Темный Лес. Место, которого все боятся. Деревья в этом лесу настолько высокие и настолько плотно стоят, что земля уже годы не видела солнечного света. Многие, сидя у костра, рассказывают об этом недружелюбном месте, и о том, что множество людей, которые ушли туда, якобы никогда не вернулись. Большинство людей смотрят на эти истории, как на страшилки, но, несмотря на эпоху технологий, где каждый сантиметр земли тщательно изучен, исследователи так и не смогли пройти через весь Тёмный Лес…

Глубоко в этом в тихом и спокойном месте тишину и спокойствие ночи прервал едва слышный топот ног. Молодая женщина сломя голову неслась сквозь густой лес. Обычно эта девушка старалась бежать абсолютно беззвучно, но сегодня всё было иначе. Если внимательно присмотреться, то можно было заметить, что гладкий, чёрный кожаный костюм, который она носила, был весь в крови. Это само по себе не было необычно для неё, но в этот раз большая часть крови принадлежала ей, чего раньше вообще не случалось.

На её спине сидел маленький ребёнок, чьи длинные серебристые волосы струились за ними, пока они пробирались всё глубже и глубже в лес. Ребёнку было лет 12, и он был настолько тощим, что трудно было понять – это девочка или мальчик. Изначально белые одежды ребёнка теперь были окрашены в красный цвет из-за того, что он плотно прижимался к бегущей женщине.

– Ещё чуть-чуть, мисс Найт! – попросил ребёнок.

– Тише! – прошипела женщина; она боялась, что кто-то может отследить их по голосу.

К сожалению, её опасения были не безосновательными, потому что в паре сотен метров за её спиной спешили десятки людей в чёрных плащах, стараясь догнать их. Они охотились, и расстояние между охотниками и добычей постепенно сокращалось. Погоня продолжалась, и вскоре преследователи почти догнали, осталось лишь несколько десятков метров.

«Мисс Найт» уже было испустила проклятие, что их долгий и трудный побег был бесполезен, как вдруг она заметила поляну впереди, а на другой стороне этой поляны был очень узкий проход между двух горных склонов.

«Это Рифт! Если ребёнок сможет пройти на ту сторону, он будет в безопасности!», – от этой мысли её губы искривились в лёгкой улыбке, и она заставила ноги сделать последний рывок в сторону Рифта.

В одном метре от него она остановилась и практически бросила ребёнка в узкий проход.

– Беги! Не оглядывайся назад! – прокричала юная мисс Найт и повернулась лицом к своим преследователям. Сама она с горечью подумала: «Вот почему я никогда не брала миссии по защите. Убегать налегке – это одно, а оставаться прикрывать…»

Ребёнок остановился лишь на секунду, взглянул на неё, после чего бросился бежать. По щекам его текли слёзы. Поляну за его спиной уже наполнили почти тридцать человек в чёрных плащах, которые направили оружие на мисс Найт.

На мгновение тишина вновь вернулась в лес. Преследователи, казалось, не решались начать, как если бы их числа и количества огнестрельного оружия не хватило бы, чтобы «позаботиться» о женщине перед ними. После того, как прошла, казалось, целая вечность, старый джентльмен вышел из толпы.

– Рэйвен Найт! Приказом Союза я требую, чтобы ты дала нам пройти! Крик мужчины эхом отразился от стены. Рэйвен даже не снизошла до ответа, лишь с щелчком на запястьях, активировала два блока с мечами на предплечьях, вытянувшихся, будто продолжения её рук, и приготовилась к бою.

– Ты уже убила почти сотню своих товарищей! Если ребёнок не умрёт, даже то, что ты – «Поющая в ночи», не сможет спасти твою жизнь!

Рэйвен посмотрела на тёмную группу перед ней. Не так давно она считала себя одной из них. Она почти 25 лет прожила, как верный слуга Союза убийц. У неё не осталось воспоминаний о её родителях и сейчас она едва могла вспомнить тот ужасный приют, где она провела первые три года своей жизни.

Её первое яркое воспоминание – тот день, когда член Союза приехал в интернат и выбрал четверых малышей, казалось бы, наугад, и Найт была одним из них.

Член Союза привёл её и её коллег-сирот в захудалый склад, где четыре человека были прикованы к полу. Затем этот убийца дал им оружие и приказал прикончить пленника. Если они сделают так, как им сказали, они получат место, которое можно назвать домом и обрести цель своей жизни, если их самих не убьют.

Нормальным детям в возрасте трёх лет не понять смысла смерти, но эти сироты уже прожили достаточно, чтобы знать и бояться смерти.

Четверо детей только смотрели друг на друга, прежде чем выстрелить в пленников. Все они были приняты в Союз, чтобы начать своё обучение на убийц.

Ей дали имя Рэйвен Найт (Raven Night [Ночь Ворона] в оригинале. Оставлены оригинальные имена в транскрипции для лучшего звучания – п.п.); «Рэйвен» - это было именем того, прикованного пленника, в которого она выстрелила, а «Найт» – её подразделение. Любые другие имена должны были быть забыты. Так и случилось.

Тренировки – если их можно было так назвать – были изнурительными. Назвать их пытками было бы более точным, и порой даже этого слова было недостаточно, чтобы описать то, что им пришлось пережить. Но в Союзе знали, что делают, и дети быстро стали сильными и ловкими убийцами, преданными и не доверяющие никому, кроме себя и вышестоящих.

Рэйвен Найт преуспела в обучении и имела необычное восприятие. Она быстро взлетела по карьерной лестнице и в возрасте 18 лет она уже считалась самой лучшей убийцей из всех живущих. Ей дали прозвище «Поющая в ночи» и её «выступлений» стали бояться во всём мире.

Она выполняла свои задания быстрее и чище, чем кто-либо другой, и в 25 лет, количество убитых ею достигло эквивалента населения среднего города, и это не считая времени, когда ей заказали фактически «стереть» целый город – так как это было сделано с помощью взрывчатки, а не её собственными руками, она не считала их…

Скорее всего, она продолжала бы быть верным слугой Союза убийц, пока не погибла бы в бою, но её последнее задание изменило всё. Простейший заказ: в уединённой горной деревушке убить маленького ребёнка, живущего с городским старейшиной.

Это было довольно распространённым заданием; какой-то олух заделал незаконнорожденного ребёнка, а сейчас другой наследник хотел избавиться от конкурентов. Конечно, это всё домыслы; причины миссии никогда не высказывались, а Рэйвен никогда не спрашивала.

Предполагаемо рутинное задание, но в последний момент, когда она взглянула своей жертве в глаза, она ощутила странное желание защитить его. Она действительно не могла сказать, почему. Это не была любовь или жалость, или любая другая эмоциональная причина – такой бред из неё выбили ещё при обучении – но было своего рода жуткое благородство в этом ребёнке.

Присутствия такого в своей душе она ранее не испытывала, и это заставило её усомниться в приказах, которым до этого она слепо следовала. В это мгновение она обрела понимание разницы между приказами и желаниями души, а не просто действиями по привычке или от страха. Понимание этого просто парализовало её. После нескольких минут ступора она подняла ребёнка на руки и побежала.

Естественно, Союз узнал о том, что она наплевала на заказ и её объявили предательницей. Теперь, полтора года спустя, Союз наконец поймал её.

– Кучка марионеток, я больше не буду убивать для других. Теперь я убиваю только по своему собственному желанию! – сказала она, и презрение на её лице сменилось жутким спокойствием. – Это, может быть последнее, что я сделаю, но я буду защищать этого ребёнка. Идите сюда!

Когда последнее слово затихло, ужасающее намерение убийства наполнило всю поляну.

Джентельмен колебался лишь долю секунды, после чего крикнул: – Убить её!

Убийцы спустили курки, а потом с остервенением бросились вперёд, доставая холодное оружие. Они очень хорошо знали, что простое оружие не сделает ничего против легендарной Поющей в ночи. Будучи королевой всех убийц, возможно, даже самой великой убийцей, которую мир когда-либо видел, пушки перестали быть опасными для неё давным-давно. Но они всё равно отвлекут её, а может, даже замедлят.

Несмотря на кровь, текущую из тяжёлой раны, у неё получилось увернуться. Рэйвен Найт двигалась быстро и резко, как солнечный зайчик, а её мечи летали вокруг неё полосами света. Слабый свист раздавался каждый раз, когда она с лёгкостью отражала пули. Но когда убийцы подобрались ближе, она была вынуждена разделить своё внимание между теми, кто сражается в ближнем бою и теми, кто на мгновение отскочил, чтобы снова выстрелить из пистолета.

Ещё ей приходилось следить, что никто не метнулся в щель, преследовать убегающего ребёнка. Затем последовал ожесточённый бой, где тридцать убийц по очереди рубили и стреляли в одинокую Рэйвен, охраняющую Рифт. Ни приказов, ни криков боли не было слышно.

Если бы здесь оказался зритель, у него не осталось бы сомнений в том, что все здесь профессионалы в убийствах. Нападающие падали на землю после удара мечами Рэйвен, и группа понемногу уменьшалась в размерах.

Но и её удары становились всё менее точными и сильными. Это был лишь вопрос времени, прежде чем ей будет нанесена смертельная рана. Когда четырнадцатый напавший упал мёртвым, люди в плащах занервничали. Они больше не переключались между ближним боем и стрельбой, и полностью игнорировали риск попасть в своих.

Рэйвен коротко рявкнула и ударила мечами в противоположных направлениях. Острые мечи легко проткнули двоих убийц, что опрометчиво подошли слишком близко к Рифту. На неё одновременно накинулись четверо наёмных убийц, заблокировав своими клинками её мечи и заслоняя стрелков от её поле зрения.

Не медля ни секунды, оставшиеся убийцы стали стрелять прямо через своих собственных товарищей. Сотня выстрелов изрешетили убийц, прежде чем тела упали на землю. Окружённая трупами, Рэйвен упала на колени, а её глаза потускнели.

Она смотрела вдаль, туда, что никто больше не мог увидеть, а в голове мелькало: «Я… Я думаю, что это мой предел…». Её зрение стало размываться, и тьма стала пеленой закрывать этот мир. «25 лет я несла смерть... хе-хе… с сегодняшними убитыми, я, думаю, превзошла рекорд в полмиллиона… Забавно…»

Когда последние силы оставили её, Рэйвен упала на землю, лицом к тёмным глубинам Рифта. Остальные десять убийц остановились только на секунду, чтобы стать свидетелями последнего вздоха легендарной Поющей в ночи, а после побежали в разлом.

Последняя мысль пришла в голову Рэйвен, прежде чем тьма унесла её: «Надеюсь, я выиграла для малыша достаточно времени… По крайней мере, тогда я сделаю хоть что-то хорошее в этой жизни...»

Это был необычайно тёплый осенний день в горах Найтингейл (Nightingale – соловей с английского). Леса, покрывающие эти горы, выглядели так, будто они были в огне; солнечный свет медленно двигался по листьям, которые переливались всеми оттенками от ярко-золотого до кроваво-красного. Иногда легкий ветерок ослаблял пару листьев, и они поднимались в небо.

Пронзительный вопль вырвал Рэйвен из бессознательного состояния. Дезориентированная, она пыталась открыть глаза, чтобы найти источник крика. Её глаза отказывались повиноваться командам поначалу, но после некоторой борьбы свет наполнил её глаза, и Рейвен к своему удивлению поняла, что она сама виновница крика.

«Что происходит?»

Она пыталась перестать кричать, но её тело отреагировало вяло.

- Здесь, здесь. Всё в порядке, - нежный мягкий голос проворковал ей на ухо.

Моргая, Рейвен заставила себя успокоиться, медленно приобретая контроль над своим телом и голосом. Вопль закончился и расплывчатый мир становился яснее и яснее. Глядя на своё окружение и собственные крохотные ручки Рэйвен могла прийти только к одному выводу: она возродилась, и, поскольку архитектура помещения, отдалённо напоминала знакомые места - даже в том мире, и, может быть, в том же времени, где была!

В настоящее время она лежала в объятиях молодой женщины, которая смотрела на неё нежным, любящим взглядом. Дрожь пробежала через маленькое тело бывшей Рэйвен Найт – никогда ещё на неё не смотрели такими глазами… Женщина, очевидно, очень устала и её длинные светло-фиолетовые волосы плотно облепили её лицо, но несмотря на это, она чувствовала слегка тёплое свечение от неё. Для Рэйвен женщина выглядела как звезда, освещающая тёмное ночное небо.

Не отрываясь от своего новорожденного ребёнка, женщина говорит: - Иви, пусть Лорд Малео знает, что я произвела на свет прекрасную маленькую дочь.

«Что это за язык? Я могу понять, что они говорят, но я не узнаю его вообще…»

- Да, Леди Бэсра! - лёгкие шаги вышли из комнаты.

- Привет, маленькая… - жемчужно-белая рука женщины слегка ткнула в нос Рэйвен, размером с пуговицу. – Добро пожаловать в Тринити (Trinity – эквивалент русского слова Тройца – п.п.). Я твоя мать, Бэсра.

Светлая улыбка распространилась по её лицу, и Рейвен не могла не протянуть рукой в сторону женщины.

- Маоа… - едва слышный звук выкатился из уст Рэёвен, после чего на её младенческом лице появился озадаченный взгляд. «Ага, я не могу говорить - мои голосовые связки ещё не полностью развились, я думаю». Разочарованный взгляд быстро сменился прозорливым. «Моя мать кажется очень доброй». Для Рэйвен, любовь, которую она чувствовала от этой Леди Бэсры была тем, что она никогда не знала прежде, и уже глубоко это оценила.

Крошечная рука Рэйвен уже почти дотронулась до щеки матери, когда открылась дверь и огромная фигура нависла над кроватью, в которой отдыхали Леди Бэсра и маленькая Рэйвен отдыхали. Рэйвен замерла и уставилась на силуэт. Это был крепко сложенный человек, не более тридцати лет, чьи черные волосы укладывались в густую косу, которая колыхалась за его спиной. Он носил тонкие шёлковые одежды разных оттенках зелёного, замысловатыми узорами меди были украшены рукава и рубашка.

- Малео! Не ступай из тени перед ребёнком, напугаешь её, дуб! - пожурила Бэсра.

- Ха-ха, как же! Это мой ребёнок, думаешь, его так легко напугать! - завопил мужчина по имени Малео, но, увидев гневные искорки в глазах Бэсры, он сразу успокоился, напустив виноватое выражение на своё лицо.

Но Рэйвен не испугалась, она была ошарашена. Как же человек мог двигаться так быстро? Конечно, она была сосредоточена на её матери и, без сомнения, её чувства ребёнка не были так же остры, как у взрослого человека, но он появился вроде как из ниоткуда…

Однако, прежде чем Рэйвен смогла внимательно обдумать то, чему она только что стала свидетелем, мужчина наклонился над кроватью и поднял её. Его сильные руки были на удивление осторожными, так мягко они держали Рэйвен. Она посмотрела в лицо мужчины, и увидела ту же любовь и счастье в его глазах, что её мать показала ей, только на этот раз там была властный дух настоящего защитника. Рэйвен была беззащитна, но чувствовала, что этот человек, её отец, смог бы перевернуть мир, чтобы держать ее в безопасности. Это было чужеродное ощущение для неё. «Кажется, я окружена любящими родителями на этот раз…

Малео задумчиво смотрел на новорожденную дочь некоторое время. Маленький ребёнок просто смотрела на него, её глаза наполнились любопытством. Он не мог избавиться от ощущения, что этот малыш пытался узнать о нем всё, заглядывал в душу.

- Бэсра, наш ребёнок смотрит на меня, как всевидящий ворон… - Малео помолчал минуту. – Да, Рэйвен. Это будет подходящее имя для неё.

- Рэйвен Найтингейл, - её мать произнесла имя и одобрительно кивнула.

Рэйвен была в тихом шоке. Почему её отец дал ей то же имя, которое у неё было в прошлой жизни? Совпадение было слишком странным! В первый раз она получила это имя из-за её первого убийства, теперь она получила то же имя, просто потому, что она смотрела на своего отца?

Фамилия также вызывала изумление. Печально известная «Поющая в ночи» родилась в семье, названной в честь самых знаменитых певцов ночи (Найтингейл – «соловей» с английского. Соловьи поют по ночам – п.п.).

«Это, должно быть, то, что называют судьбой…» - первоначальный шок Рэйвен быстро схлынул, зачем удивляться тайнам судьбы?

«Рэйвен Найтингейл? Очень хорошо, это буду вторая я. Здесь я буду жить с людьми, которые искренне заботятся обо мне». С этой мыслью Рэйвен Найт, а.к.а. Поющая в ночи, наконец, обрела её новую личность. Теперь она была Рэйвен Найтингейл, дочь Малео и Бэсры Найтингейл, и она была любима.

Малео продолжал смотреть на свою новорожденную дочь на руках. Ее маленький рот был изогнулся в улыбке, когда он дал ей имя, и её большие зелёные глаза спокойно смотрели на него. В очередной раз он почувствовал себя так, словно этот ребенок – спрятанный в тело ребёнка шпион, но, так как он только что стал отцом, всё, что он чувствовал – это беспредельную гордость.

- У неё мои глаза, - сказал он со смешком. – Логично, учитывая, что я у тебя первый.

Он повернулся к жене на кровать и опустил Рейвен, вернув её в объятия матери. Когда он делал это, Рэйвен воспользовалась случаем и изучила комнату, в которой она находилась. Это была довольно большая спальня, с большой двуспальной кроватью, несколько тщательно вырезанных деревянных шкафов и великолепный маленький стол, который стоял перед одним из больших окон, откуда открывался шикарный вид на, казалось, бесконечное небо. Мастерство изготовления деревянной мебели было просто удивительно; цветы и листья, опутывали бока и ножки шкафов и письменного стола. В пышной зелени сидели мелкие птицы, они выглядели почти живыми.

Высокие стены, сделанные из красноватого камня, были отполированы и пусты. Когда солнце освещало противоположную стену, казалось, будто сотни маленьких кусочков кристалла был вдавлены в скалу. Многочисленные высокие окна были окаймлены густыми белыми занавесками, которые шли от потолка до самого пола. Рэйвен предположила, что она родилась в очень богатой семье.

Когда она смотрела на большую деревянную дверь, в которую вошёл отец, она заметила маленького мальчика, подглядывающего из щели. Ему было, пожалуй, пять или шесть лет и выглядел он, как миниатюрная версия своего отца; он носил такие же зелёные одежды, но без медных узоров на груди и руках, его волосы были чёрные, как смоль и небольшая коса висела через плечо.

Положив Рэйвен к матери, Малео повернулся лицом к мальчику в дверях: - Сын, иди сюда!

- Да, отец! - маленький мальчик поспешил в комнату, останавливаясь у подножия кровати.

Малео положил широкую ладонь на плечо своего сына и подвёл его к месту рядом с кроватью.

- Смотри сынок, это твоя сестрёнка, Рэйвен!

Как Малео сказал это, Бэсра наклонила маленькую Рэйвен в руках, чтобы дать сыну лучше рассмотреть. Любопытство наполнило его глаза, он вытянулся, чтобы посмотреть на свою сестру.

- Такая милая! – воскликнул он.

- В следующем году ты начнешь свои тренировки, чтобы стать спиритуалистом. Ты должен упорно трудиться, чтобы ты смог стать достаточно сильным, чтобы защитить её! – большая рука отца крепко потрепала плечо сына.

Карие глаза мальчика светились уверенностью: «Да, отец!». Очевидно, он принял его новую миссию очень серьёзно. Он положил руку на грудь, как будто копируя военный салют, и смотрел прямо перед собой: - Я, Хацин (Hoatzin) Найтингейл, защищу мою младшую сестру ценой своей жизни!

- Очень хорошо, мой мальчик! – Бэсра улыбнулась. Её нежная рука потянулась, чтобы потрепать волосы на голове Хацина. – Ты должен очень упорно трудиться.

Вздрогнув от движения матери, молодой Хацин стал сильно переживать остаться ли ему на месте или избежать неловкого прикосновения матери. В конце концов он преуспел и не сделал ничего.

- Мама! – пожаловался он, но Бэсра просто улыбнулась.

Рейвен с другой стороны взглянула на её «старшего» брата. Этот мальчик казался таким искренним. Она могла с уверенностью сказать, что он действительно будет упорно работать ради неё. Без сомнения, он был в слегка бунтарском возрасте, когда хотел доказать всем вокруг, что он уже мужчина, а не мальчик. Хацин пройдёт долгий путь, но его уверенность в том, что он защитит сестру, растопило холодное сердце убийцы ещё чуточку. «Какая у меня теперь семья!»

Прежде чем Ворон смогла подумать ещё о своей новой семье, волна усталости прокатилась по её телу, и она не смогла подавить зевок. Она была полностью опустошённой, и пришлось немало потрудиться, чтобы удержаться и не заснуть мгновенно. Конечно, Бэсра заметила, как её дочь борется.

- Хорошо. А теперь нам пора немного отдохнуть!

- Ах, да! Пойдём, сын, у твоих матери и сестры был довольно длинный день! – Малео поцеловал жену в лоб и повёл своего сына за дверь. – Скоро увидимся! – тихо сказал он, обернувшись с улыбкой на лице, а потом тоже исчез за дверью.

Бэсра вздохнула и легла в кровать, осторожно положив новорожденную рядом с собой, чтобы её тепло согревало дочь.

- Моя дорогая, моя маленькая Рэйвен, пора спать… - когда она сказала это, слабое свечение вокруг неё, казалось, расширилось. Теплое, нечёткое чувство распространилось через крошечное тело Рэйвен и, хоть она и старалась бодрствовать, в течение одного удара сердца она глубоко заснула.

В ближайшие пару дней приходили разные люди, чтобы поздравить семейство Найтингейл, или «клан Найтингейл», как они его называли, с пополнением. Большинство гостей, казалось, были либо близкими друзьями, либо не слишком отдаленными членами семьи. Рэйвен быстро узнала, что её отец был правителем области, называемой префектурой Найтингейл и что его слуги имели большое уважение к нему. Эта информация поступила от самих служащих, которые стали очень разговорчивы, как только они поняли, что ребёнок мог слышать их, но они думали, что он не понимает...

Те же слуги с другой стороны не очень любили старшую сестру отца Рейвен, Леди Анаинга, приехавшую почти сразу после рождения Рэйвен. Кто-то сказал, что она никогда не умела вести себя, как и её слуги, но Рэйвен не могла помочь, но согласилась с их негативным мнением. Тетка Анаинга практически ворвалась в обеденный зал, где семья Рэйвен сели за ужин на следующий день после её рождения. Рэйвен, которая спала на руках матери, проспала начало.

- Я слышала, что мой дорогой брат произвёл на свет своего второго ребенка! (ну, мы, кажется, в прошлой главе определились, что произвела её на свет всё-таки Бэсра, разве нет? – п.п.) Мои поздравления! – неизвестная женщина с сединой в волосах и бархатным темно-синим платьем широко улыбнулась, а потом бросилась в сторону Леди Бэсры. – Пусть тетя Анаинга увидит этот комочек радости! – женщина почти выдернула Рейвен из рук матери.

Хотя тётка Анаинга всё улыбалась и поздравляла родителей Рэйвен, она не могла не заметить вспышку презрения на лице её тети, когда она осмотрела новейшее пополнение семьи. Рейвен видела этот взгляд много раз в её прошлой жизни. Её тётя считает её своим врагом!

Рэйвен внимательно слушала слуг, которые сплетничали о её тете, после этого, и, если догадки слуг были верны, тётя Анаинга не очень радуется тому, что её муж, хоть и имеет отношение к семье, но очень отдалённое. Естественно, дополнительный наследник нынешних правителей Лорда не улучшит ситуацию. Это довольно распространенная ситуация в сильных семьях, так что Рэйвен не думала об этом.

Рэйвен, конечно, было очень интересно узнать о новом мире вокруг неё, но её источник информации сводился к тому, что люди вокруг неё обсуждали, так что выводы приходили довольно медленно.

«Хотела бы я двигаться немного больше...»

Как у новорожденного младенца, мышечная сила и контроль Рейвен над телом были очень ограничены. От того, что она знала, у детей в её старом мире это обычно занимает около года, прежде чем ребенок сможет ходить, но терпение никогда не было одной из её сильных сторон (как она тогда стала убийцей вообще? – п.п.). Поэтому, чтобы ускорить процесс, Рэйвен проводила каждую минуту, в попытках получить больший контроль над её телом и работала над силой тела по крупицам. Это было крайне утомительно и в результате она очень много спала.

Но когда другие люди были вокруг Рейвен, она проводила большую часть своего времени либо за едой, либо спокойно наблюдая за тем, что происходит вокруг. К её радости, мать не кормила её грудью, вместо этого слуга давал ей бутылку, наполненную вкусной сладкой жидкостью, которая, казалось, значительно усиливала её.

Имя Рейвен было одной из самых обсуждаемых тем, и она быстро поняла причину; здесь, в этом новом мире, во’роны считались символом беспримерной мудрости и проницательности. Когда Рэйвен продолжала спокойно наблюдать за миром вокруг неё, слуги быстро согласились, что имя подходило ребёнку. Так как Рэйвен прожила уже 25 лет и получила довольно безжалостный опыт, конечно, её глаза выражали больше мудрости, чем у обычного младенца.

Из-за её спокойного характера Рейвен быстро стала считаться очень хорошим ребёнком, который редко плакал и не создавал суеты. Хотя иногда, ликующий смех ребёнка эхом раздавался через многие залы дворца Найтингейл. Для рабов это означало, что молодой хозяин Хацин на время отказался от обучения и бросился развлекать свою маленькую сестру, что он сделал очень хорошо.

- Слушай! Слушай! - Хацин орал и эффектно позировал перед своей сестрой. – Это сказка о великом Вебилле!

Одетый в поддельные доспехи с большим развевающимся плащом, Хацин рассказывал истории отца о великих битвах, где множество героев и волшебных зверей сражались насмерть. Рэйвен всегда начинала булькать от смеха, когда её старший брат, с отвратительной гримасой на лице, “умирал” в первый раз, как правило, поражённый каким-нибудь злым зверем, чтобы воскреснуть, как мстительный герой, который спасёт день.

Пару месяцев прошло, и осень превратилась в зиму. Рэйвен, наконец, стала достаточно сильной, чтобы немного ползать вокруг. Однако, из-за довольно строгого надзора, она не могла уползти далеко, и всякий раз, когда она оставалась одна в своей колыбели, высокие планки делали её побег невозможным. Однажды она взяла книгу, но, к её ужасу, письмо полностью отличалось от её собственного алфавита, поэтому ей пришлось отказаться от чтения сейчас. Несмотря на всё это, Рейвен ещё удалось узнать довольно много о своём новом мире.

В настоящее время шёл 4990 год так называемой эпохи Тринити. Это она знала, потому что слуги готовились к грандиозному празднику в ознаменование начала нового года, который будет проходить в течение нескольких недель. Оказалось, что этот мир также делится на 12 календарных месяцев. Сама она родилась на 13-й день 10-го месяца - очень зловещая дата в её старом мире, но людей здесь, это, кажется, не заботит.

В другое время она слышала, как чиновники обсуждают торговлю с её отцом, который сказал ей, что префектура Найтингейл управляется её отцом. Их префектура - одна из трёх в северном Небесном Королевстве. Кроме Небесной Империи, по-видимому, существуют ещё две страны на континенте, Империя Земли и Морская Империя. Почему её страна называлась Небесной – было очевидно, стоило только выглянуть в окно; вся Небесноая Империя стояла на массивных горных хребтах, которые, казалось, тянутся бесконечно в небо. Вид из дворца Найтингейл – который был расположен высоко в горной префектуре Найтингейл – был довольно захватывающим. Скорее всего, другие Империи эквивалентно названы.

Наряду с этим выводом, она также слышала разные лакомые новости о состоянии префектуры, множество сплетен о том, кто ухаживает за кем, и даже успела раскусить информацию о различных скрытых проходах и местах, которые слуги нашли – она не могла дождаться, чтобы исследовать их, как только её ноги станут достаточно сильны, чтобы нести её.

Но также были какие-то споры, которые она подслушивала, но не совсем понимала.

Слуги говорили о волшебных зверях, которые бродили по горам и лесам вокруг города. Они говорили с серьёзными голосами с серьёзными лицами, но истории были столь фантастические, как рассказывал её старший брат, уверяя, что это на самом деле была истина. Они также выразили облегчение, что лорд Найтингейл нанял так много “спиритуалистов”, чтобы держать этих зверей подальше от городов.

Рэйвен понятия не имела, что такое эти так называемые спиритуалисты, но если они могли бороться с магических зверями в рассказах брата Хацина, они должны быть довольно удивительными. Ведь те чудовища были способны на разные трюки - от огненных шаров до заморозки самого времени. Она догадывалась, что эти истории немного преувеличены, но всё же!

Рейвен изо всех сил старалась больше узнать об этом, но поскольку её речь всё ещё была ограничена, она не могла сделать многого.

---------

Наступило время празднования Нового года. В этот день, тёмный город вокруг Дворца Найтингейл светился, как море звёзд. На балконе с видом на город, Леди Бэсра стояла, одетая в сказочную белую шубу. В её руках была её почти трёхмесячная дочь, завернутая в тёплый сверток. Бэсра подняла Рейвен, чтобы она могла посмотреть на город внизу.

- Смотри, моя дорогая. Сегодня день света! В этот самый темный из дней мы чтим прошлый год и приветствуем новый год, сжигая тьму. Таким образом мы очищаем не только ночь, но и наши сердца!

Рэйвен с удивлением в глазах смотрела на город внизу – это было действительно удивительное зрелище для души.

- Моя леди Бэсра. – торжественный голос раздался за их спинами.

Это была горничная Бэсры, Айви, которая была с ней в тот день, когда Рэйвен родилась. Айви с жёлто-каштановыми волосами, собранными в такой же тугой узел на голове, какой Айви всегда носила. Её платье было тёмно-красным, а на груди она носила герб высокой слуги, чтобы всем было понятно, что она служила главе семьи. Айви продолжала: - Лорд Малео и молодой мастер Хацин вернулись с празднований в городе. Они направились к залу духа.

Зал Духа? Глаза Рэйвен загорелись. Она никогда не слышала об этом раньше.

- Спасибо, Айви. Я пойду туда прямо сейчас. – Бэсра развернулась и покинула балкон.

- Я должна взять молодую госпожу Рэйвен?

- Да. – Бэсра попыталась отдавать Рэйвен слуге, но обычно благодушная девочка начала отчаянно рыдать.

«Это первая зацепка за недели; я ни за что не позволю матери уйти без меня!» - Рэйвен отказалась сдаться воркующей Айви.

Бэсра уставилась на дочь. Это был первый раз, когда она так яростно протестовала, когда её оставляют с прислугой. Бэсра замешкалась только на мгновение, прежде чем вновь взять дочь на руки: «Ну что ж, я могу нести её. Это мало что изменит».

С дочкой в руках Бэсра прошла намного глубже во дворец, чем Рэйвен была когда-либо прежде. Рэйвен с любопытством наблюдала за коридорами, которыми они проходили, подсознательно расширяя её внутреннюю карту дворца – старые привычки умирают тяжело, а некоторые из них и вовсе стоит оставить. Вскоре они пришли к винтовой лестнице.

- Айви, подождите нас здесь.

Горничная поклонилась, а Бэсра стала подниматься по ступенькам...

--------------------------------------------------------------------------------------------

Примечание переводчика: Автор нарочно даёт почти всем «птичьи» имена:

Raven Nightingale (Ворон Соловей) – Рэйвен Найтингейл, бывшая наёмная убийца, «Поющая в ночи», ныне – трёхмесячная девочка;

Besra (Сокол-перепелятник) – Леди Бэсра, мать Рэйвен;

I'ivi (Чёрно-алая гавайская цветочница) – горничная;

Maleo (тоже птичка на тетерева похожа) – Лорд префектуры Найтингейл, по совместительству отец Рэйвен, по совместительству муж Бэсры, по совместительству отец Хацина;

Anhinga (Американская змеешейка) – злая тётка Рэйвен;

Weebill (Короткоклювка) – знаменитый герой, о котором рассказывал своей сестре Хацин;

Hoatsin (Гоацин) - "старший" брат ГГ.

Леди Бэсра, с младенцем в руках поднялась по лестнице и вошла в тускло освещенную камеру. В палате было девять стен, сделанных из полупрозрачного камня, что позволило звёздному свету снаружи немного просвечивать. В центре комнаты сидел отец и сын по бокам от большого символа, который поблёскивал на полу.

Малео поднял голову и недоумевающе посмотрел на Рэйвен.

- Она протестовала, когда я пыталась оставить ее с Айви. Не волнуйся, она спокойный ребёнок, она не побеспокоит брата. Правда, маленькая Рэйвен?

Младенец заморгал глазами, нацепив самую невинную улыбку.

- Очень хорошо. Она всё равно слишком молода, чтобы на неё повлияло, - засмеялся Малео. – Займи своё место.

Без колебаний, Бэсра элегантно опустилась на пол рядом со сверкающим символом. Когда Рэйвен попала ближе, она заметила, что символ состоял из трёх перекрывающихся и блокирующих друг друга треугольников, создающих сложный узор. Каждая сторона треугольника была сделана из различных цветных камней, вставленных в пол. Сегменты были сделаны из чего-то, похожего не белый нефрит, красную яшму, оранжевый янтарь, жёлтый серпентин, зелёный нефрит, голубой амазонит, лазурит, индиго, фиолетовый чароит, и глубокий чёрный оникс. Мысли Рейвен сразу же сослались на радугу из её старого мира, которая соединяла в себе все цвета.

Как только Бэсра с Рэйвен заняли своё место на полу, Малео обратил внимание на его очень нервничающего сына. Хацин изо всех сил пытался скрыть эту нервозность, но его глаза метались от символа на полу к родителям, через полупрозрачные стены и потом обратно на пол. Его руки были плотно сжаты на коленях.

- Хацин. – Малео говорил твёрдым и серьёзным голосом. – Сын, тебе в этом году исполнится шесть лет. С родителями-спиритуалистами это означает, что твоя душа должна кристаллизоваться и стать достаточно сильной, чтобы начать идти по пути духовного совершенствования.

Теперь не только Хацин посмотрел на отца с глубоким интересом; Рэйвен уставилась на отца выжидательно. “Наконец-то прояснится, что за ересь с этим духом!”

- Как ты знаешь, ведущие спиритуалисты на протяжении веков выполняли удивительные поступки. Они способны победить ужасных волшебных зверей и в одиночку разгромить огромные армии. Бой между настоящими мастерами может потрясти весь мир. Но как они могут делать всё это? – он спросил Хацина, поощряя его продолжить объяснение.

- Собирая эссенцию духа! – ответил Хацин с нетерпением.

- Да, ты прав. Но как?

- О! а… это... - Хацин дрогнул.

Малео спрятал улыбку: - Это делается путем установления духовной связи между душой и энергией духа, которая течёт сквозь саму ткань мира. – пояснил он. – После соединения, ты можете начинать совершенствование своего духовного ядра. С тренированным духовным ядром, ты сможешь использовать собранную эссенцию духа, чтобы укрепить себя, как пассивно, так и активно в боях. – говорил он сыну, дал ему мгновение подумать, затем спросил. – Итак, каковы различные уровни совершенствования спиритуалистов?

На этот раз Хацин не стеснялся: - Есть три уровня спиритуалистов. Новичок духа, адепт духа и чемпион духа.

- Правильно. И, кроме того, есть ещё истинные мастера, мастера духа. Каждый уровень делится на низкий, средний и высокий. Как ты, наверное, знаешь, различия в этих уровнях увеличиваются, с огромным разрывом между званиями. На низком уровне Новичка Духа победить высокий уровень Новичка Духа, может, и очень сложно, но вот низкий уровень Адепта уничтожит обоих вместе без каких-либо проблем. Ну, а Чемпион высокого уровня спокойно справится с чемпионом низкого уровня, несмотря на то, что они оба Чемпионы. Так что имей это в виду!

Малео остановился и выудил серебряный кулон из мешка, который он нёс на бедре и бросил его своему сыну: - Это камень духа. Каждый спиритуалист обязан иметь один и его цвет показывает уровень своего владельца. Помимо навязчивого рассматривания других людей и физический контакт или проверить выпущенную суть духа - это единственный способ определить уровень совершенствования другого спиритуалиста.

После того, как тебе удастся создать духовное ядро, тем самым ты вступишь в стадию низшего Новичка Духа, с белым пятнышком в центре кулона. Этот белый будет распространяться, пока не заполнит весь кулон. Когда будет так – это означает, что ты достигнул пика начинающего этапа. При прорыве к следующему этапу красное пятнышком сформируется в его центре, и процесс начнется заново.

Малео раздвинул ткань его халата, чтобы показать тёмно-красный кулон с крупным оранжевым центром: - Новички белые, адепты красные, оранжевые - чемпионы. Якобы настоящие мастера – жёлтого цвета. Твой собственный отец приближается к Чемпиону духа среднего уровня, с возможностью прорваться со дня на день.

Он гордо улыбнулся, и Хацин смотрел на отца большими, удивлёнными глазами с гордостью.

Ведь он знал, что такое Чемпион среднего уровня. Во всей Небесной Империи, состоящий из, возможно, четырёх миллионов жителей, было, вероятно, не более пары сотен средних Чемпионов! Они были чрезвычайно ценными для Империи. Даже если Малео не родился бы благородным, к нему бы относились примерно так же.

В стороне Бэсра издала негромкий кашель и выразительно взглянула на мужа.

- Ах, да. Это всё довольно далеко для тебя, сынок, но упорно тренируйся, и ты сможешь стать таким же. – Малео спрятал подвеску под халат. – Сегодня ты попытаешься установить свою первую духовную связь, после того как ты сделаешь это три раза, ты сможешь считаться низкоуровневым Новичком Духа, способным сформировать духовное ядро.

Первая связь всегда самая сложная и трудно сказать, когда твоя душа станет достаточно сильной, чтобы сделать это. Однако! Сегодня последний день в году, День Света, и незадолго до полуночи эссенция духа вольётся в Залы Духа по всему континенту, знаменуя новое начало. Это оптимальное время, чтобы попытаться создать свою первую связь.

- Начинается, - негромко сказала Бэсра.

Из центра девяти конечной звезды, тусклый свет начал распространяться.

- Сынок, закрой глаза и расслабься. Сосредоточься на темноте в своём уме и не пытайся сопротивляться, когда почувствуешь легкое давление. – когда он сказал это, он и Бэсра закрыли глаза и начали дышать медленно, ритмично. Хацин замешкался только на мгновение, прежде чем сделать то же самое. Рейвен, с другой стороны смотрела на накапливающийся свет в центре символа с растущим рвением. Это был первый раз, когда она видела что-то такое... волшебно! Свет двигался как будто был сделан из воды, после чего он тянулся вверх, наливаясь в большую сферу. Через некоторое время ток прекратился и сфера парила в воздухе, слегка покачиваясь.

Вдруг эссенция духа разделилась на три небольшие сферы и одну очень большую. Даже маленькие были разных размеров - самая маленькая была не больше ногтя пальца, самая большая – размером с палец. Но четвёртая, огромная, была размером с арбуз. Рэйвен едва успел заметить, как самая маленькая сфера мелькнула в сторону её старшего брата, а потом огромный арбуз из эссенции духа врезался в её разум, и она отключилась от боли.

Она чувствовала, как будто тысячи крошечных игл пытались просверлить в её голове сразу тысячи маленьких дырочек. Инстинктивно, она отвернулась, все её органы чувств обернула внутрь, и то, что она увидела, изменило её мнение о мире. В её голове витали тусклые, светло-зелёные призмы. Когда она увидела его, она поняла, что это кристаллизовалась душа. Если бы боль, которую она чувствовала в тот момент, не была столь мучительной, она нашла бы это забавным: то, из-за чего развязали так много религиозных войн и даже Великих Войны в её прежнем мире, не только существует, но оказалось таким... простым.

Однако боль немного отвлекала её от зрелища. Источником был, без сомнения, яркий свет, что бесконечно давил на призму, пытаясь войти. Она хотела подтолкнуть свет, но она ничего не могла сделать. В реальности, даже если бы она умела драться, она не была достаточно сильна для того, чтобы сделать хоть что-либо. Наконец, первому лучу света удалось проникнуть вглубь призмы. Когда это случилось, словно прорвалась плотина: бесчисленные лучи света ворвались в глубины её души, уцепившись за то, что они нашли там.

Рэйвен пережила всевозможные методы пыток, мыслимых для человека в её прежней жизни – в большинстве случаев, это было частью её обучения ещё ребенком. Но ни одна из них даже рядом не стояла с тем, что она чувствовала сейчас. Она хотела кричать, хотела уйти, хотела, чтобы это закончилось любым возможным способом. Но ничего из этого не произошло. Её тело не слушалось её, а все больше и больше лучей проникали в её душу, её чувства только становились еще более и более сильными. Она могла чувствовать всё; не только свою боль, но и давление на камни под её матерью от того, что они сидели на них, она могла чувствовать воздух, который вдыхали люди в комнате, она чувствовала волнение и голод сырой эссенции духа, что толкала себя всё глубже в её разум. Всё.

Это было слишком много...

Но, как только он начала чувствовать, что сейчас её душа разорвётся навсегда, давление прекратилось. Эссенция духа перестала пробивать себе пути и вместо этого позволила себе свободно течь вдоль уже установленных связей, заполняя её душу. Боль утихла и сменилась тёплым, но нечётким чувством. Она была целебной.

Её ранее тусклая призма теперь ярко светилась, вокруг неё плыл туман, избыток эссенции духа, что, кажется, не уместился внутри. Небывало ясные чувства Рэйвен почувствовала небывалую ясность и поняла, что процесс ещё не завершён. Эссенция духа, казалось, ждала чего-то, но Рэйвен не знала, чего.

Взяв себя в руки, она услышала, как её отец спросил: - Сынок, как всё прошло?

Рейвен открыла глаза и увидела недоумевающий взгляд брата.

- Отец! Это было потрясающе! Больно, будто удар кулаком, но как только я перестал сопротивляться - всё изменилось. Это было, как будто я мог чувствовать воздух, которым я дышал! Это было абсолютно восхитительно! – Хацин не скрыл бы своего волнения, даже если бы захотел.

- Хорошо, сынок! Действительно, очень хорошо! – Малео смотрел на сына взглядом, преисполненным гордостью. – Новые связи – это всегда немного болезненно, но ты привыкнешь к этому. В будущем они станут более естественными, а твоя душа станет достаточно зрелой.

Рейвен не могла не фыркать холодно внутри: "Ты называешь это немного больно? Они, должно быть, безумно терпимы к боли..."

- Итак, скажи мне, сын, как ты видишь свой разум внутренним взором? – Малео спросил.

Хацин закрыл глаза и спокойно вдохнул: – Я вижу чёткую призму со струной из света, льющегося из неё.

- Это твоя первая связь с духовной энергией, что составляет саму ткань самого мира. Когда ты становишься старше и твоя душа будет созревать, будет образовываться больше связей. Когда они будут формироваться, твоё восприятие и способность совершенствоваться будут расти.

Из любопытства, Рэйвен присмотрелась к её собственной душе, и это повергло её в шок. "...243?! 243 связи? Это возможно?" Когда она размышляла над этим, ещё одна мысль ударила ее. "'... хе-хе, по крайней мере, это объясняет дополнительную боль. Если болит одна связь, что почувствуешь, когда их больше 200?"

Её отец тем временем продолжал: – Когда увеличишь число твоих связей, ты заметишь, что твоя душа будет следовать той же цветовой гамме, как камень духа. Белый, или прозрачный будет самым слабым, затем красный и так далее. Однако, твоя сила души и твоего совершенствования не обязательно быть синхронными. Сила твоей души говорит лишь о том, как быстро ты можешь усваивать эссенцию духа, а твоё совершенствование будет зависеть от того, что ты с ним делаешь.

Ещё раз Рэйвен была сбита с толку. А как насчет её собственной души? Она была зелёной, а по словам её отца, разве это не должно быть белым, красным, оранжевым или жёлтым?

"Наверное, это следствие возрождения с нетронутым разумом..." – предположила Рэйвен.

– В среднем ты будете создавать одно новое соединение каждый год или около того, но экстремальные события могут заставить твою душу развиваться быстрее. Другого пути для развития твоей души нет, поэтому ты должен жить своей жизнью в полной мере, иначе ты застрянешь. – Малео продолжил.

- Да, отец!

- Но помни, что сила твоей души очень важна, поскольку она позволит тебе улучшить скорость совершенствования, но когда доходит до дела, тут самое главное – это иметь более высокое самосовершенствование! Дух со слабой душой ещё можно компенсировать её путем неустанного культивирования. Но даже если у тебя самая сильная душа в мире, ты не сможешь сломать веточку, если ты не правильно совершенствуешься. Если ты хотите быть в состоянии защитить твою сестру, тебе придется потрудиться! – голос Малео был суров, когда он говорил это.

- Да, отец! – Хацин выпрямил грудь и взглянул на улыбающуюся мать и младенца на её руках.

- Только с одной связью, образовать постоянное духовное ядро будет невозможно, но ты всё равно можешь начать совершенствоваться, чтобы увеличить общую сопротивляемость. Скажи, эссенция духа плавает вокруг твоей души?

Хацин выглядел немного озадаченным: – Нет, отец.

Малео слегка нахмурился, потом взглянул на жену с лукавой улыбкой, прежде чем махнуть рукой:

- А-а, не важно. – он помолчал секунду, потом начал наставлять своего сына дальше.

- Сосредоточься на существующей связи и попробуй дёрнуть за неё. Когда ты сделаешь это, вокруг твоей души постепенно накапливается эссенция духа. Ты заметишь, что после того, как эссенция входит в твой ум, ты будешь в состоянии контролировать её и перемещать её в своём теле. Это будет немного трудно сначала, но ты научишься. После того, как ты сможешь свободно контролировать её, перемести её чуть ниже пупка справа, и пусть она распространится там, пока ты не почувствуешь, что ты не сможешь сдерживать её больше. Тогда просто отпусти её и она, естественно, разойдётся по твоему телу и вернётся в мир вокруг тебя.

Хацин нервно смотрел на отца.

- Давай, попробуй. У тебя это получится лучше, чем ты думаешь. – тихо сказала ему мама.

Хацин кивнул и вновь закрыл глаза. Оба родителя смотрели на своего сына с нетерпением. Его способности управления эссенцией духа будут очень важны для его развития на ближайшие пару лет. Было бы очень хорошо для него, если он сможет, когда придёт время, поступить в духовную школу. Тогда через каких-то три года, ему хватит духовных связей, чтобы сформировать духовное ядро. Он будет довольно молод, но это не редкость среди его сверстников, а вот если он сможет контролировать эссенцию духа эффективно, то он сможет выучить несколько дыхательных методик, которые позволили бы поднять его выше остальных.

Никто не заметил, но в руках Бэсры, маленькая Рэйвен скопировала её брата; она тоже закрыла глаза и замедлила дыхание. Для неё это состояние было очень естественным, так как медитация была большой частью её обучения, как убийцы. В своём сознании Рэйвен наблюдала за туманной эссенцией, медленно кружащейся вокруг её души и 243 связи, которые простирались от её зеленой призмы. Она попыталась мыслью толкнуть плавающую эссенцию, и, к её удивлению, облако света легко отошло. Рэйвен быстро поняла, что, хотя она не имела никаких проблем с перемещением эссенции, но заставить её идти именно туда, куда нужно самой Рэйвен, было немного сложнее. Однако, она была очень настойчивой и в течение всего минуты или около того она дошла до точки, где управление стало естественным, будто она это делала с рождения.

Взволнованная, она провела эссенцию вниз к её пупку, но по мере приближения к точке её назначения её ждал ещё один сюрприз. Чем ближе она двигала эссенцию, тем быстрее она двигалась и, прежде чем она поместила эссенцию духа куда необходимо, эссенцию засосало в воронку прямо под её пупком. Там образовался небольшой и медленно вращающийся диск плотного белого света. Без её ведома, Рэйвен удалось сформировать её духовное ядро! Но, с другой стороны – как она не могла? Минимальное требование заключается в 3 духовных связях, а у неё было более 200!

Рэйвен изучала вихрь и пыталась перенести эссенцию духа также, как и раньше, но ничего не произошло. Недоумевая, Рейвен снова обратила своё внимание на её духовные связи. На этот раз она потянула на них и новая эссенция духа влилась в её душу. Призма слегка сверкнула и медленно новый туман начал просачиваться в её разум. Как только дымка стала примерно такого же размера, как и раньше, не больше, хоть она и старалась. Рэйвен попыталась ещё раз перевести новую дымку в направлении пупка.

Но опять же, эссенция духа, казалось, втянулась в новоиспеченный вихрь, но на этот раз, когда новая сущность была поглощена и стала вращаться, почти вся старая сущность вышла и разошлась по всему её телу. Когда она это сделала, Рейвен почувствовала, как каждая её клеточка приветствует эссенцию, как будто это был дождь в пустыне. Её клетки были уже в состоянии бурного роста, вследствие её младенческого возраста, но, подстрекаемые духовной эссенцией темпы роста ускорились невероятно. Но теперь, вместо того, чтобы сосредоточиться исключительно на росте в размерах, её клетки теперь также ориентировались на рост в силе и гибкости.

Процесс длился всего пару минут, но когда это было сделано, Рэйвен была исчерпана. Все мышцы ныли, как после тяжелой работы, даже кожу покалывало, но это была желанная, приятная боль, потому что Рэйвен знала, что это значит – она становится сильнее, и быстро! Она зевнула и открыла глаза, чтобы увидеть, как идут дела у её брата.

Хацин всё ещё сидел с закрытыми глазами. Его брови были слегка нахмуренными, он концентрировался, но, казалось, он собирался сдаться в ближайшее время. Рэйвен хотела пободрствовать в поддержку её брата, но вскоре у неё не осталось выбора, кроме как сдаться; она просто слишком устала. Она зевнула ещё раз, прижалась ближе к груди своей матери и заснула.

Бэсра заметила это и легко поцеловала её в лоб, прежде чем вернуть её внимание к сыну.

---------

Едва одним часом позже муж и жена вошли в их спальню со счастливыми улыбками на лицах. Их сын не только сформировал духовную связь с первой попытки, но и ему потребовалось всего полчаса, чтобы понять, как управлять эссенцией духа внутри него. Это было на грани гениальности! Ко времени, когда он пойдёт в школу подготовки духа, Хацин, возможно, станет лучшим в префектуре Найтингейл и одним из лучших в Королевстве. Были очень высокие шансы, что он может быть принят в Императорскую Академию Духовных Искусств, полагаясь на собственные силы, а не на имя отца. Только 1 из 10000 мог бы сделать это!

Они всё ещё улыбались, когда вползли в постель, но, когда Малео взглянул на жену, он вспомнил кое-что.

- Поздравляю с прорывом! – прошептал он, и крепко обнял жену. – Рождение маленькой Рэйвен, должно быть, помогло твоей душе.

- Хм, о чем ты говоришь? – Бэсра промямлила, прижимаясь к мужу. Это был долгий день, и она начинала чувствовать, как сильно она устала.

- Не ты ли установила множество новых духовных связей или даже вошла в ряды нижних Чемпионов?

Это вырвало Бэсру из её сонного состояния. Она посмотрела на мужа в недоумении и вытащила кулон из-под её спального халата, он был в основном красный, но с густой каймой белого: – Я не могла! Я всё ещё Адепт среднего уровня!

Малео нахмурился: – Но тогда куда ушла почти вся эссенция духа? Я чувствовал столько её в зале в самом начале... Я уже думал, что её хватит, чтобы прорваться к Чемпиону среднего уровня, но я получил какие-то объедки...

Обычно совершенствующийся медленно сохраняет всё больше и больше эссенции в его духовном ядре и укрепляет своё тело, так как это должно быть синхронно. Когда тело становится сильнее, и как только духовное ядро станет достаточно сильным, совершенствующийся сможет повысить свой уровень. Однако, в течение Дня Света, эссенция духа, которая течёт в Залах Духа, ведёт себя иначе, чем обычно.

В это время формирующаяся эссенция духа жаждет перемен и активно работает, чтобы улучшить её окружение. Поэтому совершенствующиеся используют Залы Духа, как бутылочные горлышки, чтобы форсированно развивать их духовные ядра. Каждый из присутствующих в зале в полночь в течение Дня Света сумеет разделить собранную эссенцию духа; доля должна быть пропорциональна силе его души. Затем эта эссенция самовольно проникает в тело спиритуалистов и пытается улучшить его как можно больше, до максимального уровня сопротивления, иногда на грани прорыва.

- В этом нет смысла, милый, наверное, тебе почудилось, или ты неправильно оценил. – Бэсра вздохнула и откинулась на подушку. – Давай спать. Это был длинный день.

Малео чувствовал, что объяснение его жены не попало в цель, но что он мог поделать? Он проверил своего сына, прежде чем послать его в постель, и его жена явно не продвинулась дальше. У него нет выбора, кроме как отпустить эту мысль и попытаться заснуть.

Малео даже не подумал проверить дочь, да и зачем? Исторически, самый ранний возраст, когда кому-то удалось сформировать одну-единственный духовную связь в возрасте четырёх лет и ребёнок прошёл через некоторые чрезвычайно травмирующие события, и его душа укрепилась. Но это того явно не стоило. Откуда он мог знать, что его милая маленькая дочь, которая спит в соседней комнате, пережила больше, чем большинство людей за несколько жизней? Если бы он знал, трудно было бы сказать, будет ли он рад за её потенциал или поражён теми трудностями, которые она, должно быть, испытала.

----------------------------------------------------------------------

От переводчика:

Совершенствующийся (культиватор) - человек, который улучшает своё тело за счёт некой энергии. [да, мне не нравится слово "культивировать")]

Эссенция духа (духовная эссенция, духовная суть, суть духа) - некая магическая субстанция, за счёт которой совершенствующиеся могут совершенствоваться, а культиваторы - культивироваться.

Духовная связь (связь духа, духовное соединение) - нити, которыми призма души соединяется с телом, по которым свободно течёт эта самая "эссенция духа"

Духовное ядро (ядро духа) - некое место (чуть ниже пупка), где суть духа концентрируется и собирается в небольшой вихрь. За счёт тренировок можно постепенно увеличить количество Эссенции духа, которая может находиться там одновременно.

Лёгкий ветерок колыхал прозрачные белые занавески, которые качались, словно нежные крылья, в слабо освещенной комнате. Колыхаясь, занавеска достигала деревянной кроватки, на которой были вырезаны цветы, выглядящие совсем как настоящие в солнечном свете.

Толстые покрывала на кровати начала двигаться, и маленький ребёнок выбрался из-под них. Когда ребёнок отошёл от кровати, длинные тёмные волосы тянулись за ней, их кончики слегка задевали пол. На первый взгляд волосы казались чёрными, но, когда она вышла на солнечный свет у подножия ее кровати, их цвет сменился на тёмно-фиолетовый.

Ребёнок рассеянно схватил толстый бархатный халат, висящий над кроватью, подошёл к окну, накидывая халат на себя. Она молча посмотрела на мятно-зелёный горный хребет, который тянулся под её окном; весна пришла, и деревья наполнялись новой жизнью. Добрая улыбка появилась на её лице.

Если взрослый увидел бы её сейчас, то её выражение озадачило бы их. Это может показаться не важным, но улыбка её была одна из тех, кто осознал ценность и по-настоящему радовался наступлению весны, а ребёнок казался прожившим не более пары зим.

Она взглянула в сторону двери, прежде чем плавно сесть на стул перед окном. Её лицо теперь выглядело более подходящим для её возраста – она радостно улыбалась. Она трижды постучала пальцами по стулу и, когда третий *стук* разнёсся по комнате, раздался лёгкий стук в дверь. Вскоре после этого дверь открылась, и женщина средних лет вошла в комнату с подносом в одной руке.

Когда она увидела, что ребёнок с радостью ждёт перед окном, она слегка вздохнула.

- Молодая госпожа Рейвен, я никогда не видела, чтобы вы спали.

Рэйвен только улыбнулась: - Доброе утро, Айви!

Это стало чем-то вроде игры для неё, чтобы всегда была проснувшейся прежде, чем любой из слуг пришёл, чтобы разбудить её. Пока она легко выигрывала. Да и как она могла проиграть? Её духовных связей было столько, что практически невозможно было подкрасться к ней. Если не использовать Божественные боевые умения, например, отцовский Шаг Тени, конечно.

Айви покачала головой и поставила поднос на маленький столик у окна. Она взяла кружку с подноса и протянула её улыбающемуся ребёнку, который обхватил её обеими руками. От кружки поднимался пар, и сладкий аромат, напоминающий мед, наполнил нос Рэйвен. Когда она отхлебнула тёплую жидкость, глядя в окно, Айви вытащила гребень из кармана её одежды и начала расчёсывать длинные фиолетовые волосы ребёнка.

Пока Айви работала, она размышлял о странной фиксации ребёнка, ведь девочка терпеливо ждала, пока Айви приводила в порядок её волосы. Для ребёнка её возраста согласиться сидеть почти час каждое утро было необычно, так что Айви чувствовала себя очень необычно. Как правило, волосы у таких маленьких детей бывали короткими для удобства, но с того дня, когда первые волоски отросли на голове Рэйвен и до сегодня, три года спустя, она категорически отказывалась позволить кому-либо отрезать волосы. Даже будучи младенцем она так лупила вокруг своими крохотными ручками и ножками, что не было никакого выбора, кроме как позволить им расти. Такое поведение выделялось среди всех детей, что любили озорничать, а она любила сидеть за чтением больше школяров…

Как она могла знать, что для Рэйвен длинные волосы стали своего рода символом её новой жизни? Она наслаждалась их длиной до такой степени, что даже разрешила её эссенции духа стимулировать их рост. В ее прежней жизни, её обучение началось в том же году, когда ей исполнилось три. Как убийца, она была вынуждена держать волосы короткими по необходимости; длинные волосы были не просто идеальны для противника в бою, чтобы схватить, они также служили в качестве идентифицирующего признака, по которому потенциальные свидетели могли вспомнить о ней. Не то чтобы она когда-нибудь оставляла свидетелей, но…

Почти час спустя, Айви сделала шаг назад и осмотрела результаты своей работы. Волосы Рэйвен были заплетены в сложные узоры, эффективно сохраняющие безопасную дистанцию до земли. Одна тоненькая коса слегка ниспадали на её плечи, спускаясь к талии. Это была довольно взрослая причёска, но она на удивление хорошо подходила этому ребёнку. Три года совершенствования духа, в период стремительного роста, сделали тело Рэйвен очень сильным, но гибким, как ни один из типичных нормальных трёхлетних малышей. Её лицо было милым, но не слишком круглым и она была немного выше, чем средняя трехлетняя девочка, ростом чуть более метра. Если бы кто-то попытался угадать её возраст, он дал бы ей лет шесть по меньшей мере, но даже в том случае она казалась взрослее. Рэйвен была больше похожа на миниатюрного взрослого, чем хорошо развитого ребёнка, невзирая на отсутствие признаков, появляющихся при половом созревании, конечно.

Айви передала Рэйвен светло-голубое платье, и когда она надела его, Айви накинула мягкую серую шубу на плечи девочки.

- Молодой мастер Хацин тренируется на Северном дворе, как обычно. – сказала Айви, улыбаясь, и открыла дверь комнаты с лёгким поклоном. Айви очень хорошо знала, что Рейвен с удовольствием наблюдала за тренировками её брата.

Рэйвен ответила улыбкой и прошла через дверной проём, направляясь к северной части особняка. Двое охранников, которые стояли по обе стороны от двери, сразу зашевелились и последовали за ней. Особняк хорошо охранялся, но двое младших членов семьи Найтингейл были всегда под охраной, куда бы они ни пошли.

---------

*Бах!*

Когда Рэйвен вышла во двор, большой взрыв потряс открытое пространство и небольшая фигурка пролетела несколько метров, прежде чем упасть на землю. Как только эта фигурка упала на землю, она свернулась в клубок, мгновенно вернув себе контроль над телом. Это был её брат.

- Ха-ха! Хорошо, сын! Ты становишься лучше!

В другом конце двора стоял её отец, радостно улыбаясь.

- Ещё раз! - Хацин уже был на ногах и бежал к отцу. Решимость наполняла его глаза.

Рэйвен бесшумно скользнула на покрытое мехом кресло, которое было помещено в стороне двора, глядя на тренировочную площадку. Когда она устроилась, она завернулась в пальто, в которое была одета - пусть сейчас была весна, но весной в горах Найтингейл было ещё довольно холодно. По сторонам от неё встали два охранника. Вместе это трио наблюдало за отцом и сыном в центре двора.

Развлечение мерцало в глазах Рейвен. Она очень любила эту часть дня. Хацин была очень предан его подготовке и неустанно тренировался. Благодаря своему продвинутому контролю над духом, Хацин проводил дни в собирании эссенции духа и тренировках с различными техниками дыхания. Даже без полного духовного ядра он стал гораздо сильнее за последние три года. Рэйвен всё время думала, что было бы в её старом мире; здесь её брат, может быть, близок к гениальности, но там его успехи были бы просто невозможны, даже в рамках Союза ассасинов. Хацину, возможно, ещё не хватает мастерства, чтобы победить в бою, но его сила была уже сравнима с человеком на пять лет старше его. Он действительно показывал неплохой духовный потенциал.

Рэйвен заметила, как её брат, приближается к отцу на высокой скорости.

С тех пор, как её брату удалось создать свою третью духовную связь несколько месяцев назад, отец взял на себя обучение Хацина базовым Божественным боевым навыкам.

Хотя Рейвен инстинктивно понимала разговорный язык этого мира, ей потребовалось около года, чтобы научиться читать его, и с тех пор она провела много времени, читая о многих вещах, касающихся её нового мира. Божественные боевые навыки были одной из таких вещей. От того, что Рэйвен успела прочитать, она знала, что, хотя улучшение совершенствования является краеугольным камнем для спиритуалиста, но для того, чтобы использовать совершенствование эссенции духа наиболее качественно, вы должны практиковать Божественные навыки.

Существует два основных вида божественных способностей; Божественное исцеление и Божественные боевые навыки. Божественным исцелением, в основном, занимаются женщины, поскольку оно не требует часов физической подготовки и даёт дополнительный эффект, безопасные роды. Например, небольшое зарево, которое Рэйвен заметила вокруг её матери при её рождении было навыком Божественного исцеления, Питательный Свет, который постоянно пополняет тело, противодействуя усталости. Божественные боевые навыки и другие силовые навыки заставляют вас упорно тренироваться, чтобы овладеть ими. Но когда вы это сделаете, вы сможете разбирать горы по камушкам.

У обоих наборов навыков есть кое-что общее. Первое заключается в том, что девяти-уровневая система разделила навыки по уровням мощности - навыки первого уровня - слабейшие, девятого уровня - сильнейшие. Хотя было девять уровней в теории, на практике большинство людей никогда даже не видели навыки выше третьего уровня. Как лорд префектуры, клан Найтингейл, скорее всего, имел доступ к горстке навыков пятого уровня мастерства и, возможно, один или два шестого уровня. Всё остальное было легендой.

Второе, что у них было общего: Божественные умения невозможно выучить, просто наблюдая. Вы должны запечатлеть их в вашей душе, прежде чем вы сможете даже начать практиковать их. Это было большим источником раздражения для Рэйвен последние два года; в тот момент, когда она читала о божественных навыках, она испытывала такой восторг, что чуть не упала со стула, на котором сидела. Однако, ее восторг вскоре пал смертью храбрых, потому что не было никакого способа, чтобы она могла узнать их.

Существует два способа запечатлеть навык в вашей душе. Первый - это изучить его из Божественного свитка, написанного духовной эссенцией. Раз прочитанная, эссенция дух из свитка потечёт в читателя, чтобы завершить отпечаток. Однако эти свитки были очень драгоценными, и трёхлетняя Рэйвен никак не могла достать парочку. Конечно, если она попросит родителей, они могли бы дать один, но ей будет трудно объяснить, зачем ей это понадобилось, не раскрывая, что она уже сформировала своё духовное ядро.

К сожалению, второй вариант был ещё хуже, поскольку для этого надо было, чтобы кто-то, кто уже имел отпечаток навыка, образовал временные духовные связи с человеком, кто пожелал узнать этот навык, копируя отпечаток на его душу. Этот вариант позволит мгновенно выявить не только, насколько ваше совершенствование хорошо, но и сколько духовных связей у вас.

Рэйвен явно понимала всё её значение: чтобы появился кто-то вроде неё, с 243 духовными соединениями и духовным ядром сразу после рождения, было совершенно беспрецедентно. По данным книг, это самый высокий показатель количества духовных связей в Небесной Империи был легендарный Мастер духа несколько столетий назад, но он был 80-летним мужчиной и его количество связей всё ещё находилась довольно далеко от 200.

Рэйвен достигла уже 245 связей и она чувствовала, что скоро появится очередная. Учитывая все обстоятельства, она будет выглядеть как монстр. Или, возможно, чудо. В любом случае, это позволило бы кардинально изменить её жизнь, если бы кто-то узнал. Этого Рэйвен боялась больше всего - она никогда не жила мирной жизнью, и теперь была полна решимости сохранить её.

Конечно, в теории, должна быть возможность развивать новые Божественные навыки, но очень немногим это когда-либо удавалось. Существующие навыки, как правило, развивались в течение бесчисленных поколений.

Таким образом, Рэйвен решила незаметно собирать духовную эссенцию, без помощи техники дыхания или Божественных способностей; судя по увеличенным размерам своего духовного ядра, она подозревала, что её совершенствование достигло среднего уровня Новичка духа, но не могла сказать точно без духовного камня. Тем более, без каких-либо Божественных навыков, чтобы использовать их, её ядро приносило мало практической пользы для Рэйвен.

Но Рэйвен была не слишком разочарована. Даже без каких-либо дыхательных техник, ее многочисленные духовные связи более чем восполняли это, держа ее совершенствование на тревожно высоком уровне. Шесть лет форы её брата до сих пор ставят его чуть впереди в плане физической силы, но Рэйвен догоняла. И быстро.

Она также продолжал обучение боевым искусствам её старого мира, чтобы обеспечить такой уровень контроля над своим телом, чтобы ей было комфортно. На самом деле, это, пожалуй, её больше всего порадовало - практически с рождения, Рэйвен питала её клетки духовной эссенцией почти безгранично. В результате, её тело было необычайно гибким и эластичным. Она могла тренироваться в течение нескольких часов подряд без устали и некоторые методы, которые вызывали проблемы в её прошлой жизни, теперь она могла выполнить безупречно.

*Бум!*

Хацин опять пролетел через двор, но он восстановил равновесие немного быстрее, чем в прошлый раз. Сейчас его ранее зеленая одежда, была покрыта слоем пыли.

- Ещё раз! - крикнул он и снова бросился к отцу.

Когда он приблизился, Малео махнул рукой. Поначалу казалось, что Малео промахнулся, но...

*Бум!*

Хацин снова полетел через двор.

- Ещё раз!

Охранник справа Рейвен негромко рассмеялся: - Ну, стремление у него точно есть!

- Вердин, не дразни. Тебе самому потребовался год, чтобы подойти так близко к изучению Теневого Бега, - Рук, стоявший справа, осадил его. [Вердин - Verdin, американский ремез; Рук - Rook, грач]

Рэйвен просто улыбнулась. Этим двоим было чуть больше 20 и они только недавно окончили школу Духа в префектуре Найтингейл. Они были лучшими в своём классе, оба славились своими навыками быстрого обучения. Как ещё они могли охранять единственную дочь лорда, да ещё вскоре после окончания школы? Они оба были Чемпионами духа нижнего уровня, и Рэйвен очень любила их; они были лояльны к её семье и с гордостью охраняли одну из них лично, но они никогда не важничали и не кичились перед теми, чей уровень был ниже.

Рейвен сосредоточила своё внимание на её брате, когда он ещё раз пытался пройти мимо отца. Задача Хацина была на самом деле довольно простой. Он должен был бежать прямо на отца, а затем использовать Божественный боевой навык "Теневой Бег" [Shadow walk (Теневая поступь, теневая прогулка)], чтобы быстро обойти вокруг Малео, и в то же время избежать тяжёлой руки отца.

Рэйвен чувствовала, как Хацин собирает эссенцию духа на подошвах ног, перед использованием навыка, но он не был достаточно стабилен, и на этот раз, она считала, что провал окажется эпичным. Секундой позже Хацин эпично взлетел в воздух.

- Он так близко... - Рэйвен размышляла про себя. Она не может учиться сама, но с её обостренными чувствами она может чётко сказать, в чём различия между неправильной активацией навыка у её брата и идеальной версией её отца.

Когда Хацин вскочил на ноги и повторил процесс ещё раз, глаза Рейвен загорелись:

"Хм, это может сработать!"

В тот же миг раздался громкий хлопок от столкновения между отцом и сыном. Рейвен вскочила на ноги и бросилась к брату так быстро, что её охранники даже не успели остановить её.

- Брат! Брат! Поиграй со мной! - лучезарная улыбка расползлась по лицу Рэйвен, когда она запрыгала вверх и вниз вокруг её брата в центре двора.

Хацину было почти 9 лет, и он был на голову выше, чем Рэйвен, так что он наклонился, пока не оказался лицом к лицу с ней.

- Прости, сестрёнка, мне нужно тренироваться с отцом. Я могу поиграть с тобой после обеда. - он положил руку на её плечо, чтобы легко оттолкнуть ее в сторону, но Рэйвен легко уклонилась.

- Но я хочу сейчас! - надулась Рэйвен.

Хацин вздохнул. "Позже", - повторил он и предпринял вторую попытку втолкнуть сестру обратно в её кресло. Однако, еще раз Рэйвен ускользнула от его руки, и теперь двигалась дальше, громко хихикая.

- Хихи, ты должен сначала догнать меня! - она показала брату язык, дразнясь.

Рядом с креслом, охранники Вердин и Рук начали двигаться вперёд, чтобы забрать их юную подопечную, но Лорд Малео движением руки остановил их. Он наслаждался, видя, что его дети играют, а его сын всё равно достиг предела - ему нужно немного отвлечься, это пойдёт ему на пользу.

Хацин умоляюще взглянул на отца, но Малео только хмыкнул.

- Ты слышал её, сын. Капризы женщин нужно выполнять, даже такие маленькие. - он скрестил руки и облокотился на стену во внутреннем дворике. - Поспеши и поймай её, и мы сможем продолжать.

Рэйвен хихикнула и покачалась на пятках: - Ты должен поймать меня! Тебе придётся поймать меня!

С ещё одним вздохом Хацин, наконец, сдался, и стал гоняться за дразнящей его младшей сестрой. К его удивлению Рейвен не убегала, а ждала, чтобы он схватил её. "Просто", - подумал он и поблагодарил бога, что испытание закончится быстрее, чем ожидалось. Рэйвен слегка сместилась вбок и двинулась вокруг него, её распущенные косы протекли за ней, пощекотав её по носу.

- Хи-хи, почти! Почти! - она весело смеялась.

Хацин проморгался. Как его сестра двигалась так быстро? Он развернулся и попробовал ещё раз, но она снова отошла в последний миг, ускользая из его рук, как вода.

Как мог едва обученный 9-летний сравниться с опытом мастера-ассасина? Рэйвен легко восполнила различия в силе своей прекрасно выполненной работой. Более того, она делала вид, будто она беззаботно танцует с её братом. Если бы вы обратили даже особое внимание на то, что происходит, вы бы не заметили ничего странного.

"Танец" продолжался около 5 минут и Хацин становился всё более и более расстроенным. Он даже начал использовать его несовершенную Теневую Прогулку но он не мог нормально сконцентрироваться на том, чтобы привести эссенцию духа в ноги, чтобы сделать нормальный приём.

Ликующий смех молодой девочки наполнил двор.

- Хи-хи, брат такой неуклюжий! Ты двигаешься как слон! - Рэйвен слегка качнулась на кончиках её пальцев и снова вывернулась из пределов его досягаемости.

- ЧТО?! Какой слон? Ты единственная движешься, как Фея Тени, шагая на пальцах... - вдруг глаза Хацина расширились, и он остановился, как вкопанный. Озорная улыбка пересекла лицо Рейвен на секунду, а потом она снова надулась:

- Да ну тебя, брат - это так скучно. Ты не можешь поймать меня, не смотря ни на что! - Рэйвен убедилась, что он всё понял, потопала обратно к своему креслу и опустилась с громким "Хм!".

Трое мужчин во дворе уставились на девчушку с удивлением и замешательством. Пять минут! Этот трёхлетний ребенок танцевал вокруг брата на шесть лет старше пять минут, и он не смог поймать ее. Конечно, это было больше похоже на танец, чем на игру, но когда Хацин в отчаянии пытался использовать Призрачный Шаг, стало очевидным, что ребёнок действительно старается изо всех сил.

- Отец! - Хацин проигнорировал замечания своей сестры и посмотрел на отца с новой решимостью. Его голос отвлёк от трюков Рейвен. - Мы можем продолжать?

Малео улыбнулся и оттолкнулся от стены, к которой он прислонился. Он гордился своим сыном:

- Давай!

С кресла Рейвен наблюдала, как её брат возобновил предыдущие упражнения, бросаясь к своему отцу. Однако на этот раз, эссенция духа распределялась не по всей подошве ноги, а только на передней части. Малео снова махнул рукой, когда Хацин был в пределах удара, но в то же мгновение Хацин уже оказался за спиной отца.

- Да! – Хацин поднял кулак в небо, его лицо наполнялось гордостью.

Малео моргнул от удивления, а потом начал смеяться.

- Ха-ха-ха! Сын, молодец! У тебя ещё есть способы, прежде чем твоё духовное ядро станет достаточно сильным для того, чтобы использовать полный Призрачный Шаг. С упором на половину площади ноги ты можешь применять слабенькую версию этого приёма! – его большая руки хлопнула сына по спине. – Хорошая мысль!

Малео взглянул на всё ещё дующуюся маленькую Рэйвен: - Убедись в том, что поблагодаришь свою сестру. Тебе пришла хорошая мысль, пока ты играл с ней, ведь так?

- Да, отец! – Хацин поклонился и тут же взглянул на сестру. Он действительно думал о том, чтобы отплатить ей; кто бы угадал, что её игра в догонялки даст ему такую идею? В следующий раз, когда она попросит его поиграть, он не имеет права отказать, независимо от ситуации.

- Хорошо, хорошо. А сейчас пойти, помыться и сменить одежду к обеду.

- Да, отец! – Хацин ещё раз поклонился и поспешил в сторону своей палаты. Без всякого приказа, охранник Вердин последовал за молодым мастером. Охранники Хацина были отпущены ещё до начала тренировки, так что Вердин, естественно, временно, встал на их место.

Увидев, что брат уходит, Рейвен вскочила на ноги, на лице не было ни следа обиды. Она радостно закричала: - Обед!

Малео задумчиво смотрел на маленькую женскую фигуру, покидая двор. Какая странная дочка у него.

---------

Несколько минут спустя, семья из четырех человек сидела вокруг небольшого стола в собственной столовой. Айви стояла в стороне, где размещены подносы с едой. Как только служанки закончили, Бэсра жестом показала им, что можно уйти.

Разные блюда стояли на столе и их прекрасный аромат быстро наполнил комнату. Рейвен заметила, что даже её любимое блюдо, тушеная Горная Сова с Морозными Ягодами, присутствовала. Она радостно указала на блюдо и, прежде чем она успела попросить, её брат протянул ей руку. Потом он сам подал ей блюдо.

- Хацин, твой отец сказал мне, что тебе удалось активировать Теневой бег?

- Пока это скорее шаг, чем бег, мам. – смиренно ответил Хацин. – Он ещё не совершенен.

Рэйвен спрятала свою улыбку, выпив большой глоток молока. Её отец часто подчеркивал, что важно не переоценивать силы и Хацин, казалось, принял совет близко к сердцу.

Малео просто кивнул, а Бэсра радостно улыбнулась: – Молодец, мой маленький Хацин!

- Я не маленький, мама! Я уже начал изучать мой первый божественный навык...

- Ты прав, сын! Хорошо сказано! – Малео рассмеялся и шлёпнул сына по спине так сильно, что Хацин выронил вилку. Она стукнула тарелку, и красная морозная ягода пролетела через всю комнату.

Рэйвен стала хихикать, а Бэсра взглянула на мужа с упрёком.

Малео слегка стушевался и положил руку на плечо Хацина, не давая мальчику встать, чтобы собрать раскатившиеся ягоды: - Волнуйся не об этом. В конце следующего месяца, Императорская Небесная Академия Божественных Искусств будет проводить вступительные экзамены в Небесном Городе.

Хацин так и застыл, пытаясь встать, и даже смех Рейвен затих. Дети смотрели на отца с волнением.

- Я хочу, чтобы ты пошёл и сдал экзамены, сын.

- Правда? - больше с энтузиазмом, нежели с волнением спросил Хацин.

- Да. Как мой сын, ты можешь поступить только за счёт прославленного рода, но я хочу, чтобы ты заслужил право учиться там сам. Если ты не сможешь пройти - то вернёшься домой и будешь посещать нашу Академию Найтинггейл. Но с твоим контролем духа, у тебя не должно быть никаких проблем!

- Да, отец, не сомневайся! – Хацин был счастлив, а его решимость, казалось, светилась под его кожей.

- Ты уже достаточно взрослый, поэтому я не буду сопровождать тебя. Через две недели ты уйдёшь со своей охраной. После того, как ты поступишь, пройдёт год, прежде чем ты сможешь приехать сюда в гости. И так будет продолжаться в течение десяти лет. Ты ведь знаешь об этом, верно?

- Я знаю, отец. Я всё ещё хочу пойти.

Сидящая рядом с Малео Бэсра улыбалась кисло-сладкой улыбкой. Конечно, она хотела самого лучшего для своего сына, но отделяться от него в течение столь длительного периода времени было бы болезненно.

Рэйвен тихо сидела пару минут. Ей было очень любопытна столица Небесной Империи и эта самая Небесная Академия. Она быстро решилась.

Осторожно, Рэйвен соскочила со стула и обошла вокруг стола, подойдя к отцу. Она схватила за рукав халата отца и посмотрела на него. Её зелёные глаза были большими, и она выглядела так мило, что даже самые холодный мужчина растаял бы перед ней. Она слегка прикусила розовую губу, прежде чем заговорила умоляющим голосом.

- Отец, можно мне тоже пойти? Я хочу подбодрить старшего брата!

- Это... – Малео слегка нахмурился. Изначально он хотел отправить небольшую группу охранников с сыном, но если его наследники уйдут оба, будет совсем другое дело. Кроме того, Рейвен была ещё так молода. Если она уйдёт, то с ней нужно отправлять слуг, гувернантку...

- Пожааааалуйста, папа! – Рэйвен выдавила ещё более слащавую гримасу, когда она вновь попросила.

Бэсра слегка усмехнулась: - Позволь ей пойти с ним, Малео. Я тоже присоединюсь к ним, и тебе придётся думать только об охране для нас...

Конечно, тайно, Бэсра была вне себя от радости, что нашлось оправдание, чтобы она могла последовать с Хацином на его пути; если бы она поехала с сыном в Академию - это было бы чересчур, но вот мать, сопровождающая трёхлетнюю дочь, которая едет проститься с братиком -другое дело.

Малео вздохнул. Он прекрасно знал, что думает жена.

- Если ты настаиваешь... - по крайней мере не нужно нанимать дополнительных гувернанток.

- Да! - маленькая Рэйвен стала скакать вверх и вниз. Она уже вполне привыкла вести себя как избалованный маленький ребенок, которым она и должна была быть в течение последних трёх лет.

Рэйвен кружилась вокруг своего брата, радостно смеясь. Хацин крепко обнял её и погладил по голове.

- Разве это не здорово? Я покажу столицу моей очаровательной сестренке! – яркая улыбка светилась на лице Хацина.

---------

Подготовка к поездке началась на следующий день. Путешествие - всегда хлопотное дело, особенно для жены и наследников одного из трёх лордов префектур, и особенно в столь длинный путь, как в Небесный Город. Лучшие охранники были выбраны и безопасные маршруты обсуждались по три раза - не только относительного мира на континенте в целом, но на дорогах всегда водятся бандиты, да и невозможно угадать, когда мир превратится в войну; риск должен быть разумным.

Небесная Империя является одной из самых широких по протяжённости стран на континенте, и поскольку она состоит в основном из гор, то путешествие по дорогам будет длиться год, а может, даже два. Даже между соседними городами путешествие, как правило, растягивается на месяц, если ехать верхом. Естественно, стране трудно сохранить единство при таких обстоятельствах, но Небесная Империя нашла решение: Ястребы Эвереста.

Ястребы Эвереста были одним из тех аспектов путешествия, которые Рэйвен ждала больше всего. Ястребы Эвереста – это магические ястребы, которые были несравнимо большие. Самый маленький из них настолько большой, чтобы нести взрослого человека несколько сотен километров, не уставая. Крупнейший может в когтях носить тяжелые каюты, достаточно большие, чтобы вместить до десятка полностью экипированных солдат. С помощью этих огромных птиц время пути сокращается в сотни раз, превращая поездку из префектуры Найтингейл в столицу из почти двух лет до едва ли месяца.

Примерно пять веков назад Небесная Империя стала разводить этих ранее диких зверей и, сейчас в каждом городе и крупном поселении была купеческая гильдия, ответственная за охрану Ястребов Эвереста. Стая ястребов жила на близлежащей горной вершине и могут быть призваны с помощью специальных свистков. Богатые семьи тоже могут иметь своих собственных Ястребов. Естественно, клан Найтингейл не был исключением. Рэйвен с завистью наблюдала, как её отец не так давно учил Хацина летать на самом маленьком.

Сейчас к путешествию готовились два крупных Ястреба. Первый понесёт Бэсру, детей и служанку Айви. Другой - десять охранников. Ястребы Эвереста могут лететь днём и ночью почти неделю без посадки, поэтому на каждой птице летели ещё три пилота, которые поочерёдно сменяли друг друга. Ястребы могут долететь до места назначения и без присмотра, но лучше, чтобы было кому следить за их физическим и психическим состоянием, чтобы не утомлять их без надобности.

Кроме собственно поездок, также необходимо было упаковать множество различных вещей. Если Хацина примут в школу, он немедленно вселится в общежитие. Это означало, что все необходимые личные вещи должны быть привезены с собой в самом начале. Ему выдадут школьную форму, но ему потребуется больше, если он хочет прожить в далёком городе хотя бы до следующего года. Два больших сундука, набитых всякой всячиной, начиная от экземпляров книг из библиотеки клана до боевого снаряжения высокого уровня.

Дополнительный сундук был до краёв заполнен экстравагантными подарками, которые Бэсра будет вручать во время её визитов. Поскольку она ехала тоже, их обязательно познакомили бы с достаточно высокопоставленными деятелями, в том числе императорской семьёй. Это значило, что нельзя ходить вокруг да около, и подарки должны быть высочайшего уровня.

По той же причине два шкафа для путешествий, которые были похожи на огромные сундуки, наклонённые так, чтобы стояли на своих маленьких сторонах, тоже были полны. В них висели два прекрасно сшитых платья из мелкого, голубого шёлка. Замысловатый узор облаков был вплетён в ткань медной нитью. По их воротникам шёл сложный узор, переливаясь золотым блеском. Это были официальные платья, которые знатные женщины носили при официальных посещениях других префектур. В каждой префектуре были одинаковые платья, но нить, используемая для плетения узоров, различалась. В других странах были похожие традиции.

Рэйвен может быть сколь угодно молодой, но она тоже обязана носить такое платье, и, поскольку она ещё не вышла замуж, на ней должна быть ещё и фата с узором, закрывающим лицо. Только члены родного клана и их личные слуги могли видеть её лицо до брака, вынуждая её носить паранджу, когда она оставляет префектуру Найтингейл.

Эти правила были чужды и самой Рэйвен. Но она научилась придерживаться правил очень быстро, хотя...

Она когда-то случайно зашла на публичную встречу, которую проводил её отец в их главном зале, и почти полсотни купцов и обычных граждан увидели её лицо. В результате каждый не-член клана должен был получить наказание: один удар хлыстом за каждый год, начиная с рождения Рэйвен! К счастью, Рэйвен было всего два года на тот момент, так что никто серьёзно не пострадал, но она всё ещё чувствовала себя очень виноватой в этом и тайно поклялась загладить свою вину перед ними позднее.

---------

Две недели прошли быстро и свежим весенним днём Рейвен и её семья собрались в главном дворе. В центре стояли две кабины, где они и будут находиться в ближайшее время. Десять охранников, которые будут сопровождать их, терпеливо ожидали в стороне. Личные охранники Рэйвен, Вердин и Рук были среди них. Члены экипажа, назначенные для поездки, проводили последние проверки, перекрикиваясь друг с другом непонятными командами.

- Ну что ж...

Малео взглянул на небо, прежде чем опуститься на одно колено, чтобы оказаться лицом к лицу с Хацином. Он схватился своего сына за плечи и твёрдо взглянул ему в глаза.

- Помни, кто ты есть: ты - Найтингейл, наследник великого рода, но ты не должен злоупотреблять этим, и не позволяй себе стать жертвой других.

Хацин сглотнул: - Да, отец.

- Я знаю, ты заставишь меня гордиться! - Малео встал и похлопал сына по спине.

Рейвен наблюдала, как её отец и брат прощались. Было неловко, но Рэйвен нашла это весьма забавным. Ей даже пришлось закусить губу, чтобы удержаться от хихиканья, когда она увидела, как её отец, почёсывая переносицу, украдкой снимает влагу, собравшуюся во внутреннем углу глаз.

Было очевидно, что её отец пытается быть строгим и решительным в глазах её брата, но в то же время она подозревала, что Малео не желает расставаться со своим сыном ещё больше, чем её мать. Ведь Хацин - его первенец. Малео знал, как важно позволить ему расправить крылышки, но знать и искренне хотеть - две разные вещи.

Минуту спустя Малео махнул стражникам, чтобы те вошли в их кабину. Вердин и Рук подмигнули Рэйвен, после чего исчезли внутри. Замечая за охранниками движение, двое из команды вытащили маленькие серебряные свистки и подули в них. Звуков не было слышно, но мгновение спустя в небе появились две отдалённые фигуры. Рэйвен с благоговением смотрела, как силуэты становились всё больше и больше, и, наконец, два огромных ястреба приземлились рядом с членами экипажа, которые дули в свистки. Ястребы Эвереста, с их ростом более пяти метров, со снежно-белыми перьями, не переставали удивлять её.

Ястребы опустили свои величественные головы так, чтобы люди на земле могли добраться. Команда, в свою очередь поместили их руки на птичьи клювы. Рэйвен знала, что это было сделано для инициации духовной связи, которая позволила бы им эффективно взаимодействовать друг с другом. Даже если интеллект Ястреба был на одном уровне с людьми, духовная связь позволит птице и человеку инстинктивно понимать потребности друг друга. Но называть эту связь связью равных, однако, неправильно. Команда может использовать эту связь, чтобы отдавать приказы, от которых Ястребы не смогут отказаться.

- Дети, пойдём. Пришло время уходить... - Бэсра подарила мужу легкий поцелуй, прежде чем отвести детей в пассажирскую каюту, под внимательное око Айви.

Оказавшись внутри, Рэйвен сразу бросилась к окну, чтобы посмотреть на отца. Она увлеченно махала рукой и подумала: "Это бытие-ребёнком довольно освежает!"

- Прощай, прощай, отец! - она кричала, пока ястребы расправляли свои огромные крылья.

После первого же удара крыльев гигантских птиц, дикие порывы ветра распространились по двору. В следующее мгновение Рэйвен ощутила, как кабина слегка качается, и в течение трёх вздохов, она оказалась уже почти в ста метрах над особняком.

Хацин присоединился к ней у окна и вместе они смотрели вниз, на город, который распространялся от поместья, будто круг на воде. Большинство домов были построены из дерева, и впоследствии покрашены краской цвета ржавой красной меди, которая держалась в суровых погодных условиях. Эти дома тесно переплетались со светло-зелёными крапинками весенних деревьев. Это было не настолько захватывающим зрелищем, но это было действительно красиво. Это был их дом.

Рэйвен посмотрела на брата. На его лице играло сложное выражение. Рэйвен легко могла догадаться, какие противоречивые чувства он должен испытывать: он был рад, что он собирался испытать, но он жалел о том, что он оставляет позади. Хацину ведь только девять, и это будет его первый раз существования вдали от дома, вдали от семьи.

- Брат! Брат! На что похож Небесный Город? - Рэйвен протанцевала вокруг него и плюхнулась на соседний диван.

Хацин присоединился к ней и начал пересказывать истории, которые он слышал о городе. Рэйвен, конечно, уже слышала, и читала все эти истории и раньше, но она хотела отвлечь её брата. Когда Хацин стал рассказывать, все его сомнения, казалось, отступили, оставив только предвкушение новой жизни.

Итак, путешествие пролетело очень быстро. Большинство дней были потрачены на чтение или рассказывание историй, но каждый раз, когда ястребы опускались на землю, чтобы отдохнуть, путешественники пользовались возможностью размять ноги. Кабины были довольно большие, но для десяти охранников, которые разделяют столько же места, сколько четверо, как в кабине Рэйвен, им было совсем тесно. В это время компания организовывала пикники и даже спарринги для развлечения и практики. Рейвен нравилось наблюдать за ними.

Все охранники были Чемпионами Духа нижнего уровня и их бои были довольно зрелищными. Когда они сражались, они использовали различные Божественные боевые навыки, которые иногда позволяли им двигаться на предельных скоростях, иногда удары комбинировались с различными элементами, такими, как огонь или молния. Конечно, они не могли показать всё, что умеют, опасаясь привлечь излишнее внимание, но всё равно было очень удивительно наблюдать. Глаза Рэйвена и Хацина загорались алчностью всякий раз, когда активировали очередное боевое мастерство; оба не могли дождаться, когда они тоже начнут изучать эти боевые навыки. Рейвен понимала, что ей придётся убедить своих родителей позволить ей тренироваться в боевых навыках, а не исцелении, но она займется этим вопросом как только придёт время.

Один набор навыков, в частности, очень заинтересовал Рэйвен. Их использован один из небольших охранников, которого звали Мечи Звука. У него был своеобразный набор навыков, в том смысле, что они эволюционировали. Когда вы впервые узнаёте навык, это будет только первый уровень мастерства, но если вы будете практиковать его неотступно, вы можете получить дополнительные знания и развить этот навык. Казалось, нет предела тому, как далеко он может зайти. Когда он использовал один из навыков, казалось, он был развит до четвёртого уровня.

Маленький охранник держал свой меч в ножнах, пока двигался вокруг своего соперника. Когда он видел открытое место, он молча вытаскивал меч. Это было так тихо и неприметно, что его оппоненты не могли сказать, откуда он нанесёт удар и в итоге почти всегда проигрывали. Он даже ни разу не использовал какие-нибудь другие звуковые навыки меча. Как бывшая убийца, Рэйвен завидовала этому навыку, она могла придумать пугающие возможности таких атак. Но, как обычно, для неё не было способа, чтобы узнать эту технику, так что ей пришлось довольствоваться просмотром.

После спарринга компания вернулась в свои кабины и Ястребы Эвереста поднялись в воздух. Четыре недели прошли в таком порядке, и на 29-й день после их отъезда из округа Найтингейл Хацин вдруг вскочил на ноги и бросился в сторону окна. Глаза его были круглыми от страха.

- Сестрёнка, смотри!

Рэйвен вскочил с пола, где она читала книгу о различных Магических Зверях, и подскочила к брату.

- Вау! – Рэйвен не надо было симулировать удивление на этот раз. Никто не мог увидеть Небесный Город и остаться не впечатлённым.

Город действительно соответствовал своему названию. Четыре горные вершины стояли довольно близко друг к другу и тянулись к самому небу. Центральный пик был самым высоким, а три – чуть ниже, окружали его. Вокруг подножия горы раскинулся большой город, по нескольку километров в каждом направлении, но город не ограничивается землёй.

На пути в горы, несколько ярусов поселения находились ещё и между пиками, подвешенные на, казалось, сам воздух. Многие водопадом стекали на средний пик, ветвясь на более мелкие «ручьи» на каждом новом уровне. Несмотря на то, что город занимал огромную площадь, даже самые низкие уровни получали много солнечного света, так как расстояние между ними было велико. Сотни Ястребов Эвереста постоянно летали между различными уровнями и окружением города.

Небесный город был расположен немного дальше на юг, чем префектура Найтингейл. В результате весна пришла сюда раньше, и тёмная зелень поднималась в горы и смешивалась с городом. Когда их кабина приблизились к городу, Хацин толкнул плечом Рэйвен и указал на центральную вершину.

- Это, должно быть, императорский дворец, Дворец Облаков Индиго!

Рэйвен подняла взгляд и заметила экстравагантную структуру, стоявшую на плато над массивным водопадом. Каменные стены Дворца Облаков Индиго сияли светло-голубым отливом среди тёмного камня вокруг него. Огромный дворец смело возвышался на краю плато, вопреки законам тяжести и логики. Он был во много раз больше, чем особняк Найтингейл, с несколькими башнями, простирающимися к небу.

Рейвен подумала, если не много жителей её родного города смогли бы вписаться сюда.

- Рейвен, подойди сюда.

Когда кабина опустилась достаточно близко для Рэйвен, чтобы она смогла различать людей, слоняющихся по городу, мать окликнула её. Рэйвен нехотя отвернулась от окна и послушно подошла к матери. Бэсра надела небольшую вуаль на голову Рэйвен.

- Ты должна быть осторожна, чтобы не уронить это, моя маленькая Рэйвен.

- Да, мама! – Рэйвен пообещала себе, что не повторит эту ошибку снова...

Вскоре, салон слегка колыхнулся и с мягким стуком остановилась. Снаружи кабины Рэйвен могла слышать рёв падающей воды.

«Мы, должно быть, приземлились совсем близко к водопаду...»

Рэйвен взглянула в окно, но прежде чем она смогла двинуться, дверь кабины открылась, и знакомый охранник поклонился в дверях.

- Моя Леди Бэсра, молодой господин, молодая госпожа. Мы прибыли в императорскую резиденцию, Дворец Облаков Индиго!

Охранник отошёл в сторону и Бэсра встала, чтобы выйти. Рукой она показала Рэйвен и её брату следовать за ней.

Оказавшись на улице, Рейвен заметила, что кабина стоит на специальной площадке, торчащей посреди пика горной стены. Несколько подобных платформ можно было увидеть на обеих сторонах. На них стояли основы императорского дворца. Так близко Дворец выглядел ещё более пугающим.

Бэсра шла к дворцу, следом за ней спешили двое детей. Хацин схватил руку Рейвен, чтобы держать её близко к нему, когда они подходили ко дворцу. Волнение заполнило его глаза, но Рэйвен заметила нотку нервозности внутри её брата. Да и как он мог не нервничать? Он собирался встретиться с Императором впервые.

«Дорогой брат... Он скрывает свою нервозность и стремится успокоить меня. Он повзрослел за день!»

Конечно, Хацин хотел утешить её, если она нервничала, а его младшую сестру и подавно. Однако, в прошлой жизни Рейвен посылали убивать царей и императоров много раз, так почему бы она нервничала перед встречей всего с одним?

Рэйвен и её семью с обеих сторон окружила Дворцовая стража – их собственным стражникам придётся ждать в кабине до тех пор, пока император не даст им разрешения на въезд. Но Айви последовала за семьей в пяти шагах позади них, неся небольшой деревянный ящик.

Наконец, мать Рейвен дошла до конца платформы. Слегка подняв платье, она изящно присела в реверансе; колени её почти коснулись земли, и она говорила с опущенной головой.

- Леди Бэсра префектуры Найтингейл платит дань уважения Небесной Императрице Нене!

Позади нее Рэйвен скопировала мать, а Хацин глубоко поклонился. Айви встала на колени позади них.

- Мы выражаем своё почтение императрице! – повторили дети в унисон.

- О боже! Дорогая Бэсра, мы друзья детства! Не надо этих формальностей!

Сладкий голос, который Рейвен никогда не слышала, наполнил воздух и жемчужно-белая рука потянулась, чтобы помочь Бэсре встать. Рэйвен выпрямилась, чтобы посмотреть на миниатюрную женщину в переливающимся золотом платье. Хотя её лицо выглядело очень молодым, её волосы были белыми и текли, как вода, по плечам.

- Как ты хочешь, Нене. – Бэсра рассмеялась, и искренне ответила на объятия.

Под её «занавеской» Рэйвен усмехнулась, скривив тёмно-фиолетовые брови:

«Моя мама в хороших отношениях с императрицей... впечатляет!»

- Я знаю, Маллард обычно встречает лордов префектур, но, когда я услышала, что ты прибудешь, я умоляла его позволить мне сделать это. – императрица Нене ехидно улыбнулась.

Бэсра вопросительно посмотрела на ее подругу: - Умоляла? Ты?

- Ха-ха! Ну, "я его не спрашивала" звучит так грубо... Да и он всё-таки император… - даже святой не мог бы выглядеть более невинно.

Рейвен получила в целом хорошее впечатление от женщины. Она относилась к знати, но не выделывалась, и шутила с Бэсрой. Она не сомневалась в своей роли с самого рождения, но никакого высокомерия она не показывала.

Бэсра ухмыльнулась и махнула рукой Айви, чтобы та двинулась вперёд.

- У меня есть подарок для тебя.

- Попридержи его пока, - прервала её Нене. – Давай пойдём в ваши комнаты. Там мы сможем поговорить спокойно, и вы сможете передать мне этот дар.

Она кивнула одной из своих служащих, схватила Бэсру за руку и пошла во дворец. Хацин и Рэйвен уставились друг на друга, прежде чем бежать за ними.

---------

После этого Рейвен и её семья пришли в просторную комнату, они решили провести время в городе. Как только они вошли во дворец, императрица приказала её слуга, чтобы те сообщили императору о прибытии гостей. В тот момент, когда слуги покинули комнату, Нене усадила мать Рэйвен на соседний диван и они начали болтать обо всём на свете.

Вскоре крепкого сложения мужчина, средних лет, одетый в золотые одежды, шагнул в комнату и, прежде чем Бэсра и её дети успели подняться и приветствовать его, император рассмеялся и махнул рукой, показывая, чтобы те не вставали.

- Любой друг детства моей жены – мой друг детства. Не нужна формальностей. – он сел рядом и присоединился к разговору.

Так проходили дни. Императрица Нене разговаривала с мамой Рейвен, иногда вместе с мужем, иногда одна. Императорская чета очень полюбили Рэйвен. Они были очень дружелюбны и, казалось, справедливы и честны в своём правлении; Рэйвен могла понять, почему люди любили их.

Один раз в день, Хацин присоединялся к тренировкам охранников семьи, а Рэйвен составляла ему компанию. Она надеялась проникнуть и исследовать эти приёмы немного больше, но Вердин и Рук сопровождали даже здесь, так что она ничего не могла сделать.

Неделю спустя, Бэсра и Рэйвен поднялись очень рано утром. Сегодня, наконец, пришёл тот день, когда молодые заявители сдавали вступительные экзамены в надежде получить место в Императорской Академии Божественных Искусств. После экзамена будет небольшой банкет, на котором будут присутствовать все дворяне и иностранные вельможи, которые, возможно, прошли. Рейвен и её мать, разумеется, собирались посещать оба мероприятия, поэтому они должны были одеться, как требовали традиции.

Но одеваться по традиции занимает много времени. Просто надеть платья было сложно, не говоря уже о головных орнаментах; чтобы сделать вовремя, Бэсре пришлось укладывать волосы Рэйвен, а Айви в то же время работала над волосами Бэсры.

Минуты копились в часы, и тонкие орнаменты медленно сплетались в сложные узоры. После того, как прическа была сделана, несколько слоев платьев были надеты на дам. Всё вместе это заняло почти четыре часа. Результаты, однако, были довольно впечатляющими.

Рэйвен посмотрел на своё отражение в большом зеркало в зале её матери, и слегка вздохнула от удивления. С экстравагантным платьем из голубого шёлка, вместе с изысканно уложенной прической и завуалированной головой с орнаментом в волосах, Рэйвен выглядела как сочетание волшебной нимфы, о которых она читала в своих книгах, и элегантной гейши из её старого мира. Когда она шла, колокольчики звенели в её волосах и тонкая ткань её платья слегка покачивалась. Длинные, до пола волосы струились вниз по её спине и покоились на длинном подоле платья, который скользил за ней по земле, когда она шла.

Традиционное платье показало себя во всей красе, когда мать Рейвен надела его. На Бэсре, платье прекрасно показало её эластичную талию и подчеркнуло её крепкую грудь, не делая её слишком вызывающей. Рядом друг с другом они смотрелись превосходно, одна богиня, другая фея.

- Айви, приведи моего сына.

Айви поклонилась, вышла из комнаты и вскоре вернулась с Хацином. Он был одет в такую же зелёную мантию, как и всегда; поскольку ему необходимо присутствовать на экзаменах ему не придётся менять её потом. Если он пройдёт, он переоденется в форму Академии. Когда он заметил Рейвен и его мать, гордость наполнила его счастливое лицо.

- Это большая честь для меня, принять благословение от двух настолько красивых женщин моей семьи! Даже цветы неба будут казаться скучными в вашем присутствии! - он мог быть молодым, но Хацин знал, как похвалить красоту, когда он увидел её.

Бэсра просто улыбнулась.

- Пойдём, пора идти на экзамен.

Вместе все четверо покинули комнату и Дворец Облаков Индиго.

---------

- Леди Найтингейл, сюда, пожалуйста!

Немолодой сопровождащий низко поклонился, медленно прокладывая путь по узкому коридору. Рэйвен и две женщины с ней вошли в актовый зал большой Императорской Небесной Академии Божественных Искусств. Хацин уже оставил их, чтобы присоединиться к остальным кандидатам в другом месте.

Сопровождающий элегантно открыл дверь в конце коридора. Он ещё раз поклонился, а Бэсра и Рэйвен прошли мимо него, выходя на свой личный смотровой балкон. Айви вежливо кивнула сопровождающему и тихо закрыла дверь. На балконе были два ряда удобных кресел и небольшой столик с напитками. За балконом был виден общий зал, где семьи и друзья других заявителей могли наблюдать за экзаменами.

"Кажется, будто бы нам стоит только развлекаться, даже экзамены будут похожи на представление..." - размышляла Рэйвен про себя.

Внизу могли сидеть примерно две тысячи человек, но сегодня почти половина мест были пусты. Рэйвен заметила, что довольно много людей, смотрели на них любопытными глазами, некоторые даже кивали в их сторону и что-то шептали своим соседям.

Обычно лорды префектур посещали вступительные экзамены, только если среди новичков был настоящий наследник. Например, от префектуры Рок Рэн не было лорда или леди сегодня, так как их наследники были старше и уже закончили Небесную Академию.

- Всем встать, их Императорское Высочество, Небесный Император Мэлд Бателер и Небесная Императрица Нене!"

Громкий голос разнёсся по залу и все присутствующие, в том числе Рэйвен и её мать, поднялись и повернули лица, чтобы посмотреть на балкон, прямо над Рэйвен. По соглашению, каждая из трёх префектур имела персональный балкон над сценой, но императорская семья располагалась выше всех трёх.

Императорская чета вышла на балкон, Нене опиралась на руку мужа. Рэйвен жила рядом с ними неделю и узнала их достаточно хорошо, но сейчас она не могла не заметить, как по-разному они выглядели. Они даже казались противоположностями. Императрица Нене была гибкая и изящная, Император Мэлд был мускулистым и высоким. У одной были белые волосы, которые текли, как вода в реке, у другого - чёрные как смоль, подстрижены слишком коротко, чтобы двигаться от ветра.

"Как Инь и Янь..." - Рэйвен, наконец, вынесла свой вердикт и тихо усмехнулась про себя.

Позади них шёл очень мускулистый человек с волнистыми светлыми волосами. Он был одет в сине-зелёный шёлковый жакет с двумя рядами пуговиц спереди. Он казался очень внушительным, но Рэйвен заметила, что его правая рука хваталась за бедро.

"Видимо, он воин..." - Рэйвен узнала навязчивое движение, что встречается у мечников, когда они перемещаются без оружия. Их руки всё равно настойчиво ищут ножны

Император Мэлд помог своей жене подойти к одному из главных стульев на балконе и позволил ей сесть. Он отдал лёгкий поклон матери Рейвен и другой - налево. Высунувшись, Рейвен заметила, что на левом балконе сидел мужчина, в котором она признала Лорда Грифона, лорда префектуры Красного Грифона.

После двух поклонов, его Императорское Высочество указал белокурому человеку на стул слева от него, и потом сел сам. Остальной зал последовал его примеру.

На сцену вышел бородатый пожилой мужчина в светло-сером халате учёного. На груди справа была вышита той же девятиконечной звезды, что Рэйвен видела на полу в зале духа более трёх лет назад. Хотя она ни разу больше не входила в тот зал, она с тех пор уже узнала, что это был символ, представляющий всех спиритуалистов, Звезда Духа. Старейшины и студенты различных Духовных Школ имеют такую эмблему на их форме.

Оказавшись в центре сцены, пожилой мужчина поклонился императору, прежде чем повернуться лицом к толпе.

- Добро пожаловать на ежегодные вступительные экзамены Императорскую Небесную Академию Божественных Искусств! - его сильный голос эхом отдавался в зале. - Я Старейшина Кагу, и я проведу сегодня выпускные экзамены.

Он замолчал, обвёл взглядом присутствующих и продолжил: - Все кандидаты были проверены и все они прошли по первому требованию; создание ядра духа в возрасте до девяти лет. Но, как вы знаете, Небесная Академия имеет ещё более высокие требования, прежде чем принять новых учеников.

- 896 детей подали заявки на экзамены в этом году, скорее всего, только меньше десяти пройдет. - Старейшина Кагу не продолжал, и его слова распространились по всему залу, будто холодный ветер.

"Только десять? Так мало!" - Рэйвен была весьма удивлена. Она знала, что начало будет трудным, но десять из почти тысячи, было намного хуже, чем она ожидала.

- Итоговый экзамен представляет собой простой тест контроля, - маленькая искра света выскочила из руки человека и остановилась на его ладони. - В каждого ребёнка войдут сто маленьких шаров моей духовной сущности. У них будет пять минут, чтобы использовать их собственную духовную сущность, чтобы заставить их выйти. Из своего многолетнего опыта я могу сказать вам, что восемь из девяти смогут отторгнуть до десяти шаров. Один из десяти, скорее всего, дотянет до двадцати. Один из ста, возможно, сможет изгнать тридцать. Это черта, которую они должны превзойти, чтобы быть принятыми в Небесную Академию!

Требования для поступления были очень высокие. Хотя Рэйвен и её брат имели почти 100% шанс родиться с кристаллизованной душой из-за обоих родителей, достаточно опытных спиритуалистов, у которых кристаллизация была наследственной чертой. Это означало, что с нормальными родителями вероятность родиться с этой функцией была близка к нулю.

Из четырех миллионов жителей Небесной Империи, лишь 40 000 потенциально могли бы стать спиритуалистоми. Чтобы иметь возможность сформировать духовное ядро до девяти лет, почти всегда требуется доступ к залу духа, что позволит создать первые духовные связи в раннем возрасте. Это уменьшало претендентов примерно до 20 000 человек. По статистике, меньше, чем 2000 из них будут в возрасте от пяти до девяти. Почти 900 детей с их духовными ядрами образуют в то же время уже больше связей, чем обычно. Тем не менее, только десять из них могут быть приняты.

- Мы будем проверять детей группами по сто. Пусть первая группа войдёт!

Двери распахнулась, и дети, копошась, вышли, но Рэйвен быстро заметила, что брата не было среди них. Старейшина Кагу не смотрел, как дети встали в десять аккуратных рядов.

- Помните, что использование любых Божественных навыков строго запрещено, - он сурово посмотрел на молодёжь на сцене. Рэйвен могла ясно чувствовать, что он, используя духовную сущность, оказывает большее психологическое воздействие на группу. Многие попались и задёргались.

- Не сопротивляться! - крикнул пожилой мужчина и тысяча малых шаров света, появились из его груди, стали быстро крутиться вокруг детей, прежде чем разделиться и войти в ожидающих участников. Зрители могли видеть, как в каждом ребёнке сейчас сотня мелких точек света светились из их тел, ясно видимые через кожу и одежду. Испытание в целом было довольно красивым, на самом деле.

- У вас есть пять минут. Начинаем... сейчас!

По знаку Старейшины Кагу каждый ребёнок на сцене закрыл глаза и сосредоточился на чужой духовной сути внутри них. Когда они стали управлять ими, некоторые точки начали двигаться медленно, явно под влиянием детей. Только первые искры света были изгнаны из тел своих хозяев. Оказавшись снаружи, маленькие шары начинали циркулировать вокруг ребёнка, из которого она вышла.

Прошла минута, всё больше и больше света наполняло сцену, но к концу пяти минут никто не дошёл до тридцати шаров. Старейшина Кагу остановил экзамен, просто втянув все шары обратно в себя, а затем попросил детей уйти со сцены и выбрать себе места в зале. Пока дети сходили со сцены, с лицами, наполненными сожалением, следующую группу ввели и вновь расположили десятью аккуратными рядами.

Этот процесс повторили ещё раз перед первыми прошедшими; в третьей группе паре близнецов удалось выгнать по 33 сферы и тем самым заработать себе место в Академии. С балкона слева Рэйвен услышала смешок.

- Хорошо, очень хорошо!

Это был Лорд Грифон, и Рэйвен, глядя на близнецов, отчётливо увидела семейное сходство.

"Первые прошедшие, да ещё и с запасом... Молодцы" - Рэйвен за вуалью слегка улыбнулась. Первый сдающий любой экзамен всегда оставлял хорошее впечатление. Естественно, лорд префектуры будет счастлив, видя удачу его наследников.

Ворон снова обратила своё внимание на сцену. Прошли ещё четыре группы, в каждой из которых был только один успешный заявитель, в результате чего в общей сложности уже шестеро прошли. Восьмой группе было предложено выйти на сцену. Большинство почти прошли, но один заявитель поразил толпу, сумев вывести из тела внушительные 35 шаров. К ужасу Рейвен, она признала в этом мальчике, её старшего двоюродного брата Данлина, сына тёти Анаинги.

Если его мать была раздражающей, то Данлин был самый натуральный паразит. Он был на один месяц старше Хацина и был испорчен до глубины души. Он жил под впечатлением, что каждый человек либо обожал его, либо был слишком невежественен. Рэйвен надеялась, что хоть кто-то сможет выступить лучше, чем он. По крайней мере, чтобы быть бельмом в его радужной жизни. Но когда восьмая группа заполнила сцену, Рейвен забыла обо всех мыслях.

Потому что в самом первом ряду стоял мальчик с очень знакомым лицом. Хацин...

--------------------------------------------------

Префектура Рок Рэн: Rock Wren - крапивник

Небесный император Мэлд Бателер: Mallard - кряква, дикая утка, Bateleur - орёл-скоморох

Небесная Императрица Нене: Nene - одно из названий гавайского гуся

Хацин стоял в переднем ряду. Рэйвен не могла видеть его лица с балкона, но она заметила, что его кулаки сжаты в решимости.

"Удачи брат!" - молилась Рэйвен.

- Не сопротивляться. - старейшина Кагу прокричал его указания уже в восьмой раз, и воздух наполнился тысячами духовных сфер. Как только они вошли в детей, старейшина Кагу заговорил снова: - У вас есть пять минут. Начинайте... сейчас!

Экзамен начался. Прошло всего мгновением, прежде чем первая искра света выскочила из тела Хацина. Слабый ропот распространился по всему залу. До сих пор никто не сумел так быстро высвободить первую сферу.

Секунды летели, уже прошла одна минута, а Хацину удалось выкинуть девять шаров из него. Рэйвен вздохнула с облегчением. Если он продержится так и дальше, то её брат сдаст экзамен на отлично, возможно, даже сумеет побить кузена Данлина!

"Хм?"

Рэйвен отвела взгляд от брата на мгновение, чтобы понаблюдать за другими участниками, и она заметила блондина, стоящего прямо напротив неё, на дальней правой стороне сцены. Сейчас, всем уже удалось изгнать хотя бы один или два шаров, но не этот мальчик. Ни одного шара света не вращалось вокруг него, но когда Рэйвен присмотрелась, она поняла, что даже если шары духовной сущности всё ещё были в нем, семь искр светили ярче, чем остальные и чуть-чуть вибрировали.

В этот момент десятый шар вылетел из её брата на другом конце сцены, чем на мгновение привлёк внимание Рэйвен. Когда она снова посмотрела на блондина, она увидела, как ещё одна искра медленно начала светиться сильнее внутри него.

"Это может быть...?"

Рэйвен продолжала наблюдать внимательнее за братом и белокурым мальчиком. Когда Хацин выталкивал новый шар, ещё одна Искра становилась светлей в блондине.

- Этого не может быть... он переносит новый шар ближе к его коже каждый раз, когда он видит, что мой брат вытащил ещё один?

После того, как десять искр увеличили свечение в мальчике, они одновременно мигнули один раз, а затем выскользнули из него. Все в зале обратили внимание на внезапное увеличение освещённости на задней части сцены, и ещё один слабый ропот ветерком пробежался по всему залу. В этот момент вокруг Хацина было уже двенадцать шаров, медленно вращающихся вокруг него, а зрители смотрели, как он и блондин продолжают неуклонно изгонять шар за шаром.

Рэйвен заметила, что даже если мальчик не вытесняет духовные шары, а держит их просто под кожей, он был на ступеньку позади её брата; как только предыдущий шар блондина становился сиять ярче, а затем терпеливо ждал под его кожей, пока Хацину удавалось изгнать свой следующий шар.

К тому времени, когда оставалась только одна минута, Хацину удалось изгнать ошеломляющие 33 духовных шара и он до сих пор продолжал. Рэйвен была вне себя от радости от достижений её брата, но в то же время она чувствовала себя озадаченной этим блондином. Вокруг него кружился 31 шар, и тридцать вторая искра уже сияла ярче, чем остальные за ним; почему он не изгнал её сразу? Он явно имел навыки для этого, но вместо этого он противопоставил свой темп её брату...

В то время, пока Рэйвен размышляла об этом, время шло, и, прежде чем она поняла, голос старейшины Кагу заполнил зал:

- Время истекло! - старейшина Кагу махнул рукой и собрал все шары обратно в себя.

Тишина заполнила зал. Как всё прошло? В итоге было слишком много шаров, летающих вокруг участников на сцене, чтобы чётко сказать, каковы были результаты.

- Двое подтвердили своё право на обучение: Хацин Найтингейл, который изгнал 40 шаров, и Джавелин Хек, 38 шаров.

Собравшаяся толпа стала бурно аплодировать словам старейшины и даже ранее равнодушный старейшина сам, кажется, остался вполне доволен этими результатами. Он чувствовал радость от того, что на этот раз он нашёл ещё двух гениев, и Данлин был не так уж плох.

- Вы можете следовать обратно. Остальные, займите свои места в зале! - старейшина Кагу раздал команды.

На сцене Хацин повернулся, чтобы посмотреть на другого человека, который тоже прошел. Увидев это, блондин подошёл к нему, протянув руку в знак приветствия. Пожав друг другу руки, они что-то говорили, но Рэйвен этого, разумеется, не слышала, а затем повернулись, чтобы последовать за сопровождающими.

Как только они дошли до конца сцены Хацин увидел Рэйвен, стоящую над ним на перилах своего балкона. Он остановился и радостно помахал ей рукой. Блондин Джавелин Хек остановился и проследил за взглядом Хацина. Когда его глаза остановились на разодетой Рэйвен он, казалось, застыл на месте.

Рэйвен подняла тонкую руку, чтобы помахать брату, но, когда она увидела реакцию Джавелина, переместила руку, чтобы закрыть рот, подавляя смешок. Хацин, конечно, заметил это и посмотрел на мальчика рядом с ним. Видя расстроенное выражение на его лице, Хацин рассмеялся и закатил глаза, а потом подтолкнул Джавелина локтём. Это вернуло блондина к реальности. Кончики его ушей стали ярко-красными, молодой Джавелин почесал затылок, а потом смущённо последовал за Хацином.

"Хе-хе, может быть, что это означает быть "сражен любовью"? Как мило" - смеясь, подумала Рэйвен

Рэйвен время от времени использовала свои женские прелести, чтобы приблизиться к цели в прежней жизни, но это был первый раз, когда она была в такой чистой и невинной форме. Раньше всегда базовой была игра на вожделении. Но этому юноше, очевидно, ещё не исполнилось девяти лет и он был слишком молод для таких вещей. В его мозгу пока было чистое поклонение.

Остальные претенденты не показали никаких сюрпризов, но ещё одному удалось сдать экзамен, и, таким образом, в общей сложности 9 детям удалось получить пропуск в Небесную Академию в этом году.

Среди новых учеников не было ни одной девочки. На самом деле, даже среди заявителей не было девушек. Это, должно быть, потому, что в Небесной Академии в основном преподавали Божественные боевые навыки, которые отрабатывали в основном мальчики. Была специальная ветка целительства, но они проводили свои экзамены и критерии, чтобы прохождение было разным.

- Маленькая Рэйвен, что ты думаешь о своём брате? - Бэсра заговорила впервые после начала экзаменов.

Рэйвен повернулась, чтобы посмотреть на мать, которая не могла скрыть гордости, которую она чувствовала, что её сын справился сам, без всякой помощи матери или отца. Рэйвен радостно кивнула.

- Большой брат лучший! Намного лучше, чем кузен Данлин!

След беспокойства мелькнул на лице Бэсры, прежде чем вернулось выражение радости.

- Он действительно был. Твой отец обрадуется, когда услышит, что Хацин не только прошёл, но и набрал больше своего двоюродного брата... Пойдём, маленькая Рэйвен, мы должны прибыть на банкет, там мы сможем поздравить твоего старшего брата должным образом.

Айви подошла к двери и открыла её, чтобы позволить Леди Бэсре и её дочери выйти. Мать Рейвен пошла вперёд, но прежде, чем она дошла до двери, она остановилась и ещё раз взглянула на сцену. Затем она присела перед ней дочерью и тихо шепнула на ухо Рейвен:

- Моя дорогая маленькая Рэйвен, ты ещё молода, но сегодня очень важно для тебя. Возможно, твой будущий муж будет присутствовать на банкете, так что покажи себя с самой лучшей стороны. Ты должна чтить твоих отца и брата найти хорошего человека, чтобы вступить в брак! - Бэсра встала. - Никогда не рано, чтобы начать искать.

С понимающей улыбкой на лице, Бэсра повернулась и вышла за дверь. В шоке, Рэйвен оставалась на месте в течение нескольких секунд, прежде чем она пожала плечами и последовала за матерью.

"Я должна была догадаться, что это произойдёт... я женщина благородного происхождения, конечно, я должна найти жениха в молодом возрасте! Но "начать просмотр" в возрасте трёх лет... разве это не слишком?"

Это действительно не было слишком. Как женщина, с обоими родителями-спиритуалистами она имела больше шансов родить спиритуалиста в будущем. В сочетании с её отцом, Лордом префектуры, означало, что она была "куском мяса", так сказать. Только из уважения к её собственным желаниям она не была обручена с кем-то ещё в момент её рождения. Или даже парой дней ранее.

Рэйвен, её мать и служанка были отправлены обратно во Дворец Облаков Индиго на величественном Ястребе Эвереста.

Уже во дворце, они пошли к одному из средних обеденных залов, где проходил банкет. Зал был достаточно большим, чтобы его можно было назвать большим, но ещё не слишком большой, учитывая ограниченное количество людей, которые будут присутствовать на банкете. Хотя "не слишком большой" - это, конечно, понятие относительное. В реальности, более ста человек могли присутствовать на мероприятии.

Помимо представителей семей молодых дворян, которые сдали экзамен и самих новых студентов, важные старцы из Небесной Академии также будут присутствовать. Также студенты из благородных кланов были приглашены. Предполагалось, что это будет праздник для новых студентов, но Рэйвен подозревала, что это станет скорее конкурсом бахвальства среди нынешней аристократии.

Основные благородные кланы, то есть три семьи префектур, и императорская фамилия, были по крайней мере, официальны, все на очень хороших условиях. Однако это не остановило их от конкуренции друг с другом. Отец Рейвен ненавидел такого рода сборища, и она подозревала, что причина, почему он остался дома, была как раз в том, чтобы избежать этого.

Рэйвен послушно последовала за мамой, в то время как Бэсра, обошла зал, приветствуя других гостей, которые уже приехали. Помня о наказе матери, Рейвен намеренно делала её движения мягкими и плавными, насколько это возможно. В результате большинство дам, присутствующих здесь, казались жёсткими и неуклюжими; Рэйвен двигалась, как будто плыла по воздуху и каждый раз, когда мать познакомила её с новым человеком, колокольчики в её волосах тихо звенели, когда она приседала в реверансе с такой грацией, что даже её собственная мать начала сомневаться относительно её возраста - мог бы человеческий ребёнок быть таким грациозным?

Вуаль Рэйвен была чуть приподнята, чтобы она могла поесть и выпить. Её глаза всё ещё были прикрыты, но её маленький рот не был. Это делало её даже более таинственной и сказочной. Рэйвен эксплуатировала эту функцию до предела, когда она улыбалась и смеялась по пути по залу.

Она почти никогда не говорила, но все, кто встретил её, получил о ней самое наилучшее впечатление; она молча улыбалась перед старым старшим в Академии в одно мгновение, а затем искренне улыбнулась дворянской молодёжи в следующем. Такие, как она, приспосабливали своё поведение в зависимости от окружающих её людей.

"Ха-ха, люди даже в другом мире такие же предсказуемые" - она думала, пока двигалась по залу.

Рэйвен знала, среди какого рода людей она была здесь. Ткань этого мира может работать по-разному, но люди, которые живут в нём - нет. С её опытом она могла сказать в одно мгновение, кого она встретила, что этот человек думал, как с ним надлежало себя вести себя.

"Брат так хорошо показал себя во время экзамена, что я просто обязана быть достойным дополнением!"

Обе, её мать, сопровождающая её и горничная Айви, которая стояла, спокойно наблюдая из задней комнаты, были поражены. Они думали так же, как их муж, или, соответственно, Лорд чуть более месяца назад: "Какая странная маленькая девочка!". Другие могли не замечать тонких изменений в поведении Рейвен, но они видели.

На данный момент большие двери в дальнем конце зала распахнулась. Народ в зале притих и слегка поклонился, когда они увидели императора, шагающего через дверь. По обе стороны от него были его жена и светловолосый воин в сине-зелёном мундире. Оказавшись внутри, Император Мэлд остановился и уставился на собравшихся людей.

- Приветствую всех. Я рад видеть вас здесь сегодня. Мы собрались, чтобы поздравить наше новое поколение талантливых спиритуалистов. В этом году у нас есть очень талантливые ребята, попавшие в нашу Небесную Академию - я действительно смотрю вперёд, в будущее, к которому они приведут! - он весело смеялся, когда договорил.

- Новые студенты присоединятся к нам в скором времени, но перед этим я хотел бы представить вам моего нового друга, Адмирал Диварио Хек из Морской Империи! - Мэлд положил свою императорскую руку на плечо блондина. Адмирал, казалось, не просто застыл, а ещё и слегка просел под тяжестью руки. Рейвен догадалась, что бедный адмирал не привык общаться в такой дружественной манере с собственным императором.

- Адмирал Хек здесь, чтобы поддержать своего сына, который сегодня сдал вступительные экзамены с выдающимися результатами. Я, конечно, имею в виду студента, занявшего второе место, молодой Джавелин Хек! - императорская улыбка расширилась, когда он похлопал адмирала по плечу. - Хотя нашему молодому Хацину Найтингейл удалось добиться отметки одного из тысячи, сорок шаров. Но, учитывая возраст твоего сына, трудно сказать, у кого больший потенциал.

Адмирал Хек просто кивнул.

Глаза Рейвен слегка расширились под её вуалью, закрывающей лицо. "Иностранец! Вот почему он не стал показывать полную силу, позволив брату обойти его?"

- Молодой Джавелин будет посещать нашу Небесную Академию по недавно сформированной программе обмена между тремя великими Империями, так что обращайтесь с ним хорошо! - Мэлд, наконец, отпустил адмирала Хека, который, казалось, был немного счастлив. - Итак, Старейшина Кагу не мог бы ты представить наших почетных гостей?

Из-за двери появился Старейшина в сопровождении пяти молодых людей. Молодые люди были одеты в тёмно-серые мундиры Небесной Академии, состоящие из простой серой рясы с белой Звездой Духа на груди. Группа остановилась перед Императором Мэлдом.

- С удовольствием, Ваше Высочество! - старец поклонился, прежде чем он показал на студентов за ним. - В этом году четыре из девяти студентов, которые сдали экзамены, благородного рождения. В том числе и наш иностранный студент, - Старейшина Кaгу неспешно добавил. - Всё в порядке, прошедшие - близнецы Ларк и Мартин Грифон префектуры Красный Грифон.

Услышав их имена, два рыжеволосых мальчика, которые выглядели абсолютно одинаковыми, шагнули вперед.

- Мы приветствуем наших старейшин! - прокричали они в унисон и глубоко поклонились.

- Молодым господам исполнится девять через четыре месяца и у обоих контроль духа 33.

Собравшейся группе вежливо хлопали и те, кому довелось стоять достаточно близко, поздравляли Лорда Грифона с достижениями своих сыновей.

- Также Данлин из префектуры Найтингейл! - близнецы отступили назад и Данлин сделал шаг вперёд.

- Этот смиренный ученик поздравляет старейшин! - крикнул он и поклонился гораздо ниже, чем надо.

Под её вуалью Рейвен закатила глаза. "Серьезно, этот сопляк... смиренный? Да он и не знает значение этого слова".

Удивившись внезапной расточительности, Старейшина Кагу моргнул дважды, прежде чем возобновить свой доклад. - Эмм, да... молодой мистер Тэлон, которому исполнится девять через два месяца, имеет уровень контроля 35!

Ещё одни вежливые аплодисменты послышались в холле в сопровождении бормотания о достижениях молодёжи.

- И в-третьих, с наибольшим количеством очков, это Хацин Найтингейл префектуры Найтингейл!

Данлин отступил назад, и Хацин двинулся вперед, чтобы приветствовать Ассамблею, Рэйвен увидела, как Данлин кривляется за спиной брата.

- Я приветствую старейшин! - Хацин надлежащим образом поклонился.

- Молодому господину Хацину исполнится девять через три месяца и он обладает поистине удивительный контролем духа в 40! - Старейшина Кагу продолжил.

Громовые аплодисменты заполнили зал, но даже они не могли заглушить разговоры шокированных людей. Понятно, что не каждый присутствовал во время экзаменов, и многие были глубоко впечатлены его достижением. Разница между 35 и 40 может показаться не такой большой, но трудность изгнания шаров возрастала в геометрической прогрессии; достижение сорока требует почти вдвое больших усилий, чем достижение 35 и, возможно, в десять раз больше, чем 30.

Похвалы матери Рейвен текли бесконечно и в итоге Старейшине Кагу пришлось попросить людей, чтобы они успокоились.

- Да, действительно удивительное достижение! - Старейшина Кагу согласился. - Прошло почти десять лет с тех пор, как у нас был студент с таким же потенциалом.

Уши Хацина покраснели. Он не привык к такому количеству похвал.

- Ну тогда, - старец продолжил. - Наконец, у нас есть студент по обмену, Джавелин Хек.

Блондин вышел вперёд и почтительно поклонился: - Я приветствую старейшин!

- Хотя он был несколько слабее в контроле духа по сравнению с молодым Найтингейл, его возраст впечатляет. Молодому господину Хек исполнилось только семь лет два месяца назад.

Тишина.

"Ему всего лишь семь? Этот Джавелин не перестает меня удивлять... впечатляет!" - Рэйвен посмотрела на блондина с повышенным интересом.

Ропот начал распространять в зале, и вскоре послышались первые нерешительные хлопки. Когда аплодисменты стали сильнее, несколько человек даже стали наперебой хвалить адмирала, Рэйвен оглядела комнату.

"Это, пожалуй, и есть причина, по которой он сдерживался. В его возрасте такой контроль - это достаточно устрашающе. Если бы он получил самую высокую оценку - некоторые бы подумали, что Небесная Империя потеряет лицо перед этим маленьким мальчиком. Его отец-адмирал не хотел вызывать международный инцидент!" - Рэйвен оглянулась на Джавелина, которые вернулся на своё место в линии. - "Интересно, какой у него истинный уровень управления..."

- Очень талантливый, в самом деле! - произнёс Мэлд, и аплодисменты быстро стихли. - Пойдём! Давайте пировать и узнаем этих молодых немного лучше!

И тогда банкет начался по-настоящему. Гости ели, пили и болтали, в то время как мягкая камерная музыка играла на заднем фоне. Большинство собравшихся обсуждали новых учеников и сравнивали свои достижения ними, как правило, указывая на аналогичные или более сильные таланты внутри своих кланов в процессе: "Ах, да! Вы помните, такого-то из нашего клана, он был также очень молод, когда он уже выпустился" или "Я помню такого-то из вашего клана, он же тоже сумел набрать 40? Что с ним случилось?" и другие общие фразы на протяжении всего вечера.

Бэсра сказала Рэйвен посидеть со своим братом, пока она ходила говорить с императрицей Нене. Хотя призыв был излишним, поскольку Рейвен и так хотела поздравить своего брата в лицо как можно скорее.

Рэйвен не пришлось долго и упорно искать её брата; Хацин стоял у стола не слишком далеко, в окружении большой группы молодых девушек. Большинство девушек носили благородные платья своей префектуры, а пара носили тёмно-серые мундиры Академии. Все они носили вуали, как Рэйвен, что указывало на то, что они были незамужними и благородного происхождения.

"Хо-хо, кто-то внезапно стал популярен!" - улыбнулась Рэйвен, когда она заметила своего брата, пытающимися справиться с окружающими его девушками. Краснота ушей уже начала распространяться на щёки.

"Хм, пожалуй, это будет весело..." - подумала Рэйвен, улыбка на её лице поблёкла, когда она подошла к этой группе. Зло мерцало в её скрытых глазах.

Когда подошла ближе, она стала внимательно осматривать девушек вокруг её брата; она была познакомлена с ними ранее. Некоторые из них ей нравились, некоторые – нет.

Когда она решила, что расстояние между ними позволяет, она остановилась и начала слегка топать правой ногой по синему мраморному полу. Её рот превратился в маленький ротик. Хацин поднял глаза почти сразу и на краткий момент облегчение затопило его лицо, когда он увидел её, пока он не заметил, что его сестра выглядит расстроенной.

- Сестрёнка! – он улыбнулся ей и мягко пытался протолкаться сквозь орду девочек.

- Брат, ты лжец! – голос Рейвен был низкий и неустойчивый.

Только девчонки, стоявшие в толпе, могли отчетливо услышать горечь в её голосе. Девушки сразу почувствовали, что маленький ребёнок был по-настоящему расстроен; крошечные руки Рейвен даже стали мертвенно-бледными, из-за того, что они крепко вцепились в ткань её юбки.

- Что случилось, сестрёнка? – подошёл ближе брат.

- Ты обещал! Ты сказал, что мой подарок – это самое важное, он будет первым, который ты откроешь!

Другие девушки взглянули на столик за Хацином. Они все принесли ему небольшие знаки поздравления; это было обычное дело для девушки, принести подарки на банкет Небесной Академии. Они надеялись получить пользу от этих первогодок, которые, несомненно, многого добьются в будущем. Ведь выпускники Небесной Академии могут быть среднего и даже высокого уровня Чемпионами духа, такие редкие специалисты были очень хорошими мужьями. А Хацин на экзамене показал огромный потенциал.

Подарки не были дорогими, но они подходили для начала разговора и адекватны напоминанию о хорошо проведённом вечере позже. Однако, если они теперь стали источником недовольства для Хацина, их назначение будет иметь неприятные последствия.

Хацин посмотрел на сестру в замешательстве. Он не давал никаких обещаний. Что она делает?

Как только он собирался спросить её, Рейвен слегка задрожала, и она снова заговорила:

- Ты обещал! Это... сестра уже не важна, да? – её голос немного сорвался в конце, и одинокая слеза скатилась вниз по белоснежной щеке.

У парня моментально началась паника. Его сестра плакала! Он никогда не видел её плачущей раньше, и сейчас ему казалось, что он был причиной этого. Пара девушек вокруг него заметили его горе и переключили своё внимание на Рэйвен, чтобы она почувствовала себя комфортно.

- Подожди, подожди… - девушка в серой мантии утешала. – Твой брат не виноват. Ему просто пришлось соблюдать этикет и быть вежливым с нами.

Рэйвен, казалось, сделала паузу и обдумала. Её руки стали немного розовыми, так как она немного отпустила края одежды.

- Леди Кара права – мы не должны были так ломиться вперёд. Давайте сейчас мы оставим вас наедине, так что вы можете дать ему свой подарок". Еще одна девушка скинулись и кивнул остальным девушкам, чтобы отступить.

- ...Спасибо… - голос Рэйвен до сих пор дрожал.

Голова Рэйвен была опущена, как если бы она смотрела на пол, но в действительности она наблюдала за девочками, отошедшими от брата и сестры. Некоторые из них смотрели на неё с пониманием, и, возможно, даже восхищались её преданностью своему брату, в то время как другие нахмурились от недовольства от того, что их прервали. Не удивительно, но Рейвен заметила, что её первое впечатление оказалось абсолютно верным.

Хацин протянул руку, чтобы вытереть падающую слезу на щеке Рэйвен, но понял, что рот девочки, ранее хмурящийся, сейчас был растянут в широкой улыбке.

- Хи-хи, они проиграли! – Рейвен хихикнула достаточно тихо, только чтобы её брат услышал. – Ты теперь весь мой!

Хацин заморгал, он посмотрел на сестру круглыми глазами.

- Ты... – её брат был неразговорчив; он не мог поверить в это. Его маленькая сестра легко убедила не только других девушек, что она была очень расстроена, но и его тоже.

Рэйвен улыбнулась, и, встав на цыпочки, ласково обняла брата.

- Я вполне впечатлила всех, да? – хихикнула она.

Прежде чем Хацин получил возможность собраться с мыслями и дать ответ, Рэйвен сделала шаг назад, и, повозившись со складками её платья, выудила оттуда небольшой браслет. Рейвен сделала его сама, она переплела множество коричневых кожаных ремешков с нитями тёмно-зелёного шелка. Она научилась делать их очень давно – тогда это было одним из немногих нормальных увлечений её и её коллег; они убивали людей, а в свободное время делали браслеты для друг друга.

- Поздравляю с поступлением! – она сияла, когда передавала её брату свой подарок.

Он тряхнул головой. Это не первый раз, когда он видел, как его сестра заставляет кого-то уйти. Она много раз проворачивала этот трюк с отцом, чтобы присоединиться к Хацину. Вместо этого он посмотрел на браслет в руке.

- Ты сама сделала это? – спросил Хацин, как он снял браслет. Он не видел, чтобы она работала над этим.

- Ага! – Рейвен положила руки за спину и слегка покачнулась. – Тебе нравится?

Хацин широко улыбнулся, надел браслет на правую руку и затянул его вокруг запястья.

- Я понял. Зелёный, как глаза отца, и коричневый, как глаза матери. Так я смогу быть с ними, даже когда нас разделяют... - он протянул руку, чтобы погладить Рэйвен по голове, но остановил себя, когда понял, что орнамент на её голове не позволит ничего подобного. Вместо этого он крепко обнял её.

- Спасибо тебе, маленькая Рэйвен! – он прошептал ей на ухо, прежде чем отпустить объятия.

Двое родных начали радостно болтать между собой, равнодушные к празднику вокруг них. Когда они затронули вопрос о других новых студентах и их результатах, Рейвен почувствовала, как будто кто-то внимательно следит за ней. Она оглянулась и увидела, что в этот момент, молодой Джавелин глядел на неё неотрывно.

Блондин сделал глубокий вдох, прежде чем начал решительные шаги.

Хацин последовал за взглядом своей сестры и, когда Джавелин подошёл достаточно близко, он улыбнулся и поприветствовал мальчика.

- Сокурсник Хек! Как тебе банкет? – Хацин вегда был вежлив.

- Хацин, пожалуйста, зови меня Джавелин. Мы будем жить вместе довольно долго – давай будем друзьями!

- Очень хорошо, Джавелин, - Хацин взглянул на сестру. – Позволь представить мою младшую сестру, Рэйвен Найтингейл.

Рейвен присела в глубоком реверансе, а её небольшой рот улыбался ласково.

- Рэйвен Найтингейл приветствует молодого мастера Джавелина Хек, – сказала она сладким голосом.

Джавелин на мгновение уставился на неё. Так близко, с её слегка приподнятой вуалью, Рэйвен была ещё более завораживающей для него, чем издалека. Может, ему только семь, но его душа была уже зрелой, и в этой самой душе он чувствовал изменения, как будто он нашёл чего он не знал, но потерял.

- Джавелин? – Хацин заржал.

Всполошившись, Джавелин немедленно поклонился, уши его стали красными, как помидоры.

- Юная леди Найтингейл, с удовольствием! – Джавелин заговорил немного громче, чем он намеревался, и несколько гостей обернулись, чтобы посмотреть на это зрелище. Большинство понимающе улыбнулись, прежде чем вернуться к своим беседам.

Рейвен подавила хихиканье, так как она была на виду. Теперь Джавелин носил такие же серые одежды, как и у Хацина, но его светлые волосы сияли ярче, в отличие от него. В танцующем свете огня свечей, полосы из золота и серебра переливались. Тонкая коса протянулась от затылка до лопаток. Его волосы были довольно яркими и Рейвен догадалась, что это будет ещё лучше в солнечном свете.

Когда Джавелин выпрямился и нервно почесал затылок, Рэйвен поняла, что его волосы – это не самая поразительная его черта. На лице юноши были самые чудесные и особенные глаза, которые Рейвен когда-либо видела. Они были как две сверхновые звезды; удивительное сочетание светло- и тёмно-синего фиалкового и даже некоторые стрелы золота кружились вместе, как если бы они содержали целые галактики внутри. Эти глаза, в сочетании с золотисто-светлыми волосами и слегка загорелой кожей делали его довольно красивым, хотя черты его были ещё совсем детскими.

«Этот мальчик будет очень опасен, когда подрастёт...» - подумала Рэйвен.

В то время как Рэйвен изучала Джавелина, мальчик покопался в своей мантии и достал небольшой цилиндр, изготовленный из спрессованной зелёной бумаги. Он остановился только на секунду, прежде чем протянуть его Рэйвен.

- Юная леди Найтингейл, пожалуйста, примите этот маленький знак признательности. Я уверен, что нет никого более подходящего для этой вещи!

Рэйвен и Хацин уставились на Джавелина с одинаковым удивлением в глазах. Он хотел подарить ей подарок во время празднования банкета? Разве это не неправильный поступок?

Рейвен заколебалась, но Хацин толкнул её вперёд.

