своему праздному мужу, но остальные домочадцы также требовали ее присутствия. Все говорили, что она компетентна и способна. Однако если бы у нее был муж, на которого она могла бы опереться, неужели ей пришлось бы так много работать изо дня в день?

- Эргоу! На этот раз ты должен хорошо выполнить свою работу! Семья Второго Брата Юй доверяет нам и заботится о нас, так что ты абсолютно не можешь их подвести! Если ты расслабишься на этот раз, то я обязательно это сделаю…

Ван Эргоу поспешно схватил жену за руку и пообещал: “Жена, верь в меня!! Я, Ван Эргоу, сделаю все, что в моих силах, и не подведу тебя, иначе я больше не буду носить фамилию Ван!! И у ребенка тоже будет твоя фамилия!!”

Ван Эргоу потерял обоих родителей и был их единственным ребенком. Когда отец лежал на смертном одре, он держал его за руку, но не закрывал глаз. Только после того, как он поклялся взять жену и завести детей, его отец наконец мирно закрыл глаза. Таким образом, он был очень привязан к своей фамилии. Поэтому, когда он сказал, что его ребенок может взять фамилию жены, это означало, что он дает серьезный обет.

После того как они выпроводили чрезвычайно благодарную пару Ван Эргоу, Юй Сяокао и ее семья вместе с Фан Цзычжэнем сели, чтобы насладиться сладостью арбуза.

Поскольку они использовали воду мистического камня для орошения своих растений в конце весны, все арбузы семьи Юй созрели еще до начала регулярного сезона. Другими словами, арбузные растения в столице только что расцвели на лозе, в то время как арбузы семьи Юй можно было вывезти на рынок. Летний плод, созревающий в конце весны, это было совершенно не по сезону.

В ее прошлой жизни арбузы легко весили больше двадцати кэтти, и этот размер тоже не считался редкостью. Однако Юй Сяокао не знала, что в эту эпоху самый большой арбуз, который можно было увидеть, обычно составлял около десяти кэтти. Кроме того, арбуз, выращенный в древние времена, имел мякоть, которая чередовалась между красной и белой, и белые части не могли быть съедены. Больше половины арбуза приходилось выбрасывать при употреблении, какая трата!

Что касается арбузов семьи Юй, после того, как они были улучшены водой из мистического камня, они были почти такими же, как те, которые можно найти в наше время. Белые части арбузной мякоти, которые нельзя было есть, полностью отступили, и остались только красные части.

Из всех присутствующих здесь людей только Фан Цзычжэнь раньше ел арбуз. Он был грубым человеком, так как же он мог заботиться о том, как выглядит арбуз? В прошлом арбуз, который он ел, был тщательно приготовлен его слугами, которые давали ему только съедобные части. Это был также первый раз, когда Фан Цзычжэнь смог съесть арбуз, который был нарезан ломтиками.

Он взял очень толстый кусок и широко раскрыл рот, чтобы откусить. Сладкий и свежий сок потек ему в рот. Для того, кто испытывал жажду, освежающий холодный и сладкий сок был абсолютно чем-то, что могло утолить жажду.

- Милая! Так мило! Это вкус в сто раз лучше, чем арбузы, которые я ел раньше! - Фан Цзычжэнь не скупился на похвалы. Самая большая причина заключалась в том, что именно его дочь предложила сажать арбузы, и за арбузами также лично ухаживала его дочь. Однако этот арбуз был действительно необычайно вкусным!

Юй Сяокао дала Юй Хаю и мадам Лю по кусочку. В этот момент Маленький Шито больше не мог ждать и нетерпеливо схватил кусок. Он облизнул губы. По выражению его лица было видно, что он отчаянно хочет съесть кусочек, но не может этого вынести; это было просто восхитительно.

Сяокао потерла голову и тоже взяла кусочек. Она слегка откусила маленький кусочек и медленно прожевала его. Она не смогла удержаться и удовлетворенно вздохнула.

Маленький Шито повторил метод своей сестры и тоже откусил от арбуза крошечный полумесяц. Его большие, милые глаза тут же расплылись в улыбке. Арбузный сок стекал ему в рот, и он слизнул его розовым язычком.

Семья Юй обычно не могла даже купить сахар, так как же они могли есть что-то такое сладкое, как этот сок. Они одновременно ели и выкрикивали комплименты.

Фан Цзычжэнь быстро отполировал кусок и положил оставшуюся кожуру с кожей перед маленькой косулей, которая жалобно смотрела на них. Затем он приступил ко второму произведению. Маленькая косуля поспешно опустила голову и принялась грызть светлую кожуру. Она ела с чрезвычайным удовольствием.

После того, как она более полугода росла дома, маленькая косуля, по какой-то причине, все еще не стала больше. Все члены семьи Юй были заняты, поэтому маленькой косуле дали свободный выгул. Когда она была голодна, она съедала опавшие листья с овощей. Когда ей хотелось пить, она пила воду из своей специальной чаши. Вода была специально приготовлена Сяокао и содержала в себе несколько капель мистической каменной воды, которая часто привлекала птиц, желающих украсть ее у оленя.

Когда маленькой косуле становилось скучно, она выбегала со двора и прогуливалась по окрестностям старой резиденции. Дети семьи Цянь и Семьи Чжоу очень любили это существо и играли с ним. Иногда они даже носили животное на руках. Это маленькое существо было довольно умным и могло определить, есть ли у кого-то хорошие или плохие намерения по отношению к нему. Когда он встречал Цянь Ву или какого-нибудь другого ребенка, который часто играл с ним, он послушно позволял этому человеку нести его и время от времени лизал ему ладони. Однако если бы он встретил кого-то, кто имел дурные намерения и хотел украсть его, он бы бежал как ветер. Даже взрослый мужчина, который быстро бежал, не смог бы его поймать.

Косуля больше всего любила играть с другим питомцем своего хозяина-маленьким золотистым котенком. У крошечного котенка был запах, который был неотразим на его маленьком теле. Обычно маленький котенок забирался ей на голову и дремал, а она послушно держала шею ровно и медленно ходила с котенком на голове. Если бы кто-то не был осторожен, он или она могли бы даже поверить, что у маленькой косули была золотая шляпа на голове, это было настоящее зрелище!

В этот момент маленькая косуля энергично грызла арбузную кожуру. Когда Маленький Шито заметил, что его любимый питомец также любит есть арбуз, он оставил толстый слой красной мякоти на коже своего ломтика и даже использовал маленький нож, чтобы очистить кожу и нарезать мякоть на маленькие кусочки, чтобы положить в миску Крошки.

Случись это раньше, кто-нибудь из домашних непременно отругал бы его за то, что он зря тратит еду. Когда они впервые отделились от основной семьи, у всей семьи не было достаточно еды, чтобы наполнить свои желудки, не говоря уже о том, чтобы оставить их, чтобы накормить маленьких косуль. В то время маленькая косуля тоже не была разборчива и ела сухую траву и листья до тех пор, пока на них была вода мистического камня. Теперь семейное положение стало намного лучше, и никто не станет упрекать ребенка в том, что он скармливает своему любимцу кусочки арбуза.

Глава 166 - ослепительная популярность

Любой, у кого есть домашнее животное, будет относиться к ним хорошо. Юй Сяолянь собрала все арбузные корки и повторила действия своего младшего брата. Она также использовала нож, чтобы очистить кожуру и накормила ей маленького Грея. С тех самых пор, как осел появился в их доме, он трудился изо дня в день. Всякий раз, когда они отправлялись в доки продавать тушеную пищу или в город, чтобы купить что-нибудь на рынке, им больше не приходилось утомлять свои собственные ноги, с помощью маленького ослика. В результате Сяолянь очень хорошо заботилась о маленьком Грее.

Нынешний маленький ослик был совершенно другим животным по сравнению со своим предыдущим "я". Кто бы мог подумать, что осел, который был так болен, что не мог встать и у него торчали ребра, сможет окрепнуть и стать таким пухлым? Его мех теперь был очень гладким и мягким. Маленький ослик не только выглядел очень хорошо, но и был полон энергии.

В последний раз, когда они ездили в город, они вернулись домой вместе с дядей Ма, который был из соседней деревни, и его ослиной повозкой. В повозке дяди Ма ничего не было, в то время как ослиная повозка семьи Юй была заполнена едой и домашними припасами. Несмотря на очевидную разницу в нагрузках, Маленький Грей умудрился оказаться быстрее осла дяди Ма и оставил их позади в пыли.

Это было еще до того, как они поменяли колеса повозки! В наши дни все жители деревни, отправлявшиеся в город, любили сидеть на ослиной повозке семьи Юй. Почему? Так вот, у ослиной повозки семьи Юй были резиновые колеса. По ветреным горным дорогам повозка двигалась не только быстро, но и почти не тряслась. Если бы семья Юй решила возть людей в город, чтобы заработать себе на жизнь, то картерный бизнес семьи Ма давно бы рухнул!

Говорили, что в городе только семья Чжоу и семья уездного магистрата, в основном те, у кого были связи, могли купить резиновые колеса. Новая ослиная повозка семьи Юй была подарена им третьим молодым хозяином семьи Чжоу. Теперь все жители деревни Дуншань завидовали семье Юй за возможность иметь связь с боссом ресторана Чжэньсю. Они явно наслаждались его влиянием в своей жизни!

Когда Юй Сяокао услышала обрывки этой сплетни, она почувствовала внутри себя крайнее возмущение: "Кто сказал, что именно мы извлекаем выгоду из этих отношений с Третьим Молодым мастером Чжоу? Неужели они думали, что без меня бизнес Третьего Молодого Мастера Чжоу будет так популярен? Без меня смог бы ресторан "Чжэньсю", новый ресторан в этом квартале, превзойти ресторан "Фулинь" и некоторые другие трюки старого ресторана? Без меня мог бы Третий Молодой Мастер Чжоу войти в глаз своего деда и стать следующим главой семьи?"

Только кто выигрывал от этих отношений? Жареная курица, утка османтус, овощи с устричным соусом-все эти три важных блюда позволили ресторану Чжэньсю сделать банк. Устричный соус, MSG и ферментированный бобовый творог были основными продуктами фабрики приправ, у которой было много предварительных заказов от различных клиентов. Кто дал ему все эти рецепты? Третий Молодой Мастер Чжоу просто выражал свою благодарность, помогая ей купить сделанную на заказ повозку с ослом, вот и все, но в глазах других людей это стало их преимуществом! На следующий день, когда Чжоу Цзысу поспешно примчался к ним домой, он неожиданно получил несколько свирепых взглядов и закатываний глаз от Юй Сяокао.

- Что случилось? Когда я тебя обидел? - озадаченно спросил Чжоу Цзысу, бестолково почесывая подбородок.

Юй Сяокао снова закатила глаза и ответила: - Наверное, у меня глаза свело судорогой. Каким ветром занесло сегодня Третьего Молодого Господина? Не может быть, чтобы ты соскучился по стряпне моей семьи, верно?

Заметив ее странное поведение, Чжоу Цзысу осторожно сказал: “В последнее время я был занят из-за фабрики, так что прошло довольно много времени с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Может быть, именно поэтому ты злишься на меня?”

Сяокао чуть не закатила глаза: "Кем ты себя возомнил? Ты действительно считаешь себя здесь главным блюдом, а? Я была так занята, что мои ноги почти касались затылка, так почему же меня должно волновать, сколько раз ты приходил? Сердиться на тебя? И это того стоит?

После того как Чжоу Цзысу не видел ее больше полугода, ему показалось, что он снова стал выше ростом и загорел. Его ранее яркое и красивое лицо почти приобрело здоровый бронзовый цвет. - Тс-тс, кто сказал, что бледная кожа может компенсировать уродливые фигуры? У этого парня хороший фундамент, так что даже когда он получил Таннера, он не стал ни на йоту уродливее. Вместо этого он стал еще более мужественным! Однако, похоже, он тоже сильно похудел...

- Ты был очень занят в последнее время? - Юй Сяокао решила проявить милосердие и заботливо осведомилась о нем.

У Чжоу Цзысу были слезы благодарности в глазах-ну, на самом деле, если быть точным, его глаза были полны слез волнения: “Сяокао, ты, наверное, не знаешь, насколько популярной стала наша фабрика приправ! Когда мы только начали продавать нашу продукцию, я боялся, что MSG и ферментированный бобовый творог не будут продаваться, поэтому пригласил владельцев нескольких крупных ресторанов из столицы и префектуры в столичный ресторан Чжэньсю. Мой мотив состоял в том, чтобы заставить их попробовать блюда, которые были приправлены MSG. Хотя все они были довольно распространенными блюдами, их вкус был намного вкуснее и пикантнее, чем раньше. У меня также было несколько блюд с ферментированным бобовым творогом, как и следовало ожидать, все владельцы ресторанов спрашивали меня, в чем секрет. Я воспользовался возможностью продвигать наш "гаитянский" бренд приправ. В конце мероприятия я даже дал каждому из них небольшой мешочек MSG и бутылку ферментированного бобового творога. Как ты думаешь, что произошло дальше?”

- Что может случиться? Очевидно, они все посылали заказы, как будто это ничего не стоило… - Юй Сяокао спокойно продекламировала результат.

По сравнению с ее спокойным и собранным выражением лица, Третий Молодой Мастер Чжоу казался еще более взволнованным, когда он воскликнул: “Сяокао, у тебя действительно есть ум, который делает правильный вывод, твоя догадка слишком правильна!”

- Пш! Все прошло, как и ожидалось, чего вы все так радуетесь? - Юй Сяокао высокомерно ответила: “Товары, которые я произвожу, все качественные! Если ты последуешь за этой старшей сестрой, у тебя определенно будет много мяса, чтобы поесть!”

Третий Молодой мастер Чжоу подумал, что ее высокомерное выражение было слишком забавным. Он погладил ее по голове, которая не доставала ему даже до плеча, и восхищенно вздохнул: - Как ты можешь иметь там такие сумасшедшие и причудливые идеи? Все всегда говорят, что люди, которые слишком много думают, не могут расти из-за давления, конечно же, это так…

-Чжоу! Цзы! Су! - Юй Сяокао взорвалась от гнева: “Ты что, ослеп? Кто сказал, что я не выросла в росте? В прошлом я была ниже Сяолянь на полголовы, а теперь уже догнала ее!! Неужели ты думаешь, что только такие, как ты растут в высоту? Чтобы вырастить размах ладони (Примечание автора: расстояние между большим и средним пальцами, когда пальцы широко раскрыты в руке) за месяц, ты удобряешься кучей навоза, а?”

- Ладно, ладно! Это я сказал неправильно, ясно? - Чжоу Цзысу нежно погладил ее по волосам и громко усмехнулся, прежде чем продолжить делиться своей радостью: “С тех пор, как наша фабрика приправ открылась и начала продавать на рынок, мы не только очистили наш запас, который был более чем на тысячу Кэтти, но и теперь мы должны кучу других заказов. Я также перевел кучу слуг из резиденции моей семьи на фабрику, так что теперь у нас достаточно рабочих, чтобы работать как в ночную, так и в дневную смену. Но даже с этим мы все равно не успеваем выполнять приказы. Из заказов, которые мы получили в этом месяце, есть некоторые, которые должны ждать до полугода, чтобы быть выполненными! От одного только подсчета денег у меня свело руки.”

- Получив богатство, ты все равно ведешь себя так, будто проигрываешь! - Когда она подумала обо всем этом блестящем серебре с фабрики и о том, что у нее было тридцать процентов прибыли, Юй Сяокао не могла не улыбнуться.

Чжоу Цзысу угрюмо ворчал на нее: “Это наша фабрика, но ты, как второй владелец, только зарабатываешь деньги, ничего не делая. С тех пор, как наша фабрика начала производить, ты даже ни разу не пришла туда осмотреться. Ты так мне доверяешь!”

- Третий Молодой Мастер, позвольте мне сказать вам эту распространенную поговорку, она гласит: "способные люди-это те, кто делает больше всего работы"! Разве мы не пришли к соглашению в самом начале? Я отвечала только за рецепты, а ты, Третий Молодой мастер Чжоу, отвечал за все остальное. Ты такой способный, и ты один из редких талантливых людей в семье Чжоу, так как же я могу не доверять тебе? - Юй Сяокао дала ему высокую оценку.

Чжоу Цзысу намеренно действовал так, как он тяжело вздохнул: “Ай! У тебя все хорошо, все, что тебе нужно сделать, это подождать, чтобы получить свои деньги, но мне это так трудно! Я столько времени провел на фабрике. На самом деле, однажды я провел там больше десяти дней. Мама решила, что я пропал, и даже побежала искать меня в доки!”

Юй Сяокао не поверила его поступку и возразила: “Неужели все подчиненные под вашим началом некомпетентны? А как насчет стюарда Чжоу и этого маленького помощника, Симо, а? Имея помощников, но не используя их, ты глуп?”

Чжоу Цзысу пристально посмотрел на нее и сказал: “Эти двое еще более заняты, чем я. Ради фабрики управляющий Чжоу даже не возвращался в резиденцию с тех пор, как она начала производить продукцию. Его жена даже собрала все свои вещи и взяла с собой детей, чтобы жить в служебном жилье! Симо отвечает за транспортировку продуктов, особенно устричного соуса. Хранить соус нелегко, поэтому ему приходится производить лед, когда он перевозит его на большое расстояние! Он такой же, как стюард, и уже больше месяца в дороге. На самом деле, мы только что загрузили корабль, полный товаров для Цзяннаня, и Симо тоже пошел вместе с нами!”

- В будущем наш бизнес будет становиться все больше и больше, поэтому тебе нужно воспользоваться возможностью обучить более надежных подчиненных. Если ты будешь полагаться только на управляющего Чжоу и Симо, то оба они могут умереть от истощения! - Юй Сяокао погрузилась в размышления.

Третий Молодой Мастер Чжоу вздохнул: “Не так-то легко найти надежных слуг, ах! Самое главное на нашей фабрике-это наши рецепты. Трудно найти верных слуг, а также помешать первой ветви уйти.”

Юй Сяокао внезапно прервала его: “Ты можешь дать часть прибыли в качестве бонуса рабочим в конце года. Ты можешь дать больше руководителям и меньше обычным работникам. Таким образом, успех фабрики тесно связан с честностью и этикой рабочих. Я уверена, что никто не будет пытаться повредить своему собственному доходу…”

Третьему Молодому Мастеру Чжоу показалось, что он внезапно увидел свет в конце туннеля. Он хлопнул себя по бедру и воскликнул: - Мне нужно вернуться и обсудить со стюардом Чжоу, как лучше всего это осуществить, Сяокао, ты действительно мой счастливый талисман. Этот твой мозг, как он у тебя развился?

- Как твой мозг развился таким образом? Без сравнения не было бы ошибок. Когда ты рядом, это заставляет меня казаться намного умнее, чем я есть на самом деле! - Метод общения Юй Сяокао с Третьим Молодым Мастером Чжоу иногда заставлял ее казаться плохим другом. Прежде чем он успел почувствовать себя несчастным, она продолжила: - Я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое на обед!

- Хе-хе-хе! - Чжоу Цзысу, который только что был оскорблен, не рассердился и на самом деле глупо хихикал.

- Даже если я консервативен в своих оценках, вероятно, прошло уже полмесяца с тех пор, как я ел пищу, которую приготовила Сяокао. Это заставляет меня чувствовать себя немного растерянным…

- Пш! Изящные слова и цветистая речь часто скрывают дурные намерения! - Как только Фан Цзычжэнь вошел во двор, он услышал, как вонючий сопляк из семьи Чжоу льстит его дочери. Он яростно бросился вперед.

Чжоу Цзысу поморщился и тихо сказал: “Господин Фан, разве я когда-нибудь оскорблял вас? Вы же высокопоставленный чиновник, пожалуйста, не опускайтесь до моего уровня!”

Фан Цзычжэнь свирепо посмотрел на него: “В будущем держись подальше от моей дочери! Моя дочь еще молода, так что ты не из тех, с кем можно развлекаться!”

Лицо Чжоу Цзысу сразу же приобрело темно-печеночный оттенок, и он, заикаясь, пробормотал: “Господин... Господин Фан, вы... Вы меня неправильно поняли! Я смотрю на Сяокао так, словно она моя биологическая младшая сестра. У меня нет... Нет никаких других намерений!” Эх, почему это прозвучало так, будто он говорил не очень уверенно?

- Не иметь других намерений-это хорошо! - Только теперь Фан Цзычжэнь посмотрел на Третьего Молодого Мастера Чжоу с более благосклонным взглядом: “Если я, этот старик, узнаю, что у тебя есть какой-то хитрый заговор, клянусь, я побью тебя до синяков с головы до ног, иначе я больше не буду зваться Фан!”

- Крестный отец! - Все это время Юй Сяокао находилась на кухне и не слышала их разговора. Она высунула голову с милой улыбкой на лице и сказала: “Что ты хочешь сегодня на обед?”

- Свинину тушеную с вермишелью! Готова ли новая партия столетних яиц к употреблению? Затем также приготовь немного отвара из яиц века и нежирного мяса и нарежь тарелку яиц, сегодня в полдень довольно жарко, и я не уверен, есть ли там арбузы. Пойду попрошу брата Юй помочь мне выбрать что-нибудь, чтобы потом утолить нашу жажду!

Фан Цзычжэнь не был нахлебником. С тех пор как он начал приходить к семье Юй, чтобы перекусить, семье Юй больше не нужно было покупать мясо, овощи или зерно. Все это было оплачено Фан Цзычжэнем!

Первоначально он хотел отдать половину своей зарплаты Сяокао. Сяокао не только не взяла денег, но и закатила истерику и не разговаривала с ним несколько дней. Это так напугало Фан Цзычжэня, что он больше никогда не упоминал при ней о деньгах. Таким образом, он только покупал больше продуктов и вещей для семьи вместо этого.

Глава 167 - защита дочери

В сундуке Юй Сяокао было столько одежды, что она могла носить новые вещи каждый день до следующего года и все еще иметь много не ношеных. Что же касается ее маленькой шкатулки для драгоценностей, в которой хранились красивые, не очень дорогие вещи, то она тоже была заполнена почти до краев. Однажды Чжоу Шаньху пришла поиграть и увидела ее коробку, которую Сяокао забыла убрать. Другая девочка была такой завистливой, что слюни чуть не потекли у нее изо рта.

Поскольку все это было подарено ей крестным отцом, она не могла просто отдать их. Кроме того, она не была настоящей маленькой девочкой, она не очень любила их носить. Шкатулка, полная заколок для волос, браслетов, сережек и других украшений, могла только стоять на полке и пылиться.

Когда Третий Молодой Мастер Чжоу увидел, как Фан Цзычжэнь покидает двор, он глубоко вздохнул с облегчением. Он поспешил к кухонной двери и уже собирался что-то сказать, когда Юй Сяокао приказала ему заняться работой: - Иди в западную комнату, возьми с кровати кан несколько покрытых грязью яиц и принеси их сюда…

Чжоу Цзысу послушно выполнил ее приказ и вернулся с шестью-семью яйцами в руках. По размеру яиц можно было сказать, что некоторые были куриными, а другие-утиные. Юй Сяокао пристально посмотрела на него, а затем выругалась: - Очевидно, это два разных типа вековых яиц. Возвращайся и возьми по шесть штук!

-Ты сказала принести несколько покрытых грязью яиц, но не сказала мне, какие именно яйца ты хочешь... - Пожаловался Чжоу Цзысу, чувствуя себя обиженным. Однако он не посмел сопротивляться и вернулся, чтобы схватить остальные яйца.

- Осторожно ударь эти яйца о землю и сними с них грязевую скорлупу. Будь осторожен, чтобы не испачкать внутренности столетних яиц! - Юй Сяокао подумала, что он не выглядит надежным, и не могла не предупредить его неоднократно.

Глаза Чжоу Цзысу загорелись, и он с интересом посмотрел на покрытые грязью яйца в своих руках. Он осторожно отщипнул немного грязи, обнажив внутреннюю оболочку. Он взял одно, внимательно посмотрел на него и спросил Юй Сяокао: “Нужен ли этот ингредиент для "столетних яиц и постного мясного отвара", о котором говорил лорд Фан? Зачем их нужно покрывать грязью? Почему вековые яйца не нужно варить перед едой? Почему?”

Юй Сяокао сходила с ума от его вопросов и бросила на него свирепый взгляд: “Зачем тебе все эти вопросы? Ты Десять Тысяч Вопросов [1], ах!”

Чжоу Цзысу не понял ее намека и глухо усмехнулся: “У меня не так много, всего несколько вопросов, вот и все! Сяокао, что такое вермишель в "свинине, тушеной с вермишелью"? Это как вековые яйца, новый пищевой ингредиент, который ты придумала?”

Юй Сяокао достала из кухонного шкафа пучок вермишели, которая не была однородной по толщине, и смочила ее в теплой воде. Чжоу Цзысу подбежал и присел на корточки, чтобы поднять одну прядь и исследовать ее. Когда Сяокао обернулась, она не заметила его и чуть не споткнулась о него. Если бы Чжоу Цзысу не было там в качестве жертвенной подушки, то она, вероятно, упала бы прямо в бассейн с водой.

- Ах ты, ничтожество, убирайся отсюда! Если ты продолжишь мешать мне готовить еду, то можешь пойти в доки и поесть там!! - Взорвалась Юй Сяокао, положив одну руку на бедро, а в другой держа большой тесак. Комбинация создала свирепое зрелище, которое заставило Третьего Молодого Мастера Чжоу задрожать от страха.

Чжоу Цзысу поспешно присел рядом с углом печки и жалобно обнял колени. Он положил полено в глиняную печку и осторожно сказал: “Я... Я могу помочь тебе следить за огнем, не так ли?”

Юй Сяокао нарезала кусочки полосатой свинины, когда она взглянула на него краем глаза. “Старший Молодой мастер Чжоу [2], ты знаешь, как управлять пламенем на кухне?”

- Я не Старший Молодой господин Чжоу, я Третий... - Чжоу Цзысу казался оскорбленной молодой замужней женщиной. Он поднял голову, чтобы посмотреть на выражение ее лица, а затем поспешно положил в печь целую охапку дров.

- Разве ты просто не добавляешь в нее дрова?

Добавив сразу несколько поленьев, он почти задушил пламя, которое горело. Кухня тут же, казалось, загорелась, когда из комнаты повалил густой дым. Дым душил двух людей на кухне, и они бесконечно кашляли.

Сяолянь, только что вернувшаяся с пристани, сразу увидела густой дым, когда вошла во двор и подумала, что кухня загорелась. Она побежала к комнате большими шагами и обнаружила катастрофу, которую вызвал Третий Молодой мастер Чжоу.

Она не знала, смеяться ей или плакать, когда достала из печки половину дров и подула в огонь. Огонь медленно разгорался и разгорался. Однако густой дым в кухне еще держался, и должно пройти некоторое время, прежде чем дым полностью уйдет.

Юй Сяокао почувствовала, как слезы и слизь текут по ее лицу от дыма. Она пнула главного обидчика и нахмурилась: - Ты хотел задушить меня дымом!

Сяолянь поспешно оттащила свою разъяренную младшую сестру назад и рассмеялась, выговаривая сестре: “Младшая сестра, ты слишком большая! Третий Молодой господин Чжоу-наш гость, как ты можешь приказывать ему следить за огнем? Он привык к жизни, когда слуги дают ему еду и выбирают одежду, так как же он мог знать, как это делать?”

Юй Сяокао тыльной стороной ладони потерла глаза. Оба ее глаза были красными, как у кролика, когда она свирепо посмотрела на Третьего Молодого господина Чжоу, который все еще бесконечно кашлял: “Кто сказал ему подбросить дров в огонь? Он был единственным, кому нечем было заняться, поэтому он должен был причинить неприятности!”

У Чжоу Цзысу было обиженное выражение лица, когда он сокрушался: “Разве я просто не пытался помочь тебе?”

- Помочь мне? Я думаю, чем больше ты старался помочь, тем больше неприятностей доставлял! Пш, иди отдохни где-нибудь в стороне, а! - Юй Сяокао взглянула на него глазами, полными презрения.

Прошло довольно много времени, и дым из кухни наконец рассеялся. Юй Сяокао быстро покончила с четырьмя блюдами и одним супом. У всех были щедрые порции. Среди них были запрошенные Фан Цзычжэнем "свинина тушеная с вермишелью" и "вековые яйца и постный мясной отвар". Она также приготовила жареную свиную печень, "три земных сокровища", и нарезала вековые яйца, приправленные чесночной пастой и ароматным уксусом.

Чжоу Цзысу быстро вдохнул большими глотками вековое яйцо и постный мясной конге. Он не мог перестать есть. Уникальный вкус вековых яиц с пикантным вкусом мяса выявил лучшее в обоих ингредиентах. Отвар был густым и вязким, и он легко намочил горло. Это было просто так вкусно, что любой бы захотел!

Фан Цзычжэнь смотрел на его манеры за столом с явным презрением. Он был молодым хозяином из богатой семьи, но вел себя так, словно был беженцем, который не ел уже восемьсот лет. - Вонючий мальчишка! Я заказал отвар из яиц и постного мяса, так что, если он хочет драться со мной, он не может победить!

Фан Цзычжэнь поглощал миску за миской отвара, как будто пытался выиграть соревнование. Фан Цзычжэнь и Чжоу Цзысу почти полностью покончили с целой миской отвара из столетних яиц и постного мяса, не считая нескольких маленьких мисок для других людей за столом.

Выпив три миски отвара, Чжоу Цзысу потер свой выпирающий живот, а затем протянул свою злую когтистую руку к свинине, тушеной с вермишелью. Он взял прядь вермишели и высоко поднял палочки. К своему огорчению, он обнаружил, что другой конец вермишели все еще находится в сервировочном блюде. Он смущенно огляделся вокруг, а затем встал, чтобы поднять палочки еще выше, прежде чем смог положить вермишель в свою миску.

После этого Чжоу Цзысу заметил, что все за столом уставились на него. Он смущенно почесал в затылке и объяснил: “Вермишель была слишком длинной, поэтому я не мог легко положить ее в свою миску…”

Так как он уже ел вермишель раньше, Фан Цзычжэнь полагал, что у него был опыт с этим. Он взял две пряди вермишели и покрутил их вокруг палочек. Таким образом, он легко мог перенести длинную вермишель в свою миску. Пожилой мужчина даже мельком взглянул на Чжоу Цзысу глазами, полными удовлетворения.

Свинина, тушеная с вермишелью, была очень типичным блюдом северной кухни. О нем даже ходила народная поговорка: "Свинина тушеная с вермишелью, даже прожорливые дикие волки за нее выть будут!" Из чего можно было сделать вывод, что это блюдо было очень вкусным! Полупрозрачная, но острая вермишель была пропитана пикантным вкусом мяса. Никто не мог устоять перед таким вкусным блюдом. Даже Третий Молодой Мастер Чжоу не мог перестать есть!

Все радостно принялись за еду. Хотя было приготовлено много еды, почти вся она была съедена. Фан Цзычжэнь и Третий Молодой Мастер Чжоу вели себя так, словно соперничали друг с другом. Они оба ели так много, что их желудки раздулись. Юй Сяокао сварила несколько диких ягод боярышника в мистической каменной воде и заставила их пить ее, чтобы помочь пищеварению.

Фан Цзычжэнь потер свой несколько выпирающий живот и удовлетворенно сказал: “Еда моей дочери действительно слишком вкусна. Я не могу перестать есть. В прошлый раз, когда я вернулся в столицу, твоя крестная сказала мне, что я стал толще.”

Однако Третий Молодой Мастер Чжоу увидел деловую возможность в столетних яйцах и вермишели. Его блестящие глаза пристально смотрели на Юй Сяокао, когда он высказал свое мнение: “Сяокао, я думаю, мы можем открыть еще одну фабрику вместе, чтобы производить вермишель и столетние яйца…”

Юй Сяокао спокойно кивнула головой: “Я как раз собиралась спросить тебя об этой идее! Раз уж ты заговорил об этом первый, то давай тогда обсудим детали нашего сотрудничества!” Третий Молодой Мастер никогда не был скупым человеком, поэтому он хлопнул ладонью по столу и предложил: “Давай сделаем то, что мы делали раньше, ты дашь рецепт, а я займусь всем остальным! Мы поделим доход на 30–70!”

Юй Сяокао показала ему большой палец и согласилась: “Это Третий Молодой Мастер, которого я знаю, такой героический! Какая смелость!! Я также включу еще несколько рецептов для тебя…”

Когда Фан Цзычжэнь услышал, что Третьему Молодому Мастеру Чжоу дали только тридцать процентов прибыли Сяокао, он сразу же возмутился. Он хотел отклонить предложение, но его дочь действовала быстрее, чем он, и скрепила сделку. С его точки зрения, без рецепта Сяокао фабрика Третьего Молодого Мастера Чжоу даже не могла открыться. Почему он должен получать львиную долю денег и отдавать дочери только тридцать процентов?

Фан Цзычжэнь не думал обо всех расходах, связанных со строительством фабрики, наймом рабочих, покупкой сырья, доставкой продуктов, какой шаг не требовал капитала? После вычитания всех производственных затрат доля Третьего Молодого Мастера Чжоу в доходе была не больше и не меньше, чем у Сяокао. По сравнению с тяжелой работой, которую приходилось выполнять Третьему Молодому Мастеру Чжоу, Юй Сяоrао приходилось только трясти задницей дома и зарабатывать деньги. Получить меньшую долю было вполне естественно.

Однако Фан Цзычжэнь не думал об этом. Он лично считал, что его дочь получает короткий конец палки. Когда он услышал, что Сяокао собирается добавить несколько рецептов бесплатно, он больше не мог сдерживаться: “Ты дашь ему больше рецептов бесплатно? Семья Чжоу не заботится об этих ничтожных деньгах! Дочь моя, ты действительно думала об этом? Сколько денег может заработать семья Чжоу на твоих рецептах? Он не будет слишком скуп, чтобы дать тебе немного больше денег?”

- Крестный отец... - Юй Сяокао уже собиралась заговорить, когда Третий Молодой Мастер Чжоу прервал ее. Он кивнул головой с серьезным выражением лица: “Лорд Фан прав! Сяокао, ты не можешь всегда позволять мне поступать по-своему только потому, что у нас хорошие отношения! Твои рецепты я куплю по триста таэлей. Лорд Фан, что думаете?”

Фан Цзычжэнь погладил бороду и с трудом произнес: “Дочка, не трать безрассудно деньги на эти рецепты. В городе есть два магазина, которые привлекли внимание твоего крестного. Они находятся на той же улице, что и ресторан "Чжэньсю". Сначала я хотел купить их для тебя, но боялся, что ты рассердишься на меня и не примешь их! Если мы купим их на твои деньги, ты согласишься?”

Они были на той же улице, что и ресторан "Чжэньсю"? Это была оживленная и процветающая часть города. Говорили, что магазины на этой улице нельзя купить только за деньги. Кроме того, один магазин можно было легко продать за тысячи таэлей. Сколько рецептов ей пришлось продать, прежде чем она смогла купить те два, о которых упоминал ее крестный?!

Третий Молодой Мастер Чжоу заметил колебания Сяокао и тоже начал убеждать ее: “Я знаю, ты думаешь, что магазины дорогие, но они дорогие не просто так! Ты знаешь, сколько они берут за аренду магазина рядом с нами? На нижнем уровне годовая арендная плата составляет около трехсот таэлей. Через два-три года ты сможешь вернуть свои деньги! Мой старший брат однажды попытался найти владельца магазина и, несмотря на то, что предложил огромную сумму, вернулся с пустыми руками. Я верю, что только лорд Фан мог убедить владельца продать его, любой другой тоже потерпел бы неудачу.”

На самом деле эти два магазина были куплены лордом Ву под именем его жены, когда он занял должность магистрата. Он собирался вскоре покинуть свою должность. С его семейным прошлым, после ухода с поста, ему определенно придется вернуться в столицу, чтобы подняться по лестнице. В конце концов, город Тангу был слишком далеко от столицы, и было нелегко контролировать недвижимость с большого расстояния. Первоначально он планировал опустошить магазины и сдать их в аренду. Магистрат не ожидал, что его подчиненный вернется и сообщит ему, что лорд-императорский посланник, очевидно, хочет их купить.

________________________________________

[1] Десять тысяч вопросов (十万个为什么) - название книги для детей

[2] На самом деле она говорит это саркастически, чтобы подчеркнуть, что он благородный молодой господин, который не знает, как делать домашнюю работу.

Глава 168 - богатство

Хотя Фан Цзычжэнь был всего лишь военным чиновником третьего ранга без особой власти, лорд Ву слышал, что император благоволил к нему. Кроме того, мастер лорда Фана и младший боевой брат недавно получили императорский указ и вернулись в столицу после того, как были запечатаны генералом второго ранга Чжэнго. Большая часть армии была отдана под командование генерала Чжэнго, и вскоре он отправился на северо-запад, чтобы охранять границы.

Поскольку в военных семьях часто и отец, и сын шли в бой, если бы на северо-западе возникли военные действия, Фан Цзычжэнь определенно тоже был бы там командиром. Когда военное руководство будет в руках отца, сына и ученика семьи Чжао, тогда у них определенно будет место при дворе в будущем…

Обдумав все возможные варианты, уездный судья Ву решил оказать Фан Цзычжэню услугу и позволить своему подчиненному просочиться в новости о том, что магазины принадлежат его семье, чтобы позволить императорскому посланнику попросить их. Однако он никак не ожидал, что императорский посланник действительно захочет купить их для своей крестницы. Несколько дней в доках было так много работы, что Фан Цзычжэнь забыл спросить о них. Сегодня он наконец нашел возможность поговорить о них. Окружной судья Ву нервно ждал его дома. Что же пытался сделать императорский посланник? Хотел он их купить или нет?

Юй Сяокао подумала, что это хорошая идея. В ее прошлой жизни многие люди зарабатывали деньги, спекулируя недвижимостью. Магазины и ларьки были неплохим капиталовложением. Магазины, расположенные в оживленном центре города, были еще лучше и часто продавались по заоблачной цене. Для сравнения магазины в городе Тангу уже считались не такими дорогими.

- Крестный, сколько будет стоить купить эти два магазина? - Юй Сяокао боялась, что не сможет собрать столько денег за короткий промежуток времени.

Когда Фан Цзычжэнь увидел, что его крестница согласилась с его идеей, он стал еще более счастливым, чем если бы он был тем, кто покупал магазины. Он широко улыбнулся: “Дочка, не беспокойся о цене! Если у тебя не хватит денег, Крестный заплатит за тебя. Как только у тебя будет достаточно денег, ты сможешь вернуть их мне!”

Юй Сяокао закатила глаза. Она прекрасно понимала, что если примет его предложение, то в будущем, когда захочет расплатиться с ним, он найдет всевозможные предлоги, чтобы избежать этого. Ее крестный и так относился к ней довольно хорошо, поэтому она не хотела, чтобы другие люди обвиняли ее в том, что она воспользовалась его деньгами и властью! Тем не менее, помимо его самого, у него еще была жена. Если Сяокао в конечном итоге оставит впечатление, что она жадная и ненасытная, то она не знает, как эо можно будет исправить!

Улыбка на лице Чжоу Цзысу стала еще более ослепительной. Он несколько осторожно обратился к Фан Цзычжэню: “Господин Фан, вам не нужно беспокоиться, что у Сяокао недостаточно денег, чтобы купить магазины. Сейчас она просто богатая маленькая леди! Давайте даже не будем говорить о дивидендах от фабрики, просто ее дивидендов от одной только утки османтуса было бы более чем достаточно, чтобы купить эти два магазина!”

Утка османтус была на рынке уже почти два месяца. За каждую проданную утку Сяокао получала взамен половину таэля. Между рестораном "Чжэньсю" в городе Тангу и рестораном в столице эти два ресторана, вероятно, продавали по меньшей мере двести уток каждый день. Другими словами, Сяокао зарабатывала по меньшей мере сотню таэлей каждый день. За месяц она заработала более трех тысяч таэлей! Назвать ее богатой девушкой не было ни малейшим преувеличением!

Первоначально контракт предусматривал, что семья Юй может получать дивиденды каждый месяц или каждые шесть месяцев. Хотя Юй Сяокао было слишком неудобно получать их каждый месяц, она предпочла получать их каждые шесть месяцев. С тех пор она ни разу не ездила в город, так что даже не знала, сколько денег накопила.

Чжоу Цзысу в общих чертах рассказал всем, сколько уток осматуса ежедневно продавали два его ресторана. Когда семья Юй узнала, что только от продажи утки османтуса они заработали пять тысяч таэлей, они не могли не быть ошеломлены этой цифрой. Когда еще они видели столько денег? Раньше они считали, что восемьсот таэлей, за которые Сяокао продала свой рецепт, - астрономическая сумма. Они никогда бы не подумали и даже не мечтали, что однажды у них под рукой окажется больше тысячи таэлей.

Рука Маленького Шито ослабила хватку на палочках, и они со стуком опустились на стол. - Вторая, - пробормотал он, запинаясь... Вторая сестра! Не прошло и двух месяцев, а наша семья уже заработала больше пяти тысяч таэлей, тогда за один год мы получим больше тридцати тысяч таэлей. Кто-нибудь, кто-нибудь быстро ущипните меня прямо сейчас. Ага! Вторая сестра, ты слишком сильно щипаешь... Ха-ха! Я не сплю! Разве наша семья скоро не станет одной из самых богатых семей в деревне Дуншань?”

Когда Чжоу Цзысу увидел, что Маленький Шито, одетый в ученую одежду, выглядит таким потрясенным, он не мог не рассмеяться над отсутствием искушенности у маленького мальчика: “Зарабатывая около тридцати тысяч таэлей в год, ты так счастлив, что больше не можешь найти север? Это всего лишь деньги от утки османтуса. Если мы добавим к этому деньги, которые вы зарабатываете на фабрике приправ и яйце будущего века с вермишелью, то через несколько лет давайте даже не будем говорить о том, что вы самая богатая семья в деревне Дуншань, даже в городе ваша семья будет считаться чрезвычайно богатой!”

Глаза Маленького Шито блестели, как будто в них были звезды, и его лицо наполнилось эмоциями: “Это слишком хорошо! В будущем мне не придется беспокоиться о том, что я не смогу оплатить учебу в школе! Старшего брата не нужно будет посылать из дома, чтобы он стал учеником! Старшая сестра и Вторая Сестра не будут проданы в семью Чжоу в качестве служанок! Я так счастлив сейчас!”

Хотя он утверждал, что счастлив, малыш закрыл лицо руками и начал реветь! Нельзя недооценивать Маленького Шито за то, что он слишком молод. Все страдания и трудности его семьи были глубоко запечатлены в его сердце. Прежде чем они отделились от основной семьи, всей его семье пришлось терпеть тиранию бабушки. Им никогда не хватало еды, не хватало приличной одежды, и они никогда не могли закончить порученную им работу. Когда они расстались с семьей, дом был настолько ветхим, что в нем нельзя было жить, и было возможно, что в любой момент у них может закончиться еда. Его отец был прикован к постели из-за травмы ноги, а мать стирала чужое белье до тех пор, пока кожа на ее руках не треснула от холода и не начала кровоточить. Его старший брат был избит до полусмерти...

Для него эти ужасные дни все еще иногда были прямо перед его глазами! В то время он и представить себе не мог, что когда-нибудь наступит такой день, как сегодня. Теперь он мог есть белый рис, когда хотел, и большие пшеничные булочки, когда ему хотелось. Время от времени он даже мог съесть что-нибудь с мясом. Он никогда бы не поверил, что когда-нибудь поступит в самую знаменитую академию города и сможет целый день учиться и читать книги, не беспокоясь. Кроме того, он никогда бы не подумал, что эта семья может иметь доход более десяти тысяч таэлей...

Юй Сяокао перестала улыбаться и притянула малыша к себе. Маленький Шито бросился в объятия своей второй сестры и разразился громкими слезами. Вторая сестра была похожа на маленькую бессмертную фею из сказок. Не было ничего, что она не могла бы сделать или выполнить! Теперь у него было еще более глубокое убеждение, что его вторая сестра была благословлена небесами и о ней заботились сами боги. Что же до них, то они просто наслаждались сиянием ее удачи!

Все в семье Юй чувствовали, как их сердца сжимаются от боли от звуков его душераздирающих рыданий. Один за другим они вспоминали свои обстоятельства несколько месяцев назад. Это было похоже на разницу между раем и адом! Старые воспоминания, витавшие в воздухе, немного омрачили обстановку.

Фан Цзычжэнь почувствовал себя крайне неуютно в своем сердце, когда увидел красноречивые красные круги вокруг глаз своей приемной дочери. Он поспешно прервал размышления семьи Юй и бодро предупредил: - Зарабатывать деньги-это то, чему можно радоваться, почему вы все плачете? Моя дочь настолько способная, что зарабатывает в месяц больше, чем я, ее крестный!! В будущем Крестному придется постыдно просить мою дочь купить для меня вещи, ах!”

Юй Сяокао пару раз шмыгнула носом, и на ее румяных губах появилась сладкая улыбка: “Крестный отец! В будущем Сяокао проявит к вам свое сыновнее уважение и купит вам много вещей, которые вам понравятся!”

- Моя дочь самая лучшая! Крестный отец на самом деле не заботится ни о чем другом, кроме хорошей еды! В будущем просто придумай мне более креативные и свежие блюда, это лучше, чем покупать что-либо еще! - Фан Цзычжэнь не мог изменить того, что он был гурманом до мозга костей, и вместо этого использовал это как предлог, чтобы попросить еще еды.

Со стороны Юй Хай притворился жалким и печальным, обиженно жалуясь: “Цаоэр, ты только и умеешь, что проявлять сыновнее уважение к своему крестному, но как насчет меня, твоего биологического отца?”

- Я также выкажу тебе свое сыновнее почтение! - Ее отец, который добивался благосклонности, был похож на котенка, выпрашивающего молоко. Надо было еще пригладить его мех.

- Я тоже должна выразить свое сыновнее почтение матери и крестной! В будущем мы также должны помочь старшему брату выбрать нежную и добродетельную жену и подготовить большое приданое для Сяолянь. У нас также есть Шито. Вторая сестра только и ждет, когда ты станешь лучшим бомбардиром на экзаменах императорского двора и станешь высокопоставленным чиновником, чтобы поддержать меня!

Маленький Шито яростно закивал головой и уверенно заявил: “Хорошо! Вторая сестра! Я буду учиться очень усердно! Хотя я поступил в школу примерно на полгода позже других учеников, но я уже лучший в своем классе! Учитель сказал мне, что у меня есть природный талант, и в будущем я обязательно стану способным ученым! Как только я хорошо сдам императорские экзамены, я обязательно получу дворянский титул для Второй сестры…”

- Какой хвастун! Ты ведь ни капельки не скромничаешь, а?! - Юй Сяокао оскалила зубы и ущипнула себя за лицо, полное детского жира: “Я только слышала, что люди просят титулы для своей матери и жены, но кто когда-либо просил титул для своей старшей сестры?” Маленький Шито был совершенно серьезен, когда торжественно заявил: “Вторая сестра, в моем сердце ты так же важна, как и наша мать!!”

Сяокао почувствовала себя очень тронутой внутри и притянула маленького мальчика к себе, чтобы потереть и обнять. Ученая шапочка на голове Маленького Шито была сорвана, и его волосы, которые первоначально были аккуратно причесаны, теперь превратились в гигантское месиво сорняков. Маленький Шито больше не пытался притворяться взрослым и постоянно умолял о пощаде.

После этого Чжоу Цзысу попробовал арбуз, поскольку он пришел к соглашению с Юй Сяокао о большем количестве товаров. Каждое лето у семьи Чжоу всегда было много арбузов, подаренных им. Однако он никогда не пробовал такого сладкого и сочного арбуза. Кроме того, если ему не изменяет память, арбузам обычно требуется еще два месяца, прежде чем они появятся на рынке. Семья Юй в очередной раз победила всех остальных.

Чжоу Цзису принял предложение Юй Сяокао прислать по тарелке арбузов и фруктов на каждый стол, чей счет превышал сотню таэлей. Кроме того, можно было купить и тарелку арбуза! Если подаренная тарелка с фруктами и арбузом не возбуждала аппетита, то кто-нибудь мог заказать еще. Однако это определенно будет недешево!

- Сяокао, тебе нужно поскорее купить эти два магазина, чтобы открыть фруктовый. Хотя город Тангу-маленькое местечко, вокруг полно богатых людей! Кроме того, есть гости с юга, которые путешествуют по северу, и у них обычно много наличных на руках! - Чжоу Цзысу также сделал ей предложение.

- Фруктовый магазин? Но арбуз-это единственный фрукт, который есть в моей семье, ах! - Юй Сяокао вспомнила, что фруктовые рынки в ее прошлой жизни были заполнены фруктами с севера. По сравнению с этим ее фруктовый магазин звучал слишком жалко, не так ли?

Третий Молодой Мастер Чжоу немного подумал, а затем сказал: “Я знаю оптовый бизнес по продаже фруктов, если тебе это нужно…”

- Давай забудем об этом! Я подозреваю, что три му арбузных полей моей семьи могут произвести только столько, чтобы продать их за два-три месяца! Сначала мы откроем арбузный магазин! Как только все арбузы будут распроданы, мы сможем сдать магазин в аренду! У нас дома не хватает людей, поэтому у всех нас работы больше, чем мы можем закончить!”

Все огородные поля семьи требовали, чтобы кто-то о них заботился. Длинные ряды овощных полей могли производить достаточно, чтобы быть проданными до конца осени и начала зимы. Теперь семья Юй могла зарабатывать более двухсот таэлей в месяц только на продаже овощей! Многие овощи, когда их сезон заканчивался, становились слишком старыми и имели странное покрытие, которое влияло на их вкус. Однако у овощей семьи Юй никогда не было этой проблемы.

Теперь, кроме семьи Яо, многие другие богатые семьи в городе также покупали свою продукцию у семьи Юй. Кроме того, все они пришли, чтобы получить продукты. Что касается ресторанов, семья Юй поставляла только в ресторан Чжэньсю. С водой мистического камня в качестве ее предмета обмана, который мог бы сократить цикл роста овощей, четыре му овощных полей семьи Юй произвели достаточно, чтобы обеспечить их всех!

Кроме овощных полей, у них также был свой бизнес тушеной пищи в доках. Погода постепенно становилась теплее, поэтому они боялись, что еда может испортиться за ночь. Таким образом, госпожа Лю всегда просыпалась очень рано утром, чтобы тушить еду, и заставляла Сяолянь быстро гнать тележку с ослом в доки, чтобы продать. Каждый день они также могли зарабатывать от двух до трехсот медных монет, что составляло десять таэлей в месяц. Но не смотрите свысока на эти десять таэлей, большинство обычных людей зарабатывают столько только за год!

Кроме того, у них также был свой оптовый бизнес по продаже морепродуктов. Каждый день семья Юй постоянно покупала морские товары у близлежащих рыбаков. Даже с помощью Юй Цзяна они были так заняты, что не могли отличить свою голову от ног. Иногда Юй Личунь прогуливалась мимо, смотрела, как они заняты, и тоже помогала им.

Три арбузных поля му скоро будут готовы к продаже, и она не была уверена, кто сможет помочь продать их. Это была действительно большая проблема! Однако Сяокао уже догадывалась, кто может помочь. Она решила заняться оптовым бизнесом и планировала дать кому-то, с кем они были знакомы, возможность заработать немного денег…

Глава 169 - набор персонала

Пение птиц пробудило новый день. Легкий ветерок дул в лицо свежим и нежным запахом земли. Сегодня вся деревня Дуншань, в отличие от обычного мирного и тихого утра, была полна шума и волнения из-за определенных новостей.

- Вы, ребята, слышали об этом? Фабрика семьи Чжоу хочет купить большое количество сладкой картофельной муки! - Жители деревни болтали, стоя в очереди у входа в дом Юй Сяокао, где семья Юй собирала устриц и песчаных червей.

Другой крестьянин удивился и сказал: “Неужели? Прошлой осенью моя семья собрала много сладкого картофеля. Мы боялись, что он не будет храниться слишком долго, поэтому мы высушили его и хранили в подвале! Продав этих устриц, я вернусь домой и скажу мужу, чтобы он перемолол их в муку, но, интересно, какова будет цена?”

- Семья Чжоу ведет честный бизнес, в отличие от тех черносердечных торговцев, которые намеренно завышают цену. Я слышал, что это будет немного выше рыночной цены! - Человек, который говорил, был способным на вид человеком.

Другой простой и честный на вид человек крепкого телосложения посмотрел на червей в своей корзинке и усмехнулся: - С тех пор как семья Чжоу начала покупать устриц и песчаных червей в нашей деревне, условия жизни моей семьи значительно улучшились. Теперь мне не нужно постоянно размышлять и подсчитывать, когда мои дети хотят получить немного хорошего зерна! Вчера я купил Кэтти мяса, чтобы удовлетворить тягу моих детей!

- Старший брат Дадун, ты и твой старший сын-специалисты по выкапыванию песчаных червей. Вы, ребята, можете зарабатывать несколько сотен медных монет каждый день. Даже если вы будете есть мясо на каждый прием пищи, вы все равно не потратите все деньги! - Произнес способный на вид мужчина слегка кислым тоном.

Честный на вид человек, которого звали Старшим братом Дадуном, смущенно улыбнулся: “Нет, это неправда! Моему старшему сыну скоро нужно искать жену, так что мы должны накопить немного денег на его свадебные подарки.”

- Старший брат Дадун, наша деревня Дуншань уже не та, что раньше! В прошлом наша деревня была бедной, поэтому девушки из других деревень не хотели выходить замуж. А теперь, пока у тебя есть силы, разве ты не сможешь зарабатывать больше сотни медных монет каждый день? Некоторые из моих родственников по материнской линии, у которых есть дочери, спрашивали, есть ли в нашей деревне грамотные молодые люди! - Женщина, которая говорила, была матроной, которая казалась довольно обеспеченной.

Брат Дадун поспешно сказал: “Тетушка, вы не могли бы присмотреть за моим старшим сыном? Девушка не обязательно должна быть очень хорошенькой. Главное у нее должен быть хороший характер и чтобы она была прилежной работницей!”

Матрона улыбнулась, как цветок, и сказала: “Брат Дадун, если ты доверяешь мне, то просто предоставь это мне. Моя племянница по материнской линии имеет приличную внешность и прилежно трудится. Она определенно способна вести домашнее хозяйство. Возвращайся и поговори со своей женой. Если она не будет возражать, я помогу тебе поговорить с ними.”

- Ладно, ладно! Придется побеспокоить эту тетушку! - Брат Дадун улыбнулся так широко, что даже морщинки в уголках его глаз стали глубже. В прошлом он женился в более старшем возрасте, потому что его семья была бедной. Казалось, его сына не ждет та же участь, что и его самого.

Пока они болтали, Юй Сяокао подошла к началу очереди и встала на высоком камне с бумагой, свернутой в бумажный конус. Поднеся ко рту бумажный рожок, она закричала самым громким голосом: - Доброе утро!

- Хорошо! Хорошо! Это дочь брата Дахая. Она выглядит очень энергичной!

- Айо, Сяокао, не стой так высоко. Будь осторожна, чтобы не упасть…

- Младшая дочь брата Дахая очень умна. Продавать тушеное мясо и сажать арбузы-вот и все ее идеи! Посмотри на нее. Почему в моей семье нет такой дочери?

- Эта маленькая девочка, интересно, какие новые идеи она придумала…

Увидев, что она успешно привлекла всеобщее внимание, Юй Сяокао улыбнулась еще более сладко: “Пожалуйста, все замолчите!! У меня есть хорошая новость, которой я хочу поделиться со своими односельчанами!!”

Когда жители деревни услышали, что есть хорошие новости, они сразу же перестали шептаться и навострили уши, чтобы услышать хорошие новости.

Юй Сяокао удовлетворенно кивнула и крикнула: “Семья Чжоу планирует открыть две новые фабрики! Им нужно набрать группу работников, на которую могут записаться как мужчины, так и женщины. После выбора и подписания контракта вы будете получать ежемесячную зарплату, которая составляет не менее одного таэля серебра!”

Как только Сяокао закончила говорить, толпа мгновенно взорвалась.

- Семья Чжоу открывает еще одну новую фабрику? Более того, они набирают работников извне? Это здорово!! Я слышал, что фабрика приправ семьи Чжоу обеспечивает отличное лечение для своих рабочих. Они получают четыре выходных дня каждый месяц, и в дополнение к их месячной зарплате есть еще и премия в конце года! Я просто подумал, как жаль, что семья Чжоу использует только своих собственных слуг на своей фабрике приправ… Я не ожидал, что они наберут внешних рабочих для своей новой фабрики! Я обязательно пойду попробовать, несмотря ни на что!

- Я тоже пойду!! Кто знает, может быть, меня возьмут! Ежемесячное жалованье в один таэль означает, что я смогу приносить стабильный доход! Я буду дураком, если не пойду!

- Разве ты не слышал, что сказала Сяокао? Подать заявку могут как мужчины, так и женщины. Мне нечего делать дома, и я не умею выкапывать песчаных червей. Может быть, мне стоит пойти домой и обсудить это с мужем, а также подать заявление на работу?

……

Увидев, что ее слова привлекли внимание жителей деревни, Юй Сяокао откашлялась и продолжила: “Третий Молодой мастер Чжоу сказал, что сначала они наберут рабочих из деревни Дуншань! Все семьи, у которых есть лишние работники, могут попробовать! Кроме того, семья Чжоу будет иметь долгосрочный спрос на сладкую картофельную муку, куриные и утиные яйца. Так что, если у вашей семьи есть дополнительные услуги дома, вы можете обменять их на деньги! Время регистрации составляет всего три дня, поэтому, пожалуйста, распространяйте новости и не откладывайте подачу заявки!”

Эта новость быстро распространилась по всей деревне Дуншань. Сразу же несколько семей вместе отправились в доки, зарегистрировались на заводе семьи Чжоу и стали ждать их оценки.

Третий Молодой мастер Чжоу предвидел и специально построил еще несколько фабричных зданий при строительстве фабрики приправ. Когда фабрика приправ впервые начала производство, она занимала менее половины зданий. Остальные были отделены и использовались как фабрики для вековых яиц и вермишели соответственно.

Три дня спустя фабрика яиц семьи Чжоу и фабрика вермишели уже были готовы к работе. За исключением "грязи", обернутой снаружи, вряд ли были какие-либо технические навыки, необходимые для изготовления столетних яиц. Сяокао научила доверенного подчиненного Третьего Молодого Мастера Чжоу формуле приготовления "грязи". Рабочие делали столетние яйца из грязи, которую он готовил каждый день. Таким образом, персонал фабрики ъ мог начать работать после простого обучения!

Фабрика "вековые яйца" не нуждалась в большом количестве людей. После собеседований и экзаменов они приняли только нескольких матрон, которые были быстрыми и прилежными работниками. Однако попасть на вермишельную фабрику оказалось сложнее. Независимо от того, было ли это замешивание муки из сладкого картофеля, постукивание по тазу для процеживания, вычерпывание вермишели или сушка вермишели, все они требовали большого количества технических навыков и строгой подготовки.

Кроме того, все рабочие, допущенные на вермишелевую фабрику, должны были подписать договор о неразглашении. Любой, кто допустит утечку формулы, должен будет возместить заводу тысячу таэлей за свои потери, а также будет арестован и отправлен в тюрьму.

Многие люди хотели отступить, услышав первый пункт. Однако, когда они услышали, что фабрика обеспечивает высокую зарплату, отличное обращение и ежегодную премию, большинство людей все еще были готовы подписать контракт после тщательного обсуждения. До тех пор, пока у них не было никаких злых намерений и не было утечки формулы, не было бы никаких проблем вообще!

Задача замеса муки из сладкого картофеля была в основном возложена на аккуратных и проворных молодых девиц и молодых жен. Времена изменились, и перспективы жителей деревни Дуншань также изменились. Теперь уже не считалось постыдным, чтобы молодые девушки и замужние женщины зарабатывали деньги на содержание своих семей!

Молодые и сильные мужчины отвечали за постукивание по тазу и выдавливание вермишели. Они менялись сменами и делали перерыв каждый час, потому что это была работа, которая полностью зависела от силы. Если бы они работали с утра до ночи, было бы удивительно, если бы их руки не устали.

Что касается задачи зачерпывать вермишель и сушить ее, то они выбирали матрон, которые работали скрупулезно и терпеливо. В результате более половины работников этих двух фабрик, принадлежащих семье Чжоу, были женщины.

Например, в прошлом, когда молодые женщины и матроны деревни Дуншань были свободны и праздны, они просто собирались группами, чтобы поболтать и посплетничать. С тех пор как начали работать фабрики семьи Чжоу, в деревне стало намного спокойнее. За исключением стариков, женщин редко можно было увидеть под старым вязом у входа в деревню.

Конечно, кроме госпожи Сюн и госпожи Ли! Эти двое были типичным примером ленивых и прожорливых людей, которые ничего не могли сделать. Таким образом, фабрика определенно не примет их. Они вдвоем тоже пошли устраиваться на работу, но когда увидели неряшливый вид мадам Ли, ее исключили в первом же раунде. Причина заключалась в том, что фабрики семьи Чжоу производили продукты питания. Если личная гигиена рабочего была плохой, как они могли обеспечить гигиену пищи?

Мадам Сюн также выбыла во втором раунде из-за своей неуклюжести. Госпожа Сюн была крайне огорчена, увидев, что несколько женщин, с которыми она не ладила, сдали экзамен. Поэтому она подстрекала мадам Ли заставить семью Юй Хая дергать за ниточки.

Мадам Ли была такой же, как ее свекровь, которая издевалась над слабыми и боялась сильных. Она не осмелилась искать Юй Сяокао, у которой были связи, и поговорила с госпожой Лю наедине, заставив ее замолвить за нее словечко перед Третьим Молодым мастером Чжоу. Однако Юй Сяокао, которая следила за ней, как только она вошла в ворота, услышала ее слова.

- Старшая тетя! Фабрика яиц и вермишельная фабрика не принадлежат моей матери, так что какой смысл искать мою мать? Моя мать редко разговаривает с Третьим Молодым господином Чжоу, но ты просишь ее попросить его об одолжении. Ты уверена, что нашла именно того человека?! Позволь мне быть с тобой откровенной! Третий Молодой Мастер Чжоу не будет слушать никого в моей семье, кроме меня! Бесполезно искать кого-то другого!

Скрестив руки на груди, Юй Сяокао внутренне презирала мадам Ли за то, что она издевается над слабыми и боится сильных. Неужели она действительно думает, что ее мать все еще так легко запугать? Мечтай дальше!

Госпожа Ли огляделась и заметила, что крестного отца Сяокао, который был высокопоставленным чиновником, не было рядом, поэтому она поспешно наклонилась и льстиво улыбнулась: “Сяокао! Видишь ли, независимо от того, что мы все еще родственники. Что такое родственники? Разве родственники не должны заботиться друг о друге? Старшая тетя никогда ни о чем тебя не просила, поэтому, пожалуйста, просто помоги Старшей тете один раз!”

Глаза Юй Сяокао сместились, когда она задумалась и сказала: “Дело не в том, что я не могу помочь тебе! Вся работа на вермишелевой фабрике тяжелая и утомительная, так что с "избалованным образом жизни" Старшей тети ты определенно не справишься. Отправляйся на фабрику "вековые яйца"! Однако там они работают по сдельной системе оплаты труда! Тем, кто работает быстрее, платят больше и получают более высокую ежемесячную зарплату, в то время как люди, которые работают медленнее, безусловно, получают меньше денег. Старшая тетя, что думаешь?”

Мадам Ли все еще очень хорошо знала себя. Было ли это до того, как она вышла замуж, или после того, как она вышла замуж за семью Юй, она почти не делала никакой работы. Если она будет получать ежемесячную заработную плату, основанную на сдельной оплате труда, то…”

Мадам Ли льстиво улыбнулась и сказала: “Сяокао, ты не могла бы посмотреть, есть ли еще какая-нибудь работа…”

- Дело не в том, что я смотрю на тебя свысока, старшая тетя, но ты не сможешь выполнять другую работу! Если ты не считаешь, что подходишь для этой работы, просто продолжай копать червей. Пока ты готова усердно работать, ты определенно сможешь получать много денег каждый месяц! - Юй Сяокао взмахнула руками и заговорила несколько нетерпеливым тоном.