- Возьми! - прошипел Хацин, чтобы только Рэйвен услышала. У него сложилось хорошее впечатление о Джавелине, и казалось, ему приглянулась его сестра. Зачем отступать только потому, что его поведение было несколько… неэтичным? Отступление от рамок приличий было минимальным. Иностранцу можно простить.

Рейвен сделала красивый реверанс и протянула руку, чтобы взять цилиндр.

- Спасибо, молодой господин Хек. Это самый идеаль... – но, как только она взяла цилиндр в руку, она почувствовала духовную суть, хранящуюся в нём. Она замерла на месте.

- Это… – она с удивлением посмотрела на цилиндр. Он выглядел очень простым снаружи, за исключением двух золотых слов, запечатлённых на его стороне: Сумеречная Колыбельная (Twilight Lullaby). Она подняла голову и посмотрела на Джавелина:

- Это слишком дорого! Как я могу принять такой драгоценный подарок?

Джавелин с удивлением уставился на неё. Как она могла сказать сразу, что это было? Он, естественно, знал, что было внутри, но он никак не мог сказать, не открывая цилиндр. И это название не должно быть известно в этой Империи... Рэйвен, однако, имела намного больше духовных связей, чем он мог вообразить, но, конечно, она не могла сказать ему.

Джавелин не размышлял долго, он просто толкнул цилиндр в руки Рейвен:

- Это мой подарок, и я решаю, кому его дать. Возьмите это! – он улыбнулся ей, прежде чем обратиться к очень смущённому Хацину. – Ещё увидимся позже, Хацин!

Потом он просто пошёл в толпу. Рэйвен по-прежнему застыла на месте, глядя в сторону, где скрылся мальчик.

- Сестрёнка, что случилось?

Вздрогнув, Рейвен быстро спрятала цилиндр в складки её платья. Она оглядела его, прежде чем ответить, понизив голос:

- Божественное умение! Братик, он просто дал мне Божественное мастерство! Я не уверена, но я думаю, что это шестой уровень мастерства и его название «Сумеречная Колыбельная»!

- Что?! – реакция Хацина была слишком… громкой, и Рэйвен пришлось шикнуть на него.

- Вы уверены? - он спросил, понизив голос. – Навык шестого уровня является поистине драгоценным, как он мог дать его тебе просто так?

- Я не знаю, но… Брат, вам лучше быть хорошими друзьями в будущем.

- Да, явно…

Двое родных людей обсуждали обмен. Хотя Хацин предполагал, что Рэйвен была слишком молода, чтобы использовать этот навык на данный момент, это был очень ценный подарок. Сестра, несомненно, извлечёт большую пользу из него в будущем. В любом случае, если этот навык шестого уровня относится к Божественному исцелению, она сможет развиваться в этой ветке семимильными шагами. Если же это было навыком нападения – это, возможно, станет её козырем, чтобы спастись. Ему явно придётся отплатить Джавелину за свою сестру, так или иначе.

Рейвен с другой стороны, ещё больше обрадовалась. Она почти не заботилась о том, какой уровень был у этого навыка, или даже то, что он делает, на данный момент. Она сможет, наконец, начать использовать её духовную суть на нечто большее, чем просто укрепление себя – было довольно трудно, скрыть её возбуждение и дальше принимать участие в банкете. Она никогда не забудет эту услугу. Никогда.

Наступил вечер, а банкет продолжался без каких-либо больших событий. В конце концов, ночь пришла, гости распрощались и вернулись в свои дома. Новые студенты хотели провести последний вечер со своими семьями. Рэйвен и Джавелин поклонились друг другу чуть ниже, чем следовало, перед расставанием.

Рэйвен очень хотела вернуться в свою комнату, чтобы она могла изучить её первый Божественный навык и не хотела оказывать ещё хоть капельку внимания к кому-либо ещё. А если бы она сделала так, она, несомненно, была бы в шоке от вязкого выражения на лице своего кузена Данлина, когда он наблюдал за тем, как её семья уезжает.

Данлин был уверен, что духовного контроля 35 будет достаточно, чтобы стать центром внимания. Чтобы стать лучше своего кузена, «ценного наследника префектуры». Он даже применил секретный Божественный навык, что его мать дала ему. Этот навык повысил его контроль на четыре уровнях, чтобы гарантировать его победу. Технику было невозможно обнаружить со стороны и даже Старейшина Кагу ничего не заметил. Но этого всё ещё не было достаточно!

Сначала он едва не сошёл с ума, но, когда он весь вечер слушал, как всё больше и больше людей провозглашают Хацина как «гения, который отстоит честь Империи», настроение Данлина перестало быть плохим. Оно стало худшим. Для него эта ночь была огромным позором! Он даже не сумел спровоцировать близнецов Грифона против этого козла.

- Почему мы должны быть расстроены? – ответил Ларк. – Неужели для нас так плохо, что у нас такой умелый и сильный одноклассник? Без сомнения, его сила передастся и нам!

- Надеюсь, твоя гордость не будет иметь того же эффекта! – поддел его Мартин.

Близнецы рассмеялись и ушли. Данлин стоял клокоча от гнева, и смотрел, как они прошли через всю комнату, чтобы радостно поприветствовать о-о-очень важных Хацина и его мелкую сестру!

- Ну, погоди! Мы ещё увидим, каким сильным и могучим ты будешь, когда я с тобой закончу! – в бессильной злобе проклял Данлин, после чего поплёлся за остальными из своей семьи в их резиденцию. Его родители не присоединились к нему на мероприятии, хоть они и слышали об этом от него.

---------

В одной из гостевых комнат молодой Джавелин сидел на коленях на полу. Взбешенный Адмирал Хек ходил взад и вперёд перед ним:

- Что ты сказал?!

- Я отдал юной Леди Найтингейл Сумеречную Колыбельную. – Джавелин спокойно повторил. Он знал, что это произойдет.

- Как ты мог быть таким тупым! – отец сплюнул. – Твоя мать дала тебе этот свиток, чтобы ты дал это своей невесте, как только вернёшься! Как ты мог дать это какой-то непонятной девке, которую ты только что встретил? Она даже не из нашей Морской Империи! – как правило жёсткий адмирал сейчас практически кипел от ярости.

- Мать сказала мне, чтобы я дал это девушке, которую я полюблю и захочу защитить. Это то, что я сделал. – Джавелин держал себя спокойно, и говорил с искренним лицом.

Пожилой мужчина остановил его хождения и посмотрел на сына в недоумении. Долгое время спустя он испустил тяжелый вздох.

- Серьёзно, я даже не знаю, что делать с тобой иногда... Какое счастье, что маленькая мисс Арована сказала, что ей это не нужно! – он сел на соседний стул.

Джавелин слегка дёрнулся при упоминании своей невесты.

- Отец, о том, что...

- Ни слова больше! – адмирал оборвал его. Джавелин сделал, как ему сказали, и замолчал.

- По крайней мере, ты сделал всё, как тебе сказали, во время экзамена... но, думаю, повезло, что у них был юноша с таким хорошим контролем духа, он вполне хорош… - Диварио Хек, наконец, слегка улыбнулся. – Возможно, этот обмен будет всё же выгоден.

Джавелин молчал, но его мысли обратились к молодому Хацину. Во время экзамена Джавелин действительно нарочно показал результат на одну ступень ниже лучшего из детей Небесной Империи; как Рэйвен и догадалась, адмирал Хек не хотел разжигать никакой проблемы. Но Джавелин действительно был удивлен, когда он заметил Хацина в своей группе.

Хацин изгнал первый шар с невероятной скоростью и если Джавелин действительно бы сражался изо всех сил, даже если бы он пошёл на все, разница была бы невелика. Наверное, только в один шаг! Ведь чем больше шаров вы выгоните, тем труднее становится. Если разница в контроле между уровнями 35 и 40 почти удваивается, то же можно сказать и о расстоянии между 40 и 41.

Но что удивило Джавелин больше всего, так это то, что, когда он говорил с Хацином сразу после экзамена, он узнал, что Хацин занимался довольно простым обучением; Хацин достиг его уровня контроля просто упорством. Джавелин, с другой стороны, прошёл совсем другой режим тренировок.

С того дня, как он родился, он пошёл по стопам отца и старшего брата. Его отец брал его на различные экскурсии в морской флот Империи. Он уже видел, из первых рук, жестокие бои и обманы между врагами и союзниками. Следуя его отцу, ему удалось сформировать свою первую духовную связь вскоре после его пятого дня рождения, и потребовалось только два года, чтобы сформировать следующие три. Он даже пережил несколько моментов «на грани жизни», которые толкнули его духовный контроль, чтобы развиваться ещё более стремительно.

Это была рискованная тактика, которая может легко дать неприятные последствия, но и он, и его старший брат получили очень много от этого.

Когда Джавелин обдумывал достижения Хацина Найтингейл, он не мог не позволить своим мыслям блуждать к сказочной фигуре сестры Хацина. Он только раз говорил с ней, и не так много было сказано, но он уже тосковал по ней в его юном сердце. Он был слишком молод, чтобы действительно понять, что такое любовь, но у него не было никаких сомнений, что тоска не пройдет, пока он снова не встретит её.

Примечания переводчика: Арована (Arowana) – тропическая пресноводная рыбка

Рэйвен, скрестив ноги, сидела в своей комнате, на постели. Она уже давно разделась (с помощью её горничной), и теперь была одета только в простую ночную рубашку. Перед ней лежал зелёный цилиндр, который Джавелин дал ей ранее. Ее брат и мать уже ушли спать и спокойно этим занимались в своих комнатах.

После долгого простого осмотра цилиндра и золотых слов, выгравированных на нём, Рэйвен глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и подняла его. Она ещё раз почувствовал духовную суть, хранимую в пределах цилиндра, покалывающую пальцы. Колебания были сильнее, чем в каком-либо из свитков, которые отец показал ей и брату несколько лет назад. Но они были свитками навыков пятого уровня.

Нежными руками она осторожно сломала печать, открыла и наклонила цилиндр, чтобы позволить свитку выпасть оттуда. Свиток был маленький, только немного длиннее, чем её рука, но при контакте с её кожей она чувствовала, как его мощь проникает в неё. Ощущение было похоже на то, как будто свиток оглядел её, проверяя своего нового хозяина.

Задержав дыхание, Рэйвен медленно развернул свиток. Неожиданно, внутри было стихотворение, написанное чем-то, похожим на золотые чернила. Когда Рэйвен начала читать, она почувствовала, как её слова, вибрируя, входят в душу, оставляя на ней неизгладимый след. В голове она слышала мягкую мелодию, которая идеально сопровождала текст. Она прочитала:

О, господин мой, где же ты скитаешься?

Стой и слушай; скоро ты с любовью повстречаешься,

Что может петь и низко, и высоко

И больше не нужно, любимый, далеко

Бежать по дороге, что к любви ведёт,

Знает каждый мудрец и каждый сын поймёт…

Её чтение и мелодия в её голове слились так хорошо, в такую прекрасную песню, что она тихо-тихо запела, даже не понимая, что она читает уже вслух.

Что есть любовь на самом деле?

Услышать счастья громкий смех,

Когда и в будущем ты не уверен.

И об обмане только слышал.

Что существует в этом мире

Такой тебе доселе не знакомый грех.

И ты придёшь ко мне, обнимешь, поцелуешь,

Так нежно и любя, красивый, молодой

И я пойму, что без тебя не выдержу мгновенья

Так сложно молодому сердцу в руках себя держать…

Когда последние слова вырвались из её рта, острая боль запульсировала в голове, и надписи в свитке поблекли. Это был момент Отпечатка. В этот момент Рэйвен узнала всё, что нужно знать о своём новом и очень странном Божественном мастерстве – во всех её книгах, что она читала, она нигде не сидела о Божественном навыке в форме песни.

Это действительно был шестой уровень мастерства, как она предполагала, но это не было ни навыком исцеления, ни боевым, а, скорее, контроля. Как только она освоила его, даже просто первые ноты этой песни вызывали бы у тех, кто слышал эту «Песню», неописуемый восторг. Если самосовершенствование у них значительно выше, чем её, они просто будут чувствовать себя вынужденными приостановить всё, что они делают и слушать, пока она не перестанет напевать. Если она намного сильнее, то эффект будет оставаться надолго и после того, как она закончит петь.

«Интересно, Джавелин знает смысл этой песни или он знает только то, как это использовать?»

Рэйвен не могла знать, но смеялась, когда она переиграла песню в голове. Это была песня о любви. Очень грустная песня о любви, что призывала слушателя не упустить момент, иначе можно навсегда его потерять.

Рэйвен задумалась о мастерстве, которому она научилась. Хотя это было не то, чего она ожидала, она поняла, что этот навык идеально подходит ей. Это будет её последней линией обороны; если она столкнётся с множеством враждебных людей, даже если она окажется недостаточно сильна, чтобы сдерживать её противников, эта песня, вероятно, предоставит ей дополнительное время на побег или на то, чтобы спрятаться. Это также может помочь ей совершать нападение на отвлечённых врагов. С этой песней, этой Сумеречной Колыбельной, а также её предыдущим опытом и знаниями боевых искусств она станет достаточно опасна даже без каких-либо дополнительных Божественных Навыков.

Через духовный отпечаток она теперь инстинктивно знала, как стимулировать её духовное ядро для того, чтобы объединить сохранённую духовную суть с её голосом и достичь желаемого эффекта. Это нуждалось в практике, но Рэйвен была уверена в своих способностях; теперь, когда она приняла отпечаток, ничто не могло остановить её в оттачивании мастерства.

Она начала практиковать сразу.

На следующее утро слегка красноглазая Рэйвен пробралась в столовую зону гостевой комнаты. Она не спала всю ночь, работая над своим новым навыком; прежде, чем её оставят в покое дома, понадобится месяц, чтобы не привлечь ненужного внимания.

Спустя почти восемь часов она только успела подготовить самые основы навыка; объединение её духовной сущности с голосом. Следующий её шаг – она хотела на самом деле активировать навык. Она была не очень довольна своим медленным ходом, но это придётся сделать сейчас.

Если бы Джавелин был в курсе её жалобы, он был бы потрясён и не поверил. Восемь часов? Восемь месяцев будет более разумным промежутком времени для её уровня прогресса!

---------

Позже в тот день, трое из семьи Найтингейл стояли на той же самой посадочной платформе, на которую они сошли неделей ранее. Они уже попрощались с императором и его женой. Всё, что осталось – это прощание с Хацином.

Глаза Бэсры были влажными, но ей удалось удержаться от слёз, когда она обняла своего сына.

- Твои мама и папа тебя очень любят, помни об этом. – она прошептала ему на ухо, прежде чем отпустить его.

- Вот. - Бэсра протянула нежную руку и в его ладони осталось лежать блестящее медное кольцо.

- Это...

- Да. Возьми его. Внутри кое-какие подарки от отца и меня.

Рэйвен взглянула на кольцо большими глазами. Это было пространственное кольцо! Такие кольца были очень редки. Вливая свою духовную суть в него, можно открыть отдельное пространство, связанное с кольцом. Когда-либо связанное кровью, кольцо бы вообще никогда больше не приняло других пользователей.

- Пора, маленькая Рэйвен. Попрощайся, – сказала мать.

Рэйвен не задумываясь бросилась в объятия брата, крепко обнимая его. Она молчала очень долго и, в конечном итоге, Хацин заговорил первым.

- Береги себя, сестрёнка. Увидимся следующей весной! – он погладил её длинные волосы, и продолжил. – Держу пари, ты даже не заметишь, что я ушёл, прежде чем я снова вернусь!

Рэйвен посмотрела на брата. Улыбки на их лицах были слишком наиграны.

- Брат... будь осторожен!

- Не волнуйся, я буду. В следующий раз, когда мы встретимся, спорим, ты будешь удивлена тем, насколько сильнее твой брат стал!

Рейвен нисколько не сомневалась в этом.

Брат и сестра обнялись ещё раз, прежде чем Рейвен выскользнула из рук брата и последовала за матерью в кабину.

Восемь из десяти охранников вошли в свою собственную кабину и с тихим свистом управляющего Ястребы Эвереста поднялись в воздух ещё раз.

На земле остались Хацин и двое его личных охранников, чтобы оставаться с ним в Небесном городе. Они не пойдут за ним в школу, но, если он захочет выйти на улицу, охранники будут его защищать. Он оставался на платформе ещё долго, даже после того, ястребы исчезли из виду.

---------

Путь домой прошёл без приключений, и четыре недели спустя группа вернулась в город Найтингейл. Здесь сейчас было лето, и светло-зелёные деревья потемнели до тёмно-зелёных.

Лето, может быть, и было коротким, но дни были длинными, так что несмотря на прибытие в середине ночи, небо уже побледнело в преддверии скорого рассвета.

В большом внутреннем дворе их ждал лорд Малео; прошло больше двух месяцев с тех пор, как жена с детьми отбыли и он надеялся на их скорое возвращение. Он, конечно, уже получил известие о достижениях своего сына и знал, что только девушки вернутся.

Он поднял взгляд к небу и улыбнулся, когда увидел летящих Ястребов Эвереста. Буквально через минуту, птицы опустил свой драгоценный груз во дворе, и улетели к своей горной вершине.

Малео подошёл к кабине жены, и как только он достиг её, Айви открыла дверь кабины изнутри. Она приложила палец к губам и жестом велела ему войти.

Внутри он встретил его спокойную жену, которая тихо склонилась в его объятия.

- Она уснула час назад. Я не хотела будить её. – прошептала Бэсра.

Малео посмотрел на свою дочь, крепко спящую на диване кабины. С нежной улыбкой на лице, он подошёл и взял спящую Рэйвен на руки. Вместе с женой, он отнёс свою молодую дочь в её комнату.

Несмотря на то, что обычно она быстро просыпалась, Рэйвен не обращала внимания на то, что происходит вокруг нее; многочисленная собранная духовная суть в её душе помогала ей сохранять постоянное сознание. Тем не менее, сейчас она решила не мудрить со сном. Биологически, ей ведь только три – почему бы не насладиться немного, пока у неё есть шанс?

Жизнь вернулась в обычное русло в особняке Найтингейл. Без её брата, казалось, дни движутся намного медленнее, но Рэйвен решила в новое свободное время прочитать ещё больше книг и, конечно, старательно обучиться своей Сумеречной Колыбельной.

Ей понадобилось чуть больше месяца, чтобы отточить своё мастерство, что было безумным достижением само по себе, и когда она больше привыкла к нему, она обнаружила приятный сюрприз. Если она начинала петь песню, как будто просто песню, а затем медленно позволяла её духовной сущности слиться со словами, чтобы активировать Сумеречную Колыбельную, она могла активировать навык, так, что спиритуалисты даже не замечали, что она использовала Божественное мастерство.

Как правило, неожиданный всплеск духовной сущности при активации Божественного мастерства невозможно пропустить, и даже можно, при некотором опыте, раскрыть уровень самосовершенствования практикующего, но по какой-то причине, именно этот навык, если активировать его таким образом, с задержкой, чтобы он смешался с природной духовной сутью в воздухе, что делает его невероятно трудным для обнаружения и предотвращения.

Когда она поняла эту черту, Рэйвен замешкалась только на день или два, прежде чем использовать мастерство на своих собственных охранников! Поступая таким образом, ей легко удалось ускользнуть от её защитников и проникнуть в духовную библиотеку Найтингейл. Она только зашла в общий раздел, и долго не решалась, но ушла оттуда с двумя навыками, которые привлекли её внимание больше всего: Навык третьего уровня «Теневой бег» и развивающий навык «Звуковой клинок».

С тех пор она практиковалась в Теневом беге постоянно, и скоро стала достаточно опытной в его использовании. Когда она использовала его вместе с боевыми искусствами её старого мира, добавив нечеловеческую скорость, она стало очень смертоносной.

Её сила атаки была, однако, ещё достаточно ограничена, поэтому она хотела начать практиковать Звуковой клинок тоже, но после того, как отпечаток был завершён, она поняла, что единственное название, которое подходит для этого навыка – «Оглушительный взмах». К сожалению, он оправдал своё название, так что найти время и место для практики – было легче сказать, чем сделать.

Независимо от того, Рэйвен намеревалась сделать себе меч, подходящий для её руки. Сначала она подумала, что она может найти один так же, как она получила Божественное мастерство, но в конце концов она решила не полагаться на подобные методы; Рэйвен ходила за отцом и умоляла его «подарить ей крутой меч, как у её охранников», и отец дал ей такой без особого шума. Что поразило её больше всего – так это то, что он даже сделал ещё один шаг дальше и для неё выковали специальный меч.

Оружие напомнило Рэйвен китайский меч Цзянь из ее старого мира; это был тонкий одноручный меч, с красивым узором, с длиной лезвия примерно 80 сантиметров, инкрустированной камнями. Эфес был сделан, будто крылья, готовые к полёту. Их фиолетовые перья слегка мерцали и тянулись к кончику лезвия. Рукоять была обёрнута мягкой чёрной тканью, а с навершия рукояти висели две кисточки, того же фиолетового оттенка, что и крылья.

Рэйвен смотрела на красивое оружие большими глазами. Меч был действительно шедевром, но он был слишком длинным для неё. Сама Рейвен была только на голову выше, чем весь меч на данный момент. Увидев это чудо, Малео посмеялся:

- Если моя маленькая Рэйвен хочет носить меч, то он этот меч нужно подогнать!

- Но это так долго... – вздохнула Рэйвен.

- Не торопись, ты ещё вырастешь. – Малео выглядел самодовольно, когда передал ей очередной подарок.

К удивлению Рейвен, она обнаружила, что её отец на самом деле подготовил специальные ножны, которые позволят ей носить меч за спиной, хотя он и был слишком длинным. Имя меча, «Благословение Соловья» («Nightingale's Blessing»), было написано на них.

- Ты ещё слишком мала, но это изменится. Как только ты станешь достаточно взрослой, я могу научить тебя, как использовать его.

Рейвен поняла, что её отец подумал, что она выпросила меч просто потому, что это красиво и поэтому она захотела сама, чтобы он сделал её красивой.

«Учитывая, что мой отец явно не хочет, чтобы я на самом деле использовала его, он заказал поистине удивительное оружие для меня!» - думала она, осматривая его. Рэйвен была очень довольна мечом, он был хорошо сбалансирован и очень быстрый.

Несмотря на то, что меч был ей слишком велик, Рэйвен начала осторожно носить его с собой всюду, куда бы она ни пошла, что несказанно развлекало охранников Найтингейл. Увидев, как их молодая госпожа бралась за меч, Рук и Вердин уже не раз брали на себя обязанность научить её основным приёмам с мечом раньше времени. Однако это всегда оканчивалось неудачей; чересчур длинный меч заставлял юную девушку потерять равновесие и падать при каждом взмахе.

Они бы дали ей небольшой меч для практики, но лорд Малео запретил его – зачем он выковал меч, слишком большой для неё, чтобы она начала сейчас? Чтобы подержать её подальше от боя на мечах, пока не вырастет, конечно! Ведь он не хотел увидеть свою дочь получившей травму, занимаясь боевой практикой.

Но отец не знал, что все его надежды уже были обмануты. Конечно, клинок был и правда слишком длинным для неё, но кем была Рэйвен? Она адаптировалась к длине меча в руках. Она прокручивала его в руках сотню раз каждый день, и он стал такой же частью её, как собственная рука. Но она хотела, чтобы все думали, что она ничего не умеет, поэтому она двигалась неумело с ним на публике.

Так прошло ещё полгода. Осень и зима пришли и ушли, а сейчас наступила весна. Кроме тепла, весна принесла ещё одну радостную весть в особняк Найтингейл; известие, что молодой господин Хацин получил отпуск и уже на пути домой.

Почти год прошёл с тех пор, как Рейвен в последний раз видела брата, и ей было любопытно увидеть, насколько он стал сильнее за год. Четыре недели спустя, Рэйвен едва стояла, пританцовывая от нетерпения, в главном внутреннем дворе, выжидательно глядя в огромное небо. Там, далеко, большой силуэт Ястреба медленно становился всё больше и больше.

Кабина ещё не успела коснуться земли, когда двери распахнулись, и темноволосый парень в серых одеждах прыгнул вниз. Большими шагами юноша подошёл к Рэйвен и, оказавшись достаточно близко, поднял её над землёй, вертя её вокруг себя.

- Добро пожаловать домой, брат! – рассмеялась Рэйвен.

- Я дома! – Хацин смеялся тоже.

- Ты уже взрослый, старший брат.

Хацин действительно вырос. Почти десятилетний мальчик не только стал на 10 см выше, но и его телосложение стало намного более плотным. Теперь он был силён, не то что раньше. В Академии никто не тратил времени даром.

- Можешь даже не сомневаться! – Хацин самодовольно улыбнулся и выудил кулон духовного камня. – Глянь на это! Неужели я не внушительный большой брат?

Ранее серый камень уже почти полностью окрасился в непрозрачный белый. Только тонкие линии серого остались на границе. Брови Рэйвен поднялись от приятного сюрприза.

- Брат, ты уже новичок почти высокого уровня?

Хацин улыбнулся гордо и справедливо - идти от духовного новичка низкого уровня до высокого уровня обычно занимало от двух до четырёх лет, в зависимости от ваших навыков. Чтобы продвинуться так далеко за один год, нужно обладать весьма недюжинным талантом.

- Большой брат действительно гений! – оценила Рэйвен.

Она действительно не соврала ни в одном слове, но она не могла не восхищаться её собственным прогрессом за это же время. Несмотря на то, что она не обращала внимания на её самосовершенствование в прошлом году – это, скорее, позволило ей прогрессировать естественно – она уже достигла пика Новичка и чувствовала лёгкое изменение в её духовном ядре. Она подозревала, что уже готова улучшиться до Адепта в ближайшем будущем.

- Ха-ха, как бы не так! Помнишь Джавелина? Блондин из Морской Империи? Он на два года младше меня, но идет в ногу со мной. Представляешь, что будет, когда он станет моего возраста? Он будет ещё более впечатляющим.

- Правда?

- На самом деле. О, это напомнило мне, что он таращится на браслет, который ты мне дала. Возможно, тебе следует сделать и ему один? В качестве благодарности за Божественное мастерство.

Рэйвен моргнула, а затем рассмеялась: - Конечно, почему нет?

- Где мать и отец? Я хочу рассказать им о своих успехах. – Хацин оглядел двор.

Рэйвен нахмурилась.

- Они хотели встретить тебя, но потом появились тётя и дядя. Мать и отец "занимаются" сейчас.

Хацин тоже нахмурился.

- Хм, ты знаешь, о чём они говорят?

- Неа, но я предполагаю, что речь идет о руде.

Все три империи на континенте превосходили своих соседей в определённой отрасли. Например, Морская Империя была единственной империей с правильной береговой линией, поэтому они безраздельно властвовали во всех делах, связанных с морем, включая всё – от рыбалки до межконтинентальной торговли. Небесная Империя, с другой стороны, имела огромное количество процветающих шахт. Там были копи различных металлов, драгоценных камней и, главное, духовной руды, которая используется, чтобы сделать большинство вещей, связанных со спиритуалистами: залы духа, духовные камни, Божественное оружие и броню – всё это делали из духовной руды.

В разных префектурах в небо Империи все имели свои собственные шахты. В префектуре Найтингейл была куча мелких шахт камня и одна очень большая шахта духовной руды. Как на правящий клан, на клан Найтингейл была возложена обязанность добычи и защиты этих ресурсов. Клан Тэйлон были главным кланом одной из крупных гильдий купцов в префектуре Найтингейл и, следовательно, тесно сотрудничали с ними, когда были вовлечены в торговлю рудой.

- Это имеет смысл, я полагаю... – Хацин, казалось, потерял мысль.

- Что случилось, брат? – с опасением на лице спросила Рэйвен.

- Хм? Нет, я думаю это ничего.... Просто кузен Данлин в последнее время вёл себя немного странно.

- Страннее, чем обычно?

- Да, он стал... дружелюбным. Ну, дружнее.

Рэйвен уставилась на брата.

- Мы говорим об одном и том же Данлине?

- Ха-ха, ну, кто знает? Возможно, он на самом деле изменился? – Хацин ухмыльнулся и подмигнул ей, шутя, но Рэйвен всё равно чувствовала себя немного неловко. Люди не меняются без причины, особенно кто-то такой эгоцентричный, как Данлин. Возможно, она должна разобраться в этом вопросе.

- Неважно. Давай, держу пари, ты умираешь от желания услышать всё о моём году в Академии, верно? – Хацин начал путь к их общей комнате.

Оттолкнув её сомнения в сторону, Рэйвен подняла бровь, когда она бросила взгляд на брата.

- Старший брат расскажет мне, как раньше? С накидкой и всем положенным? – поддразнила она.

Хацин сразу же выпрямился, положил сжатый кулак на грудь, откашлялся и закричал, подражая герольдам: - Слушайте все! Слушайте! Это история Хацина, Новичка духа!

Счастливый смех Рэйвен разразился эхом и прокатился вниз по коридорам. Вскоре они уже сидели в больших креслах, закусывая свежими фруктами и весело говорили о том, что Хацин испытал за прошедший год.

Спустя пару часов, дверь в комнату, в которой они сидели, распахнулась, и тучный человек почти сорока лет и остролицая женщина в одинаковых бархатных платьях ворвались в комнату. Это была тётя Анаинга и её муж, дядя Гипс, глава клана Тэйлон (Gyps – два значения, одинакого подходящих: во-первых, это гриф, так как ВСЕ в Небесной империи носят имена птиц; во-вторых, Gyp – мошенник, обманщик. Talon – коготь - п.п.). Когда они проходили через комнату, они даже не взглянули на двух детей, сидящих там, прежде чем они исчезли за следующими дверьми.

Брат и сестра посмотрели друг на друга и, не говоря ни слова, встали и тихо вошли в комнату, их которой секунду назад выскочили тётка и дядя. Внутри за круглым столом сидели их родители. Оба выглядели очень уставшими.

- Я знаю, что ты любишь свою сестру, и я вижу преимущества, но то, что они предлагают, граничит с предательством...

- Хватит, я отверг её предложение. Это должен быть конец. – Малео вздохнул и посмотрел в окно.

Бэсра более не говорила. Она подняла голову и поймала взгляд её детей, стоящих в дверях. Её взволнованное выражение быстро сменилось радостной улыбкой.

- Мой дорогой Хацин, ты вернулся! – она соскочила с кресла и бросилась к сыну, чтобы заключить его в тёплые объятия.

Малео перестал пялиться в окно и подошёл к группе у двери. Он положил большую руку на плечо сына. Стоя рядом с ними, Рейвен почувствовала, что отец активировал его духовную сущность, позволяя ей течь из руки в сына. Скорее всего, это было проверка уровня самосовершенствования её брата.

- Молодец, мой мальчик! – он оскалился в огромной улыбке. - Уже почти высокий уровень Новичка, и две новых духовных связи. Небесная Академия оправдывает свою славу!

Хацин улыбнулся отцу: - Я тоже тебя поздравляю, отец, ты наконец-то стал чемпионом среднего уровня!

Определить чей-то уровень самосовершенствования через духовную суть было двухсторонним – вы могли узнать уровень проверяющего вас.

И отец, и сын хорошо провели этот год. Бэсра и Рэйвен стояли в стороне, счастливо улыбаясь достижениям своих мальчиков.

Рэйвен помолчала ещё секунду, прежде чем она посмотрела на отца:

- Папа, о чём тётя и дядя хотели поговорить? – Рейвен догадалась, что она не получит от него ответа, но любопытство наконец взяло верх над ней и она просто должна была задать этот вопрос.

Вспышка тьмы пересекла глаза Малео, прежде чем он ещё раз вздохнул.

- Ничего важного. – был единственный ответ, который он дал на эту тему. – Не думай об этом. Вместо этого, давайте ужинать и говорить о времени моего сына в Академии. Ты нашёл каких-нибудь хороших соперников?

Рейвен вздохнула. Ей придется найти информацию в другом месте.

Они всей семьей ели и разговаривали до поздней ночи. Хацина особенно позабавила новая любовь сестры к мечам, а все остальные члены семьи весело смеялись над различными озорствами Хацина и рассказами о его новых друзьях в Академии. У Рейвен появилось ощущение, что жизнь в Академии была не столь радужна, как он хотел бы им показать, но она молчала. Её брат сам скажет об этом, если он захочет.

В конце концов, семья поделилась вечерники любезностями и вернулась в свои покои для сна. Но прежде, чем Рейвен получила возможность уснуть в её кровати, она почувствовала присутствие своего брата, который приближался к её двери. Мгновением позже легкий стук стучал в дверь.

- Заходи, брат.

Дверь открылась, и Хацин вошёл.

- Удивительно, что ты можешь сделать это. Лишь пара старейшин в школе могут сказать, если кто-то за пределами комнаты, но кто – не могут угадать даже они.

- Кто ещё мог навестить меня в такой час? – Рэйвен подмигнула ему.

Хацин фыркнул: - Ну, если ты так говоришь…

Рэйвен села на один из стульев у окна: - Итак, почему брат пришёл в этот час?

- Я забыл отдать тебе кое-что. – Хацин подошёл к сестре и протянул небольшой мешочек. – Я нашёл это случайно по дороге домой и, мне кажется, это тебе понравится.

Рэйвен взяла мешочек и наклонила его в руке. Небольшое, гладкое кольцо легло в её ладонь. Это была совершенно гладкое кольцо без каких-либо гравюр или пятен тёмно-фиолетового цвета, который был практически идентичен цвету её собственных волос. Рэйвен чувствовала, что кольцо странно холодит руку.

- Вот, позволь мне помочь. – Хацин взял кольцо и начал надевать его на правый указательный палец Рейвен.

- Ой! – когда кольцо скользнуло на место, Хацин осмотрел свою руку. На кончике пальца виднелась небольшая рана.

- Хм, странно. Должно быть, я уколол его и не заметил. – он засунул палец в рот, чтобы остановить кровотечение.

Рэйвен попросила показать рану, прежде чем она уверилась, что ничего серьёзного, и только потом обратила внимание на новое кольцо.

- Спасибо, брат. Оно красивое!

Хацин улыбнулся и пошёл к двери.

- Ну тогда спи спокойно, сестрёнка. Увидимся завтра.

- Спи спокойно, большой брат.

С ухмылкой на лице, Рэйвен залезла под одеяло и уснула. Никто из них не заметил ни то, как маленькая капля крови попала на фиолетовое кольцо, ни слабый свет, излучаемый кольцом, пока он не скрылся в глубине кольца...

Хацину дали десять недель, что означало, что он мог бы провести две недели с семьёй, прежде чем он должен был начать своё путешествие обратно в Небесный Город.

Мальчик был прилежным в его обучении, поэтому, несмотря на ограниченное время со своей семьей, он до сих пор практиковал самосовершенствование, и различные новые Божественные навыки. Он тренировался с отцом каждое утро. Хацин уже очень далеко продвинулся в его Теневом беге и были награждён двумя навыками пятого уровня за его доблесть в Академии. Один был навыком рукопашного боя, а другой – на меч.

Как и раньше, Рэйвен оставалась с братом, когда он тренировался, а на коленях у неё теперь была куча кожаных ремней различных оттенков голубого и сиреневого. С ремешками из кожи переплетались нити золотой духовной руды. Руда была закручена в тонкие нитиа, которые были достаточно тонкими, чтобы всё ещё быть гибкими.

Когда она сплела нити вместе, Рэйвен незаметно позволила её духовной сущности просочиться сквозь пальцы и войти духовную руду. Она должна была быть осторожна, чтобы не позволить любой сущности убежать от нее – если это будет так, любой спиритуалист, несомненно, заметит это. Это была трудная работа, но Рэйвен решила, что это того стоит.

Причиной стало то, что Рейвен не так давно прочитала о том, как мастера создают Божественное снаряжение; чтобы изготовить такое снаряжение, нужно было вдохнуть в него духовную суть во время его создания. Это, с одной стороны, позволит существенно укрепить руду, а с другой – даст и дополнительные выгоды, как правило, использование специальных Божественных навыков. Время от времени появились сообщения о случайных характеристиках, которые добавляет такое снаряжение, но никто не знал почему.

Рэйвен сомневалась, что какие-либо специальные эффекты могут возникнуть при её попытке, но дополнительная прочность не помешает; она необходима, чтобы хоть как-то отплатить Джавелину.

Если по утрам время проходило за тренировками, то после обеда приходило время игр. Дети по-настоящему веселились, и иногда даже охранники вступали с ними в игру.

Рэйвен пыталась узнать больше о том, что её родители обсуждали со своими тётей и дядей, но они отказывалась говорить об этом и никто не присутствовал, чтобы подслушать разговор. Рэйвен считала посещение Тэйлона бытовым, чтобы выведать дела, но не могла придумать способа узнать об этом, не привлекая нежелательного внимания к себе – все ждали её, чтобы провести эту неделю с её братом, а не в гостях у родственников. У неё не было выбора, кроме как отложить расследование сейчас.

Примерно на половине отпуска Хацина, двое детей в восточном дворе наслаждались игрой, которая называлась «шкворня». Шкворня – это масштабная игра, чем-то напоминающая шахматы из её старого мира, но с некоторыми исключениями: вместо того, чтобы играть на доске, это требует большой открытой местности; вместо того, чтобы двигать ваши фигуры по разным траекториям, вы должны бросать различных «нападаюших» в фигуры противника, чтобы выбить их с доски. Также, вам нельзя допустить, чтобы поразили одного из ваших "королей" на страже линии фронта. После того, как все другие фигуры выйдут из игры, вражеский король тоже должен быть выбит.

Рэйвен была в паре ходов от того, чтобы одержать убедительную победу, но её лицо неожиданно лишилось триумфа. Скорее всего, по той причине, что в этот момент знакомый и всегда нежелательный голос послышался во дворе.

- Если это не мой дорогой двоюродный брат...

- Данлин... – Рэйвен даже не нужно было поворачиваться, чтобы увидеть, кто это был. Вместо этого она вытащила вуаль и закрыла лицо. Она не нужна была с кузенами, но Рейвен предпочитала иметь хоть какой-то фильтр при разговоре с ним.

- Двоюродный брат Данлин, я так понимаю, ты отправился в отпуск, как и я. Не хочешь ли присоединиться к нам для игры? – Хацин был, как всегда, очень вежлив.

Данлин взглянул на игровом поле.

- Спасибо за предложение, но я боюсь, что не смогу сравниться с твоей сестрой.

Рэйвен была ошеломлена. Данлин говорил без какого-либо намёка на сарказм или презрение.

Он действительно ведёт себя странно...

- Я вообще-то, приехал с родителями сегодня, чтобы получить возможность спарринга с тобой, кузен Хацин. Я в последнее время сумел достичь определённого прогресса, и я уверен, что некоторые уроки от самого выдающегося ученика нашего класса станут стимулом для дальнейшего моего развития… – Данлин продолжал говорить вежливым тоном и даже всплеснул руками, когда попросил.

Брат с сестрой переглянулись. Что Хацину делать? Отказаться было бы очень невежливо, даже если поведение Данлина есть акт провокации. Тот факт, что Хацин сильнее, и просто не мог ему отказать. По крайней мере, это было шесть недель назад; что могло измениться с тех пор? Хацин не должен беспокоиться...

- Конечно, я с удовольствием сражусь с тобой, кузен. – Хацин вернул жест уважения.

Рэйвен внимательно наблюдала за кузеном. Действия Данлина были удивительны, но естественные чувства Рейвен были развиты лучше, и она могла ясно чувствовать воздух самодовольства вокруг него, что ещё более укрепилось, когда Хацин согласился.

Что он задумал? Ясно, что он пытается действовать вежливо, но наверняка есть что-то ещё...

Когда Хацин обратился к слуге, чтобы очистить двор от предыдущей игры, Рэйвен прошептала брату кое-что прежде, чем она шагнула, чтобы встать рядом с охранниками на стороне двора.

- Удачи, брат! – завопила она, прекрасно имитируя энтузиазм.

В центре двора стояли два молодых человека.

- Что скажешь, двоюродный брат. Один к пяти? – спросил Данлин.

- Давай. Двоюродный брат. – Хацин ответил.

Так спарринг-матчи проходили в Академии; участники соглашаются на фиксированную сумму обмена, и человек с наиболее удачными попаданиями выигрывает.

Подавив свои опасения, Хацин обменялся поклонами со своим двоюродным братом, но он помнил – он должен был согласиться с предупреждением его сестры; что-то было нечисто, но он был уверен в своих способностях и не может легко сдаться.

Спарринг начался.

В эту секунду, духовная суть влилась в ноги двух парней, они оба активировали Теневой бег и бросились навстречу друг другу на высокой скорости. Не спиритуалисты увидели бы только две размытые тени, но Рейвен и её охранники могли не только следить за тем, что происходит своими глазами, но и могли ясно осознавать уровень используемой духовной сути. Хацин был Новичком высокого уровня, тогда как Данлин был стабильным средним Новичком.

Когда противники сошлись в рукопашном бою, тёмно-красное пламя вырвалось из ладоней Хацина, сразу покрывая его руки и предплечья. В тот момент он был рядом с Данлином, Хацин ударил ногой в землю и использовал импульс, чтобы броситься с огненным кулаком к груди Данлина.

Тот явно не ожидал подобного развития событий и едва успел сместиться в последний момент чтобы удар прошёл мимо. Однако, когда кулак Хацина пролетал мимо его плеча, Хацин крякнул, резко освобождая дыхание, которое он задержал. Пламя, охватывающее его протянутую руку, казалось, мгновенно исчезнет, только чтобы в следующий момент взорваться огромной силой.

*Бум!*

Данлина удар застал врасплох, у него не было времени, чтобы защитится должным образом и он отлетел назад на несколько метров. Когда он поднялся на ноги, Рэйвен заметила короткий миг презрения на лице Данлина, прежде чем он хорошо подделал трепет.

- О-о, ты научился второму шагу Тлеющей ладони, Взрывающийся Кулак? Впечатляет. – Данлин смахнул пыль со своей одежды, но ткань, покрывающая его грудь была обуглена. – Но ты не единственный, кто совершил прорыв.

Данлин заткнулся и побежал на Хацина, который встал в оборонительную позицию посреди двора, с до сих пор горящими руками. В трёх шагах от Хацина, тело Данлина, казалось, стало прозрачным. В стороне Рейвен подняла брови в удивлении.

Истинный Мираж? Это шестой уровень мастерства! Где он это взял?

Как хозяева префектуры, клан Найтингейл имел доступ к максимум двум навыкам шестого уровня. Клан Тэйлон был довольно большой и благородный клан, но ограничение на шестой уровень навыков справедлив и для них.

Почти невидимая нога Данлина летела навстречу лицу Хацина на очень высокой скорости.

Когда нога почти ударила его, Хацин снова удивил сестру; он вряд ли мог видеть ногу, летящую к нему – Данлин не показывал такого мастерства в прошлый раз, когда они дрались! Несмотря на это, благодаря своим инстинктам и более высокому самосовершенствованию, Хацин мог чётко ощущать эту ногу.

Не зная, против чего ему предстоит защищаться, Хацин накопил большую часть своей духовной сущности в руках и ногах. Пламя на его руках углубило цвет, и Хацин скрестил их на груди. Удар Данлина обрушился на него немалой силой, но духовная суть в ногах Хацина укрепила его на земле, и он только сдвинулся на несколько сантиметров.

Шок отразился на лице Данлина. Тлеющие ладони были Божественным навыком "только" пятого уровня, так что разница в их силе должна быть достаточно большой для Хацина, чтобы он не мог так легко справиться с ударом навыка шестого уровня.

Используя эти две миллисекунды шока после удара, Хацин руками, объятыми пламенем, вцепился в ногу и крутанул. Движение заставило Данлина прокрутиться вокруг себя, и он упал на землю, лицом вниз.

Рейвен улыбнулась; её брат действительно стал сильнее. Он контролировал свою духовную суть элегантно, чтобы компенсировать разницу этих двух навыков, а затем использовал момент замешательства, чтобы завершить удар.

Его год в Академии наверняка прошёл не зря – уровень его боевых навыков значительно улучшился! Год назад он не смог бы даже представить, что будет сражаться так круто.

Данлин, пошатываясь, встал на ноги. Он не получил никаких серьёзных повреждений, но его нос был, наверное, сломан – он сильно кровоточил. Без единого слова Данлин схватил себя за нос дёрнул вправо с противным хрустом.

Теперь уже ауры доброты вокруг него как не бывало.

- Прости за нос. – Хацин честно извинился. – Но, в твоём исполнении Истинный Мираж впечатляет. Если бы мы были на одном уровне совершенствования – трудно сказать, смог бы я заблокировать его или нет.

Данлин ядовито зыркнул на Хацина.

- Совершенствование, говоришь? Ха! – Данлин принял боевую позицию. – Позволь мне показать тебе качество моей силы!

Вдруг Рэйвен почувствовала прилив духовной сути спиралью вокруг своего кузена. Суть была темнее и менее ощутимая, чем обычная духовная суть. Она взглянула на охранников, стоявших рядом с ней, но они не реагировали вообще.

Что происходит? Это как будто у него прорыв совершенствования прямо здесь и сейчас – он, кажется, становится новичком духа высокого уровня!

Раньше, чем Рэйвен успела подумать об этом ещё, Данлин бросился вперёд снова.

Рэйвен запаниковала; её брат не смог бы заблокировать Истинный Мираж, даже если бы он знал о внезапном повышении силы Данлина, но поскольку он не знал, то Хацин, скорее всего, получит серьёзную травму!

Когда Данлин собирался активировать Истинный Мираж ещё раз, резкий голос раздался во дворе.

- Данлин!

Он замер в середине действия; странная духовная суть рассеялась мгновенно.

- Мама...

Тетя Анаинга бросила на сына порицающий взгляд, прежде чем она улыбнулась в сторону Хацина.

- Очень впечатляюще, мой юный племянник. Ты показываешь большой потенциал!

Затем она кивнула в сторону её сына:

- Хорошо, мы уходим, но я надеюсь, что ты будешь и дальше помогать Данлину с его обучением в будущем.

- Конечно, тётя. – Хацин сжал кулаки и поклонился.

Ни разу не посмотрев больше на своих кузенов, Данлин молча присоединился к матери и двум Тэйлонцам, и они все вместе ушли. Когда они уходили, Рэйвен выпустила из рук меч, рассеивая духовную сущность, которая собралась в каждом мускуле её тела. Если бы Данлин начал свою атаку, Рэйвен не стала бы колебаться ни на секунду, и раскрыла бы её собственного совершенствование, чтобы защитить брата от травмы. К счастью, не понадобилось.

Хацин подошел к ней.

- Как ты думаешь, что всё это было?

- Я не знаю. – Рэйвен выглянула в двери, куда ушли Тэйлон, потом посмотрела на брата, и их взгляды скрестились. – Но брат, ты должен быть осторожен с Данлином. Я думаю, что его совершенствование выше, чем он показывает.

- Что заставило тебя сказать это? Я ясно чувствовал, что его духовное давление было, как у среднего новичка, и, кроме того, его духовный камень показывает середину начинающего. – Хацин с трудом верил своей сестре.

- Я не знаю... – как Рэйвен объяснить, что она почувствовала, не объясняя остальным, что она умеет? Тем более она не сказала ещё о том, как Данлин за мгновение увеличил своё совершенствование… - Просто будь осторожен, хорошо?

- Я буду осторожен, сестрёнка. – Хацин сказал, потому что видел, что его сестра волновалась за него. Он будет держаться наготове с ним в будущем.

---------

Позже в тот день, Рэйвен сидела в своей комнате, осматривая её недавно законченное изделие; поработав неделю, её подарок Джавелину был, наконец, завершён. Результат был более впечатляющим, чем она ожидала: различные виды кожи и нити духовной руды сформировали несколько более широкий браслет, чем её брат получил. Но этот был гораздо сложнее.

Теперь, давайте посмотрим, что сделала вливание духовной сущности. Рэйвен размышляла про себя.

Она послала зондирующую строку духовной сути в браслет, пытаясь сформировать временную духовную связь с ним. Божественное снаряжение, то есть снаряжение, которое было успешно обработано духовной сущностью, будет способно образовывать такие связи с его носителем. В некоторых случаях, как, например, пространственные кольца, соединение может быть постоянным по договору крови. Такие контракты будут ограничивать снаряжение одним пользователем до тех пор, пока договор не будет добровольно прерван владельцем. Или пока хозяин не умрёт.

- Ха! Сработало! – возбуждённо вскрикнула она.

Духовная суть Рейвен была прикреплена к браслету на её руке. Это было чувство безопасности, передаваемое от браслета, который слегка светился. Свет угас довольно быстро, но Рэйвен широко улыбалась.

Это не очень мощное... но не сомневаюсь, что это сработает для защиты Джавелина в случае необходимости!

Браслет не был сделан мастером, так что сказать, сколько он будет работать, было невозможно. Рэйвен просто удалось запечатлеть в браслет ее благодарность Джавелину за его доброту.

Это нужно сделать сейчас.

Она вытащила зелёный цилиндр, в котором Джавелин передал ей подарок, вытащила пустой свиток и заменила его на подарок. Она поместила небольшую записку внутри, прежде чем она запечатала цилиндр.

Наконец, Рэйвен изменила золотую надпись на цилиндре снаружи. Прежде Сумеречная Колыбельная, теперь это был Сумеречный Паладин.

Она вышла из своей комнаты и передала цилиндр одному из слуг, который всегда ждал снаружи.

- Это для Джавелина Хек в Императорской Небесной Академии Божественных Искусств. Отправьте это Штормом.

- Да, молодая госпожа Найтингейл. – Слуга поклонился и поспешил с зелёным цилиндром в руке.

Улыбаясь, Рейвен направилась к столовой зале. Джавелин получит подарок всего за несколько дней – в то время как Ястреб Эвереста был известен его размерами и силой, птица, которую звали Шторм, была известна за её огромную скорость. Она не очень большая, поэтому может нести только небольшие посылки, но делала это с невероятной скоростью.

---------

Все еще улыбаясь, Рейвен вошла в обеденный зал. Сразу же она заметила очень большой букет экзотических цветов, который стоял в центре обеденного стола. Он издавал приятный сладкий аромат, который заполнял всю комнату. Мать Рейвен склонилась над столом с непринуждённой улыбкой на лице и вдыхала цветочный аромат.

- Какие красивые цветы...! – Рэйвен оценила, когда вошла в комнату.

- Разве они не милые? – Бэсра согласилась. – Твоя тётя их принесла.

- Тётя Анаинга? – Рэйвен тут же стала осторожнее и попыталась выдавить запах цветов обратно из себя.

- Да, она пришла, чтобы извиниться перед отцом, за их несколько… бурное обсуждение несколько дней назад; дело теперь решено.

Извиниться? Не в её стиле... – настороженность Рэйвен не покидала её.

- Скоро время обеда. Я пойду сообщу твоим отцу и брату. – Бэсра пошла к двери.

- Где Айви? – спросила Рейвен.

- О, Айви по делам в Имперском Форпосте. – сказала Бэсра через плечо, выходя из комнаты.

Рэйвен снова взглянула на цветы.

Лучше перебдеть, чем недобдеть...

- Подождите снаружи минуту! – Рэйвен приказала её охранникам.

Они посмотрели на Рейвен с удивлением, но колебались только мгновение, прежде чем выйти из зала. Оказавшись в одиночестве, Рейвен подошла к цветам и осмотрел их очень внимательно, стараясь не вдыхать их запах. Она узнала большинство цветов из книг в библиотеке – некоторые даже росли в их собственном саду – и все они славились тем, что дают регенеративный эффект; просто вдыхая их аромат, вы чувствуете духовный подъём и спокойствие одновременно.

Что касается нескольких цветов, которые она не узнала, Рэйвен разложила её духовную суть и тщательно прочистила их. Если бы они были ядовитыми, они должны были дать враждебное чувство при проверке.

Ничего. Наверное, становлюсь параноиком... - Рэйвен стал вытягивать её духовную сущность обратно.

Хм?

Маленький жёлтый цветок привлёк её внимание. Когда она попыталась вытащить её духовную суть, цветок сопротивлялся.

Что это? - Рэйвен чувствовала, как цветок ощутимо дёргает её духовную сущность, почти как если бы он хотел сожрать её.

Всё больше и больше духовной сути просачивалось из Рейвен в цветок. Вздрогнув, она оборвала связь между ней и поедающим духовную суть цветком. Дёргать сразу перестало.

Рейвен внимательно изучила цветок, прежде чем вытащить этот странный цветок вилкой и поднести его к пламени соседней свечи. Ей придётся исследовать его позже, первым делом нужно устранить непосредственную опасность. Медленно жёлтый цветок засох и превратился в головёшки над пламенем.

Так что даже цветы уже не безобидны... хотя то, что тётя Анаинга не знала, что цветок опасен - уже маловероятно. - нахмурившись, Рейвен пришла к выводу. - Кажется, я не смогу продвинуть это расследование дальше...

Когда последние крупицы пепла упали на стол, Рейвен почувствовала, что её семья приближается к комнате. Она даже не пыталась спрятать доказательства своего маленького костра; так как растения уже не было, она могла сказать родителям, что это был обычный ядовитый цветок, который она узнала по картинке из книги, и это вызвало у неё подозрения об участии своей тёти. Надеюсь, что сделает их более склонными к обсуждению того, что происходит с кланом.

Несколько секунд спустя двери обеденной залы открылись, и родители с братом Рейвен вошли.

- Ты отослала охранников? Рейвен, мы уже говорили об этом; они должны быть с тобой всё время! - отец отчитал её.

Рейвен закатила глаза: - Они не со мной, когда я одна в моей комнате. Я не вижу отличий. - она сделала шаг в сторону, чтобы раскрыть небольшую кучку пепла на столе позади неё.

- Самое главное, мы должны... Хацин? - Рейвен заметила, что глаза брата становятся отрешёнными, дыхание медленнее.

В панике, она попыталась подбежать к её брату, но, когда она сделала первый шаг, её ноги заплелись, и она упала на красный мраморный пол.

- Дорогая! - Бэсра закричала и подбежала к Рейвен, поднимая дочку на руки.

- Сынок, очнись! - Малео кричал рядом с Хацином.

Что со мной происходит?

Рейвен пыталась заставить её тело действовать, но ничего не произошло. Она пыталась расшевелить ее дух, но было ощущение, как будто оно уже не принадлежало ей.

- Маленькая Рейвен! - Бэсра продолжала плакать рядом с ней. - Малео, что происходит...

Бэсра, пытаясь поднять голову, чтобы поговорить с мужем, вдруг потеряла контроль над своим телом, упав на пол с маленькой Рейвен, по-прежнему лежащей на её руках.

- Бэсра! - Малео поднял на руки сына, жену и дочь. Его лицо было искажено беспокойством: - Стража, стража!

Услышав призыв лорда, торопливые шаги эхом отдались в коридорах за пределами комнаты, но ещё до того, как первый охранник ступил внутрь, Малео тоже бессильно упал на землю.

Это было последнее, что Рейвен видела, прежде чем мир померк. Так же, как и во время сна, Рейвен всё ещё могла чувствовать окружающий мир через её многочисленные духовные соединения. Но, беспомощная и боящаяся за безопасность своей семьи, она ничего не могла сделать. Но она чувствовала, как постепенно даже это ощущение теряется.

Медленно, Рейвен канула в лету.

---------

В десятках тысяч километров, в одной из комнат общежития при Академии, Джавелин Хек рывком вскочил с постели. Его тело было покрыто холодной испариной, руки тряслись. Сердце болело, как будто его пронзили ножом, а его душа дрожала в груди.

Сон? - Джавелин попытался замедлить дыхание.

Потребовалось несколько часов, прежде чем он достаточно успокоился, чтобы снова заснуть, но, даже когда он сделал это, его терзали кошмары бесконечной тьмы и немыслимой потери...

---------

Холод. Это было первое, что Рейвен почувствовала. Холод и окоченение.

Она попыталась пошевелиться, но её мышцы болели и следовали её командам как будто с опозданием. С большим усилием она открыла глаза и села. Ей пришлось моргнуть несколько раз, прежде чем глаза начали адаптироваться к своему окружению.

Она была в пещере, во влажной и тёмной пещере, которой она раньше не видела. Она сидела на рваном одеяле, и, осмотревшись, она заметила, что её меч, "Благословение Соловья", был завёрнут в одеяло, так, что он мог служить в качестве импровизированной подушки. Она напрягала глаза, чтобы увидеть больше, но её глаза слишком медленно приспосабливались к низкой освещённости. Инстинктивно она хотела положиться на духовные соединения в душе, но её чувства притупились; они были лишь чуточку выше, чем были в её прежней жизни. Она обратила внимание внутрь себя.

...что это?! - она вскочила в шоке.

У неё остались только тринадцать духовных соединений, связанных с её душой!

Что-то убрало большую часть моих духовных соединений? Как такое вообще возможно?

Рейвен началf просеивать все книги, которые она когда-либо читала, в мозгу. Она вспоминала книги, которые были написаны о духовных соединениях, повреждённых и не подлежащих восстановлению. Эти действительно могло случиться; потеря нескольких её духовных соединений и потеря возможности формировать новые, но это обычно сопровождается психическими заболеваниями, а Рейвен, напротив, в этом смысле чувствовала себя прекрасно.

- Возможно, мать знает что-то... - её голос затих на полуслове. Несмотря на боль, Рейвен вскочила и начала обыскивать окрестности.

- Мама! Брат! Отец! - окликнула она семью, но она не смогла найти никаких следов.

Вдруг она услышала лёгкие шаги за спиной из тоннеля, который Рэйвен пока не заметила.

- Брат? - Рейвен обернулась с отчаянной надеждой в её глазах.

- Прости, госпожа Рейвен, это всего лишь я. - этот голос принадлежал Айви, горничной.

Айви вошла в пещеру с факелом в одной руке и мёртвым зайцем в другой. Её одежда была порвана и словно бы обгоревшая. Лицо выглядело усталым. Но, несмотря на всё это она всё-таки сохраняла тишину, что показалось немного неуместным.

- Айви! - Рейвен подбежала, судорожно хватая горничную за подол платья: - Где моя семья?

Она не смогла бы изгнать страх из её голоса, даже если бы она захотела. Огромная горечь затопила глаза Айви.

- Нет!

Иногда, быть мудрым - это проклятие. Рейвен не нужно было ничего говорить, она поняла, что случилось худшее. Она стояла молча, только слёзы текли по её лицу.

- Вы должны сесть, - Айви помогла Рейвен присесть, прежде чем она снова заговорила.

- Я многое должна сказать вам, и я не уверена, с чего я должна начать... - Айви помолчала. Маленькая четырёхлетняя девочка перед ней безутешно рыдала. - Это так печально... Бедная девочка...

Она сделала глубокий вдох и вытащила левую руку из ее одежды, снимая защитный браслет, который был надет.

- Я думаю, я должна начать с самого начала.

Когда защитный браслет упал на землю, чувство спокойствия, что появлялось возле Айви исчезло. Вместо него появилось властное ощущение силы. Если бы Рейвен была внимательнее, она бы заметила, что Айви, казалось, стала более мускулистой; лицо её казалось менее круглым, её кожа менее хилой. Камень духа появился на её шее, чего Рейвен никогда не замечала раньше. Он был красный с большим оранжевым центром; Айви была на пике среднего уровня Чемпиона духа!

Но, так как слезы продолжали течь по её лицу в тихой печали, Рейвен едва заметила всё это.

- На самом деле, я не горничная твоей матери... я была назначена её телохранителем одной из её хороших подруг, императрицей Нене, так как они вместе учились. Почти 15 лет я охраняла безопасность Леди Бэсры и её семьи.

Айви вздохнула.

- Как я думаю, ты заметила, отношения между вашим отцом и его сестрой стали немного... эмм... напряжёнными в последнее время. Особенно в последние пару недель. Но на другой день они, казалось, примирили свои разногласия, и я была отправлена на Имперский Форпост с секретным письмом для передачи мгновенного сообщения императору. Скорее всего, в нём содержалась информация о том, что произошло между ними.

Однако, по пути к форпосту, на меня напали - они хотели украсть письмо. Я сожгла его, прежде чем у них появился шанс.

После этого я поспешила вернуться в особняк, потому что я знала, что что-то было не так, но... - Айви замолчала.

- Но я пришла слишком поздно. Когда я вернулась, особняк был в огне, и, когда я обыскала дом, я обнаружила, что большинство людей уже объяты пламенем.

Наконец, я нашла вашу семью и кучку слуг в обеденном зале. Огонь ещё не распространился так далеко, но тем не менее, все были уже мертвы - или так я думала, пока не заметила, что ты ещё дышишь. У меня не было другого выбора, кроме как взять вас с собой и уехать. Я боялась, что мои преследователи смогли бы узнать, что вы выжили, так что, я ушла, только когда удостоверилась, что пламя перекинулось в комнату...

Мне очень жаль! Это была моя работа - держать их в безопасности, но... - Айви правда сожалела. За столько лет она по-настоящему стала ценить семью Найтингейл; их смерть стала сильным ударом для неё, и она даже была вынуждена сжечь их без надлежащего погребения.

Айви сидела и молчала довольно долго. Наконец, она решилась:

- Госпожа, я уверена, что клан Тэйлон стоит за этим, но я не знаю как, или даже почему... я хочу докопаться до истины. Я знаю, это будет трудно для вас, но если я промедлю, следы остынут. Я принесла вам немного еды, и я вернусь в течение недели. Хорошо?

Айви не ждала ответа. Она знала, что Рейвен нужно время. Девушка просто завернула Рейвен в другое одеяло, прежде чем она надела на руку браслет. Когда она это сделала, её аура изменилась за секунду, что сделало её... игнорируемой. Потом, она ушла, так же быстро, как и пришла.

Рейвен за всё это время не сказала ни слова. Слёзы ручьями непрерывно текли по её щекам. Она статуей сидела на полу пещеры.

Примечание автора: я знаю, что многие из вас не одобряют такой поворот событий - потерю семьи. Но из сотен людей, которые решили прочесть эту историю, очень немногие будут жаловаться об этом через несколько глав...

В тёмной пещере, часы прошли с тех пор, Айви оставила Рэйвен в её скорби; казалось, это было считанные секунды назад. Единственная разница между тем временем и сейчас было то, что одежда Рэйвен стала мокрой от слёз.

Рэйвен больше не брала в расчёт своё окружение. Ее разум был далеко-далеко...

Я лежу в объятиях молодой женщины, что смотрит на меня нежным, любящим взором. Я никогда не видела глаз, как эти прежде... она очень устала - её длинные фиолетовые волосы цепляются к её мокрому лицу, но, несмотря на это, вокруг неё словно бы тёплое свечение. Для меня она - это солнце, изгоняющее ночь.

- Привет, маленькая! - жемчужно-белой рукой, она легонько тычет мне в нос. - Добро пожаловать в мир. Я твоя мать, Бэсра...

Маленькое тело Рэйвен задрожало и она закрыла глаза крепче, но это не помогло остановить её текущие слёзы...

Я смотрю в сторону большой деревянной двери в палаты моей матери и вижу, как маленький мальчик выглядывает снаружи. Ему пожалуй, пять или шесть лет. Его карие глаза светятся уверенностью и решимостью, когда он кладёт руку себе на грудь и смотрит прямо на меня: - Я Хацин Найтингейл, и я защищут мою младшую сестру даже ценой своей жизни!

Тихий стон сорвался с губ Рэйвен; душераздирающий плач эхом отразился в безразличной пещере.

*Бах!*

Как только я выхожу во двор, силуэт пролетает мимо меня, летит ещё несколько метров, прежде чем упасть на землю.

- Ещё раз! - Хацин уже поднялся на ноги и снова бежит к отцу.

Охранник справа от меня негромко рассмеялся: - Ну, стремление у него точно есть!

Я хихикаю и балансирую на носках: - Ты должен поймать меня! Тебе придётся поймать меня!

Со вздохом Хацин начинает преследовать меня. Когда он собирался схватить меня, я лишь слегка сместилась и двинулась вокруг него, будто в танце.

- Хи-хи, брат такой неуклюжий! Ты двигаешься как слон! - я слегка качнулась на кончиках пальцев и снова вывернулась из пределов его досягаемости.

Тело Рэйвен рухнуло на землю, лишённое всех сил.

Мы отправляемся в небесную Академию. В Южном дворе я наблюдаю, как мои отец и брат прощаются. Есть некая угловатость, так что это довольно забавно. Я заметила, как отец, якобы почёсывая переносицу, украдкой снимает влагу, что собралась в уголках глаз, и прикусываю губу, чтобы удержаться от хихиканья. Попытки отца скрыть свои чувства довольно слабенькие...

Рэйвен подняла дрожащие руки, чтобы открыть её лицо от падающих на лицо её спутавшихся волос. Её ранее красивые косички стали никчёмными. Как и всё остальное...

Мама идет в сторону императорского дворца. Хацин рядом со мной и схватил мою руку, держа близко к нему, когда мы подходим к зданию. Я взволнована, и я могу сказать, что Хацин тоже, но я замечаю под нервозностью предвкушение. Любовь наполняет моё сердце. Мой дорогой брат... он пытается скрыть своё волнение и стремится успокоить меня! Он повзрослел за день!

Как зародыш, Рэйвен притянула ноги поближе к животу. Она лежала в темноте, бесконечно рыдая на холодном полу пещеры.

- Двое подтвердили своё право на обучение: Хацин Найтингейл, который изгнал 40 шаров, и Джавелин Хек, 38 шаров.

Я слышу, как собравшиеся энергично аплодируют, но меня больше волнует мой брат. Я вижу, как он, наконец, оборачивается - он выглядит таким гордым. Хацин пожимает руку блондина и они говорят о чём-то, что я не слышу. Они следуют за служителем, но, когда они достигают конца сцены, брат замечает меня. Он останавливается и радостно машет мне...

Рэйвен билась в конвульсиях, её рыдания становились всё громче и громче.

Я чувствую, как мой отец приближается к кабине. Мать встречает его у дверей, я словно вижу это её глазами. Я сплю, но мне частично известно моё окружение.

- Она уснула час назад. Я не хотела будить ее. - тихо шепчет мама.

Мой отец просто пылает нежностью, когда он приближается, и берёт меня на руки. Мама приближается к нему и вместе они несут меня к моей комнате. Их тепло и безопасность убаюкивают меня, и я проваливаюсь в более глубокий сон.

Ногти Рэйвен красные от крови из царапин на голове. Тонкая линия крови бежит из уголков рта. Она прикусила язык, но даже не заметила этого.

Кабина ещё не успела коснуться земли, когда двери распахнулись, и темноволосый парень в серых одеждах прыгнул вниз. Большими шагами он подошёл ко мне, и, оказавшись достаточно близко, поднял меня над землёй, вертя вокруг себя.

- Добро пожаловать домой, брат! – смеюсь я.

- Я дома! – Хацин смеётся тоже.

Рэйвен широко раскрыла рот в беззвучном крике. Каждый мускул её тела сжался, когда она корчилась на земле.

Она хотела закричать. Но ни звука не было слышно.

Она хотела забыть. Но амнезия не наступала.

Она хотела умереть. Но смерть отказалась прийти к ней.

-------

Наконец, после трёх дней и трёх ночей плача, глаза Рэйвен высохли. Она неподвижно лежала на полу пещеры, рассеянно глядя куда-то вдаль. Её кожа была бледной, её ногти были сломаны. Она не ела и не пила за последние четыре дня.

Это моя вина. Это всё моя вина! - мысль повторялась в её голове, снова и снова.

Я знала, что происходит между отцом и тётей - я должна была быть более упрямой в моих расспросах. Я должна была...

Моя дорогая семья! Вы были у меня только в течение четырёх лет, но я никогда не была так счастлива...

Рэйвен была на грани безумия; если она не найдет что-то, за что ещё можно зацепиться, она будет потеряна навсегда. Она не заметила этого, но внутри неё, в её душе, замерцал свет, как будто подвешенный на грани смерти.

...Что мне делать в этом мире, если вас нет здесь?

Вдруг что-то мелькнуло в безжизненных глазах Рэйвен.

Нет, есть одна вещь, которую я должна сделать в этом мире...

Её душа перестала трепетать и теперь в её ранее вялом и безжизненном взгляде появился намёк на целеустремлённость. Медленно Рэйвен села. Бездонная ярость прочно укрепилась в самом ядре её существа.

- Действительно, кое-что ещё надо сделать... - её голос дрожал, но она вложила всю свою силу, когда говорила эти слова вслух. Она подняла бледную руку и посмотрела на свою ладонь.

- Любой так или иначе причастный к смерти моей семьи заплатит за свои преступления! Этими самыми руками! Я клянусь: они заплатят! - она стиснула кулак и ударила им в пол пещеры.

Она нашла, за что зацепиться.

Рейвен сделала глубокий вдох и заставила себя успокоиться. За последние четыре года она таяла в тёплых объятиях своей семьи, а сейчас у неё не было другого выбора, кроме как вернуться к своим старым тренировкам. Она заставила себя взглянуть на её ситуацию глазами наёмного убийцы; это был уже не вопрос, оплакивать ли потерю единственных, кого она когда-либо действительно любила. Дело было в том, чтобы найти и уничтожить цели. Медленно, с наслаждением уничтожить.

Рэйвен стала есть и пить.

Если бы она осталась без пищи чуть дольше, смерть перестала бы быть такой придирчивой и пришла бы и к ней. Прежде чем она сможет сделать что-нибудь для её новой миссии, ей нужно восстановить силы. Еда была первым шагом, но еда пришлась не по вкусу, и вода не освежала, кода потекла в глотку - Рэйвен сомневалась, что она когда-нибудь снова ощутит удовольствие от еды.

По мере того, как невкусная еда и вода постепенно заполняли её желудок, Рэйвен ощутила знакомое покалывание формирования духовных связей. Это заставило её обратить своё внимание внутрь.

Рэйвен внимательно осмотрела душу и обнаружила, что в общей сложности четыре связи были восстановлены, без всякого её участия. Казалось, будто бы потеря связей не повредила её душе, а даже наоборот - слегка укрепила. Следовательно, как только её душа вошла в контакт с достаточным количеством духовной сути, соединения, естественно, снова оформлялись.

Затем Рэйвен снова обратила своё внимание на её духовное ядро. Так же, как и её душа, оно было почти полностью истощено; вихрь белого света значительно сократился. Рэйвен подозревала, что оно изначально было полностью разряжена, после её упорных тренировок, но и оно тоже стало приходить в норму за последние несколько дней. К счастью, сила её тела не изменилась, поэтому восстановление должно быть достаточно быстрым.

Рейвен вздохнула. Даже если урон не навсегда, в любом случае, это займёт почти год для восстановления всех её духовных связей, а ядро, скорее всего, вернётся на прежний уровень ещё через пару месяцев. Если преступники, о которых она думала - спиритуалисты, то убить их будет трудно, или, в ее нынешнем состоянии, скорее, невозможно.

Но она будет терпеливой. Ошибки нельзя допустить. Пусть пройдут даже десятилетия, она хотела добиться своей цели.

Рейвен протолкнула последний кусок мяса в её горло, прежде чем сесть, скрестив ноги, в позе медитации. Пару дней осталось до возвращения Айви, и Рэйвен хотела использовать это время, чтобы попытаться ускорить её выздоровление. Она закрыла глаза и стала дёргать за семнадцать нитей света, которые простирались от её души. Медленно, по крайней мере по сравнению с прежним, духовная суть затопила её разум.

---------

Прошло два дня. Рэйвен сидела, как и прежде, на сыром полу пещеры, скрестив ноги. У неё было мало времени для сна, её медитативное состояние было достаточно близко ко сну, чтобы быть в состоянии отказаться от него на более длительный период. Она, однако, пару раз приостановила время ее самосовершенствования, чтобы поесть и немного подвигаться в пещере; поскольку вся духовная сущность, которую она поглощала, шла на стимуляцию её духовного ядра, ничего не оставалось, чтобы укрепить её тело. Таким образом, она должна была стимулировать мышцы другими способами.

Она заметила, что, хотя в её душе продолжали восстанавливаться одна связь в день, она может значительно увеличить скорость восстановления её ядра с помощью этого метода. 29 дней. Это был предполагаемый срок, чтобы её духовное ядро полностью восстановилось. После этого она планировала начать снова практиковать её божественные навыки.

Рейвен почувствовала, что её желудок урчит, и настало время, чтобы поесть снова. Она прервала медитацию, встала и пошла в сторону продуктового склада слева в углу пещеры. Она нагнулась, чтобы поднять мешок, наполненный съедобными ягодами, когда услышала слабый стук из туннеля, который вёл к входу в пещеры.

Рэйвен не раздумывала, она развернулась и бросилась к туннелю тихими шагами. Она схватила Благословение Соловья, когда пробегала мимо.

Она исследовала тоннели во время её ранних перерывов и узнала, что было довольно трудно ориентироваться в этой пещере. Здесь было множество туннелей, и солнечный свет не проникал так далеко. Если бы не странные пятна светящейся руды вперемешку с каменными стенами, система пещер и тоннелей была бы вечно одета во тьму. Сложность тоннелей означала, что Рэйвен был совершенно уверена, что она могла бы остаться незамеченной, если бы захотела.

Когда Рэйвен подошла к источнику звука, она притормозила и бесшумно извлекла клинок. Теперь она могла слышать тяжёлое дыхание, иногда сопровождающееся кашлем и звуком скрежета металла о камни.

Остался только небольшой изгиб в тоннеле слева. Замедлившись, Рэйвен опустилась на пол, прежде чем она выглянула из- за угла. Её глаза расширились в шоке.

- Айви! - Рейвен вскочила на ноги и бросилась к горничной - или, скорее, телохранителю, которая медленно ползла вглубь пещеры.

- Молодая госпожа? - голос Айви был очень слаб. Когда она увидела Рейвен, бегущую к ней, она перестала пытаться двигаться вперёд и рухнула на землю. Через нескольких секунд Рэйвен уже опустилась на колени рядом с телохранителем.

Как она приблизилась, лицо Рэйвен потемнело; в животе Айви зияла огромная рана, текла кровь. На бедре была такая же рана. Чудом было просто то, что Айви до сих пор не истекла кровью.

Рэйвен знала, что это безнадёжно, но это не остановило её. Она разорвала на полосы собственную одежду. Опытными движениями она перевязала чуть выше раны на ноге, затягивая достаточно сильно, чтобы остановить поток крови. Затем она обратила своё внимание на рану в животе. Когда Рэйвен попыталась перевязать и её тканью, Айви перехватила её руку и устало взглянула на Рэйвен.

- Это... бесполезно.... я...

- Т-с-с... не говори, молчи! - Рэйвен замялась и попыталась продолжить свою работу, но Айви, казалось, хрупкая рука вдруг стала слишком сильной для Рэйвен.

- Нет...*кашель*... возьми это. - Айви подняла руку и открыла её. В её окровавленной ладони лежал маленький нефритовый цветной стеклянный шар. - ...всё, что я узнала... это... хранится внутри.

Рэйвен заколебался на мгновение, прежде чем взять шар.

- Спасибо... - Рэйвен смотрела на умирающего телохранителя; ее смерть была, несомненно, результатом её попыток выяснить, что случилось с семьёй Рэйвен.

Айви заставила себя ещё раз улыбнуться, но было странное выражение, скрытое под улыбкой, которое Рэйвен не могла определить.

- Прощай, маленькая Рэйвен. Заставь нас гордиться тобой...

Последняя искра жизни погасла в глазах Айви, и её протянутая рука упала, безжизненная, к груди. Рэйвен думала, что все слёзы, она уже выплакала, но, когда Айви назвала её "маленькая Рэйвен" - так же, как и родители - две одинокие слезинки выкатились из её глаз, капая вниз на окровавленные руки.

Это не справедливо... - её душа разрывалась на куски. Почему все покинули меня вот так?

Рэйвен неподвижно сидела на земле с мёртвой Айви на коленях в течение некоторого времени. В конце концов, она, используя большую часть накопленной силы, подняла тело Айви на руки и пошла вглубь системы тоннелей.

Вернувшись в свою пещеру, Рейвен опустила Айви на импровизированное ложе из одеял на земле. Аккуратно, не торопясь, она сняла элементы брони и другое снаряжение. Используя ткань от её платья, Рэйвен тщательно стёрла все пятна крови с лица и рук Айви. Затем она аккуратно завернула тело женщины в одеяло - Айви выглядела мирно, как будто бы она снова была лшь простой спящей горничной.

Молча, Рэйвен встала на ноги и вышла из пещеры, только чтобы вернуться через несколько мгновений с небольшим камнем, не больше, чем апельсин. Она положила его рядом с Айви и вышла ещё раз. Этот процесс повторялся снова и снова. Она работала в тишине, её шаги были медленными, но неуклонно, на протяжении почти пяти часов, она работала без остановок. Теперь перед ней, кровать из одеяла превратилась в большую гробницу из маленьких, сверкающих камней.

Наконец, Рэйвен вытащила камень дужа, который Айви носила на шее. Он уже стал обратно безжизненно-серым, ожидая следующего его хозяина. Но хозяин не придёт, потому что Рэйвен положил камень на вершине самодельной могилы.

- Отдохни хорошо...

Рэйвен трижды поклонилась могиле, прежде чем уйти. В другом конце пещеры, она села и вытащила нефритовый стеклянный шар. Гнев ещё горел внутри неё. Она закрыла глаза, успокоила себя, а затем заставила её духовную суть вступить в контакт с шаром.

На мгновение её суть вошла в шар, и поток воспоминаний затопил её сознание. В этот момент Рейвен узнала всё, что Айви узнала за прошедшую неделю. Из глаз Рейвен хлынули слёзы, гнев внутри неё превратился в чистую, ужасную ярость - никакая тренировка в мире не помогла бы ей сейчас сдержать свои чувства.

Как. Они. Осмелились?! - Рэйвен выплюнула эти слова сквозь зубы.

Вдруг, зелёный цвет её глаз потемнел и стал глубоким, кроваво-красным. Воздух вокруг нее, казалось, встряхнулся и задрожал, как будто вдруг испугался. В душе Рэйвен, ранее золотыми нитями духовные связи окрасились кроваво-красным светом, который выходил из хрустальной призмы. Алый свет даже просочился сквозь кожу в мир, где он начал яростно кружить вокруг Рэйвен.

Это было невыносимое желание убийства.

Никогда ещё Рейвен не хотела убить кого-то так сильно, как она хотела этого сейчас. Раньше, убийство было способом жизни для неё, не чем-то личным - на самом деле её специально учили, как не делать этого личным. Но в этот раз всё было по-другому. Теперь она хотела не только убить своих врагов, она хотела заставить их страдать в первую очередь.

Красные лучи света становились всё плотнее и плотнее, и, когда они переполнили пространство, они начали набрасываться на окружение, оставляя слабые царапины на стенах пещеры. Под ней, земля начала сотрясаться и рушиться; над ней, появились трещины в потолке, заставляя камушки падать. Хотя Рейвен не понимала, что происходит, ей было всё равно.

Свет был вырван из её жизни, и теперь мир будет гореть в аду за это!

Поглощённая безграничной жаждой убийства, Рейвен стояла, дрожа, внутри постепенно рушащейся пещеры. Эмоции были слишком сильны; если бы она не была в такой ярости, она бы почувствовала, что ее контроль ослаб. Но она не могла осознать этого. Она даже не заметила огромных трещин, что пробежали по полу к только что построенной могиле Айви, расположенной в другом конце пещеры.

Но во всём этом хаосе, случилась чудесная вещь; 20 духовная связь была сформирована снова.

- ...вен! Рейвен, стой! Немедленно прекрати, или ты убьёшь себя!

Рэйвен замерла. Затвердевшие нити жажды убийства исчезли в это же мгновение.

- *вздох*...наконец, она остановилась. Я уж думал, что потерял её навсегда...

Рэйвен посмотрела на руку; неверие наполняло её лицо. Она не смела даже надеяться...

- Серьёзно, сестрёнка, сколько тайн ты хранишь?

Рейвен ахнула и рухнула вниз на растрескавшуюся землю.

- ...Брат? Это... это ты? – её голос был едва слышным. Она выпустила духовную суть, чтобы позволить ей изучить фиолетовое кольцо на её пальце.

- Ты меня слышишь? – в голосе в её голове вдруг послышались счастливые нотки. – Наконец-то! Ох, сестричка, я уже неделю наблюдаю тут в тишине...

Когда духовная суть Рэйвен дошла до холодного кольца, она была заблокирована – так же, как это было, когда она пыталась это сделать после того, как она получила это колечко. Тем не менее, теперь она могла ясно чувствовать присутствие внутри; это был никто иной, как Хацин, её брат.

В тот миг, неверие и ликующая радость смешались внутри Рэйвен в странный коктейль.

- Не говори мне, что ты уже забыла голос своего брата?

Он даже дразнил её!

- Но..! Но как? – Рэйвен не могла ничего сделать, но старалась думать трезво; если бы это её разум играл с ней, она бы почувствовала это. Но думать, что сейчас её брат существовал в кольце на её пальце, было слишком неправдоподобно.

- Помнишь, когда я помог тебе надеть это кольцо, и у меня пошла кровь? Пара капель попали на кольцо, потому что в тот момент я явственно почувствовал, что моё сознание ускользает от меня. Это кольцо теребило мою душу, тащило меня в себя.

- Это... – Рэйвен была поражена. Она даже никогда не слышала о такой вещи!

- Очень повезло, верно? Думать, что что-то настолько маленькое помогло спасти меня... – голос её брата дрогнул: – Если бы нашим родителям так повезло...

Красные глаза Рэйвен сверкнули. Ее жажда убийства еще раз подскочил, но на этот раз она была готова к ней; небольшим усилием воли она подавила её.

- Ой, сестрёнка, полегче. Я тоже расстроен, но твоя реакция слишком страшна... скажи, что такого было в воспоминаниях Айви, что разозлило тебя до такой степени?

Внутри кольца, Хацин мог слышать и видеть всё, что происходит за его пределами. Естественно, он слышал разговор между ними двумя; он знал, что стеклянный шар содержит информацию о смерти его родителей, и смерти его тела, но он не мог читать мысли Рэйвен. Ей придётся говорить вслух, чтобы рассказать ему, что узнала.

Конечно, были и другие вопросы, которые он хотел задать. Например, почему Рэйвен уже спиритуалист, ещё и на более высоком уровне, чем был он; или, как четырёхлетняя девочка уже могла обладать такой настолько сильной жаждой убийства, что она проявляется в физическом мире? Насколько он знал, жажда убийства зависит от того, сколько людей вы убили, а также их духовных соединений – чем больше людей вы убили, тем сильнее становится жажда убийства; чем больше духовных связей, тем проще будет физически проявить его. То, что он узнал о Рэйвен за последние пару дней показало, что её духовные связи не совсем обычны.

Но эти вопросы могли подождать; сейчас он хотел знать, почему его сестра чуть было не вышла из-под контроля.

Поколебавшись, Рэйвен начала, запинаясь, вспоминать, что она узнала из воспоминаний Айви:

- После того, как Айви оставила меня здесь, она вернулась в наш... в особняк – там не много осталось. Всё сгорело за нескольких часов; едва ли можно было найти останки. Все, кто были в особняке, по мнению людей, были признаны мёртвыми. Она не могла найти никаких намёков о том, что произошло в развалинах, поэтому Айви направилась к главному дому клана Тэйлон. С помощью "вуали лисы" – это её странный защитный браслет – она двигалась через город без привлечения какого-либо внимания или даже узнавания. Пока она шла, узнала, что главная история, которую рассказывает весь город – что один из спиритуалистов нашего клана был достаточно смелым, чтобы захватить Демона Инферно и притащил его домой.

Хацин фыркнул.

- Кто бы мог быть настолько тупым в нашем клане?

Настоящий Демон Инферно? Это маленький магический зверь, размером с дыню, который выглядит, как огненно-рыжая белка. Её пушистый хвост – это палящее жаркое пламя, которое перемещается собственной волей; это довольно мило. Однако, обмануться её симпатичным видом – это последняя ошибка, которую вы совершите. Если разозлить, обычно этот послушный зверёк использует свой хвост на полную катушку: всё, чего коснётся огненный хвост, будет гореть адским пламенем, которое нельзя потушить обычным способом; вода только заставит его гореть более злобно и даже Чемпионы высокого уровня могут погибнуть, если окажутся в этом огне.

- Я согласна с тобой, брат, но, когда огонь утих, люди, которые бросились к месту пожара, действительно нашли Демона Инферно мирно спящим в центре бывшего особняка...

- Что? Невозможно!

Звери Инферно были редкими. Очень редкими. Думать, что один из них оказался там совершенно случайно, в тот же вечер, когда семья Найтингейл встретила там свою безвременную кончину, было бы просто глупо.

- Айви не удовлетворилась этим ответом и проникла в главный дом Тэйлон, чтобы узнать больше. Я должна сказать, что весьма впечатлена её навыками; "вуаль лисы" сильно помогла ей, но всё-таки, подобраться так близко к тёте и дяде, не будучи обнаруженной – это подвиг.

Рэйвен действительно была впечатлена достижениями своей маленькой “Горничной” – кто бы мог подумать, что Рэйвен жила так близко к эксперту эти четыре года, даже не зная этого!

- Она подслушала разговор наших дорогих родственничков клана Тэйлон... – гнев вспыхнул на лице Рэйвен: – ... они... они смеялись. Даже злорадствовали. Несомненно, они упивались своим положением, как Господа Префекты – они ведь не только вторые в очереди, но и ооочень героически взяли в плен отвратительное существо, которое несёт ответственность за смерть их любимых родственников...

- ... – Хацин молчал, но Рэйвен должна была продолжать. Она сглотнула и сказала:

- Ещё они говорили что-то про помощь от иностранных друзей и как они вместе превратят префектуру Блэк Тейлон (Black Talon - чёрный коготь), – Рэйвен выплюнула слова – в нечто большее, чем отец мог себе представить!

- Абсурд! – Хацин не мог больше сдерживаться. – Как они посмели переименовать префектуру отца? И что значит "нечто большее"? Теперь я понимаю, почему ты так расстроена!

Но Рейвен покачала головой. Если бы дело было только в этом, разве она могла бы потерять самообладание? До этого момента события развивались довольно быстро и именно так, как она подозревала.

- Это ещё не всё? – её брат был в шоке.

Рэйвен вздохнула и продолжила:

- Айви подтвердила свои подозрения, что Тэйлон действительно были главными виновниками, но и узнала, что им была оказана помощь – неудивительно, учитывая, что они, должно быть, сумели найти, захватить и контролировать Демона Инферно. Вряд ли спиритуалисты из клана Тэйлон смогли бы это сделать самостоятельно. Айви, естественно, решила выяснить личность этих таинственных "иностранных друзей".

Тёмно-красные глаза Рэйвен словно загорелись ещё ярче.

- Айви удалось проникнуть в кабинет тёти. Там она нашла письмо, которое готовилось для мгновенной передачи. Она была адресовано “старейшине В” в Небесной Академии. Внутри было следующее: "Скромное спасибо за вашу помощь; гонцы старейшины позаботились о красивом нашествии белочки. Больше всего заинтриговал рассказ старейшины о Лотосе Смерти Феникса; к счастью, они не растут в нашем холодном климате" – не успев дочитать, Айви была ранена, прежде, чем ей удалось бежать обратно в эту пещеру.

Рэйвен перестала говорить. Она знала, что этого мало, чтобы брат понял всё, но она действительно не хотела говорить об этом дальше.

- Жертва Айви помогла нам узнать, что их сообщник находится в Небесной Академии; разве это не хорошо? Теперь, когда мы знаем, мы должны проверить. Думаю, это старейшина, имя которого начинается на "В"... – Хацин действительно не понимал того, что она только что рассказала.

Рейвен закрыла глаза, прежде чем она прервала раздумия брата.

- Я не слышала об этом раньше, но Айви знала. Лотос Смерти Феникса – легендарный цветок; говорили, что его даже не существует... согласно легенде, это маленький жёлтый цветок, который сначала кажется совершенно нормальным и безвредным. Однако, если сжечь его, то пепел, оставшийся в воздухе, словно примагничивается к духовным ядрам близлежащих спиритуалистов. Оказавшись внутри их ядер, он берет контроль над сущностью, хранящейся внутри и потребляет их духовные соединения. Если ему удаётся потребить все соединения, кристаллизованная призма больше не может содержать душу. Вместо этого душа растворяется и совершенствующийся умирает. Пепел затем оседает в свободной призме, где он начинает расти заново.

Боль исказила лицо Рэйвен.

- А-а-а, так вот, как они это сделали. Цветок был сожжён в огне, пепел остался в воздухе, и он отравил нас и наших родителей... – Хацин некоторое время молчал. – Подожди. Пожар ещё не начался тогда. Как же...

- Я сделала это! – Рэйвен не могла больше терпеть это.

- Что?

- Я сделала это! Я нашла цветок и заметила, что он опасен! Так что... так что я сожгла его! Теперь понимаешь? Это я! Я убила свою семью! – Рэйвен ударила кулаком в каменный пол; острые камни порезали ей руку.

- Они заставили меня убить моих собственных родных! – её тело дрожало, но она заставила себя взять свои эмоции под контроль.

Хацин был в шоке. Сначала он не знал, что сказать – его сестра винила себя... А что насчёт него самого? Она ведь действовала из заботы о них; как она могла знать, что цветок был таким мифическим растением? Чем больше он думал об этом, ярость росла в его душе.

Он злился не на Рэйвен, совсем наоборот. Он был зол на Тэйлон, он был зол на этого “старейшего В”. Хацин знал, что даже если его сестра не была бы виновата в том, что произошло, она не остановилась бы, и вечно винила бы себя за это. Он хорошо знал свою сестру, или, по крайней мере, он понимал ее характер.

Он помолчал немного, прежде чем он сказал твердым голосом.

- Рэйвен, может быть и верно, что события той ночи произошли немного раньше с твоей помощью, можешь не сомневаться, что всё это бы всё равно привело нас туда, где наша смерть была бы неизбежна.

- Но если бы я показала его отцу, а не сожгла, тогда, возможно...

Хацин перебил её:

- Возможно. Но это просто "возможно". Возможно, там были сотни таких цветов, спрятанных во всём нашем доме. Возможно, если бы ты предупредила отца, это вызвало бы войну между нашими кланами, что бы привело к гибели большого количества мирных граждан. Возможно, то, что этот цветок сгорел раньше времени – это единственное, что позволило Айви найти тебя, прежде чем эти “гонцы когти” нашли тебя, и... Ну, вдвоём в кольце было бы тесновато...

Рэйвен не сказала ничего в этот раз. Она понимала, что он был прав, но чувствовала она совершенно иное.

- Насколько я могу судить, люди, ответственные за гибель наших родителей, это клан Тэйлон и Старейшина В. и только они.

Медленно, Рейвен расслабилась. Услышав, как её брат защищает её, она поняла, что он стал старше, чем она ожидала.

- Ты прав, мы должны сосредоточиться на том, чтобы отомстить за наших родителей... Ну, и попытаемся выяснить, как сделать тебе тело! – настроение Рэйвен стало чуть лучше.

- Хе-хе... – Хацин нервно рассмеялся. – Ах, да – у меня есть несколько вопросов, которые я хотел бы спросить у тебя.

- Да? – Рейвен подняла брови.

- Да, ну, для начала... как ты выжила?

Рэйвен зажмурилась от удивления:

- Ха-ха, ну, это довольно длинная история...

Медленно, Рэйвен начала рассказывать брату всё, что она пережила с тех пор, как она родилась. Она рассказала ему о своем опыте в зале духа в первый день нового года, об изучении различных Божественных навыков и её подготовке с мечом. Она даже рассказала ему, что у неё есть некоторые воспоминания из ее прошлой жизни, где она, казалось, жила, как “солдат” – она не хотела обременять её брату, какой порочной жизнью она жила раньше, поэтому она сказала ему, что её воспоминания больше похожи на мышечную память; её душа помнила, что её тело было словно запрограммировано.

Пока она говорила, Рэйвен успокоилась довольно сильно; говорить о её скрытой жизни с её братом позволило ему немного отвлечься. Постепенно красный цвет в её глазах померк, и вновь вернулись к своему первоначальному зелёному.

Когда её рассказ был закончен, Хацин удивил её, просто сказав: - Ну, это многое объясняет.

Рэйвен ожидала, что он будет менее... ну, менее склонен был поверить в её историю; это была довольно дико, в конце концов. Она не знала, что пока Рэйвен была без сознания, Айви, естественно, проверила её духовную сущность. Изначально она хотела только проверить, что Рэйвен в порядке, но когда она обнаружила, что этот маленький четырёхлетний ребёнок не только обладает более десятью духовными связями, но и душой такого цвета, о котором Айви даже не слышала, поэтому она рассмотрела этот вопрос куда более тщательно. Каждый раз, когда она читала что-то новое, она удивлялась об этом вслух:

- Что?! Светло-голубая призма души – есть даже такое понятие?

- О боги, такая хорошо развитая мускулатура! Она должна была тренироваться всю свою жизнь...

- Это может быть? Она уже почти адепт духа? В четыре?

Хацин наблюдал за всем этим из его кольца, и ему становилось всё более и более любопытно. Позже, когда Рэйвен выявила жажду убийства, которую он никогда раньше не видел, он действительно задался вопросом, что сестра пережила. Её объяснение – какой-то степени воспоминания из предыдущей жизни – вроде всё встало на свои места. Конечно, у неё какая-то особенная душа. Конечно, она будет знать, как бороться и медитировать. И, скорее всего, она убила немало людей, как "солдат", и она подсознательно запомнила, чем объясняется сильная жажда убийства.

Рэйвен не зналла, какие Айви сделала выводы, но то, что она сделала и как погибла – это дало ей надежду.

В пещере, Рейвен и её брат говорили о четырёх годах, что они провели вместе, в течение нескольких часов. Иногда им было грустно, когда они думали о людях, которых они потеряли, иногда они смеялись, когда пересказывали свои впечатления на события с разных точек зрения. На данный момент, они говорили именно о таком случае:

- Так что, наша маленькая игра в пятнашки - это было совсем не игрой? Ты знала с самого начала, что я делаю неправильно! - Хацин обвинял во весь голос.

- Хе-хе! Ну не совсем, но я решила, что я могла бы помочь брату сделать это упражнение... Эмм... Даже не просто сделать, а... немного усовершенствовать его... - Рэйвен улыбалась.

- Я был так раздражён сначала... - Хацин вздохнул. - На самом деле, сестра, ты слишком расчётлива!

Оба они рассмеялись.

- Говоря о расчёте, что ты намерена делать теперь? - спросил Хацин.

Он уже смирился с обширным опытом своей сестры; даже если Рэйвен всегда будет его маленькой сестрёнкой, он, естественно, позволит ей создавать свои планы на будущее. Кроме того, он бы не смог ничего поделать с тем, что она всё-таки решила - он ведь застрял в этом кольце.

Рэйвен по рассеянности вновь заплетала волосы, даже замерла на секунду и задумалась над вопросом:

- Ну, пока мне следует поберечься Тэйлона, а первым шагом для меня будет поступление в Академию...

- Здорово! Там ты сможешь развиваться в быстром темпе, "заботиться" о Данлине и, может быть, даже узнать личность таинственного старца. Это хорошо, но не будь слишком нетерпелива! - её брат ответил быстро; он, естественно, знал, что Рэйвен, такая, какая она сейчас, вероятно, не подходит для уничтожения их врагов. Она должна стать сильнее.

- ...как мальчик. - она закончила свою фразу.

- Конечно, ты будешь... подожди, что ты сказала?!

- Я поступлю как мужчина. Ну, как мальчик. - Рэйвен повторила спокойно.

- Но почему?

- Подумай об этом; хотя это правда, что большинство людей не видели моего лица из-за всегда опущенной вуали на публике, если женщина попробует поступить в военный отдел Небесной Академии, да ещё и с саморазвитием, как у меня... Это вызовет слишком большой скандал. Даже если я смогу использовать "Лисью вуаль", чтобы изменить мою ауру, она ведь не изменит того, как я выгляжу. Рано или поздно кто-нибудь узнает меня.

- Но ты в состоянии замаскировать себя под мальчика?! Ты себя-то видела? Тебе так же далеко до мальчика, как четырёхлетний малыш только может быть, и будет только хуже, когда ты станешь старше!

Рэйвен рассмеялась. То, что её брат сказал, действительно правда, но даже в её старом мире Рэйвен была вынуждена скрывать свой пол много раз. Но также, как профессиональный ассасин, она знала, что быть мужчиной - намного больше, чем просто физические особенности тела. Это, скорее вопрос манер: язык тела, один выбирает разговоры, другой выбирает действия и многое другое. Конечно, когда Рэйвен войдёт в пору полного полового созревания, её тело всё усложнит, но, во-первых, это будет только лет через шесть лет по меньшей мере, а во-вторых, даже если Лисья вуаль не может изменить внешность, она может изменить то, на что человек обращает внимание.

Это в сочетании с её предыдущим опытом сделало её достаточно уверенной в своих способностях, что она сможет оставаться "мальчиком" эти десять лет, что она будет учиться в Академии. Не то, чтобы она имела какие-нибудь намерения ждать десять лет, прежде чем насладиться её местью - когда это будет сделано, у неё не будет никаких причин скрывать её личность и дальше.

Вместо того, чтобы объяснить всё это своему брату, она подумала, что было бы более эффективным просто показать ему. Она переложила ноги в сидячем положении совсем немного; расслабила некоторые мышцы, при этом напрягла другие. Её выражение лица изменилось, делая её черты лица более мужественными.

- Ты... - Хацин обалдел.

Изменения были, сами по себе, очень небольшими, но Рэйвен, сидящая теперь но полу пещеры, не была той Рэйвен, которую он видел раньше. Она всё ещё была Рэйвен, но даже Хацин бы назвал её мальчиком на первый взгляд. Женственным, но всё же мальчиком.

Слабая улыбка осветила лицо Рэйвен, придавая ей выражение озорного маленького мальчика, который готовится спереть яйцо из-под курицы. Прежде чем её брат успел хоть как-то отреагировать, Рэйвен выхватила свой меч и быстрым, но выверенным ударом срезала волосы чуть выше плеч. Она поймала падающие пряди другой рукой.

- Твои волосы!

- Мне пришлось это сделать - я умею хорошо обманывать, но с такими волосами будет намного сложнее... - голос Рэйвен был спокоен и едва незаметно глубже, чем раньше - она могла опустить его и ещё ниже, но ей было всего четыре, откуда у четырёхлетнего мальчика уже голос зрелого?

- ... - Хацин ничего не сказал. Он знал, как Рэйвен ценила свои длинные волосы, как она отказалась позволить кому-либо отрезать их с того дня, как она родилась, но теперь она должна была отрезать их без колебаний.

Рэйвен связала оставшиеся волосы на затылке, используя типичный узел простолюдинов.

- Ну, брат, ваш вердикт? - спросила Рэйвен.

- Это может сработать. - Хацин уже подготовил шутку о её волосах, но теперь он упустил момент. Его сестра была явно серьёзно настроена.

- Тогда ещё. - Рэйвен встала на ноги и подошла к могиле Айви. Она остановилась рядом с ним, она сжала руку в уважении, бросила её собственные тёмно-фиолетовые пряди в ноги гробницы и отошла. Потом она пошла к небольшой кучке снаряжения.

Хотя назвать её "кучкой" было возможно только с большой натяжкой: она состояла только из трёх предметов: защитный браслет "Лисья вуаль", небольшой, но удивительно острый кинжал и медное пространственное кольцо. Рэйвен ещё раз проверила кольцо, потому что она не знала, что она найдет внутри, но сейчас её внимание было больше сосредоточено на вуали Лисы.

Рэйвен подняла защитный браслет и надела его на правую руку. Он был слишком большим для неё, но она не беспокоилась об этом. Вместо этого она потянулась к небольшому кинжалу и, вышколенным движением, порезала себе левую ладонь. Потом она прижала кровоточащую руку к Лисьей вуали. В тот момент, когда наруч вступил в контакт с её кровью, он начал светиться и слегка вибрировать. Медленно, он стал уменьшаться, приспосабливаясь к руке его носителя. Скоро, он обернулся вокруг руки Рэйвен, как второй слой кожи.

Рэйвен согнула правую руку, и одобрительно кивнула; он не препятствовал её движениям вообще. Через связь крови она инстинктивно поняла, как использовать его. Но потом она почувствовала, что воздух вокруг неё словно бы изменился по её воле.

- Теперь он готов!

---------

В старом шахтёрском городе Белая вода, маленький невзрачный мальчик пробирался через пустынные переулки. Этот город когда-то был оживленным центром производства, но как только в шахтах поблизости закончилась полезная духовная руда, этот большой доход исчез; с тех пор прошло только пять лет, но город становился всё более пустынным с каждым месяцем.

Маленький мальчик держался в тени, он, казалось, искал что-то. Вдруг его глаза загорелись. В переулке он заметил верёвку для просушки одежды, заполненную влажной детской одеждой в нескольких метрах над землей. Он остановился на мгновение, чтобы осмотреть внимательнее осмотреть окрестности, мальчик увеличил свой темп и бросился вниз. Просто - по крайней мере так это выглядело - он будто собирался пройти под сохнувшей одеждой, мальчик прыгнул в воздух, оттолкнувшись ногами от соседней стены. С этим дополнительным толчком, крошечный силуэт достиг своей цели и сорвал комплект детской одежды с лёгкостью.

Прежде чем кто-либо успел заметить, что произошло, мальчик уже нацепил сырую мантию и исчез. В соседнем горящем мусорном баке горело изодранное платье из тонкого шёлка.

"Мальчик" был никем иным, как Рэйвен. Ранее тем же вечером она оставила свой меч в пространственном кольце, а затем вышла из сложной системы туннелей, выходящей в этот Город Белой Воды - подземелье, где она пряталась, было частью тех самых шахт, которые были истощены пять лет назад.

Теперь, когда она переоделась в более подходящие одежды, она обдумывала свой следующий шаг.

- Так, мы же не полетим, а пойдём в Небесный Город пешком? - Хацин ничего не мог сделать, но снова спросил.

- Да, пешком. Как бы ты объяснил, что сирый простолюдин имеет средства для оплаты транспорта? - Рэйвен терпеливо объяснила.

Даже рейс, который был основным видом транспорта в Небесной Империи, был довольно дорог, поэтому бедным гражданам обычно приходилось либо идти пешком и верхом, либо оставаться на месте. После осмотра пространственного кольца, Рэйвен нашла довольно существенную сумму денег - конечно, ничто по сравнению с богатством семьи Рэйвен, но наверняка достаточно, чтобы оплатить поездку в Небесный Город каждые выходные.

- Почему бы не притвориться богатой сироткой? - Хацин предложил после некоторых раздумий.

- И рискнуть проснуться с ножом между рёбер? Слишком многое поставлено на карту для этого - я бы предпочла перестраховаться...

- Я бы не назвал переход через горные хребты и живущих в дикой природе магических зверей в течение двух лет, очень безопасным... - пробормотал Хацин, в основном для себя.

Рэйвен только улыбнулась. Она прекрасно понимала беспокойство её брата, но по её мнению, быть бедным в пустыне намного лучше, чем в богатой цивилизации. По крайней мере, если вы слабы. А жадных людей привлекут деньги независимо от того, насколько незаинтересованными они могут казаться. Звери - это совсем другое дело; пока вы не попадаете ни под одну из категорий "угроза" или "еда", большинство зверей оставит вас в покое. С обучением Рэйвен и Лисьей вуалью, помогающей ей, она была уверена, что сможет избежать и тех, и других.

Так, Рейвен продолжала спокойно двигаться через город. Она перестала придерживаться маленьких улочек и вместо этого использовала большие улицы, на которых стояли несколько магазинов, которым ещё удавалось оставаться открытыми, несмотря на состояние города. Хотя они не были открыты прямо сейчас, наверное, потому, что ещё была середина ночи. А может, у них просто был выходной. Рэйвен шла медленно, опустив голову вниз, чтобы случайно не обидеть никого из тех немногих горожан, которые ходили по улицам даже в этот час. Время от времени она исчезала в тени только, чтобы вновь появиться спустя несколько минут. Никто не заметил её странного поведения. На самом деле, мало кто просто смотрел на неё, даже когда она была на виду.

Как только рассвело, Рэйвен добрались до конца города. Стоя под огромными каменными вратами из серого мрамора, Рэйвен посмотрела на пейзаж перед ней. Город Белой Воды был расположен довольно высоко, и, насколько Рэйвен могла видеть, был окружён океаном тёмно-зелёных деревьев, которые покрывали многочисленные горы в префектуре Найтингейл. Широкая река, с водой настолько быстрой, что она казалась белой, бежала рядом с городом, выливаясь в огромное озеро у подножия горы.

Город Белой Воды был довольно близок к столице префектуры, и Рэйвен хорошо знала местность из различных книг, которые она изучала. В её сознании она проанализировала географию всей Небесной Империи и быстро решила по маршруту. Чтобы попасть в Небесный город отсюда, Рэйвен пришлось бы путешествовать на другую сторону префектуры Найтингейл, а затем по всей длине префектуры Рок Рэн. Это было расстояние почти 12 000 километров, ещё и по пересечённой местности.

Несмотря на то, что она разобралась с маршрутом, Рэйвен не пустилась в путь в ближайшее время, а спокойно наблюдала за медленно восходящим солнцем на утреннем небе.

- Что? Теперь сомневаешься, в том, что ты ещё не всё спёрла в этом городе? Да, я там видел медный чайник в трёх кварталах! - глумился Хацин.

Рэйвен действительно украла довольно много на её пути - там в основном были необходимые в пустыне вещи, и всякий раз, когда Рэйвен видела в магазине такие вещи, она... заимствовала их. Это не очень хорошо складывалось с характером Хацина, поэтому в настоящее время он немного дулся.

- Ха-ха, ничего подобного! Я просто наслаждаюсь пейзажем. Когда это путешествие по-настоящему начнётся, мы не будем делать этого так часто...

- Хм, хотя я вижу красоту изнутри этого кольца, это всё-таки не совсем то же самое, что испытывать это из первых рук.. - её брат вздохнул.

- Надеюсь, мы найдем способ изменить и это тоже, как только мы доберемся до Академии.

Хацин не ответил.

Пока Рэйвен стояла там, в тишине, пожилой мужчина пошёл вверх по склону дороги. Каждое утро он карабкался в город из своей маленькой хижины ниже по горе. Раньше он работал в шахтах и даже заработал достаточно денег, чтобы построить себе дом, для него, его жены и ребёнка. Теперь, однако, он был одинок и чувствовал, как город, в который он наведывается, медленно увядает, как и он.

Когда он миновал городские ворота, он почти не заметил маленького ребёнка, который находился возле него, но так как он ходил по этой дороге каждое утро и, как правило, никогда не встречал никого, он отреагировал на неожиданное присутствие.

Он повернулся и посмотрел на мальчика ещё раз, но когда он это сделал, ребёнка уже не было. Он высунулся через ворота, чтобы увидеть, если мальчик пошёл дальше по дороге, но дорога была такой же пустой, как и всегда в это время дня.

- Да? Должно быть, показалось... - человек устало вздохнул и продолжил свой путь в город.

Великая Лесная Долина. Это почти десять тысяч квадратных километров плотно упакованных деревьев, расположенных в самом центре префектуры Найтингейл. Со всех сторон её окружали высокие горы, пики которых были покрыты вечным слоем снега.

Великая Лесная Долина была домом для огромного количества разных нормальных и магических зверей. Не редко чудовища сражались друг с другом, в надежде увеличить свои территории охоты; редко, невероятно сильные магические звери сражались друг с другом, и ударные волны сражения эхом пролетали по всей долине.

Сегодня, однако, никаких подобных звуков не было слышно. В целом, это был довольно спокойный день в огромной долине. Но не везде. В дальнем западном углу леса, маленький ребёнок бежал на Восток в необычно быстром темпе. На первый взгляд ребёнок выглядел как обычный мальчик. Но если вам бы удалось внимательно присмотреться, он бы показался... тонким; летнее солнце, что просачивались сквозь листья над ним, заставляло его почти чёрные волосы принять истинный, фиолетовый цвет, и хотя ребёнок был высокий и мускулистый для своего возраста, он был более худым, да и немного более женственным.

Ребенок продолжал бежать, иногда оглядываясь через плечо.

- Я же говорила тебе, что спасение этой девушки было плохой идеей! - Рэйвен едва слышно зашипела между двумя тяжёлыми вздохами.

Каждые пару секунд она активировала Теневой бег, чтобы увеличить скорость, но она не могла держать его активным долго; это умение не для дальних расстояний, и текущая сила Рэйвен не позволяла ей использовать всю силу этого мастерства.

- Ну откуда мне было знать, что она была на самом деле член племени людоедов?! - Хацин парировал из своего кольца.

- Да от неё несло кровью! - Рэйвен задыхалась. - Даже если бы она не была людоедом, она явно была в сговоре со смертью в течение длительного времени...

- ...она могла быть жертвой... - это было единственное, что Хацин мог сказать в оправдание.

Рэйвен бежала сейчас изо всех сил, потому что в настоящий момент её преследовала орда голодных людоедов. Всё началось несколько дней назад...

---

Рэйвен постепенно проделала свой путь через пустыню почти за месяц без каких-либо неудач; опираясь на ее обучение, Лисью вуаль и её постепенно возвращающиеся чувства, она ухитрилась остаться в недосягаемости большинства зверей, которых она встречала. Однако, два дня назад, Рейвен услышала слабый плач маленького ребенка. Хоть её и удивило наличие людей глубоко в пустыне, Рэйвен внимательно подошла к источнику плача. Она встретила маленькую девочку в ловушке в Трясине Голубого Огня.

Он был, пожалуй, не больше нескольких квадратных метров, но было ясно, что девочка упала в пламя, пытаясь добраться до плодов дерева, растущих над ней, и теперь она застряла. Хотя синее пламя горело, как фонарики, тут и там в грязи, пламя было холодным на ощупь и не опасно само по себе. Опасность в Трясине Голубого Огня заключалось в том, что к нему можно было прилипнуть, а потом либо умереть от голода, или стать кормом для какого-нибудь удачливого зверя, который будет проходить мимо.

В момент, когда Рэйвен подошла на сотню метров к девушке, она ощутила, как заметный запах крови наполняет воздух, будто густой туман. Плачущая девушка заметила Рэйвен и на её заплаканном лице появилось облегчение. Однако, реагируя на густой запах крови, Рэйвен просто развернулась и пошла обратно.

- Не уходи... - закричала девушка. - Помоги мне!

- Что ты делаешь? - закричал в свою очередь Хацин. - Ты не можешь просто оставить её там!

Рэйвен испытывала на себе скрытую опасность, но послушно повернулась, чтобы помочь девушке. Она очень хорошо знала, что её брат не позволит её поступить иначе.

Выбравшись из болота, девушка взмолилась Рейвен, чтобы та последовала за ней к ней домой.

- Пожалуйста, братец, за мной! Идём ко мне домой - папа захочет поблагодарить вас! - визжала она.

- Просто иди с ней. Это слишком опасно для маленькой девочки - находиться здесь. В любом случае. - Хацин одобрил.

А как насчёт твоей сестры? Я просто маленькая девочка! - Рэйвен думала про себя, но, в конце концов, она только вздохнула и согласилась следовать домой.

Однако, когда они прибыли в эту "родину", даже Хацин не стал отрицать, что что-то было не так. Дом состоял из скопления хижин. Высоко на дереве висели различные пустые клетки. Но, самое главное - все хижины были сделаны из костей. Человеческих костей.

- Ну что, я могу бросить её сейчас? Или мне ещё в клетке закрыться и... - Рэйвен ехидно пробубнила под нос.

- Да беги уже!

Еще до того, как Хацин дал ответ, Рейвен повернулась и побежала. К сожалению, девочка сказала старейшинам о присутствии Рэйвен, что и привело к последующей охоте.

---

Сейчас она неслась через лес, иногда слыша свистящий звук приближающейся стрелы, и почувствовала укол дежавю - в прошлый раз Рэйвен спасала ребёнка, и тоже оказалась в такой же ситуации в тёмном лесу.

Однако на этот раз у неё было существенное преимущество - она была спиритуалистом, в то время как её преследователи явно нет. Таким образом, несмотря на то, что ей всего четыре года, расстояние между ней и её преследователями неуклонно росло. Спустя полдня, Рэйвен начала замедляться. Теперь она заметала следы некоторое время и даже пересекла несколько рек по диагонали, для предотвращения последующего отслеживания.

- Брат, в следующий раз я выбираю, спасти кого-то или нет.

Со стоном Рэйвен опустилась на землю рядом с деревом, тяжело дыша.

- Особенно, если это ребёнок, - добавила она: - У меня с этим связаны плохие воспоминания...

- Да, сестра. - её брат ответил угрюмым голосом.

На усталом лицо Рейвен появилась лёгкая улыбка. Частично причина того что, она позволила себе попасть в засаду семьи девочки была в том, чтобы показать её брату больше о том, как мир работает. Он ведь жил довольно уединённой жизнь. Даже если он знал в голове, что люди не всегда такие, какими они кажутся - например, клан Тэйлон - но доверять случайным незнакомцам категорически нельзя. Он, несомненно, выбрал бы вариант "доверяй, пока не доказана неблагонадёжность" с невинно выглядящими людьми, как эта молодая девушка.

Это был довольно неплохой взгляд на жизнь, но слишком наивным для молодого дворянина.

- Да ладно тебе, успокойся. Опасность уже позади! - сказала Рэйвен как можно более ободряюще.

Взмахнув рукой, Рэйвен извлекла бурдюк воды и некоторых фруктов из её пространственного кольца. Она жадно выпила воды, а потом стала жевать плоды.

А ведь пару месяцев назад, я бы затратила намного больше времени на то, чтобы убежать от них... - она задумалась про себя, пока ела. - К счастью, у них не было спиритуалистов...

Рэйвен вздохнула и посмотрела внутрь. Её духовные связи восстановились до 47, и её духовное ядро было почти на пике высокого уровня Новичка духа - через пару дней, когда ещё пара связей вернётся, она преодолеет этот пик.

После того, как моё ядро восстановится, я должна поспешить и прорваться к уровню Адепта. Только тогда я буду в состоянии бороться с этими спиритуалистами-разбойниками...

Не все спиритуалисты развивали свои навыки в Божественной школе. Если их души были слишком слабы, или по какой-то другой причине им пришлось начать самосовершенствоваться в возрасте больше 18 лет, ни одна школа не примет их. Как только они перестали расти, продвигаясь от низкого Новичка до высокого - это вопрос от двух до четырёх лет... и тот факт, находятся ли клетки тела в состоянии роста, тоже является очень важным для скорейшего совершенствования; если поглощение духовной сути началось позже, было бы очень трудно достичь того же развития за десять лет. Таким образом, затраты ресурсов школы на развитие детей старшего возраста не компенсируется никакими достижениями, о которых стоило бы упомянуть. Так зачем заморачиваться?

Позже эти спиритуалисты должны были бы совершенствоваться самостоятельно и редко могли устроиться на работу, как спиритуалисты. Вместо этого, многие становились спиритуалистами-разбойниками, обратившись к воровству и контрабанде с их ограниченными навыками, которые всё равно ставят их далеко впереди нормальных людей.

Рэйвен пока ещё избегала таких экипажей бандитов, но она боялась, что это только вопрос времени. Если она хотела оставить такую встречу без результата, ей необходимо было продвигаться очень быстро.

Вдруг мысль поразила её.

- Эй, большой брат, ты же, несомненно, получил какие-то специальные дыхательные упражнения в Небесной Академии, чтобы ускорить твою скорость совершенствования. Я права? - спросила она взволнованно.

- Да, сестра, это верно... - Хацин, казалось, немного не понял, к чему она клонит.

- Не мог бы вы научить меня?

- А-а-а! - Хацин понял сразу же; если начать техники дыхания сейчас, то в Академии её скорость совершенствования будет значительно увеличена.

Он колебался мгновение: - ...Прости, сестра. Хотя я помню подготовительные техники, отпечаток души исчез вместе с моей призмой души... Я... Я не смогу научить им, кого-то ещё...

Рейвен вздохнула.

- Ну да ладно. Стоило хотя бы спросить... - Рэйвен пыталась учить божественные способности, слушая описания и копируя потоки духовной сути прежде - но это никогда не работало.

Поев, Рэйвен сидела неподвижно, размышляя пару часов. Внутри неё, она осторожно вытащила духовную суть из души и три раза обернула её вокруг тела, прежде чем позволить ей быть поглощённой её духовным ядром. Таким образом она укрепляла своё тело и восстанавливала её ядро одновременно.

В конце концов она открыла глаза и встала.

В конце концов она открыла глаза и встала.

- По крайней мере, кажется, что восстановление моего Духовного ядра не замедлило мою активацию Божественных навыков.

Почти дикарская улыбка распространилась по лицу Рейвен.

- Ты знаешь, что это значит, брат?

- Мне лучше приготовиться к нескольким урокам пения? - Хацин вспомнил про Сумеречную Колыбельную.

- Ха-ха! Возможно, но не совсем: это значит, что я могу начать охоту и наконец-то поесть мяса!

Прежде чем она нашла этих гостеприимных людоедов, Рэйвен воздерживалась от активации любых божественных навыков, в страхе, что это может замедлить её выздоровление. Когда она поняла, что убежать без их помощи будет слишком утомительно, она решила использовать Теневой бег, чтобы ускориться. Она могла, конечно, воспользоваться Сумеречной Колыбельной и просто уйти от преследователей, но она этого не сделала по двум причинам: во-первых, ей хотелось получить представление о том, кто быстро она может бежать, если она захочет; во-вторых, если с помощью Божественные навыки замедлят её восстановление, то лучше не использовать Теневой бег.

Поскольку она хотела избежать использования Божественных навыков, Рэйвен просто свела к минимуму, насколько это возможно, свой путь через горы и леса. Теперь, однако, она знала, что лучше, и если она напорется на более высокого уровня магического зверя или спиритуалиста, она будет уверена в своих способностях - если не останется ничего другого, она должна быть в состоянии убежать. Кроме того, она не могла остановиться; только превышая свой предел, она будет в состоянии прогрессировать в быстром темпе.

- Я лучше разовью свой звуковой меч, пока я здесь.

Повернув запястье, Рейвен вытащила Благословение Соловья из её пространственного кольца, вращая его без каких-либо усилий в правой руке.

Глядя из кольцо, Хацину нравилось видеть свою сестру в действии, ведь он не видел ничего в течение прошлого месяца, но когда она шутя справилась со своим слишком длинным мечом, он был вне себя от удовольствия.

- Давай посмотрим, что мы имеем вокруг нас... - Рэйвен замедлила дыхание и напрягла свои чувства на максимум, принимая всё на пару сотен метров.

Как нарочно, Рейвен сразу наткнулась на присутствие приближающейся стаи дичи недалеко. Поскольку не было возмущения в духовной сути вокруг них, это были явно не магические звери.

Идеально.

Не издавая ни звука, Рэйвен начала двигаться по направлению к стаду. Пройдя немного более длинным маршрутом, она сделала всё, чтобы остаться с подветренной стороны от них, полностью скрывая её приближение. В ближайшее время группа из восьми лосеподобных существ появилась в её поле зрения; они стояли на небольшой полянке и мирно паслись на сочной зелени вокруг них, совершенно не замечая надвигающейся угрозы их жизням.

Напряжённый взгляд читался на лице Рэйвен без всяких проблем. Она будоражила духовную суть в ней, готовясь атаковать.

Сейчас!

Рэйвен вдруг сменила свою позицию; в следующее мгновение, семь громких ударов потрясли лес почти одновременно, вскоре после этого восьмой, значительно более мягкий удар последовал за остальными. Послышалась тишина, как если бы всё в мире было заморожено на месте; "лоси" стояли неподвижно на своих местах и пялились на мягкую траву, на которой Рэйвен будто бы мелькнула на секунду.

На другой стороне поляны, Рэйвен взмахнула её длинным мечом, размазав тонкий лучик крови по мягкой траве.

- Блин, думаю, я не могу освоить Оглушительный Взмах при первом же использовании, в конце концов...

Когда разочарованный голос Рейвен прервал тишину, это, казалось, подтолкнуло даже поток времени на поляне; сразу все восемь существ упали на землю обезглавленными.

Рэйвен вновь отправила Благословение Соловья в её пространственное кольцо, и вместо этого извлекла острый кинжал, который ранее принадлежал Айви. Она медленно подошла к ближайшему павшему животному, намереваясь приступить к его разделке.

- Как ты это сделала?! - изумлённый голос Хацина вдруг прозвучал в голове Рейвен.

Вздрогнув, рука Рейвен замерла над первым животным, прежде чем она слегка улыбнулась и продолжила своё движение:

- Ты должен понимать, что я использовала Божественный навык, верно? - спросила она, не переставая работать.

- Это... ну, да, точно... Теневой Бег в сочетании с первым уровнем навыка звукового меча, Оглушительный Взмах... но нет, они оба низкого уровня, ты никак не могла соединить их!

Слова Хацина имели смысл. Оглушительный Взмах был действительно только первым уровнем мастерства и Теневой Бег был мастерством едва ли третьего уровня. Хотя нет сомнений, что используя эти навыки, чтобы убить группу животных это приведёт к успеху. Ведь делать то, что Рэйвен сделала - расправиться с ними в единое мгновение - было просто нелепо.

- Только когда человек может быть очень мягким и податливым, он может быть чрезвычайно жёстким и сильным. - Рэйвен ответила с лукавой улыбкой, после того, как она хихикнула: - Господи, это прозвучало, как текст из печенья с предсказанием!

- Что? - её брат не понимал, к чему она клонит.

Успокоившись, Рэйвен начала объяснять более подробно:

- Это вопрос того, как ты применишь свою силу, - пока Рэйвен говорила, она без особых усилий сняла кожу с животного, над которым она работала, обнажив мясо: - Если ты постоянно изнуряешь себя, эффект будет ниже, чем если ты будешь приспосабливаться к окружающей обстановке. То, что я использовала, на самом деле только комбинация Теневого Бега и Оглушительного Взмаха, но переплетены так, чтобы максимизировать их потенциал.

- К сожалению... - Рэйвен вздохнула, когда она, привычным действием, разрезала брюшко животного и потянулась, чтобы извлечь питательную печень. К сожалению для Хацин, его жизнь была связана с кольцом на её руке, которой она и взяла эту самую печень. Хотя его существование было более абстрактно, чем чувства, но, видя, что он находится среди требухи, он почувствовал тошноту.

- К сожалению, я никогда не практиковала Оглушительный взмах, так что результат на самом деле даже не дотягивает до среднего...

Во время этих слов, Рэйвен собралась перейти к извлечению сердца, но Хацин слегка слабым голосом остановил её.

- Пожалуйста, сестра, только не правой рукой...

- Что? - Рэйвен остановилась в удивлении, и посмотрела на окровавленную руку. - А-а-а! Конечно!

Рэйвен немного изменила работу, чтобы свести к минимуму контакт с кишечником животного. Заметив изменение, Хацин почувствовал себя немного лучше и уже мог ещё раз поразмыслить над тем, что его сестра сказала.

Хотя он мог понять её рассуждения в теории, это не значит, что он получил более глубокое понимание того, как на самом деле происходит процесс. Он не понимал, как два навыка могут быть объединены для создания таких впечатляющих результатов, какие его сестра показала.

- Подожди, ты сказала, что никогда не занималась Оглушительным Взмахом раньше? - Хацин предположил, что он, должно быть, ослышался.

- Да, конечно. Ты был со мной всё время с момента, как наши роди... То есть, с того момента, как мы начали путешествие, и я никогда ведь не использовал его?

- Нет, ты этого не делала, но раньше...

- Раньше? - Рэйвен перебила его. - Где бы я могла практиковать такую шумную технику дома, не будучи замеченной?

- Но ты уже практически освоила это!

- Хм, - Рэйвен замолчала на секунду. - Ну, я думаю, это близко к чему-то, что я умела раньше? В моей предыдущей жизни, что есть.

- Понятно... - Хацин пока решил поразмышлять об этом молча.

Это действительно было так. Обычно, когда кто-то узнавал новый Божественный боевой навык, отпечаток остаётся на вашей душе, и связывает духовную суть с конкретными физическими движениями, как только вы завершили процесс Отпечатка. Самое трудное, однако, было не только управлять, связав свою духовную сущность с движениями, но и освоить реальные движения. В её старом мире, Рэйвен владела чрезвычайно широким набором навыков боевых искусств, и многими вариациями оружия; даже если могут быть небольшие различия, она уже знала основы движения почти каждого Божественного мастерства.

Это, в сочетании с её экстремальным контролем над её духовной сущностью, делало изучение новых Божественных боевых навыков, словно прогулку в парке для Рэйвен - особенно такого низкого уровня, как Оглушительный Взмах.

Хацин молчал в течение длительного времени, прежде чем он снова заговорил:

- На самом деле сейчас, я начинаю мечтать, тоже прожить жизнь, как и ты, чтобы тоже хранить воспоминания... - Хацин, наконец, сказал с завистью.

Ничего, кроме горькой улыбки, не появилось на лице Рэйвен.

- Нет, большой брат, ты бы не хотел...

День шёл своим чередом, а Рэйвен уверенно прокладывала себе путь на восток через Великую Лесную Долину; это отняло у неё чуть больше недели, чтобы пересечь Долину и добраться до горного массива, откуда она могла пересечь границы префектуры Найтингейл. Рейвен не спешила, когда она двигалась через лес, и часто останавливалась, чтобы совершенствоваться или охотиться по пути.

По пути, она даже сражалась с парой низкого уровня магических зверей, и с лёгкостью одержала победу. Конечно, она делала всё, чтобы избежать зверей, которые казались превышающими пределы её способностей, полагаясь на её чутье и восстановление духовных соединений судила об опасности, которой они обладали. В результате, Рэйвен уже давно освоила Оглушительный Взмах и даже приобрела некоторые виды на следующий уровень Звукового Меча, Стремительное Рассекание.

Осталось чуть менее суток пути до края леса. Рэйвен сидела, скрестив ноги у довольно спокойной реки. Рядом с ней была пара недавно пойманных рыб на вертеле над небольшим костром. Было ещё светло, но Рэйвен, тем не менее, проверила, чтобы никаких опасных зверей не было достаточно близко, иначе они бы обратили внимание на огонь.

- О-о-о, этот запах такой приятный! - голос Хацина звучал довольно удручённо.

- К сожалению, старший брат... - Рэйвен взглянула на рыбу виновато. - Я могу съесть их сырыми, если это поможет...

Рэйвен не могла себе представить, как трудно, наверное, быть замкнутым всё время в этом кольце и не иметь возможности пошевелить ни рукой, ни ногой. Конечно, Хацин мог бы быть благодарным, просто за то, что он остался живым, но всё же...

- Нет-нет, не беспокойся обо мне, сестра... - Хацин успокоил её.

- ... - она не была убеждена.

- Ну, когда ты ешь, я могу почти попробовать это. - Хацин шутил, и Рэйвен почти почувствовала, как он подмигивает в кольце.

- Ну, если ты так говоришь...

Она спокойно сидела некоторое время. После того, как рыбы были готовы, Рэйвен практически проглотила их в одно мгновение.

- Эй, эй, стоять! Я должен хоть попробовать вкус через тебя; что ты их глотаешь, как голодная гончая в тот момент, когда они только приготовились! - Хацин эхом пожаловался в голове Рейвен.

Лицо Рэйвена замерло, она моргнула невинно.

- Это потому, брат, что я заметила, что рыбы были слегка обожжёнными на огне. Опасаясь, что я могла бы дать тебе плохой вкус, я поняла, что лучше всего будет съесть их быстро, чтобы не осквернять твой язык вкусом пепла...

Молчание, а затем, через некоторое время: - Ну, разве у них такой плохой вкус? - спросил Хацин, веря и не веря.

- Нет, они были вполне божеские, - Рэйвен ответила без запинки, по-прежнему улыбаясь, как ангел.

- Так ты...! Ты была просто голодна, верно? - циничная насмешка была очевидна в его голосе.

- Да, это так...

Оба молчали некоторое время, а затем, одновременно рассмеялись.

- Ха-ха-ха! Сестра, если кто-нибудь только увидит, как ты ешь, он точно будет уверен, что ты мальчик! - Хацин плакал от смеха.

Закашлявшись, Рэйвен едва успокоила её смех.

- Итак, скажи мне, как только мы выясним, как восстановить твоё тело, что ты, Хацин, как мальчик, сожрёшь первым делом?

Вопрос вызвал новый взрыв смеха Хацина. Он уже всерьёз стал опасаться, что сможет умереть ещё раз, от смеха. Недрогнувшим голосом он отвечал: - Жареную рыбу!

И продолжил смеяться.

---------

Позже, когда солнце медленно начало опускаться за горизонт, Рэйвен по-прежнему сидела на берегу, скрестив ноги. Смех прекратился несколько часов назад, и Рейвен решила совершенствоваться немного, прежде чем найти хорошее место для ночевки. Как правило, она делала это час, возможно, два, но в этот раз было по-другому.

Когда Рэйвен задумалась и обратила взгляд внутрь, она поняла, что её духовное ядро уже полностью восстановлено, скорее всего сразу после входа в лес, и сейчас была на грани прорыва. Рэйвен была полностью сосредоточена на поглощении большего количества духовной сути и отправить её в ядро.

Хацин знал, что Рэйвен была близка к важному моменту в её совершенствовании, поэтому он молчал.

На данный момент большой белый вихрь быстро вращающейся духовной сути, что был основным в духовном ядре Рэйвен, резко остановился. Причиной резкой остановки была окружающая духовная суть, они врезались друг в друга с большой силой. Суть стала словно плотнее, её цвет стал ярче и сильнее.

Рэйвен уже читала об этом и знала, что она достигла критической точки. Непрестанно она впитывала всё больше и больше духовной сути, чтобы кормить ядро. Вскоре, сжавшийся диск снова начал вращаться, вновь закрутился вихрь, но теперь он был значительно меньше, и вместо белого, он светился тёплым красным.

Пока он был меньше, Рейвен отчетливо почувствовала качественную разницу между старым ядром и её новым - она не сомневалась, что её божественные способности стали как минимум вдвое опаснее, чем раньше.

Рейвен медленно открыла глаза с улыбкой на лице, но прежде чем она успела сказать что-либо, родной брат уже узнал о её успешном прорыве, он сказал слегка нервным голосом:

- О, хорошо, ты молодец. Кстати, у тебя компания...

Вздрогнув, Рейвен поняла, что она могла отчётливо слышать тяжёлые шаги двух существ, пробирающихся к ней.

Вот дерьмо! Я была слишком сосредоточена на моем самосовершенствовании! - она прокляла себя.

Она спряталась, но было уже слишком поздно - тогда, когда она собиралась встать, двое дюжих мужчин вошли в её поле зрения.

- Ух ты, есть! Не нужно спешить, мальчик! - громко заговорил первый.

Они явно уже заметили её.

- Да, останься и поиграй с нами! - второй мужчина злобно улыбнулся, обнажив ряд почерневших зубов.

Рэйвен посмотрела на двух мужчин испуганными глазами, как будто она случайно обернулась и увидела за спиной фары автомобиля, но за этими перепуганными глазами, она была спокойна, как никогда. Она успела осмотреть мужчин и отметила каждую деталь в них; от их огромных палашей, что они несли за спинами, и одежды, до их мускулатуры. В течение нескольких секунд, Рэйвен уже нашла несколько слабых мест.

Впрочем, когда она подняла взгляд к их лбам, Рэйвен было трудно не рассмеяться во всё горло. На лбах у обоих были надеты своего рода металлические ободки или короны. Во лбу этих головных украшений, светились два совершенно белых камня. Рэйвен сразу узнал их по духовным, камням; эти два мужчины были высокого уровя Новички Духа, и они, очевидно, любили выставлять это напоказ.

"Предполагаю, что достижения Новичка высокого уровня вполне нормально для нищебродов..." - думала она про себя.

- Ты собираешься быть хорошей? - Хацин спросила её с беспокойством.

Рэйвен стала судорожно кивать в подтверждение.

- Хороший мальчик! - улыбка чернозубого человека стала ещё шире. Очевидно, он принял кивки Рейвен за знак покорности.

- Теперь, позволь взглянуть на тебя, - большой человек был теперь достаточно близко, и протянул к Рэйвен руку, чтобы коснуться её.

Когда рука только коснулась её, Рэйвен стремглав бросилась назад, как будто в инстинктивном испуге. Однако её отступление закончилось в реке за ней. Река была не очень глубокая, едва ли полметра, но этого было достаточно, чтобы она полностью намокла. Как она вскочила на ноги, двое мужчин на берегу смеялись.

- Ну, хорошо. Такой женственный мальчик - какое сокровище! - хихикнул мистер Чёрный Зуб.

- Иди сюда, мальчик, и мы будем относиться к тебе хорошо! - ворковал здоровяк.

- Говори за себя, - рассмеялся Чёрный Зуб. - У меня не было женщины уже несколько недель, и это достаточно много!

Гадко...

Рэйвен продолжала оставаться спокойной, но казалось, что она, охваченная паникой, пыталась пробиться на другую сторону реки. Так как река была не очень глубокая и не слишком широкая - любой из двоих мужчин смог бы перепрыгнуть через неё, если бы захотел - поэтому они просто наблюдали, как медленно Рейвен приблизилась к другой стороне. Но когда она добралась до берега, казалось, что она не могла залезть. Маленькое тело Рэйвен пыталось, снова и снова, выбраться из воды, но безрезультатно.

Потеряв терпение, чернозубый мужчина стал двигаться к воде.

- Ну, если ты не хочешь быть хорошим, тогда... - сказал он с отвратительной улыбкой.

Но как только он достиг середины реки, едва в метре от Рэйвен, весь настрой Рэйвен изменился; её зелёные глаза покраснели, словно вспыхнув жаждой убийства, и она нырнула вниз. Отсутствие солнечного света делало воду совсем тёмной, поэтому двое мужчин мгновенно потеряли её из виду.

- Что? Куда он делся? - человек в воде поспешно бросился туда, где только что была Рэйвен, но там было пусто.

Глядя вверх и вниз на спокойную реку, ни один из двух мужчин не смог увидеть никаких следов того женственного мальчика, на которого они охотились.

Внезапно вода под чернозубым сместилась и Рейвен вскочила из-под него. Она бросилась на спину и уронила ничего не подозревающего мужчину под воду, прежде, чем у него появился шанс сплотить его духовную сущность.

- Брюэр! - здоровяк всё ещё стоявший на берегу, бросился вперёд, но остановился перед рекой.

Тёмная река вернулась в предыдущее спокойное состояние, без каких-либо признаков Рэйвен или чернозубого человека по имени Брюэр.

- Будь ты проклят, мальчишка! Покажись! - он вытащил свой широкий меч и закричал на всю реку.

Тишина.

- Если ты не выйдешь здесь, прямо сейчас, я собираюсь взорвать всю эту хренову реку - с тобой! - он становился злее с каждой секундой.

Тишина.

- Отлично! Тогда получи: Коготь Штормового Ветра!

Мужчина замахнулся своим огромным палашом в сторону реки. Мощный порыв ветра вылетел с кончика меча, врезавшись в поверхность воды. Ветер заставил большое количество воды взлететь в воздух, вместе с телом мёртвого товарища, Брюэра, которое с грохотом приземлилось на другой стороне реки.

Большой человек вдруг услышал приятную мелодию, которую насвистывали у него за спиной. Очарованный мелодией, он почувствовал себя немного вяло, как повернулся, чтобы найти его источник. Но прежде чем он успел найти его, пронзительный рёв раздался в лесу. В замешательстве, он заметил, как будто он словно взлетает, прежде чем всё потемнело.

Рядом с обезглавленным телом, Рейвен стояла в насквозь мокрой одежде сжав Благословение Соловья в одной руке и кинжал в другой. Она посмотрела на два трупа с презрением.

- Вау, молодец, сестра! Ты даже меня провела на некоторое время! - Хацин похвалил.

Рэйвен ничего не сказала, вместо этого она проверила одежду мужчин. Казалось, что она что-то ищет. Она действительно ненавидела таких мужчин, как эти двое, и не предприняла никаких усилий, чтобы успокоить её жажду убийства.

- Как ты использовала этого, первого, парня... Брюера, не так ли? Ты использовал его как прикрытие, чтобы выбраться из воды - гениально! И там в конце, это было Стремительное Рассекание, а не Оглушающий Взмах, верно?"

Хацин рассмеялся, но вскоре он заметил, что настроение его сестры было немного печальным.

- Ты в порядке? - осторожно спросил он.

Закончив с проверкой карманов двух мужчин, Рэйвен сразу же решительными шагами направилась в лес.

- Я-то хорошо, - она ответила с болью в голосе. - Просто представь, что случилось бы, если бы они встретились с обычным ребёнком... меня это бесит. - её глаза всё ещё сияли красной жаждой крови. - Может быть и верно, что мы живём в мире, где сильный правит слабым, но должен же быть предел тому, насколько сильно они могут злоупотреблять властью...

Хацин ощутил жгучее желание защитить свою сестру. Это то желание, что было выгравировано глубоко в его душе. Даже если в последнее время он узнал достаточно, чтобы понять: его сестра на самом деле не нуждается в его защите. Но что могло бы случиться, если бы она попала в руки таких мужчин - если бы она не была спиритуалистом - заставило его ощутить мурашки на коже. Образно, конечно.

Вдруг он заметил листок бумаги в руке Рейвен.

- Что это у тебя в руке?

- Карта. Большие братья любезно поделились ею со мной.

- Карта?

- Да. Кажется, их больше, таких охотников... Это время, чтобы действительно выйти на охоту.

Тихая как ночь, Рэйвен пошла глубже на север через лес, её кроваво-красные глаза постепенно темнели, пока не перестали выделяться в темноте.

---------

Дальше на север, через два часа ходьбы, группа из пятнадцати человек быстро готовились на ужин. Они собрались на полянке, которую они сделали для себя, вырубив деревья, которые там росли. Бревна и ветки были использованы для создания палаток и импровизированных столов и стульев для группы.

Каждый из присутствующих носил прочную одежду, сшитую из шкур животных, а также они носили различное оружие. Почти у каждого был духовный камень, который крепился как украшение на лбу. Только двое из пятнадцати присутствующих были женщинами, хотя женщинами они были чисто формально: их мускулы не уступали мужским, и земля чуть дрожала под их шагами. Они были достаточно похожи, чтобы быть близнецами, но одна казалась немного старше, чем другая. В настоящее время, они были заняты помешиванием варева в большом котле, который был установлен на открытом огне, и выкрикиванием команд мужчинам вокруг них; приказы, которым, хоть и неохотно, но следовали все, кроме одного человека.

Последний, немолодой старик сидел, смеялся и пил, на одном из больших табуретов в центре их лагеря. Он был далеко не самым крупным мужчиной, но воздух вокруг него отличался от остальных, и камень у него на лбу имел был красным, окружённым лишь тонким кольцом из белого - среднего уровня Адепт Духа. Когда он увидел, как две леди прессуют людей вокруг него, его смех стал ещё громче.

- Ха-ха-ха! Тандер! Мэгпай! Вы, две дамы, не знаете милосердия, когда дело доходит до приготовления пищи! - старик хлопнул ладонью по табурету рядом с ним. Тот мгновенно развалился на двое. - Я с нетерпением жду результата, как всегда.