Мадам Ли знала, что Сяоако не из тех, с кем легко иметь дело. У нее была поддержка ее высокопоставленного официального крестного отца, поэтому она не могла бить или ругать ее. Несмотря на то, что ее живот был полон неудовлетворенности, она все же согласилась на эту работу. Что ж, пусть будет так! Даже если она будет работать медленно, она все равно будет получать деньги за каждый свой заработок.

Больше всего она была довольна тем, что мадам Чжан не будет рядом, когда она будет работать. Ее свекровь не знала, сколько ей платят, поэтому ей было удобнее вычесть из нее немного денег и сохранить их в качестве личных сбережений.…

Глава 170 - продажа арбузов

Однако мадам Ли была не единственной, кто хотел войти через заднюю дверь! Вторая тетя Сяокао по материнской линии была сварливой женщиной, которая суетилась из-за всего. Но она была не из тех, кто выбирает легкую работу и увиливает от тяжелой. Она слышала от своей старшей двоюродной сестры, которая вышла замуж за человека из деревни Дуншань, что семья Чжоу сначала набирает рабочих из деревни Дуншань. Она сразу же почувствовала тревогу в своем сердце—если все должности на заводах семьи Чжоу будут заполнены жителями деревни Дуншань, разве это не означает, что у нее вообще не было бы никаких шансов?

Госпожа Ху заставила честного второго дядю Сяокао по материнской линии сопровождать ее в деревню Дуншань за спиной свекрови. Почему она не пошла одна? Потому что ей было стыдно!

Бабушка Сяокао по материнской линии дала семье Сяокао несколько таэлей, когда они впервые отделились от основной семьи. Это было то, о чем она ворчала в течение долгого времени. Каждый раз, когда она видела мадам Лю и семью Юй, она упоминала об этом в саркастической манере.

Как говорится: "Не переусердствуйте, чтобы обеспечить себе приятные встречи в будущем". Это была действительно такая мудрая фраза. Она не ожидала, что условия жизни семьи Юй будут совершенно другими в течение нескольких месяцев. Они не только вернули все деньги, но и познакомились с одним богатым бизнесменом в городе. Она не была такой толстолицей, как мадам Ли. Учитывая, как она обращалась с ними в прошлом, как она могла не стыдиться прийти и попросить их об одолжении сейчас?

Госпожа Ху и ее муж встали рано утром, и было уже поздно, когда они добрались до деревни Дуншань. Однако когда они вдвоем добрались до старой резиденции семьи Юй, человека, которого они искали, дома не оказалось! Они спросили Юй Хана, который собирал морские товары на стороне, и узнали, что вся семья пошла работать на поля, потому что арбузы созрели!

- Второй дядя по материнской линии, Вторая тетя по материнской линии, сначала сядьте и отдохните во дворе. Уже почти полдень, так что мама скоро вернется, чтобы приготовить обед. - Юй Хан вежливо приветствовал их улыбкой.

Госпожа Ху нетерпеливо замахала руками и сказала: “Не нужно, не нужно! Мы просто пойдем помогать в поле. Сяоша, ты должен продолжать свою работу!”

Лю Хань и раньше приходил помогать пахать поля, поэтому он знал, где находятся три му песчаной земли семьи Юй. Не нуждаясь в том, чтобы его вели туда, он повел жену на арбузные поля.

Мадам Ху прошептала: “Муж, ты видел длинную очередь за морепродуктами? Я думаю, что твоя младшая сестра, вероятно, заработала довольно много денег, делая это, не так ли?”

- Сколько они зарабатывают-это их личное дело! Наша деревня не рядом с морем, так что нам не повезло заработать такие деньги, даже если бы мы захотели! - Лю Хань был честным человеком, который говорил прямо, поэтому его слова иногда заставляли людей чувствовать себя неловко.

Мадам Ху сердито посмотрела на него и сказала: “Мы не можем собирать морепродукты, но мы можем прийти им на помощь, когда они заняты. Ты только посмотри на младшего кузена твоего младшего шурина. Я не верю, что он помогает бесплатно. Он, наверное, получает какую-то выгоду?”

- Поскольку он живет неподалеку, ему удобно прийти на помощь!! Юй Цзян-хороший и честный человек. Младший Зять не ошибся в выборе! - Лю Хань все еще не понимал намерений своей жены, что привело мадам Ху в крайний гнев.

- Хм! Твоя младшая сестра даже не может вести собственное хозяйство! Она даже не думает о своей материнской семье когда есть хорошие возможности… - Мадам Ху наконец высказала свои внутренние мысли.

Лю Хань пристально посмотрел на нее и сказал: “Моя семья не похожа на твою семью по материнской линии. Братья, не выполняющие никакой нормальной работы и всегда желающие воспользоваться своими замужними сестрами и дочерями! Ты только посмотри на своих сестер. Твои братья доставили им столько хлопот, что они едва могут продолжать жить! Если бы не щедрость моих родителей, неужели ты думаешь, что смогла бы так хорошо жить дома?”

Голос мадам Ху сразу смягчился: “Разве мы не говорили о твоей младшей сестре? Почему ты упомянул мою семью? Я ведь тоже не хочу таких братьев, ах…”

Лю Хань посмотрел на нее и сказал: “Мы все знаем, каково было, когда семья моей младшей сестры отделилась от основной. Условия жизни ее семьи только что немного улучшились, так что мы, как ее старший брат и старшая невестка, не должны причинять ей больше хлопот! Просто прямо расскажи об этом Муюн, когда мы ее увидим. Она поможет, если сможет. Но если она действительно не сможет помочь, не говори ей ничего неприятного, ладно?”

Госпожа Ху была остра на язык и несколько эгоистична, но все же прислушалась к словам мужа: “Я буду помнить, в конце концов, мы ведь пришли просить их о помощи! Я обязательно буду контролировать свой собственный язык!”

Пока они разговаривали, они подошли к арбузным полям. На зеленых лозах росли большие арбузы, они раздувались, когда на них попадало солнце. Семья Юй, находившаяся на полях, нагибалась и осторожно постукивала по арбузам, чтобы найти спелые арбузы. Выбрав спелые арбузы, они срывали их с лоз. На самом деле собранные арбузы уже были свалены в кучу на земле.

- О боже, это арбузы! Они действительно большие. Каждый из них, вероятно, весит по меньшей мере от десяти до двадцати Кэтти, верно? Их редко можно увидеть в городе, не говоря уже о нашей маленькой деревне, не так ли? Муж, как ты думаешь, сколько стоит одна Кэтти? - Мадам Ху с любопытством обошла груду арбузов, прищелкивая языком.

Юй Сяокао с трудом удерживала в руках большой спелый арбуз. Увидев это, Лю Хань быстро подошел и взял арбуз из ее рук.

- Второй дядя, зачем ты пришел? Сегодня утром мы с мамой как раз говорили о тебе и Старшем дяде по материнской линии! - Юй Сяокао не очень-то нравилась госпожа Ху, но она не испытывала никаких дурных чувств к своему слегка скучноватому второму дяде по материнской линии.

Лю Хань взял арбуз в свои руки вместе с кучей арбузов. Он потер руки и застенчиво улыбнулся: “Твоя вторая тетя по материнской линии хочет работать на фабрике семьи Чжоу, но мы не уверены, что они все еще вербуют людей. Поэтому я пошел с ней, чтобы спросить об этом.”

Юй Сяокао посмотрела на госпожу Ху, которая смотрела на арбуз, и сказала: “Есть еще несколько свободных мест для сушки вермишели. Для этого нужны люди дотошные и терпеливые. Как мужчины, так и женщины могут подать заявку…”

Лю Хань засмеялся и сказал: “Хотя у твоей второй тети по материнской линии острый язык, она очень хорошая работница!”

Кроме них, госпожа Ху подняла уши и внимательно слушала, боясь что-то упустить. Услышав его слова, она энергично закивала.

Юй Сяокао опустила глаза и задумалась, а потом сказала: - Во второй половине дня я поеду со Второй тетей по материнской линии. Однако, чтобы работать на вермишелевой фабрике, вам нужно будет подписать соглашение о конфиденциальности. Если вы расскажете кому-нибудь в формулу вермишели, вам придется выплатить компенсацию, а также вас посадят в тюрьму!

Госпожа Ху быстро поклялась: “Сяокао, ты можешь быть уверена! Я никогда не скажу ни слова о фабрике посторонним! - Раньше ты говорила, что ищешь своих дядей по материнской линии. - В чем дело?”

Мадам Ху перевела взгляд на груду арбузов. Мадам Лю была занята взвешиванием арбузов для Ван Эргоу.

Говоря о Ван Эргоу, поскольку Сяокао согласилась позволить ему продавать арбузы в кредит, он был особенно обеспокоен арбузными полями семьи Юй. Когда он встречал Сяокао и Юй Хая, поливающих поля, он бросался к ним, чтобы помочь нести несколько грузов воды. Вечером он также брал на себя инициативу помочь присмотреть за арбузами, заменяя Юй Хая, чтобы тот мог пойти домой и отдохнуть несколько дней.

В эти дни он посещал арбузные поля почти каждый день. Зная, что семья Юй сегодня собирает урожай арбузов, он проснулся еще до рассвета, чтобы прийти им на помощь. Хотя он не знал, как определить, созрели ли арбузы, он помог перенести их на край поля. Ранним утром он был весь в поту и работал еще усерднее, чем когда занимался своими домашними делами!

Он уже починил ручную тележку своей семьи и приготовился сегодня толкать тележку с арбузами в доки, чтобы проверить воду. Он планировал продать арбузы в городе, но когда узнал, что семья Юй собирается открыть в городе арбузный магазин, то отказался от этой идеи. Когда дело дошло до продажи вещей, восемь из них все равно были бы несравнимы с одной Юй Сяокао. Каждый день на пристани появлялся большой поток купцов и пассажирских судов, так что здесь должно было быть довольно много богатых людей. Таким образом, он последовал совету Сяокао открыть рынок в доках.

- Сяокао, я действительно не знаю, как работать с весами. Что, если я потеряю деньги? - Ван Эргоу был невежественным и некомпетентным человеком и только немного поправился после женитьбы. Его жена, с другой стороны, была очень способной, и вряд ли было что-то, что она не могла сделать. Но сейчас его жена была беременна. Так как же он мог позволить ей носиться взад и вперед по докам?

Юй Сяокао улыбнулась ему и сказала: “Это просто! Большие арбузы должны быть около двадцати Кэтти. Раз уж вы получаете свои арбузы от нас, я дам вам оптовую цену в сто пятьдесят медных монет за Кэтти, так что она обойдется в три таэля. Продайте их за пять таэлей в городе! Продайте меньшие за четыре таэля, а еще меньшие, которые выглядят примерно на десять Кэтти за три таэля! Это должно сработать!”

Ван Эргоу даже не отреагировал, когда мадам Ху удивленно воскликнула: “Что? Арбуз стоит пять таэлей? Пяти таэлей хватит на полгода всей семье. Ты действительно сможешь их продать?”

Лю Хань быстро притянул к себе жену и свирепо посмотрел на нее: “Если тебе нечего сказать, то не говори! Никто не подумает, что ты немая!!”

Ван Эргоу беззаботно улыбнулся и сказал: “Невестка семьи Лю, такие люди, как мы, определенно не захотят тратить несколько таэлей на покупку арбуза. Однако в доках много богатых дворян. Наши арбузы сочные и сладкие. Более того, мы единственные, кто их продает. Они не смогут найти их больше нигде! Даже если они будут дороже, я все равно не буду беспокоиться, что они не будут продаваться, не говоря уже о пяти таэлях!! Сяокао, твоя идея действительно хороша. Я просто сделаю это!”

Мадам Лю почти закончила взвешивать арбузы. Ручная тележка Ван Эргоу была не очень большой и вмещала не больше двадцати арбузов.

- Всего триста шестьдесят восемь Кэтти. Мы округлим цену для вас и получим триста шестьдесят Кэтти. Сяокао, рассчитай цену для своего дяди Эргоу! - Математические способности мадам Лю были намного хуже, чем у ее детей. У нее не было уверенности, чтобы вычислить такое большое число.

Юй Сяокао молча подсчитала в уме и быстро ответила: “Дядя Эргоу, всего пятьдесят четыре таэля! Я напишу вам вексель. Вы можете взять арбузы после того, как оставите свой отпечаток пальца!”

Временная записка уже была написана, и ей просто нужно было заполнить общий вес и деньги, причитающиеся за арбузы. Юй Сяокао заполнила цифры гусиным пером, а затем внимательно прочитала их неграмотному Ван Эргоу.

Ван Эргоу, не колеблясь, быстро обмакнул указательный палец в чернила, а затем отпечатал свой палец на записке. Он сказал: “Тебе не обязательно это читать. Даже если я не доверяю другим, как я могу не доверять тебе? Позже, если придет моя жена, просто скажи ей, что я ходил в доки.”

Судя по размеру арбузов, Ван Эргоу погрузил их на ручную тележку и с энтузиазмом оттолкнул.

Магазин Юй Сяокао в городе должен был открыться завтра, так что сегодня им нужно было перевезти арбузы в магазин на хранение. Она закатала рукава, с трудом подняла арбуз и положила его на тележку, запряженную ослом. Увидев ее, Лю Хань быстро сказал: - Я сам погружу их на телегу!

Мадам Ху также тактично взяла арбуз и сказала: “Сяокао, ты можешь нести их своими тонкими руками и ногами? Разве тебе не нужно просто погрузить их на тележку? Оставь это своим дяде и тете!”

Сяокао также не продолжала быть вежливой с ними. Помогая, она сказала Лю Хань: “Второй дядя по материнской линии, сейчас в полях не так много людей, так почему бы тебе не взять тележку арбузов, чтобы продать их в городе?! До тех пор, пока арбузы не падают и не разбиваются, вы можете держать их в течение пяти-шести дней. Если вы не сможете продать их все за один день, вы можете продолжать продавать их на следующий день…”

Лю Хань спокойно передвинул несколько арбузов, а затем прямо ответил: “Себестоимость арбуза составляет два-три таэля. Я боюсь все испортить… Более того, у нас нет тележки, чтобы их перевезти.”

Глава 171 - арбузная лавка

На этот раз мадам Ху ничего не сказала. Она была несколько заинтересована этой идеей, пока не услышала, что тележка арбузов стоит больше пятидесяти таэлей. Если они не смогут их продать, сколько лет им понадобится, чтобы вернуть долг?

- Второй дядя по материнской линии, не беспокойся о телеге! Мы собираемся купить карету для лошадей, так что вы можете одолжить нашу тележку для ослов! Это просто зависит от того, хватит ли у вас мужества сделать это! - Юй Сяокао также хотела помочь семье своей бабушки по материнской линии. Она и так уже ясно выразилась. Если ее дядя по материнской линии не может принять решение, то она ничего не может сделать.

Пока Лю Хань все еще колебалась, взгляд госпожи Ху переместился, и она прошептала: “Муж, мы должны работать вместе со Старшим Зятем?” Таким образом, они могли разделить риск с кем-то. Если бы им нужно было вернуть деньги, было бы меньше давления с двумя ветвями семьи.

Лю Хань, который не мог принять решение, также чувствовал, что он должен спросить мнение своего старшего брата. - Так уж случилось, что Старший Брат взял сегодня Живея на работу в доки. Я могу обсудить с ним этот вопрос, когда увижу его позже!

- Мисс Юй, я привез вам карету!! - Цянь Сяодуо подъехал на конной повозке с незнакомым рабочим. Видя, что все заняты на арбузных полях, он не стал вести себя, как чужак и помог им погрузить арбузы в повозку.

Они уже подписали контракт на поставку с рестораном "Чжэньсю". Госпожа Лю увидела, что Цянь Сяодуо и другие служащие подъехали на двух экипажах. Один совершенно новый предназначался для их семьи, а другой - для покупки арбузов!

- Младший брат Цянь, сколько арбузов вы, ребята, хотите? - Госпожа Лю взяла весы и спросила Цянь Сяодуо с доброй улыбкой.

Цянь Сяодуо сладко сказал: “Тетя, просто оставь это! Как я могу беспокоить вас из-за таких тяжелых арбузов?! Маленькая Хаоцзы, иди помоги тете нести весы!”

Маленькая Хаоцзы? Юй Сяокао посмотрела на худенькую и маленькую девочку и с трудом подавила смех. Лицо Маленькой Хаоцзы вспыхнуло и пробормотало: “Меня зовут Ниу Хао. Хао от слова "огромный", а не Хао от слова "мышь"!”

Цянь Сяодуо хихикнул и сказал: “Ха-ха! Хватит объяснять и принимайся за работу. После взвешивания арбузов нам еще нужно собрать овощи!”

Это был первый день бесплатного мероприятия ресторана Чжэньсю по подносу фруктов. Они не были уверены, что реакция будет хорошей, поэтому купили только двести Кэтти арбузов. Они по-прежнему закупали обычное количество овощей, заполняя вагон до краев.

Юй Хай собрал все спелые арбузы на полях и наполнил ими повозку с лошадьми и осликами. Сяокао вела ослиную повозку, а сама управлял лошадиной. Отец и дочь последовали за экипажем ресторана Чжэньсю и неторопливо направились в город.

Фан Цзычжэнь сейчас находился в магазине в городе и готовился к завтрашнему торжественному открытию. На самом деле Юй Сяокао не планировала управлять этим магазином в течение длительного времени. Таким образом, он был обставлен очень просто. Вывеска "Арбузный магазин Тангу" уже висела над входом в магазин, но пока она была закрыта красной тканью. Внутри магазина были деревянные полки, сделанные на заказ, с деревянными досками, прибитыми вокруг стеллажей, чтобы гарантировать, что арбузы не упадут с полок.

Витрина соседнего магазина была уже сдана в аренду. "Великолепная парчовая усадьба" была магазином, который продавал высококачественные ткани, такие как шелка и атлас. В это время хозяин Великолепной Парчовой усадьбы и несколько знатных покупателей время от времени заглядывали в соседнюю лавку.

- Лавочница Фэн, вы не знаете, кто арендовал магазин по соседству? Чем они занимаются? Интерьер выглядит таким убогим. Это ведь не универсальный магазин, верно? Если они поставят кучу всякой всячины у входа, это повлияет на ваш бизнес! - Старшая юная мисс из городской семьи Чжуан презрительно поджала губы и тряхнула носовым платком.

Лавочница Фэн была женщиной моложе тридцати лет, со светлой кожей и слегка полноватой фигурой. Она просияла от радости и сказала: - Сколько денег может заработать универсальный магазин? Арендная плата здесь не дешевая. Ребята, вы видите? Этот человек, который усердно работает, - правительственный чиновник! В прошлый раз, когда он приходил сюда, на нем была официальная мантия!

Закадычная подруга старшей юной мисс Чжуан, мисс Ван, проявила любопытство и снова посмотрела на ряды полок по соседству. - Разве они не собирались начать бизнес завтра? Почему сегодня в магазине нет товаров? Как странно!

Хозяйка магазина Фэн хотела что-то сказать, но увидела перед своим магазином экипаж, набитый арбузами. На мгновение она была ошеломлена. Арбузы в это время не популяризировались. Она родилась и выросла в маленьком городке Тангу, поэтому никогда раньше не видела арбузы.

- Айя! Он здесь, он здесь!! - Мисс Ван опустила тряпку и сделала два шага к двери. И действительно, карета остановилась перед соседним магазином.

Старшая юная госпожа Чжуан прижимала к своему телу парчу, расшитую цветами лотоса, и рассматривала ее. Услышав ее слова, она спросила: - Ты можешь перестать суетиться? Так неловко!

Независимо от их основ в городе Тангу или семейного происхождения, семья Чжуан была сильнее семьи Ван. В результате Старшая юная мисс Чжуан всегда бессознательно проявляла чувство превосходства.

Мисс Ван не приняла это близко к сердцу и сказала: “Товар для соседнего дома прибыл! Эй, это похоже на арбуз, который я съел у тебя дома!”

- Арбуз? Как могут люди продавать арбузы в нашем городе Тангу? Арбуз в прошлый раз привез мой старший брат, который ездил на учебу в столицу! - С выражением недоверия на лице Старшая юная мисс Чжуан продолжала смотреть на ткани.

Мисс Ван посмотрела на большие и круглые арбузы, перенесенные в соседний магазин, и сказала с легкой неуверенностью: - Арбуз, который я ела в прошлый раз у тебя дома, был не такой большой и свежий!

Старшая юная мисс Чжуан бросила тряпку в ее руки, сердито посмотрела на нее и сказала: “Ты жалуешься, что арбуз в моем доме маленький и не свежий? Тогда почему бы твоей семье не взять себе что-нибудь побольше и посвежее? Я не слышала, чтобы ты жаловалась, что он не свежий, когда ты его ела! Даже я не ела столько, сколько ты!!”

Услышав ее слова, мисс Ван покраснела и пробормотала: “Ах-мэй, не сердись. Я не это имела в виду…”

Старшая юная мисс Чжуан больше не была в настроении покупать ткани. Тяжелыми шагами она вышла из дверей Роскошного Парчового особняка и уже собиралась войти в соседнюю лавку.

- Юная мисс, пожалуйста, остановитесь! Наш магазин еще не открылся, так что сейчас там очень грязно. Лучше не пачкать вышитые туфли! - Крестный приказал Юй Сяокао стоять в стороне и смотреть, как они передвигают арбузы. Она, которой было очень скучно, сказала Старшей юной мисс Чжуан, которая уже собиралась войти в дверь.

Когда Старшая Юная госпожа Чжуан услышала ее слова, она действительно остановилась как вкопанная. Она внимательно посмотрела на одежду Сяокао, а затем на ее лице появилось презрение. - Малышка, а что именно вы, ребята, продаете в этом магазине?

Юй Сяокао была человеком с острым зрением. Старшая юная госпожа Чжуан была одета в изысканную одежду и прекрасные украшения. Было очевидно, что это молодая мисс из знатной семьи, которая могла бы стать одной из ее потенциальных клиенток. Клиенты были главным приоритетом, клиенты были превыше всего.

Сяокао вежливо сказала: “Мы-арбузный магазин! Не хочу хвастаться, но наши арбузы сладкие и сочные. Абсолютно качественно и недорого!”

Старшая юная госпожа Чжуан наблюдала, как У Юн прошел мимо с большим арбузом в руках, вошел в магазин и поставил его на полку. Она недоверчиво спросила: - Ты действительно продаешь арбузы? Где вы, ребята, взяли эти арбузы? Они выглядят действительно свежими!”

Слегка гордым тоном Юй Сяокао ответила: “Мы сами их выращиваем. Мы только сегодня утром собрали их с полей, так что, конечно, они свежие!”

Старшая юная мисс Чжуан воскликнула невероятно: “Кто-то в городе Тангу выращивает арбузы? Почему я не слышала об этом раньше? Девочка, ты ведь не лжешь, правда?”

- Какой смысл мне врать? Кроме того, моя семья впервые выращивает арбузы. Мы попросили молодого босса ресторана "Чжэньсю" помочь нам найти семена, но не ожидали, что они действительно вырастут—Крестный отец, дядя Ли, дядя Ву, спасибо за тяжелую работу! Вымойте руки и отдохните немного! Я пойду порежу вам арбуз, чтобы утолить жажду! - Увидев, что ее крестный и двое его подчиненных почти закончили выгружать арбузы, Юй Сяокао поспешно окликнула их.

Ее крестный отец и двое его подчиненных были такими хорошими работниками. Часть выгруженных арбузов была разложена по полкам в соответствии с их размерами, а остальные были сложены в комнате на заднем дворе.

Фан Цзычжэнь усмехнулся, глядя на свою крестницу, деловито ищущую нож и моющую арбуз, словно она была маленькой белочкой, хранящей осеннюю еду. Он чувствовал, что с его дочерью все было хорошо.

Старшая юная мисс Чжуан должна была уйти, но ее глаза были прикованы к полкам с арбузами. Как и говорила мисс Ван, арбузы были большие и круглые. Но можно ли было выращивать арбузы в городе Тангу? Съедобны ли эти арбузы? Она вообще не могла пошевелить ногами.

Она спокойно смотрела на маленькую девочку, одетую в обычную одежду, которая выбирала большой арбуз, мыла кожуру и резала его на столе в магазине. Режущим инструментом, похожим на длинный нож, она аккуратно разрезала арбуз пополам. Красная мякоть и черные семена появились перед ее глазами, и она почувствовала освежающе сладкий аромат издалека.

Арбуз был разрезан на мелкие кусочки. Фан Цзычжэнь уже поспешно взял кусок и съел его большими кусками. Красный сок стекал по его бороде, но он не потрудился вытереть его.

Ради магазина своей дочери Фан Цзычжэнь приложил все усилия и был занят с самого утра до сегодняшнего дня. У него даже не было времени отдохнуть и выпить глоток воды. Сладкий и сочный арбуз увлажнил его пересохшее и жаждущее горло. Холодное чувство проникло в самую глубину его сердца.

Видя, что их хозяин ест с удовольствием, Ли Ли и У Юн не могли не взять по кусочку каждый и слегка откусить. Их глаза внезапно загорелись, и прежде чем они успели проглотить свой первый кусок, они уже нетерпеливо откусили еще один. Они даже не хотели выплевывать семена.

Старшая юная мисс Чжуан с отвращением прикрыла рот платком, когда увидела, что трое мужчин едят в хамской манере. Но она не могла удержаться, чтобы не проглотить излишек слюны во рту.

“Глоток...”

Мисс Чжуан была потрясена и подумала, что это она громко сглотнула. Как она могла позволить себе выставить себя дурой? Она уже собиралась развернуться и уйти, но заметила, что мисс Ванг рядом с ней беспрестанно глотает слюну. Она вздохнула с облегчением. - Я так и знала! Этот смущающий звук только что, как он мог исходить от меня?

- Перестань позориться здесь! Если вы хотите съесть его, просто подождите, пока они не откроются завтра, и купите его! - Старшая юная мисс Чжуан закрыла лицо носовым платком и вернулась в соседний магазин. Мисс Ван неохотно пошла прочь и на каждом шагу то и дело оглядывалась.

- Три старшие сестры! Это арбузы, которые мы продаем в нашем магазине. Пожалуйста, попробуйте! Если вам понравится вкус, добро пожаловать к нам завтра! - Юй Сяокао аккуратно положила маленькие кусочки арбуза на тарелку. Она принесла тарелку на подносе и с улыбкой вошла в магазин тканей.

Мисс Ван удивленно распахнула глаза и воскликнула: - Бесплатно?

Глава 172 - торжественное открытие

Старшая юная мисс Чжуан презрительно закатила глаза, глядя на свою близкую подругу. Если бы она снова могла выбирать, то предпочла бы не знать этого человека. Она действительно была слишком позорной! Однако ей очень не хотелось в этом признаваться, но в глубине души она тоже слегка жаждала арбуза.

Хозяйка магазина Фэн занималась бизнесом уже много лет, поэтому она могла более или менее догадываться, о чем думают ее клиенты. Судя по ее наблюдениям, мисс Чжуан была немного сдержанна, но не могла не смотреть на тарелку с фруктами. Мисс Ван, с другой стороны, не скрывала своего интереса к арбузу. Она выглядела так, будто хотела съесть его, но была слишком смущена, чтобы принять.

Она очень понимающе взяла поднос, улыбнулась изящной и умной маленькой девочке, стоявшей перед ней, и сказала: - Могу я узнать вашу фамилию?

Старшие сестры, если вам, ребята, понравятся наши арбузы, не забудьте прийти поддержать нас завтра! - Юй Сяокао мило улыбнулась хозяйке, помахала руками и вернулась, чтобы прибраться в своем магазине.

Они собирались открыться завтра рано утром, поэтому сегодня она попросила разрешения отца остаться на ночь в магазине. Большинство магазинов на этой улице города Тангу имели внутренний двор с двумя входами и флигелями позади магазина.

Лавочник Фэн наблюдал, как маленькая девочка вернулась в соседнюю комнату, коснулась своего лица и сказала с улыбкой: “Я достаточно взрослая, чтобы быть ее матерью, но она назвала меня "старшей сестрой"? Неужели я действительно выгляжу так молодо?”

Мисс Ван нетерпеливо спросила: “Лавочница Фэн, она разрешила нам попробовать этот арбуз, верно? Какая щедрая маленькая девочка!”

- Это что-то доморощенное и не будет стоить ей больших денег, так что же в этом такого щедрого? Но как крестьянская семья может позволить себе арендовать такой дорогой магазин? Когда фермеры стали такими богатыми? - Старшая юная мисс Чжуан посмотрела на арбуз, который был разрезан на мелкие кусочки и в них была воткнута зубочистка, и заговорила немного сердито.

Мисс Ван знала ее темперамент, поэтому она автоматически отфильтровала неприятные части своих слов и сказала с улыбкой: “Может быть, арбузы были выращены на их собственной плантации? Но я никогда не слышала о семье по фамилии Юй среди богатых семей города Тангу!”

Хозяйка магазина Фэн нахмурила брови, на мгновение задумалась, а затем сказала: - По-моему, хозяина этого магазина зовут Юй. Но человек, подписавший со мной контракт, был тем самым чиновником, о котором я упоминала ранее.

- Это может быть магазин ее семьи. Только что я слышала, как маленькая девочка называла этого бородатого мужчину "крестным отцом"! Позвольте мне попробовать вкус арбуза, произведенного в нашем городе Тангу!

Мисс Ван нетерпеливо взяла зубочистку и сунула в рот красную мякоть. Выражение ее лица тут же смягчилось. Она поперхнулась сладким соком и хотела закашляться, но не хотела выплевывать сок. Таким образом, ее лицо стало ярко-красным от кашля.

- Ты только посмотри на себя! Не говори другим, что знаешь меня, когда выйдешь отсюда! - Старшая юная мисс Чжуан отодвинулась в сторону, опасаясь, что девушка обрызгает ее слюной.

Мисс Ван наконец проглотила арбуз и несколько раз кашлянула. Она не смогла сдержаться и взяла еще один кусочек. Она сунула его в рот и пробормотала: - Это действительно вкусно! Он даже слаще того арбуза, который я ела у тебя дома. Если ты не веришь, тогда попробуй сама!

Старшая юная мисс Чжуан наконец изящно взяла зубочистку пальцами, расположенными в форме орхидеи [1]. Другой рукой она прикрыла рот платком, а потом осторожно положила в рот кусочек арбуза. Сладкий и прохладный вкус мгновенно вспыхнул у нее во рту, и арбузный сок почти потек по ее губам. Вытирая уголок рта носовым платком, она наслаждалась вкусом арбуза во рту.

Это была своего рода сладость, которая отличалась от всех других видов сладости. Вообще, что-то такое сладкое имело приторный вкус. Однако в сладости этого арбуза было что-то освежающее. Сколько бы она ни съела, ее не будет тошнить. Эта сладость была именно тем, что нравилось Старшей юной мисс Чжуан!!

Смакуя сладость во рту, она подняла глаза и увидела, что мисс Ван ест без остановки, почти закончив всю тарелку арбуза. Сердце старшей юной мисс Чжуан взорвалось гневом, но она сдержалась.

Она несколько неуступчиво забрала у мисс Ван поднос с фруктами, свирепо посмотрела на нее и сказала: - Ты только зря тратишь эту тарелку с арбузом!

Видя, что поднос с фруктами постепенно удаляется от нее, мисс Ван протянула руки и жалобно сказала: - С меня еще не хватит!

- Сколько тебе придется есть, пока тебе не хватит? Можешь ли ты хоть что-нибудь почувствовать, когда ешь так быстро? - Старшая юная мисс Чжуан медленно взяла с тарелки кусочек арбуза и тщательно его смаковала. Стоявшая рядом с ней мисс Ван, глядя на нее горящими глазами, пускала слюни.

Первоначально на тарелке было не так много кусочков арбуза, и мисс Ван только что съела больше половины тарелки, так что остальное быстро съела мисс Чжуан. Она вытерла рот носовым платком и все еще хотела большего. Она подняла ноги и неторопливо пошла к следующей двери.

- Старшая сестра А-мэй, куда ты собралась? - Мисс Ван, следовала за ней по пятам.

Старшая юная мисс Чжуан проигнорировала ее и подошла к магазину по соседству. Она увидела маленькую девочку, которая чуть раньше принесла поднос с фруктами и велела трем взрослым мужчинам расставить полки. Она откашлялась и, увидев, что девочка оглянулась, сказала: - Это действительно вкусно! Я пришла вернуть поднос!

- Старшая сестра слишком вежлива! Вы могли просто оставить его по соседству, и я бы забрала его позже! - Видя, что ее глаза, казалось, прикованы к арбузам на полках, Сяокао знала, что она очень довольна арбузами ее семьи.

Старшая юная мисс Чжуан вошла в магазин, как ива, которую обдувает легкий ветерок, и посмотрела на цены на полках. Что такое "пять таэлей", "четыре таэля" и "три таэля"? Пять таэлей за Кэтти? Даже арбузы в столице стоили не так дорого!! Но ее арбузы действительно казались намного лучше, чем арбузы из столицы.

- Помоги мне взвесить несколько самых больших арбузов. Я пришлю кого-нибудь забрать их завтра, когда вы, ребята, откроете свое дело! Это депозит! - Старшая юная госпожа Чжуан достала золотой слиток, который стоил пять таэлей золота [2], и протянула его Юй Сяокао.

Золотой слиток? Юй Сяокао имела дело с серебром и банкнотами, но она никогда не видела эту золотую вещь! Судя по размеру, он должен был быть не менее пяти таэлей, а это означало, что это было пятьдесят таэлей серебра! Чтобы быть такой щедрой, она определенно была юной мисс из благородной семьи!

- Старшая сестра, арбузы в нашем магазине продаются по единице. Все арбузы на этой полке стоят около двадцати Кэтти и стоят по пять таэлей серебра каждый. На сумму вашего депозита вы можете купить десять арбузов такого размера!! В будущем мы будем каждый день перевозить сюда свежие арбузы. Лучше покупать свежие, чтобы есть каждый день, и вкус тоже будет лучше! - Юй Сяокао придерживалась истинного значения слова "все для клиентов" и искренне советовала старшей юной мисс Чжуан.

Хотя старшая юная мисс Чжуан обладала гордым темпераментом, она была не из тех, кто не может отличить хорошее от плохого. Услышав ее слова, она почувствовала себя немного лучше. Она слабо улыбнулась и сказала: “Так это пять таэлей за один, ах! Цена гораздо дешевле, чем в столице! Это действительно вкусно и недорого!! Тогда я сначала закажу десять. Это не только для моей семьи. Поскольку посылать их в качестве подарков не будет считаться неприглядным, я также могу отправить их друзьям и родственникам!”

- Ладно! - Она была богата и импозантна, и Юй Сяокао, естественно, не возражала заработать больше денег. Поэтому она взяла маленький золотой слиток с сияющей улыбкой на лице и сказала: “Старшая сестра, я дам вам расписку…”

- Не надо, это не такие уж большие деньги! Завтра ты можешь просто отдать арбузы слуге, присланному из семьи Чжуан! - Старшая юная мисс Чжуан на самом деле не заботилась о каких-то пятидесяти таэлях серебра, так что не имело значения, была ли квитанция или нет.

Мисс Ван несколько раз прошлась по магазину и была вне себя от радости, услышав цену. Сначала она думала, что такой вкусный арбуз наверняка будет дорогим. Она слышала от Старшей юной мисс Чжуан, что арбуз, который ее старший брат купил в столице, стоил два таэля за Кэтти! Маленький арбуз стоил несколько десятков таэлей. Она была дочерью торговца, но даже с ее годовым пособием она все равно не смогла бы купить арбуз.

Она не ожидала, что сможет купить арбуз за пять таэлей серебра в этой арбузной лавке. Таким образом, она могла бы покупать арбуз каждый месяц на свое ежемесячное пособие!

- Я тоже хочу заказать. Завтра я сама за ним приду! - Мисс Ван достала из вышитой сумочки серебряный слиток в пять таэлей и улыбнулась, как маленький хомячок, получивший арахис.

Юй Сяокао быстро написала две квитанции и вручила их двум похожим на цветы девушкам. Она улыбнулась и объяснила мисс Чжуан: “Когда мы завтра откроемся, там будет много людей, и мы будем очень заняты. Я боюсь, что в это время мы допустим ошибку, так что лучше отдать арбузы с квитанцией!”

Старшая юная госпожа Чжуан на мгновение заколебалась, прежде чем взять квитанцию с уродливым почерком, а затем с тревогой посмотрела на Сяокао. Но, подумав о своем возрасте и одежде, она почувствовала, что слишком требовательна. Большинство девушек из обычных городских семей не умели читать и писать. Это уже было довольно хорошо, что эта маленькая девочка могла написать несколько слов!

Мисс Ван уже выбрала самый большой арбуз в магазине и хихикнула: - Сначала помоги мне его убрать. Я приду за ним завтра!

Старшая юная мисс Чжуан была недовольна тем, что мисс Ван снова торговалась, но Юй Сяокао продолжала улыбаться и сказала: “Нет проблем! Дядя Ли, уберите арбуз, который эта молодая леди выбрала с полки, и поставьте его в угол магазина. Старшая сестра, посмотрите внимательно. Я отмечу его для вас, так что не забудьте проверить завтра.”

Мисс Ван с удовлетворением посмотрела на свой арбуз. Увидев, как Юй Сяокао связывает его соломенной веревкой и засовывает между веревками лист бумаги со странным символом (примечание автора: арабские цифры), она беспрестанно кивала.

Старшая юная мисс Чжуан уже лишилась дара речи из-за мисс Ван. Не обращая на нее внимания, она первой вышла из магазина и направилась к своему экипажу.

На следующий день, под треск петард, арбузная лавка Юй Сяокао наконец открылась! Поначалу она хотела устроить серию фейерверков в сдержанной манере, открыть мемориальную доску и официально начать бизнес! Но она не ожидала увидеть так много знакомых лиц, несмотря на то, что никого не предупредила.

Окружной судья Ву, одетый в обычную одежду, пришел со своим драгоценным сыном и слугами, несущими подарки позади них. Сложив руки вместе, он приветственно кивнул крестному Юй Сяокао и сказал: “Поздравляю, поздравляю! Чиновник Фан, почему вы не уведомили этого подчиненного чиновника о торжественном открытии вашего магазина?”

Фан Цзычжэнь захохотал: “Это магазин моей дочери. Она хотела держаться в тени, поэтому мы никого не предупредили!”

Чжоу Цзысу тоже пришел с подарками. Он недовольно фыркнул: “Это хорошо для других! Но Сяокао, как ты можешь так со мной обращаться! Какие у нас отношения? Даже если ты не приглашаешь других, разве ты не можешь пригласить меня отпраздновать открытие твоего магазина?”

Патриарх семьи Яо также лично прибыл с подарком, а за ним шел недавно назначенный главный управляющий—старый знакомый Сяокао. Если бы он не приобрел заслугу, покупая овощи у семьи Юй и не попал в милость своего хозяина, он бы ни за что не получил должность главного управляющего.

________________________________________

[1] орхидейные пальцы (兰花指) - жест женской руки с соприкосновением кончиков большого и указательного пальцев и поднятыми тремя другими пальцами; демонстрирует изящество и элегантность

[2] 1 таэль золота = 10 таэлей серебра

Глава 173 - распродано

- Мисс Юй, если бы не Младший брат ресторана "Чжэньсю" Цянь, мы бы и не узнали об открытии вашего магазина! Когда наш старый хозяин услышал об этом, он настоял на том, чтобы прийти поздравить вас лично! Мисс Юй, поздравляю вас, а! - Стюард Яо сложил ладони вместе и ухмыльнулся от уха до уха. Люди, которые не знают, могут подумать, что это он открыл магазин!

- Вторая Сестра, Вторая Сестра! - Резкий и знакомый голос прошел через толпу и вошел в уши Сяокао. Мгновение спустя маленькая фигурка, одетая в студенческую мантию цвета морской волны и с ученой лентой в волосах, протиснулась сквозь толпу и бросилась в объятия Юй Сяокао, как пушечное ядро.

- Шито? Я думала, что сегодня не будет перерыва. Что ты здесь делаешь? Ты пропустил урок? - Юй Сяокао обняла маленького парня за плечи и удивленно спросила.

Маленький Шито надул губы и высвободился из ее объятий. С оскорбленным выражением лица он сказал: “Вторая сестра ложно обвиняет меня! Наш директор услышал об открытии нашего магазина, поэтому он привел меня и Старшего брата Юньси, чтобы поздравить со счастливым случаем. С другой стороны, я тоже считаюсь частичным владельцем магазина, так почему же я не могу прийти?”

Юй Сяокао посмотрела в ту сторону, откуда пришел ее младший брат. Конечно же, она увидела лихую и ученую фигуру директора Юаня. За ним шел Юань Юньси, элегантный и красивый молодой человек. Уголки глаз Сяокао дернулись—этот старик был классическим примером двуличного человека. Он выглядел нормальным перед людьми, но на самом деле он был полным гурманом.

- Учитель Юань, вы здесь? Пожалуйста, входите! - Хотя Юй Сяокао ворчала в душе, она все еще тепло приветствовала директора Юаня.

Юань Синянь погладил свою красивую бороду и неторопливо вошел внутрь. Он сказал с легкой улыбкой: “Сяокао, я слышал, что арбузы вашей семьи раздаются бесплатно на фруктовых подносах в ресторане Чжэньсю? Они сладкие, сочные и очень вкусные. Жаль, что Маленький Сопляк Чжоу слишком скуп. Каждый стол получает только одну тарелку…”

Юй Сяокао почти не могла подавить улыбку на своем лице. Там был бесплатный арбуз, но он все еще был недоволен тем, что его было мало! Конечно же, это было то, что мог сделать только директор Юань!

- Учитель Юань, я гарантирую, что сегодня у вас будет более чем достаточно арбузов! - Юй Сяокао велела своему крестному сопровождать директора Юаня во внутренний двор, чтобы немного отдохнуть. Она была не готова к приезду этих важных гостей. К счастью, вчера она купила крестному хорошего чая. Иначе было бы так неловко, если бы она даже не смогла обеспечить гостей напитками!

- Ах да! Когда люди приходят поздравить с началом дела, надо угостить их едой! - Юй Сяокао с улыбкой поприветствовала гостей, придвинулась поближе к Чжоу Цзысу, который помогал развлекать гостей, и прошептала: - Я не знала, что сегодня будет так много гостей, поэтому ничего не приготовила…

Чжоу Цзысу тоже придвинулся ближе к ее уху и прошептал: - Какие у нас отношения? Твое дело-мое дело! Я уже зарезервировал его для тебя, и там будет достаточно места, сколько бы гостей ни пришло!

К счастью, семья Юй не знала многих людей в городе. Кроме стола для людей из яменя, которые пришли, чтобы дать Официальное лицо Клыку, там был только директор Юань и несколько домашних хозяйств, которые покупали овощи у семьи Юй. Большинство этих семей просто прислали управляющего, и патриарх Яо был единственным, кто лично пришел. Двух отдельных комнат было достаточно!

Директор школы Юань и патриарх Яо сидели за одним столом с окружным судьей Ву, и Фан Цзычжэнь отвечал за их развлечения. Что касается этих стюардов, то Ли Ли и У Юн лично развлекали их.

На открытие небольшого арбузного магазина они пригласили родительского чиновника, сельского судью Ву, директора знаменитой академии Жунсюань Юаня и нескольких известных людей в городе Тангу. Это мгновенно привлекло внимание многих людей.

Когда благородный и престижный директор Юань лично раскрыл красный шелк на табличке, позолоченная надпись сверху— "Магазин арбузов Тангу" —заставила уголки его губ дернуться. Это было такое простое и понятное имя.

В магазине было много народу, и задний двор был относительно прост. Поэтому Фан Цзычжэнь повел гостей, пришедших поздравить их, в ресторан "Чжэньсю", расположенный наискосок от магазина. Толпа зевак вошла в магазин из любопытства. Юй Сяокао, Ли Ли и У Юн были так заняты в магазине, что пожалели, что у них нет трех голов, шести рук и десяти ртов!

Мало кто из жителей маленького городка Тангу видел арбуз раньше. В это время было много людей, которые смотрели и задавали вопросы, но на самом деле не так уж много людей покупали арбузы!

Юй Сяокао уже предвидела эту ситуацию. Она достала несколько подносов, полных маленьких кусочков арбуза, и поставила их у входа в магазин.

- Специальное предложение по случаю открытия Арбузного магазина Тангу! Все клиенты, которые заходят в магазин, могут попробовать кусочек арбуза бесплатно! Все, пожалуйста, встаньте в очередь, чтобы избежать толпы. Если вам понравится, то вы можете сделать покупку. Большие стоят пять таэлей, а маленькие-всего три!

Такая хорошая вещь, как бесплатная дегустация еды, никогда раньше не случалась в городе Тангу. Все в магазине просто смотрели друг на друга, и никто не осмеливался быть первым, кто попробует.

- Ух ты! Есть такая хорошая вещь, как бесплатная дегустация? Я, я сделаю это! - Голос мисс Ван все еще звучал энергично. Не обращая внимания на смущенного молодого человека позади нее, она взяла инициативу на себя и подошла к бесплатным кусочкам арбузов. Она осторожно взяла кусочек и принялась смаковать его маленькими глотками с закрытыми глазами.

Ван Ченьян всерьез пожелал, чтобы в земле была трещина, в которой он мог бы спрятаться. Он не должен был слушать свою мать и сопровождать сюда свою причудливую младшую сестру. Он и представить себе не мог, что его младшая сестра воспользуется возможностью бесплатной дегустации в глазах публики.

Что заставило его не поднять голову, так это то, что маленькая девочка, Ван Яньрань, все еще не была удовлетворена после того, как доела кусок арбуза, и спросила: “А каждый человек может попробовать только один кусок?”

- Сколько штук ты хочешь попробовать? Тебе хватит всего подноса? - Ван Ченьян всерьез хотел немедленно заткнуть младшей сестре рот и вывести ее из арбузной лавки.

После того, как Сяокао сказала ей, что каждый человек может попробовать только один кусочек, Маленькая мисс Ван Яньрань надулась с разочарованным выражением лица. Внезапно она повернулась и посмотрела на своего старшего брата, который закрывал лицо руками. Ее глаза загорелись, и она воскликнула: “А мой старший брат тоже может попробовать? Старший брат, если ты слишком смущен, то я могу попробовать это за тебя!” С этими словами она с улыбкой взяла второй кусок.

Ван Ченьян выдержал все испытующие взгляды вокруг себя и своей младшей сестры и почти заскрежетал зубами, когда сказал: “Разве ты не пришла забрать арбуз, который заказала вчера? Мне еще нужно кое-что сделать, так что давай поспешим обратно после того, как заберем его!”

Юй Сяокао взяла арбуз, который она отложила вчера, и с трудом перенесла его. Она протянула его молодому мастеру Вану и сказала с улыбкой: “Мисс Ван, это арбуз, который вы заказали вчера. Пожалуйста, возьмите квитанцию, которую я дала вам вчера. Дайте мне расписку в обмен на арбуз.”

Ван Яньрань посмотрела на бумагу на арбузе и увидела отметку, которую она тайком сделала вчера своими ногтями. С улыбкой она достала квитанцию из своей вышитой сумочки и громко сказала: “Мисс Юй, арбузы в вашем магазине-самые лучшие арбузы, которые я когда-либо ела. Даже столичные арбузы не так хороши, как ваши! Когда я получу свое ежемесячное пособие через несколько дней, я вернусь, чтобы купить еще один!”

Ван Ченьян вышел из арбузной лавки с тяжелым арбузом в одной руке и младшей сестрой в другой. Сев в карету, он резко отругал молодую девушку Ван Яньрань. Однако, когда маленькая девочка подумала о том, что сможет съесть сладкий арбуз дома, она не была раздражена даже после того, как ее отругали. Ван Ченьян почувствовал себя по-настоящему беспомощным, увидев счастливую улыбку на ее лице.

Но когда он впервые откусил от арбуза, то понял, почему его прожорливая младшая сестра так любила арбузы семьи Юй. Он следовал за своим отцом, чтобы делать бизнес по всей стране, так как он был маленьким ребенком. Он и раньше ел арбузы, но это был первый раз, когда он ел такой свежий, сладкий и сочный арбуз! Более того, это было очень дешево. В столице даже двадцати таэлей может не хватить, чтобы купить такой большой арбуз, не говоря уже о пяти таэлях.

Семья Ван состояла из дюжины или около того человек, включая главу семьи, его жену и наложниц, а также его детей. Дети законной жены получали по два ломтика, в то время как наложницы и их дети могли попробовать только один ломтик. Никто бы не отказался от сладкого и сочного арбуза, поэтому все еще хотели больше после еды.

Маленькая леди Ван Яньрань, в частности, так надулась, что едва не повесила на губы бутылку с маслом. Если бы она знала, что ее мать будет использовать арбуз, который она купила, чтобы угодить отцу, то она бы не сказала об этом матери. Она бы тайком подобрала его и съела в одиночестве, что определенно удовлетворило бы ее тягу. Двух ломтиков арбуза не хватило даже на то, чтобы заполнить щели между зубами! К счастью, отец возместил ей стоимость арбуза. - Хм! Завтра я тайком куплю один и съем его в одиночестве!

Что касается арбузного магазина Юй Сяокао, то после того, как Ван Яньрань взяла на себя инициативу и попробовала бесплатный образец, другие люди начали пробовать его один за другим. Радость на их лицах и бесконечные похвалы привели к тому, что еще больше людей присоединились к бесплатной дегустации.

Первая группа пришедших была в основном лавочниками и владельцами соседних предприятий. Люди, которые могли позволить себе арендовать магазин на улице, естественно, имели деньги. Попробовав арбуз, большинство из этих людей остались довольны и охотно купили их для своих семей.

Вторая группа-люди, которые делали покупки неподалеку. Эта торговая улица в городе Тангу была эквивалентна улицам, которые продавали предметы роскоши в будущем, которые редко посещались обычными людьми. Даже если они пойдут, они не смогут позволить себе продукты. Кроме того, им также приходилось терпеть презрительные взгляды некоторых торговцев. Кто будет настолько тупым, чтобы вернуться обратно?

Следует также отметить, что Юй Сяокао, безусловно, выбрала хорошее место. Мало кто выходил из магазина с пустыми руками. Однако было не так много людей, которые купили бы сразу десять арбузов, как Старшая юная мисс Чжуан. Таким образом, когда управляющий семьи Чжуан с несколькими слугами вручил квитанцию и один за другим вывез из магазина связку арбузов, они помогли привлечь больше покупателей в арбузную лавку Сяокао.

Юй Сяокао наконец-то испытала болезненное и счастливое чувство "считать деньги, пока руки не свело судорогой". Ее арбузный магазин был похож на современные супермаркеты: покупатели сами выбирали товар и расплачивались у дверей. Юй Сяокао, сидевшая на высоком стуле у входа, продолжала получать деньги и раздавать сдачу. Она также должна была поддерживать улыбку на лице, сладко говоря: “С нетерпением жду вашего следующего визита!”

Завсегдатаи чувствовали, что у маленькой девочки, которая собирала деньги, была милая улыбка, четкий голос и хорошие арифметические навыки. Независимо от того, сколько арбузов они купили и по разным ценам, она могла быстро подсчитать общее количество с одного взгляда, и она никогда не ошибалась.

На самом деле, такого рода математические навыки первого или второго класса могли быть немного трудными для людей в древние времена. Однако для Сяокао, выучившей таблицу умножения, это был сущий пустяк.

Две тележки с арбузами, которые они вчера привезли в магазин, были полностью распроданы еще до полудня. Позже люди, которые приходили в магазин, услышав о вкусных и дешевых арбузах в "Арбузном магазине Тангу", только в конце концов видели пустые полки.

Глава 174 - банкет

Занятая Сяокао наконец-то смогла сесть и выпить немного воды, чтобы утолить жажду. Когда ей попадались разочарованные покупатели, которым не удавалось купить арбуз, она уговаривала их сделать заказ заранее и оставить задаток. Оставляя задаток, завсегдатаи оставляли за собой арбузы. Таким образом, они не столкнутся с ситуацией, когда не смогут купить арбуз из-за опоздания.

Многие клиенты оставляли депозит за свои предварительные заказы, поэтому она писала для них квитанции своими слегка незрелыми на вид упрощенными китайскими иероглифами и арабскими цифрами. Ее почерк и стиль письма также могли быть использованы для защиты от подделок. Это было потому, что на следующий день в город пришел бездельник с квитанцией, чтобы забрать зарезервированные арбузы, но Юй Сяокао с первого взгляда определила, что это подделка. Этот парень хотел поспорить с ней, но он потерял дар речи перед квитанциями Юй Сяокао, которые были написаны особенным почерком.

На самом деле, из уст в уста весь город Тангу знал, что Арбузная лавка Тангу имеет отношения с яменами. Этот бездельник в конце концов стал пушечным мясом, которое помогло арбузному магазину доказать свой престиж. После этого случая никто не осмеливался причинять неприятности арбузному магазину семьи Юй.

После этого она повесила деревянную табличку с надписью: "Арбузы распроданы. Пожалуйста, приходите завтра пораньше", - на пороге магазина Юй Сяокао наклонилась, чтобы поднять сундук с деньгами. Она использовала столько силы, что даже ее лицо покраснело, но сундук с деньгами по-прежнему твердо стоял на столе. Ли Ли, стоявший рядом с ней, увидел это и не смог удержаться от смеха!

- Знаешь, сколько арбузов сегодня продали? На двух повозках было не меньше сотни арбузов. Давай просто скажем, что мы продали каждый по три таэля, тогда это будет больше трехсот таэлей! И все же ты хочешь поднять эту копилку своими крошечными конечностями? - Ли Ли закатал рукава, чтобы показать свои сильные руки, и легко поднял коробку. Он нес его подмышкой и спрашивал: “Скажи, куда ты идешь?”

- В ресторан "Чжэньсю" через дорогу. Дядя Ли, после того как ты был занят весь день, разве ты не голоден? Пойдем поедим!” Юй Сяокао посчитала, что пир должен был начаться, и если они пойдут сейчас, то успеют как раз вовремя.

С сундуком денег подмышкой Ли Ли зашагал к ресторану Чжэньсю. Не все могли позволить себе обедать в ресторане "Чжэньсю", когда им вздумается. Даже если бы он не ел и не пил в течение месяца, его зарплаты все равно могло бы не хватить на один приличный обед в ресторане! Чтобы получить такой редкий шанс сегодня, он должен пойти на все и наесться досыта.

Юй Сяокао вместе с денежным сундуком отвели в комнату, где Фан Цзычжэнь принимал богатых и знатных гостей. Как только она вошла, директор Юань поддразнил ее: - Наконец-то пришел наш маленький лавочник! Дела сегодня, должно быть, идут неплохо. Ты определенно заработала достаточно денег для двух столов еды!”

Выражение лица Сяокао, которая изначально была погружена в счастье зарабатывать деньги, внезапно изменилось, когда она услышала, что он сказал. - Вот именно! Обед в отдельном зале ресторана "Чжэньсю" обойдется не менее чем в сто таэлей. Если они заказали все лучшие блюда, то даже двухсот таэлей будет недостаточно. Боже мой! Значит, вся моя тяжелая работа на сегодня была сделана впустую?

Видя, как его крестница поникла головой и выглядела жалкой, сердце Фан Цзычжэня сжалось от жалости к ней, когда он поспешно сказал: “Сегодня магазин моей дочери открылся для бизнеса, так что, как ее крестный отец, я по праву обязан помочь ей принять гостей! Юноша Чжоу, сегодняшний банкет за мой счет!”

Чжоу Цзысу уже видел, как Сяокао выглядела денежным грабителем, поэтому он знал, что она действительно расстроена потерей денег, которые только что получила. Он поспешно сказал с улыбкой: “Господин Фан, как я могу позволить вам заплатить? По правде говоря, именно Сяокао придумала рецепты самых популярных блюд нашего ресторана, таких как устричный соус, жареная курица и утка османтус. Можно сказать, что без Сяокао нынешний ресторан Чжэньсю не существовал бы. Просто возьмите эти два стола с едой в знак моей благодарности Сяокао. Не упоминай ничего об оплате!”

Услышав, что ей не нужно тратить свои деньги, маленькая Сяокао сразу просияла от радости. Глядя на стол, полный вкусной еды, она встала с поднятой чашкой в руках, и с чаем вместо вина, она подняла тост за всех почетных гостей, которые присутствовали: “Сегодня открытие моего малого бизнеса. Я не ожидала, что так много почетных гостей придут поздравить меня, поэтому прошу простить меня за какую-то оплошность. Я поднимаю эту чашку чая за всех присутствующих здесь сегодня."

Среди людей, сидевших в этой комнате, даже самый младший был старше отца Сяокао. Увидев чистую и красивую маленькую девочку, держащую чашку с серьезным выражением лица и говорящую как взрослая, они все почувствовали, что это было довольно интересно. С понимающей улыбкой они взяли свои кубки с вином и сделали по глотку.

Маленький Шито внимательно разливал вино для гостей, в то время как Сяокао учтиво призывала всех есть. Видя, что двое детей смогли адекватно справиться с этой ситуацией, Старый мастер Яо не мог удержаться от смеха: “Семья Юй действительно хороша в обучении своих детей. Когда мои внуки были в их возрасте, они все еще вели себя избалованно и требовали внимания.”

- Есть старая поговорка: "Дети из бедных семей должны начинать заботиться о своих семьях раньше!" Все ваши внуки выросли в привилегированной и защищенной среде, поэтому им, естественно, не придется быть похожими на нас. Дедушка Яо, позвольте мне налить вам чашу вина, чтобы поблагодарить вас за поддержку, которую вы всегда оказывали нам! - В своей предыдущей жизни Юй Сяокао также занималась какой-то общественной деятельностью, поэтому она могла легко справиться с этой ситуацией.

Старый Мастер Яо с удовольствием выпил вино, налитое ему Сяокао, и усмехнулся: “Эти овощи из твоей семьи, так хороши! Овощи из других семей даже не могут сравниться по вкусу. В прошлом я любил есть мясо и почти никогда не прикасался к овощам. Теперь я даже не могу есть без овощей. Посмотри на меня прямо сейчас. С возрастом я становлюсь более энергичным. Послушай, похоже, что все мои давние проблемы со здоровьем исчезли! Ха-ха! Все стало лучше! Я думаю, что самая большая причина-это овощи твоей семьи…”

- Что вы говорите? Наши овощи не волшебные пилюли, так как же они могут быть такими чудесными, как вы говорите? Я научилась кое-каким медицинским знаниям у деревенского врача и поэтому знаю, что употребление большего количества овощей полезно для здоровья людей! Ваше здоровье не было хорошим в прошлом, потому что вы не ели овощи. Поскольку теперь вы любите есть овощи, вполне естественно, что ваше здоровье улучшилось! На самом деле это не имеет никакого отношения к овощам нашей семьи! - Юй Сяокао не хотела, чтобы другие знали о секрете их овощей, поэтому она поспешно объяснила.

Старый мастер Яо все еще думал, что это был вклад овощей семьи Юй, и сказал: “Ну, я готов есть овощи, потому что зелень, которую выращивает ваша семья, свежая и сочная, а также отличная на вкус! В конце концов, это все еще заслуга овощей вашей семьи!”

В это время Чжоу Цзысу рассмеялся и сказал: “Старый мастер Яо, Сяокао, вы оба уже должны остановиться. Один дает бесконечные похвалы, в то время как другой отчаянно пытается быть скромным. Старый мастер, все овощи, используемые в ресторане Чжэньсю, поставляются семьей Сяокао. Если они вам нравятся, пожалуйста, ешьте больше!”

Окружной судья Ву попробовал “жареный салат с устричным соусом", кивнув головой и сказал: "Блюда из устричного соуса ресторана Чжэньсю совершенно восхитительны на вкус! Возможно в будущем у меня больше не будет возможности его съесть…”

Третий Молодой Мастер Чжоу поспешно ответил: “Дядя Ву, филиал нашего ресторана Чжэньсю в столице открыт уже несколько месяцев. Так что вам не придется беспокоиться о том, что вы не сможете съесть наши блюда с устричным соусом. Более того, наш магазин приправ в столице также продает устричный соус. Теперь многие чиновники и знатные лорды имеют эту приправу на своих кухнях.”

Старый мастер Яо очень любил вкус зеленых овощей, приготовленных с устричным соусом, поэтому, услышав это, он сразу же ответил: “Вы тоже продаете устричный соус в городе Тангу? Наши домашние слуги-закупщики слишком некомпетентны. Они действительно упустили такой важный пункт.”

- Патриарх Яо, в магазине рядом с рестораном Чжэньсю продаются приправы, произведенные нашим "гаитянином". Кроме устричного соуса, у нас также есть MSG и ферментированный бобовый творог. В будущем будет все больше и больше приправ, доступных для покупки. Если вам это нужно, просто пришлите кого-нибудь, чтобы купить его. Я дам вам двадцатипроцентную скидку… - Чжоу Цзысу был действительно талантлив в ведении бизнеса.

Окружной судья Ву рассмеялся, указывая на него пальцем, и сказал: - Вы не забудете рекламировать свою продукцию даже во время еды!

- Сяосю, а твоя продукция вообще нуждается в рекламе? Я слышал, что люди выстраиваются в очередь и все еще не могут ее получить! - Прокомментировал молодой мастер Ву, грызя жареное куриное крылышко.

Чжоу Цзысу скромно сказал: “Я должен поблагодарить всех за поддержку и постоянное покровительство.”

Все за столом весело болтали, пока ели в свое удовольствие. Особенно им понравилась тарелка с арбузом, которую подали после еды. Под умелыми руками повара арбузы превратились в изысканное произведение искусства, которое заставляло людей неохотно есть их. Свежая сладость арбузов была единодушно оценена всеми.

После банкета Сяокао принесла арбузы, которые она приберегла для почетного гостя, и дала им по два арбуза, чтобы они унесли их домой. Хотя Сяокао была не готова к сегодняшнему банкету, и хозяин, и гости прекрасно провели время.

Сяокао должен был вернуться в деревню Дуншань во второй половине дня, поэтому Фан Цзычжэнь остался, чтобы позаботиться об арбузной лавке. Фан Цзычжэнь и двое его подчиненных уже много дней не ходили в доки из-за дел в арбузной лавке. Зная, что в долгосрочной перспективе это не сработает, Сяокао решила нанять кого-нибудь присматривать за арбузной лавкой.

Кого они должны нанять? Прежде всего, этот человек должен был обладать хорошим характером, сообразительностью и уметь управлять магазином. Когда Сяокао вернулась домой, она обсудила это с родителями и почувствовала, что ее старшая тетя по матери была наиболее подходящей для этой работы.

Старшая тетка по материнской линии была честной и доброй. Когда семья Юй переживала самые тяжелые времена, она тайно давала им свои с трудом заработанные деньги. Мадам Хан также имела опыт ведения дел в доках. Арбузный магазин не всегда был так занят, как сегодня, так что, как только бизнес стабилизируется, она сможет управлять магазином в одиночку.

Поручив кому-то отправить письмо, госпожа Хань пришла в тот же день вместе с бабушкой Сяокао по материнской линии и двумя дядьями по материнской линии.

- Ребенок, ты должен был сказать нам раньше, если тебе нужна была помощь! Ах, что бы тебе сказала мама? Ты всегда все делаешь сама. - Бабушка Сяокао по материнской линии ласково пожурила госпожу Лю, слегка ткнув ее в лоб.

Склонив голову, мадам Лю сказала с улыбкой: “Мы просто немного больше заняты в эти последние два дня, потому что арбузы созрели. Как замужняя дочь, как я могу продолжать причинять неудобства своей девичьей семье?”

- Мы все одна семья, так почему же ты думаешь, что беспокоишь нас? - Госпожа Хань проворно помогла погрузить телегу и планировала отправиться в город с телегой, которая перевозила арбузы. Она даже привезла с собой дополнительную одежду, готовясь к длительному пребыванию в магазине!

Старший дядя Сяокао по материнской линии обсуждал вопрос продажи арбузов с Юй Хаем и Сяокао: “Я не думаю, что вы, ребята, справитесь только с этими двумя тележками, так что давайте просто забудем о том, чтобы одолжить нам тележку осла. Я не хочу мешать вашему бизнесу!”