- Какие, нахер, дамы... - стоящий рядом парень проворчал себе под нос, когда он поднял тяжёлый мешок, наполненный мясом.

- Заткнись! - молодая женщина, Мэгпай, кинула в недовольного мужчину сначала взгляд, а затем и тяжёлый ковш. Мужчина увернулся, но ковш оставил глубокий след в дереве, куда он вместо этого ударил.

- Рифлман! Это, конечно, прекрасно, что ты не помогаешь, но свали пока подальше и оставь нас в покое! - Тандер посмотрела на своего вождя, прежде чем подтолкнула Мэгпай сосредоточить своё внимание на приготовлении пищи.

- Да, да, - Рифлман согласился, но он продолжал смеяться и наблюдать за тем, как его люди усердно работают.

Позади него стояла клетка, примерно одного кубического метра украшенная острыми шипами, только шипы не были вывернуты наружу, они тянулись внутрь. Пики были покрыты слоем запёкшейся крови, явно от того, что бедные существа, были в ловушке в этой клетке раньше. На данный момент, низкого уровня магический зверь лежал и хныкал внутри. Его раньше снежно белый мех был мокрым от крови из многочисленных ран, которые он получил, когда пытался вырваться, но его сила была сравнима с Новичком низкого уровня, и он ничего не мог с этим поделать. Даже если бы он и мог вырваться, его тюремщики легко поймали или убили его, если бы он на самом деле сбежал.

- Тихо! - продящий мимо мужчина прикрикнул на зверя и пнул клетку.

Неожиданный удар заставил зверя прыгнуть вверх в шоке, и он ещё раз накололся на шипы. Он завизжал от боли, но быстро успокоился - он был достаточно умён, чтобы знать, что будет с ним, если он будет слишком громким.

- Осторожно, Дайвер - мы получим меньше денег за мёртвого! - Рифлман пожурил его сквозь смех. Он действительно не заботился о существе, но за него платили деньги, а деньги были деньгами.

- Да, Босс! - Дайвер не возражал, а просто вернулся к своей работе.

Вскоре еда была готова, и приготовления в лагере были закончены. Они планировали остаться здесь на пару дней, прежде чем отправиться в ближайший город, чтобы продать свои товары, так что довольно крепкие палатки были сделаны.

- Еда готова! - крикнула Тандер, когда она подняла огромный котел с огня и поставила его на землю с громким стуком.

- Питрел и Брюэр опаздывают... - кто-то заметил.

- Да кого это волнует? Они могут съесть, если что-нибудь останется! - кто-то другой ответил ему.

- Да! Я умираю от голода! - крикнул третий.

- Собираемся, народ, давайте есть! - Рифлман, наконец, пригласил к обеду, и группа начала поспешно запихивать в глотки пищу.

Никого особо не волновало, что двое из их товарищей ещё не вернулись, и никто не замечал, что пара тёмно-красных глаза молча следит за ними из тёмного леса...

Последние пару часов Рэйвен спокойно сидела в ветвях зелёного дерева недалеко от лагеря. Чем больше она узнавала о людях, за которыми она наблюдала, тем больше волновалась. Они явно были не более, чем группа изгоев-спиритуалистов, которые злоупотребляли своими полномочиями, чтобы отслеживать, пытать и в конечном итоге убивать тех, кого они смогут найти, желательно слабее себя, будь то зверь или человек.

- Действительно гадко... Знать, что такие бандиты, как эти козлы, свободно разгуливают по нашей префектуре... - Хацин глубоко вздохнул.

Не желая быть обнаруженной, Рэйвен просто кивнула. Но она также знала, что такие люди, как те, что стояли перед ней, не так уж редки. Сила является заманчивой, тем более в таком мире, как этот, где ваши собственные физические силы были важны, если вы хотите хоть сколько-нибудь продвинуться в обществе.

Даже если она понимает, почему они существуют - это не означает, что она проигнорирует группу таких уродов, когда она уже наткнулась на них.

- Итак, как же ты собираешься бороться с ними? Они достаточно многочисленны, а их лидер еще и адепт духа среднего уровня... Подождёшь, пока они уснут, а затем перережешь горло?

Рейвен подняла брови в удивлении: - Что случилось с моим мирным и честным братом? ...я влияю на него?

- Что? Нет хороших идей? - её брат не мог прочитать мысли Рэйвен и поэтому не слышал её внутренних размышлений. Он просто принял её молчание как неприятие его предложения.

Рэйвен расслабила брови и наклонила голову на бок, обдумывая варианты. Она действительно может принять версию её брата. Это было быстро и просто, но есть высокий риск быть обнаруженной прежде, чем работа будет закончена, что приведёт к тотальной мясорубке со всеми, кто останется живым.

Она может использовать Сумеречную Колыбельную, что поможет ей, но ведь даже нормальная песня будет неуместна в лесу. А ей, чтобы никто не заметил и все поддались на это мастерство, нужно вплетать духовную суть в песню достаточно долго. Рэйвен боялась, что, даже если она сумеет наложить это мастерство, есть риск того, что Рифлман сможет устоять перед её чарами, достаточно для того, чтобы стать опасным. Однако, если бы она могла заставить их подождать, пока она поёт, но не атаковали её, а затем...

Рот Рейвен изогнулся в немного злобную насмешку. Листья вокруг неё лишь чуть-чуть колыхнулись, когда она исчезла с ветки, на которой сидела.

- Куда ты идёшь?

Рэйвен взглянула за спину на бандитов, которые были заняты едой, прежде чем ответила:

- Я собираюсь использовать их жадность и чувство собственного превосходства, - прошептала она, пока двигалась всё дальше и дальше от лагеря.

Когда она шла, она тщательно изучила окрестности. Вдруг её глаза заблестели и она остановилась; она нашла то, что ей нужно - волк. Это был абсолютно нормальный, не магический волк, что в настоящее время отдыхал не далеко от неё.

Без всякого сомнения, Рэйвен сняла одежду, оставив только тонкое светло-голубое нижнее бельё, что она взяла из дома. Она сняла даже обувь. Быстро, Рэйвен использовала ткань, чтобы закрепить её волосы и обернула вокруг правой руки и предплечья, скрывая её кольца и Лисью вуаль. Сделав глубокий вдох, она наконец начала изменять напряжение в мышцах, переходя к её нормальному состоянию.

- О-о, вернулась моя настоящая сестра? - Хацин наблюдал за превращением его сестры со смесью восхищения и замешательства.

- Я всегда твоя сестра, - Рэйвен ответила, пока делала окончательные коррективы, изменяя её ауру, которую отображала Лисья вуаль.

Она стояла посреди неуклонно темнеющего леса, в её шелковом нижнем белье, а её волосы до плеч мягко колыхались от лёгкого ветерка. Глаза Рейвен оставались тёмно-красными, но жажда убийства не могла быть прочитана в них. Вместо этого, они придавали ей очень экзотическую внешность, которая вместе с таинственной и благородной аурой из Лисьей вуали, что делала Рэйвен ещё более сказочной, чем она была в её традиционной одежде, в Небесном Городе.

Сталь блеснула в её левой руке, и по её жемчужно-белой коже правой ноги потекли две маленькие струйки крови. Буквально через секунду волк поднял свою пушистую голову и принюхался.

С тихим рычанием он вскочил на ноги и начал двигаться в сторону Рейвен.

Рейвен подождала. Как только волк оказался достаточно близко, он замешкался лишь на мгновение, прежде чем бросился на хилого человека, которого он "нашёл". С паническим визгом Рейвен увернулась в последний момент, но одна из лап задела её, в результате чего три длинных царапины появились на её ноге.

Со всех ног Рейвен, словно бы в панике, судорожно побежала обратно к группе бандитов. На каждом шагу она оглядывалась, чтобы убедиться, что волк не остаёт, и она не предпринимала никаких попыток, чтобы избежать низко висящих ветвей, которые рвали на ней одежду, когда она бежала. Разумеется, через пару секунд она увидела слабое свечение костра и услышала весёлый смех занятых едой людей.

- Похоже, у нас компания! - Рэйвен узнала голос Рифлмана.

Рэйвен начала тяжело дышать, и, разумеется, спиритуалисты услышали, как она бежит довольно далеко.

- Помогите! - Рэйвен вскрикнула в ужасе перед тем, как она ворвалась на поляну.

Она бросилась на землю и повернулась как раз вовремя, чтобы голодный волк бросился на неё.

- Ай! - она взвизгнула и закрыла глаза плотно, как будто в страхе грядущего, но, как она подозревала, оно не пришло.

Медленно, она открыла глаза, и посмотрела вокруг в "шоке". У её ног лежал волк со рваной раной на его животе, а рядом стоял его убийца, сам Рифлман.

Огромное облегчение затопило её бледное лицо и слёзы наполнили её глаза. С громким всхлипом она бросилась на мужчину, схватила его за мантию, и разрыдалась.

- Спасибо... спасибо! - её голос был мягким и нежным. Даже если у неё не было очарования взрослой женщины, она была красива, что показало большой потенциал на будущее. Для таких грубых людей, как эти, это было как мёд для пчелы.

Рифлман уставился на хилую, маленькую девочку, что цеплялась за него с изумлением - он не ожидал, что её реакция будет такой сильной. Но, когда он подумал об этом, всё стало проясняться; девушке в его руках было, возможно, семь или восемь лет и он не сомневался, что это было что-то очень новое и страшное. Судя по её одежде, она была дочерью дворянина, которая была похищена, но ей удалось спастись - конечно, она будет цепляться за ту надежду, которую ей дали.

Жаль, что это была ложная надежда.

И всё же, когда он собирался посадить девушку в клетку, другая мысль поразила его. Эта девушка ведь будет относиться к нему, как Богом данному Спасителю целую вечность, так что если он воспользуется этим правом? Если он мог заставить её почувствовать себя в безопасности, то он может получить в своё личное удовольствие рабыню; девушка многое может сделать за такую вещь...

Жадность и похоть заполнила его лицо. Он не колебался дальше. Сильными руками он подхватил девочку и перенёс её поближе к огню.

- Принесите ей одеяло и миску с едой! - Рифлман рявкнул, прежде чем он сел и сосредоточился на девушке, дрожащей в его руках.

В танцующем свете от огня, он осмотрел плачущую Рэйвен более внимательно. Её кожа была жемчужно-белой без каких-либо огрехов, помимо трёх неглубокий порезов на ногах, а её волосы были мягкими и шелковистыми и выглядели, как ночное небо - чёрные, но с намёком на нечто большее.

- Тихо, тихо... - он ворковал, пока укачивал ребёнка: - Всё хорошо...

Его экипаж смотрел на, казалось бы, мягкосердечного человека у костра - это был не капитан, которого они знали! Тандер была первой, кто понял это; она фыркнула, но пошла, чтобы принести миску рагу. Она зло подмигнула своей сестре, которая спохватилась и, в свою очередь, собрала одеяло.

Вместе, они подошли к огню, с такими нежными взглядами, какие они только могли сделать.

- Вот, дитя, съешь немного и ты почувствуешь себя лучше! - Тандер вручила миску теперь сопливой Рэйвен.

- Бедняжка, ты замёрзла! - Мэгпай быстро обернула Рэйвен и Рифлмана в одеяло.

Молодое тело Рейвен прижалось ещё ближе к человеку, все ещё держащему её.

- Они серьёзно? Какой идиот, даже ребёнок клюнет на их вшивые действия? - спросил Хацин, которого всё больше и больше воротило от этих людей.

В этот момент волна понимания пронеслась над группой бандитов. Похоть наполнила их глаза и некоторые даже подмигнули друг другу, прежде чем делать вульгарные жесты в сторону Рэйвен; она не могла видеть их непосредственно изнутри объятий Рифлмана, но в этом её чувства были настолько хороши, что она могла легко сказать, что они делали в любом случае.

- Как оригинально... - подумала она про себя.

Внешне, однако, она схватила миску трясущимися руками, глядя на Рифлмана крупными глазами, с поклонением.

- Вы... так добры ко мне... никто не был так добр ко мне, с тех пор... с тех пор как... моя семья у.. умер... - её голос сорвался и снова полились слёзы, падая в миску с едой.

Когда Рэйвен посмотрела на Рифлмана её экзотическими красными глазами, дрожь пробежала по его телу и забилась в пах. Эти глаза! Там была непостижимая глубина, что, казалось, поглотила его. Он чувствовал, будто она умоляла его сожрать её...

Он не знал, что это чувство на самом деле исходило от Рэйвен. От её ненормальной, но хорошо контролируемой жажды убийства - красный цвет её глаз с жаждой убийства в её душе, давало им ощущение огромной глубины.

Рифлман прокашлялся и слегка восстановил своё дыхание: - Не нужно плакать! Независимо от того, откуда ты пришла, здесь у тебя будет новый дом, с нами.

Рэйвен остановилась и нерешительно посмотрела на человека, держащего её.

- Правда? - её голос был мягким, как летний дождь.

Стрелок ещё раз поёжился и намёк на страсть появился в его лице.

- Конечно! Ведь так? - крикнул он.

- Конечно! - люди вокруг него рассмеялись, но они были больше похожи на стаю голодных волков, чем на гостеприимную семью.

Время для coup de grâce - Рэйвен ухмыльнулась про себя.

[coup de grâce - удар милосердия, добивание смертельно раненого врага, чтобы тот не мучался - п.п.]

- Спасибо! - бросив наполовину опустошённую миску на землю, она вернула объятия Рифлману с неожиданной силой, прижимая плотно её крошечное тело к нему. Рейвен ясно ощутила, как его возбуждённый член тыкает её сквозь одежду, но она мастерски спрятала своё отвращение.

- Ах... - зрачки Рифлмана расширились. Он подумал, что дождаться, пока она вырастет, будет немного сложно, и, возможно, ненужно...

- Девочка, как тебя зовут? - его голос стал немного хриплым.

- Рэйвен! - радостно ответила она. Это было достаточно распространённое имя в Небесной Империи, используемое как для девочек, так и мальчиков, так что она почувствовала, что нет необходимости менять его.

- Ну, маленькая Рейвен, ты можешь остаться с нами! ...но в нашей семье каждый должен вносить свою лепту. Мы живём в дикой природе, поэтому мы не можем кормить людей, которые не приносят пользы. Ты ведь понимаешь, да? - он оттолкнул её от себя немного, и осмотрел её тело.

Краткая вспышка гнева уже было мелькнуло на лице Рэйвен, когда Рифлман назвал её 'маленькой Рэйвен', но она скрыла это, прежде чем кто-нибудь успел это заметить. Вместо этого она наклонила голову в сторону, и посмотрела со страхом на её "Спасителя".

- Я не очень сильна... - сказала она низким голосом. Казалось, она боялась, что они заберут свои слова о позволении ей остаться назад.

- О, не беспокойся об этом! - Рифлман спустил Рэйвен с его рук и посадил перед ним: - Я уверен, что есть другие вещи, в которых ты сможешь внести свой вклад...

Он протянул руку и попробовал погладить её бедра.

- Убери руки от моей сестры, ты, развратный урод! - Хацин практически рявкнул в кольце, но только Рэйвен могла услышать его.

Рэйвен притворилась равнодушной к прикосновениям Рифлмана и вместо этого выглядела так, будто она продолжала размышлять над тем, что она может сделать для группы. Внезапно она засветилась, как солнце.

- Я знаю, я умею петь! Мама всегда говорила мне, что у меня голос на вес золота! - она блестяще улыбнулся.

Все в лагере удивлённо заморгали и уставились на маленькую девочку у костра. Какая чистая наивность! Почти сразу они все начали истерично смеяться.

- Эй! Это правда! - Рэйвен надулась и топнула босой ногой по земле в знак протеста.

- Ха-ха-ха, очень хорошо! Давайте послушаем этот золотой голос и увидим, достаточным ли будет этот вклад! - Рифлман засмеялся и шлёпнул по коленям, прежде чем он перевёл взгляд на своих людей. Он улыбнулся и кивнул Рэйвен, чтобы показать ей, что она моет начать. Про себя он решил, что он будет послушает песню, а потом просто скажет ей, что она недостаточно хороша, и ей придётся трудиться более... интересно.

У Рейвен с другой стороны были совершенно другие планы.

Она встала перед костром и медленно раскачиваясь из стороны в сторону, начала напевать мелодию Сумеречной Колыбельной, но это пока была просто мелодия, без активации Божественного мастерства. Осторожно она начала вплетать её духовную суть в мелодию. Когда она начала это делать, группа вокруг неё, казалось, немного успокоилась, а некоторые даже сели вокруг костра, чтобы слушать более внимательно - им стало казаться, что у Рэйвен на самом деле просто золотой голос.

Когда её духовная сущность уже полностью слилась с её голосом, Рэйвен оглядела поляну, чтобы убедиться, что никто не успел заметить. Только после этого она открыла рот и начала петь первые строчки Сумеречной Колыбельной:

О, господин мой, где же ты скитаешься?

Когда первые слова разнеслись вокруг, она позволила Сумеречной Колыбельной развернуться в полную силу; её голос мгновенно приобрёл очарование и грацию, и грустная песня любви распространилась по всему ближайшему лесу.

Лес вокруг них окутала гробовая тишина; все существа, услышавшие пение Рэйвен, остановились, что бы они не делали, чтобы послушать и даже несколько птиц, что пели вдали, остановились, чтобы не обидеть отличный голос.

На полянке, бандиты - мужчины и женщины - сидели на земле с отупевшими выражениями на лицах. В их глазах мир стал туманным, и они чувствовали себя так, будто ничего другого, кроме этого пения не осталось в мире, и отныне единственное, что сможет принести им удовольствие - это это пение.

В своей шипастой клетке, маленький белый магический зверь устало поднял свою голову, даже ему, казалось, полегчало.

Стой и слушай; скоро ты с любовью повстречаешься...

Рэйвен наблюдала за бандитами вокруг нее, пока пела. Когда она стала уверена, что Колыбельная уже влияет, острый кинжал оказался в её руке. Без колебаний она проигнорировала троих не спиритуалистов и быстро подошла к спиритуалисту самого низкого уровня в группе и полоснула его по горлу.

Даже когда жизнь покидала его, человек не выходил из оцепенения. Заметив это, Рэйвен одобрительно кивнула и продолжила её "быстрый обход" лагеря.

Что может петь и низко, и высоко...

Начиная с того момента, как горло первого было пронзено кинжалом Рэйвен, и прежде чем она даже закончила первый куплет Сумеречной Колыбельной все новички-спиритуалисты попрощались и жизнью.

Знает каждый мудрец и каждый сын поймёт…

Когда Рэйвен спела последнюю строчку первого куплета, она окинула взглядом лагерь. В живых остались только пять человек, три не-спиритуалиста, но те, кого Рэйвен немного боялась - другие двое, адепты духа. Одной была Тандер, Адепт низкого уровня, как и Рэйвен, а другой среднего уровня Адепт, Рифлман. Рэйвен знала, что, пока человек имеет более низкий уровень саморазвития, чем у неё, Сумеречная Колыбельная будет держать их в полной отключке, даже когда они умирают, пока не иссякнет духовная суть контролирующая Божественное мастерство. Однако, если они на одном уровне или сильнее её, Рейвен не была так уверена.

Что есть любовь на самом деле?

Тем не менее она не колебалась долго. Она подошла к Тандер, которая слегка покачивались в ритм песни. Движениями, настолько быстрыми, что Хацин едва заметил их, Рэйвен перерезала ей горло, а затем ударила кинжалом глубоко в её живот, пронзив духовное ядро.

Услышать счастья громкий смех...

Внезапная боль вырвала Тандер из оцепенения, и, когда она увидела маленькую девочку, стоящую над ней, страх наполнил её существо; она попыталась пошевелить её духовную сущность, но ничего не произошло. Она открыла губы, чтобы сказать что-то, но Рэйвен прижала окровавленный палец к губам, качая головой.

Когда и в будущем ты не уверен...

На половине последнего куплета, жизнь Тандер оставила её. Рэйвен удостоверилась в её смерти, а затем уверенно подошла к её последней цели с удовлетворённой улыбкой на лице. Она могла бы мгновенно убить Тандер, просто ударив ей в глаз, но Рэйвен должна была знать границы своего мастерства и не могла упустить такую возможность впустую. Кроме того, мирная смерть для всех этих бандитов - слишком роскошная расплата за все их грехи...

Хацин наблюдал за сестрой в молчании. Он не смел сейчас нарушить её концентрацию, но он также удивлялся и ему слегка претило то спокойствие и лёгкость, с которой Рэйвен убивает людей перед ней. Он знал, что они это заслужили, но, кроме тех двух скотов, что Рэйвен убила в целях самообороны раньше, Хацин никогда не видел, как кого-то убивают раньше. Это было слишком много для десятилетнего мальчика.

И об обмане только слышал...

Теперь Рейвен стоял между костром и лидером команды, Рифлманом.

И я пойму, что без тебя не выдержу мгновенья...

Небольшой кинжал сверкнул в руке Рэйвен, стремительно рассекая ему горло, а затем последовал колющий удар в живот.

Так сложно молодому сердцу в руках себя держать…

Когда Рэйвен допела последние слова песни, глаза Рифлмана сверкнули; несмотря на смертельное ранение, он быстро понял, что произошло. Не заморачиваясь травмами, он гневно размахнулся рукой в полную силу. Но Рэйвен только улыбнулась и подняла руку, чтобы поймать его удар, хотя Рэйвен истощила большую часть своей духовной сущности, её по-прежнему было намного больше, чем у Рифлмана, чьё духовное ядро разрушалось.

Рэйвен остановила его удар, будто это он был ребёнком и придавила его к земле. Её кинжал уперся в его яйца, а она прошептала ему в ухо:

- Дорогой спаситель, этому "парнишке", кажется, я очень понравилась, - она надавила ещё сильнее: - Позволь мне взять его с собой!

В ужасе, мужчина попытался вырваться на свободу, но он ничего не мог сделать; взмахнув рукой, Рейвен кастрировала Рифлмана. Ужасная боль заставила бы его заорать, но было слышно только мягкое журчание крови, вытекающей из зияющей раны в шее.

- М-да. Ничего впечатляющего. - Рэйвен едва взглянула на кусочек плоти, который она держала в руке, после чего бросила это в огонь.

- Образцовая зачистка, если спросите меня. - она смотрела на умирающего босса бандитов с явным пренебрежением.

- Ты...! - испуганный крик вдруг раздался в лагере.

Рейвен подняла голову. Три не спиритуалиста наконец, пришли в себя и обрели свои чувства теперь, когда Рейвен перестала петь. Они смотрели на маленькую девочку, стоящую посреди побоища, как если бы она была исчадием ада.

Рэйвен улыбнулась милой улыбкой и медленно зашагала к ним. Она больше не скрывала её жажды убийства, и немного красной дымки поднималось с поверхности кожи, и кружилось вокруг неё, когда она приблизилась к трём мужчинам.

- Не... не подходи ближе! - они запричитали и пытались было бежать назад, но в один миг Рэйвен исчезла и появилась за их спинами.

- Не нужно так спешить! - она улыбнулась и сказала добрым голосом.

Когда дрожащие мужчины обратились к ней лицом и их глаза встретились с её, лучи красного сверкнули из глаз Рэйвен и словно пронзили их сознание. Вдруг, перед их глазами проплыли сцены ужасных видений о смерти от рук Рэйвен.

Хотя они не были спиритуалистами, но они, на удивление, обладали кристаллизованной душой - видимо, Рифлман был требователен к тем, кто может присоединиться к его команде - но, к сожалению, эти души были очень слабыми. Под огромным давлением жажды убийства Рэйвен, трещины появились в пределах призмы души, грозя разорвать их полностью.

- Бегите, как скот, и знайте, что Черная Рэйвен запрещает таким людям, как вы, входить в эти леса!

Голос Рейвен был слит с её духовной сущностью, и вдобавок переплетался с её жаждой убийства. Когда она говорила, трещины превратились в щели и истерия появилась на лицах трёх мужчин.

- Чёрная... Чёрная Рэйвен... запрещает... смерть... кровь! - мужчины начали неистово бормотать, их тела изрядно тряслись.

- Валите отсюда! - приказала Рэйвен.

Мужчины взвизгнули и побежали в темноту так быстро, как только могли их нести ноги.

Рэйвен вздохнула и посмотрела на поляну. Когда её взгляд упал на клетку с белым маленьким зверем, выражение её лица смягчилось. Рэйвен позволила её жажде убийства исчезнуть, её глаза вновь вернулись к обычному зелёному, прежде чем она осторожно подошла к клетке.

Маленькое существо смотрело на неё бесстрашными глазами. Он казался довольным, как будто его не волновало, что будет с ним теперь, когда все его мучители были мертвы.

- А ты умный, не так ли? - Рэйвен наблюдала за спокойным животным с удивлением.

- Ну, одно захваченное существо не будет враждовать с другим таким же. - говоря так, она, повозившись пару минут, открыла клетку. - Нет, беги. Без сомнения, у тебя есть другое место, которое ты называешь домом...

Рейвен улыбнулась тёплой улыбкой и распахнула дверь клетки. Зверь замешкался только на мгновение, прежде чем осторожно вышел из тесной клетки. Оказавшись снаружи, он долго смотрел на Рейвен. Наконец, он нежно лизнул её руку, а потом прыгнул в противоположную сторону от той, куда три мужчины убежали раньше.

Рейвен смотрела за существо.

- Странно, я не узнала, кто это...

Учитывая всё прочитанное Рэйвен о магических зверях, это было довольно странно.

Пожав плечами, Рэйвен развернулась и покинула лагерь. Она не была заинтересована в разграблении этих бандитов, а кровь рано или поздно привлечет жищников. У Рэйвен не осталось духовной сути, чтобы иметь дело с такими существами, и она хотела уйти прежде, чем они придут. Но, когда она собиралась войти в лес, что-то привлекло её внимание, не слишком далеко от шипастой клетки.

Это была пара металлических браслетов со сложной резьбой на них. Когда Рэйвен подошла ближе и подняла их вверх, она была поражена их весом; каждый браслет, наверное, весил около десяти килограммов. Изучив их ближе, глаза Рэйвена вспыхнули признанием, и она тут же уколола палец, чтобы капли крови упали на них. Они засветились и впитали капли крови, как если бы они были дождём в пустыне.

Это будет удобно! Она убрала их в пространственное кольцо, прежде чем она исчезла в ночи.

---------

Полтора дня спустя, Рэйвен подошла к краю Великого леса. Сейчас она сидела в небольшой пещере у подножия горы. Пещера, или, точнее, вмятина в горной стене - смотрела прямо на бирюзовое озеро, образованное небольшими ручейками воды, стекающими с горы. В воздухе был лёгкий, но вполне ощутимый запах серы, намекая на то, что горы были вулканического происхождения.

Она уже давно сместила её мышцы, и Лисью вуаль, вернувшись к мужскому альтер-эго.

Рэйвен вздохнула и посмотрела на фиолетовое кольцо на её пальце. Хацин не сказал ни слова с тех пор, как они покинули лагерь бандитов. Она не пыталась тормошить его, зная, что это должно быть слишком много для её брата, чтобы принять всё это сразу.

- Брат? - тихо позвала она.

Когда ответа не последовало, Рэйвен вздохнула ещё раз и собралась извлечь два браслета из пространственного кольца. Но как только она собралась использовать её духовную сущность, чтобы активировать их, Хацин, наконец, заговорил:

- Ты была бессердечна там...

Рэйвен замерла:

- Ты хотел, чтобы я поступила иначе?

- Они умерли, не имея даже шанса защитить себя! Сестра, ты резала их, как овец! - голос Хацина истерически повысился.

- Значит, ты хотел, чтобы я пощадила их жизни, только напугала их немного, а затем отпустила, как и последних трёх? - её голос был бесцветным - ни защищающимся, ни обвиняющим.

- Нет! Конечно, нет, но это было не более чем обычная резня! Вряд ли поведение дворянства позволяет...

- Нет благородства в смерти, Хацин. - Рэйвен прервала брата: - Если ты собираешься кого-то убить, сделай это максимально быстро и эффективно, как ты можешь. Давать противнику так называемый шанс есть ничто иное, как обычная глупость.

- Но...

- Никаких "но", брат. Ты сам предположил, что я должна проскользнуть, пока они уснут, и перерезать им глотки - я так и сделала, просто немного проще.

Хацин замялся.

- Согласен, но я не думал...

- Что никто не сможет устоять? - голос Рейвен оставался плоским и безэмоциональным: - Ты бы чувствовал себя лучше, если бы я оказалась втянута в борьбу не на жизнь, а на смерть с оставшимися спиритуалистами?

- ...нет.

Хацин промолчал, и Рэйвен не торопилась заполнить тишину. Вместо этого, она закрыла глаза и ждала.

- Прости, сестра, - примерно через двадцать минут Хацин, наконец, снова заговорил: - Я был неправ.

Рейвен сделала глубокий вдох:

- Всё хорошо, большой брат. Я знаю, что это сложно принять...

Тишина вновь опустилась, и Рэйвен как раз собиралась вернуть её внимание к двум браслетам, когда Хацин заговорил вновь:

- Ты уверена, что у тебя нет каких-либо чётких воспоминаний о своей прошлой жизни? Эти бандиты должны были быть первыми людьми, которых моя сестра убила в этой жизни - почему же ты так спокойна?

Руки Рейвен замерли. Она вспомнила о её первом реальном убийстве в тёмном складе давным-давно...

Руки Рейвен замерли. Она вспомнила о её первом реальном убийстве в тёмном складе давным-давно...

-----

Резкий запах пороха заполнил склад и ударил в мой нос, а затем и металлический привкус крови.

После устранения своих целей, большинство детей стали бледными, некоторых даже стошнило, но я смотрела только на того человека, которого я застрелила. Вариант "он или я" повторялся в моей голове снова и снова. Я прикусила язык, чтобы тошнота отступила - это сработало, но вкус крови наполнил мой рот...

На следующий день я прибыла в "лагерь". Я лежала на узкой кровати, которую я хотела бы разделить с другой девушкой. Она была меньше и казалась ещё более хрупкой, чем я была; её кожа была белая, как снег, волосы казались копной золота. Очевидно, она пришла из Северной страны. Когда наступила ночь, мы заползли в нашу постель и начали плакать. Мы обнялись, и я не могу выразить словами, насколько я оценила, что я была не одна в ту ночь...

После этого, девушка и я чувствовали влечение друг к другу - такое, какое может быть только у детей в сложной ситуации; наши линии жизни словно бы переплелись, и мы заставляли себя проходить через изнурительный режим тренировок раз за разом, чтобы защитить эту связь. Каждый раз, когда мы получали приказ убить очередного человека, мы проводили ночь вместе, плача, но с течением времени наши сопли стали менее интенсивными.

Однажды, примерно два года спустя, инструктор Союза построил всех детей на улице и без обидняков сообщил нам, что мы переросли наши кровати: - С сегодняшнего дня, только один ребёнок в кровати, и никто не меняет своих кроватей.

Инструктор не сказал больше. Ему и не нужно было, мы всё поняли сразу; половина из нас не осталась бы жива, если бы не умели понимать. Реакции детей-убийц были разнообразны, но я и моя мрачная приятель по кровати просто посмотрели друг на друга. Наши глаза встретились, но чувства обиды не было в её глазах, и я подозреваю, что мои были такими же. Молча, мы кивнули друг другу, и приняли наши судьбы.

Это он или мне, или ей... - думала я.

В ту ночь я не плакала.

---------

- Сестра?

Обеспокоенный голос Хацина перенёс Рейвен обратно в её нынешнюю жизнь. Жизнь четырёхлетней девочки-массовой убийцы...

- Ой, извини, - Рейвен покачала головой и улыбнулась извиняющейся улыбкой: - Я пыталась вспомнить...

- Ничего?

- Нет. Правда, нет... Но я поняла, что я представляю, что люди, которых я планирую убить - это не более, чем животные - и нет проблемы в убийстве их, не так ли? Особенно после того, что мы видели - представить их в виде животных легче лёгкого...

- Хммм, наверное, да. Но, я не уверен, что смог бы сделать это.

- Если бы тебе было нужно - ты бы смог. - Рейвен спокойно улыбнулась и начала снова возиться с двумя браслетами.

- Тогда почему ты позволила троим из них уйти?

- Я хотела, чтобы они были предостережением для других бандитов в округе. Ты помнишь историю Вебиллла великого и его смерти?

- Ты имеешь в виду историю легендарного спиритуалиста? Если я правильно помню, он был, наконец, убит огромный магическим зверем в виде чёрного ворона... ой! (Рейвен - ворон на английском, а она назвалась Чёрной Рэйвен - чёрным вороном - п.п.)

- Если им удастся достигнуть деревни, их разглагольствования полусумасшедших будут заставлять людей думать, что легендарный Чёрный Ворон вернулся на наши земли. Даже если им удастся сказать, что маленькая девочка сделала всё это, никто не поверит им. Надеюсь, это будет отпугивать других бандитов, слишком свободно разгуливающих здесь.

- Впечатляет... - голос Хацина действительно звучал, как будто он очень впечатлён. - Понимать, что жажда убийства могла настолько повредить чей-то ум... страшно.

- Я не уверена, что это была только жажда убийства... - Рейвен задумчиво проговорила. - Я не знаю точно, но я думаю, это потому, что моя жажда убийства слилась с моей духовной сущностью. Я не могу избавиться от ощущения, что если мне удастся улучшить это слияние, то результаты будут ещё более разрушительными...

- Ха-ха, если бы я не знал лучше, я бы сказал, что ты наткнулась на новое Божественное мастерство! - Хацин пошутил.

Рейвен подняла бровь: - Возможно ли это? Действительно, это было довольно близко к Сумеречной Колыбельной... Хм, надо будет поэкспериментировать с этим немного больше.

С двумя маленькими щелчками, Рейвен зацепила два браслета на её лодыжках и вытянула ноги.

- Подожди, ты на самом деле будешь ограничивать сама себя?! Я думал, ты забрала их, чтобы иметь возможность использовать их на ком-то другом.

Рейвен прислонилась к горной стене. Хацин был удивлен; два браслета, которые Рейвен защёлкнула на её ногах, на самом деле назывались духовными ограничителями, и, как правило, использовались для временного обезвреживания спиритуалистов и магических зверей. Путём связывания их кровью, владелец может выбрать, какую часть сил можно подавить. Другими словами, Адепт низкого уровня может полностью подавить совершенствующихся того же уровня или ниже, но только удалить основу для тех, кто имеет более высокий уровень. То есть, Адепт высокого дух Адепт, это всё равно минимум треть их сил, но уже на низкого уровня Чемпиона особо не подействует.

- Эти ограничители - действительно именно то, что мне нужно. Пока я на воле, я сдержу своё развитие максимально, и буду просто использовать их, как дополнительные веса при тренировках. Но как только я снова выйду на контакт с людьми, я смогу изменить, как надо. Когда я достигну Небесной академии, я не хочу показать свою полную силу, и эти ограничители будут очень кстати.

- Почему ты не хочешь раскрыть свою полную силу?

- Мы не знаем, кто против нас, и я бы предпочла не позволить им узнать обо мне, прежде чем я узнаю всё о них.

- Ты говорила, чтобы я не злорадствовал по поводу внешности, но как тогда люди поймут, какая ты выдающаяся? - нотка разочарования послышалась в голосе Хацина.

- Ха-ха, не волнуйся, брат - твоей младшей сестре по за глаза хватит выдающегося...

Всё ещё смеясь, Рейвен достала свёрток ткани из её кольца и сделала кровать для себя.

- Завтра мы начнём последний переход через горы, прежде чем достигнем границы. Нам придётся подняться довольно высоко в этот раз, - Рейвен скорчилась под одеялом и закрыла глаза. - Так что будем надеяться, что у тебя есть хотя бы иммунитет к холоду в этом кольце...

- Будет слишком несправедливо, если это не так... - промямлил Хацин.

На высокой горной вершине стояла маленькая фигурка, почти полтора метра высотой, завёрнутая в несколько слоев темных плащей. Несмотря на сезон и летнее время, снег лежал толстым слоем на этих высотах, и жёсткий, холодный ветер заставлял снег кружиться вокруг фигуры.

Местность была пустынной, не было видно ни одного живого существа, за исключением небольшого силуэта, который смотрел вниз на горный перевал. Далеко внизу, где воздух был мягче и снег не властвовал, можно было видеть небольшой город, расположенный глубоко в долине.

Это был пограничный город, называемый Врата Найтингейл, который эффективно блокировал вход в единственный безопасный участок пересечения между префектурой Найтингейл и префектурой Рок Рен. На другой стороне перевала был почти зеркальный городок, под названием Врата Рок Рен, и, если вы проходили свой путь пешком, у вас не было другого выбора, кроме как пройти через оба этих города.

Маленькая фигурка подняла голову и посмотрела на горные хребты по обе стороны от города. Крутые стены гор неумолимо тянулись к небу - один хребет направлялся на север, другой - на юг и практически никакой растительности не удавалось вырастить на них.

Внезапно, необычайно сильный ветер пронёсся над заснеженной горной вершиной, схватив, словно руками, за плащ, который закрывал одинокую фигуру. Ткань на ветру шумно захлопала, на секунду показав жемчужно-белое лицо юноши.

Лицо было холодным и жёстким, но, тем не менее, очень красивым. Это было довольно женственное лицо, но настоящий пол подростка было трудно определить; по внешности это будет, скорее, девушка, но было что-то такое, что заставило бы вас усомниться. Возможно, это был мираж, вызванный подростковым возрастом, или, возможно, это были два тёмно-красных глаза, которые, казалось, слишком холодны, слишком суровы, чтобы принадлежать девушке. Или ребёнка, если на то пошло. Дрожа, юноша стал собирать ткань в подобие тёплой накидки.

- Кажется, у нас действительно нет выбора, кроме как пройти через врата двух городов... - голос Рейвен звучал немного недовольно.

- Ты беспокоишься, как бы тебя не узнали? - в голове Рейвен услышал вопрос брата так же ясно, как если бы он стоял рядом с ней.

- Нет, но я должна заплатить пошлину, чтобы пройти. Даже если это не так много денег, этого может быть достаточно, чтобы привлечь внимание - приграничные города неспокойные...

Пограничные города были расположены вдали от других городов и многие бандиты и наёмники тянулись туда, чтобы воспользоваться теми, кто был слишком беден, чтобы летать, но всё же достаточно богат, чтобы путешествовать.

Обе группы работали в странном симбиозе - бандиты грабили людей, которые, в свою очередь, нанимали наёмников, чтобы защитить их. Наёмники знали, что они не будут нужны, если не будет бандитов, так что они, как правило, легко находили грабителей и просто отпугивали их подальше на день-два.

- Мне придется найти какое-то прикрытие, если я хочу пройти незаметно...

Бросив последний взгляд на горы, Рейвен повернулась и зашагала извилистым спуском к долине; даже если первый город был виден оттуда, где Рейвен стояла секунду назад, потребуется около четырёх дней, чтобы добраться туда.

---------

Рейвен неверящим взглядом сверлила огромные стены, которые окружали первый пограничный городок. Там, прямо над входом - высеченные в камне, который был немного светлее, чем окружающие камни, очевидно, из-за того, что он новый - были три слова: Врата Блэк Тэйлон.

Рейвен стоял на обочине дороги без движения. Казалось она просто застыла от холода, чего с ней не случилось даже на ледяной горной вершине.

Я знала, что они изменят название префектуры, но сделать это так быстро и тщательно...

Прошло уже почти четыре месяца с тех пор, как Рейвен покинула город Белой Воды в центре префектуры. Траур по Рейвен и её семье только недавно закончился, а они уже принялись уничтожать любую память о семье Найтингейл.

- Разве они не боятся, что кто-нибудь сочтёт это подозрительным, что они действуют так быстро? - горький голос Хацина нарушил молчание Рейвен.

- Не обязательно. Насколько им известно, все участвующие в инциденте, которые выступали против них, мертвы - даже если они боятся, что Айви выжила, хоть и была смертельно ранена - кто будет верить горничной? - Рейвен прикрыла рот и говорила тихо, чтобы не привлечь внимание к её "одностороннему" разговору.

- Но они так неуважительно относятся к нашей семье и клану! Неужели императрица Нене не расстроится?

Глаза Рейвен стали влажными, и она несколько раз вздохнула, прежде чем заговорила убитым горем голосом: - О-о-о, всемилостивая императрица! Я вне себя от горя из-за смерти моего брата! Я понимаю, что я единственная наследница, но всё здесь постоянно напоминает о его кончине... - голос Рейвен сорвался: - Я... Я не могу... - одинокая слеза скатилась по её левой щеке.

Хацин потрясённо вздохнул, а Рейвен снова стала спокойной.

- Тётя явно много практиковалась. Она сможет убедить их... - красные глаза Рейвен блеснули: - Но они получат по заслугам в своё время.

В кольце Хацин вздрогнул. С тех пор, как они оставили небольшую пещеру на берегу озера два месяца назад, его сестра почти постоянно пыталась полностью слить её жажду убийства с её духовной сущностью в надежде получить новые идеи, чтобы объяснить всё, что она чувствовала в ту ночь. Медленно, она преуспевала в слиянии, но как следствие глаза Рейвен практически стали постоянно красными. Хотя жажды убийства сейчас не было в них, там были очень холодные блики, что может заставить вас чувствовать дрожь. Он почти - но только почти - чувствовал жалость к клану Тэйлон и их пособникам - она, несомненно, заставит их очень сильно страдать.

- Кстати, императрица ведь поверит тебе, верно? Ты можешь показать ей шар воспоминаний, который оставила Айви! - Хацин спросил, немного подумав.

- Сложно сказать... мне только четыре, если ты помнишь, и вряд ли на меня будут рассчитывать как на надёжного свидетеля. Шара может быть достаточно, чтобы убедить императрицу Нене, или, по крайней мере, заставить её быть предусмотрительнее, но это, скорее всего, не будет достаточно для нее, чтобы действовать против Тэйлона. Ведь они могут заявить, что шар является сфальсифицированным.

- Но стоит хотя бы попробовать, правда?

- Может быть... - голос Рейвен затих. Она думала об императрице. Её помощь была бы очень кстати, но Рейвен вспомнила о письме Айви; очевидно, Тэйлон в одиночку не смогли бы захватить власть над префектурой. Они нуждались в помощи из другой Империи и Рейвен с трудом верилось, что они будут делать это только ради того, чтобы лордом префектуры стал Тэйлон. Должно быть нечто больше, чем это.

Однако, сейчас Рейвен ничего не могла с этим поделать. Не желая смотреть на резьбу с названием ненавистного клана дальше, Рейвен сделала глубокий вдох и вошла в город. Была середина дня, и было много людей, слоняющихся по улицам. Она исчезла в толпе и следовала за толпой по самым густонаселенным улицам, по пути приметив несколько кафе и ресторанов. На улице было довольно много магазинов и гильдий.

- Это место действительно намного живее, чем город Белой Воды, - заметил Хацин.

- И много громче... - пробурчала Рейвен и посмотрела направо.

- Да?

- Сейчас увидишь, - Рейвен спокойно пошла по дороге, ведущей направо.

Когда Рейвен обогнул угол, громкий грохот и шум раздался в одном из зданий, после чего последовал ор нескольких уязвлённых мужчин. Беспечно, Рейвен облокотилась на фонарный столб и начала отсчёт: 3... 2... 1...

*Хрясь!*

Деревянные двери ближайшего ресторана разлетелись на тысячу кусков, когда громадная фигура вылетела через них и врезалась в противоположную каменную стену. Рейвен подняла бровь и одобрительно присвистнула, когда гигант отряхнулся от мусора, как будто это была пыль и потопал обратно к ресторану - ростом он был более двух метров и имел телосложение маленького великана. Судя по всему, ему было около тридцати.

- Хог, старый хрыч! Брось свои дешёвые фокусы, мудак ты старый!

На улице большинство людей игнорировали переполох, как будто это была капля воды в озере - совершенно очевидно, что такое происходило здесь постоянно. Некоторые люди, как Рейвен, ухмыльнулись и подошли ближе, чтобы они могли видеть, что происходит в здании через разбитые двери, надеясь немного развлечься.

Внутри, драка была в самом разгаре. Гигант стоял спина к спине со смуглым человеком, наверное, лет пятидесяти, в мантии учёного, а вокруг них бушевала драка, где все дрались друг с другом, используя кулаки, столы и стулья. Даже если Врата были достаточно беззаконным местом, посетители знали, что пойти на убийство в пределах городских стен - не самая умная идея. Поэтому они воздерживались от применения любого реального оружия.

- Ха-ха, нет ничего более весёлого, чем хорошая драка! - Рейвен негромко рассмеялась, когда смотрела на этот хаос с дьявольской искрой в глазах.

- Сестра? Я думал, что ты не одобряешь поведения бандитов...

- О, я знаю, но драка в баре - это довольно безобидно. Ты же не видишь детей или других беззащитных невинных людей в баре, верно? Иногда, вместо аргументов можно использовать кулаки.

Она до сих пор помнила драку, в лидирующем казино много лет назад, когда она была убийцей. Часть его была запланирована, как прикрытие для убийств местного наркобарона. Рейвен очень понравилось абсолютное безумие, что царило среди дерущихся. В один прекрасный момент, Рейвен даже выручила маленькую, скукоженную, старую леди, которая стучала высокого члена мафии по голове кошелём для монет. Рейвен хихикнула, когда она вспомнила отсутствующее выражение парня, пока он падал в беспамятстве на пол.

- Серьёзно сестра, я начинаю сомневаться, действительно ли ты не мальчик... Ну какая девушка в здравом уме будет смеяться над дракой?

Рэйвен только закатила глаза и продолжила наблюдать за нарастающей борьбой.

- Твою мать, Хог! Прекрати петлять, как баба, и прими мой удар, как мужик! - взревел великан и замахнулся своим огромным кулаком в сторону рыжего мужчины, который просто обошёл его руку со спокойным выражением на его лице.

- Твиг, не показывает ли, кто из нас мужик, когда ты даже не можешь прикоснуться ко мне? - Хог тоже протянул руку и легко шлёпнул гиганта по ягодице, когда проходил мимо него: - Детей надо шлёпать, чтобы они знали своё место!

- Мне 32, козёл! - гигант, которого он назвал Твиг, проревел и замахнулся на своего противника ещё раз.

- Большого зовут Твиг, а тощего парня Хог? [Twig - ветка, сук, а Hog - кабан, - п.п.] Как-то не совсем подходящие имена! - Рэйвен хмыкнула слишком громко, и окружающие услышали её.

- Пацан, ты новенький да? Как ты можешь не знать, Большого Твига и Старика Хога! - пожилой человек, который казалось, умрёт от старости в любую минуту, заговорил с ней: - Ты не должен смеяться над ними, они являются лидерами двух очень сильных групп наёмников, которые работают в городе, и даже если не видно сейчас, они являются спиритуалистами высоких уровней!

- О, спиритуалисты, вы говорите? Я не вижу их духовных камней...

- Ха-ха, малыш, зачем они? Они оба изгои и, даже если они могли бы получить много преимуществ при их ношении, они лучше будут держать это при себе...

Рейвен поняла рассуждения старика. Она всегда находила немного странным, что спиритуалисты предпочитали носить камни духа; да, это давало много преимуществ в виде различных скидок, доступа к некоторым закрытым областям и так далее, но Рэйвен хватало ума, чтобы скрывать свои силы. Опять же, спиритуалисты были довольно малочисленны и, как правило, очень гордились своими достижениями - это, возможно, было естественно, что они хотели показать, даже рискуя своей жизнью.

- Так, и какого уровня они? - спросила Рэйвен.

- Эй, малыш, ты не слышал меня, что ли - они хотят, чтобы их уровень оставался скрыт!

Рэйвен подняла бровь: - А что, ваши возраст и мудрость не позволяют вам сделать никаких выводов? Жаль...

- Сопляк... - старик неодобрительно фыркнул, но продолжил: - Не недооценивай старейшин! Конечно, я знаю - они Адепты на пике сил!

Его голос был слабым, но из-за раздражения он говорил немного громко, и весь ресторан вдруг замолчал.

- Что? - старик поднял голову, чтобы заглянуть в ресторан только, чтобы увидеть, как Твиг и Хог раздражённо смотрят на него. Остальные бойцы пялились на них.

- Я... это не я! Это этот парень, он... - он показал на место, где Рейвен стояла всего несколько секунд назад, но парня нигде не было видно: - Что? Куда он пошел? - он посмотрел на двух бойцов с ужасом в глазах: - Мне ужасно жаль, я не хотел... чтобы... - его старое тело трясло, как осиновый лист.

- Блин, я потерял интерес в этой борьбе. Давайте закончим на сегодня, старик, - Твиг пошёл в угол комнаты, чтобы забрать огромный топор, который лежал у стены: - Пошли!

Когда он указал на толпу, около трети людей в создании выпрямились, крикнули "Да, босс!", и выбежали вслед уходящему гиганту.

- Ты не забыл о нашем пари?

Твиг только оглянулся, прежде чем протянул свою огромную руку и погладил перепуганного старика по плечу. Бедный парень, казалось, развалится под тяжестью руки.

- Поскольку этот старейшина, кажется, так много знает, он покроет это, - с этим Твиг и его люди ушли.

Хог вздохнул.

- Молодёжь в наши дни... так чувствительна... - Хог взглянул на старика, который, казалось, упадёт в обморок в любой момент: - Вы можете идти.

- Спасибо! - этот человек похоже, собирался умереть, и с таким облегчением сорвался с места, на удивление быстро для своего преклонного возраста.

Хог проигнорировал и подошёл к хозяину, который стоял бледный - это был третий раз в этом месяце, когда его ресторан уже разрушали, а сейчас даже придётся менять двери...

- Извините за беспорядок, - Хог кивнул хозяину и достал небольшой мешочек из кармана: - Вот, за ваши неприятности.

Он положил мешочек на уцелевшую часть стойки, а затем повернулся, чтобы уйти. Когда он сделал так, ещё четверо среднего возраста мужчин последовали за ним. Старик Хог вышел на улицу, взглянул на крышу, а потом он пошёл в другом направлении Большого Твига, что ушёл раньше.

Из-за трубы на крыше появилась Рэйвен с небольшой улыбкой на лице.

- Он меня заметил? Интересно...

Без сомнения, Рэйвен спрыгнула с крыши и снова слилась с движущейся толпой. Она не последовала за Твигом или Хогом, вместо этого она пошла к большой базарной площади, которую она видела с крыши. Она была слишком молода, чтобы получить какую-либо информацию в барах и ресторанах, но не следует недооценивать такой клад, как сплетни продавцов...

На рынке Врат Блэк Тэйлон было суетливо; мужчины и женщины из разных торговых лавок наперебой кричали проходящим мимо покупателям, некоторые из них останавливались и пытались торговаться дальше. Ароматы специй и приготовленного мяса наполняли воздух, дети бегали туда-сюда между многочисленными палатками - одни играли, другие несли большие сумки на спине - поставки для различных торговцев.

Большинство покупателей, присутствующих на рынке, были достаточно хулиганистого нрава и иногда аргументы иссякали при сражении за цену и сражение переходило в фазу боя за товар. Бои, как правило, решались достаточно быстро, либо самими бойцами, либо патрулями города.

Несмотря на удалённое расположение города, товар на продажу здесь был достаточно высокого качества, и много денег каждый день переходило из рук в руки здесь. Разумеется, купцам не будет позволено сохранить всё это - десятая часть их прибыли должна быть выплачена в качестве налогов за то, что им позволено торговать внутри городских стен и пользоваться покровительством стражи.

Опять же, не у всех на рынке были деньги для торговли или какие-либо услуги, которые они могли бы предложить. Олицетворяя грязную сторону рынка, несколько нищих слонялись без дела, выпрашивая объедки, чтобы выжить ещё один день. Большинство их игнорировали, но когда продуктовые лавки закрывались, попрошайки имели шанс поймать удачу и получить всё, что осталось непроданным, что не останется свежим до следующего базарного дня.

Адаптация роли "уличного мальчишки" прошла прекрасно: Рэйвен сидела, покусывая чёрствый кусок хлеба, не далеко от пекаря, который уже кинул кусок хлеба на землю мгновением раньше. Рэйвен выглядел, как и все другие мальчики, когда она ела свой хлеб с апатией, но в действительности глаза и уши у неё были на пределе своих возможностей для того, чтобы увидеть и услышать всё, что говорилось вокруг неё.

- Один серебряный за пирог с морозной ягодой! - кричал пекарь.

- Эй, не трогайте, если вы не собираетесь покупать это! - выговаривал другой продавец.

В эти моменты она очень скучала по её духовным соединениям. Раньше она смогла бы легко услышать каждый голос в огромном рынке, но сейчас она была ограничена парой сотен метров. Она восстановила почти 150 из её связей, но её чувства были по-прежнему далеки от того уровня ощущений, что были раньше. Что ещё хуже, скорость восстановления начала подтормаживать, так как каждому соединению необходимо больше духовной сущности.

- Туи, достань ещё травы из вагона! - молодая женщина двадцати лет приказывала дочери.

- Купите красивую заколку для прекрасной дамы! - кричал толстый человек, продающий ювелирные изделия.

Несмотря на уменьшающийся ассортимент, множество голосов по-прежнему сверлили в ушах Рэйвен, и она спокойно просеивала то, что они говорили; принимая к сведению любую интересную информацию. Она уже многому научилась.

Казалось бы, в настоящий момент во Вратах Блэк Тэйлон присутствовали два больших и четыре маленьких купеческих каравана. Среди них только три мелких направлялись к префектуре Рок Рен, в то время как остальные направлялись именно в этот недавно переименованный город, и сейчас отдыхали. Жирный продавец аксессуаров, чья лавка стояла напротив пекаря, был руководителем одного из небольших караванов и, по слухам, собирался отправиться завтра.

Его звали Герон [Heron - цапля, - п.п.] и он имел необычную репутацию очень внимательного к другим человека. И от того, что Рэйвен видела и слышала, репутация представлялась оправданной; он несколько раз в течение дня, кидал медяк или два нищим, которые проходили мимо его лавки. Конечно, эти копейки не дадут вам уйти очень далеко - ведь даже за один пирог с морозной ягодой булочник требовал один серебряный, то есть сто медных - но это было лучше, чем ничего.

На данный момент Рэйвен ждала удобного момента для разговора с этим человеком, в надежде убедить его позволить Рэйвен присоединиться к его каравану. После того, как она сидела на месте почти час, и сумерки уже начали спускаться, небольшая ухмылка пересекла лицо Рэйвен.

Наконец-то...

Причина, почему Рэйвен обрадовалась, крылась в приближающемся человеке, одетого в тонкий шёлк. Он выглядел очень благородно, когда он изящно спускался вниз по улице, косясь на различные ларьки с притворной незаинтересованностью. На первый взгляд, мужчина выглядел весьма утончённым, но язык его тела был слегка другим - как если бы ему пришлось изменить своё поведение от обычного.

Когда человек достиг стойки Герона, он остановился и начал осматривать показанный товар.

- Прекрасный сэр, вы ищете что-то конкретное? - заметив взгляд человека, Герон, естественно, попытался зацепить возможного покупателя.

- У меня и моей жены юбилей. А у меня, как назло, возникли некоторая... проблема с моим Ястребом. Я боюсь, нам будет не хватать его. Я хотел бы сделать небольшой подарок для неё, чтобы сгладить горечь потери...

Рэйвен фыркнула.

- Он лжёт? - спросил озадаченно Хацин.

Рэйвен кивнула: - Он довольно хорош, но - да, он лжёт.

- Ах, тогда вы пришли в нужное место! - Герон обрадовался: - Как насчёт этой золотой заколки с инкрустацией жемчугом? Ничто не скажет о юбилее лучше, чем золото и жемчуг!

Хорошо исполненный взгляд разочарования заполнил лицо мужчины. Рэйвен даже почти поверила. Почти.

- Нет ничего более уникального? У неё и так уже куча золотых украшений...

Герон, с другой стороны, проявил неподдельный азарт - несколько клиентов уже жаловались на то, что его лучшие заколки для волос были слишком простыми. К счастью, его ассортимент позволял, он показывал одну дорогую вещь за другой, цена постоянно росла, но изысканный человек не выглядел удовлетворённым. Наконец, у Герона кончились изделия, и одетый в шёлк мужчина глубоко вздохнул.

- Я боюсь, что это не то, что мне нужно... мне придётся продолжать поиски... - мужчина заложил руки на спину и пошёл прочь с унылым выражением на лице.

Ещё более пришибленный, Герон смотрел, как его потенциальный клад уходит, ничего не купив.

- Я могу тоже взять заколку для волос?

Тоненький голосок пропищал рядом с Героном. Торговец посмотрел вниз на грязного мальчика, стоящего возле ларька и держащего недоеденный ломоть хлеба в руке.

- Нет, мальчик, тебе придётся заплатить за это, - он вздохнул и начал искать в своём кошеле медную монету.

- Но тот человек же не заплатил...

Герон замер. Он осмотрел свой стол, чтобы убедиться, что всё было на местах, но... "Заколка!"

Герон сначала побледнел до синевы, а затем покраснел от гнева.

- Стража! Стража! Остановите человека в шелках, он вор! - с удивительным проворством толстый купец выскочил из-за своего прилавка и указал на удаляющегося вора страже, которые оказались тут как тут, как только услышали возмущённые крики.

- Так это был не подарок? - внимание Герона снова привлёк голос маленького мальчика: - Значит, дядя поступил неправильно.

Малыш наклонился и поднял камень с ладонь размером: - Он должен платить деньги, если это не подарок.

Подняв переднюю ногу и обе руки, как бейсболист, мальчик слегка прищурился, взглядом провожая убегающего человека. Вдруг, он сделал шаг вперёд и швырнул камень в цель. Камень пролетел по воздуху так быстро, что заставил воздух свистеть. В одно мгновение камень долетел и ударил убегающего мужчину прямо в левую коленную чашечку, заставляя мужчину упасть на землю с болезненным воплем.

- Ха-ха! Молодец, парень! - Герон засмеялся и хлопнул мальчика по спине, прежде чем побежал к упавшему вору. Сейчас стражи порядка прибыли и, после парочки обысков ногами по рёбрам, нашли золотую заколку для волос, спрятанную в шёлковые рукава.

- Ты была права, опять, - довольный голос Хацина раздался в голове Рэйвен, которая смотрела на разворачивающуюся драму.

Рэйвен только улыбнулась. Она знала, что, скорее всего, она уже получила путёвку через два города Врат.

Как только стража утащила вора, Герон пришёл обратно к своему прилавку с довольной улыбкой на лице и золотой заколкой в руке. Когда его взгляд упал на терпеливо ожидающую Рэйвен, выражение его лица стало более серьёзным.

- У тебя хорошая рука, мальчик! - Герон улыбнулся и погладил плечо Рэйвен: - Ты здешний? Я, вроде, не видел тебя раньше.

Когда Герон начал говорить, Рэйвен гордо посмотрела на Герона, но, когда он спросил её, откуда она была, краткое выражение страха мелькнуло на её лице. Она поколебалась немного, прежде чем ответила: - Нет, я просто не приходил на рынок...

- Эй, сестра, неужели ты не можешь лгать немного получше? В чём дело? Даже я могу сказать, что ты врёшь... - Хацин сделал ей выговор.

Вот в этом и весь смысл... - подумала Рэйвен, но брат, разумеется, этого не услышал.

Естественно, Герон тоже понял, что Рэйвен лгала, но он не удивился этому; немало людей в городе Врата Блэк Тэйлон не были честны о своём прошлом. Вместо этого он продолжал прощупывать почву:

- Значит, твои родители дома? Я хочу поблагодарить их за воспитание такого хорошего ребёнка.

При упоминании родителей, Рэйвен опустила взгляд и отвела глаза, и чуть-чуть сжала кулаки.

- Они мертвы.

Герон поднял брови в удивлении. Он не был удивлён тем, что ребёнок остался сиротой - большинство детей на этих улицах были такими. Что удивило его, так это то, что ребёнок перед ним показывал явные признаки стыда и гнева по поводу смерти родителей, большинство детей будет испытывать грусть, а не стыд по поводу потери родителей.

- Ну, тем не менее, ты хороший парень, - улыбка Герона потеплела, как будто он пытался заставить Рэйвен чувствовать себя чуточку комфортнее: - И квалифицированный тоже! Я поражён, что ты увидел, как он воровал. Обычно я не пропускаю такие вещи...

Герон говорил правду. Он был опытным торговцем и привык иметь дело со всякими клиентами; ловить кого-то на краже было важной частью его профессии.

Рэйвен подняла голову и посмотрела на Герона с гордостью снова.

- Спасибо! Я был лучшим из вор... - Рэйвен умолкла на полуслове, и страх промелькнул на её лице ещё раз. - Э-э-э, то есть... я имел в виду, я видел много голодных людей... как они воруют еду...

Как будто чтобы доказать свою точку зрения, Рэйвен нервно подняла ломоть хлеба и заставила его исчезнуть в её рукавах ловкостью рук. Движение, однако, заставило её мантию слегка приподняться, и на секунду можно было увидеть оковы вокруг её лодыжек.

Герон, хоть и был намного выше, чем Рэйвен, сразу увидел оковы. Понимание заполнило его лицо.

Так вот оно что! - вздохнул он про себя: - Малыш - сбежавший от бандитов раб...

Это было довольно распространённое событие в этих краях. Маленькие деревни, которые не могли заработать достаточно пищи, иногда продавали маленьких детей бандитским бригадам. Таким образом, они не только получали немного денег, чтобы накормить голодные рты, но и получали меньшее количество голодных ртов вообще. А бандиты сначала учили детей обчищать карманы, а затем - сражаться. В конце концов, они становились следующим поколением бандитов. Конечно, не всех рабов продавали, некоторые из них были украдены, но риск того, что дети взбунтуют, был меньше, если их продавали. Ведь зачем бунтовать, чтобы вернуться в деревню, что предала вас и ваше доверие?

Рэйвен сделал вид, что не заметила взгляда продавца и извлекла её недоеденный кусок хлеба и начала грызть его дальше.

- Ну так что, я могу взять заколку? - спросила она между укусами и посмотрела на Герона ожидающими глазами.

Герон тупо уставился на парня перед ним и начал смеяться.

- Ха-ха, малыш, почему бы тебе не поработать на меня? Мне бы не помешала лишняя пара глаз, охраняющих моё добро, а завтра я отправляюсь в путь обратно в префектуру Рок Рен - я уверен, что моей дочери будет полезно, если кто-то её возраста присоединится к нам на пути.

Глаза Рэйвен расширились: - Вы уезжаете?

- Да, и если нам по пути, ты можешь стать моим учеником, когда мы доберёмся до моего родного города.

Герон не был уверен, что он на самом деле возьмёт ребёнка в ученики, но, если он останется здесь, то только вопрос времени, когда бандиты снова найдёт его и заберут обратно, если не убьют. Пока ребёнок закован, их владельцы смогут чувствовать их, если они подойдёт достаточно близко. Снять их было бы лучше, но, пока хозяин жив, это было почти невыполнимой задачей, по крайней мере в низкосортных городах, как два города Ворот.

Конечно, Герон предполагал, что оковы были менее сложными версиями - простыми тяжестями в сочетании с небольшим заклинанием отслеживания. Зачем же вешать ограничители духовной силы на ребенка, которому нет даже семи? Духовные ограничители, которые используются на спиритуалистах, не могли быть устранены никакими силами; если владелец не умрёт, то всё, что вы можете сделать - это самосовершенствоваться и надеяться, что в один прекрасный день вы превзойдёте хозяина до такой степени, где эти ограничители уже не будут иметь значения.

Как Герон и ожидал, Рэйвен недолго колебалась, прежде чем принять его предложение. Она казалась, очень увлечена идеей оставить Врата Блэк Тэйлон.

- Хорошо, хорошо! Если тебе нужно забрать какие-то вещи - иди за ними сейчас. Если нет - можешь приступить к работе сразу, помогая мне присматривать за моим товаром.

- У меня ничего нет, - сказала она, и отошла к дальнему углу лавки. Прилавок был не очень большой, всего два квадратных метра, так что она без проблем видела всё.

- Хе-хе, а ты не прост, - Герон пробормотал, прежде чем присоединился к Рэйвен за прилавком.

Хотя его прилавок был небольшим, его было более чем достаточно для двух человек. Однако, Герон заполнял его довольно качественно и в одиночку, так что вдруг там стало довольно тесно.

- Нам повезло, что я застрял в этом кольце, иначе кому-то пришлось бы худеть! - пробормотал Хацин.

---------

День прошёл без каких-либо происшествий; Рэйвен указал ещё одного вора, прежде чем у него появился шанс сделать хоть что-нибудь и после этого остальные воры, казалось, выбрали другие цели.

Как только опустилась тьма, к Герону присоединились два крупных охранника, которые помогли ему закрыть его магазин, а затем остались охранять его в течение ночи. Герон и Рэйвен, с другой стороны, пошли через город, пока они не достигли относительно неплохой гостиницы, которая называлась "Пение птиц".

Рэйвен посмотрела на знакомого Соловья, изображение которого было вырезано около надписи над дверью и улыбнулась горькой улыбкой.

- По крайней мере, им не пришлось изменить этот знак... - Хацин вздохнул в его кольце.

Рэйвен слегка кивнула и последовала за своим новым работодателем в гостиницу.

Интерьер был со вкусом оформлен в различных оттенках коричневого и красного, что каким-то образом напомнило Рэйвен о доме в городе Найтингейл. В целом, отель обладал домашним уютом, но не слишком экстравагантным. Скорее всего, это была одна из более дорогих гостиниц в городе, но что говорит о городе больше, чем гостиница?

- Папа!

Когда Герон и Рэйвен вошли в дверь, высокий пронзительный голос разнёсся по комнате и слегка полненькая маленькая девочка в розовом платье сбежала по лестнице в прихожую.

- Мэйри! - Герона радостно завопил и поднял девочку в воздух: - Где твоя мать? [Mayeri - голубь]

- Принимает ванну! - девочка улыбнулась.

- Понятно, - Герон поцеловал её и поставил обратно на пол.

Он подошёл к даме, которая сидела за стойкой не далеко от двери.

- Этот ребёнок останется с нами на ночь. Это нормально? - Герон вежливо спросил и махнул на Рэйвен.

Дама за прилавком спокойно посмотрела на грязного ребёнка у двери. Она слегка нахмурилась, но быстро сменила выражение на настоящую улыбку.

- Конечно, сэр. Это будет стоить пять дополнительное серебряных за проживание и питание для ребенка и дополнительный серебряный, если вы хотите, чтобы ему приготовили ванну. - её тон был очень вежливым, но никто бы не пропустил бы её однозначное мнение: мальчик нуждался в ванной.

Герона выудил шесть серебряных из своего кошелька и повернулся к дочери, которая пялилась на Рэйвен с любопытством.

- Мэйри, позволь представить моего нового помощника, это... - Герон замолчал на секунду: - Ха-ха, думаю, я как-то пропустил эту часть знакомства... малыш, как тебя зовут?

- Рэйвен.

- Рэйвен? Хорошее имя, оно тебе подходит! Я Герон, а это моя семилетняя дочь Мэйри. Мою жену я представлю тебе чуть позже. - Герон похлопал дочь по спине: - Иди, поздоровайся с мальчиком.

Больше не нуждаясь в поддержке, любопытные розовые глаза девушки заблестели, и она полетела к Рэйвен. Она привыкла, что её отец помогает менее удачливым людям, поэтому она не почувствовала ни страха, ни отвращения к молодому мальчику, которого она встретила.

- Привет, Рэйвен! - когда она радостно рассмеялась, на щеках появились небольшие ямочки. Она протянула руку Рэйвен: - Я Мэйри, давай дружить!

Рэйвен осмотрела девочку. Она была, вопреки Рэйвен, довольно низкой для ее возраста, чуть более метра в высоту, её лицо было милым, но довольно круглым. Девушка стояла, а её маленькая рука была протянута к ней. Рэйвен не могли ничего с этим поделать, поэтому вздохнула в душе - она всегда имела сложности с такими бурлящими жизнью, прямолинейными личностями, как девочка перед ней. Без сомнения, Рэйвен не скоро получит несколько спокойных моментов в течение ближайших недель...

Тем не менее, после секундного замешательства, Рэйвен схватила протянутую руку девушки.

- Привет! - сказала Рэйвен со спокойной, едва заметной улыбкой.

В сторонке, Герон искренне улыбнулся. Если он угадал о прошлом мальчика, то неуверенная улыбка для него - очень хорошее начало...

После приветствия, Рэйвен показали небольшую комнату, где была подготовлена ванна с горячей водой в середине комнаты. Различные ароматные масла стояли вдоль обода ванны и мягкое полотенце, сложенное, лежало на стуле рядом.

- Переоденься в это после того, как помоешься, - Герон протянул ей свёрток чистой одежды, а затем оставил Рэйвен в одиночестве.

Наконец-то одна. Рэйвен расслабила мышцы и подошла к ванне. Она обмакнула в неё палец, чтобы проверить воду. Температура была совершенной; горячей, но не обжигающей.

- Четыре месяца... – она вздохнула и начала раздеваться.

- Эммм, сестра... – голос Хацина прозвучал немного нервно в её голове.

- Да, брат? – Рэйвен разделась до нижнего белья и остановилась, чтобы понюхать оранжевую бутылку в ванной – от неё пахло сандаловым деревом.

- Ты же знаешь, что у меня нет глаз, чтобы закрыть их, верно?

Рэйвен удивленно подняла брови; она поняла его опасения сразу. Она, конечно, была осведомлена о том, что её брат не способен перестать видеть то, что происходит вокруг него, но он не был таким обеспокоенным до сих пор. Опять же, до сих пор, Рейвен только периодически умывалась, вытирая руки и ноги влажной тканью.

- И что? Ты мой брат – неужели ты никогда не видел меня обнажённой прежде? – Рэйвен хмыкнула. – Кроме того, мне всего четыре, и у меня не так много того, что можно увидеть…

- Я знаю, и ты права… – нервозности в его голосе поубавилось. – Просто я решил, что лучше напомнить тебе: на всякий случай, лучше сейчас, чем ты разозлишься на меня после этого…

- Спасибо за заботу, большой брат.

Рэйвен наклонила оранжевую бутылку и налила немного масла в ванну. Снимая её последние куски изорванной одежды, она проскользнула в ванну с улыбкой на лице.

- Ой, я пропустила это! – подумала она, закрывая глаза. – Хе-хе, брат ещё слишком вежливый и невинный... это напоминает мне Эрика…

Рэйвен вернулась мыслями к странным ученым, к которым она была назначена, чтобы защитить их, пока они изучали влияние солнечных вспышек на Северный полюс – видимо, их исследования имели какое-то военное применение, и спонсоры хотели сохранить свои инвестиции в безопасности. Эрик когда-то зашёл, пока она купалась в естественных горячих источниках недалеко от научной станции, и чуть было не упал в обморок, когда увидел её. Конечно, это, возможно, было больше из-за шока, от вида всех её шрамов, чем от того, что увидел голую Рэйвен. А возможно, это было из-за обеих причин.

Лицо Рейвен стало торжественным, когда она думала, об этой миссии – её работодатели были довольны результатами, но для неё это была одна из немногих неудач... она тяжело вздохнула и опустилась поглубже в ванну, почти полностью исчезнув под поверхностью.

---------

После пятнадцати минут в ванной Рэйвен нехотя поднялась и оделась в свою новую одежду – синя, из хлопка, идеально подходит для работы – и прошла в комнату Герона, как было указано раньше. Перед комнатой она остановилась, чтобы послушать, что происходит внутри. Как правило, сквозь толстые двери было подслушивать довольно сложно, но Рэйвен было слышно разговор, как если бы они кричали рядом с ней.

В комнате Рейвен отчётливо чувствовала присутствие двух человек – она уже достаточно восстановилась, чтобы быть в состоянии увидеть их ауры, а из беседы выяснилось, что это были Герон и его жена.

- Муж, я слышала, как другие жёны говорили – это правда, что количество бандитов между Вратами возросло? – голос жены звучал очень обеспокоенно.

- Правда, но, по словам лидера наших наёмников, что-то напугало их до усрачки, и они вывалились из лесов в последние пару недель. Ходят слухи, что древний зверь вновь появился в большом Редколесье и он убивает всех бандитов, кто войдет в лес.

Герон вздохнул.

- Я не знаю, правда это или нет, но бандиты, похоже, в это верят, и многие из них предпочли вариант "безопасно" грабить людей, проходящих между Вратами…

Хмм, они говорят обо мне, верно? Я не думаю, что сказки этих троих будут так эффективны... – Рэйвен слегка нахмурилась. – В конце концов, это было только один раз...

Разговор внутри продолжался:

- Но не волнуйся, я послал в гильдию наёмников сообщение о найме дополнительной группы, так что мы будем в безопасности в любом случае.

Жена щёлкнула языком:

- А как же прибыль? Если ты наймёшь больше людей, мы не заработаем ничего на этой поездке.

По звукам изнутри можно было понять, что Герон заключил жену в объятия:

- Ой, да ладно, не скупись – безопасность важнее. Кроме того, малыш спас нас от большой потери сегодня, так что, можно сказать, что баланс почти сошёлся.

- Ну да, сравнить заколку для волос, стоящую пару золотых, со стоимостью ещё одного экипажа наёмников? Как тебе удалось заработать вообще, когда я вышла за тебя?

- Ха! Ты не доверяешь моему мнению? Да будет тебе известно, что я предложил заплатить не больше, чем одну золотую за дополнительную группу –какая-то группа уже собралась ехать в префектуру Рен, и они не прочь заработать немного дополнительно по пути.

Жена фыркнула, но не спорила дальше. Герона, с другой стороны, казалось, развеселили выкрутасы жены, и он начал тесно прижимать её, что-то нашёптывая на ухо, но Рэйвен не иогла разобрать, что.

Когда Рэйвен заметила изменение атмосферы в комнате, она уже подумала было уйти и оставить пару для их утех, но почувствовала, как кто-то приближается снизу, сопровождаемый запахом копчёного мяса, что заставило её поменять решение.

Она подняла руку и вежливо постучал в дверь.

- Мистер Герон? Я уже! – она говорила твёрдым голосом, вплотную к двери, чтобы они услышали её, несмотря на их разворачивающуюся деятельность.

Прижимания тут же резко остановились, кто-то громко и смущённо прокашлялся, после чего можно было услышать ответ:

- Заходи, Рэйвен!

Легко нажав, Рэйвен открыла дверь и вошла в довольно просторную комнату.

За столом у камина сидел Герон и его жена, пухленькая женщина с полными щеками. Было очевидно, что и муж, и жена не голодают.

- Спасибо за одежду, сэр, - Рэйвен поклонилась.

- Не-не-не, даже не говори об этом! – Герон засмеялся и посмотрел на свою жену: - Ардеа, это…

В середине предложения Герона прервал громкий стук в дверь.

- Обслуживание номеров! – крикнули гнусавым голосом с другой стороны двери, и, до того, как у Герона появился шанс ответить, дверь распахнулась, и женщина, одетая для работы на кухне, зашла с большим подносом, до краёв наполненным мясом и хлебом высоко поднятой руке, и большой кружкой эля в другой – как она сумела открыть дверь, сказать трудно.

Не дожидаясь указаний, женщина, чей внешний вид был такой же грубый, как и её темперамент – бухнула свой груз на стол, прохрипела «Наслаждайтесь» гнусавым голосом и ушла.

Рэйвен подняла бровь, глядя на закрывшуюся дверь: Да она просто прелесть...

Видимо, Герон и его жена привыкли к такому поведению: они просто взглянули друг на друга. Если бы они ожидали более высокого уровня обслуживания, они явно высказали бы всё сейчас.

- Ты, должно быть, Рэйвен? – Ардеа первой нарушила тишину. – Я – Ардеа, жена Герона.

- Здравствуйте, мэм! – Рэйвен сказала с чопорным поклоном.

Ардеа встала и подошла к Рейвен, которая всё ещё стояла у двери.

- Герон сказал мне, что ты сегодня помог остановить вора – молодец! – Ардеа улыбнулась тёплой улыбкой.

Когда она подошла к Рэйвен, она на мгновение остановилась, чтобы взглянуть вниз, на металлические оковы, едва видимые под новыми штанами Рэйвен, а затем на ткань, которая была тщательно обернута вокруг её правой руки, будто перевязана. Жалость наполнила её лицо, но Ардеа, улыбнувшись, мягко положила руку на плечо Рэйвен. Та слегка дёрнулась от прикосновения, но не отошла, и улыбка женщины снова потеплела.

- Ты, должно быть, голоден? – она повела Рейвен к столу и вытащила стул для неё.

- Мэйри! Кушать! - Герон прокричал вверх, после чего обратился.

- Спасибо, мэм...

Рейвен потянулась к куску хлеба, когда Мэйри вбежала в комнату, улыбаясь – очевидно, она тоже хотела есть.

- Ужин! – в мгновение ока маленькая девочка заняла место за столом и начала заполнять свою тарелку. Она только замерла на секунду, чтобы улыбнуться Рэйвен и сказать «Привет, Рэйвен!». прежде чем её внимание переключилось обратно на еду.

- Я забираю свои слова о том, как ты ешь, – хмыкнул Хацин. – У этой девочки аппетит явно лучше, чем у тебя – однозначно!

Рейвен пришлось заставить себя не хихикать от неожиданного комментария брата.

Много еды было на столе, и, после некоторых уговоров, Рэйвен тоже начала кушать с большим энтузиазмом. Когда семья поела, они послушали, как Мэйри рассказывала о том, что она делала в течение дня, и оба родителя немного поговорили с ней. Они пытались привлечь Рэйвен, но она редко участвовала, говоря не более чем несколько слов за один раз, казалось бы, не зная, что сказать в отношении повседневной жизни семилетней девочки.

Как только разговор перешёл на предстоящее путешествия, облегчение залило лицо Рэйвена и, к удивлению семьи, она вдруг засыпала их вопросами: по какой дороге они поедут? Были ли вы в префектуре Рен раньше? Чем она отличается от этой префектуры? Они увидят бандитов?

В итоге и еда, и вопросы кончились, и ужин подошёл к концу. Стол был очищен и для Рэйвен был постелен матрас, чтобы спать. Все пожелали друг другу спокойной ночи и пошли спать, потому что, как Герон отметил: «Завтра будет длинный день».

Рэйвен залезла в её кровать и легла, но вместо сна она начала медитировать – эта было не так эффективно, как при сидении, скрестив ноги, но она не должна была прерывать её медитации, если любой из членов семьи пришёл ночью. Духовная суть лилась через её 146 духовных связей в её духовное ядро, немного её засосало в вихрь, а остальная прошла и рассредоточилась по всему телу и поглотилась клетками.

Она повторяла этот процесс снова и снова. Её прогресс был поразительным; с каждым вздохом она становилась чуточку сильнее, её клетки совершенствовалась и её ядро расширялось. С каждым разом сквозь её ядро проходило больше духовной сущности, а ей удавалось поглотить немного больше. Прошло всего два месяца с тех пор, как Рейвен вырвалась на свободу, и стала Адептом низкого уровня. В среднем, должно было занять пять лет, чтобы стать Адептом среднего уровня, если она совершенствуется за пределами академии.

Она тихо медитировала перед камином, Мэйри тихо лежала в своей постели, а её родители говорили ей о черноволосом мальчике, Рэйвен, как они спрятали его:

- Ты должна помочь нам заботиться о мальчике Мэйри, - её отец сказал ей: - Он прошёл через многое и ему нужен друг.

Её мать, смеясь, шутила про то, что хорошо было бы иметь милого брата, но глаза её не смеялись. Её глаза, напротив, были полны грусти. А Мэйри никак не могла понять, но ей было очень интересно, через что этот мальчик прошёл, что заставило родителей так жалеть его. Ей становилось все более и более любопытно каждую минуту. Она решила, что попытается узнать больше об их путешествии.

Он милый, хотя... – подумала она и спрятала ее покрасневшее лицо под одеялом.

---------

Рассвело. Рейвен почувствовала движение в комнате, где Герон и его жена спали. Она остановила медитацию и встала с кровати. Она перешла в самый тёмный угол в комнате, где свернулась в клубок спиной к стене.

- И тебе доброе утро, сестра, - саркастический голос наполнил голову Рейвен.

Она улыбнулась.

- Доброе утро, братик, - она прошептала так тихо, что Хацин едва услышал её.

- Мне больше нравилось, когда мы путешествовали в одиночку, по крайней мере, тогда ты могла говорить со мной немного...

Хацин вздохнул и Рэйвен ему ответила, что ему потребуется привыкнуть к этому, но в этот момент она почувствовала, как Герон, на ходу одеваясь, подошёл к двери его спальни. Спустя несколько секунд он осторожно открыл дверь и тихо вошёл в комнату.

Когда он заметил, что кровать пуста, он оглядел комнату, и, когда его взгляд упал на согбенную фигуру молодого мальчика, который прижался в тёмный угол, он тяжело вздохнул: Бедный ребенок...

Герон подошёл к Рейвен, нарочито громче шагая, надеясь не слишком сильно напугать мальчика, и положил руку на его плечо, чтобы разбудить его. Рейвен вскочила от прикосновения, прижалась к стене позади неё и посмотрел вокруг испуганными глазами.

- Спокойно, парень, ты в безопасности здесь, - голос Герона был тихий, успокаивающий, и Рэйвен была впечатлена этим тучным купцом и тем, как он умел разговаривать с напуганными детьми; если бы она была тем самым немного травмированным мальчиком, которым она притворялась, она бы, скорее всего, успокоилась.

Её глаза медленно сосредоточились на Героне и в них промелькнула вспышка признания, после чего она «успокоилась».

- Доброе утро, сэр.

- Доброе утро, Рэйвен! - Герон по-прежнему был спокойным и успокаивающим: - Пора на работу.

Вместе они покинули гостиницу, чтобы подготовиться к путешествию, которое начнется через пару часов. Прежде чем они ушли, Герон проверил стойку в Гильдии Наёмников, если они приняли миссию эскорта, и перехватил пару фруктов из кухни на завтрак.

Герон работал быстро, с помощью своих охранников, двоих других купцов, которые хотели присоединиться к его каравану, и, конечно, Рэйвен, подготовка к путешествию прошла очень быстро. Три часа спустя, Герон и Рэйвен стояли рядом с тремя повозками рядом с воротами, которые дали городу имя. Они ждали семью Герона и наёмников, которые собирались защищать их в пути.

Наёмники пришли первыми. Рэйвен удивлённо подняла брови, когда узнала обе группы. Первую группу, состоящую из пяти человек, одетых в белое, возглавлял мужчина средних лет, Старик Хог. Другая группа была вдвое больше, все одеты в красное, и возглавлял их Большой Твиг. Как ни странно, эти две группы, казалось, были в довольно хороших отношениях, смеялись и рассказывали анекдоты друг другу, когда они подошли.

- Думаю, ты была права о людях, говорящих кулаками… - пробормотал Хацин.

Герон встретил обе группы с уважением. Из разговора стало понятно, что группа Хога была главной, а группа Твига – той, что докупили позже.

- Ха-ха, весь этот бред о чудовищном магическом звере в лесу наиболее благоприятен для нас. Кто бы мог подумать, что мы сможем заработать дополнительно десять золотых, не делая ничего лишнего! – рассмеялся Твиг.

- Ты по-прежнему должен защищать своего нанимателя, Твиг, - Хог слегка поклонился. Когда он снова поднял глаза, он заметил Рэйвен, прислонившуюся к повозке позади Герона. Его брови чуть-чуть приподнялись.

- Твой слуга? – спросил он и указал в сторону Рэйвен.

Херон последовал за его пристальным взглядом.

- Ах, да. Это Рэйвен, он – мой новый помощник. А вот и великие охранники, малыш!

Рэйвен постояла ещё мгновение, после чего подошла к группе:

- Здравствуйте, господа!

Рэйвен почтительно поклонилась двум наёмникам. Хог поднял бровь и почти инстинктивно протянул руку, пронизанную духовной сутью, чтобы коснуться плеча Рэйвен. Рейвен почувствовала, как рука движется, и на мгновение страх заполнил её.

Он хочет проверить мой уровень? Это плохо...

Хотя ограничители могли предотвратить её саморазвитие от разоблачения, они не смогут ничего сделать, чтобы скрыть её духовные связи. Рэйвен не думала, что это будет проблемой, так как в Академии, она могла использовать её духовную сущность, чтобы заблокировать её душу, когда её попытаются проверить, но если она сделает это сейчас, Хог заметит и поймёт, что она спиритуалист.

Её варианты в этот момент были весьма ограничены. Ей придется сделать ставку на восприятие Хога её "личностью".

Когда рука приблизилась, Рэйвен подняла глаза. На мгновение её глаза встретились с глазами Старика Хога - всего сантиметр! - абсолютный ужас наполнил её лицо, и она попятилась назад, упав на землю в процессе.

- Ой! - первоначальный ужас на лице Рэйвен быстро увял, вместо этого у неё на лице появилось смущение: - П... Простите... Я...

Когда Хог посмотрел на, казалось бы, щуплого мальчика на земле, его интерес сменился пониманием, и он взглянул на Герона, который кивнул в ответ на его грустную улыбку.

Хог потянул назад свою руку:

- Нет-нет, прости, малыш. Я не хотел напугать тебя, - Хог слегка улыбнулся Рэйвен и отошёл назад.

Видя, что его поведение изменилось, Рэйвен почувствовала облегчение, и она даже не пыталась спрятать его. Её план сработал; когда она упала, её штанины задрались вверх, и, таким образом, отчётливо стали видны оковы вокруг её лодыжек. Являясь наёмником-ветераном, Хог должен был мгновенно прийти к тем же выводам, что и Герон накануне: Рэйвен - слегка травмированный, сбежавший от бандитов раб. Герон подтвердил это.

- Пойди проверь лошадей, Рэйвен, - Герон приказал, или, точнее, предложил.

- Да, сэр! - Рэйвен вскочила с земли и поспешила прочь, искренне радуясь возможности увеличить расстояние между ней и спиритуалистами.

Несмотря на то, что она удалялась, у Рэйвен не было никаких проблем с тем, чтобы послушать разговор за её спиной:

- Мдааа, он хороший парень, но, кажется, у него есть некоторые проблемы с прикосновениями... - объяснил Герон.

- Большинство беглых рабов такие... - Хог ответил.

- Он давно уже здесь? - Твиг тоже заметил ограничители Рэйвен и теперь вступил в разговор.

- Нет. Он помог мне обнаружить вора, которого я пропустил. Когда я услышал его историю, я решил помочь ему.

- Как благородно, - Твиг говорил вполне искренне.

В этот момент другой купец позвал Герона, поэтому он извинился и ушёл. Оказавшись в одиночестве, Твиг посмотрел на Хога другими глазами.

- Итак, почему у тебя возникло внезапное желание сканировать мальчика, Хог? - спросил он. Он, как и Рэйвен, ощутил духовную сущность в его руке.

Хог хмыкнул.

- Помните драку в баре в тот день? Этот парень был там.

- То есть?

- Он стоял рядом с человеком, который заявил о нашем разведении, но мальчика уже не было, когда мы повернулись. Он... Рэйвен, да? Такие проворные движения... мне немного любопытно, какое обучение он прошёл. Хотя его оковы... Бедный ребенок, - Хог вздохнул.

- Бедный? Ему повезло намного больше, что купец подобрал его.

- И то правда.

Их разговор вскоре перешёл на предстоящее путешествие, и Рэйвен смогла перевести дыхание. Естественно, она не переставала слушать их разговор, и так как они купились на её предысторию, она надеялась, что они не будут расследовать это дело дальше.

---------

Вскоре после этого жена и дочь Герона прибыли вместе с другой женщиной, которую Рэйвен не представили - по-видимому, она была женой одного из купцов, что купил билет на караван Герона. Когда вся группа была в сборе, не более не тратили время впустую и отправились в сторону ворот. Пока не выехали из города, наёмники просто отстали от экипажей - не было никакого смысла в сохранении защитного формирования в пределах городских стен.

Не заняло много времени, прежде чем караван достиг ворот. Когда они подъезжали, Герон наклонился к Рэйвен и прошептал:

- Опусти голову! - он даже вручил одну из лошадиных попон Рэйвен, укрыв её ноги и руки.

Даже говорить этого не надо было, чудило! - подумала про себя Рейвен, но ничего не сказала.

Даже без предупреждения Герона, Рэйвен уже активировала Лисью вуаль, чтобы она казалась менее важной и заметной, чем раньше. Она заставила её взгляд рассеянно фиксироваться на кончике конского хвоста, покачивающимся в нескольких метрах над землей перед повозкой, в то время как другие её органы чувств работали на все сто, наблюдая, если кто-нибудь отреагирует на её присутствие.

Экипаж остановился.

- Покажите бумаги на ваши товары и пассажиров, - официально звучащий голос проговорил на земле рядом с Героном.

Герон вытащил свиток пергамента и протянул его хозяину голоса:

- Вот. Это наши товары. Пассажиры - я, жена и дочь, мой слуга, ещё два купца и жена. Все наши имена написаны на последней странице, - Герон ответил спокойным голосом. Ему не нужно было говорить про наёмников, они проходят по собственному желанию.

Пока документы проверялись, стояла тишина, иногда прерываемая записями или вопросами Герону. Всё, казалось, шло хорошо. Но в конце концов...

- Имени вашего слуги не хватает, - голос звучал немного раздражённо.

- Что? Ой, прошу прощения! - голос Герона звучал искренне удивлённым. - Должно быть, забыли добавить... Ах, хорошо. Его зовут Красс.

Рот Рейвен чуть-чуть дёрнулся в улыбке. Она была поражена тем, что Герон делает для защиты предполагаемого раба бандитов от преследования. Она бы не очень беспокоилась, даже если бы её настоящее имя было зарегистрировано здесь - имя было слишком распространённым, чтобы это стало проблемой для неё, но внимание Герона согревало её.

- Очень хорошо. За проход через ворота пошлина - один золотой.

- Один золотой?! Только 70 серебряных было в последний раз! - вскинулся Герон.

- Теперь там стало больше бандитов, - голос ответил: - Мы должны нанять больше охраны, чтобы содержать город в безопасности.

Герон фыркнул, но, тем не менее, заплатил цену. Нет смысла торговаться с чиновниками ворот - они всё равно ни черта не делают, кроме как поднимают плату.

Группа начала двигаться дальше, но Рэйвен не двигалась. Герон, заметив это, сказал:

- Теперь ты можешь расслабиться.

Но Рэйвен не успокоилась. Она держала себя в состоянии повышенной готовности, вслушиваясь в каждый звук и движение вокруг неё. Но никто из охранников даже не глядел на неё.

Эта Лисья вуаль - очень удобная вещь, - подумала она про себя, когда, наконец, немного расслабилась.

Рэйвен посмотрела вверх, как раз, когда они проходили через огромные металлические ворота, которые отделяют город от единственного прохода между префектурой Блэк Тэйлон и префектурой Рок Рен.

За воротами раскинулась узкая дорога между рядами плотно растущих деревьев, которые медленно поднимались вместе с растущими горными стенами. Стены были не так круты, как было на другой стороне, так что деревья успели вырасти почти по всему предгорью и до самой вершины.

Когда она отметила местность, по которой они будут путешествовать в течение следующих нескольких недель, Рэйвен смогла понять, почему бандитам так здесь нравилось; здесь было так много укрытий для них, где они могли прятаться, а те, кто ездил через проход, ездили только по узкой дороге. В целом, это была лёгкая добыча.

Скорее всего, бандиты жили в пещерах вдоль горной стены и оставляли эти места только тогда, когда приходило время продать товары, которые они собрали. Просто немного доплачивали страже города, и им позволяли спокойно пройти, города не очень волнует, откуда пришли деньги или товар, раз уж были оплачены соответствующие налоги.

Однако оба города, время от времени, посылали солдат через проход, чтобы очистить любые бандитские лагеря, которые стали слишком заметными. Всё-таки было плохо для бизнеса, если бы люди не осмеливались путешествовать через проход.

Пока Рэйвен размышляла над этим, группа, одетая в белые одежды, под руководством Старика Хога, поднялась мимо каравана и встала перед ними, в то время как красные люди Твига охватила фланги и тыл. Они удивительно согласованно действовали.

- Держи глаза открытыми, мужики! Сейчас проблем ожидается больше, чем обычно! - крикнул Хог.

- А сколько проблем - это обычно? - Рэйвен спросила Герона, но прежде, чем купец смог дать ответ, Твиг подъехал сзади и пустил лошадь рядом с местом, где сидела Рэйвен.

- Как правило, не так много - возможно, одна или две атаки - но сейчас они, вероятно, будет по меньшей мере дважды, - большой человек улыбнулся странной нежной улыбкой. - Но не волнуйся - мы вас защитим.

Подмигнув, Твиг вырвался вперёд и стал обсуждать ночные смены с Хогом. Рэйвен лишь тихо фыркнула на слово "защитим", но ничего не сказала.

---------

После трёх дней спокойного путешествия, караван и его охранники немного успокоились, люди больше говорили и стали шутить и веселиться.

Рэйвен поначалу была разочарована халатным подходом наёмников к ситуации, но, когда она осмотрела их более внимательно, она заметила хорошо скрытую бдительность. Между всеми своими дурачествами, они никогда не были по-настоящему расслабленными. Было ли это, чтобы торговцы чувствовали себя спокойнее или чтобы обмануть бандитов - было трудно сказать.

Караван в конце концов остановился на ночлег, и рутинная суета привела весь лагерь в движение. Каждый участник вносил свой вклад; некоторые стояли на страже, в то время как другие ставили палатки, собрали дрова и прочее. Торговцы и их жены готовили ужин.

Мэйри, однако, была исключением из этого правила. Она была свободна делать всё, что она пожелает, и это обычно означало, что Рэйвен, хоть и очень неохотно, но сопровождала её, пока та "исследовала" новый кемпинг.

За последние несколько дней Рэйвен узнала очень много о Мэйри и привыкла к её характеру. Даже когда экипаж был в дороге, Мэйри постоянно искала Рэйвен и пыталась вывести Рэйвен на разговор о её прошлом, или присоединить к какой-нибудь детской игре, которую Мэйри придумала. Однако теперь уже упорное присутствие девушки не причиняло Рэйвен дискомфорта.

Сейчас Рэйвен и Мэйри - по настоянию Мэйри, конечно - лезли на небольшое дерево, что стояло немного в стороне, через дорогу от лагеря. Они сидели там и наблюдали, как солнце исчезает между несколькими горными пиками на Западе.

Сегодня Мэйри была непривычно тиха, и Рэйвен догадалась, что девчушка старалась собрать мужество, чтобы спросить что-то важное. Не заняло много времени, прежде чем молчание было нарушено:

- Рэйвен... - осторожно начала Мэйри: - Ты счастлив с нами?

Это было не то, что девушка хотела спросить, по мнению Рейвен.

Рейвен открыла было рот, чтобы ответить, как порабощённый мальчик Рэйвен ответил бы - “конечно”, без всяких колебаний, - но она вдруг остановилась. На границе чувств Рейвен обнаружила едва заметное движение. Рефлекторно, Рейвен приблизилась к Мэйри и прикрыла ей рот рукой.

- Тссс.. - Рэйвен пресекла попытки Мэйри бороться и сосредоточилась на движении, которое она почувствовала.

...Двадцать два человека приближаются с севера. Примерно четыре сотни метров... - Рэйвен внимательно пересчитала. - Они невероятно тихи. Если бы не моё чрезмерное количество духовных связей, я бы, возможно, пропустила их... должно быть, с ними спиритуалисты, с хорошо развитым Божественным навыком...

- Неприятности? - Хацин взволнованно спросил - ему сейчас было довольно скучно, потому что молчаливой Рэйвен пришлось ограничить разговоры с ним.

Рэйвен кивнула, а затем нахмурилась; наёмники вели себя по прежнему, не ожидая, и никак не реагируя на засаду. Если так будет продолжаться, ситуация могла измениться в худшую сторону, и вскоре. Рэйвен взглянула на Мэйри в её руках в замешательстве.

- Детям пора спать, - прошептала Рэйвен и надавила двумя пальцами чуть выше ключицы девушки. Менее чем за четверть секунды, тело Мэйри обвисло, когда она впала в беспамятство.

- Как удобно, - хмыкнул Хацин. - Должно быть, ты хотела сделать это целыми сутками...

- Даже не буду этого отрицать... - пробормотала Рэйвен.

Осторожно, Рэйвен расположила тело Мэйри так, чтобы она оставалась на ветке сама по себе. Её движения были стремительны. Она проверила, бандиты теперь были всего в трёхстах метрах от лагеря. Просчитав свои шансы, Рэйвен замешкалась лишь на секунду, прежде чем вытащила три небольших кинжала из её одежд. Она украла эти кинжалы у невнимательных наёмников за последние несколько дней и спрятала в её одежде, чтобы она могла использовать их для самообороны, не привлекая внимания к её пространственному кольцу.

Сейчас она влила духовную суть в два из них и бросила их в середину лагеря. Она пользовалась только одной рукой и одним движением, но кинжалы попали в совершенно разные места. Первый кинжал задел мешок зерна, который Ардеа несла к костру. Второй и третий кинжал, наполненные духовной сущностью, пролетели в непосредственной близости от двух лидеров наёмников, Хога и Твига, но прошли почти на метр над их головами, прежде чем исчезнуть в лесу позади них.

Ардеа не заметила кинжал, который порвал её сумку, но она заметила, как зерно высыпается. Её удивленный визг дал идеальный повод для резкого движения других. Оба - Хог и Твиг - вскочили на ноги в то мгновение, когда кинжалы прошли над ними - для любого спиритуалиста, по крайней мере с тремя духовными связями, не было никакой проблемы в восприятии духовной сущности в радиусе пары метров. Хог и Твиг, видимо, были не единственными спиритуалистами в группе, потому что несколько других тоже отреагировали на кинжалы Рэйвен и сосредоточили своё внимание на лидерах команд.

В следующий момент весь лагерь мобилизовался, даже в отсутствие словесной инструкции, пользуясь только жестами. Лишь за несколько секунд все наёмники заняли в подготовленные места; Герон и другие торговцы были в центре, спиной к экипажам, и наёмники рассыпались полукругом вокруг них. Герон держал изо всех сил жену и крепко закрывал ей рот, несомненно, чтобы помешать ей кричать "Мэйри!".

Хорошо, - Рэйвен была довольна их быстрой реакцией и тем, что они не стали привлекать внимание к двум детям.

Тишина поднялась над лагерем. После того, как люди в лагере остановились и затихли, приближающиеся сделали то же самое. Нет сомнений, что они поняли - их как-то обнаружили.

Ну, элемент неожиданности пропал. Вы в любом случае будете атаковать или дождётесь лучшей возможности? - задумалась Рэйвен, оставаясь на ветке рядом с бессознательной Мэйри.

Было всего сотня метров между засадой и лагерем, и, если бы они напали, им нужно было только несколько секунд, чтобы достичь своей цели. Видимо, было принято решение, потому что в следующее мгновение тишину нарушил шорох листьев и веток - уже не было никакой необходимости, чтобы скрывать их присутствие.

- Это засада! - взревел Твиг и наёмники тоже включились в работу.

То, что последовало, можно было переносить в учебники по тактике: без какого-либо торможения, семнадцать наёмников столкнулись с двадцатью двумя бандитами, из-за чего тихая ночь мгновенно наполнилась звоном стали и грубым ворчанием бойцов. Если бы не лес в долине, звуки битвы, несомненно, разнеслись бы по всему коридору. С её дерева, у Рэйвен был очень хороший вид на лагерь и она молча наблюдала за разворачивающейся битвой.

- Интересно... - пробормотала Рэйвен.

- Да? - Хацин расслышал её тихий голос.

- Ну, группы Хога и Твина обладают удивительно разными боевыми стилями. Как правило, экипажи наёмников, случайно нанятые вместе, вообще не могут работать вместе, как группа. Вопреки армии, которая упорно трудится, чтобы объединить свои войска, наёмники, как правило, делают акценты на индивидуальных сильных сторонах. Ведь людям свойственно приходить и уходить, когда им заблагорассудится, - Рэйвен объяснила. - Но смотри, люди Хога сражаются размеренно, их ауры очень спокойны и собранны. Люди Твига, с другой стороны, имеют свой собственный набор моделей и борются более агрессивно. При этом они не мешают друг другу, а наоборот, будто бы дополняют. Эти две группы не были сформированы в одночасье.

- Я вижу, что ты имеешь в виду... возможно, они сражались вместе достаточно долго, чтобы это повлияло на их стиль боя, - предположил Хацин. - Бандиты, кажется, находятся в невыгодном положении.

Хацин был прав насчет беды бандитов; они могут иметь преимущество в численности, но наёмники были хорошо обучены и организованы. На данный момент, бандиты не добились никакого прогресса, а кое-где и отошли обратно.

- Правда, пока ни одна из сторон не раскрыла какие-либо Божественные навыки. Они могут сместить чашу весов, - напомнила Рэйвен.

Как будто воюющие люди услышали её, духовная суть начала исходить сначала от одного, а потом и ещё несколькими бандитами, в то время как другие разбойники отошли назад. Рэйвен реально почувствовала изменения и могла оценить сильные стороны оппонентов:

- Один низкий Адепт и четыре Новичка различной силы. Если они все спиритуалисты, то они явно не так разборчивы, как Рифлман со своими бандюками был, - пришла к выводу Рэйвен.

Когда она закончила свою речь, наёмники уже собрались и дали врагу адекватный отпор, спиритуалистами. Удивительно, но что Хог, что Твиг стояли позади своих воинов, не вступая в прямой бой вообще. Несмотря на это, духовная суть пошевелилась в наёмниках, и в следующее мгновение многочисленные божественные способности были активированы.

- Удар жестокой змеи!

- Удар пяти воинов!

- Ладонь вихря!

Спиритуалисты кричали названия божественных способностей, которые они использовали, которые они бросили в сторону своих врагов, и Рэйвен невольно фыркнула:

- Серьёзно, почему все спиритуалисты, с которыми мы сталкивались, как правило, объявляют свои атаки, перед тем как их исполнить? - она проворчала неодобрительно.

В обучении Рэйвен незаметность всегда брала верх и была превыше всего. Для неё создание ненужного шума во время нападения было не только глупо, это была ошибка, которая может дать противникам необходимую информацию, чтобы защититься!

В лагере, сражение приняло новый уровень безумия, когда духовные сущности и различные черты стихий увеличили боевую мощь спиритуалистов. Однако, результат был всё тот же, как и раньше, бандиты находились в явно невыгодном положении. Будь это в культуре или по уровню квалификации, спиритуалисты наёмников были на ступеньку выше своих противников.

- Отступаем!

Наконец, поняв, что они выбрали не ту цель, один из бандитов выкрикнул команду и все двадцать два нападавших повернулись и побежали. Солнце уже закатилось, и силуэты бандитов быстро исчезли в темноте.

- Что это было? - слова Хацина прозвучали несколько разочарованно.

- Уже, кажется, всё... - Рэйвен посочувствовала разочарованию брата.

Бандиты создали меньшую угрозу для каравана, чем Рэйвен ожидала, учитывая их скрытый подход, и, когда они объявились, ни одна из сторон не понесла потерь. Тот факт, что Хог и Твиг даже не вступили в сражение, чётко указывало, что это были просто бандиты. Рэйвен и Хацин теперь видели странный симбиоз между теми, кто вне закона и теми, кто работал на стражу в первую очередь.

- Мэйри! Мэйри! - наконец, избавившись от обьятий мужа, Ардеа лихорадочно закричала, в поисках ребёнка.

Рэйвен взяла на руки спящую девушку и молча спрыгнула с ветки, они которой сидела. Хотя в лагере были видны ветви дерева, основание дерева было скрыто за высокими кустами, и, к счастью, никто не повернулся в ее сторону. Если они смотрели, и, несомненно, были бы в шоке, она бы примерно метр в высоту мальчик прыгнул вниз с ветки в два метра до земли, Да ещё и нёсшего ребёнка такого же размера вынашивания ребенка аналогичного размера.

Рэйвен вышла из-за кустов с Мэйри на руках.

- Сюда, мэм! - она ответила на крики Ардеа и, чтобы успокоить мать, быстро добавила: - Она уснула до того, как пришли бандиты.

- Мэйри! - Ардеа бросилась и выхватила девочку из рук Рэйвен.

Сидя на земле, она тщательно осмотрела дочь, и, когда раны не были найдены, она вздохнула с облегчением. Обняв Мэйри, Ардеа посмотрела на Рейвен.

Твою же м... - Рэйвен сжалась, лицо Ардеа выражало ужасный гнев.

*Бац!* Громкий хлопок пощёчины заполнил тихий теперь лагерь. Все замерли. Рейвен рассеянно подняла руку, чтобы прикрыть щёку, по которой Ардеа только что ударила.

- Ты! Как ты посмел увести моего ребёнка из лагеря! - Ардеа кричала и размахнулась, чтобы ударить Рэйвен ещё раз: - Из-за тебя её могли убить!

Когда Ардеа собиралась ударить Рэйвен во второй раз, Твиг появился рядом с ней и схватил её руку.

- Не надо, - сказал он спокойным голосом.

- Отпусти меня, - закричала Ардеа: - Какой смысл защищать такого жалкого раба бандитов, как он?

Люди в лагере, не веря ушам, слушали Ардеа. К этому моменту все уже успели заметить оковы Рэйвен и заметили, как маленький мальчик, иногда отдаляясь, как будто смотрит куда-то очень далеко. То, что малыш бывший раб - было очевидно. Они все жалели малыша, а Ардеа, пожалуй, больше всех, так что теперь её поведение было трудно понять.

- Ардеа... - Герон подошёл к жене и обнял её дрожащее тело: - Успокойся. Ты ведь правда не думаешь так.

- Нет, думаю! - голос Ардеа сорвался, и она упала, плача, на руки мужа.

Герон погладил её волосы: - Всё, всё, дорогая. Мы все сейчас в безопасности.

Он знал, что Ардеа преувеличивала из-за страха, и что она на самом деле очень беспокоилась о безопасности Рэйвен тоже. Герон посмотрел на Рейвен, которая стояла как вкопанная перед ними.

- Рэйвен, она...

Прежде чем он успел закончить фразу, Рэйвен развернулась и убежала в лес. Герон вздохнул.

- ...и мы так много пережили вместе... - промямлил Герон. Он думал, что Рэйвен стало гораздо комфортнее среди людей, поскольку они оставили Врата Блэк Тэйлон. Теперь он опасался, что ситуация вернется: - Твиг, или Хог, мог бы один из вас сходить за ним? Он долго не протянет один...

- Конечно, я схожу, - Хог ответил первым, и спокойно пошёл в направлении Рэйвен; след сломанных веток и следы, показывали путь Рэйвен, будто открытая книга. Хог чувствовал, что не нужно бежать. Ребёнок рано или поздно остановится.

Рэйвен продолжала бежать в умеренном темпе в поросшие лесом горы.

- Почему ты убегаешь? Тебе не нужна эта компания, чтобы пройти через следующие ворота? - спросил Хацин.

- Нужны, - ответила Рэйвен ровным голосом: - Но её мать ударила меня изо всей её силы, глупая женщина!

- И что?

- Ты ещё спрашиваешь? Если обычный человек, не спиритуалист, ударит тебя изо всей силы, что будет?

Хацин глубоко вздохнул. Основа самосовершенствования - поглотить духовную суть своим духовным ядром, а затем использовать очищенную энергию, чтобы укрепить своё тело. Однако, этот процесс укреплял не только мышцы тела, каждая клетка растёт и становится сильнее. Когда у Хацина ещё было тело, его кожа уже была более чем в два раза прочнее, чем у обычных детей, что означало, что и его кости были как минимум в два раза более жёсткими.

- Я совершенствовалась, ещё когда была ребёнком - так как мои клетки уже находились в состоянии быстрого роста, они были весьма чувствительны к изменениям. Хотя мой уровень самосовершенствования лишь Адепт низкого уровня, я подозреваю, что состояние моего физического тела находится ближе к пику Адепта, или, возможно, даже низкого уровня Чемпиону...

Рэйвен немного ускорилась, когда заметила, что кто-то пошёл за ней. Она не готова была вернуться пока.

- Для обычного человека, бить меня - это как бить камень... хотя я пыталась уменьшить ущерб, двигая головой, я отчётливо слышала тихий хруст - завтра она будет размером с воздушный шар.

- Ну да, это проблематично. Они станут выяснять, в чём дело, особенно, если на лице сестры не будет даже синяка... Думаю, сестра, у тебя нет выбора, кроме как путешествовать самостоятельно, да?

Рейвен озорно улыбнулась.

- Кто сказал, что я не ранена?

- Сестра, ты не посмеешь! - Хацин был потрясён; он знал сестру достаточно хорошо, чтобы понять, что она задумала.

- Прости, большой брат, тебе придётся терпеть молчанку ещё чуть дольше!

Когда она стала уверена, что расстояние между ней и её преследователем стало достаточно большим, Рэйвен остановилась. Собрав духовную суть в правой руке, Рейвен решительно ударила себя по той же щеке, что Ардеа била раньше.

Звук от удара был оглушительным, но густой лес остановил шум. Резкая боль заставила Рэйвен потерять координацию на пару секунд, но, несмотря на это, она не выказала внешне никаких признаков боли.

- Чёрт тебя подери, Рэйвен! Не бей себя так сильно!

- Я в порядке, брат.

- А вот хрен тебе - у тебя лицо уже покраснело!

- Нужно, чтобы соответствовало...

- И поэтому ты хочешь вызвать у себя внутреннее кровотечение?! - Хацин был в ярости: - И как ты можешь быть такой равнодушной? Тебе должно быть до усрачки больно!

Рэйвен только улыбнулась этому, хотя жест заставил боль усилиться. Рэйвен действительно было очень больно, но для неё это ничего не значило. Если надо будет, Рэйвен могла бы выдержать дни пыток, не показывая даже признака боли, которую она испытывала. На самом деле, тогда боль будет рассматриваться как желанный друг; покуда она ощущала боль, она знала, что была жива.

Хацин продолжал укорять, но Рэйвен почувствовала, что в одиночку ей осталось сидеть не слишком долго - Хог скоро догонит - тогда она села на одно из крупных деревьев и начала плакать. Во-первых, Хацин подумал, что его сестра наконец-то дала выход боли, которую она чувствовала, и начал утешать её. Однако всего несколько минут спустя, Хацин услышал приближающегося наёмника и понял, что он снова попал на крючок сестры.

- Опять притворство... - пробормотал он и замолчал.

Когда Хог приблизился достаточно, чтобы слышать рыдания Рэйвен, он увеличил свой темп и быстро подошёл к дереву, на котором она сидела. Глядя на плачущего ребёнка, лежащего на земле, своим обветренным сердцем он ощутил укол волнения; несмотря на то, что он был толстокожим воякой, Хог не мог ничего сделать, но хотел защитить ребёнка перед ним. Вдруг он замялся. Вопреки Герону, Хог не имел никакого опыта в отношениях с детьми. Он действительно хотел бы чем-то помочь, но теперь он был в растерянности, что вообще можно сделать.

Медленно, Хог присел в метре от Рэйвен; он по крайней мере знал, что не нужно трогать ребёнка.

- Эм... привет, малыш... - он попробовал осторожно, но тело Рейвен всё-таки содрогнулось: - Хм.. ты знаешь, мужчина не должны плакать, когда женщина бьёт его.

- Я не плачу! - возразила Рэйвен, плача дальше. Она даже закатила глаза: А мне даже было интересно, какой совет ты дашь маленькому ребёнку - ты, солдат до мозга костей? Хотя он вряд ли стал бы делать из пощёчины проблему, не так ли?

Тем не менее, Рэйвен успокоила свой плач до хныканья, а потом замолчала; не было никакого смысла упорствовать.

- Хорошо, - голос Хога был более уверенным в этот раз: - Теперь позволь мне взглянуть на твоё лицо, у меня есть мазь, которая поможет справиться с болью...

Хог отвернулся от Рэйвен на секунду, чтобы найти банку с мазью в своей сумке, но, когда он посмотрел снова и увидел, что половина лица Рэйвен опухла до неузнаваемости и под бледной кожей уже разливается сине-фиолетовый синяк, он только выпучил глаза и выронил банку, которую он держал.

- Твою...!

Он смотрел на лицо Рэйвен в шоке. Внезапно он почувствовал, что его предыдущее замечание о том, что мужчины не плачут, было немного бестактно. Чёрт, он был поражён тем, что ребёнок не отключился, когда Ардеа влепила ему!

В конце концов его чувства вернулись к нему. С новым рвением, Хог вцепился в плечи Рэйвен - игнорируя страх, которым это движение отразилось в глазах ребёнка - и твёрдо сказал: - Ты на самом деле пытался защитить Мэйри, не так ли? Малыш, послушай меня: человек, который может принять такой удар и по-прежнему оставаться верным своим убеждениям и не мстить - это настоящий человек! Не связывайся с людьми, которые судят тебя по прошлому - у тебя есть потенциал, чтобы стать великим человеком в будущем!

Лицо Хога было очень близко к Рейвен и, несмотря на темноту, она отчётливо видела, как его глаза практически сияли энтузиазмом. Это было, будто он поощряет его самого любимого ученика. Хацин в кольце ревел от смеха:

- Ха-ха-ха, сестра, он назвал тебя настоящим мужчиной! Ха-ха-ха, это очень смешно!

Раньше, чем у Рэйвен появился шанс ответить, Хог встал на ноги и потащил Рэйвен за ним - сначала он собирался нести ребёнка в лагерь, но теперь он думал по-другому.

- Ну, молодой человек, давай вернёмся в лагерь с высоко поднятой головой! - Хог поставил дополнительный акцент на молодой человек, когда говорил: - Держу пари, у тебя будет самая впечатляющая боевая рана из всех нас!

Хог подмигнул и зашагал вниз по горному склону, потянув Рэйвен за собой. Пока они шли, Хог рассказывал о разных приключениях, которые он пережил, когда был моложе и, кажется, пытался убедить Рэйвен сделать то же самое. Рэйвен вынуждена была признать, что не совсем может понять его мотивацию - он хотел её пожалеть и сделать более привязанным к нему, или нет? Повышенный интерес Хога может ударить по ней позже...

Когда Рэйвен и Хог, почти час спустя, вышли из-за деревьев на дорогу к лагерю, почти все уставились на Рэйвен круглыми глазами.

- Бляха! Какое украшение ты себе надыбал, пацан! - Твиг был первым, кто завопил от восторга, но вскоре за ним последовали остальные наемники. Они все, казалось, искренне поздравляли Рейвен с её "первой боевой раной".

Ни одна из женщин не присутствовала, они, скорее всего, уже ушли спать, но Герон улыбнулся, когда подошёл к Рейвен:

- Я рад, что ты верну... - его улыбка дрогнула, когда он увидел весь масштаб травмы Рэйвен. - Господи Боже... неудивительно, что Ардеа повредила руку!

Рэйвен ничего не ответила, и просто тупо уставилась на костёр. Хог наклонился и прошептал на ухо Герона: - Он такой с тех пор, как я заставил его идти за мной. Он не сказал ни слова.

Герон заглянул в палатку, где его жена спала. Он боялся, что Рэйвен закрылась ещё больше из-за этого - и, кажется, он был прав.

- Рэйвен, мой мальчик, не принимай того, что моя жена сказала, близко к сердцу. Она перенервничала из-за этого неожиданного нападения, а ещё Мэйри... они выместила всю злость на тебе. - Герон подошёл, так, что он встал между Рейвен и костром, чтобы заставить Рэйвен посмотреть на него. - Ты имеешь полное право злиться, но я надеюсь, что ты сможешь доверять мне. Я обещаю, что этого не повторится.

- Конечно, - голос Рейвен звучал отстранённо.

Она даже не посмотрела на лицо Герона, а потом отвернулась, встала и пошла к дереву, которое было ближе всего к палатке Хога. Почти без усилий она поднялась на самую низкую ветку и устроилась на ночлег.

Герон, оставшийся позади, ничего не мог сделать, и чувствовал себя подавленным. Ему, наконец, удалось устроить малыша достаточно комфортно в палатке своей семьи накануне вечером, но теперь всё вернулось на круги своя.

- Ну же, ему нужно время, - с пониманием взглянув на Герона, Хог присел рядом с Твигом к огню.

- Этих бандитов было много, но они какие-то слабые, - сказал Твиг: - У них было всего несколько спиритуалистов и их духовная суть пропалила их чуть раньше положенного.

Хог помолчал некоторое время, вспоминая о сражении. Он, казалось, что-то обдумывал, но в итоге отверг эту идею:

- И правда. Будем надеяться, что так и останется.

- Ха-ха, надеюсь, что нет! Это будет слишком скучно! - взревел Твиг.

Хог вздохнул: - Серьёзно, Твиг, ты никогда не научишься...

Двое наёмников и несколько их коллег продолжали говорить вполголоса, но Рэйвен только улыбнулась и позволила себе заснуть. Наёмники не заметили, что это она бросила ножи перед атакой, а только почувствовали духовную суть, из-за чего они подумали, что бандиты налажали. По крайней мере, Рейвен сейчас могла расслабиться: её прикрытие было в безопасности.

---------

На следующий день было неудобно почти всем. Ну, всем, за исключением Рэйвен.

Ардеа, с её сломанной рукой, плотно обмотанной бинтами, явно стыдилась за своё поведение накануне, но вокруг постоянно кто-то ходил, чтобы она могла извиниться. Мэйри, которая узнала о засаде только утром, только громко вопила и чуть не упала в обморок, когда увидела Рейвен с её "радужным" лицом. Она провела остаток дня неестественно тихо, оглядываясь на мать - она была до такой степени потрясена тем, что её мать могла кого-то так обидеть. Люди в караване пытались вовлечь Рэйвен в разговор, но безрезультатно. Таким образом караван погрузился в странное молчание.

Рейвен же, с другой стороны, упивалась этой самой тишиной. Ей очень нравилось играть апатичного ребенка, пока она незаметно смотрела, как остальные неловко извиваются в ответ на её незаинтересованность. Ведь притворяться тем, кем не можешь быть, довольно утомительно, особенно долго, так что эта перемена была для неё самой желанной.

Ситуация оставалась неизменной до того момента, как два дня спустя ещё одна кучка бандитов напали на караван. Эта группа внаглую попыталась напасть среди бела дня и их попытка была ещё более неудачной, чем у прошлой группы. Но на этот раз Ардеа реагировала по-другому; она решительно схватила Рэйвен, которая "случайно" оказалась довольно близко во время атаки, в объятия и защищала ребёнка своим телом. Разумеется, никакой реальной опасностью даже не пахло - наёмники отбили атаку бандитов с лёгкостью - но Рэйвен тем не менее поблагодарила её, что резко изменило настроение в караване.

- Как великодушно с твоей стороны... - Хацин глумился. Он, конечно, понял, что Рэйвен специально подстроила ситуацию и позволила Ардеа "защитить" её. - Ах, да, ещё мне дико нравится, что я не единственный, кого игнорирует моя сестра! - дразнил он из кольца.

Рэйвен, с другой стороны, чувствовала себя немного удручённой. Она должна была позволить этому случиться для "общего блага", но, когда она посмотрела на вновь оживившуюся Мэйри, подпрыгивающую к ней, Рейвен невольно передёрнуло.

Я никогда не буду рожать детей...

После великодушного жеста Ардеи все вернулись к нормальной жизни - за исключением того, что Ардеа уже не могла помогать с готовкой, и Рэйвен почти перестала есть, только пила время от времени. Караван медленно продолжал свой путь через проход.

Разумеется, за время их путешествия им ещё не раз попадались группы бандитов, пытающиеся урвать свой кусок добычи. Было ясно, что некоторые из таких бандгрупп были спешно сформированы, и довольно коряво, но другие были более организованны и стали более сложной задачей для наёмников. К тому времени десять дней прошло с тех пор, как караван вошёл в проход, количество атак уже насчитывало пять - в два раза больше, чем обычно, и они оставались довольно далеко от следующего города Врат.

Несмотря на это, Хог и Твиг были вынуждены использовать их духовную сущность всего один раз. Это было когда один из бандитов оказался Адептом среднего уровня, который, как ни странно, обладал боевым Божественным навыком третьего уровня, чем заставил Хога и Твига использовать Божественный навык "Золотая Черепаха", который сформировал духовную суть в защитный барьер вокруг торговцев и их товаров. В отличие от первой засады, Рэйвен уже не нужно было протягивать руку помощи, наёмники сами прекрасно справлялись.

Итак, прошло ещё два дня с момента последней атаки. Планировалось, что они достигнут Врата Рок-Рен через два-три дня, если ничего неожиданного не произойдёт. В последние два дня, проход был очень спокоен; не было ни обстрелов, ни ликующих бандитов, ни диких зверей, завывающих в ночи. Это спокойствие заставляло Рейвен чувствовать себя на грани.

Она не могла ничего поделать, но всё чаще возвращалась мыслями в тот арктический пейзаж, где она провела почти полтора года, защищая Эрика, "солнечного" учёного. Там был огромный лес в паре километров от научно-исследовательской базы. Деревья в этом лесу были самыми большими из всех, что Рэйвен когда-либо видела, со стволами настолько большими, что пять человек, взявшись за руки, не смогли бы их окружить. Толстый слой снега, покрывающий каждый дюйм леса, уже делал всё это до жути тихим, но был там один уголок, который был ещё тише... Волоски на шее Рейвен встали дыбом, когда она просто подумала об этом месте и что она встретила там...

Ощущения были не так сильны здесь, тишина не столь заметной. Она не чувствовала непосредственной угрозы, но жители этого прохода, кажется, чувствовали себя по-разному.

Сейчас был рассвет. Наёмники, которые дежурили в конце ночной смены уже пошли будить людей, но Рэйвен не нужно было будить; даже раньше, она обычно проводила ночи просто делая вид, что спит, чтобы спокойно самосовершенствоваться дальше, а спала только раз в три дня или около того - ей не нужно было больше, потому что она была Адептом духа. Но, хоть они и вошли в тихий уголок, Рэйвен оставалась бдительна.

Рэйвен вышла из палатки за секунду до того, как наёмник собирался наклониться ближе к палатке, чтобы разбудить людей внутри.

- О! Доброе утречко! - испуганный мужчина немного попятился, затем кивнул в сторону палатки: - Остальные не спят?

- Неа, - больше Рэйвен не сказала ни слова, просто шагнула в сторону близлежащего ручья.

Это был единственный ручей, на который они натолкнулись за эти последние две недели, и это было хорошо - из-за отсутствия водоснабжения весь караван дико вонял! Рэйвен хотела бы быть достаточным авторитетом в группе, чтобы иметь возможность приказать обязательно мыться, но, к сожалению, она не имела таких полномочий. Хотя, если бы только кто-то заставил её помыться - она бы не стала раздеваться и тщательно мыться... ей бы пришлось ограничиться плеском воды на лицо и руки.

Она почувствовала, как кто-то подошёл сзади.

Ну твою м... - Рейвен надеялась хотя бы на ещё несколько минут покоя.

- Доброе утро, Рэйвен! - раздражающе задорная Мэйри пробежала последние несколько шагов и остановилась прямо позади Рейвен, немного толкнув её.

Если бы Рэйвен не была Рэйвен, то маленький трюк Мэйри вылился бы для неё в акробатический прыжок с головой в воду. Обычно Рэйвен не сопротивлялась - было всё-таки довольно жарко в этой узкой долине, где едва дул хоть какой-то ветер, и детские игры - это хороший повод для неё, чтобы промокнуть, не раздеваясь, - но не сейчас. Не в этой странной тишине.

- Утро, - Рэйвен вынуждена была уйти.

- Бя, как скучно, - Мэйри надулась над её неудачной засадой, но вскоре смирилась с этим. - О, сегодня твой синяк более желтовато-зелёный!

Она показала на щёку Рэйвен. Мэйри сделала своей миссией чётко информировать Рэйвен о состоянии постоянно меняющего оттенки синяка.

- Да ты что? Как увлекательно, - зевнула Рэйвен.

- Да! Так и есть! Кто бы мог подумать, что лицо может быть стольки цветов? - Мэйри хихикнула.

- Тогда, может быть, ты должна стать медсестрой, когда вырастешь. Таким образом, ты бы... - Рэйвен замерла.

- Как это возможно? Всего двести метров! И почти тридцать!

Рейвен обнаружила движение, но, как и во время первого нападения, группа двигалась к ним, не создавая даже малейшего звука. Только едва различимый ветерок, когда они медленно двигались вперёд, будто бы дул перед отрядом. Они ещё не вошли в район, в котором Рэйвен могла почувствовать активацию духовной сути. По крайней мере, они двигались немного медленнее, чем первая группа.

Дерьмо!

- Мэйри, хочешь поиграть в прятки?" Рэйвен быстро спросила, и, не дожидаясь ответа, продолжила: - Иди присядь под одним из вагонов и считай до ста, пока я прячусь - и не подглядывай!

Глаза Мэйри заблестели - Рэйвен никогда не начинала игру раньше!

- Хорошо! – она радостно побежала к вагонам.

Рэйвен быстро побежала в штаб лагеря. Менее половины мужчин были на своих местах, а те немногие, что были здесь, либо одеты для работы, либо разделись для отдыха. Ни Хога, ни Твига не было. Сама Рейвен бежала в открытую, так как, если бы она пользовалась ножами, как в прошлый раз, был велик риск, что люди в лагере увидели бы её или, что ещё хуже, приближающихся бандитов. Наёмники не получили бы никаких преимуществ. То же самое произошло, если бы она просто крикнула: «Засада». Ей было необходимо предупредить наёмников так, чтобы дать им верх.

Рэйвен посмотрела на ближайший шатер. Он был едва ли пятьдесят метров, и тут жил Твиг.

Твигу, кажется, около тридцати и, скорее всего, прожил довольно насыщенную жизнь. Его опыт довольно богат, поэтому его духовных связей должно быть примерно двадцать или двадцать пять. Так, если посчитать… Он может обнаружить примерно в сорока метрах... это неневозможно! Бандиты не подойдут так близко, они уже нападут… - Рэйвен неистово перебирала варианты.

- Сестра? - Хацин, естественно, заметил, что его сестра внезапная задумалась, но Рэйвен проигнорировала его.

Но, если я сделаю так, то они, или, по крайней мере Твиг, скорее всего, узнают, что я –спиритуалист… - глаза Рэйвен загорелись. - О, это может сработать...

Сконцентрировав своё внимание на движении внутри шатра, Рэйвен решительно заполнила каждую клеточку в теле духовной сущностью, а затем пустила всё это, словно взрыв, к палатке Твига. Рэйвен была осторожна, чтобы не сосредоточить духовную сущность жёстко в одном направлении, но, если она сделала правильно, духовная сущность примет видимую форму, которая предупредит только наёмников.

В течение нескольких месяцев Рейвен объединяла её жажду убийства с ее духовной сущностью и, хотя слияние было неполным, чувство жажды смерти всё ещё словно бы вытекало из её духовной сущности. В палатке, глаза Твига мгновенно распахнулись, и холодный пот покрыл его тело. Никогда раньше он не боялся так за свою жизнь, как сейчас.

Я щас сдохну! – первая мысль вихрем пронеслась в голове. - Нет! Я должен драться!! - была следующей.

Он вскочил на ноги и в то же время он позволил его духовной сути пронзить тело, готовясь к бою. Он схватил своё оружие и приготовился к штурму его шатра.

Снаружи, Рэйвен убедилась, что Твиг отреагировал правильно – то есть её усилия достигли желаемого эффекта, поэтому она мгновенно сбросила её духовную суть и закричала: «Я сейчас спрячусь, Мэйри!». Рэйвен посмотрела вокруг, чтобы найти что-либо, похожее на тайник, и, наконец, просеменила к ближайшему дереву. Она поднялась и с трудом и уселась на ветке, глядя в сторону Мэйри.

Прежде чем Рэйвен даже дошла до дерева, реакция на духовную сущность Твига уже запустила цепную реакцию в лагере; когда спиритуалисты, заметили Твига, активировавшего духовную сущность, они активировали свою, тем самым вызывая следующих спиритуалистов реагировать и так далее. Бандиты были чуть менее, чем в ста метрах отсюда - не достаточно близко, чтобы почувствовать духовную суть, но, безусловно, достаточно близко, чтобы услышать и увидеть внезапную мобилизацию лагеря.

К тому времени, как Рэйвен уселась на ветке, битва уже началась.

В отличие от первой засады, не было никакого организованного хаоса на этот раз, был просто хаос. Действия Рэйвен были всего дали наёмникам достаточно времени, чтобы схватить своё оружие и приготовить духовную сущность. Не было времени, чтобы формировать боевые порядки и прочее.

Рэйвен спокойно наблюдала за боем. Казалось бы, бандиты собирались с самого начала истребить лагерь одним ударом. Более половины из них сражались, используя Божественные способности, и, хотя большинство из них были спиритуалистами низкого или среднего Новичка, они всё равно явно превосходили наёмников, среди которых было только двенадцать спиритуалистов, но с более высоким уровнем. Хог и Твиг также вышли на бой, но среди бандитов тоже был Адепт высокого уровня, так что они не могли помочь своим людям. Это была, безусловно, самая кровавая стычка, и довольно скоро появились первые жертвы.

В то время как наёмники и бандиты воевали, Герон, Ардеа присоединились к Мэйри под повозкой, где она притаилась для игры в прятки. Другие купцы прятались под другим вагоном. Рэйвен вдруг увидела, что маленький человек быстро продвигается в сторону повозок.

Когда человек бежал, не было ни единого звука и воздух, казалось, сам расступался перед ним. Когда Рэйвен сконцентрировалась на этом человеке, она поняла, что не чувствует какой-либо духовной сущности, исходящей от него, хотя он явно использовал Божественное мастерство. Если бы он был немного более опытен, скрывая свое присутствие, даже Рэйвен было бы трудно найти его.

- Должно быть, это он помог довести всех сюда почти невидимыми... – Рэйвен не стала приглушать голос, ведь в шуме битвы только кто-то рядом с ней, или кто-то с сотнями духовных связей, как она, могли бы услышать её. - Я хочу этот навык.

Если бы речь шла только о том, чтобы спрятать её собственное движение, Рейвен могла и сама сделать это с легкостью, используя её старое искусство, но уметь скрывать кого-то другого – это более круто. Кроме того, тот факт, что его духовная суть не распространяется, когда он использует навыки – на это тоже стоит посмотреть.

Рейвен продолжала смотреть на мужчину. На данный момент она не могла сделать ничего другого, но она сидела, как на иголках. Бандит достиг своей цели и быстро вошёл в вагон. Спустя несколько мгновений он появился снова, в руках у него был сундук, набитый так, что Рэйвен сразу поняла - там лежат наиболее ценные изделия Герона и много денег.

- Его товарищи воюют с наёмниками, а он ворует товары – как подло! – Хацин тоже заметил маленького человека.

- Это довольно правильная тактика на самом деле. Бандиты не хотят убивать слишком много людей, иначе гильдия наёмников может перестать быть снисходительной к ним. Так, остальные бандиты будут выигрывать время, после чего сбегут. Если всё пойдет хорошо, то торговец заметит пропажу намного позже.

- Ха! Это же нечестно!

Рейвен закатила глаза: - Они же бандиты, чего ты от них ждёшь?

Хацин замолчал, а Рэйвен продолжила наблюдать за человеком, пока он бежал из лагеря. Если ей повезёт и никто не заметит его, то Рэйвен сумеет свободно «познакомиться» с ним. К сожалению, казалось, у удачи был перерыв, потому что, когда человек уже почти добежал до леса, Герон выглянул из своего укрытия и увидел убегающего человека.

- Мои драгоценности! Хог, он уходит с моими драгоценностями! – взревел Герон.

Даже во время боя Боров не имел проблем с тем, чтобы услышать такой рёв. Он отвлёкся от боя и тоже заметил этого человека. Хог быстро извернулся, избегая удара меча, а затем, используя импульс нападавшего и хорошо сделанный толчок, он откинул спиритуалиста подальше от себя. Спиритуалисту понадобилась лишь пара шагов, чтобы восстановить равновесие, но Хог в это время уже побежал за тем самым вором.

[Примечание переводчика: названия предыдущей и этой глав «To help or not to help?» - это аналог известной фразы из Гамлета «Быть или не быть?», на английском «To be or not to be?»]

Рэйвен в гневе выругалась. Если Хог преследует бандита, она не сможет действовать, не привлекая к себе нежелательного внимания.

Мужчина с сундуком вбежал в лес недалеко от места, где сидела Рэйвен, и Хог вскоре пролетел мимо. Рэйвен раздумывала мгновение, но после быстрого взгляда назад, на битву, происходящую в лагере, она решилась и быстро спустилась с дерева. Молча, она побежала следом заХогом и сбежавшим бандитом. Даже без каких-либо Божественных навыков, от Рэйвен едва-едва можно были различить какие-то звуки, когда она бежала через лес; ноги её слегка стучали по земле и палым листьям, а её дыхание практически отсутствовало, несмотря на то, что её мышцы работали на пределе.

Расстояние увеличивается… - Рэйвен нахмурилась.

Она надеялась, что ей удастся сохранить расстояние, опираясь только на её физические возможности, но ей быстро стало ясно, что это не так. Сейчас было примерно сто метров между ней и Хогом - и ещё семьдесят метров до бандита - но расстояние медленно росло. Она могла почувствовать духовную суть Хога, или даже, скорее всего, обоих из них, просто бандит использовал свой странный навык движения и поэтому его духовную сущность не было видно.

Ну, они не заметили мою духовную суть на таком расстоянии…

Красное духовное ядро Рэйвена загорелось чуть ярче, и духовная сущность потеклав её ноги и ступни. Через миллисекунду, силуэт Рэйвен стал туманным, когда она бросилась вперёд с неожиданной скоростью. Теневой бег не был способностью для перемещения на длинные дистанции, но этого было достаточно для Рэйвен, чтобы немного догнать и держать себя на среднем расстоянии – чуть более шестидесяти метров – от Хога.

Погоня продолжалась ещё двадцать минут, прежде чем бандит вдруг остановился. Рэйвен заметила его резкую остановку перед тем, как Хог успел и затормозила, но, вместо того, чтобы следовать за Хогом, она начала медленно двигаться в сторону левого фланга бандита.

- Почему остановился здесь? – спрашивала себя Рэйвен, пока двигалась.

Либо бандит устал убегать и решил принять бой, либо была другая причина для него, чтобы остановитьсяздесь и сейчас. Она использовала все свои чувства, чтобы попробовать выяснить, почему бандит остановился здесь, но не могла отметить ничего из ряда вон выходящего; площадь была как любая другая часть этого горного леса - склоновые земли, покрытые плотнымирядами деревьев. Однако, бандит, похоже, не очень устал, что заставило Рэйвен подозревать ещё больше.

В то время как Рейвен молча отходила в сторону, Хог уже догнал бандита и теперь они стояли менее чем в десяти метрах друг от друга.

- Ну, должен признать, задумка хорошая.Но тебе не легче, - сказал Хог ровным голосом, из-за чего он мог показаться равнодушным к интенсивной погоне, которая только что закончилась. – Давай сюда сундук, и я позволю тебе уйти на своих ногах.

Бандит усмехнулся: - Я думаю, что вы неправильно оцениваете ситуацию, сэр наёмник. Уходите сейчас, и я не убью вас.

Хог поднял брови в удивлении, послечего покачал головой. Бандит перед ним выглядел довольно тощим, с длиннымшрамом на правой щеке, но он явно был не старшетридцати. Учитывая бандитский образ жизни и возраст, было сомнительно, что его саморазвитие было выше, чем у Хога – он считался достаточно квалифицированным в этой области, он всё-таки успел стать Пиковым Адептом, несмотря на то, что присутствовалтолько в академии низкого уровня духа, он даже мог бы присоединиться к одной из имперских армий в качестве солдата, если бы захотел.

- Я вас предупреждал... – сказал Хог, когда его духовная суть хлынула в меч.

В стороне, Рэйвен печально улыбнулась, как она почувствовала давление потока духовной сути Хога. Просто огромная разница между Низким Адептом и Адептом на пике... Его суть гораздо плотнее, чем у меня. Он будет очень сильным соперником.

Температура воздуха в области опустилась на несколько градусов и слой инея покрыл руку Хога и меч. Он бросился вперед и ударил мечом в шею бандита.

Замороженное лезвие? Уровень четыре... впечатляет.

Рэйвен наблюдала, как меч Хогалетел к своей цели и, хоть Рэйвен ничего не могла сделать, но нахмурилась; бандит выглядел совершенно равнодушным к приближающемуся мечу и всё ещё выглядел так же нагло, как и прежде. Внезапно, бандит поднял руку и сильная духовная суть прошла в его ладони.

- Невозможно! – Рэйвен почти выкрикнула.

Человек легко остановил атаку Хога голыми руками, и, когда давление его духовной сущности достигло Рэйвен, ейстало трудно дышать. Не медля ни секунды, Рэйвен развернулась и побежала.

- Куда ты? -Хацин закричал.

Рэйвен не ответила, она просто продолжала бежать.

- Повернись, сестра! Хогунужнатвоя помощь!

- Ты шутишь? – Рэйвен, наконец, прошипела в ответ. – Этот человек Низкий Чемпион! Он может прихлопнуть меня как муху!

- Но Хог умрёт, если ты не поможешь ему!

- Нет никаких сомнений, но это не моё дело. Кроме того, он наёмник, он знал, чем рискует, когда подписался на эту работу. – Рэйвен не тормозила вообще. Важным аспектом хорошего убийцы является знание своего предела – не идти на убийство, если вы не знаете, сможете ли выиграть.

- Сестра! Почему бы не помочь ему, когда ты можешь изменить ситуацию?

- Потому что я дорожу нашими жизнями выше, чем его... – голосРэйвен был спокойным, но внутри она ощутила огромное беспокойство; она точно знала, что, если её брат действительно попросит у неё – она не сможет отказать ему.Даже до того, как он потерял своё тело, Рейвен пошла бы на многое ради своего брата, и теперь она чувствовала, что обязана ему всем.

- Обернись! Ты можешь использовать Сумеречную Колыбельную на него! Если ты смогла усыпить 30 человек,ты должна быть в состоянии сделать то же самое с этим Низким Чемпионом. Сестра, по крайней мере, попытайся помочь ему!

Рейвен остановилась. Плотно закрыла глаза, страдальческое выражение заполнило её лицо.

Ты слишком мягкосердечен, брат... в один прекрасный день это будет стоить жизни нам обоим… - независимо от ее мысли, Рэйвен развернулась и бросилась обратно к Хогу и бандиту.

Она могла слышать удары, но в тот момент, когда она подбежала на двести метров, ударная волна духовной сути ударила её разум. Лицо Рейвен слегка побледнело под давлением, и ей пришлось потрудиться, чтобы сохранить дыхание ровным. Хотя она жила с несколькими Низкими Чемпионами в течение последних четырёх лет, она никогда не видела ни одного из них сражающимся на полную катушку.Во время обучения, они, как правило, никогда не использовали свою полную силу. Даже во время этого они всегда просили Рэйвена и Хацина не бояться, но отойти подальше. Физическое давление, создаваемое высоким уровнем духовной сущности, было вредно другим, независимо от того, могли они почувствовать духовную суть или нет.