Юй Сяокао вмешалась: “Старший дядя по материнской линии, тебе не нужно беспокоиться об этом! Третий Молодой мастер Чжоу сказал, что у его семьи есть лишняя карета, которой они обычно не пользуются. Поэтому я позаимствовала ее у него.”

- Ребенок, ты опять беспокоишь Молодого господина Чжоу! - воскликнул Юй Хай, беспомощно качая головой.

Юй Сяокао состроила ему смешную гримасу и сказала: “Он охотно одолжил ее мне! Кроме того, его карета просто стояла дома на холостом ходу, так что одолжить ее мне-значит найти ей хорошее применение! Старший дядя по материнской линии, вы можете воспользоваться каретой семьи Чжоу, так как она может перевозить больше товаров!”

- Если есть карета, то все будет намного проще! Я говорил об этом с твоим вторым дядей по материнской линии. Арбузы очень ценны, поэтому достаточно того, что только ваш магазин продает их в городе. Мы готовимся отправиться в префектурный город, где есть еще более знатные и богатые семьи. Значит, мы должны быть в состоянии продать их! - Лю Пей был смелее своего второго брата.

Юй Сяокао выразила свою поддержку: “Старший дядя, когда вы планируете отправиться? Завтра мой крестный поедет в префектуру, чтобы уладить кое-какие дела. Вы можете присоединиться к нему в путешествии завтра. При поддержке моего крестного вы можете избежать встречи с хулиганами, местными тиранами и так далее…”

Город префектуры отличался от маленького городка Тангу, в котором было больше простых и честных людей и обычаев. В это время года арбузы действительно редко попадались на глаза, так что они неизбежно привлекали внимание завистников. Однако при поддержке этого великого лорда, Фан Цзычжэня, братья Лю определенно не испытали бы никаких трудностей!

Глава 175 - вкус сладости

С этими словами Ван Эргоу, напевая мелодию, радостно толкнул тачку своей семьи и вскоре прибыл на арбузное поле семьи Юй.

Глядя на кучу арбузов на земле, Ван Эргоу улыбнулся так ярко, что показал свои неровные зубы и радостно сказал: - Я думал, что приду первым, но, похоже, вы, ребята, пришли даже раньше меня! Если есть что-нибудь, с чем я могу помочь, просто скажите мне… Кстати, это деньги, которые я заработал вчера на продаже арбузов. Всего пятьдесят четыре таэля, если я не ошибаюсь!

Юй Сяокао взяла деньги из его рук и вернула ему долговую расписку. Видя, что он так счастлив, что, похоже, не может найти направление, она улыбнулась и спросила: - Вы выглядите вполне счастливым!

Ван Эргоу улыбнулся и кивнул головой: “Вчера мне очень повезло. Причалила лодка, принадлежавшая чиновнику. Стюард, пришедший за ними, в основном купил двадцать с чем-то арбузов. Хе-хе! Только с них я сделал больше тридцати таэлей! Остальные были распроданы еще до полудня!”

Прожив более тридцати лет, Ван Эргоу впервые в жизни занялся бизнесом. Его жена была так озабочена этим, что последовала за ним на пирс со слегка беременным животом.

Поначалу пирс был в основном забит грузовыми судами. За исключением нескольких стюардов, которые были более опытными и видели арбузы раньше, остальные в основном кружили вокруг, глядя с любопытством. Услышав, что арбузы стоят по несколько таэлей за штуку, они развеяли мысль о покупке.

Через некоторое время покупателей все еще не было. Ван Эргоу был немного обеспокоен и собирался отправиться в город, чтобы продать арбузы. Его жена остановила его и сказала: “Как ты можешь заниматься бизнесом без решимости? Взгляни на Сяолянь, разве она не занята до полудня? Подожди еще немного. Сяокао сказала: "Пока ты пользуешься этой возможностью, в будущем не будет никаких забот. Чего тебе не хватает, так это именно терпения и решимости!”

Ван Эргоу не хотел, чтобы его жена бегала с ним, поэтому он заставил себя сдержать свое беспокойство и крикнул проходящим мимо путникам: “Арбуз, большой и сладкий арбуз! Если он не окажется сладким, то вы заберете его бесплатно!!”

Хорошее приходит к тем, кто ждет. Вскоре после этого они начали заниматься бизнесом! Покупатель был одним из главных стюардов торговой компании Циндао, одной из четырех крупнейших торговых компаний. Этот старший стюард объездил все места и имел много опыта. Увидев, что в этом сезоне продают арбузы, он удивился и тут же купил один. Он тут же разрезал его, чтобы попробовать, и сладость арбуза ошеломила его.

Первоначально он решил купить все арбузы по заниженной цене, но Ван Эргоу не хотел отказываться от прибыли. Стюард тоже привез много товаров, так что он не мог освободить место для арбузов. Ему оставалось только сдаться, но тем не менее он все же купил еще два арбуза, чтобы забрать их обратно и дать попробовать своему хозяину.

Первый шаг был самым трудным. Сделав свою первую продажу арбузов, Ван Эргоу держал пятнадцать таэлей в руке и был очень доволен собой. Он подсчитал, что если они будут продолжать в том же духе, то, продав десять или около того арбузов, смогут выйти безубыточными. Оставшиеся продажи арбуза будут чистой прибылью....

Как раз в этот момент к берегу причалил корабль чиновника. Якобы это был высокопоставленный чиновник, возвращавшийся в столицу с семьей, чтобы отчитаться о своей работе. Отношение Великой династии Мин к женщинам было менее суровым. Таким образом, женщины и дети, пробывшие на корабле целый месяц, сошли с лодки, как только она оказалась на берегу, чтобы прогуляться и подышать свежим воздухом.

Шестилетняя дочь чиновника услышала крики Ван Эргоу и подошла к нему в сопровождении своей служанки. Она с любопытством рассматривала большие круглые арбузы на тачке. Она надула губы и сказала: - Арбузы не такие уж большие! Арбузы, которые я ела, были больше!

Очаровательная маленькая девочка использовала свои руки, чтобы показать размер. Она смотрела на него большими круглыми глазами, милыми и невинными. Ван Эргоу не мог не думать о ребенке в животе своей жены. Если бы это была девочка, была бы она так же красива, как ребенок перед ним? (Примечание автора: Вы слишком много думаете. С вашей внешностью, если бы ваша дочь была похожа на вас, это было бы место преступления!)

Ван Эргоу терпеливо наклонился, выдавил из себя добрую и нежную улыбку и тихо сказал: “Юная леди, арбузы, которые я продаю, - это большие арбузы! Они большие и сладкие, я определенно не лгу!”

Маленькая девочка тщательно обдумала это и сказала ясным голосом: “Тогда я должна сначала попробовать, прежде чем платить. Как вы сказали раньше, если они не окажутся сладкими, тогда я заберу их бесплатно.”

Ван Эргоу почесал в затылке и неохотно выбрал один из самых маленьких арбузов в тачке. Он вытер чистой тряпкой нож, который принес с собой, прежде чем разрезать арбуз. Служанка, увидев, что нож чист, ничего не сказала.

Девочка изящно откусила кусочек арбуза и тут же воскликнула: - Это действительно очень вкусно! Сяомэй, заплати ему! Вы... Вы не поможете мне отнести туда арбуз? Я хочу, чтобы моя мать и старшие братья тоже попробовали!

- Конечно! - Ван Эргоу взял три таэля, взял арбуз и оставшиеся кусочки, которые девочка не доела, и последовал за ней к пирсу.

Братья маленькой девочки были удивлены и любопытны, увидев красную мякоть плода. Они все не могли удержаться, чтобы не схватить кусочек, чтобы попробовать. Арбузы, которые были орошены мистической каменной водой, имели восхитительный вкус, который был неописуемо хорош. Даже члены семьи этого чиновника, которые все ели арбузы бесчисленное количество раз, никогда раньше не ели таких вкусных арбузов.

Отец девочки, увидев, что его жена и дети едят так восхитительно, замахал руками и купил у Ван Эргоу пятнадцать арбузов. В этом сезоне, если бы он дал их в подарок, то его репутация значительно выросла бы.

Именно так была продана половина арбузов, которые принес Ван Эргоу. После этого на берег сошло еще несколько кораблей, и оставшиеся арбузы были проданы. После тщательных подсчетов он выяснил, что более двадцати арбузов было продано в общей сложности за сто два таэля, а его прибыль составила более сорока двух таэлей.

Ван Эргоу никогда в жизни не видел столько денег! В прошлом жена всегда подталкивала его к странной работе. После тяжелого и утомительного рабочего дня он получал только десять медных монет. Через месяц самое большее, что он мог добыть, - это один или два таэля. Однако сегодня он выкрикнул всего несколько слов, и этого оказалось достаточно, чтобы заработать сорок два таэля, что раньше стоило нескольких лет сбережений!

- Жена, жена! Быстро, ущипни меня, я сплю? - Ван Эргоу был так взволнован, что на глазах у него выступили слезы. Дрожащими руками он осторожно взял деньги и спрятал их в нагрудный карман. Затем он потянул жену за руку и положил ее себе на плечо.

Сердце жены Эргоу тоже бешено колотилось. Со слезами на глазах она нежно погладила мужчину рядом с собой и погладила свой неприметный беременный живот. С таким источником дохода им не придется беспокоиться о том, что в будущем они не смогут растить своих детей.

Жена Эргоу была из бедной семьи. Иначе она не вышла бы замуж за такого человека, как Эргоу. Голод был тенью ее детства. У нее было восемь братьев и сестер, но выжили только она и два ее старших брата.

После ее замужества, хотя ее муж не был выдающимся человеком, он нежно любил свою жену. Хотя их дни были немного тяжелыми, это было намного лучше, чем ее девичий дом. Сначала она думала, что такие горькие и тяжелые дни никогда не закончатся, но неожиданно они встретили семью Юй Хая, которая много раз помогала им и даже давала возможность заработать деньги.

Ее ребенок не должен быть таким, как она, когда она была маленькой. Когда она была голодна, она пила воду и надеялась, что это пройдет, а когда она была больна, она могла только страдать от этого.

- Жена! Я пойду куплю пол Кэтти мяса, чтобы пополнить твой желудок! - С деньгами в руках спина Ван Эргоу стала еще прямее, чем раньше.

Жена Ван Эргоу сердито посмотрела на него, конфисковала все деньги и мягко упрекнула: “Мы все еще должны брату Хаю деньги за его арбузы! Остального не хватит на завтрашнюю партию! Может быть, у тебя хватит совести завтра снова положить его в кредит?”

Ван Эргоу рассмеялся и сказал: “Я планировал завтра продать еще арбузов. Боюсь, что остальных денег не хватит, чтобы заплатить за арбузы, как насчет того, чтобы еще раз взять их в кредит?”

Жена Эргоу покачала головой и сказала: “Сегодня мы встретили покупателя, который купил много. В противном случае я не знаю, сколько времени нам потребовалось бы, чтобы продать все эти арбузы. На мой взгляд, как насчет того, чтобы купить столько арбузов, сколько ты можешь себе позволить на заработанные сегодня деньги? Зарабатывать меньше-это нормально!”

Ван Эргоу знал философию "ты ешь рис кусочек за кусочком и зарабатываешь деньги понемногу". Слушая жену, он сказал: “Брат Дахай, сегодня я возьму арбузов на сорок таэлей. Я хочу потратить двадцать таэлей на большие, десять таэлей на средние и маленькие...”

- Ладно! - Юй Хай помог ему, протянув уже взвешенные арбузы. Увидев, что Эргоу протягивает ему деньги, он улыбнулся и прошептал: - Вчерашний бизнес, должно быть, был очень хорош, ты заработал достаточно!

- Хе-хе! Всего сорок с чем-то таэлей. Это ничто по сравнению с Братом Хаем! Вчера ты притащил две тележки с арбузами! - Ван Эргоу спрятал свою гордость, но не смог сдержать улыбки.

Лю Пэй, который помогал грузить тачку, увидев, что тачка, полная арбузов, может принести прибыль в сорок два таэля, понял, что если они отвезут одну полную тележку в город префектуры, то не заработают ли они больше 100 таэлей? При виде такого расклада у него заколотилось сердце.

В этот момент подали карету, которую Сяокао одолжила у Чжоу. Поговорив об этом, Лю Пэй и Лю Хань решили немедленно отправиться и перевезти арбуз в префектуру города на ночь.

Сяокао также чувствовала, что телега, перевозящая арбузы, не будет быстрее, чем ее крестный, быстро скачущий по дороге. Поэтому она отпустила двух своих дядей, предварительно назначив место встречи с крестным на завтра.

С помощью нескольких человек тележка с арбузами была быстро заполнена. Сначала они должны были добраться на телеге до города Тангу, а затем по имперскому шоссе, прежде чем добраться до города префектуры. Если они отправятся сейчас, то им все равно будет трудно добраться до города префектуры до того, как они закроют городские ворота.

Сяокао приготовила еду, воду и теплую одежду для двух своих дядей. Хотя весна подходила к концу, ночи на севере все еще были прохладными. Ее дяди, возможно, спят на открытом воздухе, как они могут выносить холод?

Две повозки семьи Сяокао отправились в путь вместе с братьями Лю Пэй. Сяокао взяла тележку с ослом, а Юй Хай-тележку, которую они купили несколько дней назад. К счастью, лошадь, выбранная Третьим Молодым мастером Чжоу, обладала хорошим темпераментом, так что даже незнакомец мог управлять ею.

Вчера Юй Хай остался в поле, так что пропустил первый шумный день работы магазина. Когда Сяокао рассказала им о случившемся, он захотел посмотреть на сцену. Он сожалел, что не может увидеть это собственными глазами. Сегодня, несмотря ни на что, он должен поехать с ней в город.

Он все еще был отцом владельца магазина, так что разве это не делало его по крайней мере наполовину владельцем? Кроме того, если он не поможет дочери, ему будет плохо. Таким образом, мадам Лю оставалась наблюдать за полем утром, а он собирался сменить ее вечером.

С ними пришли еще двое. Одной из них была старшая тетя, мадам Хан, которая пришла помочь. Другой была бабушка Сяокао по материнской линии, мадам Яо, которая была одурачена Сяокао, чтобы расширить свои знания.

Когда они приехали в город, то обнаружили, что арбузный магазин окружен людьми, и подумали, что что-то случилось! После того как вчера магазин закрылся, Ли Ли осталась одна присматривать за ним. Фан Цзычжэнь и У Юнь отправились на пирс, а Сяокао вернулась в деревню Дуншань. Был ли вчерашний бизнес настолько хорош, что привлек внимание некоторых людей, и они пришли сегодня искать неприятности?

Глава 176 - принцесса-консорт

- Они здесь, они здесь! - Когда толпа увидела повозку с лошадьми и повозку с ослами, доверху нагруженную арбузами, они сразу же пришли в возбуждение и автоматически попятились, чтобы дать возможность телегам двигаться.

Ли Ли, с головы которого капал пот, наконец сумел протолкнуться сквозь толпу. Он втиснулся перед повозкой и вытер пот, выступивший на лбу. Он воскликнул несколько преувеличенно: “Моя маленькая леди, наконец-то вы здесь! Если арбузы не доберутся сюда в ближайшее время, то все здешние люди разорвут меня на части!”

Еще одна знакомая фигура тоже сумела протиснуться вперед. Это был стюард семьи Яо. Вчера он обедал вместе с Ли Ли и сказал знакомым тоном: “Кто посмеет создавать трудности господину Ли?! Всем известно, что императорский посланник высоко ценит лорда Ли!”

- Высоко ценит? Меня послали сюда продавать арбузы. Я определенно не тот, кого высоко ценят. - Ли Ли потешался над собой так, как ему казалось забавным.

Однако Юй Сяокао лишь приподняла бровь в ответ: “О? Ты помогал нам всего два дня, а уже жалуешься и ноешь? Я поняла, ах! В будущем я просто приготовлю меньшую порцию еды для крестного отца, чтобы он принес в доки…”

- Нет! Пожалуйста, не надо! Кроме тушеной пищи твоей семьи, остальная еда, доступная в доках, того не стоит. Однако я не могу гарантировать, что смогу купить часть, когда встану в очередь. Без еды, которую ты мне присылаешь, как я смогу питаться в будущем?! Сяокао, моя маленькая леди, просто притворись, что я ничего не говорил, хорошо? Возможность помочь моей маленькой леди-это поистине благословение трех жизней… - По сравнению с У Юном, личность Ли Ли была немного более живой. Таким образом, он мог говорить более смешные вещи и выполнять более веселые выражения, не выглядя при этом неуместным.

- Не стой тут и не болтай, а! Поторопись, мы все ждем, чтобы купить арбузы! - Они не были уверены, кто громко жаловался, но было очевидно, что этот человек не знал, какая сила стоит за арбузами. Клиент рядом с парнем любезно прошептал ему на ухо и объяснил. Мужчина тут же сдулся и присел на корточки, чтобы его не заметили острые глаза Ли Ли.

Там было приличное количество людей, которые пришли с тележками, и Ли Ли тоже был там, чтобы помочь. Таким образом, две тележки, полные арбузов, были быстро выгружены в магазин. Раньше пустые и голые полки теперь были полны круглых и пухлых арбузов.

Люди, которые очень долго ждали перед магазином, теперь наконец могли купить арбузы. Магазин, который поначалу был невелик, вскоре оказался битком набит покупателями.

После того как стюард Яо помог им разгрузить арбузы, он улыбнулся Сяокао: “Ты помнишь два арбуза, которые ты подарила нам вчера? В тот день к нам в гости пришли двое друзей нашего старого мастера, так что он не мог не покрасоваться немного и вывел их. Неожиданно двое его друзей стали приставать к нему, чтобы он отдал арбузы! В приступе досады наш старый хозяин приказал мне сегодня на рассвете выстроиться в очередь и велел купить много. Он планирует провести "дегустацию арбузов" в полдень…”

Когда Юй Сяокао услышала это, она не могла не рассмеяться. В народе была распространена поговорка: - Старый ребенок, старый ребенок!! Конечно, когда люди становились старше, они вели себя скорее как дети. Два старых друга старого Яо могли даже силой отобрать у хозяина арбузы. С другой стороны, Старый Яо, чтобы похвастаться, должен был провести "дегустацию" арбуза. Это было действительно слишком смешно!

Сяокао лично выбрала более дюжины первоклассных арбузов для стюарда Яо. Возможно, это было потому, что она проводила каждый день в непосредственной близости с маленьким божественным камнем, но она начинала чувствовать духовную энергию. Например, она могла слабо чувствовать духовную энергию, которая была найдена в "воде для купания" маленького божественного камня. Что касается этих арбузов, то их спелость и сладость зависели от количества духовной энергии, которую они впитали из воды мистического камня. Поэтому она могла смутно сказать, какие из них имели более высокую концентрацию энергии и, вероятно, были бы вкуснее.

После того как управляющий Яо расплатился за свой товар, шлюзы как будто открылись. После этого Юй Сяокао могла только сидеть рядом с кассой и не имела возможности уйти. Это был действительно опыт получения такого количества денег, что у нее болели руки.

Арбузы, выставленные на полках, быстро распродавались. Старшая тетушка по материнской линии, мадам Хан, непрерывно передвигала арбузы с заднего двора на полки. После того, как одна полка становилась пустой, она быстро пополняла ее новыми арбузами. Работы было больше, чем она могла справиться сама, поэтому бабушка Яо тоже помогала.

Двое мужчин, Юй Хай и Ли Ли, быстро отвезли обе повозки обратно в деревню Дуншань. В тот же день они планировали отвезти в магазин еще две тележки, полные арбузов, чтобы на следующий день продать побольше.

Богатые люди в городе обычно тесно взаимодействовали друг с другом. Многие семьи, которые купили арбузы вчера, также пригласили друзей и семью, чтобы попробовать их. Каждый, кто попробовал арбузы семьи Юй, сразу же стал поклонником этого фрукта. Из-за того, что они не могли есть достаточно в домах своих родственников или друзей, чтобы удовлетворить свои потребности, они все либо посылали слуг, либо сами приходили, чтобы встать в очередь. Таким образом, в арбузном ларьке семьи Юй снова произошла безумная сцена, когда люди бросились покупать арбуз.

- А? Что там за магазин, там так оживленно! - Приглушенная, но роскошная карета остановилась недалеко от "Арбузной лавки Тангу". Пара бледных изящных рук слегка раздвинула занавески на окнах кареты, и человек выглянул.

Рядом с повозкой ехал красивый молодой человек на крупном коне. Он взглянул на арбузный магазин и наклонился, чтобы тихо сказать человеку в экипаже: “Мама, это должно быть арбузный киоск…”

Женщина, которую красивый юноша называл "матерью", была матроной, которая когда-то была красивой. Лицо ее было бледно и, казалось, совсем исхудало. Каждое движение, которое она делала, казалось слабым и отсутствующим, но в ней все еще был намек на врожденную грацию. Матрона дважды слегка кашлянула и взяла у служанки чашку. Она смочила горло и ответила нежным и нежным голосом: - Разве арбузы едят не только летом? Ты хочешь сказать, что арбузы в городе Тангу созревают раньше, чем в столице?

Симпатичный молодой человек тоже казался немного озадаченным: “Я не уверен! Мы как раз подошли к концу весны, так как же можно арбузы продавать? Маленький Жуози, наш хутор тоже посадил арбузы, верно?”

Человек по имени "Маленький Жуози" был юношей, который выглядел несколько мягким и сдержанным. Услышав вопрос хозяина, он поклонился, сидя в седле: “Я несколько дней назад ездил на ферму. Арбузы на ферме не больше кулака и, вероятно, примерно через месяц созреют!”

Матрона заинтересовалась арбузной стойкой и мягко, но твердо заявила: “Сяоэр [1], пойди купи арбуз и принеси его сюда. Давай попробуем и посмотрим, каков он на вкус.”

- Мама, арбуз-это холодная пища. В последнее время ты неважно себя чувствуешь, так что давай не будем сейчас покупать арбузы, ладно? - Красивый юноша нахмурился и ответил обеспокоенным тоном.

Длинные и большие глаза прекрасной дамы едва заметно взглянули на него. Ее брови в форме ивы слегка нахмурились, когда она обеспокоенно сказала: “Ах, большинство проблем моего тела происходят от слишком большого стресса и беспокойства. Не то чтобы ты этого не знал! Ты даже сказал, что сопровождаешь меня сюда, чтобы помочь расслабиться. С большим трудом у меня даже появился аппетит съесть немного фруктов, но у тебя есть всевозможные оправдания, чтобы не покупать их, айо, у меня болит грудь…”

Ну вот, опять! На лице красивого юноши появилось беспомощное выражение. Хотя его матери было почти сорок, она все еще обладала характером молодой девушки. Ей всегда нужно, чтобы кто-то делал комплименты и защищал ее. Однако она совсем не была благодарна и всегда жаловалась, что у нее все болит... Ах! Это все из-за того, что его отец ее баловал!! Кто в столице не знал, что его императорское высочество принц Цзин на сто процентов был маньяком, баловавшим своих жен?

- Мама! Что ты обещала отцу перед отъездом? Ты лично обещала, что всегда будешь прислушиваться к моим идеям относительно еды и жилья! Мы выехали из столицы всего на пару дней, так как же ты могла забыть об этом? - Красивый юноша, Чжу Цзюньси, был вторым сыном принца Цзина и в настоящее время безуспешно пытался убедить свою мать.

Большие глаза принцессы-консорта Цзин блеснули. Она решила продолжить свое бесстыдное поведение и прикрыла грудь руками. Крики боли и раздражения полились из нее, когда она продолжала жаловаться: “Разве ты не обещал своему отцу, что будешь следовать моим словам, когда это будет правильно и разумно, чтобы не злить меня? В настоящее время у меня нет особого аппетита, и я хочу съесть немного фруктов. Это вполне разумно!”

Перед бесстыдными действиями принцессы-консорта Цзин две ее личные служанки, Мэйсян и Ланьсян, опустили головы и продолжали выполнять свои обычные обязанности. Они уже много раз видели подобные сцены. Принц постоянно баловал принцессу-консорта, а также имел троих сыновей, чтобы защитить ее. Каждый раз, когда она хотела добиться своего, она бесстыдно притворялась больной. И старые, и молодые мастера очень любили ее, поэтому в конце концов она всегда побеждала.

Чжу Цзюньси молча вздохнул и попытался сопротивляться в последний раз. - Мама, ты все еще помнишь, зачем ездила в Тангу? Если ты съешь арбуз, который является холодной пищей, и в конечном итоге тебе станет хуже, то, когда Третий Младший Брат вернется домой, он будет винить себя!”

Почему принцесса-консорт Цзин появилась в таком маленьком городке, как Тангу? У нее было достаточно причин-ее третий сын, Чжу Цзюнян, уже более полугода находился в море. С тех пор как он уехал, домой не было отправлено ни одного сообщения. Она постоянно думала и беспокоилась о нем, пока не заболела. Таким образом, ей совершенно необходимо было приехать сюда, чтобы узнать о каких-либо новостях.

Моря были полны опасностей. Бурные ветры и вода часто появлялись в любой момент. На самом деле, если бы ее третьему сыну не повезло, он мог бы утонуть в океане во время предыдущего испытательного плавания. Как она могла не волноваться после того, как его не было больше полугода? Тангу был городом, который имел ближайшую гавань к открытому океану. Приехать сюда было все равно что стать чуть ближе к младшему сыну. Сделав это, ее беспокойное сердце наконец-то немного успокоилось.

Принц Цзин также видел, как его любимая жена медленно умирала день за днем из-за отсутствия сына. Именно по этой причине он позволил своему второму сыну вывести ее и облегчить ее заботы. Если бы он не был занят в последнее время, он бы тоже лично сопровождал ее.

Когда речь зашла о ее младшем сыне, глаза принцессы-консорта Цзин сразу потускнели. Раньше она в основном притворялась расстроенной, но теперь была по-настоящему расстроена. Все ее беспокойство и тревога за младшего сына хлынули в ее сердце, и ей почти стало трудно дышать.

Ее младший сын давно интересовался путешествиями на корабле. С юных лет он всегда держался рядом со своим старшим кузеном-нынешним императором-и жадно смотрел на модели кораблей, которые медленно создавались руками его кузена. Маленький мальчик, которому в то время было всего три-четыре года, поставил перед собой в тот день амбициозную цель-когда он станет старше, он станет искателем приключений в далеких морях и привезет домой редкие и странные предметы из далеких стран, чтобы облегчить скуку своей матери!

Раньше она считала это детской мечтой и никак не ожидала, что десять лет спустя ее младший сын действительно отправится в долгое морское путешествие, чтобы найти далекие, неизведанные земли. Однако его не было уже больше полугода. Как могла она, его мать, не беспокоиться о нем постоянно?

- Принцесса-консорт, вам опять плохо? Ланьсян, где таблетки ее высочества? Быстро достань одну и помоги ее взять Ее высочеству! - Мэйсян почувствовала, что ее хозяйка плохо себя чувствует, и поспешно налила стакан теплой воды. Затем она достала таблетку Ланьсян и помогла ее принять своей госпоже.

Чжу Цзюньси мог сказать, что он сказал что-то не то и заставил свою мать снова забеспокоиться. Он быстро спешился, приподнял занавеску кареты и озабоченно спросил: - Экипаж на корабле-все опытные моряки, которые ранее плавали с императором. Я верю, что Третий Младший Брат скоро вернется домой целым и невредимым.

Приняв лекарство, принцесса-консорт Цзин почувствовала себя немного лучше. Она слабо улыбнулась сыну. - Это опять старая болезнь. Я в порядке, не волнуйся.

Когда Чжу Цзюньси увидел, что цвет лица его матери немного улучшился, он немного расслабился. Он прокомментировал это с некоторой долей вины в голосе: “С родителями не следует уезжать далеко! Третий Младший Брат действительно слишком нагл. Он знал, что у матери проблемы с сердцем, но все равно настаивал на отъезде…”

- Не говори больше! - На прекрасном лице принцессы-консорта Цзин не было и намека на улыбку. Ее слабые и нежные глаза сразу же стали более энергичными: “Сяоэр, перестань думать об этом! Семья принца Цзина абсолютно не может допустить трагедии братьев, сражающихся и строящих козни в темноте!”

________________________________________

[1] Сяоэр (小二) - Она буквально называет его "малыш два", так как он ее второй ребенок.

Глава 177 - схема

Принцесса-консорт Цзин, казалось, поняла, что была слишком сурова, и слегка вздохнула: “Я знаю, что тебе было нелегко. Твой старший брат-наследник дома принца Цзина, и он лично учился у твоего отца. Третий сын-самый младший в семье, и у него было слабое тело после рождения, поэтому он получил немного больше заботы от меня и твоего отца. Ты второй сын, зажатый между старшим и младшим братом, поэтому матери и отцу будет трудно избежать некоторого пренебрежения тобой. Однако, Второй Сын, ты должен помнить, что ты, Ли и Ян-все моя плоть и кровь. Вы все невероятно важны для меня!”

Все в столице знали, что принц Цзин и его жена были парой, которая очень любила друг друга, и что принц Цзин баловал свою жену сверх всяких ожиданий! В резиденции принца не только не было наложниц, но он также избавился от всех служанок, у которых были другие идеи.

Верно, ты не сумасшедший, это был сам принц Цзин! Он сумел устоять перед соблазнами и любил только свою жену. Так было последние десять лет. В столице не было ни одной замужней женщины или благородной девы, которая не завидовала бы принцессе-консорту Цзин за хорошую жизнь.

Принцесса-консорт была замужем уже двадцать пять лет и родила троих сыновей и одну дочь. Старший сын, Чжу Цзюньли, был назначен наследником с самого рождения. Принц Цзин считал, что жене будет слишком утомительно заниматься его воспитанием, поэтому, как только его старший сын только начал учиться говорить, он лично обучал его сам. Кроме того, он внушил сыну необходимость защищать и уважать мать.

У второго сына Чжу Цзюньси были трудные роды, а у принцессы-супруги было много послеродовых кровотечений. Ее долго нянчили, пока она не оказалась вне опасности. В то время принц Цзин даже не ходил ко двору. Он лично обслуживал свою жену у ее постели и отказывался позволять другим людям взять на себя заботу. Хотя принцесса-консорт в конечном итоге смогла сохранить ей жизнь, ее тело уже не было таким, как прежде. Всякий раз, когда ветер дул на нее, у нее начиналась головная боль и боль в сердце. Это очень обеспокоило принца Цзина. Естественно, он был не очень доволен своим вторым сыном за то, что тот стал причиной проблем его жены, и не очень его любил.

Их третий ребенок, Чжу Мяоке, была дочерью. У нее было два старших брата, и она была очень очаровательна. Неудивительно, что и мать, и отец души в ней не чаяли, особенно принц Цзин. Он баловал маленькую девочку, которая была похожа на его жену.

Когда принцесса-консорт была беременна своим третьим сыном, Чжу Цзюняном, им пришлось использовать лекарства, чтобы ускорить его преждевременные роды из-за состояния ее тела. После того, как он родился, императорский врач сказал, что этот сын может быть слишком слабым и может не дожить до совершеннолетия. Принцесса-консорт Цзин почувствовала сильное раскаяние и сосредоточила всю свою энергию на воспитании младшего сына. Чтобы не слишком расстраивать жену, принц Цзин собрал всех известных врачей для лечения сына и, наконец, смог сохранить ему жизнь. К тому времени, когда их третьему сыну было около трех-четырех лет, он ничем не отличался от любого другого ребенка в своей возрастной группе.

Таким образом, второй сын Чжу Цзюньси был тем, кто получил короткий конец палки. Отец презирал его, в то время как мать была слишком занята, чтобы заботиться о нем. В молодости Чжу Цзюньси был умен и рассудителен и даже умел помогать матери заботиться о брате, который был моложе его на пять лет.

Однако по мере того, как он медленно взрослел, в его сердце начало расти семя ревности. Кроме того, некоторые недобросовестные люди также сознательно пытались спровоцировать дисгармонию. Постепенно в нем нарастала обида. В тот год, когда его младшему брату, которому было всего пятнадцать лет, император лично присвоил титул королевского принца после того, как он закончил морское путешествие, Чжу Цзюньси почувствовал себя еще более обиженным. Почему старший брат сразу после рождения получил титул наследника? Почему его младший брат, который мало что сделал, получил право? Почему он, который также был законным сыном принца Цзина, всегда всеми пренебрегался?

Однако у него, естественно, было доброе сердце, и он не мог жестоко убить своих родных и кровных. Самое большее, что он мог сделать, - это время от времени говорить плохие вещи о своих братьях в присутствии их родителей.

Хотя принцесса-консорт Цзин была избалована и защищена большую часть своей жизни, она была умна и хорошо разбиралась в людях. Она хорошо знала о внутренней борьбе, которая часто происходила как открыто, так и тайно в богатых и престижных семьях. Раньше она считала, что ее дом прост. Не было никаких наложниц, соперничающих за благосклонность, и никаких детей, рожденных наложницами, которые могли бы причинить неприятности. Таким образом, у ее семьи не должно быть никаких постыдных секретов или ссор. Однако она никак не ожидала, что у ее обычно благоразумного и почтительного второго сына, о котором ей никогда не приходилось беспокоиться, будет неудовлетворенное сердце.

У Чжу Цзюньси, только что получившего нагоняй, было упрямое выражение лица. Увидев это, принцесса-консорт Цзин перестала притворяться больной и выпрямилась в кресле. Она нежно погладила красивое лицо своего сына и мягко сказала: “Второй сын, я и твой отец пренебрегали тобой все эти годы. Я глубоко извиняюсь за то, что причинила тебе боль. Однако это не может быть причиной, по которой ты ненавидишь своих братьев. Если хочешь ненавидеть, ненавидь меня, свою мать! Если бы мое тело не разочаровывало меня в то время, как бы я могла пренебречь тобой…”

Глаза Чжу Цзюньси потускнели, когда он тихо ответил: “Мама, я никого не ненавижу. Я просто чувствую, что это несколько несправедливо. Старший Брат и Младший Брат могут всегда на тебя положиться, а я... Мама, я хочу записаться в армию!”

- В армию? - Принцесса-консорт Цзин уставилась на своего второго сына с явным удивлением на лице. - Хотя наш нынешний император-мудрый правитель, у твоего отца высокий ранг и много обязанностей. Если ты завербуешься и получишь военную власть, я боюсь, что императорская семья может испугаться…

- Мама, я уже подумал обо всем, что ты только что сказала! Я хочу скрыть свою личность и начать с самых низких рангов, чтобы увидеть, как далеко я могу подняться, используя свои собственные способности. Мама, я хочу доказать себе, что я не посредственность. Таким образом, я также могу быть как Старший и Младший Брат и заставить вас с отцом гордиться мной… - Чжу Цзюньси также знал, что его нынешнее отношение было не очень хорошим. Если бы он продолжал оставаться дома, он боялся, что чувство несправедливости в его сердце перерастет в настоящую ненависть и вызовет конфликт дома.

Принцесса-консорт Цзин крепко сжала руку своего второго сына и неохотно заметила: - У мечей нет глаз, а поле битвы жестоко и беспощадно. Если с тобой что-нибудь случится, как я, твоя мать, смогу жить дальше?

Чжу Цзюньси сжал руку матери и утешил ее: “Мама, отец нанял знаменитого мастера с тех пор, как мы были молоды. Мастер учил нас как литературному искусству, так и боевым искусствам. Хотя я не так хорош в литературном искусстве, как старший и младший брат, мои боевые искусства-не шутка. Я не хвастаюсь, но ни один из моих братьев не смог бы победить меня, даже если бы они работали вместе. Не беспокойся обо мне, мама!”

Когда принцесса-консорт увидела твердый взгляд и решительное выражение лица своего второго сына, она поняла, что он провел много времени, думая об этом. Если она попытается заставить его остаться дома, то ее сын действительно станет никчемным в будущем! Она слабо откинулась на подушки в карете и несколько обиженно пожаловалась: - Один должен выйти в море, несмотря на все наши попытки остановить его, в то время как другой хочет броситься на поле боя, чтобы проявить себя. Вы хоть подумали о моих чувствах по этому поводу?

- Мама, пожалуйста, прости своего сына за то, что он не был женат! Если бы мне пришлось еще немного побыть дома, я... Я не знаю, во что бы я превратился! Я не хочу делать что-то, что причиняет тебе боль, поэтому, пожалуйста, позволь мне хоть раз быть эгоистичным! - Чжу Цзюньси упал на колени и трижды энергично поклонился матери.

Принцесса-консорт Цзин поспешно подняла своего второго сына. Ее глаза наполнились слезами, когда она медленно кивнула своей внезапно отяжелевшей головой. Она мягко ответила: “Второй сын! Ты должен достичь своих целей и доказать это самому себе. Мать не станет тебе мешать. Однако ты должен помнить, что каждая прядь волос и кусочек плоти на твоем теле произошли от твоих родителей, поэтому ты должен очень хорошо заботиться о себе…”

- Мама… - Чжу Цзюньси заметил, что глаза его матери были полны слез, поэтому он смог выдавить только одно слово, прежде чем эмоции захлестнули его. Он торжественно кивнул головой: “Я... Я собираюсь купить немного арбуза…”

Он боялся, что если сейчас не выйдет из кареты, то не сможет сдержать слез. Он не хотел, чтобы мать видела в нем такую слабую сторону.

- Молодой господин Чжу, моя тетя хочет спросить, знает ли принцесса-консорт, где она хочет остановиться на ночь? - Сразу после того, как Чжу Цзюньси вышел из кареты, он увидел симпатичную молодую девушку, одетую в розовое платье, которая застенчиво смотрела на него.

Принц Цзин был знатного происхождения и пользовался доверием императора. Многие высокопоставленные чиновники при дворе хотели использовать брак с его семьей как способ укрепить свои позиции при дворе. Кроме того, все трое законных сыновей принца Цзина имели хорошую репутацию и красивую внешность. Поэтому многие столичные барышни молча восхищались ими. Их тайным желанием был брак с одним из сыновей принца Цзина...

Такое же застенчивое выражение лица молодой девушки перед ним Чжу Цзюньси видел слишком много раз в прошлом. Дружелюбные и добрые манеры, которые он держал перед принцессой-консортом, исчезли, когда он столкнулся с посторонними людьми. Он нахмурился, и в его глазах промелькнуло нетерпение, - Такой вопрос легко могла бы задать служанка. Есть ли смысл приглашать вас, мисс Ся, лично?

- Я... - Ся Фуронг широко открыла глаза, и ее губы слегка задрожали, когда она слегка всхлипнула. Она жалобно посмотрела на Чжу Цзюньси.

Чжу Цзюньси стал еще более нетерпеливым и слегка махнул рукой. Он решительно сказал: “Если у вас есть еще какие-то вопросы, то просто спросите мою мать! У меня есть другие дела!”

Ся Фуронг наблюдала, как Чжу Цзюньси безжалостно ушел, а затем стерла жалкое выражение с ее лица. Ее глаза проницательно блеснули. Ее отец был всего лишь мелким чиновником пятого ранга при дворе. В столице можно было попасть в десятки чиновников пятого ранга, просто случайно бросив палку.

Дома у нее было много сестер, а мачеха подавляла ее. У нее не было другого выбора, кроме как попытаться действовать самостоятельно. Ее тетка по отцовской линии была бездетной и к тому же принадлежала к третьему сословию дворян. Хотя ее дядя был немного грубоват, он все еще был чиновником третьего ранга, которого высоко ценил император. Она также спросила о личности своей тети и намеренно изменила свое поведение, чтобы соответствовать вкусам женщины. Перед ней она притворялась невинной и милой, а также немного глупой и нежной. Таким образом, ей удалось завоевать расположение тетки по отцовской линии.

Расспросив всех вокруг, она обнаружила, что у ее дяди была старая травма и в будущем ему будет трудно стать отцом ребенка. Так родилась идея. Ей нужно было заручиться их благосклонностью, быть послушной и посмотреть, смогут ли они усыновить ее как дочь своей тети по отцовской линии. В будущем это означало бы, что она стала законной дочерью крупного чиновника третьего ранга. С сетью дяди, как она могла не найти идеального мужа в будущем?

Однако она никогда не ожидала, никогда бы не подумала, что ее дядя усыновит маленькую крестьянку, когда его отправят в качестве императорского посланника в незначительный город Тангу. Каждый раз, когда он говорил об этой скромной фермерше, он превозносил ее до небес. Скромная крестьянская девушка, которая умела готовить несколько блюд, была поднята так высоко за секунду. Кроме того, эта маленькая соплячка даже забрала то, что должно было принадлежать ей? Мечтай дальше!!

Поэтому, когда несколько дней назад тетя по отцовской линии собрала свой багаж, готовясь к поездке в город Тангу, чтобы сделать дяде приятный сюрприз, Ся Фуронг с большим трудом уговорила тетю позволить ей тоже поехать. Она хотела увидеть, что за низменный человек хочет завладеть тем, что принадлежит ей!

Однако она никак не ожидала, что по пути туда они встретят престижную принцессу-консорта Цзин и высокого и красивого второго сына принца Цзина. Хотя ходили слухи, что второго сына дома не очень жаловали, он все же был сыном императорского принца. Сегодня она с первого взгляда поняла, что слухи верны: у него была привлекательная внешность и элегантная осанка. Каждое его движение говорило о его благородном происхождении. Он был абсолютно тем, кого трудно было найти, человеком, который был бы идеальным мужем!

Как только обе семьи выяснили личности людей в экипажах, они решили путешествовать всей группой. Всю оставшуюся часть пути Ся Фуронг всегда ненароком появлялась перед Чжу Цзюньси и пыталась сблизиться с ним. Она всегда использовала то, что считала своим лучшим ракурсом, изображала застенчивость и робость и ласково смотрела на второго сына принца Цзина.

Ся Фуронг считала, что среди своих многочисленных сестер она обладает самой лучшей внешностью. Она была убеждена, что с ее красивой внешностью и умными мозгам сумеет заставить второго сына принца Цзина благосклонно смотреть на нее.

К сожалению, ситуация была прямо противоположной тому, чего она хотела. Чжу Цзюньси всегда закрывал глаза на ее кокетливые поступки. Из-за ожиданий общества относительно того, что должны делать мужчины и женщины, она не могла быть слишком прямолинейной, опасаясь, что может вызвать отвращение у второго молодого господина и принцессы-консорта. Таким образом, несмотря на попытки в течение трех дней подряд, она так и не смогла найти возможность поговорить с ним наедине.

Ся Фуронг не была обескуражена и всегда молча наблюдала за каждым движением Чжу Цзюньси. Наконец, чуть раньше, она нашла возможность поговорить со Вторым Молодым Мастером Чжу. Однако он даже не обращался с ней вежливо. Не потому ли, что ее обаяние было недостаточно сильным? Или потому, что сегодня он был не в лучшем настроении?

Ся Фуронг скрутила носовой платок в узел и в отчаянии закусила губу. Она молча смотрела, как его внушительная фигура исчезает в арбузной лавке. Ее глаза потемнели, и было очевидно, что внутри она все еще строит козни...

Глава 178 - крестная мать

- Мисс Ся, вам что-нибудь нужно? - Принцесса-консорт Цзин наблюдала за выражением лица Ся Фуронг. Она знала о планах молодой девушки на протяжении всего путешествия. К счастью, ее второй сын полностью презирал ее, что заставило ее немного расслабиться.

Девочка-подросток, которая была заинтересована только в том, чтобы соблазнить мужчин, определенно была тем, кто позже доставит неприятности. Как она могла позволить такому человеку связаться с ее сыном на всю жизнь?

Ся Фуронг быстро исправила выражение лица и приклеила невинную улыбку. – Принцесса-консорт, тетя хотела, чтобы я спросила вас, есть ли у вас уже место для ночлега. Если нет, тетя говорит, что у нее есть небольшая резиденция здесь, в городе Тангу. Хотя это немного грубо, но все же должно быть достаточно в качестве места отдыха…

- В этом нет необходимости, жена окружного судьи Ву-моя близкая подруга детства. Перед отъездом я написала ей письмо, в котором предупредила, что буду беспокоить ее два дня! - Хотя принцесса-консорт Цзин произвела хорошее впечатление на жену генерала Чжаоюна Фан Цзычжэня, она не хотела, чтобы ее сын больше общался с этой молодой девушкой, у которой были такие очевидные скрытые мотивы. Поэтому она решительно отказалась.

Темные живые глаза Ся Фуронг мгновенно потускнели от разочарования. Она обернулась и уставилась на высокую мужественную фигуру в арбузном ларьке. Ни в малейшей степени не смирившись, ее глаза слегка блеснули, а уголки рта слегка приподнялись. Однако она все же вежливо попрощалась с принцессой-консортом.

Когда Ся Фуронг вернулась к карете семьи Фан, стоявшей позади кареты принца Цзина, она мило улыбнулась своей тете. - Тетя, принцесса-консорт сказала, что она уже договорилась с женой окружного судьи и остановится там... Ах да, там есть семья, торгующая арбузами. Они говорят, что арбузы вкусные и цена приемлемая. Племянница сейчас же пойдет покупать один, чтобы тетя попробовала!

Выражение ее лица и тон не выдавали того факта, что она только что была решительно отвергнута Чжу Цзюньси. Как будто она была просто еще одной юной девушкой, беззаботной в этом мире.

Леди Фан ласково улыбнулась племяннице и махнула рукой: - После стольких дней путешествия ты, должно быть, тоже чувствуешь усталость.

- Тетя, племянница совсем не устала! После того как вы просидели в карете несколько дней, прогулка тоже хороша! - Глаза Ся Фуронг, похожие на глаза леди Фанг, сверкали ослепительным светом.

Среди своих многочисленных племянниц госпожа Фан выбрала Ся Фуронг не только из-за ее темперамента, но и потому, что считала, что эта племянница больше всего похожа на нее саму. Она похлопала Ся Фуронг по руке и кивнула: - Хорошо бы сойти вниз и немного пройтись. Тетя тоже будет сопровождать тебя, чтобы пойти туда посмотреть!

Леди Фан посмотрела в окно и увидела молодую симпатичную девушку с сияющей улыбкой перед арбузным магазином, который был недалеко от них. На вид ей было лет восемь-девять, и кожа у нее была блестящая и бледная. Хотя ее нельзя было назвать поразительно красивой, она все равно была очаровательна. Ее большие темные глаза были особенно очаровательны и, казалось, полны живости.

Хотя леди Фан никогда не видела приемную дочь, которую взял к себе ее муж, она собрала воедино образ странной маленькой девочки, которая была удивительно талантлива в кулинарии из его рассказов и писем о ней. В его последнем письме говорилось, что его приемная дочь посадила арбузы, которые созрели поразительно рано. Кроме того, эти арбузы были вкуснее и слаще, чем те, что он ел раньше. Он даже попросил кого-то привезти два из них в столицу, чтобы она могла попробовать. Она никогда раньше не пробовала арбуз, который был таким большим и таким сладким!

В городе Тангу только у семьи Юй хватило смелости попробовать посадить арбуз. Значит ли это, что этот арбузный магазин бесчисленными путями связан с приемной дочерью ее мужа? Была ли та живая маленькая девочка в арбузном ларьке приемной дочерью, которую постоянно хвалил ее муж?

В этот момент ее племяннице захотелось пойти посмотреть на арбузный киоск, который тоже вызвал у нее интерес. С помощью своих личных служанок, Линьлун и Чжэньчжу, госпожа Фан вышла из кареты. Она осторожно вытянула ноги и лениво побрела к арбузному ларьку.

Хотя леди Фан была довольна, Ся Фуронг на самом деле не была довольна ее решением. Молодая девушка изначально планировала найти возможность в арбузном магазине снова поговорить со вторым сыном принца Цзина. Теперь ее идеальный план был разрушен. Она смотрела в спину тети, и негодование переполняло ее сердце.

К этому времени повальное увлечение покупкой арбузов почти улеглось. В магазине было всего две-три матроны, одетые с достоинством. Они осторожно выбирали арбузы из оставшихся на полках. Юй Сяокао, которая наконец-то смогла передохнуть, села на высокий табурет и игриво задрала ноги под юбки. Ее сердце радостно забилось, когда она покачала на прилавке коробку, полную слитков.

В этот момент она краем глаза заметила фигуру. Она быстро мило улыбнулась новому клиенту и протрубила приветствие: “Добро пожаловать, не стесняйтесь выбирать то, что вы хотите!”

Подняв голову, она увидела красивое лицо, словно вырезанное ножом. Молодой человек был одет в синюю мантию, расшитую черным бамбуком. Его талию стягивал белый пояс, а на ногах были обуты белые сапоги из оленьей кожи-он являл собой идеальный образец соблазнительно привлекательного мужчины древних времен! Юй Сяокао с явным интересом разглядывала красивую фигуру молодого человека.

Чжу Цзюньси, казалось, почувствовал на себе взгляд Сяокао и едва заметно взглянул на нее. Он вдруг заметил, что у девочки ярко блестят глаза, которые оценивающе смотрят на него. Хотя ее глаза надолго задержались на его красивом лице, ее взгляд казался чистым и не вызывал у него отвращения.

После того, как он посмотрел на нее еще немного, он обнаружил, что обладательница этих глаз на самом деле была живой маленькой девочкой, которой еще не исполнилось десяти. Чжу Цзюньси не удержался и весело рассмеялся. Откуда такой маленькой девочке знать о приличиях между мужчинами и женщинами? Неудивительно, что она даже не пыталась скрыть свои очевидные взгляды!

Чжу Цзюньси улыбнулся маленькой девочке и неожиданно обнаружил, что та, похоже, немного ошеломлена его ухмылкой. Эта молодая девушка была весьма интересна. Неужели это нормально, что она так откровенно оценивающе смотрит на мужчину?

Чжу Цзюньси невольно захотелось подразнить эту маленькую девочку, поэтому он подошел к ней и намеренно нахмурился.

Чжу Цзюньси обладал высокой фигурой и занимался боевыми искусствами круглый год. Таким образом, вполне естественно, что у него будет пугающая аура. Всякий раз, когда он хмурился, он действительно пугал окружающих. Юй Сяокао пару раз моргнула. По выражению его глаз она поняла, что на самом деле он не сердится, поэтому очаровательно улыбнулась: - Если бы вы не посмотрели на меня, как бы вы узнали, что я смотрю на вас?

- Я определенно не смотрел на тебя так, как ты смотрела на меня! Разве это не значит, что я здесь в невыгодном положении? - Чжу Цзюньси нахмурил брови и на его лице появилось несколько свирепое выражение.

Юй Сяокао подавила усмешку: “Если кто-то смотрит на вас, это не значит, что с вами что-то не так, так как же можно считать, что вы в невыгодном положении? Молодой хозяин выглядит как красивый джентльмен, который не был бы таким мелочным, чтобы торговаться за каждую унцию.”

- А если бы и был? - Веселье в его глазах стало гораздо более очевидным, но его лицо казалось еще более свирепым.

Юй Сяокао просто пожала плечами и развела руками: “Тогда я сделала ошибку в суждениях, ах! Если вы чувствуете себя здесь в невыгодном положении, то я все равно не могу дать вам арбуз бесплатно, чтобы компенсировать это. Если вы хотите поднять шум, просто идите вперед!”

Видя, что маленькая девочка ведет себя немного нечестно, Чжу Цзюньси не чувствовал отвращения и вместо этого считал ее довольно милой. Его младшая сестра, когда ей было от восьми до девяти лет, также бесстыдно вела себя перед ним. Повзрослев, она стала нежной и утонченной и уже не была такой очаровательной, как в молодости.

- Второй Молодой Господин, вы уже выбрали арбуз? Вам нужна чья-то помощь? - Ся Фуронг, последовавшая за тетей, заметила, что Чжу Цзюньси уже некоторое время находится в магазине, но его руки все еще пусты. Она не могла больше оставаться рядом с тетей и вместо этого застенчиво смотрела на него большими слезящимися глазами, пока брала на себя инициативу поговорить с ним.

О-о-о! Красивые и утонченные парни всегда вызывали у многих восхищение. Возможно ли, что женщины в древние времена тоже иногда проявляли инициативу? Глаза этой молодой девушки, казалось, были прикованы к телу этого красивого парня. Было ли это действительно хорошо? Юй Сяокао подперла щеку рукой, жадно наблюдая за взаимодействием красивого парня и хорошенькой девушки.

Веселье в глазах Чжу Цзюньси медленно угасло, и он прямо проигнорировал серьезный взгляд Ся Фуронг. Вместо этого он поприветствовал леди Фан: “Леди Фан, если вы хотите съесть немного арбуза, просто скажите кому-нибудь. Вам нет нужды лично приезжать сюда.”

Леди Фан также заметила, что ее племянница пристально смотрит на Чжу Цзюньси, и почувствовала некоторое недовольство. Она слегка нахмурилась, но не могла ничего сказать прямо сейчас, когда перед ней стоял второй сын принца Цзина. Услышав его приветствие, она слегка улыбнулась: “Посидев несколько дней в карете, я хотела немедленно выйти и размять ноги и ступни!”

- Леди Фан, пожалуйста, продолжайте то, что вы делали тогда. Я собираюсь выбрать арбузы сейчас, чтобы избежать... Избежать того, чтобы моя мать ждала слишком долго! - Чжу Цзюньси ни разу не взглянул на Ся Фуронг, пока та говорила. Закончив, он вошел в магазин, чтобы взглянуть на полки.

У падающих цветов были планы, но текущая вода была безжалостна, ах! Юй Сяокао могла точно сказать, что произошло от начала до конца. Однако, казалось, что даже после того, как маленький цветок упал, он не стал обескураженным!

- Тетя, пойдем тоже арбуз выберем! - Голос Ся Фуронг стал чуть более нетерпеливым и вежливым. Тем не менее, она продолжала смотреть на фигуру, одетую в синее, которая была в магазине.

Улыбка на лице леди Фан исчезла, и она мягко сказала: “Мы, две женщины, знаем только, как есть арбуз, так как же мы можем знать, как выбрать правильный? Девочка, пожалуйста, помоги нам выбрать два арбуза!”

О, о, о! Этому маленькому цветку абсолютно не повезло, так как ее родитель не согласен с этим! Этот маленький цветок довольно смелый, чтобы даже сделать овечьи глаза перед ее родителем. Как жаль, что этот человек просто игнорирует ее.

Она довольно жадно наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой, поэтому, когда леди Фан внезапно позвала ее, она остановилась на пару секунд, прежде чем сразу же тепло улыбнулась: “Мадам, пожалуйста, не волнуйтесь. Я обещаю, что выберу сладкие и сочные арбузы, чтобы удовлетворить вас!”

Вид такой яркой и ослепительной улыбки немного рассеял мрак в сердце леди Фан. Она смерила взглядом умную маленькую девочку, стоявшую перед ней: она была одета в платье цвета лотоса. Края ее юбки и рукава были расшиты маленькими пурпурными цветами жасмина. Ее волосы были собраны в очаровательные двойные пучки, в которые была вставлена заколка с фиолетовыми цветами из жемчуга. У нее было маленькое личико, не больше чьей-нибудь ладони, ясное и чистое, и пара живых глаз, которые, казалось, говорили о многом. Ее розовые губы, казалось, были слегка изогнуты вверх, что делало ее очень милой. Конечно же, это был симпатичный и очаровательный ребенок!

Поначалу леди Фан беспокоилась, что ее мужа, которого она знала как свои пять пальцев, одурачила зловещая личность. Теперь она наконец могла расслабиться. Маленькая девочка с ясными и чистыми, как родниковая вода, глазами не могла быть человеком со злым сердцем.

Под сияющим взглядом госпожи Фан Юй Сяокао с радостью выбрала пару арбузов, несмотря на то, что на нее давили. Эта грациозная и решительная дама неотрывно смотрела на нее с тех пор, как она вошла в магазин. Но почему? Может быть, потому, что она была слишком милой и мешала другим людям смотреть? Сяокао внезапно стала немного самовлюбленной…

О, подождите, как этот красивый парень в синем халате назвал эту даму? Леди Фан? О боже, неужели та крестная, которую она никогда не видела, решила прийти сегодня, чтобы осмотреть на нее? Крестный отец действительно был чем-то таким, что не давало ей предварительного намека-Фан Цзычжэнь протестовал против своей невиновности: Он также не знал, что его жена тоже неожиданно появится, хорошо?

Юй Сяокао притворилась, что выбирает арбузы, изо всех сил стараясь вспомнить свое прежнее поведение. Было ли в этом что-то постыдное? Чувство нервозности поселилось в ее сердце: -неужели с Крестной трудно ужиться? Будет ли ее крестная недовольна ею?

Леди Фан смотрела, как девочка делает вид, что занята. Она также заметила, что время от времени эта маленькая девочка поглядывала на нее и знала, что маленькая девочка угадала ее личность-это была действительно умная девчонка! В глубине души она добавила еще несколько очков для Сяокао.

Глава 179 - вражда

Из оставшихся в магазине арбузов Сяокао выбрала два, в которых была самая высокая концентрация духовной энергии. Она осторожно сняла их с полки и лично принесла на прилавок. Ей нужно произвести хорошее впечатление на крестную. Леди Фан, с другой стороны, чувствовала себя плохо из-за того, что такая маленькая и хрупкая маленькая девочка несет арбуз, и приказала своим служанкам: “Линьлун, Чжэньчжу, почему вы двое не идете помогать?”

Юй Сяокао была немного смущена перед леди Фан и застенчиво улыбалась, когда она подняла его, чтобы посмотреть на женщину. Обычно она была веселой и разговорчивой, но не знала, что сказать женщине, стоявшей перед ней.

Леди Фан опустила голову и нежно посмотрела на застенчиво улыбающуюся девочку. Она использовала носовой платок, который держала в руке, чтобы слегка стереть немного пыли, которая нечаянно попала на это милое маленькое личико. Затем она погладила девочку по блестящим темным волосам. Глаза маленькой девочки, которые раньше были немного встревожены, сразу же заблестели и стали ослепительными, как кучка звезд. Это заставило ее довольно заурядное лицо стать живым и энергичным.

- Девочка, а сколько выйдет за эти два арбуза? - Увидев искренне улыбающееся лицо девушки, леди Фан исподтишка взглянула на мрачное лицо племянницы и повеселела. Выражение лица и настроение пожилой женщины ясно показывали, что она пытается подразнить Сяокао!

Юй Сяокао снова подошла ближе к женщине, которая с румянцем на лице разминала край своей одежды. - Мы все семья, - тихо сказала она, - и не надо говорить об оплате арбузов, верно? Я дарю эти два арбуза вам, Крестная, в знак моего сыновнего уважения.

- О? Ты не можешь просто предположить, что кто-то является твоей крестной. Ты не боишься, что можешь ошибиться в личности? - Леди Фан дразнила девочку, как будто та была персидской кошкой. В выражении ее лица и тоне слышался намек на смех.

Юй Сяокао намеренно использовала неуверенный тон и заколебалась, прежде чем спросить: “Могу я спросить, вы являетесь частью семьи Фан?”

Леди Фан, казалось, улыбнулась и медленно ответила: “В этом мире есть много людей по фамилии Фан, ты хочешь сказать, что каждая Леди Фан-твоя крестная?”

- Мой крестный отец сказал мне, что моя крестная красивая, великодушная и имеет мягкий характер, будучи решительной. Она добрая, но смелая. Крестный также сказал, что мы как две родственные души и прекрасно поладим. С первого взгляда я поняла, что вы очень милая дама, и интуиция подсказала мне, что вы моя крестная! - Юй Сяокао ловко льстила пожилой женщине, стараясь угодить ей.

Ся Фуронг, чье внимание все еще было приковано ко второму сыну принца Цзина, внезапно насторожилась, услышав слова Сяокао: “Вы моя крестная”. Ее миндалевидные глаза широко раскрылись, и она свирепо посмотрела на Сяокао. Она сразу же заметила, что девочка была одета просто, имела заурядную внешность и застенчивые манеры, свидетельствовавшие о ее низком происхождении.

Она усмехнулась и сухо заметила: “Как ты можешь кого-нибудь называть своей крестной? Маленькая девочка, ты уже знаешь, как пытаться подняться по лестнице в таком юном возрасте. Ты действительно слишком беспринципна, ах!”

Ее тетя не любила людей, которые больше всего плели интриги. Если она могла своими словами направить тетю в неверное русло, то не имело значения, признает ли дядя маленькую девочку своей приемной дочерью. Хозяйкой Генеральского имения по-прежнему оставалась ее кровная тетка!

Юй Сяокао чувствовала враждебность хорошенькой молодой девушки по отношению к ней. - Мы совершенно незнакомы друг с другом, так почему же она намеренно пытается дискредитировать меня?

Леди Фан никогда прежде не видела суровой стороны своей племянницы. Обычно ее племянница всегда казалась невинной, веселой и хорошо понимала других. Слова, которые она сказала сегодня, почему они казались такими злыми? Она вспомнила, что племянница часто старалась угодить ей и что молодая девушка также намекала, что считает резиденцию генерала своим вторым домом.…

Госпожа Фан была знакома с политикой внутреннего двора, а также лично сталкивалась с междоусобицами и интригами жены и наложниц семьи Ся. Не моргнув глазом, она поняла, что пытается сделать ее племянница, и сразу же почувствовала себя несчастной. Очевидно, простая и невинная внешность ее племянницы была особым актом, специально созданным для нее.

Взгляд госпожи Фан на Ся Фуронг стал более строгим, и она мягко сказала: “Фуронг, это приемная дочь, которую твой дядя лично узнал. Ее зовут Юй Сяокао, и в этом году ей не исполнилось и десяти. Тем не менее, она уже может самостоятельно содержать свою семью. Разве наш нынешний император не превозносил то, что женщины должны стремиться к самосовершенствованию и независимости? Я считаю, что Сяокао является ярким примером этого!”

Когда Юй Сяокао услышала, что ее крестная поддерживает ее и даже хвалит ее в такой высокой степени, она поспешно вставила смиренно: “Крестная, вы хвалите меня слишком много! Без помощи родителей и братьев и сестер я бы ничего не смогла сделать! Крестный тоже мне очень помогает. Например, у этого магазина такое хорошее расположение. Если бы не предыдущий владелец, так высоко оценивший крестного отца, мы бы точно не смогли его купить…”

- Что?! - Ся Фуронг повысила голос, и на ее лице появилось ревнивое выражение: “Дядя купил этот магазин для тебя? Тетя, магазин в таком хорошем месте должен стоить не меньше тысячи таэлей! Как у такой деревенщины, как она, может быть достаточно денег, чтобы купить что-то настолько дорогое? Когда дядя занял пост имперского посланника, он взял с собой только пару тысяч таэлей. Возможно ли, что она брала взятки от других людей, чтобы заплатить за это?”

Ся Фуронг сопровождала свою тетю целых два года и, естественно, знала, что ее тетя ненавидит чиновников, которые берут взятки. Она даже постоянно предупреждала своего дядю, что он не должен брать маленькие выгоды и в конечном итоге потерять доверие императора. Если бы что-то подобное действительно произошло, эта маленькая задыхающаяся собака никогда не смогла бы понравиться ее тете. Таким образом, не приблизится ли она на шаг к своей мечте стать молодой леди из генеральского дома?

Однако Юй Сяокао на самом деле не была настоящей девятилетней маленькой девочкой. Она ясно видела, что у этой хрупкой молодой девушки в глазах плывет целая лодка планов. Она не могла не нахмуриться: - Я почти уверена, что не обидела ее, так почему же она пытается подставить мне подножку? Что она задумала?

Она воскликнула: “Старшая сестра! То, что вы сказали, неверно! Что значит, я просто деревенщина? Вы явно дискриминируете фермеров! Из четырех классов людей фермеры лишь вторые после ученых. Без фермеров, работающих изо дня в день, старшая сестра может стать бессмертной——”

Юй Сяокао абсолютно не могла позволить этой девушке дискредитировать себя, верно? Если крестная поверила лжи этой девушки, что ей теперь делать? Она не полагалась на Семью Фан в качестве пропитания или крова, так почему же она должна была терпеть это избиение лежа? В любом случае, этот ее крестный только что появился. Если он хочет относиться к ней хорошо, это определенно хорошо, но ей никогда не приходилось заставлять его делать что-либо из этого. Таким образом, она могла легко и уверенно защищаться без всяких угрызений совести.

Когда леди Фан увидела перед собой маленького ребенка с прямой спиной и большими глазами, она подумала, что девочка похожа на гордого и энергичного маленького петуха. Это было довольно редкое зрелище!

- Что ты имеешь в виду? - Леди Фан подумала, что слово "бессмертный" в данном случае не обязательно комплимент.

- В легендах говорится, что бессмертным нужно только ужинать от ветра и пить росу, поэтому они не нуждаются в мирской пище смертных! Без фермеров, которые обрабатывают землю, у нас не было бы никакого урожая. Что бы тогда ели люди без урожая? Пить северо-западный ветер? - Юй Сяокао скосила глаза на Ся Фуронг и выглядела невероятно очаровательно.

Однако Ся Фуронг вовсе не считала ее милой, потому что эта скромная фермерская дочь заставила ее потерять лицо перед тетей. Она тут же пришла в ярость и закричала: “Как ты смеешь говорить, что этот магазин не был куплен для тебя дядей? Несколько тысяч таэлей-немалое число. Ты так молода, но у тебя такой коварный ум, что будет, когда ты станешь старше?”

Чжу Цзюньси только что закончил выбирать свой арбуз и внезапно был потрясен пронзительным голосом Ся Фуронг и злобным выражением ее лица. Он никогда бы не подумал, что у молодой девушки из благородной семьи может быть такая сварливая сторона. Подавляющее большинство благородно воспитанных девиц запротестовали бы против несправедливости его предположения...

- Довольно! - Леди Фан, естественно, заметила удивленное выражение, промелькнувшее на лице второго сына принца Цзина. Теперь у нее было еще меньше терпения по отношению к племяннице: “Фуронг, твой дядя уже объяснил мне ситуацию с магазином в своем письме! Деньги на покупку магазина поступили от Сяокао, которая заработала все сама. Первоначально магазин принадлежал окружному судье У. Ваш дядя никогда не брал взятки, а только помогал связаться с продавцом…”

- Тетя! - Ся Фуронг тоже заметила выражение лица Чжу Цзюньси и быстро взяла себя в руки. Она несколько нетерпеливо попыталась объяснить: “Не обманывайтесь этим хитрым мужиком! Обычная фермерская дочь, даже если бы у нее были большие способности, все равно не смогла бы заработать достаточно денег, чтобы купить этот магазин. Это не малое число, ах, тысяча или около того таэлей! С моей точки зрения, давайте даже не будем говорить о заработке, держу пари, ей будет трудно даже увидеть столько денег!”

Она могла думать только о том, какой будет ее жизнь, если ее примут в семью тети. Вся слава, великолепие и богатство, связанные с резиденцией генерала, будут считаться только ее собственностью, включая тысячу или около того таэлей, использованных для покупки магазина... В семье Ся она была всего лишь дочерью, которую не жаловали. Ее ежемесячные карманные деньги были не намного больше того, что могла заработать старшая горничная. Сколько одежды и драгоценностей можно купить за тысячу таэлей? Чем больше она думала об этом, тем больше ей становилось горько.

Когда леди Фан увидела, что ее племянница собирается продолжать рассуждать на эту тему, ее лицо потемнело, и она заметила: - Сяокао очень талантлива в кулинарии. Жареная курица в ресторане Чжэньсю, утка османтус, тушеная еда и овощи с устричным соусом-все это были рецепты, созданные ею. За последние два месяца она заработала несколько тысяч таэлей на своей доле прибыли от одной только утки османтуса! Кроме того, Сяокао также имеет акции в новейшем столичном "гаитянском" бренде приправ! Иметь достаточно денег, чтобы купить этот магазин, для нее не так уж сложно.

- О? Утка Османтус была создана этой маленькой девочкой? Моей маме это очень нравится. Однако каждый раз, когда мы покупаем ее, нам нужно стоять в очереди, и нам все равно не всегда удается ее получить! - Чжу Цзюньси с большим интересом разглядывал худенькую и крошечную девочку, стоявшую перед ним. Он никогда не думал, что самые популярные столичные блюда были созданы ею. Это был поистине пример того, как нельзя судить о книге по обложке!

Когда Ся Фуронг увидела, что второй сын принца Цзина, который никогда не смотрел на нее во второй раз, улыбается этой скромной девушке, ее последняя опора на логику и рассуждения резко оборвалась: - Тетя, вы не можете верить всему, что она говорит! Она бедная и маленькая фермерская девочка. Как часто она может есть курицу в год? Может ли она позволить себе купить утку? Являются ли меню и рецепты, которые легко придумать, такими популярными?

- Старшая сестра, мы совершенно незнакомы друг другу, так почему же вы всегда нацеливаетесь на меня? Вы утверждаете, что я не придумала жареного цыпленка, утку османтуса или любой другой рецепт. Так кто же, по-вашему, их придумал? Если вы не провели надлежащего расследования, то не имеете права предъявлять претензии. Вы действительно думаете, что это нормально, что вы так легко запятнали мою репутацию? - Поскольку эта девушка была племянницей ее крестной, Юй Сяокао не могла сказать ничего более прямолинейного. Однако ей все равно пришлось защищаться. Неужели эта девчонка думает, что ею легко помыкать и запугивать?

Она не стала дожидаться, пока Ся Фуронг возразит, повернулась к этому красивому юноше и напомнила ему: “Хотя утка османтуса восхитительна, она также способна уменьшить отеки и старение и укрепить кровеносные сосуды, это все же пища с холодными свойствами. Женщинам не следует есть ее слишком часто. Вместо этого они должны есть их только каждые несколько дней или около того.”

Чжу Цзюньси не ожидал, что маленькая девочка, которая даже не доставала ему до груди, сможет так хорошо описать свойства утки османтуса. Таким образом, он отчасти поверил утверждениям леди Фан. - Спасибо за любезное напоминание. Я обязательно расскажу об этом маме. Позвольте мне заплатить за арбуз сейчас, чтобы не заставлять маму ждать слишком долго!

- Всего получается десять таэлей. - Юй Сяокао быстро взяла деньги и тепло сказала: “Спасибо за вашу покупку, надеюсь, вы придете к нам еще раз——”

Ся Фуронг была возмущена и возмущена тем, что юноша, который ей нравился, полностью игнорировал ее. - Очевидно, ты крестьянское отродье, такая мелочная! Второй Молодой Господин тоже похож на тетушкиного племянника, так как же ты можешь так легко отнимать у него деньги?

Глава 180 - судьба

Холодный взгляд Чжу Цзюньси окинул окрестности. Нетерпение, кипевшее в нем, превратилось в гнев. На самом деле ему было все равно, что пытается сделать Ся Фуронг, но когда она вовлекла его, он не мог позволить ей продолжать: “Слова мисс Ся неверны! Эта маленькая девочка ведет бизнес, и я покупаю то, что она продает. Это честная сделка, так почему бы ей не взять мои деньги? Или мисс Ся считает, что моя семья Чжу не может позволить себе потратить десять таэлей на арбуз?”

- Нет! Я не это имела в виду… - Второй Молодой Мастер Чжу наконец обратил на нее внимание, но взгляд его был полон отвращения. Ся Фуронг испугалась. Перед Молодым мастером Чжу ей нужно было быть более терпеливой. Она тут же пожалела, что разозлилась на эту скромную крестьянку и позволила Второму Молодому Мастеру Чжу увидеть ее плохую сторону-во всем виновата эта скромная крестьянка!

Ся Фуронг изначально была виновата, но она все равно свалила всю вину на свою жертву. Этот тип людей действительно был слишком смешон!

Чжу Цзюньси вышел с арбузом в руках. Ся Фуронг уставилась на него так, словно ее взгляд притягивал магнит. Она долго с тоской смотрела на эту внушительную фигуру, прежде чем неохотно отвернулась.

Юй Сяокао стало стыдно за эту девушку. Неужели это нормально, что она так явно тоскует по любви перед старшими?

- Фуронг! Не дай мне пожалеть, что я взяла тебя с собой! - Госпожа Фан не скрывала своего разочарования по отношению к Ся Фуронг, и ее тон стал намного серьезнее.

Ся Фуронг неохотно вернула свое внимание и сердито посмотрела на Сяокао, которая с наслаждением наблюдала за шоу. Гнев клокотал в ее сердце: "Во всем виноват эта хитрая девчонка! Она украла всю любовь и благосклонность моей тети. В прошлом тетя никогда не могла меня ругать!" - И снова Юй Сяокао стала ее козлом отпущения.

- Иди сюда, Фуронг! Позволь вас познакомить. Это приемная дочь, которую удочерил твой дядя, так что она также твоя младшая кузина. Ты немного старше ее, поэтому должна хорошо относиться к своей младшей сестре. - Леди Фан могла сказать, что ее племянница испытывала некоторую враждебность к Сяокао, поэтому она намеренно предупредила Ся Фуронг.

- Крестная, твоя племянница, естественно, моя старшая сестра, так что не волнуйся, мы определенно хорошо поладим, - Юй Сяокао интимно потянула Ся Фуронг за руку и слегка покачнулась. - Старшая сестра, здесь много дел! Мы можем взбираться на холмы, чтобы выкапывать дикие овощи, ловить фазанов, а также спускаться на пляж, чтобы собирать моллюсков и морепродукты! Завтра я возьму тебя с собой на раскопки песчаных червей. Песчаные черви здесь длинные и толстые. Они толще моих пальцев, очень длинные и мягкие. Когда ты прикасаешься к ним, они кажутся мягкими, как большой дождевой червь...

Эта маленькая соплячка знала, что Ся Фуронг-избалованная девушка из богатой семьи, поэтому ей не понравятся насекомые. Сяокао намеренно очень живо описала появление песчаного червя. Как и ожидалось, Ся Фуронг побледнела, услышав ее описание, и с силой стряхнула руку Сяокао. Она даже слегка толкнула Сяокао и завизжала: “Уходи! Ты такая грязная крестьянка!!”

Сяокао пошатнулась от ее толчка, и ее спина врезалась в дверной косяк, издав очень громкий звук. Слезы выступили в уголках ее глаз (Примечание автора: Она не притворяется, ей действительно больно), и она подняла свое маленькое личико. - Крестная, я чувствую, что Старшая кузина не любит меня... Даже если так, она не может просто ругаться на меня! Мы все люди, и у нас есть родители. Я также сокровище моих родителей, так как же я могу быть грязной и низменной?

Терпение леди Фан было почти истощено сегодняшним поведением ее племянницы. Она посмотрела на Ся Фуронг, на лице которой было выражение отвращения, которое она не потрудилась скрыть. Пожилая женщина подумала о прежней разумной и искренней натуре своей племянницы, ха-ха, очевидно, все это было притворством, чтобы втереться к ней в милость. Теперь, когда племянница узнала, что семья Фан усыновила дочь, ее прежние надежды рухнули. Неужели она думает, что теперь уже нет необходимости скрывать свою истинную природу?

- Сяокао, иди сюда, дай Крестной посмотреть, ранена ты или нет? - Госпожа Фан потянула Сяокао за руку и легонько коснулась ее спины, которая была ранена.

- Крестная, мне больно.… - У Сяокао было такое чувство, что теперь у нее на спине был синяк. Она не ожидала, что молодая девушка, которая выглядела хрупкой и слабой, может обладать такой силой. Не слишком ли она провоцировала другую девушку?

Леди Фан вспомнила шум, который раздался, когда ее приемная дочь столкнулась с дверным косяком. Она знала, что Сяокао не притворяется, и успокоила молодую девушку: “Сяокао, пойдем во внутренний двор. Крестная поможет тебе натереть рану целебным маслом, и она очень скоро перестанет болеть.”

Говоря это, она взяла маленькую руку Сяокао и вместе с двумя служанками прошла через магазин в направлении внутреннего двора. Когда она проходила мимо Ся Фуронг, она даже не потрудилась взглянуть на другую девушку.

Когда леди Фан была молодой девушкой, она была законной дочерью главной ветви, поэтому выросла рядом с матриархом. Хотя отношения семьи Ся были довольно сложными, жилище матриарха было таким же мирным, как небесный сад. Таким образом, леди Фан выросла открытой и искренней молодой леди, которая твердо знала, что ей нравится и что не нравится. Если ты ей нравишься, она постарается дать тебе все самое лучшее. Однако, если ты ей не нравишься, она сразу же игнорирует тебя, как будто тебя нет.

Отношения во внутреннем дворе семьи Ся не были мирными, и было много интриг и междоусобиц. Естественно, леди Фан знала об этом. Она изначально считала, что ее племянница, Ся Фуронг, была похожа на нее—единственный чистый цветок лотоса, выросший из грязной и грязной семьи Ся. Однако она не ожидала, что племянница притворялась, чтобы одурачить ее. Для людей, которые попытаются затуманить ей глаза, леди Фан они не понравятся так же сильно, как и раньше.

Ся Фуронг сопровождала свою тетю почти два года в семье Фан и, естественно, понимала характер своей тети. Когда она увидела, что леди Фан прошла мимо и проигнорировала ее, она сразу же запаниковала. Она тут же попыталась объяснить: “Тетя, раньше я была напугана Младшей кузиной. Вы также знаете, что племянница боится насекомых. В тот момент я плохо соображала и случайно задела Младшую Кузину. Я хочу извиниться перед ней сейчас…”

Даже до сих пор она не знала, в чем ее самая большая ошибка, а? Ах, на этот раз она действительно судила неправильно... Леди Фан остановилась на секунду, но даже не повернула головы, прежде чем продолжить путь.

Юй Сяокао мягко взяла ее руку из руки пожилой женщины и повернулась: “Старшая кузина, я часто бегаю в горах, так что трудно избежать травм. Поэтому я не сержусь из-за того, что ты случайно ранила меня. Я злюсь, потому что ты использовала такие обидные слова, чтобы оскорбить меня! Ты не только ранила мои чувства, но и у тебя было такое страшное выражение лица! Хотя я родилась в семье фермера, я также знаю, что означает фраза: "оскорбить кого-то-значит пригласить шесть месяцев холода" - в моей деревне только сварливые женщины оскорбляют людей публично!”

Когда Ся Фуронг услышала, что сказала Сяокао, ее лицо исказилось еще одним уродливым выражением: "Этому глупому отродью, должно быть, суждено не встретиться со мной лицом к лицу! Она не только украла у меня тетушкину любовь, но и всегда находила способ тайком оклеветать меня перед тетушкой! Так не пойдет, мне нужно, чтобы тетя увидела истинное лицо Юй Сяокао!

- Тетя, я сказала что-то не то, когда была не в том настроении. Однако младшая кузина только что сравнила меня со сварливыми женщинами своей деревни, тетя… - Ся Фуронг достала носовой платок и вытерла уголки глаз. Она опустила голову, как будто это над ней издевались.

- Через пару дней я попрошу кого-нибудь отправить тебя обратно в столицу. Город Тангу слишком мал, так что ты не привыкнешь жить в этом месте.

- Тетя, не прогоняй меня! Я привыкну жить здесь, клянусь! - Ся Фуронг начала паниковать. Вернуться в столицу? В поместье генерала никого не было, поэтому она знала, что не вернется туда. Вместо этого ее отправят обратно в резиденцию семьи Ся. Ей было уже тринадцать лет. Если ее отправят обратно в семью Ся, то, скорее всего, отправят в резиденцию высокопоставленного чиновника, чтобы она стала наложницей, чтобы дать семье Ся некоторые преимущества. После смерти матриарха Семья Ся стала еще более хаотичной и грязной...

Когда леди Фан увидела, что ее племянница сбита с толку, она понадеялась, что та может измениться к лучшему. Она мягко ответила: “Если ты не хочешь уезжать, тогда приготовься к трудностям в будущем. Ты должна помнить, что я здесь не для того, чтобы жить комфортно. Вместо этого я здесь, чтобы помочь твоему дяде, чтобы он мог работать без каких-либо забот!”

- Я запомню, тетя! - Ся Фуронг казалась очень эмоциональной, и это не было притворством. Теперь она действительно боялась.

- Крестная, ты ведь не предупредила Крестного заранее, что приедешь? - Когда Юй Сяокао увидела, что Ся Фуронг читает лекцию, она поспешно потянула леди Фан за руку, слегка покачнулась и вмешалась.

Леди Фан нежно погладила ее по голове и повела во внутренний двор. Пока они шли, она говорила: - Сначала я хотела сделать тебе и твоему крестному приятный сюрприз. Откуда ты знаешь, что я не предупредила его заранее?

- Сегодня Крестный отправился в город префектуры! Если бы он знал, что вы приедете сегодня, он бы точно не смог бросить вас здесь. - Юй Сяокао весело подняла голову и посмотрела вверх. Ее взгляд был открытым и великодушным, и в нем не было ни намека на то, что она хотела выслужиться.

Она вела себя так, словно считала леди Фан своей ближайшей родственницей. Независимо от того, что она говорила или делала, она знала, что ее ближайшие родственники на самом деле не рассердятся на нее. Наконец-то госпожа Фан по-настоящему поняла, почему она всегда чувствовала легкую разлуку между собой и Ся Фуронг.

Госпожа Фан легонько похлопала Сяокао по голове и притворилась рассерженной: “Ты такая смелая маленькая девочка! Ты даже смеешь дразнить свою крестную!! Когда твой крестный вернется, я на тебя донесу!”

Юй Сяокао изобразила на лице слегка испуганное выражение, как будто она была испуганной маленькой девочкой, и намеренно дрожащим голосом ответила: “Не делайте этого, а! Если Крестный узнает, что я обидела вас, Крестная, то он точно сломает мне ногу надвое... Крестная, пожалуйста, пощадите меня.”

Леди Фан почувствовала, что ее маленький поступок был довольно забавным, и больше не могла сохранять невозмутимое выражение лица. Наконец она расхохоталась. Пожилая женщина наклонилась и притянула к себе тонкое и мягкое тело Сяокао. - Ты такая странная маленькая девочка, как ты можешь быть такой интересной? Неудивительно, что твой крестный хвалит тебя без конца!

Ся Фуронг, шедшая сзади, чуть не разорвала платок в руках. Тетя никогда еще не обращалась с ней так близко. Как бы она ни старалась понравиться тете, тетя всегда немного отдалялась от нее. Почему?! Почему это ничтожное отродье получило безусловную любовь своей тети с первого взгляда?

К сожалению, Юй Сяокао не смогла насладиться объятиями своей крестной. Она несколько раз взвизгнула: “Больно, больно! Крестная, у меня спина болит!”

Леди Фан вспомнила, что маленькая девочка повредила ей спину. Она быстро подняла ее, как маленького ребенка, и быстро вошла в комнату.

Задница Юй Сяокао лежала на сгибе руки крестной, и она обвила руками шею женщины. - Мне почти десять лет, но она обращается со мной так, словно мне три года. Если другие люди увидят это, это будет так неловко! Но я никогда не ожидала, что Крестная, которая выглядит такой слабой и хрупкой, на самом деле окажется достаточно сильной. Это потому, что Крестный отец знает боевые искусства, поэтому Крестная тоже стала сильной?

- Мадам, позвольте мне подержать ее! - Компетентная служанка госпожи Фан, Линьлун, поспешно подошла, чтобы забрать Юй Сяокао из рук ее госпожи.

- Не надо, я могу ее удержать! - Леди Фан не хотела отпускать мягкую и милую маленькую девочку в своих объятиях. Если бы она родила дочь, была бы она такой же милой?

Глава 181 - угощение едой

Линьлун и Чжэньчжу переглянулись. Похоже, мисс Юй была высоко оценена в сердце мадам, ах! По крайней мере, она превзошла племянницу мадам, молодую мисс, которая прожила с семьей Фан несколько лет. Они напоминали друг другу глазами: - В будущем они совершенно не могли пренебрегать или иметь какое-либо презрение к приемной юной мисс!

Однако Юй Сяокао смущенно сказала: “Крестная, я больше не ребенок. Я должна идти сама и не утомлять вас.

- Сколько ты весишь? Я даже дома могу с легкостью нести сотню кошачьих мешков с песком. Даже таскать что-то, что весит в три раза больше, чем ты, меня не утомит! - Госпожа Фан положила Сяокао на кровать и помогла ей снять куртку, как будто она заботилась о ребенке.

- Я сделаю это сама… - Юй Сяокао покраснела от стыда и сняла верхнюю одежду. Но ее движения были слишком большими, и она случайно потянула за раны на спине, заставляя ее стиснуть зубы от боли.

- Ах ты, перестань пытаться быть храброй! - Леди Фан прижала ее к кровати и приподняла белоснежное внутреннее одеяние. Она увидела явный и отвратительный темно-фиолетовый синяк на ее почти прозрачной светлой спине.

Мало того, что леди Фан была чрезвычайно убита горем, но и Линьлун и Чжэньчжу тоже ахнули от шока. Должно быть, это так больно, ах! Если бы это была другая маленькая девочка, она бы уже давно громко закричала от боли. И все же юная мисс сдерживала боль и забавляла мадам, чтобы та не рассердилась.…

Леди Фан принесла с собой небольшую аптечку. Она достала изящный фарфоровый флакончик из своей маленькой аптечки-флакончик с "успокаивающим синяки порошком", подаренным императором. Она осторожно высыпала немного порошка на ладонь и осторожно прикрыла синяк на стройной спине ладонью. Чтобы успокоительный порошок был эффективным, необходимо было использовать некоторую силу, чтобы облегчить акупунктурные точки и растворить синяк. Леди Фан боялась, что маленькая девочка не сможет вынести боли, поэтому сначала она осторожно массировала ее, а затем постепенно увеличивала свою силу.

Сначала Юй Сяокао зашипела, втянув в себя холодный воздух. - Мне больно, больно, больно... Будьте нежнее. Крестная, пожалуйста, будьте нежнее!

- Потерпи немного. Если я не использую некоторую силу, это не будет эффективно… - Леди Фан нежно утешала ее, но силы в ее руках не уменьшались. Юй Сяокао продолжала кричать и энергично размахивать руками и ногами, громко ударяясь о кровать.

Линьлун и Чжэньчжу опустили головы и попытались сдержать смех. В это время юная мисс выглядела как рыба, вытащенная из воды. Ее непритязательная внешность выглядела очень мило.

Ся Фуронг заскрежетала зубами и с завистью уставилась на скулящее отродье. Ее тетка по отцовской линии была такой предвзятой. Когда она впервые приехала в Общее поместье, ей было всего семь-восемь лет, и самым интимным поступком ее тетки было держать ее за руки и касаться головы. Но как эта грязная деревенская девчонка может позволить тете держать ее на руках и лично применять ей лекарства?! Успокаивающий синяк порошок был пожалован императором, и его было бы трудно достать на рынке даже с тысячей золотых. Как эта негодяйка могла быть достойна такой драгоценной вещи?

Однако Юй Сяокао вовсе не желала этой чести. Она была только немного ушиблена. Когда она вернется домой, она просто позволит маленькому божественному камню подуть ей на спину, и все будет хорошо. Почему она должна так страдать без причины?

Леди Фан хихикнула, погладила беспокойную попку маленькой девочки и обескураженно сказала: - Будь осторожна, чтобы не повредить руки и ноги. Если на них появятся синяки, тебе придется страдать снова.

Услышав это, Юй Сяокао сразу же остановилась, как будто она была роботизированной куклой, у которой не было энергии. Но ее крик боли становился все громче и громче. Плачущий ребенок получит молоко, так что она не пойдет на этот акт "стиснув зубы и терпя в тишине"!

- Что происходит? - Старшая тетя по материнской линии, госпожа Хань, и бабушка Сяокао по материнской линии, госпожа Яо, пришли, чтобы доставить товар. Как только они вошли в магазин, они услышали громкий крик Сяокао, поэтому поспешно вошли, чтобы спросить. Увидев синяк на спине девочки, они оба не могли не почувствовать душевной боли.

Юй Сяокао тут же перестала кричать. Она повернула голову, чтобы увидеть слабую улыбку своей бабушки по материнской линии и старшей тети по материнской линии, и тихо сказала: “Бабушка, Старшая тетя по материнской линии, все в порядке! Я просто случайно наткнулась на дверь. Я буду в порядке после применения некоторых лекарств—Кстати, это моя крестная, которая приехала из столицы!”

Госпожа Яо и ее невестка знали, что крестный Сяокао был чиновником. Услышав, что она крестная мать Сяокао, разве это не означало, что приехала жена чиновника? Две честные матроны были сбиты с толку, они просто стояли и неловко улыбались.

Леди Фан приветливо улыбнулась им и мягко сказала: “Теперь мы родственники, так что вам не нужно быть такими сдержанными.”

Увидев растерянное выражение лица бабушки и тети по материнской линии, Юй Сяокао улыбнулась и сказала: “Бабушка, старшая тетя, я не знаю, справится ли дядя Ли со всей работой, так что не могли бы вы сначала пойти помочь? Я приду на помощь после применения лекарства.”

Мадам Хан кивнула и сказала: “Здесь не так уж много народу, так что мы с твоей бабушкой справимся. Ты ранена, так что тебе лучше остаться и поболтать со своей крестной!”

Сердце Ся Фуронг было полно презрения к типичной речи и поведению двух сельских женщин—как и следовало ожидать, родственники этой проклятой негодяйки были непрезентабельны.

‘Пытка’ Юй Сяокао наконец закончилась. Она раскинула руки и ноги на кровати и притворилась мертвой. Леди Фан была так удивлена, что не могла удержаться от смеха. Она похлопала ее по мясистой попке и сказала: - Быстро вставай и одевайся, чтобы не простудиться.

Юй Сяокао села и пошевелила руками. Казалось, ее спина действительно не болела так сильно, как раньше. Она медленно оделась и сказала: “Крестная, вы собираетесь отдохнуть в городской резиденции или вернетесь с нами в деревню Дуншань?”

Работа ее крестного была в основном такой же, как у руководителя проекта. Строительство порта заняло бы не менее трех-пяти лет, поэтому он купил резиденцию в городе. Но ее крестный редко жил в городской резиденции. Обычно он останавливался в старой резиденции семьи Чжао у подножия Западных гор. Это было потому, что он был расположен недалеко от дома Сяокао, что делало его более удобным для него, чтобы бесплатно поесть из семьи Юй.

Фан Цзычжэнь уже объяснял это своей жене в письмах. Госпожа Фан на мгновение задумалась, а затем сказала: “Насколько я понимаю твоего крестного, он отправится прямо в деревню Дуншань, когда вернется из города префектуры. Так что я буду ждать его в деревне Дуншань!”

Юй Сяокао послушно кивнула головой и сказала: - Сегодня рано утром Крестный отправился в город префектуры, так что он уже почти должен быть там. Думаю, ему придется переночевать в префектуре, а завтра вернуться! Условия проживания в городе лучше, но ведь там уже давно никто не живет. Так что убираться будет очень хлопотно. Хотя дом в деревне Дуншань простой, он ближе к моему дому, и мы можем заботиться друг о друге. Крестная, вы так долго путешествовали, так что должны быть голодны, верно? Я угощу вас ужином в ресторане Чжэньсю…

Обед в столичном ресторане "Чжэньсю" стоил не меньше ста таэлей, а за еду обычно платили от трех до пятисот таэлей. Леди Фан знала, что ее приемная дочь живет в средних условиях. Хотя дела в арбузном магазине шли очень хорошо, все же лучше было помочь дочери сэкономить немного денег.

- Я слышала от твоего крестного, что ты отлично готовишь. Крестная хочет попробовать твою стряпню. - Леди Фан погладила гладкие черные волосы девочки и мысленно похвалила ее за то, что они так хорошо растут. Она и не подозревала, что эта черная шевелюра еще полгода назад была сухой, как хворост!

Юй Сяокао подумала о пустой кухне во дворе. Она была так занята открытием своего магазина, что у нее не было времени приготовить кухонную утварь, не говоря уже о приправах. Она закусила губу и пробормотала: “Крестная, в маленькой кухне в магазине ничего не приготовлено. Искусная женщина вряд ли сможет готовить без риса. Уже почти полдень, так как же мне теперь готовить вам еду? Если вы хотите попробовать мою стряпню, я могу показать вам свои навыки сегодня вечером! Давайте сначала просто пообедаем в ресторане Чжэньсю…”

Собираясь поесть в ресторане "Чжэньсю", она все же описала это как терпение к еде? Если другие услышат это, ее точно побьют! Из-за бесконечного потока новых блюд в ресторане Чжэньсю даже столы в главном обеденном зале были полностью забронированы на несколько дней. Не сделав предварительный заказ, даже не думайте о том, чтобы съесть деликатесы в ресторане Чжэньсю!

Ся Фуронг прищурилась и ухмыльнулась: "Бедная деревенская девушка хочет притвориться способной и произвести впечатление на мою тетю, угостив ее обедом в ресторане Чжэньсю? Даже стол самых простых блюд в ресторане Чжэньсю обойдется в несколько десятков таэлей. Даже если она продаст арбузы на целый день, ей все равно может не хватить денег на еду в ресторане. - Позже она должна воспользоваться этой возможностью и заказать еще больше их фирменных блюд, чтобы у проклятой соплячки разболелось сердце! Даже снобистские и высокомерные знатные дамы в столице редко имели возможность поесть в ресторане Чжэньсю, не говоря уже о ней!

Был почти полдень. Сяокао, которая усердно работала с рассвета, была так голодна, что ее желудок прилип к спине. После небольшой беседы с крестной она отправилась вместе с ней в ближайший ресторан "Чжэньсю".

Проходя мимо магазина, она улыбнулась своей бабушке по материнской линии и старшей тете по материнской линии, которые были в магазине: “Бабушка, Старшая тетя по материнской линии, так как сейчас не так много покупателей, давайте сначала поедим что-нибудь!”

Госпожа Яо посмотрела на роскошную шелковую парчу, которую носила госпожа Фан, а также на впечатляющую ауру, которую она излучала. Даже две служанки позади нее были одеты лучше, чем они. Ей стало немного стыдно за свою неполноценность, поэтому она несколько раз пожала ей руки и сказала: - В магазине должны быть люди. Мы можем просто купить две лепешки на пару, чтобы съесть их позже!

Сяокао также знала, что, даже если ее бабушка по материнской линии и старшая тетя по материнской линии уйдут, они все равно не смогут есть с легкостью. Поэтому она не стала их принуждать и сказала: “Я попрошу официанта принести немного еды. Бабушка, Старшая тетя по материнской линии, жареная курица в ресторане Чжэньсю и утка османтус очень хороши. Позже попробуйте и посмотрите, подходят ли они вам по вкусу!”

- Не надо, не надо! Сколько денег тебе придется потратить, чтобы получить цыплят и уток?! Даже если у тебя есть деньги, ты все равно не можешь тратить их так. Я думаю, что есть лепешки-это прекрасно! - Старшая тетя по материнской линии не соглашалась с тем, что Сяокао безрассудно тратит деньги.

Никто из них не знал, что Юй Сяокао никогда не приходилось тратить деньги, когда она обедала в ресторане Чжэньсю. Несмотря ни на что, она могла считаться деловым партнером босса ресторана "Чжэньсю". Денег, которые она помогала им зарабатывать, хватало ей на несколько приемов роскошной еды!

Сейчас было время обеда, поэтому ресторан Чжэньсю был полностью заполнен клиентами. Несколько человек из другого города, которые пришли в гости, услышав о знаменитом ресторане, вышли из ресторана с разочарованием, услышав, что столики были зарезервированы на следующие три дня.

- Похоже, столиков не осталось, - услышала разочарование проходившей мимо гостьи леди Фан, которая держала крестницу за руку и не хотела отпускать. Она опустила голову, посмотрела на Сяокао и тихо сказала.

На лице Ся Фуронг тоже отразилось разочарование. - Младшая кузина, неужели ты притворилась великодушной и предложила угостить нас едой, потому что знала, что в это время мы не сможем занять столик в ресторане “Чжэньсю"?!

- Фуронг! - Леди Фан могла понять молодую девушку с легким тщеславием, так что она не была в бешенстве по этому поводу. Она боялась, что дочь рассердится от смущения, поэтому поспешно отчитала племянницу.

Ся Фуронг разозлилась еще больше. Она недовольно фыркнула и сказала: “Тетя, ты на ее стороне! Послушайте, даже такой человек, как Второй Молодой мастер Чжу, не мог получить столик, не говоря уже о такой простой крестьянской девушке, как она?”

Глава 182 - гостеприимство

Леди Фан посмотрела в ту сторону, куда смотрела ее племянница. И действительно, второй сын принца Цзина, Чжу Цзюньси, разговаривал с кем-то, кто, по-видимому, был управляющим. В это время из ресторана с разочарованным выражением лица выходили несколько человек, похожих на торговцев.

- Забудь об этом, Крестная угостит тебя обедом в ресторане "Фулин", чтобы попробовать их фирменные блюда! В письмах твоего крестного он упоминал, что в городе Тангу есть несколько давно известных ресторанов, и в каждом из них есть свои фирменные блюда. Ты можешь просто пригласить нас поесть в ресторане Чжэньсю в другой день. - Они только что познакомились, но леди Фан чувствовала, что она родственная душа с этой маленькой девочкой. Таким образом, она обеспечила ей выход из этой неловкой ситуации.

Юй Сяокао искренне улыбнулась своей крестной, взяла ее за руку и вошла в главный вход ресторана "Чжэньсю".

- Гости, мне очень жаль! Все наши столики на сегодня были зарезервированы три дня назад. Мы действительно не можем найти для вас свободный столик, не говоря уже об отдельной комнате… - У главного менеджера был острый глаз на людей. Он был абсолютно уверен, что достойный и благородный молодой человек перед ним имел необыкновенное семейное происхождение. Однако честность очень важна в бизнесе. Он не мог отменить бронирование других людей, которое они получали с большим трудом, для него только потому, что он был человеком высокого статуса. Разве это не разрушит их собственную репутацию? Поэтому ему оставалось только искренне извиниться.

У Чжу Цзюньси было немного неприятное выражение лица. Как правило, в больших ресторанах есть пара отдельных комнат, зарезервированных для друзей владельца. Хотя он не знал владельца ресторана "Чжэньсю", для всего могло быть исключение. Он был готов заплатить двойную цену, чтобы занять зарезервированную отдельную комнату для одноразового использования, но этот менеджер не согласился бы, несмотря ни на что…

Он глубоко вздохнул и уже собирался что-то сказать, когда его прервал звонкий голос позади него: “Дядя Управляющий, третий Молодой Хозяин сегодня здесь?”

Главный менеджер виновато улыбнулся Чжу Цзюньси, а затем посмотрел на Сяокао, стоявшую позади него. Он улыбался до тех пор, пока его глаза не сузились в линию: “Мисс Сяокао, наш босс отправился отправить партию вермишели и вековых яиц в столицу. Он уехал только сегодня утром! Вы ищете нашего босса?”

- Ничего страшного! Моя крестная приехала издалека, поэтому я хотела занять отдельную комнату Третьего Молодого Господина, чтобы развлечь ее, - прямо заявила Юй Сяокао.

Главный менеджер быстро сказал: “Что вы имеете в виду под заимствованием? Наш босс уже сказал, что мисс Сяокао может пользоваться его отдельной комнатой, когда вам заблагорассудится!”

- Тогда большое спасибо, дядя управляющий! - Юй Сяокао мило улыбнулась, а затем с фамильярностью поднялась по лестнице рядом с главным залом на второй этаж!

Чжу Цзюньси, наконец, не смог удержаться от того, чтобы не вытянуть длинное лицо и сердито сказал: “Менеджер, все должно быть сделано по принципу "первый пришел, первый обслужен"! Я просто долго добродушно разговаривал с вами и был готов заплатить двойную цену за пользование отдельной комнатой, но вы все равно не согласились. Тем не менее, вы с готовностью согласны позволить кому-то использовать его сейчас?”

В конце концов, он был вторым сыном императорского принца Цзина. Благородная и внушительная манера поведения в его гневе заставила сердце главного управляющего на мгновение замереть. Несмотря на ярость патрона, главный менеджер объяснил: “Эта отдельная комната-эксклюзивная комната нашего босса, поэтому, за исключением приема друзей и родственников, она не будет предоставлена посторонним. У госпожи Сяокао с нашим боссом особые отношения. Ее можно считать частичной владелицей ресторана "Чжэньсю", так что…”

- Второй Молодой Господин, у нас не так уж много людей. Если вы не возражаете, давайте пообедаем вместе! - Ся Фуронг не ожидала, что негодяйка действительно сможет получить столик, тем более что это была отдельная комната. Видя, что Второй Молодой мастер Чжу столкнулся с препятствием с главным управляющим, она почувствовала, что это был редкий шанс, и поэтому сделала приглашение.

Чжу Цзюньси только сейчас заметил, что леди Фан не отстает от него. Он едва взглянул на Ся Фуронг, и его впечатление о ней стало еще хуже. Пренебрегая обычаем, что мужчины и женщины должны обедать за разными столами после семи лет, Ся Фуронг не была той, кто получал отдельную комнату, и она также не была той, кто платил за еду. Чтобы сделать приглашение, не спросив сначала хозяина, она была серьезно слишком груба!

Он проигнорировал Ся Фуронг; вместо этого он поклонился леди Фан и сказал в изящной манере: “Леди Фан, рад видеть вас снова!”

Леди Фан была весьма недовольна почти подобострастными словами племянницы. Она подавила гнев в своем сердце и сказала Второму Молодому Мастеру Чжу: “Твоя мать не в добром здравии. После такого долгого сидения в карете неплохо бы найти место для отдыха! - Что случилось? Были ли какие-то изменения в планах жены окружного судьи?”

- Нет, мама сказала, что уже почти полдень, так что не стоит беспокоить семью окружного судьи. Мы решили пообедать здесь, прежде чем отправиться в уезд ямен. Но… - Неприятное выражение снова появилось на лице Чжу Цзюньси, когда он подумал об усталости на лице матери.

Госпожа Фан посмотрела на свою крестницу и спросила ее мнение: “Сяокао, госпожа Чжу и молодой господин Чжу хорошо заботились обо мне по дороге сюда. Она хочет сделать здесь небольшой перерыв…”

Сяокао, естественно, не отвергла бы просьбу своей крестной. - Поскольку она подруга Крестной, - весело сказала она, - я буду относиться к ней с величайшим гостеприимством. Я пойду с вами и приглашу госпожу Чжу поужинать вместе.

Чжу Цзюньси не смотрелк на Сяокао свысока из-за ее обычной одежды. Вместо этого он отвесил ей торжественный поклон.

Принцесса-консорт Цзин уже давно скучала, сидя в карете. Время от времени она поднимала занавеску кареты и смотрела в сторону ресторана "Чжэньсю". Увидев, что сын возвращается, она тихо спросила: - Все еще не можешь забронировать отдельную комнату?

На этот раз они путешествовали инкогнито, поэтому Второй Молодой Мастер Чжу просто называл свою королевскую мать "Матерью" в присутствии посторонних. - Мама, ресторан "Чжэньсю" в городе Тангу, как и в столице, должен быть заказан за семь-восемь дней. К счастью, крестница леди Фан имеет некоторое лицо в ресторане Чжэньсю и смогла получить отдельную комнату. Леди Фан хочет пригласить тебя поужинать вместе!

- Крестница леди Фан? Когда у нее появилась крестница? Почему об этом не было никаких новостей? Многие думали, что она усыновит свою племянницу по материнской линии! Похоже, чьи-то планы вот-вот рухнут! - Не стоит недооценивать женское сердце для сплетен. Хотя принцесса-консорт Цзин редко выходила из дома, она все же немного слышала об этом.

С помощью Мэйсян и Ланьсяна принцесса-консорт Цзин вышла из кареты и грациозно улыбнулась леди Фан. Она увидела худенькую маленькую девочку рядом с леди Фан и тихо спросила: - Она умная и порядочная молодая девушка!

- Большое вам спасибо, сударыня, за похвалу! Здесь неудобно разговаривать. Давайте продолжим разговор в отдельной комнате на втором этаже! - В поведении леди Фан чувствовалось некоторое почтение.

Сяокао чутко восприняла это. Ее крестная, жена генерала третьего ранга, тоже должна была вести себя с ней вежливо. Казалось, статус этой благородной мадам был, безусловно, впечатляющим. Она проявляла естественное чувство благородства и изящества. Может ли она быть родственницей императорской семьи? Что же случилось со всеми этими благородствами? Почему они все приехали в такое бедное, отдаленное место, как город Тангу?

Поскольку все они были женщинами, Чжу Цзюньси знал этикет и не последовал за ними в отдельную комнату. Вместо этого он пригласил императорских телохранителей, переодетых слугами, пообедать в знаменитом старинном ресторане неподалеку. Ся Фуронг хотела воспользоваться этой возможностью, чтобы сблизиться со Вторым Молодым Мастером Чжу, но ее планы снова провалились.

С лишним почетным гостем Сяокао, конечно же, не позволит своей крестной потерять лицо перед почетным гостем. При заказе она почти заказала все самые известные блюда в ресторане Чжэньсю! Там было несколько блюд, о которых даже кто-то из семьи принцессы-консорта Цзин никогда не слышал.

Принцесса-консорт Цзин улыбнулась леди Фан и сказала: “Этот твой ребенок действительно слишком искренен! Она заказала так много еды, но мы не сможем доесть все.”

Юй Сяокао встала и лично налила чашку травяного чая для принцессы-консорта и ее крестной. Она добавила в чай несколько капель воды из мистического камня, чтобы избавиться от усталости. Услышав ее слова, она улыбнулась и сказала: “Вы и моя крестная приехали издалека, так что, конечно, я угощу вас едой, чтобы приветствовать ваше прибытие!”

Маленькая девочка не отличалась высоким ростом и была очень молода, но ее ум был очевиден во всех аспектах, что было качеством, которым восхищалась принцесса-консорт. Она сказала с улыбкой: “Считается ли это, что я получаю выгоду от моего общения с твоей крестной?”

- Конечно, нет! Моя крестная сказала, что вы хорошо заботились о ней всю дорогу из столицы! Я хочу выразить вам свою благодарность этим столом с едой и напитками! - Отношение Юй Сяокао не было ни скромным, ни высокомерным, а ее речь была вежливой и вдумчивой. Это заставило леди Фан и принцессу-консорт Цзин составить о ней еще лучшее впечатление.

Принцесса-консорт Цзин даже начала шутить с ней: “О! Так что это еда, чтобы поприветствовать и поблагодарить меня одновременно. Ты хочешь избавиться от меня всего за один прием пищи? Нет, так не пойдет. Там должно быть как минимум два приема пищи!”

- Не упоминайте о двух блюдах, пока вы готовы прийти, ресторан "Чжэньсю" будет рад вашему приезду в любое время! Вот, попробуйте это "столетние яйца с тофу". Это новое блюдо в ресторане Чжэньсю. - Юй Сяокао использовала общую ложку, чтобы зачерпнуть ложку блюда в соответствующие миски принцессы-консорта Цзин и леди Фан.

Принцесса Цзин улыбнулась и сказала: “Хорошо, садись и ешь! Пусть только служанки нам прислуживают... М-м-м! Этот тофу имеет прекрасный и гладкий вкус во рту… - Что это? Вековые яйца? Это сочетание имеет довольно уникальный вкус. Конечно, это же ресторан "Чжэньсю". Они могут приготовить такое интересное и оригинальное блюдо с таким простым ингредиентом, как тофу!”

Съев два кусочка вековых яиц с тофу, принцесса-консорт Цзин еще раз взглянула на свою любимую утку османтус. Мэйсян, стоявшая позади нее, немедленно взяла кусок утиного мяса и положила его в свою миску.

- У меня слабая селезенка и желудок. Для такого слегка жирного блюда, как жареная утка, я могу съесть только один кусок. Но эта утка османтуса жирная, а также ароматная и вкусная. Так что я могу съесть несколько кусочков.” Принцесса-консорт Цзин обладала утонченными манерами за столом, но ела с удовольствием.

Юй Сяокао представила им "суп из утиной крови с вермишелью". Они очень заинтересовались вермишелью внутри и неосознанно доели полную миску этого блюда.

Вермишель, произведенная на фабрике семьи Чжоу, не имела различной толщины, как те, что делала непрофессионал Юй Сяокао. После тщательного обучения рабочие стали профессионалами в изготовлении вермишели. Вермишель была однородной по толщине, яркой и полупрозрачной. Когда их ели, они были мягкими, гладкими, освежающими и очень жевательными.

Вермишель и вековые яйца только что были запущены в производство. Их нельзя было увидеть ни в одном другом месте, кроме ресторана Чжэньсю, не говоря уже о том, чтобы попробовать их. Одной из самых важных причин, по которой принцесса-консорт Цзин ела с большим удовольствием, было то, что она могла съесть что-то новое!

Во время этой трапезы все были в полном восторге. После того, как жена окружного судьи получила сообщение, она лично приехала, чтобы забрать принцессу-консорта Цзин со своей свитой.

В это время арбузы в арбузном магазине уже были распроданы. Бабушка Сяокао по материнской линии и старшая тетя по материнской линии, которая также съела "еду на вынос", которую Сяокао заказала в ресторане Чжэньсю, протирали полки в магазине!

Поскольку госпожа Фан не хотела оставаться в городе, Юй Сяокао села в карету своей крестной и по пути знакомила ее с пейзажем, одновременно давая указания кучеру.

Старшая тетя по материнской линии пришла помогать в магазине, так что теперь она останется в магазине. Видя, что ее помощь не нужна, и потому что она беспокоилась о своем муже и цыплятах и утках дома, бабушка Сяокао сразу же вернулась в свою деревню из города.

Глава 183 - борьба за благосклонность

Дорога в деревню Дуншань была не очень ровной, особенно тот участок горной дороги, который был очень ухабистым. Ся Фуронг почувствовала, как ее вот-вот вырвет из-за тряски. У нее было мрачное выражение лица и большая обида в сердце: - Серьезно, что случилось с моей тетей? Она не хочет жить в прекрасном доме в городе, но вместо этого решает переехать в эту бедную, отдаленную деревню. И все из-за этого проклятой негодяйки. Если бы она не сказала, что мой дядя все это время жил в деревне Дуншань, тетя могла бы уже поселиться в городе!

Айо! Ся Фуронг на мгновение не обратила на это внимания и с громким шумом ударилась головой об окно кареты. Девочка закрыла свою больную голову руками и со слезами посмотрела на тетю, леди Фан.

В конце концов, леди Фан и раньше практиковалась со своим мужем. Каким бы ухабистым ни был экипаж, она все равно сидела прямо и была неподвижна, как статуя.

Юй Сяокао покачнулась в том направлении, куда трясся экипаж, но продолжала сидеть, скрестив ноги. Изгибы и покачивания ее талии создавали впечатление, что она танцует.

Услышав звук удара Ся Фурона в окно, Юй Сяокао повернула голову и посмотрела на нее с легкой улыбкой. - Старшая кузина, мы прибудем в деревню Дуншань после того, как пересечем эту горную дорогу. Будь внимательна, и ты не пострадаешь!

В глазах Ся Фуронг Сяокао издевалась над ней со слабой улыбкой на лице. Она прикрыла шишку на голове и сердито пожаловалась леди Фан: “Тетя, посмотри на нее! Я уже получила травму, но она все еще делает саркастические замечания.”

Юй Сяокао широко раскрыла свои большие черные глаза и невинно посмотрела на нее: "Этот человек действительно не умеет ценить добрые намерения других людей. Я утешала ее!

Госпожа Фан похлопала крестницу по худому плечу и тихо сказала племяннице: “Фуронг, твоя младшая кузина просто беспокоится о тебе и напоминает тебе быть осторожнее, чтобы ты снова не поранилась.”

- Тетя! Ты слишком предвзята!! Она явно не хотела ничего хорошего, но ты все еще заступаешься за нее!! Тетя, теперь, когда у тебя есть крестница, ты больше не заботишься о своей племяннице. Вааххх… - Девочка горько заплакала.

Губы Юй Сяокао дернулись: - Она уже такая старая, но все еще плачет и борется за благосклонность? Какой в этом смысл? У меня есть родители, которые балуют меня дома, поэтому я не испытываю недостатка в любви. Я не собираюсь быть на одном уровне с этой маленькой девочкой!

Госпожа Фан заметила легкое движение Сяокао и почувствовала, что чем больше она на нее смотрит, тем красивее она ей кажется. Потом она посмотрела на племянницу, которая плакала с насморком. Ей было уже тринадцать или четырнадцать лет, то есть брачный возраст. Тем не менее, она все еще боролась за благосклонность с молодой девушкой, которой не исполнилось и десяти. Она также была виновата в том, что баловала племянницу и тем самым повышала ее ожидания. После того, как ее желание было уничтожено, было неизбежно, что в ее менталитете возникнет некоторое несоответствие.

- Перестань плакать. Ты уже в том возрасте, когда можешь искать себе мужа, но все еще борешься за благосклонность с маленькой девочкой. Ты не боишься, что над тобой будут смеяться? - Леди Фан протянула ей свой носовой платок и тихим голосом утешила.

В конце концов, Ся Фуронг была молодой девушкой. Услышав это, она покраснела и опустила голову. Но она также не забыла воспользоваться этим шансом, чтобы бросить на Сяокао сердитый взгляд. - Тетя, кто еще смеется надо мной здесь, кроме нее?

Госпожа Фан беспомощно сказала: “Сяокао-моя крестница, так что теперь вы обе сестры. Вы должны хорошо ладить друг с другом. Не всегда ссорьтесь и спорьте при встрече…”

У Сяокао было еще более невинное выражение лица, когда она надулась и сказала: “Крестная, я не…”

Госпожа Фан успокоила ее улыбкой: “Наша Сяокао-хороший ребенок… Твоя старшая кузина только что приехала в незнакомое место, так что она к нему не привыкла. Ты должна сделать все возможное, чтобы помочь ей, как хозяйка.”

- Я так и сделаю! - Юй Сяокао с озорной улыбкой посмотрела на Ся Фуронг, раздумывая, взять ли ее с собой ловить гусениц в горах или выкапывать песчаных червей и морские огурцы у моря.

Ся Фуронг свирепо посмотрела на нее, а затем обиженно согласилась: - Я уступлю младшей кузине!

Только что тетя лично упомянула о ее замужестве. До тех пор, пока она будет послушной и не рассердит ее, тетя, естественно, устроит ей хороший брак. Во-первых, ей придется смириться с этой проклятой девчонкой. Будет лучше, если в будущем они будут встречаться реже, чтобы она могла обрести душевное спокойствие!

Пока они оба были погружены в свои мысли, карета миновала самую трудную горную дорогу, и очертания деревни Дуншань были видны издалека.

Сяокао указала на место неподалеку и ухмыльнулась: “Крестная, вон там наше арбузное поле. Оно не очень большое и чуть больше трех му. Но арбузы выросли очень хорошо. Мы можем собрать более тысячи Кэтти на одном му земли!”

Леди Фан посмотрела на маленькую рыбацкую деревушку, которая, казалось, была окружена пышными горами. Она была окружена зелеными деревьями, поющими птицами и благоухающими цветами. Место, на которое указывала Сяокао, было покрыто зеленью, на которую было очень приятно смотреть.

- Урожай, который посажен по обе стороны дороги… - Леди Фан никогда не видела, чтобы этот урожай сажали в сельском поместье из ее приданого, поэтому спросила с легкой неуверенностью.

Юй Сяокао посмотрела на ростки сладкого картофеля на обочине дороги и сказала с улыбкой: “Деревня Дуншань находится недалеко от моря, поэтому большая часть земли здесь песчаная. Если мы будем сажать такие культуры, как пшеница и соя, урожай будет невелик. Таким образом, большинство людей сажают такие культуры, как сладкий картофель, который можно выращивать в различных условиях.”

- Сладкий картофель? Это новая культура, которая может произвести тысячи Кэтти на одном му земли? - Когда император совершил свое первое путешествие, он привез с собой урожай-сладкий картофель, который быстро стал популярным. С этим урожаем ранняя Великая династия Мин, которая была взбудоражена войной и находилась в катастрофическом состоянии, наконец, не будет иметь еще больше людей, умирающих от голода…

Юй Сяокао кивнула головой и сказала: “Урожай сладкого картофеля действительно хорош. Если их хорошо посадить, то можно получить урожай в две-три тысячи Кэтти на одном му земли.”

- Хватит хвастаться! В это время на подворье уже прорастают колосья пшеницы. Но у этого сладкого картофеля все еще есть только листья и ничего больше. Всего за один-два месяца они могут произвести более двух тысяч Кэтти? Кого ты обманываешь? - Ся Фуронг ухмыльнулась, и ее тон был полон намерения придраться.

Юй Сяокао посмотрела на нее так, словно она увидела чудака. - Старшая кузина, ты же не думаешь, что сладкий картофель выращивают на лозах? Пффф… Не пойми меня неправильно, я не смеюсь над тобой… Но это действительно забавно… Плоды сладкого картофеля выращивают под землей. Дядя кучер, пожалуйста, остановитесь перед домом.

Юй Сяокао спрыгнула с повозки и подобрала с обочины сухую ветку. Она копала вниз вдоль виноградной лозы сладкого картофеля в поле рядом с ними.

- Эй! Как ты можешь случайно копать сладкий картофель других людей? Разве это не поступок вора? Будет так стыдно быть пойманным, ах! - Ся Фуронг закричала, как будто боялась, что другие ее не услышат.

Юй Сяокао проигнорировала ее и откопала сладкий картофель, который весил больше одного Кэтти из лозы сладкого картофеля, а также несколько маленьких сладких картофелин, которые были меньше одного Кэтти. Она вытерла рукой грязь сверху, отнесла сладкий картофель в карету и хвастливо обратилась к леди Фан: “Крестная, смотри, это сладкий картофель. Сладкий картофель можно варить, готовить на пару и жарить! На вкус он очень вкусный и сладкий. Если вы едите его время от времени, это довольно вкусно!”

Ся Фуронг посмотрела на нее с презрением и сказала: “Я не ожидала, что ты такой человек! Разве твоя мать никогда не говорила тебе, что брать что-то без спроса-это воровство?”

Улыбка на лице Юй Сяокао постепенно исчезла. Ее большие глаза смотрели на Ся Фуронг с недовольством, и она произносила одно слово за другим: “Ты можешь говорить обо мне все, что угодно! Но, пожалуйста, не впутывай моих родителей!! Что ты знаешь? Эта земля принадлежит семье моего старшего дедушки!!”

Ее пристальный взгляд заставил Ся Фуронг почувствовать беспокойство. - Даже если это поля твоего старшего дедушки, - тихо пробормотала она, - ты не можешь просто копаться в них.

- Старший двоюродный дедушка, ты решил прогуляться? - Прежде чем Ся Фуронг успела закончить, ее слова были прерваны Сяокао. Сяокао, сидевшая на оглобле кареты, приветствовала фигуру вдалеке улыбкой.

Юй Личунь поднял голову и увидел Сяокао, сидящую на незнакомой повозке. Он сначала кивнул ей, а потом сказал: “Да, мне нечего было делать, поэтому я пришел проверить поля! В чьей карете ты вернулась?”

- Это крестная моя, приехавшая из столицы. Я отвезу ее домой, чтобы она отдохнула, дедушка, мне очень хотелось жареного сладкого картофеля, поэтому я только что выкопала несколько сладких картофелин с твоих полей… - Юй Сяокао хихикнула без тени смущения.

Юй Личунь знал, что до того, как они отделились от основной семьи, семья Юй ела два раза в день. Но у Сяокао был слабый желудок, и ей приходилось каждый день съедать лишнюю порцию сладкого картофеля между двумя приемами пищи. Маленькая девочка так долго ела сладкий картофель, и теперь, когда она жила лучшей жизнью, она все еще не могла забыть этот вкус.

Он усмехнулся и сказал: “Это что-то выращенное твоей собственной семьей. Если ты хочешь это съесть, то просто копай сама! Твоя семья этой весной не сажала сладкий картофель, так что, когда придет время собирать урожай, я скажу твоему третьему дяде, чтобы он прислал несколько мешков.”

- Спасибо, дедушка! Позже я достану арбуз с нашего поля и пошлю его к тебе домой! - Юй Сяокао понимала принцип "вежливость требует взаимности".

Юй Личунь поспешно замахал руками и несколько раз повторил: - Арбуз стоит несколько таэлей. Старший дедушка не может себе этого позволить! Ты должна сохранить его, чтобы продать за деньги…

Юй Сяокао улыбнулась, как распустившийся цветок, и сказала: “Старший дедушка, почему ты не можешь принять это? Его выращивает моя семья, так почему ты не можешь его съесть? Прошлой зимой, если бы ты не одолжил мне денег, чтобы я сходила к врачу, я, может быть, так и не выздоровела.… Ты спас мне жизнь, так что же плохого в том, чтобы съесть арбуз? Ладно, тогда решено. Ты еще не пробовал наши арбузы!”

Юй Личунь хотел что-то сказать, но Сякоао замахала на него руками, вскочила в карету и проехала мимо. Юй Личунь с улыбкой покачал головой. Чтобы знать, как быть благодарной, эта маленькая девочка, Сяокао, действительно была кем-то, кто заслуживал любви.

- Это был твой старший двоюродный дедушка? Ваши семьи кажутся довольно близкими, ах! Почему твой крестный написал в своем письме, что у твоей семьи, похоже, не очень хорошие отношения с семьей ваших бабушки и дедушки… - Госпожа Фан не относилась к Сяокао как к чужаку и спросила с легким беспокойством, вспомнив содержание письма.

Юй Сяокао тоже ничего не скрывала от своей крестной. Она избегала серьезных вопросов и кратко объяснила: “У нас не очень хорошие отношения с моей бабушкой. Моя бабушка… Как младший член семьи, мне не подобает это комментировать. Через несколько дней вы все узнаете. Семья моего старшего дедушки-очень хорошие люди. Прошлой зимой было так трудно, но они все равно отдали нам все свои деньги, чтобы я пошла к врачу!”

- Что случилось? Твое здоровье не в порядке? Твой крестный мне этого не говорил. - Леди Фан посмотрела на слегка худощавую, но довольно энергичную девушку перед собой и с беспокойством спросила.

Юй Сяокао обняла леди Фан и потерлась о нее лицом, как избалованная кошка. - В прошлом мое здоровье было не очень хорошим. Прошлой зимой я тяжело заболела и чуть не умерла! Но теперь я в порядке! Разве люди не всегда говорят: "Если вы переживете катастрофу, вы будете благословлены". Конечно же, я должна благодарить небеса за то, что они позволили мне встретиться с Крестным отцом и Крестной матерью!

Леди Фан притянула девочку к себе и сказала с улыбкой: “Ты, ах, твой маленький ротик сладок, как мед. У Крестной есть столетний женьшень. Просто прими это как подарок на встречу. Скажи своей матери, чтобы она приготовила тушеную курицу с женьшенем, чтобы питать твое тело. Ты слишком худая!”

Глава 184 - помочь ей остепениться

- Спасибо, Крестная! - Юй Сяокао не вела себя учтиво. Столетний женьшень не считался для нее редкостью, так как у нее дома уже был пятисотлетний женьшень. Но она будет помнить доброту своей крестной. Если у нее будет что-то хорошее в будущем, она обязательно поделится этим со своей крестной!

Ся Фуронг почувствовала еще большее недовольство в своем сердце. Получить столетний женьшень было не так-то просто. Они только что познакомились с этой негодяйкой из сельской деревни, но она действительно уговорила свою тетю!

Пока они разговаривали, они уже прибыли на арбузные поля семьи Сяокао. Юй Хай в это время загружал арбузами две повозки. Эти две повозки с арбузами он должен был отвезти в город позже. В семье Юй не было никого, кто мог бы управлять повозкой, поэтому ему пришлось попросить своего старшего двоюродного брата, Юй Си, прийти на помощь.

- Отец, Старший Дядя по отцовской линии! - Сяокао спрыгнула с повозки, когда она полностью остановилась. Видя это, госпожа Фан неоднократно убеждала ее притормозить.

Юй Хай увидел, как его дочь выходит из незнакомой кареты. За ней шла женщина лет тридцати, одетая в богатую шелковую парчу. У него были некоторые сомнения в сердце, но он не мог пристально смотреть на нее. Поэтому он просто спросил свою дочь: “Цаоэр, разве мы не договорились, что я заберу тебя обратно, когда доставлю арбузы? Почему ты вернулась одна?”

Юй Сяокао поспешно представила своего отца крестной, и они вежливо обменялись несколькими словами. Юй Хай заметил, что в ее словах слышится любовь госпожи Фан к его дочери, и почувствовал себя немного увереннее.

Юй Сяокао сорвала большой арбуз и попросила Линьлун помочь отнести его в карету. Два арбуза, которые они выбрали в магазине, были невольно проданы Старшей тетей по материнской линии, когда они пошли поесть в ресторан Чжэньсю. Ее крестной очень понравилась тарелка с арбузом, подаренная рестораном "Чжэньсю". Она не могла обещать ничего другого, но она могла гарантировать, что у них будет более чем достаточно арбузов, чтобы поесть!

Леди Фан, которая видела распродажи в арбузном магазине семьи Юй, также не вела себя вежливо со своей крестницей. Конечно, она должна принять проявление сыновнего уважения со стороны дочери. Более того, этот арбуз был намного вкуснее и освежал, чем те арбузы, которые она ела раньше. Она не знала, была ли это ее собственная иллюзия, но ей казалось, что вся ее усталость от долгого путешествия за последние несколько дней ушла после того, как она съела арбуз!

Эта сдержанная, но немного роскошная конная карета привлекала любопытные взгляды многих жителей деревни, когда она проезжала через деревню Дуншань.

Семья Чжао жила почти на полпути к вершине горы, поэтому карета не могла продолжать подъем. Сяокао велела кучеру остановить экипаж перед ее домом, а затем помогла своей крестной выйти из экипажа.

- О! Сяокао, ты вернулась из города? Кто эта благородная мадам? - Рядом с лотком для сбора морепродуктов стояло несколько женщин, которые только что продали свою коллекцию очищенных песчаных червей. Они тепло приветствовали Сяокао. Маленькая девочка Сяокао теперь чувствовала себя очень хорошо. Чтобы иметь такого чиновника в качестве крестного отца, она должна была накопить большое состояние в своей предыдущей жизни!

- Здравствуйте, тетушки! Ваши ложечные черви действительно чистые, ах! - Сяокао знала, что матронам просто любопытно, поэтому приветствовала их улыбкой.

Одна из матрон, очень худая, ухмыльнулась и сказала: - Если они не будут тщательно очищены, у кого хватит наглости прийти и продать их? Ваша семья дает справедливую цену, в отличие от Ван Дажи из деревни Даванг, который очень черен сердцем. Его цена на пять медных монет ниже, чем у твоей семьи!

Ся Фуронг прикрыла нос платком и с любопытством подошла поближе, чтобы посмотреть, что они продают. Однако ее лицо стало мертвенно-бледным от испуга при виде мягких песчаных червей, лежащих в корзине. Она вскрикнула и поспешно отступила, чуть не споткнувшись о камень на земле.

Другая пухленькая женщина посмотрела на ее наряд и рассмеялась: “В конце концов, она молодая мисс из города. Это неизбежно, что она испугается, увидев песчаных червей в первый раз.”

Увидев, как изменилось выражение лица Ся Фуронг, Юй Сяокао испугалась, что она рассердится и закатит истерику. Поэтому она поспешно сказала: “Тетушки, продолжайте свою работу. Моя крестная и старшая кузина устали от такого долгого путешествия. Сначала я отведу их внутрь, чтобы они отдохнули.”

Все женщины смотрели, как госпожа Фан вошла в ворота семьи Юй, поддерживаемая двумя своими личными служанками. Они по очереди выражали свою зависть.

- Так это крестная мать Сяокао, а! Жена чиновника! Посмотри, какую ауру она излучает!

- Посмотри на ее служанок. Они одеты как юные леди из знатных семей. Серебряные заколки на их головах, вероятно, стоят по меньшей мере несколько таэлей!

- Я слышала, что крестная мать Сяокао приехала из столицы. Неужели ты думаешь, что девушка Сяокао выиграет от своих крестных и станет благородной юной мисс в столице?

- Конечно, ах! Я слышала, что у крестного Сяокао не было детей, и он балует ее, как свою настоящую дочь. Когда ее крестный завершит свое задание и вернется в столицу, он, вероятно, заберет Сяокао с собой! Сяокао в будущем станет дочерью чиновника!