Рэйвен не могла ничего поделать. Она была в шоке от сцены перед ней, когда она достигла её прежнего места. Большинство деревьев в радиусе ста метров были полностью разрушены; некоторые лежали на земле осколками, закованные в лёд, другие были превращены в груды обугленного пепла. Земля была дырявой кашей изо льда и тлеющих головешек. В центре этого хаоса, две размытые фигуры бились. Один с мечом, побелевшим от мороза, отчего земля под человеком замерзала, когда он просто пролетал над ней, другой с мечом, заключённым в ярко-красные языки пламени, которые сжигали всё, чего даже близко соприкоснутся.

Всякий раз, когда они ударяли, тощее тело Хога отбрасывало назад на несколько шагов, в то время как маленький бандит, казалось, только наступал. Однако, Хог поживал лучше, чем Рэйвен ожидала – его тело было покрыто ожогами и глубокими кровоточащими ранами, его лицо было полно усталости, но он был ещё жив.

Рэйвен не стала доставать Благословение Соловья из её пространственного кольца; толку от меча в руках, если всё равно смерть придёт мгновенно? Вместо этого она остановилась на краю разрушенной земли, активировала её духовное ядро и подготовила свою духовную сущность.

В тот момент, Хог, которого только что бандит ударил ещё раз, сделал паузу в атаках, чтобы наблюдать за его соперником. Бандит по-прежнему улыбался ему с намёком на веселье, как будто он только играл. Хог не мог поверить в своё невезение. Как может быть Низкий Чемпионом Духа среди группы бандитов? В основном каждый Чемпион получал высокую должность в имперской армии, и зарплата далеко превосходила то, что этот бандит мог надеяться заработать за всю бандитскую жизнь здесь.

- ...Ладно... – сказал Хог, тяжело дыша. – ...Забирай сундук... Давай прекратим бой…

Хог не был глуп; он знал, что у него практически нет никаких шансов на победу. Он бы прекратил бой и раньше, если бы бандит дал ему возможность.

- Прекратим? –бандит хмыкнул. – Я считаю, что я дал вам шанс уйти раньше. Теперь, когда вы знаете мою силу, боюсь, я не могу позволить вам уйти...

Хог нахмурился; он понимал рассуждения бандита – если соседние префектуры выяснят, что Низкий Чемпион грабит в проходе между городами-Вратами, они наверняка отправят орду спиритуалистов, чтобы избавиться от этой проблемы.

- ...Я подозреваю, что пообещать тебе держать язык за зубами не поможет? – Хог попробовал.

- Нет.

Решимость заполнила глаза Хога:

- Тогда давай покончим с этим! – меч Хога в его руке покрылся ещё более толстым слоем льда. С громким криком он ринулся на бандита.

Тот поднял свой меч, чтобы перехватить ударХога, но, когда только он собирался активировать свой Божественный навык, странный мотив наполнил его уши.

- Что?

Отвлечься даже на долю секунды в бою равнозначно смерти. К тому времени, когда бандит вернулся к поединку, кровь лилась поего левой руке. Меч Хога ударил прямо в его левое плечо.

Бандит был не единственным, кто был удивлён. Хог не думал даже на секунду, что его атака достигнет своей цели. На мгновение он уставился на свой меч, что застрял в плече бандита. Он пытался понять, что произошло, но Хог было сосредоточен только на его собственной атаке, чтобы заметить что-нибудь ещё.

Рейвен тяжело дышала. Она использовала большую часть своей духовной сущности, чтобы начать сильнейшую атаку Сумеречной Колыбельной. Она только насвистывал мелодию секунду – она чувствовала, как бандит рвался под её влиянием – но она, тем не менее, израсходовала почти треть своей духовной сущности. Рейвен надеялась, что Хог сумеет ранить бандиту смертельно в это мгновение, но, судя по позиции меча Хога, вряд ли. Рейвен знала, что её собственные атаки не причинят большого вреда для Низкого Чемпиона – защита его тела просто будет слишком высока для неё. Чтобы бандит был побеждён, Хогу необходимо ударить ещё раз.

- Чёртов старик, не стой – бей! – прорычала Рэйвен.

Её крик привёл мужчин в чувство. Хог торопливо отпрыгнул от бандита и приготовился ещё раз атаковать. Не глядя вокруг, чтобы выяснить, кто кричал, он бросился на бандита с мечом в руках. Он не знал, что произошло, но чувствовал, что это не было совпадением, и поэтому это может случиться снова.

Однако, Хог был не единственным, кто отреагировал на крик Рэйвен. Вопреки Хогу, бандит поднял голову и посмотрел прямо на Рэйвен. Он был рассеян, а сейчас почувствовал строку духовной сущности, что вторгается в его ум, и мелочь пузатая в пятидесяти метрах от него – определённо её источник. Наполненный ненавистью и стыдом из-за раны, что нанёс ему Низкий Адепт, бандит проигнорировал приближение Хога и, вместо того, чтобы контратаковать, взмахнул мечом в сторону Рэйвен.

Река огня вырвалась из меча и потекла в сторону Рэйвен с огромной скоростью, но Рэйвен осталась стоять на месте. Как только огонь оставил меч, бандит повернулся к Хогу. С ещё более зловещей насмешкой на лице, чем раньше, он поднял меч в сторону наёмника, готовый нанести ответный удар. Однако, когда Хог оказался в пределах досягаемости его меча, и огненная река уже почти дошла до Рэйвен, та же странная мелодия наполнила воздух ещё раз и вторглась в голову бандита. Манящая сила была на этот раз ещё сильнее, и, хотя бандит ожидал этого, он не мог ничего поделать, но приостановил движение на полсекунды. Всего лишь полсекунды. Так мало времени, но в рамках этой половины секунды столько всего успело произойти. Как только это закончилось, тишина наполнила лес, оставляя лишь слабый треск горящего дерева.

В тот момент никто не остался на ногах. За эти полсекунды, Хог использовал все свои последние силы и духовную суть, чтобы уткой проскочить вниз, под лезвие меча бандита и вонзить свой меч. Меч пробил живот и духовное ядро бандита. Оба они теперь лежали без сознания и истекали кровью на земле. Для того, чтобы это случилось, Рейвен была вынуждена сосредоточить всю её духовную сущность для контроля Сумеркечной Колыбельной. У неё не осталось духовной сути, чтобы уклониться от приближающейся огненной реки, так что она была вынуждена полагаться только на свою физическую силу, чтобы избежать нападения – хотя что-то легче сказать, чем сделать, учитывая, что эту реку вызвал разъяренный Чемпион духа.

К счастью, Рейвен удалось избежать худшего, но обе её ноги были сильно обожжены, и ткань её теперь изодранных и сожжённых брюк сплавилась с её обгоревшей кожей. Боль была невыносимой, но она могла выдержать это.

- Сестра! Сестра, ты в порядке? – её брат продолжал безумно кричать в её голове.

- А ты что думаешь? – проворчала Рэйвен настолько тихо, что даже Хацин не расслышал её.

- Сестра! Я спрашиваю – ты в порядке?

- Я жива, только тихо... – голос Рейвен был очень тих, но стабилен.

- Слава богу! – он вздохнул с облегчением.

Перекатившись на спину, Рейвен вспомнила, что произошло. Есть очень большая разница в эффективности Сумеречной Колыбельной, когда она начинается медленно, против такого прямого удара. Охранники тогда были выбиты намного дольше... я должна практиковать использованиеэтого в бою…

Кряхтя, Рейвен заставила себя встать и дойти до двух бессознательных мужчин. Она осторожно села на землю рядом с ними и проверила пульс.

- Они живы?– спросил Хацин.

- Да, но пульс бандита становится слабее – он скоро умрёт.

- А Хог?

- Он должен быть в порядке; у меня не хватает духовной сущности, хорошо проверить его, но пульс устойчивый.

Рэйвен снова обратила своё внимание к бандиту.

- Так, ты ещё жив, давайте посмотрим, что это за навык движения...

Рейвен положила руку на лоб и использовала маленькую капельку духовной сути, которая осталась, чтобы вторгнуться в разум человека, стремясь к его призме души. Мужчина вздрогнул под её прикосновением, но не шевелился. Как только её духовная суть достигла своей цели, Рейвен решительно вступила в связь душ. Обычно это было невозможно, даже в бессознательном состоянии, духовное ядро будет защищать призму души, но так как само ядро было разрушено, ничто не мешало Рэйвен временно духовно связаться с бандитом.

Конечно, такое соединение – по-прежнему мост, и, если бы тот человек был в сознании, он бы, без сомнения, был шокирован, и, возможно, даже испугался очень сильной души Рэйвен. Как оказалось, бандит не подавал признаков жизни, когда Рэйвен внимательно просмотрела отпечатки навыков.

К её удивлению, она обнаружила, что человек на самом деле имел отпечатки нескольких божественных способностей высокого уровня. По крайней мере, они были высокого уровня для разбойника или бандита; не только огненный навык третьего уровня «Пылающая Река», которую он использовал против неё, ещё был и четвертого уровня «Падение Метеорита», который он не использовал в бою, и четвёртого уровня «Меч Инферно». Хотя практически ни один из них не подходил для стиля боя Рейвен, так что она не заморачивалась переводом отпечатка.

Её интерес вызвала техника дыхания третьего уровня, которая позволила бы ей добавить 30% к скорости поглощения её духовной сути – это не выдающаяся техника, но лучше, чем ничего. После переноса отпечатка она ещё раз обыскала призму души и наконец-то нашла то, что искала с самого начала, таинственный навык движения.

Когда Рэйвен стала осматривать эту технику движения более тесно, тело бандита вздрогнуло и последние вздохи жизни собрались уже покинуть его. Не задерживаясь больше, Рэйвен быстро перевела этот отпечаток , чтобы её призма души приняла его. Изначально оранжевая призма души бандита полиняла до тускло-серого оттенка, прежде чем рассыпаться - человек умер.

Это было близко... - Рэйвен даже не заметила, как задержала дыхание. - Я должна была найти это умение с самого начала. Было бы жаль упустить его!

Довольная улыбка пересекла лицо Рэйвен. "Охотник пустоты" - это Божественное мастерство очень хорошо вписывается в её образ. Он был пятого уровня мастерства и имел три ступени мастерства. Первый этап позволит ей свести на нет любой шум от движения кого-либо в пределах её диапазона - этот диапазон будет зависеть от её совершенствования, но на этот момент её предел должен быть примерно 10 метров. Второй этап сведет на нет сопротивление ветра для всех в этом диапазоне, что мгновенно даёт прирост скорости, который будет увеличиваться в геометрической прогрессии. На низких скоростях просто будет ещё тяжелее обнаружить движение, но на более высоких скоростях этот эффект будет колоссальный. Наконец, на третьем этапе Охотник Пустоты будет скрывать активацию любого Божественного навыка, основанного на ловкости.

Это довольно изысканный Божественный навык, пользы от него мало самого по себе, но в сочетании с другими навыками он будет давать огромное преимущество! Требует очень мало духовной сущности, а вместе с ним мой Теневой бег станет во много раз более смертоносным, возможно, сопоставимо с четвёртым уровнем навыка!

Рэйвен глубоко вздохнула и легла на землю между двумя мужскими телами. Она просто хотела закрыть глаза, чтобы немного отдохнуть, когда вдруг услышала слабый бег на расстоянии, и почувствовал присутствие 10-15 человек примерно в четырёхстах метрах.

- Бандиты возвращаются! - она сказала шёпотом и посмотрела на сундук в нескольких метрах, а затем на лежащего без сознания Хога. - Извини, Герон.

Игнорируя сундук и мёртвого бандита, Рейвен заставила себя встать, а потом подняла Хога на плечи.

Спасибо, что не Твиг побежал за этим бандитом...

Её призма души отчаянно работала над поглощением новой духовной сути для неё, но её всё ещё было немного меньше, чем необходимо для активации любого божественного навыка, поэтому у неё не было другого выбора, кроме как бежать, опираясь на свои старые навыки.

Она бросилась в лес, убедившись, чтобы остаться в стороне от приближающихся бандитов. После того, как бандиты были менее чем в ста метрах от Рэйвен и её бессознательного груза, она присела позади большого дерева, и успокоила дыхание. Свободной рукой она прикрыла рот Хога, чтобы уменьшить шум от его дыхания. Затем осталось только ждать.

Бандиты двигались не на огромной скорости, так что им потребовалось пару минут, чтобы пройти мимо них и пробежать ещё сто метров вверх по склону горы. Рэйвен встала снова и продолжила свой путь. Вскоре бандиты найдут тело своего товарища, и Рэйвен хотела бы оставить некоторое расстояние между ней и ими, прежде чем это случится.

Конечно, даже трёх минут не прошло, когда Рэйвен смогла услышать шокированную ругань бандитов. Рейвен опасалась, что они могут начать искать убийцу этого человека, но бандита либо были в шоке, либо они поняли, что тот, кто был достаточно силён, чтобы убить этого человека также будет достаточно силён, чтобы убить их. В любом случае они остановились на мгновение, а затем продолжили путь в гору.

---------

Почти два часа потребовалось Рэйвен, чтобы перетащить Хога обратно в лагерь, и, когда она достигла его, её ноги уже онемели от боли. Она даже не пыталась скрыть её силу, когда вышла из леса и подошла к лагерю.

Воздух был наполнен дымом и запахом горящей плоти. Судя по количеству людей, которых она чувствовала в лагере и бандитов, которые прошли по лесу, было шестнадцать жертв, двенадцать разбойников и четыре наёмника. Рэйвен не беспокоила никого и просто дала Хогу соскользнуть с её спины, рядом с ручьем, прежде чем она вброд перешла поток и холодная проточная вода коснулась её обожжённых ран.

Вода заставила ожоги болеть ещё больше, но Рэйвен никак не показала этого внешне. Кинжалом Айви она срезала штанины выше колен и тщательно очистила сгоревшие клочья, которые вгорели в её раны. Ожоги выглядели ещё хуже вокруг её оков.

- Эй, мать вашу! Разве вы не должны быть немного более бдительными? Бандиты ушли не так давно! - крикнула Рэйвен, пока обдирала ожоги - дело в том, что никто не заметил её возвращения, и это было действительно очень обидно.

Крик Рэйвен сделал своё дело, и, в течение нескольких секунд, десять человек прибежали, с Твигом и Героном во главе.

- Рэйвен! - крикнул с облегчением Герон. - У тебя всё в порядке!

Рэйвен подняла бровь и взглянула на ноги. - Я бы не относила ожоги третьей степени на ребёнке к "всё в порядке"... - но прежде чем она успела что-либо сказать, Твиг заметил Хога на земле.

- Хог! - он упал на колени рядом с мужчиной. - Что случилось?

- Бандит, который сбежал, был Низким Чемпионом.

Слова Рэйвен заставили всю группу из десяти ахнуть.

- Низким чемпионом? Это невозможно! - воскликнул Герон. Было ясно, что он не верил тому, что утверждала Рейвен.

- Подождите, пока Хог очнётся и он сам тебе расскажет, - Рэйвен выбралась из реки, показывая её ожоги.

- Вот дерьмо! Как ты можешь ходить с такими ожогами? - как и в прошлый раз, Твиг был первым отреагировал на травмы Рэйвен.

Рэйвен пожала плечами.

- Приведи Дова и Мэршала! - крикнул Твиг, и один из молодых наёмников побежал к самой большой палатке, чтобы вернуться через несколько секунд, сопровождаемый двумя другими наёмниками - один в белых одеждах отряда Хога, другой - в красных, Твига.

Дов, белый, наклонился и устроился излечивать раны Хога; тёплый свет охватил их обоих, как будто очень чистая духовная сущность текла от Дова к Хогу. Медленно, кровотечение остановилось, и свечение угасло

Божественный навык исцеления - подумала Рэйвен.

В то же время, Мэршал подошёл к Рэйвен и попросил сесть. Рэйвен послушно уселась, но прежде, чем Мэршал прикоснулся к ней, она активировала оковы на ней, чтобы скрыть её самосовершенствование до Низкого Новичка и заслонить её призму души. Если целитель заинтересуется, он мог бы узнать уровень самосовершенствования и силу души своих пациентов. Тот факт, что она была спиритуалистом нельзя скрыть и дальше, но некоторые секреты всё-таки должны быть.

Руки Мэршала начали светиться таким же тёплым светом, как у Дова, и, когда его рука коснулась её ног, приятное успокаивающее чувство охватило её. Быстро красная и обожжённая кожа Рейвен стала бледной и исцелённой, даже в местах, где она была обугленной, заметно посветлела. Он работал только пару минут, но лоб Мэршала стал влажным, и он остановил лечение.

- Попробуй согнуть ноги, - сказал он.

Так он не проверил? - Рейвен подумала, прежде чем подчинилась его требованию и согнула ноги. Внезапная вспышка радости и удивления пересекла её лицо. - Нет никакой боли!

Мэршал заметил её реакцию: - Впечатляет, да? Исцеление ожогов - это относительно легко - ты сможешь вернуться к нормальной жизни завтра.

Рейвен улыбнулась, но потом прищурила глаза и уставилась на Мэршала: - Послушайте, если вы целитель, почему вы не исцелили моё лицо или руку Ардеа?

Мэршал моргнул от удивления, а потом начал смеяться: - Ха-ха, ну, исцеление, как правило, довольно дорогая услуга!

Хацин фыркнул: - Скупец. Кто позволит женщине ходить вокруг раненой в течение недели, когда он мог что-то сделать?

- Бандиты? - предположила Рэйвен ехидно мягким голосом.

- Что? - Мэршал переспросил.

- Ничего, - Рэйвен пожала плечами и Хацин засмеялся внутри.

Мэршал помедлил, а затем подмигнул Рэйвен: - Кроме того, женщина это заслужила.

Настала очередь Рейвен моргать от удивления.

- Что там Хог? - Мэршал не дождался ответа и вместо этого спросил состояние Хога.

Лоб Дова был намного более влажным, чем был у Мэршала, когда он поднял глаза от своей работы: - Он будет жить, но это займёт некоторое время, прежде чем он придёт в себя, - он посмотрел на Герона и Твига. - Мы не должны двигать его, пока он не проснётся.

- Сколько это займёт? - спросил Герон.

- День.

Герон нахмурился: - А что, если бандиты вернутся?

- Они не вернутся, - ответила Рэйвен.

Все вопросительно посмотрели на неё.

- Их сильнейший воин и половина остальных погибли сегодня, но у них есть деньги - зачем им возвращаться?

Только теперь Герон понял, что, хотя Хог вернулся, сундук, украденный бандитом, исчез. Колени Герона подогнулись, и он опустился на землю с поражённым лицом. Большая часть его заработков была в этом сундуке. Это был тяжёлый удар для его бизнеса.

- Рэйвен, ты не хочешь рассказать нам, что случилось? - спросил Твиг.

- Бандит - Низкий Чемпион и Хог сражались, и Хогу удалось убить бандита, а потом я помог ему.

Тишина.

Многое в заявлении Рэйвен заставило мужчин вокруг посчитать это заявление необоснованным. Во-первых - даже игнорируя тот факт, что бандиты имели в своих рядах Низкого Чемпиона, их тактика - ударить и бежать... Абсурдная мысль сама по себе и, если бы это было правдой, Хог никогда не смог бы победить; разница между Адептом и Чемпионом была слишком большой. Во-вторых, если Рэйвен говорила правду, тогда маленький мальчик перед ними - который казался не старше, чем семь лет - впоследствии принёс раненого Хога обратно в лагерь, с третьей степенью ожогов ног. У Рэйвен не должно было быть сил, чтобы просто поднять этого кабана!

Видя мужские взгляды, Рейвен вздохнула и подняла руку. Мужчины ахнули в шоке, когда волна чистой духовной сути вытекла из её руки и зависла в ладони.

- Ты... ты спиритуалист?! - Твиг попятился назад.

Рейвен закатила глаза и указала на её оковы: - Как, вы думаете, я сбежал с этими кандалами на ногах, не будучи спиритуалистом?

- Ах... - Твиг заколебался. Это действительно впечатляет, ибо раб бандитов сбежал, несмотря на оковы. Все полагали, что ограничители были просто как весы...

- Так бандиты, которые тебя купили, не знали, что ты спиритуалист, и дали тебе обычные оковы, а ты использовал духовную суть, чтобы заблокировать отслеживание и сбежал... - Герон говорил это рассеянно, для себя, но все его услышали. Осознав свою ошибку, он взглянул на Рэйвен: - Ах, прости, я не хотел...

Рейвен покачала головой: - Я не идиот. Я подумал, что ты выяснил моё прошлое... - она помолчала. - ...но как ты узнал, что мои родители продали меня?

Герон виновато улыбнулся: - Ты выглядел более обиженным, чем грустным, когда я спросил о твоих родителях. Так что я понял, что они не мертвы, как ты сказал.

- О, - Рэйвен тихо посидела некоторое время, прежде чем добавила: - Кстати, я не был спиритуалистом, когда они продали меня - я проснулся всего несколько месяцев назад.

- Смысл, - Твиг кивнул, но затем нахмурил брови: - Но это только объясняет, как ты мог принести Хога сюда. Я до сих пор не могу понять, как Хог смог победить Низкого Чемпиона духа...

Рэйвен улыбнулась: - Я умею... отвлекать.

Мужчины прищурились от удивления и хотели, чтобы она более подробно объяснила, но Рэйвен отказалась: "Спросите Хога, когда он проснётся" - было всё, что она сказала. Она пожелала показать так мало о её способностях, как это возможно, поэтому ей лучше дождаться версии Хога о тех событиях; таким образом, она никому не расскажет больше, чем нужно.

Поняв, что добиться внятного ответа от неё не получится, они перестали спрашивать, а вместо этого приступили к работе по созданию Хоть какого-то укрытия вокруг Хога, чтобы тот лежал в тепле, пока не проснётся. Рэйвен обошла вокруг лагеря, чтобы оценить ущерб, и в то же время она напрягала слух, чтобы прислушаться к разговорам вокруг.

- Спиритуалист в семь! Как такое вообще возможно?

- Он, должно быть, прошёл через ад с этими бандитами, иначе как бы он смог набраться духовных связей?

- Интересно, а после этого его можно отправить в Академию?

- Ты шутишь? Он будет гением среди гениев даже там!

Не удивительно, что большинство разговоров крутились вокруг Рейвен и того, что она была спиритуалистом. Так или иначе, её откровение немного улучшило настроение в лагере. Даже те, кто были ранены, кого лечили Дов и Мэршал, казалось, немного отвлекались от боли.

Мэйри сейчас спала. Видеть, как гибнет столько людей – слишком много для нее, поэтому Дов усыпил её, но Ардеа смотрела на Рейвен новыми глазами. Она подошла, чтобы встать рядом с Рэйвен, которая наблюдала за горящим погребальным костром бандитов – наёмников похоронят чуть позже.

- Мне очень жаль, что я ударила тебя… - её голос был мягким, но внимательным. – Теперь я понимаю, что ты на самом деле только защищала Мэйри, но ты не произодишь впечатления, как защитник… прости.

Даже если Ардеа защищала её во время второй атаки, она на самом деле не извинялась. Как мать, хотя она и чувствовала, что погорячилась, она всё ещё винила Рэйвен, что Мэйри не было в пределах прямой видимости лагеря. Она не простила Рэйвен до сих пор.

- Это нормально. Вы не знали. – Рэйвен пожала плечами и ушла.

---------

Позже той же ночью, второй погребальный костёр был установлен, и четыре мёртвых наёмника расположили на вершине. Хог всего пару минут, как пришёл в сознание и уже сидел с остальной группой вокруг приготовленного кострища – он ещё рассказывал о бою в горных лесах, но специально пришёл сюда, чтобы принять участие в похоронах. Только Мэйри отсутствовала, её душа ещё не стабилизировалась после событий дня.

Твиг стоял рядом с брёвнами, держа горящий факел.

- Мы чтим наших товарищей, которые пали в бою! – взревел он.

- Мы чтим их! – наёмники хором повторили за ним.

- Пусть их следующий путь принесёт им победу! – продолжал Твиг.

- Принесёт победу!

- И дождутся нас, когда мы присоединимся к ним!

- Мы присоединимся к ним!

Когда наёмники проревели последнюю строку, Твиг опустил факел и использовал свою духовную суть, чтобы стимулировать огонь; за несколько секунд всё кострище заполыхало.

Группа сидела в тишине, смотря, как пламя пожирает мёртвых. Огонь взлетал высоко в ночное небо, как будто слизывая звезды. Без сомнения, этот огонь можно было увидеть на расстоянии нескольких километров, но это никого не волновало. Отправлять своих мёртвых в последний путь с уважением – это для наёмников было гораздо важнее, чем избежать атак.

Рэйвен не могла помочь, но чувствовала, что это было немного глупо – зачем рисковать ради мёртвых, но в то же время она понимала, что окружающим её людям нужно выразить свои чувства. Они не прошли такого обучения, они были ещё нормальные…

Глядя в пламя, Рэйвен случайно вспомнила маленькой белокурой девочке, с которой она когда-то делила постель в её старой жизни. Жизнь девушки закончилась быстро, и с её телом обошлись так же бесцеремонно, как и со всеми иными – её ещё не остывшее тело бросили в братскую могилу недалеко от лагеря. Много лет спустя, когда Рейвен стала королевой убийц и получила больше свободы в выборе своих миссий, Рэйвен выбрала миссию на родине этой самой маленькой блондинки. Она шла по наитию, рыскала, искала следы, провела много время, пытаясь найти могилы родителей девочки. Когда она нашла их, она смотрела на них в течение нескольких часов, а потом просто ушла без слов.

Я должна была сделать это тогда... но я не была достаточно сильной, чтобы решиться…

Рейвен медленно открыла рот и начала петь. Её голос был мягким и глубоким, когда она пела слова на языке, который мир никогда не слышал раньше – это был родной язык той маленькой девочки, что умерла без имени. Рэйвен заставила её духовную суть слиться с голосом, и, хоть язык был никому не известен, слова, звучащие эхом в ночи, стали ясны – песня Рейвен была не для ушей, но для души.

Люди вокруг костра слегка приподняли головы, чтобы взглянуть на мальчика, сидевшего в стороне. Отблеск пламени заставил его красные глаза выглядеть, как тлеющие угольки. Его голос был чист, как голос ангела, а песня, хоть и непонятная, была приятной. Когда они посмотрели в пламя, они, казалось, увидели сюжет, разворачивающийся в пламени; это была история о молодой девушке, которая злая мачеха превратила в птичку, чтобы оторвать её от её любви.

Рэйвен решила использовать духовную суть в основном из уважения к её мертвой подруге, но, когда она пела, она почувствовала, как её душа связывает с этими словами. Когда Рейвен дошла до припева, повысив голос, яркий белый свет внезапно хлынул из глубины её души. Чистая духовная сущность, которую Рэйвен даже не могла контролировать, слилась с её собственной духовной сущностью, и прежде, чем она поняла, к её глубокому альто уже присоединился второй голос, яркое сопрано.

Влага заполнила глаза Рэйвен; она знала этот голос! Это была та самая маленькая мрачная девочка из её прошлой жизни – маленькая девочка учила этой песне и они часто, в тайне, уползали петь, когда никто не обращал внимания.

Два их голоса прекрасно дополняли друг друга; иногда почти как один в одной мелодии, иногда отдельно в своих тональностях, которые тем не менее прекрасно сливались друг с другом. Люди вокруг неё сидели, как будто в трансе. Они вовсю наблюдали развернувшуюся в огне историю; сейчас бедная птичка чудом спаслась от её собственного брата, который охотился на неё, не зная её истинной личности, только чтобы быть пойманной хитрым и ужасным рыцарем, что хотел украсить её крыльями своё шлем.

Когда песня заканчивалась, сказка уже подходила к концу, и певунья была убита тем самым рыцарем, Рейвен почувствовала, как чужая духовная суть схватилась за жажду убийства Рэйвен, и решительно дала ей ринуться вперёд. Это было не физической формой, а нечто вроде дымки вокруг неё. Когда дымка дошла до людей вокруг, они замерли в страхе.

Их видения из огня, казалось, выпрыгнули на них, и они увидели смерть маленькой птички, как будто они сделали это своими собственными руками. В отдалении, раздался плач скорбящего любовника, ищущего кровавой мести, и они чувствовали, что их сердце слегка замедляется, как будто уже чувствует смерть, которая непременно наступит.

Песня подошла к концу, и абсолютная тишина опустилась кругом – даже треск пламени, казалось, затих на минуту.

Рэйвен, не подозревая о том, что случилось с людьми вокруг неё, подняла взгляд, полный удивления. Она быстро осмотрело свою душу, только чтобы найти новое Божественное мастерство, которое было выгравировано на ней. Когда она сосредоточила внимание, слова песни сформировались в её сознании. Этот Божественный навык, Ода Горя, казалось бы, был завершённой версией слияния её духовной сути и жажды убийства, над чем Рэйвен упорно работала в последнее время.

Это Божественное мастерство, несмотря на её имя, был не в виде песни, а мастерство, что позволяло ей манипулировать её жаждой убийства и психически атаковать своих оппонентов. Однажды она уже воспользовалась огромным давлением её жажды убийства, чтобы критически повредить слабые души, но это было сопоставимо с убийством мухи свёрнутой газетой – да, разумеется, это убьёт муху, но убить кого-то покрупнее этой газетой не суметь.

Это было совершенно по-другому. С Одой Горю, её жажда убийства стала как лезвие. Устрашающее лезвие смерти. Если встретится кто-то с более сильной душой, она будет вызывать огромные опасения, но, если у кого-то аналогичная сила души, им будет нанесён ущерб, что сделает ещё более трудным для них использование Божественных навыков. Если её противники будут иметь души, слабее, чем её, то она может даже убить их страхом.

Однако, если противник намного сильнее, чем она, он сможет защитить собственной духовной сущностью или жаждой убийства, но это будет трудно.

Господи, да что случилось?

Рейвен не могла объяснить, почему голос её мёртвого друга сопровождал её и почему она внезапно выучила новый Божественный навык.

*Хлоп* *Хлоп* *Хлоп*

Вырванная из её размышлений внезапным шумом, Рейвен инстинктивно выхватила кинжал и попыталась найти источник звука.

Что за...? Когда Рэйвен оглядела лагерь, она заметила, что все присутствующие, казалось, застыли на месте, безжизненно глядя в огонь перед ними. Рэйвен последовала за их взглядами и вдруг резкий вдохнула.

Медленно выходя из-за горящего погребального костра, появился странного вида молодой человек в светло-зелёных одеждах. Судя по всему, его появление было вполне обычным; он не был ни особенно красивым, ни как-то уродлив, он был среднего роста и телосложения. Единственное, что делало его появление странным – так это то, что из-за его длинных белых волос, которые висели на плечах мужчины, торчала пара белоснежных лисьих ушек и белый пушистый хвост позади. Он посмотрел на Рэйвен довольными глазами:

- Какое же ты любопытное существо... – сказал он задумчиво, когда остановился всего в нескольких метрах от Рэйвен. - Молодая девушка притворяется парнем, который поёт с душой, которой коснулся голос. Любопытно, действительно…

Рейвен уставилась на мужчину в шоке. Мало того, что человек рядом с ней видел её насквозь с лёгкостью, Рэйвен заметила, что она ощущала его не всеми чувствами; её глаза могли видеть его, но все остальные чувства молчали. Это не было похоже на Охотника Пустоты, где звук и духовная суть сведены на нет, но это было нечто гораздо более глубокое. Это было, будто молодой человек перед ней не существовал, или, возможно, даже больше – как если бы он был един с окружающим миром, и поэтому его невозможно было отличить от окружающего мира.

- Я должен сказать. - лисоухий человек продолжал: - Ты меня удивляешь. Когда я услышал от своего внука, что он спас человеческое дитя, я думал, что это был любопытный факт сам по себе, но, когда я нашёл тебя и узнал, что ты четырёхлетний Адепт духа, которого коснулась душа... Я не думал найти такого человека на этом континенте... – он остановился и посмотрел вниз на свою правую руку. Удивление мелькнуло на его лице. – Замысловато.

Ум Рэйвен покачнулся. Так много вопросов бросились в её ум, что она даже не знала, с чего начать. Как будто он прочитал её мысли, мужчина сказал:

- Как насчёт того, что вы представитесь сначала? – улыбнулся он понимающе.

Вопрос вырвал Рэйвен из её замешательства. В одном она была уверена – человек или существо, прежде всего он был сильнее её. Намного. Она поспешно поклонилась:

- Юная Рэйвен Ночь приветствует сеньора... – почтительный голос затих в вопросе.

- Рэйвен? Подходящее имя... – вспышка озорства секунду виднелась в глазах этого существа, прежде чем он продолжил. – У меня много имен, она-человек, но ты можешь называть меня Фенрис.

- Младшая приветствует старшего Фенриса. – Рэйвен повторила, ещё раз кланяясь. Она хотела спросить, кто такой Фенрис, но быстро сообразила – что она будет делать, если он обидится?

Фенрис уставился на Рэйвен на мгновение: - Так скажи мне, молодая Рэйвен, чья же душа, что прикоснулась к тебе?

Рэйвен нахмурилась: - Душа?

- Чуть раньше, когда ты пела, остаток души возник и помог тебе создать новое Божественное мастерство. Кто это был? – Фенрис говорил так, как будто его слова – азбучные основы.

- Если вы имеете в виду второй голос, который пел, то это... – Рэйвен замолчала и взглянул на кольцо, Скованную Жизнь. По какой-то причине она чувствовала, что было важно рассказать правду этому человеку, но, если брат узнает, что она лгала о её воспоминаниях...

Фенрис заметил её быстрый взгляд: - О, я вижу... – он махнул рукой и духовная суть из ниоткуда мягким слоем обернула руку Рейвен, словно бы окружив Скованную Жизнь. – Мальчик внутри тебя не услышит.

Рэйвен отпрыгнула назад, но духовная суть последовала за ней: - Откуда ты знаешь, чт..

- Что мальчик заперт внутри кольца? Конечно, я знаю это – ведь я сделал это, в конце концов. – как и раньше, Фенрис говорил так, как будто это была самая обычная вещь в мире.

Выражение Рэйвен вспыхнуло надеждой: - Вы знаете, как вернуть его?

Фенрис поднял белые брови и посмотрел на кольцо: - Любопытно...

- Ну так что? – Рейвен не видела, что Фенрис нашёл настолько интересным.

- Мы обсудим это через минуту, – Фенрис вернулся к истории Рэйвен; - Во-первых, скажи мне, чья душа коснулась тебя, и пела с тобой?

Рэйвен не стесняясь, ответила. Существо перед ней, возможно, знает способ помочь её брату – она ответит на все вопросы, которые он задаст.

- Этот голос принадлежал моей подруге... я убила её.

- И она решила прикоснуться к тебе? Как любопытно...

- Старший Фенрис, вы продолжаете говорить о том, что душа «прикоснулась» ко мне. Что вы подразумеваете под этим? Я никогда не слышала о такой вещи...

Фенрис фыркнул и его уши встали торчком:

- Я не удивлен. Этот континент настолько примитивен... – прежде чем Рэйвен смогла сказать хоть слово, он продолжил: - Слушай, она-человек, души могут прикоснуться к кому-то очень редко. Это имеет шанс только тогда, когда кто-то, кто очень сильно заботится о тебе, умирает, пытаясь защитить тебя. Когда человек умирает, если в нём достаточно желания защитить тебя, то его душа может прикоснуться к твоей, и она оставит особенный отпечаток. Трудно сказать, что отпечаток будет делать – тот, кто касается, не контролирует этого – но, обычно, это активируется либо в момент большой опасности, либо во время прорыва на следующий этап совершенствования. Казалось, твоя подруга желает, чтобы ты стала сильнее, и помогла тебе создать твоё собственное Божественное мастерство.

Рэйвен уставилась на Фенриса. Если бы она не испытывала этого сама, она бы никогда не поверила его рассказу, но теперь это было единственное объяснение, которое имело смысл.

Она хотела защитить меня? Боже, Инга... – впервые со времени смерти той девочки, Рэйвен позволила себе заплакать о ней.

- Ты не должна оплакивать её теперь, молодая Рэйвен. Она сделала, что хотела сделать.

Рэйвена рукой вытерла слёзы на её лице.

- Это произойдет снова? – спросила она.

Фенрис слабо улыбнулся: - Нет, помогая тебе, остаток её души был отпущен. Она ушла.

- О.

Оба стояли в тишине какое-то время – очень странное зрелище, особенно учитывая окружающих завороженных наёмников и торговцев – до того момента, как Рейвен глубоко вздохнула и подняла руку:

- Расскажет ли старший Фенрис мне про это кольцо сейчас? Может ли мой брат быть оживлён?

- Почему бы тебе не спросить у него самого? – Фенрис махнул рукой и духовная суть исчезла с кольца.

- Рээээээээйвеэээээн! - голос Хацина внезапно загудел в голове Рейвен.

- Не так громко, большой брат. Я могу слышать тебя отлично.

Хацин вздохнул с облегчением: - Но минуту назад ты не могла! С тех пор, как это... это существо... махнуло рукой, меня отрезало от внешнего мира! Я ничего не видел и не слышал! – его голос звучал так, будто он сошёл с ума.

- Не надо злиться, малыш, твоя сестра и я должны были кое-что обсудить.

- Ты слышишь его? – Рэйвен была в шоке.

Фенрис снисходительно взглянул на неё: - Я сделал это, помнишь.

Внутри кольца Хацина стало тихо, как в могиле.

- Ты разве не хотела кое-что спросить? – вкрадчиво продолжил Фенрис.

- Ах, да! Нет, я спросила вас, как оживить его, и вы... – глаза Рэйвен округлились. – Большой брат, ты знаешь, что нужно сделать, чтобы восстановить твоё тело?

- Что!? Конечно же нет! - он пытался скрыть свою нервозность, но Рэйвен он обмануть не мог.

- Брат! Почему ты не сказал мне?

- Сестра, я... Я не… – забормотал Хацин.

- Возможно, он не одобряет такие методы. – предположил Фенрис. Судя по всему, его весьма позабавил этот спор.

- Скажи мне, – Рэйвен почти приказала брату.

- Хорошо... – хмуро сказал Хацин. – Если спиритуалист умрёт, пока носит это кольцо, то я смогу захватить его тело и призму души. Тогда я смогу жить в том теле, как в своём.

- Ага…

Её брат был слишком чист сердцем, чтобы с готовностью убить кого-то для того, чтобы у него появилось тело. Особенно, если он хотел тело, которое соответствует его возрасту. Сама Рэйвен не постеснялась бы устроить это для ее брата, но он возненавидит её за это. Это и объяснило, почему Хацин решил молчать об этом до сих пор, и так неохотно сказал о получении нового тела.

- Но, подожди, как ты узнал об этом? – спросила Рэйвен.

- Я оставил инструкцию в кольце до того, как бросил его. – Фенрис опередил Хацина.

- Зачем вы это сделали?

Фенрис пожал плечами: - Развлечение? Если вы достигнете моего возраста, вам тоже будет легко заскучать. Поскольку я остановился на этом континенте на некоторое время, я решил посмотреть, что будет, если такие сокровища начнут циркулировать...

Сокровища? Есть ещё подобные артефакты? – Рэйвен была немного заинтригована – ведь Скованная Жизнь была каким-никаким, в вторым шансом на жизнь.

- Что значит «если она достигнет твоего возраста»? Тебе нет ещё и тридцати! – в то время как Рейвен задумалась, Хацин крикнул обиженным голосом. – Мою сестру не так легко убить!

Я умерла раньше, чем достигла тридцати в моей прежней жизни, несмотря на всё…

Рэйвен прекрасно знала, что военный путь опасен, и дожить до тридцати может оказаться сложнее, чем кажется, но Фенрис только улыбнулся и сменил тему:

- Я считаю, что ты не заинтересована в способе, записанном в кольце. Ну, дать твоему брату новое тело, то есть.

- Конечно, нет! – воскликнул Хацин прежде, чем Рейвен успела ответить.

- Ну, есть и другой способ. Сомневаюсь, что твой брат его не одобрит. – серые глаза Фенриса уставились в красные. – Но я не скажу этого бесплатно!

- Не слушай его, сестра! Это существо будет лишать жизни других ради собственной выгоды! Он..

Хацин явно хотел сказать больше, но Фенрис махнул рукой и духовная суть обвила кольцо ещё раз.

- Такой громкий говорун... – глаза Фенриса глаза ни на секунду не оставляли Рейвен. – Ну, что ты скажешь?"

- Чего ты хочешь?

Небольшая улыбка появилась на лице Фенриса: - Погасить должок...

- Какой должок? - Рэйвен уставилась на мужчину.

- Вспоминай. Помнишь, ты выпустила маленького белого зверя из клетки не так давно? – Рэйвен кивнула, поэтому Фенрис продолжил. – Ну и вот. Это был мой внук.

- Ваш внук? Но вы...

- Человек, да. Он тоже может.

Во второй раз за вечер ум вечером Рэйвен отказался принимать происходящее. Она читала легенды о чрезвычайно мощных магических зверях, которые могли принять человеческий облик, такие, как Великий Рэйвен, которые стал причиной смерти Вебилла Великого, по слухам, но это только легенды.

Прежде чем Рэйвен пришла в себя, Фенрис продолжил говорить:

- Поступив таким образом, ты спасла ему жизнь. По законам, заложенным нашими предками, это означает, что мой внук должен тебе долг жизни. В таком случае, он должен следовать за тобой, как раб, пока долг не будет погашен, то есть пока он не спасёт тебе жизнь.

Ум Рэйвен успокоился, и она сосредоточилась на том, что Фенрис рассказывал ей.

- Однако мой внук ещё очень слаб и непригоден для того, чтобы следовать за тобой – скорее всего, от него будет больше вреда, чем пользы. В таком случае, я решил сам следовать за тобой. Я намеревался продолжать это делать в тишине, пока он не станет достаточно силён, чтобы сделать это сам, но любопытство взяло верх надо мной, когда я услышал, как ты поёшь и наблюдал за созданием нового Божественного мастерства.

Когда Рэйвен услышала, она кое-что поняла:

- Старший, могу ли я быть настолько смелой, чтобы спросить: что вы сделали с бандитами, которые вступили в Великую Лесную Долину после того, как я ушла?

- Ах, да. Я подумал, что неплохо было бы их немного… наказать… – Фенрис улыбнулся зловещей улыбкой.

Это объясняет инфернальный страх бандитов...

- Тогда, когда старший Фенрис догнал нас – три дня назад? – Рэйвен продолжила своё расследование со всем уважением, которое она могла в себе найти.

- Нет. – Фенрис, казалось, отсчитывался. – Это было двенадцать дней назад.

Хм, так тихо в лесу не из-за него... Неужели Низкого Чемпиона духа достаточно для дикой природы, чтобы успокоиться?

Рэйвен покачала головой: - Не обращайте внимания. Так что старший хочет предложить? Старший поможет мне воскресить моего брата, тем самым методом, который он одобрил бы, а я откажусь от долга жизни его внуку?

- Не совсем... – Фенрис покачал головой. – Так как жизнь твоего брата не находится в прямой опасности в этот момент, эти два действия не компенсируют друг друга полностью. Нет, я помогу тебе вернуть тело твоего брата, а ты, в свою очередь, отменишь рабство моего внука – он будет по-прежнему должен сохранить твою жизнь в какой-то день.

- Старший Фенрис, не обижайтесь, но откуда мне знать, что вы не обманете нас? Старший может даже не быть связан с тем самым маленьким зверем. – Рэйвен очень сильно хотела согласиться на его предложение, но она никогда не была слишком доверчивой.

Фенрис не обиделся. Он просто улыбнулся и щёлкнул пальцами. Вместо ожидаемого щелчка послышался удар запираемой шипастой клетки, из которой Рэйвен и выпустила белого зверька.

- Ты узнаёшь это, верно? Кроме того, не сомневаюсь, твои инстинкты говорят тебе, что, если бы я хотел причинить тебе вред, я бы не пошёл на сделку с тобой, она-человек.

Рэйвен наверняка знала это, но, тем не менее, существуют и другие способы нанести вред, кроме как только с помощью физической силы. Язык тела человека показывал, что он говорит правду. Это не прямое доказательство, конечно, но это было достаточно хорошо.

- Очень хорошо, я согласен на предложение старшего. – Рэйвен не стеснялась больше.

Что было делать Рэйвен? Ей не нужна была слуга.

Фенрис заявил, смеясь: - Ха-ха, мне нравится твоя решительность. Договорились. – он снова щёлкнул пальцами, и небольшой комок серой глины появился в его руке.

- Если ты хочешь восстановить тело твоего брата, ты должна позволить мне взять небольшой осколок от вашей призмы души и добавить его – вместе с кольцом – в это. – он кивнул на комок в руке. – Я мог бы использовать осколок и от моей призмы души, но лучше использовать родных. Не беспокойся об этом – ты не потеряешь ничего важного, и она в любом случае восстановится со временем.

Призма и кольцо сольются, и создадут духовное тело твоего брата.

Глаза Рэйвен загорелись: это звучало, так просто!

- Тем не менее, есть три вещи, о которых я должен предупредить вас. Во-первых, это слияние не будет стабильно в течение двух лет, за исключением того случая, если вам удастся привести его в Зал Духа, в День Света. Во-вторых, духовное тело не будет изначально иметь человеческую форму, вернее, он будет адаптировать формы животного, с которым связана ваша душа. В-третьих, если ваш брат желает снова принять человеческий облик, он должен будет развивать до уровня пика Чемпиона духа – только тогда он сможет навсегда сохранять по-настоящему человеческий облик.

Молча Рэйвен запоминала, что Фенрис говорил ей. Последние два аспекта были довольно сложными, но это не так уж невозможно – стать Чемпионом на пике, и, даже если её брат не сможет, в любом случае лучше иметь своё собственное тело, человека или нет, чем застрять в кольце.

Однако, получить доступ к Залу Духа тоже было трудновато. Наверняка были несколько залов между Вратами Рок Рен и Небесным городом, но она никогда не смогла бы войти туда, особенно в День Света.

Фенрис будто бы читал её мысли: - Я слышал, что студенты продвинутых классов в Академии получают доступ к частным Залам Духа...

Ничего не изменилось. Рэйвен знала, что на эти дополнительные занятия в Академии было чрезвычайно сложно попасть и они были зарезервированы для гениев среди гениев. Даже её брат, которого считали талантом, одним из тысячи, ещё не умудрился заработать место.

К тому времени, когда я достигну Небесного Города, мне будет шесть лет и я уже Адепт духа. Даже если я спрячу свои духовные связи и часть моего совершенствования, я смогу заработать себе место в первый класс... я не смогу поступить в школу совсем незаметно, как я планировала, но теперь восстановление тела моего брата важнее.

- Я не вижу никаких причин для моего брата отвергнуть этот вариант, но всё-таки я должна спросить его.

- Конечно. – Фенрис убрал уплотнение вокруг Скованной Жизни и, немного успокоив брата, Рэйвен пояснила, какой способ открыл ей Фенрис.

Когда Рэйвен говорила, она явно могла чувствовать нарастающее возбуждение её брата – он явно думал, что выйти из кольца, даже в виде животного, было бы очень привлекательным.

- Ты сказал, что сестре не помешает потеря осколка, это правда? - Хацин спросил скептически.

- Я не говорил, что это не будет мешать, я сказал, что она сможет восстановить это. Давая осколок тебе, она потеряет около десяти духовных соединений навсегда. Ей придётся зарабатывать эти связи своей кровью, слезами и потом. – Фенрис взглянул на секунду на Рэйвен, прежде чем он продолжил. - Но что такое десять связей для девочки с сотнями?

- Это стоит того, большой брат.

- И я смогу стать человеком, если я стану Чемпионом духа на пике? – Хацин всё ещё слегка колебался.

- На самом деле. – едва заметная тень озорства промелькнула в глазах Фенриса; Хацин не заметил, но Рэйвена успела:

- Старший Фенрис, что ещё ты хочешь нам сказать? – голос Рэйвен был очень вежлив, но глаза её были остры, как ножи.

- Проницательна, не так ли? – Фенрис, казалось, приятно удивился. – То, что я говорил – не ложь, но, совершенствование в духовном теле немного отличается от обычного совершенствования…

- Как?

- Совершенствование в духовном теле очень зависит от влияния духовной сути, которая выходит в Залах Духа в течение Дня Света. Во всё другое время года совершенствование будет крайне медленно.

Тогда я должна удостовериться, что он получит максимум духовной сути каждый год. – Рэйвен поняла, что Фенрис имел в виду. Для её брата, чтобы добиться успеха, ей придется позволить ему использовать один Залы Духа каждый год. Как следствие, Рэйвен сама вряд ли получит преимущество в День Света; ей необходимо попасть в продвинутые классы, но это всё равно даст ей доступ только к одному Залу Духа.

- Ну, это в любом случае хорошо, медленно лучше, чем никак. – Рэйвен кивнула. – Что скажешь, старший брат?

В то время, как Рэйвен полностью понимала последствия, её брат ещё обдумывал. Она боялась, что он может отступить, если поймёт, что это негативно отразится на её совершенствовании, так что Рэйвен хотела заставить своего брата решить как можно скорее. Ей ещё думать, как вынудить его оставаться одного в Залах Духа каждый год…

- Я согласен!

Хацин замешкался только на мгновение. Ему, в конце концов, было всего лишь десять лет, и мысль о возможности снова двигаться была для него очень волнительна.

- Хорошо. – Фенрис улыбнулся почти волчьей улыбкой. – Тогда давайте покончим с этим!

Рэйвен даже не заметила, когда Фенрис рванулся к ней, одной рукой он положил на её лоб, а другой, с куском глины, обвил правую руку Рэйвен и Скованную Жизнь, что она носила там.

Рэйвен едва успел понять, как через холодные руки чужая духовная суть затопила её разум и укутала её призму души. Резкая боль наполнила её голову, а духовная суть начала резать её призму души. Инстинктивно Рейвен собрала свою духовную суть, чтобы дать отпор, но её усилия были словно лёгкий летний ветерок против горы.

- Тише, она-человек! – голос Фенриса прошептал ей на ухо. – Если будешь бороться – будет только больнее.

Против всех своих инстинктов, Рейвен закрыла глаза, и заставила себя отдёрнуть духовную суть. Мгновенно резкая боль несколько уменьшилась. Однако, разрезание призмы души – это не то, что может быть сделано поспешно.

Лицо Фенриса было наполнено концентрации, и, если бы кто-нибудь из участников каравана был свободен от транса, то он, несомненно, заметил бы, что лицо его стало более угловатым, нос и скулы более вытянулись; он больше напоминал волка, чем человека.

Спустя почти час, Рэйвен услышала щелчок и почувствовала, как режущая боль, которую она чувствовала стало ноюще-пульсирующей. Небольшой осколок, не больше чем ноготь мизинца, плавал рядом с её призмой души. Сначала он был цвета морской волны, как и остальная душа, но как только он был отделён от неё, он стал тускло-серым. Осколок плавал там только долю секунды, прежде чем духовная суть Фенриса схватила его – мгновенно осколок стал тёмно-синим – и медленно подплыл к руке.

Фенрис, не разрывая контакта с Рэйвен, медленно провёл руку от её лба к шее, потом по плечу до правой руки. Всё это время осколок следил за движением его руки, не покидая тела Рейвен, пока не достиг Скованной Жизни на её правой руке.

Свет в осколке вытянулся и влился в кольцо, словно бы заключив кольцо в обод света. Медленно свет начал вращаться вокруг призмы, создавая миниатюрный вихрь, очень похожий на духовное ядро.

- Двигайся в осколок призмы, человек.

Рэйвен почувствовала, как её брат, поколебавшись, осторожно двинулся в сторону этого осколка. Момент, когда его душа достигла цели, полосы света смешались с тёмно-синим светом. Поначалу полосы были едва видными, но постепенно становились всё больше и больше, в итоге полностью синий свет заменил белый, заставив фиолетовое кольцо стать белым, как снег.

Всё это время Скованная Жизнь оставалась на пальце Рэйвен, но после того, как кольцо сменило цвет, Фенрис облепил глиной кольцо и палец, после чего осторожно потянул кольцо. В этот момент Скованную жизнь полностью обволокло это вещество, и они начали сливаться.

Рэйвен, держащая глаза закрытыми всё это время, открыла их, чтобы наблюдать за происходящим, и после краткого удивления от вида Фенриса, сосредоточила своё внимание на светящемся шаре в руке.

Густая духовная суть кружилась вокруг него в сложных узорах. Каждый раз, прядь духовной сути как бы протекала сквозь поверхность, в результате чего белый свет, становился чуть синеватее.

Медленно, но верно шар становился больше и ярче, пока в конце концов свет не затмил похоронный костёр, который всё ещё горел. Теперь, для Рэйвен, чтобы больно смотреть на него, но она не отводила взгляд – ради её брата, она хотела смотреть до самого конца.

Вдруг, свет резко усилился и поверхность шара начала пузыриться, как будто это был кипяток. Духовная суть начала ещё быстрее двигаться по своим лекалам.

В итоге свет стал слишком силён, и у Рейвен не осталось иного выбора, кроме как поднять руку, чтобы прикрыть глаза. Свет сумел пробился даже сквозь пальцы Рейвен, но с последним рёвом и всплеском духовной сути, свет исчез, как будто его никогда и не было.

- Сестра… - Рэйвен услышала немного смущённый и неуверенный голос в голове. – Что ты думаешь о моём новом теле?

Рэйвен опустила руку и моргнула несколько раз, чтобы приспособиться к уже затихающему свету. Постепенно она снова смогла видеть.

Перед ней стоял Фенрис, чья волчья внешность исчезла – остались только всегда видные уши и хвост – с лёгкой, довольной улыбкой на лице. Рука, которая раньше держала светящийся шар, все ещё была вытянута, только сейчас светящегося шара уже не было. На его месте примостилась маленькая птичка.

Перья птицы были белыми, как снег, как и клюв, и когти. Только глаза выделялись цветными пятнышками; они были тёмно-коричневыми и с любопытством смотрели на Рэйвен. Глаза, наполненные множеством эмоций, они казались более человечным, чем всё остальное.

- Брат? – Рэйвен уставилась на птицу, как на чудо.

Птица подмигнула ей, и Рэйвен услышала голос своего брата: - Это так, сестра! – птица, казалось, улыбалась. – Ну и что ты думаешь? Я не могу сказать, как я выгляжу. Я только понял, что я птица. Ну, и то, что я – маленькая птица.

Хацин расправил крылья и запрыгал на ладони Фенриса, чтобы Рэйвен могла рассмотреть его. Фенрис лишь смотрел на них с нескрываемым изумлением.

Это на самом деле соловей! – поняла Рэйвен, когда осмотрела птичку получше. Размер был немного больше, чем обычно, и его окраска была неправильной, но прозванная в честь этой птички наёмная убийца не могла обознаться. – Так с этим животным моя душа связана, да? Полагаю, это правда…

- Кажется, что ты сейчас соловей, и это больше, чем фамилия…

[Примечание переводчика: их фамилия – Nightigale (соловей).]

Клюв птички распахнулся.

- Соловей? – голос Хацина прозвучал немного разочарованно. – Я понимаю всё: любовь к птицам, символ наших предков и всё такое, но, если уж мне придётся провести остаток моей жизни как птица, я бы предпочел что-то немного более... мужественное...

- Животное является производным от души твоей сестры, а не твоей. Чего ты ожидал?

Хацин фыркнул, причём из уст известной певчей птички это, без сомнения, звучало куда более музыкально, чем он намеревался.

- Моя сестра менее женственна, что ты думаешь.

Фенрис посмотрел на Рейвен и её мальчишеский «фасад»: - Да я как-то заметил...

- Старший, мне кажется, что вы до сих пор слышите… – Рэйвен проигнорировала замечание и сменила тему.

- Кольцо – теперь часть его, так что я могу слышать его. Также, как и твоя призма души, так что ты тоже можешь услышать его. Ещё немного практики, и ты сможешь мысленно общаться с ним, не открывая рта. – Фенрис вернулся к разговору. – Ну, моя задача выполнена, так что наше соглашение является достигнутым. Время раскланяться. – не дожидаясь, пока Хацин попытается лететь самостоятельно, духовная суть хлынула из ладони Фенриса и легко обвила тело Хацина. Она подняла и перенесла птицу на плечо Рэйвен.

- И последний вопрос: что мне сделать с этими... – Фенрис небрежно кивнул на сидящих вокруг костра людей. – Убить их? Изменить их воспоминания?

Рэйвен отметила слова, которые Фенрис употребил; не похоже, чтобы он очень высоко ценил простых людей, если таковые имеются. Хотя это не удивительно – едва Рэйвен подумала об их отношении к ней. Так что вместо того, чтобы обижаться, она рассмотрела его предложение.

Теперь они знали, что она спиритуалист, и, включая её глобальную цель – лучше, чтобы как можно меньше людей знали о причинах её путешествия.

Опять же, она пока ещё нуждалась в них.

- Убить их – будет противоречить моей цели. Я спасла одного из них чуть раньше, но то, что они запомнили – это плохо. – она наконец ответила. – Старший, насколько точное это ваше изменение памяти?

Фенрис только улыбнулся.

---------

- Господа, господа! – маленький и похожий на крысу человек сновал вдоль грязной улицы. - Если вы ищете место, чтобы поесть вкусной еды, то я знаю такое место!

Группа людей, внимание которых человек пытался привлечь, проигнорировала его и продолжала идти дальше в город.

- Господа! – он позвал в последний раз, но не посмел следовать за ними.

Он жил достаточно долго, чтобы знать, к кому можно приставать, и как долго, не рискуя получить побои. Кингли Грув был не очень большим городом, но он был одним из самых близких к императорскому Небесному городу, и поэтому здесь бывало очень много разных людей, проходящих мимо. И некоторые были менее терпеливы, чем другие.

Мужчина вздохнул и посмотрел в серое небо. Холодный ветер дул вниз по улице, и крысоподобный человек поднял воротник засаленного пальто. Зима была необычно стойкой в этом году; уже четвёртый месяц, но снег всё ещё шёл, по крайней мере, раз в неделю, только чтобы растаять через несколько минут.

Человек проклял серое небо. Плохая погода была слишком плохой для бизнеса, так как меньше людей ездили, и, если он хотел, чтобы ему заплатили, ему нужно привести хоть каких-то клиентов для ресторана сегодня.

Он посмотрел вниз по улице и заметил новую группу, пешком направляющуюся в его сторону. Он быстро оценил группу: четверо взрослых мужчин и один мальчик, наверное, около восьми лет; мужчины, хоть и нормально одетые в белые одежды, от них веяло кровью, указывая на то, что это были воины или наёмники. Их лица, закалённые в боях, становились мягче только тогда, когда они смотрели на молодого мальчика среди них – мальчик явно много значил для них. Отдельно от своих товарищей, сам мальчик, казался, самым обыкновенным, поэтому на него можно было не обращать никакого внимания.

- Господа! – он устремился к группе, остановившись для поклона, когда подошёл достаточно близко. – Давай я проведу вас в ресторан, где вы сможете отдохнуть и вкусно поесть?

Самый старший в этой группе лишь посмотрел на мужчину, потом обратился к мальчику: - Что ты скажешь, малыш, ты голоден?

Заметив, что ребёнок имеет последнее слово, крысюк добавил: - Многие блюда подходят для растущего человека.

Малыш фыркнул на человека, но тем не менее, дал свое согласие: - Давайте закончим с этим побыстрее.

Трое мужчин, которые ещё говорили, засмеялись над незаинтересованностью ребёнка:

- Я клянусь, если я увижу, как ты увлечён чем-то, кроме тренировок, прежде чем мы достигнем Небесного города – то я пробегу весь город. – усмехнулся один из них, обняв шею мальчика.

- Не впутывай меня в свои интриги, казанова! – холодно ответил ребёнок: - Я знаю, что ты хочешь в Небесный город только чтобы похвастаться своими фамильными украшениями всему городу… – он сделал паузу. – Ну, по крайней мере, половине города.

Остальная группа заржала ещё громче, но они резко прекратили, когда маленькая белая птичка спикировала вниз с неба и клюнула человека, который обнимал ребёнка.

- Прости, прости! – непристойный человек попятился. – Не трогать, я понял! – птица не отказывалась от своих посягательств. – Рэйвен, убери эту птичку от меня! – взмолился он наконец.

Парень слегка ухмыльнулся и ничего не сказал, но птица сразу же остановилась и села парню на плечо.

- Ну? – малыш посмотрел на человека, похожего на крысу. – Вы не собираетесь вести нас в ресторан?

- Ах! Да, конечно! – мужчина подпрыгнул. Он отвлёкся на их разговор и мелкую птичку. – Нам сюда.

Он повёл группу вниз по боковой аллее и остановился возле одного из немногих деревянных зданий в этом районе: - Вот мы и здесь, господа, деревянный домик. – он кивнул в сторону входа.

- Изобретательно. – пробормотал парень саркастически.

Когда они вошли, крысюк вновь направился к главной улице с довольным выражением на лице.

- Четыре человека – это лучше, чем ничего. – он улыбнулся щербатой улыбкой, раскрыв рот, где не хватало нескольких зубов. – Погоди, или их было пятеро? Блин, не могу вспомнить, был с ними пацан или не был…

В ресторане, Рэйвен и четверо наёмников подошли к столу и заказали эля и большой стакан молока, пока ждали свою еду. Они были не единственными посетителями в зале, но почти.

Рэйвен наблюдала за наёмниками, пока они пили эль и не слишком громко разговаривали. Уже больше года прошло с тех пор как они покинули Врата Рок Рен и купеческий караван. И за этот период времени Рэйвен начала проникаться к ним любовью.

Хог был спокойным и собранным, как всегда, даже когда потягивал эль. Он действительно был активным, деятельным, за исключением тех случаев, когда заходила речь о прогрессе Рэйвен в совершенствовании. Он всегда волновался – что же будет дальше?

Из трёх остальных двое были реальными братьями – все они называли друг друга братьями, но только два были связаны кровью. Эму и Дов были сильными молчаливыми типами, которые редко говорили, но с удовольствием слушали. За год они очень помогли повысить защиту Рэйвен и сделали её обучение своим главным приоритетом.

Наконец, там был Солончак. Его настоящее имя было Спирроу, но из-за небольшого инцидента в прошлом, наёмники не называли его никак иначе – кличка приклеилась. Солончак был лохом в группе и чуть более ранние слова Рэйвен о том, что он желает показать свои фамильные драгоценности половине города наверняка имели под собой основания.

Рэйвен посмотрела на этих четырех мужчин, и с восхищением вздохнула.

Неужели Фенрис всё-таки сумел так сильно всё изменить… – она направила мысли в сторону Хацина, пристроившегося на её плече.

- Это действительно очень впечатляет, да и это помогло тебе с твоим прикрытием. – ответил Хацин, пикируя вниз, чтобы сесть на край стакана с молоком. Он посмотрел на Рейвен, потом наклонился, окунул клюв в молоко и проглотил каплю.

- В самом деле.

Рэйвен вспомнила ту ночь более года назад, и небольшая дрожь пробежала по её спине. Когда Фрэнсис спросил, что бы она хотела, чтобы он сделал с людьми в караване, которые всё ещё сидели в трансе вокруг погребального костра, Рэйвен спросила, может ли он изменить их воспоминания о том, как они встретились. Она знала что это невозможно, но тем не менее спросила из любопытства.

Результат превзошёл все её надежды.

Одна из самых больших проблем Рэйвен при зачислении в Императорскую Академию Божественных искусств была в её захватывающей истории, тем более, что она должна была достаточно выделятся, чтобы попасть в передовой класс без сучка и задоринки. Рано или поздно люди решат посмотреть её историю и в ней покопаться. Поэтому чем солиднее история, тем меньше вероятность того, что кто-то узнает правду.

Фенрис предложил ей отличную историю, в которой она и нуждалась. Что касается четырёх человек, окружающих её - Рэйвен была спасена ими из бандитского лагеря три года назад - то есть почти за год до того, как семья Найтингейл была убита. Бандиты якобы делали мерзкие и очень бесчеловечные эксперименты над детьми, заставляя их души созревать быстрее. Только Рэйвен выжила.

Они поняли, что Рэйвен в таком возрасте уже сформировала духовное ядро. Из-за этого наёмники из группы Хога решили взять мальчика "под крыло" и привести его в Небесную Академию для дальнейшего обучения. Путешествие заняло три года, но теперь они были уже близко к месту назначения.

Остальные люди в караване считали, что Рэйвен был приёмным сыном Хога, немного нелюдимым, но не более того. У них не было никаких воспоминаний о том, что Герон нанял Рэйвен или как Рэйвен раскрыла её духовную суть. Хог и его команда считали, что они сделали всё, что в их силах, чтобы сохранить навыки Рэйвен скрытыми от народа каравана в течение долгого путешествия вместе с ними.

Но Хог и его команда помнили, как Рэйвен помогла спасти жизнь Хогу в коридоре между городами-Вратами, а затем и другим членам экипажа, так что даже если основа их памяти была ложной, чувства заботы и благодарности к Рэйвен в настоящее время были очень реальными. Они даже настаивали чтобы она называла их её «дядюшками».

За прошедший год Рэйвен очень много тренировалась, когда они отправились в путь в направлении Небесной Академии. А благодаря недавно приобретённой технике дыхания у Рэйвен скорость её тренировок взлетела до небес. Не прошло и двух лет, как она уже стала Средним Адептом духа и была близка к прорыву на Высокого Адепта. Это было бы достижением, даже для спиритуалистов, поступивших в Небесную Академию. В среднем, на это требовалось от четырёх до шести лет.

Она также добилась огромных успехов с тренировками Божественных навыков. Звуковой Меч был уже освоен до пятого уровня, Шепчущей Ударной Волны (Whispered Blast), а Танец Колокольчиков до шестого уровня. Ода Горя были освоена Рэйвен моментально, благодаря чему она увеличила свою силу и беспрерывно работала над слиянием жажды убийства с её духовной сущностью настолько, что их разделить теперь было почти невозможно.

Несмотря на чрезвычайно хорошее продвижение, с некоторыми навыками дело обстояло намного медленнее с Охотником Пустоты и Божественному Навыку Исцеления, Благословенная Рука, которому Дов научил её не так давно. В отличие от других Божественных навыков, эти два не получали никакого реального преимущества ни от опыта её предыдущей жизни, ни от её чрезвычайно сильной души. Вместо этого они были сосредоточены исключительно на манипулировании духовной сущности в замысловатые узоры внутри себя.

Хоть её прогресс и был намного быстрее, чем у большинства людей, в течение уходящего года, Рэйвен удалось освоить только первый этап Охотника Пустоты - что позволило ей свести на нет звуки движения. А для Благословенной Руки, лучшее, что она могла сделать, это заживлять мелкие порезы и ушибы. Скорее всего, она смогла бы лучше изучить Благословенную Руку, если бы не тот факт, что жажда убийства в её духовной сущности, казалось, противостояла эффектам навыка лечения.

Конечно, наёмники, с которыми она путешествовала, хоть и не знали обо всей её силе, но были сильно впечатлены и иногда даже немного побаивались. Но что их больше всего пугало - так это количество духовных связей Рэйвен.

Через пять месяцев после того, как они оставили Врата Рок Рен, призма души Рэйвен вернулась к ожидаемому количеству соединений - 239. Их было бы 249, если бы не те десять, что она потеряла с осколком призмы - но удивительно, что количество связей продолжало расти устойчиво в течение ещё пяти месяцев. В итоге количество её связей остановилось на 373. По-видимому, быть почти убитым Лотосом Феникса Смерти, потерять единственных людей, которых когда-либо любила и почти сойти с ума, немного усиливает душу.

Если бы она захотела, Рэйвен легко могла бы услышать каждый звук, почувствовать каждое движение, любой запах вокруг неё, и не только в здании, но и за её пределами на улице. Если бы не было домов в этом районе, то радиус составлял бы почти шестьсот метров.

Она также испытала внезапное и крупное изменение всех своих чувств, которые дали ей новое понимание мира. Даже до этого момента, Рэйвен могла различать разных людей на основе их аур. Тогда это было расплывчатое понятие, которое она не могла толком объяснить, она только знала, что это работает. Но когда она достигла 350 духовных связей, она начала видеть духовную суть внутри людей, даже если она не была активирована или была достаточно плотной, чтобы быть на самом деле видимой.

Духовная суть каждого человека выглядела по-разному. Она поняла, что то, что она раньше принимала за ауры - это была утечка духовной сути. Лучшая часть этого - то, что цвет духовной сущности соответствует их уровню саморазвития. Благодаря этому Рэйвен могла чётко сказать, что из девяти человек в здании, только один был спиритуалистом; дородный человек, сидящий над ними, издавал чистое белое свечение, указывая, что он был Высоким Новичком.

В этот момент миниатюрная служанка подошла к столу Рэйвен и её попутчиков - её аура была совершенно бесцветной, что указывало не только на отсутствие совершенствования, но и на отсутствие всяческого потенциала. Тем не менее, у неё была на удивление хорошее чувство равновесия - она балансировала пятью большими тарелками, покрытыми пищей, и миской с орехами в её маленьких руках, она искусно проделала путь между стульями и столами без всяческих происшествий.

- Пожалуйста, господа! - она поставила тарелки на стол хорошо отработанными движениями. - И птица... - её взгляд был насмешлив, когда она подошла и поставила чашку с орехами рядом со стаканом молока Рэйвен.

- Цин. - подмигнул девушке Солончак, - Мы зовём его Цин!

Девушка улыбнулась и кивнула в сторону Хацина: - Налетай, Цин!

Хацин только взглянул на девушку, прежде чем он допрыгал до миски и начал рыться в орехах. Солончак, с другой стороны, наклонился ближе к девушке и улыбнулся самой соблазнительной улыбкой: - А ты можешь называть меня Солт... Ай!

На середине его хорошо отрепетированной фразы Рэйвен пнула его в голень.

- Приятного аппетита, мистер Солт. - девушка проигнорировала его визг боли и пошла прочь.

- Зачем ты это сделала-то, а?! - Солончак проворчал Рэйвен.

- Держи свои штаны закрытыми, Казанова, она замужем.

- Да что такое это Кас... Казанова? - он махнул тёплым куриным крылом на Рэйвен: - И вообще, как же ты можешь знать, что она замужем? У неё нет кольца...

- Казанова это человек, а не вещь. - ответила Рэйвен. - А отсутствие кольца на пальце левой руки, в сочетании с небольшой оттопыренностью в кармане передника указывает, что она держит его там. Из-за работы, скорее всего.

У всех троих появились удивлённые улыбки на лице. Рэйвен тем временем начала есть. Солончак недоверчиво смотрел на её трапезу. Через минуту в глазах Солончака просветлело:

- Ага! Она, возможно, не взяла его на работу, потому что она поругалась с мужем и хочет оставить его! Сейчас я должен предложить свою поддержку...

- Если это так, то они уже помирились, скорее всего. - Рэйвен прервала его, не отрываясь от своей тарелки. - Может, это ничего и не значит, но они довольно страстно целуются за прилавком.

- Как? - Солончак приоткрыл рот и посмотрел в сторону прилавка.

- Видимо, ртами. - пожала плечами Рэйвен.

Хог и два брата не могли больше сдерживаться и заржали в голос.

Рэйвена и её «дяди» закончили ужин, а Хацин расправлялся с его орехами с большим весельем. Они были в отличном настроении, поскольку на эту пищу никому из них не пришлось тратить время и готовить. В итоге обсуждение перешло к оставшемуся отрезку пути, и Хог начал с разъяснения ситуации.

- Сейчас мы находимся довольно близко к Небесному Городу, остался только один последний горный хребет, и мы достигнем его. Пешком это займёт от одного до двух месяцев, в зависимости от погоды.

- В Небесной Академии весенние экзамены проводятся в последний день пятого месяца года? Осталось едва ли пятьдесят дней, – заметил Дов.

- Да, это может оказаться немного… обидно, если не повезёт.

- Полетим? – спросил Эму.

- Отличная идея! – Солончак вскинулся до того, как Хог успел ответить. –Город уже почти здесь, а мальчишка до сих пор не путешествовал на Ястребах Эвереста. Его задразнят деревенщиной, если мы оставим всё, как есть!

- Не впутывай меня в свои схемы, дядя. – сказала Рэйвен ровным голосом, игнорируя обиженный взгляд Солончака. – Никто не станет меня дразнить.

- Мы могли бы. – Хог проигнорировал их обоих и вместо этого ответила Эму. – Но мы ещё не знаем наверняка, получит ли Рэйвен стипендию, поэтому мы должны сохранить как можно больше денег.

- Да как может этот баловник не получить стипендию? – Солончак уже забыл, что он должен был обидеться, и радостно обвил рукой плечи Рэйвен, а свободной рукой потёр его макушку.

В эту же секунду Хацин уже был в воздухе, терзая наёмника острыми коготками – когтями называть их было бы некорректно, но тем не менее, они были очень эффективны.

- Прости, Цин! – Солончак сразу отпустил Рейвен.

Остальная часть группы уже раз пятнадцать видела подобное, поэтому сейчас Кабанчик просто слегка возвысил голос и продолжил:

- Так как мы хотим сэкономить расходы, я предлагаю взять пару горных коней и пройти последний отрезок пути на лошадях. Что вы думаете?

- Ну.. – Дов начал отвечать ему, но Рэйвен отключилась от разговора; для неё было очень важно достичь Небесного города во время экзаменов, но её действительно не волновало, как она туда попадёт. Она была уверена, что наёмники решат эти детали самостоятельно.

Вместо этого Рейвен сосредоточила своё внимание на несколько других разговоров, которые велись в здании.

- Дорогая, почему бы нам не забронировать номер с роскошной кроватью сегодня? – грозно звучащий голос убеждал свою собеседницу.

- Как смело! – ответила его собеседница, но её хихиканье указало, что она была вполне довольна его предложением.

Скучно.

- Посмотри на это! – выкрикнул молодой голос. – Я сделал это прошлой ночью!

Тот, кому принадлежал голос, показывал что-то на плече человеку, сидящему рядом с ним.

- Хорошая татуировка! – засмеялся его приятель и хлопнул друга по плечу, заставляя его хрюкать от боли.

Тоже неинтересно...

- Ты слышал о резне бандитов, что была в лесной долине, префектуры Блэк Тэйлон? – спросил пожилой мужчина из-под пола под ними. Его голос звучал сквозь трещины.

- Да! Так им и надо, этим бандитам! Слышал, то же самое происходило в пещерах Грифона не так давно.

Действительно? – Рэйвен склонила голову набок, вспоминая географию Небесной империи: Пещеры Грифона близко к проходу между префектурой Блэк Тэйлон и префектурой Кровавого Грифона... это совпадение, или Фенрис переехал туда? Но почему тогда слухи об убийствах в Лесной Долине по-прежнему циркулируют?

Прежде, чем она смогла обдумать это дальше, человек, похожий на крысу, который привёл её и её группу в этот ресторан, вошёл в пределы её диапазона на улице. Рядом с ним шла грудастая женщина, чья слабая духовная суть давала чувство суровости. Темп пары был очень быстрым, в-основном из-за женщины, и крысочеловеку приходилось то бежать, то идти в ногу с ней.

- Ты не расскажешь мне немного больше? – он возбуждённо скакал вокруг неё. - Ты не можешь вот так бахнуть мне на голову новости, а потом не давать мне никаких подробностей!

Вскоре они достигли входа в ресторан, и женщина даже не снизила скорость.

- Я уже сказала тебе больше, чем нужно. – она была немного раздражена, но добавила. – Ещё и бесплатно.

- Да ладно, Тринга, ради старых времён, ну! – простонал мужчина, но его голос понизился до шёпота. – Сказать только, что императрица была обвинена в измене, но не более того – даже ты не можешь быть такой жестокой!

Рейвен напряглась, чуть не уронив стакан, из которого она пила.

Измену? Это абсурд!

- Старые времена – это не причина. – женщина остановилась на улице. – Теперь наступили дни, когда нужно платить деньги, как и всем остальным, если ты хочешь получить информацию.

После этого женщина повернулась и вошла в каменное здание прямо напротив ресторана. Толстые каменные стены затрудняли «зрение» Рэйвен, но она общий смысл, в сочетании с невзрачной вывеской, выдал Рэйвен достаточно информации.

Низкий Новичок духа работает в борделе? – Рэйвен была заинтригована. – Интересно, интересно, духовную суть можно использовать, чтобы увеличить опыт?

Бордели не запрещены в Небесной Империи, как они почти везде, где Рэйвен путешествовала в прошлой жизни, но поскольку в обществе решено, что люди вообще должны жить в моногамии, такие места до сих пор осуждаются.

Однако Рейвен знала, что в борделях продают не только секс – что в этом мире, что в старом. Мало кто знал, как много людей у власти любят заниматься разными… немного странными вещами.

- Брат! – Рэйвен мысленно позвала Хацина. – Ты когда-нибудь был в борделе?

Птичка выпучила глаза и чуть не подавилась орешком, который глотала.

- Конечно, нет! – возмутился Хацин. – Как ты могла даже предположить такое? Я никогда шагу не сделаю в такое место!

- Ну, тогда хорошо, что у тебя есть крылья... – ехидно сказала Рэйвен прежде, чем начала объяснять, что она только что услышала на улице.

- Да ни в жисть! – убеждённо ответил Хацин, усаживаясь на плечо Рэйвен. – Императрица Нене никогда не предала бы Империю. Информация ложная!

- Я согласна, что это маловероятно. Но возможно, не вся информация является ложной. – Рэйвен медленно, словно сонно, пыталась поймать разбегающиеся по тарелке кусочки еды. Она была погружена в свои мысли. – Мы должны знать больше.

- Хорошо. – птица умудрилась даже вздохнуть. – Я полагаю, ты хочешь, чтобы я полетел туда, нашёл эту Трингу и подслушал её разговоры?

- Да. – ответила Рэйвен, но про себя отметила: И, я предполагаю, ты будешь слушать больше, чем просто разговоры…

Хацин раскрыл крылья и взлетел. Никто не заметил того, что он ушёл – птичка прилетала и улетала тогда, как ей самой заблагорассудится весь последний год. А примерно через полчаса, Хог отдал деньги официантке за ужин и группа покинула ресторан. Солнце уже закатилось, и небольшие факелы были зажжены вдоль улицы, чтобы осветить путь темнеющим вечером.

В нескольких кварталах от ресторана они нашли подходящую гостиницу и сняли два номера на ночь; Рэйвен и Хог жили в одной комнате, а остальные трое поделили вторую. Из-за возраста, Рэйвен обычно отправлялась в постель рано. И это несмотря на аргументы, что, на пике Новичка духа – уровень её саморазвития, как думали наёмники – долгая ночь сна не была действительно необходима.

- Мальчишке нужен сон, и всё. – ответ Солончака не менялся.

- Пожа-а-а-алуйста, дядя Дов... – просила Рэйвен, но даже её лучший щенячий взгляд, по сути, не оказывал никакого эффекта на доброго дядю Дова.

Рэйвен легла спать, как велено, но, как всегда, решила провести ночь, развиваясь. Техника дыхания, которую Рэйвен позаимствовала у умирающего бандита не очень подходила для саморазвития лёжа, но она не хотела привлечь внимание Хога, поэтому придётся делать так.

Рэйвен совершенствовалась всю ночь. Почти всё время, Хацин терял контроль, и его голос и мысли появлялись в мозгу Рэйвен, чаще, как эмоции. Она не могла ничем помочь, но хихикала, наблюдая, как его мысли меняются в течение ночи; было отвращение, удивление, интерес, шок, удивление и даже некоторые намёки на возбуждение. Мальчику скоро будет двенадцать лет, и, хотя у него мало опыта относительно того, что он может увидеть в борделе, первоначальный шок прошёл, и он обнаружил, что ему бы очень хотелось... узнать больше.

Оставалось ещё чуть-чуть до рассвета. Хог уже покинул свой номер, а Рэйвен только проснулась, когда Хацин уже влетел через окно и приземлился, пошатываясь, на стол рядом с кроватью Рэйвен.

Рейвен открыла глаза и уставилась на брата, чьи зрачки, казалось, всё ещё немного расширены.

- Ну как, много информации удалось получить? – она хотела ухмыльнуться, но её лицо оставалось невинным.

- Очень!

- Что, ты уже не против провести ночь в борделе? – Рэйвен, позволила ухмылке появиться на её лице.

- Нет, вовсе нет! Это было... – Хацин дрогнул, когда он понял, с каким волнением звучал его голос.

- И что же было? – дразнила Рэйвен.

- Это… это был хороший способ узнать, какую информацию Тринга выведала о Нене… Ой, я имел в виду об императрице, императрице Нене!

Если бы духовное тело Хацина было способно краснеть, Рейвен не сомневалась, что лицо её брата стало бы из снежно-белого ярко-розовым. Она решила дать ему передышку и только фыркнула.

- Ну и что же ты там слышал? – вместо этого спросила Рэйвен, но не могла сдержаться и добавила: - Об Императрице, я имею в виду.

Маленькое тело птички выпрямилось.

- Ну, по тому, что говорила Тринга, и некоторые из её... э-э… гостей, Императрица, действительно, была обвинена в измене. Обвинение: поймана с поличным во время договора с врагом.

Рэйвен поморщилась, Хацин продолжал:

- Никто, кажется, не знает, что это за таинственный враг, но в итоге Императрица была помещена под домашний арест в одной из башен во Дворце Облаков Индиго.

- Домашний арест? Не тюремное заключение или казнь? – удивлённо перебила Рэйвен.

- Нет, домашний арест. Скорее всего, Тринга – одна из служанок Императрицы Нене, так что она вполне уверена в этом. В целом, похоже, что император слишком любит Императрицу, чтобы быть в состоянии сделать что-нибудь хуже...

- Они говорили что-нибудь о том, когда домашний арест начался?

- Месяц назад. Они пытались держать это в тайне.

- И время подходит... - сказала Рэйвен, больше себе, чем брату.

Рэйвен спокойно сидела ещё долго, и прокручивала эту информацию снова и снова в своей голове. Спустя почти двадцать минут, она тяжело вздохнула, выбралась из постели и потянулась.

- Ну, сейчас мы всё равно ничего сделать не можем… – она указала Хацину на плечо и направилась к выходу из комнаты.

- О чём ты? – спросил Хацин: - Это всё, что ты хочешь сказать?

- Да мы действительно не так много можем сделать сейчас, – Рэйвен вышла из комнаты и переключилась на мысленный разговор. – Никаких официальных сообщений, а мы в чужом городе, чтобы начинать полноценное расследование.

Прежде чем Хацин успел сменить тему, она продолжила: - Учитывая, что мы знаем о личности Императрицы Нене, вполне вероятно, что её тоже хотели. Тем более, если мы добавим то, что случилось с нашей семьей до кучи.

- С нашей семьёй?

- С помощью этого Старшего В они пытались убить нас всех, в надежде получить контроль над префектурой, но зачем этот иностранец помогал им? Ясно было, что наш отец не согласится, с тётей и дядей.

Глаза Хацин птица засияли: - Так это из-за тех границ, о которых говорила мама?

- Да, точно. Я подозреваю, что это всё не так просто, но... – Рэйвен прошла через дверь столовой и опустилась рядом с её «дядями», которых в настоящее время уже наполовину расправились с завтраком.

- И что мы будем делать?

- Мы прибудем в Небесный город, я поступлю в Академию, а затем мы будем проводить каждую минуту в попытках выяснить, что на самом деле происходит в этой империи… – ответила Рэйвен, а её глаза блеснули тёмно-красным.

Видение исчезло почти сразу же, она натянуто улыбнулась, и посмотрела на Хога.

- Можно мне немного хлеба, дядя Хог?

Птичка выпучила глаза и чуть не подавилась орешком, который глотала.

- Конечно, нет! – возмутился Хацин. – Как ты могла даже предположить такое? Я никогда шагу не сделаю в такое место!

- Ну, тогда хорошо, что у тебя есть крылья... – ехидно сказала Рэйвен прежде, чем начала объяснять, что она только что услышала на улице.

- Да ни в жисть! – убеждённо ответил Хацин, усаживаясь на плечо Рэйвен. – Императрица Нене никогда не предала бы Империю. Информация ложная!

- Я согласна, что это маловероятно. Но возможно, не вся информация является ложной. – Рэйвен медленно, словно сонно, пыталась поймать разбегающиеся по тарелке кусочки еды. Она была погружена в свои мысли. – Мы должны знать больше.

- Хорошо. – птица умудрилась даже вздохнуть. – Я полагаю, ты хочешь, чтобы я полетел туда, нашёл эту Трингу и подслушал её разговоры?

- Да. – ответила Рэйвен, но про себя отметила: И, я предполагаю, ты будешь слушать больше, чем просто разговоры…

Хацин раскрыл крылья и взлетел. Никто не заметил того, что он ушёл – птичка прилетала и улетала тогда, как ей самой заблагорассудится весь последний год. А примерно через полчаса, Хог отдал деньги официантке за ужин и группа покинула ресторан. Солнце уже закатилось, и небольшие факелы были зажжены вдоль улицы, чтобы осветить путь темнеющим вечером.

В нескольких кварталах от ресторана они нашли подходящую гостиницу и сняли два номера на ночь; Рэйвен и Хог жили в одной комнате, а остальные трое поделили вторую. Из-за возраста, Рэйвен обычно отправлялась в постель рано. И это несмотря на аргументы, что, на пике Новичка духа – уровень её саморазвития, как думали наёмники – долгая ночь сна не была действительно необходима.

- Мальчишке нужен сон, и всё. – ответ Солончака не менялся.

- Пожа-а-а-алуйста, дядя Дов... – просила Рэйвен, но даже её лучший щенячий взгляд, по сути, не оказывал никакого эффекта на доброго дядю Дова.

Рэйвен легла спать, как велено, но, как всегда, решила провести ночь, развиваясь. Техника дыхания, которую Рэйвен позаимствовала у умирающего бандита не очень подходила для саморазвития лёжа, но она не хотела привлечь внимание Хога, поэтому придётся делать так.

Рэйвен совершенствовалась всю ночь. Почти всё время, Хацин терял контроль, и его голос и мысли появлялись в мозгу Рэйвен, чаще, как эмоции. Она не могла ничем помочь, но хихикала, наблюдая, как его мысли меняются в течение ночи; было отвращение, удивление, интерес, шок, удивление и даже некоторые намёки на возбуждение. Мальчику скоро будет двенадцать лет, и, хотя у него мало опыта относительно того, что он может увидеть в борделе, первоначальный шок прошёл, и он обнаружил, что ему бы очень хотелось... узнать больше.

Оставалось ещё чуть-чуть до рассвета. Хог уже покинул свой номер, а Рэйвен только проснулась, когда Хацин уже влетел через окно и приземлился, пошатываясь, на стол рядом с кроватью Рэйвен.

Рейвен открыла глаза и уставилась на брата, чьи зрачки, казалось, всё ещё немного расширены.

- Ну как, много информации удалось получить? – она хотела ухмыльнуться, но её лицо оставалось невинным.

- Очень!

- Что, ты уже не против провести ночь в борделе? – Рэйвен, позволила ухмылке появиться на её лице.

- Нет, вовсе нет! Это было... – Хацин дрогнул, когда он понял, с каким волнением звучал его голос.

- И что же было? – дразнила Рэйвен.

- Это… это был хороший способ узнать, какую информацию Тринга выведала о Нене… Ой, я имел в виду об императрице, императрице Нене!

Если бы духовное тело Хацина было способно краснеть, Рейвен не сомневалась, что лицо её брата стало бы из снежно-белого ярко-розовым. Она решила дать ему передышку и только фыркнула.

- Ну и что же ты там слышал? – вместо этого спросила Рэйвен, но не могла сдержаться и добавила: - Об Императрице, я имею в виду.

Маленькое тело птички выпрямилось.

- Ну, по тому, что говорила Тринга, и некоторые из её... э-э… гостей, Императрица, действительно, была обвинена в измене. Обвинение: поймана с поличным во время договора с врагом.

Рэйвен поморщилась, Хацин продолжал:

- Никто, кажется, не знает, что это за таинственный враг, но в итоге Императрица была помещена под домашний арест в одной из башен во Дворце Облаков Индиго.

- Домашний арест? Не тюремное заключение или казнь? – удивлённо перебила Рэйвен.

- Нет, домашний арест. Скорее всего, Тринга – одна из служанок Императрицы Нене, так что она вполне уверена в этом. В целом, похоже, что император слишком любит Императрицу, чтобы быть в состоянии сделать что-нибудь хуже...

- Они говорили что-нибудь о том, когда домашний арест начался?

- Месяц назад. Они пытались держать это в тайне.

- И время подходит... - сказала Рэйвен, больше себе, чем брату.

Рэйвен спокойно сидела ещё долго, и прокручивала эту информацию снова и снова в своей голове. Спустя почти двадцать минут, она тяжело вздохнула, выбралась из постели и потянулась.

- Ну, сейчас мы всё равно ничего сделать не можем… – она указала Хацину на плечо и направилась к выходу из комнаты.

- О чём ты? – спросил Хацин: - Это всё, что ты хочешь сказать?

- Да мы действительно не так много можем сделать сейчас, – Рэйвен вышла из комнаты и переключилась на мысленный разговор. – Никаких официальных сообщений, а мы в чужом городе, чтобы начинать полноценное расследование.

Прежде чем Хацин успел сменить тему, она продолжила: - Учитывая, что мы знаем о личности Императрицы Нене, вполне вероятно, что её тоже хотели. Тем более, если мы добавим то, что случилось с нашей семьей до кучи.

- С нашей семьёй?

- С помощью этого Старшего В они пытались убить нас всех, в надежде получить контроль над префектурой, но зачем этот иностранец помогал им? Ясно было, что наш отец не согласится, с тётей и дядей.

Глаза Хацин птица засияли: - Так это из-за тех границ, о которых говорила мама?

- Да, точно. Я подозреваю, что это всё не так просто, но... – Рэйвен прошла через дверь столовой и опустилась рядом с её «дядями», которых в настоящее время уже наполовину расправились с завтраком.

- И что мы будем делать?

- Мы прибудем в Небесный город, я поступлю в Академию, а затем мы будем проводить каждую минуту в попытках выяснить, что на самом деле происходит в этой империи… – ответила Рэйвен, а её глаза блеснули тёмно-красным.

Видение исчезло почти сразу же, она натянуто улыбнулась, и посмотрела на Хога.

- Можно мне немного хлеба, дядя Хог?

***Конец тома 2***

- Да? Что... –Хацин не успел закончить фразу, когда большой белый с фиолетовым журавль, следующий за большим Ястребом Эвереста, прилетел на площадь и приземлился в дальнем углу, рядом с тем, куда Рэйвен приземлилась двумя часами ранее. Белая с фиолетовым птица была редким Магическим зверем, которого называли Журавль Виола, славящийся своей верностью и преданностью, а этот экземпляр носил пышные украшения над головой и когтями.

С Виолы соскользнули мальчик и девочка, оба одетые в изысканные одежды, и вскоре к ним присоединились ещё четверо, хотя и в менее модной одежде, которые спрыгнули с Ястреба. Без сомнения, группа начала двигаться сквозь толпу людей на площади.

- Дорогу Лорду и леди Сарус! – эти четверо орали во всё горло и расталкивали людей с пути.

- И конечно, клан Сарус должен зарегистрироваться, как и все остальные... что вы собираетесь делать, сестра?

Они направлялись прямо в сторону Рэйвен.

- Продолжаю терпеливо ждать своей очереди, – ответила Рэйвен с лёгкой ухмылкой, – Я не хочу потерять своё место.

Это не заняло много времени, прежде чем группа дошла до Рэйвен.

- Двигайся, недомерок! – крикнул припевала номер один.

Рэйвен только взглянула через плечо, перед тем, как снова уставиться вперёд. Когда человек перед ней сделал шаг вперёд, Рэйвен перешла, чтобы заполнить создавшийся зазор.

- Вот, я двигаюсь, – сказала она ровным голосом, – Не торопись.

- Ты тупой? – спросил подпевала номер два, когда лицо номера один стало краснеть от злости.

- Не особенно, – бросила Рэйвен, не оглядываясь.

Теперь уже двое из этой группы покраснели, но прежде, чем они начали действовать, мальчик поднял руку, чтобы остановить их. Мальчик, или Лорд Сарус, как эти четыре дуболома называли его, осмотрел чистую, но несколько потрёпанную одежду Рэйвен, прежде чем снисходительно проговорил: - Нет смысла злиться. Как ты его назвал, недомерок? – он задумался: – Да, очень подходяще... этот недомерок – явно бедное создание, что всю жизнь прожил вдали от цивилизованных людей. Как ты можете ожидать, что он знает, как правильно поступать?

Это было сказано, как оскорбление, но Рэйвен даже ухом не повела, или тем более не повернулась.

- У вас хороший вкус, сэр, – её голос был по-прежнему ровным, – Я тоже думал, что он будет цивилизованным. А он даже не может просто постоять в очереди и не распихивать остальных.

- Как ты смеешь! – все четверо телохранителей пришли в бешенство, а сам молодой лорд, если бы умел, испепелил бы её взглядом на месте.

Ближайший дуболом, номер два, отвёл кулак и собирался уже ударить Рэйвен по голове, но, когда кулак уже собирался вступить в контакт с её головой, Рэйвен наклонилась к земле: - О, глянь, монетка!

По инерции кулак дуболома пролетел мимо и опрокинул на землю этого пацана, а Рэйвен снова поднялась, казалось бы, не обращая внимания на всё.

- А что очередь не движется? – спросила Рэйвен задумчивым голосом и подпрыгнула, чтобы увидеть, что происходит. По «случайному» стечению обстоятельств она подпрыгнула как раз в тот момент, когда нога телохранителя номера один пронеслась мимо её ног, и вместо этого пнула уже упавшего мальчика.

Стон мальчика на земле, наконец, привлёк внимание Рэйвен, и она посмотрела на телохранителя номер один с презрением: - Нельзя бить человека, который упал, это некультурно.

Вдруг духовная суть плеснула в мальчике, и он взмахнул рукой в сторону Рэйвен: - Ублюдок! Я, Сарус Бролга, сам преподам тебе урок хороших манер, да такой, что даже твои родители запомнят!

Глаза Рэйвен сузились.

- Ну вот, напросилась… – подумал Хацин и слетел с плеча Рэйвен.

Медленно, Рэйвен повернулась, чтобы посмотреть на Бролга. Её глаза встретились с его. Духовную сущность и жажду убийства она держала в узде, но в тот момент он смотрел в её глубокие, тёмно-красные глаза, дрожь пробежала вниз по его позвоночнику. Он никогда не видел такого холодного и бессердечного взгляда, и все его инстинкты говорили, даже кричали ему «Беги! Беги, если хочешь жить!».

- Что здесь происходит? – громкий голос раздался на площади, и, успокоившись, Рэйвен прервала зрительный контакт с Бролгом и направилась искать источник. Когда она это сделала, Бролг едва вспомнил, как правильно дышать.

Когда Рэйвен взглянула на мальчика, который говорил, она чуть было не улыбнулась; она знала его. Это был Джавелин, молодой мальчик, который подарили ей Сумеречную Колыбельную почти ровно четыре года назад. Он сильно вырос с тех пор.

Хотя ему было всего десять, его постоянное совершенствование сделало его зрелым быстрее. Сейчас он выглядел не моложе, чем на пятнадцать лет. Он был почти на голову выше Рэйвен и очень хорошо сложен. Его светлые волосы сияли, как золото, в солнечном свете.

Очень опасный.

Когда Рэйвен посмотрела на Джавелина, он тоже смотрел на неё, ну или «него», как он видел. Джавелин бежал от своего места под вывеской «Ф-Я», когда он почувствовал активацию духовной сути Бролга Сарус. Он намеревался быстро покончить с шумом, но нашёл себя, глядящим на тощего мальчика с тёмно-фиолетовыми волосами и кроваво-красными глазами. Кроме этих холодных бликов, мальчик казался удивительно... ничем не примечательным. Но в тот момент, когда Джавелин увидел его, его сердце перестало биться на секунду, только чтобы начать биться еще быстрее после паузы.

Какого черта... - он не мог понять собственной реакции и, честно говоря, это раздражало его.

Легкий кашель поблизости обратили внимание как Джавелина, так и Рэйвен.

- Мой брат и я шли, чтобы зарегистрироваться на экзамены, когда у нас возникло небольшое недоразумение с этим мальчиком, – это была молодая Леди Сарус, – Этого больше не повторится.

- Сестра? – Бролга прошипел себе под нос.

- Не нарушай правила, если ты можешь пристыдить его на экзаменах, брат, – прошептала она снова.

- Ага, – Джавелин оглянулся на Рэйвен, – Это так?"

Рэйвен пожала плечами.

- Очень хорошо! Тогда, в линию все! – сейчас очередь уже перемешалась как могла, но по команде Джавелина, они стали выстраиваться.

Джавелин в последний раз взглянул на Рэйвен, прежде чем пошёл назад на своё место, но через несколько шагов остановился и повернулся.

- Да? – спросил он у двух Сарус за ним.

Они моргнули на него с удивлением: - Мы собираемся зарегистрироваться на экзамены, – сказал Бролга в конце концов.

Джавелин указал на конец очереди: - Тогда, я полагаю, вы подождёте в очереди, – сказал он и вышел.

- Он выигрывает на протяжении последних двух лет как минимум одной своей прямолинейностью, – прокомментировал Хацин счастливо, когда он уселся на плечо Рэйвен, – Кажется, он на тебя глаз положил.

- Не глупи, он, без сомнения, думает, что я мальчик.

- По словам мисс Тринги, пол не имеет никакого значения! – похоже, он очень гордился своей новой идеей.

Рэйвен только фыркнула и, поскольку, наконец пришла её очередь, подошла к столу. За столом сидел ещё один знакомый, один из близнецов Гриффон, хотя она не знала, какой. Близнец также значительно вырос, хотя он был менее крепок и гораздо более худой, чем Джавелин.

- Привет, – близнец проговорили подавленным голосом, – Имя?

- Рэйвен.

Он немного вздрогнул, но после быстрого взгляда на неё вернулся в своё прежнее состояние.

- А фамилия? – продолжил он.

Рэйвен остановилась лишь на секунду.

- Найт.

Он вписал имя в журнал.

- Возраст?

- Шесть.

Это снова заставило его посмотреть на неё.

- Нет смысла лгать, я буду тестировать вас, после того, как запишу ваши ответы.

- Я не вру, – Рэйвен знала, что это случится.

- И у вас сложилось духовное ядро?

- Да.

- Тогда покажи мне свой камень духа.

- У меня нет.

Близнец вздохнул и перестал записывать.

- Держи, – он протянул небольшой диск Рэйвен, чтобы та взяла его – что она и сделала – а потом сказал: - Наливай духовную суть.

Она и это сделала. В течение нескольких секунд диск разгорался очень ярким светом, а затем померк так же быстро, оставляя текст «6 лет и 7 месяцев, духовное ядро сформировано» в центре.

Мартин уставился на диск круглыми глазами. Он метнул взгляд на стол Джавелина в двух шагах; неужели Мартин откопал нечто даже более впечатляющее, чем его иностранный друг? Он покачал головой.

- Диск, должно быть, не пашет... – проворчал он и выудил новый из коробки под столом.

Диском можно проверить сто человек или около того, прежде, чем он станет нуждаться в замене, но Мартин забыл, или, возможно, предпочёл забыть, что он просто сменил диск после предыдущего человека.

- Вот, сделай это снова.

В душе Рэйвен закатила глаза в небольшом раздражении, но она не показала никаких признаков раздражения Мартину, когда она взяла второй диск.

Глаза Хацина светились, но он молча наблюдал с плеча Рэйвен.

Диск вспыхнул и «6 лет, 7 месяцев, духовное ядро сформировано» в очередной раз отобразилось.

- Да как же это... – Мартин начал говорить, но потом усмехнулся и сказал, в основном для себя: - Ну, хотя я считал Джавелина невозможным, так почему бы и нет...

Мартин был слегка обеспокоен: образовать духовное ядро в возрасте семи лет было уже чем-то невообразимым, а Рэйвен просто опередила это на шесть месяцев. Тем более если учесть, что Джавелин происходил из известной военной семьи с почти неограниченными ресурсами, и для него не было проблемы с получением доступа к залу духа в День Света. Найт, однако, явно не фамилия какого-нибудь большого и богатого клана в Небесной Империи...

Выбросив лишние мысли из головы, Мартин улыбнулся Рэйвен и вручил ей две небольшие деревянные дощечки.

- Красная – для вас, используйте её, чтобы попасть на трансфер до Небесной Академии для сдачи экзаменов. Синюю можно отдать членам семьи, кого вы хотите взять с собой.

Рэйвен приняла таблички с небольшим поклоном, который был больше похож на кивок, и повернулась, чтобы уйти.

- Удачи, братишка Найт! – крикнул Мартин, – Я надеюсь, что вы пройдёте!

Хацин фыркнул: - Мартин всегда был слишком лёгок на подъём. Я надеялся на более весёлую реакцию...

- Ты его хорошо знал? Я не могу даже отличить одного близнеца от другого… – сказала Рэйвен, пробиваясь сквозь толпу – ещё более тысячи человек были на площади и было очень тесно, но Рэйвен даже не тронула ни одного человека, когда шла.

- Ну, мы четверо – близнецы и Джавелин – жили в одной комнате в общежитии того же года. Они весёлые ребята. – объяснил он, но тут же добавил, – Большую часть времени.

Рэйвен продолжала пробивать свой путь через площадь, стараясь не подходить слишком близко к брату и сестре Сарус – она не хотела сейчас начинать ещё одну сцену. А вскоре она получила чёткое представление о её цели – где её ждут наёмники дяди. Они сняли свои привычные белые одежды, и вместо этого надели коричневые кожаные доспехи с красным солнцем на груди.

Казалось бы, они присоединились к большой гильдии Наёмников... – Рэйвен подумала про себя, но как только она собралась выйти на площадь, чтобы присоединиться к ним, панический голос Хацина зазвенел в её голове: «Подожди!» - и её брат взвился перед её лицом.

Рэйвен сразу остановилась, напрягая все её чувства, чтобы обнаружить опасность, и спросила: «Что не так?»

- Общага! Я уже забыл, но тебе придётся делить комнату с тремя парнями в Академии!

Рэйвен в недоумении моргнула, а потом расхохоталась.

- О, брат... – её тело уже расслабилось, – Я путешествую с четырьмя мужчинами на протяжении года!

- Это другое дело! Они слишком стары для тебя!

Ну, Хог-то конечно, а вот остальные трое не так уж далеки от моего фактического возраста. Больше похоже, что мои одногруппники будут слишком молоды... – подумала она про себя, но ничего не сказала.

Сдерживая свой смех, и игнорируя её беспокойного брата, Рэйвен вернулась к наёмникам, ожидающим её. Она подняла две таблички и слегка улыбнулась. После жаркой дискуссии между четырьмя мужчинами было решено, что Хог присоединится к Рэйвен, в то время как другие будут ждать в таверне, готовые к хорошим новостям.

Решив не медлить больше ни минуты, Хог и Рэйвен заняли свои места в транспортной кабине птицы, которая летела до самого верхнего яруса, который принадлежал Небесной Академии. Полёт был достаточно коротким, но птица сделала дополнительный круг по уровню Академии, позволяя взглянуть ближе.

Большинство людей никогда не видели это своими глазами, потому что требуется разрешение от военных, если вы хотели бы пролететь выше их уровня. Рэйвен видел это раньше, но всё равно было очень приятно посмотреть снова.

Ярус Академии был сравнительно небольшим, большая часть его была сосредоточена вокруг главной вершины, и в меньшей степени – к югу, на второй по высоте вершине в Небесном городе – две другие вершины были недостаточно высокими, чтобы достичь уровня Академии. Эти две области были связаны между собой чудесным садом, который простирался между двумя пиками.

В саду было всё, от экзотических цветов и деревьев, до рек и прудов; часть огромного водопада, падающего с основного пика, была отведена в этот сад и вода мягко текла по своему руслу. Это было оптимальное место для медитации и созерцания природной духовной сути в мире.

Там были даже несколько открытых площадок, которые позволяли двоим студентам биться друг с другом. Специальные силовые поля окружали эти области, поэтому бои не нарушали покой в саду.

Хацин кивнул в сторону небольших поселений на внешнем пике: - Там живёт старейшины и продвинутые студенты. Духовная суть там гораздо плотнее.

Рэйвен обратила внимание на скопление зданий. Кроме большой башни в центре, большинство домов были достаточно низкими, в два этажа максимум. Черепица на крышах тёмно-синего цвета и, как ни странно, все эти дома, казалось, были сделаны из дерева, но были белыми, как снег.

- Звёздные Берёзы! – воскликнула Рэйвен.

- Ты знаешь о них? – Хацин сначала как будто удивился, но быстро понял. – Конечно, знаешь. Ну, старцы расскажут тебе всё о том, как Академия ценит это дерево, если ты спросишь их. Причём рассказывать будут в течение нескольких часов. Если короче – основатель был одарен лесом этих берёз от таинственного друга, которого он когда-то спас.

Рэйвен просто смотрела на дома, с высоты птичьего полёта. Звёздная Береза была давно вымершим деревом, которое выглядело почти так же, как обычная берёза, за исключением белоснежной коры и древесины и ослепительно серебристых листьев, которые мягко светились в темноте. Причиной этого было то, что Звёздная Берёза способна поглощать духовную суть, как магические звери, и очищать себя в процессе.

Результатом этого была невообразимо прочная древесина, которая едина с природой духовной сутью. Это имело много положительных моментов для спиритуалиста. Звёздная древесина, к примеру, не ограничивала чувства спиритуалиста, как обычный камень. Но самая большая выгода заключалась в том, что, хотя древесина впитывала духовную суть, она не держала её бесконечно. Она просто поглощала её, совершенствовалась, и поглощала снова.

- Неудивительно, что духовная суть там плотнее... интересно, что это за друг, который отдал столько звёздных деревьев?

- Никто не знает наверняка.

Они прибыли к огромному зрительному залу, где и будет происходить экзамен. Даже здания здесь были белыми с тёмно-синими крышами, но здесь здания были сделаны из камня. Рёв водопада был слышен даже на таком расстоянии.

Когда она и другие люди из кабины вышли наружу, их встретили никто иной, как Ларк, другой близнец Грифон. Рэйвен была поражена, насколько же похожи эти два близнецы были даже на уровне духовной сущности; было очень мало разницы между ними, она едва могла отличить их друг от друга.

- Добро пожаловать в Императорскую Небесную Академию Божественных Искусств, – сказал Ларк. – Я провожу вас до комнат ожидания, – он повернулся и пошёл прочь, показав знак следовать за ним.

Хог и Рэйвен уставились друг на друга, прежде чем Рэйвен последовал за Ларком с пятью другими студентами, которые прибыли с ней. Хацин на мгновение заколебался, но в конце концов решил остаться на плече Рэйвен.

- Я знаю, что Академия должна относиться одинаково ко всем учащимся, независимо от прошлого, но я не думаю, что их убеждения зайдут так далеко, чтобы наследники префектур и важные студенты по обмену пахали как подсобные рабочие...

Это не было вопросом, но Хацин всё равно на него ответил: - Ха! В Небесной Академии есть что угодно, но не равенство студентов! Но, если год, проведённый вместе – это показатель, то я уверен, что братья Грифоны делают это, только потому, что Джавелин участвует тоже.

Он старался казаться недовольным, но Рэйвен понимала, что он старается держаться отстранённо.

- Как неприлично! – ехидно произнесла она, пока они шли за Ларком через множество тяжёлых дверей.

Джавелин сидел на трибунах в испытательном зале Академии, вместе с несколькими студентами, которым было либо совсем скучно, что они решили посмотреть на вступительные экзамены, либо привели родственников. Напротив него, над сценой, все три комнаты для префектур были пусты, а император должен был прибыть через какое-то время – если он приедет в этот раз, учитывая проблемы императорской семьи.

Очень немногие люди были в курсе обвинений в адрес императрицы, но Джавелин присутствовал во дворце на встрече с послом из его родной страны, когда императрица была задержана. Сам Джавелин дал присягу держать всё это в тайне, конечно.

Громкое *Бух* по обеим сторонам от него обратило его внимание на двух его друзей.

- Всё, свободны теперь? – спросил он у близнецов – предположение Хацина было верным на все сто.

- Да, мы свободны до окончания экзамена. – улыбнулся тот, что слева, Ларк, – Как думаешь, сколько пройдёт?

- Не знаю, – Хацин посмотрел вниз, на сцену, – Кажется, что меньше, чем обычно. Даже критерии подняли.

- Тогда тебе не повезло. По словам старейшины Кагу, у нас новый рекорд, – Ларк сделал паузу для пущего эффекта, – 1097 заявителей.

- Я бы не называл это невезением, – вздохнул Мартин, – Я должен был всё-таки пойти и получить дополнительную коробку возрастных дисков...

- По крайней мере тебе не пришлось прерывать бой, – съязвил Джавелин. С тех пор, как он остановил тот бой, он чувствовал себя... странно.

Мартин, однако, проигнорировал замечание Джавелина и горящими глазами уставился на брата.

- Кстати, о возрастных дисках! Я сегодня наткнулся на мальчика, даже страннее, чем наш мистер Хек, – он ткнул Джавелина кулаком в плечо.

- Да ну? Ну расскажи, – Ларк, казалось, лишь слегка заинтересовался, но свет мелькнул в его глазах, а Джавелин знал, что никто больше него (и, возможно, Мартина) не ценит сплетни выше.

- Шесть лет, семь месяцев, духовное ядро подтверждено.

Это мигом нарушило ленивое настроение.

- Диск сломан! – сказал Ларк, не веря.

- Я тоже так подумал, поэтому дал ему другой. То же самое.

- Невозможно! – выдохнул Джавелин.

Как тот, кому удалось сформировать свою первую духовную связь в очень молодом возрасте - пять лет и один месяц, он знал, как трудно заставить ребёнка сформировать духовные связи раньше времени. Его империя проводила бесчисленные исследования по этой теме, а психически здоровый ребёнок никогда не сформирует связи до четырёх лет и девяти месяцев. Хотя и это возможно, только если ребёнка с рождения пытали. А куда он нужен после этого...

Хотя детство Джавелина тоже было не очень лучезарным, теперь он не был так уверен в этом.

Он глубоко вздохнул: - Бедный малыш, скорее всего, его жизнь была сущим адом. Теперь он уже бесполезен. У него неустойчивая призма души и духовная суть...

- Хм, не похоже, чтобы он был так нестабилен... – размышлял Мартин, – Немного холоден и всё.

В этот момент громкий голос эхом пронёсся через наполненный зал:

- Всем встать! Его Императорское Величество, Небесный Император Мэлд Бателер!

По залу эхом отдались звуки шагов, когда все поднялись на ноги. Мгновением позже фигура, одетая в золотое появилась на высоком балконе над сценой. Он улыбнулся и помахал толпе, прежде чем сесть. Никто бы и не понял, что что-то неправильно, просто глядя на него. Этого даже Рэйвен не могла бы сказать.

Тот факт, что императрицы нет, вызвано волну шёпота среди толпы, но императрица не всегда присутствовала на экзаменах в Академии, так что это был, в основном, шёпот разочарования, а не подозрения.

Старейшина Кагу вышел на сцену в светло-серых одеждах. Он поклонился императору, а затем начал повторять те же речи, что он повторял каждый год:

- Добро пожаловать на ежегодные вступительные экзамены в Императорской Небесной Академии Божественных Искусств! – его сильный голос эхом отдавался в зале. – Я – Кагу, старейшина, и я проведу сегодняшний экзамен. – он замолчал и уставился на собравшихся.

- Все кандидаты были проверены, и первое требование соблюдено; создание духовного ядра до девяти лет. Но, как вы знаете, Небесная Академия ввела ещё более высокие требования к приёму новых учеников. 1097 детей подали заявки на экзамены в этом году, скорее всего, только десять из них пройдут.

Он продолжал объяснять, как будет проходить экзамен и вероятность прохождения, но Джавелин и его друзья не обращали на неё особого внимания.

- Так, ты не считаешь, что шесть лет... – Ларк посмотрел на Мартина вопросительно.

- Хм, Найт. Рэйвен Найт. – Мартин взглянул на Джавелина, когда сказал имя, но Джавелин, казалось, не реагировал.

Близнецы переглянулись, а Ларк продолжал: - Тогда... ты не думаешь, что малыш Найт сумеет пройти?

- Это просто имя... – Джавелин спокойно вздохнул – что вызвало второй молчаливый диалог между близнецами – в то время как он сам повозился с чем-то в рукаве. – Но нет, я не думаю, что он пройдёт.

Близнецы, казалось, не реагировали на его последнее замечание, но смотрели на своего друга. В течение двух лет, Джавелин отрицательно относился к любому упоминанию имени Рэйвен, но теперь он выглядел почти нормально.

- Начинается!

Первая группа будущих, возможно, студентов вышли на сцену, и прошли процедуру изгнания светящихся шаров духовной сущности. Одиннадцать групп пришли и ушли, и, когда десятая группа покинула сцену, двенадцать детей уже прошли.

Ни один из них не показал какой-либо звездный потенциал, как Хацин и Джавелин, с наибольшим количеством изгнанных шаров в 32. Достаточно удивительно, что 32 шара сумела изгнать девушка. Это означало, что она стала девятой девушкой, которая на данный момент войдёт в боевые подразделения Академии.

- Я уверен, старейшина Кагу не будет доволен результатами этого года, – заметил Ларк, когда последняя группа выстроилась на сцене, – За все эти годы, не более десяти студентов проходили экзамен.

- Если тебе повезёт, он простит тебя за превращение его кошки в гвоздику на прошлой неделе, если у него будет хорошее настроение. – Джавелин подмигнул Ларку.

- О, вот он! – крикнул Мартин громко, указывая в ряд студентов на сцене.

Старейшина Кагу обернулся и опёрся взглядом в трио.

- Или нет… – насторожился Ларк.

- Пофигу, – сказал Мартин, хоть и понизив голос: – Смотрите, это парень с белой птицей на плече.

Джавелин и Ларк нашли взглядами белую птицу. А когда Джавелин увидел её владельца, его сердце невольно ёкнуло. Он нахмурился и вдруг почувствовал, что очень раздражало его. Он узнал мальчика раньше, и именно он заставлял Джавелина чувствовать себя возмущенным.

- Ты уверен, что это он? Не похоже, что он моложе, чем остальные, – сомневался Ларк.

Рэйвен, может быть, и смотрелась чуть меньше, чем мальчики вокруг неё, но она была ненамного ниже, уже почти полтора метра ростом.

- Конечно, я уверен! Как я мог забыть такого странного?

Когда дети заняли места, аккуратно встав в десять рядов, почти десять тысяч шаров духовной сути вышли из Кагу и вошли в 97 детей на сцене. Белая птица на плече Рэйвен Найт взлетела.

- У вас есть пять минут, начиная... сейчас! – крикнул старейшина Кагу.

Весь зал сидел в тишине, а секунды неумолимо бежали. Не заняло много времени, прежде чем первый претендент сумел изгнать шар, Джавелин узнал ребёнка из тех, что начали свару, Сарус Бролга. Вскоре после этого его достижение было повторено девушкой, Джавелин предполагал, что это была его сестра.

- Похоже, у нас сегодня десятая девушка, - заметил Ларк, но Джавелин не мог оторвать глаз от Рэйвен Найт.

Шары ещё не выходили из мальчика, и по мере того, как секунд складывались в минуты, Джавелин становился всё более и более нервным. Он знал, что ребёнок, скорее всего, сломает свою жизнь, и не в состоянии будет совершенствоваться, потому что если уж он побил рекорд его брата в формировании духовного ядра - стабильное или нет - этот мальчик ещё слишком молод. Тем не менее, он очень хотел, чтобы ребёнок прошёл; ребенок с таким прошлым, по крайней мере, заслуживает того, чтобы быть... полезным.

Прошло четыре с половиной минуты и до сих пор не было никаких признаков активности шаров. В какой-то момент белая птица мальчика подлетела и приземлилась на перила перед Джавелином и близнецами, но ни один из них даже не заметил птичку. Развлечение и ожидание прямо светились в его очень человеческих глазах, когда птичка поочерёдно смотрела на сцену и наблюдающих за ней мальчиков.

За считанные секунды до окончания экзамена, Сарус Бролг открыл глаза и рискнул бросить взгляд в сторону того ребёнка, с которым он поспорил ранее. Он презрительно фыркнул, когда увидел, что вокруг ребёнка нет ни одного шара и уже собирался снова закрыть глаза в последней попытке извлечь тридцать четвёртый шар, когда ослепительный свет заполнил зал.

На студенческом балконе Джавелин подпрыгнул на месте и уставился в недоумении на яркий свет, излучающийся изнутри фиолетового юноши на сцене. Свет был настолько ярким, что другой студент, который закрыл глаза в концентрации, нахмурился, открыл глаза и посмотрел на его источник.

Свет медленно померк и показал спокойного парня, стоящего в центре моря вертящихся шаров.

- К-к-как... это... - Джавелин от неожиданности начал заикаться; ни одного шара нельзя было увидеть в Рэйвен Найт.

Не только Джавелин был в шоке - тишина заполнила зал, и только старейшина Кагу, позабыв дать сигнал об истечении времени, просто стоял с широко раскрытыми глазами и бледным лицом, и бормотал: "Сто..." снова и снова.

Сначала старейшина, подумал, что это какой-то Божественный навык, который парень использовал для этого, но через пару секунд он вспомнил о том, что ему уже довелось, видеть такое. Поэтому теперь его шары духовной сущности, которые он выпускал, были специально разработаны, чтобы активация Божественных навыков и умений никак не влияло на эти шары.

Нет, экзамен можно было сдать только единственным способом: спиритуалист должен был изгнать шары, используя свою собственную, чистую духовную сущность, вытесняя их. С новообразованным духовным ядром, дети, сдающие экзамен, могут надеяться переместить одно ядро или, может быть...

Глаза старейшины расширились, и он внезапно исчез со своего места, и появился рядом с Рейвен. Даже не спрашивая, он протянул руку и положил руку на лоб ребёнка. Парень стоял так же спокойно, как и раньше, и только где-то в зале раздался приглушённый смешок, на мгновение нарушивший тишину.

С трясущимися руками старейшина Кагу отвернулся от ребёнка. Он закрыл глаза и повернулся лицом к аудитории.

- Трое проходят: Сарус Кори, 31 шар изгнан; Сарус Бролг, 33 шара згнаны; Рэйвен Найт, 100 шаров изгнано.

Тишина.

- Вы можете последовать в комнаты. Остальные могут уйти. Экзамен закончен. - старейшина Кагу на автомате проговорил заученные фразы.

Ещё мгновение ничего не происходило. Тишина сохранялась до тех пор, пока Рэйвен не двинулась к выходу. Люди одновременно будто очнулись ото сна. Со всех сторон полетели крики:

- Сто? Разве это не один на миллиард?

- Обманул он! Стопудово говорю, обманщик!

- Как он смеет!

Различные замечания и обвинения летели по воздуху, но Джавелин и близнецы только молча сидели в своих креслах; старейшина принял малыша, поэтому они знали, что обман был исключён.

Возмущение настолько вспыхнуло, что некоторые родители и студенты даже попытались пробраться на сцену. Что они собирались делать после того, как они доберутся туда - трудно было сказать, они даже сами вряд ли знали...

*Хлоп!*

Внезапный резкий звук с императорского балкона заставил всех успокоиться и посмотреть на императора; он, казалось, не был доволен.

Он медленно поднялся со своего экстравагантного стула и подошёл к перилам балкона. Его холодный взгляд был словно ведро воды для раздражённой толпы.

- Старейшина Кагу, вы имеете право объяснить ситуацию. - голос императора Мэлда был на удивление спокойным. Хотя он не всё, понимал, он имел представление о том, что, возможно, произошло. И его слова сказали старейшине, что не было необходимости скрывать факты от общественности.

- Как пожелаете, Ваше Величество, - старейшина Кагу почтительно поклонился императору, а затем повернулся к аудитории.

- Рэйвен Найт сдал экзамен по двум причинам: во-первых - ему ещё нет десяти; во-вторых - его совершенствование уже достигло пика Новичка духа! - это вызвало очередной шок всех, кто слышал это, - Что касается экзамена - его он не касается, так как он предназначен только для Низкого Новичка.

Люди в зале, казалось, смирились с этим на данный момент: это не значит, что ребёнок один на миллиард или обманщик, он просто достиг успехов в совершенствовании. Они медленно отошли назад, и напряжённая атмосфера в зале рассеялась.

Несколько спиритуалистов в толпе, и пару студентов, правда, было не так легко успокоить. Новичок духа на пике до десяти лет, который имеет контроль над духовной сущностью, как у одного на миллиард? Даже детям, посещающим Небесную Академию, и которые считаются самыми талантливыми спиритуалистами, как правило, требуется три года, чтобы с Низкого Новичка стать до Новичка на пике.

- Хорошо, что вы уже знаете, - улыбнулся Мартин, - Я говорил, что он не был неустойчивым.

- И в самом деле... - Джавелин больше не мог ничего сказать.

- Думаю, в продвинутом классе после такого появится новый студент... - Ларк толкнул Джавелина в бок.

- Скорее всего.

- Пойдем, пора встретиться с ним, прежде чем кто-то узнает и попытается вонзить свои когти в него, - Ларк встал и потащил Джавелина за собой.

- Хорошая идея, Близнец! - Мартин уже стоял, - Видите, я говорил вам, что хорошая идея, превратить кошку Кагу в розовую гвоздику! Ну и пусть он её расколдовал... Но не конца же!

Когда троица поспешила удалиться, белая птица на перилах, казалось, с ухмылкой посмотрела на них, прежде чем она взлетела, направляясь вниз, к выходу.

---------

Рэйвен уже покинула сцену и вошла в маленькую комнату за кулисами, где все остальные студенты, которая уже сдали экзамен, ожидали. Пока они ждали, они не были в курсе тестов, так что никто из них не знал о безумном результате Рэйвен.

Поэтому двенадцать восьмилетних детей смотрели на Рэйвен и брата с сестрой Сарус с детским любопытством. Они могут быть маленькими детьми, но Рэйвен могла сказать по их взглядам, что они быстро выяснили, что эти двое не любят её. Разумеется, остальные задумывались о причинах такой нелюбви.

Рейвен пересекла комнату и прислонилась к противоположной стене. Она, едва взглянув на любого из её сокурсников, но она улыбнулась слегка, когда её взгляд упал на молодую девочку, которой удалось пройти испытание.

- Я рад видеть, что в этом году больше девочек. Нельзя же позволить только парням тут веселиться.

Девушка посмотрела на Рэйвен и нерешительно улыбнулась в ответ. Мальчики в комнате были слишком сосредоточены на Кори, чтобы заметить этот обмен взглядами, но сама Кори была в шоке от того, что другая девушка тоже прошла и уже уставилась на конкурентку. Её глаза сузились.

Кори только сделала шаг вперед, когда служащий со сцены вошёл в комнату, сопровождаемый старейшиной Кагу. В ту же секунду, белый маленький Хацин изящно приземлился на плечо Рэйвен.

- Ха-ха, это было круто, сестра! - Хацин практически визжал в её уме, - Ты бы видела лица Джавелина и близнецов Грифон - это было бесподобно!

- Взгляд старейшины тоже был бесценен, - ответила Рэйвен, когда пальцем потрепала пёрышки на голове брата.

- Правда, он как будто не может решить, монстр ты или гений.

- Будем надеяться, что он решит...

В этот момент старейшина Кагу, который глядел на Рэйвен со странным выражением с тех пор, как он вошёл, оторвал свой взгляд и обратился ко всем студентам:

- Поздравляю, вы все сдали свой вступительный экзамен и были приняты в нашу Императорскую Небесную Академию Божественных Искусств. С завтрашнего дня и далее вы будете жить в студенческом общежитии здесь, на уровне Академии, и проводить свои дни в совершенствовании себя и совершенствуя свои Божественные навыки.

Ваша первая лекция начнётся завтра в полдень, тогда вы получите более основательное знакомство с Академией и планы на ваши ближайшие десять лет. А теперь, я хочу, чтобы вы последовали за этим человеком, он покажет вам ваши комнаты в общежитии и даст вам форму. После этого вы сможете вернуться к своим семьям на ночь. Но не опаздывайте завтра.

Он кивнул помощнику, который вышел через главные двери и новые ученики пошли за ним.

- Так, Рэйвен Найт, - взгляд старейшины Кагу устремился на Рэйвен снова, - Я бы хотел, чтобы ты пошёл со мной.

- Так, Рэйвен Найт, - взгляд старейшины Кагу устремился на Рэйвен снова, - Я бы хотел, чтобы ты пошла со мной.

Кулаки Бролга сжались так, что аж побелели, пока другие студенты смотрели на Рэйвен с удивлением. Сама Рэйвен просто пожала плечами, как будто это не её забота, и отошла от стены.

Она последовала за старейшиной в одну из боковых дверей, не оглядываясь на других, но, когда дверь закрывалась, она услышала бормотание Бролга: "Простолюдин-недомерок, я тебе покажу!" таким тихим голосом, что, скорее всего, только Рэйвен и могла его услышать.

Она не удостоила его слова никакой реакцией.

Рэйвен последовала за старейшиной Кагу в тишине через узкие коридоры и несколько лестниц, прежде чем Рэйвен почувствовала присутствие кого-то знакомого недалеко от её позиции. Через несколько мгновений старец повернул за угол и остановился перед большой деревянной дверью. Рядом с дверью стоял немного, что для него нехарактерно, нервный Хог.

- Я вижу, что ты уже привела родственника? - улыбнулся старейшина Кагу. - Познакомь меня, Рэйвен?

- Старейшина Кагу, это мой приемный дядя, дядя Хог! - Хог довольно элегантно поклонился. - Дядя Хог, это старейшина Академии, которого ты уже видел на сцене, старейшина Кагу.

Старейшина Кагу тоже поклонился, хотя и не так низко.

- Подожди здесь, - сказал он и прошёл в деревянные двери.

В тот момент, когда он прошёл порог, Рейвен подняла брови в удивлении; она больше не чувствовала присутствие старца.

- Хе-хе, ты снова поразил меня, Рейвен, - хмыкнул Хог, - Ты действительно не знаешь, что такое "отступать", не так ли?

- Если бы ты только знал... - прочирикал Хацин на её плече, но Рэйвен просто неуверенно улыбнулась.

- Слишком впечатлять других - не всегда хорошо, Рэйвен, - продолжал Хог, - Ты можешь привлечь нежелательное внимание. - он посмотрел на деревянную дверь.

- Я буду иметь это в виду, дядя Хог.

Через несколько минут деревянная дверь распахнулась ещё раз, и старейшина Кагу сказал изнутри: "Вы можете войти сейчас".

Не стесняясь, Хог и Рэйвен вошли в комнату, а Рэйвен едва не застыла на пороге; потоки духовной эссенции в комнате были слишком сильными! Всего три человека были внутри, один из которых, был, конечно, старейшина Кагу, чья тёплая оранжевая аура раскрыла его как Среднего Чемпиона.

Второй человек ещё ярче пылал оранжевым, показывая впечатляющий уровень совершенствования - Высокий Чемпион - ещё не на пике, но все равно солидно. Удивительно, но этот человек выглядел намного моложе, чем старейшина Кагу, пожалуй, примерно такого же возраста, как Хог. Его глаза были яркими и он смотрели на Рэйвен с любопытством.

Тем не менее, третий человек, спокойно сидящий за большим столом, который был самым интересным в глазах Рэйвен; его присутствие было ослепительно-жёлтого цвета, что легко затмевало двух других.

Мастер-Спиритуалист! - ахнула Рейвен. Она никогда не встречала такого раньше, поэтому она не могла судить, какой именно уровень человека, так что не было никаких сомнений в том, что он в главной сфере.

Оба неизвестных мужчины носили такие же одежды, как и старейшина Кагу, только их были белее чем снег - одежда Хога, тоже белая, выглядела грязной в сравнении.

Сидящий Мастер тепло улыбнулся Рэйвен. Его волосы были длинными и такими же белыми, как мантия, которую он носил, но его лицо выглядело очень молодым. Только лицо, Рейвен дала бы ему не больше тридцати, но его серые глаза показали, что ему намного больше лет.

- Вы, должно быть, очень молоды, Рэйвен, - древние глаза мужчины, казалось, буравят Рэйвен: - Я - Директор Свон, а это вице-директор Сми Гэдвелл. - он кивнул в сторону другого человека рядом с ним.

- Не окажете ли мне честь? - спросил директор Свон и протянул бледную руку над столом.

Рейвен не могла сглотнуть; это был он. Если кто и мог увидеть её сквозь её маскировку, то это, скорее всего, был он. Её мысли отправились к таинственному Фенрису на мгновение, но она отклонила их сразу; она понятия не имела, какой уровень был у Фенриса, но она была уверена, что он был единственным в своем роде.

Затаив дыхание, Рейвен ждала, сосредоточив своё внимание на контроле ей ограничителей и распространив духовную сущность в себе, чтобы скрыть некоторые секреты. Спокойно она подошла к столу и пожала протянутую руку директора.

На мгновение, когда их руки соприкоснулись, сильная духовная суть хлынули из рук директора. Тёплое и нежное ощущение заполнило Рэйвен, когда духовная суть прошла сквозь неё, сначала в её руку, чтобы убедиться в её возрасте, а потом в духовное ядро, чтобы установить уровень её совершенствования.

В этот момент глаза директора Свона расширились от радости и удивления, но он ничего не сказал. Его духовная суть перетекла в сторону её призмы души, но Рейвен нахмурилась и использовала её собственную духовную суть, чтобы заблокировать его.

Директор мог бы пройти и силой, но не без риска навредить Рэйвен в процессе. Рэйвен поставила на тот факт, что он будет больше заинтересован в сохранении её, как здорового ученика, чем насильно проверять её душу. Она оказалась права.

- Приношу свои извинения, - он улыбнулся и отпустил руку Рэйвен, - Я не должен был совать нос так глубоко, но ваш возраст и уровень совершенствования пробудили моё любопытство.

- Так значит, это правда, - сказал вице-директор Сми, больше как утверждение, чем вопрос.

- Да. Скажите мне, Хог, да? Как вы воспитали такого необыкновенного мальчика?

Настала очередь Хога сглотнуть: - Уважаемые директора, хотя это правда, что я... эмм... мы, воспитывали и обучали Рэйвен эти последние три года, он уже был спиритуалистом, когда мы нашли его.

- Что?! - старейшина Кагу не смог скрыть своё потрясение, - Он учился всего три года?

- Ну, - Хог посмотрел на Рэйвен. Он не очень любил говорить о прошлом Рейвен в её присутствии.

Старейшины в комнате, казалось, поняли, что он не хотел говорить об этом при Рэйвен, и попросили её уйти, что она и сделала. Но прежде чем она ушла, Хацин сменил место "отдыха" на плечо Хога.

Когда Рэйвен вышла из комнаты, Хог начал рассказывать им о том ужасном дне, когда он и его группа наёмников наткнулись на гигантские пещеры, расположенные на западной горной цепочки префектуры, которая называлась ещё Найтингейл. Они изначально были на другой миссии, но решили всё-таки исследовать их.

Затем он нарисовал очень яркую картину того, что они нашли внутри: целые гроты, заполненные мёртвыми, изуродованными детьми; запахи, которые заставили даже опытных наёмников расстаться с ужином; пыточные и так далее.

Хацин повторял всё, что сказал Хог. А Рэйвен пришлось ещё раз признать, что Фенрис исполнил всё на высшем уровне, даже она будет иметь трудности с тем, что Хогу привиделись такие зверства.

Как только Хог закончил свой рассказ на том, как они нашли Рэйвен, привязанным к стулу с острыми шипами, впивающимися в шею, в окружении десятков смеющихся бандитов - зал оставался в тишине долгое время.

Через некоторое время, Хог продолжал говорить, но теперь уже о том, как за три года он и его компания медленно восстановили Рэйвен, и он стал, учитывая все обстоятельства, общительным ребёнком, каким он был сегодня. Он даже вспомнил о том, как Рейвен помог спасти жизни людей в его команде. Возможно, он боялся, что они подумают, что ребёнок неустойчив.

Когда дверь открылась, и Рэйвен позвали снова, все смотрели на неё иначе, и Рейвен заметила, что Хацин был не единственным, кого ужаснула эта история.

- Юный Рэйвен Найт! - директор Свон по-прежнему улыбался ей, но его улыбка была более напряжённой теперь. - Я искренне рад приветствовать вас в нашей Небесной Академии. Я надеюсь, вам понравится ваше время здесь и вы найдёте место, которое сможете назвать домом.

Рейвен почтительно поклонилась Свону и церемониально кивнула вице-директору.

- Малыш, мы можем спросить вас кое о чём ещё? - директор снова заговорил.

- Да, директор Свон.

- Почему вы хотите стать сильнее?

Вице-директор и директор смотрели на Рейвен глубокими глазами, внимательно ожидая её ответа. Она могла сказать, что они многое поймут по её ответу.

Рэйвен, казалось, поразмыслила над ответом мгновение, прежде чем она подняла взгляд, чтобы посмотреть в окно. Когда она заговорила, это был первый раз за долгое время, когда она была так честна. Даже больше, чем она могла представить:

- Я не хочу терять никого... никогда!

Мужчины в комнате смотрели на Рэйвен со смешанным выражением, колеблющимся от жалости до восхищения, но директор Свон, казалось, определилися.

- Очень хорошо, юный Найт. Вот ваш учебный план на первый семестр, - он поднял листок бумаги со стола и протянул его Рейвен, - Это может быть немного сложновато для вас поначалу, но я уверен, что у вас хватит сил.

Рэйвен посмотрел на листок бумаги и обрадовалась - её имя стояло рядом с номером 95-01, затем:

Утреннее занятие: стратегия боя - 1-й уровень

Перемена

Дневное занятие: контроль духа - 4-й уровень

Вечернее занятие: дополнительные занятия - смешанные

- Ты сделала это? - спросил Хацин и прыгнул обратно на плечо Рэйвен, чтобы взглянуть на бумагу в её руке.

- Я сделала это! - сказала она счастливо, но внешне она посмотрела на директора растерянным взглядом.

- Я думаю, ты не знаешь об этом, - улыбка Свона стала более расслабленной теперь, - старейшина Кагу объяснит тебе по дороге в общежитие.

Директор собирался отпустить Рэйвен, когда он вспомнил: - О, и если вы сможете - Император приглашает вас посетить банкет. Это нормально для детей из благородных кланов, которые были приняты в школу, но он хотел сделать исключение для вас.

- Если ты захочешь уйти, просто скажешь своему соседу, и он поможет вам. Он тоже будет присутствовать.

Кто мой сосед? - Рэйвен едва не спросила, но это было бы не в её стиле, так что она ничего не сказала, а просто последовала за старейшиной Кагу.

Хог помялся: - Эм, уважаемый директор Свон, плата за учёбу...

- Обучение Рэйвен будет оплачиваться за счёт Академии, господин Хог, - ответил вице-директор как ни в чём не бывало, ещё до того, как Хог мог закончить свой вопрос. Хог низко поклонился и быстро вышел из комнаты, испустив глубокий вздох с облегчением, когда оказался на улице; он, возможно, не имел острых чувств, как Рейвен, но его инстинкты всё-таки предупреждали его о том, сколько сил было собрано в этой комнате.

Рэйвен и Хог попрощались, и Рэйвен обещала зайти в уже упомянутую таверну вечером этого же дня, но Хог порекомендовал ей посетить императорский банкет сначала: - Не каждый день у тебя будет возможность увидеть Дворец Облаков Индиго вблизи, - сказал он.

Хотя слова были излишними; Рэйвен, конечно, не дадут возможности шпионить во Дворце, даже если это означало рисковать быть узнанной одним из благородных кланов. По крайней мере, учитывая текущую ситуацию, когда императрица была обвинена в измене.

- Ну тогда, - сказал старейшина Кагу, - Мне нужно объяснить тебе расписание. Ты запутался, так?

- Да, старейшина Кагу. - это, конечно, было ложью, но она позволила бы ему всё равно объяснить.

- Как правило, учащиеся имеют два занятия в день - ну, и время, проведённое в самосовершенствовании. Утренние занятия - в основном различные лекции и практические занятия, которые научат вас всему, что вам нужно знать. Всё - от того, как возглавить армию и работать в качестве должностного лица, как эффективно атаковать или защищать группу. Эти утренние лекции будут проходить на протяжении всех десяти лет, что вы будете учиться в Академии и пропускать их запрещено.

Рэйвен кивнула, а старейшина продолжил:

- Дневные занятия вместо этого направлены на повышения вашего понимания и контроля вашей духовной сути. После этого экзамена и проверки директором, понятно, что заниматься с первогодками для вас будет пустой тратой времени. Таким образом, вы будете заниматься со студентами четвёртого года обучения, - старейшина Кагу даже не взглянул на Рэйвен, - Я не уверен, что ты сумеешь поспеть за ними, но мы дадим вам попробовать. Если не сможете - мы сможем перейти на шаг ниже.

- Я постараюсь, старейшина Кагу.

В голосе Рэйвен было много решимости и Кагу даже не стал спрашивать, сказал ли малыш это больше из вежливости.

Он покачал головой, слегка улыбаясь, прежде чем продолжил: - При обучении в продвинутых классах, вы впоследствии увидите специфику, но студенты, которые обучаются в продвинутых классах, являются истинной элитой в рамках нашей Академии. Может быть не более двадцати студентов в любой момент времени, два из каждого года, но редко бывают больше десяти или пятнадцати, что реально заслуживают награды. Вам очень повезло, что вы были допущены так рано.

Старейшина Кагу остановился перед небольшой дверью.

- Подожди здесь, - сказал он и исчез в комнате, только чтобы появиться через несколько секунд, с серым свёртком в руках.

- Вот, возьми, - он передал Рэйвен, - Это форма. Я положил и камень духа, поскольку у вас, кажется, нет.

- Разме студенты не должны пройти несколько тестов, прежде чем они войдут в передовой класс? Почему меня отправили сразу? - спросила Рэйвен.

- Вы действительно хотите знать? - старейшина Кагу поднял брови в удивлении, но, когда Рэйвен не дала никакого иного ответа, он продолжил: - Шестилетний Новичок духа на пике - неслыханно! Если вы будете много работать и получите право на обучение у нас, ваш потенциал будет безграничен!

Старец тепло улыбнулся Рейвен, и она почувствовала, будто ему захотелось поднять руку и потрепать её волосы. Однако он подавил это желание, и вместо этого повернул налево, выйдя через маленькую арку. Когда Рейвен последовала за ним, её глаза расширились от страха. Они вышли в красивый сад, который простирался между главным и южным пиками и он был ещё более впечатляющим с близкого расстояния, чем с воздуха.

Несмотря на холодную погоду слишком поздней весны, сладкий аромат роз наполнял воздух и кристаллические бабочки порхали над журчащей рекой, что текла по саду. Здесь и там студенты сидели на гладких белых камнях, равнодушные к холоду.