- Этот ребенок действительно благословен…

Юй Хан молча слушал разговор тетушек, помогая кучеру разгружать экипаж. Он отвел лошадь в недавно построенную конюшню и накормил ее кормом. Сяокао ополоснула весь корм, которым семья Юй кормила свой скот, водой из мистического камня, так что лошадь семьи Фан наслаждалась этим еще больше.

Кучер был очень удивлен. Лошади семьи Фан были тщательно накормлены и выращены им, и они всегда презирали грубый корм. Корм семьи Юй был только самым дешевым и грубым видом корма, но лошадь на самом деле не возражала и ела его с удовольствием. Может быть, она была голодна после столь долгого путешествия по горной дороге?

В это время леди Фан уже сидела в кресле во дворе, греясь на теплом солнце и глядя на зеленые овощи в саду. Хотя дом рядом с ней был простым, он излучал теплое и простое чувство. Было ли это удовольствие от жизни в сельской местности?

Единственный приличный шезлонг во дворе уже был занят ее тетей, поэтому Ся Фуронг положила свой носовой платок на каменный стул и обиженно села. Когда она опустила голову и увидела, что ее вышитые туфли перепачканы грязью, сердце ее расстроилось еще больше. Она не знала, сколько еще ей придется прожить в этом отдаленном и пустынном месте. Грязные дороги, низкий соломенный коттедж, грубые женщины… Как она должна была жить…

- Крестная, моя мать пошла стирать белье у ручья у подножия горы. Сегодня очень жарко, и мы ехали почти два часа, так что вы, должно быть, хотите пить! Вот, съешьте несколько кусочков арбуза, чтобы утолить жажду! - Юй Сяокао достала из кухни нож, нарезала арбуз на каменном столе и протянула кусок госпоже Фан.

Краем глаза она посмотрела на Ся Фуронг, которая так надулась, что едва не повесила на губы бутылку с маслом. Она протянула ей кусок арбуза и сказала с улыбкой: “Старшая кузина, съешь арбуз! Поднос с фруктами в полдень был слишком мал, так что ты, вероятно, недостаточно поела, верно? Теперь ты можешь есть больше!”

Ся Фуронг нахмурилась и не взяла арбуз, который она протянула. Она сердито воскликнула: “Почему мне кажется, что в твоих словах есть какой-то скрытый смысл? Неужели ты думаешь, что я раньше не ела арбузов?”

Юй Сяокао удивленно посмотрела на нее и сказала: “Старшая кузина, не переусердствуй. Я не имела в виду ничего другого. Если ты думаешь, что было что-то не так с тем, что я сказала, тогда я извинюсь перед тобой!”

Леди Фан хотела было положить арбуз в рот, но остановилась. У нее было мрачное выражение лица, и ее голос был полон неудовольствия: “Фуронг, если ты чувствуешь себя обиженной, приехав в деревню Дуншань, я могу позволить Чжэньчжу остаться с тобой в городе! Не вымещай свой гнев на невинных людях. Твоя младшая кузина молода, поэтому говорит прямо. Но она не сделала ничего плохого. Не придирайся к ней!”

По выражению лица и речи тети Ся Фуронг поняла, что она действительно рассердилась. Она поспешно опустила голову и признала свою ошибку: “Тетя, я знаю, что ты сердишься и что я ошиблась! Племянница пришла с вами, чтобы служить вам. Я останусь там, где останетесь вы. Племянница не чувствует себя обиженной…”

Хотя она сказала, что не чувствует себя обиженной, ее сердце было полно негодования. При мысли о простой и грубой обстановке жизни в будущем и о том, что ей придется разделить любовь своей тети с другим человеком, уголки глаз Ся Фуронг покраснели, и она чуть не заплакала.

Съев несколько кусков арбуза, леди Фан удобно откинулась на спинку кресла и посмотрела на голубое небо и белые облака. Время от времени по небу пролетала птица. Она не могла не закрыть глаза, постепенно расслабляясь.

Юй Сяокао накрыла ноги крестной одеялом с подкладкой. Увидев, что осталось много арбузов, она прошептала двум служанкам, Чжэньчжу и Линьлун: “Две старшие сестры, отведайте арбуза нашей семьи. Это очень вкусно!”

Когда Чжэньчжу и Линьлун подавали своим хозяевам арбузы, сильный, сладкий аромат заставил их втайне глотать слюну. В столице объедки хозяев также вручались компетентным служанкам. Таким образом, Чжэньжу и Линьлун не отказались и начали есть арбузы. Сладкий и сочный арбуз сразу покорил их сердца. Это было вкусно и могло утолить их жажду. Они не останавливались, пока их животы не были слишком полны, чтобы продолжать есть.

Пока ее крестная спала после обеда, Сяокао взяла двух служанок в дом семьи Чжао, чтобы проветрить одеяла, которые они принесли, и прибраться в главной комнате. Генерал Фан жил там один, и никто ему не прислуживал, так что в комнате почти ничего не было, кроме кое-какой одежды.

Чжэньчжу и Линьлун использовали вещи, которые были под рукой, и украшали комнату, исходя из предпочтений своей хозяйки. Сяокао с восхищением наблюдала, как они быстро привели комнату в порядок, чтобы она выглядела опрятной и теплой.

Когда госпожа Фан проснулась и пришла вместе с Ся Фуронг, все трое уже прибрались в комнате и на кухне.

Ужин был приготовлен Сяокао в качестве шеф-повара и с помощью Чжэньчжу и Линьлуна. Это были свежие домашние овощи, собранные дома, рыба, пойманная в пруду за домом, курица, купленная у семьи Чжоу, и морепродукты, которые у них были дома—устрицы и песчаные черви.

Чжэньжу и Линьлун достали тарелки и поставили их на стол в главном зале. Леди Фан удовлетворенно кивнула, глядя на вкусные и ароматные блюда. - Как и следовало ожидать, мисс Цаоэр заслужила репутацию превосходного повара. Эта кисло-сладкая рыба имеет яркий цвет, красивую форму и манящий аромат. Он возбуждает аппетит, стоит только понюхать его!

- Мисс Цао приложила много усилий, чтобы приготовить эту жареную устрицу с чесноком! Мадам, в столице редко можно отведать такие свежие морепродукты. Наслаждайтесь приготовлением юной мисс сегодня! - Чжэньчжу также была полна похвал кулинарным навыкам Сяокао.

- Что это?! - Ся Фуронг увидела тарелку с розовой и пухлой едой и подумала о тошнотворных существах, которых она видела раньше. Ее лицо мгновенно побледнело, и она начала кричать.

Юй Сяокао, которая подошла с тарелкой тушеных моллюсков с яйцами, повернулась на звук и слегка взглянула на нее, как будто обвиняя ее в том, что она подняла шум. Она равнодушно сказала: “Это жареные песчаные черви с зеленым луком! Песчаный червь-это естественная приправа. Это блюдо должно быть приготовлено естественным способом, чтобы сохранить оригинальный вкус ингредиентов и подчеркнуть свежий, хрустящий и нежный вкус морепродуктов. Он имеет мягкий вкус и очень полезен и питателен…”

Прежде чем она закончила говорить, снова раздался пронзительный крик Ся Фуронг: “Кто просил тебя готовить песчаных червей? Кишки моря… - Ее вырвало. - Противно даже думать об этом!! Ты действительно посмела позволить тете съесть это…

Глава 185 - вор

Ее голос резко оборвался, потому что она безнадежно смотрела, как тетя взяла червя палочками для еды, положила его в рот и медленно жевала. Почему? Эта жукоподобная штука выглядела так отвратительно. Разве тетя не должна думать, что это отвратительно, как и она? Как могла ее тетя, обладавшая благородным статусом, вынести такое?

- М-м-м! Он действительно свежий и нежный. Твой крестный бесконечно восхвалял червей в своих письмах. Мне давно не терпелось попробовать их. Сяокао очень хорошо готовит. Мне очень нравится это блюдо. - Леди Фан сделала еще два глотка, прежде чем смогла найти время, чтобы похвалить ее.

У Ся Фуронг внутри был душевный срыв: "Как может такой благородный и элегантный человек, как моя тетя, есть червей?"

На самом деле эта леди Фан была довольно смелой. Увидев мягкий и пухлый вид песчаных червей, большинство людей вежливо отказались бы их есть. Юй Сяокао, которая изначально беспокоилась о том, что не сможет поладить с дворянкой из столицы, теперь наконец почувствовала себя совершенно непринужденно. Эта ее крестная была вполне доступна, ах!

Она, естественно, должна была поддерживать и хвалить еду, приготовленную ее дочерью. Кроме того, Сяокао обладала отличными кулинарными навыками. Она могла приготовить много разных деликатесов из очень простых ингредиентов, и поэтому леди Фан, которая обычно была человеком с большим самообладанием, неожиданно переела случайно.

Наступила ночь. Тени деревьев рядом грациозно покачивались в лунном свете, а яркая луна висела над верхушками деревьев. Время от времени мимо пролетала запоздавшая дикая птица и отбрасывала красивую тень на серебряную луну.…

Леди Фан впервые увидела такое прекрасное ночное небо. Простые каменные стены, грубый кирпичный дом и просторный двор… Все они были такими примитивными. Эта простая и естественная среда очищала сердце и ум. Это заставило леди Фан, которая долгое время жила в больших поместьях, чувствовать себя расслабленной физически и умственно.

Сяокао, чью обязанность мыть посуду забрали Чжэньчжу и Линьлун, посмотрела на небо и попрощалась со своей крестной: “Крестная, я пожалуй пойду. Вам надо отдохнуть. Увидимся завтра …”

- Уже так темно. Как я могу спокойно позволить маленькой девочке идти одной по горной дороге? Я отправлю тебя обратно! - Госпожа Фан схватила фонарь, на котором была нарисована тонкая кисть с цветами и птицами, и последовала за Сяокао к двери.

Сяокао быстро сказала: “Крестная, мы с братом Ханом часто ходили в горы ловить диких зайцев и фазанов. Так что я очень хорошо знакома с этой горной дорогой. Вам не нужно меня провожать…”

- Почему ты так любезна со мной? Крестная слишком много съела сегодня вечером, так что я пойду с тобой и переварю еду. - Госпожа Фан зажгла фонарь, взяла Сяокао за руку и медленно направилась к главным воротам. Чжэньчжу увидела это и поспешно передала работу на кухне Линьнул. Она быстро догнала хозяйку и взяла в руки фонарь.

Дом семьи Чжао был довольно большим, а двор просторным. Когда Ся Фуронг, только что прибывшая в незнакомое место, увидела, что все собираются уходить, она тоже последовала за ними с легким колебанием.

На горной дороге было тихо, и на дороге появились пестрые тени кустов по обеим сторонам дороги. Ся Фуронг посмотрела на темную как смоль гору и услышала крики ночных птиц. Испугавшись, она быстро придвинулась поближе к тете. Налетел порыв ветра, и тени деревьев на земле внезапно задрожали. Встревоженная Ся Фуронг вскрикнула от удивления и напугала всех.

- Старшая кузина, люди могут умереть от страха перед другим человеком. Можешь ли ты перестать делать атмосферу такой напряженной?! - Юй Сяокао закатила глаза в темноте.

Ся Фуронг крепко обняла другую руку госпожи Фан и подозрительно посмотрела на темные заросли у дороги, опасаясь, что оттуда вдруг выскочит какое-нибудь неизвестное существо.

Худшие страхи всегда случаются. Вдруг мимо ее ног стремительно пролетела темная фигура, и она даже почувствовала, как она наступила ей на пальцы. Ся Фуронг закричала еще более трагично и обняла госпожу Фан. Она спрятала голову в объятиях тети и не смела выйти.

Юй Сяокао потеряла дар речи. Судя по физической форме и походке темной тени, это был всего лишь молодой заяц. Неужели ей действительно нужно кричать, как свинье, которую режут?

- Не бойся, старшая кузина. Это просто дикий заяц. Свирепые животные Западных гор появятся только глубоко в горах. Животные, которые появляются здесь, в основном мелкие животные, такие как дикие зайцы, фазаны, барсуки и так далее. Они не агрессивны. - Юй Сяокао сообщила об этом Благородной юной госпоже Ся.

Ся Фуронг проигнорировала ее и закричал дрожащим голосом: “Тетя, здесь слишком страшно. Давай вернемся!”

Леди Фан похлопала племянницу по плечу, чтобы успокоить ее, а затем сказала с улыбкой: - У нас много людей, а также есть свет. Даже если там есть дикие звери, они не посмеют подойти. Ты только что прибыла в новую среду и еще не адаптировалась. Через несколько дней ты сможешь испытать удовольствие от жизни в сельской местности. Когда у твоего дяди будет перерыв, я скажу ему, чтобы он взял нас на охоту. Дичь, которую мы поймаем сами, определенно была бы вкуснее.

Юй Сяокао несколько раз кивнула и сказала: “Правильно, правильно! Было бы еще лучше, если бы нам удалось поймать дикого оленя! Мне даже не нужно упоминать вкус жареной оленины! Есть еще мясо барсука, нежное и вкусное… У меня сейчас слюнки потекут!”

Госпожа Фан усмехнулась и коснулась головы Сяокао. С нежностью в голосе она сказала: - Откровенный маленький гурман!

Юй Сяокао вспоминала тяжелые и горькие, но счастливые дни. - Крестная, мой отец был опытным охотником в деревне! Он часто ходил в горы с дядей Чжао, младшим боевым братом Крестного. Каждый раз ему удавалось поймать много дичи! Мой отец также убил большого дикого кабана в одиночку. Он весил двести-триста Кэтти!

Ночь была тиха, и вся гора оглашалась звуками болтовни Сяокао. Госпожа Фан слушала с интересом и время от времени прерывала ее, чтобы задать вопрос, который заставлял Сяокао говорить с еще большим энтузиазмом.

Ся Фуронг недоверчиво скривила губы. Если охота была такой легкой, то почему они занимались сельским хозяйством? Она не могла не захотеть разоблачить ложь Сяокао: “Раз твой отец так хорошо охотится, почему твоя семья выращивает овощи и арбузы? Разве это не утомительно для вашей семьи делать так много работы?”

Юй Сяокао ответила без колебаний: “Охота тоже может быть рискованной. Как это может быть так же безопасно и устойчиво, как сельское хозяйство? С тех пор как моего отца ранил медведь, мать запретила нам подниматься в горы. Но не стоит недооценивать доходы нашей семьи от выращивания овощей и арбузов. Это даже выгоднее, чем дворянская плантация!”

Леди Фан подумала о сегодняшнем доходе от арбузной лавки и одобрительно кивнула. Годовой доход самой большой плантации от ее приданого составлял всего около тысячи таэлей серебра. Это действительно было не так хорошо, как доход, который семья Сяокао получала от продажи арбузов в течение нескольких дней.

Ся Фуронг, которая ничего не знала о сельском хозяйстве, вообще не поверила словам Сяокао. Если люди могли зарабатывать так много денег, занимаясь сельским хозяйством, то почему эти фермеры были одеты в лохмотья и имели мало еды? Эта проклятая негодяйка должно быть хвастается…

Но что только что сказала эта девчонка? В горах водятся медведи? Она и ее тетя, а также две служанки были все женщины, и они жили на полпути в горы. Если бы с гор спустился свирепый зверь, то последствия были бы немыслимыми—Ся Фуронг продолжала думать об этом и еще больше испугалась, когда ее лицо побледнело, а ноги задрожали.

Счастливо болтая, они неосознанно подошли ко входу в резиденцию семьи Юй. Семья Юй, которая должна была быть очень тихой в это время, суетилась с шумом.

Юй Сяокао и ее крестная посмотрели друг на друга, а затем ускорили шаг. Когда они поспешили во двор, то услышали характерный разбойничий голос Ван Эргоу. - Ты не спишь так поздно ночью, а вместо этого прячешься на арбузных полях. Если ты не вор, тогда кто ты? Может быть, ты собираешься встретиться со своим любовником на арбузном поле??

Затем раздался пронзительный крик ее старшей тетки по отцовской линии: “Ван Эргоу, ты ублюдок! Ты пытаешься разрушить мою невинность. Я рискну жизнью, чтобы сразиться с тобой.”

В спокойном голосе жены Эргоу слышался упрек: “Жена Дашаня, Эргоу никогда не был хорошим оратором. Я извинюсь за его оскорбительные замечания, так что не сердитесь. Но что ты делал, прячась среди ночи на арбузных полях?”

В это время Юй Сяокао уже подошла к толпе. В свете фонарей, горевших во дворе, она увидела, что вся семья Юй была здесь, за исключением Маленького Шито, который учился в городе. Там были также Ван Эргоу и его жена, а также ее старшая тетя по отцовской линии мадам Ли, которая была в беспорядке.

После того, как жена Эргоу задала ему этот вопрос, глаза Ли Гуйхуа вспыхнули, и она не решилась ответить. Сегодня она пошла разносить еду своему сыну, который работал в доках, и увидела, как Ван Эргоу продает арбузы на своей тележке. По всей деревне уже разнеслась весть, что семья Юй Хая этой весной не сажала сладкий картофель, а работала над выращиванием чего-то под названием арбуз. Посадка арбузов была еще не очень популярна. Мадам Ли придерживалась менталитета, наблюдая, как вторая ветвь становится посмешищем, и ждала, когда арбузы не смогут продаваться и гнить на полях.

Неожиданно, когда она прибыла в доки, она увидела хорошо одетых торговцев, собравшихся вокруг ручной тележки Ван Эргоу и расплачивавшихся за арбузы. Более того, некоторые из покупателей чуть не подрались за последние два арбуза.

Она тихонько подошла поближе, чтобы получше рассмотреть, и увидела, что арбуз на самом деле стоит пять таэлей! Пяти таэлей хватило бы на то, чтобы обычная семья экономно тратила целый год, но на самом деле было так много дураков, стремящихся их купить. Думая о полях Юй Хая, полных круглых арбузов, мадам Ли чувствовала, как будто кошка царапает ее сердце—Так много денег, ах! Это был знак, что Второй Зять собирается разбогатеть.

Вернувшись с пристани, госпожа Ли спряталась в своей комнате и строила планы: ночью она пойдет на поля Второго зятя в темноте и возьмет два арбуза. Тогда она сможет продать их завтра в доке. Разве она не сможет получить десять таэлей в свои руки? Ей не нужно было бояться, даже если вечером она встретит Второго Зятя. Она могла бы просто сказать, что отец и мать хотели съесть арбузы и велели ей сорвать для них два. Неужели он не может отдать ей арбузы?

Однако госпожа Ли никак не ожидала, что человек, наблюдающий за арбузами сегодня вечером, был самым трудным человеком во всей деревне, Ван Эргоу! Серьезно, что случилось с Юй Хаем? Он действительно позволил ненадежному чужаку помочь охранять такую ценную вещь. Не боялся ли он, что Ван Эргоу, любивший заниматься мелкими преступлениями, украдет арбузы с полей?

Мадам Ли хмыкала и хмыкала, не зная, как ей объяснить. Ван Эргоу не дал ей легко уйти и сказал: “Что еще? Конечно, она пыталась что-то украсть! Эта мадам Ли позавидовала, увидев, как я продаю арбузы в доках сегодня утром, и поэтому хотела украсть несколько арбузов ночью, чтобы продать себя! Брат Дахай, ты даже сказал, что, как односельчане, никто не придет воровать арбузы. Неожиданно, вы защитились от посторонних, но не от семьи. Эта ситуация действительно соответствует поговорке: “Сколько бы профилактических мер вы ни предпринимали, все равно трудно обнаружить вора в семье!”

Мадам Ли напустила на себя суровый вид и закричала: “Эргоу'цзы, не говори глупостей! Кто украл арбузы? Где арбузы? Ты должен найти украденные вещи, чтобы поймать вора. Где доказательства?”

- Это потому, что я пришел как раз вовремя, а у тебя не было возможности сделать свой ход! Если вы не крадете арбузы, то что же вы делаете на арбузных полях в темноте? - Ван Эргоу повысил голос, не собираясь отступать.

- Я… Я просто проходила мимо, хорошо? - Мадам Ли продолжала спорить.

Глава 186 - отказ от злых намерений

Ван Эргоу ей совсем не поверил: “Проходя мимо? Все сельхозугодья нашей деревни находятся за пределами деревни. Что вы делали за пределами деревни посреди ночи? Еще и около арбузных полей брата Дахая?”

Этот Ван Эргоу был довольно хорош! За последние два дня он уже успел испытать на себе выгоду от продажи арбузов. Его чистый доход за два дня составил в общей сложности сто таэлей, чего он никогда бы не ожидал в прошлом! Глядя на слегка выпирающий животик жены, глаза Ван Эргоу стали нежными, и он наполнился сиянием любящего отца.

Это были деньги, которые он заработал честным трудом, и семейное имущество, которое он накопил для своего будущего сына. В будущем его сын уже не будет таким, каким был он сам в детстве. В молодости он был одет в лохмотья, не имел достаточно еды, чтобы поесть, и всегда думал о том, чтобы украсть что-нибудь…

После нескольких дней честного труда он сможет нанять кого-нибудь, чтобы построить пятикомнатный кирпичный дом и купить еще немного земли. Если его семья не может управлять всеми полями, он может сдавать их в аренду другим! Таким образом, он мог оставить некоторые семейные владения своему сыну. Если его сын захочет, он также отправит его учиться в академию, чтобы он мог сдавать государственные экзамены. Если его сын не хочет, то он может жить за счет сбора арендной платы за сельскохозяйственные угодья. В будущем он, Ван Эргоу, больше не будет бездельником, которого презирают даже собаки и кошки деревни. Он мог бы выпячивать грудь и быть достойным и честным человеком!!

По мнению Ван Эргоу, арбузные поля семьи Юй были ключом к созданию состояния его семьи. Он должен хорошо заботиться о них. Поэтому, когда он вернулся с продажи арбузов и увидел, что брат Хай все еще должен присматривать за арбузами после целого дня работы, он вызвался взять на себя задачу охранять арбузные поля. Неожиданно, как только стемнело, он поймал кого-то со злыми намерениями. Более того, это был беспокойный родственник брата Хая!

Но Ван Эргоу было все равно, родственники они или нет. Он рассматривал человека, крадущего арбузы, как человека, который преграждает ему путь к заработку. Брат Хай посадил только три му арбузов, так что количество арбузов уменьшалось по мере того, как их срывали один за другим. Если что-то украдут, это означало, что он заработает меньше денег. Как он мог допустить такое!!

Мадам Ли, которую поймали, мысленно повторила проклятие. Если бы Юй Хай был тем, кто охранял арбузные поля, она могла бы просто извиниться, и это дело не было бы распространено. В конце концов, в простой деревне Дуншань жители деревни будут отверать и изолировать нечестных людей. Однако человек, охранявший арбузы сегодня, просто оказался невежественным Ван Эргоу, который был полным болтуном. Если он распространит это, останется ли у нее лицо, чтобы остаться в деревне Дуншань?

-Шурин Эргоу, арбузы принадлежат семье моего второго шурина. Нет ничего плохого в том, чтобы съесть один из арбузов моего младшего шурина, верно? - Мадам Ли знала, что не может спорить с таким бесстрашным человеком, как Ван Эргоу, поэтому смягчила тон.

Ван Эргоу нахмурил брови. Деревенские жители обычно собирали горсть весенних бобов и брали несколько баклажанов с полей своих родственников. Поэтому ее слова казались вполне разумными, но…

Юй Сяокао отпустила руку крестной, сделала два шага вперед и сказала со слабой улыбкой на лице: “Старшая тетя, если вы хотите съесть арбуз, вы можете просто сказать брату Хейзи, чтобы он пришел и сказал нам! Почему вы приходите и срываете его посреди ночи, не сказав нам? К счастью, наша семья не завела собаку, чтобы охранять арбузы. Что нам делать, если бы она укусила вас, как воровку?! Видите ли, дядя Эргоу не склонен к насилию. Если бы это был кто-то другой, они избили бы вас, не дав возможности объясниться. Разве тогда вам не пришлось бы страдать?”

С тех пор как внушительный генерал Фан предупредил ее с мрачным лицом, мадам Ли стала немного бояться Сяокао. Столкнувшись с пристальным взглядом Сяокао, которая, казалось, могла видеть все насквозь, она невольно отвела глаза. - Это... Я ... - пробормотала она, запинаясь.

- Старшая тетя, у вас всегда было много идей, но другие люди не глупы! В будущем лучше делать меньше таких вещей—Крестная, я показала вам кое-что постыдное… - У Юй Сяокао был невысокий рост и молодое лицо, но ее слова были сильными и имели большой вес. Таким образом, госпожа Ли не только не могла защитить себя, но и не осмеливалась опровергнуть ее.

Другая причина, по которой она была такой послушной, заключалась в том, что она слышала, как Сяокао называла благородную госпожу рядом со своей "Крестной". Разве это не означает, что она жена лорда Фана? Простолюдины больше всего боялись иметь дело с чиновниками. Госпожа Ли, естественно, вела себя гораздо честнее перед леди Фан. Она больше не осмеливалась думать об этом.

Видя, что она признает свои ошибки с хорошим отношением, Юй Сяокао решила сэкономить немного времени и просто отправила госпожу Ли домой.

Госпожа Ли удрученно покинула старую резиденцию. Она ничего не получила от них, но вместо этого выставила себя дурой. Она вернулась домой крайне расстроенная. Увидев, что свет в главной комнате все еще горит, она перевела свои крысиные глаза и постучала в дверь главной комнаты. В это время госпожа Чжан беспокоилась о делах, связанных с ее младшим сыном! Родственники долго шептались между собой. Когда госпожа Ли ушла, встревоженное выражение на лице госпожи Чжан внезапно исчезло, и на ее лице появилось расчетливое выражение…

На следующий день леди Фан проснулась под веселое пение птиц. За окном легкий шелестящий ветерок как будто нежно касался листьев. Птица с яркими перьями перед окном с любопытством заглядывала внутрь, время от времени напевая мелодичные мелодии.

Линьлун помогла госпоже одеться и умыться. Она посмотрела на красивую птицу за окном и сказала с улыбкой: “Я не думала, что кто-то устанавливает стеклянные окна в этой отдаленной деревне.”

Госпожа Фан взяла платок в руки, вытерла воду с лица и тихо сказала: “Патриарх Чжао был генералом предыдущей династии, и он родился в известной дворянской семье. Хотя он был беженцем в течение многих лет, тощий верблюд все еще больше лошади. Таким образом, у него все еще есть некоторые ресурсы. Если бы не боязнь привлечь к себе слишком много внимания в этой маленькой деревушке, он, несомненно, смог бы построить изысканное сельское поместье в горах. Разве вы не заметили? Мебель может выглядеть простой, но она сделана из красного дерева и красного сандала, которые стоят много денег!”

Чжэньчжу, которая была хорошим поваром, принесла завтрак и улыбнулась, услышав ее слова: “Семья генерала Фана очень щедра. Они оставили все это семье Юй.”

Госпожа Фан села за круглый стол красного дерева, прополоскала рот теплой водой и сказала: “Молодой генерал Чжао-близкий друг отца Сяокао, и отец Сяоаао также спас жизнь молодому генералу Чжао раньше. Нет ничего плохого, даже если бы они дали им больше вещей, не говоря уже об этом доме. Где Фуронг? Еще не встала?”

- Возможно, вчера она слишком устала. Мисс Фуронг была воспитана в избалованном образе жизни, так как же она может выдержать все вчерашние события? - Линьлун сказала с улыбкой: “Может быть, мне пойти и разбудить ее…”

- В этом нет необходимости. Пусть еще немного поспит! - Леди Фан была не из тех, кто любит усложнять жизнь другим. Она взяла палочки и приготовилась завтракать.

Фан Цзычжэнь никогда не готовил здесь, поэтому на кухне не было ничего, кроме нескольких Кэтти белого риса, пшеничной муки и овощей, которые Сяокао принесла вчера. Поэтому по сравнению с завтраком, съеденным в общем поместье, этот завтрак был довольно простым. На столе стояла кастрюля с простым отварным мясом, несколько жареных во фритюре лепешек и жареная зелень. Даже служанки второго ранга в общем поместье ели более роскошную еду! Чжэньчжу беспокоилась, что ее хозяину не понравится этот завтрак, поэтому она в смятении опустила голову.

Леди Фан схватила палочками немного зелени и принялась жевать. Она слегка нахмурила брови, проглотив его. Затем она опустила ее и сделала глоток простого отвара, который был настолько простым, что не мог пробудить ее аппетит. Она легонько вздохнула и отложила палочки для еды—Действительно, трудно жить скромной жизнью после того, как привык к роскоши.

- Крестная, ты не спишь? - Из-за двери донесся резкий голос Сяокао, похожий на пение жаворонков, а затем ворота распахнулись. С волосами, уложенными в игривый двойной пучок, фигура, одетая в изумрудно-зеленое платье с перекрещенным воротом, впрыгнула в дверь, неся большую корзину с едой, которая выглядела несколько несогласованной с ее ростом.

Линьлун поспешно вышла вперед и взяла корзину с едой из рук Сяокао. Она улыбнулась и сказала: “Мисс Цаоэр еще очень рано. Мадам только что встала и завтракает!”

С серповидными глазами Сяокао сказала с улыбкой на лице: “Я пришла как раз вовремя!”

Войдя в гостиную, она взглянула на почти нетронутый завтрак на столе. Глядя на простой отвар и зелень, даже у нее не было аппетита, не говоря уже о ее крестной, которая привыкла жить в избалованном и комфортном образе жизни.

- Крестная, я приготовила отвар из постной свинины и столетних яиц, хрустящий яичный блинчик, фаршированные зеленым луком картофельные палочки, яйца на пару с креветками, а также блинчик из сладкого картофеля, который я выкопала вчера! Попробуйте, пока он еще горячий! - Юй Сяокао отодвинула простой отвар перед своей крестной и заменила его горячим и ароматным отварным соусом из нежирной свинины и столетних яиц, которые она приготовила. После этого она достала всю еду из корзины и поставила ее на стол.

Глядя на стол, полный ароматного и вкусного завтрака, леди Фан была очень тронута. Ее дочь, должно быть, проснулась очень рано, чтобы приготовить такую роскошную еду на завтрак. Она мало что знала о обычном семейном завтраке, но догадывалась, что он должен быть чрезвычайно простым. Ее дочь, должно быть, специально приготовила для нее эти семь-восемь аппетитных блюд. Ее глаза наполнились слезами, и она чувствовала себя очень счастливой оттого, как ее дочь ведет себя по отношению к ней!

- Крестная, быстро ешьте! Он не будет таким вкусным, когда остынет! - Юй Сяокао зачерпнула маленькую миску отвара и схватила кусок сочного сладкого картофельного блина, который был хрустящим снаружи и мягким внутри, для своей крестной. Она смотрела, как она ест его с лицом, полным предвкушения похвал.

Леди Фан позабавило выражение ее лица. В отличие от сладости других сладких закусок, богатый вкус сладкого картофеля таял во рту и стимулировал ее вкусовые рецепторы. ‘М-м-м, этот блинчик из сладкого картофеля очень вкусный. Интересно, почему этот вкусный сладкий картофель считается пищей, которую едят простолюдины низкого статуса?’

Съев сочный блинчик из сладкого картофеля, она запила его ароматным отварным соусом от "столетних яиц". Она сразу же влюбилась в этот уникальный и необычный вкус. Там были также хрустящие яичные блинчики, мягкие и освежающие яйца на пару с креветками и восхитительные жареные на сковороде клецки… Леди Фан чувствовала, что эта еда была даже лучше, чем все завтраки, которые она ела в прошлом. В частности, вид ее дочери Сяокао, которая с удовольствием ест, действительно мог стимулировать аппетит человека, наблюдающего за ней.

Сяокао принесла много завтрака, так что даже после того, как мать и дочь наполнили свои желудки, осталось еще много. Вся оставшаяся еда была вручена двум служанкам. Когда Чжэньчжу и Линьлун подавали своей хозяйке еду, их уже соблазнял богатый завтрак. Они были хорошо натренированы, так что трудно было сказать это на поверхности. Но на самом деле они уже давно пускали слюни на еду.

К тому времени, когда Ся Фуронг проснулась, там были только простой отвар, блины и жареная зелень, приготовленная Чжэньчжу. Эта благородная молодая мисс никогда не ела такой пищи, поэтому она закатила истерику. Однако вчера вечером она почти ничего не ела, потому что боролась с Сяокао, так что ее желудок уже давно урчал от голода. Если она не будет есть, то умрет с голоду! С мыслью о том, что ее тетя ела ту же еду, Ся Фуронг ела до тех пор, пока не насытилась на шестьдесят или семьдесят процентов, чувствуя себя обиженной.

Как только леди Фан приехала сюда, она сразу же заметила, что ей нужно купить много вещей. Зная, что Сяокао нужно посетить ее арбузный магазин в городе после завтрака, она решила пойти вместе с ней. Ся Фуронг все еще испытывала давние опасения по поводу вчерашних неровных и ухабистых горных дорог, поэтому вызвалась остаться дома. С ней была только маленькая служанка, поэтому Чжэньчжу, которая была хорошим поваром, осталась с ней дома.

Они отправились в город на экипаже семьи Фан. Он был специально улучшен, поэтому, естественно, был очень удобным. Миновав горную дорогу, Сяокао удобно устроилась на руках у крестной и задремала с закрытыми глазами.

Глава 187 - бесконечно докучать

Леди Фан обняла хрупкое тельце своей крестницы и почувствовала, как материнский инстинкт поднимается из глубины ее сердца. Словно уговаривая ребенка, она нежно похлопала Сяокао по плечу. Сяокао, которая изначально планировала немного отдохнуть, на самом деле погрузилась в глубокий сон под ласковыми похлопываниями своей крестной.

Когда они прибыли в город, Сяокао все еще спала, но леди Фан не могла заставить себя разбудить ее. В конце концов, именно соколиная охота снаружи кареты разбудила спящую Сяокао. Она села и маленькими руками потерла глаза. Она сонно моргнула, и на ее лице было ошеломленное выражение, как будто она не знала, где находится. Глядя на ошеломленную Сяокао, сердце леди Фан растаяло, как лужица воды.

- Ах! Мы уже в городе? - Пара ненормально больших глаз Сяокао снова оживилась. Как только она повернула голову, то увидела неопознанное пятно воды на одежде крестной. Она дважды растерянно моргнула. Когда она наконец поняла, что это за водяное пятно, ее лицо мгновенно вспыхнуло.

Леди Фан опустила голову, чтобы посмотреть на след слюны, который ее крестница оставила на своей одежде, а затем спокойно сказала: - Я принесла запасную одежду, так что могу просто переодеться во внутренней комнате арбузной лавки.

Линьлун показала юной мисс маленькую сумочку, которую держала в руках. Когда благородные дамы выходили из дома, они всегда приносили с собой сменную одежду, чтобы не быть невежливыми, когда в чужом доме происходит несчастный случай.

В арбузной лавке старшая тетя Сяокао по материнской линии, госпожа Хань, с раннего утра усердно работала. Арбузы перевезли вчера днем, так что сегодня утром у магазина не было очереди. Однако даже после безумного открытия нового магазина в арбузном магазине все еще был нескончаемый поток покупателей.

После того как леди Фан переоделась, она вместе с Линьлун отправилась покупать все необходимое. Сяокао осталась в магазине, чтобы помочь своей старшей тете по материнской линии. В конце концов, Ли Ли был помощником императорского посланника. Он не мог оставить свой пост и остаться, чтобы помочь им в течение длительного периода времени. Увидев, что в лавке кто-то помогает, он вернулся в доки. Последние два дня У Юнь был очень занят в доках, потому что императорский посланник уехал на работу в префектуру, а Ли Ли помогал ему в городе!

В отличие от первых двух дней, сегодня арбузы были распроданы не раньше полудня. К трем-четырем часам дня оставалось еще пять или шесть арбузов поменьше. В это время Юй Хай и Юй Си доставили сюда две тележки арбузов.

Сяокао переложила оставшиеся маленькие арбузы на стол у входа. Она взяла маленькую деревянную дощечку и написала: "Специальная распродажа арбузов! По одному таэлю на каждого!" Хотя эти арбузы были меньше по размеру, они все еще были очень сладкими и свежими. Обычно они стоили по два таэля каждый.

В соседнем магазине тканей не было покупателей, поэтому хозяйка магазина Фэн подошла, покачивая бедрами. Увидев объявление на доске, она огляделась и сказала с улыбкой: “Почему вы делаете специальную распродажу этих арбузов? Они остались за последние два дня?”

Люди в соседних магазинах с любопытством выглянули наружу, когда увидели, что Сяокао вынимает арбузы. Они также видели слова на деревянной доске, и некоторым из них не терпелось сделать шаг. Но, услышав вопрос госпожи Фэн, они остановились.

Юй Сяокао подняла свежий саженец арбуза и показала ей. Улыбка на ее лице не изменилась, когда она объяснила: “Старшая сестра Фэн, посмотрите на этот арбузный саженец, он не выглядит так, как будто он не свежий, верно? Как вы видели, все арбузы в нашем магазине были доставлены сюда днем или днем накануне. Они определенно не будут держаться в нашем магазине больше чем один день. Эти арбузы меньше по размеру, но они, безусловно, такие же сладкие на вкус. Если вы мне не верите, я могу разрезать его на всеобщее обозрение!”

Сяокао быстро разрезала ножом самый маленький арбуз. Красная мякоть арбуза и черные семена появились перед всеми. Впоследствии всем в нос ударила сильная сладость. Сякоао протянула кусочек мадам Фэн, а затем пригласила нескольких лавочников из соседних магазинов попробовать.

Лавочник в двух лавках от арбузной лавки был бледен и круглолиц, и на лице его сияла улыбка, как у Будды. Он медленно подошел, бесцеремонно схватил ломтик арбуза и сказал с усмешкой: “Малышка, ты действительно готова сделать это? Это стоило целого таэля, ах!”

- Конечно, я готова! Нужно отказаться от некоторых вещей, чтобы получить больше!! Разве не все скептически относились к покупке арбуза в нашем магазине? Попробовав его, вы, ребята, можете быть уверены! - Видя, что все идут попробовать арбуз, Юй Сяокао почувствовала себя совершенно спокойно. Она была полна уверенности во вкусе своих арбузов.

Конечно же, попробовав его, госпожа Фэн тут же сорвала самый большой из оставшихся арбузов и дала Сяокао серебряную монету. Конечно, вкус арбузов, продаваемых в арбузном магазине семьи Юй, был потрясающим, но он не продавался по цене, которую мог себе позволить любой желающий.

Большинство владельцев магазинов на этой улице были наемными работниками. Было бы неплохо иногда покупать его, но они не смогут позволить себе есть его регулярно. Прямо сейчас была специальная распродажа арбузов. Более того, цена была снижена вдвое. Только дурак не воспользовался бы такой скидкой.

Все оставшиеся арбузы, неважно, большие или маленькие, были быстро схвачены несколькими лавочниками из соседних магазинов. Те, кто не успел купить арбузы со скидкой, разочарованно спрашивали: “Девочка, когда у тебя будет еще одна специальная распродажа арбузов?”

Юй Сяокао улыбнулась и сказала: “В будущем наш магазин будет запускать специальную распродажу арбузов в произвольное время каждый день. Пожалуйста, обратите самое пристальное внимание на наш арбузный магазин!”

Светловолосый и пухленькй продавец магазина столового серебра посмотрел на Сяокао прищуренными глазами и усмехнулся: “Девочка, ты очень хорошо ведешь бизнес! Неплохо, неплохо.” В уме он размышлял, не следует ли ему также устроить специальную распродажу для непродаваемых драгоценностей в своем магазине. Таким образом, они могли бы быстро вернуть свой капитал—Да, он должен вернуться и обсудить этот вопрос со своим боссом!

Юй Хай, разгружавший арбузы рядом с магазином, увидел, что его дочь быстро расправилась с оставшимися арбузами. Он с гордостью похвалил ее в своем сердце: - Она определенно моя дочь. Она родилась с врожденным талантом вести бизнес!

С тех пор как созрели арбузы, вся семья была занята без отдыха. Крестная его дочери тоже приехала, так что, проработав целый день, она все равно должна была позаботиться о своей крестной, когда они вернутся в деревню. Отец с дочерью могли общаться только по ночам. Однако все были измотаны за весь день, поэтому они заснули, почти не разговаривая друг с другом. Прошло уже несколько дней с тех пор, как Юй Хай связался со своей дочерью. Выгрузив арбузы, он остался в лавке поболтать с дочерью. Вечером он заедет за ней и вместе поедет домой.

Носики только что сорванных арбузов были такими свежими, что из них можно было выжать воду. Раньше, когда выгружали арбузы, это привлекало много покупателей, чтобы делать покупки в их магазине. В это время два-три посетителя собирали арбузы на разных полках магазина.

Юй Сяокао сидела у входа в магазин и пересчитывала деньги, а Юй Хай стоял рядом с ней, глядя на нее с усмешкой. Как раз в тот момент, когда покровитель протянул Сяокао маленький пятипалый слиток, к ней внезапно бросилась фигура.

Юй Хай подумал, что кто-то хочет ограбить их, поэтому он шагнул вперед и загородил свою дочь от другого человека.

- Что ты делаешь! Ты, этот нечестивый сын, хочешь ударить меня? - Злобное лицо госпожи Чжан возникло перед Юй Хаем, как ночной кошмар. Она бросилась слишком быстро, поэтому почти не смогла остановиться и бросилась прямо в объятия Юй Хая.

С одного взгляда на выражение лица бабушки Юй Сяокао поняла, что она пришла со злыми намерениями. Ее отец был слишком глупо мягкосердечным, поэтому он определенно не был противником мадам Чжан. После того, как она надежно заперла шкатулку с деньгами, она вышла от своего отца и сказала: “Бабушка, кто такой нефилим? Разве мы уже не посылали вам зерно, которое мы должны давать вам каждый месяц, как форму нашего сыновнего уважения?”

Приподняв изогнутые брови, госпожа Чжан пристально посмотрела на них своими треугольными глазами и сухо ответила: “Как сын, ты хорошо ешь и живешь каждый день, но твои пожилые родители могут только грызть бобовые лепешки. Неужели ты не боишься, что в тебя ударит молния?”

Последние два дня в арбузной лавке было слишком много народу, поэтому у нее не было времени готовить. Таким образом, они ели еду, доставленную из ресторана Чжэньсю. Хотя здесь не было никакой дорогой посуды, это было не то, что обычные люди могли себе позволить! Все рабочие в магазине ели еду, присланную рестораном Чжэньсю, в то время как его собственные родители могли есть только бобовые пирожные… Все вокруг смотрели на Юй Хая и его дочь презрительным взглядом.

Не меняя выражения лица, Юй Сяокао сказала: “Бабушка, когда ты вынудила мою семью уйти из дома ни с чем, это было написано черным по белому: "В качестве сыновнего уважения второй сын должен посылать более пятидесяти Кэтти грубого зерна каждый месяц". После того, как мы начали продавать овощи и сажать арбузы, мы заменили пятьдесят Кэтти грубого зерна на пятьдесят Кэтти белого риса и пшеничной муки, добавив еще пять Кэтти свинины. Мы доставляли их вам каждый месяц в обязательном порядке. Почему ты до сих пор даешь моему дедушке бобовые лепешки?”

Не дожидаясь, пока госпожа Чжан заговорит, она продолжила: - Теперь я поняла!! Я слышала от брата Хейзи, что ты продала весь белый рис, пшеничную муку и свинину, которые мы давали тебе за деньги, на которые ты покупала бумагу и кисти для младшего дяди!! Семья не настолько бедна, чтобы тебе нужно было продавать свои продовольственные пайки, чтобы купить бумагу и кисти. Перед тем как мы отделились от основной семьи, мой отец получил тяжелое ранение от охоты на медведя. Разве ты не взяла все триста таэлей себе? Не прошло и полугода, куда же делись все деньги?

Все больше и больше людей собиралось вокруг. Со слов этой маленькой девочки они получили много взрывоопасного содержимого: - Второй сын этой семьи был ранен во время охоты на медведя, но деньги за продажу медведя были конфискованы матерью. Раненый сын был вынужден отделиться от основной семьи, более того, ему пришлось уйти ни с чем. После разлуки с семьей его семья могла жить только в обветшалом доме и им не хватало еды. Тем не менее, они все еще должны были экономить пищу, голодая, чтобы отправлять их своим старшим в качестве сыновнего уважения… Она не могла быть его настоящей матерью. Какая мать не будет заботиться о своих детях и внуках? Более того, она делает им только хуже и увеличивает их бремя?

- Что за чушь ты несешь!! О каких трехстах таэлях ты говоришь? Проклятая негодяйка! Пустая трата денег! Перестань говорить глупости!! - Увидев, что зеваки тычут в нее пальцами и сплетничают о ней, мадам Чжан быстро огляделась и яростно закричала на Сяокао.

Стоя в стороне от толпы, леди Фан, вернувшаяся из магазина, спокойно смотрела на происходящее перед ней. - Эта женщина слишком жестока и неразумна, - с легким беспокойством произнесла Линьлун. - Боюсь, мисс Цаоэр окажется в невыгодном положении!

Леди Фан, с другой стороны, чувствовала, что ее крестница может легко справиться с этой ситуацией, основываясь на ее спокойном внешнем виде. Она улыбнулась и сказала: “Это, должно быть, "исключительная" бабушка Сяокао! Видя, что сын, отделившийся от семьи, живет хорошо, она стала приставать к ним с необоснованными требованиями. Она действительно "удивительна", ах!! Но моя крестница тоже не из слабых. Давай просто спокойно подождем и посмотрим, что из этого получится!”

Сяокао чуть не брызнула слюной. Она сделала два шага назад, потерла уши и сказала: “Бабушка, если ты громко кричишь, это еще не значит, что ты права. Почему ты так громко кричишь? Ты хочешь сказать, что не получила триста таэлей, которые прислал дядя Чжао? Ты уверена? Это не то, что сказал дядя Чжао! Он военный чиновник четвертого ранга, и этот титул был присвоен лично императором. Значит, он не стал бы нам лгать, верно? Если ты настаиваешь, то я напишу письмо в столицу с просьбой. Я думаю, что дядя Чжао еще не отправился на границу, так что он сможет получить мое письмо.”

Глава 188 - бесстыдство

Выражение лица мадам Чжан изменилось. Старому Чжао был пожалован титул генерала второго ранга, а его сыну Охотнику Чжао также досталась должность военного чиновника четвертого ранга. Таким образом, вся их семья теперь была высокопоставленными чиновниками. Если она продолжит выдумывать ложь и в конечном итоге разозлит семью Чжао, ее могут осудить за подставу чиновника, назначенного императорским двором, а это означает, что ей придется сесть в тюрьму.

В конце концов, мадам Чжан достигла своей толстой кожи благодаря практике и опыту. Даже после того, как ее ложь была разоблачена, она все еще оставалась спокойной. Она даже закатила глаза, когда сказала: “Все деньги дома были отданы твоему младшему дяде в качестве расходов на окружной экзамен!! Твой дед и старший дядя в последнее время не могут поймать рыбу, так что дома почти нечего есть!! В твоей копилке столько сверкающего белого серебра. Дай мне одну-две сотни таэлей, чтобы я могла ими воспользоваться.”

Юй Сяокао была так зла на ее разбойничье поведение, что в конце концов ее это позабавило: “Бабушка, ты предъявляешь такие чрезмерные требования, а! От одного до двухсот таэлей! Ты готовишься пить птичье гнездо и есть акульи плавники? Мы не дадим тебе даже десяти-двадцати таэлей, не говоря уже об одной-двух сотнях таэлей!!”

Госпожа Чжан боялась крестного отца Сяокао, который был чиновником, поэтому она не осмеливалась ничего ей сделать. Но по прошествии стольких лет она уже досконально изучила характер Юй Хая. Таким образом, контроль над ним не должен быть проблемой для нее. Она оттолкнула Юй Сяокао в сторону и бросилась к Юй Хаю.

Увидев ее свирепое выражение лица, Юй Хай подсознательно наклонился в сторону. Неизвестно, где она набралась сил, но госпожа Чжан сделала несколько шагов и бросилась к Юй Хаю. Она крепко сжала руку Юй Хая и несколько раз сильно потрясла ее. С силой, которую она использовала, чтобы схватить его за руку, если бы не тот факт, что у Юй Хая была толстая и грубая кожа, там определенно был бы синяк!

- Второй сын, я вырастила тебя, и я также нашла тебе добродетельную жену. После всех этих лет, даже если у меня нет никаких заслуг, я все равно должна получить кредит за свою тяжелую работу! Да, ты уже отделился от семьи, но ты все еще сын своего отца и старший брат своих младших братьев и сестер. Наша семья сейчас переживает трудные времена, так что ты не можешь просто хладнокровно наблюдать со стороны. - Как будто она о чем-то подумала, госпожа Чжан была переполнена горем, и слезы потекли по ее старому лицу. Ее лицо было покрыто соплями и слезами.

Все эти годы госпожа Чжан возлагала все свои надежды на младшего сына. Каждая монета, которую она скопила дома, была потрачена на младшего сына. Чтобы ему было удобнее учиться, она сняла для него дом в городе. Ее младший сын мог питаться мелким зерном, которое семья не хотела есть, почти всю свою еду. Какой бы скупой и бережливой она ни была дома, она все равно не могла допустить, чтобы ее младший сын хоть немного страдал. Она просто надеялась, что он принесет ей честь и станет официальным лицом.

Этой весной ее младший сын Юй Бо принял участие в окружном экзамене в феврале и успешно сдал экзамен. Госпожа Чжан была чрезвычайно воодушевлена этим и преисполнилась надежды, что ее младший сын выдержит экзамен на уездного чиновника. Она, обычно очень скупая, устроила в деревне целый банкет в честь того, что ее сын сдал окружной экзамен.

Однако она слишком рано радовалась. Экзамен на уровне округа состоял из трех частей: районный, префектурный и окружной. Районная экспертиза была только началом. В апреле госпожа Чжан лично проводила своего сына в префектурный город с большой надеждой. Она убеждала его сдать все три экзамена за один раз и вернуться в графство чиновником.

Но чем выше ожидание, тем сильнее будет их разочарование. Юй Бо провалил экзамен в префектуре, и весь дом был наполнен напряженной и подавленной атмосферой. Госпожа Чжан даже горько плакала в одиночестве, втайне.

Однако Юй Бо обвинил в своей неудаче академию, в которой он учился, заявив, что она недостаточно хороша. В городской академии Жунсюань восемнадцать студентов приняли участие в окружном экзамене, и все они сдали экзамен префектуры, как и ожидалось. Более того, все они занимали высокие места в рейтинге. А теперь они все только и ждут окружного экзамена! Это было бы неудивительно, даже если бы они достигли официального ранга чиновника графства!!

Вскоре после экзамена в префектуре Юй Бо пришел в деревню и сказал матери, что если он поступит в академию Жунсюань, то в течение двух лет обязательно получит официальное звание уездного чиновника для своей матери. У него не было шанса в прошлом, но он получил удивительного друга, который мог помочь ему попасть в Академию Ронгсуан. Однако требовалась небольшая плата.

Госпожа Чжан сразу же заинтересовалась этой идеей! Даже такая неграмотная рыбачка, как она, слышала о великой репутации Академии Жунсюань. Академия Жунсюань выпустила довольно много ученых, занявших первое и второе места на императорском экзамене!! Если бы ее сын мог поступить в академию Жунсюань и учиться у знаменитого учителя, то день, когда он сдаст экзамен, был бы уже не за горами! Ха-ха, скоро она станет матерью чиновника!!

Однако она заколебалась, услышав небольшой гонорар, о котором упомянул ее сын. Для обычной рыбацкой семьи пятьсот таэлей были астрономической цифрой. Даже с учетом бережливого и скупого поведения госпожи Чжан и компенсации Охотника Чжао в триста таэлей, сбережения семьи все еще составляли всего около четырехсот таэлей! Даже если они отдадут все, что у них есть, они все равно не смогут получить пятьсот таэлей!!

Как раз в тот момент, когда она была в растерянности, мадам Ли прокралась к ней в комнату прошлой ночью и рассказала ей о новостях, что арбузы, выращенные семьей Юй Хая, можно продать по пять таэлей каждый. Услышав это, госпожа Чжан, загнанная в угол из—за денег, нашла новый источник света-ради своего младшего сына она должна добыть для него деньги, даже если ей придется потерять свое лицо!!

Она приехала в город рано утром и спряталась в углу, чтобы тайно наблюдать за арбузной лавкой Юй Хая. Дела в арбузной лавке шли очень хорошо. Казалось, что с утра до вечера поток посетителей нескончаем. Каждый покупатель, входивший в магазин, выходил оттуда с одним-двумя арбузами. Она подсчитала в уме, что если арбузы будут стоить по пять таэлей за штуку, то эта маленькая дыня сможет зарабатывать несколько сотен таэлей в день. С этим открытием госпожа Чжан стала еще более уверенной в том, что сможет получить деньги от Юй Хая.

Почему она появилась только в это время? Конечно, причина была. После их предыдущего общения госпожа Чжан испытала на себе силу Юй Сяокао. У этого отродья тоже был могущественный и влиятельный крестный отец, поэтому ее нельзя было ни ругать, ни бить. С другой стороны, с Юй Хаем было гораздо легче справиться. До тех пор, пока она подчеркивала сыновнее благочестие, не было никакого способа, чтобы Юй Хай отказался от ее просьбы!

- Второй Сын, ах! Сяобо-твой биологический младший брат!! Он ждет этих денег, чтобы спасти свою жизнь прямо сейчас, так что ты не можешь просто стоять в стороне и ничего не делать!! - Старуха с седыми волосами и морщинистым лицом грустно плакала, держась за руку мужчины, которому жаловалась. Люди, которые не знали правды, все смотрели на Юй Хая осуждающим взглядом.

Не в силах вырваться из ее крепких объятий, Юй Хай был так взволнован, что весь вспотел. Он пробормотал, запинаясь: - Что ты делаешь? Если ты хочешь говорить, то просто говори! Ты можешь быть уверена, что я не откажусь помочь, если это то, что я могу сделать!!”

Юй Хай больше не был человеком, которого госпожа Чжан могла запугивать и контролировать, как ей заблагорассудится. Несмотря на горькую мольбу госпожи Чжан, он оставил некоторую свободу в своих словах.

Госпожа Чжан вытерла слезы рукавом, сильно шмыгнула носом и заговорила таким тоном, как будто кто-то был ей чем-то обязан: “Кто не знает, что арбузы вашей семьи очень хорошо продаются в городе и вы зарабатываете несколько сотен таэлей в день? Разве пятьсот таэлей для тебя не пустяк?”

Услышав это, зрители были ошеломлены в своих сердцах! Все купцы и меценаты на этой улице были людьми с деньгами. Когда эта старушка умоляла хозяина арбузной лавки о помощи, они не думали, что эта крестьянка, одетая в изношенную одежду и, казалось, имевшая трудную жизнь, попросит о чем-нибудь экстравагантном.

Никто не ожидал, что она напрямую потребует пятьсот таэлей. Пятьсот таэлей-немалая сумма. Поблизости было не так уж много магазинов, где можно было бы заработать больше пятисот таэлей в месяц. С какой стати нищая старуха будет требовать пятьсот таэлей?

Юй Хай тоже нахмурил брови, чувствуя беспокойство. Первое, о чем он подумал, - какие неприятности устроил его младший брат, что им понадобится пятьсот таэлей, чтобы расплатиться.

- Бабушка, первое, что ты просишь, когда открываешь рот, - это пятьсот таэлей! Разве ты не знаешь, что большинство людей не смогли бы заработать столько денег, даже если бы всю жизнь упорно работали? Я действительно хочу знать, для чего именно тебе нужны эти пятьсот таэлей?!! - Юй Сяокао, которая раньше была не готова, была оттолкнута госпожой Чжан и чуть не упала. К счастью, проворная Линьлун быстро поддержала ее, иначе ее кожа и плоть должны были бы пострадать!

Госпожа Чжан свирепо уставилась на Юй Сяокао своими свирепыми волчьими глазами, но ее зрачки резко сузились, когда она увидела красивую женщину позади Сяокао. Она слышала от госпожи Ли, что крестная мать Сяокао приехала из столицы. Не обращая внимания на отношение крестной матери Сяокао к Сяокао, стоя перед своей крестной, она натянуто проглотила злые замечания, которые вот-вот должны были сорваться с ее губ.

- Тебе вовсе не обязательно знать, для чего они мне нужны. Второй сын, просто скажи мне, дашь ты мне деньги или нет! - Мадам Чжан продолжала приставать к более легкой жертве и угрожающе говорила.

Однако Юй Хай не послушно согласился с ней, как она думала. Вместо этого он задал тот же вопрос: “Цаоэр права. Пятьсот таэлей-немалое число. В какой судебный процесс ввязался Сяобо, если вам, ребята, нужна такая большая сумма денег? Он ведь не попал в ловушку какого-то злого человека, не так ли?”

- Это на тебя подадут в суд!! Жизнь моего Сяобо была благословлена божествами, так что в будущем он станет высокопоставленным чиновником!! Эта причина, по которой он не смог хорошо выступить на этот раз, заключалась в том, что учителя в его академии были недостаточно хороши!! После того как он поступит в академию Жунсюань, он обязательно сдаст экзамен, чтобы стать уездным чиновником в следующем году!! Как его старший брат, ты тоже не выиграешь? - Когда она говорила о своем младшем сыне, лицо госпожи Чжан было полно гордости, как будто он определенно станет уездным чиновником.

Сяокао уловила в ее словах важные детали и с сомнением спросила: - Ты только что сказала, что Младший дядя собирается поступить в Академию Жунсюань? Разве вступительные экзамены в Академию Жунсюань не проводятся в первый месяц каждого года? Разве время для испытания еще не прошло? Шито никогда не упоминал, что в этом году будут дополнительные тесты.

Госпожа Чжан показала гордое выражение лица и хотела сказать им правду, но вспомнила, что сын предупреждал ее не говорить об этом случайно, чтобы не создавать ненужных проблем. Она проглотила слова, которые вот-вот должны были сорваться с ее губ, и неопределенно сказала: - Когда вы дадите пятьсот таэлей, поступление в Академию Ронгсуан не будет проблемой!

Казалось, кто-то воспользовался желанием студентов, проваливших экзамен, добиться заслуг и славы. Но, чтобы прямо потребовать пятьсот таэлей было серьезно слишком чрезмерно ах! Юй Сяокао, которая уже более или менее догадалась об истине, любезно напомнила ей.

- Бабушка, тебе кто-нибудь говорил, что они позволят Младшему дяде учиться в Академии Жунсюань, если ты дашь им пятьсот таэлей? Если люди могут поступить в Академию Жунсюань, просто потратив деньги, будет ли у нас вообще такой шанс? Многие богатые бизнесмены хотели использовать свое богатство, чтобы получить место в Академии Ронгсуан для своего сына, но никто из них не преуспел. И все же ты думаешь, что всего лишь пятьсот таэлей сработают?? Бабушка, вы с Младшим дядей, вероятно, столкнулись с мошенником, не так ли?

Несмотря на преклонный возраст госпожи Чжан, она действительно могла прыгать на три фута в высоту. Положив одну руку на талию, а другой указывая на нос Юй Сяокао, она кричала, сплевывая, как будто была землеройкой, ругающейся на улицах: “Есть ли такие племянницы, как ты? Твоему младшему дяде было трудно получить этот шанс поступить в Академию Жунсюань, а это не то, что может получить кто угодно. Это прекрасно, если ты не хочешь помочь, но ты все равно должна проклинать его, чтобы быть обманутым!! Твой младший дядя напрасно так хорошо с тобой обращался. Твоя совесть была съедена собакой? Я никогда не видела такой злой маленькой девочки. Посмотрим, кто захочет жениться на тебе, этой проклятой и черносотенной твари, в будущем…”

Глава 189 - тяга времени

Леди Фан слушала все более и более недовольно. Она шагнула вперед и взяла на руки Сяокао, которую обрызгала слюна госпожи Чжан. Она нахмурилась, посмотрела на старуху, которая устраивала перед ней сцену, и усмехнулась: “Я никогда не видела такой бабушки, как ты, которая оскорбляла бы свою маленькую внучку такими злобными словами. Это действительно так печально для нашей Сяокао иметь такую вульгарную и неразумную бабушку!!”

Мадам Чжан, получившая прилив адреналина от ругани людей, почувствовала, как ярость закипает в ее голове, и ей было все равно, была ли другая сторона женой чиновника или нет. Она подпрыгнула на три фута, указала на нос леди Фан и закричала: - Я наказываю свою невежественную и дерзкую внучку, так какое это имеет отношение к вам? Не думайте, что только потому, что ваш муж-чиновник, вы можете вмешиваться в дела нашей семьи!

Лицо Линьлун побледнело от гнева. Она бросилась перед своей госпожой и сердито закричала, преданно защищая свою хозяйку: “Заткнись!! Наша госпожа-благородная госпожа третьего ранга, к которой даже императорские наложницы во дворце должны были относиться с уважением. Вы невежественная женщина, кто дал вам смелость указать пальцем на нос моей госпожи и оскорблять ее!? Мадам, эта слуга доставит ваше послание в уезд ямен. Я не верю, что мы не сможем подчинить себе эту глупую женщину!!”

Когда госпожа Чжан услышала эти два слова "уезд ямен", она мгновенно запаниковала. Плоть на ее лице задрожала, и она, которая раньше была похожа на воздушный шар, наполненный воздухом, теперь немедленно сдулась. Хотя она и была в панике, ее мысли быстро менялись. В конце концов, она ничего не могла сделать, поэтому просто сидела на земле и плакала, хлопая себя по бедру.,

- Боже мой, ах! Как я должна жить, как эта... Эта старуха только что наказала моего собственного сына и внучку, а меня все еще тащат, чтобы выпороть!! Чиновники не могут просто смотреть на человеческие жизни как на траву. О боги, пожалуйста, откройте глаза!! Дайте мне, этой старухе, способ жить."

Не говоря уже о госпоже Фан, но даже Линьлун, которая была ребенком слуг из приданого, предоставленного семьей Ся, никогда не видела такой сцены. Она была ошеломлена видом вульгарной старухи, кричащей, пока она каталась по земле. Встретившись с такой неразумной деревенской старухой, госпожа Фан была подобна ученому, встретившему солдата—неспособного урезонить друг друга!

Юй Сяокао видела, что вокруг собирается все больше и больше людей, и многие из тех, кто не знал правды, показывали на них пальцами. В глубине души она чувствовала крайнее отвращение к мадам Чжан, которая цеплялась за ее семью, как кровососущая пиявка. Если они не будут должным образом обращаться с ней, она станет самым большим препятствием на пути их семьи к богатству. Однако госпожа Чжан продолжала использовать слова "сыновнее благочестие", чтобы запугать и контролировать своего отца!

- О чем тут беспокоиться? Просто предоставь это Божественному Камню! Я гарантирую, что смогу помочь вам избавиться от этой старой ведьмы так, чтобы никто не узнал!] Маленький божественный камень произнес такие хладнокровные и ужасные слова нежным, как у ребенка, голосом, но в нем не было ни капли странности.

Юй Сяокао знала, что маленький божественный камень в настоящее время покоится поверх разноцветного камня на ее запястье в своей духовной форме, и поэтому он знал все, что происходило перед ней, и все ее чувства. Она также знала, что маленький божественный камень думает о ней и хочет помочь ей избавиться от этой беды раз и навсегда. Но, в конце концов, она выросла в мирную эпоху, поэтому концепция "человеческая жизнь больше неба" глубоко укоренилась в ней. Если кто-то погибнет из-за нее, она никогда больше не сможет чувствовать себя спокойно в своем сердце.

[Пшт—фальшивая доброжелательность! Когда мы имеем дело с такой злой старой ведьмой, как она, мы должны использовать крайние средства!! Поскольку вы не хотите участвовать в деле об убийстве, этот Божественный Камень, естественно, может использовать другие методы, чтобы преподать ей урок. Не волнуйся, просто предоставь это мне!!]

В последнее время, будучи мастером, Сяокао не так уж сильно нуждалась в помощи маленького божественного камня. В результате прогресс его культивирования был очень медленным. Если так будет продолжаться и дальше, то когда же он сможет восстановить свои расцветы, прорваться сквозь пустоту и вернуться на сторону Богини Нувы?! Поэтому, когда он заметил, что Сяокао встревожена, он немедленно выскочил и нетерпеливо попросил помочь. Помощь своему хозяину была единственным способом для его духовной силы восстановиться в несколько раз быстрее, чем обычно!

Сяокао предупредила его, чувствуя легкое беспокойство: - Тогда будь осторожен и не попадись. Кроме того, никого не убивай. Госпожа Чжан отвратительна, но она не заслуживает смерти!

- Ладно, хватит так ныть! Со мной вы можете быть уверены. Не стоит недооценивать способности этого Божественного Камня!! - Маленький божественный камень уверенно похлопал себя по груди.

Однако сейчас самым важным было отослать госпожу Чжан. Но казалось, что она ни за что не уйдет, не получив денег!!

Сяокао вспомнила, что она больше всего беспокоится о будущем своего младшего сына, поэтому сказала спокойно и неторопливо: “Бабушка, это город! Младший дядя, в конце концов, ученый, поэтому его репутация очень важна для него. Если его одноклассники узнают, что у него есть мать, которая катается по полу, позоря образованный класс, интересно, сколько его будут высмеивать! Даже если он поступит в академию Жунсюань в будущем, учителя младшего дяди будут иметь о нем плохое впечатление из-за этого дела. В конце концов, причина, по которой вы делаете такой бесчестный поступок, была из-за него!!”

Леди Фан снова прониклась уважением к своей крестнице. Она не ожидала, что ее дочь, которая была молода и жила в сельской деревне, действительно будет использовать "тактику психологической войны"! Это было действительно превосходно!! Эта маленькая девочка действительно пришлась ей по душе!! Ее муж был абсолютно прав, удочерив эту маленькую девочку!!

Мадам Чжан в данный момент раскачивалась взад-вперед и хлопала себя по бедру, причитая таким тоном, словно играла в опере. Но когда она услышала слова Сяокао, ее плач внезапно прекратился, и на ее лице не было даже следа воды. Рты зевак, которые поначалу немного сочувствовали ей, начали беспрестанно дергаться.

Госпожа Чжан украдкой оглядела толпу своими треугольными глазами и заметила, что там действительно было несколько молодых людей, одетых как ученые. Поджав губы, они покачали головами с презрительным выражением на лицах. В глубине души она была встревожена! Город был только таким большим, поэтому сплетни и слухи распространялись очень быстро. Если одноклассники ее младшего сына или учителя Академии Жунсюань действительно были в толпе, как сказала эта негодяйка, то разве репутация ее сына не была бы разрушена в ее руках? Но, если она не сможет получить деньги сегодня, будущее ее младшего сына будет затронуто… Какое-то мгновение мадам Чжан не знала, продолжать ли ей доставлять неприятности или остановиться и уйти, закрыв лицо.

Пока она колебалась, Сяокао подошла к ней, наклонилась, чтобы поддержать ее руку, а затем подняла мадам Чжан, которая сидела на земле. Сяокао, не понижая голоса, сказала: “Бабушка, насчет денег, раз уж ты спросила, как мы, младшие члены семьи, можем отказать тебе? Просто пятьсот таэлей-это не так уж мало. Более того, это касалось будущего Младшего дяди. Так что мы не можем быть беспечными, ах!! Я думаю, что ты должна вернуться сегодня первой и давай спросим об этом Академию Жунсюань. Если это правда, то мы можем обсудить этот вопрос позже. Если нет, то мы определенно не можем позволить этому мошеннику уйти безнаказанным. Разве ты не согласна?”

Сяокао предоставила ей выход из этой ситуации, и госпожа Чжан плавно приняла это предложение. Она уставилась на Сяокао своими слегка свирепыми треугольными глазами и неуверенно спросила: “Ты хочешь сказать, что ты предоставишь пятьсот таэлей? Ты всего лишь маленькая девочка, можешь ли ты вообще принимать решения? Пусть твой отец скажет что-нибудь и даст мне подтверждение!!”

- Бабушка! Ты прямо требуешь пятьсот таэлей, но мы же не можем заставить деньги падать с неба! Ты должна позволить нам подготовить деньги!! Кроме того, мой отец не единственный старший брат, который есть у моего младшего дяди. Поскольку семья уже распалась, разве не должны два старших брата и родители разделить бремя денег? - Слова Юй Сяокао были разумны, так что даже если бы госпожа Чжан захотела опровергнуть ее, она не смогла бы найти в ее словах никакой вины.

Госпожа Чжан опустила голову и задумалась. С их семейными сбережениями им требовалось всего около ста таэлей. Исходя из того, что сказала Сяокао, Второй Сын даст по крайней мере двести таэлей, которых на тот момент было бы достаточно. Но она все еще не была удовлетворена и сказала: “Кроме рыбалки, у твоего старшего дяди нет никаких других способов зарабатывать деньги, так где же он должен взять деньги? Деньги, которые ваша семья зарабатывает на продаже арбузов в течение дня, - это то, что он не сможет заработать, даже если будет ловить рыбу всю свою жизнь. Они все братья, так зачем же торговаться из-за каждой унции?”

Она требовала от старшего брата, который отделился от семьи, финансовой поддержки учебы младшего брата, но все равно жаловалась, что они торгуются за каждую унцию. Мадам Чжан была серьезно полна глупостей!! Однако Юй Сяокао не собиралась быть обманутой дурочкой. Кто не знал, что такое жаловаться на бедность?

- Бабушка, ты только посмотри, как хорошо идут наши дела. Но ведь есть еще и наши деловые расходы!! Не говоря уже о том, как трудно было найти хороший сорт арбузов, но Третий Молодой мастер Чжоу усердно трудился, чтобы помочь нам получить семена арбуза. Мы все еще должны ему деньги за арбузные семечки. А теперь давай поговорим об аренде этого магазина! Ты можешь спросить у местных торговцев, сколько стоит ежемесячная арендная плата магазинов в этом месте? Их магазины сдаются в аренду на ежегодной основе, так что это стоит более тысячи таэлей серебра в год! Более того, наш магазин был сдан в краткосрочную аренду, что еще дороже!! Если мы будем зарабатывать меньше двухсот таэлей в месяц, то потеряем деньги!! В сочетании с ежемесячным налогом мы действительно не зарабатываем так много денег!!” - немедленно сказала Юй Сяокао, даже не подготовив черновик.

Мадам Чжан ничего не знала о бизнесе. Когда она услышала, что ежемесячная арендная плата составляет двести таэлей, она резко отругала их как "расточителей" в своем сердце. Если бы они поставили палатку на рынке, это стоило бы всего несколько медных монет в день. Даже если бы они продали арбузы по более низкой цене, это все равно было бы лучше, чем зарабатывать деньги для других.

Казалось, что сегодня невозможно заставить Второго Сына взять на себя всю ответственность за эти деньги! Таким образом, она могла только согласиться на следующую лучшую вещь и сказала Юй Хаю: “Тогда за пятьсот таэлей ты и Старший Сын будете отвечать каждый по двести таэлей, а твой отец и я обеспечим сто таэлей! Твой старший брат еще не отделился от семьи, так что его доля будет обеспечена вместе с моей. Дай мне знать, когда ты отдашь мне деньги!!”

Когда госпожа Чжан подумала о трехстах таэлях, вылетающих из ее рук, она почувствовала, как кровь капает из ее сердца, которое пульсировало от боли!

Юй Хай хотел было согласиться, но его младшая дочь вмешалась: “Бабушка, тебе действительно нужно говорить об этом здесь? Разве это нормально, чтобы все знали, что ты требуешь такую большую сумму денег от своего сына, который отделился от семьи, чтобы позволить младшему дяде войти с черного хода? Как говорится: "не проветривай свое грязное белье на людях". Давай поговорим об этом поподробнее, когда вернемся домой!! Бабушка, иди отдохни во внутренний двор и съешь арбуз, чтобы утолить жажду. Вечером отвези нашу повозку обратно. Не волнуйся, мы не убежим!!”

Госпожа Чжан подумала об этом и согласилась с тем, что она сказала! Пока она наблюдает за ними, они не смогут убежать. Она знала, что эта маленькая соплячка Сяокао может принимать половину решений в семье. Поскольку Второй Сын не возражал против того, что она сказала, это дело вот-вот должно было увенчаться успехом!

Она уже какое-то время устраивала беспорядки, плакала и кричала. Итак, ее горло уже давно пересохло, мучила жажда, и ей было не по себе. Думая о сладких арбузах, она с трудом сглотнула слюну и медленно направилась во внутренний двор.

Леди Фан и Линьлун вздохнули с облегчением. Они действительно не знали, как обращаться с такой неразумной и грубой старухой, так что в конечном итоге они только проиграют ей! Тем не менее, ее дочь (мисс Цаоэр) знала, как решить эту проблему, и смогла успокоить эту старую женщину.

Но неужели они действительно собираются дать ей двести таэлей? Леди Фан не огорчалась из-за денег, но чувствовала, что они того не стоят!! В письме ее мужа он много рассказывал о том, как эта старуха издевалась над семьей Сяокао. Она очень злилась из-за этого, когда была еще в столице. Ее сердце не заболело бы, даже если бы эти двести таэлей были отданы нищим, но эта госпожа Чжан была единственным человеком, которому она вообще не хотела их отдавать!!

Глава 190 - Запрос

ЗАМЕТКИ ОТ ПЕРЕВОДЧИКА: Дорогие читатели, прошу заранее прощения за то, что возможны некоторые изменения в именах персонажей, в связи со сменой переводчика. К примеру, Юй Сяокао - Юй Сяоцао.

***************

На какое-то время ее ужасная бабушка, мадам Чжан, успокоилась. Сяоцао почувствовала, что в этом вопросе есть что-то странное, поэтому она решила пойти в Академию Жунсюань, чтобы спросить, есть ли у них дополнительная квота на зачисление в их школу. Будет еще лучше, если она сможет встретиться с директором.

Леди Фанг изначально хотела сопровождать свою крестницу в этой поездке, опасаясь, что люди в академии будут пренебрегать маленькой девочкой, которой не исполнилось и десяти лет. Однако, без ее ведома, директор Юань, который обычно отличался строгим и ученым поведением, был настоящим обжорой.

Юй Сяоцао навещала своего младшего брата в академии несколько раз в месяц, и она приносила немного еды, которую готовила каждый раз, когда приходила. Часть была оставлена для соседей по комнате ее младшего брата, в то время как другая была специально приготовлена для старого гурмана, Юань Синяня.

Таким образом, директор Юань специально поручил привратнику академии немедленно уведомить его, когда старшая сестра Юй Фана придет навестить его. Если его не было в школе, то он должен был не забыть сообщить об этом своему слуге, Шишу. Для директора, который относился к ней с таким большим уважением, привратник вел себя чрезвычайно восторженно каждый раз, когда видел Сяоцао, и не смел пренебрегать ею.

Сяоцао вежливо отклонила любезность своей крестной. После этого она перешла через улицу на заднюю кухню ресторана "Чжэньсю" и упаковала двух жареных цыплят и двух уток с османтусом. В ресторане Чжэньсю эти два вида тушеных блюд и блюда с устричным соусом можно было было считать сокровищами ресторана. Несмотря на то, что они сами запустили блюда с вермишелью и вековыми яйцами, они все еще не могли конкурировать с этими блюдами.

Несмотря на то, что эти два блюда продавались в ограниченном количестве каждый день, очередь на бронирование уже оказывалась заполнена в течение следующих трех дней. Тем не менее, они всегда делали немного больше, если внезапно придет заказ от их босса, его друзей и родственников. Юй Сяоцао, естественно, считалась близким другом их босса. Независимо от того, придет ли она поесть или возьмет еду на вынос, все это будет поставлено в счет Третьему Молодому Мастеру Чжоу.

Если бы от ее счета прямо отказались, то Сяоцао действительно было бы неловко воспользоваться рестораном. Однако, поскольку Третий Молодой Мастер Чжоу поручил отправлять все счета к нему, она смогла принять его с легкостью. Она помогла Третьему Молодому Мастеру Чжоу заработать так много денег, поэтому было естественно, что он угощал ее едой.

Торговая улица, на которой располагался магазин арбузов, находилась на восточном рынке города Тангу, в то время как Академия Жунсюань находилась в южной части города. К счастью, город Тангу был не очень большим. С большим мешком цыплят и уток в руках Сяоцао быстро добралась до входа в Академию Жунсюань.

Когда привратник, прислонившийся к двери и лениво греющийся на солнышке, поднял глаза и увидел стройную и невысокую фигуру, он вдруг выпрямился в волнении. Увидев корзину в руках Сяоцао, привратник тут же улыбнулся, как распустившийся цветок: - Айо! Мисс Сяоцао, прошло много времени с тех пор, как вы были здесь в последний раз!! Наш директор часто вспоминал о вас!!

Привратник мог сказать, что директор действительно очень уважал эту маленькую фермерскую девочку с парой больших глаз. Даже о своем собственном внуке он не вспоминал так часто, как о ней.

Семья Юй готовилась к открытию своего арбузного магазина, поэтому они были заняты в течение нескольких дней. Юй Сяоцао действительно приходила реже, но привратник немного преувеличил. Более того, разве директор Юань не пировал вместе с ними, когда магазин открылся несколько дней назад? Прошло всего три дня, а он уже жаждал еды? Неужели она воспитала в этом обжоре такой разборчивый аппетит?

Однако она знала, что директор Юань часто тайком давал ее младшему брату дополнительные уроки. В настоящее время должность директора школы Юань Синяня была лишь номинальным титулом. Он редко справлялся со школьными делами. Помимо того, что он иногда читал лекцию классу, который готовился к экзамену, когда был в хорошем настроении, он обычно путешествовал, навещал друзей, играл в го и пил чай. Он наслаждался свободным и неторопливым образом жизни.

Как известный ученый своего поколения, иметь возможность послушать одну из его лекций было даже более весомо, чем проучиться в течение десяти лет. Если бы у него были открытые лекции, у вас не удалось бы выбить себе место даже сразившись с толпой. Такой великий ученый на самом деле давал дополнительные уроки маленькому ребенку, который только-только начал учиться. Если бы эта новость распространилась, это определенно заставило бы людей позеленеть от зависти. Даже внук директора Юаня не получал такого обращения! Ради будущего своего младшего брата Сяоцао была готова послать эти "подарки"!

На самом деле, причина, по которой директор Юань был готов учить Маленького Шито, заключалась не только в вкусной еде Сяоцао, но и в его любви к талантам. В течение прошлого года Сяоцао добавляла воду из мистического камня во все, что ела и пила семья Юй. Вода из мистического камня могла не только улучшить их здоровье, но и невольно улучшить их интеллект.

Маленький Шито изначально был умным ребенком, но после того, как на него повлияла вода мистического камня, его интеллект поднялся на другой уровень, почти до такой степени, что он мог запомнить что угодно, пройдясь всего одним взглядом. Когда у тебя в руках кто-то с подобным умом, мог ли директор Юань сдержаться и не обучить подобного ребенка? Если бы он не боялся испортить иерархию поколений, то взял бы Юй Фана в качестве своего ученика.

Однако он принял во внимание своих учеников. Самый младший был даже старше отца Маленького Шито, в то время как самый старший мог быть дедушкой Маленького Шито. Если бы они узнали, что их уважаемый учитель взял к себе ученика, который был даже моложе их собственных детей и внуков, было бы трудно сказать, какое выражение у них появилось бы на лицах.

Хотя формально он не взял его в ученики, Юань Синянь все же сделал исключение и обучал его лично. Малыш учился всего полгода, но уже мог идти в ногу с уровнем среднего класса. Если бы он не боялся испортить все своим чрезмерным энтузиазмом, он уже собирался помочь ему подать заявление на пропуск класса!

Он также знал, что уже были некоторые люди, которые очень завидовали его особому отношению к Маленькому Шито. Если он сделает еще одно исключение и позволит ему пропустить класс, это не будет хорошо для Маленького Шито. Таким образом, он сказал Маленькому Шито, чтобы он занимался с начальным классом утром и приходил к нему в кабинет днем, чтобы он мог дать ему более глубокие знания. Теперь им оставалось только ждать вступительных экзаменов после летних каникул. Он доверял своему собственному суждению и верил, что этот малыш определенно сможет сдать экзамен, чтобы поступить в средний класс!

В академии Жунсюань каждый год было два экзамена на повышение. Один был после зимних каникул, а другой - после летних. Учащиеся начального и среднего классов могли перейти в класс следующего уровня, если они могли сдать экзамен более высокого класса. Если они не смогут перейти в следующий класс два года подряд, то им придется покинуть Академию Жунсюань. Чтобы сдать экзамен на поступление в академию, им определенно должно было хватать ума и сообразительности. Таким образом, можно было только сказать, что те, кто не смог перейти в следующий класс, просто не приложили достаточно усилий.

Тем не менее, студенты считали за честь возможность поступить в Академию Жунсюань и особенно дорожили возможностью продолжить обучение в академии. С момента основания школы очень немногие просились сами уйти отсюда.

Вернемся в настоящее. Новость о прибытии Юй Сяоцао в Академию Жунсюань быстро дошла до ушей Юань Синяня. Он знал, что маленькая девочка сначала пойдет в начальный класс, чтобы найти своего младшего брата. Он был нетерпелив и больше не мог ждать, поэтому притворился, что патрулирует академию, даже не взяв с собой слугу, и пошел во двор начального класса один.

В настоящее время в начальном классе был перерыв. Когда соседи по комнате Маленького Шито увидели Сяоцао, они были еще более взволнованы, чем ее младший брат, Маленький Шито. С невероятной скоростью они бросились к Сяоцао и окружили ее, не переставая болтать.

- Старшая сестра! Какую вкусную еду ты принесла сегодня для Шито? - в общежитии Маленького Шито было четыре человека. Говоривший был коренастым ребенком лет восьми-девяти, настоящее имя которого было Сан Рунце. Он был родом из города-префектуры и был младшим сыном секретаря магистрата префектуры.

Маленький Шито изо всех сил старался оттолкнуть его в сторону, закатил глаза и сказал: - Маленький Толстяк Сан, ты на два месяца старше моей второй сестры, ах! Тебе не стыдно называть ее "старшей сестрой"?

Сан Рунце, очевидно, был добродушным человеком; он не сердился даже после того, как его назвали маленьким толстяком. Он обнял своей сильной рукой шею Маленького Шито, как будто они были очень близкими братьями, и ухмыльнулся: - Мы так же близки, как настоящие братья, так что твоя вторая сестра, естественно, также и моя вторая сестра! Вторая сестра, какую вкусную еду ты приготовила на этот раз? У меня сейчас слюнки потекут от одного его запаха!

Лю Цзинье, который был самым старшим в общежитии, был единственным сыном босса крупнейшего магазина шелка и атласа в городе-префектуре. У него был довольно мягкий характер, и он просто стоял в стороне с нежной улыбкой. Ситу Цин, который был ненамного старше Маленького Шито, подпрыгнул, как обезьяна, моргнул и уставился на коробку с едой в руках Сяоцао с голодным выражением на лице. Дедушка этого малыша был придворным чиновником третьего ранга.

Благодаря урокам Сяоцао, ее младший брат, родившийся в бедной рыбацкой семье, никогда не испытывал агонии от дискриминации. Хотя Академия Жунсюань не заботилась о личности человека, а просто заботилась о таланте, все равно существовала более темная сторона.

Говорили, что студенты бедного происхождения, к сожалению, покидали академию из-за того, что подвергались остракизму со стороны соседей по комнате, что приводило к резкому падению его оценок. К счастью, соседи Маленького Шито по комнате были в основном простыми и добрыми детьми. Даже их легкое высокомерие было отброшено за облака деликатесами, которые время от времени приносила Сяоцао.

Сяоцао коснулась волос Ситу Цина, которые были очень аккуратно причесаны, и сказала с нежной улыбкой: - Магазин сегодня занят, поэтому у меня не было времени лично готовить…

Когда все трое услышали, что это была не еда, лично приготовленная Сяоцао, их глаза мгновенно потускнели. Однако их глаза быстро снова прояснились——

- ...Поэтому я упаковала жареную курицу и утку с османтусом из ресторана Чжэньсю. Я не знаю, понравятся ли они вам, ребята, - увидя мгновенную смену выражений их лиц, Юй Сяоцао непрерывно хихикала в своем сердце.

Ситу Цин мгновенно вскочил, взволнованно обернулся и закричал: - Понравятся! Конечно, они нам понравятся!! В прошлый раз, когда моя мать и старший брат пришли навестить меня, они отвели меня в ресторан Чжэньсю на ужин. Жареная курица была среди предложенных блюд, и это было очень, очень, очень вкусно!! Но мне не удалось съесть утку с османтусом!

- Ух ты! Вторая сестра такая потрясающая!! Нужно сделать заказ за три дня, чтобы съесть жареную курицу и утку османтуса в ресторане Чжэньсю!! А ты смогла получить их одновременно! Я так восхищаюсь тобой, ах!! - глаза маленького толстяка горели, а в уголке рта виднелась слюнка.

Даже самый старший Лю Цзинье не мог оставаться спокойным и с еще более широкой улыбкой на лице сказал: - Сегодня, благодаря Маленькому Шито, мы можем попробовать два самых известных блюда ресторана Чжэньсю! Большое вам спасибо, мисс Юй.

- Вы, ребята,—почему вы здесь собрались? - из-за двери во двор донесся голос директора Юаня. Дети, как мыши, увидевшие кошку, должны были проигнорировать деликатес перед ними и уныло побежали обратно в класс.

Пока он бежал, Маленький Толстячок Сан повернул голову и сказал: - Вторая сестра, не забудь принести еду в наше общежитие, ах! Мы возьмем немного риса и вернемся после занятий…

С улыбкой на лице Юань Синянь посмотрел на энергичных детей из начального класса и сказал со смешком: - Эти мальчики, они могут выглядеть как группа обезьян, не так ли, но через десять лет или около того один из них может стать одним из трех самых важных чиновников в суде! В детстве мой сын, нынешний премьер-министр, часто лазал по деревьям, чтобы добыть яйца, ловил рыбу и креветок в реке.

Лорд Директор, это действительно нормально, что вы так разоблачили премьер-министра?

Юй Сяоцао достала из корзины два пакета из промасленной бумаги. Директор Юань тихонько шмыгнул носом и рассмеялся: - Только ты, маленькая девочка, можешь получить жареную курицу в ресторане Чжэньсю и утку с османтусом, когда захочешь. Этот маленький сопляк из семьи Чжоу действительно слишком скуп. Я уже несколько раз разговаривал с ним, но он все еще не дал мне этой привилегии!

Глава 191 - Сообщение о преступлении

Юй Сяоцао достала обжаренную курицу и утку с османтусом, источавшие дразнящий аромат, и поставила их перед директором Юанем. Юань Синянь уже собирался отказаться от своего образа элегантного ученого, чтобы взять еду в руки, когда вдруг краем глаза заметил поблизости нескольких учителей. Он поспешно вернул свою первоначальную маску и сказал: - Гм-гм, я, директор, честный человек, который не принимает подарков!

Сяоцао бесконечно поддразнивала его в уме: "Интересно, куда делась вся та еда, которую я принесла раньше, хм? Теперь он говорит, что не принимает подарков, он действительно хитрый старик!"

Ах! Ее младший брат должен был положиться на этого старика в своем будущем, верно? У нее не было выбора, кроме как продолжить эту пьесу: - Директор, я должна сказать правду. Я пришла сегодня, потому что хотела кое-что спросить. У вас есть время поговорить со мной?

Директор Юань поднял голову еще выше, поглаживая бороду: - Ты просто спрашиваешь меня о чем-то, не нужно приносить подарки, верно? Что происходит? Просто скажи мне прямо! Джентльмен должен быть великодушным и понимающим, нет ничего, что ты не могла бы обсудить со мной!!

Пш! Все еще притворяется, неужели ему так нравится играть? Сяоцао намеренно положила два пакета промасленной бумаги с едой обратно в корзину и улыбнулась: - Директор Юань действительно честен и великодушен. Я так им восхищаюсь!

Хотя голова Юань Синяня была наклонена на сорок пять градусов вверх, его глаза все еще были откровенно прикованы к еде. Когда он увидел, что Сяоцао кладет еду обратно в корзину, которую она собиралась отдать ему, он сразу же забеспокоился. Однако он не мог показать своего внутреннего смятения и мог только тонко намекнуть ей глазами.

Юй Сяоцао намеренно сделала вид, что не поняла его невысказанной мольбы, и продолжила говорить более громким голосом: - Директор, я слышала, как люди говорили, что кто-то может заплатить пятьсот таэлей, чтобы попасть в список поступающих в Академию Жунсюань. Если это правда, вы должны оставить мне место. Мой младший дядя тоже ученый. Хотя его таланты средние, он очень старается…

Выражение лица директора Юаня тут же изменилось. Он больше не заботился о еде и строго посмотрел на Ю Сяоцао: - Откуда у тебя такие знания? С самого начала моя Академия Жунсюань всегда заботилась только о способностях потенциальных студентов, а не о глубине их карманов. Я, Юань Синянь, основал эту школу ради того, чтобы найти достойные таланты для императорского двора, а не для того, чтобы разбогатеть! Давай не будем говорить о том, что просто заплатить жалкие пятьсот таэлей достаточно для поступления, даже если кто-то, кто не смог сдать вступительный экзамен, но пришел с горой золота и серебра, я все равно не пустил бы его в школу!

Однажды жил был молодой сын из богатой семьи из Цзяннан, которому чуть-чуть не хватило, чтобы сдать вступительный экзамен. Отец был готов отдать школе половину своего имущества ради поступления сына. Однако они отказались от этого. К счастью, сын этого человека был трудолюбив и очень усердно учился еще год, прежде чем ему удалось сдать вступительный экзамен.

- Директор Юань, не сердитесь! Вот что произошло. Моя бабушка пошла в магазин дынь и сказала, что хочет от нас пятьсот таэлей. Из того, что я могу сказать, она хотела использовать пятьсот таэлей, чтобы мой младший дядя поступил в Академию Жунсюань. Поэтому я сделала все возможное, чтобы успокоить ее, и сказала ей, что приду в академию, чтобы спросить вас, правда ли это! - Юй Сяоцао вкратце описала ситуацию пожилому человеку.

Директор Юань очень быстро успокоился и нахмурился: - Позволь мне немного подумать об этом. Я думаю, что существуют две ситуации. Во-первых, в Академии Жунсюань может быть шпион, который использует квоту приема для своей личной выгоды. Во-вторых, твоя семья столкнулась с мошенником, который использует желание твоего младшего дяди поступить в академию, чтобы обмануть его на деньги. Пойдем со мной немного отдохнем в моем кабинете, мне нужно поговорить об этом с главным преподавателем и администратором школы…

Сяоцао согласилась с ним и последовала за личным помощником Юань Синяня в кабинет директора. Это был не первый раз, когда она входила в эту комнату, которая была пропитана атмосферой ученого и была полна интересных предметов антиквариата. Она положила промасленный бумажный пакет с едой на стол, а затем взяла книгу с одной из полок, чтобы просмотреть.

Слуга принес чашку ароматного чая и увидел, что промасленный бумажный пакет сочится маслом на лист бумаги, на котором только что написал директор. При виде этого у него защемило сердце: иероглифы, написанные его директором, были дороже золота! Затем он заметил, что Сяоцао небрежно листает единственную книгу, которая, как говорили, была написана Ван Ючэном, и в его сердце закипело чувство нервозности. Он боялся, что маленькая девочка не будет осторожна и повредит книгу.

Юй Сяоцао, которая не закончила среднюю школу до того, как бросила учебу в своей предыдущей жизни, чувствовала, что ее голова вот-вот взорвется, когда она смотрела на традиционные символы книги. Хотя она потратила немного времени на изучение вместе с Маленьким Шито, чтобы она могла распознать некоторые более часто встречающиеся символы, в большинстве поэтических стихов содержали еще более непонятные буквы, которые невозможно было разобрать. Ей удалось найти несколько стихов, которые она видела раньше в школе, и она изо всех сил старалась оценить их, почесывая голову.

Юань Синянь вместе с главным лектором и администратором вошел в свой кабинет и увидел перед собой именно эту сцену. Молодая девушка, просто одетая, со старой книгой в руках. Ее большие и живые глаза, казалось, впитывали все.

- Малышка, похоже, ты раньше читала книги! - Юань Синянь изобразил на лице нежную улыбку.

Сяоцао поспешно поставила книгу на прежнее место на полке и ухмыльнулась: - Я выучила всего несколько слов со своим младшим братом. Я взяла книгу с вашей полки, не спросив вашего разрешения, пожалуйста, примите мои извинения.

Юань Синянь рассмеялась: - Что плохого в том, что тебе нравится смотреть на книги? Однако давай сначала поговорим о том, что ты сказала мне ранее! - лицо главного преподавателя Ляна было серьезным и торжественным, когда он сказал: - В нашей академии нет никого, кто продавал бы места для поступления за деньги! Мисс Юй, боюсь, вы, должно быть, столкнулись с мошенником, не так ли?

Администратор уже несколько раз видел Сяоцао, и у него сложилось о ней хорошее впечатление. Он предложил: - Я думаю, что вам, вероятно, следует сообщить об этом властям, хорошо?

Директор Юань звучно провозгласил: - Мы абсолютно не можем стерпеть преступника, который использует название школы для обмана людей!! Шишу, передай мое сообщение в уезд ямен. Это касается репутации нашей школы, нам абсолютно необходимо разобраться в этом!!

Когда Юй Сяоцао увидела, что произошло то, чего она хотела, она попрощалась со всеми. Она посмотрела на часы и заметила, что пора заканчивать занятия. Эта группа маленьких человечков, которые постоянно жалобно кричали, требуя еды, должно быть, уже заждались ее!

Естественно, Сяоцао не знала, что, как только она вышла из офиса, трое оставшихся там мужчин, чей общий возраст составлял более двухсот лет, чуть не начали драться из-за содержимого промасленного бумажного пакета. В конце концов директор Юань повел себя так, как будто оказал большую услугу, и решил отдать двум другим мужчинам половину курицы и утки.

Когда Юй Сяоцао прибыла в спальню Маленького Шито, четыре пары темных глаз жалобно уставились на дверь. На столе перед малышами, кроме порции зеленых овощей, которую достал Маленький Шито, стояли только миски с белым рисом. Ладно, похоже, они все ждали, когда ее курица и утка присоединятся к трапезе!

Когда они увидели, как появилась Сяоцао, все малыши сразу же без всякого выражения посмотрели на корзину в ее руке. Как только они увидели, что в корзине было два полных промасленных бумажных пакета, они обрадовались и побежали к Сяоцао. Такая компания нетерпеливых мальчиков!

- Вторая сестра, когда они услышали, что тебя позвал директор, они все помрачнели и не могли не задаться вопросом, смогут ли они сегодня поесть вкусной еды! - маленький Шито подавил хихиканье и наблюдал, как другие мальчики сражались за куриные ножки. По крайней мере, у них была совесть, и они знали, что ему тоже нужно оставить немного!

Раньше еду, которую приносила Сяоцао, директор забирал себе, так происходило несколько раз подряд. Позже она научилась приносить с собой две порции еды. Очевидно, и этот раз не стал исключением!

Сяоцао улыбнулась, наблюдая, как маленькие мальчики едят ее еду с бесконечными похвалами: - Здесь достаточно порций жареной курицы и утки с османтусом, чтобы наполнить желудки всех вас. Притормозите и не подавитесь! - Маленький Толстячок Сан грыз утиную ножку, когда он открыл свой маленький масляный рот, чтобы сказать: - Вторая сестра! Я очень счастлив, что попал в общежитие с Маленьким Шито. В прошлый раз, когда у нас был перерыв и я отправился домой, моя мама сказала, что я стал толще! Хотя ничего не поделаешь, стряпня Второй Сестры просто слишком вкусна! Вторая сестра, в следующий раз принеси немного овощей с устричным соусом. Он менее жирный, и мне нужно похудеть.

Лю Цзинье спокойно разделил жареную курицу и утку на четыре порции и положил свою порцию в большую миску. Он ел медленно, так что если бы ему пришлось бороться за свою долю против Толстячка Сана и Обезьяны Ситу, он бы каждый раз проигрывал. Таким образом, он сделал свою чашу своей собственной территорией. Он всегда брал свою порцию пораньше, чтобы Толстячок Сан не забрал всю еду.

Услышав это, Лю Цзинье медленно проглотил куриное мясо во рту и улыбнулся: - Разве не легче тогда самому взять зеленых овощей? В столовой их очень много. Если ты хочешь похудеть, это еще проще. Просто ешь еду из столовой в течение целого месяца, и я уверен, что ты потеряешь десять кэтти!

Толстячок Сан нахмурился, и на его лице появилось страдальческое выражение: - Забудь об этом! Могут ли вареные овощи в столовой даже сравниться с навыками нашей Второй Сестры? Еда годится только для свиней, как я могу ее переварить? Если вы хотите, чтобы я целый месяц ел еду в столовой - позвольте мне просто умереть толстым!

Все разразились добродушным смехом.

- Сяоцао? Это действительно ты, ах! Я думал, что принял тебя за кого-то другого!! - внезапно в дверях раздался знакомый голос.

Все повернули головы, чтобы посмотреть. Маленький Шито немедленно поприветствовал этого человека: - Брат Сяовэнь! Ты уже поел? Моя вторая сестра только что принесла жареного цыпленка и утку из ресторана Чжэньсю, иди поешь!

Жареная курица в ресторане Чжэньсю и утка с османтусом? Ходят слухи, что он стоил по пять таэлей за штуку, а теперь увеличился до десяти таэлей за штуку. Несмотря на рост, предложения все еще было недостаточно для удовлетворения спроса. Семья Юй прогрессировала, как и говорила его мать - их жизнь стала намного лучше!

Однако теперь у семьи Цянь тоже были лучшие дни. Его семье больше не нужно было беспокоиться о продаже своих уток, и даже их утиные яйца так же хорошо продавались. Теперь они зарабатывали десятки таэлей, продавая своих уток в ресторан Чжэньсю. Кроме того, его мать недавно вырастила стаю маленьких утят и даже поймала стаю уток в дикой природе. Теперь у них дома было около четырехсот - пятисот уток! Получив сладкий вкус прибыли, семья Цянь теперь готовилась значительно расширить свой утиный бизнес!

Цянь Вэнь посмотрел на Сяоцао. Прошло много времени с тех пор, как они виделись в последний раз, и маленькая девочка немного выросла. Ее светлая и чистая кожа выглядела такой нежной, что казалось грязь не могла и притронуться к ней, а пара больших глаз, казалось, могла заглянуть в глубины души человека…

Его мать сказала ему, что жареная курица и утка с османтусом в ресторане Чжэньсю во многом связаны с этой маленькой девочкой. Кроме того, весной арбузы, от которых другие жители деревни не видели особой пользы, сейчас продавались более чем за пятьсот таэлей. Более того, это даже не включало в себя бизнес семьи Юй по производству тушеной пищи в доках и их оптовый бизнес по продаже морепродуктов... он чувствовал, что дистанция между его и ее семьей, казалось, становилось все больше и больше...

Однако он не думал, что это проблема! Учитель сказал, что с его нынешним уровнем образования он может участвовать в экзаменах детей в следующем году. Если он легко сдаст экзамены начального уровня, то станет первым человеком из деревни Дуншань, сдавшим экзамены в префектуру. Кроме того, в то время ему будет всего пятнадцать лет. Теперь, когда положение его семьи улучшилось, он планировал сдать следующий набор экзаменов, чтобы стать выпускником, а затем стать кем-то, кто сдаст императорские экзамены! К тому времени…

- Брат Сяовэнь, эта куриная ножка для тебя! - благоухающий аромат, исходящий от рук Маленького Шито, внезапно прервал его мысли.

Цянь Вэнь улыбнулся малышу и ответил: - Я уже поел! Вместо этого ты должен съесть куриную ножку!

Обычно Цянь Вэнь заботился о том, чтобы присматривать за Маленьким Шито. Старший мальчик учился очень усердно и, благодаря своим собственным усилиям, был в верхней трети среднего класса. Маленький Шито не только любил этого старшего брата из своей деревни, но и уважал его. Маленький мальчик упорно пытался дать немного вкусной еды Брату Сяовэню: - Даже если ты уже поел, ты все равно можешь попробовать куриную ножку! Это действительно очень вкусно!

Глава 192 - Кошмар

Цянь Вэнь больше не мог отказывать малышу в доброте и взял кусок курицы размером с большой палец. Он положил мясо в рот и осторожно попробовал его. Мясо растаяло у него во рту и открыло вкус, который он никогда в жизни не сможет забыть. Даже когда в будущем он сдаст экзамены при императорском дворе и сможет часто есть жареную курицу, а также другие деликатесы, он все равно никогда не сможет снова почувствовать вкус, который когда-то ощутил…

Юй Сяоцао с удовольствием наблюдала за маленькими мальчиками и почувствовала огромное удовлетворение, когда увидела, как счастливо ест ее младший брат. Она не смогла устоять перед искушением и ущипнула его за пухлое лицо. Маленький Шито надул щеки и небрежно начал сопротивляться: - Вторая сестра, мне уже не три года. Теперь я студент Академии Жунсюань, так что перестань щипать меня за лицо. Если другие люди увидят, я потеряю лицо перед ними!

- Я щиплю тебя за лицо, потому что люблю тебя. Не то чтобы мне хотелось ущипнуть какого-нибудь незнакомого человека. Теперь я понимаю, почему существует такая поговорка: "когда сын вырастает, он больше не хочет любви своей матери". Ты еще даже не стал взрослым и только ходишь в школу, а я, твоя вторая сестра, тебе больше не нужна, да? Какое разочарование! - Юй Сяоцао повернула голову в сторону и широко раскрыла глаза. Она позволила чувству разочарования подняться в ней, и ей удалось сморгнуть несколько слез, когда она обвиняюще посмотрела на своего младшего брата.

Маленький Шито тут же запаниковал и быстро поставил свою миску с рисом. Он бросился к своей второй сестре и обнял ее за руку, слегка покачиваясь, когда сказал: - Вторая Сестра, ты все еще моя Вторая Сестра! Ты всегда будешь моей хорошей Второй Сестрой. Не грусти, это я был не прав. Ущипни меня, ущипни, как тебе нравится.…

Цянь Вэнь заметил коварные действия Сяоцао и не мог не покачать головой про себя. Хотя Юй Фан был умен и сообразителен, он действительно не мог сравниться с маленькими проделками и выходками своей второй сестры.

Сяоцао моргнула, и слезы из ее глаз потекли по ресницам на щеки. На ее лице появилось печальное выражение, которое в сочетании со слезами придавало ей крайне опустошенный вид. Маленький Шито чуть не расплакался, и он продолжил со всхлипом в голосе: - Вторая сестра, не плачь. В будущем я больше не буду этого делать. Не расстраивайся из-за меня…

Маленький Толстячок Сан встрял и сунул свое круглое, пухлое личико перед Сяоцао. Он громко провозгласил: - Вторая сестра, не грусти. Если Маленький Шито больше не признает в тебе свою сестру, я займу его место! Слушай, ты можешь щипать меня сколько угодно. Держу пари, мое лицо на ощупь намного приятнее, чем у Маленького Шито!

Сяоцао не удержалась и расхохоталась. Она потерла лицо Маленького Шито и взъерошила волосы Маленького Толстячка Сана, сказав: - Я только перешучиваюсь с вами, ребята, не принимайте это всерьез! Быстро ешьте больше... Сейчас уже время позднее, мне еще нужно вернуться в деревню Дуншань. Шито, учись хорошо, и я приду завтра, чтобы забрать тебя домой, - завтра у Шито начнутся еженедельные каникулы.

Маленький Шито теперь знал, что его снова обманула его вторая сестра. Он пару раз шмыгнул носом и серьезно посмотрел в глаза Сяоцао. Он поклялся: - Вторая сестра! Не волнуйся, я всегда буду твоим Маленьким Шито!!

Это обещание было глубоко запечатлено в его сердце. Даже после того, как он стал лучшим молодым выпускником на имперских экзаменах и прославился на всю страну, всякий раз, когда он видел, как его вторая сестра бесстыдно ведет себя, он всегда возвращался к своему обычному поведению…

Прежде чем Сяоцао успела почувствовать себя тронутой, Маленький Толстячок Сан снова вмешался: - Вторая Сестра, я тоже всегда буду твоим Маленьким Толстячком Саном! В будущем, когда будешь готовить вкусную еду, не забудь принести мне порцию!

Сяоцао ущипнула Маленького Толстячка, который был немного выше ее. Она не знала, смеяться ей или плакать, когда ответила: - Не волнуйся! Даже если ты не будешь называть меня "Второй сестрой", я все равно возьму с собой порцию для тебя!! Ладно, я ухожу. Если я задержусь еще чуть дольше, то не смогу вернуться домой до наступления темноты!!

Помахав на прощание Маленькому Шито и его друзьям, Сяоцао вернулась к прилавку с арбузами. Карета леди Фан уже была готова к отъезду. В двух повозках семьи Сяоцао было достаточно места, чтобы вместить все предметы первой необходимости, которые она купила ранее.

Когда госпожа Чжан увидела две тележки, полные товаров, она позеленела от зависти. Там был большой мешок белого риса, большой мешок пшеничной муки, а также кусок жирной свинины, который весил по меньшей мере пять кэтти. Кроме того, там было несколько прекрасных предметов повседневной жизни, которые она никогда прежде не видела. Она подозревала, что содержимое этих двух повозок должно было стоить по меньшей мере десять таэлей. Конечно же, члены семей чиновников никогда не скупились на свои траты.

Однако гадалка сказала, что ее семья собирается произвести на свет чиновника. Как только ее сын сдаст экзамены, она также будет считаться матерью чиновника. Когда это произойдет, она легко сможет ходить с карманами, полными денег…

Поскольку повозки были набиты товарами, их скорость, естественно, замедлилась. К тому времени, когда они добрались до деревни Дуншань, луна только только выглянула из-за линии деревьев. Когда они проезжали мимо дома, где жила госпожа Чжан, она отказалась слезать с повозки, потому что у нее все еще не было денег, которые она хотела.

- Бабушка, двести таэлей - это большие деньги, так что вы должны дать нам немного времени, чтобы все это собрать!! Сегодня уже поздно, и если вам нужно еще что-то сказать, не может ли это подождать до завтра? Тогда мы сможем это сделать!

Мадам Чжан отсутствовала с самого рассвета, и ей потребовалось несколько часов, чтобы дойти до города. Она также проводила много времени, ожидая у киоска с дынями, и не могла позволить себе потратить немного денег на обед. После того, как она устроила гигантскую истерику, в ее теле осталось не так много энергии. Она немного подумала и решила, что если Юй Хай захочет нарушить свое обещание, она заставит его заплатить! Поняв, что сегодня она ничего не получит, мадам Чжан наконец слезла с повозки и вернулась домой.

Леди Фанг смотрела на старую леди, и в ней медленно росло чувство обиды. Она легонько вздохнула: - Сяоцао, нет ничего плохого в том, чтобы потратить немного денег, чтобы решить проблему. Однако это только подтолкнет некоторых людей стать еще более бесстыдными. В будущем они будут продолжать делать то же самое, чтобы получить от тебя деньги, и это не будет хорошо!

Юй Сяоцао видела, как золотой свет вырвался из разноцветного камня на ее запястье, когда госпожа Чжан наконец сошла с повозки. Он выстрелил в голову мадам Чжан. Когда она услышала взволнованные комментарии своей крестной, она хитро улыбнулась и ответила: - Крестная, не волнуйся! Деньги, которые она хочет... она не сможет получить ни одного медяка! Просто подожди и увидишь, что произойдет дальше.

В ту ночь из восточной комнаты старой резиденции тайком выскользнула скрытая фигура. Маленький золотистый котенок презрительно посмотрел на человека и гордо поднял голову, следуя за ним сзади.

[Мы собираемся увидеть хорошую пьесу, а не притворяться ворами, хорошо? Нужно ли действовать так таинственно?] Маленький божественный камень презрительно фыркнул.

- Ш-ш-ш... - чтобы покинуть восточную комнату, нужно было пройти мимо главной комнаты. Юй Сяоцао была напугана голосом маленького божественного камня и подсознательно посмотрела в сторону кровати кан. К счастью, дыхание ее родителей оставалось ровным и стабильным, показывая, что они все еще глубоко спят. Если она разбудит родителей, это разрушит ее планы на остаток ночи.

Сяоцао осторожно открыла дверь. Старая деревянная дверь издала звук "скрииииииип", и Сяоцао вздрогнула, как кролик, только и ждущая, чтобы отскочить. Она прижала руки ко рту и уставилась на кровать кан, ожидая какой-либо реакции. Ее отец перевернулся на другой бок и продолжал громко храпеть.

После того, как эта ложная тревога закончилась, она тихо выскользнула за дверь и быстро побежала через двор. Она побежала к главным воротам. Юй Хан, проснувшийся, чтобы пойти в туалет, увидел темную фигуру, похожую на одну из его младших сестер. Чувство недоумения поселилось в его сердце. Почему его младшая сестра не спит посреди ночи, а вместо этого бегает на улице?

Юй Хан быстро догнал Сяоцао и легонько похлопал ее по плечу. Сяоцао тихо вскрикнула и прикрыла рот рукой. Когда она увидела своего старшего брата позади себя, она посмотрела на него с раздражением-слишком сильный удар может привести к смерти, ясно?

Юй Хан мгновенно узнал свою младшую сестру по выражению ее глаз. Он спросил ее с некоторым подозрением: - Почему ты не спишь? Куда ты собираешься идти?

Сяоцао приложила палец к губам, чтобы напомнить ему, чтобы он понизил голос. Затем она снова повернулась лицом к главной комнате дома и секунду смотрела, прежде чем спокойно ответила: - Не спрашивай меня, вместо этого пойдем со мной!

Они вдвоем поспешили под лунным светом и добрались до внешней стены главного дома. К счастью, вместе со старшим братом Сяоцао смогла наступить Юй Ханю на плечи и взобраться на стену. Когда она спрыгнула вниз, маленький божественный камень использовал свою духовную силу, чтобы немного поддержать ее, и ей удалось избежать столкновения лицом с землей.

С тех пор, как он оправился от своих ран, Юй Хан чувствовал, что его руки стали более ловкими, и в его теле стало больше силы - маленький божественный камень закатил глаза: - Вода для купания этого божественного камня естественным образом укрепляет и исцеляет тело!

Он легко перемахнул через стену. Следуя примеру младшей сестры, он пополз, пока не оказался под окном главной комнаты. Погода медленно становилась теплее, и окно в главную комнату не было закрыто. Луна давала немного туманного света, и он мог видеть двух человек в комнате, лежащих на кровати кана, и слышать громовой храп своего деда.

Юй Сяоцао тоже была там, навострив уши, чтобы прислушаться к звукам, доносящимся из главной комнаты. Юй Хан нашел выходки своей младшей сестры довольно забавными и понизил голос: - Сестренка, ты специально пришла сюда, чтобы послушать, как храпит дедушка?

- Ш-ш-ш, ничего не говори.… - Сяоцао как раз закончила фразу, когда во внутренней комнате поднялась суматоха.

- Уйди! Держись от меня подальше! - из комнаты донесся жалобный визг. Шумный храп Старого Юя внезапно прекратился, и вслед за этим послышались звуки надевания им одежды.

- Жена, жена? - Старый Юй похлопал жену по руке, но не ожидал, что она яростно стряхнет его руку! Сначала мадам Чжан закрыла глаза, но теперь они были широко открыты, наполненные шоком. По выражению ее лица можно было подумать, что она только что увидела привидение. Она в ужасе уставилась на балки крыши, как будто увидела там что-то. Она закричала: - Не подходи!! Держись от меня подальше!!

Старый Юй проследил за взглядом жены и посмотрел на балки. Он обнаружил, что там ничего нет, и подумал, что его жена испугалась кошмара. Поскольку он боялся напугать ее еще больше, он мог только тихо сказать: - Жена, жена…

Мадам Чжан вела себя так, словно застряла в своем собственном сознании. Она не только проснулась, но и стала еще более взволнованной и начала хлопать перед собой по воздуху: - Я тебя не боюсь!! Ты мертв уже больше десяти лет!! Иди сюда, я тебя не боюсь!!

Старый Юй снова посмотрел на балки крыши, и волосы на его теле встали дыбом. Похоже, его старая жена столкнулась с чем-то нечистым.

- Жена, кого ты сейчас видишь? - дрожь пробежала по спине Старого Юя, когда он тихо спросил.

- Старшая кузина!! У тебя была болезнь, которую нельзя было вылечить, так что дальнейшая жизнь ничего бы не изменила. Твой муж был так беден, пытаясь вылечить твою болезнь, что в вашем доме не было даже лишнего зернышка риса. Если бы ты не умерла, твой муж, который такой хороший человек, умер бы от голода вместе с тобой!! - испуганное выражение на лице госпожи Чжан внезапно сменилось жестоким. Она зарычала, уставившись на балки в комнате, как будто только что увидела своего заклятого врага.

В сознании госпожи Чжан мертвенно-бледная женщина, из всех отверстий которой текла кровь, смотрела на нее взглядом, полным ненависти. Призрачное видение постоянно жаловалось: “Я приютила тебя по доброте своего сердца, почему ты причинила мне вред? Зачем тебе понадобилось причинять мне боль?”

- Ты должна была умереть!! Если бы ты не умерла, твой муж никогда бы не посмотрел на меня дважды!! Если ты умрешь, то все, что у тебя было, станет моим!! - Мадам Чжан, казалось, потеряла рассудок под постоянными расспросами призрака и внезапно выкрикнула секрет, который она скрывала в течение десятилетий.

Старый Юй был ошеломлен злобным выражением лица госпожи Чжан и уставился на нее, как будто не знал, кто она такая. В то время мадам Чжан, которая была выдана замуж в деревню далеко к западу от них, подверглась насилию со стороны семьи своего мужа. После того, как она, наконец, насытилась, она украла у семьи дюжину медных монет и ушла с сыном, выпрашивая еду, чтобы добраться до деревни Дуншань. Она искала убежища у его первой жены - старшей кузины госпожи Чжан.

Глава 193 - Правда выходит наружу

Он очень ясно помнил, что в то время его добрая первая жена, мадам Лю, была слаба телом, и они были очень бедны. Несмотря на это, она все еще с радостью приняла свою младшую кузину и сына своей двоюродной сестры. Вначале госпожа Чжан бросалась выполнять всю работу по дому и обращалась с его сыном и дочерью лучше, чем со своим собственным сыном. Кроме того, она также делала все возможное, чтобы заботиться о своей старшей кузине, которая была прикована к постели. Он ничего не сказал по этому поводу и только проводил долгие дни вне дома, ловя рыбу и собирая морепродукты, чтобы увеличить их доход.

Под нежным присмотром госпожи Чжан состояние госпожи Лю начало улучшаться, и даже врач сказал, что после того, как она закончит принимать последние два рецепта, она почти полностью выздоровеет. Однако никто не ожидал, что после того, как она закончит принимать эти два лекарства, болезнь мадам Лю снова повторится.

Все, что имело ценность дома, было распродано, и они уже заняли деньги у тех, кто мог себе это позволить. Мадам Лю продолжала принимать лекарства, но больше никогда не выздоравливала. Ее тело, которое изначально было слабым, смогло продержаться еще около месяца, прежде чем смерть пришла за ней.

Вскоре после смерти мадам Лю он почувствовал, что отсутствие в его доме женской фигуры было невосполнимо. В течение этого времени госпожа Чжан была чрезвычайно трудолюбива и хорошо обращалась с двумя его детьми. Таким образом, он взял ее в качестве своей второй жены. Поначалу ей удавалось быть справедливой ко всем в семье. Однако после рождения его третьего сына сердце госпожи Чжан начало меняться. Перемена была особенно заметна, когда их третий сын ушел в школу. Госпожа Чжан стала чрезвычайно скупой и откладывала каждую медную монету, чтобы оплатить обучение их третьего сына.

- Да! Вот именно! - Мадам Чжан безумно захихикала, пристально глядя на балку крыши. Она вела себя так, словно разговаривала с кем-то: - Моя дорогая милая старшая кузина! Я была той, кто заменила твои лекарства и позволила тебе, которая только только начала выздоравливать, умереть в конце концов!! Я делала это ради блага ваших двоих детей!! Если бы ты не умерла, вам всем пришлось бы продать все, чтобы получить деньги на лекарства!!

Старый Юй в шоке посмотрел на госпожу Чжан, на лице которой застыло злобное выражение. Очевидно, болезнь госпожи Лю не вернулась сама, и она была фактически убита госпожой Чжан... Он никогда бы не подумал, что женщина, с которой он спал в одной постели более двадцати лет, на самом деле была ядовитой гадюкой.

Снаружи Юй Хан и Сяоцао обменялись ошеломленными взглядами. Сяоцао зажала рот руками и недоверчиво проговорила: - Наша биологическая бабушка была убита этой старой мегерой!! Она убила нашу настоящую бабушку и смеет так жестоко обращаться с нашей ветвью. Разве она не боится, что наша биологическая бабушка вернется и найдет ее?

Юй Хан стиснул зубы и тихо ответил: - Эта старая мегера сделала слишком много плохих вещей, так что небеса накажут ее! Сейчас она ведет себя так странно. Как ты думаешь, наша настоящая бабушка вернулась, чтобы расплатиться с ней по счетам?

- А-а-а... Не убивай меня! Я знаю, что была неправа!! Я не должна была менять твои лекарства и не должна была выдавать твою дочь замуж за вдовца, который жил так далеко. Я не должна была ограничивать питание твоего сына и внуков и исключать их из семьи в самое трудное время!! Я признаюсь во всем, не отнимай у меня душу, не отнимай мою жизнь-мой сын в будущем сдаст императорские экзамены и станет высокопоставленным чиновником. Мне нужно стать матерью чиновника!! Пощади меня!! - страхи в сердце мадам Чжан, наконец, поднялись наружу, и она больше не пыталась вести себя так беззаботно. Она горько рыдала, стоя на коленях на кровати кана и яростно кланяясь в направлении балок крыши. Послышался ритмичный стук.

Мадам Чжан видела перед собой призрачную мадам Лю. У другой женщины были длинные, спутанные волосы, которые ниспадали каскадом, и она была полностью одета в белое. Глаза призрака налились кровью, когда они пристально смотрели на нее. Мадам Чжан увидела, как призрак протянул руку с длинными ногтями к ее шее. Она тут же почувствовала, как у нее перехватило дыхание, и упала в обморок, закатив глаза.

Старуха обхватила себя руками за шею и крепко сжала. Ее лицо посинело от недостатка воздуха, а язык вывалился изо рта. Хотя Старый Юй был невероятно потрясен внутри, он не мог смотреть, как госпожа Чжан задыхается до смерти. Он поспешно подошел и с силой оторвал ее руки от шеи.

Мадам Чжан чувствовала себя рыбой, выброшенной из воды. Она действительно думала, что вот-вот умрет. В ней закружились сожаления и страх. В то время, когда она бежала из дома своего предыдущего мужа вместе с сыном, даже ее собственные родители и старший брат отказались приютить ее. Только ее дальняя родственница, старшая кузина, была готова взять ее к себе во время ее величайшей нужды, спасая ее от медленной смерти от голода и болезней. Однако она укусила руку, которая кормила ее, и подменила лекарство своей старшей кузины, в результате чего другая женщина скончалась. Однако это была судьба. Иначе почему она влюбилась в мужа своей кузины? Если бы ее кузина не умерла, как она могла выйти замуж за такого доброго человека, как муж ее кузины, и стать фактическим матриархом семьи? Таким образом, госпожа Чжан ранее испытывала только чувство вины в своем сердце, но не сожалела об этом.

Когда она душила себя, мадам Чжан вложила в это все свои силы. Старому Юю пришлось использовать всю силу своего тела, чтобы с большим трудом медленно оторвать ее руки от шеи.

Старуха тяжело вздохнула и повернула голову, чтобы слабо разглядеть Старого Ю. Как будто она пыталась ухватиться за свое последнее спасение. Она вцепилась в его руку и истерически заскулила: - Кузина, ты не можешь винить меня!! Просто вини своего мужа за то, что он такой хороший человек, он образец прекрасного человека в моем сердце - добрый характер, любит свою семью и много работает... верно! Я виню твоего мужа за то, что он был слишком хорошим, соблазнив меня на плохие мысли. Он - нарушитель спокойствия. Тебе нужен именно он, не ходи за мной, держись от меня подальше!!

Пока она разглагольствовала, ее глаза безумно блуждали по сторонам. Когда она увидела одеяло на кровати кана, она бросилась к нему и натянула его на свое тело. Она спряталась под ним, дрожа от страха.

Старый Юй недоверчиво посмотрел на госпожу Чжан. Говорили, что супружеская пара - это всего лишь пара отдельных птиц, и как только наступит катастрофа, они разлетятся в разные стороны. И действительно, мадам Чжан наконец-то раскрыла свою истинную эгоистичную сторону. Когда дело доходило до спасения собственной шкуры или шкуры мужа, она быстро выбирала свою собственную и легко начинала заставлять своего партнера, который был с ней более двадцати лет, взять вину на себя.

За пределами комнаты двое, брат и сестра, которые подслушивали, внезапно почувствовали, что кто-то тяжело дышит позади них. Они прижались к стене и в тревоге оглянулись. К их удивлению, они увидели своего отца, который изо всех сил старался сдержать свою печаль, крепко сжав руку в кулак. Когда приехал их отец? Слышал ли он также признание старой мегеры?

Сегодня вечером Юй Хай узнал правду о смерти своей матери. На самом деле он больше двадцати лет называл убийцу своей матери "матерью". Этот факт заставил его сердце сжаться от боли, и это была не та боль, которую любой человек смог бы вынести!

У крошечного золотистого котенка, который последовал за братом и сестрой, шерсть встала дыбом в негодующем гневе. Он взмахнул когтями, и крошечный блестящий золотой свет пронзил стену и вошел в голову мадам Чжан.

- А-а-а... - мадам Чжан выскользнула из-под одеяла, и на ее лице появилось еще более испуганное выражение. Она вцепилась в свою одежду и закричала: - Не забирай меня! Я признаю свою вину, я признаюсь во всем!! Просто дай мне еще один шанс, хорошо? Мой младший сын еще не сдал экзамены в префектуру, а моя дочь вот-вот выйдет замуж, они не могут жить без матери, ах!!

- Ты говоришь, что твои сын и дочь не могут жить без матери, но как насчет моих дочери и сына, которым было всего семь-восемь лет? Значит, они могут остаться без матери? Если бы я умерла, а ты хорошо позаботилась о моих детях, это было бы одно. Разве недостаточно того, что ты только усложнила жизнь моим детям? Ты такая жестокая женщина, что даже вынудила моего сына уйти из семьи с одной только одеждой на спине. Теперь у тебя хватает наглости требовать от него денег, и не малую сумму, аж двести таэлей! - в сознании госпожи Чжан ее давно умершая кузина обвиняла ее и критиковала каждым словом.

- Вся семья моего сына сделала для тебя все, что могла, но этого все равно было недостаточно? Как ты можешь быть такой скупой и жадной, неужели тебе действительно нужно высосать из него всю кровь до последней капли?? Твои дети - это дети, но значит ли это, что мои сын и дочь - не дети? Это не нормально, я требую, чтобы ты отправилась со мной в ад сегодня! Такой злой человек, как ты, убивающий людей и издевающийся над их детьми, заслуживает того, чтобы попасть на восемнадцатый уровень ада!!

Когда госпожа Чжан увидела двух божеств ада рядом с госпожой Лю, нанизывающих цепи на ее шею, она снова отчаянно сопротивлялась: - Старшая кузина, я была неправа! Я действительно ошиблась!! Я не должна была быть такой эгоисткой и убивать тебя!! Я не должна была оскорблять всю семью Дахая! Я изменюсь, клянусь, я изменюсь в будущем - дай мне последний шанс измениться. Я никогда больше не осмелюсь быть такой... Не забирай меня! Я не хочу идти в ад!

Реки пота стекали по всему телу госпожи Чжан, а ее белые волосы безумно торчали на голове, как пучок соломы. Она была похожа на больного малярией, который мучился от пота и озноба и был похож на рыбу, которая вот-вот умрет. Хотя Старый Юй испытывал глубокий гнев при мысли о том, что именно она убила его первую жену и надругалась над детьми его первой жены, она все еще оставалась женой, с которой он прожил более двадцати лет.

Его младшая дочь уже отложила свой брак на три года, ожидая окончания траура жениха. Если с мадам Чжан сейчас что-то случится, он не был уверен, что Юй Цайди сможет сохранить свою помолвку. Когда пройдет еще три года и семья ее жениха расторгнет свое соглашение, будущее его дочери будет полностью разрушено.

Старый Юй глубоко вздохнул. Прошло более двадцати лет, и он уже не помнил, как выглядела мадам Лю. Тем, кто еще был жив, нужно было двигаться дальше!

- Цуйюнь`а! Я знаю, что ты умерла, полная обиды, но если месть порождает месть, будет ли когда-нибудь конец всему этому? Я знаю, что ты добросердечный человек. Ты помогала даже покалеченным щенкам, которых встречала на пути. Эта семья временно не может быть без госпожи Чжан, пожалуйста, будь милосердна и отпусти ее на этот раз!! Не волнуйся, я буду присматривать за ней и никогда больше не позволю ей причинить вред семье Дахая!! Пожалуйста, сделай это ради наших прежних отношений, отпусти ее! - Старый Юй, казалось, постарел за этот короткий промежуток времени. Его голос казался бессильным и окрашенным глубокими эмоциями.

Госпожа Чжан также громко и нервно пообещала: - Старшая кузина, отпусти меня на этот раз. В будущем я проживу остаток своих дней, искупая свои преступления - я даю клятву небесам, что никогда больше не причиню Дахаю неприятностей. Я буду хорошо относиться к Дахаю и его семье…

- Хватит!!! - Юй Хай не выдержал и пинком распахнул дверь. Он ворвался и оскалился в сторону госпожи Чжан, которая лежала на кровати Кан, бесконечно кланяясь: - Я не думаю, что смогу вынести вашу добрую волю! Я не такой, как моя мать, которая воспитывала неблагодарного тигра, а потом была убита этой неблагодарной негодяйкой!!

Мадам Чжан дрожала с головы до ног и сидела на корточках в углу кровати кан. Когда она увидела, как вошел Юй Хай, зрачки в ее глазах сузились: "Как получилось, что Юй Хай здесь? Как много он услышал?"

Старый Юй кашлянул и слабо сказал: - Дахай, она твоя старейшина…

- Почему она считается моей старейшиной? У меня нет никаких старейшин, которые убили мою мать!! Я действительно ненавижу, ненавижу себя за то, что более двадцати лет признавал убийцу моей матери своей матерью; ненавижу себя за то, что позволил надругаться над моей женой и детьми, ничего не делая, ненавижу себя за то, что по незнанию отдал все деньги, которые я заработал, убийце моей матери, чтобы обеспечить ее детей~~ - Ю Хай задрожал, когда он выл от горя!

Мадам Чжан была напугана, разочарована и огорчена выражением чистой ненависти в глазах Юй Хая. В будущем она никогда не сможет использовать свою позицию его мачехи, чтобы заставить Юй Хая что-нибудь сделать для нее. В его глазах она теперь враг, которая убила его мать. То, что Юй Хай не убил ее за подобное преступление уже можно было считать за чудо.

Глава 194 - Контракт

- Дахай, я вырастила тебя и твою старшую сестру до зрелости. Для этого требовалась тяжелая работа. Пожалуйста, вспомни наши старые отношения и помоги мне умолять о снисхождении к твоей матери. Не позволяй ей забрать мою душу… - Госпожа Чжан увидела в Юй Хае свой последний шанс выжить и начала жалобно умолять его.

Старые отношения? Возможно, раньше в ней говорило чувство вины. До рождения Юй Бо мадам Чжан очень хорошо относилась к нему и его старшей сестре. Все, что они ели и носили, было примерно таким же, как у Юй Дашаня. Однако, как только Юй Бо начал ходить в школу, госпожа Чжан заставила Юй Хая, которому в то время было всего тринадцать лет, бросить вызов опасностям охоты в горах. Он не только должен был отдавать ей все деньги, но и делать все это на полупустой желудок.