Вдалеке, одинокая высокая башня, с белыми стенами из звёздной берёзы с тёмно-синей плиточной крышей, стоял, как мифический памятник или мираж на чёрном фоне ещё более далеких гор, что окружают Небесный город.

- Впечатляет, не так ли? - спросил старейшина Кагу, он сделал глубокий вдох и пошёл вниз, - Хотя в это время, боюсь, он не так впечатляет. Сейчас только весна...

- Он прав, сестра, - подтвердил Хацин, - Подожди, пока ты увидишь, как это выглядит летом!

Рэйвен выглядела, как будто уже заждалась.

Медленным шагом старейшина Кагу с Рэйвен стали пробираться по саду в молчании, пока не достигли больших ворот в дальнем конце. Когда они проходили через них, старейшина почтительно кивнул мужчине, сидящему около ворот, но мужчина едва ли это заметил.

Судя по его одежде, этот человек был просто ещё одним старейшиной, но Рэйвен могла сказать, по его ярко-оранжевой ауре, что мужчина не так прост; кроме директора и его заместителей, этот человек был самым сильным спиритуалистом, кого она видела в кампусе.

Рейвен остановилась и низко поклонилась человеку, прежде чем поспешила за старейшиной Кагу. Позади неё, мужчина поднял голову и смотрел ей вслед с любопытством.

- Как продвинутый студент, - старец наконец заговорил снова, - Вы будете жить здесь, в южном общежитии, вместе с другими сильными студентами. - он сделал паузу и указал на богато украшенное здание справа, - Видите дом? Не подходите к нему. Это целебное учреждение, и там не одобряются нарушители.

- А я этого и не знал... - пробормотал Хацин.

Старейшина продолжал идти и, указывая на различные дома, он рассказывал об их функциях, включая дома старейшин.

В этот момент Рейвен спросила: - Сколько старейшин в Академии?

- Сорок три на данный момент, если не считать классных руководителей, но не все из нас учат студентов. - это был первый настоящий вопрос Рэйвен, так что старейшина был счастлив ответить.

- Так много? - Рэйвен спросила в шоке, - Не все из них с Небесной Империии?

- Как правило, но в последнее время мы работаем по обмену с другими империями, так что здесь уже двое старейшин из Империи Земли и Империи Моря.

Рэйвен кивнула, но больше ничего не сказал.

Наконец старейшина Кагу остановился перед двухэтажным садовым домом, большая вывеска над входной дверью которого гласила "Южное общежитие боевого курса" золотыми буквами.

- Здесь вы будете жить ближайшие десять лет. Я бы последовал за вами, но у меня есть другие дела. - старейшина протянул руку, показывая гладкий камень, казалось бы, выполненный из белого нефрита. - Этот камень - ваш личный ключ в Академии. Свяжите его с вашей кровью и он сможет открыть все номера, где у вас есть разрешение на вход, в том числе в общаге.

Рэйвен взяла камень и, прежде чем она успела связать его, старейшина Кагу извинился и, после окончательного "Добро пожаловать в Небесную Академию", зашагал обратно по пути, которым пришёл.

- Это было неожиданно... - пробурчала Рэйвен, когда она осмотрела своё окружение; на данный момент ни одной живой души не было в поле зрения.

- Они не склонны баловать студентов. Тот факт, что старейшина вообще провожал тебя, уже достаточно впечатляет, - пояснил Хацин. - Активируй ключ, твой номер должен появиться на нём, когда ты сделаешь это.

Рейвен сделала, как ей сказали, и серые цифры появились на гладкой поверхности.

- Это должно быть на втором этаже, пойдем. - сказал Хацин и влетел в открытые двери.

Это не заняло много времени, чтобы найти комнату и войти внутрь. Рэйвен присела на правой кровати, осматривая её новый дом. Номер выходил на запад и из окон открывался прекрасный вид на закат над горами. Мебели было маловато, назвать обстановку "спартанской", может, и значило немного преувеличить, но не намного.

- А неплохо, я полагаю, - пробормотала Рэйвен, - По крайней мере, вид впечатляющий.

Её сосед, казалось, довольно хорошо организован, кроме наспех заправленной кровати и нескольких личных вещей. Хацин подлетел к другой кровати и приземлился на её спинку.

- Как ты думаешь, кто твой сосед? - спросил он.

[Примечание переводчика: а вы как думаете? Сложный ведь вопрос...]

- Трудно сказать... он тоже будет из одного из высших классов, и видно, что порядок для него очень важен. Сын военного человека, возможно.

- Ты только что описала почти половину парней в Академии...

- И правда, - Рэйвен встала с кровати и стала переодеваться в школьную форму. - Но многие из них достаточно опытны, чтобы быть в продвинутых классах? - она задумалась на минуту, прежде чем показала Хацину ухмылку. - Я просто рада, что кузена Данлина исключили; бьюсь об заклад, он даже не знает значение слова "организованность".

Хацин рассмеялся - что прозвучало очень мелодично в его форме птицы: - Это точно, сестра!

Рэйвен повесила её одежду в пустой шкаф, прежде чем рассмотреть себя в зеркале. Последствия Лисьей вуали никак не влияли на неё, поэтому она чётко видела её собственную ауру в отражении. Она позволила своим мышцам расслабиться, чтобы вернуть ей естественный вид.

В шесть лет, Рэйвен должна была признать - она выглядела довольно ярко; её фиолетово-чёрные волосы, хотя и короткие, обрамляли ей довольно нежное бледное лицо, а её кроваво-красные глаза помогали ей в репетиции холодного, властного взгляда, которого требовало регентство. Она была довольно высокой для своего возраста, и даже если шаг во взрослую жизнь был ещё далеко, первые признаки уже появились.

Рэйвен вздохнула, вернула себе "мужской" вид и завязала волосы, прежде чем опустила рукав её мантии, чтобы прикрыть Лисью вуаль.

- Это счастье, что школьная форма не так уж и мала, чтобы скрыть формы тела, но всё равно, у меня осталось только пять лет, самое большее, прежде чем спрятать мой пол будет практически невозможно.

- Ну что ж, ты всегда можешь просто сказать всем, что ты девушка... - пробормотал Хацин, но, увидев взгляд Рейвен, он быстро добавил: - Или есть вариант завершить нашу месть прежде, чем до этого дойдёт...

Рейвен улыбнулась ему приветливо, но скрытая жажда крови в её глазах всё ещё заставляла перья Хацина встать дыбом.

- На этой ноте, мы и могли бы начать. Есть много вещей, которые мы должны выяснить, но наиболее важным является узнать, что случилось с императрицей. - Рэйвен перешла к окну. - Когда мы прибудем во дворец, я хочу, чтобы ты постарался найти, где императрица Нене содержится - скорее всего, каменные стены будут препятствовать моим чувствам слишком сильно, чтобы найти её, но ты можешь летать от окна к окну в поисках её.

- От окна к окну? Сестра, в этом Дворце, должно быть, не менее тысячи окон!

- Верно, но если информация Тринги верна, тебе нужно обыскать только башни. - Хацин фыркнул, но не стал озвучивать дальнейшие жалобы, так что Рэйвен продолжила: - После того, как ты найдёшь её, я бы хотела, чтобы ты оставался с ней некоторое время, может даже несколько дней, чтобы посмотреть, что можно узнать о её ситуации.

- Я понял, сестра. Что ты будешь делать?

- Я посмотрю, что можно узнать с другого конца, - ответила Рэйвен с лукавой улыбкой, - И буду ходить на занятия, конечно.

- Занятия, да? Никогда не думал, что скажу это, но я скучаю по ним, - вспомнил Хацин.

- А это значит, чтобы стать сильнее, ты должен пропустить их, - ответила Рэйвен, когда она повесила камень духа на шею, спрятав его в одеждах, - Но не волнуйся, брат, я помогу тебе не отстать...

Птица вздрогнула: - Почему это пугает меня больше, чем стоящие против нас неизвестные враги?

- Основной инстинкт? - предположила Рейвен с невинным лицом. Затем она посмотрела в сторону двери, и удивленная улыбка появилась на её лице.

---------

- Вот же неугомонные близнецы, таскали меня вокруг в течение почти двух часов, будто у них батарейки в... - пробормотал Джавелин, подходя к своей комнате. - Да, Рэйвен Найт - действительно очень впечатляюще выступил, но выслеживать его, как какие-то влюблённые подростки - это слишком...

Джавелин положил руку на ручку двери в его комнату, задержавшись на мгновение, чтобы позволить двери считать с него ауру, прежде чем он открыл её и вошёл.

Он взглянул на пустую кровать напротив него и замер. Она не была пустой, она сидела там, одетая в то же традиционное платье, которое она носила три года назад. Мягкий солнечный свет из окна падал на её покрытую голову, слегка раскрывая скрытое под вуалью. Она выросла, и годы сделали её лучше - она была прекрасна.

Влага заполнила глаза Джавелина, и ему пришлось проморгаться, чтобы чётко видеть снова, но когда он это сделал, видение исчезло. На её месте была её тезка, мальчик Рэйвен Найт, которого он и его друзья искали несколько минут назад.

[Какой неожиданный сюрприз, не правда ли? - п.п.]

Когда он посмотрел на этого мальчика и его холодные блики в глазах, путаница Джавелина превратилась в гнев и раздражение. Почему этот ребенок приносит воспоминания, что он пытался забыть столько времени?

- Младший Рэйвен Найт приветствует старшего!

Джавелин моргнул снова. Он не заметил, как Рейвен встал с кровати.

[Пока повествование будет идти от лица Джавелина, или кого-либо ещё - пол Рэйвен будет таким, как они думают - п.п.]

- Что ты здесь делаешь? - он проигнорировал обращение и перешёл сразу к делу. - Как ты попал в мою комнату?

- Младший использовал ключ старейшины Кагу. - На его лице промелькнуло развлечение? - У меня сложилось впечатление, что мы будем жить вместе...

- Это невозможно, только продвинутые студенты могут... - Джавелин остановился в середине предложения. - Позволь мне посмотреть твоё расписание.

- Да, старший. - Рэйвен подошёл и протянул ему листок бумаги. Джавелин посмотрел на него с изумлением.

- Я думаю, это верно... Такой талант, как твой, нужно развивать с самого начала. - Джавелин говорил больше, чтобы убедить себя, чем Рэйвен. - Неудивительно, что мы не могли найти тебя...

Примирившись с ситуацией, Джавелин подавил в себе раздражение и протянул правую руку мальчику: - Я предполагаю, что теперь мы будем соседями ближайшие семь лет. Меня зовут Джавелин Хек. Не нужно быть таким вежливым, просто зови меня Джавелин.

Рэйвен пожал его руку, мгновение колебался, а затем ответил: - Тогда ты можешь называть меня Рэйвен.

- Если ты не против, я думаю, лучше буду называть тебя вместе с фамилией.

Мальчик был немного удивлен этим, но ничего не сказал, так что Джавелин предположил, что всё хорошо.

Вдруг, белая маленькая птица пролетела между ними, и начала яростно хлопать крыльями перед лицом Джавелина. Застигнутый врасплох, он сделал несколько шагов назад и отпустил руку Рейвена.

Птица успокоилась и присела на плечо Рейвен.

- Джавелин, знакомься, это Цин. Он немного сильно опекает меня. - Рэйвен, казалось, посмотрел на птицу с порицанием.

Джавелин уставился на птицу: - Прирученный магический зверь?

- Нечто подобное. - Рэйвен пожал плечами.

[Прошу прощения за перевод. Spirit Beast - что-то типа "Духовный зверь" или "Зверь духа". Имеется в виду, что у этого зверя есть та же духовная сущность. В новелле для простоты переведены как "Магические звери" - п.п.]

Немного неловкое молчание заполнило комнату 207 в общежитии. Рэйвен могла бы сказать, что настроение Джавелина было немного противоречиво по поводу её присутствия; она могла бы задать ему несколько наводящих вопросов о себе, чтобы сломать лед, но это был бы не Рэйвен Найт, так что пока придётся терпеть эту неловкость некоторое время.

В конце концов, Джавелин откашлялся: - Чёрт, я должен отправиться на банкет во дворце!– он поднял руку, чтобы почесать затылок, заставляя Рэйвен тайно улыбнуться знакомому жесту.– Так что, думаю, увидимся, когда я вернусь... или ты останешься со своей семьёй сегодня вечером?

- Я буду, но на самом деле, старейшина Кагу сказал, что я приглашён на банкет и что ты проведёшь меня, если я захочу пойти…

- Правда? - ещё один противоречивый взгляд. - А ты хочешь пойти? Там, как правило, присутствуют только дворяне, старейшины и послы...

- То есть? –Рэйвен задала вопрос. - Ты хочешь сказать, что я не достоин пойти на банкет?

- Нет, нет, я не это имел в виду… – он вздохнул и снова почесал затылок: – Это просто... немного жестковато, вот и всё. Я не уверен, что тебе понравится.

- Мы не узнаем, пока не попытаемся, – Рэйвен улыбнулась холодной улыбкой.

Если Джавелин и подумал, что насмешка была направлена на него, он игнорировал её. Вместо этого он подошёл к двери и кивнул Рэйвен, чтобы следовать за ним.

- Ну, я тебя предупреждал, – сказал он и затем добавил, понизив голос. – Я бы не пошёл, если бы у меня был выбор.

"Сестра, достаточно уже суровости; разве ты не должна пытаться подружиться?" – Хацин спросил, пока они следовали за Джавелином по коридору снаружи.

"Мне нужны полезные союзники, а не друзья", – ответила Рэйвен. – "И, кроме того, я уверена, у него есть свои понятия о том, что я пережила, чтобы моя душа созрела так быстро – было бы более странно, если бы я вела себя дружелюбно".

Хацин больше ничего не говорил. Он ничего не мог сделать, но чувствовал, что его сестра была холоднее, чем он помнил её.

Путешествие во дворец было слишком скучным. Рэйвен чувствовала, как Джавелин продолжал бросать на неё взгляды. Если бы она не знала лучше, она бы уже могла подумать, что Джавелин подозревал её личность, но он не проявлял никаких признаков недоверия.

Уже во дворце, Джавелин мог бы попросить дежурного, чтобы тот отвёл Рэйвен к старейшине Кагу, но после недолгого раздумия он решил сделать это сам. Не заняло много времени, прежде чем они остановились перед небольшой деревянной дверью с несколькими знакомыми аурами.

- Старейшина Кагу, должно быть, внутри, – Джавелин кивнул в сторону двери, – Увидимся в банкетном зале.

С этими словами он повернулся и пошёл дальше по коридору.

"Это время расстаться и для нас. Увидимся через несколько дней, большой брат!"

"Да, сестра! Береги себя!" – Хацин взлетел и вылетел через окно.

"И ты тоже, брат", – ответила Рэйвен, когда положила руку на дверную ручку. Она как раз собиралась открыть дверь, когда Джавелин позвал её.

- Кстати, если кто-то будет приставать к тебе - скажи мне, мы же соседи и должны заботиться друг о друге. – когда последнее слово покинуло его рот, Джавелин повернул за угол и исчез из вида Рэйвен.

Рэйвен моргнула и едва не засмеялась.

Чувствуешь себя неловко в моём присутствии, но по-прежнему готов защитить меня? Кто-то явно привил тебе чувство чести, мистер Хек!

Она скрыла улыбку и вошла в комнату после короткого стука.

- Что ты здесь делаешь? – расстроенный голос мальчика из клана Сарус приветствовал её в ту минуту, когда она вошла в комнату. – Простым людям тут не рады!

- Какое счастье, что я не простой. – Рэйвен искоса посмотрела на Бролга, пока она шла к единственному окну в комнате.

Старейшины Кагу ещё не было, хотя Рейвен чувствовала, как его аура стремительно приближается с той стороны, где стояли Сарусы; Бролга, его сестра и девушка, одетая в форму школы целительства, читающая небольшую книгу, которую она, казалось, нашла в пыльной книжной полке позади неё. Аура девушки была знакомой, но Рэйвен не могла вспомнить точно. Лица девушек были занавешены.

Ага, значит, на кафедре целительства были свои вступительные экзамены, тоже недавно.

Школа исцеления размещает свои экзамены в соответствии с лунным календарём, поэтому она не всегда совпадает с боевыми.

- Эй, ты меня вообще слушаешь? – в ярости, от того, что его игнорируют, Бролг протопал к окну. – Не думаю, что твоего жалкого таланта достаточно, чтобы ты стал равен нам, дворянам!

Он протянул руку, чтобы схватить мантию Рэйвен, но она была быстрее; Рэйвен ухватила его за запястье и вывернула ему за спину, прежде чем маленький лорд успел понять, что она вообще сдвинулась.

- Твои родители явно допустили ошибку при твоём воспитаний, идиот, – прошептала она Бролгу на ухо так тихо, что только он мог её услышать, – Ты слишком гордый. – он боролся против её хватки, но безрезультатно. – Такие, как ты, позорят дворянство!

- Ты...!

Когда Бролга и его сестра начали активировать духовную сущность, Рэйвен отпустила его и отступила на несколько шагов. В этот же миг старейшина Кагу вошёл в дверь.

- Что ты делаешь? – старейшина, разумеется, сразу заметил духовную сущность.

- Старейшина, этот простолюдин не имеет права находиться здесь; мы просто пытаемся заставить его уйти, – пояснил Бролга, как будто это была самая естественная вещь в мире, но его гнев был очевиден.

Старейшина посмотрел на мальчика, как на идиота: - В твоём заявлении так много ошибок, что я не знаю с чего начать... например, для начала, я бы посоветовал тебе открыть глаза и начать думать! – старейшина указал на грудь Рэйвен, – Ты и правда надеялся, что сумеешь заставить юного Найт что-то сделать?

Когда глаза Бролга увидели чисто белый кулон, который висел на шее Рэйвен, он замер в шоке.

- Ч... как.. – Бролга заикался.

Его сестра была столь же потрясена, но сохраняла её самообладание немного лучше, правда, она имела то преимущество, что её лицо закрывало завесой, которая скрывала её выражение лица. Другая девушка, однако, даже не пыталась скрыть её удивление, мгновенно отложила свою книгу, вскочила на ноги и сделала несколько шагов в сторону Рэйвен.

- Вау, ты уже Высокий Новичок... Даже на пике? Впечатляет, брат Найт!

- Брат? – Рэйвен прищурилась от удивления.

- Конечно, мы же оба в этой школе, в конце концов! – даже сквозь вуаль Рэйвен могла сказать, что улыбка у девушки дурацкая. – Меня зовут Нестор Кия из клана Нестор, но ты можешь называть меня просто "сестра Кия".

"Только не ещё одна буйная личность..." – вздохнула Рэйвен; она была так рада, когда она рассталась с Мэйри.

- Брат Найт, обещай, что придёшь ко мне всякий раз, когда будешь ранен, ладно?

Прежде чем Рейвен успела ответить, старейшина Кагу вмешался: - Хватит об этом, его императорское величество ждет. Следуйте за мной.

И, даже не ожидая, пока студенты соберутся, старейшина Кагу развернулся и пошёл в небольшой зал ожидания. Полная энергии, Кия схватила Рэйвен за руку и потащила под явно неодобрительным взглядом владелицы руки. Прошло несколько минут, прежде чем оба Сарус очнулись от шока, и заставили себя бежать.

Как и в прошлый раз, когда Рэйвен присутствовала на этом банкете, Император произнёс короткую речь, прежде чем просить старейшину Кагу представить дополнение дворян в Небесной Академии. Глухой шум раскатился по залу, когда Рейвен вошла, последняя в очереди студентов; большинство присутствующих ожидали прибытия только троих.

Этот шум растерянности превратился в настоящий вихрь нигилизма, как только результаты Рэйвен были объявлены. Если бы не гарантии старейшины Кагу в том, что сам директор школы проверил как возраст, так и уровень Рэйвен, никто бы не поверил. За все это, Рэйвен заплатила дополнительной порцией внимания людей, отмечая тех, кто, казалось, больше угрожал, чем был впечатлён.

В конце концов Банкетный зал успокоился, и император Мэлд смог поприветствовать новых студентов и объявить о начале банкета. Рэйвен тут же отскочила в сторону, чтобы не попасться Кие, которая уже на бегу старалась познакомить её со всей своей семьёй. К сожалению, её маневр не сработал – она оказалась в объятиях немного старшей девушки, в которой Рэйвен признала леди Кару – одну из девушек, кто обошли Хацина два года назад. Очевидно, они были сестрами.

Банкет начался, люди ели, некоторые танцевали, но говорили абсолютно все. Сначала Рэйвен была просто завалена людьми, молодыми и старыми – все хотели познакомиться с гением века, но холодный нрав Рэйвен быстро отваживал их, превращая её в своего рода экзотическое животное, которое должно оставаться в покое и которым можно подивиться издалека, но не подходить. Немногие из тех, кого она "оттолкнула", чувствовали себя обиженными.

Но никто не знал, что, пока они наблюдали за ней, Рэйвен тоже наблюдала за ними. Она слушала каждый разговор, замечала каждый жест. Было удивительно, как много грязных тайн могли быть раскрыты в таком месте, если вы только смогли бы обратить своё внимание...

Как только люди отошли от обсуждения Рэйвен, многие обратили свои сплетни в сторону императрицы. Очевидно, что благородные кланы были в курсе обвинений, выдвинутых против неё, однако приговор был не важен, важнее – останутся ли ни возлюбленными или нет. Однако подробности о самой предполагаемой измене были повсюду – и далеко не две истории – и отовсюду слышались разные мнения о выборе императора, точнее – о том, что он решил держать жену во дворце, а не в тюремном подземелье.

Рэйвен стояла, прислонившись к колонне, потягивая пунш и слушая особо интересный разговор о вечере, когда обвинения были доведены до света, когда тело Рейвен напряглось. Она пристально посмотрела на двери в другом конце зала и, когда она это сделала, её кроваво-красные глаза буквально закипели убийственной яростью.

Спустя несколько мгновений двери открылись, и группа студентов Академии вошла внутрь. Впереди шёл чёрный парень с такими же чёрными глазами, которые, казалось, поглощали всё, на что они смотрели. Но Рэйвен было плевать на него, единственное, что ей было небезразлично – это тот, кто стоял за его спиной. Очень знакомая фигура. Данлин.

Просто чувствуя его присутствие, Рэйвен сразу вспомнила, что произошло два года назад, и, несмотря на всё её обучение, ей было очень трудно сдержать свои эмоции в узде.

"Было бы так легко убить его..." – рука Рэйвен так сжала стакан, что костяшки её пальцев побелели, – "Я бы всадила ему нож в горло, прежде чем кто-либо даже это заметит..."

Но Рэйвен понимала, что убийство её двоюродного брата сейчас не поможет ей. Совсем наоборот, даже навредит, но соблазн был так велик. Она почувствовала, как сделала шаг вперёд, когда мир вокруг неё покраснел, а её ум стал пуст.

Как только она уже почти подошла к Данлину, холодная рука схватила её за запястье.

- Эй, Найт, ты слышишь меня?

В одно мгновение разум Рэйвен очистился, и бушующая жажда крови в ней успокоилась. Она всё еще была расстроена, но могла контролировать себя.

Моргая, Рейвен сосредоточила своё внимание на хозяине холодной руку и с удивлением обнаружила на другом конце руки Джавелина.

"Когда он успел подойти так близко?"

- Найт, ты в порядке? – Джавелин выглядел искренне заинтересованным, – Ты выглядишь немного бледным.

Освободившись от его хватки, она выгнала последний беспорядок из головы, давя желание оглянуться на Данлина. "Я в порядке" – сказала она.

Джавелин выглядел не очень убеждённым, но он знал, что лучше не выяснять дальше, по крайней мере, не здесь и не сейчас. Вместо этого он шагнул в сторону, явив Рэйвен двух рыжеволосых близнецов, которые были за его спиной.

- Мои друзья постоянно настаивают на том, чтобы я представил их тебе. Это Мартин и Ларк Грифоны, они начали в том же году, что я, и у тебя будут общие занятия контроля духа с ними.

Рэйвен сухо поклонилась в знак приветствия, но прежде, чем она успела что-нибудь сказать, Мартин широко улыбнулся Рэйвен и погладил Джавелина по плечу: - Я рад видеть здесь кого-то, кто более безумный гений, чем наш мистер Хек – мы уже начали беспокоиться, что он может слишком возгордиться, не так ли, близнец?

Джавелин закатил глаза.

- Разумеется, близнец! – улыбка Ларка была немного более контролируемой, чем Мартина, и больше похожей на искреннюю, – Любое новое дополнение к движению "Анти-сноб" можно только приветствовать!

Рэйвен могла бы догадаться, что они имеют в виду, но всё равно спросила: – Движение "Анти-сноб?

Мартин фыркнул, а Ларк начал объяснять: - Ты уже успел заметить эту группку, поздно прибывших студентов, верно? Так вот, они – кучка снобов, которые считают, что только потому, что они родились у дворян, весь мир должен пресмыкаться перед ними; они совершенно забыли смысл благородного клана в первую очередь.

- К сожалению, большинство молодых дворян согласны с ними, а старые испортили их слишком сильно, чтобы сейчас что-то изменить, – добавил Мартин.

- Действительно, – Ларк кивнул, – Ты должен быть очень осторожен ночью; они, как правило, не беспокоят других дворян, "простолюдины" с талантом рискуют, получить взбучку от них.

- Это так? – Рэйвен могла бы и догадаться об этом.

- Есть три главы – боссы, которые торчат в частности, в этой группе, ты должен их знать. Сначала молодой наследник префектуры Рок Рен, Аук Рен – ты с ним почти не будешь видеться, так как он находится на втором году обучения. Аук на самом деле не так уж и плох, по-своему, но он очень податлив и угодлив, – Джавелин предупредил.

- Он не был проблемой, пока не пришёл Джек два года назад, – вздохнул Мартин.

- И правда, – ответил Джавелин, – Кто больше всего приносит неприятностей нам, номер два – из Империи Земли, Джек Тануки. Подобно мне, он здесь по программе обмена между нашими тремя Империями, но он – старший сын какого-то важного члена Совета дома – чем он о-о-очень гордится.

- К сожалению, он продвинутый студент, так что у тебя не получится избегать его. То же самое касается Данлина Тэйлон, который год назад поступил в продвинутый класс.

"Кузен Данлин? Продвинутый ученик?!" – эта новость по-настоящему ошеломила Рэйвен; из того, что она знала о талантах Данлина, у него не было никакой возможности даже поступить.

Громкий хор прервал разговор мальчиков. Рэйвен полностью проигнорировала его, но Джавелин и близнецы посмотрели вокруг, чтобы найти группу молодых девушек, окружающих молодого человека. Исходя из его уровня совершенствования, Рэйвен предположила, что он был старостой в школе.

Мартин вздохнул: - Если это не профессор Лав... – его голос был очень саркастичным, – Учти, если видишь, что женщины тают, как масло – он где-то рядом!

- Если бы его характер был хоть немного больше похож на его младшего родственника, то мы бы имели законные основания, чтобы не любить его, – сказал Ларк и оба других мальчика рассмеялись.

- Ладно, это становится скучным. Давайте убираться отсюда, – предположил Мартин, и Джавелин, казалось, испустил вздох облегчения: – Да всегда пожалуйста!

Без лишних слов троица начала двигаться в направлении ближайшего выхода, эффективно проталкивая Рэйвен с собой. Рэйвен могла бы и обойти их, конечно, но она заметила, как трое мальчиков тщательно убедились, что они перекрыли путь группы Данлина.

"Кажется, что они пытаются оградить меня от снобов", – Рэйвен почувствовала, что её очень забавит вся эта ситуация, – "Ну, я предполагаю, что противостояние на данный момент не приведёт ни к чему – я могу пойти с потоком".

Рэйвен уже узнала многое о положении во дворце и нынешними отношениями между различными знатными родами, плюс её брат, она надеялась, даст ей больше информации в течение нескольких дней; это была достаточно хорошая отправная точка.

Трое парней успешно сумели вывести Рэйвен из банкетного зала всего за несколько минут. Когда двери за ними закрылись, Рэйвен ещё могла услышать, как Данлин поручил остальным, что нужно «раздобыть больше информации о ней». Ужасно жаль, что она не могла увидеть их наглые рожи!

Как бы это ни было, Рэйвен ушла с банкета без суеты. С её новыми идеями и информацией, которую ей принесёт Хацин, даст Рэйвен несколько вариантов её следующего шага. Однако, сейчас времени их обдумывать не было.

- И что теперь? – спросила она слегка раздражённым тоном.

Двое близнецов ворчливо смотрели друг на друга, и Джавелин вздохнул.

- Ну, есть такая традиция... – начал Ларк.

- Это правда, – вставил Мартин.

- ...когда новые студенты стараются подняться как можно выше по Залу Духа башни в Северном районе Академии, – продолжил Ларк, – Скорее всего, ты бы узнал об этом завтра во время своего первого урока Контроля...

- ...но разве не было бы удивительным, если бы ваша метка уже была там, когда остальные только услышат об этом? Кроме того, у тебя будет первый урок Контроля с нами, сегодня – твой единственный шанс, на самом деле, – закончил Мартин.

Рэйвен уставилась на возбуждённых близнецов с поднятыми бровями: они словно мыслят одинаково, эти двое... – подумала она, но вместо этого спросила: – Почему бы просто не взять магического зверя на вершину?

- Из-за природы башни в ней очень сильное притяжение духовной сущности снаружи, нормальные магические звери не приближаются к ней, – пояснил Джавелин, – Это также ограничивает использование духовной сути во время подъёма; тебе придётся полагаться только на силу тела.

- Это не похоже на вызов… – проворчала Рэйвен.

Близнецы слегка ухмыльнулись: - Ну и что, сделаешь это?

Рэйвен пожала плечами и кивнула в знак согласия, заставляя Грифонов торжествующе заулыбаться, а улыбка Джавелина вышла виноватой.

Интересно, что они запланировали? – размышляла Рэйвена, пока близнецы тащили ее через дворцовые залы, скорее всего, к нужному выходу.

Разве она могла не заметить, что они что-то скрывают от неё? Тем не менее, она покорно следовала за ними, неважно, что те скрывали какие-то детали, она была уверена, что справится. Она видела несколько преимуществ в дружбе с её одноклассниками, тогда как отчуждение не принесёт никакой выгоды вообще.

Выйти из дворца было просто, и вскоре Рэйвен и мальчики сидели на спине большого Ястреба, направляясь к северной стороне уровня Академии. Когда они приблизились, Рэйвен заметила огромную башню, стоящую на Северном выступе, как будто готовую свалиться через край в любой момент.

В архитектурном плане башня была полной противоположностью всех других построек в районе. В то время, как в других зданиях чувствовалось что-то азиатское, эта башня была более средневекового готического характера; она была построена из гладкого чёрного кирпича, виднелись несколько больших окон, которые украшали причудливые узоры и огромное количество витиеватых шпилей.

Каждые двадцать метров или около того, башня меняла форму; основание – квадрат, следующий уровень был немного меньше, но с пятью сторонами вместо четырёх, уровень после этого был ещё меньше, но уже с шестью сторонами. Подобная картина повторялась в общей сложности шесть раз, из-за чего самый верхний уровень был девятиугольным. В целом, он выглядел довольно грозно.

- Это Башня Духа, – Джавелин, который стоял около Рэйвен, показал на неё, – Она должна располагаться как можно дальше от Южного общежития, как это возможно, иначе она поглощала бы духовную эссенцию Звёздных деревьев и иссушила их древесину.

Рэйвен кивнула – они были более чем двух сотнях метров от башни, но она уже могла чувствовать, как естественная духовная сущность в воздухе словно притягивается туда.

- Внутри – сотни духовных залов различного размера и качества. Пятый раздел, тот, что в форме восьмиугольника – для нас, продвинутых студентов – в нём двадцать комнат, разделённых на пять этажей, и мы получаем каждый по одной комнате каждый День света.

Вдруг, Ястреб спикировал вниз и приземлился едва ли в пятидесяти метрах от башни – очевидно, он собирался лететь и дальше. Рэйвен понимала дискомфорт птицы – площадь перед ней была абсолютно лишена естественной духовной сути, делая сам воздух словно мёртвым и неприветливым. Её собственное ядро духа отчаянно боролось против всасывания башни, а духовная суть, что пыталась выйти из тела, улетучивалась в одно мгновение.

Рэйвен вздрогнула и остановилась. Она не решалась идти вперед, а Джавелин и близнецы подошли к башне совершенно невозмутимо. «Незнание – это блаженство...» – подумала она с насмешкой, – «Они даже не чувствуют этой жуткой силы...»

Мартин повернулся и довольно ухмыльнулся Рэйвен: - Сомневаешься, не так ли?

Рэйвен фыркнула и пошла вперёд.

Когда она подошла ближе к башне, она заметила, что её чувства притупились, оставив ей только то, что предоставляло ей укреплённое тело. Вблизи башня была ещё более впечатляющей, и Рэйвен пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть вершину. Она заметила, как близнецы подошли к уступу рядом с башней и получила внезапное предчувствие.

- Я просто должен подняться так высоко, как я могу, верно? – спросила она.

- Ну… – начал Ларк.

- Это не звучит, как вызов, не так ли? – продолжил Мартин, и оба близнеца многозначительно посмотрели в сторону башни. Они широко улыбались Рэйвен, очевидно, довольные тем, как они обернули собственные слова Рэйвен.

- Не слушай их, – перебил Джавелин, – Ты не должен делать это на северной стороне… большинство студентов не здесь…

- Но вы трое сумели.

Это был не вопрос, но Джавелин тем не менее кивнул.

Рэйвен подошла к краю и посмотрела вниз на мир ниже. Хотя военный уровень был всего в нескольких сотнях метров ниже уровня Академии, из-за расположения остальных трех горных вершин, прямо здесь не было никаких препятствий. Если Рэйвен упадёт, она не остановится, пока не попадёт в Жилой уровень, примерно на шестьсот метров ниже.

Вдруг её глаза сузились и улыбка мелькнула на её губах.

- Как высоко вы, ребята, дошли? – спросила она, и, пока мальчики указывали, Рэйвен столкнула маленький камешек с края пропасти, и улыбнулась. К тому времени, когда ребята снова обратили своё внимание на Рэйвен, улыбка сменилась равнодушным взглядом. «И это рекорд?» – переспросила она.

Близнецы, казалось, были немного возмущены реакцией Рэйвен, но Джавелин спокойно ответил: - Для северной стороны рекорд 63 метра – дно четвертого раздела – может и не звучит как много, но здесь намного сложнее подняться, чем кажется.

Рэйвен не могла не вспомнить её старый мир; подняться на шестьдесят метров вверх, перпендикулярно фасаду, после шестисот метров в старом мире, было просто смешно. Ну, для Рэйвен и её коллег-ассасинов, как минимум.

- Как мне отметить мою верхнюю позицию? – спросила она.

- Не парься об этом. Камень духа, который дал старейшина Кагу сам сделает это за тебя, – сообщил Мартин, разве что не подпрыгивающий на месте от волнения.

Рэйвен просто кивнула ему и подошла к ближайшей стене башни. Невозможно было попасть на Северную сторону с земли, поэтому ей придется раскачаться вокруг угла и подбросить себя немного вверх по стене. Несколько секунд Рэйвен просто стояла, рассматривая башню перед ней. С её необычайным зрением у неё не было проблем с тем, чтобы увидеть мелкие детали в структуре здания, даже на сто метров вверх.

«Давайте немного позабавимся!»

Джавелин заметил, как этот худой юноша сейчас внимательно рассматривал стену башни. Он не мог ничего сделать, но чувствовал, что это была плохая идея. Если что-то случится с Рэйвен? Обычно старший должен присутствовать, в то время как студенты пытаются подняться.

- Не старайся вылезти из кожи вон, Найт, – Джавелин, наконец, предупредил, когда Рэйвен уже сняла верхнюю часть своей формы, обнажая столь же серую рубашку и брюки.

- Да, объяснить старейшинам, почему их любимый новичок уже почти принят в один из благородных кланов будет полным геморроем, – пошутил Мартин, и Ларк засмеялся, но Джавелин только чувствовал ещё большее беспокойство.

Рэйвен даже не обернулся на это, и просто поднял бледную руку ко лбу, махнув ею в знак приветствия.

Его руки настолько малы... Джавелин встряхнулся и быстро покачал головой. Почему он заботится о руках этого мальчика?

Рэйвен попрыгал на месте несколько раз, прежде чем лихо побежал к стене башни. С впечатляющей лёгкостью Рэйвен взбежал по стене, прежде чем вцепиться в первый подоконник, почти в трёх метрах вверху. Близнецы засвистели в унисон, когда Рэйвен быстро подтянулся и кое-как сумел встать на узкий карниз под окном. Красная точка появилась на стене башни рядом с головой Рэйвен.

Не останавливаясь, Рэйвен бросился к углу башни и – в один ужасающий момент Джавелин даже подумал, что мальчик сошёл с ума – просто прыгнул вперёд. Однако, когда тело Рэйвена прошло за угол, его маленькая рука словно выстрелила в сторону, схватила за выступ и изменило направление полёта мальчика так, что он снова бежал по стене дома. Используя импульс своего тела, Рэйвен обогнул угол и бесшумно встал на ближайший подоконник с другой стороны.

Джавелин с облегчением вздохнул. Мартин и Ларк молчали ещё секунду, прежде чем начали наперебой восхищаться:

- Ты сумасшедший, парень! – крикнул Мартин, и Джавелин согласился, но не с мнением, а с заявлением – большинство людей, которые пытались подняться по Северной стене – сумели подняться лишь на второй сегмент.

Когда близнецы развеселились, Рэйвен был уже на полпути вверх по первому сегменту и лез вверх в довольно устойчивом темпе.

- Давайте залезем на Ястреба и посмотрим сверху, – предположил Джавелин, – Нам будем лучше видно.

Близнецы с радостью согласились с его рассуждением и поспешили к большой птице, которая ждала там, где они её оставили. Джавелину пришлось заставить себя отвести взгляд от карабкания Рэйвена – ощущение, что он незаметно бросил ребёнка, лишь на мгновение набросилось на него, но у него были свои причины быть на Ястребе сейчас.

Потребовалось меньше минуты, чтобы дойти до птицы и облететь вокруг башни, но, когда они подлетели ближе, Рэйвен самодовольно махал им с уступа, которые разделял первый и второй сегменты.

- Этот пацан невероятно быстр! – воскликнул Ларк, – Он что, тренировался здесь с рождения?

- Но самая трудная часть начинается сейчас... – сказал Мартин, – Думаю, что он побьёт рекорд Джавелин?

- Да? Хммм, а ведь и правда может… – беспокойство Джавелина росло, с тех пор как Рэйвен возобновил подъём с кошачьей грацией.

- Расслабься, Джавелин! Найт отлично справится, – заверил Ларк, – Мы скажем ему, чтобы он остановился, когда он достигнет четвёртого сегмента.

- Уже дальше, чем любому из нас удалось! – воскликнул Джавелин, – Ему всего шесть, чёрт вас дери!

- Да, но он Новичок духа. Он должен быть во много раз сильнее, чем мы были три года назад, даже без использования духовной сути.

- Заткнитесь, вы, двое, и наблюдайте за Найтом, этот мальчик – потрясающий! – прервал обоих Мартин, когда Джавелин собрался ответить.

Сразу все внимание Джавелина перешло обратно к Рэйвен, и он вынужден был признать, что то, что он увидел, было непостижимо; словно увидеть, как река потекла в гору. Тощая фигура Рэйвена поднималась на стену башни с лёгкостью. Иногда он поднимался с помощью узоров на окнах, иногда он прыгал почти на метр вверх, чтобы ухватиться за следующий выступ.

В один прекрасный момент Рэйвен даже повис на руках на двух жалких трещинах в стене. Уперевшись ногами в стену, он словно выстрелил собой вверх на несколько метров и сумел зацепиться на подоконник

После десяти минут непрерывного восхождения, Рэйвен уже давно прошёл предыдущий рекорд, но все три мальчика были слишком очарованы увиденным, чтобы это заметить. Только когда Рэйвен остановился в низу пятого сегмента, Джавелин вышел из оцепенения.

Сильный ветер обрушился на маленькую фигурку Рэйвен, заставляя его серую одежду дико трепыхаться. Джавелин мог видеть, как тело Рэйвена даже слегка покачивается под таким ветром.

- Этого достаточно, Найт! – он крикнул Рэйвен. – Ты уже установил новый рекорд!

Близнецы сначала хотели помешать Джавелину, но, как только они поняли, как силён ветер действительно, они быстро согласились с «Правом Джавелина», как они назвали, «Обойди с другой стороны и начать спускаться!»

Рэйвен повернулся, посмотрел на них и улыбнулся самой теплой улыбкой, которую Джавелин видел на этом лице. Пульс его мгновенно увеличился, но он предпочёл свалить это на нервы.

- Найт, хватит! Пора вниз! – в голосе Джавелина звучало намного больше мольбы, чем он намеревался, но на данный момент его это не волновало, потому что его глаза встретились с глазами Рэйвена, и – он мог поклясться – мальчик подмигнул ему, изрекая: «Как хочешь».

- Какого... – Джавелин увидел, как Рэйвен развёл его стройные руки и упал вперёд.

Мир, казалось, замедлился.

Джавелин словно смотрел фотоснимки: Рэйвен абсолютно спокойно стоит на краю башни – он словно бы лежит на абсолютном ничего. Медленно, Рэйвен развернулся в воздухе, их глаза вновь встретились – только тогда время словно побежало вперёд, и Джавелин очнулся от шока. Прошло лишь несколько секунд, но парень уже упал на треть высоты башни.

- Рэйвен! – закричал Джавелин и заставил Ястреба Эвереста нырнуть вниз. Птица отказывалась летать в пятьдесяти метрах от башни, но у него не было выбора. Ему нужно было догнать Рэйвен в падении и подвести Ястреба ближе, чтобы он не заметил.

В считанные секунды Ястреб долетел до точки, где он летел параллельно с Рэйвен. Близнецы уже поняли план Джавелина и как раз собирались схватить Рэйвен, когда они заметили, что ребёнок по-прежнему улыбается и даже помахал им рукой опять.

---------

Когда Рэйвен подняла руку, чтобы помахать мальчикам на спине пикирующего Ястреба, она вдруг почувствовала, как её тело будто окуталось плотной, но мягкой оболочкой. Её скорость падения замедлилась, мгновенно увеличив расстояние между ней и ныряющей птицей.

Рэйвен позволила себе кричать от радости, когда толстая оболочка вокруг нее растянулась, и, в конце концов, отпружинила её тело в противоположном направлении, назад, к вершине башни.

«Ха-ха, это даже лучше, чем я думала!»

То, что Рэйвен не заметила раньше, было чем-то похожим на защитную сетку духовной сути чуть ниже уступа, где стояла Башня Духа. Затем она подтвердила существование этой сети с помощью камня, который она столкнула – он замедлился после всего лишь нескольких футов. Она не думала, что скорость её падения заставит её снова отрикошетить обратно.

Улыбаясь, она позволила себе подпрыгнуть вверх и вниз несколько раз, пока, наконец, не спрыгнула на твёрдую землю. Мальчики уже приземлились и ждали её внизу.

- Я начинаю думать, что ты, может быть, не так уж и стабилен; какого хрена ты просто так прыгнул? – голос Мартина был суровым, но сияние в его глазах сказало Рэйвен, что он тоже был впечатлён.

Рэйвен пожала плечами, умело симулируя невинность, в результате чего двое близнецов расхохотались. Однако Джавелину было не до смеха.

- Отвечай ему!

- Да? – Рэйвен присмотрелась в лицо Джавелина и увидела, что он кипит от ярости.

- Отвечай ему! – Джавелин повторил и подошёл ещё ближе к Рэйвен, - Какого хрена ты прыгнул?

Рэйвен моргнула; она не ожидала, что он настолько расстроится её трюку. Она взяла в руки камень и бросила его в обрыв, и указала туда, где он остановился в воздухе: - Я заметил подстраховку, прежде чем я начал подниматься, – пояснила она, прежде чем обернуться к лицу Джавелина. – Я понял, что это самый быстрый путь вниз...

*Бах!*

У неё закружилась голова, и половина лица онемела от боли. Ей, удивлённой, потребовалось мгновение, прежде чем она поняла, что произошло – Джавелин ударил её, сильно, и она даже не заметила этого.

- Никогда не делай так снова! – Джавелин плюнул на землю и, отвернувшись, пошёл прочь.

Мартин и Ларк смотрели на Джавелина широкими глазами. Они посмотрели на Рэйвен, затем друг на друга, прежде чем тоже разошлись в разные стороны – Мартин побежал за Джавелином, а Ларк подошёл к Рэйвен:

- Пойдем, – сказал он, кладя руку на плечо растерянной Рэйвен. – Давай найдём лёд...

Рэйвен отказалась от предложения приложить лёд к её синяку, а вместо этого использовала исцеляющее прикосновение, чтобы уменьшить покраснение на щеке. После этого она не вернулась в свою комнату в общежитии. Вместо этого она пошла к таверне, где её обещали встретить её «дяди». Четыре мужчины, конечно, были рады видеть её и хвастали на весь зал о гениальности мальчика, который вошёл в историю на вступительных экзаменах.

Однако, пока они смеялись и праздновали, Рэйвен всё время вспоминала о разговоре с Ларком как раз перед уходом.

– Извини, – сказал он, – Джавелин обычно очень веселый, но, я думаю, ты напоминаешь ему кого-то, кого он потерял несколько лет назад… Поэтому он слегка переборщил.

– Кого я напоминаю ему?

Ларк остановился на секунду, прежде чем ответить: – Его первая любовь… её тоже звали Рэйвен.

Тут настал черёд Рэйвен удивляться. Она, конечно же, знала, что Джавелин проникся симпатией к ней, когда они впервые встретились, но это было три года назад. Ему было семь в то время, и они встречались только один раз; его чувства к ней не должны были быть настолько сильными, чтобы вызвать травму после её «смерти».

Он ведь не любит меня до сих пор? – думала Рэйвен, пока Солончак шёл к бару и заказывал ещё «по рюмочке», – Нет, скорее что-то другое стоит за его реакцией.

Уровень шума в таверне заметно поднялся, когда пьяный в дрова Солончак начал пересказ истории Хога бедному парню рядом с ним у прилавка в миллионный раз.

…Джавелину было комфортно в моём присутствии, – Рэйвен продолжала свои молчаливые размышления, – Наверное, он просто почувствовал угрозу с моей стороны…Только не говорите мне, что он на самом деле что-то подозревает?

Эту идею она отбросила почти сразу; если уж Мастер духа не сумел увидеть сквозь её маскировку, как мог он?

– Почему ты так обеспокоен, Рэйвен? – спросил Дов, склонившись над теперь пустой чашей.

На мгновение она опешила от комментария мужчины, прежде чем Рейвен поняла, что она слишком задумалась, чтобы сосредоточиться на своём равнодушном выражении лица, позволив её беспокойству просвечивать. Рэйвен, однако, не пришлось долго искать оправдание.

– Это потому, что дядя Солончак сейчас начнёт драку, – ответила она и сделала глоток из своей чашки, в который было пряное молоко – лакомство детей в этой области.

За этими словами последовал грохот удара и треск ломающейся древесины, заполнивший таверну.

– Слышь, мудила, как ты думаешь, чью бабу ты лапаешь?! – завопил сердитый человек, одетый в кожаный доспех, подобный наёмнику, а его правая рука торчала из дыры в барной стойке.

Напротив него, Солончак выпустил женщину из его объятий – она, казалось, была совсем не против его внимания.

– Я не вижу твоего имени на ней, – ответил Солончак с волчьим оскалом и поднял длинные женские волосы, чтобы изучить еёшею, отчего девушка обольстительно захихикала, – Но я с удовольствием проверю везде…

Лицо разгневанного человека стало кроваво-красным, когда он увидел, что Солончак тянется к пуговице на женском платье. В порыве ярости он схватил в руки бутылку с прилавка и бросил её в Солончака, но тот это предвидел и увернулся в последний момент, потянув женщину за собой. Бутылка пролетела мимо них и врезалась в голову здоровенного мужика за ними. Разбившаяся бутылка забрызгаласвоим содержимым не только крепкого мужчину, но и его спутников.

В таверне стало мертвенно тихо, пока мужчина, кровь которого стекала по разбитому затылку, медленно встал со стула и обернулся. Он был не менее двух метров в высоту и столько же в ширину. Солончак слегка побледнел и указал на человека в кожаной броне, который бросил бутылку.

И отсюда придётся валить... – Рэйвен закатила глаза, но продолжала пить из чашки, когда здоровяк крякнул и тут же начал действовать. За несколько секунд вся таверна была превращена в зону боевых действий; каждый пропущенный удар вызывал цепную реакцию, которая заставляла всё больше и больше людей участвовать в драке. Разумеется, ни оружия, ни божественных навыков не использовали, но так как таверна была местом для наёмников-спиритуалистов, духовная сущность, тем не менее, усиливала каждый удар.

Дов и его брат вступили в бой, и, вздохнув, Хог был вынужден последовать за ними, оставив Рэйвен за их столом в одиночку. Плохо скрывая улыбку, Рэйвен наблюдала за каждым движением в таверне с закрытыми глазами, время от времени отхлёбывая молока.

В какой-то момент Рэйвен неторопливо наклонила голову вправо, легко избегая столового ножа, который в ту же секунду вонзился в стену в дюйме от её головы. С щелчком запястья, она вытащила нож и бросил туда, откуда он прилетел, заставив упасть мужчину, который летел к Дову, намереваясь разбить бутылку ему о голову. Несколько вдохов спустя, небрежно брошенная вилка повернулась в воздухе и остановила девушку, из-за которой и начался сыр-бор,которая пыталась под шумок вытащить кинжал у Хога.

Никто не заметил тихого участия Рэйвен, но всякий раз, когда один из её наёмников был в реальной опасности получить травму, один из предметов столового обихода исчезал с её стола. Вдруг, глаза Рэйвена блеснули, и она соскользнула со стула.

Как рыба движется в воде, так и она спокойно прошла через бой таверне и подсказала всем её товарищам, что пора уходить; драка в таверне, наконец, привлекла внимание городских стражников, которые будут здесь в ближайшее время.

Во всем этом хаосе пятеро человек просто выскользнули через заднюю дверь, всего за несколько минут до того, как шесть человек в серебристых доспехах ворвались в таверну.

Смеясь, четверо мужчин привели Рэйвен к их новому дому; видимо, аренда дома на окраине города была пустой тратой времени, поэтому наёмники решили присоединиться к Бригаде Рассвета, крупной организации наёмников, которая давала жильё на Деловом уровне для всех членов Бригады.

Рэйвен могла бы вернуться в свою комнату в общежитии, но она решила дать Джавелину больше времени и вместо этого осталась ночевать с наёмниками. Рано утром на следующий день она попрощалась с ними и направилась обратно в Академию на её первые уроки.

–––––––––

Рэйвен и другие двенадцать учеников, которых прошли вступительные экзамены в этом году, сидели, скрестив ноги,на открытом дворена восточной стороне уровня Академии. Когда началась лекция, воздух был свежим, с утра был абсолютный штиль и солнце только поднималосьнад горизонтом, скрытом горами.

В течение часа, Рэйвен рассеянно слушала, как древний старец – он был "всего лишь" Низким Чемпионом – объяснял, как Академия работает и что новые учащиеся должны ожидать от их учёбы здесь. Большинство из того, что он говорил, Хацин уже рассказывал ей, так чтоРэйвен не очень удивлялась, но некоторые её одноклассники слушали во все уши, когда они поняли, сколько ресурсов совершенствования будут использоваться на их благо.

Она, правда, немного удивилась, когда она услышала, что экзамены проводятся каждые два месяца, начиная со следующего месяца. Каждое второе полнолуние Академия будет посылать студентов на территорию, густонаселённую магическими зверьми и оставлять их там на три дня, пока луна будет полной.

За это время студенты должны будут постоять за себя; устроить лагерь и защищать свою жизнь, но рискнуть и попытаться охотиться на этих зверей даст дополнительные заслуги. Затем троих существ можно будет обменять на дополнительные ресурсы совершенствования, или, в крайнем случае, даже претендовать в продвинутые классы. Это не без риска, но и погибших никогда не было.

Испытание огнём каждые восемь недель? Интересно! – подумала Рэйвен и удивилась, почему её брат не упомянул об этом раньше.

Однако гораздо менее интересным был первый урок боевой стратегии, на тему "история спиритуалистов"; Рэйвен чуть не уснула в знак протеста. Всё, что рассказывал старец, Рэйвен уже знала – из книг – и, судя по скучающим выражениям своих одноклассников, им либо было просто класть на предмет, либо они тоже это знали.

Наконец, в два часа урок закончился. Большинство детей направились в столовую на обед. Как ни странно, все двенадцать из них держались подальше от Рэйвена – родственнички Сарус тоже – как будто её там не было.

Пока Рэйвен пыталась понять, была это случайность или организованная схема, старейшина остановил её у выхода.

Пока Рэйвен пыталась понять, была это случайность или организованная схема, старейшина остановил её у выхода.

– Старейшина Сторк, – Рэйвен вежливо поклонилась.

– Младший Найт, вице-директор попросил меня показать вам Божественную библиотеку. Следуйте за мной, – старец не дожидался ответа Рейвен, просто повернулся и зашагал прочь.

– Старейшина Сторк, что такое эта Божественная библиотека и зачем вице–директор хочет, чтобы вы отвели меня туда? – на ходу спросила Рэйвен.

– Думайте головой, младший Найт, – пожурил старец Сторк, – Естественно, в Божественной библиотеке мы храним Божественные навыки Академии. Вам предстоит выбрать четыре навыка и практиковать их до совершенства. Не разрешено брать пятый навык, пока один из первых четырёх не освоите. Что касается того, почему я показываю её вам – вы пропустили первые три класса контроля духа, где вы бы и посетили библиотеку, – он, казалось, не одобрял решения оправить её в четвёртый класс.

После этого старейшина замолчал, и они шли молча через территорию Академии. Пока они шли, многие другие студенты проходили мимо них и практически все из них вежливо поклонились старейшине, а потом игнорировали Рэйвен, едва удостоив её взглядом.

Так значит, это не совпадение, – заключила она. – Если уж все так нагло игнорируют меня... работа этих снобов, наверное?

Старейшина остановился перед большим зданием неподалёку от аудитории, где проходили вступительные экзамены. Слова "Божественная библиотека" были вытравлены в белом каменном фасаде и расписаны золотом.

– Вот мы и на месте. Духовный камень будет открывать навыки, которые вы выберете и автоматически отслеживать ваши успехи в освоении их. Не пытайтесь обмануть его, – Рэйвен заметила презрение в его словах.

Я так понимаю, я ему не нравлюсь, или...

– У вас есть разрешение на все навыки до пятого уровня, и можете выбрать один на уровне шесть, но помните, что вы не получите новых навыков, пока не освоите старые, – он продолжал, и его презрение становилось отчётливее, – Следующий урок начнётся через три четверти часа – не опаздывайте.

Без лишних слов старейшин Сторк ушёл. Рейвен проследила за его уходом, а затем направилась в здание. Когда она шла через дверь, она почувствовала завесу духовной сути. Рейвен догадалась, что эта вуаль блокирует вход тем, у кого нет разрешения.

Первый этаж библиотеки был очень обширным и практически каждый квадратный метр его был покрыт рядами книжных полок, до краёв наполненных свитками. Рэйвен негромко присвистнула от восхищения. Это был первый раз, когда она видела так много Божественных свитков в одном месте и её укреплённые теперь чувства придавали совсем другой вид каждому свитку.

Раньше Рэйвен была в состоянии ощутить духовную суть словно на ощупь, но теперь каждый свиток сиял яркие цветом, превращая весь первый этаж в море ярких огней.

Странно, я думала, что цвет свитков будет следовать тем же правилам, что и совершенствующиеся, но здесь есть все цвета радуги, – Рэйвен посмотрела на табличку на стене, – На этом этаже только Божественные навыки уровней от первого до третьего.

Она оглянулась на море свитков. Красного и оранжевого, несомненно, был больше, но было много жёлтых и зелёных свитков, а также пара синих. Подойдя к ближайшей полке, Рэйвен вытащила красный и светло-голубой свитки, которые тускло сверкнули в её руках.

Оба умения были на одном уровне и предназначались для боя с алебардой. Боевые искусства, запечатлённые в них, были очень похожи друг на друга, и только парочка различий в их позициях и потоке духовной сути. Судя по её собственному опыту с алебардой, она предпочитала позицию, описанную в синем, потому что она была ближе к той технике, что она знала из её прошлой жизни. Пожав плечами, она положила два свитка обратно.

Несколько полок светились более ярко, так что Рэйвен остановилась и вытащила еще более свиток ещё более глубокого синего цвета свиток и осмотрела его. Это былр мастерство второго уровня, и техника боя с кинжалом, изображённая там, заставила глаза Рэйвен загореться, когда она увидела его.

Ха–ха, я знаю эту технику – один из моих избранных приёмов! – хотя само Божественное мастерство было ей в новинку, это была базовая техника боевых искусств и прекрасно подходила для обезоруживания противников, которые пользовались более тяжёлым оружием.

Даже не думая об этом, Рейвен подняла ее камень к свитку, и легко прижала к свитку. Печать на свитке раскрылась, а на белой поверхности камня появился текст "Божественный навык, 1/4". Рэйвен взволнованно развернула свиток и перенесла отпечаток. Сразу же информация о том, как применять духовную сущность затопила её разум, и она нетерпеливо вытащила кинжал из её пространственного кольца.

С кинжалом в руке она осторожно активировала её духовную сущность так, как необходимо, после чего она шагнула вперёд, проскользнув под атакой воображаемого противника, а затем ткнула кинжалом в сторону, где должны были быть его запястья. Духовная суть вышла из маленького лезвия и полыхнула искрами молний. Это был, пожалуй, не очень сильный удар, но добавление электрического тока уже делало технику ещё более эффективной.

"Парализующий удар молнии", да? Простое название... – улыбаясь, Рейвен положила свиток обратно на полку и направилась на второй этаж, где содержались Божественные навыки уровней от четвёртого до шестого.

На втором этаже было несколько студентов, но они, как и любой другой студент, кого Рэйвен встретила сегодня, просто взглянули на неё, и отвернулись.

Рэйвен не имела против этого ничего, а только тихо хмыкнула; игнорирование просто отлично подходило сейчас. Вместо этого она сосредоточила своё внимание на этих полках. Здесь было, возможно, вполовину меньше, чем этажом ниже.

Здесь красных и оранжевых в принципе не было, было лишь несколько зелёных. Хотя цвет свитков не показывал уровень, интенсивность света показывала. Из этого Рэйвен сделала вывод, что большинство свитков были четвёртого уровня, около сотни пятого уровня и одинокие десять свитков на шестого.

Она приблизилась к свиткам шестого уровня, заметив мягкие смешки некоторых студентов – Рэйвен вела себя так, словно она и не слышала их. Медленно Рэйвен начала читать описания десяти навыков и её сердце слегка сжалось, когда она это делала. Хотя все Божественные навыки казались очень впечатляющими, ни одно из них не привлекло её интереса.

Просто Рэйвен поняла, пока она путешествовала к Небесному городу, что она хотела бы использовать её старые боевые искусства. Хотя она легко адаптирована к использованию новых Божественных навыков, она сама хотела использовать свои старые уловки и удары, но не имела возможности для объединения этих боевых искусств с её духовной сущностью для достижения оптимального эффекта.

Рэйвен надеялась заполнить здесь разрыв – в конце концов, двадцать лет привычки трудно сломать, но оказалось, что навыки шестого уровня не помогут ей. Наконец Рейвен подняла последний свиток шестого уровня. Он был единственным, чей цвет был не красный или оранжевым, а зелёным.

Открыв его, она прочитала слова "Пространственный бросок" в его верхней части.

Рэйвен смотрела на описание Божественного навыка в её руках широко раскрытыми глазами; это было впечатляющий навык движения.

«Ну, это точно не тот навык, который я смогу связать с моими старыми боевыми искусствами! – воскликнула про себя Рэйвен. – Это практически навык телепортации!»

Если освоить, Божественный навык «Пространственный рывок» может быть использован для того, чтобы отделить некоторое количество духовной сущности практикующего в отдельное словно невещественное тело, которое может быть перенесено в радиусе в зависимости от уровня практикующего. Это позволяло в любой момент «сдвинуть» реальное тело на это место, мгновенно.

Однако было несколько недостатков в навыке, которые могли бы объяснить, почему он был оценен как шестой уровень мастерства, несмотря на колебания суть немного более сильные, чем у других навыков шестого уровня, которые Рэйвен смотрела.

Помимо того, что этому навыку необычайно трудно научиться, были ещё два довольно существенных недостатка – это шум и потребление духовной сущности.

Ведение бестелесного тела, отделённого от тебя, что удивительно, расходует довольно мало духовной сущности, и только на сам бросок необходимо огромное количество. Рэйвен догадалась, что с её текущим уровнем совершенствования она была только в состоянии использовать этот навык 2-3 раза в реальных боевых действиях, и это только благодаря тому, что она необычайно быстро впитывает духовную суть.

И шум. Непосредственная смена давления в атмосфере, вызванная внезапным исчезновением и последующим появлением человека, может вызвать взрыв, такой громкий, что он разорвёт барабанные перепонки любых спиритуалистов низких уровней. Не говоря уже о потенциально смертоносных последствиях для нормальных людей.

«Хе-хе, если я стану достаточно опытной в «Охотнике пустоты», я, скорее всего, буду в состоянии полностью убрать шум, – Рэйвен не скрывала ликования, – Хотя это будет трудно узнать, я же спешу, а благодаря дополнительной квалификации, как у передового студента, у меня ещё достаточно свободных мест для других навыков».

Рэйвен решилась и подняла её камень к свитку, чтобы раскрыть Божественный навык. Мгновенно низкий гул заполнил этаж.

– Вы видите это? – кто-то тихо заржал, – Этот мелкий раб выбрал Пространственный рывок!

– Тратить свои дополнительные навыки на Божественное мастерство, которое он никогда не выучит – это ошибка новичка.

–Я думаю, это потому, что он раб. Его самооценка сейчас вскочила...

Рэйвен не удивило, что студенты на втором этаже только притворялись, что игнорировали её, когда они думали, что она смотрит. Хотя их голоса были тихими, они могли бы и кричать – это ничего бы не изменило для Рэйвен.

Хотя она услышала, что они говорили, она решила проигнорировать это, поэтому она вместо этого посмотрела на камень в её ладони, и даже растерялась; снова появился текст «Божественный навык, 1/4».

«Разве не должно быть 2/4?» – Рэйвен нахмурилась.

Она вспомнила слова старейшины Сторка: – Вам предстоит выбрать четыре навыка и практиковать их до совершенства. Не разрешено брать пятый навык, пока один из первых четырёх не освоите..

«Может ли быть, что моих способностей уже достаточно для камня, чтобы он посчитал Парализующий удар молнии как освоенное?»

Рэйвен была обеспокоена, в-основном потому, что ранее её приёмы были просто адекватные, с огромным количеством корректив, которые требовалось провести, прежде чем она будет удовлетворена.

Опять же, Рэйвен был немного перфекционисткой; было бы неразумно думать, что Академия будет ставить планку ниже, или что никто из студентов не будет учить более пяти или шести навыков за время учебы в Академии.

Рэйвен улыбнулась такой возможности. Если её догадка была верна… Это значит, что она в состоянии получить отпечаток практически каждого низкоуровневого Божественного навыка, который реализует её старые боевые искусства почти так же быстро, как она могла просто читать свитки?

«Это нужно проверить!»

Хотя вполне возможно, что она нашла бы подходящий навык и на втором этаже, но на взгляд Рэйвен здесь было слишком много людей. Вместо этого, она тут же выполнила оттиск со свитка пространственного рывка и направилась обратно на первый этаж, достойно игнорируя каждого человека.

Вернувшись на первый этаж, Рэйвен прошествовала в самую глубину библиотеки, почти забыв прятать гибкость её естественных движений. К счастью, первый этаж практически использовался только перво- и второкурсниками, которые не были склонны пропускать обед, так что присутствовали только два других студента. Они оба были Низкими Новичками, так что многочисленных полок, отделяющих их от Рэйвен, было больше чем достаточно, чтобы скрыть свои дела.

С нечеловеческой скоростью Рэйвен начала разбирать свитки. Каждый раз, когда она натыкалась на мастерство, движения которого были почти идентичны старым боевым искусствам, она останавливалась, разблокировала отпечатком, а затем выполняла навык; это был успех, первый навык увеличил счетчик на камне на 2/4, но, когда второй навык был разблокирован, счётчик оставался на 2/4.

Рэйвен сидела полчаса, после чего начала чувствовать себя напряжённой; словно воздушный шар, наполненный слишком большим количеством воздуха. Глубоко дыша, она снова посмотрела на свитки, которые она читала, а потом высунулась в соседний ряд библиотеки.

– Я проверила 42 Божественных навыка уровня три, взяла отпечаток с 17 свитков, уровень квалификации которых соответствовал мне, – она подняла руки, чтобы потереть виски, – Я даже не просмотрела одну полку пока...

Хотя сознание Рэйвен было помутнено, она была очень рада; наконец она сумела сделать некоторые из своих старых знаний более полезными даже в бою спиритуалистов.

Однако здесь были тысячи свитков, сотни боевых техник, которым она хотела найти применение.

«Интересно, как много времени это займет... – глаза Рэйвен расширились. – Твою мать! Мои занятия!»

Не удосужившись даже навести порядок, она подскочила и выбежала из библиотеки, оставив две маленькие светящиеся кучки свитков. В своём порыве Рэйвен не заметила, что в большой куче проигнорированных свитков, состоящей преимущественно из тёплых оттенков, парочка свитков сияли холодными огнями – зелёным, жёлтым и бледно-голубым.

–––––––––

Класс Духа для четвёртого класса был не особенно далеко, но все равно потребовалось пять минут, чтобы добежать туда. Хотя она двигалась очень быстро, казалось, будто Рэйвен просто немного торопится, её шаг был лёгким.

Двадцать человек из уже присутствующих уставились на её маленькую фигурку с недоумением. Все слухи, или, возможно, инструкции, кто-то уже выложил, но, видимо, они не прижились здесь: довольно много студентов не отвели глаза в тот момент, когда они поняли, что это Рэйвен.

К её удивлению, большинство из них были женщинами, все были одеты в одежды с золотой окантовкой кафедры целительства.

«Значит, занятие контроля Духа у нас совместное...» – отметила Рэйвен, когда поняла, что девушки моложе, чем мальчики.

Большинство мальчиков, присутствовавших в четвёртом классе, были одногодками – как в случае с близнецами Грифонами – и поэтому собирались отмечать свой двенадцатый день рождения. Девочкам же, казалось, десять или, в крайнем случае, недавно исполнилось одиннадцать. Конечно, были и младше, но всё же.

Если бы не тот факт, что близнецы Грифоны отсутствовали по неизвестной причине, Рэйвен спросила бы их об этом. Вместо этого, она опустила взгляд, и ждала, когда класс, который Рэйвен нашла, наудивляется вдоволь, что может занять некоторое время; она чувствовала, что ни одного Чемпиона Духа нет во дворе.

Дети вокруг Рэйвен сгруппировались в небольшие группы, и вскоре начали говорить между собой шёпотом. Если бы у Рэйвен не было экстраординарного слуха, она, скорее всего, не слышала бы ни слова из сказанного ими друг другу. Но...

– Это тот супер гений, который вчера поступил в военный отдел? – спросила одна из девочек.

– Он выглядит так обычно... – прокомментировала другая.

– Хм, что же в нём такого особенного – любой Высокий Новичок получил бы тот же результат, – пробормотал один из парней, но даже Рэйвен понимала, что, судя по голосу, он и сам не верит в то, что говорит.

– Я слышал от старшего Рена, что этот так называемый гений – на самом деле подделка, – сказал другой мальчик, и голос его прозвучал достаточно громко для всех, кто был в классе: – Он всего лишь вор, который украл совершенствование своих собратьев-рабов!

Рэйвен подняла брови: «Украсть совершенствование? Это возможно? – Рэйвен наклонила голову в сторону, размышляя. – Пожалуй, я могла бы найти способ поглотить чью-то духовную суть, но без достаточно сильного духовного ядра ты не сможешь подняться выше…»

Рэйвен подняла брови: Украсть совершенствование? Это возможно? – Рэйвен наклонила голову в сторону, размышляя. – Пожалуй, я могла бы найти способ поглотить чью-то духовную суть, но без достаточно сильного духовного ядра ты не сможешь подняться выше…

Между тем, разговоры о Рэйвен и её прошлом переросли в настоящие дебаты вокруг неё.

– Как ужасно! – кричали некоторые из девушек, которые явно не слышали эту историю раньше, в то время как некоторые другие только фыркнули, не веря.

– Может, старшему Рену просто завидно? – предположила одна из старших девочек. – Очевидно, он чувствует угрозу со стороны этого младшего.

– Чего ему бояться? Старший Рен уже на пике Высокого Адепта и, вероятно, прорвётся до Чемпиона перед его выпускным. Этот маленький вор никогда не догонит, так что он ещё пожалеет с его предательстве!

– Единственное, что впечатляет в совершенствовании старшего Рена – это то, что ему удалось попасть в продвинутые классы, не будучи одарённым учеником, – парировал один из маленьких мальчиков голосом, настолько тихим, что Рэйвен едва расслышала. Его совершенствование было самым низким среди мальчиков, так как он был единственным, кто ещё достаточно далеко даже от перехода к Адепту Духа.

– Что это было? – мальчик, который первым поднял голос, повернулся к этому тихому мальчику – он видел, что его рот двигался, но услышал лишь фрагменты.

Маленький мальчик слегка вздрогнул и отступил на несколько шагов.

– Ничего, – сказал он и посмотрел на свои ноги.

– Нет, ты определённо что-то сказал, – протянул наглец с холодным взглядом, ленивой походкой направившись к малышу. – Давай, Регулус, поделись своим мнением с остальными.

Девочки нахмурились, но ничего не сказали. Возможно, тот факт, что их совершенствование было не выше, чем у Регулуса, сдерживало их. Рэйвен, с другой стороны, не испытывала таких «угрызений совести».

«Посмотрим, смогу ли я узнать побольше об этих воровских слухах...»

Быстро, Рэйвен шагнула вперёд, оказавшись между ними.

– С дороги, воришка-раб, – с пренебрежением распорядился мальчик. – Или ты думаешь, что ты, с твоим ворованным самосовершенствованием, можешь сравниться со мной – истинным Высоким Новичком?

– Я не вор, – ответила Рэйвен абсолютно ровным голосом, лишённым всяческих эмоций.

– Нет? А как насчёт «убийца»?

Другие дети ахнули. Рэйвен слегка нахмурилась.

«С чего он это взял? Обычно люди не обвиняют других без каких–либо веских доказательств...»

– Не смеши, Робин, – девушка, которая говорила тогда, снова заговорила, – Ему всего шесть лет!

Робин не отводил взгляда от Рэйвен, а на его лице медленно появилась самодовольная усмешка.

– Значит, ты отрицаешь, что наблюдал, как детей медленно разрывали на куски, конечность за конечностью, прямо перед тобой, а ты ничего не делал? – притворный вздох. – Бьюсь об заклад, тебе даже понравилось!

Рейвен нахмурилась ещё сильнее. Сцена, о которой рассказывал Робин, была очень похожа на одному из ужасов, о которых Хог рассказывал вчера директору и старейшинам. Это просто совпадение? Скорее всего, нет. Кто–нибудь из них рассказал эту историю кому–то еще? Даже менее вероятно…

«Но кто мог это подслушать? Даже я не могла ничего услышать через эти двери без брата, спрятаться там практически невозможно...»

Когда Рэйвен промолчала, Робин рассмеялся: – Ха! Видите, он даже не отрицает этого!

«Кажется, мне нужно очень внимательно искать информацию на Оука Рена и Джейка Тануки. А что касается этого ребёнка...»

Рэйвен осмотрела этого мальчика и поняла, что ему скоро исполнится двенадцать лет. Её нахмуренность медленно рассеялась и сменилась холодным и бесстрастным выражением, из–за которого у Робина задрожали ноги.

– Что бы я там ни видел – это не твоё дело. Ну, а если ты считаешь, что то, что я пережил, делает меня слабым, то ты совершенно неправ! – кроваво-красные глаза Рэйвен напоминали взгляд ястреба на добычу, и вдобавок она вложила в него крошечное количество жажды крови. Инстинктивно Робин сделал несколько шагов назад. Он хотел сказать что–то ещё, но слова застряли у него в горле.

Один из мальчиков, которые стояли рядом с Робином, и которые не видели, как блестят глаза Рэйвен, рассмеялся: – Он уже угрожает! Ты пришёл сюда, чтобы украсть и наше совершенствование?

– Он здесь, чтобы учиться, как и все вы, – раздался голос во дворе, звучащий будто бы из бочки.

– Старейшина Уиллоу! – девочки вскрикнули, после чего склонили головы.

«Он старейшина?» – подумала Рэйвен, когда повернулась, чтобы посмотреть на человека, который только что вошёл.

Она узнала его ауру. Это про него Мартин говорил «профессор Лав» во время банкета, но тогда она не обернулась и не видела его. Следовательно, она не видела цвета его одежд, и поэтому решила, что это просто прозвище. Его аура была глубокого красного цвета, а значит, Старейшина Уиллоу был Высоким Адептом, близким к прорыву, но, тем не менее, всего лишь Адептом.

Однако теперь, когда Рейвен увидела его, она ещё меньше поверила в его статус старейшины. Его фигура была стройной и элегантной, с длинными каштановыми волосами, завязанными высоким конским хвостиком и бледной кожей цвета слоновой кости. Его глаза, сверкающие ослепительным светло–зелёным оттенком, казалось, смотрели прямо насквозь. Рэйвен вынуждена была согласиться с девушками и признать, что старейшина Уиллоу был великолепен. Но самое главное, он был не просто молод – очень молод. Рэйвен бы не удивилась так, будь ему больше 19.

«С​тарейшина? В таком молодом возрасте? И всё равно, с таким низким уровнем… – Рэйвен оглядела его мантию и нахмурила брови. – Так он из целителей?»

– Извините за опоздание, – с элегантной уверенностью старейшина Уиллоу вошёл в центр двора. – Я уже почти пришёл, когда узнал, что двое из ваших одноклассников слоняются возле башни Залов Духа, поэтому мне пришлось сделать крюк, – он повернулся к воротам. – Мальчики?

Последовала небольшая пауза, после чего из-за ворот появились две огненных шевелюры, под которыми сразу начинались штабеля огромных ящиков.

Старейшина Уиллоу тепло улыбнулся и продолжал говорить:

– Они были настолько любезны, что помогли мне принести оборудование для сегодняшнего урока. Возьмите по одной коробке и садитесь где-нибудь, неважно где, главное – чтобы у вас была хотя бы одна свободная рука.

– Да, старейшина! – почти хором ответили дети и побежали за коробками.

– Снова ничего хорошего? – прошептала Рэйвен близнецам, когда брала две коробки: одну для себя, а вторую протянула Регулусу, который был слишком низким, чтобы добраться до неё самостоятельно.

– Нет, – прохрипел Мартин, тяжело дыша. – И что ты имеешь в виду, говоря «снова»? Мы практически святые, правда, брат?

– Разумеется, – улыбнулся Ларк и кивнул в сторону пустой части двора. Втроём они прошли и сели на расстоянии вытянутой руки, чтобы можно было продолжить разговор.

– Мы хотели увидеть реакцию первогодок на твой рекорд, – объяснил Ларк.

– И что?

– Профессор Лав нас засёк..., – уныло начал Мартин.

– … а когда мы сказали ему, зачем мы там, он начал читать нам лекции о том, как мы безрассудны… – Ларк прервал слишком поспешно. – Он болтал почти вечность, но нам почти удалось сбежать, когда учитель сам увидел твою отметку на башне! Это было потрясающе, челюсть старейшины почти коснулась земли!

– Это было бы ещё более потрясающим, если бы нам не пришлось тащить эти богом забытые ящики всю дорогу! – проворчал Мартин, а Ларк рассмеялся шутке и кивнул, но Рэйвен успела заметить, что он посмотрел на Мартина слегка укоризненно.

«Интересно, – подумала она. – В чём это их мнения разошлись?»

Рэйвен взглянула на молодого старейшину, который, казалось, и вызвал такое редкое явдение, как расхождение во взглядах двух близнецов.

- Разве он не слишком... молод, чтобы быть старейшиной? - спросила она тихим голосом.

- Готов поспорить! - воскликнул Мартин не так тихо, из-за чего нескольких учеников оглянулись на них. Пару раз кашлянув, он продолжил, более тихо. - Ему всего девятнадцать!

- Тогда почему он старейшина? Даже в Земной Империи большинство академий позволяют закончить школу только в восемнадцать лет, верно?

- Ну, во-первых, он - спиритуалист- целитель, что означает, что его сосредоточение в совершенствовании - это контроль над духовной сущностью, а не силой, - сказал Ларк и бросил быстрый взгляд на старейшину Уиллоу. - Как и девушки здесь, целители, как правило, продвигаются в контроле духа намного быстрее, чем мы, боевые спиритуалисты. По слухам, старейшина Уиллоу учился всему так быстро, что несколько лет назад наступил момент, когда ни один из старейшин из академии, в которой он учился, уже не мог научить его хоть чему-то! После этого они спросили его, хочет ли он присоединиться к ним как старейшина и вместо собственной учёбы учить других учеников. Это очень впечатляет, не так ли?

«Он был даже лучше директора его академии? Он, должно быть, по крайней мере Высокий Чемпион... интересно!» - подумала Рэйвен, едва заметно кивая головой.

- Правильно, ведь мужчина-целитель настолько изумительный! - саркастически сказал Мартин и закатил глаза.

- Тогда что такое боевой спиритуалист-девушка? Ошибка природы? - возразила Рэйвен, не сумев удержать язык за зубами.

Ларк одобрительно усмехнулся, а Мартин несколько раз смущённо моргнул. В то время как он искал слова, чтобы опровергнуть Рэйвен, все студенты уже взяли по ящику и заняли свои места.

- Хорошо, - снова повторил голос старейшины Уиллоу. - Прежде чем мы начнём, я хотел бы представиться тем из вас, кто, возможно, ещё не знает меня, - он смотрел на всех мальчиков в классе. - Меня зовут Миртус Уиллоу, и я являюсь одним из программы обмена старейшинами с Земной Империей. С прошлого года я преподаю контроль духа на Кафедре Целительства здесь, и с этого времени я буду вести эти занятия. Скорее всего, некоторые из вас будут сомневаться, в силу моего возраста... - Рэйвен заметила, что он на секунду взглянул на неё с вызовом. - Но уверяю вас, очень скоро вы найдёте мои уроки полезными.

«Хм, он слышал меня? - Рэйвен внутренне улыбнулась. - У меня такое чувство, что он нашёл замечание, исходящее от меня, ироничным».

- Если у вас есть какие-либо сомнения в моих способностях - после этого урока, не стесняйтесь, сообщите об этом директору Свону.

- Мы даже не думали об этом, - проговорили девушки в унисон, заставляя почти всех мальчиков повторить за Мартином, закатывая глаза.

Старейшина Уиллоу казался немного удивленным всем этим волнением, но внезапно он стал серьёзен, когда он начал свою лекцию: - До сих пор уроки контроля духа были посвящены внутреннему контролю над вашей духовной сущностью. Хотя такой контроль жизненно важен для того, чтобы как можно быстрее подготовить Божественный навык, но не имея достаточного контроля над своей сущностью, когда она покидает ваше тело, эффект большинства Божественных навыков резко падает, особенно это касается навыков исцеления.

Он сделал паузу и призвал на ладонь шар видимой духовной сущности. Шар приобрёл форму земного шара, затем разделился на десятки меньших глобусов, которые начали летать вокруг него замысловатыми узорами. Рэйвен сосредоточила своё внимание на глобусах.

«Это похоже на процесс, описанный в Пространственном Броске для создания бестелесного тела... »

Старейшина Уиллоу махнул рукой, и глобусы поплыли среди детей и приземлились по одному в ящик.

- С достаточным уровнем контроля вы сможете заставить вашу духовную сущность принять почти физическую форму, даже без использования Божественного навыка, - он щёлкнул пальцами, заставляя глобусы одновременно открыть небольшие защёлки, которые держали ящики закрытыми.

- Так много театральности, - подумала Рейвен, улыбаясь; насколько она могла понять, все эти махания руками, щелчки пальцами и прочая жестикуляция была совершенно ненужной - духовная сущность контролировалась разумом, а не телом.

- К сожалению, есть серьёзные ограничения на то, что вы можете сделать с вашей духовной сущностью без Божественных навыков, но, тем не менее, это хорошее обучение, - глобусы поплыли обратно к старейшине Уиллоу и погрузились в его ладонь. - В коробках вы найдёте инструмент, который поможет вам тренироваться. Вытащите их и свяжите кровью кольцо, которое вы найдёте там же.

Послышался шум, когда дети вытаскивали инструменты из ящиков. Рэйвен с интересом изучала инструмент. Это было похоже на проволоку из какого-то кристаллического материала. Сама проволока была скручена наподобие лабиринта. На одном конце проволоки лежало кольцо, чёрное, как сама ночь. Когда Рэйвен уронила каплю крови из пальца на чёрное кольцо, она почувствовала, что это кольцо вытаскивает часть её духовной сущности, образуя вокруг себя светящуюся сферу. Как она этого захотела, шар двинулся вдоль проволоки, неся кольцо с собой. Сдвинуть сферу было труднее, чем ожидала Рэйвен, но это было определённо управляемо.

- Ваша задача - перенести кольцо с одного конца проволоки на другой в течение одной минуты, - объяснил старейшина Уиллоу, после того, как продемонстрировал. Его чёрное кольцо легко скользило вдоль проволоки. Ему понадобилось меньше тридцати секунд, чтобы закончить.

- Выглядит достаточно просто, - сказал мальчик по имени Робин и начал медленно двигать кольцо. Рэйвен видела, что ему это даётся величиной просто титанических усилий, однако он был переполнен уверенностью. Когда кольцо приблизилось к первому повороту проволоки, Робин не снизил его скорость. Кольцо коснулось проволоки, инструмент громко зашипел, Робин от неожиданности совершенно по-девчачьи взвизгнул, а кольцо вернулось в исходное положение. Девочки разразились хихиканьем.

- Что это было!? - закричал он в шоке. - Моя духовная сущность истощилась!

- Если бы вы позволили мне закончить... - вздохнул молодой старейшина. - Самая сложная часть состоит в том, чтобы не касаться проволоки, ведь любой, даже малейший контакт заставит кольцо вернуться в исходное положение, а проволока высосет часть вашей духовной сущности, что, в свою очередь, сделает следующую попытку контролировать сферу ещё сложнее. Первый студент, выполнивший эту задачу, получит 100 очков за заслуги, второй 50. Тот, кто сумеет сделать это сегодня, получит ещё 100 очков.

Ученики ахнули, и возбуждённый ропот ветром пробежался по двору: 200 очков за заслуги - это то же самое количество, которое получают победители двухмесячного Лунного Испытания. Это было бы гораздо более рационально с точки зрения ресурсов Академии и было пятой частью того, что вам нужно, если бы вы хотели попытаться стать продвинутым студентом - это не было гарантией того, что вас примут, но вам будет разрешено попробовать .

- Вы можете начинать.

У старейшины Уиллоу мелькнула озорная искра в глазах. Он-то знал, что эти дополнительные сто очков сегодня никто не возьмёт, это была всего лишь ловушка, чтобы дети взволновались, и им было труднее сосредоточиться. Он хотел, чтобы они научились трудностям контроля сущности.

Все ученики маниакально сосредотачивались на своих сферах духовной сущности, и, после небольшого количества усилий, кольца внутри них начали двигаться. Однако всего через пару чекунд жужжащие звуки наполнили двор, будто рой пчёл после набега Винни-Пуха. Уже через полчаса дети взмокли от усилий, а их дыхание было таким тяжёлым, будто они пробежали марафон. При этом ни один не прошёл дальше первых трёх изгибов проволоки.

- Да это невозможно! - проворчал Мартин и бросил инструмент на землю.

Внезапный шум заставил большинство других учеников потерять те остатки концентрации, которые они собрали, и сразу же несколько колец одновременно отскочили назад. Все вздохнули от разочарования.

- Теперь не такой дерзкий, да, раб? - Робин не замедлил прокомментировать, заметив, что Рэйвен выглядит такой же усталой, как и все остальные. Возможно, даже немного больше.

Рэйвен проигнорировала его и продолжила медленно двигать кольцо.

- Что? Нет возврата? - рассмеялся друг Робина.

- Тихо, - приказал старейшина Уиллоу, который гулял по двору, иногда давая советы. - Контроль духа - это концентрация и практика. Не тратьте время на болтовню, - он добрался до места, где сидели Рэйвен и её друзья.

- Младший Найт, вы убрали связь с вашим кольцом, - он не спрашивал, но явно не верил увиденному.

Рэйвен сосредоточилась на продвижении кольца по проводу, но вполголоса ответила:

- Да, старейшина.

Судя по судорожному вздоху, старейшина Уиллоу твёрдо убедился в этом и даже сделал несколько шагов вперёд, чтобы удостовериться, что он ничего не придумывает.

- Зачем? - спросил он. К этому моменту весь класс прекратил свои попытки и во все глаза смотрели на Рэйвен и старейшину.

- Старейшина Уиллоу не связывал кольцо, когда демонстрировал.

- Но, это... - тон Рейвен были настолько серьёзен, что старейшина Уиллоу был ошеломлён на мгновение. Этот парень серьёзен? Он действительно не использовал связь с кольцом, чтобы продемонстрировать это, но выполнение упражнения без этого было по крайней мере в десять раз тяжелее!

Рэйвен, разумеется, осознала эту разницу во второй раз, когда она пробовала, но она чувствовала, что обучение в этой форме, будет нужно для её понимания в Пространственном Броске. Кроме того, она предпочла бы медленный прогресс, чем низкую квалификацию.

Старейшина Уиллоу, казалось, собрался: - Младший Найт, пожалуйста, свяжите кольцо снова и выполните задание, прежде чем менять правила! - сказал он строго. Его слова могли показаться грубыми, но в голосе старейшины был намек на волнение; он явно ожидал результатов от Рэйвен.

Остальные ученики не дожидались этого. Некоторые из них насмешливо смотрели на получившую выговор Рэйвен с ещё большим презрением. Другие, как Мартин и Регулус, скорее, выражали жалость. Только Ларк взглянул на Рэйвен и старейшину Уиллоу с каким-то странным выражением, словно он что-то обдумывал.

- Как старейшина прикажет, - голос Рэйвен был лишён эмоций, как и раньше, но внутри она чувствовала сопротивление: «Я надеялась, что он этого не заметит. Ничего, я снова повторю, когда он отвернётся... Я же ничего не выиграю от времени в этой Академии, если не буду заставлять себя выходить за свои пределы!»

Когда Рейвен сбросила свою духовную сущность с кольца, оно вернулась к исходной точке, где Рэйвен снова связала его кровью. Она позволила кольцу колебаться в течение нескольких ударов сердца, чтобы приспособиться к новой связи, после чего начала перемещать его вдоль проволоки, с довольно приличной скоростью. Без заминки кольцо проскользнуло третий изгиб, который никто ещё не сумел пройти.

Когда она прошла четвёртый поворот с лёгкостью, насмешливые улыбки скисли, а жалостливые взгляды превратились в возбуждённые; Мартин даже поднял руку, чтобы одобрительно похлопать Рэйвен по спине, но Ларк быстро схватил его за руку.

- Совсем неплохо для "подделки"... - хихикнули несколько девочек и вкрадчиво покосились на Робина.

Игнорируя всё, Рэйвен спокойной продвигала сферу духовной сущности с кольцом внутри - движение было заметно медленнее, чем когда показывал старейшина Уиллоу, но движение было устойчивым и не было никаких признаков того, что Рэйвен собирается потерять контроль. Даже когда она достигла участка проволочного лабиринта, который был вне её поля зрения, кольцо не дрогнуло.

Через пятьдесят восемь секунд после того, как Рэйвен начала, ярко светящееся металлическое кольцо попало в специальный паз на другом конце лабиринта.

Рэйвен посмотрела на старейшину: - Могу я теперь снять связь, старейшина Уиллоу?

---------

В сотне метров над Небесной Академией, маленькая белая птичка сидела на подоконнике, расположенном на самой вершине самой высокой башни Дворца Индиго. Маленькая птичка сидела там почти целый день и спокойно наблюдала за тем, что происходит внутри.

Неестественно большие карие глаза наблюдали, как женщина по другую сторону оконного стекла часами прохаживалась туда-сюда по вечерам. Она видела, как женщина молча плакала, когда она была одна, но потом улыбалась перед любимой. Она наблюдала, как она много часов спорила с её шпионами.

Хотя присутствие птичкы не осталось незамеченным, никто не обращал на неё внимания; в конце концов, это была всего лишь птичка.

---------

Рэйвен выходила со своего первого урока по духовному контролю, на котором было зарегистрировано 200 очков качества с лицом, напрочь лишённым счастья или хоть какого-то торжества. Она была не из тех, кто интересовался чужим мнением, но растерянные выражения Робина и остальной группы «Он - подделка!» были очень приятны даже для неё.

Однако больше всего ей понравилось то, что после ещё одного часа практики, духовный контроль Рэйвен действительно показал признаки улучшения. Ей ещё не удалось завершить курс, не используя связь с кольцом, но теперь она могла, по крайней мере, справиться и с третьим поворотом, прежде чем изнурение заставило её потерять контроль.

Мартин и Ларк «добровольно вызвались» помочь старейшине Уиллоу отнести ящики назад, поэтому по великолепному саду, который отделял главный кампус от деревянных домов «Старлайт», где проживали старшие и продвинутые студенты, Рейвен шла одна. Ну «одна» было не совсем точно; по всему саду было много учеников, которые сейчас либо тихо занимались медитацией, либо спаррингом с другими учениками.

«Вижу, сплетни здесь расходятся очень быстро...»

Как и раньше, никто не обращался к Рэйвен и предпочитали наблюдать издали, когда она шла мимо, но ученики больше не притворялись, будто она пустое место. Вместо этого они на секунду останавливались и что-то шептали друг другу или просто смотрели на неё пару мгновений. Выражения в их глазах варьировались от отвращения до благоговения, иногда даже с примесью страха.

Слухи о Рэйвене - рабе-клептомане, который наделал себе фальшивого совершенствования и тайно упивающийся смертью маленьких детей, явно достигли всех здесь. Но также все уже знали и о её результатах на уроке, а также о её новом рекорде, который она установила в Башне Духа. Бедные студенты не знали, чему верить.

Внезапно Рейвен почувствовала, как знакомый Высокий Чемпион вошёл в дальний конец сада и направляется к ней. После минутной заминки, во время которой Рэйвен решала, как послупить, она всё же замедлила шаг, словно просто любуясь садом, таким образом позволяя старейшине догнать её, даже не напрягаясь.

- Младший ученик Найт, - послышался дружелюбный голос вице-директора Гадваля. - Если вы задержитесь в саду слишком долго, вы опоздаете на урок.

Рэйвен слегка дёрнулась, как будто испугалась, прежде чем повернулась и поклонилась:

- Заместитель директора Гадвалл, - сказала она холодным тоном, прежде чем выпрямилась и посмотрела на него такими же холодными, как и тон, глазами.

Этот человек может быть не таким проницательным, как Рэйвен, но он не пропустил её холодного отношения. Любопытный свет в его глазах потускнел, и сменился озабоченностью. Он заботливо спросил:

- Что-то не так, младший Найт? Были ли у вас какие-то неприятности, пока вы выбирали Божественные навыки этим утром?

Рэйвен почти рассмеялась над иронией своего предположения, но на её лице не было никаких следов юмора:

- Нет, заместитель директора Гадвалл, у меня не было проблем в библиотеке.

- Тогда в чём дело? - глаза Гадвалла вдруг загорелись пониманием. - А-а-а, я понял. Слухи о вашем прошлом... да, это очень печально... но всё это будет забыто через несколько дней, я уверен, - он тепло улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить её плечо, но она увернулась.

- При всём моём уважении, я предпочёл бы, чтобы заместитель директора Гадвалл, директор Свон и старейшина Кагу сохранили моё прошлое в секрете.

Брови Гадвалла нахмурились.

- Я могу заверить вас, что так и было, младший Найт. Такие секреты - это не то, что можно рассказывать! Возможно... возможно, ваши "дяди" слишком много выпили, празднуя, и... - он не закончил предложение, но его намёк был понятен.

Холодный взгляд Рэйвен, казалось, слегка смягчился:

- Может быть... - со вздохом согласилась она. Однако внутренне она не могла согласиться с этим.

«Неважно, насколько они пьяны, они никогда не скажут ни слова... Но если Гадвалл прав, тогда как это получилось?»

- Хорошо, - принимая реакцию Рэйвен, как знак того, что дело решено, Гэдвалл указал на юг. - Я думаю, нам в одну сторону.

Несколько минут спустя, под руководством заместителя Гадвалла, Рейвен подошла к высотному зданию, где обучались продвинутые классы. По пути Рэйвен узнала, что обычный учитель для продвинутого класса сейчас был слишком занят, так что Гадвалл заменял его. Также она узнала, что, если руководящий старейшина не запланировал что-то особенное, продвинутый класс должен был обучаться индивидуально. Именно по этой причине он хотел, чтобы Рэйвен выучила по крайней мере один Божественный навык перед сегодняшним уроком.

Внутри их встретили тринадцать молодых людей разного возраста и совершенствования. Если бы у кого-то из них было такое же восприятие, как у Рэйвен, они бы не сумели пропустить ту кровожадную ауру, которая появилась в комнате, как только Рэйвен увидела своего кузена.

Данлин стоял спиной ко входу, разговаривая с черноволосым Джейком Тануки из Земной Империи, но обернулся, когда услышал, что двери открываются.

На мгновение взгляды их встретились.

На мгновение Рэйвен задумалась: вдруг это урод, один из двоих живых на данный момент людей, кто видел её лицо, пусть она и была малышом на тот момент, узнает её? Но взгляд Данлина просто презрительно посмотрел, прежде, чем он отвёл взгляд с притворным безразличием.

Сдерживая желание вытащить меч и нанизать на него кузена, Рэйвен вместо этого посмотрела на Джавелина, который тоже перестал разговаривать со своим другом при звуке открывающихся дверей. Их взгляды встретились, и Джавелин смиренно улыбнулся ей; он выглядел немного усталым, но в его взгляде было видно и сожаление, которое касалось вчерашних событий.

Рейвен кивнула ему, молча согласившись забыть обо всём, и собиралась уже идти дальше, когда Джек Тануки подтолкнул Данлина. Вместе они низко поклонились и закричали почтительным тоном:

– Продвинутый класс приветствует заместителя директора Гадвалла!

Остальные студенты быстро последовали этому примеру, но Рэйвен заметила, что не все были довольны руководством Данлина и Джека, хоть и тщательно скрывали это.

– Приветствую студентов, – молодёжь напряглась при ответе Гадвалла.–Я нашёл ваше новое дополнение по дороге сюда, о котором, я уверен, вы все уже слышали, –Гадвалл тепло улыбнулся, и Рейвен подумал, что поняла двойной смысл его слов. – Вы хотите представиться, младший Найт? – спросил он.

«Не совсем», – подумала Рэйвен, но пожала плечами и ответила.–Рэйвен Найт. Первый год. Высокий Новичок Духа.

Гадвалл подождал немного, прежде чем понял, что хотела сказать Рэйвен. – А... ну, да, прямо в точку. Хорошо. Почему остальные не повторяют вежливости?

От заместителя директора больше не требовалось никаких подсказок; один за другим все представились по имени и рангу спиритуалиста. Из того, что Рэйвен уже знала об ожидаемом уровне совершенствования студентов в Небесной Академии, эти тринадцать молодых людей действительно были на ступеньку-другую выше их сверстников. Самый старший ученик, восемнадцатилетний мальчик, который был похож на медведя, даже стал Чемпионом Духа и приближался к Среднему Чемпиону, что, по идее, не светило даже талантливым ученикам Небесной Академии до двадцати пяти лет.

Представления продолжались, от самых младших к самым старшим, в конечном итоге пришло время четверокурсников, но прежде, чем Джавелин или Данлин высказались, черноглазый студент по обмену взял слово.

– Джек Тануки, третий год, средний Адепт,– его бесконечно чёрные глаза вонзились в Рэйвен, как будто она осмелилась противостоять ему или ущемить его честь и доблесть. Рэйвен, однако, не показала никакой реакции; хотя его совершенствование было впечатляющим для того, кому ещё нет одиннадцати лет, у Джавелина было почти такое же самосовершенствование, а он был ещё моложе.

К тому же, она уже узнала о совершенствовании Джека на банкете вчера, так чему тут удивляться? Следующее приветствие, однако, удивило её.

– Данлин Тэйлон, четвёртый год, средний Адепт.

«Какой?» – Рэйвен нахмурилась, когда услышала. Она оглядела комнату, но никто не отреагировал на заявление Данлина. – «Почему никто не опровергает это? Он явно только низкий Адепт!»

Она сосредоточила свои чувства на его ауре, но, как бы она ни старалась, духовная сущность Данлина была настолько светло-розовой, что казалась почти белой.

– Что касается младшего Хека, я полагаю, вы уже знакомы с ним, поскольку вы – соседи по комнате, – внезапно Гадвалл положил конец знакомству, нарушив размышления Рэйвен. – Сейчас ваш учитель занят, поэтому сегодня я буду следить за вами.У меня не приготовлено ничего особенного, поэтому перейдите в свои комнаты, а я скоро буду. Младший Хек, ваш номер ближе всего к комнате младшего Найта. Покажете ему дорогу, не так ли?

– Да, заместитель директора, – ответил Джавелин, но Гадвалл уже исчез в коридоре.

Продвинутые студенты изучали Рэйвен мгновение, прежде чем направились к ближайшей лестнице. Рэйвен не сомневалась, что эти люди слышали все слухи о ней, но все они считались гениями среди гениев. Она предположила, что для них, независимо от того, были слухи истинными или нет, единственное, о чём они заботились –это их личная сила. Прямо сейчас, Рэйвен была самой слабой в классе – как единственный человек, предположительно, ниже уровня Адепта – и поэтому мало заботила их.

Ну, почти все заботились только о силе. На пути к лестнице Рэйвен и Джавелин проходили мимо Данлина и Джека, когда тот хихикал

– Раб и солдат, соседи по комнате... как уместно, оба рождены, чтобы выполнять приказы!

Пока они смеялись, Рэйвен заметила, что кулаки Джавелина сжались, когда он остановился на месте и повернулся к ним лицом.

– Что, солдатик, хочешь спросить разрешения говорить? – спросил Данлин, и они снова засмеялись.

Джавелин сделал широкий шаг в ихсторону, и на мгновение Рейвен подумала, что он может ударить кого-то из них. Вместо этого он прошёл между ними и ударил кулаком в стену позади них.

– Во-первых, – сказал он ровным голосом. – Даже если бы я был солдатом, мне не пришлось бы просить у вас разрешения хоть на что-то, так как вы не мои офицеры. Во-вторых, – голос Джавелина стал чуть агрессивнее. – Никто не рождается, чтобы быть рабом!

С этими словами он вернулся к Рэйвен и потянул её вверх по лестнице, прежде чем Данлин и Джек получили возможность ответить. Когда они достигли второго этажа и свернули в боковой коридор, Джавелин, наконец, понял, что всё ещё держит руку Рэйвен и быстро отпустил её.

– Извини, – сказал он и отвернулся от неё.

– Почему ты извиняешься? Они придурки... – Рэйвен казалась равнодушной, но внутри она чувствовала себя странно счастливой; это был уже второй раз, когда Джавелин поддержал её– не то чтобы это было необходимо, но всё-таки это было мило.

– Да нет… – уши Джавелина слегка покраснели, и он поднял руку, чтобы почесать себе затылок. – Не то, чтобы... Они будут мстить нам обоим за то, что я сказал. Обычно лучше просто позволить им быть занозами в заднице в их собственном маленьком мире, а затем получить лучшие оценки во время Лунного испытания, но я...

Улыбка на губах Рэйвен была слишком маленькой, чтобы Джавелин заметил её. «Он постоянно чешет голову всякий раз, когда смущён», – с удивлением заметила она, прежде чем прервать его, спросив:

– Каким же образом?

– Ну, клан Тэйлон руководит префектурой Найтин... я имел в виду префектуру Блэк Тэйлон. Так что Данлин влияет на многих из учеников здесь, почти треть их из кланов, которые по закону имеют более низкий рейтинг. Джек – он может,и студент по обмену, но дома его клан тоже благороден, а его отец – один из трёх Высоких советников Земной Империи, так что найдётся много тех, кто будет на его стороне. И слишком открыто идти против них – это не очень хорошая идея.

– Тогда как насчёт группы «анти-снобов»? Это довольно-таки открыто...

– Хотя близнецы Грифоны – наследники самого Лорда Префектуры, они дружелюбные, и не считают себя выше кого-то. Только... их личная сила не идёт в сравнение.

Рэйвен поняла сразу; пока была толпа, близнецы могли использовать свой собственный статус в качестве контрмер этим придуркам, но они не были достаточно выдающимися личностями, чтобы самим созвать преданных последователей.

Рейвен равнодушно пожала плечами.

– Пусть попробуют! Если они начнут драку, у меня не будет причин сдерживаться – даже как высокий Новичок, я смогу надрать им задницы.А если они будут использовать какие-то другие уловки... Ну, они не единственные, кто может играть в эту игру. Я тоже знаю правила, и поддаваться не собираюсь.

Джавелин показал Рэйвен на её комнату совершенствования, прежде чем ушёл в свою. Когда Рэйвен вошла в комнату, она почувствовала, как ее ограничители внезапно тяжелым грузомупали на лодыжки, из-за чего ей стало трудно ходить. Оказалось, что одно из «выгодных обстоятельств», о которых ранее говорил Гадвалл, было чем-то вроде увеличения гравитационного поля. Каждая клетка в теле Рэйвен напряглась от дополнительного давления, и обычно десятикилограммовые ограничители теперь весили, возможно, раза в три больше.

Помимо тяжести, в комнате было собрано множество духовной сущности, только и ждущей, чтобы её поглотили. Такая высокая концентрация увеличивала выносливость на занятиях в этих помещениях.

«Тренировки здесь, безусловно, принесут свои плоды!» – Рэйвен не стала скрывать широкой улыбки на лице. – «Может, мне снять блок с моего совершенствования? Это улучшит результаты...»

Когда она уже собиралась пойти на это, весёлый голос позади неё произнёс:

– О чём ты только думаешь, младший Найт?

Вздрогнув, Рэйвен обернулась, чисто инстинктивно, вытаскивая клинок из своего пространственного кольца, и позволила своей духовнойсущности пропитать клинок.

– Ха-ха, извините, я не хотел вас напугать. Я предположил, что младший Хек предупредил вас о том, как эти комнаты работают.

Рейвен вздрогнула от вида изумлённой фигуры заместителя директора Гадвалла. Его тело казалось почти прозрачным, и он завис над дверью; от него не чувствовалось никакой духовной сущности – по крайней мере, духовной сущности, принадлежавшей живому человеку.

– Это похоже на голограмму из моего старого мира, –подумала она, смутилась и попыталась спрятать клинок за спину, отходя в сторону, одновременно внимательно изучая изображение Гадвалла под другим углом.

Однако Гадвалл заметил её внутреннюю борьбу и улыбнулся, а в его глазах снова появилась пытливая насмешка.

– Вам нелегко передвигаться, не так ли? Добро пожаловать в комнату давления, где вы становитесь сильнее, так же, как и давление, которое вы испытываете. Здесь вы будете тренироваться в течение двух часов каждый день, пока вы в продвинутом классе. Не похоже, что это много, но большеваше тело не сможет принять. Пока вы тренируетесь здесь, вы сможете получить наставления от старейшины всегда, когда это будет необходимо.

«Так много для обучения в полную силу...»

– Обычно мы спокойно наблюдаем и вмешиваемся только тогда, когда считаем, что это будет выгодно, – продолжил Гадвалл. – Я рекомендую вам начать обучение с чего-то простого, пока вы не почувствуете себя в форме. Обратите внимание – когда вы хотите начать практиковать свои новые Божественные навыки, я помогу вам с этим, –образ Гадвалла исчез, но Рэйвен предположила, что он всё ещё может видеть её.

«Ну, это лучше, чем ничего», – подумала Рэйвен и сделала, как ей сказали.

–––––––––

После двух часов переключения между энергичным обучением теневому шагу и спокойным размышлением о пространственном рывке Рейвен вышла из своей комнаты. Всё тело её стало таким лёгким, что, казалось, она сейчас взлетит. Каждая клетка её тела болела. Добравшись до лестницы, она на мгновение остановилась, подумав, стоит ли ей спуститься самой или подождать Джавелина. Она выбрала первое и, заставляя мускулы в её теле двигаться плавнее, спустилась по лестнице.

Как только она вышла на первый этаж, два человека, которые «прятались» по обеим сторонам лестницы, вышли вперед, преградив ей дорогу. Их объединённая духовная сущность тяжёлым грузом упала на неё, из-за чего она чувствовала себя так же, как будто она ещё была в комнате Давления.

– Могу я помочь вам, Старшие? – спросила она, пока её холодные кроваво-красные глаза осмотрели кузена и его сообщника.

Джек слегка нахмурился, увидев, что их давление духовной сущностью никак не повлияло на неё, но Данлин, казалось, этого не заметил.

– По крайней мере, раб знает, что мы его хозяева, – засмеялся он и похлопал Джеку по плечу. – Используй свой маленький мозг, чтобы следовать нашим указаниям и, в будущем, мы позволим тебе забыть нас пораньше.

– Я сказал "Старшие", – безучастно поправила Рэйвен.

– А? – моргнул Данлин, а Джек прищурился.

– Я назвал вас Старшими, как людей старше меня по возрасту, а не как кого-то выше меня. Хотя, судя по тебе, интеллектом я уже выше...

Лицо Данлина стало ярко-красным от ярости. Рэйвен заметила, что его розовая духовная сущность собралась у него на кулаках, и теперь, когда он контролировал её напрямую, Рейвен могла почувствовать что-то ещё, темное и смешивающееся с ней. Внезапно она вспомнила о дуэли Данлин против её брата.

«Связано ли это с тёмной сущностью, которую я ощутила тогда? Но тогда это было не так ощутимо...»

Пока Рэйвен обдумывала это, Данлин собрался использовать свою духовную сущность, чтобы ударить её, но Джек остановил его. Его глубокие чёрные глаза скучающе оглядели Рэйвен, когда он наклонился чуть ближе.

– Остряк? Это не спасёт тебя здесь, маленький раб. Что ты будешь делать, если каждый студент будет презирать тебя и хотеть навредить тебе? Делай, как мы говорим, или мы это сделаем.

Рейвен тупо уставилась на парочку. На их угрозы она хотела плевать, но больше всего она хотела просто избить их или рассмеяться над тем, как глупо, по-детски, звучали их угрозы. Она посмотрела на Данлина.

«О, я определённо хочу избить их! Но...»

– Старшие, я уверен, вы слышали слухи обо мне. А, как говорят, дыма без огня не бывает, – эти двое выглядели немного смущёнными. Рэйвен вздохнула и закатила глаза. – Если вы хотите запугать меня, вам нужно постараться придумать что-то страшнее, чем мелкие угрозы в адрес моей репутации. Кроме того, вы не боитесь, что над вами самими будут ржать за то, что вы вдвоём издеваетесь над кем-то почти вдвое младше?

Рэйвен едва не рассмеялась, увидев, что гнев Данлина и Джека достиг точки кипения, но прежде, чем они успели двинуться, она склонила голову и чуть громче сказала:

– Благодарю вас за ваши наставления, заместитель директора!

Удивлённые, мальчики повернулись к коридору, в который Гадваль ушёл намного раньше, но коридор был пуст. Смутившись, они ещё пару секунд смотрели в коридор, прежде чем сердито повернулись обратно к Рэйвен, но её уже след простыл, а парадная дверь была приоткрыта.

– Вернись, маленький ублюдок! – закричали они и выбежали следом за наглецом.

Когда они ушли, маленькая фигурка появилась из тени на другом конце комнаты.

– Любители, – пробормотала Рэйвен.

–––––––

Так проходили дни; в течение дня она посещала занятия, а в полдень сидела в Божественной библиотеке и учила всё новые навыки – к её великому удивлению, сотрудники убрали весь беспорядок после первого её посещения, приказав студентам разложить свитки там, где они лежали, после их чтения. К всеобщей радости, уроки боевой стратегии перешли от кратких уроков истории к реальным стратегиям сражений, и первогодок начали учить, как эффективно атаковать и защищаться. Излишне говорить, что Рэйвен ярко "светил" и здесь. Однако, поскольку "он" якобы была воспитан наёмниками, люди не удивлялись.

Вне занятий Рэйвен пользовалась её сильнейшими чувствами, чтобы постоянно избегать этих аристократов, которых всё больше раздражала невозможность заставить Рэйвена или Джавелина самостоятельно покинуть свою комнату, без близнецов или старейшин поблизости. Было почти жутко, когда они подумали, что преуспели, когда старейшина на несколько секунд зашёл за угол. Что касается её новых друзей, то они быстро привыкли к внезапным подсказкам Рейвен о том, что нужно уйти и куда, и даже находили некоторое развлечение в этом.

Что касается дальнейших слухов, которыми Данлин и Джек угрожали, Рэйвен пришлось признать, что на неё произвело большое впечатление безумие всего этого. К настоящему времени они уже закончили рассказы, о которых говорил Хог, и перешли к чистым выдумкам. Были даже те, кто обвинял Рэйвен в людоедстве – что она ела детей на завтрак.

– Чёрная Ночь Младенцев, крадёт младенцев в ночи! Но поднимите вилы, и он обмочит портки! – начинали наперебой скандировать эти неугомонные, когда Рэйвен проходила мимо.

Однако, несмотря на все усилия пары, слухи не могли прочно засесть в мозги тем, с кем Рейвен фактически поддерживала тесный контакт. Частично это было связано с тем, что Джавелин и близнецы помогали ей, но в основном это было потому, что доблесть Рэйвен, как в групповых боях, так и в контроле духа продолжала поражать своих одноклассников. Кроме того, в то время как Рэйвен определенно действовал холодно и отдалённо, она никогда не вкладывала в слова двойного смысла и не лгала, и, иногда давала полезные советы и указания, в результате чего те же одноклассники начали симпатизировать ей. В конце концов, даже брат и сестра Сарус и команда Робина перестали сплетничать о ней.

Пока Рэйвен ждала, что Хацин вернётся с информацией об измене императрицы, она тратила всё дополнительное время, которое у неё было на то, чтобы выяснить, как информация вышла за пределы офиса директора. К сожалению, из-за попыток проникнуть внутрь, Рэйвен оказалась в тупике. Никто из присутствовавших людей, похоже, не собирался распространять информацию, а все старейшины, с которыми она встречалась, как будто слышали слухи от учеников.

На восьмой день после того, как она поступила в Небесную Академию, ей всё ещё не удалось получить больше информации об источнике слухов. Однако она узнала, что всего было четыре старца, чьи имена начинались на нужную букву (примечание переводчика: в оригинале - на "W"), и трое из них не были из Небесной Империи. Сейчас она сидела в своей комнате в общежитии, раздумывая над листом бумаги с информацией об этих троих, когда она посмотрела на окно с улыбкой на лице.

Она встала и подошла к окну. Открыв его, она протянула тонкую руку. Через несколько секунд маленькая птичка приземлилась на неё.

– С возвращением, старший брат, – Рэйвен вернулась к столу, но оставила окно открытым. – Как прошла твоя неделя?

Хацин, казалось, насмехался над Рэйвен.

«Утомительно. Но я проникся уважением к шпионам... »

– Тебя не было дольше, чем я ожидала – ты узнал что-нибудь о ситуации с императрицей Нене?

«Ну... и да, и нет... Я немного смущён».

– Расскажи мне.

«Обвинения против императрицы строятся на том, что она якобы пыталась продать секрет воспитания Ястребов Эвереста и других птиц-духовых зверей старейшине совета Морской Империи»

Рэйвен уставилась на брата.

– Это серьёзные обвинения... – сказала она тяжёлым голосом.

Секретные методы воспитаниялетающего духовного зверя, который мог контролироваться любым спиритуалистом, были тщательно охраняемы, и, хотя полностью взрослые звери могли быть проданы другим империям, продатьсекреты воспитания – это государственная измена. Как говорится: дай человеку рыбу и накормишь его на один день, научи его ловить рыбу и он будет сыт всю жизнь. Небесная Империя не имела намерения позволять другим народам быть сытыми всю жизнь без её помощи.

«Это так, и доказательство против неё почти идеально: десятки писем, запечатанных духовной сущностью императрицы, и подготовленные свитки с подробным описанием того, как поднимать зверей. Даже очень надежные свидетели утверждают, что видели, как Императрица встречается с иностранцем в таверне на Деловом уровне!»

Рэйвен нахмурилась. Свидетели и подготовленные свитки можно было бы подделать, но запечатывать письма чьей-то духовной сущностью? Она не думала, что это возможно.

– Ты сказал, что это почти идеально?

«Это та часть, которая меня смутила», – подтвердил Хацин и крылом погладил себе клюв в очень человеческом жесте. – «Дело в том, что, несмотря на уверенность шпионов, что собранная ими информация действительно верна, сам Император не верит, что Императрица виновна»

– Человек может быть ослеплен любовью, – признала Рэйвен, хотя она не хотела признавать, что это означало вину Императрицы.

«Я не думаю, что это так. Я слышал, как они спорили обизменении правил как Империи Земли, так и Морской Империи. Очевидно, это было в предельной тайне, так что никто, кроме правителей, не должен был знать об этом. По уважительным причинам, поскольку одна из вещей, которые они обсуждали, были секреты империй. Были предложены воздушные духи, но другие императоры фактически отклонили это предложение»

Рэйвен молча слушала.

– И поэтому Император верит, что Императрица невиновна?

«Конечно, нет. Императрице просто нет смысла продавать секрет кому-то, если тот уже отказался от него»

Рэйвен помолчала ещё. Она могла придумать много причин, по которым такая продажа могла быть произведена даже после того, как другие правители не проявили интереса. Во-первых, нет гарантий, что только потому, что император сказал «нет», все в его империи согласятся. А во-вторых, даже если вы сказали «нет» по политическим причинам – это не обязательно означает, что вы на самом деле этого не хотите.

– Ты узнал, что Императрица пыталась получить за свою «измену»? – наконец спросила она.

Хацин помотал головой вправо-влево.

«Они не говорили об этом. А прочитать какие-то документы на столе с другой стороны окна немного... затруднительно»

«Интересно, – подумала Рейвен. – Мы говорим обо всём этом так подробно, но не имеем понятия, чем это обернётся для Императрицы? Это потому, что они не знают, или потому, что она выиграла? А вдруг это то, чего она на самом деле хочет?»

«Так что теперь, сестра? – спросил Хацин. – Император хотел отказаться от обвинений, но Императрица сказала, что это неразумно, пока они не узнают, кто пытался подставить её и почему»

– Это не такое уж плохое решение: если император слишком легко простит свою жену, это может привести к недовольству на его дворе. Возможно, это то, о чём и идёт речь…

Рэйвен помолчала и посмотрела в сторону двери.

«Как думаешь, ты сможешь спереть доклад главного шпиона, старший брат? Я бы хотела его прочесть» – Рэйвен обратился прямо к разуму Хацина.

«Я могу попробовать, – ответил он, глядя на неё с недоумением, – почему переключилась на телепатию?»

«У нас компания»

Рэйвен подошла к кровати и села, скрестив ноги, с Хацином на коленях. Как только она глубоко вздохнула и закрыла глаза, дверь комнаты открылась, и вошёл Джавелин. Очевидно, он только что вышел из душа, так как его золотистые волосы были влажными и с них капала вода. Пушистое полотенце было обернуто вокруг его талии, не скрывая загорелый торс и хорошо развитые мышцы. Джавелину, может быть,и было только десять лет, но по меркам старого мира Рэйвен никто бы не поверил, что ему меньше пятнадцати.

------

Джавелин остановился, когда увидел, что Рэйвен сидит на кровати, казалось бы, медитируя. За прошлую неделю не сделала ничего, чтобы изменить тот факт, что его сердце снова пропустило удар, когда он увидел этого красноглазого юношу. Эта реакция продолжала раздражать его, и, если бы Рэйвен не был его соседом по комнате, тогда, возможно, Джавелин просто стал бы полностью избегать этого невнятного парня, но, раз уж вы соседи по комнате – этот трюк не пройдёт.

Глаза Джавелина наконец выхватили маленькое белое существо, сидящее на колене Рэйвена.

– О, ты вернулся... Цин, не так ли? –Джавелин подошёл ближе, чтобы достать чистый халат. – Ты изучали Небесный город?

Как только Джавелин начал переодеваться в свою чистую одежду, он услышал громкий писк позади себя и посмотрел через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как белая полоса приближается к нему с поразительной скоростью. По наитию, Джавелин активировал свою духовную сущность и сформировал лёгкий золотой щит между ним и приближающимся снарядом.

Рэйвен внезапно открыла глаза и закричала: – Стой!

В следующее мгновение она появилась рядом с Джавеллином и врезалась ему в бок, заставив его – и его щит вместе с ним – отступить на несколько шагов в сторону. Спустя миллисекунду белое тело Хацина на приличной скорости пролетело в сантиметре от щита Джавелина.

– Какого чёрта ты делаешь?– сплюнула она.

– Извини, – проворчал Джавелин, развеивая щит. – Я сделал это на рефлексе.

– Да не ты, – сердито ответила Рэйвен и ткнула пальцем в сторону парящей птицы. – Ты! Он Средний Адепт духа, ты, птичьи мозги, неужели ты думаешь, что сможешь причинить ему боль?

«Но он собирался... » – Хацин начал было защищаться, но Рэйвен прервала его.

«Я хорошо знаю, что он собирался сделать, но если бы ты с такой скоростью врезался в его Божественный Устричный Щит, от тебя бы осталась пара перьев и мокрое место!»

Хацин в испуге полетел и скрылся за спиной Джавелина.

«Прости, я тоже действовал только по рефлексам!»

– Рефлексы-хуексы! Я тебе перья из жопы повыдёргиваю! – Рэйвен шагнула к Джавелину, в то время как последний смотрел на приближающегося юношу странным взглядом.

Односторонний разговор между Рэйвен и птицей, который он слышал, сильно сбивал его с толку. Даже игнорируя тот факт, что Рэйвен, казалось, разговаривал с птицей, Джавелин никогда раньше не видел, чтобы Рэйвен выказывал такие эмоции – это и показалось ему странным, и внезапно ему стало немного больно.

«Найт, кажется, очень любит эту птицу... Почему птица?» – Джавелин нахмурился. Почему его это вообще заботит?

«Найт, кажется, очень любит эту птицу... Почему птица?» – Джавелин нахмурился. Почему его это вообще заботит?

Когда Рэйвен хотел было протянуть руку за спину Джавелина, чтобы схватить пищащую птицу, Джавелин решил вмешаться. Он поймал запястье Рейвена и посмотрел в кроваво-красные глаза, которые всегда казались такими холодными. Краткий миг удивления вспыхнул в них, прежде чем они неодобрительно посмотрели на него.

– Не нужно так злиться на маленькую птичку, Найт, – сказал Джавелин. –Я уверен, что она не хотела причинить вреда.

Красные глаза ещё несколько секунд смотрели на него со злостью, но потом гнев утих.

– Ну, если ты простил его, то и я тоже...

Птица приземлилась на плечо Джавелина, и в комнате воцарилась тишина. Джавелин чувствовал странную пустоту, продолжая смотреть в глаза Рэйвена.

– Теперь ты можешь отпустить меня, Джавелин, – голос Рэйвена вернул его к реальности, и он быстро шагнул назад, используя руку, которой держал Рэйвена, чтобы почесать себе шею.

– Сегодня вечером я навещу своих дядюшек, – сказал Рэйвен и двинулся к двери. – Увидимся завтра! – со свистом Рэйвен вышел из комнаты, а за ним вылетела и белая птица.

Оставшись в своей комнате, Джавелин посмотрел на свои руки, прежде чем вздохнул от разочарования. «Что происходит со мной?» – удивился он. – «Меня бесит, когда этот пацан рядом, но я разочарован, когда он уходит». Джавелин опустился на кровать. Он рассеянно вытащил из тумбочки ящик и взял оттуда браслет. Он возился с ним, рассеянно глядя на противоположную кровать.

Внезапно его глаза блеснули, и он встал. Активировав свою духовную сущность, он бросился к кровати Рэйвена. Нахмурившись, он повернулся и бросился назад, используя один из своих наиболее тренированных навыков передвижения, которое заставило маленькие вспышки молний выпрыгивать из ступней его ног. Он почти мгновенно появился у своей постели, но он нахмурился ещё больше.

«Каким хреном этот Найт успел добраться до меня так быстро? Он начал двигаться, только когда я активировал Устричный Щит, но всё же успел раньше этой бешеной птички. Даже с моей скоростью,с использованием Божественного Навыка я успеваю.А время реакции? И, кстати, я едва ощутил, что используется духовная сущность!»

Джавелин в шоке уставился на дверь, за которой исчез Рэйвен. Его губы медленно растянулись в улыбку, и он рассмеялся.

«Ха-ха-ха, думаю, у Найта есть ещё пара секретов в рукаве! Он ещё покажет нам…»

–––––––––

Через полчаса, темноволосая фигура Рэйвен мелькала в свете уличных фонарей Делового района. По дороге сюда, Рэйвен переоделась в более неприметную одежду, а Хацин продолжал рассматривать детали.

«Разве мы не увидим наёмников?» – спросил он, всё ещё сидя на плечеРейвен.

«Конечно, нет! Прошла только неделя ...» – мысленно ответила Рейвен.–«Кроме того, я получила письмо, в котором говорилось, что их должны отправить в командировку, так что их нет в городе сейчас»

«Тогда куда мы идем?»

«Я направляюсь в таверну, где Императрица встречалась с иностранцем»

«Чёрный Орёл? Это едва ли подходящее место для молодой девушки!» – возразил Хацин.

Рэйвен только фыркнула: «Пока я собираюсь найти этого свидетеля.Я бы хотела, чтобы ты полетел в наш старый особняк клана.Я слышала, что клан Тэйлон обжил его. Не заходи внутрь, просто наблюдай, кто приходит и уходит. Самое времяначать больше узнавать о наших врагах»

Глаза Хацина сразу стали торжественными, и он кивнул, прежде чем быстро улететь в сумрачное небо.

Буквально через пару минут Рэйвен дошла до таверны. Чёрный Орёл был расположен на одной из немногих неосвещенных улиц Делового уровня, но, несмотря на свое уединённое расположение, дела здесь процветали – если золотая краска, щедро украшающая фасады всех магазинов, была хоть каким-то показателем. В тёмном углу улицы, Рэйвен некоторое время наблюдала за зданием, прежде чем поднять шарф, чтобы закрыть нижнюю половину её лица и войти в таверну.

Сразу же запах бродивших напитков атаковал её нос. Однако, помимо запаха, интерьер был удивительно хорошо организован со множеством маленьких кабин, и все гости говорили относительно тихо, эффективно утопая в громкой музыке, которую предоставляла группа явно неквалифицированных молодых людей.

«Это довольно хорошее место для тайных собраний», – подумала Рэйвен, когда она огляделась. Немного расслабив мышцы, из-за которых она была похожа на парня, она прошла к бару, специально допуская расхлябанность в движениях. Любой, кто увидел бы её, мог бы предположить, что она, возможно, была учеником-шпионом; достаточно подготовлена, чтобы частично скрыть свой пол, но слишком молода, чтобы знать, как не привлекать к себе внимание.

За стойкой стоял человек-ласка, который так напомнил Рейвен о человеке-крысе, которого они встретили в Кинг Гроув, и она поняла, что они родственники. Мужчина взглянул на Рэйвен сквозь грязные очки, осмотрел её, прежде чем наклониться над прилавком, чтобы прошептать в ухо Рэйвен: – Чим мог пмочь, мисс?

Рэйвен отскочила, будто в удивлении и маленький участок кожи, которую она "случайно" показала, слегка покраснел.

– Так очевидно, да? – она пробормотала про себя, но ласка, конечно, расслышал её. Он рассмеялся.

– Не волнуйся, у тебя всё получится, – сказал он гораздо теплее, чем ожидала Рэйвен, и его акцент исчез.

– Твой акцент... – начала она, но он прервал её.

– Чем я могу вам помочь? – снова спросил он, игнорируя её вопрос.

Проверяя, на месте ли шарф и капюшон – к большому удивлению бармена, Рейвен снова приблизилась.

– Мой началь... я имею в виду, мой работодатель хочет устроить встречу с иностранными друзьями, чтобы обсудить пару личных дел, но эти друзья могут быть... не дружелюбными, – она нервно огляделась.

– Значит, он хочет встретиться где-нибудь публично, но... не слишком публично, я прав? – бармен, разумеется, понял, и Рейвен вздохнула с облегчением.

– Они не будут выделяться? – она спросила. – Иностранцы, я имею в виду...

– Ну, у нас их здесь не так много, но в последнее время... – человек остановился посередине фразы, как будто вспомнил что-то. – Всё будет хорошо, – успокоил он.

– А если... просто если... так вот, если мой работодатель – женщина?

– Ах, ну, так будет сложнее. У нас не было женщин здесь много лет, – улыбнулся он и посмотрел на Рэйвен. – Ну, по крайней мере, не совсем взрослых.

– В самом деле? Мне казалось, я слышал, что одна была здесь недавно... –снова пробормотала она.

– Как неудачно, – сказала Рэйвен и попыталась выглядеть немного несчастной и повернулась, чтобы уйти. Хотя она, казалось, перестала обращать внимание, она не упустила внезапного изменения поведения мужчины, когда он вздрогнул будто бы от удивления и страха.

– Подождите, – крикнул он, заставив Рэйвен повернуться к нему.

– Да? – спросила Рэйвен с глазами, в которых мелькнула надежда.

– Ах, нет, ничего, – нервно сказал ласка. – Удачи!

Под шарфом Рэйвен расплылась в улыбке.

«Он помнит об иностранцах, но забыл, когда женщина последний раз была в его таверне? Скорее всего, доля правды о его заявлениях о встречах с иностранцами есть, но императрица, скорее всего, не участвовала...»

Рэйвен слегка поклонилась и снова повернулась, чтобы уйти. Как только она положила руку на дверную ручку, всё её тело замерло. В одном из углов таверны двое мужчин, которые слегка загорелись дискуссией об азартных играх. Ранее Рэйвен проигнорировала их, но их последняя фраза привлекла её внимание:

– Я говорю тебе, что бой будет сфальсифицирован. Ни в коем случае этому ублюдку Найтингейлу не позволят победить. Особенно, если против Тэйлона, – сказал первый.

– Фальсифицирован? Дерьмо! С чего бы Фискал потребовал, чтобы матч был подстроен для его победы? – опроверг второй.

– Хорошо, тогда мы согласны, ещё один упрямый Найтингейл сегодня сдохнет!

Даже не взглянув на двух мужчин, которые обсуждали якобы неизбежную смерть одного из сторонников её семьи, Рэйвен спокойно вышла из Чёрного Орла. Для неё пребывание внутри или снаружи таверны не имело большого значения – она ​​всё равно услышала бы, что говорят, если она осталась достаточно близко.

Выйдя наружу, Рэйвен быстро повернула вправо и обошла угол здания, растворившись в темноте переулка.

– А есть другие интересные бои, о которых я должен знать? – двое мужчин отошли от своего разговора относительно Найтингейл против Тэйлона. Ни один из них не был спиритуалистом и, скорее, казалось, что они просто стараются выжить, делая ставки на драках спиритуалистов.

– Не совсем. Лимпкин скоро вернется, но его шансы слишком низкие, чтобы это было действительно интересно.

– А кто-нибудь из новичков?

Разговор длилсяещёпару минут. Договорившись встретиться за час до начала боёв, они встали из-за стола и ушли. На улице они разошлись – один на юг, другой на север.

Через пять минут после того, как они ушли, фигура Рэйвен вышла из переулка и спокойно стала пробираться на север. Между ней и её целью было около 300 метров, но ей не нужно было видеть человека, чтобы проследить за ним и его тускло-серойаурой. Через некоторое время мужчина остановился, огляделся, удостоверился, что за ним не следят, и нырнул в переулок между двумя довольно старо выглядящими зданиями. В этом проходе было очень мало пространства для маневра, и большинство людей вообще не замечали его.

Рэйвен, все еще в 300 метрах от него, ухмыльнулась. Этот узкий проход, как правило, был хитростью, чтобы проверить – следят за тобой или нет; без сомнения, это и было намерением того, кто только что зашёл туда. К несчастью для него, проход был слишком коротким, поэтому у Рэйвен не было проблемы с тем, чтобы услышать, что происходит. Вместо этого она снова отступила на шаг и скрылась в тени соседнего ящика.

– Медальон вашего членства, – сказал один из людей, приветствовавших цель Рэйвен в маленькой хижине, расположенной в конце этого коридора. Голос принадлежал женщине, очень сладострастной женщине – если судить по манере разговора. Мужчина вытащил что-то из кармана, и соблазнительный голос стал ещё более соблазнительным:

– Чем я могу быть полезна сегодня вечером, сэр? Добро пожаловать в Бездну Боёв. Вы хотите сделать ставку?

– Я хотел бы поставить десять золотых на то, что Фискаль погибнет, пять на крысу и десять на Лимпкина во всех его боях.

– Конечно, сэр, – небольшая пауза, а затем. – Хм... это всё низкие ставки, сэр. Такой состоятельный человек, как вы, наверняка хочет заработать немного больше? – женщина практически мурлыкала, как кошка, и наклонилась вперёд, скорее всего, чтобы подчеркнуть свою грудь. – Я так восхищаюсь человеком, готовым рисковать...

– Э-э... ну... – мужчина мгновение сопротивлялся, но было ясно, что женщина знает, что делает, так что он быстро сдался. – Конечно, я это сделаю – я не из тех, кто боится жить на краю! Я ставлю сорок на первого новичка!

– Самое впечатляющее, сэр, – сказала женщина с благоговейным страхом. – Это будет 75 золотых, сэр.

Рэйвен не могла не рассмеяться.

«Её работодатели сделали правильный выбор, наняв эту женщину.Она с лёгкостью делает ставки в пользу дома»

После того, как он сделал ставки, теперь уже румяный мужчина вышел из переулка обратно, и Рэйвен продолжила её тихое преследование, пока солнце медленно исчезало под горным хребтом. В конце концов, человек совершил ошибку, пройдя по пустынной улице и, заметив, что ни одной живой души нетв пределах 400 метров, Рэйвен стала действовать.

Тихая как ночь Рэйвен догнала этого человека всего за секунду. Так как мужчина был выше её на пару десятков сантиметров, Рэйвен просто ударила его по ногам сзади, чтобы заставить его упасть на землю – она ​​использовала лишь часть своих сил, поскольку он, в конце концов, был всего лишь нормальным человеком.С силой её тела, у неё не возникло бы проблем с тем, чтобы сломать его ногу надвое, если бы она случайно не рассчитала сил. Когда человек упал на землю, Рэйвен одной рукой закрыла ему рот, а вторую выкрутила за спину.

Она не использовала никаких Божественных Навыков, но в любом случае позволяла своей духовной сущности течь вокруг неё. Человек, изначально намеревавшийся бороться, мгновенно застыл и его пробил холодный пот:он мог не ощущать духовную сущность, но жажду убийства, которая была слита с неё, взывала к его самым первобытным инстинктам.

– Хороший мальчик, – прошептала Рэйвен на ухо. Это звучало почти так же, как если бы она говорила с щенком, и чрезвычайный контраст пробил его дрожью до самого позвоночника. –У меня есть несколько вопросов, которые я задам себе, если ты, конечно,захочешь мне помочь. Можешь это сделать? – Мужчина отчаянно кивнул. – И не кричи, я не слишком люблю громкие звуки.Будет позорно, если я случайно сломаю тебе шею. Мы ведь этого не хотим, верно?

Он кивнул ещё отчаяннее.

Рэйвен опустила руку, закрывающую его рот, и слегка ущипнул его за горло.

– Что такое Бездна Боёв?

Мужчина, казалось, был ошеломлён её вопросом, но собрал все силы, чтобы ответить на него:– Б-б... боевая арена, управляемая Гильдиями наёмников и убийц.

«Гильдия убийц, о которой знают люди?», – Рэйвен была немного удивлена этим. Основываясь на разговорах и манере стоящего перед ней человека, он не занимал высоких позиций ни в обычном обществе, ни в криминальном мире: если уж он знал, что существует Гильдия, то вполне вероятно, что большинство людей знали об этом тоже.

– Они организовывают бои каждую ночь в полночь, – продолжал мужчина, не требуя лишнего понукания. – Э-э... все это знают...

В его голосе послышался сомнительный тон, но он взвизгнул, как свинья, когда Рэйвен перевернула его захваченную руку в неестественное положение, и благоразумно заткнулся.

– Ш-ш-ш, тихо, тихо… –она медленно уменьшала давление на его запястье.– Кто может присутствовать на этих сражениях?

– Любой, кто придёт, может заплатить небольшую плату и сразиться – либо в бою, либо в убийстве.Но если вы хотите сделать ставку, вы должны быть участником. Я... я могу дать вам свой членский медальон – он в моём нагрудном кармане– ты можешь забрать его, если хочешь! Он не проименован, они не узнают... Пожалуйста... не убивай меня…

К этому моменту мужчина стал ещё более обильно потеть.

– Расскажи мне о Фискале и его противнике.

– Фискал их клана Тэйлон? Он сейчас входит в число пятидесяти бойцов Бездны. Сегодня он сражается с членом своего клана до смерти.

– Его собственного клана? – Рэйвен нахмурилась.

– Билл – это имя другого парня – он когда-то был Найтингейл, но ходят слухи, что с тех пор, как Тэйлон взял верх, Билл сопротивлялся смене власти. Я не знаю, почему он согласился на бой насмерть с Фискалом. Билл – только низкий адепт, в то время как Фискал – высокий адепт, и Фискал собирается его убить.

Рэйвен некоторое время молчала, пытаясь вспомнить кого-нибудь по имени Билл в клане Найтингейл, но, как один из трёх сильнейших кланов Империи, он содержал почти тысячу человек. Рэйвен даже не слышала обо всех Найтингейл, которые жили в столице префектуры. Она была удивлена тем, кто, казалось бы, без усилий, Тэйлон получил контроль над префектурой Найтингейл: возможно, этот Билл мог дать ей хоть какое-то представление о случившемся.

Человек в её лапах, видимо, принял молчание Рэйвен как признак неодобрения, поэтому он быстро добавил:

– Но Билл и правда это заслужил. Кто отверг бы предсмертное желание Лорда Найтингейл и отказался принять Тэйлон только потому, что Леди Анаинга – женщина?

Рэйвен похолодела.

– Лорд Найтингейл, что…? – сладость в её голосе прошла бесследно, и вихри кровожадности, наполненной духовной сущностью, заполнили воздух. Сразу все живые существа в этом районе утихомирились:птицы перестали петь, насекомые перестали двигаться и даже люди неподалёку, не понимая, что они делают и почему, понизили голоса, внезапно решив говорить тише.

– Лорд Найтингейл, что…? – сладость в её голосе прошла бесследно, и вихри кровожадности, наполненной духовной сущностью, заполнили воздух. Сразу все живые существа в этом районе утихомирились:птицы перестали петь, насекомые перестали двигаться и даже люди неподалёку, не понимая, что они делают и почему, понизили голоса, внезапно решив говорить тише.

Мужчина в её руках задрожал:

– Я... он... Леди Анаинга, она нашла записи в руинах после пожара, где её умерший брат просил... просил, чтобы леди объединила клан Найтингейл с кланом Тэйлон и позаботилась о префектуре!–на середине столь длинной речи человек начал всхлипывать. – Сначала она не хотела, но потом милостиво... Извините, пожалуйста, не надо...

Ещё до того, как он успел закончить, рука вокруг его горла засветилась тёмно-зелёным светом и сжалась с невообразимой силой. С бесстрастным щелчком трахея и все кровеносные сосуды между пальцами Рэйвен были раздавлены в одно мгновение.

Пока жизненная сила человека медленно истощалась, Рэйвен подняла слабеющего человека за шею и повернулаего к себе. Глаза умирающего, когдавзглянули в её, наполнились ужасом:её глаза покраснели, заполнив даже белки, и чем больше человек смотрел в них, тем больше он чувствовал, словно он видит бесчисленные души, утопающие в этом бескрайнем море крови.

– Мой отец никогда не просил об этом, эта сука лжёт! – когда Рейвен выплюнула последние слова, её духовная сущность снова шевельнулась, и невидимый луч выстрелил из её всепоглощающих глаз в мужские. В тот же миг борьба прекратилась:его душа испарилась, как дым.

Бросив человека на землю, Рэйвен, тяжело дыша, на мгновение замерла. Еёкулакисжимались и разжимались. В конце концов она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Как только она открыла их снова, красный цвет отступил назад в её радужную оболочку,а её дыхание полностью стабилизировалось.

««Хватка крокодила» более эффективна, чем я себе представляла…» – впервые Рэйвен использовала один из её новых Божественных Навыков, и она была очень довольна этим.– «Я также улучшила «Оду горя»...»

Рэйвен опустила взгляд на безжизненное тело на земле и вздохнула;она на самом деле не собиралась убивать парня. Теперь он лежал там – его ранее тёмные волосы были белыми, такими же белыми, как снег, его изуродованная шея медленно становилась фиолетовой от внутреннего кровотечения, а его лицо застыло в вечном ужасе. Она нагнулась, чтобы забрать его медальон, но вдруг выругалась.

«Чёрт. Я забыла спросить его, где находится арена...»

Медальон теперь был в её распоряжении, и Рэйвен проигнорировала труп, который она оставила, и ушла. Рассматривая варианты, Рейвен пришла в голову мысль, что стоит попробовать одну вещь. Чувствуя, что он всё ещё достаточно близко, Рэйвен сосредоточилась на связи между ней и Хацином:«Старший брат?»

Последовала пауза, а затем: «Сестра, что случилось?»

«Ты слышал о месте под названием«Бездна Боёв»?»– спросила она в ответ.

«Конечно, слышал! Огромное событие для тех, кто любит сражаться с безумцами в Небесном Городе! Мы даже однажды посещали её во время уроков боевой стратегии в Академии. Нам не разрешили участвовать в бою, но это считалось хорошим опытом, чтобы смотреть, как правильно сражаться. Почему ты спрашиваешь?»

Рэйвен подумала рассказать брату, что она узнала, но она не хотела отвлекать его от нынешнего задания, и вместо этого она ответила: «Я слышала, что некоторые люди говорили об этом и находили это интересным. Правда ли это? Она частично управляется Гильдией убийц?»