В то время Юй Хай считал, что семья находится в плохом финансовом положении, поэтому каждый день он отправлялся в горы, чтобы поймать зайцев и фазанов, пока сам был голоден. Несмотря на это, он не мог съесть ни кусочка мяса, которое ловил и продавал, чтобы увеличить доход семьи. Позже он узнал, что причина, по которой вся его семья жила скромно, заключалась в том, чтобы сэкономить деньги на школьное обучение Сяобо. Поскольку он был чистосердечным и заботился о своих братьях и сестрах, он работал еще усерднее, чтобы научиться охотничьим приемам у старшего Брата Чжао. Таким образом, ему удавалось ловить больше дичи, и разнообразие также увеличилось.

После того, как он женился, его жена и дети не получали льготного режима дома, несмотря на то, что он получал наибольший доход. Вместо этого семья использовала его беспрекословное сыновнее благочестие и доброту его жены, чтобы сделать из них перегруженными работой слугами дома. Они больше всего работали в семье, но ели самую плохую еду. Шли дни, тело его жены становилось все хуже и хуже, а все его дети истощались. Вся семья была больна и слаба. Однако мадам Чжан даже не захотела платить за их врача и лекарства, и его младшая дочь чуть не умерла...

- Старые отношения? Вы говорите со мной о семейных отношениях? Разве не я заработал почти все деньги, которые покрывали обучение младшего брата в школе, а также его расходы на проживание в городе? Разве это не признак моего семейного отношения? До того, как мы отделились от вас, моя жена работала как собака, несмотря на то, что была больна. Разве это не было также признаком нашего семейного отношения к вам? Когда я был серьезно ранен и близок к смерти, старший Брат Чжао пришел с тремя сотнями таэлей, которые все были забраны вами. Вся моя семья не произнесла ни единого слова. Разве это не было также признаком нашего семейного отношения? Да, вы воспитывали мою старшую сестру и меня в течение пяти - шести лет. Однако я использовал пятнадцать лет каторжного труда и вернул все это этой семье. Если этого было недостаточно, то трехсот таэлей, которые должны были быть использованы для спасения моей жизни, должно быть более чем достаточно, чтобы вернуть за наши так называемые "старые отношения", верно?

Каждое слово, которое выходило изо рта Юй Хая, казалось, капало кровью: - В таком случае, я вам ничего не должен! Напротив, это вы у меня в долгу! Вы обязаны мне жизнью моей матери!! Когда вы сможете отплатить мне за это?

Госпожа Чжан привыкла к тому, что дома все по ее велению, и не ожидала, что Юй Хай, который всегда был самым послушным, вдруг так резко возразит ей. Страхи внутри нее внезапно испарились, и она свирепо посмотрела на Юй Хая и пронзительно закричала: - Все деньги, которые ты заработал, были потрачены не на меня! Я потратила все эти годы на то, чтобы наскрести денег и быть бережливой. Разве все это не ради семьи Юй? Сяобо - твой кровный брат, и в нем течет кровь твоей семьи Юй. Старший брат - это как второй отец, разве это не правильно и справедливо, что ты платишь за его учебу?

Когда он увидел, что госпожа Чжан ни капельки не раскаивается в своих действиях и пытается перевернуть все вспять, Юй Хай заметил голосом, полным разочарования: - Вы ошибаетесь. Я не самый старший брат в семье. Старший брат семьи - Чэнь Дашань, который уже сменил фамилию на Юй. Он также выполз из того же живота, что и Юй Бо. Тем не менее, вы, как их мать, все еще живы и здоровы! После всех этих расчетов я не думаю, что я, как второй брат, должен быть тем, кто должен их воспитывать и кормить!

Госпожа Чжан продолжала настаивать на своей позиции и ругалась на него: - Я смогла обеспечить твою старшую сестру и тебя, так почему же ты не можешь обеспечить своего младшего брата!! Теперь у тебя есть деньги, но ты так неохотно отдаешь пятьсот таэлей для своего младшего брата. Я была действительно слепа, потому что вырастила человека хуже свиньи во взрослого человека. Я должна была просто отправить тебя и твою глупую мать в ад еще тогда…

- Заткнись!! - Старый Юй с силой ударил госпожу Чжан по лицу и яростно закричал: - Почему ты все время говоришь, что это ты вырастила Дахая и его старшую сестру? Ты умеешь ловить рыбу или заниматься фермерством? Разве не я зарабатывал деньги, чтобы прокормить и одевать Дахая и его старшую сестру? Разве я когда-нибудь говорил хоть слово в отношении тебя и твоего ни на что не годного сына за то, что он ел мою еду? С тех пор как родился наш младший сын, как ты обращалась с Дахаем и его сестрой? Ты думаешь, я слепой? Как у тебя хватает наглости хвастаться тем, что ты сделала?

Мадам Чжан держала свое лицо, которое только что было поражено ударом, и ошеломленно смотрела на Старого Юя. Она никогда бы не подумала, что ее муж, который никогда не был вспыльчивым, однажды поднимет на нее руку. Кроме того, он сделал это ради детей этой сучки!

Мадам Чжан взорвалась и завизжала: - А-а-а-а-а... - она бросилась на Старого Юя и своими длинными ногтями царапнула старика по лицу, крича: - Ты ударил меня? Я сделала все это для тебя, а? Все это было ради будущего твоей семьи Юй!! Юй Хай - твой сын, но это не значит, что Сяобо - не твой сын, а? Ты, старый ублюдок, если бы у тебя действительно был хоть какой-то талант, неужели ты думаешь, что мне пришлось бы экономить и скупить так много?

Несмотря на свой взрывной характер, мадам Чжан продемонстрировала свой истинный потенциал. Ей неожиданно удалось толкнуть Старого Юя, который всю свою жизнь занимался тяжелым трудом, под свое тело и яростно вцепилась в него когтями. Хотя Старый Юй защищал свое лицо, несколько длинных царапин, с которых капала кровь, сумели появиться на нем.

- Довольно!! - Юй Хай схватил мадам Чжан за руку и оттащил ее от Старого Юя.

Это была та самая соломинка, которая сломала спину верблюду. Мадам Чжан перекатилась на кровати кана и завыла: - Кто-нибудь, быстро! Семья Старого Юя хочет убить меня!! Вы двое ополчились на меня, старуху. Вы, ребята, хотите моей жизни!! Вы хотите, чтобы я умерла!! Они убивают меня!!

Юй Дашань, который уже давно слышал шум внутри, ворвался в комнату, несмотря на попытки госпожи Ли остановить его. Он с силой оттолкнул Юй Хая в сторону и встал перед госпожой Чжан, защищая ее. Он прорычал: - Дахай! Моя мать старше тебя, как ты мог так с ней обращаться?

Юй Кэйди стояла за дверью комнаты, по ее лицу текли слезы. Она плакала так сильно, что ее тело дрожало. Она посмотрела на свою мать глазами, которые, казалось, смотрели на незнакомку. Ее мать, которая всегда нежно любила и заботилась о ней, фактически убила биологическую мать ее второго старшего брата. Если Второй Брат сообщит об этом властям, то ее мать поплатится за это жизнью!! Эта добрая и слабая девушка не выдержала этого откровения. Ее ноги подкосились, когда она упала на землю в обморок.

Однако обстановка внутри была хаотичной, поэтому ее никто не заметил. Юй Хай посмотрел на госпожу Чжан, которая все еще пыталась бесстыдно выкрутиться из этой ситуации, с мертвым выражением в глазах. Он спокойно заявил: - Кто прав, кто виноват, мы узнаем, когда власти примут свое решение! Цена за убийство - ваша собственная жизнь, долги должны быть возвращены, таков закон небес!!

Госпожа Чжан резко прекратила свои вопли, с тревогой посмотрев на Юй Хая. Одна его фраза заставила ее испугаться больше, чем лицезрение призрака своей кузины, мадам Лю. Об этом случае нельзя было сообщать никому. Она не могла допустить, чтобы ее младший сын, у которого впереди было блестящее будущее, застрял с "матерью-убийцей". Ее младший сын собирался сдать экзамены и стать высокопоставленным чиновником!

- Нет!! Дахай, ты не можешь этого сделать!! Ты погубишь своего младшего брата. Сяобо - твой младший брат по крови. Как ты думаешь, ты сможешь спокойно спать, зная, как ты разрушаешь его репутацию, сообщая об этом деле? - слезы текли по лицу мадам Чжан, когда она бросилась к Юй Хаю, чтобы ухватиться за угол его куртки. Она отчаянно надеялась, что Юй Хай отпустит свое желание сообщить об этом случае.

Юй Сяоцао больше не могла этого выносить. Она вышла и громко провозгласила: - Вы ошибаетесь! Младший дядя не допустил бы, чтобы его репутация была испорчена моим отцом. Та, кто разрушает его репутацию - это вы, его злобная и жестокая мать!! Раз уж вы осмелились кого-то убить, то должны быть готов взять на себя ответственность за последствия. Не пытайтесь использовать мораль, чтобы сдерживать моего отца! Мой отец мстит за мою биологическую бабушку. Это ответственность каждого сына, поэтому он не ошибается в этом!!

Госпожа Чжан могла думать только о будущем своего младшего сына. Она жалобно всхлипнула: - Да, да! Это все моя вина!! Однако моя Сяобо не сделала ничего плохого, и моя Кэйди тоже не сделала ничего плохого!! Моя бедная дочь, если у нее будет репутация матери, которая кого-то убила, то Семья Му определенно разорвет свою помолвку. Ее будущее будет разрушено. Сяобо и Кэйди - твои кровные родственники, ах!! Почувствуй что-нибудь к ним и отпусти меня на этот раз - завтра я пришлю кого-нибудь, чтобы починить могилу твоей матери, и монаха, чтобы произвести за нее последние обряды. Я поставлю табличку твоей матери в доме и буду воскуривать для нее благовония, а также буду посещать ее могилу в первый и пятнадцатый день каждого месяца. Только избавь меня от этого позора!

Когда он увидел выражение лица госпожи Чжан и подумал о своих младших брате и сестре, Юй Хай почувствовал, что его решимость поколебалась. В это время Старый Юй подошел, прикрыв рукой порезы на лице, и сказал: - Дахай, госпожа Чжан действительно виновна в ужасном преступлении. Однако, даже если мы отправим ее на гильотину, мы все равно не сможем вернуть твою мать к жизни! Вместо этого нам нужно сосредоточиться на тех, кто жив. Ради твоих жалких младших брата и сестры, пожалуйста, не доводи это дело до властей, хорошо?

Когда Юй Сяоцао увидела, что ее отец колеблется, она решила, что ей нужно вмешаться, так как она не хотела, чтобы мадам Чжан так легко отделалась. Эта старая карга действительно была из тех, кто забывал о боли, как только рана заживала. Если они отпустят ее сейчас, то в будущем она, скорее всего, продолжит совершать бесстыдные поступки, о которых было просто невыносимо думать!

Она немного подумала, а затем сказала: - Если вы хотите, чтобы мой отец отказался сообщать об этом деле властям, это можно сделать. Однако мы должны убедиться, что она действительно сожалеет о своих действиях! Поскольку моя биологическая бабушка пришла, чтобы найти ее, это, должно быть, потому, что она не раскаялась и продолжала запугивать нашу семью. Поскольку она не могла видеть, как подобное происходит, она пришла, чтобы помочь нам, жертвам.

Сяоцао помолчала секунду, прежде чем продолжить: - Дедушка, вы знаете, что она делала сегодня в городе? Она угрожала моему отцу, чтобы он дал ей пятьсот таэлей. Она хотела использовать эти деньги в качестве взятки, чтобы позволить моему младшему дяде тайным путем поступить в Академию Жунсюань. Если бы это действительно могло произойти, это было бы одно, поскольку мы могли бы принять это за будущие перспективы младшего дяди. Мы бы даже заняли деньги, чтобы это произошло. Однако я спросила директора академии, и он сказал мне, что подобное невозможно. Академия уже сообщила об этом властям, и я уверена, что мы очень скоро узнаем окончание!! Дедушка, младший дядя - ваш сын, но мой отец тоже ваш сын, ах! И ладонь, и тыльная сторона руки сделаны из плоти, вы не можете убить одного сына, чтобы проложить будущее для другого, ах!! Дедушка, у моего отца уже больше нет матери, вы пытаетесь сделать так, чтобы у него даже не было отца, который тоже его любит? - Сяоцао посмотрела на деда со слезами на глазах. Она делала это ради своего отца и своей семьи, которые все много страдали в прошлом.

Старый Юй посмотрел на своего сына, который был намного выше его. В чертах лица второго сына он видел тень своей первой жены. Этот его сын всегда был разумным с детства и был самым послушным из всех его детей. Сяоцао была права. Он не мог продолжать пренебрегать этим сыном только потому, что тот был разумным и послушным. Это оскорбило бы чувства его сына!

- Дахай, не волнуйся! В будущем мадам Чжан не посмеет причинить вам больше неприятностей, клюнусь. У нее больше нет лица, чтобы нападать на вас. Я обязательно присмотрю за ней!! - Старый Юй, казалось, внезапно постарел на много лет сразу, и, казалось, он больше не мог выпрямить спину.

Глава 195 - Дух

Юй Сяоцао подошла и потянула дедушку за руку. Она твердо сказала: - Дедушка, дело не в том, что мы вам не верим! Мы ей не верим! Пустые обещания ничего не значат, так что давайте попросим ее составить письменное обещание!!

Глаза госпожи Чжан расширились, и она уже собиралась что-то сказать, когда Юй Хай остановил ее и вмешался: - Как насчет... Я все еще думаю, что лучше сообщить об этом властям, хорошо?

Старуха тут же сдулась, как воздушный шарик, - она оказалась побеждена!

Юй Хан побежал домой за бумагой и кистью, которые он обычно использовал для практики письма. Под диктовку Юй Сяоцао Юй Хан очень четко записал все злые поступки госпожи Чжан. Кроме того, в конце он добавил обещание госпожи Чжан - в будущем она искренне раскается, исправит свои поступки и больше не будет причинять неприятностей Юй Хаю и его семье. Наконец, они заставили мадам Чжан поставить отпечаток своей руки на бумаге.

Почему именно Юй Хан писал? Причина была проста. Хотя Сяоцао научилась читать и писать быстрее всех из них, учитывая, что в прошлой жизни она закончила среднюю школу, она обычно была слишком занята, чтобы практиковаться в письме. Таким образом, ее почерк был довольно ужасным и выглядел очень неряшливым. Ее иероглифы также имеют тенденцию отсутствия определенных штрихов (это потому, что она писала упрощенные символы, ясно?). С другой стороны, Юй Хан всегда писал по две целые страницы иероглифов каждую ночь, независимо от того, насколько он устал или как поздно было. У него был некоторый талант, и в сочетании с его неустанными усилиями написанные от руки слова выглядели вполне презентабельно.

После того, как Юй Сяоцао торжественно отложила письменное признание вины, она равнодушно обратилась к госпоже Чжан: - В будущем вся моя семья и вы должны просто вести себя так, как будто мы не знаем друг друга! Мы не будем вас беспокоить, поэтому просим вас не приходить и не нарушать нашу мирную жизнь. Это самое большее, что может вынести мой отец. Если вы захотите продолжать причинять неприятности, как в прошлом, тогда нам не останется ничего кроме как пойти к властям.

Юй Цайди, которая до этого упала в обморок у двери, уже очнулась. Когда она снова услышала о преступлении своей матери, она рыдала в объятиях госпожи Чжан. Госпожа Чжан крепко прижала к себе дочь и мельком взглянула на "призрачную" гуманоидную фигуру, парящую возле балок крыши. Она вздрогнула и ответила: - Я уже подписала свое признание вины. Дахай, разве ты не должен сказать своей матери, чтобы она сейчас же исчезла?

Юй Хай скорбно посмотрел в ту сторону, куда смотрела мадам Чжан, но ничего не увидел. Когда умерла его мать, ему было примерно столько же лет, сколько сейчас Маленькому Шито. С тех пор прошло более двадцати лет, так что его память о любящем лице матери уже начала исчезать, как будто ее лицо было закрыто плотной вуалью. Теперь он надеялся, что впадет в то же состояние, что мадам Чжан, и снова увидеть свою мать. Если бы он мог, то постарался бы запечатлеть этот образ глубоко в своей голове. Однако почему его мать не показалась ему? Винила ли она его за то, что он более двадцати лет признавал убийцу своей матерью? Слезы тоски медленно скатывались по его щекам…

Юй Сяоцао крепко держала большую, грубую руку отца своей теплой маленькой рукой, как будто пыталась утешить его. Когда она увидела, что ее отец молча смотрит на балку крыши, проливая слезы, Сяоцао тихо вздохнула, а затем обратилась к госпоже Чжан: - Как гласит пословица, "Тем, кто не делает постыдных вещей, не придется бояться духов, стучащих по ночам. Неспокойное сердце приведет к появлению внутренних демонов." Все это было сделано лично вами. Из-за того, что вы совершили преступления против моего отца и моей настоящей бабушки, ваше сердце было наполнено тьмой, и вы подозревали всех. До тех пор, пока вы будете выполнять свое обещание в будущем и больше не будете вредить нам, я уверена, что моя настоящая бабушка великодушно отпустит вас в последний раз. Могу я дать вам несколько советов? Боги видят все, что вы делаете, поэтому лучше избегать постыдных поступков! Отец, пойдемте домой!

После того, как она закончила говорить, все трое покинули двор, услышав за спиной скорбные крики госпожи Чжан. Юй Хан и Сяоцао шли рядом с Ю Хаем, который был посередине. Рука Сяоцао все это время уютно лежала в его большой ладони, показывая, что она заботится о нем. Это было точно так же, как в тот раз, когда она симулировала свою болезнь. Ее отец никогда даже не задумается о том, чтобы отказаться от нее.

Сяоцао могла сказать, что настроение ее отца было подавленным, и чувствовала еще большую ненависть к госпоже Чжан. Она намеренно передала маленькому божественному камню: "Мы не можем так легко отпустить эту старую ведьму. Если мы не будем мучить ее еще несколько дней, я не буду чувствовать себя хорошо в своем сердце!"

[Ладно, предоставь это мне!] Маленький божественный камень захихикал в предвкушении, злобно потирая лапы.

Следовательно, мадам Чжан пришлось нелегко. В течение следующих нескольких дней она боялась просто лечь спать, потому что каждый раз, когда она закрывала глаза, она видела, как глаза ее старшей кузины, с которых капала кровь, зловеще смотрели на нее. Призрак не двигался и не говорил, но продолжал постоянно смотреть на нее. Под таким пугающим взглядом она действительно не могла заснуть. Страдая бессонницей в течение нескольких дней подряд, обычно здоровая госпожа Чжан быстро стала бледной и желтоватой. В течение нескольких дней вся ее шевелюра поседела, а на лице появилось больше морщин. Ее мешки под глазами почти доходили до уголков рта. Похоже, за короткий промежуток времени она постарела более чем на десять лет, и было очевидно, что она психически нездорова - но это все потом.

- Цао Эр, как ты... как ты думаешь, твоя бабушка винит меня? В противном случае, почему она не может показаться и передо мной, а? - Юй Хай резко остановился и посмотрел в сторону темных гор под лунным светом. Звук его голоса, наконец, нарушил мертвую тишину между ними тремя.

Сяоцао поспешно ответила: - Как это может быть правдой? Я думаю, что более вероятно, что бабушка винит себя. В то время она была обманута этой старой ведьмой, мадам Чжан, и полностью доверяла ей. На смертном одре она попросила мадам Чжан позаботиться о Старшей тете и вас. Эта старая ведьма, госпожа Чжан, не выполнила своего обещания бабушке. Госпожа Чжан сама виновата в этом, не вините себя.

Юй Хай тяжело покачал головой и медленно ответил: - Как ее сын, я действительно бестолков, настоящее разочарование. Я почти забыл, как выглядит моя настоящая мать…

Как только он закончил причитать, на маленькой дороге перед ним медленно материализовалась белая фигура. Это была женщина с нежной улыбкой на лице, которая выглядела так, словно ей было всего тридцать. Ее черные как смоль волосы были собраны под бело-голубым декоративным головным убором. Она посмотрела на Юй Хая глазами, полными любви и благодарности. До их ушей донесся слабый вздох: - Мой дорогой Хайер, тебе было нелегко…

- Мама ... - Юй Хай сумел выдавить из себя шепот. Смутное воспоминание о матери в его сознании постепенно прояснялось. Так выглядела его мать до того, как заболела. В глубине его сердца, мама всегда была самой красивой, нежной и любящей женщиной в мире.…

Юй Хай был не единственным, кто видел ее; Юй Хан и Юй Сяоцао тоже могли. Глаза Сяоцао широко раскрылись, когда она мысленно похвалила маленький божественный камень: "Маленькая Клецка, ты слишком потрясающая!"

[Но... Это сделал не я. Какой еще дух играет здесь, я, этот Божественный Камень, скоро узнаю…] Маленький золотой котенок, который был рядом с ее ногами, поднял весь свой мех на спине, и его хвост тоже поднялся. Это выглядело так, как будто он готовился к битве в любое время.

Юй Сяоцао поспешно наклонилась, чтобы ухватить его за хвост, а затем взяла малыша на руки. Не имело значения, действительно ли слабый дух перед ними был вызван маленьким божественным камнем или нет. Это уже не имело значения, так как она могла сказать, что у призрака не было злобы к ним. На самом деле, судя по выражению лица отца, она знала, что происходит...

- Мама, мама, твой сын не может загладить свою вину перед вами. Уа-а-а... - Юй Хай, которому было почти тридцать, опустился на колени на маленькой горной дороге и заплакал, как потерявшийся ребенок. Призрачная фигура с любовью смотрела на Юй Хая, и ветер, казалось, передавал эхо ее голоса: - Нет, это была мама, которая не видела ясно и усложнила жизнь вам двоим, брату и сестре…

- Мама... Я бесполезен. Я не смог помешать своей сестре выйти замуж в далекую деревню… - всякий раз, когда он думал о своей старшей сестре, которая была выдана замуж за вдовца, жившего за сотни миль отсюда в нежном возрасте четырнадцати лет, Юй Хай всегда вспоминал свои чувства горя и беспомощности. Слезы снова наполнили его глаза.

Женщина, казалось, не могла сдержать своих чувств, повернулась лицом к Юй Хаю... и подплыла. Она легонько положила свою прозрачную руку ему на макушку и мягко успокоила: - Не вини себя. Хотя там холоднее, твой шурин очень хорошо относится к твоей старшей сестре. Сейчас у твоей старшей сестры достойная жизнь... У мамы остались только ты и твоя старшая сестра, вам двоим нужно прожить свою жизнь счастливо!

Юй Хай с любовью посмотрел в нежные глаза своей матери и мягко пообещал: - Мама, я так и сделаю! Сейчас моя жизнь очень хороша. Через несколько дней я планирую привести сюда Старшую сестру и всю ее семью. Когда она будет ближе, нам будет легче помогать друг другу в трудную минуту.

Женщина, казалось, на мгновение остановилась, опустив голову, чтобы немного подумать, прежде чем, наконец, кивнула в знак согласия: - У вашего шурина там больше никого не осталось со своей стороны семьи, так что хорошо, что они приедут сюда. Тем не менее, тебе все равно нужно убедиться, что и твоя сестра, и шурин согласны на это, в первую очередь... Хайер, делай то, что считаешь нужным. На тебя всегда можно было положиться, так что мама вздохнула с облегчением.

[Хозяйка, отпусти меня! Этот призрак трагически погиб, поэтому он не смог перевоплотиться и был оставлен здесь, на земле, как потерянная душа. По мере того, как проходит все больше времени, вполне возможно, что обиды могут накапливаться и приведут к тому, что она превратится в злого духа, который вредит людям. Я верну ее в цикл и позволю ей снова переродиться. Это правильный путь.] Когда золотой котенок увидел, что призрак не был духом, который причинял вред живым людям, он больше не был против призрака, как когда он впервые увидел его. Однако камень все еще хотел изгнать дух из живого мира раз и навсегда, чтобы обеспечить ей будущее.

Женщина, казалось, услышала разговор маленького божественного камня с Сяоцао и посмотрела в сторону Сяоцао. Хотя это был первый раз, когда Сяоцао столкнулась с призраком, нежные глаза и поведение женщины позволили ей легко забыть, что она была духом.

Женщина легко подплыла к Сяоцао. Она заметила, что маленькая девочка, казалось, ничуть не испугалась, и ее чистые и искренние глаза спокойно смотрели на нее. Дух мягко улыбнулся. Вслед за этим в сознании Сяоцао возник голос: "Дитя, мне все равно, кто ты и откуда. Я надеюсь, что у тебя по-прежнему доброе сердце и добрые намерения, и ты будешь жить вместо моей бедной покойной внучки!"

Сяоцао внезапно вздрогнула и ошеломленно уставилась на призрачную женщину с некоторой тревогой - она, она каким-то образом знала, что она не настоящая Сяоцао?!

Женщина слегка вздохнула: "Не волнуйся, дитя! Я не отходила далеко отсюда все эти годы и знаю все, что происходило в этой семье. Когда моя бедная внучка ударилась лбом о землю, я лично наблюдала, как ее душу направили в подземный мир духовные наставники. Я также ясно видела, как ты, душа из другого мира, возродилась в теле моей внучки. Твоя душа была чисто белого цвета, и от нее не исходило никакой злобы, поэтому я и не пыталась остановить тебя. Я рада, что в то время не попыталась вмешаться. Спасибо тебе за все, что ты сделала для этой семьи..."

[Правильно, нам повезло, что она не попыталась вмешаться. Иначе, Хозяйка, твоя душа была бы рассеяна. В то время я совсем не был силен, и у меня было достаточно духовной энергии только чтобы привести тебя в этот мир. Если бы она попыталась остановить нас, я не знаю, смог бы я победить!] Маленький божественный камень вдруг почувствовал, как по его телу пробежала дрожь.

Когда Юй Хай увидел, как призрак его матери остановился перед его дочерью, он заметил, что у его дочери был несколько испуганный взгляд. Он, как воплощение идеального отца, поспешно подошел и обнял маленькую и слабую на вид дочь за плечи, пытаясь утешить ее. Он успокоил ее: “Цао Эр, не бойся. Она твоя бабушка, твоя настоящая бабушка! Она не причинит тебе вреда!

Голос этой женщины продолжал звучать в ее голове: - Твой отец прав. Поскольку судьба привела тебя сюда и ты возродилась в теле моей внучки, то я считаюсь твоей бабушкой. В то время я не пыталась остановить тебя, так что, естественно, не буду пытаться что-либо с тобой сделать и сейчас.

Затем женщина использовала голос, который все трое могли слышать, чтобы сказать: - Сяоцао, ты хороший ребенок. Бабушка хочет поблагодарить тебя…

Юй Хай поспешно вмешался: - Мама, все верно! Если бы не Сяоцао, наша семья все еще была бы в большой беде. Сяоцао - это ребенок, который лично был обучен Богом Богатства, ах!

Женщина улыбнулась и кивнула головой. Звук ее голоса снова всплыл в сознании Сяоцао: "Этот божественный предмет, который у тебя есть, способен позволить мне переродиться. Я уже исполнила свои желания в этом земном царстве, так что мне пора уходить..."

Глава 196 - Приставы

В сознании Юй Сяоцао маленький божественный камень мог общаться с женщиной, [Спасение жизни человека более достойно, чем строительство семиэтажной пагоды. Не волнуйся, я помогу тебе. Ты хочешь уйти сегодня вечером или…]

- Цуй… Цуйюнь! - слова маленького божественного камня были прерваны старческим и дрожащим голосом. Три человека и один призрак все посмотрели на владельца голоса и увидели фигуру Старого Юя, появившуюся в лунном свете. После сегодняшнего вечера Старый Юй, казалось, внезапно стал намного старше.

Женщина в белом посмотрела на Старого Юя взглядом, в котором больше не было тепла. С непроницаемым взглядом она сказала: - Юй Лицю, наша супружеская привязанность была полностью уничтожена, когда ты промолчал о действиях госпожи Чжан. По правде говоря, я действительно разочарована в тебе! Люди часто говорят: "С мачехой у человека будет и отчим". Это оказалось правдой, ах!

Было неясно, было ли это вызвано ностальгией или чувством вины, но лицо Старого Юя было покрыто слезами. Он сказал дрожащим голосом: - Мне жаль, что я плохо заботился о наших детях. Я подвел тебя, ах!

В голосе женщины не было никаких эмоций, когда она сказала: - Нет необходимости говорить эти ненужные слова. Мне больше не хочется их слушать. Мне не нужны твои покаяние и искупление. Лучший способ искупить свои проступки - перестать причинять столько неприятностей семье Хай`эра в будущем.

После этого она с грустью посмотрела на Юй Хая и сказала тихим голосом: - Хай'эр, мне нужно идти! Реинкарнация - лучший конец для меня. Не грусти. Ты должен оставаться здоровым…

Она посмотрела на котенка в руках Сяоцао. Маленький божественный камень понял, что она имела в виду. Золотой свет вырвался из тела женщины, и ее фигура постепенно исчезла.…

- Мама... - закричал Юй Хай, что прозвучало еще более трагично и печально в тихом горном лесу. Однако он также знал, что реинкарнация была лучшим вариантом для его матери. Хотя он не хотел отпускать ее, было невозможно позволить ей остаться.

Старый Юй разрыдался, горько заплакал и пробормотал: - Она все еще винит меня, ах, все еще винит меня… Она не желает меня прощать! Цуйюнь, Цуйюнь… Я подвел тебя, ах!!

Один стоял на коленях на горной дороге, а другой стоял, согнув спину. Юй Хай и Старый Юй долго смотрели в сторону рассеянной фигуры. Подул прохладный горный ветерок, и Юй Сяоцао громко чихнула.

Этот чих освободил Юй Хая от чувства печали. Юй Хай потер уголки глаз и встал. Он снял свою верхнюю куртку и обернул ее вокруг тела своей дочери, а затем сказал слегка хриплым голосом: - Цао Эр, быстро надень это. Не простудись-отец, вам тоже пора возвращаться.

- Она все еще винит меня. Она все еще винит меня.… - словно одержимый, Старый Юй продолжал повторять эту фразу.

Юй Хай вздохнул и мягко сказал: - Отец, я не виню вас, и мама тоже не стала бы!! Госпожа Чжан кое в чем права: Младший Брат и Младшая Сестра также являются потомками семьи Юй. На внутренней и тыльной стороне ладони одна плоть. Они молоды, так что нет ничего плохого в том, что вы так неравнодушны к ним. Не думайте слишком много и быстро возвращайтесь домой!

Старый Юй поднял голову и посмотрел на своего сына, о котором он меньше всего беспокоился с детства, с глазами, затуманенными слезами. Если бы он уделял больше внимания своему сыну, стала бы госпожа Чжан задумываться о своих действиях? Страдал бы его сын меньше? Винила бы Цуйюнь его меньше? В жизни было не так много "что, если". Люди должны нести ответственность за свои поступки!

- Дахай! Вы уже разошлись с семьей, так что вам не нужно беспокоиться о делах в семье. В будущем… просто живите достойной жизнью!! - Старый Юй повернулся и пошел обратно по неровной горной дороге. Его шаги казались очень тяжелыми!

Юй Хай посмотрел на спину отца, которая больше не была высокой и прямой. Он открыл рот и, наконец, закричал: - Даже если я ушел из семьи, вы все равно мой отец! Я все равно буду оказывать вам свое сыновье уважение... - но за то, что ему не нужно будет давать, он не вынет ни одной медной монеты!

Отец и дочь вернулись в старую резиденцию, поддерживая друг друга. Глядя на три неровных глиняных здания, Юй Хай вдруг сказал: - После осеннего урожая давайте восстановим наш дом! Давайте снесем старое здание и купим землю рядом с нами, чтобы мы могли построить просторный пятикомнатный дом с черепичной крышей. Мы можем расширить как передние, так и задние дворы! Мы должны жить благополучной жизнью, чтобы твоя бабушка могла перевоплотиться без каких-либо забот…

Хотя Юй Сяоцао предпочла бы купить дом и землю в городе, ей пришлось кивнуть в его поддержку, услышав его слова: - Ммм! Если мы собираемся построить дом, то нам придется построить лучший дом в деревне. Мы также должны поставить стеклянные окна, как в доме Брата Хана. Они украсят дом, а также будут помогать сохранять тепло.

- Хорошо! Давайте возьмем стеклянные окна! - Юй Хай глубоко выдохнул, освобождаясь от тяжести в груди. Любой, кто узнает, что их мать была кем-то убита, почувствует себя неуютно в своих сердцах. К счастью, сегодня появилась его мать и сказала, что не винит его. Она также сказала ему, чтобы он жил хорошей жизнью… "Мама, можете не сомневаться. Я определенно буду жить процветающей жизнью!"

На следующий день Юй Сяоцао осталась дома и проводила свое редкое свободное время. Дела в арбузной лавке уже шли полным ходом, так что старшая тетя по материнской линии могла справиться с магазином сама. Таким образом, ей не нужно было помогать и она могла хорошо отдохнуть.

Было около полудня когда младший дядя Сяоцао, Юй Бо, вернулся в ошеломленном состоянии с несколькими судебными приставами за спиной.

Как только судебные приставы вошли в главные ворота семьи Юй, госпожа Чжан, которая не спала всю ночь, повела себя как мышь, увидевшая кошку, и сразу же спряталась на своей кровати кан, боясь выйти. Мадам Ли тоже робко сжалась в комок и тихо сказала: - Дахай серьезно ведет себя слишком неразумно. Разве он не сказал, что не собирается сообщать об этом? Мама, вам следует поскорее спрятаться. Жизнь за жизнь. Если вас поймают, вам отрубят голову!

После того, что случилось прошлой ночью, в Семье Юй не было никого, кто не знал бы, что сделала мадам Чжан. Мадам Ли в глубине души стыдилась своей свекрови, но у нее не было ни малейшего представления о первой жене своего тестя, а мадам Чжан была биологической матерью ее мужа, поэтому она, естественно, не сделала бы ничего из ряда вон выходящего.

Мадам Чжан всю ночь преследовал "призрак", так что она была на грани психического срыва. Когда она услышала слова мадам Ли, она ходила по комнате и не знала, где спрятаться…

- Мама! Нас обманули! Мы были обмануты, ах!! - как только Юй Бо вошел в дверь, он увидел госпожу Чжан с растрепанными волосами и бледным лицом. Сначала он был ошеломлен, а потом продолжал плакать.

Услышав плачущий голос своего младшего сына, госпожа Чжан на мгновение была ошеломлена, а затем встала с громким криком: - Сяобо, что ты сказал? Тот человек, который сказал, что поможет тебе поступить в Академию Жунсюань - мошенник? Тогда... триста таэлей, которые я тебе дала? Ты отдал их ему?

Без малейшего намека на ученую ауру, у Юй Бо было угрюмое лицо, когда он присел на корточки на земле и схватился за голову: - Этот человек пришел ко мне позавчера и попросил у меня немного денег, чтобы наладить какие-то социальные связи, поэтому я отдал ему все триста таэлей. Сегодня утром пришли судебные приставы и сказали, что он мошенник и что они его уже поймали. Завтра нам нужно будет встретиться с ним в суде.

- Значит... судебные приставы пришли не для того, чтобы арестовать меня? - Госпожа Чжан выглянула во двор и тихо спросила.

Юй Бо странно посмотрел на нее и спросил: - Арестовать вас? Для чего? Они просто проходят обычную процедуру и приходят, чтобы вызвать вас завтра на допрос в суд. Нас только что обманули. Не то чтобы мы делали что-то противозаконное.

- Ты ничего не сделал, но я... Ах!! - Мадам Чжан не могла выразить своих огорченных чувств. Вчера вечером, после того как Юй Хай улел, семья собралась на семейное собрание и решила унести ее позорное прошлое в могилу. В частности, они не могли сообщить об этом Юй Бо, чтобы не повлиять на его настроение для учебы.

Видя, что его мать все еще была ошеломлена, Юй Бо поспешно напомнил ей: - Мама, судебные приставы проделали такой долгий путь, поэтому сначала мы должны дать им что-нибудь выпить. Мы не можем позволить им работать на пустой желудок, поэтому мы должны позаботиться об их обеде! Вторая невестка и Сяоцао - хорошие повара, должны ли мы попросить их прийти и помочь нам приготовить стол с блюдами?

Сердце госпожи Чжан было еще более горьким, чем китайская золотая нить. Прошлой ночью она только что подписала контракт и пообещала, что больше никогда не потревожит вторую ветвь. Если бы она сегодня попросила их помочь готовить, разве она не дала бы себе пощечину? У Юй Хая в руках были доказательства ее преступления. С учетом того, как сильно этот мужчина любил свою жену, если бы он узнал, что она пошла приказывать его жене работать сразу после того, как поклялась оставить их в покое, он определенно сообщил бы о ее преступлении окружному судье.

Госпожа Чжан на мгновение заколебалась, а затем сказала: - Семья твоего второго брата так занята, что они хотят, чтобы каждый член их семьи мог работать как два человека. Итак, как мы можем беспокоить их прямо сейчас? Жена Чжан Цюаня тоже хорошо готовит, так что давай просто попросим ее о помощи!

Юй Бо почувствовал еще большее удивление в своем сердце: "Когда мама научилась быть такой внимательной к семье Второго Брата? Солнце сегодня встало с запада?" Но он также слышал в городе, что арбузная лавка Второго Брата была очень занята. Его мать была права, действительно ли имело значение, кого они попросят помочь в готовке?

Госпожа Чжан послала госпожу Ли пригласить жену Чжан Цюаня, а сама вышла во двор и вежливо поздоровалась с судебными приставами. После этого она пошла в курятник, поймала большую курицу и убила ее. Она очень дорожила несколькими цыплятами, которых они выращивали дома. Она не собиралась убивать кого-то из них даже на Новый год, так что сегодня она действительно выложится по полной!

Она достала несколько яиц, но, подумав, положила их обратно. Она замахала руками, чтобы позвать своего младшего сына: - Сяобо, как ты думаешь, мы сможем вернуть деньги, которые были потеряны?

У Юй Бо было встревоженное выражение лица, когда он сказал: - Логически говоря, я просто дал ему деньги позавчера, так что прошел всего лишь день. Таким образом, у этого парня наверняка не хватило времени, чтобы потратить их все. Но…

Он выглянул наружу и прошептал: - Люди часто говорят: "Вход в ямен имеет форму восьмерки. Даже если у кого-то есть причина, они не должны входить внутрь без денег." Я думаю, что даже если триста таэлей будут найдены, они, скорее всего, будут конфискованы…

Сердце мадам Чжан истекало кровью, ах! Триста таэлей - немалая сумма, ах! Это было больше половины семейных сбережений. Без денег, которые Юй Хай получил от поимки медведя, их семья не смогла бы получить триста таэлей в этой жизни. Она положила руку на сердце, когда ее ноги обмякли, и она села на землю.

- Мама! Мама, что случилось? Не пугайте меня, ах!! - Юй Бо наблюдал, как мадам Чжан схватилась за грудь и выглядела так, словно ей было трудно дышать, и он сразу же растерялся.

Госпожа Чжан несколько раз глубоко вдохнула, а затем села на землю и тихо заплакала. Она вспомнила слова, сказанные Сяоцао в тот день. Что это за место - Академия Жунсюань? Это было место, куда все эти высокопоставленные чиновники и богатые бизнесмены стремились отправить своих сыновей!! Не говоря уже о пятистах таэлях, даже если бы пять тысяч таэлей или пятьдесят тысяч таэлей были тем, что им нужно, чтобы попасть в школу, все равно были люди, которые были готовы заплатить больше за этот шанс. Такая возможность, как такой простолюдин, как он, мог получить этот шанс? Почему она была глупа и действительно поверила в льстивые слова этого мошенника?

- Мама, теперь вы чувствуете себя немного лучше? Это все моя вина! Если бы не я, наша семья не потеряла бы такую большую сумму денег. Вам также не нужно было бы так волноваться! - Юй Бо также глубоко сожалел об этом сейчас. Если бы не тот факт, что он так стремился поступить в эту школу, как он мог стать мишенью и оказаться обманутым?

Глава 197 - Пощечина

На самом деле Юй Бо дал мошеннику всего двести таэлей. Он планировал подождать, пока его мать не соберет достаточно денег, чтобы он мог отдать этому человеку оставшуюся сотню вместе с остальными деньгами сразу. Неожиданно этот мошенник был арестован всего за один день.

Он посчитал, что они не смогут вернуть деньги, которые он отдал, поэтому он не вернул сто таэлей своей матери и сохранил их как свои личные сбережения. Что касается денег, то его мать всегда была очень щедра по отношению к нему, но ему было удобнее иметь немного своих собственных денег в своих руках.

Мадам Чжан поправила растрепанные волосы на висках. Ее встревоженное выражение лица придавало ей несколько свирепый вид. Подумав об этом, она все еще не могла смириться с тем фактом, что они потеряли триста таэлей просто так. Она велела госпоже Ли помочь жене Чжан Цюаня, а сама вышла и направилась к старому вязу у входа в деревню.

С той стороны Старый Юй сидел на корточках под вязом и тихо слушал разговор деревенского старосты и его старшего брата. Юй Личунь заметил, что лицо его третьего брата выглядит не очень хорошо, поэтому он обеспокоенно озаботился о его здоровье. Однако ответа он не получил, что еще больше озадачило его.

Глава деревни и Юй Личунь перешли от темы урожая этого года к его младшему сыну, Юй Цзяну: - Я слышал, что Дацзян помогает с получением морепродуктов, и бизнес идет очень хорошо, ах! Он действительно просто помогает или ему платят?

Подумав о бонусе, который его младший сын приносил домой каждый день, Юй Личунь улыбнулся, как распустившийся цветок хризантемы: - Дахай - добрый и честный ребенок. Он не скупится на то, чтобы делиться своей прибылью, а также думает о своих братьях, когда у него есть возможности заработать деньги. Этот бизнес по приобретению морепродуктов с семьей Чжоу - это возможность, которую дал нам Дахай, поэтому это считается сотрудничеством между нашими семьями. Что касается дохода, то все в порядке…

Юй Личунь понимал принцип "человек должен воздерживаться от публичного разоблачения своего собственного богатства". Если он по глупости расскажет другим о доходах, которые Юй Цзян получил за последние несколько дней, это может привести к тому, что у них возникнут проблемы. И все же лучше было не высовываться. Однако он не мог контролировать выражение своего лица, которое не было похоже на лицо человека, который не зарабатывает хорошие деньги.

Глава деревни погладил бороду и шутливо отругал: - Этот старик, ты даже не можешь сказать мне правду, ах! Стал бы я красть ваши бизнес возможности?

Юй Личунь усмехнулся и сказал: - Он действительно зарабатывает не так уж и много. Всего лишь немного больше, чем зарплата, которую человек получает, работая в доках в течение дня. И она не может сравниться с доходом вашего младшего сына, который работает с чиновниками!

Младший сын главы деревни был секретарем окружного судьи соседнего округа. Он не получал высокой зарплаты, но считал себя "государственным служащим". Глава деревни всегда гордился своим младшим сыном!

Они оживленно болтали, когда из деревни вышла мадам Чжан. Она вежливо поприветствовала главу и своего старшего шурина кивком, а затем сказала Старому Юю, который намеренно проигнорировал ее: - Отец Сяобо, судебные приставы из ямена пришли к нам домой и сказали, что они расследуют дело о мошеннике, который обманул Сяобо. Не смотря ни на что, вы все еще глава семьи, так что приходите домой, чтобы помочь развлечь гостей!

Старый Юй что-то напевал, хмыкал и долго ничего не говорил. В конце концов он тяжело вздохнул, медленно встал, заложив руки за спину, и направился к своему дому.

Мадам Чжан быстро последовала за ним на своих уставших ногах, и они оба молчали всю дорогу. Когда они уже почти добрались до дома, госпожа Чжан наконец нарушила молчание: - Муж, я знаю, что ты винишь меня! Но это то, что уже произошло, и мы не можем вернуться в прошлое, чтобы все исправить. Нам все еще нужно продолжать жить своей жизнью. Сяобо - человек с многообещающим будущим. Просто в этом году ему не повезло. Разве гадалка не говорила, что в будущем в нашей семье будет высокопоставленный чиновник? Сяобо - твой сын, так что ты не можешь пренебрегать его делами, ах!

- Помочь? Как я должен помочь? Когда вы двое, эта парочка, мать и сын, обсуждали за моей спиной вопрос о том, чтобы купить себе место в академии, почему вы не подумали обсудить это со мной, отцом? Теперь, когда вы, ребята, столкнулись с проблемой, вы вдруг вспомнили, что у Сяобо есть отец? - Старый Юй заговорил приглушенным голосом. Если бы это произошло в прошлом, мадам Чжан уже начала бы с ним спорить.

Но после того, что произошло прошлой ночью, она больше не имела права быть такой смелой и уверенной в себе. Госпожа Чжан подумала об этом и сказала: - Давай пока отложим все в сторону. Сяобо сказал, что мошенник уже пойман, и им просто нужно, чтобы мы, жертвы, были допрошены в суде, прежде чем они смогут осудить его. Но триста таэлей… возможно, мы не сможем их вернуть. Это дорожные расходы Сяобо, когда он в будущем поедет сдавать императорские экзамены в столицу!

- Вещи, которые тебе не принадлежат, даже если ты их получишь, все равно не сможешь их сохранить! Триста таэлей должны были быть использованы для спасения жизни Дахая, разве ты не чувствуешь себя виноватой за то, что вообще взял деньги? Да, так тебе и надо, что ты не сможешь их вернуть! - Старый Юй вспомнил время, когда его второй сын лежал в постели и был на грани смерти, и как им срочно понадобились эти деньги после расставания с семьей. Однако они конфисковали деньги… Он чувствовал смешанное чувство стыда и раскаяния в своем сердце.

Мадам Чжан пришлось подавить свои эмоции, чтобы не начать спорить со Старым Юем. Она продолжала терпеливо повторять: - Муж! Если действительно нет никакого способа вернуть деньги, то я откажусь от этой идеи. Однако у нас есть шанс вернуть часть денег. Если мы не приложим некоторых усилий, у Сяобо не будет никаких дорожных расходов, когда он отправится на императорский экзамен в будущем. Как его родители, разве мы не будем сожалеть об этом всю жизнь?

Старый Юй нахмурился и сказал: - Разве мошенник не украл деньги? Мы все еще можем вернуть что-то?

- Разве мошенника не поймали? Местные власти определенно могут вернуть деньги или, по крайней мере, вернуть их часть. Но я не знаю, вернут ли они нам их обратно наверняка… - Госпожа Чжан думала о том, как заставить Старого Юя пойти в старую резиденцию и попросить их о помощи.

Нахмурив брови, Старый Юй озадаченно спросил: - Если местные власти не хотят отдавать их нам, что мы, простые люди, можем сделать?

Госпожа Чжан воспользовалась этой возможностью и сказала: - Мы ничего не можем сделать, но разве крестный отец Сяоцао…

Старый Юй сердито посмотрел на госпожу Чжан и фыркнул: - Ты только вчера вечером дала обещание. Ты уже не забыла об этом, верно?!! В то время мы все договорились идти каждый своей дорогой и не мешать друг другу. Не прошло и дня, а ты уже забыла о боли после того, как твои шрамы зажили?

Глаза госпожи Чжан метнулись по сторонам, а затем она выдавила несколько слез и начала всхлипывать: - Старик, я знаю, что в прошлом я переборщила. Я причинила вред Старшей кузине, а также семье Дахая. Но, несмотря ни на что, Дахай - твой родной сын и кровный брат Сяобо, ах. Неужели они действительно не будут общаться друг с другом всю оставшуюся жизнь? Если он поможет нам в этом сейчас, разве Сяобо не позаботится и о своем втором брате в будущем, когда он сделает себе имя?

К этому времени они уже подошли к своему дому. Юй Бо, который вяло вышел со двора, выглядел так, словно нашел свою опору, когда увидел Старого Юя. Он чуть не подавился воздухом, когда сказал: - Отец… Ваш сын - полное разочарование. Я заставил вас двоих беспокоиться обо мне!

Глядя на своего младшего сына, который, казалось, похудел на размер и выглядел изможденным, Старый Юй подумал о словах госпожи Чжан, и его сердце несколько смягчилось. Он тяжело вздохнул и сказал: - Ты должен запомнить этот урок, ах! Люди не должны думать о том, чтобы заниматься нечестными делами. Ты должен сосредоточиться на учебе в эти дни, а затем попробовать еще раз во время осеннего экзамена по зачислению в Академию Жунсюань. Если ты не пройдешь в первый раз, попробуй во второй, в третий раз… В конце концов ты поступишь.

Юй Бо уныло слушал наставления своего отца и несколько раз кивнул. Однако в его сердце не было никакой надежды. После этого инцидента Академия Жунсюань, вероятно, внесла его в черный список, так что у него никогда в жизни не будет шанса снова поступить в Академию Жунсюань. В конце концов, помимо таланта, Академия Жунсюань придавала большое значение моральному облику человека в качестве стандарта для приема студентов.

Когда Старый Юй увидел, что его младший сын выглядит подавленным, он похлопал его по плечу и сказал: - Хорошо, это уже в прошлом, так что перестань думать об этом. Я... я пойду в дом твоего второго брата и спрошу, можем ли мы вернуть деньги?

Глаза Юй Бо блеснули, и он вдруг вспомнил, что крестный отец его племянницы был императорским посланником, посланным из столицы, что было даже выше, чем должность окружного судьи. Если бы он замолвил за него словечко, люди ямена, конечно, не посмели бы забрать деньги его семьи для себя. Но разве это не разоблачит тот факт, что он хранил личные сбережения?

- Отец, это связано с моей репутацией, поэтому будет лучше, если об этом узнает меньше людей… - пробормотал Юй Бо.

С бегающими глазами мадам Чжан сказала: - Сынок, твой второй брат не посторонний. Более того, когда я поехала в город, чтобы занять у него денег, эта девочка Сяоцао уже догадалась, что это мошенничество. Если бы она не пошла в Академию Жунсюань, чтобы сделать подтверждение, мы могли бы быть обмануты еще больше. Крестный отец Сяоцао имеет тесные отношения с окружным судьей, так что мы сможем вернуть деньги.

Юй Бо в негодовании заломил руки и сказал: - Значит, это Сяоцао сообщила об этом в Академию Жунсюань, ах! Мне было интересно, почему академия сообщила об этом случае—Мама, вы разрушаете будущее своего сына, ах!!

Мадам Чжан посмотрела на него в замешательстве: - Я сделала это для твоего же блага. Каким образом я разрушила твое будущее?

- Просто подумайте об этом. Позволить знать администраторам Академии Жунсюань об этом деле, которое изначально не было чем-то почетным, смогу ли я, ваш сын, все еще учиться в Академии Жунсюань в будущем? - Юй Бо вздохнул и застонал.

Госпожа Чжан сердито топнула ногой и сказала: - Во всем виновата эта проклятая соплячка Сяоцао! Мне было интересно, почему она была так добра, и оказалось, что она пыталась испортить хорошую возможность моего сына. У этой злой девочки такое злое сердце. Почему небеса не забрали ее в то время…

- Довольно! Ты все еще обвиняешь других в своих собственных ошибках! Я думаю, что все книги, которые ты прочитал за эти годы, сгнили в желудке собаки!! Если ты собираешься продолжать в том же духе, то, я думаю, тебе следует прекратить учиться и просто вернуться, чтобы научиться ловить рыбу! - Старый Юй вскинул рукава и бросился в сторону старой резиденции.

Юй Бо посмотрел на удаляющуюся фигуру своего отца и почувствовал обиду в своем сердце: "Я ничего не сказал, ах! В конце концов, именно мама ничего не смогла сделать и вместо этого вызвала проблемы. Конечно, можно занять денег, но зачем ей понадобилось говорить о моих делах?"

Все тело госпожи Чжан дрожало от гнева. Она указала на постепенно исчезающую фигуру Старого Юя и крикнула: - Посмотри, только посмотри на него! Он вообще думает о тебе как о своем сыне?!! В глубине души он заботится только о двух детях, которых оставила его покойная жена!! Семья второго Сына просто занимается сельским хозяйством и небольшим бизнесом, какое хорошее будущее у них будет? Разве им не придется по-прежнему полагаться на тебя, чтобы жить беспечной жизнью в будущем?

- Мама, не сердитесь! Я, ваш сын, обязательно буду усердно учиться, чтобы в будущем эти люди пожалели, что смотрели на нас свысока! - Юй Бо был очень уверен в себе. В этом году ему просто не повезло. В следующем году он сдаст экзамен, чтобы стать чиновником округа, и пусть отец увидит его в новом свете!

Старый Юй некоторое время ходил взад и вперед перед старой резиденцией, прежде чем Юй Хан увидел его. После того, как его пригласили во двор, он увидел Сяоцао, работающей в саду. Он немного поколебался, а затем подошел, чтобы помочь ей.

- Сяоцао, твои овощи выросли очень хорошо. Бок-чой и шпинат в других семьях уже испортились и несъедобны, но зелень вашей семьи все еще такая свежая и нежная, - Старый Юй был слегка удивлен овощами во дворе, которые явно были не в сезон.

Сяоцао улыбнулась и сказала: - Возможно, это потому, что во дворе не так много ветра, поэтому они могут продержаться дольше. Дедушка, приезжайте к нам почаще, когда вы свободны. Маленький Шито очень скучает по вам!

Старый Юй хотел выдавить из себя легкую улыбку, но ему это не удалось. Он не знал, как попросить ее о помощи. Они только вчера вечером согласились жить раздельно, но сегодня он пришел, чтобы побеспокоить их. Разве он только что не дал себе пощечину?

Видя, что он, похоже, о многом думает и не решается заговорить, Сяоцао спросила: - Дедушка, вам… вам что-нибудь нужно?

Глава 198 - Дорога В Суд

Старый Юй стиснул зубы и быстро изложил намерение своего визита. Говоря это, он не осмеливался взглянуть в большие глаза Сяоцао, которые были такими ясными, что, казалось, могли заглянуть в твою душу.

Поскольку эти две семьи были связаны кровными узами, для них было невозможно полностью разорвать связь. Сяоцао очень ясно высказалась по этому поводу. Глядя на Старого Юй, который впервые пришел сюда за помощью, Сяоцао тяжело вздохнула в своем сердце. Совсем как в старой поговорке: "Обе стороны руки сделаны из одной плоти". Ради своего младшего сына ее дед был готов пренебречь собственным лицом.

Сяоцао посмотрела на своего дедушку, который погрузился в работу и не осмеливался смотреть ей в глаза. Она намеренно сказала расслабленным тоном: - Ранее ко мне пришел дядя из ямена и сказал, что мне нужно дать показания в суде сегодня днем. Я очень нервничаю, так как это мой первый раз. Я попрошу своего крестного отца или крестную мать сопровождать меня в это время.

Сегодня ее крестный должен был вернуться из города-префектуры. Ее крестная мать рано утром отвела Ся Фуронг, которая заболела, в медицинский центр в городе. Она слышала, что маленькая девочка вчера вечером съела слишком много тушеной свинины и всю ночь у нее болел живот. Ай! Она была девочкой из столицы, но стала такой прожорливой после того, как съела несколько вегетарианских блюд!

После того, как Старый Юй услышал ответ Сяоцао, его напряженное сердце почувствовало себя гораздо спокойнее, и он также начал полоть в более расслабленной манере. Огород во дворе семьи Сяоцао был не очень большим, поэтому они очень быстро закончили прополку. Спросив об этом, Старый Юй понял, что работы больше нет, поэтому он встал и попрощался.

- Дедушка, наша деревня Дуншань расположена в отдаленном районе. Дядюшкам из ямена нелегко приезжать сюда, так что вы должны хорошо им прислужить. Наша семья посадила огромное разнообразие продуктов. Несмотря на возражения Старого Юя, Сяоцао отправилась на задний двор и собрала огурцы, помидоры, стручковую фасоль, баклажаны и другие овощи. Она задумалась, и затем достала несколько утиных яиц с пятью специями и столетние яйца из западной комнаты. Она сложила их все в корзину и велела Старому Юю отнести их обратно.

Старый Юй посмотрел на грязные яйца в корзине и нерешительно спросил: - Как вы едите это?

С улыбкой Сяоцао взяла одно из столетних яиц и разбила внешнюю глиняную скорлупу. Она сказала с улыбкой: - Вот так, сначала очистите внешнюю оболочку и выньте столетнее яйцо. После этого нарежьте его на кусочки и смешайте с измельченным чесноком… Забудьте об этом, я просто пойду с вами. Дедушка, подождите минутку. Я схожу за вермишелью.

С таким скупым характером мадам Чжан, у них, вероятно, редко была возможность есть овощи, приготовленные с маслом, не говоря уже о мясе. Поскольку она уже помогала им, Юй Сяоцао решила, что она может быть хорошим человеком до конца! В конце концов, этот Юй Бо был биологическим младшим братом ее отца! Она не только взяла вермишель, но и отрезала кусок свиного брюшка, который висел в колодце на заднем дворе. Она также взяла с кухни немного масла, соли, соевого соуса и уксуса.

Старый Юй посмотрел на связки ингредиентов и приправ в руках своей внучки и почувствовал себя слишком пристыженным, чтобы поднять голову. Глядя на полосатую свинину, которая весила больше, чем кэтти, он сказал: - Тебе не нужно приносить мясо. Твоя бабушка… Гм! Госпожа Чжан уже зарезала курицу…

Сяоцао улыбнулась и сказала: - Я слышала, что там будут несколько судебных приставов, так что всегда уместно приготовить больше мясных блюд! Пойдемте, нам еще нужно съездить в город после обеда!

Когда они добрались до дома семьи Юй, Сяоцао приветствовала судебных приставов радостной улыбкой. У молодой девочки изначально было очень радостное лицо и милая улыбка, поэтому в сочетании с тем, что она мило называла их "дядями", она быстро произвела благоприятное впечатление на судебных приставов.

На кухне мадам Чжан, мадам Ли и жена Чжан Цюаня были очень заняты. Когда Сяоцао вошла на кухню с корзиной ингредиентов, она проигнорировала мадам Чжан и мадам Ли и приветствовала жену Чжан Цюаня с улыбкой: - Тетя, я давно слышала о ваших хороших кулинарных навыках. Я должна воспользоваться этим шансом, чтобы поучиться у вас сегодня, ах!

Жена Чжан Цюаня была наблюдательным человеком. Когда она увидела странное выражение на лице госпожи Чжан и Сяоцао, игнорирующих их, она поняла, что определенно что-то происходит. Однако она была не из тех, кто любит копаться в личных делах других людей. С улыбкой на бледном и пухлом лице она сказала: - Просто послушай, что ты говоришь. Зачем тебе учиться готовить у этой тети? У твоей мамы гораздо лучшие кулинарные навыки, чем у меня… О, что это? Это выглядит очень по-новому!

Сяоцао очистила столетние яйца и разрезала их на четыре части. Затем она налила сверху соус, который состоял из измельченного чеснока, кунжутного масла и соевого соуса. Она принесла около десяти столетних яиц, так что этого было достаточно, чтобы заполнить целую тарелку. Она взяла кусочек и поднесла его ко рту жены Чжан Цюаня. С выражением, которое выглядело так, как будто она хотела, чтобы ее похвалили, она сказала: - Попробуйте этот салат из вековых яиц, который я приготовила, и дайте мне знать, что вы думаете.

Жена Чжан Цюаня была слишком смущена, чтобы открыть рот, поэтому она мягко покачала головой и сказала: - Я пришла помочь, поэтому я не могу красть еду прямо перед хозяином…

- Как это может считаться кражей еды? Даже шеф-повару ресторана Чжэньсю нужен кто-то, кто попробует его еду! Тетя, быстро попробуйте и дайте мне какой-нибудь отзыв.

Услышав ее слова, жена Чжан Цюаня, наконец, открыла рот и съела кусочек столетнего яйца. Мягкое столетнее яйцо имело приятный привкус во рту, имея довольно тягучую текстуру. Желток внутри не полностью затвердел и издавал слабый аромат. С богатым вкусом приправы, это было действительно вкусно. Жена Чжан Цюаня неоднократно похвалила его, попробовав.

Сяоцао намеренно изобразила гордое выражение лица. Если бы не масло на ее руках, жена Чжан Цюаня нежно обняла бы ее. Увидев мягкий тофу на кухонном столе, Юй Сяоцао промыла тофу под водой, нарезала оставшиеся два яйца и положила их поверх тофу. После этого она полила сверху соусом и завершила блюдо "вековые яйца и тофу".

Жена Чжан Цюаня приготовила блюдо "курица, тушеная с грибами" и немного пшеничных лепешек. Это был последний запас пшеничной муки, который был у семьи Юй, поэтому это вызвало у госпожи Чжан приступ сердечной боли.

На другой плите Сяоцао приготовила "свинину, тушеную с вермишелью", блюдо, которое любили северяне. Она также приготовила несколько овощных блюд с устричным соусом. С тех пор как фабрики семьи Чжоу начали производство, Сяоцао, как акционер, никогда не испытывала недостатка в таких приправах, как устричный соус и глутамат натрия. Она также могла получить неограниченное количество вермишели и столетних яиц, когда бы ни захотела. Было сказано, что деньги будут вычтены из дивидендов, но Третий Молодой Мастер Чжоу всегда был щедр по отношению к ней, так что на самом деле его не волновал такой тривиальный вопрос.

Судебные приставы были очень довольны едой и неоднократно хвалили поваров. В частности, главный судебный пристав Юэ, который раньше ел в ресторане Чжэньсю, даже сказал: - Я не ожидал, что в этой отдаленной деревне будет такой превосходный шеф-повар! Это кулинарное мастерство почти так же хорошо, как шеф-повара ресторана Чжэньсю! Очень сложно найти вкусно приготовленные "Вековые яйца и тофу" и "Свинину, тушенную с вермишелью" за пределами Чжэньсю. Я никогда не ожидал, что ваша семья Юй имеет такие связи и может приобретать вермишель и вековые яйца, которых нет на рынке…

Юй Бо, который был рядом с ними, поспешно сказал: - Какие связи могут быть у моей семьи? Просто у моего второго брата хорошие отношения с владельцем ресторана "Чжэньсю", так что он может получить эту вермишель и столетние яйца. Чтобы развлечь нашего почетного гостя, мы приготовили все это.

- У вашего второго брата действительно есть кое-какие связи. Блюда с устричным соусом в ресторане Чжэньсю - это секретный рецепт, но ему было позволено выучить его? Отношения вашего второго брата с владельцем ресторана "Чжэньсю", должно быть, очень близкие, - главный судебный пристав Юэ отбросил свое презрение в своем сердце и показал легкую тень улыбки на своем лице.

Видя, что судебные приставы едят с удовольствием, Юй Бо стал еще более восторженным. Люди часто говорили: "Легко увидеть Короля Ада, но трудно угодить маленьким гоблинам". Эти судебные приставы часто использовали свой статус, чтобы действовать как тираны. Сегодня именно благодаря его младшей племяннице они смогли порадовать этих людей. Днем они не доставят им слишком много хлопот при дворе.

Пообедав, Юй Хай, узнавший, что его дочь была вызвана в суд сегодня днем, быстро погрузил две тележки с арбузами и последовал за дочерью и судебными приставами в город. По дороге в город также шли госпожа Чжан и ее сын, а также Старый Юй, который следовал за ними, потому что был обеспокоен.

Они специально погрузили меньше арбузов в конную повозку семьи Юй, чтобы судебные приставы могли сесть на нее. Сяоцао умело уселась на оглоблю ослиной повозки. Когда пришли судебные приставы, они шли до тех пор, пока у них не заболели ноги. С тех пор как они смогли бесплатно прокатиться на конной повозке на обратном пути, их изначально расстроенные чувства немного улучшились. Так что они не усложняли им жизнь.

Когда они прибыли в город, Сяоцао, мадам Чжан и Юй Бо были доставлены прямо в ямен. Юй Хай, который беспокоился о своей дочери, не успел позаботиться о своих тележках с арбузами и поспешил в городскую резиденцию Фан Цзычжэня.

Просто так случилось, что он столкнулся с Фан Цзычжэнем, который только что вернулся из города префектуры и даже не успел слезть с лошади, перед входом в поместье Фан. Его дочь обернула этого парня вокруг своего пальца еще больше, чем Юй Хая. Как только он услышал, что его драгоценная крестная дочь вызвана ко двору, он быстро развернул коня и помчался к ямену. Он боялся, что его дочь испугается людей в ямене, если он приедет туда слишком поздно.

Привратник поместья Фан увидел, что его хозяин прямо бросился к ямену, даже не слезая с лошади, поэтому он поспешно доложил об этом старшему управляющему. Главный управляющий, естественно, знал, насколько важна мисс Юй в сердце его хозяина, но ему все равно нужно было сообщить мадам о возвращении хозяина.

В это время леди Фан находилась в комнате своей больной племянницы. Когда она услышала, что ее дочь была доставлена в ямен судебными приставами, она немедленно оставила свою племянницу, которая только что приняла лекарство, переоделась в наряд благородной госпожи третьего ранга и отправилась в ямен в экипаже. Когда она подумала о том, как может испугаться хрупкая и слабая Сяоцао перед жестокими и суровыми судебными приставами ямена, госпожа Фан повторила свою просьбу кучеру ехать быстрее.

С другой стороны, Юй Сяоцао, предмет беспокойства ее родителей, в настоящее время с любопытством осматривала уезд Ямен, как будто это была какая-то туристическая достопримечательность. По обе стороны зала суда стояли в ряд судебные приставы с деревянным прутьями в руках, а прямо напротив входа стоял деревянный стол. На деревянном столе лежали судейский молоток и бамбуковая трубка с несколькими деревянными палочками внутри. За деревянным столом были написаны и повешены сверху четыре величественных и внушительных иероглифа "будь честен и справедлив".

Главный судебный пристав Юэ увидел, что в больших круглых глазах маленькой девочки не было страха, но вместо этого она смотрела с явным любопытством. Он не смог удержаться от кашля и тихим голосом напомнил ей встать на колени. Сяоцао наконец заметила, что госпожа Чжан и ее сын уже опустились на колени перед залом суда и дрожали от страха.

Она почесала нос, неохотно опустилась на колени и пробормотала:- …Ох уж эти мерзкие обычаи старого общества...

До перерождения, за исключением того, что ее мама наказала встать на колени за плохое поведение, когда она была ребенком, Сяоцао никогда по-настоящему не становилась на колени перед кем-либо раньше. С тех пор как она переселилась, ее бедные маленькие коленки должны были страдать. Во время Нового года ей приходилось вставать на колени перед старшими, чтобы поздравить их с Новым годом. Когда она признавала своих крестных, ей приходилось опускаться на колени и кланяться. Когда она случайно обидела молодого принца, ей пришлось встать на колени и извиниться. Ей также пришлось встать на колени, когда она небрежно сказала что-то не то перед Пятым Лордом... Да! Она прикоснулась к своим бедным маленьким коленкам. Может ли это вызвать мозоли?

Как раз в тот момент, когда она жаловалась внутр себя, ее испугали крики: "Суд начинается...". Когда окружной судья Ву вышел из заднего зала, он увидел маленькую худенькую фигурку, которая в шоке широко раскрыла глаза и сидела на собственных ногах. Она была похожа на испуганную белочку. Он почти не сохранил свой достойный вид и громко рассмеялся, но посмотрел на Сяоцао взглядом, полным улыбки.

Своими большими круглыми глазами Юй Сяоцао смотрела на окружного судью Ву, одетого в мантию чиновника, когда он большими шагами выходил из заднего зала. Его внешность действительно производила впечатление человека, который пел китайскую оперу. Она моргнула, приняла более удобное сидячее положение и стала ждать начала шоу.… э-э, нет, начала судебного разбирательства.

Глава 199 - Сильная Привязанность

- Выведите истца и ответчика! - крикнул утонченного вида старик, похожий на секретаря магистрата.

Истец? Ответчик? Неужели она действительно пошла не в то место и вместо этого пришла в настоящий зал суда? Должно быть, это была работа ее старшего переселенца. Юй Сяоцао уставилась на козлиную бородку под челюстью секретаря магистрата и начала отключаться от внешнего мира. Старик взглянул на маленькую девочку, которая ошеломленно сидела перед залом суда, и подумал, что она испугалась.

Вскоре после этого неторопливо вошли директор Академии Жунсюань Юань и главный преподаватель Лян. Увидев этих двух людей, окружной судья Ву встал перед столом и вежливо поприветствовал их, сложив руки вместе. Директор Юань и главный преподаватель Лян также вежливо обменялись с ним приветствиями.

Услышав знакомый голос, Юй Сяоцао повернула голову, чтобы посмотреть на директора Юаня, и подмигнула ему. Директор Юань сначала был ошеломлен, а затем слегка кивнул ей с улыбкой. Его умиротворяющий взгляд, казалось, говорил: "Все в порядке. Не бойся" Но когда он снова посмотрел на эту девочку Сяоцао, она с любопытством оглядывалась по сторонам и, казалось, совсем не была испугана.

После этого два судебных пристава втащили претенциозного молодого человека, одетого в мантию ученого и в ученую шапочку на голове.

- Да будет... - судебные приставы с обеих сторон ударили деревянными прутами, которые держали в руках, о землю и одновременно произнесли звучным голосом. Госпожа Чжан и Юй Бо, которые никогда раньше не видели такой сцены, были так напуганы, что их лица побледнели, и они вздрогнули, когда присели на корточки на земле.

- Дочка, не бойся! Крестный отец здесь! - громкий крик, похожий на звук большого колокола, донесся из толпы за пределами округа ямен. Переведя взгляд с судебных приставов на голос, Юй Сяоцао увидела, как ее крестный протолкался сквозь толпу и подошел к ней в галантной и энергичной манере.

Окружной судья Ву был ошеломлен, наблюдая, как имперский посланник вальяжно вошел и поднял свидетельницу (Юй Сяоцао), как будто он держал маленького цыпленка. После этого он занял место секретаря и непринужденно сел.

- Кхе, кхе! Лорд Имперский посланник, этот подчиненный чиновник сейчас находится в середине судебного процесса. Не могли бы вы, пожалуйста…- Окружной судья Ву неявно напомнил ему: "Лорд имперский посланник, я сейчас веду дело. Пожалуйста, не доставляйте мне неприятностей!"

Фан Цзычжэнь прикоснулся к щекам, на которых появилась щетина, так как он не брился в течение трех дней. Он сказал в оправданной и уверенной манере: - Вы можете продолжать свой процесс. Этот чиновник не будет вмешиваться и будет только слушать со стороны!

У пятидесятилетнего секретаря магистрата, сидевшего рядом с ним, было огорченное выражение лица, и он проворчал в душе: - Мой дорогой лорд Имперский посланник, вы украли мое место, так как же я должен делать заметки о суде?

Окружной судья Ву посмотрел на Сяоцао, чью руку держал Фан Цзычжэнь, стоявший рядом с ним, и подумал в своем сердце: "Вы уже взяли свидетеля, но все еще говорите, что не будете вмешиваться?" Все говорили, что императорский посланник баловал свою новую крестницу до мозга костей. Конечно же, слухи были верны, ах!

Столкнувшись с почти бесстыдным поведением Фан Цзычжэня, окружной судья Ву не мог по-настоящему критиковать его и рассудить. Перед императорским посланником, который изначально был военным генералом, он был всего лишь ученым, который столкнулся с солдатом—он не смог урезонить его, ах! Не имея другого выбора, окружной судья Ву приказал судебному приставу принести деревянное кресло для императорского посланника и поставить его рядом с его столом. Что касается Юй Сяоцао, то она была просто свидетелем, поэтому он решил, что ей лучше стоять, а не стоять на коленях.

В результате, в дополнение к директору Юаню и главному преподавателю Ляну, которые оба имели ученые звания, Юй Сяоцао также было разрешено стоять в суде.

В ходе судебного разбирательства не было никакой захватывающей и интересной битвы умов, как представляла себе Сяоцао. У мошенника было совсем немного мужества, и в самом начале он хотел возразить против обвинений. Однако после того, как судебные приставы свирепо посмотрели на него и сбили деревянный прут на землю, он честно заявил правду.

Мошенник совершил подобное не в первый раз. Он воспользовался настроем "стремящихся к успеху" людей, проваливших экзамен. Он туманно сообщал студентам, чьи семьи имели приличное финансовое положение и не имели никакого особого социального статуса, что у него есть способ зачисления в Академию Жунсюань и что есть только одна вакансия. Однако им пришлось заплатить небольшую плату.

Юй Бо был одним из тех, на кого он нацелился. Почему Юй Бо, приехавший из рыбацкой деревни, стал одной из его целей? Ответ был очень прост. Перед экзаменом госпожа Чжан полностью изменила внешность своего сына с головы до ног, опасаясь, что другие будут смотреть на него свысока. Она также дала ему двести таэлей на дорожные расходы. Чтобы казаться состоятельным перед своими одноклассниками, Юй Бо угостил их несколькими блюдами в известных ресторанах и жил в хорошей гостинице… Мошенник, естественно, посчитал его, который вел себя как нувориш, глупым расточителем. Было бы странно, если бы он не обманул его!

Выслушав "объяснение" мошенника, госпожа Чжан и Юй Бо с сожалением опустили головы. Одна чувствовала, что она так сильно любит своего сына, что навлекла на него беду, в то время как другой чувствовал, что он вел себя слишком претенциозно и доставлял ненужные неприятности. Два самых важных человека в Академии Жунсюань непрерывно качали головами, глядя на пару глупых матери и сына: с таким моральным характером он все еще хотел поступить в Академию Жунсюань? Мечтай дальше!

Сяоцао была практически не нужна в течение всего процесса судебного разбирательства. Ей нужно было всего лишь ответить на несколько простых вопросов, а затем просто стоять и смотреть шоу. Представление "легенды о древнем судебном процессе" закончилось менее чем за два часа. Плохого парня избили деревянной доской и обвинили его в преступлении, в то время как мадам Чжан и ее сын оба получили урок.

Однако при попытке вернуть свои деньги они столкнулись с небольшой проблемой. Госпожа Чжан настаивала, что он обманом выманил у них триста таэлей, но мошенник клялся небесами, что получил только двести. Итак, эти двое непрерывно спорили в суде. Своими проницательными глазами окружной судья Ву заметил, что с выражением лица Юй Бо что-то не так. После короткого допроса Юй Бо послушно признался, что тайно сохранил сто таэлей для себя.

Директор Юань равнодушно посмотрел на пристыженного ученика, стоявшего перед ним. Он уже несколько раз видел этого студента с Юй Фаном, но тогда ему показалось, что тот слишком амбициозен. Он не ожидал, что этот человек будет таким неэтичным. Он не только хотел поступить в Академию Жунсюань нечестным путем, но и не дорожил деньгами, которые его мать упорно копила, и тайно хранил их без ведома матери. Такой нечестный и не уважающий семью человек, даже если бы он в будущем добился ученой чести, он был бы просто лошадью, которая приносит неприятности своему табуну! Взмахнув рукавами, директор Юань вышел из ямена.

Фан Цзычжэнь обменялся несколькими словами с окружным судьей, а затем покинул ямен вместе со своей дочерью. Юй Хай, который ждал снаружи ямена, потянул за руки свою младшую дочь и спросил о ее самочувствии. Он также погладил дочь по волосам и сказал ей, чтобы она не боялась… Леди Фан, которая ждала в карете, велела Линлону пойти и позвать их. Увидев служанку своей жены, Фан Цзычжэнь наконец понял, что пришла его жена. Он не мог не изобразить на лице слегка глуповатую улыбку.

Юй Сяоцао ехала в карете своей крестной и прибыла в поместье Фан. Она подошла к жаровне и приняла ванну с китайской полынью, чтобы смыть невезение. В глубине души Сяоцао чувствовала, что в этом нет необходимости, поскольку она не была той, кто вызвал судебный процесс. Она была всего лишь маленьким свидетелем, от которого не было никакой необходимости. Но она понимала и была очень тронута любовью леди Фан к своей дочери. Поэтому она послушалась и делала все, что велела ей крестная.

Когда Ся Фуронг, оставшаяся в комнате для гостей, услышала отчет своей маленькой служанки, она чуть не разорвала платок, который держала в руках. "Опять эта негодяйка! Ради этой проклятой девочки моя тетя оставила меня, больную, совсем одну! Она всего лишь вульгарная крестьянская девушка, но она украла всю любовь и внимание моей тети. Я этого не приму!"

Но что она могла сделать, даже если ей не нравилась эта ситуация? К тому же она была всего лишь жалкой девочкой, живущей под чужой крышей. Когда она подумала о своих собственных обстоятельствах, Ся Фуронг не смогла сдержать слез. Она с горечью подумала: "Если что-то случится с этой проклятой негодяйкой, то никто не сможет украсть у меня мою тетю, верно?" Зловещий блеск мелькнул в глазах Ся Фуронг, и она сильно прикусила нижнюю губу!

Крестные родители Юй Сяоцао твердо верили, что она была "напугана", поэтому они вызвали врача, который измерил ей пульс и прописал успокаивающее лекарство. После того, как ее заставили выпить горькое лекарство, ей сказали остаться в поместье Фан в городе на день, чтобы "понаблюдать за ее состоянием".

Резиденция семьи Фан в городе представляла собой большое поместье с тремя входами и выходами. Предположительно, это была резиденция обедневшего императорского купца из бывшей династии. Так уж получилось, что его купил Фан Цзычжэнь, и он сразу же переехал, повесив на главном входе табличку с надписью "Поместье Фан". Однако обычно он останавливался в простом и грубом доме в деревне Дуншань. В конце концов, это было место, где когда-то жил его хозяин, и оно также было ближе к его дочери…

Во внутреннем дворе поместья Фан был красивый большой сад. С извилистым коридором, проходящим через него, рядом с прудом был павильон и небольшой мостик над текущей водой. В его экстравагантности чувствовалась элегантность. Во внутреннем дворе было пять изысканных помещений. Самым большим из них был главный комплекс, в котором в настоящее время живут Фан Цзычжэнь и его жена. Рядом с главным комплексом был небольшой и уникальный комплекс, на стенах которого красиво цвели цветы глицинии. От основного комплекса его отделяла только дверь в форме луны, так что было очень удобно ходить туда и обратно.

Ся Фуронг прониклась симпатией к комплексу, как только увидела его, но леди Фан отвергла ее просьбу по той причине, что она уже определила его кому-то другому. Когда она узнала, что ее тетя отдала комплекс Юй Сяоцао, ее ревность и ненависть к Сяоцао усилились еще больше.

Эта девушка Ся Фуронг все еще не получила ясного представления о своей собственной личности. Она была устроена в гостевой домик, что ясно показывало, что в сердце леди Фан она была просто гостьей из своей девичьей семьи, а Сяоцао была настоящей юной мисс Семьи Фан!

Такой великолепный и сложный комплекс Сяоцао видела только по телевизору в своей прошлой жизни. Теперь, когда она увидела это в реальной жизни, у нее действительно возникло ощущение, что она попала в сад древних времен. Увидев, что она задержалась в саду и с интересом оглядывается по сторонам, леди Фан подумала о семейном происхождении своей дочери, и в ее глазах появилось чувство нежной привязанности. Она увидела, что Сяоцао, похоже, была довольно энергичной, поэтому она сказала Линьлону, чтобы он взял Сяоцао на экскурсию по всему поместью.

- Жена, когда ты приехала? Почему ты не предупредила меня заранее? - увидев, что его дочь и служанки ушли, Фан Цзычжэнь немедленно обнял свою жену и крепко поцеловал ее в щеки.

Леди Фан кокетливо посмотрела на него. Она оказала символическое сопротивление, а затем упрекнула его: - Действовать так безрассудно днем, будь осторожен, чтобы наша дочь не увидела этого!

- Все в порядке. Даже если бы наша дочь увидела это, она бы просто притворилась, что ничего не видела! Моя драгоценная жена, зачем ты пришла? - Фан Цзычжэнь еще несколько раз поцеловал жену. Его щетина уколола нежное лицо мадам Ся и заставила его покраснеть.

Леди Фан оттолкнула его лицо и снова посмотрела на него. Она сказала мягким голосом: - Я просто пыталась сделать тебе сюрприз, разве не так? Но кто бы мог подумать, что ты уехал в город префектуры, а я тебя так и не увидела! Если бы я не столкнулась с нашей дочерью в магазине дыни, я бы даже не знала, где находится наша резиденция, и у меня не было бы выбора, кроме как остановиться в гостинице.

Сердце Фан Цзычжэня болело за нее, и он сказал: - Моя хорошая жена, тебе, должно быть, было тяжело! Пойдем, я помассирую тебе плечи! - говоря это, он умело разминал плечи госпожи Ся. С одного взгляда было очевидно, что он делает это не в первый раз.

Леди Фан сузила глаза, успокаиваясь. До того, как она вышла замуж за Фан Цзычжэня, все сестры и кузины семьи Ся плохо отзывались о нем. Они сказали, что он был неотесанным парнем, похожим на Чжан Фэя [1]. Он убил бесчисленное количество людей на поле боя и определенно обладал вспыльчивым характером. Они также сказали, что он может ударить людей, когда его гнев вспыхивает. С его телосложением и навыками боевых искусств, он, вероятно, мог бы сбить кого-то с ног одним ударом, или того больше, убить!

К счастью, в то время она не боялась своих так называемых сестер. После того, как она вышла замуж, Фан Цзычжэнь казался страшным, но он был очень внимательным. Более того, он действительно баловал и любил свою жену. Некоторые из ее сестер в семье, казалось, удачно вышли замуж, но им приходилось служить своим родственникам и страдать от наложниц своего мужа. Каждый день им приходилось сражаться и соревноваться с разными людьми. Она чувствовала усталость от одного взгляда на них!

По сравнению с этим она была намного счастливее, ах! У ее мужчины не было ни родителей, ни братьев, ни сестер, не говоря уже о беспокойных родственниках. Он также был человеком с самоконтролем и честностью. Он никогда не принимал ни одну из красивых молодых женщин и наложниц, которых присылали его коллеги. Последние двадцать лет у него была только она. Хотя у них не было детей, и иногда она чувствовала себя одинокой, ее муж продолжал любить и обожать ее, как раньше. Имея такого мужа, ей больше не о чем было просить…

[1] Чжан Фэй – Генерал Королевства Шу, кровный брат Лю Бэя в Романе Трех Королевств, которого знают за его горячий характер.

Глава 200 - Письмо

После минутной оказанной друг другу нежности Фан Цзычжэнь и его жена заговорили о своей крестнице Юй Сяоцао.

- Чусюэ, что ты думаешь о нашей дочери? - Фан Цзычжэнь интимно назвал имя своей жены и спросил ее с легким беспокойством в голосе.

Леди Фанг, которая опиралась на крепкую руку мужа, улыбнулась и сказала: - Ты хорошо разбираешься в людях. Она милая и интересная девушка.

Фан Цзычжэнь наконец почувствовал облегчение в своем сердце. У него была глупая улыбка на лице, когда он гордо сказал: - Конечно, как может быть что-то не так с нашей дочерью? Я подумал, что после того, как я выполню свое задание здесь, мы должны будем забрать нашу дочь обратно в столицу и вырастить ее, чтобы она стала благородной молодой леди. Тогда мы сможем найти зятя, который войдет в нашу семью, и они смогут родить милого и умного внука. Я уже придумал имя, это будет Фан Вулюэ — который будет обладать как гражданскими, так и военными навыками. Мой внук, Фан Цзычжэня, определенно станет генералом в будущем…

Леди Фан изо всех сил старалась не рассмеяться вслух. Она закатила глаза и сказала: - Ну, похоже, ты уже все спланировал. Ты даже подумал об имени нашего внука, ах! Но задумывался ли ты над тем фактом, что наша дочь, Цао Эр, не из тех, кто позволит другим контролировать ее? Эта маленькая девочка - очень независимый человек, который может принимать свои собственные решения! Основываясь на том, что я видела за последние два дня, Сяоцао принимает большинство решений в семье Юй! Я боюсь, что она не примет тот путь, который ты для нее устроил!Фан Цзычжэнь внезапно стал похож на сдутый воздушный шар, когда он вздохнул и сказал: - Ты права! Когда я только взял ее в качестве нашей дочери, я уже думал о том, чтобы забрать ее обратно в столицу, чтобы она сопроводила тебя, но она решительно отвергла меня. Независимо от того, насколько хороша деревня Дуншань, она не может быть лучше столицы, верно? Она не хочет быть благородной молодой леди в столице, а вместо этого предпочитает остаться в этом отдаленном и бесплодном месте, чтобы быть обычной маленькой крестьянской девочкой!

Леди Фан рассмеялась и сказала: - Именно это и есть самое особенное в нашей дочери. Ее не потрясает бедность, ее не развращают богатство и почести. С ее собственным умом и руками, она сделала жизнь для себя. Даже я, ее крестная, действительно восхищаюсь ею. Кто знает, может быть, наша дочь станет второй успешной женщиной в карьере нашей Великой династии Мин, ах!

Слушая, как его жена хвалит Сяоцао, Фан Цзычжэнь чувствовал себя еще счастливее, чем когда он победил в битве. Он снова начал бесконечно хвалить свою дочь.

Леди Фан спокойно слушала, как ее муж говорит, будто он Старый Ван, продающий дыни,—хвалит свои собственные продукты. Услышав, как он превозносит их дочь до небес, в уголках ее рта появилась нежная улыбка. Она вдруг вспомнила о приглашении на столе и прошептала: - Минчжэ, принцесса-консорт Цзин пригласила меня к себе в гости. Как ты думаешь, можно мне взять Сяоцао с собой?

- Принцесса-консорт Цзин? Разве она не в столице? - Фан Цзычжэнь с легким удивлением сел, глядя на красивое лицо своей жены.

Леди Фан рассказала мужу о встрече со свитой принцессы-консорта Цзин, которая путешествовала инкогнито, по дороге сюда, и поэтому они решили вместе отправиться в город Тангу. Фан Цзычжэнь легонько кивнул и сказал: - Я думаю, принц Цзин боялся, что принцесса Цзин заболеет от того, что будет весь день сидеть дома, поэтому он сказал своему второму сыну, чтобы он сопроводил ее на прогулку! В конце концов, самый любимый младший сын принцессы-консорта Цзин отправился в путешествие. Значит, она, должно быть, очень беспокоится о нем!

Леди Фан натянула одеяло и посмотрела, как ее муж снова лег, а затем сказала: - Юного принца нет уже полгода. Если бы это была я, я бы тоже взволновалась, не смогла бы нормально есть и спать…

Увидев потупленный взгляд своей жены, Фан Цзычжэнь понял, что она снова подумала о своей собственной бездетности. Он нежно похлопал ее по плечу, обнял и сказал нежным голосом: - Уже очень поздно. Давай спать…

Ночь прошла спокойно. Биологические часы Сяоцао заставили ее проснуться пораньше.

- Юная мисс, этот слуга поможет вам одеться, - заметив движение на кровати во внутренней комнате, Чжэньчжу поспешно подошла, чтобы раздвинуть занавески на кровати, и счастливо улыбнулась мисс Сяоцао, которая ошеломленно сидела на кровати с одеялом в руках. Леди Фан боялась, что ее дочь не привыкнет оставаться в незнакомом месте, поэтому она послала свою служанку прислуживать ей. Было очевидно, что ее госпожа придает большое значение госпоже Сяоцао!

Сяоцао собиралась вежливо отказать ей, но когда она увидела, что Чжэньчжу держит комплект одежды со сложными узорами, сшитый из великолепной ткани, она не могла не нахмуриться: - Мне нужно будет сходить в магазин арбузов, так что не будет ли неуместно надеть это?

Чжэньчжу быстро объяснил ас улыбкой: - Мадам сказала, что позже отведет вас в гости к выдающемуся гостю, так что вам нужно будет одеться более официально. Все это одежда, она была лично сшита нашей мадам. Если вы и дальше будете отказываться, наша госпожа будет очень огорчена.

Юй Сяоцао больше ничего не сказала. С помощью Чжэньчжу она надела платье, которое олицетворяло чувства любящей матери. Ханьфу, казалось, был самым популярным нарядом в Великой династии Мин. Платье, которое носила Сяоцао, было лавандового цвета с узорами на груди в виде облаков и бабочек. Оно было в паре со светло-желтой накидкой-шалью снаружи и перевязывалось лентой на груди. Мягкие цвета и тонкая текстура в сочетании со светлым и нежным лицом Сяоцао в какой-то степени создавали образ благородной молодой леди. Своими умелыми руками Чжэньчжу уложила волосы Сяоцао в прекрасные сдвоенные пучки и украсила их золотой заколкой в виде цветка сливы с жемчужными вставками, которая демонстрировала чувство благородства в своей простоте.

Намек на счастье промелькнул в сердце Сяоцао, когда она посмотрела на очаровательную и слегка игриво выглядящую благородную молодую мисс через туманное бронзовое зеркало. Все любили красоту, и Сяоцао не была исключением.

Когда красиво одетая Сяоцао появилась перед Фан Цзычжэнем и его женой, в их глазах промелькнуло удивление. Именно так они представляли себе, как будет выглядеть их дочь. Госпожа Фан держала Сяоцао на руках и не могла оторвать от нее взгляда. Они смотрели так пристально, что Сяоцао начала чувствовать себя неловко.

Позавтракав, леди Фан отвезла дочь в приморскую резиденцию жены окружного судьи, где в настоящее время проживала принцесса-консорт Цзин. Ся Фуронг не хотела упускать ни одного шанса встретиться со Вторым Молодым Мастером Чжу, поэтому она тоже хотела пойти с ними. Однако леди Фан отвергла ее по той причине, что она все еще была больна.

Ся Фуронг чувствовала себя еще более обиженной в своем сердце: в прошлом ее тетя брала ее с собой всякий раз, когда она навещала кого-то. А теперь ее лишила этой возможности какая-то негодяйка из крестьянской семьи. Как она могла не чувствовать ненависти?

Приморская резиденция жены окружного судьи находилась между городом Тангу и доками. Фан Цзычжэнь ехал на своем коне и сопровождал жену и дочь. Он чувствовал несравненное удовлетворение в своем сердце, и улыбка на его лице не угасала ни на миг. Только когда слуги пригласили леди Фан и Сяоцао войти в поместье, он неохотно отправился в гавань.

Прямо сейчас, со свежеприготовленным чаем и закусками, принцесса-консорт Цзин наслаждалась пейзажем в саду. В это время на лице Мэйсян было возбужденное выражение, когда она поспешно подбежала, держа в руках ее муслиновое платье.

- Ведешь себя так взволнованно. Где твои манеры? - Ланьсян, которая была немного старше ее, быстро упрекнула ее мягким голосом.

Мэйсян улыбнулась ей, а затем сказаал принцессе-консорту слегка дрожащим голосом: - Ваше высочество, молодой принц королевской крови… юный принц… он… - она подбежала так быстро, что у нее перехватило дыхание, когда она говорила.

Как только она услышала новости о своем младшем сыне, принцесса-консорт Цзин, которая первоначально полулежала в шезлонге, сразу же села и спросила с нервным выражением лица: - Ян Эр… Что случилось с Ян`Эром?

Мэйсян глубоко вздохнула и, наконец, смогла отдышаться. Широкая улыбка на ее лице смягчила тревожные и напряженные чувства принцессы-консорта Цзин.

- Принцесса-консорт, юный принц прислал письмо! - голос Мэйсян был полон радости.

- Ян Эр прислал письмо? Быстрее, быстрее! Принеси его сюда!! - нетерпеливо поторопила ее принцесса-консорт Цзин. Мэйсян поспешно подошла и чуть не споткнулась о свою юбку. Прежде чем она успела остановиться, принцесса-консорт Цзин уже схватила письмо в свои руки.

Письмо было отправлено из префектуры Куан в столицу, а затем доставлено сюда с максимальной скоростью. Увидев знакомый почерк, глаза принцессы-консорта Цзин наполнились слезами. Она сморгнула слезы и жадно прочитала содержание письма.

В письме Чжу Цзюньяна он писал о своей жизни на корабле и некоторых интересных событиях в море. Он подчеркнул, что сам охотился на акулу и самостоятельно высушил ее плавники, которые отослал матери вместе с письмом.

Прочитав до этого момента, Мэйсян и Ланьсян обе пошутили, что молодой принц был настолько хорошим сыном, что даже не забыл отправить несколько хороших вещей для принцессы-консорта. Чувствуя себя очень счастливой, принцесса-консорт Цзин приказала: - В полдень приготовьте суп из плавника акулы, который мой сын лично поймал. Они определенно будут в тысячи раз лучше, чем те, что есть на рынке, - две служанки согласились одна за другой.

Чжу Цзюньян также написал: "К тому времени, когда мать получит это письмо, этот ребенок должен был уже почти прибыть в южные моря. Я слышал, что местные обычаи и традиции сильно отличаются от Центральных равнин. Там нет зимы, так что снега не будет видно. У людей там темная кожа, высокие лбы и широкие носы. Таким образом, они выглядят несколько иначе, чем жители Центральных равнин.

***Некоторым людям может быть не по нраву следующее предложение, поэтому, пожалуйста, перейдите к следующему абзацу, если это может вас обидеть.***

Я слышал, что на другой стороне бескрайнего моря есть раса людей, у которых блестящая черная кожа и они похожи на шимпанзе. Если выдастся шанс, этот ребенок действительно хочет пойти посмотреть на них и лично нарисовать несколько портретов для мамы."

И, наконец, он сказал: “Когда рядом родители, не следует уезжать далеко. Пожалуйста, простите этого ребенка за то, что он не настолько воспитан и не смог остаться с вами и Отцом. Мама, во времена Великой династии Мин все еще есть много людей, одетых в лохмотья и имеющих мало еды. Император сказал, что на Западе есть легко выращиваемая и высокоурожайная культура - кукуруза, которую можно употреблять в пищу в качестве основного продукта питания. На этот раз моя задача - привезти семена кукурузы и попытаться посадить их. Я считаю, что внедрение и выращивание кукурузы, безусловно, принесет пользу простым людям. В это время в Великой династии Мин больше не будет голода, и каждый сможет жить процветающей и довольной жизнью…”

Принцесса-консорт Цзин заплакала, прочитав письмо: - Прошло почти полгода, а он только что достиг южных морей. Более того, он так же хочет уехать на Запад… Когда вернется мой Ян Эр, а?!

Ланьсян быстро успокоила ее: - Принцесса-консорт, не надо так. Молодой принц написал это письмо, потому что он хочет, чтобы вы успокоились. Если бы он знал, что его письмо заставит вас опечалиться из-за того, насколько сыновен молодой принц, он, несомненно, обвинил бы себя. Подумайте об этом, молодой принц уже достиг южных морей, так что определенно не пройдет много времени, прежде чем он достигнет Запада. Возможно, через несколько месяцев перед вами появится молодой королевский принц и преподнесет вам сюрприз!

Принцесса-консорт Цзин осторожно вытерла платком слезы в уголках глаз, кивнула и сказала: - Да, мой сын обязательно вернется как можно скорее. После того, как он найдет эту кукурузу, несмотря ни на что, я больше не позволю ему путешествовать так далеко. Я так по нему скучаю!

- Ваше высочество, прибыла жена генерала Чжаоюн со своей дочерью. Старший слуга, который отвечал за внешний двор, поспешно подошел, чтобы доложить.

Принцесса-консорт Цзин наконец вспомнила, что пригласила леди Фан, поэтому поспешно сказала: - Быстро приведите ее.

Подарки, которые принесли леди Фан и Сяоцао, не были редкими и драгоценными товарами, но вместо этого они принесли подарочный набор из ограниченного количества жареных цыплят из ресторана Чжэньсю и утки с османтусом. Это была идея Юй Сяоцао.

По мнению Сяоцао, каких ценных товаров принцесса-консорт не видела раньше? При отправке подарка лучше было выбрать правильный вариант, а не дорогой. В прошлый раз, когда они ели вместе, принцесса-консорт, казалось, испытывала особую симпатию к утке османтуса. Так что определенно не было бы ничего плохого в том, чтобы подарить это! Кроме того, не все могли приобрести подарочный набор ресторана Чжэньсю. Подарочная коробка была красиво оформлена, так что в качестве подарка она выглядела вполне презентабельно.

Конечно же, когда принцесса-консорт Цзин получила подарок, она была чрезвычайно довольна и сказала, что ей очень повезло, что она сможет сегодня вкусно поесть. Узнав, что его выбрала Сяоцао, принцесса-консорт Цзин высоко оценила маленькую девочку.

Глава 201 - Поместье в Горах

После этого принцесса-консорт Цзин и леди Фан начали вести светскую беседу. С тех пор как она поселилась в приморской резиденции, она почти никогда не выходила из дома из-за состояния своего здоровья. Она слушала, как леди Фан рассказывала о деревне Дуншань, которая была окружена горами и морем. Там был удивительный пейзаж, и время от времени можно было встретить милых маленьких животных. Услышав ее описание, она действительно жаждала увидеть все это своими глазами, в своем сердце.

Отослав леди Фан и ее дочь, принцесса-консорт Цзин задумалась о том, что это путешествие по океану точно не будет последним для ее младшего сына. Она очень хорошо знала его характер. Даже если она попытается остановить его, он все равно не изменит решения, которое уже принял.

"Ах, интересно, в кого пошел Ян Эр!" Его отец был учтив и утончен, в то время как она была нежной и скромной. Ее старший и второй сын также обладали относительно мягким характером. Только ее младший сын был другим. До пяти лет он был как его братья, мягкий и очаровательный. Но после семи или восьми лет у него, похоже, образовался паралич лица. Все время у него было холодное выражение лица, и взгляд его становился все более и более свирепым.

"Во всем виноват его отец. Почему он нанял учителя боевых искусств для детей? Посмотри, как все обернулось. Один перестал быть ученым и хочет отправиться на границу, чтобы присоединиться к армии, в то время как другой отправляется в путешествие без каких-либо опасений..."

Отправляясь в путешествие, он не мог вернуться через три-пять месяцев. Так как же она могла не беспокоиться о нем? Деревня Дуншань находилась недалеко от моря, поэтому, стоя на вершине горного склона, она могла смотреть вдаль на море. Она должна быть в состоянии сразу увидеть, когда Ян'эр вернется, верно?

Таким образом, принцесса-консорт Цзин приняла решение построить горное поместье в Западных горах. Хотя в Западных горах не было ни горячих источников, ни хороших сельскохозяйственных угодий, ни красивой окружающей среды, это было место, которое заставляло ее чувствовать себя ближе к своему младшему сыну, а это было все, что ей было нужно! (Примечание автора: Неудивительно, что второй сын чувствовал себя недовольным. Как мать, она действительно выделяет своего младшего сына. Более того, она крайне предвзята, ах!)

Как только принцесса-консорт Цзин приняла решение, изменить его было почти невозможно. Пока это было разумно, большинство людей также не хотели ее подводить. Когда новость достигла столицы, принц Цзин с готовностью согласился. Не говоря уже о небольшом поместье, даже если бы она захотела построить три или пять горных вилл, пока принцесса-консорт была счастлива, разве он, достойный императорский принц Цзин, не захотел бы потратить деньги на их строительство?

В результате принц Цзин мобилизовал ряд ландшафтных архитекторов из Министерства Труда, нанял нескольких известных архитекторов жилых домов в столице и отправил их всех в маленький городок Тангу вместе с мастерами. Воспользовавшись отдыхом, он взял еще десять дней отпуска и отправился в город Тангу, чтобы лично заняться подготовкой к начальным этапам проекта.

Принцесса-консорт Цзин уже решила построить горное поместье на склоне холма недалеко от деревни Дуншань, которая была не очень далеко от резиденции леди Фан. Врач, сопровождавший принцессу-консорта Цзин, также сказал, что для здоровья принцессы-консорта полезно регулярно лазать по горам и заниматься спортом.

Императорский принц Цзин, естественно, не стал бы возражать. Он лично взял ландшафтных архитекторов и мастеров и выбрал место на Западных горах с отличным фэншуем. Он стоял лицом к югу, спиной к северу. После этого он набрал больше рабочих из близлежащих деревень. Через несколько дней строительство началось полным ходом.

На обратном пути в город Тангу принц Цзин испугался, что ухабистая горная дорога доставит неудобства его драгоценной принцессе-супруге, поэтому он приказал группе людей отремонтировать дорогу. Каменотесы были специально наняты для ремонта самого труднопроходимого участка горной дороги. Даже если бы им пришлось вырезать его, они должны были вырезать гладкую и ровную дорогу.

Когда предлагалась щедрая награда, храбрецы обязательно выходили вперед. В поместье принца Цзина не было недостатка в деньгах, поэтому они могли предложить высокую зарплату. Хотя период строительства был ограничен, он все еще привлекал группу людей. Строительство дороги продвигалось очень быстро. К тому времени, когда арбузы семьи Сяоцао полностью продались на рынке, была ровная дорога, которая вела прямо в город из деревни Дуншань. Раньше поездка в конном экипаже до города занимала больше часа, но теперь нужно было меньше сорока пяти минут. Все окрестные жители хвалили императорского принца Цзина за доброе дело.

Говоря о деревне Дуншань, когда они услышали, что принц собирается построить поместье в их деревне, они почувствовали себя польщенными и слегка встревоженными. Они боялись, что высокопоставленный чиновник проникнется симпатией к их небольшим участкам земли и отберет их у них. Видя, что дворянин выбрал место в Западных горах, жители деревни Дуншань постепенно почувствовали облегчение.

Теперь глава деревни Дуншань ходил повсюду с прямой спиной. Их деревня Дуншань должна быть драгоценным районом с отличным фэншуй. В противном случае, почему так много членов императорской семьи так любят это место?

Глава деревни несколько раз общался с управляющим поместьем принца Цзина. Он чувствовал, что слуги поместья принца Цзина были вполне разумны и не имели дурных привычек, как слуги других знатных семей.

Глава деревни тайно послал управляющему много хороших вещей и попросил его сказать несколько хороших слов о деревне Дуншань перед своими хозяевами. Как говорится: "Намного легче наслаждаться бризом, прислонившись к большому дереву". В будущем, если какие-то бестактные люди придут, чтобы причинить неприятности в деревне Дуншань, люди в горном поместье не проигнорируют это, не так ли?

В горном поместье семьи принца Цзина шло строительство. После более чем месяца шумного бизнеса арбузы семьи Юй, наконец, были полностью распроданы. В тот вечер, когда Юй Сяоцао достала бухгалтерскую книгу и подсчитала общую сумму, у всей семьи на лицах появилось ошеломленное выражение.

С водой из мистического камня в качестве уловки каждая бахча давала более десяти тысяч арбузов. Таким образом, три му земли произвели более тридцати пяти тысяч кэтти арбузов! В дополнение к продаже их в своем собственном магазине арбузов, они также продали часть Ван Эргоу и дядям Сяоцао по материнской линии по оптовой цене. Они продали почти десять тысяч кэтти дынь оптом. Если рассчитать его, основываясь на том, что один кэтти стоил сто пятьдесят медных монет, то это было бы в общей сложности полторы тысячи таэлей. Оставшиеся двадцать пять тысяч кэтти были проданы в арбузном магазине по несколько более высокой цене. Таким образом, основываясь на простом подсчете Сяоцао, они заработали доход почти в десять тысяч таэлей!!

Юй Хай с трудом сглотнул слюну и глубоко вздохнул. В прошлом месяце здесь было очень оживленно, но он никогда не ожидал, что выращивание арбузов будет таким прибыльным!

Сяоцао достала пачку банкнот. Каждый день она откладывала дневную прибыль магазина в городской банк. Самая маленькая сумма одной банкноты составляла сто таэлей, а самая большая - пятьсот таэлей. Она достала очень толстую и тяжелую пачку банкнот. Увидев банкноты, семья Юй почувствовала легкое сюрреалистическое чувство в своих сердцах.

Полгода назад они все еще жили в нищете, и у них даже не было достаточно грубого зерна, чтобы поесть. Теперь они стали богатыми людьми с десятью тысячами таэлей серебра! Даже в городе десять тысяч таэлей считались довольно большой суммой денег для семьи!

Юй Сяоцао увидела ошеломленные лица членов своей семьи и сказала с улыбкой: - Папа, мама! Что вы собираетесь делать с этими деньгами? Вы хотите сохранить их в банке или использовать для покупки дома и земли?

Юй Хай подумал об этом и сказал: - Возьми немного, чтобы починить старую резиденцию. Что касается остальных денег… может, нам купить хорошие сельскохозяйственные угодья недалеко от города? Три му земли нашей семьи - это слишком мало! Если мы купим больше земли, то в следующем году сможем посадить больше арбузов…

Поджав губы, мадам Лю улыбнулась и сказала: - Если есть подходящие магазины, мы также можем купить несколько. Два магазина Сяоцао расположены в хорошем районе! Их также легко сдать в аренду. Наш магазин дыни только что закрылся, но уже есть люди, которые спрашивают, не сдадим ли мы его в аренду. Просто собирая годовую арендную плату, мы можем получить доход около тысячи или около того таэлей за одну витрину магазина. Если у детей будет по два магазина, им не придется беспокоиться о своих средствах к существованию в будущем!

Юй Хай медленно кивнул головой в знак согласия: - Ммм! Тогда давайте купим еще несколько магазинов… Я думаю, мы также можем купить дом в городе. В будущем мы, вероятно, там будем проводить больше времени, так что в это время у нас также будет где остановиться. Однако это наш родовой дом. Даже если Маленький Шито сделает себе имя благодаря учебе, ему все равно нужно вернуться в свой родной город, чтобы отдать дань уважения своим предкам! - Юй Хай все еще был несколько сильно привязан к месту, где он родился и вырос.

Юй Сяоцао сказала с улыбкой: - Давайте расширим старую резиденцию осенью. Однако сейчас самое главное - вспахать землю и вырастить немного сладкого картофеля!

Юй Хай несколько раз кивнул и сказал: - Правильно! Я был так счастлив, что почти забыл об этом! Сейчас начало лета, так что если мы посадим сладкий картофель, то сможем собрать его до того, как пойдет снег! На самом деле, это была действительно хорошая идея, посадить арбузы. Это никак не повлияло на сельскохозяйственный сезон!

На следующий день Юй Хан попросил Сяоцао помочь собрать морские товары дома, пока он будет работать на полях с их родителями. После того, как они выкопали саженцы дыни, они потратили целых два дня, чтобы вспахать свои три му земли. Сяоцао также взялась за разведение саженцев сладкого картофеля. Это было главным образом потому, что она хотела использовать воду мистического камня для размножения саженцев. Таким образом, будучи ответственной за эту задачу, ей было бы удобнее использовать свою уловку. В конце концов, сейчас было уже немного поздно выращивать саженцы.

Сяоцао обработала участок земли рядом со своим домом, чтобы вырастить саженцы, и попросила Юй Хая огородить этот участок бамбуковым забором, чтобы мелкие животные с горы не уничтожали посевы ночью. Она достала тщательно отобранные семена сладкого картофеля и аккуратно разложила их на вспаханной земле, а затем покрыла их ровным слоем почвы. После посадки семян Сяоцао немедленно полила поле водой, смешанной с соответствующим количеством воды из мистического камня. К счастью, сейчас было начало лета, и температура была вполне подходящей для прорастания семян сладкого картофеля, так что ей не нужно было ничего делать, чтобы согреть их.

Помогая своей дочери выращивать семена, Юй Хай продолжал ворчать о том, как они должны были сначала подумать о выращивании ростков сладкого картофеля, задаваясь вопросом, не задержит ли это период выращивания и так далее.

К счастью, у Сяоцао был маленький божественный камень в качестве ее секретного оружия. В то время как обычно людям требовалось больше месяца, чтобы вырастить саженцы, ей потребовалось всего около дюжины дней, чтобы выполнить эту задачу. В дополнение к вкладу воды мистического камня, маленький божественный камень также очень помог. По приказу Сяоцао он "использовал свои силы" на растущих побегах каждый день. Сильная энергия ускорила рост сладкого картофеля.

Полмесяца спустя, когда дочь уговорила Юй Хая собрать ростки сладкого картофеля и посадить их на полях, он удивленно спросил: - Как рассада сладкого картофеля выросла так быстро? Неужели прошло уже двадцать дней? Цао эр, твой метод выращивания довольно хорош. Это сэкономило много времени!

Юй Сяоцао неопределенно ответила: - Вероятно, это потому, что недавно у нас была идеальная температура и осадки. Для посевов есть хорошая погода, поэтому саженцы росли относительно быстрее. Похоже, вот-вот пойдет дождь. Давайте работать быстрее и постараемся посадить весь сладкий картофель до того, как начнется дождь!

Юй Хай перестал думать о периоде роста саженцев сладкого картофеля. Он быстро собрал первую партию саженцев сладкого картофеля, перевез их на вспаханные поля и посадил. Работала вся семья, поэтому они закончили сеять саженцы сладкого картофеля менее чем за день. В ту ночь шел дождь, так что им даже не нужно было поливать поля.

Питаясь водой из мистического камня, саженцы сладкого картофеля были не только устойчивы к засухе и высокой температуре, но и к болезням и насекомым. Сладкий картофель на полях семьи Юй каждый день выглядел по-разному и рос очень хорошо. Все жители деревни хвалили Юй Хая за то, что он был отличным фермером.

В последующие дни семья Сяоцао жила очень счастливо. У госпожи Чжан все еще был какой-то затяжной страх, поэтому она не осмелилась прийти и причинить неприятности. Хотя госпожа Ли иногда приходила, чтобы бесстыдно подлизаться к госпоже Лю, она боялась действовать злонамеренно из-за крестных родителей Сяоцао.

Леди Фан практически поселилась в деревне Дуншань и редко возвращалась в городское поместье. Эти две семьи жили рядом, поэтому они все больше и больше общались друг с другом. Когда семья Юй была занята, леди Фан также переодевалась из своей роскошной одежды, чтобы помочь собирать овощи, ухаживать за огородами и тому подобное.

После более чем месяца спокойной жизни леди Фан влюбилась в этот расслабляющий и комфортный образ жизни. Каждый день она поднималась в горы, гуляла по пляжу, сопровождала детей, чтобы собрать морепродукты у моря, а затем превращала морепродукты, которые она лично собирала, в роскошную еду… Леди Фан чувствовала себя чрезвычайно расслабленной, как физически, так и морально. Она была гораздо счастливее, чем когда ей приходилось каждый день напускать на себя вид, чтобы развлекать самых разных людей в столице, нравились они ей или нет.

Глава 202 - Незамеченная Болезнь

Возможно, это было связано с окружающей средой или ее настроением, но с добавлением питательных супов, которые ее крестница готовила для нее каждый день, леди Фан, которая невольно прожила в деревне Дуншань в течение трех месяцев, почувствовала, что ее здоровье намного улучшилось. Многие из незначительных заболеваний связанных с ее женским здоровьем, которые у нее были в прошлом, казалось, исчезли с тех пор, как она начала жить в деревне Дуншань.

Ее кожа стала более светлой и гладкой, и она выглядела на несколько лет моложе. В прошлый раз жена окружного судьи сказала, что она не похожа на человека тридцати четырех или тридцати пяти лет, а выглядит моложе тридцати! Деревня Дуншань была действительно хорошим местом, чтобы оздоровиться, ах!

Фан Цзычжэнь твердо верил, что Сяоцао - их счастливая звезда. С тех пор как он съел еду, приготовленную Сяокао, он чувствовал, что даже лучший шеф-повар в мире не может сравниться с кулинарными навыками его дочери. Кроме того, после того, как появилась его жена, его крестная дочь начала готовить для них лечебные блюда. Лечебные блюда его дочери были гораздо эффективнее, чем рецепты, выписанные этими императорскими врачами и знаменитыми врачами!

Проведя на поле боя много лет, он получил множество внутренних повреждений. В прошлом он испытывал пронизывающую до костей боль в пасмурные дни, когда простужался или слишком уставал. После того, как его начала кормить дочь, даже когда он принимал холодную ванну в прохладном пруду, он чувствовал себя лишь освеженным и больше ничего. Его дочь сказала, что если он какое-то время будет заботиться о своем здоровье, то его старые раны и болезни можно будет вылечить и, возможно… хе-хе, он мог бы подарить ей младшего брата.

Гм! Вопрос о рождении ребенка зависел от небес. Хотя он говорил, что все зависит от судьбы, он всегда чувствовал, что жизнь не идеальна без собственного ребенка. Он был особенно внимателен к этому вопросу, потому что он был причиной того, что у его жены не будет детей, которые похоронят ее, когда она умрет в будущем, что также затрудняло ему поднимать голову перед многими своими коллегами.

Гадалка однажды сказала, что в его жизни было много неудач, но всегда был кто-то, кто помогал ему превращать бедствия в благословения. Если... его дочь могла вылечить его неизлечимую болезнь, она действительно была его божественным благодетелем, ах!

Однако дело было не в том, что он не верил в свою дочь. Она некоторое время изучала медицину у деревенского врача, так что должна быть способна готовить целебные блюда, чтобы поддерживать здоровье человека. Даже имперские врачи не смогли вылечить его бесплодие, которое он получил после многих лет на поле боя. Его дочери было всего десять, так может ли она быть лучше, чем те старые имперские врачи, чьи волосы и бороды были белы как снег?

Но то, что его дочь хотела помочь ему ухаживать за его здоровьем, было проявлением ее дочернего благочестия. Он должен безоговорочно поддерживать и сотрудничать и никогда не выказывать сомнения, чтобы не огорчать свою дочь.

Поэтому Фан Цзычжэнь и госпожа Фан с удовольствием наслаждались лекарственными блюдами, лично приготовленными Сяоцао каждый день. Лекарственные блюда, приготовленные Сяоцао, на вкус совсем не походили на травяные лекарства и на самом деле были очень вкусными. Поэтому они съедали все очень охотно.

После посадки сладкого картофеля на полях их семьи Сяоцао была свободна, ей нечего было делать. Работа по дому была разделена между членами семьи. Юй Хан по-прежнему отвечал за сбор морских товаров для фабрик приправ семьи Чжоу вместе с Третьим дядей. Сяолянь каждый день ходила в доки продавать тушеную пищу, в то время как госпожа Лю отвечала за огород и работу по дому. Ее отец, Юй Хай, либо помогал своей жене ухаживать за огородом, либо по приглашению своего близкого друга Лю Шуаньчжу отправлялся на море, чтобы поймать ценную рыбу, чтобы улучшить их питание и еще больше обогатить семью. Хотя семья больше не испытывала недостатка в деньгах, которые он зарабатывал на продаже рыбы, он все еще действительно наслаждался своей первоначальной профессией.

Таким образом, Юй Сяоцао была единственной в семье, кому нечего было делать. Поэтому, когда она узнала, что ее крестный отец не может быть отцом детей из-за своих старых ран, она сосредоточила все свое внимание на здоровье своих крестных родителей. Она стремилась обзавестись младшим братом и сестрой к следующему году.

Ммм... Маленькому Шито было уже шесть лет. Это была неплохая идея - иметь еще одну мягкую, маленькую булочку в своей семье. Хорошо! Из-за этой единственной мысли их дочери Юй Хай и мадам Лю также были вынуждены каждый день пить травяные супы.

Хотя Юй Сяоцао не была очень уверена в своих медицинских навыках, она была полна уверенности в маленьком божественном камне. Тогда, без маленького божественного камня, было бы очень трудно спасти его жизнь, не говоря уже о ноге. Бесплодие ее крестного отца не было врожденным, но вместо этого это была травма, оставшаяся с полей сражений. По сравнению с тем, когда ее отца укусил медведь, этот вопрос был просто куском пирога.

В результате она с энтузиазмом посвятила себя приготовлению лечебных блюд каждый день. Хотя у нее был маленький божественный камень в качестве ее уловки, чтобы сделать его более эффективным и чтобы ввести в заблуждение других людей, она специально отправилась в город, чтобы обсудить пульс своего крестного отца со знаменитым врачом доктором Суном. Они работали вместе, чтобы придумать наиболее полезный рецепт для его тела.

Доктор Сун произвел чрезвычайно глубокое впечатление на семью Юй, особенно на маленькую девочку, стоявшую перед ним. Она болела с тех пор, как была в утробе матери, что было самым трудным для лечения. Она должна была быть прикована к постели и полагаться на лекарства для выживания. Более того, даже с самым лучшим лекарством она не смогла бы прожить больше десяти лет. Однако посмотрите на нее сейчас. Мало того, что у нее был здоровый румянец на лице, и она была жива и здорова, но она также серьезно изучала медицину.

Затем он должен был упомянуть отца маленькой девочки. В то время половина его тела была почти уничтожена медведем. Даже если бы он тогда отрубил ногу, все равно было бы очень трудно спасти ему жизнь. Но сейчас? Он не только сохранил свою жизнь, но и его нога была в порядке. Он путешествовал между деревней Дуншань и городом каждый день быстро и энергично, выглядя очень бодрым!

Была также мать этой маленькой девочки, которая осталась с хроническим заболеванием, потому что она не смогла должным образом восстановиться во время послеродового периода родов. Кроме того, она годами страдала от истощения и недоедания, поэтому у нее осталось много проблем со здоровьем. Самым важным было то, что, согласно его диагнозу, у жены семьи Юй уже были начальные симптомы туберкулеза. В эту эпоху лечить туберкулез было не так-то просто. Более того, она была не только заразной, но и от нее могли умереть люди! Но посмотри на нее сейчас. После выздоровления в течение некоторого времени по его рецепту все ее проблемы со здоровьем исчезли, и даже ее туберкулез был вылечен! Он почти подумал, что его медицинские навыки не очень хороши, и неправильно поставил ей диагноз!

Без хвастовства, но его, Сунь Чжунцю, медицинские навыки будут считаться первоклассными, даже если он поступит в Императорский госпиталь. Возможно, не десять тысяч пациентов, но он определенно обследовал тысячи пациентов и никогда не ошибался. Однако только для трех членов семьи Юй все его диагнозы оказались неверными.

Может быть... Семья Юй была благословлена богами? Или есть способ вернуть мертвых к жизни? С другой стороны, семья Юй была обычными рыбаками. Если они действительно знали какой-то метод реанимации, как могло не быть никаких новостей за эти годы? В этом случае можно было только сказать, что семья Юй, вероятно, была благословлена божеством удачи, и поэтому им не суждено было умереть.

Древние относились с большим благоговением и почтением к демонам и богам. Хотя доктор Сун был врачом, он все еще не мог оторваться от этих общепринятых убеждений. В результате, что касается консультации Юй Сяоцао, он сделал все возможное, чтобы помочь ей. Во время их обсуждения доктор Сунь не мог не быть поражен уникальными взглядами Юй Сяоцао на некоторые медицинские практики.

В прошлой жизни Сяоцао обладала лишь некоторыми поверхностными знаниями о медицине, но существовали бесконечные методы поддержания здоровья в Интернете, которые она также изучала в течение определенного периода времени. Многие методы здравоохранения последующих поколений были результатом тысячелетних исследований. Неудивительно, что даже доктор Сун, который был известным врачом, восхищался ею!

После периода обсуждения отношение доктора Сунь к Сяоцао также неосознанно изменилось. Некоторые планы лечения, которые предлагала Сяоцао, были недостаточно зрелыми, но это давало ему много вдохновения. Таким образом, каждый раз, когда Сяоцао приходила, доктор Сун лично принимал ее, даже если был занят.

Это очень озадачило его учеников и их учеников: "С медицинскими навыками и славой Учителя (Учителя моего Учителя), даже когда приезжали знатные лорды и чиновники из столицы, он все еще выглядел холодным и равнодушным. Что такого особенного в этой маленькой девочке, что заставляет Учителя (Учителя моего Учителя) относиться к ней по-другому?"

Чтобы вылечить старую болезнь своего крестного отца, Юй Сяоцао часто ездила туда и обратно между деревней Дуншань и медицинским центром Тунжэнь в городе. В этот день Сяоцао вела свою ослиную повозку и скакала галопом по ровной и широкой дороге. На самом деле были некоторые преимущества в том, что императорский принц Цзин построил горное поместье в Западных горах, потому что они, по крайней мере, сделали дорогу из деревни Дуншань в город намного лучше, чем раньше. Особенно на участке горной дороги, который проходил через Западные горы, она больше не чувствовала, что ее вырвет кишками от ухабистости дороги.

Сяоцао приходилось совершать по крайней мере семь или восемь поездок туда и обратно в месяц по этой горной дороге, так что она давно была знакома с этим путем. После того, как она вырастила этого осла по имени Маленький Грей, он стал очень умным. Ему не нужно было, чтобы кто-то вел его, и он мог сам добраться из города домой.

Сидя, скрестив ноги, на повозке с ослом и склонив голову, Юй Сяоцао не могла удержаться от громкого смеха, когда подумала о том, что сказал доктор Сун о медицинском деле ее крестного отца. После трех месяцев напряженной работы тело ее крестного наконец-то стало яростным и горячим… кашель кашель… Простите ее за то, что она использовала неправильные слова! Однако это было правдой. Доктор Сун сказал, что старая болезнь ее крестного излечилась, и рано или поздно у него будут дети!

За последние три месяца ее крестные относились к ней даже лучше, чем к своим предполагаемым биологическим детям. Ее отец часто ворчал кисло: - Старый Фан делает все, что может сделать отец, и поэтому я, настоящий отец, стал просто мебелью на фоне.

Крестная заботилась о ней всеми возможными способами, от одежды до обуви и носков. Она шила их сама и никогда не просила других людей помочь ей. Крестная не только с удовольствием наряжала ее, но и учила правилам и этикету благородных юных леди… Эта пара хотела бы просто выковырять свои сердца и отдать их ей. Единственное, что она могла сделать для своих крестных - это помочь им восстановить свое здоровье, чтобы они могли родить ребенка, связанного с ними кровью, чтобы компенсировать сожаления в своих сердцах.

Ее крестные могут сказать, что у них не было большой надежды, но она ясно чувствовала их желание и ожидание ребенка. Поскольку она сказала, что может вылечить неизлечимую болезнь Крестного отца, ее крестные не доверяли ей, потому что она была ребенком, но все равно активно сотрудничали с ней. В их речи и поведении также было больше жизненной силы и живости, чем раньше.

Юй Сяоцао думала о глупой улыбке на лице своего крестного, когда он услышал, что у него могут быть собственные дети… Внезапно Маленький Грей издал предупреждающее ржание. Повозка с ослом сильно затряслась, и Сяоцао чуть не скатилась с повозки.

Маленький Грей обычно тянул тележку очень плавно и стабильно. Раньше такого никогда не случалось, так что же случилось сегодня? Сяоцао подняла голову и приготовилась проверить ситуацию, но в ее сердце возникло чувство опасности.

Две темные тени выскочили из ближайшего горного леса с блестящими длинными мечами в руках и бросились прямо на нее. Юй Сяоцао была довольно проворной и быстро скатилась с повозки. Длинные мечи полоснули по телеге, оставив две глубокие отметины. Капля холодного пота скатилась со лба Сяоцао. Если бы она двигалась чуть медленнее, то длинные мечи приземлились бы на ее маленькое тело, а не на повозку. Они всерьез пытались убить ее, ах!

Сердце Юй Сяоцао бешено забилось, и даже цвет ее лица изменился. Она посмотрела на свою одежду. Она была простой и недорогой, ах! Она никогда не выставляла напоказ свое богатство в городе, так что вряд ли они собрались ее убить из-за денег!

Она заставила себя успокоиться, посмотрела на двух мужчин в черных

масках перед ней и громко спросила: - Кто вы такие? Я всего лишь ребенок

из рыбацкой семьи, и у меня нет никаких обид на вас, ребята. Может

быть, вы приняли меня за кого-то другого?

Люди в масках переглянулись. Тот, что пониже ростом, мрачно рассмеялся и спросил: - Ты Юй Сяоцао из деревни Дуншань?

Сердце

Сяоцао упало. Поскольку они произнесли ее имя, было невозможно, что они

напали не на того человека. После того, как она огляделась, ее сердце

стало совершенно холодным. Это был самый отдаленный участок горной

дороги. С одной стороны был крутой утес, а с другой - густой лес. Это

было лучшее место, чтобы убить кого-то, а затем избавиться от трупа!

Двое

мужчин в масках перекрыли ей все пути к бегству спереди и сзади.

Заросли леса рядом с ней были даже выше ее, так что было почти

невозможно быстро запрыгнуть туда и спрятаться. Утес на другой стороне

был еще хуже. Если она прыгнет, то точно умрет и ничего от нее не

останется. Что ей делать? Неужели она умрет сегодня?

Юй Сяоцао

втайне глубоко вздохнула и тихо произнесла: - Верно, я действительно Юй

Сяоцао! Однако я не думаю, что когда-либо совершала что-либо

безжалостное и незаконное. Я также не помню, чтобы у меня были враги.

Почему вы, два сильных воина, нападаете на меня с оружием без всякой

причины?

У более высокого мужчины был немного более резкий голос,

который звучал раздражающе для ушей: - Хе-хе… Кое-кто потратил двести

таэлей за твою жизнь. А кто это—иди и спроси в подземном мире!

[Маленькая

Клецка, ты здесь? Если ты сейчас же не выйдешь, твоя хозяйка умрет!] Юй

Сяоцао отчаянно взывала к маленькому божественному камню в своем

сердце. Этот малыш обычно выпрыгивал, когда в этом не было

необходимости, поэтому, пожалуйста, не подведи ее в такой критический

момент.

Голос маленького божественного камня медленно возник в ее

сознании, [Хм! Не называй меня Маленькой Клецкой! Что это за дурацкое

имя? Это совсем не впечатляет. Измени его!]

[Сейчас самое время

беспокоиться о своем имени? Ты хочешь, чтобы я умерла, чтобы ты смог

сменить своего хозяина?] Юй Сяоцао была так зла, что забыла о страхе. Ее

свирепое выражение лица заставило двух бандитов снова посмотреть друг

на друга. Они были очень озадачены в своих сердцах—неужели эта маленькая

девочка так испугалась, что сошла с ума?

Маленький божественный

камень медленно произнес: [Конечно, я хотел бы сменить хозяина на более

могущественного, но… Ах! Трудно общаться с людьми, которые не находятся в

одном и том же магнитном поле, ах! У этого Божественного Камня нет

другого выбора, кроме как принять тебя как мою хозяйку. Я ничего не могу

сделать, ах!]

[Поскольку ты не можешь изменить своего хозяина, не

должен ли ты поторопиться и помочь мне?] Из-за этого Юй Сяоцао чуть не

умерла от гнева. Этот бестактный камень, это был такой критический

момент прямо сейчас, но он все еще медлил!

Маленький божественный

камень ответил неторопливо: [Не волнуйся. Моя помощь не понадобится!

Тебе, ах, тебе действительно повезло, так что ты ни за что не умрешь!]

В

этот момент бандиты уже потеряли терпение. Они подняли мечи и бросились

к Юй Сяоцао. Юй Сяоцао так испугалась, что сразу же забралась под

повозку с ослом. Бандиты промахнулись и уже собирались нагнуться, чтобы

заколоть ее под телегой, когда раздался стук лошадиных копыт. - Грабить и

нападать на людей средь бела дня, вы действительно думаете, что в

Великой династии Мин нет закона?

Наконец-то появился ее спаситель!

Юй Сяоцао была так взволнована, что разрыдалась (Примечание автора: Ты

уверена, что расплакалась не потому, что просто испугалась?). Она

глубоко вздохнула с облегчением и расслабила затекшее тело под повозкой.

Бандиты

посмотрели в ту сторону, откуда доносился звук, и увидели белую лошадь,

скачущую во весь опор. С ржанием лошади проворная фигура спрыгнула и

приземлилась рядом с повозкой. Бандиты были всего лишь обычными,

городскими хулиганами. Когда этот человек подошел к ним, они были

склонны совершить преступление при виде денег. Более того, они слышали,

что целью была всего лишь слабая маленькая девочка, поэтому они

согласились взяться за эту работу.

Хотя они выглядели дикими и

жестокими, на самом деле они очень нервничали. Обычно они просто

занимались мелкими издевательствами над слабыми, бандитскими разборками и

так далее. На самом деле это был их первый раз, когда их наняли в

качестве наемных убийц. В это время, видя, что этот поступок был

разоблачен и что человек, который пришел, казалось, знал боевые

искусства, они, естественно, не осмелились сражаться с ним. Таким