«Ха-ха, почему я не удивлен, что моя дорогая младшая сестра найдётбитвы на жизнь или смерть на арене интересным?» – Хацин рассмеялся. – «И да, это так: и наёмники, и ассасины используют Бездну Боёв, чтобы помочь ранжировать своих членов»

«Разве тебе не кажется, чтоГильдия убийц, о которой знают все, немного... противоречива?»

«Я вообще не понимаю, о чём ты.Я знаю, что Гильдия убийц может существовать именно потому, что она публичная. Предположительно, она функционирует как баланс между спиритуалистами и не спиритуалистами, позволяя последним нанимать их, чтобы «восстановить справедливость, если они чувствуют, что с ними плохо обращаются»– пока Хацин объяснял, Рэйвен заметила, что его голос немного напрягся. Не похоже, что он одобряет это. – «Требуемые суммы, однако, очень высоки, и Имперская семья, естественно, вне заказов»

Рэйвен подумала об этом. Это было интересным решением проблемы спиритуалистов, слишком самонадеянно относящихся к простым людям; если спиритуалист был слишком неразумным, он рисковал быть убитым за это, даже если это не было по приказу Императора. Конечно, учитывая, насколько ценны и относительно бедны спиритуалисты, сборы должны быть столь велики, что нескольким людям, если не сотням, придется работать вместе, чтобы заплатить за это.

«Правильно ли я полагаю, что сегодня вечером я останусь один на посту, без общения?»– спросил Хацин, хотя знал ответ.

Рэйвен улыбнулась.

–––––––––

Через несколько часов заходящее солнце сменилось ярким полумесяцем в небе, и тысячи звезд украсили небеса, как рассыпанные бриллианты. Под таким блеском Небесный Город делал все возможное, чтобы отразить вид неба, освещённый несколькими уличными фонарями вдоль дорог на каждом уровне.

Несмотря на поздний час, Деловой уровень всё ещё был полон жизни, особенно вокруг восточного пика, где огромная вывеска из пылающих букв показывала Бездну Боёв над входом в пещеру, которая затем уходила ниже уровня земли.

Сам вход был достаточно широким для 80 человек, чтобы они могли пройти плечом к плечу, а по обе стороны от входа стояли две гигантских скульптуры из бронзы. Одна из них была орлом, чей гордый взгляд смотрел на горизонт, словно помогая солнцу подняться, а другая была волком, который вместо этого обнажил свои клыки, и рычал на луну наверху.

Сейчас группы людей пробирались к этой пещере, останавливаясь там и сям, чтобы купить еду, напитки и безделушки. Там были люди всех возрастов, даже несколько детей, и каждое лицо было наполнено возбуждением. Для многих из них наблюдение этих боев в Бездне было настолько близко, насколько они когда-либо доходили до битвы спиритуалистов.

Внезапно изнутри раздался звук огромного гонга, и толпа посмотрела в сторону входа в пещеру. Из пещеры вышли одетые в доспехи, настолько откровенные, что едва ли могли защитить их владельцев, восемь чрезвычайно красивых женщин. В одной руке они все держали копья, а в другой – щиты.

– Приветствуем, – заговорили они в жуткий унисон. – Полночь ппришла, и Бездна приветствует всех вас!

С громкими возгласами толпа вбежала в пещеру. Удивительно, но многие останавливались и смотрели, но все обходили за пять метров любую из одетых в броню дам.

Одна из тех, кто мельком наблюдал за восемью женщинами, была низкая фигура, завернутая в чёрный плащ. Хорошо закутанный человек тихонько фыркнул, бормоча «хрупкие стеклянные куклы...», прежде чем продолжить свой путь в пещеру.

Выражение лица человека, стоявшего рядом с этой фигурой, потемнело. Разгневанный, он собирался устроить выговор за оскорбление собственных богинь Бездны, когда фигура остановилась и повернулась к нему. Нижняя половина лица человека была спрятана за чёрной тканью, а верхняя часть была закрыта капюшоном плаща, но человек всё же мог ощущать, как два глаза словно затягивают в себя, запрещая говорить. Он вздрогнул и промолчал.

После этого таинственный человек отвёл взгляд и двинулся дальше, скрываясь в толпе. Вздохнув от облегчения, мужчина подумал про себя: «Это было близко. Я почти оскорбил соперника!», – но затем он нахмурился. – «Странно, я не помню бойцов, настолько низких...»

С жутко выглядящим копьём, укреплённым за спиной, Фискал из клана Тэйлон глубоко вздохнул и вышел на огромную арену, расположенную в самом сердце восточного района Небесного Города. Широко улыбнувшись, он осмотрел всё вокруг и принюхался к запахам одного из своих любимых мест – Бездны Боёв. Он приезжал сюда с десяти лет и начал сражаться в бою только пару лет спустя – естественно, он сначала проиграл, но со временем Фискал стал более сильным и злобным, что помогло ему одерживать победуза победой.

К этому времени Бездна почти стала для него чем-то вроде второго дома: он знал каждый дюйм арены и мог описать каждый из почти десяти тысяч щитов, которые украшали все внутренние стены. Он любил Бездну Боёв; здесь его темперамент ценился – здесь он был КЕМ-ТО.

Конечно, с тех пор, как клан Тэйлон получил власть над префектурой Найтингейл, он тоже укрепил свои позиции.

Большими шагами, которые заставляли окружающих людей сбегать с его пути, Фискал подошёл к секции, ограниченной для ста самых высокоценимых наёмников и занял место на металлической скамье, отмеченной «Лучшие 40». Озираясь на обитателей других скамеек, он посчитал, что всего здесь присутствуют около тридцати человек, некоторые сидят на трёх скамьях перед ним, но большинство – на шести скамьях позади него.

Его улыбка расширилась от гордости. Ему понадобилось двадцать лет, чтобы попасть в первые сорок лучших бойцов Бездны Боёв по рейтингу наёмников и всего год назад совершил прорыв – к высокому Адепту Духа – что и сделало такое достижение возможным. Он знал, что это не означает, что он попал хотя бы в первую сотню или даже в первую тысячу спиритуалистов всей страны. В конце концов, большинство Чемпионов Духа предпочитали военную занятость у наёмников, но он гордился тем, что получил так или иначе.

Когда уровень шума на арене стал более громким, его внимание привлекло движение в противоположной ограниченной зоне.

«Так всё-таки слухи верны», – подумал он со странным взглядом, застрявшим на полпути между благоговением и презрением. – «Лимпкин вернулся»

Занимая первое место в самом первом ряду секции для участвующих убийц, это был человек, который, хоть и был того же возраста, как и Фискал, во всём остальном был ему полной противоположностью. Фискал был мускулистым, темноволосым и закован в металлические доспехи, а Лимпкин был тощим, имел серо-голубые волосы и не носил ничего, даже отдалённо напоминающего броню.

Даже их достижения находились в резком контрасте друг с другом, поскольку в то время как Фискал боролся в течение двадцати лет, чтобы попасть в первые сорок, Лимпкину потребовалось всего десять лет, чтобы пробиться в первую десятку, несмотря на то, что он ещё не прорвался к Чемпиону Духа. Таким образом, Лимпкин был одним из немногих Адептов в истории Бездны Боёв, которые сумели выиграть лучших чемпионов в рейтинге убийц.

*Донг!*

Колокол Бездны раздался в зале, и все зрители немедленно замолчали. Ворота в эксклюзивной секции открылись, и восемь Ангелов Бездны вышли двумя аккуратными линиями. Фискаль, уже пуская слюни, игнорировал этих так называемых «Ангелов» и смотрел на открытые ворота за ними.

Через несколько мгновений оттуда вышла истинная богиня: её волосы были как золотая вуаль, которая касалась земли позади неё; её сладостное, но элегантное тело было одето в белое платье, настолько тонкое, что оно казалось прозрачным; её яркие, окантованные медью глаза горели, как угли, в свете факелов. Вопреки холодным выражениям ангелов, эта женщина тепло улыбалась. Все новые посетители, которые уже были в восторге от восьми Ангелов, почти потеряли рассудок при виде её.

– Чёрт, эта женщина сводит меня с ума! – простонал Фискал, и облизнул губы. – Однажды я пойду с ней...

Если бы две гильдии, управляющие «Бездной Боёв», не были столь зависимы от девяти дам, находящихся в настоящее время на сцене, Фискал бы силой попытался уложить их давным-давно.

– Спиритуалисты, дамы и господа, я приветствую вас всех в Бездне этой ночью! –богиня заговорила, и несколько человек, включая Фискала, стали тяжело дышать от возбуждения. – У нас сегодня двадцать три зарегистрированных поединка, из них пять – насмерть! Как всегда, любой желающий может сделать вызов в любое время, и соперники выше пятидесятого места не могут отказать!

Фискал ухмыльнулся: «С чего начинающим в их здравом уме, бросать вызов тому, кто так высоко оценён?». Эта мысль напомнила ему о его сегодняшнем бою, и он повернул голову. С самодовольной улыбкой взгляд Фискала упал на слегка постаревшего человека, сидящего на несколько скамеек впереди.

«Билл, ты упрямый дурак!», – улыбка Фискала стала злобной. – «Если бы ты принял Тэйлон, как я, то, возможно, ты был бы ещё сильнее меня! Но сегодня я заплачу тебе за то, как ты ко мне относился...». Фискал только открыл рот, когда богиня Бездны снова заговорила, вновь привлекая его внимание на сцену.

– Помните, что строго запрещено продолжать схватку, как только одна из сторон сдалась! – Женщина помахала рукой, и в идеальной синхронизации восемь Ангелов расположились по краю арены. – По просьбе секретного лица, сегодня вечером мы начнем со смертельных боёв. Итак, первые: Фискал из клана Тэйлон, ранг наёмников 39, против Билла из клана Тэйлон, ранг наёмников 68.

На мгновение Фискал был удивлён – смертельные поединки, как правило, оставались напоследок, но удивление быстро переросло в злобное ликование, когда он посмотрел с другой стороны.

«Босс хочет, чтобы я показал пример...»,– заключил он. – «Он рассчитывает на меня!»

Когда Фискал и Билл вышли на арену, тысячи людей начали обсуждать предстоящий матч.

– Он безмозглый, этот...

– Билл – всего лишь среднийАдепт, он ни за что не выиграет!

– Лимпкин может победить людей выше него по силе, возможно, Билл...

– Ты что, идиот?Как ты мог их сравнивать?

– Я слышал, что это Билл сделал вызов…

Как только два бойца достигли середины арены, вокруг них опустили огромную стальную клетку, запечатав их внутри. Это делалось для каждого смертельного поединка и отпиралась, только когда один останется в живых.

Фискал взял копьёсо спины и позволил своей духовной сущности пройти сквозь него, чтобы каждый мог сказать, что он действительно был высоким Адептом. Усмехаясь, он впился взглядом в своего противника:

– Теперь ты сожалеешь, Билл, что сопротивлялся Тэйлону? Мы оба знаем, что ты не покинешь это место живым. Но если ты, по крайней мере, признаешь свою ошибку, я сделаю твою смерть безболезненной.

Лицо Билла покраснело от ярости:

– Ты предатель! Мне всё равно, что говорит эта ведьма – я никогда не буду Тэйлоном!

Фискалнасмешливо рассмеялся. Это был именно тот ответ, на который он надеялся – грязная смерть всегда была более забавной зрителям.

– Ты называешь меня предателем? Да ты совсем охренел!

Немного приглушённый удар гонга раздался, указывая на начало боя и с рёвом Билл бросился на Фискала с поднятым мечом. Духовная сущностьзакружилась вокруг клинка, мгновенно обернув его зелёным пламенем, и температура в зале несколько повысилась.

– О, это фирменное движение Билла, божественный навык четвёртого уровня «Бур-клинок»! Вот что значит клан Префектуры – даже у рядовых членов есть довольно высокие навыки, –сказал кто-то из зрителей с благоговением, но Фискал только фыркнул.

Он легко отклонил лезвие меча копьём, а затемударил в голову всё ещё двигающегося Билла тупым концом копья. Приложенной силы не хватало для полноценного удара, нобыло достаточно, чтобы нарушить равновесие Билла, и Фискал легко смог уйти с пути Билла. Практически никто не заметил черновато-зелёного мерцания, которое накрыло его палку при ударе лишь на несколько секунд.

– Удивительно! Он так легко отбил навык четвертого уровня! Кто может сказать, какой навык он использовал? – спросил человек из зала, но не получил ответа.

– Удивительно! Он так легко отбил навык четвертого уровня! Кто может сказать, какой навык он использовал? – спросил человек из зала, но не получил ответа.

– Ха-ха, ты владеешь клинком, как девчонка – только рисуешься, и ничего не можешь сделать! – Фискал рассмеялся и несколько раз покачал тазом вперёд-назад в непристойном жесте. Несколько женщин в аудитории было закричали, но их крик был заглушен аплодисментами мужчин, восемь Ангелов вокруг сцены оставались каменными, но богиня, которая теперь сидела в эксклюзивной секции, заметно сузила глаза.

Билл снова хмыкнул и напал. То, что последовало за этим, нельзя сравнить ни с чем иным, как с кошкой, играющей со своей едой; Билл снова и снова бросался на Фискала, используя «Бур-Клинок», но каждый раз Фискал отклонял его, прежде чем ударитьпротивника полицу, продолжая оскорблять. Уже через пару минут правая сторона лица Билла сильно опухла, его глаза залились кровью, а его дыхание стало всё более рваным.

– Это четвёртый уровень «Отвратительного Секретного Копья»! – толпа, наконец, поняла, какой Божественный навык использует Фискал, чтобы избежать ударов. – Если Билл не обладает навыками более высокого уровня, у него не будет шанса...

В конце концов, Фискалу надоело использовать только тупой конец оружия и вместо этого он переключился на нападения острой стороной копья. Тело Билла покрылось порезами, из которых медленно просачивалась кровь. Интересно, что Билл не изменил свою тактику, кажется, что он бросался на Фискала с почти остервенелым гневом.

Билл атаковал, возможно, в сотый раз, когдаФискал наконец увеличил количество духовной сущности и вместо того, чтобы просто отклонить клинок, он выбил меч из руки Билла. Тем не менее, Билл продолжал атаковать, и ударил Фискала кулаком. Рассмеявшись, Фискал просто поднырнул под руку и нанёс ответный удар собственным кулаком.

Сплюнув кровь, Билл вылетел с арены и врезался в клетку. Едва оставаясь в сознании, Билл упал на землю.

Фискал подошёл и поднял Билла за воротник.

– Нет, нет, нет!– сказал он.– Тебе нельзя падать в обморок, старый дурак. Разве ты не помнишь упражнения, которое ты заставлял меня делать? – Фискал похлопал по уже опухшему лицу.– Не отдыхай, пока не сразишься, как мужчина! Помнишь?

Ещё пара пощёчин. Толпа умолкла.Они могли сказать, что схватка близится к завершению, и были взволнованы, чтобы узнать, как Фискал предпочтёт его закончить.

– Брось, перестань быть как баба! – Фискал хлопнул Билла по щеке, прежде чем прошептать ему в ухо. – И это лучший из всех, кто любит Найтингейл? Какой-то зачуханный сопляк? Что тогда можно сказать о самом клане Найт…

Внезапно по его телу пробежала дрожь, волосы на затылке встали дыбом. Инстинктивно он поднял голову от страха, но почти сразу фыркнул от своего идиотизма. Вернув своё внимание к окровавленному человеку в его захвате, он уже собирался дать седьмую пощёчину, когда чистый и ледяной голос пронзил воздух.

– Интересно, а меня вы тоже так оскорбите?

Все сразу повернулись и посмотрели на человека, который говорил, но из-за строения арены определить, откуда возник звук, было непросто.

– Кто это сказал? – крикнул Фискал. Он был вполне доволен последними словами, которые он сказал Биллу,но теперь момент был безнадёжно испорчен.

– Кто я? – на этот раз люди уже искали, и тысячи взглядов упали на низкуюфигуру в чёрном плаще, спускающуюся по одной из лестниц к арене. – Давайте просто скажем, что я представитель так называемого слабого пола.

Все тело этой фигуры было покрыто плащом с капюшоном, надетым сверху, но, наблюдая за почти кошачьей грацией, с которой человек двигался, никто даже не сомневался, что этот низкий человек действительно был женщиной.

– В таком случае, Фискал из клана Тэйлон, я бросаю вам вызов прямо сейчас.Давайте посмотрим, будете ли вы таким дерзким после борьбы с настоящей женщиной!

Фискал уставился на чёрную фигуру, которая остановилась прямо за кругом, созданным восемью Ангелами Бездны, в полном недоумении. Женщина хотела с ним драться? Это была шутка? Заметив, что женщина, казалось, пристально смотрела на него, Фискал рассмеялся:

– Ха-ха, будь уверена, маленькая девочка, я немного поиграю с тобой! Просто позволь мне позаботиться обнём первым! – Фискал выудил кинжал и хотел былоперерезать горло Билла, когда мелодичный голос Богини Бездны ворвался на арену:

– Остановись! Вызовброшен ​​новичком: согласно правилам Бездны Боёв, ранговые участники должны немедленно принять такой вызов. Убийство будет отложено до тех пор, пока на вызов не будет дан ответ!

– Как?! – Фискал был явно потрясён. То, что Богиня сказала, не совсем ложно, но толкует правило довольно двояко, поскольку это приведёт к отсрочке секущего боя, а это было неслыханным. Да и тем более – вызывать на поединок человека, который уже сражается?

– Новичок! – Богиня проигнорировала Фискала. –В соответствии с правилами,добро пожаловать на арену, где вы будете сражаться против человека, которому вы бросили вызов. Так как это будет всего лишь простой бой, если любой из вас попросит пощады, бой будет закончен.

Чёрная фигура глубоко поклонилась, когда огромная клетка скрипнула и медленно поднялась вверх, чтобы повиснуть над ареной. Двое из Ангелов Бездны двинулись вперёд, чтобы забрать теперь полностью бессознательного Биллау Фискала, который неохотно бросил того на землю. Всё это напрягало его.

– Маленькая девочка, – он не сталвытаскивать копьё из земли и вместо этого перекинул кинжал из рук в руку.– Ты должна знать, что прерывать взрослых, когда онизаняты, грозит тебе тем, что тебя отлупят по сраке! – над ареной прокатился одобрительный смех. – Но если ты попросишь и поумоляешь, мы можем перенести это.

Фискал с волчьей улыбкой посмотрел на девушку; хотя было невозможно сказать многое о теле девушки, её движения были достаточно соблазнительными, чтобы заинтересовать его.

Несколько секунд длилось молчание, и на мгновение у Фискала даже мелькнула мысль, что девушка действительно обдумывала это. Девушка даже задрожала от страха, но вдруг из-под тканей, закрывающих лицо девочки, вырвалось ледяное хихикание. Похлопывая себя по коленям, девушка наклонилась, заходясь в диком приступе хохота. Хотя смех был искренним, большинство слышали, что он словно обмораживал до глубины души.

– Что тут смешного? – спросил Фискал сердито, когда раздался приглушенный гонг, указывающий на начало схватки.

Девушка успокоилась и выпрямилась, и Фискал мог поклясться, что увидел под её капюшоном красную вспышку.

– Да ты, придурок, – сказала она и исчезла.

Действуя на рефлексах, Фискал как раз вовремя использовал свой маленький кинжал, чтобы заблокировать чёрный короткий меч, нацеленный на его горло сзади.

– Сука, как ты посмела на меня напасть? – он использовал другую руку, чтобы ударить девочку, но она исчезла, прежде чем его кулак даже приблизился.

– Сказать, что такой страшный мудак, как ты, ищет девушку, – девушка уже стояла у его отброшенного копья.–Так ни одна девушка со страху на улицу не выйдет.

– Ах ты, маленькая шалава! – на лбу Фискала набухла жилка; комментарий девушки явно задел его больное место. Он побежал к ней, но она полностью игнорировала его и вместо этого наклонилась, чтобы поднять копьё, обращая особое внимание на тупой конец.

– Так значит, это был яд,– рассеянно прокомментировала она, но Фискал тут же похолодел;он получил этот яд от своего босса, он ведь должен быть почти незаметным!

Фискал был не единственным, кто услышал эту девушку, и вся арена взорвалась разговорами.

– Фискал использовал яд?

– А я думал, почему Билл действует так странно, нападая как сумасшедший...

Фискал почувствовал, что его вены выпучиваются ещё сильнее; хотя яды не были запрещены в Бездне Боёв, их использование вообще осуждалось. Эта маленькая девочка испортила его репутацию на долгие годы!

– Девочка, не думай, что,если я был удивлён минуту назад и едва успел блокировать твой подлый удар, я не могу сломатьтвою шею сейчас! – Фискал влил духовную сущность в свои руки, заставляя вихри ветра захлёстывать их. Каждый спиритуалист мог почувствовать, что он действительно был высоким Адептом.

– Это ещё один уровень мастерства, – пробормотали некоторые в зале.

– Девочке пиздец… – бормотали другие.

К всеобщему удивлению, девушка не показала никакой реакции на его проявление силы. Вместо этого она спокойно взвесила копье в ней, чтобы прочувствовать баланс оружия.

– Ты хочешь знать, для чего я живу? – внезапно спросила она.

Фискал моргнул; он не ожидал такого вопроса, и он не мог не потерять часть концентрации.

– Ну так что ты думаешь? – снова спросила девушка.

– Стать женщиной сильного мужчины?– насмешливо предположил он, но дрожь, внезапно пробежавшая по его спине, предупредила его от смеха.

– Я живу, чтобы избавить мир от таких людей, как ты, – прошептала девочка, в то время, как странная убийственная духовная сущность потекла по её рукам.

В тот самый момент, когда злобный шёпот достиг ушей Фискала и активизировалась духовная сущность этой женщины, спиритуалисты, наблюдающие за боем, выронили челюсти.

– Она тоже Высокий Адепт! – они почти синхронно ахнули с таким шоком, какой почувствовал Фискаль, глядя на неё так, будто она рухнула замертво.

Поскольку уровень совершенствования спиритуалиста был не так важен для исцеления, лишь немногие женщины становились Чемпионами Духа до пятидесяти лет, но голос женщины с капюшоном явно не принадлежал 50-летней женщине. Это само по себе свидетельствовало о том, что женщина была чисто боевым спиритуалистом.

С жутко выглядящим копьём Фискала в одной руке и её собственным чёрным коротким мечом в другой, девушка слегка наклонилась к земле, и Фискал мог поклясться, что он почувствовал металлический запах крови, наполнивший воздух.

– Постарайся не отставать, – прошипела она, слегка раскачиваясь на месте, как гепард. Фискал промолчал всё ещё поражённый силой и жестокостью его противника.

Однако Фискала можно было считать ветераном «Бездны Боёв», поэтому он быстро собрался с удивлением и замахнулся кулаком на приближающееся пятно своим уже подготовленным Божественным навыком. К несчастью для него, цель уже сместилась с пути кулака, и, прежде чем Фискал даже заметил, что это произошло, у него сжалось горло. Его глаза сузились в замешательстве, когда исчезли все ощущения нижней части тела. В последние секунды он не мог понять, почему у него так чешется макушка.

---------

Бездна Боёв безмолствовала; тысячи людей, которые сидели там, молча смотрели на сцену. Рэйвен неслышно приземлилась на ноги, почти в десяти метрах от него, безголовое тело Фискала всё ещё стояло прямо, а его отрубленная голова была прибита к полу арены – его собственным копьём – в нескольких шагах от него.

С щелчком запястья она сбросила кровь с её чёрного меча прежде, чем меч исчез под её одеяниями.

Равнодушно Рэйвен поклонилась так называемой Богине Бездны и повернулась, чтобы вернуться на трибуны. Только когда она прошла мимо ряда «бронированных девочек», тело Фискала рухнуло на землю, и арена взорвалась от шокированных возгласов:

– Что случилось?!

– Они минуту о чём-то говорили, а потом… Фискал... Фискал был убит!

– Но я думал, что у Фискала более высокое совершенствование?

Всё произошло слишком быстро; те, кто не были спиритуалистами, не имели шанса увидеть, что произошло, а те, кто были – всё ещё не могли поверить в то, что они видели. В результате обе области, зарезервированные для претендентов – а также эксклюзивные стенды – были по-прежнему странно тихими, но в конце концов золотоволосая женщина проснулась от своего ступора.

– Подождите, – позвала она и изящно шагнула вперед. – Новичок, поздравляю, ты выиграл свой первый вызов, –в это время Рэйвен была уже у самого края арены, но она остановилась и обернулась. Поскольку ваш оппонент был наёмником номер 39, вы можете занять его место в рейтинге наёмников или вместо этого занять 50-е место в рейтинге убийц. Что вы предпочитаете?

– Я нападаю, чтобы убить, – ответила Рэйвен.

– Тогда вы убийца, – изящным движением женщина бросила на сцену маленький знак, который Рэйвен легко поймала. – Как нам звать тебя, новичок?

Рэйвен обдумывала это лишь мгновение: – Поющая.

– Хорошо. Добро пожаловать, Поющая. Если вы хотите пройти какие-либо дополнительные испытания сегодня вечером, просто дайте нам знать.

Рейвен снова сделала реверанс и ушла. Богиня ещё некоторое время смотрела на уходящую Рэйвен, прежде чем попросила нескольких слуг очистить сцену и объявила следующую битву. С тех пор, как противник Билла погиб, его всётак жебессознательное тело унесено со сцены. Рэйвен вздохнул с облегчением, когда она почувствовала, как его опускают на койку прямо за воротами, расположенными ниже эксклюзивной секции.

Когда Рэйвен пробралась к сектору убийц, она размышляла о её «исполнении». Первоначально она была застигнута врасплох, когда неестественно красивая женщина, которую здесь называют просто Богиней Бездны, объявила о смене состава боёв. Пока Рэйвен шла Бездну Боёв она выучила нормальный график и после этого сделала свои планы. А это нововведение сделало её первоначальные планы бесполезными, и Рэйвен почувствовал себя немного не в своей тарелке, когда Фискал и Билл начали сражаться. Как она теперь могла спасти человека? Она же не могла публично заявить, что хочет спасти Билла...

К счастью, Фискал, как и большинство взрослых мужчин, с которыми Рейн столкнулась в последнее время, был вопиюще пренебрежительны к женщинам. Заметив, что даже так называемая Богиня, которая на удивление достаточно сильно выделилась из толпы, казалось, не одобряла продолжающиеся унизительные комментарии Фискала, Рейвен, не могла больше ждать и решила пойти ва-банк, надеясь только, что это сработает.

Украдкой сняв Оковы ограничения и закинувих в своё пространственное кольцо, Рэйвен сделала вызов, и, как и надеялась Рэйвен, Богиня использовала шанс, чтобы хотя бы немного наказать Фискала – хотя у Рэйвен были сомнения относительно того, действительно ли женщина поверила Рэйвен. Иметь хотя бы маленький шанс выиграть и нарушитьзлорадство Фискала, очевидно, было достаточно.

Фактическая битва оказалась даже лучше, чем пожелала Рэйвен; Фискал был её самым сильным оппонентом, и её победа не была на сто процентов гарантирована, но, в конце концов, она сумела получить её довольно легко. Радуясь достижению, Рэйвен заняла место на пятой скамье в секции убийц. Много глаз следили за ней, и она услышала множество шёпотов о ней. Один разговор заставил ее улыбнуться под шарфом.

– Сколько ты насчитал навыков? – спросил пожилой мужчина, сидящий рядом с Лимпкином в первом ряду претендентов от убийц. Его голос сквозил недоверием.

– Четыре, – ответил Лимпкин в таком же тоне. – Три уровня три и один уровня четыре.

– У меня тоже четыре, – согласился пожилой мужчина.– Весьма необычно.

«Вообще-то было не четыре, а пять, ну да ладно», - ухмыльнуласьРейвен. Мужчины действительно обсуждали совершенно уникальное сочетание воинских навыков Рэйвен. Пара совершенно верно заметила, что Рэйвен использовала различные навыки, которые безукоризненно слились в одно – только они недооценили сколько.

Обычно спиритуалисты могли объединить два Божественных навыка – один для движения и один для нападения – но за эту последнюю неделю Рэйвен добилась успешных отпечатков ста тридцати трёх Божественныхнавыков, физические движения которых были почти идентичны методам боевых искусств, которые она помнила из своей предыдущей жизни. С некоторыми изменениями в её боевом стиле, Рейвен могла теперь влить духовную сущность практически в каждый толчок, шаг и удар. По мере того, как она изучала этажи библиотеки с первого по третий, Рейвен заметила, что она, похоже, имеет самое высокое сродство к навыкам, которые направлены на повышение скорости и силы, иногда используя гром и ветер.

Несколько мгновений назад она использовала навык, основанный на ветре, чтобы двигаться вперед, навык чистой силы, чтобыподпрыгнуть, затем её бесшумное пронзание вместе со звуковым мечом, чтобы ударитьФискала, потом второе умение ветра для передвижения, чтобы развернуться в воздухе и, наконец, атака, основанная на грозе, чтобы пронзить копьём голову.

---------

Рэйвен смотрела на остальные матчи с энтузиазмом: правда,большая часть сражений была довольно не впечатляющей, и, хотя несколько сражений в сражениях Чемпионов, несомненно, были очень зрелищными, у практикующих не хватало технической хитрости, необходимой для того, чтобы привлечь интерес Рэйвен. Три матча Лимпкина, однако, привлекли её внимание. Во всех своих матчах, будь то схватка или одиночное убийство, Лимпкин исполнял свои навыки с поразительной ясностью. Дух бойца в нейзудел, чтобы бросить ему вызов, и если бы не тот факт, что сегодня она не может рисковать травмами, она бы так сделала давно.

«Как только я узнаю, что может сказать мне Билл, я вернусь», – подумала она, а её маленькие руки сжались вокруг металлического сиденья, на котором она сидела. – «Я действительно хочу проверить свои новые Божественные навыки против этого человека!»

После почти трёх с половиной часов боев, последняя битва подошла к концу, и тысячи людей толпой вышли с арены. Рэйвен немного задержалась, чтобы посмотреть, что будет с Биллом, но было ясно, что Бездна не особо парится ответственностью за раненых претендентов;всё ещё бессознательного Билла просто вытащили с арены, выволокли из пещеры и бросили под близлежащее дерево.

Рэйвен стояла в пещере, не решаясь приблизиться к мужчине – насколько она могла сказать, по крайней мере четверо человек молча наблюдали за ней в данный момент, но Рейвен могла также почувствовать, что Биллу становится всёхуже. Если она позволит ему остаться лежать там, пока она избавится от бдительной слежки, может быть уже слишком поздно к тому времени, когда она вернётся.

С резким вздохом Рэйвен подошла к бессознательному человеку.

– Эй, – сказала она и ткнула кончиком пальцев Билла в рёбра.–Ты там не сдох?

Никакого ответа, кроме его хриплого дыхания.

Она нагнулась и проверила его дыхание, прежде чем она встала и почесала лоб. «Что ж, не вижу ни одной причины… почему бы и не помочь… не лишним будет вмешаться», – она специально прошептала это, словно пробубнив только себе под нос, но она не сомневалась, что наблюдающие за ней люди это слышали.

С таким глухим ворчанием настала очередь Рэйвен поднимать Билла за плечи. Когда она взвалила его себе на плечи, она пошла в центр Делового уровня. Через час тёмная фигура Рэйвен прошла через двери домика, который арендовали её «наёмные дяди» на окраине Небесного Города.

---------

В плохо освещённой комнате двое сморщенных стариков обсуждали кое-что друг с другом, глубоко нахмурившись.

– Значит, эта девушка-«поющая» прервала бой? Ты думаешь, она хотела спасти Билла? – спросил один, голосом, столь хриплым, что его голосовые связки должны были быть ещё более съежившимися, чем их лица.

– Нет, я так не думаю, – ответил другой. – Фискал продолжал оскорблять Билла, говоря, что он не лучше бабы и подобное. Судя по всему, женщина отреагировала.

– Но потом она унесла его?

– Согласно докладу, она делала это по большей части по своей прихоти. Похоже, она не знала, кем он был.

Стук в дверь прервал их разговор.

– Входите, – позвал человек с испорченным голосом. Дверь открылась, и в комнату вошёл худощавый юноша в чёрном. Вообще-то, называть его юношей было немного поздно – ему было по меньшей мере сорок, но по сравнению с двумя другими он действительно был молодым.

– Приветствую, советник Тэйлон, – младший с уважением поклонился человеку, который позвал его, а потом поклонился и второму. – Старейшина клана.

– Итак, кто она? – спросил старейшина клана.

– Что ж... – «мальчик» колебался. – Мы почти полчаса следили за женщиной, но…

– О, ради бога, выкладывай, мальчишка! Что случилось? – скомандовал хриплый член совета.

– ...мы её потеряли, господа, – сказал мужчина и смущённо опустил глаза.

Двое стариков недоверчиво уставились на младшего. Заметив это, мужчина поспешно продолжил:

– ...девушка внезапно начала петь, и, прежде чем мы опомнились, её нигде не было!

– Ты говоришь, что два Чемпиона потеряли среднего Адепта, потому что она запела?! – взревел старейшина клана. – Убирайся отсюда, бесполезный кусок дерьма!

Человек, не колеблясь, сделал то, что ему сказали, и через пару секундв комнате остались лишь двое мужчин.

– Такое смущение... – пробормотал старейшина, прежде чем повернуться к своему соседу. –Что теперь?

– Что теперь? – повторил член совета. –Не о чем беспокоиться: Билл умрёт или сойдёт с ума от яда, и кто бы эта девушка ни была, она нас не касается.

– Ничего страшного? Она опозорила имя Тэйлон!

Советник рассмеялся – хотя это звучало скорее как кашель.

– Она следовала правилам Бездны. Мы ничего не можем поделать, – он злобно улыбнулся. – Но сейчас она в первой пятидесятке, и, если она вернется в Бездну Боёв, ей тоже придётся следовать правилам.

Внезапная вспышка понимания пересекла лицо старейшины клана, и он тоже начал самодовольно смеяться.

---------

Спустившись вниз, на первый уровень Небесного Города, Рэйвен наблюдала за всё ещё бессознательным Биллом, который растянулся на полу в гостиной. По пути сюда, Рэйвен была вынуждена несколько раз останавливаться, чтобы применять исцеление в качестве первой помощью заклинанием Благословенной Руки, чтобы тот просто продолжал дышать.

К этому времени его дыхание стало немного спокойнее, и он даже начал восстанавливать свои чувства. Внезапно Билл застонал, и его глаза затрепетали. Медленно они открылись, но как только его взгляд упал на Рэйвен, которая прислонилась к стене не слишком далеко, Билл в гневезакричал и изо всех сил бросился на неё.

Легко ступая с его пути, Рэйвен слегка ударила его по единственной части лица, которая была довольно человечна. Внезапная боль мгновенно наполнила глаза и словно бы прояснила разум, но это ощущение быстро исчезло, и первоначальный гнев вернулся.

– Я боялась этого...– уныло подумала Рэйвен. Хотя она не была уверена в том, какой яд Фискал использовал, у неё были свои подозрения, и любой яд из тех, действие которых продолжалось даже после пяти часов, не было хорошей новостью.

Заломив руки Билла ему за спину, Рэйвен заставила часть её духовной сущности перейти в его тело. Билл пытался сопротивляться, но в своём состоянии он не мог ничего делать против её вторжения. Когда её духовная сущность приблизилась к призме души Билла, его тело задрожало и успокоилось; он начал скулить и хныкать, как маленькое животное.

Несмотря на её сосредоточенность, Рэйвен не могла не ухмыльнуться. Жажда крови, которая слилась с её духовной сущностью, оказалась даже более полезной, чем она ожидала.

Вернувшись к делу, Рэйвен тщательно осмотрела призму Билла. Мелкие червеобразные линии извивались вокруг поверхности призмы, медленно расширяясь. После того, как её собственная духовная сущность сблизилась с призмой души, Рейвен попыталась пробиться к ней, но как бы она ни старалась, призма Билла не позволяла ей войти.

«Фенри сделал всё так просто...» – вздохнулаРэйвен. Её душа может быть сколь угодно сильной, но без подавляющего совершенствования или неизбежной смерти человека, у Рэйвена не было возможности войти в чужую призму души. – «Но если я не войду, я не смогу бороться с ядом! Через несколько часов яд полностью уничтожит его душу изнутри...»

Вздохнув, Рэйвен уже собиралась сдаться, когда ей пришла в голову идея.

– Это безумие... – пробормотала она. – Но, если я ничего не сделаю, он всё равно погибнет…

Обернувшись к нему, Рэйвен свободной рукой повернула его голову к себе и заставила встретить её взгляд. Когда их глаза встретились, бесформенный луч выстрелил из глаз Рэйвена в Билла, в результате чего его дикие глаза расширились в абсолютном ужасе.

По мере того, как Ода Горя пробивала путь в сознание Билла, кумулятивное давление сине-зелёной души Рэйвен окружало его духовную призму, принуждая её связываться с более чем 350 заражёнными жаждой крови духовными связями, которые были у Рэйвен. Сначала духовная сущность Билла пыталась защитить его, но по мере роста давления на поверхности призмы стали появляться мелкие трещины. Заметив изменения, Рэйвен быстро закончила свою атаку и вместо этого использовала трещины, чтобы проникнуть через поверхность кристалла.

Оказавшись внутри, Рэйвен обернула чёрные линии яда собственной духовной сущностью и начала вытаскивать их из призмы души. Процесс шел медленно, и каждый миллиметр, на который получалось вытащить мельчайшую частичку яда, стоил ей невероятных усилий. Медленно, пот начал собираться на её лбу. Только через четыре часа напряжённой работы Рэйвен, наконец, отошла от призмы Билла и упала на пол, опустошённая и ослабевшая.

Она взглянула на мужчину средних лет, который мирно отдыхал на полу в гостиной, или, может быть, не так мирно: время от времени его тело содрогалось, а его лицо искажалось от страха.

Жизнь Билла уже не была в опасности, но насколько его здравомыслие сохранится, когда он очнётся... Только время может сказать.

Снаружи солнце уже поднялось; через два часа уже начнутся утренние занятия.

Оставив брата с крепко спящим Биллом, чтобы он оставался под присмотром, полностью измученная Рэйвен отправилась к утреннему занятию по стратегии боя, как будто ничего не случилось накануне. Это было не столько отсутствие сна, сколько полное истощение её духовной сущности, которая и привела её в унылое состояние, хотя и прятала его. Ей понадобится спокойная медитация, чтобы вернуть её энергию, и если бы не суровые наказания против учеников, которые пропускали занятия, Рэйвен вместо этого направилась прямо к её комнате в общежитии.

Полностью игнорируя взгляды своих одноклассников, Рэйвен прошла в глубину зала и опустилась за один из свободных столов. Она оглядела класс со скучающим выражением и равнодушно закрыла глаза. Впервые с момента поступления в Небесную Академию урок состоялся в меблированной комнате, вызвав много любопытства среди других студентов, но сейчас это Рэйвен не волновало никак.

Как бы то ни было, сердитый Старейшина Сторк, который провёл первые уроки истории и показал Рэйвен Божественную библиотеку, зашёл через несколько минут и начал свою лекцию. Судя по всему, сегодняшняя тема была первым знакомством с военной стратегией и войной - студенты должны были уделять пристальное внимание и делать заметки. Рэйвен не делала ни того, ни другого.

- Младший Найт! - вдруг рявкнул старейшина Сторк. - Поскольку вы не делаете никаких заметок, я полагаю, что вы уже эксперт по вопросу о стратегии сражений!

Рэйвен открыла глаза и уставилась на него. У неё не было настроения для этого.

- Таким образом, я уверен, что вы можете просветить класс и сказать нам, есть ли что-то более важное для исхода войны, чем размер армий? - старейшина тихо хихикнул; он был раздражён тем, что этот выскочка попал в Академию и искал способ столкнуть этого студента на ступеньку ниже. А посмотреть на этого Рэйвена... Скудный фон, военная стратегия не должна быть его сильной стороной...

Рэйвен снова закрыла глаза, но, как только Старейшина Сторк собрался накричать на неё за неподчинение, она открыла рот:

- Хотя большинство армий, как правило, сосредоточено на увеличении их численности, в плане общей силы, которую это обеспечивает, одинаково верно, что ни одна война не выигрывается только числом. Нельзя отрицать, что при правильных обстоятельствах и верному планированию, армия из 500 человек может победить такую же армию из 5 000. Таким образом, самый важный аспект любой стратегии ведения войны - это способность знать и понимать ваших врагов.

Она открыла свои кроваво-красные глаза и вперила в старейшину такой взгляд на последнем слове, что он нервно сглотнул, прежде чем рассмеяться от того, что Рэйвен «сделал домашнюю работу заранее». Рэйвен снова закрыла глаза, и урок продолжался так, как будто ничего не произошло. Старейшина больше не беспокоил её.

К полудню Рэйвен снова оказалась на первом этаже Божественной библиотеки, просеивая различные свитки. Она всё ещё чувствовала себя немного усталой, но это было уже не то ощущение, когда она чувствовала, будто за углом её поджидает полный писец. Когда Рэйвен развернула ещё один свиток, чтобы перенести отпечаток его содержания, она подняла голову и слегка нахмурилась. В этот момент знакомая аура Данлина прошла через двери библиотеки, в сопровождении Джека Тануки, и ещё одна аура, в которой, как Рэйвен узнала, принадлежала наследнику префектуры Оук Рену.

Немного изменив своё тело, Рэйвен вышла из поля их зрения, но, похоже, кто-то сказал им, где она, потому что они проигнорировали лестницу, ведущую на верхние уровни, и направились прямо к задней части первого этажа. Мгновение Рейвен колебалась - стоит ли уйти, взобравшись на полки - если бы она проделала это правильно, она смогла бы уйти, а эти придурки не смогли бы даже увидеть её.

«Блин, даже не знаю, что принесёт мне больше проблем - избегать их или говорить с ними... », - в конце концов она решила остаться.

- Так, так, так. Просто отлично, ничего не скажешь! Если ты не раб, так бомж, который копается в мусоре, не так ли? - усмехнулся Джек.

- Я? - спросила Рэйвен с чистой невинностью в глазах. - Простите меня, я не хотел незаслуженно красть славу Тануки, молодой мастер Енот.

Ирония в его словах была слишком очевидной для Рэйвен, чтобы не воспользоваться ею, но она почти пожалела об этом ещё до того, как последние слова вышли из её уст. Как только Оук Рен не смог сдержаться, и издал приглушённый смешок, лицо Джека мгновенно исказило гневом. Данлин резко посмотрел на Оука, прежде чем ступить между Рэйвен и кипящим Джеком Тануки; в конце концов, они были не совсем одиноки здесь, и выяснение отношений, как и обучение наглеца умению разговаривать со старшими стало бы слишком проблематичным.

- Какой смысл в быстром языке, если не можешь выдержать ответа? - фыркнул её кузен.

«Лучше быть змеёй, как я, чем троллем, как ты», - подумала Рейвен, но на этот раз она держала себя в руках.

- Учти, будешь слишком быстр на язык, я отмудохаю тебя прямо тут, придурок, - продолжал Данлин, сделав угрожающий шаг вперёд. - Твоих маленьких друзей-близнецов здесь нет, чтобы спасти твою шкурку, рабский отброс, - прошипел он.

- А ты в этом уверен?

Два почти одинаковых голоса внезапно раздались за спиной Данлина; Джавелин и близнецы Гриффин оказались рядом, и Рейвен, едва увидев их, поняла, что они бежали изо всех сил, чтобы добраться сюда. У Джавелина сейчас как раз по виску скатилась капелька пота.

Данлин выругался, но отступил на несколько шагов от Рэйвен.

- Мальчик-солдатик снова прибежал на помощь, - презрительно пробормотал он, не сводя глаз с неё. - Наверное, нам стоит вместо этого называть тебя рабыней! Кажется, у тебя намного лучше получается быть девицей в беде.

Рэйвен не проявила никакой реакции на комментарий Данлина, но Джавелин слегка вздрогнул, словно внезапно что-то понял. Теперь настала его очередь менять цвет лица - но скорее на розовый, а затем на чёрный. Как только Джавелин собирался что-то сказать в ответ на это заявление, Мартин начал смеяться:

- Ха-ха-ха, Найт, это не такая уж и плохая вещь, если девушкой тебя называет Тэйлон. Я слышал, что один из клана Тэйлон вчера был за пару секунд размазан по арене простой девушкой в Бездне Боёв. Она была реально маленькой. Маленькая девочка - это тот, кому даже Тэйлон может проиграть, не стыдясь, - Мартин подмигнул Рейвен, которая ответила ему улыбкой.

Глаза Данлина сузились в злобном гневе за секунду до того, как он попытался скрыть это, небрежно пожав плечами:

- Этот человек был всего лишь только охранником, кроме того, он даже не был настоящим Тэйлоном. Он начинал как Найтингейл...

Кулаки Рэйвен сжались, и она случайно смяла свиток, который всё ещё держала в руках, её рот заполнился металлическим запахом крови.

«Терпение... », - повторяла она себе раз за разом, словно мантру, поскольку она снова едва сумела отбросить импульс, чтобы покончить с ненавистной жизнью её кузена.

Но Рэйвен была не единственной, кто пришёл в ярость от комментария Данлина. Без предупреждения, Джавелин внезапно изо всех сил ударил Данлина. Когда его рука двинулась к своей цели, на первом этаже послышался отчётливый звук разбрызгивающейся воды, сопровождаемый лёгким морским бризом. Нападение было действительно сильным и имело большой потенциал для нанесения серьёзного ущерба, но, к сожалению, Данлин ожидал этого с самого начала. Он сделал шаг в сторону, в то время как Джек сделал молниеносный удар в ноги Джавелина.

Джавелин был достаточно опытным бойцом для своего возраста, и при нормальных обстоятельствах у него не было бы проблем ни с тем, чтобы нанести удар Данлину, и парировать выпад Джека, но Джавелин позволил себе ослепнуть от его эмоций, поэтому его реакция была немного медленной. В последнюю секунду он едва уклонился от приближающейся ноги, но вместо этого потерял равновесие, заставив его упасть на Рэйвен, которая стояла на противоположной стороне от Данлина. С тех пор как Рэйвен закрыла свои силы Оковами Ограничения, а также сосредоточилась на том, чтобы не начать убийственную атаку, внезапного толчка было достаточно, чтобы она потеряла равновесие и упала назад вместе с Джавелином.

Они вдвоем хлопнулись на каменный пол с громким ударом, а свиток, который Рэйвен держала в руках, щёлкнул по полу рядом с ними и покатился. Достаточно впечатляюще, что Джавелин успел обнять Рэйвен в воздухе и извернуться, защищая её голову от удара о землю. Его другая рука упёрлась в пол, остановив его всего на дюйм от лица Рэйвен.

Они вдвоем хлопнулись на каменный пол с громким ударом, а свиток, который Рэйвен держала в руках, щёлкнул по полу рядом с ними и покатился. Достаточно впечатляюще, что Джавелин успел обнять Рэйвен в воздухе и извернуться, защищая её голову от удара о землю. Его другая рука упёрлась в пол, остановив его всего на дюйм от лица Рэйвен.

Их глаза встретились, и в этот момент случилось что-то необыкновенное. Их ярость испарилась, как на солнце, и мир вокруг них, казалось, исчез. Для Рэйвен были только бескрайние глубины чудесных глаз Джавелина. Она чувствовала, как они окутывают её, чтобы она, наконец, нашла своё место в этой галактике. Её душа дрожала, и все боли и ужасы всех двух её жизней внезапно показались такими далекими... незначительными...

Джавелина же холодный красный свет глаз Рэйвен просто гипнотизировал. Он не мог отвести глаз ни за что. Чем больше он смотрел, тем больше он удивлялся, как он вообще мог считать эти красные глаза холодными. Они не были холодными, они были горячи, как Ад; пылающие такой страстью, чем он когда-либо испытывал. Внезапно красный в них полыхнул, и на долю секунды он мог поклясться, что глаза Рэйвен сменили цвет на сочный зелёный - зелёный, такой знакомый и полный жизни, что он не мог не задрожать.

Инстинктивно Джавелин опустился чуть ближе к Рэйвен, которая не пыталась его остановить. Только когда их носы коснулись, внезапное осознание заставило их вернуться в реальный мир. Красный, как варёный рак, Джавелин, вскочил с пола и сделал несколько шагов назад, нервно почёсывая затылок. Рэйвен ещё лежала на полу несколько секунд, пока она собралась с духом. Как ни удивительно, её сердцебиение было спокойным и ровным - она ​​чувствовала себя более спокойной, чем когда-либо.

Поэтому не удивительно, что через пару мгновений тишина в комнате была нарушена истерическим хохотом трёх людей.

- Ха-ха-ха, кто бы мог подумать? Сын адмирала - гомик! Да его солдаты на куски порвут! - Джейк выдал первый комментарий, за ним быстро последовал Данлин:

- Возможно, этот раб действительно хочет быть рабыней! Фу, блин, развели тут голубой кружок!

Оук ничего не говорил, но искренне ржал вместе с двумя другими.

Двое, кто не смеялись, были Мартин и Ларк.

- Эй! - крикнул Мартину и резко взглянул на брата. - Люди могут любить кого хотят!

Затем он посмотрел на бледное лицо Джавелина и быстро добавил:

- Ну, не то, чтобы Джавелин влюбился в Рэй... Я имею в виду, в Найта! Они были просто... удивлены, вот и всё!

- Да, да, да! - ржал Данлин. - Скажи ещё, что хочешь оправдать дружбу с парой педиков!

Как будто им резко не стало дело до четверых юношей, Данлин и его банда обернулись и ушли, всё ещё неудержимо смеясь.

- Неудивительно, что этот маленький раб остаётся на первом этаже! Держу пари, что он подглядывает на парней, когда те поднимаются по лестнице на следующий этаж, пуская слюни повсюду! - насмешливо прокричал Джек.

- Вполне возможно, но я просто думаю, что его мозг пидараса недостаточно хорош, чтобы усваивать более сложные Божественные Навыки, - возразил Данлин, пока Оук продолжал смеяться. - Держу пари, что он проведёт здесь все эти десять лет на тех же четырёх навыках!

- Если он счастливо не выйдет замуж и не уедет отсюда, - закончил Джек, и все трое засмеялись еще сильнее.

Позади них Рэйвен посмотрела на своих удручённых друзей и вздохнула. Джавелин выглядел так, как будто увидел призрак, Мартин встревоженно хмурился, а его взгляд прыгал с Рэйвен и Джавелина на его брата, который, в свою очередь, казался очень смущённым. «Этого не будет», - подумала она и решила позвать уходящую трио.

- Эй! - крикнула она, вытаскивая один из немногих свитков, которые сиял синим цветом во взгляде Рэйвен. Она бросила свиток Данлину ещё до того, как тот обернулся. Тем не менее, он поймал его с лёгкостью.

- Что тебе нужно от меня? - спросил он с отвращением.

- Это вызов, - спокойно ответила Рэйвен. - Я предполагаю, что вы оставили хотя бы одно запасное место под навык, если на вашем пути появится поистине потрясающее умение. Это простой навык третьего уровня, и вы наверняка сможете его освоить в один миг...

- Конечно, я могу, - сказал Данлин, прежде чем у Рэйвен появился шанс закончить. - И что?

- Вы можете выбрать любой навык на этом этаже для меня, чтобы я его выучил, а затем мы увидим, кто овладеет навыком лучше, - продолжала Рэйвен, не обращая внимания на его слова. - Что ты ответишь? Ты же мужчина?

Данлин фыркнул:

- Это нелепо! Почему я должен заниматься таким глупым делом?

- Если зассал - так и скажи.

- Не тебе это говорить, педик! - Данлин практически закричал. - Хорошо, тогда попробуй выучить это! - он вытащил первый попавшийся свиток из ближайшей полки с навыками третьего уровня.

Рэйвен наклонила голову в сторону:

- Извини, я уже знаю этот.

Данлин сердито отшвырнул свиток на место и вытащил другой:

- Вот этот!

- Нет, этот я тоже знаю.

Данлин сузил глаза, но вытащил третий свиток, но Рэйвен только покачала головой.

- Бред сивой кобылы! - рявкнул Данлин. - Ты здесь всего неделю, и как ты мог уже овладеть тремя навыками?

- Я уже знал их, когда приехал, - лениво пожала плечами Рэйвен.

- Это ложь! Ты пытаешься одурачить меня, раб? Где бы ты взял в свои руки три Божественных навыка третьего уровня?

- Меня воспитывали наёмники, не забывай, - терпеливо ответила Рэйвен, как будто это всё объясняло. - Я могу продемонстрировать их вам, если хотите...

Данлин собирался назвать его лжецом, когда в комнате вспыхнул небольшой ропот. К настоящему моменту все препирания привлекли к себе толпу, и люди с готовностью комментировали разворачивающиеся события. Не желая одурачить себя, если Рэйвен действительно говорил правду, Данлин заскрежетал зубами и вместо этого спросил с сарказмом:

- Ну, и где же я могу найти навыки, которые ты ещё не узнал, маленький гений?

Рэйвен указала на одну из полок, которую она ещё не просматривала. С хрюканьем Данлин подошёл и вытащил четвёртый свиток, который он бросил Рэйвен, не дожидаясь, пока всё уляжется. В глазах Рэйвен свиток, который она поймала, сиял ярко-зелёным оттенком. Она развернула его и чуть было не засмеялась, увидев описанное внутри мастерство; Данлин не мог подобрать для нее более совершенный навык. Это была атака грома, физические движения которого были потрясающе близки к тому, что Рэйвен узнала во время уроков средневекового фехтования - да, средневекового; она многому училась в прошлой жизни.

Она вытащила свой идентификационный камень и открыла свиток, удерживая текст 2/4 для всеобщего обозрения. Многие ахнули, когда поняли, что это был только второй навык, который она открыла для отпечатка до сих пор. Все уже знали, через сплетни, что она выбрала Пространственный Рывок на втором этаже, а затем проводила остаток своего времени, просеивая свитки на первом этаже. Они все думали, что она запечатлела бы хотя бы несколько из них к настоящему времени.

В стороне, всё ещё бледный Джавелин морщил брови в замешательстве. Несколько дней назад он почувствовал внезапное желание увидеть, что делает Рэйвен, и подкрался к нему, когда он читал в библиотеке. Пока он наблюдал за ним, он ясно видел, как он распечатал два разных навыка. Он считал это безрассудным и хотел помешать ему тратить место на такие низкоуровневые навыки. Он не знал, что Рэйвен заметила его присутствие и вместо этого ограничивала себя с отпечатками в тот день.

Данлин, с другой стороны, ухмыльнулся, так как он тоже разучивал тот навык. По его мнению, тот факт, что Рэйвен только теперь запечатлел свой второй навык в Академии, то он, скорее всего, лгал о других навыках и только надеялся произвести впечатление на толпу. Даже не читая описание, Данлин разблокировал свиток своим собственным камнем. В отличие от Рэйвен, камень Данлина предупредил его, что он заполнил все четыре слота.

- Давай сделаем наши отпечатки одновременно, - сказал Данлин, всё ещё ухмыляясь, - И, если я не освою это умение в течение месяца, я признаю твою победу! - его слова эхом раздались по залу, и многие ученики удивленно вздохнули. Освоение Божественного навыка в течение одного месяца было достижением, даже если бы это был навык второго уровня.

- Ты и правда ученик продвинутого класса! - крикнул кто-то.

- Так уверенно! - воскликнул кто-то ещё.

Рэйвен спокойно посмотрела на своего кузена.

- А если я выучу этот навык прямо перед тобой... - её вопрос затих.

- Ха! Тогда я перестану называть тебя рабом, раб, - ответил Данлин фырканьем. - На самом деле, я даже начну называть тебя "Старший Найт"! Как насчет этого?

Красная вспышка насмешливого триумфа пересекла лицо Рэйвен, пока его не сменила холодная улыбка.

- Звучит достаточно хорошо для меня, - сказала она.

Данлин и Рэйвен ещё раз посмотрели друг на друга, прежде чем оба закрыли глаза, и их свитки слегка засветились, чтобы все могли их увидеть. Холодная улыбка Рэйвен расширилась, поскольку отпечаток её нового Божественного навыка, названного Замо'к Грома, наполнил её душу божественными наставлениями.

Процесс отпечатка занял у неё всего одну секунду, и, когда она снова открыла глаза, она посмотрела на бледного Данлина, который всё ещё стоял перед ней с закрытыми глазами.

«Это то, что ты получил за то, что не прочитал, какой навык я тебе вручила, прежде чем согласиться, баран»,– тайно хихикнула Рейвен, когда она снова вспомнила о навыке, который она выбрала для своего кузена.

Она запечатлела его вчера сама, и, хотя это было не очень сильное мастерство,–в части использования духовной сущности было довольно простым, и на первый взгляд навык казался очень простым – но физический аспект навыка был почти идентичен одному из самых трудных военных приёмов, когда-либо созданных в её старом мире. Самой Рэйвен понадобилось почти пять лет, чтобы овладеть этим единственным движением, а Рэйвен к тому моменту уже была элитным воином; если Данлин справился с этим хотя бы до того, как он окончит школу, она бы очень впечатлилась.

Через несколько вздохов Данлин открыл глаза и с горечью посмотрел на свиток в руке.

– Чёрт! Что это за навык...– он проклял так тихо, что только Рэйвен услышала его. Она могла бы подумать, что этот навык известен в Академии за то, что ему невозможно научиться, но, по крайней мере, Данлин не знал об этом.

– Итак, – беззаботно начала Рэйвен, –Только чтобы убедиться, что мы согласны: через месяц ты овладеешь Ледяным Натиском, доказывая, что ты лучший спиритуалист, – Оук Рен явно дёрнулся от названия навыка, однако Рэйвен продолжала, как будто она этого не заметила. – Но, если я до этого овладею Замком Грома, ты начнёшь называть меня «Старший Найт», я прав?

Уже бледное лицо Данлина побледнело ещё больше. Возможно, он и раньше не слышал о Ледяном Натиске, но из самого отпечатка он мог сказать, что это был очень сложный навык; освоить его в течение месяца было бы, вероятно, крайне тяжело для него. С другой стороны, она всё ещё была уверена, что он не сможет признать, что он хуже, чем "раб". После пары секунд раздумий, однако, его глаза загорелись, когда ему в голову пришла идея.

– Ха-ха, конечно! – он начал с готовностью, но затем остановился на мгновение. – Хотя я чувствую, что я немного несправедлив к тебе, – его лицо было до крайности благожелательным. –Ты ведь всего лишь первоклассник... Как насчет такого: если ты сможешь получить такую ​​же степень понимания твоего Божественного навыка, как и я, к моменту Лунных испытаний, я посчитаю, что ты победил.

Рэйвен внутренне ухмыльнулась; первое Лунное испытание было через 42 дня, давая Данлину ещё двенадцать дней, чтобы получить хотя бы некоторое представление о Ледяном Натиске и одновременно создавая иллюзию его щедрости. «Не то чтобы это принесёт ему много пользы... »,– размышляла она, пожав плечами в ответ на предложение Данлина.

– С другой стороны, – сказал Данлин, когда он увидел её молчаливое согласие. – Также несправедливо, что ты единственный, кто может что-то извлечь из этого...– и снова Рэйвен не возражала, и он продолжил. – После Лунных испытаний, если ты проиграешь, тебе придётся начать называть нас «Хозяин» и работать, словно ты – наш личный раб!

Если Данлину и удалось обмануть кого-либо из других учеников своей прежней щедростью, нынешняя злоба в его голосе должна была убедить их в обратном. Даже сильно расстроенные Ларк и Джавелин выскочили из своего оцепенения и собирались заявить против заявления Данлина, но Рэйвен протянула руку, чтобы те молчали.

– Всё в порядке, – сказала она спокойно. Данлин удивлённо приподнял бровь; он думал, что Рэйвен будет возражать против этого немного больше.

Злобное хихикание раздалось рядом с Данлином, когда Джек положил руку на его плечо и пристально посмотрел на Рэйвен.

– Глупый раб! Я думал, что ты хоть немного сообразительный... Ты должен бы начать заниматься прямо сейчас! Хммм, "Хозяин Тануки"... хорошо звучит... – он засмеялся ещё громче, но на этот раз Оук не присоединился и вместо этого выглядел немного обеспокоенным.

– У вас прямо пунктик на этом...– сказала Рэйвен с задумчивым выражением, нахмурившись. Она повернулась к Мартину. – Господин Гриффин, вы не могли бы мне помочь?

– Найт? – Мартин выглядел очень смущённым из-за внезапного изменения в поведении Рэйвен.

– Не могли бы вы одолжить мне один из ваших длинных мечей, а затем напасть на меня с аналогичным оружием? – Рэйвен почтительно поклонилась своему другу.

Теперь Мартин был не единственным, кто был смущён; трио Данлина, как и большинство наблюдателей, предположили, что Рэйвен пошутил над насмешкой Тануки, но просить, чтобы на него напали – это уже что-то другое.

Внезапная вспышка осознания, сопровождаемая новым недоумением, пересекла лицо Джавелина, заставив его кивнуть, когда Мартин через некоторое время взглянул на него; он не был уверен, что именно Рейвен планировал, но вчерашние события в их комнате в общежитии дали Джавелину новую причину, чтобы доверять своему соседу по комнате.

– Хорошо, – пожал плечами Мартин, и в его руке материализовался большой двуручный меч. Несколько из младших студентов ахнули от восхищения. Пространственные кольца были, пожалуй, не самыми редкими среди высокого дворянства, но для простолюдинов это были вещи практически из легенд. Мартин вручил свой меч Рэйвен, прежде чем вытащить второй для себя.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал? – спросил он её.

– Мне посоветовали потренироваться, я это и намерен делать, – ответила она с серьёзным выражением лица, заставив наблюдателей поднять брови от удивления.

Данлин и Джек засмеялись.

– Ты это слышал? – сказал Джек. – Он собирается начать прямо сейчас! Я готов поспорить на пять золотых, что он совершит изощрённое самоубийство в течение пяти секунд!

– Хммм, держу пари, ему хватит и трёх секунд, – с презрением ответил кузен Рэйвен. – Попытка выполнить навык сразу после отпечатка? Вот это гордыня!

Рэйвен проигнорировала их комментарии и сосредоточилась на Мартине.

– Ударь меня, пожалуйста, по голове или верху торса, пожалуйста, – сказала она и начала активировать свою духовную сущность в соответствии с умением Замка Грома.

Посмотрев пристально на Рэйвен, чтобы удостовериться, что он всё понял правильно, Мартин сделал то, что ему было предложено, размахнулся и ударил своим огромным мечом в голову Рэйвен. Он не использовал никакой духовной сущности, но простого веса меча уже было достаточно, чтобы нанести довольно сложную рану Рэйвен, если он ударит её.

Пока клинок приближался к ней, Рэйвен слегка изменила положение своего тела и опустилалевую руку вниз, держа длинный меч одной рукой. Внезапно нижняя часть этой руки и область грудной клетки под ней заискрились крошечными электрическими искрами.

С видимой лёгкостью, Рэйвен отступила вбок, уклоняясь от несущегося клинка, а когда он прошёл рядом с ней, её свободная рука, окутанная электрическими искрами,схватила лезвие и прижала его к себе с поистине геркулесовой силой, обездвиживая её, а её кожа в это время была надёжно защищена слоем искр. Как только меч был схвачен в её объятия, Рэйвен резко выступила вперед, используя только одну свободную руку с мечом, чтобы нанести удар, а длинный двуручныймеч Мартина, всё ещё зажатый, словно в тисках, двигался вместе с ней, чтобы ударить Мартина в живот рукоятью.

Как только меч Рэйвен начал двигаться к Мартину, электрические искры также прострелили её вторую руку, двигаясь к кончику её оружия с невероятной скоростью. Одновременно искры вокруг схваченного меча Мартина начали стекать по клинку, быстро приближаясь к его рукам.

Комната была в полной тишине, так как все, включая Джавелина, были глубоко потрясены. Все, кто хоть немного соображал, уже узнали навык, который она выполняла – это был именно тот, что Рэйвен запечатлела всего несколько мгновений назад.

К настоящему моменту меч Рэйвен был всего в нескольких дюймах от Мартина. Она взглянула на тот ужас, который она увидела на лице двоюродного брата и хихикнула: «Ты так легко не отделаешься, мой дорогой кузен Данлин – это было бы такой тратой... »

В этот момент, когда меч находился в дюйме от своей цели, Рэйвен слегка изменила свою духовную сущность и движение тела от правильного направления, заставив электрические искры, замерцав, исчезнуть, в то время как меч стал выпадать из её руки, будто бы сила внезапно подвела её. Кончик меча лязгнул о каменный пол спустя лишь один удар сердца.

Кончик меча лязгнул о каменный пол спустя лишь один удар сердца.

Рэйвен выпрямилась с испуганной улыбкой и выпустила меч, который она всё ещё держала другой рукой, открывая здоровенную дыру в наружном слое её мантии.

– Хе-хе-хе, – смущённо рассмеялась она. – Навыки третьего уровня действительно сложны... Теперь я понимаю, почему для понимания их может понадобиться чуть больше месяца.

Она обернула заимствованный длинный меч и протянула его Мартину, пытаясь отдать его назад, рукоятью вперёд, но Мартин просто во все глаза смотрел на неё. Весь первый этаж Божественной библиотеки был мертвенно молчалив.

– Что? – спросила она и огляделась.

Никто не успел ничего сказать, как вдруг за зданием раздался приглушённый звонок.

– А, дневные занятия начинаются – лучше не опаздывать.

Всё ещё держа заимствованный меч, она схватила близнецов Гриффина за руки и двинулась к выходу.

– Ты не собираешься проводить нас в класс, Джав? – крикнула она, когда они проходили мимо команды Данлина, взглянув на них холодным взглядом.

Вынырнув из своего оцепенения, Джавелин кивнул и поспешил прочь за уходящим трио.

– Как ты только что меня назвал?– спросил он, когда двери библиотеки закрылись. Рэйвен пристально посмотрела на него, удивлённая тем, что это главное, что его волновало. А потом она рассмеялась – её первый настоящий смех за долгое время.

Дэнлин и его спутники, а также десять других учеников, которые собрались в течение их беседы, всё ещё находились в библиотечном здании, и до сих пор стояли в молчании, глядя на закрытые двери библиотеки. И только когда они, наконец, осознали, ЧТО они только что увидели, возбуждённый шёпот распространился по толпе.

– Ты видел это? Рэйвен почти сделал «Замок Грома» с первой попытки!

– Если бы я сам этого не видел, я бы никогда в жизни в это не поверил!

– Возможно, это был трюк? Может ли он научиться этому раньше?

– Невозможно, камень идентификации не увеличил бы его счётчик, если бы он раньше выучил.

В то время как разные теории о том, что только что произошло, заполняли комнату, только три человека молчали. Джек и Оук смотрели на Данлина с шоком, а его лицо побледнело до смертельно-белого цвета и в настоящее время превращалось в смесь красного и синего – сочетание ярости и лишения кислорода.

«Этот маленький ублюдок обманул меня –по-любому обманул!»,– он выл внутри. Множество идей о том, как это могло быть сделано, но ни один из них не казался очень разумным, заставляли его напрягать свой мозг всё больше.

– Тэйлон? – осторожно спросил Оук и положил руку на плечо своему другу. Данлин глубоко вздохнул и пожал плечами.

– Это невозможно, – прошипел он и посмотрел на землю.

– Это была, скорее всего, случайность, – предположил Джек, но слова его звучали не очень убедительно.

Посмотрев на пол ещё немного, лицо Данлина нахмурилось.

– Я знаю кое-кого, кого мы можем спросить, – он практически прорычал, и, указав своим товарищам следовать за ним, выбежал из библиотеки.

–––––––––

Остальная часть дня прошла без происшествий, так как старейшину Уиллоу вызвали по какой-то неизвестной причине незадолго до начала урока, оставив ученикам инструкции по самообучению, но,когда пришло время для занятий с продвинутым классом, Данлина и Джека нигде не было видно. Сегодня вернулся первоначальный учитель для продвинутых классов, и он не был доволен его отсутствующими учениками.

Старейшина был большим взрослым мужчиной с загорелой кожей и длинными светлыми волосами. Судя по его внешнему виду, он был родом из Морской империи. Его называли старейшиной Рюмутом [в оригинале –Wrymouth], и, несмотря на то, что он перебрался в Небесную Империю почти четыре десятилетия назад, он был одним из трёх иностранных старейшин, которые были в ее подозрительном списке по секрету «Старейшины W», включая старейшину Уиллоу [Willow].

Старейшина Вирмут [Wyrmouth, чёрт знает, как правильно, ошибки анлейта – п.п.] решил коллективно наказывать всех продвинутых учеников за тех, кто отсутствует, поэтому вечерний урок был заменён на тренировки, настолько изнурительные, что даже Рэйвен по считала это немного экстремальным – хотя это могло быть больше из–за отсутствия выносливости после предыдущего режима обучения.

Придя в свои комнаты, Рэйвен и Джавелин рухнули на их кровати, тяжело дыша.Конечности чувствовали себя как желе.

– Блин, это был полный ад! – прохрипел Джавелин, задыхаясь.

– Все инструкторы из Морской Империи такие требовательные? – спросила Рэйвен, её дыхание быстро стабилизировалось.

– В значительной степени, – засмеялся Джавелин, но быстро пожалел об этом, когда его смех превратился в кашель.

– Это так типично,– вздохнула Рэйвен и послала Джавелину ироничный взгляд. – Данлину удаётся быть болью в заднице, даже когда его нет! – кашель усилился, когда он ещё громче рассмеялся. В конце концов его кашель успокоился, и он тоже приподнялся, чтобы посмотреть на своего соседа по комнате.

Их глаза встретились, и в следующее мгновение лицо Джавелина стало ярко-красным. Он быстро отвернулся, его рука инстинктивно приподнялась к шее. В тот момент рукав немного отошёл назад, и на его запястье можно было увидеть синий с золотым браслет. В тот момент, когда Джавелин увидел это, он застыл на месте, его прежде красное лицо побледнело, и на нём появилось выражение огромной потери, которая быстро смешалось с позором.

Рэйвен нахмурилась, наблюдая этот внезапный сдвиг. Сидя прямо, она пристально посмотрела на браслет и у неё перехватило дыхание – она ​​узнала этот браслет! Она сделала его для себя два года назад, а год назад отправила Джавелину в качестве небольшой благодарности за Сумеречную Колыбельную, которую он подарил ей тогда же. В тот же вечер вся семья Рэйвен была убита, из-за чего она полностью забыла о браслете.

Глядя на неё снова, эмоции той ночи навалились с новой силой, она вспомнила всё, что она потеряла. Одинокая слеза пробежала по её щеке.

Почувствовав её пристальный взгляд, Джавелин оторвал взгляд от запястья, и, несмотря на всю свою боль и позор, он почувствовал, что вид этой одинокой слезы пронзил его, заставив сердце сжаться ещё больше.

– Найт? – его голос был обеспокоен, почти молил об ответе.

Рэйвен пошевелилась и быстро вытерла слезу.

– Ой, прости, – покорно улыбнулась Рейвен, подыскивая правильные слова.– Ты... ты вдруг показался мне таким грустным.

Беспокойство Джавелина ослабло, но его снова сменила боль утраты, когда он взглянул на браслет.

– Я... это... – его голос дрогнул, пытаясь говорить. – Это был подарок от девушки, с которой я однажды познакомился, – наконец сказал он.

– Однажды познакомился? – осторожно спросила Рэйвен.

– Она... она была самым чудесным существом, которое я когда–либо встречал. Я не могу это объяснить, но как только я увидел её, мне показалось, что что-то во мне защемилось, – голос Джавелина стал удивительно ровным. – Я знаю, это звучит глупо, но я просто знал – она ​​была моей, она всегда была моей.

Рэйвен сидела молча. Три года назад – не говоря уже о шести годах назад, в её старой жизни – Рэйвен действительно нашла бы слова Джавелина глупыми, и даже безумными. Однако сегодня она не была так уверена. Разве то, что он описал, не подобно тому, что она испытала всего за несколько часов до этого? Рэйвен отогнал эту мысль; конечно, это было не так интенсивно.

– Этот браслет... пришёл на следующий день после того, как я узнал, что не только она, но и вся её семья погибла в результате несчастного случая. Ни... никто не выжил, – голос Джавелина дрогнул, по его лицу текли слезы, –Я... должен был быть там, её брат пригласил меня в гости... Если бы я только принял это приглашение, может быть, я... – его кулаки сжались, костяшки пальцев моментально побледнели. Он немного удивлённо посмотрел на свои руки.

– Джавелин... – Рэйвен соскользнула с кровати и присела на пол перед ним. – Какая разница, что ты сделал? Тебе было всего восемь лет, что ты мог бы сделать?

– Я мог бы защитить её! – Джавелин повысил голос. – По крайней мере, она не умерла бы одна!

Рэйвен несколько раз глубоко вдохнула от шока, и почувствовала внезапное желание залепить ему пощёчину. Но она этого не сделала, вместо этого она выдохнула, пытаясь успокоить его:

– Она была не одна, её семья была с ней, не так ли?

Джавелин покачал головой:

– Нет, я знаю, что она была одна, я это чувствовал! – он ударил кулаком по постели, из-за чего доски затрещали. Некоторое время он молчал, прежде чем сказал более спокойным голосом: – Я чувствовал её скорбь. Она горевала одна. Она умерла одна. А я поклялся, что буду носить этот браслет с собой навсегда, чтобы она больше не была одна, и всё же... – он коротко посмотрел на Рэйвен, прежде чем отвернуться, краснея от позора.

Рэйвен, наконец, осознала внутренний конфликт мальчика. Он почувствовал что-то к ней сегодня, может быть, даже раньше, учитывая его первоначальный дискомфорт от её присутствия, и теперь Джавелин боялся, что он влюбитсяв кого-то другого – тем более в мальчика.

Какое-то мгновение Рэйвен колебалась, она действительно не хотела, чтобы кто-то знал, что она ещё жива, но, Джавелин хотел защитить её и мог бы поклясться хранить этот секрет своей жизнью? Было бы очень приятно, если бы можно было поделиться этим ещё с кем-то...

– Джавелин, я... – начала она, но в этот момент её голова слегка повернулась.

«Сестра, Билл очнулся и ведёт себя странно, мне нужна твоя помощь!»

Мгновение Рэйвен сидел, замершая, на полу. Её разум был пуст, когда она пыталась решить, что делать.

– Рэйвен? – голос Хацина повторился ещё раз, на этот раз с ещё большей мольбой.

Этот огорчённый голос подействовал на Рэйвен, как ведро ледяной воды на голову; всё её тело вздрогнуло, и она моментально поднялась на ноги, отступая от всё ещё взволнованного Джавелина.

– Джавелин, мне очень жаль, – сказала она, потянув за мантию. – Я не должен был выспрашивать...

Джавелин взглянул на Рэйвен.

– Ты ничего не сделал, я просто... – Рэйвен поднял руку, чтобы не дать ему что-либо сказать.

– Всё в порядке, я понимаю. Я дам тебе немного побыть одному, – сказала она и вышла из комнаты, прежде чем Джавелин успел возразить. Когда дверь за ней закрылась, Рэйвен прислонилась спиной к ней на мгновение, после чего погладила себя по крепко сжатым волосам и вздохнула.

«О чём я только думала?» – упрекнула она себя. – «Рассказывать такой секрет десятилетнему, как я, только потому, что ему грустно из-за того, что он потерял свою первую любовь? Это даже хуже, чем с Эриком...» – она закрыла глаза и непроизвольно вспомнила о своём последнем задании в её прошлой жизни; оно закончилось явно не так, как этого хотела Рэйвен.

Через секунду она потрясла головой: «Возьми себя в руки, Рэйвен!» – она скомандовала себе, прежде чем, наконец, побежала по коридору. Её красные глаза, вновь не выдавали никаких эмоций, только холода.

Внутри комнаты Джавелин стоял, положив одну руку на дверь, ведущую в коридор, его голова была опущена, и он ошеломлённо смотрел в пол. Он не был уверен, что произошло; Рэйвен решил, что их разговор окончен, а потом внезапно ушёл. Джавелин почувствовал внезапный прилив дежавю, пока он наблюдал, как худой мальчик быстро выскочил из комнаты.

Нахмурившись, он пожал плечами, так как его ум творил с ним трюки; возможно, у Джавелина было требовательное воспитание, но он никогда не терпел оставаться позади. Тяжело вздохнув, он опустился на кровать, глядя на тусклое небо за окном.

«Почему мне так стыдно рассказывать ему о ней?» – удивлялся Джавелин. Он чувствовал себя странно обязанным объяснить своему соседу по комнате свою прошлую любовь, юную леди Найтингейл. Он отчаянно чувствовал необходимость объяснить Рэйвену это... Он нахмурился.

«Знать что? Что я всё ещё люблю призрака? Что я не могу?» – Джавелин фыркнул. – «Он мальчик, чтобы плакать и жалеть! Кроме того, ещё три года назад моя невеста была уже...» – глаза Джавелина расширились.

Он спрыгнул с кровати и выбежал из комнаты. «Как он узнал?» – думал Джавелин, направляясь по пути, которым, скорее всего, пошёл Рэйвен. – «Я никогда не говорил, когда она умерла! Может ли Найт знать что-нибудь о том, что произошло?»

Эта тонкая ниточка заставила его сердце биться от волнения. Он всегда думал, что смерть главной семьи Найтингейл была немного странной. Как мог такой престижный клан совершить такую ошибку новичка и переоценить свои способности при обращении с магическим зверем? Это не имело никакого смысла! По-видимому, в руинах были найдены шары воспоминаний, но такие шары были специальностью Морской Империи, и Джавелин знал, что они не безошибочны; опытный спиритуалист может изменить хранимую информацию.

«Если Найт знает хоть что-то, я должен узнать это!»

Как ни странно, как бы он ни бежал, Джавелин не мог догнать своего соседа по комнате. Его, казалось, нигде не было. Джавелин пробежал всю дорогу от Южных общежитий до великого сада Академии в мгновение ока, но не заметил никаких признаков Рэйвена. Как только он шагнул за Южные ворота и остановился, чтобы осмотреться и решить, где его искать дальше, два знакомых голоса прокричали в унисон:

– Вот ты где, Джавелин!

Он повернулся налево и увидел, что близнецы Гриффин бегут к нему. Мартин широко улыбался, но в его глазах было видно небольшое раздражение. Ларк тоже улыбался, но его улыбка была не такой честной, как у его брата.

– Вы видели Найта? – Джавелин спросил близнецов, но их реакция ответила на его вопрос ещё до того, как они открыли рты.

– Мы предполагали, что он был с тобой, – сказал Ларк, немного обеспокоенно. – Только не говори мне, что ты снова накричал на него.

– Нет, нет! – отвечал Джавелин, немного более твёрдо, чем намеревался. – И что ты имеешь в виду?!

Оба близнеца подняли свои брови – неосознанно, но синхронно – как бы говоря: «О, неужели?»

Джавелин вдруг вспомнил кое-что, и он почесал затылок. «Правильно, Башня духа... тогда он и мог узнать…», – Джавелин вспомнил тот вечер, и его дух немного упал.

– Ларк, ты рассказывал ему о ней? – спросил он.

Ларк не нуждался в разъяснении, чтобы знать, что имел в виду Джавелин. Он покачал головой с искренним раскаянием.

– Мне жаль, что я сказал ему, Джавелин, но я должен был объяснить, почему ты отреагировал так!

Джавелин перебил его.

– Ты сказал, когда это произошло?

– Прости? – Ларк выглядел смущённым; это была не реакция, которую он ожидал от своего друга.

– Ты сказал Найту, когда она умерла? – снова спросил Джавелин, более настойчиво. Настойчивость в его глазах заставила Ларка поддержать оборону.

– Нет! – поспешно ответил он.

– Ты уверен? – Джавелин приблизился.

– Нет... может быть… Я не знаю, Джавелин... – Ларк снова отступил назад, но на этот раз Мартин встал между ними.

– Что происходит, Хек? – спросил он с суровым видом. – Ты ведешь себя немного странно, мужик.

Глаза Джавелина встретились с Мартином и задержались на мгновение, прежде чем уступить.

– Извините, – сказал он, – Я не должен был так злиться.

Джавелин отступил назад и посмотрел на сад.

– Куда он исчез?

Мартин взглянул через плечо на брата, но он тоже не имело понятия, что происходит. Они хотели спросить, но в последние годы поняли, что, когда дело доходит до вопросов о Рэйвен Найтингейл, лучше оставить его в покое.

– Вы искали меня? – в конце-концов спросил Джавелин.

Обрадовавшись смене темы, Мартин осторожно положил руку ему на плечо.

– Да, – сказал он, – На самом деле тебя и Найта, но, я думаю, нам придётся справляться только с тобой, – озорство мелькнуло к его глазах.

«О, господи!», – подумал Джавелин, но ничего не сказал.

– Помнишь бой, о которой мы говорили тебе? Тот, когда таинственная женщина убила придурка из клана Тэйлон во время её первого боя в Бездне Боёв? – Джавелин кивнул, и Мартин продолжил. – Мы думали...

Ларк кашлянул.

– Хорошо, я думал, что мы могли бы также посетить Бездну сегодня вечером и посмотреть – если нам повезет – посмотреть её бой.

Улыбка Мартина скривилась в ухмылке, и он добавил, понизив голос:

– Возможно, даже дадим ей медаль за заслуги перед человечеством.

Несмотря ни на что, Джавелин искренне смеялся. Как только его смех затих, он посмотрел на Мартина, который всё ещё висел на плече Джавелина, тёплыми глазами – Мартин мог бы показаться спокойным и простым, но он был достаточно проницательным. Очевидно, это была его попытка повысить настроение, как Джавелину, так и для Ларку.

– Медаль не звучит достаточно хорошо, если вы спросите меня, – пошутил Джавелин. Внезапно он получил озарение; возможно, они были не единственными, кто рассматривал возможность поездки на Деловой уровень.

– Конечно, пойдем, – сказал он. – До того, как начнётся, остаётся несколько часов. Если нам повезет, мы можем найти Найт по пути. Я помню, что его дяди – это наёмники, остановившиеся на Деловом уровне.

Первое, что заметила Рэйвен, когда она подошла к маленькому домику, принадлежащему Хогу и его спутникам, был слабый ритмичный стук, идущий изнутри. Звук не был достаточно громким, чтобы кто-либо мог его услышать, но Рэйвен могла это сделать. Как только она подошла достаточно близко, она почувствовала, что Билл немного смущён и неустойчив. Он сидел в шкафу в прихожей, покачиваясь взад-вперед, хлопаясь в стену перед ним каждый раз, когда он наклонялся вперед.

– Похоже, он не пережил ночь невредимым... – Рэйвен не мог не почувствовать себя немного подавленной, и она остановилась на пороге перед входом в дом. Сразу же её встретили белые крылья её брата, зависшего перед её лицом.

– Сестра, ты здесь! – Хацину было очень приятно.

– Как он? – мысленно спросила Рэйвен, чтобы не потревожить и без того раздражённого Билла.

– Трудно сказать, – ответил Хацин, когда упал ей на плечо. – Когда он проснулся, сначала он был в порядке, даже не путаясь ни в чём. Затем он внезапно начал дрожать и кричать. Похоже, он говорил, но я не мог понять, что он говорил, как будто он говорил на другом языке. В конце концов он попытался бежать к двери, но, когда он выглянул в окно, он побледнел как призрак, и с тех пор он был таким... – Хацин протянул белое крыло к двери шкафа.

Рэйвен посмотрела в окно, но не заметила ничего необычного.

– Он кого-то увидел, что ли? – спросила Рейвен, подходя ближе к шкафу. Она осторожно попробовала ручку, но она была заперта изнутри.

– Билл? – спросила она самым тихим голосом, который она могла сделать. На какое-то мгновение стук прекратился, но вскоре снова начался, теперь ещё сильнее. Рэйвен наклонила голову в сторону, нахмурившись. «Он что-то говорит?»

Напрягая уши до максимума, Рэйвен услышала едва слышные тихие слова, которые выливались с каждым его выдохом. Учитывая её слух, она сомневалась, что Билл даже сам может это услышать – если бы он знал, что происходит, то есть.

– Снелла, – выдохнул он. – Слут... джаг кларар... инте-мер!

Глаза Рэйвена расширились от шока; она узнала эти слова, но они были не из этого мира – это были слова, которые принадлежали ей в старом мире! Там на них говорили последние оставшиеся в живых из маленькой северной страны, которая была почти стёрта с карты во время великой мировой войны, закончившейся до того, как Рэйвен даже родилась. Её светловолосый одноклассник и единственный друг, которого Рэйвен заставили убить в пять лет...

«Как он может говорить это?» – она была сбита с толку, но когда Рэйвен попытался понять, что происходит, она услышала больше слов из шкафа.

– Нектергален... де каллар миг Нектергален...

В этот момент она поняла, что произошло. С внезапным всплеском силы духовной сущности, Рэйвен рванулся к ближайшей двери, сняв её с петель. Билл вскрикнул, когда поднял на неё глаза, полные ужаса. Рэйвен сделала всё возможное, чтобы скрыть её жажду крови, видимую даже из её собственных глаз, она обхватила голову Билла и заставила его взглянуть ей в лицо. Инстинктивно он закрыл глаза.

– Посмотри на меня, – убеждала она твёрдым голосом. – Посмотри на меня, Билл, – глаза Билла были закрыты. – Титта по миг? – спросила она.

Наконец, её команды действовали; глаза Билла открылись и встретились с одушевлённым взглядом.

– Вот так, Билл, – ворковала Рэйвен. – Следи за мной, хорошо? Ты можешь это сделать? – Билл медленно кивнул. – Хорошо, мальчик. Теперь повторяй за мной: меня зовут Билл, я из Небесной империи.

– Меня зовут Билл, я из Небесной империи. – Билл произнёс эти слова, но не было слышно убеждённости в их значении.

– Снова, Билл, – настаивала Рэйвен.

– Меня зовут Билл, я из Небесной империи.

Она велела Биллу повторять это одно предложение, как мантру, снова и снова, пока медленно, жизнь не возвратилась в его глаза, и он стал говорить эти слова с растущей уверенностью.

Как только он стал немного более стабильным, Рэйвен привела Билла теперь почти в своём уме в кухню дома и подала ему чашку тёплого варева, чтобы успокоить его ещё больше. Это заняло более двух часов, но в конце концов Билл посмотрел на Рэйвен – он всё ещё явно был потрясён, но он казался относительно здоровым.

– Мисс Найтингейл... – в его голосе звучала смесь жалости и страха. – Я... ты... как ты можешь жить с этим...

Рэйвен покачала головой.

– Не можешь ли ты дать нам пару минут, брат? – спросила она, и, хотя Хацин бросил на неё долгий, пронзительный взгляд, он сделал, как его просили, и вылетел из дома. Почувствовав, что он вне пределов слышимости, Рэйвен откинулась на спинку кресла с озабоченным, почти материнским выражением на лице.

– Сколько ты знаешь? – она спросила.

Некоторое время Билл молчал.

– Я не знаю... Я так много не понимаю, – он снова успокоился, но Рейвен просто ждала продолжения. – Я видел пещеру, где вы оплакивали смерть вашей семьи, и я... я думаю, что я видел ваше рождение, но большинство было до этого, – он вздрогнул. – Было так много... боли...

– Значит, это было правдой, – подумала Рэйвен. Она читала, что когда-то, когда спиритуалисты временно связывались друг с другом, чтобы передать отпечатки Божественных навыков, некоторые воспоминания могли быть перенесены также.

По мере того, как человек становился старше и испытывал больше аспектов жизни, его душа становилась сильнее. Но что сделало его сильнее? Это были именно те воспоминания, те, которые действительно изменяли жизнь, которые оставались с вами всю оставшуюся жизнь.

Когда Рэйвен загнала свою духовную сущность в душу Билла, чтобы справиться с ядом, некоторые из её воспоминаний тоже были перенесены. Точно так же, как и отпечатки, информация из её души была скопирована Биллу. Эти воспоминания не стали бы по-настоящему его, но он мог вспомнить их так же, как кто-то помнит сон.

– Мне жаль, что вам пришлось это увидеть, – сказала она. Только самые сильные из её воспоминаний жизни, наполненные болью, смертью и пытками, было непросто, даже вспоминать, даже если бы у него их не было. Рэйвен тренировалась столько времени, сколько она себя помнила, а Билл не знал.

– ...вы спасли меня, это маленькая цена, – ответил он, но Рэйвен была не так уверена. Раньше она имела дело с людьми, которые получили внезапные травмы; он мог бы быть в порядке на данный момент, но никто не мог точно знать, как долго это продлится. Скорее всего, он больше никогда не сможет хорошо спать.

Время покажет...

Решив сменить тему, Рейвен вместо этого попросила Билла немного рассказать о себе, прежде чем переходить к вопросу о клане Тэйлон и их захвате власти. Оказывается, Билл и его семья работали и были членами клана Найтингейл в течение нескольких поколений. Они никогда не занимали высоких постов в клане, но их уважали за их усердную работу.

Когда семья Рэйвен была убита, а Леди Анаинга появилась с записями последних желаний их Лорда, никто не отреагировал на неё вначале. Однако время шло, и Тэйлон постоянно изменяли префектуру. Многие изменения, которые многие знали, что лорд Малео не одобрил бы, – например, требовать более высоких налогов даже с людей с небольшим или никаким доходом.

Некоторые начали высказывать свои возражения, но спустя небольшой промежуток времени начались несчастные случаи. Это могло быть что угодно – от редких болезней до сломавшейся лестницы и полночных ограблений. Биллу стыдно было сказать, и он решил затаиться, сохраняя своё мнение. Только когда он случайно услышал разговор о "доении" большего количества денег у жителей префектуры на благо иностранца, Билл понял, что с него достаточно.

Конечно, он не так устал от жизни, чтобы кричать об этом с горных вершин. Вместо этого он начал подрывную деятельность Тэйлона изнутри, но, по-видимому, он не был достаточно сдержан. Фискал, также бывший Найтингейл, который довольно быстро изменил свою лояльность после смены режима, был послан, чтобы спровоцировать Билла на дуэль до смерти. И у него это получилось.

Рэйвен задала много вопросов, пока говорил Билл, и многое узнала о текущей ситуации в доме Тэйлон, особенно когда дело доходило до количества спиритуалистов, имевшихся в распоряжении Тэйлон. Однако ответа на самую большую тайну не было: кто же был этот иностранец?

Когда тонкий полумесяц поднялся над Небесным Городом, Рэйвен и Билл всё ещё сидели на кухне маленького домика, расположенного на окраине первого уровня города. Хацин давно уже вернулся назад, и теперь он сидел на краю кружки, наполненной тем же бульоном, который пил Билл.

Близилась полночь, а обсудить нужно было очень много. По большей части Рейвен спрашивала Билла об информации о клане Тэйлон или о городе в целом. Тем не менее, у Билла было несколько собственных вопросов к Рэйвен, в основном касательно того, что случилось в тот страшный день два года назад, и как Рэйвен смогла выжить. Рэйвен предпочла быть в основном честной в этом вопросе, но некоторые детали она предпочла скрыть – например, уровень своего совершенствования или то, что её брат тоже выжил – хотя и не в том же виде.

Как ни странно, Билл ничего не спросил о воспоминаниях, которые он видел из предыдущей жизни Рэйвен; время от времени он становился смертельно бледным, смотрел вдаль в изумлении, но не говорил ни слова о том, о чём он думал или помнил в то время. Возможно, он боялся, что разговоры об этом заставят его снова потерять рассудок.

– Итак, – сказала Рэйвен после того, как Билл вырвался из очередного транса, – Насколько вы знаете, у клана Тэйлон есть по крайней мере девять средних Чемпионов и около сотни низких Чемпионов?

– Да, мисс... эммм, мэм.

– Но как это возможно? У клана Найтингейл был только один средний Чемпион – мой отец, и, насколько я знаю, ни в Найлингейл, ни в Тэйлон не было никого, кто мог бы прорваться!

– Я не знаю, как это случилось, мэм, я просто знаю, что есть девять старейшин кланов, которые очень внимательно следят за командами твоей тёти, и все они – средние Чемпионы.

Рэйвен не мог понять этого. Может, это и кажется, что от низкого Чемпиона до среднего не так много, но разница была огромной. Среднему спиритуалисту понадобится около 25 лет обучения, чтобы увеличить их совершенствование до пика между Адептом и Чемпионом. Если им удастся сделать прорыв, скорее всего, понадобится еще одиннадцать лет, прежде чем они даже приблизятся к среднему Чемпиону. Кроме того, если вам больше тридцати пяти, и вы ещё не достигли уровня Чемпиона, вы вряд ли когда-нибудь сумеете туда попасть.

– Ходят слухи, – добавил Билл. – Что они нашли какое-то сокровище, которое помогло им увеличить их совершенствование [ага, Фуаран такой… - п.п.]. В клане довольно много людей, которые совершенствовались намного быстрее, чем обычно, поэтому это имеет смысл…

Рэйвен не могла не вспомнить о странной духовной сущности Данлина. Было ли это каким-то образом связано?

– Сестра, почему императорская семья не отреагировала на это? – спросил Хацин. – Если Тэйлон так усилится, то их положение, как правящей верхушки, окажется под угрозой.

– О, они могли бы отреагировать на это, просто они ничего не могут с этим поделать, – вздохнула Рэйвен. – Ты так же хорошо знаешь, как сильны традиции в нашей империи: сильнейший клан правит, и только так. Если один из кланов префектуры или даже сама императорская семья попытается двинуться, чтобы ограничить развитие других, возмездие будет быстрым и абсолютным.

Билл, который ничего не слышал о разговоре брата с сестрой, немного помолчал, а потом продолжил говорить:

– С другой стороны, ходят слухи, что в клане есть больше экспертов, которые могут стать ещё сильнее!

Маленькая птичка сильно задрожала, подавившись бульоном, который только что пыталась отпить.

– Это правда? – спросила Рэйвен с обеспокоенной нахмуренностью.

– Это слухи, мэм, все дело в том, что на самом деле никто не знает, – Билл смиренно улыбнулся. – Но, с момента появления Тэйлона было получено намного больше писем, которые я получил мгновенно. Я это точно знаю, потому что я... я был ответственным за то, чтобы держать оборудование готовым к использованию в любое время.

Глаза Рэйвен загорелись.

– Вы знаете, кому они его отправили?

– Извините, мэм, но всё, что я знаю, это то, что большинство писем было отправлено не очень далеко, судя по затраченным средствам.

– Вы знаете, как мне перехватить эти письма?

Билл некоторое время молчал, и Рэйвен было испугалась, что он вот-вот впадёт в новый транс, прежде чем Билл снова заговорил:

– Если мэм хочет видеть эти письма, ничего не поделаешь – нужно будет осторожно прокрасться в особняк или куда бы ни послали эти письма…

Рэйвен приуныла, как и ожидалось.

– Однако, – продолжал Билл. – Если вы хотите узнать о скрытых экспертах, тогда гильдия убийц могла бы помочь вам с информацией...

Билл бросил быстрый взгляд на Рэйвен, прежде чем отвести глаза, а её брат с изумлением посмотрел на улыбающееся лицо Рейвен.

– Почему убийцы это знают? – спросил он.

– Одна из самых важных вещей для убийцы – это знать свою цель, особенно если вы занимаетесь охотой на спиритуалиста. Если, разумеется, заказчик в состоянии заплатить необходимую цену… – Рейвен произнесла вслух, словно подтверждая свои подозрения. – У них должна быть обширная сеть шпионов.

И Билл, и Хацин согласно кивнули, хотя и по разным причинам.

– Верно, – сказал Билл. – Я мало что помню о вчерашнем, но я уверен, что мэм могла бы... – речь Билла затихла, прежде, чем он смог дойти до конца; его тело расслабилось, а взгляд стал отрешённым.

В глазах Рэйвена мелькнула жалость, когда она посмотрела на мгновенно ставшего бездушным мужчину перед ней и вздохнула. Когда он был таким, аура Билла значительно слабела, как будто покрывалась тускло-серой мембраной.

– С ним всё будет в порядке? – спросил Хацин.

Рэйвен покачала головой.

– Я не знаю... Но я боюсь, что, если он не сможет смириться с этим, Билл больше не будет продвигаться в своем совершенствовании...

Рэйвен встала со стула и подошла к кухонному окну. На небе серебряная луна почти достигла своего пика – приближалась полночь.

– Брат, я пойду. – Рэйвен послала сообщение брату, не отрывая взгляда от окна.

– Ты идёшь в Бездну, верно?

Рейвен кивнула.

– Ты не можешь, – Рэйвен обернулась и посмотрела на брата извиняющимся взглядом. – Что, если кто-то узнает тебя позже?

– Никто не должен видеть меня с тобой.

– Я мог бы полететь за кем-то другим!

Лицо Рэйвена сделалось суровым.

– Я сказала «нет», Хацин, – она вытащила листок бумаги и нацарапала записку для Билла – на тот момент, когда он очнётся – и быстро покинула дом.

Внутри, Хацин подлетел к подоконнику рядом с дверью и увидел тёмную фигуру Рэйвен, скрывающуюся в тени. Несмотря на то, что у него был птичий облик, его глаза были полны глубокой скорби.

«Я не дурак, дорогая сестра», – подумал он, и боль наполнила его маленькое сердце. – «Какие же воспоминания остались у тебя от прошлой жизни, если только их маленькой частички достаточно, чтобы свести с ума взрослого человека? Какие ужасы ты была вынуждена пережить?»

Его духовная сущность, которую он не мог контролировать сейчас, собралась на краю его глаз, где она родила две сверкающие слезы. Две хрустальные капли скользнули вниз, как снежинки, и исчезли в тот момент, когда они должны были удариться о деревянный подоконник под маленькими когтями Хацина на сотни мельчайших капелек…

Мастерски двигаясь от тени к тени, Рэйвен быстро пробилась через Деловой уровень к восточному горному пику и Бездне Боёв. Она взяла ястреба с уровня земли на западную сторону делового уровня, а затем совершила зигзаг по различным дорожкам, чтобы убедиться, что никто за ней не следит, и только после этого она подошла к месту назначения.

Она прибыла, возможно, на час позже, так что большинство людей уже пробрались внутрь, но Рэйвен явно почувствовала, как множество людей спокойно наблюдают за ней из разных мест, которые они сами считали скрытыми. Рэйвен приходилось заставлять себя не смотреть ни на одного человека, который стоял посреди дороги и, казалось, ждал её; хотя её глаза и не могли его видеть, его густая красная аура было подобна маяку в тёмной ночи для остальных чувств. Что бы он ни делал, чтобы оставаться невидимым, он ничего не скрывал.

Не обращая внимания на своих наблюдателей, Рэйвен направилась прямо ко входу в пещеру Бездны, лишь ненадолго взглянув на две огромные каменные статуи, мимо которых она прошла по дороге. По мере того, как она продвигалась дальше, симфония запахов, звуков и просачивающейся духовной сущности, этот неизбежный коктейль при общении с очень большими группами людей, наводил оскомину на её чувства до такой степени, что это было почти болезненно.

«Мне и раньше не нравилось быть в большой толпе, а сейчас мне это нравится ещё меньше!», – если бы большая часть лица Рэйвен не была тщательно скрыта под слоями обёрнутой ткани, люди предположили бы, что она только что проглотила лимон.

Тем не менее, очень немногие заметили, что она вообще подошла к ним. Причина заключалась в том, что на этапе боевых действий велась жестокая битва. Это не бой насмерть, потому что металлическая клетка всё ещё свисала с потолка, но двое мужчин были равномерно избиты друг другом и, похоже, ужасно злились друг на друга.

Делая всё возможное, чтобы отфильтровать все ненужные шумы и ауры, Рэйвен пробралась в область, предназначенную для участников гильдии убийц. Ей нужно было найти путь в гильдию, и это был самый быстрый способ, о котором она могла подумать.

«Слухи здесь расходятся тоже очень быстро», – отметила она, когда около шестидесяти взглядов повернулись к ней, едва она успела сесть на своё место на пятой скамье от переда. Сегодня здесь было намного больше людей – вчера их было едва ли тридцать – и все они начали шептаться о вчерашних событиях, когда они её увидели.

– Значит, вы посмели вернуться.

Рэйвен обернулась на скамейке, чтобы увидеть человека, которого она вчера отделила от толпы. Лимпкин спустился по лестнице. Она улыбнулась почти хищной улыбкой, потому что она знала, что он не сможет увидеть улыбку сквозь шарф – её чувства не ошиблись, это он был невидимым человеком, стоящим посреди дороги.

– Мне нравятся женщины с яйцами, – сказал он злорадно.

– Личный прием от Лимпкина, знаменитого Адепта. Я очень рада, – сказала Рэйвен с излишне грациозным кивком. – Вы встречаете всех новых убийц на дороге?

Глаза Лимпкина на мгновение вспыхнули, и на его лице появилось выражение приятного удивления.

– Только интересных, дорогая, только интересных, – ответил он, подмигнув, прежде чем продолжил спускаться по ступенькам.

«Интересно, действительно», – подумала Рэйвен, всё ещё улыбаясь и наблюдая, как он уходит. Она не забыла его битв со вчерашнего дня и очень хотела бы подраться с ним сегодня вечером, если появится такая возможность.

Фырканье рядом с ней привлекло внимание Равена. Звук раздался от соседа, удивительно обычного парня, которому трудно было определить даже возраст. Для убийцы его внешность была близка к идеалу.

– Типично, – пробормотал он. – Конечно, девушка должна начать флиртовать с того момента, как она сюда попадёт.

Рэйвен удивленно подняла бровь. «Флирт? О, бедняжка...», – с опытом Рэйвен, она могла бы проскользнуть в спальню пуритан, если бы захотела. Покачав головой, Рэйвен намеревалась сосредоточиться на предстоящей битве, но этот парень закатил глаза и заговорил снова:

– Не могу поверить, что мне нужно сидеть рядом с девушкой... – он хмыкнул и толкнул другого своего соседа. – Что, если её бабская немощь перейдёт на меня?

Он насмешливо засмеялся и был слишком погружён в себя, чтобы заметить, как температура вокруг него немного снизилась.

– Я имею в виду, что Фискал был хером. Бьюсь об заклад, она выиграла только потому, что он был занят рассматриванием её сисек под плащом.

Он опять начал смеяться, но на этот раз заметил, что вокруг него стояла тишина. А его сосед, сидящий рядом с ним, смотрел на него скорее с жалостью. Парень нахмурился:

– Что?

Никто ему не ответил.

В тот момент прозвучал гонг, указывая на то, что матч подошёл к концу. Вся толпа начала аплодировать, когда победивший радостно взвыл. Ну, почти вся толпа приветствовала. Область вокруг Рэйвена была тише воды, ниже травы.

Сквозь весь шум раздался девичий голос у уха этого самого «среднего» человека.

– Э-э, извините меня, мистер, – сказала Рэйвен, ткнув его в плечо.

Удивлённый внезапным прикосновением, мужчина дёрнулся и попытался вырваться, но безрезультатно. Мужчина поначалу увидел только чёрную накидку и робу Рэйвен, но теперь, наконец, когда его глаза встретились с её, он вздрогнул и его лицо потеряло весь свой цвет.

– Вы не могли бы рассказать мне, как можно сделать вызов?

---------

– Вы видели это финишное движение? – воскликнул Мартин с большим энтузиазмом.

Это грандиозное изумление заставило Джавелина слегка хихикать, хотя он быстро стал снова задумчивым. Вечер прошёл не так, как он надеялся. Мало того, что они не смогли найти Рэйвен на пути в Бездну Боёв, они ещё и столкнулись с Данлином и его командой. Ничего действительно стоящего упоминания не произошло, но встреча оставила у него и двух близнецов кислое послевкусие.

Что ещё хуже, первый час боёв в Бездне был особенно скучным. Создавалось такое впечатление, будто каждый спиритуалист, который действительно знал что-то о настоящей борьбе, просто сидел и смотрел, тогда как чистые любители выясняли отношения в центре. Они могли бы так же тыкать друг друга палками; не было никакой хитрости, только грубая сила и сломанные носы.

– Я устал, – вздохнул Ларк, когда закончился ещё один бой. – Не пора ли нам уходить?

Джавелин тоже не мог выдержать больше.

– Отлично, – уныло сказал Мартин. – Я хотя бы пытался...

– Ты всё сделал правильно! – Ларк похлопал брата по плечу, и они встали, чтобы уйти. Когда Джавелин сделал то же самое, на арене началось волнение. Импровизированные правила боя должны были держаться до следующего боя. Ни один из трёх ребят не отреагировал на это, так как в этом не было ничего необычного, но, когда Джавелин сделал первые шаги с трибун, где он и его друзья сидели, он беззаботно оглянулся через плечо, чтобы взглянуть на сцену.

Там, на арену битвы выходила… фея, нельзя было назвать по-другому. Её одеяния мерцали синевой и медью. Её темно-фиолетовые волосы плыли позади неё, словно подвешенные в воде, её руки были бледны, как белый нефрит, а её лицо было покрыто чистой вуалью. Мягкий звон колокольчиков наполнял воздух с каждым её шагом, а двигалась она со всей грацией небес и земли.

Сердце Джавелина перестало биться. Он пытался дышать, но воздух не попадал в лёгкие, и он в замешательстве уставился на женщину.

– Рэйвен Найтингейл, – выдохнул он так тихо, что даже сам он не услышал этого.

Джавелин застыл на месте, увидев арену боя – ни одна клетка его тела не двигалась. Единственное, что он мог подумать, это то, что она была ещё жива; Рэйвен Найтингейл жива!

Внезапно Джавелин почувствовал сильный рывок его руки, и мир обрушился вокруг него. Прежде чем он это осознал, его взгляд был насильно оторван от центра арены, и вместо этого он столкнулся со странно обеспокоенным взглядом Мартина.

– Джавелин! – крикнул рыжий. – Что с тобой?!

Столкнувшись со своим заинтересованным другом, Джавелин почувствовал раздражение. Он попытался повернуться к арене, к ней, но Мартин не позволил ему.

– Что ты делаешь? Отпусти меня, разве ты не видишь её? – Джавелин одной рукой оттолкнул Мартина, а другой указал на арену. – Видишь?! Это она! Это...

Слова Джавелина резко оборвались; так как он снова был свободен от ограничений, Джавелин повернулся лицом к арене, но, к его ужасу, исчезла похожая на фею Рэйвен Найтингейл. На её месте была низкорослая женщина, так хорошо закрытая её чёрной мантией и другими тканями, что Джавелин не мог быть на сто процентов уверен, что она вообще женщина. Стоящий напротив не был очень невзрачным человеком – если бы кто–то мог преуспеть в том, чтобы быть самым средним, самым обычным, то этот человек однозначно это сделал.

– Но я... – Джавелин не знал, что сказать. Близнецы смотрели на него с нарастающим беспокойством, а толпа вокруг них взволнованно зашептала.

– Это она, это Поющая!

– Я надеялся, что она появится сегодня, это будет интересно!

– Интересно? Ха, я видел её вчера – это будет больше, чем просто интересно!

Услышав комментарии толпы и обратив внимание на изумленное лицо Джавелина, Мартин и Ларк переглянулись, видимо, придя к молчаливому соглашению. С синхронизированной лёгкостью, два близнеца проскользнули по обе стороны от Джавелина и практически подняли его в воздух.

Вместе они наполовину неслись, наполовину шли на цыпочках и через секунду вернулись на свои места. Близнецы просто подумали, что любой, кто привлёк внимание Джавелина до такой степени, не должен быть проигнорирован. Тем более, что этот человек на самом деле был живым.

Джавелин сам едва заметил, что его снова тронули, всё внимание его было сосредоточено на боевой арене. Средний мужчина и женщина в чёрной робе стояли друг против друга. Никто из них не двигался и ничего не говорил, но каждую секунду, которая проходила, мужчина всё меньше хотел оставаться на арене.

– Поющая, убийца 50-го ранга, бросила вызов Чену из клана Ансер, 45-го ранга убийц. Победитель сохранит рейтинг и пять золотых! – говорила Богиня Бездны. Она тоже сидела в эксклюзивной секции, точно так же, как Джавелин и его друзья, но золотистоволосая женщина сидела впереди всех. Когда Небесная Академия впервые посетила Бездну Боёв, Джавелин решил, что эта женщина очень красива. Теперь же она казалась скучной и нудной.

Гонг, обозначающий начало поединка, раздался на арене, но никто из участников не сдвинулся с места. Секунды тикали, но ничего не происходило. Как и раньше, Чен всё больше хотел свалить отсюда. Слабый ропот распространился по залу; никто не понимал, почему оба сражающихся просто стояли. Наконец, женщина пошла вперёд, заставив зал сразу заткнуться в ожидании – можно было бы услышать булавку, упавшую на землю.

Движения женщины были медленными, но текучими и грациозными, словно кошачьими – она шла вперёд, как львица, преследующая свою добычу – и с каждым шагом, который она делала, лицо мужчины всё больше бледнело. Даже через смятение, Джавелин почувствовал, как эта женщина производила впечатление; она столкнулась с убийцей, который был примерно две головы выше её, и бесчисленное множество раз видел смерть собственными глазами, и всё же просто её ауры было достаточно для того, чтобы у него появились сомнения в борьбе с ней.

В конце концов, когда женщина находилась всего в трёх шагах от мужчины, её тело слегка сдвинулось, у её ног сконцентрировалась духовная сущность, и она исчезла.

– Я сдаюсь! – в один миг вскрикнул мужчина, и, с лязгом, его меч упал на землю. После этого снова наступила тишина.

Большинство – толпы ещё не поняло, что произошло, но у этого среднего человека к шее прижималось чёрное лезвие, а за его спиной стояла женщина, неподвижная как статуя, а её одежды всё ещё колыхались от предыдущего движения.

Только когда голос Богини Бездны в конце концов нарушил тишину, женщина в чёрной робе убрала свой меч и отступила от своего противника, убийцы Чена.

– Победила Поющая, и теперь она занимает 45 место среди убийц!

Одинокая капля крови выступила на том месте, где был меч Поющей. Когда Чен, вытерев шею, заметил кровь на руке, колени у него стали мягкими, и он рухнул на землю.

Даже после того, как Богиня объявила победителя, потребовалось некоторое время, чтобы толпа отреагировала на случившееся, но постепенно арена заполнилась болтовнёй:

– Вы видели что-нибудь?

– Сингер внезапно... Я даже не могу понять, как она оказалась за Ченом!

– Готов поспорить, только у очень сильных спиритуалистов была возможность проследить за её движениями...

– Но Чен тоже довольно удивительный! Он успел понять, что он проиграет и сдался так быстро... Миллисекундой позже и Поющая прикончила бы его!

Услышав комментарии, Ларк щёлкнул языком.

– Да пожалуйста! Чен проиграл в тот момент, когда эта Поющая пошла к нему. Чистая удача, что он начал говорить до того, как она завершила удар…

Мартин твёрдо кивнул в знак согласия, но Джавелин ничего не сказал. Он был слишком занят, глядя на Поющую. Он не мог избавиться от ощущения, что он где-то видел эту женщину, хотя его первое впечатление явно не соответствовало действительности.

«Почему я увидел её по-другому раньше? Это не может быть она... верно? Даже если она каким-то образом выжила, она не могла бы быть средним Адептом – ей будет всего шесть!», – на мгновение мысли Джавелина вернулись к его холодному и сдержанному соседу по комнате – шестилетнему чудо-ребенку, – но связь не имела для него смысла, поэтому он быстро оттолкнул её.

На сцене Поющая уже начала двигаться назад к сектору убийц. Внезапно толстяк, сидящий в секции наёмников, рывком поднялся и закричал на арену:

– Я, Джаспер Клана Штормового Ястреба, бросаю вызов Поющей!

Мартин и Ларк фыркнули.

– Пешки, – проворчали они, и, когда Джавелин вопросительно посмотрел на них, Мартин наклонился ближе, чтобы объяснить.

– Клан «Штормового Ястреба» похож на личных слуг Тэйлона. Держу пари, им приказано выбить немного раскаяния за вчерашнюю победу, чтобы никто не усомнился в том, что с Тэйлоном шутки плохи. Когда он прошептал это, Мартин кивнул в сторону группы людей, сидящих в крайней правой части эксклюзивной секции. – Это объясняет, почему сегодня здесь так много высокопоставленных Тэйлонов.

– Скорее всего, да, – согласился Ларк. – Как ты думаешь, она согласится на вызов? Джаспер – высокий Адепт, если я правильно помню...

Мартин выглядел сомневающимся и хотел было сказать, что она не согласится, когда перед ним предвстал Джавелин, чьё внимание было обращено на боевую арену.

– Она примет, – сказал он.

– Почему ты так уверен? – спросил Мартин и последовал за взглядом Джавелина к Поющей. – Похоже, она игнорирует его.

Мартин был прав. Поющая просто шла к секции убийц, как будто ничего не случилось.

– Она примет, – настаивал Джавелин. Его глаза сузились, когда он понял, что Поющая, похоже, разговаривала с одним из других убийц, сидящим в первом ряду.

Мужчина был молод, максимум 25 лет, у него были серо-голубые волосы и, как и большинство других убийц, он носил одежду, а не броню. Рычание чуть было не вырвалось из горла Джавелина, когда улыбка – это было явно не к добру – появилась на лице молодой убийцы, а его серо-голубые волосы покачнулись, когда он кивнул в знак согласия.

– Эй, Поющая! – крик был настолько громким, что Джавелин едва не вскочил на ноги; он почти забыл о Джаспере и его вызове. – Зассала, да? Трусливая баба! – толстяк издевался на арене за её спиной.

Тело Поющей застыло, и она смущённо посмотрела в лицо человеку, с которым вместе смеялась. Медленно женщина обернулась и, хотя её лица больше никто не видел, никто не сомневался, что эта Поющая злорадно смотрел на Джаспера.

– Разве твой отец не учил тебя не перебивать кого-то, когда он разговаривает? – голос Поющей был холодным и властным – словно ледяная королева обращалась к своим подданным. – Это очень грубо.

Джаспер рассмеялся недобрым смехом и собирался ответить, когда Поющая подняла руку в перчатке, чтобы заставить его замолчать. Как ни странно, Джаспер подавил свои слова, пытаясь промолчать. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что он сделал, но к тому времени было уже слишком поздно, чтобы начинать говорить.

Поющая подняла руку в перчатке, чтобы заставить Джаспера замолчать. Как ни странно, Джаспер подавил свои слова, пытаясь промолчать. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что он сделал, но к тому времени было уже слишком поздно, чтобы начинать говорить.

– Конечно, – сказала она. – Я буду сражаться с тобой.

Джаспер торжествующе улыбнулся и собирался что-то сказать, когда женщина снова прервала его:

– Только... – она добавила, как будто это была небольшая дополнительная заметка. – Будь осторожен, чтобы успел попросить пощады, пока не стало слишком поздно.

Пренебрежительный тон в голосе Поющей был очевиден, и как только Джаспер осознал её слова, он покраснел от ярости. Он с нетерпением дожидался на центре боевой арены, а Поющая, словно издеваясь, шла с медленной грацией хищника. Богиня Бездны объявила бойцов, и в тот самый момент, когда раздался гонг, чтобы начать бой, из-за спины Джаспера вырвались искры, толкнувшие его вперед. Огромный топор, материализовался в его руках, несомненно, изнутри пространственного кольца, и, когда он взмахнул топором вверх, он тоже покрылся электрическими искрами.

– Столько грубой силы, – благоговейно вздохнул Мартин. Он сам пользовался тяжелым оружием и по-настоящему ценил этот тип бойцов – полагающихся на чистую силу.

– Ха, какой смысл в силе, если он не попал в цель? – фыркнул Ларк по другую сторону Джавелина, когда тело Поющей замерцало и исчезло из её первоначального положения только для того, чтобы снова появиться в воздухе за спиной Джаспера.

В отличие от Мартина, Ларк специализировался на использовании кинжалов и коротких мечей для сражения. На самом деле довольно жутко было наблюдать за тем, как эти два одинаковых человека сражались друг с другом с такими принципиально разными стилями. Однако, хотя оба близнеца по-прежнему выглядели почти одинаково, их противоборствующие стили начали проявляться на их телах пошло по другому пути.

Сразу же между двумя близнецами разгорелась «междоусобная война», и, застряв в её середине, Джавелин глубоко вздохнул, пытаясь сосредоточиться на сражении перед собой. На боевой арене Поющая воспользовалась своим преимуществом и использовала свой чёрный короткий меч, чтобы нанести удар Джасперу. Схватив меч обеими руками, чёрное лезвие мгновенно стало золотистым, и на арене раздался громовой хлопок, когда она ударила.

– Вы хочешь бросить вызов мне, Штормовому Ястребу, в использовании молнии? Подумай ещё раз! – взревел Джаспер, когда он повернулся на месте и поднял боевой топор в качестве щита. В тот момент, когда клинок Поющей попал в топор, последний засветился, и жёлтая оболочка образовала потрескивающий щит между Джаспером и его противником. Две силы столкнулись, и тело Поющей отрикошетило назад по воздуху.

Толпа одновременно ахнула: все подумали, что она беспомощно упадёт на землю, но Поющая поймала равновесие в воздухе и легко приземлилась на ноги.

Джаспер засмеялся.

– Ха-ха! Ты довольно впечатляюще сражаешься! Для бабы, конечно. Но ты не так хороша, чтобы ты могла сравниться с высоким Адептом!

– В этом есть смысл, – пробормотал сидящий за Джавелином. – Сражаться с кем-то выше твоего уровня – непросто.

Джавелин подавил внезапное желание повернуться и дать этому несостоявшемуся комментатору леща; если бы не тот факт, что Поющая снова двигалась, он бы это сделал в любом случае.

Сражение продолжалась дальше; Поющая спокойно уклонялась от ударов Джаспера, а тот пёр на неё, но защитная оболочка Джаспера так же легко блокировала удары Поющей. Сначала толпа решила, что у Поющей нет ни шанса на победу в этом бою, в конце концов, всего один удар боевым топором Джаспера покончит конец бою. Однако со временем дыхание Джаспера стало тяжёлым, а его движения стали медлительными.

– Что происходит? – задался вопросом тот самый комментатор за спиной Джавелина.

– Очевидно, Джаспер плохо справляется с духовной сущностью, – ответил кто-то рядом с ним.

– Но разве Поющая не должна была устать первой? Она – спиритуалист низшего уровня и должна иметь меньше духовной сущности, чем Джаспер.

Джавелину пришлось согласиться с раздражающим человеком. Странно, что, в то время как Джаспер заметно истощался, Поющая даже не казалась вялой.

Внезапно Поющая отскочила назад на несколько шагов, эффективно освободившись от Джаспера. Тот глубоко вдохнул, наблюдая, как чёрная фигура стоит не более чем в пяти метрах от него.

– Устал? – спросила Поющая спокойным голосом. – Ты хочешь сдаться?

– Нет, – прохрипел Джаспер. Возможно, он устал, но у него всё ещё не было проблем с Поющей. Скорее всего, Джаспер не мог даже подумать, что кто-то с более низким совершенствованием, чем у него, может переиграть его, он считал, что Поющая устала также, просто скрывает это.

– Очень жаль, – сказала Сингер с лёгким вздохом. – Ты забыл мой совет.

– А? – переспросил Джаспер смущённо, но, когда слово покинуло из его уст, внезапный порыв ветра пролетел по арене, и Поющая бросилась вперед с удвоенной скоростью, против той, что она использовала раньше. Глаза Джаспера расширились от ужаса, а его рот уже собирался последовать их примеру, когда волна оглушающего звука ударила всех на арене. Хотя самого звука не было слышно, но резкий сдвиг давления воздуха заставил всех сжать уши от боли.

Когда боль стихла, взгляды людей вернулись на арену, где Поющая стояла лицом к лицу с Джаспером, а её руки сжимали меч, глубоко погруженный в грудь Джаспера. Вокруг лезвия меча было пустое пространство. Дыра была достаточно большой, чтобы просунуть сжатый кулак.

Безжизненное тело Джаспера, словно мешок с картошкой, упало на землю, истекая кровью. И снова толпа была неестественно спокойна от удивления. Однако на этот раз это продолжалось меньше, и, как только толпа начала аплодировать, их уже нельзя было остановить.

– Это был Шёпот взрыва, пятый уровень Звукового Меча? – спросил Мартин в изумлении.

– Да, – с таким же удивлением ответил Ларк. Было очень редко видеть мастеров, которые потрудились тренироваться в Звуковом Мече вообще. Мастерство во многом напоминало идентификационные камни в Небесной Академии; более высокие уровни навыка, естественно, разблокируются только тогда, когда более низкие будут освоены в определённой степени. Единственное различие было в том, что Звуковой Меч был намного более строгим в том, что считается «освоенным». Таким образом, просто требовалось слишком много времени, чтобы получить достаточно информации о более высоких уровнях, чтобы это стоило затраченных усилий.

– Есть ли ещё претенденты? – спросила Поющая холодным, но сильным голосом. – Я буду сражаться с любым Адептом здесь.

Аплодисменты сразу же прекратились.

Какое-то время молчание продолжалось, и Джавелин подумал, что её победа заставила всех бояться её. Однако, в конце концов несколько рук поднялись в воздух. Примерно семь человек указали, что они хотели бы сражаться с ней.

– Половина из них – это люди из побочных кланов Тэйлона, – прошептал Мартин Джавелину.

– Они не сдадутся так легко, – Джавелин, глядя на разных соперников, нахмурился. – С ней всё будет в порядке? Она только что закончила действительно длинный бой…

Однако выяснилось, что подозрения Джавелина были необоснованными. Поющая спокойно сражалась с одним противником за другим, иногда заканчивая бой быстро, иногда вытягивая его в выматывающие марафоны. Почти час спустя Поющая провела шесть схваток и ещё не проиграла ни одной. Она даже не получила ни одной травмы. По какому-то странному стечению обстоятельств каждый человек, связанный с Тэйлон, погибал – они не уступели вовремя сдаться.

Поскольку Джавелин наблюдал за действия Поющей, это чувство знакомости только усилилось до такой степени, что теперь он был на сто процентов уверен, что он встречал эту женщину раньше – он просто не мог понять, где и когда.

После шестой победы Поющая снова вернулась в центр арены, ожидая следующего соперника. Седьмой человек, темнокожий мужчина лет тридцати, стоял на краю трибуны, но, похоже, не хотел делать последний шаг на боевой арену. Он с надеждой посмотрел на сидящего Тэйлона в эксклюзивном отсеке, но то, на что он надеялся, не произошло. Он сник. Как только он собирался выйти, Богиня Бездны поднялась на ноги.

– Дамы и господа, я боюсь, наше время на сегодня окончено. Бои должны будут продолжаться завтра.

Вся аудитория разочарованно вздохнула, но никто не посмел жаловаться. Медленно тысячи присутствующих начали выходить в проход, вставая в очередь, чтобы выйти на улицу. Джавелин и двое его друзей тоже встали, но когда близнецы начали двигаться к выходу, Джавелин продолжал смотреть на Поющую, которая вновь подошла к тому же негодяю, с которым она говорила раньше.

Он был не совсем уверен, чего он ждал, но он чего-то ждал.

Джавелин не сводил глаз с чёрной фигуры Поющей.

«Повернись», – подумал он, и его взгляд стал внимательнее. – «Повернись и посмотри на меня...»

Словно Поющая услышала его, она резко обернулась и вперилась взглядом в Джавелина. На мгновение его охватило сильное чувство опасности, но оно исчезло так же быстро, как и наступило. Поющая равнодушно отвернулась и снова заговорила с первым собеседником, убийцей, стоящим перед ней.

– Ты идёшь, Джавелин? – позвали близнецы, уже на полпути к выходу.

Джавелин вздохнул и, наконец, повернулся, чтобы уйти. Как ни странно, он чувствовал себя менее обеспокоенным кровожадным взглядом Поющей, чем её последующим пренебрежением. Мартин положил руку ему на плечо, и все они покинули арену Бездны Боёв.

Путешествие назад в Небесную Академию было безмолвным; несмотря на попытки двух близнецов завязать хоть какое-то подобие разговора, ни один субъект не произносил больше нескольких предложений. Джавелин не хотел делиться тем, что он пережил в Бездне со своими друзьями, – слишком мало из всего этого имело какой-либо смысл, – и в его голове не было места для других мыслей. Почему Поющая заставила его подумать о Рэйвен Найтингейл? И, поскольку она не могла быть Рэйвен найтингейл, почему эта женщина так знакома? В его короткой жизни, Джавелин встретил только несколько женщин-боевых спиритуалистов, и они даже близко не подходили к уровню совершенствования Поющей.

Вернувшись в свою комнату в общежитии, Джавелин всё ещё был смущён тем, что испытал, и так, что едва заметил тот факт, что его сосед так и не вернулся. С громким *бум*, Джавелин рухнул лицом вниз на подушку. В его сознании сотни вопросов вращались кругами, но разумных ответов не было даже близко. В конце концов, Джавелин заснул.

---------

Была зима. Скорее всего была зима, потому что снег доходил почти до моих коленей, а свет солнца был слишком слаб, чтобы дать хоть какое-то тепло. Звук хрустящего снега привлёк мое внимание, и я поднял глаза. Женщина неукротимой красоты шла ко мне, надев слишком мало одежды для такого холодного зимнего дня – хотя она ​​всегда носила слишком мало...

Обычно она была так холодна ко мне – холоднее, чем окружающий меня снег, – но в тот момент она улыбалась. Мне понравилась её улыбка; это сделало тонкий шрам, бегущий по её щеке, менее пугающим.

Но улыбка длилась недолго. Небо потемнело над ней, и она вдруг стала грустной, очень грустной. Я попытался обнять её, но она легко выскользнула из моих рук. Всегда ли она была такой ловкой? Прежде чем я это узнал, она повернулась ко мне спиной и ушла.

Я просто знал это... всегда знал... это было закончено прежде, чем оно действительно началось.

---------

В своей постели Джавелин застонал, и на мгновение его глаза распахнулись. Он знал, что он видел сон, но прежде чем он смог вспомнить, о чём был этот сон, его сознание исчезло, и он снова заснул. На этот раз он заснул слишком глубоко, чтобы ему вообще что-то снилось.

---------

К тому временеми, когда Джавелин и близнецы вернулись в Академию в ожидающие их кровати, Рэйвен вместо этого сопровождала убийцу девятого ранга, странным образом очаровательного Лимпкина, в знаменитую Гильдию убийц.

Она подошла к нему после первого боя в Бездне, спросив, где она может найти работу для неё... "Своеобразную работу", и он весело согласился привести её в Гильдию.

– Если ты проявишь себя достойно, – добавил он в шутку, как будто ему было недостаточно 45-го места в рейтинге убийц.

Тем не менее, Рэйвен не возражала побороться ещё немного дольше – в конце концов, это была прекрасная возможность для неё потренироваться со всеми её приобретёнными навыками. Как оказалось, она была приятно удивлена ​​её собственной выносливостью. Хотя духовное ядро Рэйвен было меньше и немного слабее, чем её противники, её триста семьдесят три духовных связи более чем компенсировало это. Это было похоже на реку, снабжающую небольшой бассейн; сколько бы ты не брал из этого бассейна, воды всегда будет в достатке.

Лишним будет говорить, что схватки было выиграть легко. Благодаря информации, собранной во время имперского банкета, Рэйвен даже взяла на себя инициативу избавить мир от нескольких сторонников Тэйлон в этом процессе.

Тем не менее, она была поражена напряжённым взглядом Джавелина в конце. Сначала его аура утонула в море присутствующих людей, и только после того, как остальные ушли, Рэйвен почувствовала, что кто-то всё ещё пристально наблюдает за ней. Когда она повернулась к своему наблюдателю, Рейвен на секунду подумала, что Джавелин может её узнать, но почему? Даже если она напомнила ему что-то о своей знакомой, разница в уровне совершенствования должна быть более чем достаточной, чтобы сбить его со следа.

Рейвен подумала, что лучшим будет полное игнорирование Джавелина и его друзей – всё остальное только вызовет больше подозрений. Отбросив её беспокойство в сторону, Рейвен вместо этого предложила Лимпкину проводить её в Гильдию убийц, на что он с готовностью согласился, и они отправились в путь.

Теперь, когда она стояла прямо перед Гильдией убийц, Рэйвен потеряла дар речи; здание было слишком экстравагантным, слишком вызывающим! Всё это было вырезано из гладкого синего камня, явно привезённого откуда-то издалека, каждый уголок и щель украшали замысловатые золотые рельефы. Никто не мог пройти мимо здания, не остановившись, чтобы посмотреть на его величественное великолепие хотя бы мгновение.

– Это немного старомодно, если ты спросишь меня, но сойдёт, – подмигнул Лимпкин, заметив паузу Рейвен.

– Вы когда-нибудь слышали об осторожности? – пробормотала Рэйвен в ответ.

– Зачем нам вообще слушать о чём-то таком скучном? – Лимпкин снова подмигнул, прежде чем войти в здание без дальнейших церемоний.

«Что-то серьёзно не так с убийцами в этом мире...» – подумала Рэйвен про себя, когда она последовала за человеком через большие двери здания.

Внутренняя часть зала Гильдии была такой же величественной, как и снаружи, с хрустальными люстрами, свисающими с украшенного золотом потолка и с легким ароматом цветов акации в воздухе. По всему залу было выложено несколько жемчужно-белых стоек, за каждой из которых стояли великолепные женщины в серебристых одеяниях, которые выглядели очень похожими на Ангелов Бездны, но только не в доспехах. Большинство клиентов были в масках, чтобы закрывать их лица – некоторые использовали простые шарфы из ткани, другие надевали творения, подходящие для бал-маскарада, – а диффузные мембраны охватывали каждую пару продавец-клиент, эффективно заглушая звук того, что было сказано внутри.

– Нет, вы, блядь, надо мной издеваетесь! – выдохнула Рэйвен. Она была совершенно ошеломлена. Те немногие слуги, которые в настоящее время не были заняты ни с кем из клиентов, подняли глаза и сладко улыбнулись Лимпкину и Рэйвен, когда они вдвоём вошли в зал.

Лимпкин с улыбкой посмотрел на неё.

– Ты действительно не отсюда... Послушай, убийство – это бизнес, такой же, как и любой другой, а наши клиенты – состоятельные люди, мы должны быть уверены, что они чувствуют себя комфортно.

Он пошел к боковой двери.

– Следуй за мной, – сказал он, и Рэйвен не оставалось ничего другого, как сделать это.

Следующая комната была значительно больше первой и здесь стояла только одна стойка, пара дополнительных дверей и большая доска с огромным списком имён.

– Здесь мы собираемся, чтобы выбрать наши цели, – Лимпкин остановился перед доской. – Здесь вы можете найти все доступные цели, их награды и уровень сложности. Существует шесть уровней сложности – от "A" до "F", которые варьируются от самых тяжёлых до самых лёгких. 31 ранг, который ты достигла сегодня вечером в Бездне Боёв, даст тебе разрешение для уровня "С" и ниже, но, как только вы достигнешь ранга 25, ты также сможешь взять на себя цели уровня "В"

Рейвен просмотрела на список имён на доске и отметила, что имён гораздо больше, чем она ожидала. Казалось, многие люди были оскорблены спиритуалистами...

Вдруг знакомое имя привлекло её внимание.

– Кто-то заказал директора Небесной Академии? – спросила она.

– Кто-то заказал директора Небесной Академии? – спросила она.

– Хм? – Лимпкин в изумлении поднял глаза. Он пытался разглядеть скрытое плащом тело Рэйвен – в надежде получить больше сведений об этом тайном убийце, без сомнения, – но после застенчиво последовал за её взглядом к доске.

– Ну да, есть несколько анти-спиритуалистических групп, которые хотели бы, чтобы место для обучения спиритуалистов было разрушено. Запрос висит уже века, но никто из убийц не готов принять его, – объяснил он.

– В самом деле? – Рэйвен не была убеждённой. – Награда астрономическая... Неужели не нашлось идиота?

– Награда наградой, но мы все здесь спиритуалисты. А убить человека, который растит и воспитывает следующее поколение спиритуалистов... Даже здесь он долго не протянет... – Рэйвен наклонила голову и посмотрела на Лимпкина, который быстро добавил. – Кроме того, видишь ту звезду, где должен быть уровень? Это означает, что он является мишенью уровня S. Ты должен быть как минимум Чемпионом для того, как гильдия просто подумала о том, чтобы дать тебе эту работу.

Рейвен кивнула, чтобы показать, что она поняла.

– Есть ли ещё информация о целях помимо их имён? –спросила она. – Я предпочитаю не ходить вслепую.

– Конечно, есть информация, – рассмеялся Лимпкин. – Гильдия убийц имеет самые обширные архивы в стране, охватывающие почти всех спиритуалистов в Небесной Империи! – Лимпкин очень гордился тем, что говорил. –Естественно, такой тип информации не может быть предоставлен любому, кто просто задаёт вопрос. По правила, ты можешь получить доступ к информации о целях только вашего собственного уровня или ниже, все записи хранятся там, – сказал он и указал на одну из других дверей в комнате.

Затем Лимпкин снова обратил своё внимание на Рэйвен, слегка усмехнувшись.

– Ты собираешься выбрать цель прямо сейчас, или хочешь присоединиться ко мне на рассвете?

Рэйвен улыбнулась; если бы это было в её старой жизни, она бы не колебалась ни секунды, чтобы принять предложение Лимпкина. Тем не менее, Рэйвен покачала её покрытой тканью головой.

– В другой раз, Лимпкин, я должна заняться делами.

– Очень хорошо, – он вздохнул драматически. – В другой раз.

Не дожидаясь ответа, Лимпкин повернулся и вышел из комнаты.

– Увидимся, – крикнул он через плечо, когда за ним закрылась дверь.

«Уверена, он будет ждать меня снаружи, в его "невидимом" режиме», – подумала Рейвен, не слишком переживая из-за этого.

Она ещё раз просмотрела списки имен, прежде чем выбрала три случайных цели C-уровня. Ни одно из имён не принадлежало Тэйлонам. По сути, они не были даже членами так называемых побочных кланов-слуг. Однако то, что было общего у этих троих – это их репутация чрезвычайно щедрых во время их взаимодействий с кланом Тэйлон.

Основываясь на слухах дворян, которые она услышала неделю назад, Рейвен пришла к выводу, что этих троих, скорее всего, подкупили – или иным образом убедили – относиться к клану Тэйлон очень лояльно, когда они с ними работают. Эти трое следили за тем, чтобы товары, экспортируемые кланом Тэйлон, быстрее проходили таможню и продавались по более высоким ценам, чем конкурентов. Потеря этих троих не было бы огромным ударом для клана Тэйлон, но было бы досадой, которую лучше было бы сделать как можно раньше.

Зарегистрировав свои цели у девушки за стойкой, она поставила подписи, указав её уровень, Рэйвен направилась в комнату с архивом. Архивный зал фактически был очень похож на первый этаж Божественной библиотеки Небесной Академии, только здесь было немногим больше народа. Одетые в робы фигуры стояли, нависая над различными свитками, читая информацию о намеченных целях.

«Это займёт некоторое время...», – вздохнула Рэйвен и направилась к C-секции. Она провела оставшиеся часы перед рассветом, просматривая столько свитков, сколько смогла найти о клане Тэйлон, а также трёх её текущих целях, и на самом деле была впечатлена уровнем детализации записанной информации. Были заявлены не только текущие уровни совершенствования но также были списки подтвержденных Божественных навыков, оружия, а также подтверждённых союзников и повторяющихся привычек.

К тому времени, когда первые лучи рассвета просочились сквозь окна, расположенные в потолке, голова Рэйвена наполнилась информацией. Если записи были правильными, то она сумела прочесть почти обо всех спиритуалистах уровня С, связанного с кланом Тэйлон, заказы на которых имела Гильдия. Конечно, не было никакой информации о более важных активах клана – они были на более высоких уровнях.

Когда она читала, Рэйвен заметила несколько несоответствий в записях, которые указывают на то, что некоторые люди пропали без вести, но в целом информация казалась солидной. Тем не менее ей придётся вернуться, чтобы посмотреть поближе, хочет ли она найти свои скрытые активы. Но это должно подождать до другого дня. Скоро начнутся занятия, и если Рэйвен правильно догадывалась, ей нужно будет стряхнуть несколько хвостов, возвращаясь в академию.

Разумеется, Рэйвен оказалась права. На сей раз восемь аур – включая «невидимого» Лимпкина – последовали за ней, как только она покинула Гильдию убийц. Но, как и в прошлый раз, она легко скрылась с глаз – в основном благодаря Божественному Навыку, который подарил ей Джавелин пару лет назад, Сумеречной колыбельной.

---------

Большая часть дня прошла без инцидентов. Рэйвен медитировала ещё одну лекцию по боевой стратегии утром, провела полуденный перерыв в библиотеке и снова выполнила все задания, данные ей старейшиной Уиллоу во время занятия по духовному контролю. Близнецы даже не спрашивали, почему и куда Рэйвен исчез прошлой ночью. Вместо этого Мартин продолжал и продолжал рассказывать о новой, восходящей звезде Бездны Боёв, Поющей.

– Тебе реально надо было сходить, Рэйвен! – взволнованно шептал он в сотый раз. – Она была просто классной! Ларк и я с трудом следили за её движениями, хотя она всего лишь средний Адепт...

Рэйвен закатила глаза и холодно улыбнулась. Мартин не понял намёка.

– О, ты должна была увидеть её методы! Она в основном использовала только навыки третьего уровня и ниже, но в любом случае она выбила дерьмо из всех противников. О, ещё она действительно использовала...

– Мартин Гриффин, – крикнул старейшина Уиллоу из ниоткуда. – Ещё одно слово от вас насчёт этого вашего ночного певца, и я выгоню вас!

Глаза Мартина расширились.

– О, это здорово, старейшина! Она наш ночной певец... эм, ночная певица... нет, наша Поющая в ночи!

*Ба-бах!* Старейшина Уиллоу создал порыв духовной сущности, который захлопнул ворота двора.

– Вон! – взревел он.

Мартин, всё ещё наполненный неуёмной радостью, вышел во двор. Рэйвен покачала головой и посмотрела на Ларка, сидящего рядом с ней.

– Теперь ему придётся вычищать уборные... неделю или месяц? – в шутку спросила она, но Ларк только пожал плечами, заставив Рэйвена мгновенно сузить глаза. Что-то всё ещё казалось ему неправильным.

Однако, в середине урока не было времени, чтобы углубиться в проблему, а, как только урок был закончен, старейшина Уиллоу позвал Рэйвен, сообщив ей об изменении графика занятий. У разозленной Рэйвен не оставалось другого выбора, кроме как спешить в Высший класс. Видимо, старейшина Римут принял импровизированное решение начать сегодняшний урок пораньше – из-за пропавших учеников накануне.

Как только она пришла, она едва успела поздороваться с Джавелином, прежде чем их заставили перейти в соответствующие учебные помещения, и началось изнурительное обучение...

-----------

Теперь от переводчика:

Я перевожу эту новеллу с самого начала, поэтому сам, разумеется, не путаюсь, кто есть кто. На всякий случай, я сделаю здесь небольшую добавку:

Nightingale (Соловей) - Найтингейл, клан, к которому принадлежат Рэйвен, Малео Бесра и

Raven (Ворон) – Рэйвен Найтингейл, «Поющая в ночи», ученица Небесной Академии. Инкогнито, учится, притворяясь мальчиком;

Besra (Сокол-перепелятник) – Леди Бэсра, мать Рэйвен, мертва. Убита вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

I'ivi (Чёрно-алая гавайская цветочница) – Айви, горничная, также бывший телохранитель клана Найтингейл, мертва. Убита вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

Maleo (тоже птичка, на тетерева похожа) – Лорд префектуры Найтингейл, по совместительству отец Рэйвен, по совместительству муж Бэсры, по совместительству отец Хацина, по совместительству - мёртв. Убит вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

Talon (Коготь) - клан Тэйлон. Клан, принявший власть после кончины всего клана Найтингейл в результате "несчастного случая", подстроенного этим кланом и таинственным "Старейшиной W";

Elder W (Старейшина W) - старейшина "хз какая буква". Один из старейшин Небесной Академии, оказывавший содействие клану Тэйлон в убийстве клана Найтингейл. Подходит старейшина Уиллоу (Elder Willow) и старейшина Римут (Elder Wrymouth);

Anahinga (Американская змеешейка) – Анаинга, злая тётка Рэйвен, принадлежит к клану Тэйлон. Именно она "нашла" "завещание" лордп Малео, в котором говорилось, что власть должна отойти клану Тэйлон;

Hoatsin (Гоацин) - Хацин, "старший" брат Рэйвен. Убит вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W". Сумел выжить благодаря своей привычке тырить всё, что плохо лежит. Прикарманил колечко, которое после его смерти заключило в себя его душу. Сейчас Рэйвен дала ему тело маленькой птички и знает, как сделать из него обратно человека;

Javelin Heck (Копьё Хек) - Джавелин Хек, ученик Небесной Академии по обмену из Водной Империи. Был влюблён в Рэйвен Найтингейл, но считает, что она погибла. Продолжает испытывать к ней чувства, но, так она она сейчас выглядит и притворяется парнем, испытывает колоссальный когнитивный диссонанс и баттхёрт по поводу того, что становится, по его мнению, "светло-синим";

Мартин и Ларк Гриффины - близнецы, друзья Рэйвен и Джавелина.

Данлин Тэйлон - двоюродный брат Рэйвен.

Вечерняя тренировка, в конце концов, закончилась, и Рэйвен покинула свою комнату давления, чувствуя себя ещё более уставшей, чем обычно. Скоро будет три полных дня с тех пор, как Рэйвен немного поспала, и это явно начало сказываться на ней.

Полностью проверив свои чувства, Рэйвен не могла не вздохнуть с облегчением; оказалось, что Данлин и компания все еще находятся в своих комнатах, и, без сомнения, наказаны старейшиной Вирмутом за то, что они пропустили занятия накануне. Однако, был кое-кто, кто уже вышел из своей комнаты. Джавелин. Он уже выходил из здания, поэтому Рэйвен перешла на лёгкий бег, чтобы догнать его. Сделав это, она догнала его у выхода.

– Как прошли сегодняшние уроки, Джавелин? – спросила она.

Джавелин поднял взгляд от земли, ответил «Хорошо», и продолжил шагать к академическому саду быстрыми шагами. Рэйвен нахмурилась.

– Хм, Джавелин? – она схватила его за одежду и заставила остановиться. Наконец, Джавелин взглянул на Рэйвен, но его взгляд, похоже, немного изменился... Он отдалился, или, возможно, даже раздражённый. Рэйвен почувствовала, что нахмурилась от беспокойства.

– Мне жаль за вчерашнее, – искренне сказала она. – У меня тоже есть вещи, о которых я бы лучше не говорил, по крайней мере, пока я сам не узнаю получше.

Взгляд Джавелина смягчился, но это продолжалось недолго.

– Не беспокойся об этом, – сказал он. – Я поднял эту тему первым.

Он собирался развернуться и уйти, но сделал паузу, и вместо этого спросил:

– Найт, а как ты узнал, что мне было восемь, когда Рэйв... когда это случилось? – его взгляд стал внимательнее, пока он ждал ответа.

«Дерьмо», – подумала Рэйвен про себя, но тут же ответила. – Ларк рассказал мне об этом возле башни.

Она выглядела смущённой, словно Джавелин задал очевидный вопрос, на который уже знал ответ.

Джавелин вздохнул.

– Понятно, – сказал он и повернулся, чтобы уйти.

– Эй, Джавелин, я хотел поговорить с тобой о Ларке, – позвала его Рэйвен, но он покачал головой.

– В другой раз, – ответил он, не оборачиваясь.

Рэйвен хмыкнула, наблюдая, как её сосед уходит. «Что же заставило его так измениться?»,– удивилась она, направляясь в том же направлении, что и Джавелин, только медленнее. На мгновение Рэйвен почувствовала себя странно вынужденной следовать за Джавелином и посмотреть, что он задумал, но у неё были вещи, которые она должна была сделать, поэтому ей пришлось пойти своим путём.

– Большой брат? – Рэйвен мысленно спросила. – Как дела у Билла?

Тишина, продлилась момент, а затем послышался ответ: «Он в порядке». Голос Хацина звучал взволнованно.

«Но не ты», – подумала Рэйвен, но вместо этого с явной озабоченностью спросила: – Что-то не так, старший брат?

– Нет, нет, ничего плохого, – ответил явно раздражённый Хацин. – Просто моя маленькая сестра ушла в Гильдию убийц почти восемнадцать часов назад, и я ничего не слышал от неё с тех пор...

– К сожалению... Хацин, извини, я забылась... – не то, чтобы он мог это увидеть, но сейчас Рейвен было очень стыдно. Она слишком привыкла действовать в одиночку, когда дело доходило до работы убийцы, и было не так просто отбросить старые привычки.

– Забылась?Ты даже понятия не имеешь, как я беспокоился! Я не мог даже поговорить с тобой, чтобы не отвлекать тебя! Раз так, то в следующий раз я иду с тобой!

Рэйвен не стала спорить. У неё не было намерения представлять своего брата убийцам, но не было смысла спорить об этом сейчас. Вместо этого Рэйвен извинилась ещё несколько раз, пока её брат, казалось, не принял извинения, прежде чем снова спросить о Билле.

– Я же сказал тебе, что всё в порядке, – ответил Хацин. – И в целом это правда. Когда Билл очнулся, после того как ты ушла, он прочитал твоё сообщение и решил остаться, по крайней мере, на пару дней – он говорил довольным голосом, про себя, но я слышал. Вскоре после этого он попытался немного поспать, но продолжал вскакивать и ​​будить себя криком... – Хацин сделал преднамеренную паузу. – Несколько часов назад он сдался и, наконец, смешал травы, о которых ты говорила. Теперь он дрыхнет, как котёнок.

Рейвен одобрительно кивнула. Она написала рецепт сильного снотворного, которое можно приготовить из нескольких трав, которые есть укаждого в доме. Если часто использовать её, смесь может вызвать привыкание, но иногда выспаться ночью было более важным.

– Какие у тебя планы на вечер, сестра, и могу ли я пойти с тобой? Мне уже осточертело смотреть на спящего человека...

– Можешь прийти, но сегодня вряд ли будет захватывающе – мне нужно спать сегодня, – ответила Рэйвен. – Я просто посмотрю, смогу ли я узнать, почему Данлин и Джек отсутствовали на вчерашних занятиях, во-первых, и если я смогу найти Ларка в это время – это будет здорово.

– Ларка, а зачем?

– Он выглядел расстроенным сегодня. Я надеялся, что моя ставка в споре с Данлином поднимет его настроение, но, по-видимому, этого недостаточно.

– Хм ... Ну, тогда я должен прийти и помочь тебе с поисками, – ответил Хацин чирикающим голосом. Очевидно, он не преувеличивал, когда говорил, что ему скучно.

– Тогда лети к зданию, где учатся продвинутые классы – если слухи о старейшине Вирмут точны, они оба будут там в течение некоторого времени. Я спрошу немного, надеюсь, кто-то что-то видел.

---------

Полчаса Рейвен ходила от одной группы студентов к другой, спрашивая о Джеке и Данлине. Конечно, большинство студентов слишком боялись либо самой Рэйвен, либо более позднего возмездия Данлина, так что прямые вопросы не работали. Вместо этого она обычно проходила мимо учеников, достаточно близко, и слушала, кто из них свирепо рычит друг другу:

– Чёртов Данлин! Пропустил занятия, разозлил старейшину, а он теперь отыгрывается на нас! Если бы я только узнал, где ты прячешь свою немытую жопу, я...

После этого речь шла только о том, чтобы остаться в пределах слышимости учеников – с чем легко можно было справиться с таким уровнем подслушивания, как у Рейвен – и ждать, пока не появятся новые комментарии. К сожалению, большинство студентов сами были в то время в классе, поэтому никто, казалось, не знал, куда эти двое ушли.

«Это не работает...», –хотя далеко не каждый студент был «допрошен» пока ещё, тот факт, что их не было в классе, не изменился бы. Рэйвен поняла, что её единственный вариант прямо сейчас – либо противостоять дуэту напрямую, либо попытаться поговорить с одним из старейшин, которые в то время не были заняты преподаванием. В любом случае, Рэйвен должна будет вернуться в южную часть Академии.

– Ну что, Данлина или Джек показали свои задницы? – спросила она брата, возвращаясь.

– К сожалению, нет,– ответил Хацин со вздохом. – Это не намного лучше, чем смотреть за спящим Биллом...

Рэйвен улыбнулась.

– О, подожди! Вспомни г... чёрт, я же отпрыск знатного рода… короче, помяни чёрта – он и появится!– взволнованно сказал он. – Ха-ха-ха, ты должна это увидеть – они выглядят просто ужасно!

– Уверена, что стараниями старейшины Вирмута, без сомнения, – усмехнулась Рэйвен.

– Если Вирмут – наш таинственный старейшина, то он, по крайней мере, хорошо справляется с тем, чтобы не палиться... – Хацин начал было отвечать, пока не замолк на полуслове. – Сестра, тебе лучше поторопиться.

Рэйвен нахмурилась и увеличила свою скорость, прежде чем даже спросила, почему.

– А в чём дело, брат?

– Ну, две новости…Хорошая новость заключается в том, что я нашёл Ларка…

Рейвен начала бежать.

– Плохая новость – он у Данлина и Джека.

– А Мартин и Джавелин?

– Здесь нет. И старейшин не видно.

«Блядь!»

Рэйвен уже чередовалась между тремя различными Божественными навыками, чтобы поднять её скорость до максимума. Один для быстрого бега, один для маневренности и третий для конкретного прироста к умению поворотов и уклонения. В то же время она использовала Метку Пустоты,чтобы подавить любой звук и сопротивление воздуха её духовной сущностью. Ей ещё не удалось полностью овладеть навыком, но он, по крайней мере, частично скрывал её духовную сущность – ей и не нужно было скрывать её полностью. Любой, кто её увидел бы, понял, что она использует какой-то Божественный навык, чтобы двигаться так быстро, но она предпочитала,чтобы люди не понимали, какой именнонавык она использует.

Рэйвен с поразительной скоростью летела через кампус. Она была так быстра и молчалива, что некоторые даже не заметили, как она пробежала мимо них, но, когда она бросилась через ворота к южной вершине, обычно расслабленный старейшина, сидевший у ворот, открыл глаза и чуть не упал со стула. Рэйвен заметила его реакцию, но не стала останавливаться; Хацин только что сообщил ей, что дела идут не очень хорошо.

Наконец, Рэйвен была уже достаточно близко, чтобы ощутить троих мальчиков, стоящих рядом,в уединении, за зданием в нескольких сотнях метров. Хацин сидел на крыше над ними. Рэйвен остановилась и затаилась, прислушиваясь к тому, о чём была речь.

Наконец, Рэйвен была уже достаточно близко, чтобы ощутить троих мальчиков, стоящих рядом,в уединении, за зданием в нескольких сотнях метров. Хацин сидел на крыше над ними. Рэйвен остановилась и затаилась, прислушиваясь к тому, о чём была речь.

– Так что за цветы, Ларки? –рассмеялся Джек.

– Я же сказал, что это не твоё дело, отвали от меня нахрен! – Ларк изо всех сил старался выглядеть уверенным в себе, но не мог скрыть свою нервозность от слуха Рэйвен.

– Или что? Ты расскажешь отцу? Конечно, он бы очень хотел узнать, почему его старший сын выращивает цветы, а не взращивает свою силу, –засмеялся Данлин. – Если бы у тебя в штанах ничего не было – я бы ещё мог понять.

– Бессмысленно, – усмехнулся Джек. – Бабы любят, когда вы показываете силу! А цветы только заставят их смотреть на вашу мужественность!

Рэйвен покачала головой – она услышала достаточно.

– Вы удивитесь тому, что может сделать лишь один цветок, – холодно сказала она, когда вышла из-за угла. Сразу же она получила чёткое представление о трёх мальчиках; кроме Ларка, двое других стояли спиной к Рэйвен, а Ларк в руках зажал горшок с экзотическими цветами.

Данлин и Джек удивлённо повернулись – они вообще не слышали приближения Рэйвен. Однако их первоначальный шок не продлился долго. Вместо этого они переглянулись и снова покатились со смеху:

– Я знаю, возможно, это та самая женщина, на которую он пытается произвести впечатление, – самодовольно предположил Джек.

Глаза Данлина расширились:

– О, точно! Говорят, что птицы одного пера держатся вместе – если мальчик-рабыня – педик, то и он, возможно, тоже голубоватый, – он ткнул большим пальцем через плечо в сторону Ларка, лицо которого стало слегка зелёным.

– Мальчик-рабыня, а? – вкрадчивый тон Рэйвен вызвал улыбку Данлина, но Рэйвен не собиралась отпускать его так легко. – Как продвигается изучение Ледяного Натиска? Я слышал, что это может быть довольно сложно... – она сказала с холодной улыбкой на губах.

– Ты, сволочь, раб! – прорычал Данлин и сделал шаг в сторону Рэйвен, указывая на неё трясущимся пальцем. – Ты знал, не так ли?

– Знал что? – спросила Рэйвен, выглядевшая невиннее, чем младенец.

– Ты знал, что ни один студент не смог овладеть этим проклятым умением!

Рэйвен даже не пришлось изображать удивление. «Никто не смог овладеть? Это же не невозможно...» – подумала она про себя и вдруг перестала улыбаться. – «Интересно, как бы он отреагировал, если бы знал, что я уже овладела им?»

Контролируя свои эмоции, Рэйвен вместо этого посмотрела на Данлина с благоговением.

– Должен сказать, я впечатлён старшим Данлином: достаточно смело было поставить свою честь на то, что он сумеет изучить такой невозможный навык менее чем за два месяца... Это впечатляет!

Данлин сделал ещё один шаг вперёд, и Джек последовал за ним.

– Не пытайся одурачить меня, раб! Признай это!

Как только Данлин сделал ещё один шаг вперёд, пронзительный визг заполнил воздух, и белый снаряд ударил в голову Данлина. Потрясенный, кузен едва успел отпрыгнуть, прежде чем место, где он стоял, пронзила белая тень. Прежде чем он успел собраться, белый луч снова напал на него.

Рэйвен наблюдала, как её брат буквально расстреливал собой Данлина, с чрезвычайным вниманием и смешанными чувствами. Она предпочла не выставлять напоказ Хацина перед Данлином, но, с другой стороны, его нынешнее выражение было совершенно бесценным.

Однако через пару секунд шока растерянность Данлина превратилась в гнев, и он начал активировать свою странную духовную сущность.

«Достаточно!», – Рэйвен мыслено одёрнула брата. Как только он услышал это, он тут же прекратил нападение и приземлился на плечо Рейвен. Он предпочёл бы довести Данлина до неузнаваемости, но он доверял суждениям своей сестры и знал пределы своего нынешнего тела.

Увидев белую птицу, взгромоздившуюся на плечо Рэйвен, глаза Данлина сузились в ярости. Птица действительно удивила его, и этой мелкой пичуге даже удалось оставить небольшую кровящую царапину на его левой щеке.

– Что это за мерзость? – взревел он. – Убей эту херню сейчас, или я сам сделаю это!

Рэйвен напряглась.

– Ты слышал меня, раб! Как наследник префектуры, я требую, чтобы ты убил её!

Рэйвен ничего не ответила. Вокруг неё появилось слабое, красное мерцание, но оно было слишком рассеянным, чтобы его заметили.

– Готовься! – крикнул Данлин и бросился вперёд. Его ноги и руки были укутаны чёрным свечением, которое могла видеть только Рэйвен, но сейчас ей было всё равно. Когда Данлин приблизился к ней, мир, казалось, стал двигаться в замедленном темпе. Сейчас она видела только своих родителей и брата в окружении горящего пламени, она слышала только, как семья Тэйлон смеялась, поскольку пламя поглощало единственную семью, котораяеё когда-либолюбила.

«Было бы так легко убить его прямо сейчас...»

Даже не размышляя над этим, кинжал из её пространственного кольца словно бы по своей воле материализовался и спрятался в ладони. Духовная сущность, намертво слитая с жаждой крови, подошла к руке, держащей кинжал, словно предчувствуя кровопролитие.

«Было бы так легко убить его прямо сейчас...»

Данлину было всего лишь несколько миллисекунд до столкновения с Рэйвен, но в этот момент огромная сила рухнула на всех четверых. Эта сила прижала Данлина к земле потому что его позиция в этот момент не была достаточно устойчива, чтобы сопротивляться. Он немедленно врезался в землю, а слабый Ларк едва не упал, но сумел остаться на одном колене. Горшок с цветами, однако, выскользнул из его рук и разбился, столкнувшись с землей. В то же время Хацин чуть не упал с плеча Рейвен, но ей удалось рукой поймать его.

– Что здесь происходит!? – сердитый голос эхом отозвался от окружающих зданий, из-за чего было трудно определить, откуда он раздался, но Рэйвен, разумеется, могла. Она надеялась только, что владелец этого голоса не заметил её жажды убийства всего несколько мгновений назад.

– Извините, уважаемый старейшина, – сквозь зубы процедил Джек. – Мы только обменялись приветствиями.

– Вы знаете правила, – проревел голос. – Если это произойдет снова, будут последствия! Вы поняли?

– Да, старейшина, – ответили все четверо учеников, и давление исчезло.

– Вернитесь в свои общежития, – приказал голос, с затихающим гневом, прежде чем Рэйвен почувствовала, что владелец голоса уходит. Она вздохнула с облегчением. «Так это давление духовной сущности Высокого Чемпиона Духа...» – Рэйвен вздрогнула. – «Я сомневаюсь, что он использовал хотя бы одну десятую часть своей силы...»

Человек, который вмешался, был тем самым старейшиной, который обычно охранял ворота к южной вершине.

Отряхнув пыль с его мантии, краснолицый Данлин поднялся на ноги. Он злобно посмотрел на Рэйвен.

– На этот раз считай, что тебе повезло, – фыркнул он. – И не думай, что твои маленькие трюки вчера обманули меня – я всё понял, раб!

Громко топая ногами, он развернулся и ушёл. Джек попытался наступить на цветы Ларка, когда он последовал за Данклином, но Ларк успел выдернуть их буквально из-под ноги, прежде чем Джек успел нанести какой-либо вред.

Рэйвен сделала непристойный жест рукой в их сторону, прежде чем переключила внимание на Ларка.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Да, – ответил он неубедительно.

– Где Мартин и Джавелин? Редко можно увидеть тебя одного.

– Они отправились в Бездну Боёв, – ответил он, а затем добавил. – Это боевая арена на деловом уровне.

– Оу.

Молчание.

Рэйвен кивнула в сторону цветков.

– Они красивые. С ними всё будет в порядке?

Ларк вздохнул.

– Как только я найду им новый горшок, да.

– Это ведь Нарциссы Снежного Колокола, верно?

Глаза Ларка слегка просветлели.

– Ты знаете свой цветок? Хорошо, это довольно редко.

Рэйвен только подарила ему сладостно-горькую улыбку. Это был действительно редкий цветок. Его холодные золотистые цветки расцветали только на больших высотах и ​​только в течение нескольких недель весны. Её мать однажды привела Хацина и её на поле, полное их – это было волшебное зрелище, а внезапный порыв ветра заполнил воздух мягким колокольным звоном.

– Я выращиваю их. Это как хобби, – продолжил Ларк, когда Рэйвен промолчала. – Я упомянул об этом девушкам из целителей, а старейшина Уиллоу услышал меня и спросил, могу ли я показать им его. Нарцисс Ледяного Колокола – очень действенное лекарственное растение.

Рэйвен продолжала улыбаться, но теперь это была более тёплая улыбка.

– Хочешь, пройдёмся вместе? – спросила она и, подмигнув, протянула руку другу.

– Ха-ха-ха, вот это будет зрелище! – усмехнулся Ларк, схватившись за руку и позволяя Рэйвен помочь ему подняться на ноги. – Но я думаю, что мне следует вернуться назад и пересадить их сперва. Я не хочу, чтобы они умерли.

Рэйвен наблюдала, как рыжеволосый Ларк и его горсть цветов исчезают между белыми деревянными зданиями южного пика и вздохнула. "Нарциссы, да?" – пробормотала она.

– Ты что-то сказала, сестра? – спросил Хацин, который всё ещё сидел у неё на плече.

– Ничего важного, – ответила она и направилась к домам, где жили Старейшины.

– Разве ты не собиралась спросить Ларка, почему сегодня он вёл себя странно? – Хацин был удивлён тем, что его сестра так легко отпустила близнеца.

– Я не думаю, что мне нужно больше... – это было её единственным ответом, и как бы Хацин ни подыхал, Рейвен больше не говорила об этом.

Через пару минут Рэйвен дошла до общежития для старейшин, расположенного на южной стороне горного пика. Когда она подошла к зданию, на мгновение она криво ухмыльнулась, а затем снова вернулась к своему обычному холодному выражению. Она заметила, что по другую сторону от ворот общежития дожидается знакомая аура, почти на грани ощущения. Когда до него дошли звуки шагов Рэйвен, он пошевелился и быстро двинулся, чтобы открыть ворота.

Тем не менее, Рэйвен была ближе к воротам, чем ожидалось, и он отступил на несколько шагов, чтобы не врезаться в неё.

– Приветствую вас, старейшина Уиллоу, – сказала Рэйвен с вежливым поклоном.

– Младший Найт? – Уиллоу не очень старался спрятать недовольное выражение, и он выжидательно осмотрелся. – Сегодня только вы?

– Да, старейшина Уиллоу, только я, – глаза Рэйвен вперились в молодого человека. – «Старейшина Уиллоу действительно хочет увидеть эти нарциссы...»

В конце концов, это очень хорошая трава для медицинских настоек.

– И ядовитые тоже, – подумала Рэйвен своему брату. Внешне она просто хихикнула, казалось бы, неубеждённая. – М-м-м... К сожалению, был небольшой инцидент на пути сюда, и теперь Ларк вынужден вернуться в своё общежитие. Ларк в порядке, но растениям нужен новый горшок.

– Понимаю...

Некоторое время оба молчали, прежде чем Рэйвен прочистила горло.

– Я слышала, что может понадобиться до семи лет, чтобы «Нарциссы Ледяного Колокола» полностью созрели, – её кроваво-красные глаза внезапно стали очень серьёзными, когда её пристальный взгляд коснулся его ослепительно зелёных. – Разумеется, старейшина Уиллоу никогда не попытается собрать что-либо до того, как оно созреет, иначе это может стать... ядом.

Молодой старейшина был полностью ошеломлён. Сначала он выглядел смущённым, затем шокированным – и несколько испуганным – но в конце концов он очнулся и встретил взгляд Рэйвен с такой же силой: – Я и не думал об этом.

С этим серьёзность в глазах Рэйвен стихла, и она низко поклонилась.

– Этот младший извиняется! Естественно, такой гениальный учитель-подросток, как вы, всё знает об этом. Простите, пожалуйста, эту наглость!

Теперь Уиллоу снова выглядел смущённым и слегка обеспокоенным. Он протянул руку, чтобы снова поднять Рэйвена – снова.

– Пожалуйста, младший Найт, не нужно быть таким формальным вне класса – я не намного старше вас...

– Мне шесть лет.

Лицо Уиллоу резко потеряло благородный цвет слоновой кости и стало розовым цветом вишни.

– Ха-ха, конечно, я забыл. Ты действительно не выглядишь на свой возраст, младший Найт, – нервно засмеялся он и снова огляделся. – Могу я ещё чем-то помочь?

– На самом деле да, – сказала Рэйвен, как будто ничего не случилось. – Вчера, Данлин Тэйлон и Джек Тануки отсутствовали на занятиях, и старейшина Вирмут отыгрался на всех нас. Я хотел бы знать, какое наказание будет для этих двоих за нарушение школьных правил, – Рэйвен знала, что обычное наказание за пропуски уроков – никаких новых Божественных Навыков в течение месяца и вычет 100 баллов из очков за заслуги – но она не поэтому задала этот вопрос.

Уиллоу вздохнул.

– Мне очень жаль слышать, что старейшина Вирмут наказал всех вас, но младшие Тэйлон и Тануки не получат дополнительного наказания – им был предоставлен бесплатный отпуск.

Рэйвен нахмурилась.

– Бесплатный отпуск? Кто выписал его?

– Как и во всех бесплатных пропусках, он был подписан только офисом директора – запрашивающий учитель не указан.

– Великолепно, – уныло подумала Рэйвен Хацину, который всё ещё сидел у неё на плече. – Ещё один вопрос, который нужно решить, получив доступ в этот офис...

– Понятно, – сказала она вслух. – Тогда я благодарю старейшину за его помощь, – Рэйвен снова поклонилась и пошла дальше. Позади нее старейшина Уиллоу смотрел на уходящую фигуру со сложным выражением в глазах.

– Что теперь? – спросил Хацин.

– Теперь я посплю.

–––––––––

Время летит, когда нужно сделать слишком много вещей. В течение следующих нескольких недель все бодрствующие часы Рэйвен проводила либо в классе, либо в Божественной библиотеке, либо в залах записей Гильдии убийц. В то время, пока Рэйвен принимала участие в занятиях и исследовала спиритуалистов Тэйлона, Хацин летал по городу, проверяя разыскиваемые ими различные следы, касающиеся всего, что предполагалось от измены императрицы Нене до тайны «Старейшины W». Хацину не нужно было спать в его нынешнем состоянии, но Рэйвен также спала всего по несколько часов каждые три дня или около того. Она не могла ничего с собой поделать – мысль о её тёте и двоюродном брате, живущих их помпезной жизнью, не смущаясь изменой, заставляла Рейвен продвигаться вперёд.

Лишним было бы даже упоминать, что такой жёсткий график ограничивал время, которое Рэйвен проводила со своими друзьями, только на занятиях. Это могло показаться странным для Джавелина и близнецов, если бы они также не были так озабочены собственными делами. Джавелин решил узнать как можно больше о Поющей и убедил обоих близнецов помочь ему, под тем предлогом, что для их боевого мастерства было бы полезно получить указания от такого умелого бойца. Рэйвен не была уверена, действительно ли близнецы поверили его лжи, но они были хорошими друзьями, и, тем не менее, поддерживали Джавелина. Не то, чтобы Мартин очень помогал в первую неделю – его обязали вычищать туалеты в качестве наказания за его прежнее поведение во время занятий по контролю духа.

К сожалению, ни Рэйвен, ни трое её друзей не добились значительного прогресса в достижении своих целей в течение этих пяти недель. Рэйвен была слишком занята чтением о спиритуалистах Тэйлона, и поэтому не появлялась ни на одном матче. Увидев разочарование Джавелина, близнецы наняли кого-то, чтобы выследить «Поющую», когда она пришла и покинула зал Гильдии убийц, но безуспешно.

С другой стороны, Рэйвен всё больше и больше разочаровывалась в сети интриг, окружающих Тэйлон и императорскую семью. Кроме того, когда она изучала записи спиритуалистов более внимательно, она поняла, что было немало спиритуалистов, которые сделали такой же внезапный рост в их совершенствовании, как и многие ключевые члены клана Тэйлон, но у Рэйвен не было никакой реальной связи между ними. Хуже того – всё, что ей и Хоацину удалось выкопать в отношении Императрицы, просто привело к еще одному тупику.

Сейчас Рэйвен склонилась над кучей бумаг, разбросанных по столу в гостиной, принадлежащей Хогу и другим наёмникам. За последние несколько недель дом стал чем-то вроде базы операций, и Билл часто помогал ей сортировать информацию, которую она собирала за ночь. Он решил остаться и служить последнему живому Соловью (последней живой Найтингейл, но слишком уж красиво звучит - п.п.), не задумываясь, но сейчас Билла держал больше не долг, а почтительный страх перед Рэйвен и он отказывался называть её как-либо, кроме «мэм».

– Блядь! – воскликнула Рэйвен, с разочарованием подбросив кучу бумаг в воздух. От внезапного движения бедный Билл испугался и уронил поднос с едой. Услышав падение тарелок позади неё, Рейвен вздохнула.

– Прости, Билл, – сказала она, спрыгнув с кресла, потирая виски.

– Не волнуйтесь, мэм, моя ошибка, – Билл покачал головой и начал собирать еду обратно на поднос. – Вы не продвинулись? – спросил он, принявшись собирать бумаги, которые Рейвен бросила.

Рэйвен фыркнула.

Рэйвен фыркнула.

– Не продвинулась? Я продвинулась очень далеко вперёд, но чем больше я узнаю, тем меньше я знаю, мне кажется... Возьмем, к примеру, странные всплески в совершенствовании, которые я нашла среди нескольких кланов в отчётах. Сначала казалось, что это были только Тэйлон и их сторонники, но на днях я нашла другие случаи, которые, кажется, не имеют никакой связи с Тэйлон, кроме общей заинтересованности в существенной торговле с другими империями! Если бы они были заинтересованы в делах одной - это было бы логично, но они торговали с обеими. А Тэйлон не увеличила экспорт ни к одной из них...

И ещё у нас полная неразбериха с Императрицей! Чем глубже я смотрю, тем лучше вижу несоответствие: если уж даже Император и проведал о тайных прогулках Императрицы, чёрт знает откуда, – но как он мог пропустить нечто столь грандиозное, как встреча всех трёх Императоров? – Рэйвен покачала головой. – Всё это просто огромная куча мусора... Та,кое ощущение, что кто-то сознательно ведёт нас по кругу!

Билл положил собранные бумаги на стол рядом с Рэйвен.

– Возможно, так и есть, мэм.

Рэйвен открыла глаза и уставилась на мужчину, стоявшего перед ней. Когда она впервые увидела его, он очень походил на сорокапятилетнего воина, которым он и был; его тело было мускулистым, кожа была загорелой до коричневого цвета от солнечных лучей, а волосы были тёмными и дикими. Теперь его тело ощущалось... как-то меньше, а его тёмные волосы с каждым днём ​​становились всё белее. Видимо, воспоминания Рэйвен слишком сильно повлияли на него.

Разумеется, в эти дни он не появлялся так много, а спал в подвале. «Чтобы не подвергаться риску, что кто-то увидит меня через окно», – сказал он, но Рейвен подозревала, что он больше боялся, что кто-то может услышать, как он кричит во сне.

– Какие? – спросил Билл, слегка подёргиваясь под напряжённым взглядом Рэйвен. Он нервировал его, заставляя мурашки бегать по его спине и заставляя кровавые картинки мигать перед глазами.

Рэйвен отвела глаза.

– Неужели так и есть? – пробормотала она. – Может быть, дело в том, чтобы просто вызвать беспорядок и недоверие? – внезапно Рейвен снова взглянула на Билла. – Билл, ты знаешь, что меня всё это раздражает? – седой мужчина покачал головой. – Зачем иностранным силам помогать Тэйлону захватить префектуру Найтингейл? Почему, по-видимому, та же самая сила, заставила Императора "устранить" Императрицу Нене за измену?

– Может быть, они хотят, чтобы Императора свергли с престола? За то, что они слишком слаб или что-то в этом роде? – предположил Билл.

Так как люди Империи любят Императорскую семью, было бы трудно добиться смены власти, если сначала не дискредитировать их. Но, если это так, то почему же слухи о предательстве не распространялись более активно? Почему на Императрицу не клеветали на каждом углу города? Рэйвен встала и подошла к маленькому тонированному окну в комнате.

– Хотя большинство людей уже знают, что Императрица обвиняется в государственной измене, почти никто не верит, что это правда, даже без каких-либо ясных заявлений от Императорского суда. Итак, в чём же всё дело? Очевидно, чтобы соблазнить массы. Кроме того, государственный переворот не объясняет всего этого, – сказала Рэйвен и повернулась к столу.

– Что? – Билл выглядел смущённым.

Рейвен вздохнула.

– Силой захватить трон нереально, – объяснила она, и, поскольку Билл кивнул в понимании, она продолжила. – Если бы они хотели удалить Императора, то укрепление клана Тэйлон в качестве их замены было бы возможным и даже правильным действием. Укрепление сторонников своей страны в целом имело бы смысл. Однако, если эти заговорщики являются источником этих внезапных повышения уровня совершенствования, почему это было сделано и для сторонников Земной Империи, и Морской? Соглашение между этими тремя империями гласит, что если кто-то нарушит мир, тогда другие две объединят свои силы для возмездия. Если обе Империи задумали это - проще атаковать в окрытую, и у Небесной Империи не будет ни шанса.

– Может быть, чтобы покрыть их следы? Может быть, это другая империя, которая планирует восстание?

– Возможно, тогда они и правда захотят скрыть свои успехи, но, если я могу узнать об усилении обеих сторон, просто взглянув на эти записи, причём с низким уровнем доступа и подслушав пару секретных разговоров, я уверена, что Императорские шпионы могут сделать то же самое, – Рэйвен снова выглянула в окно. – Скорее, это похоже... как будто они пытаются быть обнаруженными, по крайней мере, до некоторой степени.

«Чего же они могут добиться этим?»

Рэйвен помолчала. Она знала, что подобная тактика использовалась и раньше. По сути, она и сама использовала её; разделяй и властвуй. Это сосредоточено на дестабилизации одной или нескольких стран: посеять семена недоверия и паранойю в своих правительствах. Это был медленный процесс, но со временем это набирает силу, и в конце концов простой шёпот мог вызвать цепную реакцию хаоса.

Когда Рэйвен заговорила, её голос был серьёзным и предчувствующим

– В конечном счете, это приведёт к войне.

Комната вновь погрузилась в тишину. Снаружи доносился мягкий шум дождя, когда тёмные облака в столь же тёмном ночном небе начали выпускать свою запасённую воду.

Через некоторое время Билл спросил:

– Тогда, кто за этим может стоять, мэм?

Рейвен вздохнула и посмотрела на небо.

– Я не знаю, Билл.

–––––––––

Дождь продолжал падать, всё набирая силу, и к полуночи сильный дождь падал, словно копья воды в землю, обливая того, кто решился выйти на улицу.

В доме, расположенном очень близко к основанию центрального пика Небесного Города, жила маленькая семья из шести человек. Было трое детей – от пяти до девяти лет, их двое родителей, а также мать отца. Для семьи простолюдина, эти шестеро были достаточно обеспечены; у отца была стабильная работа по управлению счетами руды Духа, заключёнными между Небесной Империей и её двумя соседями. Это была, пожалуй, не самая популярная и уважаемая работа, но она держала среднего Новичка духа, которым он был, и его семью, позволяя жить в спокойной роскоши, без каких-либо забот о мире. Но, конечно, взятка, которую он принял от клана Тэйлон, действительно помогла.

В настоящий момент отец дома был единственным человеком, который всё ещё не спал, сидя у камина, рассматривая баланс за эти месяцы. Это был беспокойный месяц, и ещё худшим его сделало внезапное исчезновение одного из его коллег.

Сильный дождь снаружи заглушал не только треск пламени, но и тихие шаги позади него. На ночном небе вдруг вспыхнула молния, за которой последовал грохот грома. В этом внезапном свете отец случайно взглянул на стену рядом с ним, и его глаза расширились от шока; тень человека стояла рядом с ним.

Тотчас же мужчина начал распространять имеющуюся у него духовную сущность по всему телу, готовясь к обороне. Однако, прежде чем он даже получил возможность встать, маленькая, но твёрдая рука толкнула его в плечо большим пальцем, сильно надавив на точку прямо над его ключицей. Чужая и убийственная духовная сущность вливалась в него, словно прорвавший плотину паводок, насильственно подавляя его. Когда мужчина почувствовал, что его тело напряглось против его воли, удивительно маленькая женская фигура наклонилась над его креслом, и её два кроваво-красных глаза встретились с его собственными, и в это мгновение все представления о сопротивлении оставили навсегда отца троих детей.

Девушка подняла свою тонкую руку и прижала бледный палец к её губам.

– Тсс... – она помолчала. – У нас есть о чём поговорить, у тебя и меня, – гголос девушки был необычайно мягким и резко контрастировал с непреодолимой кровожадностью в её спокойных глазах. – Я ужасно ненавижу будить других, непричастных людей, которых так просто убить... Ты ведь будешь вести себя тихо, верно?

Отец мог только в страхе разглядывать скрывающуюся девушку. Перед его глазами мелькали образы двух его сыновей, играющих деревянными мечами в летнюю жару, а его младшая и единственная дочь пела песни с женой.

– Что ж? – девушка снова спросила, и её и без того обильная жажда крови, которое она проявляла, резко увеличилось, как и давление на точку чуть ниже его шеи. Со странным всхлипом отец-бухгалтер отчаянно кивнул.

На лице девочки появилась дьявольская улыбка.

– Отлично!

Рэйвен вытерла кровь со своего кинжала об одежду мёртвого мужчины, сидящего в кресле перед ней.

– Ещё один тупик, – пробормотала она себе, вытащив из складок её мантии маленький листок бумаги. Из-за дождя он промок, но слегка размытый почерк был ещё разборчивым. Используя нож для сыра, который она нашла лежащим рядом, Рэйвен пригвоздила записку к груди мужчины, схватила книги, которые он читал двадцать минут назад, и вышла из дома.

Несмотря на то, что ночные "подвиги" дали немного новой информации, Рейвен, по крайней мере, почувствовала облегчение, что она сумела убедить Хацина не появляться. Она не возражала против дополнительных запросов, которые часто давали клиенты Гильдии убийц – на самом деле эти якобы личные действия делали менее очевидным, кто на самом деле совершил убийство, поэтому она почти приветствовала их – но Рейвен подозревала, что её брат этого не одобрит.

Причина состояла в том, что спустя несколько часов, когда первый сын из дома Физерборн проснётся и начнёт пробираться на кухню за утренней закуской, он найдёт безглазый труп своего отца, прислоннённый к кухонному столу, с запиской со словами «И у кого теперь недостаточные взгляды?», прибитой к окровавленной груди. А "на закуску" глаза отца будут потускневшим взором глядеть на мальчика из тарелки на столе.

Скорее всего, Хацин такого не одобрит...

Рэйвен не была святой, она была очень далека от этого. В её прошлой жизни она была единолично ответственна за большее количество убийств, чем кто-либо из записанной истории древнего мира; число убитых ею было фактически сопоставимо с некоторыми из наиболее экстремальных стихийных бедствий. Время, которое она провела со своей новой семьей во дворце Найтингейл, было её первой и единственной настоящей отсрочкой от всего этого кровопролития. Эти четыре года сильно изменили её, но на данный момент её старая личность лучше соответствовала её потребностям, и она легко вернулась к ней.

Когда Рэйвен направилась к окраине города, она послала мысленный сигнал брату:

– Готово. Что-нибудь новое у вас произошло?

Только благодаря их связи Рэйвен почти почувствовала, как Хацин тяжело вздохнул. За последние несколько дней Хацин следил за одним из старейшин клана Тэйлон, надеясь поймать его с кем-то или чем-то интересным. Однако до сих пор старейшина вообще не делал никаких подозрительных шагов.

– Знаешь, наблюдать за сохнущей краской и то интереснее, – проворчал Хоацин.

– Мы знали, что на это потребуется время, старший брат. Они очень осторожны, но в конце концов они попадутся, – заверила его Рэйвен.

– Ага, ага, – пробормотал Хоацин, заставляя Рэйвен удивлённо приподнять бровь. Её брат редко использовал такой неформальный язык; этот бесплодный шпионаж явно беспокоил его.

– Продолжай в том же духе, старший брат. Если мы не найдём ничего полезного в ближайшие пару дней, мы рассмотрим другие варианты. С завтрашнего дня я вернусь в Бездну, чтобы повысить свой рейтинг выше двадцать пятого. Самое время, тогда мы получим доступ к спиритуалистическим отчётам уровня B в Гильдии убийц.

– А что там насчёт Лунного испытания? – спросил Хоатзин.

– А что насчёт него?

– Ну, оно начнётся завтра, не так ли? Практически вся академия будет отправлена ​​в пустыню на три дня.

Рэйвен перестала ходить и выругалась себе под нос; предстоящий экзаменационный период полностью обрушился на неё, ведь Лунное испытание – это всё, о чём говорили все студенты в эти последние дни. Ну и вызов Рэйвен к Данлину, конечно.

Когда Рэйвен не дала ему ответа, Хацин снова задал вопрос.

– И что ты собираешься делать с Данлином? Я могу пойти и посмотреть? – в его голосе послышался ажиотаж.

Рэйвен покачала головой. В последнее время она почти начала сожалеть о том, что она позволила своим эмоциям овладеть ею и заставить её бросить вызов Данлину. Когда она рассмотрела различные сценарии, которые могли бы развернуться завтра, немногие из них позволяли Рэйвен сохранить столько секретов о своих способностях, сколько она хотела. Ей очень понравилось видеть растущее отчаяние, которое её двоюродный брат не мог скрыть, когда они встречались. Рейвен также не имела намерения отпустить его легко, но она знала, что цена за это может быть выше, чем она первоначально предполагала.

– Я просто сильно опущу его самолюбие, – ответила она брату. – Но мне жаль, брат, ты должен продолжать следить за старейшиной Тэйлон – возможно, Лунные испытания заставт его хоть как-то изменить его рутину.

– Хорошо, – голос Хацина выглядел не очень довольным.

Из-за изменения планов, Рэйвен увеличила свой темп, мчась обратно через дождь в дом, где ждал Билл. Поскольку все ученики должны были рано встать в первый день испытаний, Джавелин, скорее всего, не проведёт столько времени в Бездне сегодня вечером, как обычно, и Рэйвен хотела бы быть в их комнате в общежитии к тому времени, когда он вернётся. Но сначала ей нужно было дать указания Биллу о том, что делать, если её дяди вдруг вернутся, пока её не будет.

–––––––––

Позже в ту ночь, когда как ни странно сухой, но задолбавшийся Джавелин вернулся из очередной "безПоющей" экскурсии в Бездне Боёв, он взглянул на своего соседа по кровати и обнаружил, что мальчик давно уже крепко и глубоко спит, и храпит, как медведь. Криво усмехнувшись, Джавелин подошёл и накрыл парня поудобнее, заодно чуть-чуть сдвинув спящего, чтобы закончить храп. Казалось бы, он уже привык к этой процедуре.

Молча Джавелин юркнул в свою кровать и на некоторое время его взгляд упал на его спящего товарища. Пока он смотрел на светлокожего мальчика, все разочарования Джавелина, казалось, таяли. В этот момент Джавелин уже не чувствовал себя настолько раздражённым тем, что ему придётся пропустить несколько ночей в Бездне. На самом деле, несколько дней в пустыне были бы ему даже полезны.

------------------

Когда первые лучи солнца стали освещать северное небо над имперским городом, два молодых человека в комнате 207 подскочили на своих кроватях, очнувшись ото сна, почти одновременно – вернее, Джавелин зашевелился, и Рэйвен почувствовала это, поэтому она перестала притворяться, что она спала.

Вместе они собрались и отправились в главный зал, где все студенты собирались перед Лунными испытаниями. Несмотря на то, что это был редкий момент, когда оба присутствовали на занятиях одновременно, между ними было сказано очень мало, разговор не клеился. Зато они даже подшучивали друг над другом: «Доброе утро!» и «Хорошо ли спалось?». Тем не менее, в тишине они не чувствовали себя неловко. На самом деле всё было наоборот.

Они зашли в аудиторию, где студентов пока ещё было очень мало. Однако, даже если бы зал был забит людьми, две дикие, непричёсанные, огненно-рыжие шевелюры, которые, без сомнения, были близнецами Гриффин, всё равно заставили бы их выделяться из толпы. Как бы то ни было, Рэйвен и Джавелин не имели никаких проблем с тем, чтобы найти пару мест рядом с ними и занять их.

По мере того, как проходили минуты, всё больше студентов приходили. Как только да назначенного времени осталось всего несколько минут, Данлин и другие "благородные" студенты, которые продолжали следовать за ним, соизволили прибыть. К удивлению Рэйвен, Данлин уже не выглядел так отчаянно, как прежде. Вместо этого он выглядел немного самодовольно, поскольку его взгляд встретил Рейвен на короткое мгновение.

«Должно быть, он что-то задумал», – подумал Рэйвен, нахмурившись.

– Он выглядит довольным собой, – заметил Джавелин рядом с ней и указал на Данлина. – С тобой всё будет в порядке?

– Я справлюсь, – уголки губ Рэйвен дёрнулся в улыбке, и Джавелин расслабился. Мартин, сидевший с другой стороны от Рэйвен, засмеялся.

– Лучше покажи ему, что такое настоящий талант, Найт! – весело и ободряюще проговорил он и довольно ощутимо толкнул Рэйвен локтем.

Рэйвен не стала отвечать, потому что в этот момент на сцену вышло около дюжины старейшин. Помимо старейшины Уиллоу, присутствовали все её учителя, также как и первые три старейшины, с которыми Рэйвен познакомилась, когда она впервые поступила в академию – старейшина Кагу, заместитель директора Гадваль и директор школы Свон. Другие старейшины низко поклонились, когда директор поднялся на сцену. Его сверкающая белая одежда и такие же сверкающие белые волосы мягко качались на каждом шагу.

Он осмотрел всех учеников, сидящих внизу, глазами, которые таили в себе то, что казалось непостижимым знанием.

– Дорогие ученики, – сказал он мягким голосом, который, тем не менее, сумел схватить каждую душу в зале. – Для тех из вас, у кого ещё не было возможности встретиться со мной, я – директор школы Эйдер Свон, и я приветствую всех вас в моей Небесной Академии. Как вам всем известно, Небесна Академия, бесспорно, лучшая академия спиритуалистов всей империи, и, в течение многих лет, воспитала многих выдающихся спиритуалистов. Отчасти это связано с двухмесячными Лунными испытаниями.

На следующие три дней вас всех отправят в пустыню за пределами города. Вы уже не будете защищены нами, старейшинами, и сможете надеяться только на себя и своих однокурсников, чтобы выжить.

Он заложил руки за спину и, словно по какому-то знаку, все двери в аудиторию распахнулись одновременно. Секунду спустя, аккуратные ряды девушек, одетых в серые одежды, оправленные золотом, вошли в полной тишине. Их возглавляла горстка женщин-старейшин в более светлых одеждах. В этом море женщин, старейшина Уиллоу был единственным мужчиной, но его внешность позволяла ему не выделяться, как чертополох среди роз.

Мальчики из военной кафедры пристально смотрели на сотню красивых элегантных девушек широко открытыми глазами. Медленно начал подниматься ропот, но, прежде, чем он стал слишком громким, директор снова заговорил. Его тихий голос сразу же заставил весь зал замолчать:

– В этом году мы решили направить туда обе кафедры: и боевых искусств, и студентов кафедры исцеления, – Рэйвен могла пощупать волнение мальчиков в воздухе. – Однако, не думайте, что это облегчит вам жизнь, – он ненадолго остановился. – В этом году Лунные Испытания пройдут в Колыбели Зверя.

Волнение насчёт девочек внезапно полностью исчезло. Колыбель Зверя была долиной, немного севернее Небесного Города, где обитали очень сильные Духовные Звери. Выжить там в течение даже трёх дней действительно было бы достижением.

– Однако, не думайте, что это облегчит вам жизнь, – директор Свон ненадолго остановился. – В этом году Лунные Испытания пройдут в Колыбели Зверя.

Волнение насчёт девочек внезапно полностью исчезло. Колыбель Зверя была долиной, немного севернее Небесного Города, где обитали очень сильные Духовные Звери. Выжить там в течение даже трёх дней действительно было бы достижением.

Заметив изменения в атмосфере, директор Свон слегка улыбнулся и начал перечислять детали их испытаний в следующие дни.

– Какие-нибудь вопросы? – наконец спросил он.

Воцарилась тишина, никто не знал, что сказать, но внезапно лицо Рэйвен потемнело. Через несколько мгновений Данлин слегка кашлянул, чтобы привлечь внимание, и встал.

– Уважаемый директор школы, я хотел бы воспользоваться случаем, чтобы урегулировать наши разногласия с младшим, если директор школы Свон будет так добр, чтобы поучаствовать в качестве нашего свидетеля.

Свон был не единственным старейшиной на сцене, который слегка нахмурился по просьбе Данлина, но директор быстро поправился.

– Видимо, это связано с вызовом насчёт умений, который был брошен в Божественной библиотеке, чуть меньше месяца назад? – спокойно спросил он.

Сначала Данлин немного удивился, но вскоре почтительно поклонился.

– Директор действительно очень мудр.

Директор, одетый в белые одежды, посмотрел на Рэйвен, которая спокойно взглянула на него. Позади него старейшина Кагу выступил вперед, чтобы возразить, но Свон поднял руку, чтобы остановить его.

– Очень хорошо, – сказал он. – Вы оба – вышли на сцену!

Данлин выстрелил в Рэйвен злобным взглядом и с подлым хихиканьем поднялся на сцену без всяких колебаний. Странная уверенность кузена сбила с толку Рэйвен. Она предположила, что Данлину хотелось бы оттянуть всё это на как можно более далёкий срок, но здесь, практически всей школой?

«Я не думаю, что он действительно справился с этим...», – подумала она, когда она тоже встала и направилась к сцене. – «Сейчас я почти ничего не могу сделать»

Когда оба были на сцене, Данлин начал давать очень предвзятое описание того, что произошло в библиотеке за несколько недель до этого. Некоторые из старейшин, которые явно не слышали эту историю раньше, широко открыли глаза от шока, когда узнали, какой навык Данлин "согласился" учить; все они знали, насколько сложным было овладение Ледяным Натиском.

Наконец Данлин повернулся к Рэйвен:

– Я дам тебе одну последнюю возможность, младший Найт, признай свою ошибку, и мы оставим это позади, – предложил он с фальшивой искренностью, но единственным ответом Рэйвен был холодный взгляд.

– Очень жаль, – вздохнул Данлин, но его глаза загорелись ярким ликованием. – Я дал тебе выход. Может быть, ты пожалеешь об этом после того, как увидишь это.

Он театрально махнул рукой, и в ней появился толстый кирпич.

– Старейшина будет так добр, что поможет мне, подержав это? – Данлин низко поклонился. Все старейшины нахмурились; никто из них не был склонен ввязываться в то, что они считали ссорой между учениками. Тем не менее, они были одинаково удивлены, когда заместитель директора Гадваль внезапно шагнул вперёд. Его глаза были любопытными и настороженными, как всегда.

Данлин снова поклонился, отдал кирпич Гадваллу, а затем повернулся, чтобы сказать что-то остальным ученикам.

– Божественное мастерство, которое я изучаю, возможно, не очень сильное, но очень глубокое. Принцип его действия заключается в том, чтобы создать максимальную силу с минимальным движением.

Он повернулся к заместителю директора и поднёс свой сжатый кулак на дециметр к каменному кирпичу. Внезапно дикие потоки духовной сущности пронзили его тело и сжались в кулаке. С громким криком Данлин ударил кирпич. С щелчком, кирпич раскололся на две равные части.

Студенты и старейшины с одинаковым шоком смотрели на Данлина. Он просто освоил Ледяной Натиск!

– Как это возможно? – выдохнул старейшина, сбитый с толку.

– Гений, точно гений!

Директор слегка покачал головой.

– Поистине впечатляюще – получить такое понимание в отношении Ледяного Натиска в такой короткий промежуток времени, но этот навык ещё не освоен. Тем не менее, молодец, студент Тэйлон.

Чёрная тень промелькнула в глазах Данлина, но она исчезла раньше, чем кто-либо заметил это. Он поднял один из сломанных кусков кирпича и бросил его Рэйвен.

– Это правда, что я до сих пор не освоил его полностью, но скоро сумею! – его глаза сверкнули в сторону Рэйвен. – Может ли младший Найт сказать то же о своём мастерстве?

Рэйвен несколько раз моргнула, пока стояла, казалось, ошеломлённая, с куском разбитого кирпича в руке. Её друзья в толпе даже начали беспокоиться, что что-то могло пойти не так.

Пока её друзья волновались о её виде, Рэйвен думала только об одном: как бы не рассмеяться. Она даже прикусила язык. «Ты называешь ЭТО Ледяным Натиском?», – подумала она про себя. – «Ох, Данлин...»

– Что-то не так? – издевался Данлин, стараясь поддеть Рэйвен посильнее.

– Совсем нет, – сказала она с холодной улыбкой. – Я просто подумал, кого я должен попросить помочь мне в моей демонстрации. Мне нужно, чтобы кто-то напал на меня, желательно с мечом. Может быть, старший Тэйлон сделает мне честь?

Как и ожидалось, Данлин с радостью согласился. Казалось, он действительно верил, что Рэйвен не добилась никакого прогресса с её Замком Грома. Спустя несколько мгновений двоюродные брат и сестра стояли лицом к лицу, вооружённые двуручными мечами. Данлин не стал дожидаться, когда Рэйвен попросит и вместо этого без предупреждения набросился на Рэйвен. Он не использовал никакой духовной сущности, но Рэйвен была уверена, что это было только из-за присутствия стольких свидетелей.

Данлин, видимо, ожидал, что Рэйвен взбесится от внезапного нападения, но её лицо было невозмутимым, словно восковая маска. Однако её тело не было таким неподвижным. Когда тяжелый клинок Данлина приблизился к её голове, Рэйвен развернула руку, покрытую электрическими искрами, и схватила лезвие меча. В то же время она использовала другую руку, чтобы нанести удар двуручным мечом в сердце Данлина. В воздухе раздался гром, когда тысячи искр потекли из рук Рэйвен через два меча и прямо в Данлина.

Глаза Данлина едва успели расшириться от шока, прежде чем лезвие Рэйвен и гром достигли его. Её ответ был слишком быстрым и неожиданным для Данлина, чтобы он успел собрать хоть какую-нибудь защиту. Красные глаза Рэйвен осветила жажда крови...

– Достаточно, – голос директора Свона по-прежнему оставался таким же мягким, как и прежде, но все в зале смогли почувствовать гнетущую силу.

Рэйвен тут же застыла, её клинок остановился лишь на волосок от груди Данлина. Её тело перестало двигаться, она не пыталась остановить электрический ток. Внезапный удар отбросил его назад на несколько метров, а его тело несколько раз сильно дёрнулось в воздухе. Больше половины студентов в толпе рассмеялись при виде этого.

Мастерски спрятав её ликование, Рейвен быстро поклонилась даже ниже, чем было положено. –Мне очень жаль, директор Свон. Замок Грома по-прежнему тяжёл для меня, и есть ещё несколько проблем с контролем над духовной сущностью.

– Проблем с контролем, мудила? – проревел Данлин, которому уже удалось подняться на ноги. – Ты сделал это нарочно!

– Младший Тэйлон, – сказал заместитель директора Гадвалл суровым тоном.

Удивительно, но Данлину удалось ограничиться небольшим вздохом. После этого он обратился к директору.

– Каково решение директора Свона?

Директор, похоже, подумал об этом некоторое время.

– Ну, хотя это впечатляющий подвиг – выучить Замок Грома за такое короткое время, я должен сказать, что понимание младшего ученика Тэйлона о Ледяном Натиске более впечатляет... – пока он говорил, беловолосый мужчина смотрел на Рэйвен. Взгляд в его глазах заставил Рэйвен нахмуриться.

«Он что-то знает?»

– Что ж, – продолжал директор. – Если никто больше не хочет ничего добавить...

Теперь Рэйвен была уверена; Свон знал, что она сдерживается.

«Они должны вести учет того, какие навыки изучают студенты», – осознала Рэйвен. На её лице появилась холодная улыбка.

«Больше нечего скрывать», – решила она и сделала шаг вперед.

– Вообще-то, – сказала она, шагнув вперёд. – Мне было интересно, сможет ли директор дать мне какие-нибудь указания.

– Что?

– Видите ли, я тоже изучал Ледяной Натиск, но моё понимание, кажется, сильно отличается от старшего Тэйлона...

Данлин в шоке уставился на Рэйвен, но быстро вернулся к обычному презрению.

– Ты не должен тратить время директора на свои маленьких хитрости, младший Найт. Мы все знаем, что ты никак не мог понять ничего об этом навыке. Не будь таким больным неудачником и просто признай своё поражение, – скрывая своё лицо от старейшин, Данлин одними губами произнёс слово «раб».

Директор из-за его спины тепло улыбнулся:

– Ну что же, сейчас, как и всегда, я рад дать совет своим ученикам. Покажите нам, чему вы научились.

Рэйвен поклонилась и вопросительно протянула половину кирпича, которую Данлин бросил ей раньше. Ей даже не нужно было просить, чтобы Гадвалл сам шагнул вперёд и поднял кирпич для неё.

Рэйвен сделала глубокий успокаивающий вздох и подняла кулак, как и Данлин, единственное очевидное отличие заключалось в том, что Рэйвен положил кулак прямо на кирпич. Данлин не мог не фыркнуть при виде этого, но Рэйвен это проигнорировала. Она стояла вот так, прижав кулак к кирпичу. Она сделала два вдоха, после чего внезапно выдохнула. Внутри её духовная сущность взорвалась, рванулась вперёд, но в ней было подавляющее чувство структуры, так что просочилась наружу лишь маленькая её часть, такая маленькая, что большинство учеников даже не заметили активации Божественного навыка.

С мягким щелчком кирпич, удерживаемый между руками Гадвалла и кулаком Рэйвен, разлетелся на тысячу кусков.

Почти у каждого человека в зале перехватило дыхание от шока, когда они увидели, как мелкий порошок измельчённого кирпича падала на землю, как речной песок. Они просто не могли поверить своим глазам.

Губы Рэйвен слегка подёргивались, в то время как она опустила взгляд кучку пыли под её рукой на земле. Хотя Ледяной Натиск был основан на боевой технике, очень похожей на ту, которую она уже знала, без дополнительных преимуществ духовной сущности, разрушительная сила техники никогда не была такой огромной. Он также не мог быть выполнен при физическом контакте с целью - нужно было хотя бы один дюйм, чтобы набрать импульс для того, чтобы удар имел эффект.

«Духовная сущность поистине поразительная штука», - подумала Рейвен, довольная собой и расслабила своё тело.

Только теперь Рэйвен заметила угрюмую тишину в зале. Когда она подняла голову, её глаза встретились со взглядом Гадвалла, и на короткое мгновение Рейвен показалось, что она видит мерцание чёрного света, сквозь его золотые глаза. Однако заместитель директора вскоре посмотрел на неё с таким же любопытством, как и всегда, только, возможно, чуть более внимательно.

В стороне, Данлин в ужасе уставился на то место, где раньше был камень. Он, больше чем любой из других учеников, мог точно сказать, что то, что только что совершил Рэйвен, было совершенным Ледяным Натиском. Почти подсознательно глаза Данлина смещались, чтобы оценить реакцию старейшин, собравшихся на сцене. К своему недовольству он заметил, что прежние взгляды спокойного одобрения его сменились почти благоговейным страхом перед Рэйвен. Даже директор выглядел искренне впечатлённым его выступлением.

Что касается других студентов, ни у кого из них не было возможности полностью осознать то, что они только что видели, прежде чем Рэйвен обратилась к директору и дал неглубокий поклон, с тем же неподвижно холодным взглядом, который он всегда носил.

[Ещё раз хочу попросить прощения за то, что пол Рэйвен скачет от мужского к женскому. Ведь все воспринимают её, как парня, поэтому, когда мысли идут от другого персонажа, я пишу о ней в мужском роде. Главное - не запутайтесь) - п.п.]

- Я прошу совета директора, - сказала она, выпрямившись.

Свон несколько раз моргнул; на мгновение он, казалось, забыл причину слов Рейвен, но его серые глаза скоро прояснились, и он тепло улыбнулся ей. Он медленно покачал головой.

- Очень впечатляюще, младший студент Найт, но, боюсь, у меня нет дальнейших рекомендаций. Ваш Ледяной Натиск был выполнен совершенно.

После заявления директора школы, остальные студенты, наконец, поняли то, что ранее считалось невозможным: Рэйвен освоил невероятное, невозможное умение. Это заставило аудиторию взорваться шумом, но их всех, однако, быстро перекрыл сердитый крик Данлина:

- Да как это вообще возможно? - крикнул он. - Очевидно, он как-то обманул!

Директор Свон нахмурился, но, прежде чем он успел что-то сказать, Рейвен заговорила первой:

- И как, ты предлагаешь, я мог обмануть? - спросила она, бросая на Данлина холодный взгляд. - Ты не можешь отделаться от того факта, что я только что выполнил освоенный Ледяной Натиск, который ты не успел освоить за обещанное время, или ты сомневаешься в решении директора?

Данлин сглотнул:

- Конечно, нет! Но ты... ты, должно быть, научиться этому, прежде чем поступить в Небесную Академию! Это не должно нас интересовать!

Рэйвен снова хотела было ответить, но на этот раз вместо неё вышел директор.

- Так, так, теперь, студенты, давайте не будем спорить о деталях. Насколько я понимаю, спор заключался в том, сможет ли студент Найт овладеть Замком Грома до того, как студент Тэйлон справится с Ледяным Натиском, правильно? - очевидно, Свон считал этот вопрос риторическим, потому что он продолжил говорить, не дожидаясь ответа. - Я думаю, мы все можем согласиться, что студент Найт преуспел в этом.

Другие старейшины кивнули в знак согласия, но Данлин не хотел сдаваться.

- Но директор, - крикнул он. - Этот раб... То есть, я имел в виду, студент Найт, должно быть, освоил Ледяной Натиск прежде, чем прийти сюда! И неважно, что он говорит...

- Довольно, - мягкий, но в то же время твёрдый голос заткнул Данлина на середине фразы, серые глаза пристально смотрели на него. - Даже если студент Найт освоил один или даже оба навыка перед тем, как прийти сюда, факт остается фактом: он овладел ими до того, как вы это сделали. Учитывая его возраст, это впечатляющее дело само по себе.

Примерно половина слушателей в аудитории начали активно восхищаться, с подачи двух самых шумных - конечно, близнецов, почти заглушающих остальных самостоятельно. У Джавелина была тихая улыбка на лице, и он тоже громко хлопал. Крики студентов медленно превратились в клич:

- Старший Найт! Старший Найт! - взволнованно кричали они. Очевидно, они слышали, какая ставка была в споре.

Данлин выглядел, как будто его стошнит прямо на сцене. Он сводил глаза со Старейшин на учеников и, наконец, перевёл взгляд на Рэйвен, который казался таким же безмолвным и невозмутимым, как всегда. Он знал, на что согласился, и на самом деле должен это сделать - называть маленького раба его старшим. Теперь это будет его самым большим унижением.

Однако, вместо того, чтобы проклинать себя за то, что он выбрал такую ​​публичную сцену, его презрение к Рэйвен только росло, он продолжал обвинять его в том, что сам попал в такое затруднительное положение. Он сжал кулаки. Его мозги работали просто на износ, думая о выходе из этой сделки, когда Рэйвен двинулся к краю сцены, заставив учеников успокоиться.

- Хотя я и выиграл этот спор... Мне всего шесть лет, и чтобы старший ученик говорил обо мне, как о Старшем... мне просто кажется, что это неправильно. - краем глаза Рэйвен пронзила Данлина холодным взглядом, которого никто больше не заметил. - Я был бы более чем удовлетворен, если бы он просто воздержался от клеветы на меня и моих друзей, давая нам прозвища, в будущем. Обращаться ко мне, как к любому другому студенту будет более чем достаточно, - Рейвен озарила толпу редкой улыбкой, прежде чем обратить внимание на Данлина.

Когда Рэйвен заговорила, лицо Данлина становилось всё более пурпурным. Хотя могло показаться, что Рэйвен дала ему лёгкий выход из положения, для Данлина, на самом деле, это только ухудшало ситуацию. Прежде, он мог бы просто выполнить условия спора - он мог бы назвать её «старший Найт» и покончить с этим - но теперь раб благородно пощадил его.

Мало того, факт состоял в том, что удаление "старшей" части перед обращением было вообще чем-то благородным, только для других дворян. Это было прекрасно, пока люди были «младшим учеником» или «старшим учеником», поскольку это был просто вопрос возраста, но просто «Уученик Найт» было признаком равенства.

В то же время, если Данлин теперь предпочтёт проигнорировать предлагаемую оливковую ветвь Рэйвен и вместо этого называть её «Старший Найт», он должен будет объяснить свои действия, признав превосходные таланты Рэйвен. Данлин не мог сказать, какой вариант был хуже.

В конце концов, заместитель директора Гадвалл слегка кашлянул.

- Чего вы ждёте, младший ученик Тэйлон? - нетерпеливо спросил он.

Если бы взгляд мог убивать, Рэйвен умерла бы на месте, но, по настоянию Гадваля, Данлин, наконец, проворчал: «Это твоя победа, ученик Найт» и ушёл со сцены. Студенты снова дико закричали и захлопали.

С едва заметной улыбкой Рейвен последовала за Данлином со сцены, но остановилась, когда директор встал на её пути. Оказавшись перед другими учениками, он утихомирил их и велел собраться на площадке перед главным входом Академии, через час. Когда студенты начали выходить из комнаты, Свон повернулся к Рэйвен.

- Пойдем со мной, - сказал он с улыбкой и пошёл, не дожидаясь ответа. Рэйвен посмотрела на Джавелина и близнецов, прежде чем она послушно пошла за директором.

Директор Свон повёл Рэйвен вниз практически тем же путём, что и старейшина Кагу почти два месяца назад, в конце концов зайдя в изолированную комнату духовной эссенции, с которой у Рэйвен так много хлопот.

На этот раз директор Свон не направился к своему креслу за большим письменным столом, а вместо этого сел в одно из роскошных кресел в комнате, указав на такое же, чтобы Рэйвен села. Свон наблюдал, как Рэйвен села тёплым взглядом - до сих пор ни один из них не сказал ни слова.

Рэйвен не могла не чувствовать себя немного нервно, подсознательно напрягая своё тело, готовясь к бегству, если дела пойдут плохо. Ей не понравилось, что Свон знал, что она сдерживает свои способности, и факт был в том, что он был слишком силён для Рэйвен, чтобы иметь возможность сразиться, если он окажется врагом: даже просто сидеть рядом с ним - его ярко-жёлтая аура Мастера духа заставляла её почувствовать лёгкое головокружение. Рейвен оставалось только надеяться, что Сумеречная Колыбельная даст ей время, если понадобится, чтобы сбежать.

Словно почувствовав её дискомфорт, улыбка Свона расширилась.

- Не волнуйся, Найт, у тебя не будет проблем, - сказал он и достал свиток белой бумаги, по-видимому, из пространственного кольца на пальце. - Я просто хотел поговорить с тобой об этом.

Рэйвен приняла протянутый пергамент и начала раскрывать его. Её глаза незаметно расширились, прежде чем она, удивлённая, начала искренне краснеть.

«Конечно», - подумала она про себя. - «Я должна была догадаться!»

Внутри свитка были перечислены, аккуратными рядами, сотни Божественных Навыков, и Рэйвен узнала их все: это было 487 навыков, которые ей удалось найти и запечатлеть с тех пор, как она начала учиться в Академии. Рэйвен была вполне довольна своим выбором, и недавно думала о том, чтобы подняться на второй этаж, но там было слишком много людей, чтобы она работала незаметно.

- Это довольно впечатляющее достижение, - сказал Свон. Его непостижимые мысли прятались за его тёплой улыбкой.

На этот раз Рэйвен не была уверена, что делать. На самом деле не имело значения, что директор знал, сколько навыков она узнала, главное - заставит ли это его более внимательно исследовать её прошлое или начать сдерживать свои действия. Особенно последнее... будет проблематичным.

«Мне придется подождать и посмотреть, что Свон будет делать с этим», - решила она и просто кивнула директору в ответ.

- После сегодняшней демонстрации, я полагаю, что у вас есть сродство к изучению Божественных Навыков. Я это полагаю вместо того, что вы нашли какую-то дыру в системе, я прав?

Рейвен снова кивнула, и она увидела вспыхнувшее волнение в глазах Свона.

- Не могли бы вы рассказать мне, что происходит, когда вы делаете отпечаток Божественного мастерства? - спросил он.

Рэйвен обдумала это мгновение.

- В этом нет ничего особенного, - задумчиво произнесла она. - Я делаю отпечаток и образы того, как я должен двигаться, моё тело, и моя духовная сущность втекают в моё сознание. Тогда мне просто нужно имитировать это и всё.

Ещё большее волнение промелькнуло в глубине серых глаз Свона, когда он молча сидел, наблюдая за Рэйвен некоторое время. Его взгляд заставил Рэйвен почувствовать себя немного неудобно, но она не показала ничего человеку перед ней. Наконец, директор щёлкнул пальцами и появились три новых свитка, приземлившись на маленький журнальный столик между ними.

В ту же секунду, когда появились три свитка, их сопровождали такие сильные колебания духовной сущности, что Рэйвен не могла не посмотреть на свитки с неким страхом.

- Это... это... - пробормотала она.

- Это три легендарных Божественных навыка Небесной Академии, - гордо сказал директор. - Они легендарны не только из-за их уровня, но и из-за того, как трудно им научиться.

Рейвен продолжала смотреть на свитки. В её глазах они сияли так ярко, что даже тысячи свитков на первом этаже Божественной библиотеки все вместе не могли сравниться с их свечением. Она почувствовала, как у неё пересохло во рту, и её дыхание участилось.

- Видя, что у вас есть умение изучать Божественные Навыки, я позволю вам выбрать один из них. Если вы сможете овладеть им до окончания учёбы, вы сможете выбрать второй.

Только теперь Рэйвен задрожала.

- Вы серьёзно? - спросила она, и её кроваво-красные глаза встретились с серыми глазами Свона. Её предыдущие опасения по отношению к этому человеку исчезли бесследно. Присутствие свитков было слишком заманчивым.

Директор кивнул и встал с кресла.

- Не торопитесь, Найт, я оставлю вас ненадолго, - Свон подошёл ко второй двери, которую Рэйвен едва заметила в прошлый раз, когда она была здесь. - Когда вы решите, дайте мне знать, - он вошёл в соседнюю комнату, но, прежде чем закрыть дверь за собой, он высунул голову и добавил. - О, и не волнуйся насчет Лунных Испытаний, я попрошу кого-нибудь отвести вас в Колыбель Зверя, как только вы закончите.

После этого дверь закрылась, и Рэйвен осталась одна в кабинете директора с тремя ярко светящимися Божественными Свитками.

---------

В другой маленькой и уединённой комнате, со стенами, хорошо защищёнными от непрошеных ушей, стояли три фигуры, и, казалось, горячо спорили. Первая, самая большая фигура стояла, прислонившись к потухшему открытому камину - его лицо было частично скрыто тенью, но тёмные глаза блестели в тусклом свете. Две другие фигуры были значительно меньше, но изобиловали гневом. Это было особенно характерно для одного из них, волосы и кожа которого были заметно светлее, чем у другого. С поднятым кулаком коричневоволосый мальчик громко кричал на более высокую фигуру.

- Ты говорил, что это всего лишь трюк! Ты уверял меня, что этот маленький хер просто имитировал способность поверхностно, и для меня было бы достаточно сделать то же самое! - Данлин (разумеется, это был он) ударил кулаков в соседний шкаф. - Ты понимаешь, что теперь я буду вынужден позволить этому маленькому рабу считать себя равным мне?

Более высокая фигура ничего не сказала.

- У Данлина есть пунктик, - добавил третий человек голосом, принадлежащим Джеку Тануки. - Это ослабит наше положение здесь, в школе...

Однако фигура у камина ничего не сказала.

Уже красное лицо Данлина стало ещё краснее.

- Напомнить вам ваше соглашение с кланом Тэйлон, старейшина? - он произнёс это с насмешкой в голосе.

[В оригинале он обращается к таинственной фигуре "Elder W" - наш Старейшина Икс, который и помог Тэйлону в уничтожении клана Найтингейл - п.п.]

Наконец, была хоть какая-то реакция со стороны фигуры, но, возможно, она была не той, на которую рассчитывал Данлин: протянув бледную руку, загадочный старейшина просто щёлкнул пальцами. Внезапно в камине появились горячие языки пламени, но никаких следов духовной сущности до двух молодых людей за его спиной не дошло. Джек и Данлин широко раскрытыми глазами смотрели на огонь, когда хриплый голос, который казался почти потусторонним, заполнил комнату:

- Вам не нужно напоминать мне о нашем соглашении, молодой мастер Тэйлон, - сказала фигура, старательно подавляя гнев. - Но я предупреждал вас об этом ребёнке и рекомендовал подружиться с ним. Когда вы этого не сделали, я всё равно помог вам получить представление об этом вашем Божественном мастерстве. Это был ваш выбор - действовать так, как вы сделали, и вам теперь придётся иметь дело с последствиями вашего поступка.

Данлин фыркнул, но промолчал. Однако фигура продолжала говорить:

- Оставь младшего Найта в покое. Возможно, я ему пригожусь, - при этом глаза Данлина сузились, он собирался было возразить, но огонь в камине содрогнулся и превратился из оранжевого в чёрный. Внезапно Джеку и Данлину стало трудно дышать - инстинктивно они сделали несколько шагов назад.

- Идите, у вас Лунное испытание начнётся с минуты на минуту, - хрипловатый голос заговорил ещё раз, и неудивительно, что оба юноши последовали этому совету без суеты.

Перед огнём эта фигура что-то тихо пробормотала про себя - что бы он ни говорил, никто не мог его услышать.

Десятки Ястребов Эвереста расправили свои крылья с синими перьями и улетели, унося большинство студентов, обучавшихся в Императорской Небесной Академии Божественных Искусств, на испытательный полигон ― а Рэйвен всё ещё сидела в кресле, в котором её оставил директор. Ей еще нужно было прикоснуться к любому из Божественных Свитков перед ней; колебания духовной сущности вокруг них были просто завораживающими.

Судя по её предыдущему опыту работы со свитками более низкого уровня Божественных Навыков, она догадалась, что из трёх навыков перед ней два были удивительно шикарными навыками уровня восемь! Они лежали друг рядом с другом, излучая одинаково ослепительный зелёный свет, который затмит любой камень. Однако свиток, который больше всего привлёк внимание Рэйвен, был третий, чуть более тусклый свиток. Божественное мастерство, хранящееся внутри, казалось, было на уровень ниже двух других - его колебания сущности были немного менее угнетающими, но что делало его уникальным, так это цвет упомянутых колебаний.

В отличие от любого другого свитка, который Рэйвен когда-либо видела, этот был окутан пульсирующими, смоляными чёрными пламенами, которые время от времени мерцали фиолетовым светом.

Немного задержавшись, Рейвен глубоко вздохнула и подняла чёрный свиток. В тот момент, когда она только прикоснулась к нему, Рэйвен почувствовала знакомое ощущение инородной духовной сущности, втекающей в неё, исследуя её, но теперь оно было более интенсивным, чем с Сумеречной Колыбельной.

«Как странно», ― Рэйвен внезапно почувствовала, что свиток почти чувствует, и, если он не одобрит её, она никогда не сможет действительно разгадать его секреты.

Осторожно, Рэйвен развернула ту часть свитка, которая не была запечатана, чтобы прочитать описание навыка внутри. Первым делом она увидела название умения, написанное золотыми буквами в начале свитка: «Возмездие». Внезапная дрожь пробежала вниз по спине Рэйвен.

Как ни странно, не было никакого дальнейшего описания того, что на самом деле делало Божественное мастерство, там был только маленький стих:

Если не можете простить врагов ―

Тогда их нужно бросить в пламя.

И что бы ни было от них,

Десятикратно возвратить!

Дрожь повторно пробежала по телу Рэйвен, когда она закончила читать, но на этот раз эта дрожь достигла самой её души, из-за чего её духовная сущность невольно возбудилась. Подсознательно, Рэйвен достала свой идентификационный камень из пространственного кольца. Она собиралась уже разблокировать печать на свитке, когда её рука остановилась.

«Что я делаю?», – подумала она. — «Я даже не знаю, что это за умение...»

Её взгляд был почти испуганным, когда она посмотрела на свиток в руках. Быстро Рэйвен возвратила его на стол, но, даже когда он оставил её руки, эта странное ощущение не оставило её.

«То, чего мне сейчас не хватает больше всего – это сильный последний удар», – пробормотала она про себя, тряся головой, надеясь очистить её от лишних мыслей. – «Сначала я должна посмотреть на другие навыки...»

Тем не менее, прежде чем у Рэйвен появилась возможность закончить свой ход мыслей, пурпурно-чёрное пламя вокруг свитка Возмездия усилилась, и жгучая боль пронзила разум Рэйвен. Инстинктивно Рейвен приподняла голову и попыталась активировать свою духовную сущность, чтобы блокировать внезапное нападение на её Призму Души, но безуспешно.

Рэйвен могла только беспомощно наблюдать, как чужая духовная сущность пронзила её Призму Души, как горячий нож – масло. Была установлена ​​связь между её Призмой Души и свитком, что заставило последний ещё раз усилить его свечение. Как будто с помощью невидимых рук свиток завис над столом и медленно развернулся, полностью игнорируя печать, которая была помещена на нём.

Рэйвен почувствовала, как стихи запечатлелись в её Призме Души вместе с ещё двумя стихами, которые она пока не могла понять. Через несколько минут боль стихла вместе с присутствием чужой духовной сущности. Свиток, теперь скучный и безжизненный, упал на стол с глухим стуком; отпечаток был сделан.

В течение пары минут Рэйвен сидела в оцепенении. Она понятия не имела, что только что произошло, и, что более важно, она не знала, как это могло произойти. Рэйвен никогда не слышала о Божественном Навык, который сам привязывал отпечаток спиритуалисту. В её душе она могла ощущать последствия вторжения, которое слегка изменило структуру её Призмы Души; она чувствовала себя более крепкой, её духовные связи казались более упругими.

Что касается самого Божественного мастерства, то инструкции были необычно расплывчатыми. Рейвен могла сказать, что основное предназначение Возмездия, все движения которого вращаются вокруг отражения нападения противников – это возвращение урона в десятикратном размере. Чем выше будет её уровень понимания, тем более сильные атаки она сможет возвращать. Но кроме этого, не было дано никаких указаний. Это было больше похоже на то, что отпечаток показал Рейвен место назначения, но она должна была найти правильный путь самостоятельно.

«Такой странный навык», – выдохнула она. Не заботясь о том, где она находится, Рейвен начала использовать все Божественные Навыки, которые она уже освоила, а также бесчисленные приёмы сражения, которым она научилась в совершенстве ещё со своей прошлой жизни. Время от времени она сталкивалась с техникой или умением, которое, казалось, отражало отпечаток Возмездия, давая Рэйвен некоторое указание на то, в каком направлении ей следует продолжать.

Только после того, как рядом с ухом Рэйвен раздался мягкий кашель, её концентрация была нарушена, и она поняла, что больше не одинока в кабинете; директор вернулся. Рэйвен слегка нахмурилась – она не ожидала, что он вернётся так скоро, и, конечно, он заметил, что тут происходит, пока заходил.

Свон улыбнулся и сказал извиняющимся тоном:

– Простите, ученик Найт, но мне нужен мой кабинет, – заметив растерянность Рэйвен, он быстро добавил. – Прошёл уже почти весь день...

– Целый день? – глаза Рэйвен расширились. – «Это невозможно!»

– В самом деле, – директор Свон поднял потухший свиток, который держал отпечаток Возмездия. – Я вижу, вы сделали свой выбор.

– Вообще-то... – начала Рэйвен, но Свон остановил её.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – Всё это одноразовые свитки.

Он опустился в кресло напротив.

– Итак, что вы думаете о Божественном Навыке Возмездие, сможете ли вы научиться этому?

На мгновение Рэйвен подумала о том, рассказать ли директору, что она испытала, но в конце концов решила отказаться. Её интуиция сказала ей, что, если уж Божественный Навык сам тебя выбрал – это лучше всего держать в себе. Вместо этого она вздохнула и ответила на вопрос, который ей задали:

– Я не уверен... – сказала Рэйвен. – Это довольно сильно отличается от того, что я ожидал.

– Дайте ему время, ученик Найт. С такими Божественными Навыками иногда лучше не заставлять их, – директор протянул ей руку, и в ней появилась коричневая сумка. – Вот, возьми это. Я договорился, чтобы кое-кто отвёл тебя в Колыбель Зверя – пусть ты и пропустишь половину испытаний, но приключение может тебе помочь.

Рэйвен взяла сумку, которая, как ей сказали её чувства, была заполнена сухофруктами и мясом. После небольшого унылого взгляда на стол с оставшимися свитками, Рэйвен ушла. Теперь она жалела, что ей не хватило духа, чтобы осмотреться, прежде чем исследовать свитки.

Как только дверь за Рэйвен закрылась, тёплая улыбка директора Свона слегка поблекла, а он заглянул в окно комнаты. Теперь его улыбка теперь стала странной смесью возбуждения и жалости.

Как только дверь за Рэйвен закрылась, тёплая улыбка директора Свона слегка поблекла, а он заглянул в окно комнаты. Теперь его улыбка теперь стала странной смесью возбуждения и жалости.

Не успел он вздохнуть ещё раз, как дверь снова открылась, и в кабинет директора школы Свона вошёл простой, казалось бы, старец. Он выглядел очень расслабленным в своих движениях, и, когда Рэйвен проходила мимо, она немедленно узнала человека, который обычно дремал у ворот к кампусу Южного пика.

– Я думал, ты расскажешь мальчику о других королевствах, старший брат, – сказал мужчина.

– Я хотел, но потом я увидел это, – директор бросил теперь пустой свиток брату, глаза которого мгновенно расширились от шока, когда он понял, что он поймал.

– Возмездие, – выдохнул он. – Это полностью истощило его...

– Мало того, малыш сразу начал получать информацию – он даже не заметил, когда я вошёл в комнату.

Теперь волнение директора отразилось и в его брате:

– Ты думаешь, что он...

– Возможно, но сейчас важно то, что мы помогаем ему расти. Через несколько лет мы будем знать намного больше.

Брат кивнул и слегка вздохнул.

– Жаль, что он ещё не Адепт, а то мы могли бы начать прямо сейчас.

– Эйвс, не волнуйся. Ребенку всего шесть – даже по их меркам, это не так много, – упрекнул директор школы Свон. – Наберись терпения, и ни слова об этом никому.

Его брат кивнул в знак согласия.

---------

Тем временем, всё ещё слегка сбитая с толку Рэйвен выбралась из здания и теперь сидела на спине Ястреба Эвереста, направляясь прямо к Колыбели Зверя. Её спросили, хочет ли она, чтобы старейшина следовал за ней всю дорогу до места назначения, но она отказалась. Ей нужно было время, чтобы подумать, а на спине Ястреба Эвереста она могла свободно подумать без постороннего внимания, да ещё и быстро добраться до места назначения.

Ястреб Эвереста летел по небу, а Рейвен попыталась проанализировать то, что она только что испытала, но она мало что могла понять, кроме неопределённого направления, в котором её новый навык хотел, чтобы она тренировалась. Её губы слегка подёргивались. «Похоже, я нашла себе вызов... » – эта мысль заставила Рэйвен почувствовать какое-то волнение, которое она давно не чувствовала.

Путешествие к колыбели Зверя с помощью Ястреба Эвереста было поистине недолгим. Прошло меньше часа, когда Рэйвен и голубая птица, на которой она летела, увидели внешний край исключительно злобно выглядящего горного хребта. Этот горный хребет образовал большой овал, заполненный густым лесом. В самом его центре выросло громадное дерево, которое вытянулось выше других на пару сотен метров. Рэйвен была в километре оттуда, но она легко могла сказать, насколько чудовищно большое это дерево.

Предположительно, студенты Академии должны были разбить свой лагерь в маленькой нише у подножия дерева. Оттуда более сильные или, может быть, просто более смелые студенты выходили бы в окружающий лес, чтобы поохотиться на зверей духа и другие вещи, которые дали бы им очки заслуг.

[Пускай бедные многострадальные магические звери будут именоваться, как и в оригинале – зверьми духа или духовными зверями (spirit beasts). Насколько я понимаю - это зверюги, которые умеют управлять своей духовной сущностью. Так что есть ещё вариант "спиритических зверей". Кому какой больше нравится? - п.п.]

В настоящее время Рэйвен направлялась прямо к этому большому дереву, но прежде, чем она прошла даже половину пути, из неё вырвалась жажда крови, в результате чего большая птица под ней заметно дрогнула от страха. Не утруждая себя попытками вспомнить инструкции, которые дал старейшина, ухаживающий на птицами, отправивший её, Рейвен просто сделала шаг, позволив себе соскользнуть с птицы назад и упасть на землю.

Она была едва ли на сто метров выше линии деревьев, и к тому времени, когда птица поняла, что случилось, Рэйвен была уже более чем на полпути вниз. С криком Ястреб нырнул за ней, отчаянно взмахивая крыльями, чтобы догнать, но было слишком поздно; маленькое тело Рэйвен врезалось листву дерева, в результате чего вихрь листьев взвился вверх. У Ястреба Эвереста не было другого выбора, кроме как остановить его бешеное падение – ветки были слишком плотно свиты, чтобы он мог прорваться за Рэйвен. Волнуясь, большая птица начала летать кругами над деревьями.

Внизу Рэйвен врезалась в землю с порывами ветра, дующими вокруг её ног. Она использовала деревья и навыки движения, чтобы замедлить её приличную скорость падения до той, с которой её тело могло бы справиться. Спустя какое-то время она подумала о том, что могла бы свободно спуститься на расстояние более ста метров без единой царапины, но сейчас не время.

В трёх сотнях метров к востоку от её нынешнего положения Рэйвен почувствовала знакомые ауры Джавелина и двух близнецов Гриффин, но причиной её поспешности было не их присутствие, а, скорее, дюжина зверей духа, окружавших их.

Эти три мальчика храбро сражались против своих противников, особенно Джавелин, который использовал длинный металлический посох, чтобы одновременно сбивать с ног несколько атакующих зверей. Тем не менее, даже с воздуха Рэйвен могла сказать, что это была проигрышная битва. Хотя индивидуально они были очень сильны, противники просто брали количеством. Рэйвен могла отчётливо ощущать запах человеческой крови в воздухе, который с каждой секундой становился сильнее.

На полной скорости бега, Рейвен долго не могла приблизиться к полю битвы. Даже между деревьями Рейвен видела, как двенадцать драконьих пантер (Panthera Drakes) поочередно атакуют её друзей. Их тела, напоминающие дикую смесь из пантеры и дракона с леопардовыми пятнами расплывались в воздухе и появлялись рядом с одним из мальчиков. Эти твари использовали духовную сущность, чтобы с поразительной силой и скоростью пронестись к своей цели и ударить своими когтями.

Однако когти были далеко не самой опасной особенностью этих зверей; у них было два острых рога, растущих там, где должны были быть уши у обычных пантер, а их хвосты были длинными, похожими на хлысты, с шипами на кончике. Увидев животных лично, Рэйвен поняла, что они только играют с мальчиками – они хотели сделать из своего убийства какой-то вид спорта, чтобы слегка размяться.

И, судя по всему, они решили, что уже достаточно размялись.

Жажда крови Рэйвен вздымалось, и, хотя она не была уверена в том, как его последствия будут действовать на несколько целей, она не колебалась перед тем, как активировать Оду Горя. Едва заметный красный туман выстрелил в группу драконьих пантер. На мгновение они вздрогнули, когда у них внезапно возникло чувство опасности, но их страх длился недолго; их первозданная природа всколыхнула их, чтобы освободить от тонких последствий атаки Рэйвен. Тем не менее, эти пара секунд, на которые они замерли от страха, было именно тем, чего Рэйвен добивалась.

Как ангел смерти, Рэйвен сверху упала на группу зверей, и, низко присев, вонзила чёрный меч в живот ближайшего зверя, пронзив его духовное ядро ​​с непоколебимой точностью. Ещё до того, как труп зверя упал на землю, Рэйвен уже скользнула к следующему, сделав аналогичный удар. Однако к этому времени остальные звери уже потеряли первоначальный страх, вызванный Одой Горя, и поняли, что появился новый враг. Убийцы с многолетним стажем, эти звери немедленно переключили своё внимание на Рэйвен – трое мальчиков стояли слишком далеко, чтобы представлять любую реальную опасность для них, в любом случае.

Как один, оставшиеся десять драконьих пантер взревели и бросились на Рэйвен; игры закончились.

Под совместной атакой десяти Драконьих Пантер, причём каждая из них скоростью, реакцией и силой не уступающие Рэйвен, которая запечатала большинство своих сил, давление на последнюю сильно увеличилось. Стайные инстинкты зверей работали вовсю, поскольку они умело покрывали слабости друг друга, делая всё более трудным для Рэйвен найти открытое место для удара.

Тем не менее, в этом шквале стегающих хвостов, ударов когтями и боданием рогами, Рэйвен удавалось избежать травм, опираясь в основном на навыки движения, таких как Теневой Шаг и Призрачный Шаг – один из её новых навыков, которые использовали своеобразный тип шага, чтобы подделать её собственную траекторию. Одновременно, когда бы она ни находила такую ​​возможность, Рэйвен бросалась со своим мечом на жертву быстрее, чем мог бы проследить глаз, и, хотя ей ещё предстояло убить третью Пантеру, у всех из них в течение нескольких секунд возникли тяжёлые рваные раны.

Поняв, что им трудно хотя бы сбить нового нападающего с ног, эти десять зверей сердито зарычали. Потоки духовной сущности вздымались по их телу, собираясь в горле.

– Осторожно! – крикнули трое мальчиков, которые тоже ощутили растущую духовную сущность в Драконьих Пантерах, но Рэйвен уже отреагировала.

Когда эти кошачьи бросились со своими клыками и когтями, навстречу их противнику из их пастей взметнулось синее пламя, а на лицо Рэйвен опустилось почти безмятежное спокойствие. Когда пламенное дыхание самой близкой Драконьей Пантеры было всего в нескольких сантиметрах от удара в её корпус, близнецы уже ничего не могли поделать, но отвели взгляд. Только Джавелин, который уже не мог собрать сил даже на то, чтобы встать, всё же заставил себя смотреть. Он увидел, как спина его соседа прогнулась назад, убирая тело с пути огня, пока невооружённая рука Рэйвен не коснулась земли позади неё.

В тот же миг, когда её рука коснулась земли, в лесу раздался колокольный звон, и едва уловимая, но бесспорнаядрожь пробежала по земле, заставляя листья на близлежащих деревьях слегка шелестеть, когда мельчайшие вибрации заставили дрожать их стволы. Но движение Рэйвен не закончилось на этом. Её тело продолжило движение и на мгновение оказалось на одной руке, прежде чем она сделала идеально сальто на одной руке – ещё три тревожных колокольных перезвона в процессе – и снова встала на ноги, вызвав ещё один звон колоколов.

В этот момент интенсивность битвы резко возросла; синие потоки пламени атаковали Рэйвен со всех сторон, но она стремительно избегала их всех, колокольчики звенели каждый раз, когда она вступала в контакт с землёй. Для Джавелина это больше походило на нимфу, танцующую в синем огненном море, чем на мальчика, сражающегося за его жизнь.

Внезапно Рэйвен увидела дыру в защите и сразу же туда обрушился удар мечом. Излишне говорить, что она правильно оценила и клинок попал в цель. Это был не очень сильный удар, и Рэйвен едва ли пробила даже дюйм толстой кожи Пантеры, но, когда чёрный клинок погрузился на дюйм в зверя, зазвучал тот же колокольный звон, ноэти вибрации были намного интенсивнее, чем до этого.

Тело животного сильно дрожало, а в глазах животного можно было увидеть ужасную боль. Оно сопротивлялось лишь мгновение, но потом оно выплюнуло глоток крови и рухнуло на землю.

На короткое мгновение оставшиеся девять Драконьих Пантер остановили их атакии с недоверием уставились на своего павшего товарища. Они тоже были свидетелями того, как удар Рэйвен едва пробил кожу, и всё же удар закончился почти мгновенным нокаутом.

«Чёрт, я ошиблась», – подумала Рэйвен, наблюдая за её работой. Божественное мастерство, которое она использовала во время этого последнегоудара, было шестым уровнем навыка Звуковой Меч, «Танец колокольчиков», который она получила благодаря своей первой способности. Когда оно исполнено безукоризненно, руки, ноги и лезвие Рэйвен вызывают едва заметную ударную волну при контакте, которая, если правильно настроиться на тело и массу, резонировала с различными внутренними органами, что приводило к самоуничтожению. Зверь перед ней был тяжело ранен, но не в максимальной степени.

Ошеломленные, Пантеры колебались лишь мгновение, прежде чем они возобновили свои атаки с налитыми кровью глазами и слепой яростью. Тем не менее, Рэйвен не была противником, которого можно было победить тому, кто позволил своим эмоциям взять верх – через каких-то пять минут одиннадцатый зверь упал, потеряв сознание, на землю. Последнее существо наконец поняло, что оно, несомненно, умрёт, если оно останется атаковать, поэтому оно приняло единственно верный вариант – повернулось и решило бежать.

Взгляд бегущего зверя духа заставил троих мальчиков испустить коллективный вздох облегчения – битва наконец закончилась. Рэйвен, с другой стороны, ещё не расслабилась. Она извлекла набор метательных кинжалов из своего пространственного кольца и применила их по прямому назначению, швырнув в спину бегущего зверя. Искры молнии тянулись за кинжалами, и они с невероятной скоростью пронеслись по лесу. Перед тем, как одинокая Драконья Пантера даже осознала, что происходит, кинжал уже вошёл в её спину, посылая парализующие электрические удары по всему телу уже раненого зверя.

Только когда последний духовный зверь упал на землю, покрытую листьями, Рэйвен немного расслабилась. Поспешными шагами она подошла к своим троим друзьям – даже не прикасаясь к ним, она сразу поняла, что у них были серьёзные внутренние травмы, особенно у Джавелина. Несмотря на это, все трое старались изо всех сил оставаться в сознании и выглядеть бодрячком. Но получалось это плохо. Особенно у Джавелина.

Руки Рэйвен загорелись тёплым светом, когда она присела рядом с ними. Она положила одну руку на живот Джавелина, где большая рваная рана сочилась свежей кровью, а другую – на бедро Мартина, которая была сильно обожжена. Исцеляющая энергия её навыка «Благословенная рука» просочилась в двух мальчиков, и боль на их лицах значительно уменьшилась, но, что касается исцеления их ран, этот процесс был медленным и неэффективным; в конце концов, у этого навыка был только второй уровень Божественного Навыка, и Рэйвен была далека от профессионализма в использовании его.

– Кто-нибудь из вас знает более сильные целительные навыки? – спросила она.

Ларк, который выглядел немногим лучше, чем другие двое, взглянул на Джавелина, прежде чем глубоко вздохнул, заставив себя вздрогнуть от внезапной колющей боли в груди.

– Джавелин знает, – прохрипел он. – Но...

Ему не нужно было заканчивать предложение – Рейвен знала, что Джавелин явно не в состоянии использовать какие-либо Божественные Навыки в данный момент. Она посмотрела на кровоточащие раны, которые лечила, и нахмурилась; её исцеление было просто недостаточно эффективным. Если так будет продолжаться, раныбудут иметь постоянные и очень неприятные последствия.

– Хотя, у нас есть это, – голос Ларка прервал молчание Рэйвен. В его протянутой руке был маленький стеклянный флакон с непрозрачной красной жидкостью внутри. Глаза Рэйвен расширились.

«Кровь философа!»

Она остановила своё исцеление и быстро схватила бутылку. Она вылила треть содержимого в рот Джавелина, ещё одну треть – Мартину, но, когда она поднесла бутылку Ларку, он отказался:

– Отдай это Джавелину, он может исцелить меня, как только он поправится.

Рэйвен колебалась лишь мгновение. Беспристрастно она могла сказать, что раны Ларка были не такими простыми, как он ей говорил, но в конце концов она вылила остатки красной жидкости в рот Джавелину, слегка наклонив его голову, чтобы помочь ему проглотить. Затем она села рядом с Ларком и ещё раз активировала свою Благословенную Руку и начала исцелять его, как могла. Что касается двух других мальчиков, Рейвен больше не беспокоилась. В тот момент, когда красная жидкость просто вступила в контактс их губами, удивительные восстановительные качества Крови Философа уже начали действовать, и, к тому времени, когда Рэйвен вернулась, чтобы дать Джавелину вторую дозу, рваная рана на его животе уже перестала кровоточить.

– Впечатляет, – рассеянно сказал Ларк, глядя на брата и друга. – Мне нужно будет поблагодарить отца позже...

Рэйвен не ответила. Кровь Философа была одним из самых высокоуровневых исцеляющих зелий, которые существовали, и оно было непомерно дорого; даже семьям Лордов префектур было бы трудно позволить себе покупать больше, чем одну бутылку каждые десять лет или около того. Это было спасательное средство, которое может вернуть вас с грани смерти, если вы успеете проглотить.

Незадолго до того, как Мартин и Джавелин были достаточно исцелены, чтобы сидеть самостоятельно, болезненный бледный тон их кожи сменился здоровым цветом. Они посмотрели друг на друга, и Мартин коротко рассмеялся.

– Ха, ну это было близко!

– Можно и так сказать, – пробормотала Рэйвен. – Почему вы так далеко от лагеря?

Лица мальчиков потемнели.

– Мы не делали этого, – ответил Джавелин. – Мы следили за пиковым зверем духа среднего уровня, который был сильно ранен в бою, но скоро появился Данлин и его команда снобов.

– Готов поспорить, что они следили за нами... – Мартин вскочил, а Ларк кивнул, медленно, из-за его ран.

– Некоторое время мы спорили, но снобы на удивление быстро отступили и ушли, – продолжал Джавелин. – Но, прежде чем мы успели собрать трофеи, прибыли Драконьи Пантеры. Они должны были броситься на труп другого зверя с самого начала. А поскольку мы знали, что не сможем победить, мы решили, что было бы лучше просто убежать...

– Но они преследовали вас вместо того, чтобы спокойно жрать труп? – нахмурилась Рэйвен. Пик среднего уровня зверя духа имел силы, приближающиеся к уровню спиритуалистического Чемпиона Духа, – для других зверей с более низкими силамиих тело было бы бесценным источником совершенствования. Им не было смысла отказываться от своей первоначальной добычи ради трёх более слабых людей.

– Но они преследовали вас вместо того, чтобы спокойно жрать труп? – нахмурилась Рэйвен.

– Разумеется, так они и сделали! Мы попробовали всё, чтобы избавиться от них, и даже добились успеха несколько раз, но они всегда нас находили, – Мартин в отчаянии покачал головой.

– Мы пытались бежать к лагерю, но Драконьи Пантеры перехватили нас. Было похоже на то, что они хотели держать нас подальше от Великого Дерева.

Рэйвен помолчала.

– Вы получили что-нибудь от первого зверя? – наконец спросила она.

Остальные трое покачали головами.

– Ничего, – сказал Джавелин. – Но Данлину досталось сердце зверя.

– Данлин получил его? – Рэйвен нахмурилась.

– Это было единственное, чего он действительно хотел от трупа, и он предложил нам этот кусок руды духа высокого качества в качестве оплаты, – серебристый слиток появился в руке Мартина и резкий запах, который Рэйвен едва замечала прежде, практически взорвался вонью. Рейвен не могла не прикрыть нос и рот, забыв исцелять Ларка.

– Что такое?– смущённо спросил Джавелин.

– Ты не чувствуешь этот запах?! – воскликнула Рэйвен. Внезапно её глаза расширились; она почувствовала, как теплится духовная сущность, и жадно вдохнула воздух. Прежде, чем молодёжь успела среагировать, Рэйвен уже вскочила на ноги и выхватила кусок вонючей руды у Мартина. В следующее мгновение она отдёрнула руку и изо всех сил швырнула камень в воздух.

Грохот разразился, когда камень взлетел в воздух над ними и пролетел несколько десятков метров в воздух. Он ещё не достиг вершины дерева, когда с соседней скалы послышался звук хлопающих крыльев. Злобный летающий зверь, вдвое превышающий размерами среднего Ястреба Эвереста, опустился из ниоткуда, проглотил кусок руды за один раз, а потом снова улетел.

Внизу мальчики сидели замершие, покрывшись холодным потом.

– Это... – они заикались.

– Вас ввели в заблуждение, – холодно сказала Рейвен, поскольку жажда крови просто кипела за её красными глазами. – Я не знаю, как они это сделали, но этот кусок руды был покрыт чем-то, что привлекает животных. По счастью, только Драконьи Пантеры клюнули на его, или вас бы убили задолго до моего прихода.

– Этот ублюдок! – воскликнул Мартин. – Я убью его! Клянусь, я прикончу его!

И он, и Джавелин вскочили на ноги, готовые в ярости прямо сейчас бежать в лес.

– Успокойтесь, – ровный голос Рэйвен успокоил их гнев. – Ларк, вообще-то, всё ещё нуждается в лечении!

– Ой! – Лица мальчиков покраснели от стыда.

– Прости, Ларк, – извиняясь, сказал Джавелин и сел рядом со своим другом. Всё его тело окутало морским зелёным светом. Мартин тоже опустился на землю. Он ничего не сказал, но Рэйвен заметила, что близнецы молча смотрят друг на друга.

– Кроме того, – продолжала Рэйвен. – Что вы собираетесь делать, когда найдёте их? У Данлина много последователей, больше, и они значительно сильнее, чем у вас троих, и, даже если вы сможете навредить ему, результатом будет только ваша собственная гибель. У нас нет реальных доказательств того, что сделал Данлин.

Молчание. Только после того, как прошло достаточно времени, и раны Ларка были достаточно обработаны, тишина была нарушена.

– Мы должны были знать, что что-то идёт не так с того момента, когда он предложил сделку... – горько вздохнул Джавелин. – Этот урод никогда не делает ничего, на чём он не выигрывает.

– Выигрывает? Он чуть не убил нас! Если бы не пришёл Найт, мы бы, наверное, уже были мертвы... – голос Ларка снова был сильным, когда он произносил свои жалобы.

Остальные два мальчика кивнули. Внезапно Мартин протянул руку и ударил Рэйвен по плечу.

– Чувак, а ведь ты спас нас! Ты сражаешься как демон!

Ларк просто кивнуть.

– И правда! Если бы я не видел этого сам, я бы никогда не поверил, что одинокий Новичок духа может прикончить двенадцать Драконьих Пантер без единой царапины...

Оба близнеца посмотрели друг на друга и сказали в один голос:

– Мы должны больше тренироваться!

Два близнеца некоторое время хвалили боевые навыки Рэйвен и даже начали немного шутить. Их настроение явно улучшилось, а Рейвен слегка улыбнулась, избегая прямых вопросов о её силе.

В конце концов, Джавелин высказался, заставляя Рэйвен немедленно напрячься и не хило понервничать:

– Поющая, – сказал он твёрдым голосом и замолчал. Когда Рэйвен уже устала мучаться догадками и собиралась предположить, что Джавелин разгадал её шараду, блондин снова заговорил: – Убийца Поющая.Ты же её знаешь, не так ли?

Оба близнеца удивлённо вдохнули воздух, а их глаза устремились на Рэйвен. Они почувствовали, что в боевом стиле Рэйвен было что-то знакомое, и, хотя они не могли идентифицировать все Божественные Навыки, которые она использовала, явно ощущалось дежавю.

Рэйвен сдержала вздох облегчения:«По крайней мере, он не понял, что мы – один и тот же человек», – подумала она, но потом слегка нахмурилась. – «Интересно, и что же я должна ему сказать? Да, мы с ней случайно столкнулись в туалете Небесной Академии?»

Приняв её молчание, за нежелание делиться, Джавелин снова подтолкнул её:

– Как ты узнал её? Чему она тебя научила?

Рэйвен решилась. Внешне её взгляд слегка дрогнул, и она отвернулась от Джавелина и близнецов.

– Я... – сказала она нерешительно.

– Какую бы тайну ты не обещал хранить, ты можешь доверять нам. Мы не будем её разбалтывать, – успокаивающе сказал Ларк, но не мог скрыть волнение в своём голосе; наконец, они нашли хоть какую-то связь с таинственным убийцей.

Пока Рэйвен всё ещё колебалась, в глазах Джавелина мелькнуло что-то, похожее на отчаяние: –Пожалуйста, Рэйвен, мне нужно знать.

Услышав, что Джавелин использует её имя, Рэйвен была слегка удивлена – он использовал его только однажды, когда она «упала» с Башни Духовного Зала, но она сохранила свой фарс.

– Что ж, я... я бы не сказал, что знаю её... она недолго путешествовала с нами на пути в Небесный Город. Меня вдохновил её боевой стиль, поэтому она дала мне несколько уроков.

Джавелин недоверчиво посмотрел на неё.

– Твой боевой стиль стал настолько близок к её после всего лишь нескольких уроков? А как ты сумел скопировать столько Божественных Навыков, с которыми работаешь?

Глаза Рэйвен расширились, но внутренне она улыбнулась – у Джавелина был острый ум для его возраста. Она неуверенно виляла:

– Возможно, в последнее время я получил от неё ещё несколько уроков...

– Ах ты маленький говнюк! – Мартин снова стукнул её по плечу. – Мы искали Поющую в ночи... – он взглянул на Джавелина, – ...больше месяца, а ты не сказал ни слова!

– Я хотел! Она запретила мне!

Оба близнеца подняли руки в воздух, зарычав от разочарования. Джавелин, однако, сосредоточился на Рэйвен.

– Могу я с ней встретиться?– спросил он.

«Ты уже успел»,– подумала Рэйвен со смехом, но внешне она выглядела обеспокоенной.

– Я могу спросить её, – сказала она. – Но вряд ли она согласится...

Джавелин выглядел немного разочарованным, но понимающе кивнул.

– Это всё, что я могу просить, – сказал он торжественно.

– Потрясающе! – взволнованно воскликнул Мартин и положил руки на плечи Рейвен. – Даже если Пев... Я имею в виду, даже если Поющая в ночи скажет «Нет», мы всё равно можем обратиться к нашему маленькому боевому демону за «уроками», – он сильно потёр макушку Рэйвен, что верхний узел её волос начал распускаться. – Наверное, мы должны делать то, что Данлин не стал. Может, нам называть тебя старшим, коротышка?

– Я хочу, чтобы вы знали: меня считают высоким для моего возраста, – протестовала Рейвен и выскользнула из-под рук Мартина с легкостью.

Все четверо посмеялись от души.

– Кстати, о Данлине, – сказал Ларк, когда смех утих. – Что мы будем с ним делать?

– Отделить его от его последователей и избить? – радостно предложил Мартин, но Ларк покачал головой:

– Ты знаешь так же хорошо, как и я, что это приведет только к большим неприятностям, чем это стоит... Особенно, если Оук Рен находится на стороне Данлина.

– Ларк прав, – согласился Джавелин. – Но мы должны что-то сделать!

Трое ребят начали мозговой штурм, а Рэйвен молча сидела и слушала. Иногда Рэйвен с трудом не улыбалась; хотя эти молодые дворяне были очень зрелыми для своего возраста, их молодость просвечивала в их предложениях, многие из которых были сродни школьным шалостям, только с участием духовной сущности. Через некоторое время Рэйвен перебила то, что к тому времени переросло в горячийспор.

– У меня есть предложение, – сказала она, заставив остальных троих немедленно успокоиться. – Мы уже пришли к выводу, что все, что мы сделаем непосредственно с Данлином, скорее всего, только заставит нас огрести ещё больше, так что давайте ничего не делать.

– Как? – закричали мальчики в унисон, но Рэйвен подняла руку.

– Сначала выслушайте меня. Мы ничего не сделаем непосредственно Данлину, на самом деле мы даже поблагодарим его за хороший обмен, – она ​махнула в сторону двенадцати трупов позади неё. – Данлину нравится видеть, как мы мучаемся, поэтому мы заберём это у него.

– Имеет смысл... – задумчиво сказал Джавелин. – Но, по-моему, это немного мягко.

– Ну, это только первый шаг. Скажите, как наследники префектуры Красного Грифона, у вас должно быть много связей в городе, не так ли? – Рэйвен посмотрела на двух близнецов, которые смущённо кивнули. – Существует просто куча способов причинить боль кому-то, настолько помешанному на статусе, – Рэйвен холодно улыбнулась. – Нам нужно обсудить многое, как только эти испытания закончатся, но пока давайте позаботимся о этих Драконьих Пантер и вернёмся в лагерь. Держу пари, что Ястреб Эвереста, который принёс меня сюда, всё ещё нервно кружится над нами!

После "небольшого" инцидента с Драконьими Пантерами, который едва не стоил жизни троим, остальная часть Лунных испытаний прошла сравнительно спокойно.

Рэйвен и мальчики собрали всё, что было нужно, из двенадцати духовных зверей, прежде чем подняться на высокое дерево, где Ястреб Эвереста поднял их и отвёз в лагерь под гигантским деревом посреди долины. Один лишь взгляд на лицо Данлина, когда они прибыли, окровавленные и в оборванной одежде, но, казалось бы, невредимые стоил всей хрени, что с ними произошла ― и их настроение только улучшилось, когда их добыча была представлена в обмен на очки заслуг. Опять же, Данлин не был одинок, будучи шокированным...

После демонстрации своего охотничьего мастерства четверо молодых людей с радостью остались на большом дереве, проведя последние тридцать часов Лунных испытаний, спокойно совершенствуясь. Больше не было необходимости беспокоиться о дальнейшей охоте на зверей или прочем; для первого испытания, очков заслуг за победу над одной только Драконьей Пантерой было более чем достаточно, чтобы гарантировать прочное первое место в её классе, и, как остальные не настаивали, она не взяла больше. Остальные очки были разделены поровну между тремя мальчиками, и, хотя Данлину и удалось привлечь своих друзей из старших классов, чтобы помочь ему победить, в конце концов, это не имело большого значения для Джавелина и близнецов; они были слишком любопытны относительно плана Рэйвен.

После того, как прошли три ночи Лунных испытаний, все студенты вернулись в Академию, где была проведена небольшая церемония награждения лучших учеников ― удивительно, что Регулус, самый маленький и самый слабый мальчик с уроков Рэйвен по контролю Духа, получил Почётную награду за спасение жизни одного из своих одноклассников, показав ― для боевого спиритуалиста ― довольно продвинутые навыки исцеления в самый последний момент.

После завершения церемонии всем студентам был предоставлен выходной день до начала занятий. Рэйвен и мальчики покинули Академию, направившись в местное жилище клана Гриффона в квартале дворян на Жилом уровне. Как они и ожидали, усадьба Гриффона в основном была пуста, за исключением горстки слуг; в императорском дворце состоялось заседание совета, так что не только члены совета Гриффона, но и все другие дворяне воспользовались возможностью посетить Дворец Облаков Индиго, хотя бы рады еды и зрелищ.

По указанию Рэйвен, близнецы строго приказали всем слугам покинуть второй этаж, когда они вчетвером прибыли, словно бы впав в ярость от гнева. Они забаррикадировались в библиотеке поместья, хлопая дверями так сильно, что это могли услышать даже слуги, уже покинувшие помещение.

Поскольку оба ― и Ларк, и Мартин, в целом были очень внимательны к своим слугам и редко показывали какие-то истерики, их нынешнее поведение действительно выделялось, и слуги быстро начали болтать между собой.

― Что-то должно было случиться... ― сказал один слуга другому, который в свою очередь торжественно кивнул. ― Мы должны сообщить об этом лорду Гриффин.

В библиотеке Рейвен загадочно улыбнулась; она слушала реакцию слуг, и всё получилось так, как она и ожидала.

― Так для чего это всё было? ― спросил Ларк, недовольный, упав в большое кресло. Ему было тяжело так вести себя, но стоило ему просто подумать о Данлине, и он принимался рвать и метать.

Рэйвен помолчала, подождав, когда последние присутствующие слуги уйдут из зала, прежде чем она ответила.

― Это должно дать нам неосознающего союзника, ― сказала она, лукаво улыбаясь.

― Неосознающего союзника? ― повторили близнецы.

― Мы договорились сделать все возможное для Данлина, чтобы подорвать репутацию клана Тэйлон, правильно? Разумеется, мы не сможем сделать это своими силами ― в конце концов, мы всего лишь дети, ― но позвольте мне спросить вас об одном: если ваш отец, Лорд префектуры Грифон, узнает, что Данлин сознательно чуть было не убил вас, что бы он сделал?

Глаза трёх мальчиков расширились.

Префектура Красного Грифона была по площади меньше двух других префектур и имела очень мало шахт, но, когда дело доходило до защиты Империи, она, бесспорно, считалась самой важной. Причина заключалась в том, что восемьдесят процентов всех солдат Имперской армии происходят из префектуры Красного Грифона. Это была префектура, почти сплошь состоящая из отменных бойцов, и, как таковые, они, разумеется, не были известны своим терпением. Лорд Гриффин был предельно несдержан, особенно когда речь шла о безопасности его семьи.

― Да отец его сам прикончит, ― закончил Мартин.

― Действительно, ― согласился Джавелин.

― Итак... а почему мы не скажем это напрямую отцу? ― поинтересовался Ларк и другие мальчики, похоже, разделяли его смятение.

― Хотя мне было бы приятно видеть, как Данлин, забьёт в дерьмо лорд Гриффин в приступе ярости, но мы не имеем никаких реальных доказательств намерений Данлина... ― Рэйвен начала объяснять, но Мартин перебил её, прежде чем она успела закончить.

― И что? Отец поверит нам, а не этому ублюдку!

― Я знаю, что он поверит, Мартин, в этом и проблема. Если твой отец, Лорд префектуры, нападёт на единственного наследника другой префектуры, без уважительной причины ― это, вероятно, будет началом гражданской войны. Возможно, даже хуже, если отец Джавелина также станет участвовать...

Понимание наполнило глаза молодого человека, но он быстро вернулся в замешательство.

― Тогда к чему эта шарада? ― спросил Джавелин.

― Вызвать подозрение. Пока все ваши родители лишь подозревают, что во время судебных разбирательств произошло что-то мерзкое. Я сомневаюсь, что они поспешили, чтобы избежать убийства людей. Вместо этого они должны попытаться разобраться в этом сами. Это, несомненно, приведёт к тому, что прежнее мнение со временем исчезнет.

― Клан Тэйлон? ― Мартин снова вмешался. ― Я знаю, что Данлин ― псих, но его нельзя обвинять в делах его клана, не так ли?

Рэйвен пристально посмотрела на Мартина.

― Как ты думаешь, откуда у него этот кусок руды с феромонами, если не из его клана? Кроме того, давай посмотрим правде в глаза, если ничего не произойдет, клан Тэйлон будет слишком далеко от Данлина...

Три мальчика сидели молча в течение некоторого времени, пока, наконец, Джавелин не заговорил:

― Ты предлагаешь нам попытаться свергнуть клан Тэйлон? ― спросил он ровным голосом.

― В своё время, да. Или вы предпочитаете, чтобы треть этой империи контролировалась Данлином?

Тишина снова опустилась на библиотеку. На этот раз это продолжалось несколько минут, и Рэйвен пристально наблюдала за мальчиками вокруг неё, высматривая любые признаки колебания; если бы они помогли ей свергнуть Тэйлон, хотя бы и по другим причинам, кроме её собственных, это очень помогло бы ей, но она должна была быть полностью уверена в состоянии своего сознания. Они все ещё были молоды, и даже со всей зрелостью, полученной благодаря тому, как их воспитывали, словно будущих правителей. И в любом случае это это не было игрой; если они будут слишком много колебаться или слишком легко согласятся, Рейвен немедленно прекратит своё участие.

В конце концов мальчики, похоже, пришли к какому-то выводу. Они посмотрели друг на друга и одновременно кивнули в знак согласия.

― Давайте, чёрт возьми, сделаем это! ― ответили они с убеждённостью, в то время как Рэйвен слегка улыбнулась; она могла сказать, что, хотя у них всё ещё есть парочка оговорок, они вряд ли откажутся от своих слов.

― Тогда позвольте мне посветить вас во все детали моего плана, ― сказала Рэйвен и жестом предложила мальчикам приблизиться.

―――――――――

Время шло, и в мгновение ока раннее лето превратилось в осень, а осень превратилась в зиму. В горной столице Небесной Империи зимний снег лежал толстым слоем на каждом дюйме земли.

В богато украшенной чайной комнате особняка клана Тэйлон сидели двое пожилых мужчин, потягивая чай. Двое из них были настолько стары, что их кожа выглядела как высохший изюм, но, несмотря на их возраст, никто не сомневался, что эти двое мужчин были людьми власти.

Они потягивали свой чай в плотной, словно ощутимой пальцами тишине, наблюдая, как частые снежинки медленно падают на землю в саду за окном. Было так тихо, что было слышно их сердцебиение.

Внезапно лёгкий стук нарушил молчание. Звук нельзя было назвать более чем шёпотом, но по сравнению с предыдущей абсолютной тишиной комнаты, стук был почти оглушающим.

Двое мужчин дёрнулись, ярость наполнила их лица.

― У вас должна быть для этого очень веская причина, ― сказал один из них, его голос был невероятно скрипучим, когда молодой человек нервно вошёл в комнату. Юноша низко поклонился.

― У вас должна быть очень веская причина, чтобы мешать нашему чаепитию.

Юноша низко поклонился.

― Я смиренно приношу извинения за то, что прервал вас, член Совета Тэйлон, старейшина клана, но вы пожелали быть проинформированы в тот самый момент, когда это произойдёт, ― юноша аккуратно положил свёрнутый кусок пергамента на низкий столик между двумя мужчинами и поспешно ушёл; он уже давно понял, что лучше всего быть как можно дальше, когда такие письма, как это, доставляют им.

Смутные лица двух мужчин потемнели. Старейшина клана вопросительно взглянул на собеседника, и тот кивнул. Свиток развернулся, и старейшина прочитал его содержание:

― Сделка снова не удалась! ― плюнул он и ударил кулаком, заставив хрупкий стол моментально рассыпаться. ― В третий раз наше предложение было отклонено!

Чайная чашка в руке советника разлетелась на куски.

― Значит, теперь всё ясно: кто-то точно работает против нас!

В течение нескольких месяцев экономика и социальное положение клана Тэйлон в Небесном Городе становились всё хуже. Всё началось со смертельных несчастных случаев и исчезновений некоторых из их ключевых партнеров в правительстве. В то время это считалось просто неудачей ― особенно учитывая, сколько денег было потрачено на то, чтобы нанять их, ― но, учитывая деятельность Гильдии убийц, это было неслыханно.

После этого на некоторое время всё стало тихо, и вопрос был практически забыт, когда из ниоткуда один деловой партнер за другим начали отступать от своих слов ― сделки отменялись одна за другой, даже с тем условием, что они возвращали клану Тэйлон любые деньги, которые они должны были им за неустойку.

Тем не менее, даже это можно было считать невезением, так как всё это совпало с объявлением императора о том, что было доказано, что императрица Нене была оклеветана и началась обширная охота за виновником. Естественно, этот настороженный взгляд означал, что государственные чиновники в большей степени хотели спрятать скелеты в шкафы как можно глубже. У клана Тэйлон не было другого выбора, кроме как попытаться исправить ситуацию, но их немного утешало, что ситуация, по крайней мере, одинакова для всех кланов, пытающихся сделать это... Сделки в таких условиях становились всё более выгодными...

Однако последние две недели были кошмаром. В филиале клана Тэйлон в Небесном Городе попросили найти кого-то, кто хотел бы перевезти большую партию руды духа, которую главная семья продаст жаждущему покупателю вне Империи.

Первоначально, Тэйлон предположил, что самая трудная часть будет заключаться в поиске кого-то, готового на контрабанду руды душ на тысячу золотых, в другую империю, но этого не было. К сожалению, каждая купеческая группа, с которой они разговаривали до сих пор, изменяла своё мнение, как только они понимали, кто их работодатели. Согласно сообщениям, торговцы «бледнеют от страха и выводят нас без единого слова».

Хуже того, казалось бы, что клан Грифона каким-то образом узнал об их деятельности и теперь задавал ненужные и неудобные вопросы о том, почему торговцы постоянно отказываются от Тэйлон; наихудший сценарий, Грифоны могли бы узнать у торговцев что, ― и, что ещё более важно, куда ― клан Тэйлон хотел продать.

― И что теперь? ― прорычал старейшина клана, скомкав свиток и швырнув его на тлеющие угли открытого огня позади него ― пламя давно сгорело, но сухой пергамент дал ему новую жизнь, и пламя вспыхнуло, проглотив шарик бумаги в мгновение ока. ― Наша Леди прибудет через несколько дней, и она будет ждать результатов!

― У нас нет выбора, ― прохрипел советник. ― Если мы не узнаем об этом до Дня Света, мы должны попросить помощи у него.

― Это действительно необходимо? ― идея явно не понравилась старейшине клана. ― Он... не обрадуется...

― Тогда давайте убедимся, что мы кое-что выясним до этого.

Двое пожилых мужчин поделились странными взглядами друг с другом, страх появился в их глазах. После чего они поднялись с пола и покинули чайный кабинет.

Никому из них не хотелось замечать маленькую белую птичку, сидевшую на подоконнике, которая всё время наблюдала за ними необыкновенно понимающими глазами. Когда пара ушла, белая птица расправила свои маленькие крылья и вылетела в другое окно.

――――――――――

На несколько сотен метров выше, и к югу от бывшего поместья Найтингейл, в заснеженном саду Небесной Академии сидел маленький, но худой молодой человек. Несмотря на глубокий снег, какие-то цветы бросили вызов холодной погоде и протянули свои кристаллические лепестки к коротким солнечным лучам, которые появлялись здесь лишь в полдень.

Похоже, что холод не влиял на цветы, а юноша медитировал здесь почти два часа, одетый лишь в тонюсенькую тёмно-серую ученическую форму. Как ни странно, даже при довольно сильном снегопаде на одежде юноши не было видно ни единой снежинки.

Дальше по саду, сюда приближался второй юноша, только этот был одет в толстые серые шкуры, чтобы выдержать холод; только два ярких голубых глаза были едва видны через длинный мех.

― Найт! ― позвал он, когда подошёл достаточно близко. ― Мне следовало подумать, что я найду тебя здесь... Ты ненормальный!

Рэйвен открыла её кроваво-красные глаза и ответила молодому парню:

― Ты же знаешь, Джавелин, спиритуалисту, который предпочитает водные божественные навыки, такой тип закалки тела был бы очень полезен и для тебя. Почему ты всё время отказываешься позволить меня научить этому тебя?

Джавелин фыркнул:

― А потом часами просиживать в температуре, при которой в течение пяти минут замёрзнет даже Огненная вода? Нет, спасибо!

Рэйвен почти хихикнула, но только почти.

― Джавелин, ты преуменьшаешь ― это займёт не менее десяти минут! ― ответила она обвиняюще с каменным лицом. Джавелин уставился на нее, с открытым ртом, но через мгновение рассмеялся.

― Ха-ха, когда ты так выразился... ― Джавелин закатил глаза.

― Подойди, ― вздохнула Рэйвен. Она прекрасно понимала, что Джавелину отвратительна холодная погода ― это слишком сильно отличалось от тропического климата, более распространённого на его родине, ― но она не лгала о полезности этой техники. Это была чистая техника боевых искусств из её старого мира и была разработана, чтобы очищать мышцы тела, чтобы стать более жёстким и компактным. Рэйвен пыталась найти в библиотеке Академии Божественное мастерство или дыхательную технику, построенную на тех же принципах, но ещё не нашла её, и, учитывая, сколько свитков она прочла к настоящему времени, вряд ли она когда-либо найдёт. Вместо этого Рейвен сама захотела немного поэкспериментировать с ней, и к своему восхищению, получила пару идей ― не настолько, чтобы это можно было считать новым Божественным навыком, но всё же.

― Итак, почему ты пошёл наперекор погоде, чтобы найти меня? ― она спросила Джавелина. ― Я думала, мы встретимся за ужином.

― Да, но близнецы получили письмо от своего отца. Видимо, он приезжает на праздники после Дня Света, поэтому им нужно приготовить кое-что в их особняке. Я подумал, что смогу помочь им, ты не хочешь присоединиться к нам?

Рэйвен обдумала это лишь мгновение. С тех пор, как мальчики начали с ней работать, чтобы сделать всё более сложным для Тэйлон, Рэйвен всё больше и больше любила их. Они были молодыми, это да, но удивительно зрелыми для своего возраста ― особенно Джавелин, чей реальный возраст всё время забывался. Хотя Рэйвен и не просила их делать что-либо по-настоящему опасное, а сосредоточивала их усилия на распространении правильных слухов в нужные моменты, мальчики чудесно исполняли свою роль. В результате «грязная работа» Рэйвен, выполняемая за кулисами, стала намного проще. Особенно, когда нужно было убедить Императора публично объявить невиновность Императрицы до того, как они узнали, кто это сделал, ― это никогда не получилось бы так гладко, если бы лорд Грифон не настаивал на том, что это может быть внутренняя работа, а публичное заявление о ней может свести к минимуму повреждения.

Единственная проблема оставалась в связи с одержимостью Джавелина встречей с Поющей. С тех пор как Рэйвен призналась в «знакомстве» с Поющей, Джавелин продолжал спрашивать о встрече с ней. До сих пор Рэйвен отталкивала его на будущее, но она знала, что это не будет работать вечно. С положительной стороны, когда её предложения ставились под сомнение, Рейвен утверждала, что это совет Поющей, и мальчики сразу соглашались.

― Извини, Джавелин, я получила сообщение от своих дядей, они вернулись со своей миссии, поэтому я должен сначала навестить их, ― солгала Рэйвен. Хотя это было правдой ― четыре наёмника, которые привезли её в Небесный Город, вернулись, они сделали это несколько дней назад, и Рэйвен уже была у них однажды.

На мгновение какой-то странный свет, казалось, вспыхнул в глазах Джавелина, но он исчез настолько быстро, что Рэйвен предположила, что ей показалось.

― Хорошо, ― сказал он и повернулся, чтобы уйти. ― Тогда увидимся завтра.

«Завтра», ― подумала Рэйвен, когда он ушёл. ― «Скоро брат сможет стабилизировать своё тело! Всего несколько дней...»

Когда Джавелин отошёл от замерзшей страны чудес, которая была величественным садом Небесной Академии, холодный ветер охватил его, заставив дрожать и инстинктивно затянуть вокруг себя звериные шкуры. Он неуклонно направлялся к ближайшему форпосту птиц-перевозчиков, которые отвезли бы его в особняк, где его друзья уже ждали.

Поскольку День Света был не за горами, все уроки были отменены для самосовершенствования, и ни одна душа не виднелась на улице в морозную зимнюю погоду. Тем не менее, вряд ли Джавелин заметил бы их, даже если бы они были вокруг; всё, о чём он мог думать, пока прокладывал свой путь через снег, был его последний разговор с его соседом по комнате, Рэйвен Найт.

«Он солгал», — думал Джавелин снова и снова. — «Почему он всё ещё скрывает от меня секреты?»

Сначала Джавелин был убеждён, что, хотя Рейвен, конечно, не рассказал ему всё, то хотя бы то, что было сказано, было правдой. После долгих лет пребывания в море вместе со своим отцом и бандитами, Джавелин вырос достаточно искусным, чтобы мог распознать ложь.

Однако, когда они вдвоём проводили больше времени вместе, Джавелин иногда чувствовал, что сосед по комнате не всегда говорит правду. Он не мог понять, что это было — внешне Рейвен выглядел так же, как и всегда, и всё же, время от времени, Джавелин почему-то знал, что что-то не так. Долгое время он думал, что просто воображает, но теперь он точно знал, что это не игры воображения.

Случилось так, что друг его отца приехал в Небесный Город около недели назад и хотел встретиться. По совпадению, этот друг путешествовал с группой наёмников, которые всё время хвастались шестилетним мальчиком-гением, которого они взяли под свои крылья, и помогли поступить в Небесную Академию. Другу было очень любопытно узнать, верны ли слухи, и Джавелин быстро понял, что это были дяди Рэйвен, которые и были теми самыми наёмниками, которые сопровождали его друга.

— По словам друга моего отца, дяди Найта вернулись несколько дней назад ... — пробормотал Джавелин, едва дотронувшись до фонарного столба, на который никто не обращал внимания. —О чём он не хотел мне рассказывать? Может быть, это как-то связано с Поющей?

В мгновенной вспышке гнева, Джавелин пнул ногой глубоко в ближайший сугроб, заставив снег разлететься во всех направлениях.

— Ааргх! Разве он не понимает, что я знаю, что невозможно заставить Поющую встретиться со мной? Зачем лгать? — Джавелин крикнул в воздух с расстройством, но никто не мог его услышать.

Угрюмо он продолжил свой путь. В груди Джавелина словно бы появился огромный камень, и он не был уверен, что его беспокоило больше: тот факт, что все секреты, которые Рэйвен держал при себе, скорее всего, имели отношение к Поющей, или что Рэйвен чувствовал потребность держать их вообще.

---------

Тем временем Рэйвен не сдвинулась с места в заснеженном саду. Она снова вошла в своё медитативное состояние, медленно заполняя свои лёгкие пронизывающе холодным воздухом и используя свою духовную сущность, чтобы разнести это холодное ощущение по всему её телу. Каждая клетка в её теле дрожала — почти замерзая до такого состояния, после которого уже нельзя будет восстановиться — прежде, чем расслабиться снова, оживиться и стать немного более подтянутой, чем раньше.

Одна из причин, по которым Рейвен отказалась от приглашения Джавелина, состояла в том, что она ожидала, что её брат сообщит о результатах его шпионажа в течение ближайших нескольких часов — в последнее время они оказывали сильное давление на финансовые усилия клана Тэйлон, и теперь это было только вопрос времени, прежде чем у них не останется иного выбора, кроме как обратиться к их скрытым союзникам за помощью.

Другая причина, по которой Рэйвен предпочла остаться, состояла в том, что недавно Рэйвен почувствовала некоторые изменения в её духовном ядре. Когда она воевала в полную силу, как Поющая, она почувствовала лёгкую пульсирующую вибрацию в спиралевидном красном вихре в центре её груди; она была близка к тому, чтобы перешагнуть через линию и статьвысоким Адептом. Если бы не тот факт, что Рэйвен собиралась отдать место в комнате Духовной Башни её брату, она была бы уверена, что церемония Дня Света однозначно продвинула бы её на высокий уровень Адепта Духа. Как бы то ни было, Рэйвен вместо этого стремилась подтолкнуть её совершенствование холодной погодой.

Короткие часы солнечного света уже прошли, и всё же Рэйвен оставалась снаружи, погружённая в темноту и лёд, в течение ещё нескольких часов. В какой-то момент несколько учеников, пришедших в сад подышать свежим воздухом, увидели Рейвен среди снега. Студенты недолго переглядывались, прежде чем они тоже сели, соблюдая почтительное расстояние. Сняв пальто с плеч, они начали медитировать, изо всех сил пытаясь воспроизвести дыхание Рэйвен.

С тех пор, как Рэйвен прибыла в Небесную Академию, она постоянно ломала один рекорд за другим. К настоящему времени некоторые из других студентов уже собирались поклоняться Рэйвен и использовали любую возможность, которую они только могли найти, чтобы приблизиться к ней — возможно, они полагали, что её гениальность может распространяться и на них, так же, как это, казалось, происходит с её тремя друзьями, результаты которых в последнее время заметно улучшились.

Всего лишь через полчаса после того, как другие ученики присоединились к её медитации, их кожа уже стала синей от мороза, а их тела дрожали, как осина на ветру. Тем не менее, они отказывались сдаваться и упорно пытались имитировать поток духовной сущности Рэйвен и её дыхание.

— Знаете, — внезапно нарушил тишину голос Рэйвен. — Вы умрёте, если будете так продолжать.

Её слова были высказаны по существу, но её глаза оставались закрытыми. Услышав её, можно было даже почувствовать, что её больше беспокоило то, что студенты замерзают так близко к ней, а не то, что они замерзают до смерти.

Окружающая молодёжь содрогнулась — движение, которое заставило их лица исказиться от боли; многие из них были слишком сосредоточены на копировании дыхания и движения духовной сущности Рэйвен, чтобы даже заметить, как близко они приблизились к потере собственной жизни.

— П-приятель... у-у-ученик Найт, — пробормотал один молодой человек сквозь стук зубов. Он был уже на пятом году обучения, но ещё застрял в области Новичка. —Пожалуйста, дай нам совет!

Рэйвен подавила вздох. Она частично восхищалась этими детьми из-за их упорства – этот пятикурсник на самом деле рисковал быть отчисленным, если он не продвинет его совершенствование в ближайшее время, – но она не была ни их учительницей, ни их другом, и сейчас ей нельзя было терять концентрацию.

Рэйвен была готова отречься от учеников, но каждый из них стиснул зубы и заставил себя поклониться – что, без сомнения, должно было быть очень болезненно для их замороженных тел.

– Пожалуйста! – прокричали они хором.

Наконец, Рэйвен открыла глаза, чтобы взглянуть на них. Вокруг неё сидело семь учеников, все были покрыты слоем инея. Она покачала головой.

– Наденьте пальто, моя система обучения для вас не будет иметь эффекта, – сказала она спокойно. Когда они подняли на неё глаза, чтобы попробовать спорить, Рейвен просто достала листок бумаги со своего пространственного кольца и начала писать.

Остальные смотрели в замешательстве. Наконец, Рэйвен перестала писать и передала записку тому самому мальчику.

– Вот, – сказала она. – Все эти дыхательные техники можно найти на первом этаже Божественной библиотеки. Они будут лучше для вас, чем те, которые вы сейчас используете.

Прежде чем мальчик успел ответить, Рэйвен уже встала и бесследно исчезла в ночном мраке. Ученики, конечно, почувствовали себя немного разочарованными; дыхательные техники отличались от большинства других Божественных Навыков, и изучить одну из техник более высокого уровня было не очень сложным – какие бы методы Рэйвен ни рекомендовал, техники с первого этажа, несомненно, будут менее развитыми, чем те, которые они уже использовали.

Единственным, кто не был разочарован, был мальчик, получивший записку. Он смотрел на неё широко раскрытыми глазами. Увидев его шок, остальные подошли ближе, чтобы убедиться, от чего тот так удивился.

Рэйвен не была на уроках ни с одним из них, и они не познакомились с новым вундеркиндом Академии, и всё же там, на этом небольшом листе бумаги, было семь аккуратно написанных строк, каждая из которых содержала всего три вещи: имя одного из учеников, нынешняя техника дыхания студента и, наконец, рекомендованная новая техника.Они были обеспокоены не тем фактом, что Рэйвен знал их имена – это было достаточно впечатляющим, но не более – но как он мог узнать их дыхательные техники? Возможно, даже их собственные учителя должны были бы спросить об этом!

Семь учеников, хотя они ничего и не сказали вслух, решили принять предложение Рэйвен.

– Вперёд, – подумала Рэйвен своему брату, когда она оставила за спиной семерых учеников.–Теперь я одна.

Хацин связался с ней тогда же, когда она собиралась дать совет, заставив её сделать выбор в пользу более быстрого окончания беседы.

– Тебе нужна хорошая новость, или плохая, сестра? – спросил Хацин немного озорно.

– И та, и другая, – ответила Рэйвен с лёгкой улыбкой; настроение Хацина в последнее время значительно улучшилось – и это несмотря на то, что его птичий организм становился чрезвычайно недружелюбным к носителю, так как двухлетнийсрок становился всё ближе.

– Хорошо, тогда хорошая новость заключается в том, что казначей клана Тэйлон оценивает денежные потери только за последний месяц примерно в миллион золота.

Рэйвен свистнула, поражённая. Для клана префектуры миллион золота не было большим делом – по крайней мере, не по сравнению с судьбой всего клана, – но это была сумма, сопоставимая с покупкой среднеразмерного дома недалеко от центра города. Та что это был определённо шаг в правильном направлении.

– Они очень раздражены и подозревают, что кто-то действует против них, хотя, похоже, у них нет никаких предположений относительно того, кто это может быть, – продолжал Хацин.

Рейвен кивнула – так она и ожидала.

– Они общались со своим «иностранным другом»?– спросила она.

– А вот это отчасти плохая новость. Они сказали, что вступят в контакт, если они не достигнут прогресса до Дня Света, так что... я, возможно, не смогу поймать их в действии...

Было абсолютно необходимо, чтобы Хацин провёл ночь в Зале Духа, предназначенном для Рэйвен, иначе стабильность его нынешнего тела рухнет, скорее всего, на этот раз навсегда. Рэйвен задумалась лишь на мгновение, прежде чем она пожала плечами.

– Что ж, у нас на самом деле нет выбора, что мы можем делать в эту ночь, поэтому нет смысла задумываться над этим сейчас. Если мы пропустим их в этот момент контакта со Старейшиной Икс, тогда нам нужно будет лишь заставить их связаться ещё раз.

– Хорошо... – хотя он и не одобрял своего эгоистичного поведения, Хацин, тем не менее, казался облегчённым подходом Рейвен.

– Ты сказал, что это отчасти плохие новости. Что же плохого в остальном?

– Наша дорогая тётя приезжает в столицу,– ответил Хоацин, помолчав несколько мгновений. Его голос показывал неприкрытое отвращение.

Рэйвен остановилась.

– Тётя Анаинга?

– Да, действительно так. Она уедет из префектуры Чёрный Тэйлон сразу после церемонии Дня Света.

– Ты знаешь почему?

– Официальная версия заключается в том, что она хочет встретиться с сыном на праздники, но старейшины опасаются, что она может остаться здесь.Она может, так сказать, следить за провальным бизнесом.

Что-то мелькнуло во взгляде Рэйвен. Она не видела свою тётю, но она наблюдала за тем, что видела Айви: сидящей вокруг богато заполненного обеденного стола и смеясь над смертью всей семьи Рэйвен.

«Хорошо», – подумала Рэйвен про себя, когда она снова двинулась дальше. – «Я надеюсь, что она останется – это сделает убийство ещё более простым».

---------

Настал самый тёмный день в году. В течение почти сорока часов ни один солнечный луч не достигнет столицы Небесной Империи. В этот день зажгутся миллионы фонарей, превратив тёмный горный город в море маленьких огоньков.

В то время как средний гражданин проводил этот день, наслаждаясь на различных праздничных мероприятиях по всему городу, для студентов Императорской Небесной Академии Божественных Искусств – как и любого другого спиритуалиста, который мог позволить себе доступ в Зал Духа, если на то пошло, – часы, ведущие до полуночи были тихими и спокойными.

Многие решили провести большую часть дня в медитации, и Рэйвен и её друзья не были исключением. Вместе со многими другими учениками они сидели, скрестив ноги, в нескольких сотнях метров от Башни Залов Духа. Они повернулись на север и смотрели на город внизу, где дальние огни просто завораживали. Едва заметная оболочка окружала всех учеников, защищая их от холода даже в середине зимней ночи. Всего через несколько часов откроются большие двери в Башню Залов Духа, и студенты и Старейшины зайдёт внутрь.

– Я никогда раньше не видел такой птицы, – прокомментировал Мартин, появившись словно бы из ниоткуда. Он пристально смотрел на маленькое птичье тело Хацина. Тот сидел на плече Рэйвен и был настолько неподвижен, что казался чучелом. – Похоже на то, что он тоже медитирует, –рассмеялся Мартин.

– Тебе тоже стоит попробовать… – Рэйвен открыла один глаз, чтобы дать близнецу острый взгляд. Некоторое время мальчишка волновался, и он начал нервничать так, что само по себе начало разговора было достижением.

– Ха-ха, – саркастически пробормотал Мартин. – Ты только потому спокоен, что никогда раньше не проходил церемонию Дня Света в Зале Духа. Если бы у тебя хоть раз было такое, тебе бы тоже было нелегко сидеть на месте.

Рэйвен снова закрыла глаза.

– У твоего брата всё в порядке.

Мартин фыркнул, но не смог ничего возразить – похоже, Ларк прекрасно себя чувствовал. Мартин немного успокоился, но вскоре снова начал ёрзать.

– Серьёзно, Найт, ты не нервничаешь или, по крайней мере, тебе не любопытно, что там произойдёт? Позволь мне рассказать, это опыт, явно отличный от всего остального!

Рейвен вздохнула. Она уже всерьёз обдумывала вырубить мальчика, чтобы она могла успокоиться, но в итоге решила продолжить разговор; тащить бессознательного Мартина в Башню Духа, рассказывая всем, что он перегрелся в эту зимнюю ночь, будет сложно. Рэйвен знала, что она и сама была немного нервозной. Возможно, из-за того, что она знала, насколько важной была эта ночь для её брата, а успокаивать Мартина в её планы не входило.

– Я не нервничаю, – сказала она голосом, наполненным напряжённым терпением. – Всё, что я должен сделать, – пойти туда и посидеть в комнате в течение нескольких минут – независимо от того, насколько сильно я расстроюсь, я не смогу это изменить. А теперь успокойся или ты действительно проиграешь в поглощении духовной сущности.

Мартин немного побледнел. Он знал, что сказанное Рэйвен было только слухом, который распускали сами старейшины, чтобы студенты медитировали более усердно. Они утверждали, что ваша доля Духовной Сущности уменьшится, если вы не будете в спокойном состоянии во время церемонии – что совершенно не соответствует действительности, – но мысль о том, что он не получит его справедливую долю, заставила Мартина успокоиться.

Рэйвен слегка поёрзала, когда её внезапно оставили в покое. Однако, вместо того, чтобы использовать любые дыхательные техники, чтобы возобновить её медитацию, Рэйвен решила сосредоточить свои чувства на сотнях студентов, сидящих вокруг неё. К настоящему моменту присутствовал каждый студент, как из боевого, так и исцеляющего отделов, и то же самое можно было сказать почти для всех старейшин. Только директор школы и заместитель директора школы, а также куратор факультета Исцеления ещё не пришли.

Несмотря на огромную толпу, почти никто не говорил, и если они это делали, их голоса были ужасно тихими, как будто из уважения к темноте этой специальной ночи. Даже Данлин и другие, обычно отвратительные, знатные люди, с которыми он болтался, были странно спокойны.

Минута шла за минутой. Вскоре осталось только полчаса до полуночи. В этот момент Рэйвен почувствовала приближающиеся ауры трёх пропавших без вести старейшин.

– Пора, – тихо подумала она брату. Погрузившийся в своё спокойное состояние Хацин глубоко закутался в пушистый шарф, который Рэйвен носила исключительно для этой цели. Они не были уверены, что Старейшины будут возражать против того, чтобы она принесла «животное», но они не собирались рисковать.

Директор Свон подошёл к самому краю яруса Академии, где он остановился на мгновение, наблюдая за едва светящимися огнями – примерно на километр ниже их. Это действительно было зрелище, достойное внимания. В конце концов он повернулся лицом к ученикам.

– Самая тёмная ночь в году опустилась на нас, – произнёс он своим мягким, но сильным голосом. – Сегодня мир почтит памятью год, который умирает, – период, который принёс перемены, как хорошие, так и плохие, но теперь это должно кончиться... Тем не менее, как в смерти есть также и жизнь, так и сегодня мир тоже празднует и рождение нового года, который вот-вот должен появиться, что принесет новые изменения всем нам. Кто знает, что нас ждет в следующем году, но только приняв неизвестное, мы действительно сможем добиться прогресса, – он остановился и посмотрел на всех в толпе.

– Время пришло, – прошелестев своим белоснежным халатом, он обернулся к большой чёрной башне, которая была Башней Залов Духа.

В строгом порядке каждый студент и старейшина встали и последовали за директором. Старейшины пошли первыми, затем четырнадцать Продвинутых учеников боевых искусств, а затем все классы в порядке убывания от самого старшего к младшему. Что касается факультета Исцеления, у них был этаж, посвящённый только им, поэтому они ходили отдельно от остальных.

Когда Рэйвен подошла ближе к башне, в ней появилось жуткое чувство; она снова ощутила, как её духовная сущность постепенно смывается, а другие чувства притупляются. Понятие о том, чтобы провести несколько часов в этой области, казалось бы, лишённой духовной сущности, внезапно заставило её напрячься; вокруг было так много возможных врагов, и неуверенность сидящего рядом её брата только ухудшала ситуацию.

«Сегодня будет долгая ночь…», – подумала она, когда последние нити духовной сущности исчезли вместе с аурой каждого человека вокруг неё.

Большие двери из просмоленной чёрной древесины распахнулись, когда директор школы Свон приблизился к Башне Духовных Залов, раскрыв длинный коридор, который исчезал в темноте в глубинах башни.

Тихими, медленными шагами директор шёл через открытые двери, его белые халат и волосы состояли в некоем контрасте с чёрными мраморными стенами здания. На каждом шагу, который он сделал, маленький шарик света загорался над ним, медленно освещая путь к лестнице, которая теперь была видна в дальнем конце коридора.

К тому времени, когда Рэйвен добралась до входа в башню, директор уже начал подниматься по первой лестнице, за ним следовали другие старейшины, однако, некоторые остались, скорее всего, направляя учеников, которые должны были остаться на первом этаже.

В тот момент, когда Рэйвен прошла сквозь чёрные двери и вошла в Духовную Башню, она почувствовала резкое изменение в воздухе вокруг неё. Как и раньше, Рэйвен не могла теперь полагаться на свои духовные связи, чтобы ощущать что-либо в мире вокруг неё, но основная причина была абсолютной противоположностью той, что была раньше. Вместо полного отсутствия духовной сущности в воздухе здесь её было просто слишком много. Для Рэйвен узкий коридор, казавшийся чёрным и безжизненным снаружи, превратился в море цвета, так как огромное количество духовной сущности неистово вращалось во всех возможных направлениях.

Рэйвен не могла не остановиться и задохнуться от изумления; разница была слишком большой. Как найти оазис после дней обезвоживания в пустыне, только чтобы поскользнуться, упасть в воду и утонуть.

– Найт? – смущённо спросил Джавелин.

– Ничего, – пожала плечами Рэйвен и снова начала двигаться. – Просто удивлён плотностью духовной сущности здесь.

Джавелин кивнул. Он тоже чувствовал, что в башне присутствует много духовной сущности, но без контраста, обеспечиваемого высшими чувствами Рэйвен, он не считал это таким захватывающим. Тем не менее, он не мог думать ни о какой причине, оправдывающей его сомнения.

Вместе с другими продвинутыми учениками они следовали за старейшинами, поднимаясь по лестницам. С ними шли много учеников, но их количество уменьшалось с каждым этажом, так как другие достигали своего назначенного этажа. В конце концов даже старейшины начали уходить, чтобы войти в свои комнаты.

Но продвинутые ученики продолжали идти вверх. Чем дальше они поднимались, тем плотнее становилась духовная сущность вокруг них, и к тому времени, когда они достигли 21-го этажа, что ознаменовало начало тех самых пяти секций восьмиугольных этажей, предназначенных для них, - даже другие были ошеломлены обильным количеством духовной сущности.

– Итак, хорошо, – сказал старейшина, который ждал их на 21-м этаже. – Все вы знаете свой выделенные Духовные Залы, идите к ним и медитируйте до полуночи, – студенты поклонились и ушли к своим комнатам, большинство из которых находились на следующих двух этажах. Однако Джавелин взглянул на Рэйвен и собирался что-то сказать, когда старейшина отрезал его суровым голосом. – Младший студент Хек, отправляйтесь в свою комнату. Младший студент Найт, следуйте за мной.

Двое посмотрели друг на друга, и Джавелин произнёс «Удачи», прежде чем он подошёл к двери рядом и скрылся внутри.

Рэйвен вместо этого последовала за старейшиной вверх по лестнице на следующий уровень. Там её глаза встретились с Данлином, который собирался войти в свою комнату ДуховногоЗала. Когда последний заметил, что Рэйвен стала подниматься даже на следующий лестничный пролет, его глаза вначале расширились от шока, а затем сузились от гнева. Данлин выглядел так, будто не хотел ничего, кроме как атаковать Рэйвен здесь и сейчас. Однако он сдержался, и Рэйвен поднялась по лестнице и вышла из его поля зрения.

Старейшина продолжал вести Рэйвен вверх – и это удивляло больше людей, чем просто одного Данлина. Поднимались они до тех пор, пока не достигли 25-го этажа, верхнего этажа восьмиугольной секции. Всё, что осталось над ними, были последними пятью девятисторонними этажами, которые были зарезервированы для директора и ещё четырёх основных членов академии. Рэйвен остановилась и старейшина указал ей на чёрную дверь, расположенную слева от следующей лестницы.

– Директор школы Свон хочет, чтобы вы использовали эту комнату, младший Найт. Если у вас есть какие-либо проблемы, вы не должны колебаться и направляться непосредственно в комнату директора, он на самом верху.

С этими словами старейшина повернулся и ушёл, направляясь вниз по лестнице.

«Они действительно воспитывают своих «молодых талантов» в этой Академии», – подумала Рэйвен, оглядываясь. Чем выше в башне, тем сильнее были бы преимущества от церемонии «Дня света» для совершенствования спиритуалиста. Многие школы могут резервировать такие высоты только для своих старейшин.

Не задерживаясь дальше, Рэйвен открыла дверь в свою комнату ДуховногоЗала и вошла. Внутри плотность духовной сущности была более нормальной, позволяя Рэйвен выдохнуть с облегчением. Сама комната была практически в форме треугольника, а большие декоративные окна заполняли стену напротив входа.

На земле, в самом центре комнаты, была знакомая Духовная Звезда, символ всех спиритуалистов. Подобно тому, как это было в Духовном Зале Найтингейл, символ состоял из трёх перекрытых треугольников, выполненных из девяти различных драгоценных камней – чёрного цвета, едва различимого на мраморном полу.

Хацин выбрался из-под платка вокруг шеи Рейвен. Он издал впечатлённый свист, когда увидел окружающее его пространство.

– Это очень похоже на наш старый Духовный Зал, – сказал он мысленно, и Рэйвен согласно кивнула.

– До полуночи осталось не так много времени, – заметила она, когда подошла проверить, открываются ли окна. Они не открывались. – Брат, ты должен занять своё место у Духовной Звезды. Я подожду в коридоре.

– Разве это безопасно? Было бы лучше, если бы ты осталась здесь – что, если кто-то придёт? – Хацин немного нервничал, но Рейвен покачала головой.

– Фенрис сказал, что тебе нужно быть здесь одному. Кроме того, кто будет передвигаться за пределами Духовных Залов в это время?

Не найдя причин для дальнейших возражений, Хацин покинул плечо Рейвен и приземлился на чёрный мраморный пол. Рэйвен посмотрела на крошечную белую фигурку своего брата и внезапно почувствовала себя немного странно. Она пыталась не слишком много думать о том, что произойдет сегодня вечером.У неё это получалось, но теперь, когда она собиралась оставить своего брата в Духовном зале одного, реальность накрыла её. Она знала, что это момент когда решится судьба её брата; либо это сработает, либо Хацин, никогда не вернётся к своей человеческой форме.

Рэйвен опустилась на колени перед своим братом, заставив его поднять голову маленькой птички к ней.

– Я буду снаружи, – сказала она. – Если будут какие-то проблемы, позови, и я буду здесь, прежде, чем ты договоришь, – она старалась держать голос спокойным и ровным, но был небольшой трепет – он был настолько мал, что никто не заметил бы этого, но Хацин сумел. Его маленькое птичье тело слегка расслабилось, а в его глазах появилось тёплое свечение.

– Не волнуйся, маленькая сестрёнка, – сказал он, не проявляя нервозности. – Я буду в порядке.

Рэйвен несколько раз удивлённо моргнула, прежде чем своим пальцем взъерошить перья на белой голове Хацина. С искренней улыбкой на лице она встала и тихо покинула треугольный Духовный Зал.

Вернувшись в коридор, Рэйвен не могла не усмехнуться.

«Я и вправду казалась волнующейся? Это был первый раз, с того момента, как умерли наши родители, когда он назвал меня младшей сестрёнкой… Я, должно быть, теряю форму»

Вздохнув, Рэйвен опустилась на дверь, за которой оставался её брат, и закрыла глаза. Необузданная духовная сущность, которая переполняла её чувства, теперь стала почти безумной, летая назад и вперёд в узком коридоре, словно отчаянно искала что-то. Рэйвен сделала несколько попыток использовать дыхательную технику, чтобы поглотить эту духовную сущность для своего собственного совершенствования, но сущность сопротивлялась ей, и вскоре она отказалась от этого мероприятия.

Минуты бежали. Внезапно глаза Рэйвен открылись. Не колеблясь и не издавая ни звука, она сбежала с места на полу и нырнула за лестницу, ведущую к следующему этажу. Как только её тело слилось с темнотой под лестницей, над другим выходом появилась знакомая голова.

«Данлин?», – Рэйвен нахмурилась. – «Зачем ему понадобилось выходить из своей комнаты сейчас?»

Данлин поспешил вверх по последним двум ступенькам и вскоре к нему присоединился Джек. Двое из них быстро двинулись к Рэйвен, явно направляясь к уровням выше.

– Ты уверен, что для меня всё в порядке?, – спросил Джек, его тихий голос был наполнен ожиданием.

– Перестань париться, – проворчал Данлин. – Он сказал, чтобы я привёл тебя. Если ты не хочешь идти – вернись в свою комнату и позволь мне самому взять всё это!

– Нет, я просто... – предложение продолжалось, но пара уже перешла на следующий этаж, и сумасшедшая духовная сущность заглушила слова.

Рэйвен сидела неподвижно в темноте. Её глаза скользнули к двери Хацина, прежде чем она выругалась и вышла из своего укрытия. Медленно она пошла за двумя мальчиками по лестнице.

«Я посмотрю, куда они направятся, а потом вернусь», – подумала она про себя. – «До полуночи ещё есть несколько минут...»

Ещё до того, как Рэйвен поднялась на верхнюю ступеньку лестницы, она могла сказать, что было принципиальное различие в планировке следующего, девятистороннего, этажа Башни Духовных Залов. Например, лестница, казалось, не заканчивалась на следующем этаже. Вместо этого она превращалась в спиральную лестницу, которая быстро исчезла в темноте более высоких уровней. Тонкая перегородка перекрыла вход на 26-й этаж. Протянув руку для пробы, Рэйвен с облегчением обнаружила, что он беспрепятственно может пройти через мембрану.

Осторожно, Рэйвен поднялась на последнюю пару ступенек и просунула голову через мембрану, чтобы она могла заглянуть на 26-й этаж. Мгновенно, несравненно высокое давление духовной сущности накрыло её, почти заставляя её задохнуться от боли. Здесь её было значительно больше, и, несмотря на то, что духовная сущность на самом деле не пыталась причинить ей боль, высокая чувствительность Рэйвен к ней делала присутствие такого количества болезненным. Заставляя себя игнорировать боль, Рэйвен попыталась сосредоточиться на том, что она действительно могла видеть, используя её глаза.

В отличие от других этажей, здесь не было узкого коридора. Напротив, весь пол был пуст, за исключением едва прозрачной стеклянной структуры, которая стояла в центре комнаты. Взгляд Рэйвен упал на эту структуру как раз вовремя, чтобы увидеть, как фигуры Данлина и Джека скользят сквозь плотно закрытую стеклянную дверь, которая стояла перед ней.

Рэйвен нахмурилась и напрягла её глаза; стеклянные стены были толстыми, и даже несмотря на то, что внутри был тусклый свет, для неё было недостаточно взглянуть на то, что было внутри. Всё, что она могла сказать – это то, что, кроме двух юношей, внутри, казалось, был третий человек. Кажется, в белой робе.

«Я должна подойти ближе?», –Рэйвен колебалась. Там ей негде было скрыться, и она не могла быть уверена, что стекло не было более прозрачным с другой стороны. – «Это опасно, но для них необходимость ради этого пропустить церемонию «Дня света»… Это должно быть очень важно».

Пока Рэйвен думала о том, что делать, внезапный трепет пробежал по зданию. Мгновенно обильная духовная сущность в воздухе остановила её суетливые движения, как будто время само по себе остановилось.

«Полночь!», –подумала Рэйвен и уже собиралась свернуться вниз по лестнице, когда тусклый свет в центральной структуре усилился. Рэйвен сделала паузу. После того, как света прибавилось, три фигуры стали немного яснее – ещё чуточку больше, и она, вероятно, сможет увидеть, что происходит внутри.

«Брат...»,–она закусила губу и посмотрела вниз, но в итоге решила остаться.

Второй, чуть более сильный, трепет потряс башню. Свет снова увеличился, и теперь Рейвен могла точно сказать, что третий человек определённо был одет в белые одежды. Третий трепет пришёл, и на этот раз духовная сущность стала слабо двигаться в воздухе. «Кто это?», – Рэйвен прищурилась. Однако, когда четвёртый толчок – или, скорее, удар землетрясения, – ударил, у неё отвисла челюсть. – «Это… Гадвалл?»

Рэйвен слегка пошатнулась. Это не имело никакого смысла! Почему заместитель директора Академии принимает этих двоих в своём Духовном Зале? Конечно, было бы выгоднее для всех, если бы Данлин и Джек оставались в своих комнатах...

«Может ли он быть партнером Тэлона в Академии? Но тогда как насчет старейшины Икс? Рэйвен несколько раз говорила с Гадваллом о многом другом, и он не проявлял никаких признаков обмана. Каждое слово указывало на то, что он заботливый старейшина, рождённый и выросший в Небесной Империи.

Пока Рейвен пыталась понять, что она видит, мощные подземные толчки сотрясали Башню Духовных Залов, и к тому времени, когда шестой удар обрушился на Башню, свет внутри стеклянной структуры почти ослеплял. Теперь ясно видно, что вице-директор Гадвалл сидел со скрещенными ногами на полу внутри структуры. Напротив него, спиной к Рэйвен, сидели оба мальчика.

Между тремя мужчинами поднялся ярко-красочный поток духовной сущности, чьё полное великолепие было видно даже невооружённым глазом. На седьмом ударе этот поток распался на две равные нити и после нерешительного колебания выстрелил вДанлина и Джека.

«Что за…?», – удивление Рэйвен росло.– «Почему Гадвалл не получил?»

Как правило, духовная сущность, приходящая в Духовный Зал во время церемонии «Дня света», должна была расщепляться в соответствии с уровнями спиритуалистов. Это был неоспоримый факт, и главная причина, по которой Хацину нужно было быть одному сегодня вечером; для двух мальчиков, получить всё – это было просто немыслимо.

Однако, прежде чем Рэйвен успела задуматься над этим, восьмойудар отразился на ней так же, как и на башне. К растерянности Рэйвен, две новые нити духовной сущности теперь начали изливаться из мальчиков – вместо этого они направились к заместителю директора – только, в то время как начальные нити были живыми и полными жизни, новые были чёрными, как смоль и сильно воняли смертью.

Рэйвен вздрогнула; в её жизни было много смертей, но в этих двух чёрных нитях было что-то зловещее и потустороннее. Её инстинкт подсказывал ей бежать – он кричал ей, что это не тот противник, с которым она может справиться. Подсознательно, Рэйвен начал отступать вниз по лестнице от страха, но затем произошёл девятый удар.

В тот момент ранее застывшая духовная сущность в воздухе снова ожила. Как голодный зверь, духовная сущность бросилась к центральной структуре, готовая словно бы проглотить её целиком. Однако, как только она достигла своей цели, огромная масса духовной сущности внезапно остановилась.

На мгновение Рэйвен подумала, что она действительно видела форму злобного зверя, погружённого глубоко в этой духовной сущности. Зверь медленно обернулся, его глаза остановились на Рэйвен, и, прежде чем она успела отреагировать, зверь набросился на неё, таща за собой всю духовную сущность.

В следующее мгновение жгучая боль заполнила разум Рэйвен, когда в нее врезалась бесконечная духовная сущность, заполняя все пути к её Призме Души. В течение нескольких секунд зелёная призма была заполнена до предела, и даже ещё больше. В отчаянии Рэйвен попыталась контролировать новую духовную сущность внутри своей души, вытеснив её вниз по направлению к своему духовному ядру, но, как бы она ни старалась, Рэйвен просто не могла поспевать за притоком. Если бы это продолжалось ещё, её Призма Души разрушилась бы под давлением.

Частично теряя сознание, у Рэйвен не было выбора, кроме как позволить её телу упасть по лестнице, на которой она стояла, – она ​​просто не могла сосредоточиться ни на чём, кроме контроля над духовной сущностью в ней. Когда её голова покинула защитную мембрану между 25-м и 26-м этажами, Рэйвен почувствовала, что огромный поток духовной сущности был отрезан; очевидно, духовная сущность выше не могла следовать за ней через эту мембрану.

К сожалению, её отдых будет явно недолгим.

Тело Рэйвен с хорошей скоростью врезалось в мраморную стену – она ​​всё ещё была слишком озабочена её переполненной Призмой Души, чтобы заботиться о чём-либо ещё – даже о падении с лестницы. Не двигаясь с того места, где она упала, Рэйвен начала контролировать ситуацию в её душе. Подумав, что худшее закончилось, Рэйвен почувствовала потрясение, но почувствовала и облегчение, однако в этот момент свободная духовная сущность на 25-м этаже повторила такую же паузу в своих движениях, остановив её первоначальноетечение к окружающим Духовным Залам.

Пришёл десятыйудар, а вместе с ним и духовная сущность, которая атаковала её.

Теперь Рэйвен действительно разволновалась. На 25-м этаже было гораздо меньше духовной сущности, но ибольшинство её собственных сил уже оставили её. Она не была уверена, как долго она сможет удерживать свою Призму Души от уничтожения. Рэйвен посмотрела на дверь, ведущую туда, где был её брат; она не боялась смерти – это не страшно, она уже умирала однажды – но оставить своего брата здесь… одного… ни за что!

«Я должна сделать это!»

Рэйвен стиснула зубы и заставила себя встать – к сожалению, ещё один удар, сотрясший башню, заставил её споткнуться, поэтому ей пришлось схватиться за косяк двери Хацина, чтобы снова не упасть. Почувствовав, что последняя её сила покидает её, Рэйвен упала головой на порог двери.

– Пусть с тобой всё будет хорошо, брат, – прошептала она, прежде чем она решительно вздохнула, собрала последние капли её сил и бросилась за лестницу, за которой раньше пряталась – и защитить голову, врезаясь в мраморный пол, она уже не могла…

Отчаянные времена требуют отчаянных мер...

Римский философ. Или полководец. Я не помню...

В трёхсторонней комнате Духовного Зала, того самого, где Рэйвен оставила его, Хацин по-прежнему сидел, как статуя, на чёрном мраморном полу. Он терпеливо ждал полуночи, чувствуя странное спокойствие и рассматривая всё вокруг с любопытством.

С тех пор, как его сестра взяла на себя личность Поющей, он почувствовал, что между ними поднялись невидимые стены. Хотя он и знал, что это необходимое зло, Хацин не мог не быть немного озадаченным тем, насколько легко Рэйвен адаптировалась к роли бессердечного убийцы. Время от времени она даже словно бы получала удовольствие от этого.

В конце концов Хацин пришёл к выводу, что его сестра должна помнить гораздо больше о своей прошлой жизни, чем она могла бы признать, и, если бы кошмары Билла хоть немного передавали эти ужасы, то эти воспоминания были, мягко сказать, неприятными.

Почувствовав это, Хацин бесчисленное количество раз пытался заставить Рэйвен открыться ему, разговорить её, но она отказывалась – и это только укрепляло стену между ними. Он знал её достаточно хорошо, чтобы видеть, когда она была честной, а когда нет – а в последнее время она явно была доминирующей. Дошло до того, что Хацин действительно начал сомневаться в том, правильно ли он понимает эмоции своей сестры.

Тем не менее, все это сейчас как будто сдуло ветром. Возвращаясь к тому взгляду, которым Рэйвен взглянула на него, прежде чем покинуть комнату, Хацин почувствовал, что его сердце потеплело; он никогда раньше не видел её такой тревожной. Грустной, да, но не тревожной.

В то время, как Хацин вспоминал, наступила полночь, а вместе с ней и первая из двенадцати мощных вибраций, которые потрясли башню на протяжении всей церемонии Дня Света. Когда Хацин почувствовал, как пол трясётся под ним, он не был удивлён; он был в Башне Духа на этой конкретной церемонии и раньше, и хорошо знал всю процедуру.

Успокоив своё душевное состояние, Хацин закрыл глаза и сосредоточился на сборе духовной сущности, которая сжималась в центре звезды Духа перед ним. По мере того, как через здание проносились следующие вибрации, концентрация духовной сущности всё возрастала, и к тому моменту, когда шестой удар потряс Башню, светящийся шар, почти в два раза превышающий размер самого Хацина, завис над Звездой Духа.

«Этот в несколько раз больше, чем в прошлый раз», – заметил Хацин, чувствуя огромное количество энергии в комнате. – «Действительно есть большая разница между общими комнатами ниже, и Духовными Залами, зарезервированными для учеников продвинутых классов...»

Как только он закончил эту мысль, шар духовной сущности выстрелил в его сторону, и, к удивлению Хацина, он почувствовал жгучий удар боли в своём разуме.

«Почему это так больно?», – он не мог не почувствовать паники, и на мгновение он решил позвать свою сестру, но в конце концов, он пересилил себя; он не хотел её беспокоить. Либо это сработает, либо нет – присутствие Рэйвен не будет иметь никакого значения.

Напрягая каждую мышцу в своем теле, Хацин пытался приспособиться к боли, и медленно его усилия дали свои плоды. Когда основная тяжесть боли уменьшилась, Хацин был поражён тем, как много окружающего его мира он смог почувствовать. Во время предыдущих церемоний Дня Света, в которых он участвовал, Хацин испытывал схожее ощущение – когда мир стал неестественно прозрачным вокруг него, но это было чем-то больше даже этого. Казалось, что пространство вокруг него становится простым продолжением самого себя; воздух вокруг него – его дыхание, камень под ним – его истинная кожа...

Это ощущение длилась недолго, и до наступления девятого удара его связь с миром исчезла. Хацин вздохнул с облегчением: «Похоже, церемония прошла успешно...»

Первая волна духовной сущности прошла и, даже без проверки, он почувствовал, насколько сильнее он стал. Тем не менее, церемония была далека от завершения.

В нормальных Духовных Залах был только один всплеск природной духовной сущности, который вырывался из Звезды Духа, которая была основанием комнат. Тем не менее, Башня Духовных Залов Академии действовала немного иначе. Кроме духовной сущности, предоставленной всем Духовным Залам в День Света самим миром, эта башня проводила весь год, собирая природную духовную сущность в пространстве вокруг неё, сохраняя её до этого самого момента. После того, как была потрачена духовная сущность «Дня света», башня превращала свою хранимую духовную сущность в ту самую, мягкую и легкоусвояемую сущность, которая помогала спиритуалистам совершать прорывы самосовершенствования.

Вдруг Хацин нахмурился. Вторая волна духовной сущности должна была пройти между девятым и десятым ударами – что и было сейчас, – но по какой-то причине Хацину было очень неудобно; он не мог изгнать чувство, что что-то серьёзно сошло с ума.

В то время как новая партия духовной сущности начала вытекать из Звезды Духа, Хацин едва почувствовал её. Даже когда она ворвалась в него, вызвав небольшое ощущение колющей боли, заполнившей каждый дюйм его тела, Хацин проигнорировал её. Он чувствовал... страх, но не мог точно определить, почему.

Раньше, чем ожидалось, поток новой духовной сущности сократился, и, к тому времени, когда наступил одиннадцатый удар, ни одна капля не появилась в комнате рядом с ним. Но снова Хацину было наплевать, и вместо этого он бросился к дверям комнаты, как стрела; он не понимал, что чувствует, пока это почти не исчезло – его связь с Рэйвен.

«Сестра!», – заорал он в уме, но ответа не последовало.

Его маленькое тело покрылось тлеющими углями, когда он врезался в деревянную дверь. С громким БАБАХ! двери распахнулись – слегка отколовшись от петель – и, если бы не двенадцатый и последний, самый мощный удар, все на этаже услышали бы это.

Хацину не нужно было оглядываться, чтобы узнать, где сестра. Через десятую долю секунды он был рядом с ней. Он быстро влил в неё часть своей духовной сущности, чтобы проверить её состояние. Сразу же Хацин вздохнул с облегчением – по крайней мере, она была жива, но его коричневые, птичьи глаза быстро сузились от беспокойства.

«Это плохо... », – подумал он.

На мгновение Хоатзин был в недоумении, не зная, что именно сделать. Его сестра была полностью без сознания, и её внутреннее состояние было ужасным; она не очнётся в ближайшее время. Однако из-за её Ограничителей, которые она носила, и катастрофического истощения её духовной сущности почти все её техники исчезли, и даже эффект Лисьей Вуали немного уменьшился; если кто-нибудь сейчас найдёт её, все её секреты будут легко раскрыты.

Отчаянно Хацин пытался использовать свои маленькие когти, чтобы втащить свою сестру в комнату, где он находится, и, в то время, как у него было достаточно взрывной силы, чтобы выбить дверь, у него не было ни выносливости, ни формы тела, чтобы двигать вялое тело Рэйвен более, чем на несколько сантиметров.

«Что мне делать?»

Церемония «День света» закончилась, и, хотя большинство из учеников проведёт ещё по крайней мере полчаса на стабилизацию изменений внутри них, это было всего лишь несколько минут до того, как кто-то, скорее всего, придёт сюда.

«У меня нет выбора...»

Всё ещё сомневаясь, Хацин дал своей сестре твёрдый толчок, чтобы спрятать её ещё дальше за лестницу, прежде чем быстро отлететь.

Далеко внизу, в ещё одной частной комнате на полу Духовного зала сидел Джавелин, скрестив ноги. Несмотря на то, что он совершил довольно большой прогресс в ходе этой церемонии, парень был недоволен. Его разум всё время блуждал по соседству, гадая, сумеет ли мальчик справиться с церемонией.

Растерявшись, Джавелин покачал головой. Нечего было волноваться. Мальчик получит свою долю духовной сущности, а Духовный Зал убедится, что это то количество, с которым он может справиться.

«Сконцетрируйся, Джавелин! Не бывает никаких негативных последствий церемонии «Дня света», – упрекнул он себя. Его самоуничижение было почти успешным, и Джавелин немного успокоился, но прошло совсем мало времени, прежде чем он снова начал кусать нижнюю губу. – «Как только я стабилизирую свое совершенствование, я могу пойти и проверить его... Да, я сделаю это»

Найдя новую мотивацию, Джавелину удалось собрать большую часть своего внимания внутри себя, но прежде, чем он смог начать делать хоть что-нибудь полезное, из-за его двери можно было услышать серию неистовых тикающих шумов. Джавелин нахмурился; он, наконец, сумел получить определённую концентрацию. Он ждал, что тикание прекратится, но это не так. Вместо этого он только усилился.

Раздражённый почти до бешенства, глаза Джевелина открылись, и он поднялся с пола. Такими большими шагами, как его ноги могли позволить ему, Джавелин подошёл к двери и резко распахнул её. Он как раз собирался выкрикнуть свое недовольство тем, кто нашёл забавным, стучать в его дверь, когда он встретился лицом к лицу. Не с человеком, а с птицей.

Смущённый, Джавелин несколько раз моргнул, а птица яростно махала крыльями перед ним.

– Цин? – спросил он, всё ещё смущенный. Птичка была действительно очень похожа на домашнее животное его соседа по комнате, но крылья этой птички были не чисто белыми, которыми Джавелин помнил их. Крылья этой птички имели кончики, которые вместо белого переходили в тёмно-красный цвет, почти как если бы она окунула их в чашу крови.

Шустрая птица только более возбуждалась, даже пыталась тянуть халат Джавелина когтями и клювом.

– Ладно, ладно, я понимаю, – Джавелин поднял руки, словно бы птичка внушала в него ужасный страх. – Я иду за тобой!

Ещё до того, как последние слова покинули его рот, птица крутанулась и направилась к лестнице, ведущей вверх. У Джавелина не было выбора, кроме как бежать на полной скорости, если он надеялся поспеть за маленькой пичужкой. Как молния, человек и птица летели вверх по лестнице за лестницей, и быстро достигли лестницы, которая вела к верхнему, 25-му и последнему этажу восьмиугольной секции продвинутых учеников.

Джавелин начал следить за птицей, когда, на этой лестнице, маленькое существо внезапно остановилось на полпути и повернуло назад. На огромной скорости, пролетев над ухом Джавелина, схватила его воротник мантии. Птица дёрнула его вниз и назад с впечатляющей силой и точностью; этого было недостаточно, чтобы заставить Джавелина упасть, но достаточно, чтобы заставить его отступить с лестницы.

Не слишком активно сопротивляясь, Джавелин позволил себя встать под лестницу, на которую он собирался подняться. Раздражённый этими поворотами событий, Джавелин открыл было рот, чтобы говорить, но красное крыло, наклонившись, быстро коснулось его губ, призывая его к молчанию. Джавелин был слегка ошарашен человеческим жестом, и ничего не сказал. Вместо этого он осторожно осмотрел птичку. Это было близко, он был убежден, что птица на его плече действительно была домашним животным своего соседа по комнате, и он не мог не задаться вопросом, почему его крылья изменили цвет. Наблюдая за птицей, он был также потрясён, заметив, что его очень человеческие глаза переполнены беспокойством и, возможно, даже некоторым страхом.

«Что-то действительно случилось с Найтом?», – понимание поразило Джавелине сильнее, чем он хотел признать.

Внезапно очень обеспокоенный, Джавелин собирался выйти из тени лестницы, когда Цин сжал когти на его плече. В то же время, Джавелин понял, почему они прятались, потому что в этот момент тихие голоса Джека и Данлина просочились сверху.

– Это было потрясающе, – прошептал Джек. – Столько духовной сущности...

– Ш-ш-ш! – Данлин заткнул его. – Мы должны спешить обратно в наши комнаты, прежде чем кто-то заметит, что мы ушли. Сохранишь свои похвальбы на потом.

Двое мальчиков тихо спустились по лестнице сверху и быстро исчезли за следующим поворотом, но Цин крепко держал его за плечо ещё немного, прежде чем в конце концов отпустил. В тот момент, когда он это сделал, они вдвоём бросились вверх по лестнице на 25-й этаж; в этому моменту Джавелин уже был слишком обеспокоен тем, что могло бы произойти, чтобы что-то скрывать.

Когда он впервые ступил на 25-й этаж, Джавелин не увидел ничего плохого; только четыре двери и лестница, но он последовал за полётом Цина глазами и увидел, как птица погрузилась во мрак за этой самой лестницей. С сердцем, стучащим где-то у горла, Джавелин подошёл к темноте, в которой исчезла птица, и, как только его глаза приспособились к отсутствию света, он застыл на месте. По его мнению, это был просто разрыв шаблона.

Там, прижавшись к ограниченному пространству под лестницей, лежал его сосед по комнате, Рэйвен Найт, без сознания и с таким бледным лицом, которое казалось более подходящим для призрака, чем для человека. Неподвижное тело Найта выглядело таким маленьким и хрупким, что люди, возможно, засомневались бы, действительно ли это был Найт, но Джавелин так не сделал.

«Это он... Что случилось? Что я делаю? Это он!», – тысяча мыслей начали крутиться вокруг сознания Джавелина, пока, наконец, не возникла ясная мысль. – «Он... Ему нужен целитель!»

Когда он начал двигаться, Джавелин на мгновение почувствовал, как когти Цина мягко сжались вокруг плеча, но он заставил себя шагнуть вперед. Не обращая внимания на очевидный протест Цина, Джавелин схватил запястье своего соседа по комнате и, когда он начал поднимать мальчика с земли, он одновременно влил свою собственную духовную сущность в своего друга, чтобы понять, какой ущерб получен.

На полпути подъема глаза Джавелина расширились от шока, и он едва не упал вперёд. Его глаза мелькали с тела на руках на Цина. Их глаза встретились и, Цин, не употребляя ни слова, понял, что только что узнал Джавелин. Неверие в глазах Джавелина быстро вернулось к решимости. Он выпрямился, потянул бессознательное тело на руки и дал птице ровный взгляд.

– Куда? – спросил он, словно птица могла знать, где находится лучший лекарь Академии.

Секунду птица, казалось, колебалась, но вскоре решимость Джавелина отразилась в его глазах. Без дальнейших церемоний он снова полетел к противоположной лестнице.

---------

Первым, что заметила Рэйвен, был запах свежеиспечённого хлеба. Свежий аромат погрузился в её подсознание и медленно дремлющая девушка учуяла его. Второе, что заметила Рэйвен, – это колющая головная боль. Её ум ощущался, словно мышца после слишком интенсивной работы. Инстинктивно она зашипела от боли, и, когда она это сделала, в комнате произошли неожиданные изменения.

Ошеломлённая, Рэйвен поняла, что она не одна, и, судя по аурам, которые она наконец снова могла видеть, она поняла, что рядом с ней было трое. А что её ещё больше ошеломило – так это такое странное трио: Хацин, Билл и Джавелин...

Проанализировав ситуацию, Рэйвен оставалась неподвижной в постели, продолжая думать:

«Я была в Башне Духовного Зала… Ждала Хацина. Вся духовная сущность «штурмовала» меня… И я потеряла сознание. Брат, должно быть, что-то заметил, а затем обратился за помощью к Джавелину», – Рэйвен почувствовала, что её головная боль ухудшилась, но по другим причинам, чем огромное количество духовной сущности.

Судя по звукам и окружающим её людям, Рэйвен могла сказать, что её привезли в дом её дядей на окраине Небесного Города. Билл двигался в кухонной части, Хацин сидел на своём постельном столике, а в нескольких метрах от него, прислонившись к оконной раме и пристально глядя на неё, был Джавелин. Ауры двух последних сильно изменились – особенно её брата, ушедшая от тусклого белого тона к ярко-розовому – но до сих пор не было сомнений в том, кто это.

Не открывая глаз, Рейвен послала брату мысленный вопрос: «Сколько он знает?»,– спросила она, и сразу же Рейвен почувствовала, как Хацин взлетел и сел прямо рядом с её головой.

«Сестра!», – его обеспокоенный голос эхом отдался в голове Рэйвен, скривившейся от головной боли. – «С тобой все в порядке?»

«Я так думаю», – ответила Рэйвен, но, честно говоря, она боялась проверить. Рэйвен могла сказать, что в ней что-то изменилось, но, вспомнив эту звериную фигуру в духовной сущности, она не была уверена, что изменения были к лучшему…

«О, слава небесам!», – Хацин подпрыгнул своим маленьким тельцем к лицу Рэйвен. – «Когда я почувствовал, что наша связь угасает, я не знал, что делать... Я не мог перетащить тебя сам, поэтому у меня не было другого выбора...», – его голос затих.

«Сколько?», – Рэйвен повторила свой вопрос до того, как Джавелин оттолкнулся от окна и пошёл к ней, остановившись у подножия кровати.

Хацин колебался.

«Он знает, что ты девушка и твоё совершенствование. Я не думаю, что он успел проверить твою призму души, но он, кажется, подозревает что-то ещё. Он почти не говорил, поэтому я не знаю, что он точно знает. Он несколько раз спросил Билла о том, насколько он вас знал, но Билл не ответил ни на один из них. После этого Джавелин молчал»

Рэйвен собиралась спросить своего брата, как долго она была без сознания, когда Джавелин заговорил первым.

– Ты проснулась, не так ли? – спросил он. В его голосе было как облегчение, так и раздражение, и, когда Рэйвен не проявила никаких признаков сознания, он добавил. – Цин сидел, как статуя, в течение последних восьмидесяти часов, но внезапно прыгнул к тебе. Что, внезапно соскучился? Я не настолько глуп.

«Восемьдесят часов!», – глаза Рэйвен открылись, она попыталась сесть, но каждый мускул её тела загорелся от боли при внезапном движении. Боль застала Рэйвен врасплох, и она резко задержала дыхание.

Джавелин наклонился вперёд, осторожно положив руку за спину Рэйвен, чтобы поддержать её.

– Осторожно, – пробормотал он. – Твоё тело было в полном беспорядке, когда я нашел тебя, и, хотя у меня есть некоторые божественные навыки исцеления, они не предназначены для того, чтобы иметь дело с такими повреждениями, как ваши. Я хотел привести вам целителя, но Билл отказался...

Джавелин был явно расстроен выбором Билла, но Рэйвен криво усмехнулась.

– Нет смысла злиться на него, Джавелин, он только следит за порядком, – в этот момент дверь в комнату Рэйвен распахнулась, и Билл ворвался внутрь.

– Мэм! – завыл он и упал на колени рядом с кроватью. Рэйвен не могла не удивиться – мужчина выглядел ужасно. Его глаза были красными и заплывшими от продолжительного отсутствия сна, без сомнения, и его кожа выглядела очень болезненно. – Я... я боялся... – начал он, но остальные слова не приходили.

Рэйвен выдержала боль и положила руку на плечо мужчины.

– Я знаю, Билл. Со мной всё будет хорошо. Ты сделал то, что тебе сказали – спасибо.

Услышав голос Рэйвен, Билл, казалось, восстановил часть своего духа мгновенно. Он снова встал на ноги и, заметив то, что Рэйвен неудобно сидит, быстро уложил подушки, чтобы она могла прилечь на них.

– Я принесу суп и хлеб, мэм, – сказал он, а затем вышел из комнаты, не дожидаясь согласия Рэйвен.

Джавелин проводил уходящего мужчину взглядом, его гнев явно уменьшился.

Тишина опустилась на комнату, и она оставалась до тех пор, пока Билл не вернулся, держа поднос, который был наполнен намного большим, чем просто суп и хлеб. Поставив поднос рядом с Рэйвен, Билл взглянул на Джавелина, который вернулся к своему положению у окна, – прежде чем дать Рэйвен вопросительный взгляд. Рэйвен просто покачал головой.

– Я буду на улице, если понадоблюсь, мэм, – ответил он, слегка поклонившись. Когда Билл ушёл, Рэйвен мягко улыбнулась ему в спину. За последние пару месяцев Рэйвен проводила много времени с Биллом, часто помогая ему справиться с воспоминаниями, которые он унаследовал от неё. В результате ум человека начал становиться более стабильным. Билл пока ещё не начал совершенствоваться, но до сих пор оставался какой-то способ. Рэйвен была уверена, что это всего лишь вопрос времени. По крайней мере, как только настанет время, он, скорее всего, немного выиграет от этих воспоминаний.

– Он хороший слуга.

Рэйвен повернула голову, чтобы посмотреть на Джавелина.

– Да, так и есть, – согласилась она.

– Почему ты спасла его?

Глаза Рэйвен сузились; знал ли он, или он пытался выудить больше информации?

– Ты имеешь в виду, почему Поющая спасла его? – спросила она, но Джавелин наклонил голову в сторону и пристально посмотрел на неё.

– А разве это не одно и то же?

Она вздохнула. По его поведению Рэйвен уже получила ответ – он не выуживал информацию. «Значит, он знает о Поющей...» Она не могла не задаться вопросом, сколько ещё он успел выяснить.

– Наверное, нет смысла скрывать это, – она ​​беспомощно улыбнулась Джавелину. – Да, я спасла его, но это было в основном по прихоти.

– А разве не потому, что он был членом твоего клана, Рэйвен Найтингейл?

Рэйвен моргнула, и она почувствовала, как тело Хацина напряглось рядом с ней.

– Это ведь ты, не так ли? – нетерпеливо проговорил Джавелин. На его лице было множество сложных эмоций, от гнева до надежды. – Я имею в виду… я не могу поверить, что я этого не видел раньше! У вас такой же возраст, у вас практически одинаковые имена – даже твоя птичка названа в честь твоего брата! Ты можете двигаться и действовать как мальчик, но присмотревшись… Это очевидно, что ты девушка... Я удивлён, что этого до сих пор никто не заметил!

Рэйвен продолжала смотреть на Джавелина, забыв о том, что хотела сказать. Она должна была оказать мальчику честь; ему, может быть, всего несколько месяцев до одиннадцати, но его навыки дедукции были намного более продвинутыми, чем то, что можно ожидать от маленького мальчика. И опять же – он был талантливым спиритуалистом и сыном генерала, который потратил немало денег на морские путешествия.

Оба эти качества помогли ему созреть быстрее и точно так же, как его тело, казалось, принадлежало тому, кто прожил прошло не менее пятнадцати зим, его ум был в равной степени продвинут. Тем не менее, Рэйвен должна была признать, что она, возможно, проигнорировала старые чувства и выбрала другое имя…

Джавелин отступил на несколько шагов от окна, его глаза были полны боли, граничащей с предательством.

– Почему ты не сказала мне, Рэйвен? Ты мне не доверяешь? – не дождавшись ответа, он ударил кулаком в опорную стойку в центре комнаты. – Во имя Моря, Рэйвен! Я сказал тебе, что я любил тебя! И я всё ещё... – его голос сорвался, слёзы боли наполнили глаза.

Рэйвен почувствовала, как в горле собрался комок. Любовь. С этим всегда было трудно справиться. В прошлой жизни её обучали этому. В этой жизни любовь вырвали из неё с корнем. Но, глядя на молодого Джавелина, который, несмотря на свой юный возраст, держал в себе столько страсти в сердце, Рэйвен не могла не почувствовать, как её сердце тает.

В этот момент Рэйвен не желала ничего, кроме как рассказать Джавелину всё; взять его за руки и сказать ему, что она сожалеет, рассказать ему о своей жизни – и прошлой, и настоящей– и попытаться помочь ему понять, почему она сделала то, что сделала.

Прежде чем она это поняла, Рэйвен открыла рот, чтобы говорить, но когда слова уже готовы были сорваться с языка, страх охватил её. Внезапно видение заместителя директора Гадвалла, поглощающего эту странную чёрную духовную сущность от Данлина и Джека, мелькнуло у неё в голове, заставив Рэйвен смутиться и взглянуть на тело птицы своего брата, сидящего рядом с ней. Она едва заметила изменения в его оперении,но вместо этого вспоминала, как тогдашний десятилетний Хацин безжизненно рухнул на красноватый мраморный пол особняка Найтингейл.

Оглядываясь назад на Джавелина – молодого и невинного мальчика, чьи глаза содержали галактики и который всегда ставил своих друзей на первое место, готовый даже рисковать своей жизнью ради них – Рэйвен почувствовала боль в груди, которая резонировала с самой её душой.

Она не могла этого сделать.

С влажными глазами Рейвен покачала головой.

– Джавелин, прости... ты ошибаешься, – её голос был слабым и печальным.

– Что ты имеешь в виду, я ошибаюсь? Ты – Рэйвен Найтингейл, дочь Малео и Бесры Найтингейл, не так ли?

Слёзы текли по щекам Рэйвен, но она продолжала отрицать.

– Тогда кто ты? – взревел Джавелин – он был расстроен и явно не хотел верить ей.

Рэйвен сглотнула. А кем она была?

Воодушевлённая своим страхом, Рэйвен сказала себе, что пока она не выяснит, что происходит с Гадваллом и истинной причиной смерти её семьи, Рэйвен должна держать Джавелина подальше от этого. Однако она также знала, что для этого уже слишком поздно; он уже оказался вовлечён, и только она виновата в этом.

Раньше она предполагала, что сумеет держать мальчиковв относительной безопасности, но не больше. Что бы ни делал Гадвалл, это чувствовалось… потусторонним; она никогда не читала о чём-то подобном. В результате события в Башне Духовного Зала, возможно, дали Рэйвен больше информации, но это дало ей и ещё больше вопросов, и такой жирный сюжет заставил её опасаться, что ещё может скрываться за кулисами.

Она молча проклинала себя за то, что слишком быстро поступила, когда попросила Джавелина и близнецов помочь ей подавить Тэйлон. Зная их, они не отказали бы, даже если бы она попросила их сейчас, и, честно говоря, она понимала, что не может обойтись без них; их семейные связи были слишком важными.

– Ну так что? – Джавелин почти крикнул, и Рэйвен изобразила дрожь, что очень быстро стала очень реальной из-за сильной боли, которую она испытывала в её теле. Ещё раз беспокойство затмило гнев Джавелина, и он поспешно сделал ещё один шаг к ней.

– Честно говоря, никто, – выпалила Рэйвен и немного покраснела, прежде чем Джавелин прикоснулся к ней. Внутри Рэйвен решила, что, хотя она и не сказала ему правду, она не хотела и лгать. – Джавелин, раньше, что я действительно помню, это то, что я была продана группе злобных людей за пару мелких монет. Эти люди отвели меня на свою базу, и после этого последовала, казалось бы, бесконечная пытка или «обучение», как они её называли. Ничего, кроме постоянной боли и страха. Большинство моих друзей не смогли этого выдержать, и один за другим они либо умерли, либо сошли с ума. Я не знаю, почему я действительно пережила это... но в конце концов меня спасли.

Джавелин застыл на месте, а потом взглянул на Рэйвен с замешательством в глазах.

– Я не помню моё настоящее имя, но мои спасатели дали мне имя. Они решили назвать меня Рэйвен – сказали, что мои глаза слишком мудры для моего возраста, – Рэйвен слабо усмехнулась в память о своём любящем отце, лорде Малео, когда он держал её на руках и дал ей то же самое имя, что и в её предыдущей жизни.

Рэйвен вытерла свои слёзы и посмотрела на Джавелина, который стоял на расстоянии менее метра от её постели. Он всё ещё казался смущённым. То, что Рэйвен не заметила, было рядом с ней; Хацин пристально смотрел на неё с глубокой болью в глазах.

– Но... твоя фамилия... – Джавелин дрогнул.

– Мне нужно было что-то выбрать, правильно? А что больше подходит для разбитого убийцы, который принадлежит тьме? – Рэйвен снова отвела глаза – она ​​действительно выглядела разбитой.

Джавелин сделал последний шаг, чтобы подойти вплотную к Рэйвен, протягивая ей руку.

– Ты не принадлежишь тьме, Рэйвен, – сказал он и улыбнулся ей беззаботной улыбкой. Своей свободной рукой Джавелин убрал выбившуюся прядь волос с лица. – Ты больше, чем убийца.

Улыбка Джавелина стала теплее, и ещё одно воспоминание всплыло в мозгу Рэйвен.

–––––––––

Он стоял передо мной, смело блокируя мой путь. Как всегда, он излучал тепло и жизнь, но его глаза были серьёзными, что я видела в нём, только когда он работал.

– Рэйвен, – сказал он своим хриплым голосом. Я не хотела признавать этого, но от этого голосау меня мурашки по спине бегали.

Я попыталась обойти его, но он не перестал блокировать меня. Если бы это был кто-то ещё, у него ни за что не вышло бы останавливать меня, но он мог.

– Рэйвен, я серьёзно. Бежим со мной.

Я покачала головой и собиралась перечислить всё, что сделало такую глупую мысльневозможной, но он знал, что я собиралась сказать, прежде чем я сама это поняла:

– И не говори мне, что это невозможно! Я знаю, ты помогла другим сделать это.

– Это было по-другому, – почти крикнула я. – Ты не знаешь, что я сделала, кто я!

Он отказался отступить, точно так же, как и всегда.

– Я теперь больше, чем ты думаешь, Рэйвен. Но я также знаю, что и ты не та, кто ты есть! Ты намного больше!

Заглянув в его страстные глаза, я так отчаянно хотела ему поверить. Но я этого не сделала. Я никогда этого не сделаю.

–––––––––

Незваная слеза пробежала по щеке Рэйвен и приземлилась на руку Джавелина, всё ещё держащую её подбородок.

Словно внезапная капля заставила его понять близость его действий, лицо Джавелина покраснело, и он отступил от кровати. Его рука инстинктивно кинулась к затылку, нервно почёсывая его.

– Ой… эм-м, прости, что кричал на тебя раньше. Я не должен был предполагать...

Застряв в старых воспоминаниях, Рэйвен секунду не понимала, о чём он говорил, но её разум быстро очистился. Ещёраз вытерев слёзы, она покачала головой.

– Нет, у тебя есть полное право быть расстроенным. Я всё время лгала тебе.

– Зачем тебе об этом говорить? Я имею в виду, что семилетний Высокий Адепт сам по себе разрушит все понятия о спиритуалистах, а если школа знает, что ты ещё и девушка – они будут бесконечно одержимы вами. Да что они, чёрт возьми, весь континент!

– Я не хотела... – Рэйвен остановилась, в шоке. – Высокий адепт?

Заявление Джавелина заставило её сделать то, что она забывала всё время с тех пор, как очнулась; она обратила своё внимание внутрь.

Рэйвен почти задохнулась от шока. В ней, вращающийся с невероятной скоростью, был большой красный вихрь духовной сущности – судя по его размеру, не было никаких сомнений в том, что Рэйвен была высоким Адептом. «Я почти на полпути к прорыву до Чемпиона!» Это был вывод, в который она просто не могла поверить – даже для продвинутого ученика переход от Среднего Адепта к Верхнему Адепту занимал примерно шесть лет!

Небольшие всплески духовной сущности пульсировали из него время от времени, посылая волны усиливающей энергии по всему телу. «Это всё ещё нестабильно…» Когда духовное ядро ​​совершало качественные скачки, оно вступало в период нестабильности, где оно пыталось удержать больше духовной сущности, чем он мог бы справиться. Подобно переполненному стакану, эта сущность проливалась, в свою очередь, усиливая тело спиритуалиста.

Обычно эти эффекты продолжаются примерно час после первого прорыва. Тот факт, что это всё ещё продолжался, показал, насколько на самом деле был огромным прыжок Рэйвен.

Несмотря на её новообретенную силу, Рэйвен всё ещё чувствовала себя немного настороженной. Её текущая боль могла быть объяснена быстрыми изменениями её тела, но как насчёт этого зверя, которого она видела? Ориентировочно, Рэйвен начал изучать каждый дюйм своего тела, но не нашла ничего плохого. Даже её Душевная Призма была относительно неизменной – у неё появилась ещё одна духовная связь, но что такое одна связь, когда у вас их уже 373?

«Почему я не могу отбросить чувство, что что-то немного не так с моей душевной призмой?», –Рэйвен задумалась. – «Это отпечатки?»

Однако, прежде чем она успела что-то понять, смущённый голос Джавелина нарушил молчание.

– Рэйвен? – спросил он смущённо. В конце концов, она просто перестала разговаривать и уткнулась взглядом в пустоту.

Голос мальчика привлёк внимание Рэйвен.

– Ой, извини, меня отвлекло улучшение моего совершенствования, – извиняясь, улыбнулась она. – Я не хотела, чтобы кто-то знал, потому что мне нравится моя свобода. Вундеркинды, как правило, умирают молодыми, и хотя я, возможно, буду защищена своим полом, это, вероятно, сработает только до тех пор, пока я буду согласнавыйти замуж за правильногочеловека…

Глаза Джевелина немного сузились, но он медленно кивнул в знак согласия. То, что сказала Рэйвен, не было ошибкой. Везде на континенте Троицы сила управляла миром. Те, кто владел властью, не одобрили бы такого могущественного свободного агента, как бывший раб. Хотя меньше людей склонны действовать против женщин, сильные женщины-спиритуалисты считались основным… спаривающимся материалом. Как только про неё бы услышали, даже как о самом Младшем Адепте, у Рэйвен не было бы свободного дня больше никогда в её жизни.

Они вдвоём продолжали разговор некоторое время. У Джавелина было ещё несколько вопросов, в основном о том, что случилось с Рэйвен, что заставило её выйти в коридор – что она честно объяснила, так это то, что, будучи переполненной духовной сущностью из «Дня Света», предположительно теряя сознание по пути, она попыталась подняться, чтобы получить помощь от старейшины. В свою очередь, Рэйвен стремилась узнать, как Джавелин объяснил её отсутствие в течение последних трёх дней – переутомление после большого прорыва, по-видимому.

Когда они разговаривали, Рэйвен заметила, что Джавелин всё время томится чем-то. Это было похоже на то, что он вдруг подумал о чём-то, что он хотел бы спросить, но, в конечном счёте, не может решиться на это. Тем не менее, Рэйвен была впечатлена тем, насколько легко Джавелин, казалось, приспособился к тому, что она была девушкой. «Возможно, он это почувствовал раньше»,– подумала она.

В конце концов, несмотря на это, Джавелин ушёл. Он наблюдал за Рэйвен почти круглосуточно с тех пор, как он вытащил её из башни, но позже в тот вечер он должен был принять участие в мероприятии в посольстве Морской Империи, поэтому ему нужно было спать.

– Спасибо, что помог мне, Джавелин, – Рэйвен сказала ему, когда он уходил. Джавелин остановился у дверей и кивнул ей. Когда он вышел из комнаты, он снова остановился.

– Я почти забыл. Директор школы Свон хочет увидеть тебя, как только ты отойдёшьот своей перегрузки.

– Ладно, спасибо, – ответила Рэйвен, но Джавелин уже вышел из поля зрения.

«Что ж, это было лучше, чем я ожидал», – сказал Хацин, когда он слетел вниз и приземлился на колени Рэйвен. – «Он, кажется, поверил тебе. Он даже переставал называть тебя «Найт».

Рэйвен задумчиво кивнула.

«Кажется, что так...»

«Что же, ты действительно не солгала, не так ли?»

Рэйвен посмотрела на своего брата, и, когда он увидел выражение её лица, Хацин поднял крыло с красным крылом и покачал головой.

«Не бери в голову, сестра, неважно», – сказал он и изменил тему. – «По крайней мере, мой опыт «Дня света» прошёл хорошо – смотри, что ты думаешь о моих новых перьях?», – Хоацин широко раскрыл крылья, чтобы Рэйвен лучше видела. Сразу её лицо смягчилось.

– Очень красиво, – сказала она, и в её глазах появился озорной блеск. – Готова поспорить, все остальные птицы упадут в обморок от стыда при виде тебя.

Пока Рэйвен и Хацин обсуждали то, что они испытали во время церемонии Дня Света, Джавеллин шёл по колено в снегу, покрывавшему все уголки по-зимнему белого Небесного Города. В быстром темпе он направлялся к центру города, но, вопреки его ходьбе, разум Джавелина был далеко не устойчивым.

Пока он шёл, Джавелин вспомнил все разговоры, которые он только что провел с Рэйвен – его шокирующим, и, как выяснилось, не таким уж и "мужественным" соседом по комнате – и не мог не смутиться. Насколько он мог сказать, Рейвен была честна с ним о своём прошлом. Вероятно, она не сказала какую-то информацию здесь и там, но это шестое чуство – то, что помогало ему выявить ложь Рэйвен в последнее время – помешало не больше одного или двух раз.

«Тогда она не может быть той самой Рэйвен...», – подумал он, – «Их детство не соответствует...»

Однако, когда он подумал об этом, Джавелин почувствовал, что такое же покалывающее ощущение предупреждает его, что что-то не так с его выводами. «Если они всё же разные люди, то почему я продолжаю видеть...», – он не мог заставить себя закончить эту мысль.

Джавелин продолжал свою тихую прогулку, решив пойти длинным путём, а не отправиться прямо в ближайший форпост ястребиного "такси". После почти часа ходьбы, а затем полёта, Джавелин, наконец, прибыл в посольство Морской Империи – одно из немногих предприятий, расположенных на жилом уровне, но его мысли всё ещё были в беспорядке.

Он вздохнул; Джавелин мог понять, почему Рэйвен хотела бы сохранить свой пол в секрете. Он и сам был обручен с многообещающей спиритуалисткой, девушкой. Но, если бы он мог, даже без его сердца, жаждущего того, кто уже много лет как мёртв, Джавелин, не колеблясь, прекратил помолвку, если бы возникла такая возможность.

«Возможно, это просто принятие желаемого за действительное с моей стороны... »

По иронии судьбы, эта Рэйвен была, возможно, достаточно уникальной, даже для его строго верного отца, чтобы он согласился на то, чтобы она вошла в их семью.

---------

Потребовалось ещё два дня, чтобы Рэйвен полностью стабилизировала своё ядро, но даже тогда её мускулы всё еще болели – сильнее, чем когда-либо. Тем не менее, её совершенствование продолжало улучшаться, укрепляя её как высокого Адепта Духа. За эти два дня Рэйвен также попыталась выяснить, что изменилось в её душевой призме – она ​​была уверена, что что-то изменилось, но как бы она ни глядела, Рэйвен не могла определить, что же именно изменилось.

В то время как Рэйвен выздоравливала, Хацин отказался покинуть её, как бы она ни настаивала на том, чтобы им нужно было изучить, что там делают Тэйлоны. «Пока тебе не станет лучше», – повторял он раз за разом, когда поднимался этот вопрос.

Между тем, Джавелин несколько раз возвращался в дом, но он всегда останавливался примерно в сотне метров, делал несколько шагов взад-вперёд, а затем уходил. Рэйвен сначала нашла это поведение немного забавным, но через какое-то время она начала желать, чтобы Джавелин нашёл уже смелость, чтобы просто спросить всё, что было у него на уме.

«Он снова пришёл», – заметил Хацин в никуда.

«Я знаю», – вздохнула Рэйвен. Она недолго подумала, должна ли она выйти и встретить мальчика, когда её мысли внезапно застыли. Рэйвен уставилась на брата. Тот сидел в глубине волокон пушистого ковра перед открытым камином гостиной – поблизости не было окна, которое могло бы позволить Хацину взглянуть на улицу. «Брат, откуда ты узнал, что Джавелин вернулся?»

Хацин не отводил взгляда от пламени, когда лениво ответил: «Ну а кто ещё будет ходить туда-сюда на одном и том же месте в середине дня? Все остальные сидят дома со своими семьями».

Рэйвен удивленно подняла бровь, но ничего не сказала. Словно чувствуя взгляд своей сестры, Хацин поднял свою неподвижную белую пернатую голову: «Ну что?»

Его явное замешательство заставило Рэйвен слегка усмехнуться: «Джавелин находится почти в сотне метров дальше по дороге, старший брат. Тебе не кажется странным, что ты знаешь, что он там?», – сказала она с кривой улыбкой.

«Он не в сот...», – коричневые глаза Хацина расширились. Сразу же он расправил крылья и полетел к окну, выходящему на улицу, откуда Джавелина можно было разглядеть. «Будь я проклят, он действительно в ста метрах! Как я мог сказать, что он там?»

Рэйвен поднялась и присоединилась к брату у окна. Снаружи была исключительно тихая улица, покрытая слоем снега. Даже со слухом Рэйвен не было слышно почти ничего. «Должно быть, это так», – подумала она, протягивая руку своему брату, чтобы тот приземлился.

«Большой брат, сколько у тебя духовных связей прямо сейчас?»

«54», – фыркнул Хацин, немного уныло. «Знаешь, это несправедливо! Ты, моя младшая сестрёнка, почти умерла, и получила сотню духовных связей, а я умер на самом деле, и получил только пятьдесят!»

Рэйвен несколько раз моргнула, прежде чем рассмеялась.

«Брат, ты не заметил, что видишь, слышишь и чувствуешь гораздо больше, чем раньше?», – Хацин смущённо наклонил голову, поэтому Рэйвен, в свою очередь, показала на колонку с водой, стоящую через улицу. «Видишь? Скажи мне, что ты не слышишь, как капли падают в небольшую ледяную лужу под краном?»

Хацин собирался объявить свою сестру сумасшедшей, когда его маленькие глаза снова расширились: «Как это возможно?»

«Это твои духовные связи. Когда ты поучаешь пятьдесят, ты ощущаешь огромный скачок своих чувств. Я удивлена, что ты этого не заметил, но, возможно, в отсутствии активности это трудно заметить», – Рэйвен всё ещё улыбалась. Раньше душевная призма её брата, или, скорее, осколок призмы души, едва ли был достаточно сильным, чтобы выдержать несколько духовных связей, чтобы Хацин мог получить физическое тело. Теперь у него было более пятидесяти связей и совершенствование, эквивалентное Адепту Духа. Очевидно, что он достиг огромного прогресса в достижении своей цели.

«Это из-за моих духовных связей?», – Хацин, похоже, не понимал.

«Ты поймёшь, что я имею в виду, когда мы доберёмся до более наполненной людьми территории – это может поначалу дезориентировать, но ты привыкнешь к этому».

Рэйвен подхватила всё ещё оцепеневшего Хацина и пошла к входной двери. Было время, когда Рэйвен и её брат возвращались к реальности – им нужно было находить ответы на все их новообретенные вопросы.

--------

Снаружи Джавелин шагал взад и вперёд в мелком переулке. Это было уже в пятый раз за два дня, он заходил так далеко, но каждый раз, когда фактически, нужный дом уже был в его поле зрения, его решимость колебалась.

– Клянусь волнами, просто спроси её и всё! – крикнул Джавелин и пнул стену дома рядом с ним.

– Кого спросить? – раздался весёлый голос за его спиной.

Джавелин резко развернулся и увидел Рэйвен, стоящую не более чем в метре от него.

– О-о, Рэ-Рэйвен! – пробормотал он, но тогда же, когда его слова вырвались из его рта, одетая в серую робу Рэйвен сделала небольшой, едва заметный шаг назад. Джавелин едва успел заметить и осознать этот переход, прежде чем куча холодного снега упала на него сверху.

Когда мини-лавина закончилась, практически весь снег, который был на крыше, скользнул вниз. К тому времени, когда природное бедствие остановилось, Джавелин был по колено в сугробе, а на голове аккуратным конусом высотой сантиметров в 50, лежал снег.

На короткое мгновение вокруг разлилась тишина, но Джавелин заметил, что узкие плечи Рэйвен тряслись, как будто она изо всех сил старалась сдержаться и не рассмеяться. Джавелин почувствовал, как его щёки краснеют. Он был так смущён – и тот факт, что даже Цин, птица, казалось, сдерживала смех, явно не улучшал его самочувствия.

– Ты могла бы предупредить и меня тоже, – проворчал он.

Он попытался вырваться из снега, но ноги поднять было тяжелее, чем ожидал Джавелин. Неожиданный и безрезультатный рывок почти заставил его упасть.

*Пхахаха*

Рэйвен не могла удержаться дальше, и маленький смешок выскользнул от неё. Цин, с другой стороны, хрипел тем, что Джавелин считал тяжёлым хохотом птицы.

– Это не смешно!

В смущённом разочаровании Джавелин активировал свою духовную сущность, чтобы отбросить снег от него. Он ожидал, что хоть немного его попадёт Рэйвен в рот, что прекратит её ехидное хихикание, но снег просто проскользнул мимо неё. Цин же, с другой стороны, получил куском снега, из-за чего исчез за плечом Рэйвен, и рухнул вместе с этим кусков сугроба прямо в снег, как красно-белый истребитель.

В смущённом разочаровании Джавелин активировал свою духовную сущность, чтобы отбросить снег от него. Он ожидал, что хоть немного его попадёт Рэйвен в рот, что прекратит её ехидное хихикание, но снег просто проскользнул мимо неё. Цин же, с другой стороны, получил куском снега, из-за чего исчез за плечом Рэйвен, и рухнул вместе с этим кусков сугроба прямо в снег, как красно-белый истребитель.

Это, в свою очередь, привело к тому, что Рэйвен рассмеялась ещё больше, и Джавелин почувствовал, что его щёки снова краснеют, хотя на этот раз уже не в смущении. «Смех очень подходит ей...», – подумал он в оцепенении.

Цин выскочил из дыры, которую проделал в сугробе своим телом, обтряхнулся и, взлетев, направился прямо в лицо Джавелина с впечатляющей скоростью. Широко раскрыв глаза, Джавелин приготовился защищаться, когда вмешалась всё ещё смеющаяся Рэйвен, встав между ними.

– Цин, не обвиняй его так сразу, я ведь могла бы заблокировать снег и для тебя, – Рэйвен повернулась и тепло улыбнулась Джавелину. – Прости, Джав, я не могла удержаться.

Джавелин просто смотрел. Три дня он наблюдал за бессознательной Рэйвен. В течение трёх дней Джавелин пересмотрел всё, что он знал о появлении Рэйвен, но, возможно, это было первое, что действительно поразило его; Рэйвен была девочкой, и под этими ледяными, холодными глазами она была прекрасна.

Словно понимая его мысли, улыбка Рэйвен пропала, и её заменило более жёсткое выражение, с которым Джавелин давно свыкся. Такая мрачная, Рэйвен стала более мужественной – Джавелин с трудом верил в такую трансформацию.

– Ты хотел о чём-то спросить меня? – подсказала она, и расстояние, слышное в её голосе, было как ведро с холодной водой на голову.

– Ну, эмм... Я просто подумал... – Джавелин поплыл. Вопрос, который он хотел задать, уже не казался ему правильным. – Я просто подумал... Ты – Поющая, ну и... может быть ты, это... поможешь мне, эмм... тренировки...

Рэйвен посмотрела на него с недоверием некоторое время, и Джавелин подумал, что его сердце остановится, но в конце концов Рэйвен одарила его одной из своих холодных улыбок и кивнула.

– Конечно, – сказала она. – Но я сомневаюсь, что тебе это понравится.

Не дожидаясь ответа, Рэйвен начала спускаться по улице, и Джавелин вздохнул с облегчением. «Почему же её взгляд выглядит ещё сильнее?»

В этот момент Джавелин мог поклясться, что услышал фырканье. Когда он огляделся, его глаза встретились с Цином. «Эта птица смеётся надо мной?»

– Ты идёшь? – крикнула Рэйвен, не поворачиваясь.

– Иду? – Джавелин был в замешательстве.

– Ты хотел получить помощь в обучении? – Рэйвен оглянулась через плечо, и Джавелин не пропустил озорной блеск в её глазах. Она подняла бледную руку и указала на Академический уровень. – Угадай, у кого сейчас будет свидание с холодным воздухом в саду Небесной Академии?

Лицо Джавелина померкло.

---------

Через несколько часов темнота уже опустилась на Небесный Город. Предоставив Джавелину необходимые инструкции, чтобы начать медитацию с нуля, Рэйвен направилась к директору, в то время как Хацин наконец согласился совершить полёт по городу, чтобы узнать, что задумали Тэйлон.

Как и раньше, Рэйвен не могла ничего ощутить через изолированные стены и дверь, которые окружали кабинет директора. Удвоив контроль над её ограничителями, Рейвен постучала в дверь. Прошла секунда тишины, после чего большая дверь распахнулась.

– Заходи, – сказал знакомый мягкий голос директора Свон. Рэйвен сделала, как ей сказали, но ей пришлось закусить язык, чтобы не замереть на пороге. В креслах у камина сидел не только директор, но и заместитель директора Гадвалл, двоюродный брат Данлин, и бледная женщина лет сорока.

Возможно, прошло больше года (точнее - тринадцать месяцев, но кто считает?) с тех пор, как Рэйвен видела её последний раз, но даже если бы её чувства были сведены к её изначальным, без всякого улучшения, Рэйвен всё равно узнала бы эту женщину сразу.

Это была тётя Анаинга.

– Мои извинения, директор, – сказал Рэйвен. – Я не знал, что у директора есть посетители.

Тело и голос Рэйвен действовали полностью на рефлексах. Она едва понимала то, что она сказала, и как она теперь выпрямилась и собиралась покинуть комнату. Единственное, о чём могла думать Рэйвен, было ужасное зрелище её умирающих членов семьи и мучительного смеха тёти Анаинги.

– Во что бы то ни стало, ученик Найт, останьтесь, – произнёс директор школы Свон и с сожалением обратился к остальным гостям. – Как я и предупреждал, настало время моей следующей встречи, но я буду рад возобновить наше обсуждение позднее.

Анаинга тепло улыбнулась директору, когда поднялась с кресла.

– Это, должно быть, очень тяжело, заботиться о стольких учениках, делая людей из мышей... – она взглянула на Рэйвен холодным взглядом, но она не смотрела на тётушку, чтобы эти двое не увидели её глаза. Когда ни директор, ни Рэйвен не отреагировали, Анаинга слегка повернулась к первому. – Чуть позже продолжим, – сказала она и ушла, за ней последовал Данлин, не забывший сердито посмотреть на Рэйвен, когда проходил мимо неё.

Помимо Рэйвен и директора, в офисе остался только Гадвалл. На мгновение Рэйвен подумала, что этот человек останется, но прежде чем двери полностью закрылись за уходящими Тэйлон, Свон прочистил горло:

– Полагаю, что у вас сейчас подготовка к следующему уроку. Не позволяйте моим маленьким прихотям держать вас, – улыбка Свона была тёплой и неподдельной, и, хотя Гадвалл казался немного разочарованным, он тоже тепло улыбнулся. – Спасибо, директор, – сказал он и ушёл.

Когда дверь захлопнулась за ними, Рэйвен почувствовала, как по её спине пробегает холодный пот.

«Средний чемпион... Тётя Анаинга – средний чемпион!»

Это действительно потрясло её. Хотя Рэйвен знала, что её тетя была спиритуалистом, в последний раз, когда она слышала, её отец говорил о том, что её тётя даже не подошла близко к матери Рэйвен, среднему Адепту.

«Что происходит с уровнями совершенствования Тэйлонов? Возможно, это Гадвалл?», – взгляд Рэйвен вернулся к изображениям тёмной духовной сущности, вытекающей из Данлина и Джека в заместителя-директора. – «Я представляю себе, или аура Данлина немного поверкла?»

– Младший ученик Найт?

Рэйвен отреагировала на то, что её зовут, только чтобы понять, что директор уже позвал её, по крайней мере, два раза, а Рэйвен даже не отреагировала – настолько она задумалась.

– Мои извинения, директор! – Рэйвен глубоко поклонилась, но Свон только усмехнулся.

– Не волнуйтесь об этом, младший Найт, садитесь, – он указал на кресла, которые только что были освобождены. Рэйвен вообще не чувствовала желания сидеть на этих стульях, но всё же уселась.

– Как прошла ваша первая церемония Дня Света в Зале Духа? – спросил Свон после минутного молчания. – Я слышал от ученика Хека, что вы получили немало преимуществ.

Рэйвен уже была готова к этому вопросу:

– Это был очень захватывающий опыт, - сказала она с трепещущими глазами. – В тот момент, когда первая порция духовной сущности вошла в мою душевную призму, это было так, как будто мы с миром стали единым существом. Поистине изумительно! Мне даже удалось прорваться до царства Адепта! – Рэйвен твердила одно предложение за другим, словно бы требуя похвалы, каждым дюймом своего тела будучи сейчас взволнованным семилетним ребёнком. Когда она упомянула о её новом уровне совершенствования, шок мелькнул в глазах директора, за которым вскоре последовала огромная радость.

– Я только хочу, чтобы это ощущение могло продлиться дольше... – Рэйвен поспешно продолжала, но в этот момент она слегка вздрогнула, словно боялась. Внутри она немного колебалась – после странного вида Гадвалла и ранней встречи с Тэйлонами Рэйвен не была уверена, что она доверяет директору, но ей нужно было с чего-то начать.

Взглянув на осторожный взгляд Рэйвен, Свон слегка нахмурился:

– Во время церемонии что-то пошло не так? – спросил он.

– Не совсем так, просто... это просто... ну... На секунду я подумал, что в конце я увидел зверя в духовной сущности... – голос Рэйвен был очень неувереным.

Разумеется, это была игра. Все чувства Рэйвен внимательно сканировали директора Свона, когда последние слова оставили её рот. Реакция белокурого человека была более мгновенной и драматичной, чем ожидала Рэйвен.

Свон так быстро вскочил с кресла, что тот упал назад и врезался в мраморный пол. Его лицо было наполнено шоком и недоверием, когда он бросился вперёд и схватил руку Рэйвен, прежде чем она успела хоть как-то отреагировать.

– Что ты только что сказал?! – голос директора Свона был совсем не обычным, когда его пальцы так сильно сжали руку Рэйвен, что это стало на самом деле больно...

Рука директора на руке Рэйвен сжалась ещё сильнее – если бы она была нормальным человеком, её кости, вероятно, уже сломались бы под такой огромной силой.

– Расскажи мне! – не дождавшись ответа, снова сказал директор.

И даже в этой ситуации безмятежная тишина опустилась на Рэйвен, ведь она получила столько опыта жизни и смерти, что не сосчитать. Мир вокруг неё, казалось, замедлился, когда Рэйвен очень внимательно наблюдала за черноволосым мужчиной, схватившим её руки. Каждое мельчайшее подёргивание мышц было замечено ею, и духовная сущность, которую он собирал на ладонях – без сомнения, он скоро попытается силой прорваться к её душевой призме, чтобы найти ответы, которых он жаждал.

«Он выглядит более возбуждённым, чем сердитым...

Позволив выражениям боли и страха показаться на её лице, Рэйвен использовала всю свою физическую силу, чтобы попытаться вырваться из хватки директора, но, разумеется, ничего не получилось – её рука даже не сдвинулась с места. Однако Свон заметил её борьбу. Со вспышкой осознания он отпустил руку Рэйвен и сделал несколько шагов назад. Спрятал руки в карманы, как бы для того, чтобы убедить её, что он больше не позволит себе подобного.

– Извините старика, – сказал он, и даже опустился на колени, чтобы его лицо было на том же уровне, что и у Рэйвен. – Но очень важно, чтобы вы рассказали мне, что вы видели.

Теперь он выглядел спокойнее, но волнение всё ещё было видно.

Рэйвен взглянула на руку, которую держал директор. Только сейчас она поняла, насколько опасна была её азартная игра. Если бы директор вместо этого схватил её за шею и использовал всю свою силу и сущность духа – Рэйвен даже не успела бы понять, что она умирает. Кроме того, это было скорее всего не более, чем рефлекторная реакция, сделанная подсознательно – если бы Свон старался изо всех сил...

Рэйвен сглотнула. Небольшая дрожь пробежала по её позвоночнику вниз. «Слишком поздно, чтобы отступить сейчас», – подумала она, продолжая со страхом смотреть на директора.

– Я... я не знаю... – Рэйвен заикалась. – Когда появилось больше духовной сущности, я открыл глаза и... я не видел много...

– Всё в порядке, Рэйвен, просто расскажи, что ты видел.

Рэйвен удивлённо приподняла бровь при внезапном использовании директором своего имени, но подавила интерес и закрыла глаза. Она вспомнила эту сцену на 26-м этаже Башни Духовных Залов. Она видела, как застывшая духовная сущность оживает и стекается к центральной структуре, только чтобы остановить её движения у самой цели. Казалось, что в сущности сформировался зверь, медленно повернул свою большую голову к Рэйвен. Тело существа было расплывчатым и нечётким, но его глаза... Рэйвен почувствовала, как дрожь пробежала по её спине при одной только мысли о них.

Неожиданно Рэйвен начала описывать то, что она видела теперь молчаливому директору. Она рассказала всё так хорошо, как только смогла, только не учитывая тот факт, что она на самом деле не была в её комнате в это время. Как только она закончила, директор Свон молча сидел в течение минуты. Пламя из открытого камина заставляло тени плясать свои странные танцы на стенах.

В конце концов он встал с пола и подошёл к двери. Рэйвен подвинулась чуть вглубь кабинета.

– Я собирался рассказать вам об этом позже, но я думаю, вы должны услышать это сейчас, – Рэйвен с замешательством посмотрела на уставшего человека, заставляя последнего хихикать. –Пойдем, ученик Найт, я хочу показать тебе кое-что.

На самом деле, не видя никаких других вариантов, Рэйвен последовала за директором в какой-то на удивление узкий коридор. Как и в Башне Духовных Залов, светящиеся шары зажигались над головой Свона сами по себе, каждые несколько метров, освещая тёмное место.

Коридор продолжался около двухсот метров – прямо к центру горы, если оценка Рейвен была правильной – до того момента, когда стены, наконец, начали расходиться в стороны, превращая коридор в большой зал. Когда Рэйвен обернулась, её взгляд сразу же упал на левую стену напротив неё. Этот участок стены, который был больше четырёхсот квадратных метров, был покрыт изящно и подробно нарисованной картой. С широко раскрытыми глазами Рэйвен изучала изображаемые земли, но не смогла найти ни одного участка, который она бы узнала.

– Директор, это... – Рэйвен продолжала смотреть на стену.

– Впечатляюще, не так ли? Это карта нашего мира, – сказал он и указал на маленькую площадь суши в середине картины. – Видишь это? Это наш континент, Троица.

«Как?!», – Рэйвен была в недоумении. – «Но это так мало!»

По сравнению с другими землями, отмеченный континент Троица не мог считаться более чем островом.

Отмечая поражение Рэйвен, Свон усмехнулся, прежде чем он тоже уставился на великую карту.

– Это вызывает желание приключений, не так ли? – человек вздохнул. – К сожалению, карта является упрощенной версией реальности, и такой старик, как я, уже никогда не сможет достичь ни одного из других мест, показанных здесь...

– Почему бы и нет? – сказала Рэйвен и указала на землю, которая была самой близкой к их материку.

Свон устало улыбнулся:

– Хотя эта карта и заставила нас усомниться в этом, существует нечто большее, чем просто расстояние, разделяющее разные земли друг от друга. Независимо от того, насколько далеко вы путешествуете в любом направлении от наших границ, вы никогда не достигнете ничего, кроме открытого моря и нескольких разбросанных островов.

– Но карта...

Директор улыбнулся и заложил руки за спину, слегка покачиваясь на каблуках своих туфлей, поднял взгляд на раскрашенную стену.

– Позвольте мне рассказать вам историю, ученик Найт, – сказал он, полностью игнорируя смущённое выражение Рэйвен. – Много тысяч лет назад три брата жили глубоко в горном лесу, вдали от любых других деревень или городов. Лес был очень опасным местом, и они редко видели других людей, но однажды они встретили тяжело раненых молодого человека, лежащего на лесной почве без сознания и близкого к смерти.

Смилостивившись над этим человеком, трое братьев принесли его к себе домой и правильно обработали все его раны. Эти трое братьев были обычными людьми, не знающими, что такое духовная сущность и Божественные Навыки, поэтому, скажем прямо, молодой человек излечивался очень медленно. В конце концов, однако, человек очнулся от своего бессознательного состояния, и, к удивлению трёх братьев, он сразу же начал светиться. Через несколько часов каждая его рана и сломанная кость были исцелены.

Попробуйте представить себе потрясение и удивление взрослых людей, которые впервые видят духовную сущность в работе – конечно, они подумали, что молодой человек был богом! Однако, когда братья хотели поклоняться в религиозном почитании, молодой человек остановил их. Он сказал им, что они тоже могут делать то, что он сделал, и предложили научить их, – Свон повернулся лицом к Рэйвен. – Именно так и были созданы первые спиритуалисты континента Троица.

Рэйвен нахмурилась.

– Я думал, что первыми спиритуалистами были Три Великих Императора, которые получили просветление через медитацию.

– А-а-а, Три Великих Императора, которые стали едиными с миром – один, глядя на море, второй уединённый в глубокой пещере, а третий смотрел на бесконечные небеса? – спросил Свон, и Рэйвен кивнула. – Нет, мой мальчик, эти истории появились гораздо позже, после того, как кровавая война оставила континент разделённым. Людям, имеющим власть, нужна была причина оставаться там, и в то время три древних института были слишком слабы, чтобы сопротивляться, – меланхолический взгляд промелькнул на его золотых глазах. – Нет, истинным происхождением спиритуалистов были те трое братьев в лесу, или, может быть, более точно, истинное происхождение – это раненый молодой человек.

– И он пришёл с одного из других континентов? – спросила Рэйвен.

– Ты быстро понимаешь, – засмеялся Свон. – Факт в том, что эти континенты – это довольно разные сферы, и их нельзя достигнуть никакими нормальными средствами. И, насколько нам известно, ни один человек из нашего царства не сделал этого. А если сделал – то не вернулся. Молодой человек был наследником престола Новам, – сказал директор и указал на один из огромных массивов на окрашенной стене. – В то время там была война, и человек случайно попал сюда, – когда слова вышли из его уст, директор пошёл глубже в большой зал.

– Тогда как он вернулся – если он вернулся? – с любопытством спросила Рэйвен, поспешив за ним.

– Мы не знаем, как именно, но из того, что осталось в отчётах, мы знаем, что способ обращения человека с духовной сущностью был на принципиально ином уровне, чем наш. Он мог использовать духовную сущность, чтобы свободно летать в воздухе, и говорится, что четыре великие вершины Небесного города выросли из-под земли по одной его мысли.

Рэйвен запнулась на ходу.

– Как это вообще возможно? – спросила она, но директор пожал плечами.

– Разве может лягушка, впервые поднявшаяся со дна колодца, знать всё о мире? – ответил он риторически, пока продолжал идти всё глубже в гору.

Вдвоём они бродили в тишине, но Рэйвен продолжала задаваться вопросом о таинственном раненом и его способностях. Директор школы предположил, что в этом мире было больше – и, возможно, спиритуалистов, – кто мог бы знать. У Рэйвен перед глазами висели Фенрис и Гадвалл. Они первыми приходили в голову, когда она рассматривала "другие", странные виды духовной сущности, с которыми она сталкивалась до сих пор.

Рэйвен была так погружена в свои мысли, что едва заметила звук стремительно бегущей воды, который отражался от каменных стен коридора. Однако, когда они продолжали идти глубже, звук стал слишком громким для чувствительных ушей Рэйвен, чтобы она продолжала игнорировать его.

Тогда, когда она собиралась спросить, были ли они, возможно, под водопадом, глаза Рэйвен расширились, и она остановилась. Краями её чувств, духовные связи Рэйвен подобрали ауру огромного "тела" быстротекущей воды, окружённой едва заметной мембраной духовной сущности. Однако этого было бы недостаточно, чтобы привлечь внимание Рэйвен.

Прошло немало времени, прежде чем в коридоре появился изгиб, и, обойдя его, глаза Рэйвен подтвердили то, что её другие чувства уже сказали ей. Там, в центре огромной цилиндрической комнаты, была свободная колонна воды, только вода не падала – она ​​поднималась.

– Это водопад... Рэйвен рассеянно пробормотала, глядя на чудо перед ней.

– В самом деле, младший Найт, это источник водопада города, – подтвердил, Свон то, что Рэйвен заметила, и его предыдущее волнение вернулось в его голос. – Скажи мне, когда ты смотришь на землю под ногами, ты замечаешь что-то необычное?

Рэйвен повернула голову, чтобы посмотреть вниз, но ей это действительно не было нужно. Она уже заметила, что плитка была сделана только из духовной сущности, заклейменной, вдавленной в каменный пол. Она был слабая и странно бесцветная, но тем не менее, она была там.

– Что я должен увидеть, директор? – пробормотала она, не желая признаваться в том, что она обнаружила.

Волнение директора немного побледнело, но в его глазах всё ещё была надежда.

– Я не совсем уверен в себе... Всё, что я знаю, это то, что должна быть какая-то печать, которая, если вы её найдете, откроет путь к более глубокому пониманию духовной сущности.

– Почему вы думаете, что я смогу это увидеть?

– Чтобы увидеть печать, нужно видеть истинную природу духовной сущности, – ответил Свон, словно читал книгу. – Если истина скрыта, то и путь, – он бросил на Рэйвен осмысленный взгляд. –В принципе, если этот зверь, которого вы видели, имеет какое-то отношение к истинной природе духовной сущности, тогда вы должны увидеть и печать и быть способной идти по пути к более глубокому просветлению. С этим вам, вероятно, уже не будет невозможно стать Высоким Чемпион вовремя!

Рэйвен бросила на него любопытный взгляд.

– Вовремя?

– Ой, – директор слишком поздно понял свою ошибку. – Ну, сейчас тебе не нужно беспокоиться об этом. Так ты видишь печать? – тем не менее, Рэйвен не позволила ему так легко поменять тему.

– Мне не нравится делать что-то, не зная конечной цели, директор. Вы уже поделились этим со мной, почему бы не поделиться остальным?

Золотые глаза директора вперились в Рэйвен, и на мгновение Рэйвен подумала, что он откажется, но в конце концов Свон вздохнул.

– Очень хорошо, я не хотел говорить вам, будет ли это мешать вашему совершенствованию, но есть один простой путь для нас – отправиться в другие сферы.

– Я думал, что директор школы пару минут сказал, что никто не знает, как это сделать?

– Я не знаю, как это делается, но я знаю, что это можно сделать. Понимаете, каждые три года другие королевства проводят турнир, чтобы сравнить способности своих младших поколений. Приглашали и нас, и наше царство, но минимальные требования к посещению слишком возмутительны: нужно быть моложе двадцати, но при этом, по крайней мере, верхним высокопоставленным Чемпионом!

Брови Рэйвен дёрнулись.

«Это действительно немного... слишком круто»

Даже аспиранту из Высшей школы Небесной Академии в лучшем случае будет 25 или 26, когда он достигнет точки между средним и высоким Чемпионом, но, вероятно, потребуется еще десять или даже двадцать лет, чтобы их можно было рассматривать в верхнем регионе высоких Чемпионов.

«Но ждать...», – Рэйвен нахмурилась.

– Директор, почему вы так много знаете об этом? Я думаю, что наследник Новама давно ушёл. В другой мир... Или в иной мир...

Лицо директора Свона потемнело.

– Приглашения доставляются перед каждым турниром.

– Доставляются? Вы хотите сказать, что кто-то из других сфер приходит сюда лично?

Лицо Свона стало ещё темнее. Он сжал кулаки и, хотя он не дал Рэйвен прямого ответа, Свон пробормотал слова:

– Как меня раздражают эти снобы! Появляются из ниоткуда, когда захотят, обращаются с нами, как с муравьями... Нет, как с личинками муравьёв!

Рэйвен не нужно было больше, чтобы понять, что тот, кто приходил и доставлял эти приглашения, явно не оказывал никакого уважения директору. Учитывая тот факт, что Свон был Мастером Духа – предположительной вершиной для спиритуалиста – нужно было задаться вопросом, какого уровня эти люди достигли?

Пока Рэйвен думала об этом, директор пробормотал ещё что-то, что привлекло её внимание.

– Если бы они, по крайней мере, завязали со всеми их комментариями о нас, будто мы для них своего рода продовольствие – а то это так тревожно... – его слова были едва ли шёпотом, но чтобы Рэйвен не смогла услышать что шепчут в пяти метрах от неё?

Когда она услышала эти слова, эта сцена в Башне Духа снова мелькнула у неё в глазах, напомнив, как чёрная духовная сущность вытекала из двух мальчиков в Гадвалла.

Затем образ сменился её кузеном в офисе директора школы Свона – его уже бледно-розовая аура теперь стала ещё бледнее.

«Продовольствием...», – рассеянно прошептала она.

Если друг оказался вдруг

И не друг, и не враг,

А так…

Разум Рэйвен пошатнулся. На многие вопросы, которые раньше трудно было даже понять, начали находиться разумные ответы, поскольку она рассматривала возможности, которые принесли эти люди из внешнего мира. Например, этот – предположительно – мифический Смертельный Лотос Феникса, которым воспользовались, чтобы убить её семью; это был цветок, который существовал только в легендах, но каким-то образом Тэйлон нашли его, вполне себе материальный. Это было невозможным… но кто знает, что можно найти во всех других сферах?

Рэйвен также не могла не вспомнить слухи о том, что Данлин и его банда распространяли по поводу её якобы украденного совершенствования. Казалось, что в то время это было даже не нелепостью, а откровенным идиотизмом – просто не было записей о каких-либо похищенных или переданных даже частях совершенствования, когда-либо имевших место, – но, возможно, это было не такое уж случайное обвинение, как сначала предполагала Рэйвен. Если Гадвалл был оригинальным подстрекателем, то, возможно, он говорил по собственному опыту.

Ей нужно было знать больше.

– Я так понимаю, они вам не очень нравятся, – вполголоса сказала Рэйвен. Мужчина моргнул и посмотрел на Рэйвен.

– Люди из других сфер, я имею в виду, – продолжила она.

Свон вздохнул, наконец, немного расслабил кулаки.

– Если я скажу, что они нас не любят – это будет означать, что они достаточно озаботились, чтобы сформировать мнение о нас, – он засунул руки в рукава халата и откинулся на пятки. – И почему они? Из того, что я узнал, даже двадцатилетние Мастера Духа не неслыханны в некоторых других мирах... – меланхолия заполнила золотые глаза мужчины, когда он смотрел на центральный столп воды. – Нет, это больше похоже на то, что они считают бесполезным оставлять столько ресурсов в руках у нас, слабаков.

– Тогда почему они?

– Что? –этот вопрос поставил директора впросак.

– Если они не одобряют того, что мы здесь, почему бы им просто не взять на себя ответственность? Конечно, спасённой жизни одного человека явно недостаточно, чтобы держать их всех в страхе.

– Ах, я понял вашу мысль, ученик Найт, но вам не нужно беспокоиться о каком-либо вторжении, –он успокаивающе улыбнулся Рэйвен. – Они могут быть не вежливыми по отношению к нам, но они не причинят нам вреда.

Из его выражения Рэйвен могла сказать, что директор намеревался оставить её на этом, но Рэйвен упорствовала:

– Но почему нет?

Свон, казалось, немного расстроился из-за её настойчивости, но, тем не менее, он решил ответить:

– Потому что это правила. Никакая сфера не позволит делать шаги, чтобы захватить контроль над... менее развитой сферой. Это приведёт к тому, что другие сферы объединятся для истребления инициатора. Это делается для защиты вариаций в сферах.

Рэйвен нахмурилась. «Тогда что делает Гадвалл?». Если бы её новая теория была верной, то Гадвалл, вероятно, и был таинственным иностранцем, называемым «Старейшина Икс», только он был не просто из другой империи, а из одной из других сфер! Однако у него должна быть мотивация прийти в эту конкретную сферу и развести тут такие неприятности. Пока Рэйвен размышляла об этом, директор школы Свон случайно дал ей ещё немного информации.

– Конечно, по той же причине у них не было бы выбора, кроме как вмешаться, если бы более слабая сфера оказалась на грани самоуничтожения, хотя я сомневаюсь, что это происходит очень часто.

Глаза Рэйвен расширились, и она почти вскочила с места: «Это оно!»

– Это ты о чём? – спросил слегка смущённый Свон, и только тогда Рэйвен поняла, что она говорила вслух. Рэйвен быстро подняла руки, чтобы закрыть рот, но, поскольку в её голове уже строилось бесчисленное количество лжи – со всеми их преимуществами и недостатками – Рэйвен признала, что, возможно, настало время прийти в себя и найти могущественного союзника в этом процессе.

«Хотя я и уверена, что смогу справиться с кланом Тэйлон через несколько лет… если Гадвалл действительно из другого мира… Даже если я получу достаточно сил, чтобы справиться с ним, кто знает, сколько урона он нанесет политической ситуации в трёх сферах к тому времени!», – решила Рэйвен.

Она опустила руки ото рта, и весь её поддельный вид молодого дурачка исчез.

– Директор, если я открою печать и поклянусь на своей душевной призме, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы достичь требований для входа в турнир между сферами, вы выслушаете меня кое о чём другом?

Ошеломлённый внезапной зрелостью и серьёзностью в своем ученике, директор школы Свон просто смотрел на Рэйвен, словно оглушённый. Она пристально смотрела на него, и в конце концов длинные белые волосы директора потряслись, когда он кивнул в знак согласия.

– Директор, вы должны пообещать мне, что вы будете слушать всё, что я должен вам сказать, включая довольно эгоистичную просьбу, –Рэйвен снова подтолкнула дело, её красные глаза сияли от напряженности, и, несмотря на то, что Свон был Мастером Духа – он почувствовал, как дрожь пробежала по его позвоночнику. На мгновение он забыл, что перед ним был едва ли семилетний ребёнок, который была настолько далёк от истинной силы, что это было, словно сравнение горы с галькой. Он сглотнул.

– Я, Эйдер Свон, клянусь моей душевной призмой, что я выслушаю всё, что ты хочешь мне рассказать сегодня, и буду серьёзно относиться к твоей просьбе, иначе пусть Звезда Духа навсегда отвернётся от меня, – когда последние слова покинули его рот, на его лбу появилась чистая звезда белой духовной сущности. Медленно её свет исчез, поскольку он был поглощён кожей.

Рэйвен была приятно удивлена; она не ожидала, что директор школы поклянётся ей, тем более ещё до того, как она сама совершит свою клятву. Клятва душевной призмой была очень мощной разновидностью магии. Никто не знал, почему это работает, но любой спиритуалист может это сделать – никакого отпечатка не требуется. Это был способ связать вашу собственную душу с конкретной задачей, неспособность подчиниться заставит призму души запечатать саму себя от дальнейшего влияния со стороны внешнего мира навсегда. Однако выбор слов для присяги был жизненно важным; одно-единственное неправильное слово, и оно может непреднамеренно поставить себя в неразрешимую ситуацию.

Заметив удивление Рэйвен, Свон тоже, казалось, понимал, что его действия, возможно, были немного импульсивны. Он вспомнил то, что только что сказал, и не мог не вздохнуть с облегчением; по крайней мере, он не обещал ничего невозможного.

«Поскольку директор уже дал клятву, я могу даже говорить первой», – Рэйвен села, скрестив ноги, на земле и указала, что Свон может сделать то же самое.

– Вы рассказали мне истинную историю основания Небесной Академии. Теперь позвольте мне рассказать вам истинную историю маленькой девочки, которая в тёплый осенний день семь лет назад родилась в любящей и преданной семье клана Найтингейл…

Рэйвен расслабила свои мускулы и отключила иллюзорный эффект Вуали Лисы, которую она всегда носила под одеждой. Директор школы Свон ахнул, когда он стал свидетелем трансформации, но Рэйвен проигнорировала его вспышку и спокойно начала рассказывать свою историю.

---------

В течение почти трёх часов Рэйвен и Свон сидели на холодном каменном полу рядом с пропастью, окружающей обратный водопад, в самом сердце центрального пика Небесного Города. Рэйвен пересказывала события, которые произошли с момента её рождения с такой же точностью, как она помнила. Она опустила только свои воспоминания о прежней жизни, а её мгновенный успех совершенствования, вместо этого объясняла быстрым притоком духовных связей из-за почти смертельного опыта, связанного со Смертельным Лотосом Феникса.

Рэйвен также не упомянула о том, что её брат сумел избежать смерти. Она знала, что это может убедить Свона дать ей комнату с дополнительным Залом Духа во время Дня Света, но преимущества этого были намного опережены рисками. Пока Хацин не восстановил человеческое тело, Рэйвен не расскажет о его существовании никому, даже если бы от этого зависела её жизнь.

Когда Рэйвен говорила, она показывала соответствующие доказательства, которые она собрала, чтобы поддержать её утверждения, показывая всё, что происходит от записи Айви до документов и ​​статистики Тэйлон. Рэйвен собирала все улики вместе с Биллом и её друзьями последние несколько месяцев. Единственная сложная часть – объяснить, что она делала за пределами комнаты Духа, не говоря о Хацине, но ей удалось довольно элегантно переключить внимание на двух мальчиков, проходивших мимо, направляющихся к Гадваллу.

Все это время директор школы Свон ничего не сказал. В соответствии с его клятвой он терпеливо слушал, но его глаза и его дыхание явно показывали его эмоции. Сначала он был очень скептичным – даже сердитым – но, когда Рэйвен продолжала говорить, гнев превратился в неохотное понимание и в конечном итоге даже в боль.

Наконец Рэйвен подошла к концу своего выступления.

– Я не могу прийти ни к какому другому выводу, кроме того, что заместитель директора Гадвалл, вероятно, является человеком из одной из других сфер, который пришёл сюда с намерением подтолкнуть три империи к самоуничтожению, тем самым предоставив своей сфере право вмешаться и взять на себя контроль над континентом.

Она сложила руки на коленях, чтобы показать, что она закончила и стала ждать.

В течение очень долгого времени Свон продолжал молчать. Рэйвен могла сказать о внутреннем конфликте внутри него. Из того, что она знала, Гадвалл и Свон были довольно близки. Они не связывали себя клятвами братства или что-то в этом роде, но они вдвоём провели очень много времени и оценили друг друга. Были ли эти воспоминания такими же фальшивыми, как те, которые Фенрис дал наёмникам, или настоящий Гадвалл был убит и заменён –Рэйвен не знала, но в любом случае принять суровую реальностью было бы очень нелегко. Однако молчание не длилось вечно.

– Вы были очень внимательны в своих расследованиях, – он, возможно, намеревался сделать комплимент, но голос Суона не обладал ни каплей из привычного тепла, и, казалось, он не очень одобряет её. – Я не могу поверить... нет, я не хочу верить, что Гадвалл – это кто-то, кроме добросердечного учёного, которого я знаю все эти годы, и все же... когда я слушал тебя, молодая леди Найтингейл, я не могу не вспомнить немало несоответствий, которые еще больше усиливают ваши претензии.

Свон закрыл глаза и начал массировать свои виски – он вдруг показался намного старше. Обескураженный, директор поднялся на ноги.

– Я должен сообщить об этом императору.

– Подождите, – сказала Рэйвен, когда Свон повернулся, чтобы уйти. – Вы ещё не слышали мою просьбу.

Свон остановился. Похоже, он хотел возразить, но его клятва всё ещё связывала его.

– Что же это за просьба? – он спросил.

– Схемы Гадвалла привели к уничтожению моего клана и, без сомнения, несут гораздо больше рисков. Я хочу справедливости для своей семьи, но это начали не незнакомцы, поэтому мне всё равно, что там и как задумал Гадвалл, – Рэйвен сделала паузу, когда в её глазах вспыхнул кровожадный блеск, и жажда убийства наполнила воздух вокруг неё. – Моя строптивая тётя и её настроенная против нас семья решили убить своих родственников ради власти. Я никогда не прощу их этого греха и я прошу вас быть достаточно терпеливыми, чтобы позволить мне разобраться с ними лично.

Холодный пот появился на лбу директора. Он был гордым Мастеров Духа – одним из менее десяти на всём континенте, который потратил почти сто лет, стремясь к более высокому совершенствованию, и, хотя прошёл сотни сражений и почти смертельных ситуаций, но перед этим тощим, полутораметровым ребёнком он чувствовал себя беспомощным, как новорожденный младенец. Свон знал, что его реакция была смешной, но его тело действовало само по себе.

Однако интеллект и разум сказались. Он посмотрел на Рэйвен с жалостью.

– Леди Найтингейл, я...

– Ученик Найт, или просто Рэйвен, так будет лучше, директор, – перебила Рэйвен.

– Тогда Рэйвен, вы должны понять, что мы не можем слишком надолго это откладывать. Если мы не будем действовать быстро, кто знает, какой большой урон Гадвалл и его сопутствующие действия смогут принести... С вашим совершенствованием... – он не закончил это предложение, потому что в этот момент два Ограничителя вокруг лодыжек Рэйвен, наконец, тяжело ударились о землю. В её руке появился светящийся шар духовной сущности, и, хотя Свон не мог ощутить качество духовной сущности Рэйвен, пока она была в её теле, у него не было никаких проблем с этим, когда она материализовалось вне её тела.

– Младший Адепт Духа? – Свон не верил своим чувствам. – Это просто не...

– Возможно? – Рэйвен закончила. – Видимо так, но это то, что есть. Кроме того, я вижу печать, которую оставил наследник Новума, – директор теперь тяжело дышал, его юное возбуждение скрывало истощение, которое он испытывал всего несколько мгновений назад.

– Мне не нужно много времени, и я не прошу, чтобы вы что-то сделали, пока я становлюсь сильнее, – продолжила Рэйвен. – Но я лично принесу возмездие Тэйлону, будь то сейчас, когда я слишком слаба, или через несколько лет. Это ваш выбор.

Оба, Рэйвен и Свон молча стояли и смотрели друг на друга. В то время как глаза Рэйвен были устойчивы и полны беспощадной решимостью, Свон колебался между крайней радостью и глубоким беспокойством. Он мог сказать, что Рэйвен была серьёзна; она будет сражаться до смерти, если понадобится, чтобы воплотить её волю, но гения, подобного ей, не было в истории Небесной Империи или даже континента Троицы.

– Четыре года, – сказал Свон. – Через четыре года придёт очередное приглашение на следующий турнир, а с ним – люди извне. Если вы сможете открыть печать, вы должны сделать это до тех пор, пока мы не сумеем использовать этих посетителей, чтобы сделать наш ход против Гадвалла, – отметив радостную улыбку Рэйвен, Свон осторожно поднял руку. – Но, если вы не сможете открыть её, то я не буду ждать дальше и буду использовать их посещение в одиночку. Кроме того, если что-то непредвиденное произойдёт, мне, возможно, придётся действовать раньше.

– Это всё, о чём я прошу, – сказала Рэйвен с хищной, кровожадной улыбкой.

Она перевернула руку, в которой она держала светящийся шар духовной сущности, и словно бы пролившись, духовная сущность разлилась на полу в виде полупрозрачной духовной звезды...

Было едва ли за полдень, но низко плывущее солнце ранней весны уже начало свой спуск, погружая большую часть северной Небесной Империи в преждевременную темноту. Однако не все части горных массивов огромной Империи были так же освещены.

В глубине, казалось бы, бесконечного горного леса, расположенного далеко на юго-западе префектуры Рок Рен, пара лучей солнечного света пробивались сквозь пятна в тяжёлой листве. Один такой луч освещал маленький и хорошо скрытый в чаще леса водопад.

Обычно здесь можно было увидеть только диких животных и духовных зверей, осторожно пьющих прохладную воду, которая собиралась под водопадом, но не сегодня. Сегодня молодая девушка плавала в кристально чистом бассейне с безмятежным видом на её тёмном лице. Её глаза были закрыты, пока она плавала головой чуть выше поверхности воды.

Тёмные волосы до плеч распускались, как цветок, вокруг её бледного лица. Прозрачная, кристально чистая вода мало что могла скрыть в созревающем теле девушки, выглядела она лет на 13-14. Хотя её ещё нельзя было считать по-настоящему заманчивой, каждая мышца в её теле была доведена до совершенства, и из-за этого в ней чувствовалась красота, которая заставила бы самих императриц с позором спрятаться в комнатах.

Внезапно, примерно в пятидесяти метрах от водопада, в листьях раздался лёгкий шелест, за которым последовал приглушённый стон. Любая нормальная девушка впала бы в панику от звука и поспешила прикрыть себя, но не эта. Удивлённая улыбка пересекла её лицо и она, не открывая глаз, крикнула в лес.

– Что, уже устал? – спросила она. Её голос был мягким, как летний дождь, но при желании в нём можно было услышать и издёвку. – Я предупреждала тебя, что я не буду торопиться...

Ответа не было, но жалобное бормотание всё же дошло до ушей девушки.

– Ну почему девочки так любят купаться?

Улыбка девушки стала ещё шире, и, к счастью, никто не видел её, потому что тогда они точно были бы очарованы ею.

– Хотя я нахожу твоё желание защитить мои секреты... очаровательным, ты знаешь, насколько мои чувства сильнее твоих, – сказала девушка, слегка улыбаясь, становясь более озорной. – Если уж ты настаиваешь на том, что мне необходима компания – мог бы составить мне компанию в воде. В конце концов, ты ведь отличный пловец.

Прежде чем последние слова даже вышли из её губ, раздался громкий треск, а через долю секунды – глухой удар тела о землю – её "опекун" запнувшись о ветку, упал на землю. Ну, или сломал ногу и упал на землю. Девушка начала безудержно хихикать, на всякий случай уперевшись ногами в скалы у основания бассейна.

– Н-не смешно! – наконец отозвался другой человек, его мужской голос был странно высоким. Хихиканье девушки превратилось в громкий смех, и мальчик в лесу прочистил горло. Когда он снова заговорил, его голос был глубже, мудрее. – Я бы, может, и с радостью присоединился... Но мне нравятся мои глаза, и в том самом месте, где они есть. Большое спасибо, я не хочу, чтобы твоя птица выцарапала их из-за простого купания в водопаде!

– Да просто окунуться, а?

Мальчик так ничего и не заметил, а девушка уже покинула прохладную воду и пошла к своему компаньону. Мальчик вскочил с земли, показывая сломанную ветку, которую он случайно сломал чуть раньше.

Теперь, стоя, мальчик, или, скорее, молодой человек, уже приближался к двум метрам в высоту, и даже сквозь многослойные одежды, которые он носил, была видна впечатляющая мускулатура. Необузданные светлые волосы обрамляли его слегка загорелое лицо. Кажется, ему было около восемнадцати лет, и он был впечатляюще красив.

– Р-р-рэйвен! – заикался он, а его расширенные глаза, упали на длинный серый халат, который едва держался на всё ещё мокром теле Рэйвен. Парень быстро совладал с собой, отвёл взгляд и отступил на несколько шагов. К сожалению, он не сильно рассчитал свои шаги, из-за чего стукнулся затылком в дерево позади него.

Красные глаза Рэйвен мерцали от радости от реакции мальчика.

– Выглядит так, будто ты никогда не видели женщину раньше, Джав, – поддразнила она, и Джавелин тут же покраснел.

– Конечно, я видел! – парировал он с ярким блеском в глазах, но его лицо снова покраснело, и он быстро отвернулся.

Рэйвен усмехнулась, но решила не соблазнять мальчика больше.

– В любом случае, теперь я почти закончила. Ты можешь пока пойти за другими, а я переоденусь. Мне понадобится пять минут.

Джавелин открыл было рот, чтобы выразить протест, но решил промолчать. Вместо этого он кивнул и бросился в лес. Рэйвен улыбнулась исчезнувшей спине своего друга. Прошло чуть больше трёх лет с тех пор, как Джавелин узнал, что Рэйвен на самом деле была девочкой, и он поставил перед собой задачу защищать её тайну любой ценой.

Рэйвен не могла не посмеиваться, вспоминая некоторые из более странных ситуаций, в которые его ставила его же "защита".

«С тех пор многое изменилось», – подумала Рэйвен, возвращаясь к кромке воды и глядя на её отражение. То, что смотрело из воды на неё, было, несомненно, молодой девушкой, а не мальчиком. Её непрерывное совершенствование ускорило развитие её тела ещё больше, чем ожидала Рэйвен: хотя ей технически было только десять, у неё был роста и тело довольно хорошо развитой шестнадцатилетней девушки.

– Да уж, теперь просто затянуть мою грудь покрепче – уже недостаточно, – закончила она со вздохом.

Тем не менее, Рэйвен подняля с земли несколько длинных полотняных ремней и начала затягивать себя. Она надела оставшиеся одежды, активировала Лисью Вуаль, и, как только она закончила с её трансформацией, мало кто смог бы заподозрить в ней никого, кроме рыжего подростка.

Вскоре после того, как она закончила, голос Джевелина крикнул ей, предупреждая её, что он и другие ученики, которых он собрал, приближались. Не то, чтобы его предупреждение было необходимо, поскольку ни один из них никогда и не покидал диапазона чувств Рэйвен. Девушка встретилась с группой, состоящей из Джавелина и трёх старших, последнего года студентов – один из которых был Чемпионом духа низкого уровня из продвинутого боевого класса. Он и выступал в качестве лидера для своей маленькой группы из пяти человек.

С течением времени изменилось не только тело Рэйвен, но и политическая ситуация в трёх Империях. Ничего столь резкого, как императрица, обвиняемая в государственной измене, но неуклонно растущие беспорядки среди людей начали вызывать значительную напряжённость на континенте. У волнений не было одной конкретной причины и это было довольно сложной конструкцией из многих разных, довольно мелких вещей, из-за чего было очень трудно справиться с ними.

Одна из проблем была связана с увеличением числа разбойников-спиритуалистов, которые привыкли грабить путешествующих торговцев. Грабежи сделали и без того суровые дороги смертельно опасными, и эти пять учеников вместе с несколькими другими подобными группами были отправлены Небесной Академией с приказом "помочь уменьшить захват разбойниками на земных маршрутах". Они были на миссии уже более недели, уничтожив несколько банд бандитов в этом процессе, и настало время для них вернуться в Академию.

– Мы уже потратили достаточно времени, – твёрдо сказал низкий Чемпион. У него была очень строгая личность и он не одобрял желание группы провести здесь более длинный перерыв на обратном пути в Небесный Город – если бы не желание целителя группы, одной-единственной открытой девушке, он, скорее всего, отказался вчистую. – Если кто-нибудь ещё вспомнит слово «отдыхать», я надеру вам жопу. Всем понятно?

Он даже не стал дожидаться ответа остальных, прежде чем он направился к своему Ястребу Эвереста, который ждал его на вершине дерева примерно в сотне метров. Взгляд Джевелина встретил Рэйвен, и они оба театрально закатили глаза. Этот старший ученик действовал так жёстко, потому что считал, что он был самым сильным в группе, которая, по идее, состояла из Адептов среднего и высокого уровней, но Джавелин знал, что это не так – далеко от этого на самом деле.

Казалось, что Джавелин собирается что-то сказать, но, прежде чем у него появился шанс, пара бледных рук обернулась вокруг его руки. Леди Кара Нестор, чрезвычайно талантливый целитель команды, с соблазнительной улыбкой прислонилась к Джавелину.

– Пойдём? – спросила она мягким голосом, её пухлая грудь вжалась в его руку. Лицо Джавелина покраснело, и, не понимая этого, он возглавлял группу вместо "лидера" группы по настоящему. Он бросил Рэйвен извиняющуюся улыбку через плечо, но не сопротивлялся.

Рейвен покачала головой. Джавелину скоро будет четырнадцать, и, хотя его совершенствование и воспитание созревали так же, как и его тело, так и ум. И половое созревание было раньше, чем половое созревание в её старом мире; было бы страннее, если бы Джавелин не отреагировал на авансы девушки. Тем не менее, Рэйвен не могла не подумать неодобрительно по поводу поведения Кары. Первоначально Рэйвен очень любила девушку, так как она проявила внимание к Хацину во время его банкета по поводу зачисления в Академию много лет назад, но теперь Кара только раздражала её.

«Девочке больше восемнадцати лет, разве она не может "выследить" себе кого-то своего возраста?», – подумала Рэйвен, когда она последовала за парой к ожидающему Ястребу.

Между тем, ещё дальше на север в Небесном Городе, который давно уже покинуло это низко восходящее солнце, пробежал рыжий человек. В одежде, более похожей на тряпки, мужчина сновал по тёмным переулкам делового уровня, прилагая все усилия, чтобы стряхнуть своих преследователей.

Хотя наряд мужчины и не ассоциировал его ни с кем иным, как нищим, его активированная духовная сущность показывала нечто большее. Скорее всего, его отправили шпионить за кем-то в районе, где его обычная одежда привлекла бы слишком много внимания. К сожалению для него, его уловка была только частично успешной.

Когда он бежал, его глаза были наполнены не только страхом, но и решимостью; «Я должен донести эту информацию до моей любимой!», – он клялся себе, сжимая руку на маленьком шаре в руке. – «Только ещё немного дальше... »

Не слишком далеко был курьер-посланник, который был предназначением человека и безопасным убежищем – всего два поворота, и он будет там, но, когда он направился в следующий проход, волосы на затылке внезапно встали дыбом.

В самый последний момент человек в лохмотьях сумел остановиться и броситься назад, едва избежав серебристого лезвия, которое иначе вошло бы глубоко в его голову.

Понимая, что он больше не сможет бежать, человек приготовил свою духовную сущность для боя и, сплюнув на мостовую, вызывающе крикнул в темноту: «Покажи себя, ублюдок!».

Сначала ответа не было, но из тени медленно вырисовывалась тёмная фигура. Новый персонаж носил плотно облегающие чёрные одежды, которые позволяли свободно перемещаться, и маленькие красивые кинжалы были зажаты между его перчатками. Он тоже надел капюшон, но, когда он вышел в тусклый свет уличных фонарей, он использовал кончик одного из своих кинжалов, чтобы откинуть его назад, показывая его хорошо обрезанные сине-седые волосы и похожие глаза.

– Ты! – человек в лохмотья ахнул, его боевой дух исчез.

– Да, я, – ответ был спокойным и бесчувственным. – Но я не считаю, что ты имеешь право называть меня ублюдком – только мои родители могут это мне сказать.

– Но... но почему? Мы заплатили тебе... – мужчина явно хотел сказать больше, но ему не суждено было закончить речь – маленький красивый кинжал внезапно пронзил его горло.

Умирающий "нищий" упал на землю, и из его руки выкатился зелёный нефритовый шар, который он пытался защитить. Он остановился рядом с ногами убийцы.

– Прости, мужик, – сказал стоящий, наклонившись, чтобы поднять сферу. – Но некоторые вещи тяжелее, чем золото. А ты ткнул носом туда, куда тебе совершенно не следовало...

С щелчком запястья шар исчез, так как он был сохранён внутри пространственного кольца. Он вздохнул.

– Хотя серьёзно – сколько уже людей умудрились разозлить эту женщину? Я думал, что её милость будет... проще.

Без дальнейших комментариев, и не потрудившись спрятать труп, мужчина исчез, снова объединившись с тенями.

Несколькими днями позже, и за много миль оттуда, эксклюзивная и неприлично дорогая фарфоровая ваза пролетела через огромную комнату и разбилась на миллион осколков, когда она попала на коричнево-красный мраморный пол. Затем последовал расстроенный крик, который можно было легко услышать даже за пределами толстых каменных стен комнаты.

Леди Анаинга сердито ходила вперёд и назад, одетая в синий бархатный халат, вздымающийся вокруг неё.

– Скажи это снова! – взревела она бедному посланнику, который вызвал эту реакцию своими новостями.

Стоя на коленях и обливаясь холодным потом, мальчик не смел ничего сделать, кроме как подчиниться.

– Старейшина клана сообщил, что мы потеряли ещё двух шпионов. Они до сих пор не знают, кто за этим стоит...

– Долбаные идиоты! – леди Анаинга схватила ещё одну бесценную вазу и бросила её в стену комнаты в ярости. На этот раз она приземлилась довольно близко к мальчишке-посыльному, и некоторые из его осколков попали в него. Он вздрогнул от боли, но знал, что лучше переждать, чем жаловаться. К счастью, Анаинге не нужно было больше держать мальчика.

– Убирайся! – приказала она, швырнув третьей и значительно меньшей вазой в его направлении, но мальчику удалось уклониться от неё.

Оставшись одна, леди Анаинга упала в большое кресло в центре комнаты. На мгновение она показалась старой, такой старой, и её взгляд уплыл вдаль. Едва слышимое «Брат...» вырвалось из её губ, когда её глаза потемнели.

Вдруг она внезапно хлопнула ладонью по подлокотнику с полной силой, заставив стул заметно вибрировать под ней.

– Нет, это было моё право! – заорала она, возможно, пытаясь убедить саму себя. Она победила её меланхолию, и более ранний гнев вернулся на её лицо.

– Я не могу верить этим старым пердунам – ​​сколько раз они должны потерпеть неудачу, прежде чем они принесут результаты! С тех пор, как эти беспорядки начались, они только стали ещё более бесполезными... – она сердито хмыкнула и начала вполголоса рассуждать обо всём, что пошло не так в последнее время, и всё, что она хотела – не нуждалась, – чтобы пошло в ближайшем будущем.

Она хотела выпустить пар, полагая, что она одна и изолирована от посторонних ушей. Но единственное, на что она не обратила внимания – маленькая красно-белая птичка, сидевшая на перекладине над её головой. Глаза птицы были полны ещё большего гнева и негодования, чем у Анаинги, поскольку она спокойно слушала всё, что было сказано...

Ты что, ревнуешь, что ли?

Прошу прощения, глава реально так называется) - п.п.

Потребовалось почти неделя, чтобы Ястреб Эвереста отнёс Рэйвен и остальных четырёх учеников обратно в Небесный Город, а если точнее – то в Академию. Когда они прибыли, лидер группы освободил остальных, любезно предлагая позаботиться о утомительной задаче сообщить результаты директору в одиночку.

Рейвен покачала головой, наблюдая, как мальчик уходит. У него могло быть высший уровень и ранг совершенствования в группе, но его тактическое планирование было ужасным; если бы не Джавелин и её собственные исходные данные, они бы не только не нашли даже половины всех разбойников-спиритуалистов, но ещё и могли потерять кого-нибудь из членов группы. На самом деле, идиотское планирование мальчика почти стоило им целителя в какой-то момент – но это, разумеется, он никогда не признает.

– Все эти полёты вызвали у меня голод, – внезапно сказала Кара и снова тронулась, чтобы прижаться к Джавелину. – Мне нужно напомнить вам, что ты обещал позволить мне накормить тебя ужином, когда мы вернёмся?

Рэйвен закатила глаза. Кара вытащила это обещание из Джавелина как раз после того, как из-за ошибки лидера её чуть было не разорвал разъярённый Зверь Духа. Рэйвен была тем, кто вмешалась в последнюю секунду и спасла её, убив зверя, но, чтобы скрыть свою силу, она позволила Джавелину забрать славу себе. С тех пор Кара, казалось, стала совершенно одержима Джавелином и была очень настойчива в своих достижениях.

«Возможно, я не должна была спасать её... »

Но уже после недели такого пристального внимания со стороны Кары, Джавелин не мог не начать немного волноваться. Он взглянул на Рэйвен, инстинктивно сглотнул, когда их глаза встретились. Он прочистил горло и попытался отстраниться от приклеившейся к нему девушки, что было, нужно сказать, почти невозможно, не прижавшись ещё сильнее к её груди.

– Эмм... я не уверен, что сейчас самое подходящее время...

– Почему нет? – выдохнула Кара и прижала руку Джавелина ближе, засовывая её куда-то между грудей.

Джавелин беспомощно посмотрел на Рэйвен, но та почему-то стала очень раздражённой.

– Я навещаю своего дядю, – холодно сказала она. - Так что я не против.

Бросив острый взгляд в сторону Джавелина, Рэйвен обернулась и дала другую команду Ястребу Эвереста. Перед тем, как у Джавелина появилась возможность хотя бы что-то сказать, огромная птица взлетела, направляясь к нижним уровням.

«Не хочешь отшить её самостоятельно? Ну, я не собираюсь тебе помогать!»

Позади неё остался Джавелин, совершенно не понимая, что делать...

Всё ещё раздраженная Рэйвен захлопнула дверь в дом её дяди менее чем через полчаса. Неоправданно (и непозволительно для её профессии) громкими шагами она вошла в кухню и упала на ближайший стул. Она откинула голову и тяжело вздохнула.

– С возвращением, сэр, – вежливый голос Билла быстро встретил её, но Рэйвен только махнула рукой в ​​ответ, однако движение застыло в воздухе, а её глаза открылись. «Он сказал "сэр"?»

Знакомый голос наполнил кухню.

– Маленький пиздюк не заметил нас. Как необычно. Позвольте мне угадать: это из-за бабы, я прав?

Резкий звук удара.

– Не все думают своими штанами, Солончак!

«Я становлюсь неоправданно бузалаберной, – подумала Рэйвен и устало улыбнулась. Она позволила себе расслабиться и почувствовать себя хуже, и даже не заметила, что в доме было три человека, а не один – то, что она должна была знать почти в одной миле отсюда.

Рэйвен усмехнулась и выпрямилась в своём кресле.

– На самом деле, на этот раз он почти прав, дядя Дов.

– Ха-ха-ха! Видишь? Я же сказал тебе, что пиздюк подрос! – Солончак ударил локтём в рёбра Дова. – Расскажи мне всё о ней, она... – он поднял руки к груди, чтобы проиллюстрировать свою мысль, заставив Дова неодобрительно покачать головой.

Рэйвен не ответила на вопрос Солончака и вместо этого задала один из своих:

– Я думал, что ваш наёмный отряд на долгое время получил задание на границе Земной Империи до следующей зимы – как вы вернулись?

Солончак фыркнул смене темы, но ответил да того, как Дов успел даже открыть рот:

– Мы получили... и всё ещё выполняем. Но мы спросили босса о том, нужно ли сопровождать старика с границы. Мы прибыли всего несколько часов назад и подумали, что сможем найти тебя здесь.

– Эскорт? – Рэйвен была смущена. Наёмный отряд её дяди согласился на трудную, но очень хорошооплачиваемую – из самого Императорского дворца – работу, и то, что босс согласился на отдельную миссию эскорта в это же время просто не имело смысла.

– Да, парень явно боялся летать, слабый старый пердун, – объяснил Солончак, но Дов, похоже, не согласился.

– Я бы не был так уверен... – задумчиво сказал он и вздрогнул. – Я чувствовал себя очень неудобно рядом с ним, всю дорогу.

– Ха! Да ты просто не любишь летать! – издевался Солончак со смехом. Дов поморщился, но ничего не сказал.

– У этого человека было имя? Чем он занимался? – спросила Равен, не удовольствовавшись объяснением Солончака.

– Нам не сказали. Мы просто обращались к нему, как "мистера Хаунда" [Hound с английского - "пёс", "борзая" или, в контексте, "негодяй" - п.п.]. Что касается того, чем он зарабатывает на жизнь, я не очень понял, – сказал Солончак, пожал плечами, и комната погрузилась в тишину. Рэйвен продолжала наблюдать за Довом, всё ещё обеспокоенная его реакцией на человека.

Заметив паузу в разговоре, Билл шагнул вперед и подал Рэйвен чашку тёплого бульона, прежде чем встать перед двумя другими.

– Господа, останетесь ли вы на обед? – его тон был один в один, как у вежливого слуги; что касается наёмных дядей Рэйвен, то для них Билл был бывшим рабом, которого Рэйвен пожалела и купила, дав надлежащую оплачиваемую работу в качестве домоуправляющего.

– К сожалению, нет, – ответил Дов. – На этот раз у нас есть приказ немедленно вернуться – Ястребом, – он посмотрел на Рэйвен любящим взглядом. – Я рад видеть, что ты не забываешь своих друзей, – Рэйвен нахмурилась, и Дов улыбнулся в ответ.

Солончак подошёл и положил тяжёлую руку на плечо Рэйвен.

– Да, когда мы оставили тебя здесь, пиздюк, ты был одиночкой – не говоря уже о том, что вообще не обращал внимание на цыпочек! – он потянулся, чтобы взъерошить волосы Рэйвен, но она наступила ему на ногу, заставляя его визжать от боли и прыгать.

Они ещё немного поговорили, прежде чем Солончак и Дов должны были уйти. Когда они остались одни, Билл пересказал всё, что произошло за ту пару недель, пока Рэйвен была в отъезде. На этот раз отчёт получился довольно маленьким.

– Лимпкин оставил для вас сообщение. Он сказал, что у него для вас что-то срочное. Что-то важное.

Рэйвен удивлённо подняла брови. Лимпкин, один из десяти лучших убийц по рейтингу «Бездны Боёв», поставил себя в опасную ситуацию, когда он был обязан Рэйвен. Он, как и Солончак, был довольно кокетливым. Само по себе это не было проблемой, но, когда вы попадётесь жене убийцы номер один, всё может закончиться очень быстро. И кроваво.

«Если у него есть что-то для меня, то это, должно быть, касательно близнецов или Джавелина...», – из-за того, что Лимпкин испытывал затруднения в совмещении работы и жизни,а Рэйвен помогла ему, теперь Лимпкин помогал «Поющей» следить за людьми, нацеленными на её друзей. Рэйвен поднялась со стула:

– Мне лучше пойти сразу. Не нужно готовить обед для меня – в таком случае я вернусь в Академию.

– Да, мэм.

С лицом, покрытым чёрной вуалью, Рэйвен пробралась в место, которое она знала, и которое всегда могло привести ее к Лимпкину, "Скрытой Жемчужине". "Скрытая жемчужина" была небольшим, но со вкусом украшенным баром на южной окраине Жилого Уровня. Это было одно из немногих нежилых зданий на этом уровне, и, теоретически, в качестве гостей могли быть приглашены только благородные женщины.

Однако, конечно, были исключения, и Лимпкин был одним из них.

Рэйвен остановилась у здания, тщательно проверила окрестности, прежде чем вышла из-под земли и прыгнула на подоконник на втором этаже. Движение выглядело так, будто от неё это не требовало никаких усилий, даже не было слышно скрипа, когда она балансировала на узком уступе.

На кончике её указательного пальца вылилось крохотное количество духовной сущности, которая превратилась в крошечное лезвие. Количество сущности духа было настолько незначительным, что немногие заметили его, но, когда Рэйвен провела пальцем по пружине в окне, можно было услышать мягкий щелчок, когда защёлка открылась. Она толкнула окно и скользнула в тускло освещённую комнату. Затем она просто подобрала стул и села ждать.

Через десять секунд в комнату вошло пьяное хихиканье пожилой женщины, иногда к ней присоединялся хулиганский смех. Через несколько мгновений дверь в комнату распахнулась, и радостная пара вошла в комнату. Ни один из них, казалось, не заметил Рэйвен, когда они упали в кровать.

– Серьёзно, Лимпкин, как ты попал в первую десятку, ещё и впереди меня? – внезапный голос Рэйвен заставил убийцу взглянуть на неё, его серо-голубые глаза стали намного яснее, чем можно было ожидать от пьяницы. Женщина, с другой стороны, реагировала медленнее, и к тому моменту, когда она поняла, что в комнате был чужак, Рэйвен уже переместилась на её сторону. Большой палец Рэйвен, окутанный духовной сущностью, надавил на шею женщины прямо над воротничком, заставляя её мгновенно потерять тот небольшой остаток сознания, которым она владела.

– Испортила мне такой спорт, – проворчал Лимпкин, но его глаза мерцали озорством, когда он смотрел на полузакрытое вуалью лицо Рэйвен. – А я уже грешным делом подумал, что ты, наконец, решила присоединиться к миру живых и повеселиться с нами...

– Только в твоих мечтах, Лимпкин. Не тем местом ты думал.

– Ой, – вздохнул Лимпкин. – Как же нам с тобой трудно... – он подмигнул Рэйвен, и она фыркнула, но в этом не было никакой злобы.

– У тебя есть что-то для меня? – спросила она, переходя к делу.

– Разумеется, есть, – Лимпкин поднял руку, и в ней появился цветной шар из нефрита. – На этот раз они были близки.

Рэйвен протянула руку, чтобы схватить его, но Лимпкин отдёрнул свою руку.

– Даже не поблагодаришь? По крайней мере, позволь мне увидеть твоё красивое лицо.

– Откуда ты знаешь, что оно красиво, если ты его ещё не видел?

– Мужской интуиция, – гордо ответил Лимпкин, но, поскольку он слегка закрыл глаза, в процессе Рэйвен использовал возможность и вырвала шар у него из руки.

– Эй! – крикнул Лимпкин, но Рэйвен игнорировала его, вместо этого она сфокусировалась на изображениях и другой информации, записанной в шаре. Она нахмурилась. Собранные доказательства были не очень прочными, но они указывали на некоторые правильные факты об участии Мартина и Ларка в подстрекательстве членов клана Гриффин к противостоянию клану Тэйлон всякий раз, когда возникла такая возможность.

– Это не хорошо.

– Не хорошо, – торжественно согласился Лимпкин, его кокетливость и игривое настроение испарились без следа.

– Как ты думаешь, это всё дошло до Тэйлона?

– Не уверен... нет, я так не думаю.

– Ладно, – Рэйвен подошла к окну, через которое она вошла. Прежде чем она дошла до него, Лимпкин крикнул ей вслед. – Я знаю тебя уже три года, и всё, что ты делаешь – это тренировки и работа. Почему ты так заботишься об этих трёх детях?

Рэйвен остановилась у окна и посмотрела через плечо.

– Ты не единственный, кто должен погасить должок, Лимпкин, – сказала Рэйвен с лёгкой улыбкой, хоть она и знала, что он её не увидит. Затем она вылезла из окна и ушла.

В тусклой комнате Лимпкин некоторое время смотрел в открытое окно, прежде чем вернуть внимание к теперь храпящей на полу женщине. Он поднял это хропящее тело и положил его на кровать. Посмотрев на неё почти жадно, он вдруг нахмурился.

«Как странно. Почему Поющая не была ниже этой женщины? Я мог бы поклясться, что когда я впервые встретил её...»

Вернувшись в Южное общежитие Небесной Академии, на своей кровати лежал полностью измотанный Джавелин. В конце концов, у него не оставалось выбора, кроме как сопровождать леди Кару на её собственноручно приготовленный ужин.

Сначала он подумал, что, возможно, это будет не так плохо. Разумеется, приятный, приготовленный дома ужин с довольно красивой девушкой был бы приятным, но, по мере того, как часы тикали, Джавелину всё больше казалось, что он задыхается.

Однако он не мог понять, почему. Леди Кара была милой, красивой, и, он должен был признать, что его тело реагировало, когда она двигалась ближе – что она обычно делала регулярно – и всё же что-то было не так. Как будто его принуждали.

Джавелин вздохнул. «Нет смысла париться об этом», – подумал он и уже собирался приготовиться ко сну, когда дверь в комнату открылась, и знакомая фигура его "соседа" по комнате вошла.

– Значит, ты ещё не спишь. Ну, как приготовила леди Кара? – спросила Рэйвен, её голос переменился от её поддельного мужского тона к её естественному, пока она говорила эту фразу. Джавелин не мог не содрогнуться; он до сих пор не привык к тому, насколько правдоподобной была трансформация Рэйвен в мальчика.

– Ну так что? – снова спросила она, и только теперь Джавелин понял раздражение в её голосе.

– Хорошо, – сказал он, продолжая молча проклинать себя за то, что не сказал больше. «Это было не хорошо – это было ужасно!»

– Я вижу.

Рэйвен подошла к постели без дальнейших комментариев.

– Эм, как там Билл? – Джавелин вспомнил тему для разговора.

– Хорошо.

Джавелин поморщился: «Полагаю, я должен был это предвидеть...»

Джавелину было неловко в тишине, которая последовала за его и Рэйвен кратким обменом репликами. Он почувствовал потребность объяснить свои с Карой отношения, точнее, отсутствие оных, но он не был уверен, что именно он должен был сказать. Не зная, что именно сказать, Джавелин выбрал наиболее лёгкий маршрут:

– У Билла было что-то новое, что он хотел сообщить? Что-нибудь случилось, пока нас не было? – спросил он.

Рэйвен сняла верхнюю одежду и сс вздохом упала на собственную постель – это был расслабленный и обычно неряшливый жест, но в глазах Джавелина Рэйвен всё же сумела даже это сделать с изяществом.

– Ничего серьёзного, – сказала она, глядя в потолок.

– Это приятное изменение, – сказал Джавелин, и он был прав. С тех пор, как Рейвен вернулась со своей встречи с директором Небесной Академии три года назад, рассказав ему о том, как Тэйлон, вероятно, пытаются начать войну, мирных моментов катастрофически не хватало.

Каждый месяц то тут, то там появлялись признаки жестоких действий, предваряемых людьми клана Тэйлон – или людьми, связанными с ними, – все с целью дестабилизации Империи. Это были мелочи, вещи, которые могли быть приписать простой неудаче, но при объединении всех последствия были потенциально катастрофическими. Например, примерно год назад, и так скудное производство риса Небесной Империи получило огромный удар из-за необычно интенсивного нашествия жуков.

Поскольку Небесная Империя состоит в основном из гор, сельское хозяйство никогда не было большим источником пищи, и большинство таких продуктов всё равно было бы импортировано с равнин соседней Земной Империи. Вследствие этого, один год неудачи в урожайности риса не имел бы такой большой разницы для Империи в целом… Если бы не вековой конфликт между двумя главными торговыми гильдиями, которые торговали за границу, снова поднявшиеся на поверхность – эффективно остановив всю торговлю между двумя Империями на несколько месяцев.

После дальнейшего расследования друзьям удалось узнать, что Тэйлон сыграл определённую роль в том, чтобы вызвать «неудачу».

«Нам повезло, что, по крайней мере, директор нам верит»,– подумал Джавелин. Он и близнецы были счастливы работать против Тэйлона хотя бы только ради того, чтобы проучить Данлина, но остановить войну было намного выше их личной неприязни. Так как директор Свон принимал участие, Джавелин и близнецы Гриффин в основном помогали, работая глазами и ушами, а также незаметно распространяя недовольство кланом Тэйлон в своих кругах. Все трое очень хотели бы рассказать родителям обо всём, что они узнали, но директор боялся, что узнать, почему клан Тэйлона был настолько наглым – важнее, чем трепать обо всём этом на каждом углу. Кто знал, как глубоко их корни распространились?

– Я не совсем уверена...

– А? –голос Рэйвен вырвал Джавелина из раздумий, но он не понял, что она имела в виду.

– Я не уверена, что это хорошая новость, Джавелин. Если наша информация верна, клан Тэйлон начал с этого маленького восстания с такого грандиозного шага, как подлог измены императрицы – даже падение клана Найтингейл могло быть спровоцировано ими, но с тех пор они были гораздо более…скрытыми.

– Ты называешь морение голодом целой нации в течение целого полугода «скрытым»?

– Относительно, да, –Рэйвен приподнялась на кровати, и её глаза встретились с Джавелином. Её взгляд вызвал мурашкипо его позвоночнику, но это явно было не плохо...

– Подумай об этом, Джавелин! Обвинение императрицы, возможно, даже её гибель в результате – это шаг, который заставит всю страну пойти войной, если преступник будет найден. Голод, с другой стороны – менее прямое воздействие. Я не говорю, что люди не могут пойти на войну за еду– это делается всё время – но обычно это будет не основной причиной. Где искра, которая их отключила?

Джавелин нахмурился. В её словах был смысл.

– Тогда что мы будем делать?

– Мы мало что можем сделать, только ждать – рано или поздно они покажут, чего они хотят.

Джавелин помолчал.

– Неужели это всё, что мы можем сделать? Что, если мы узнаем о чём-то слишком поздно?

– О, кстати, напомнил мне, – продолжала Рэйвен. – Вы, но особенно близнецы, должны перестать мешать некоторое время.

– Что? Почему? –Джавелин чуть не вскочил с кровати, но Рэйвен оставалась такой же спокойной и безмятежной, как всегда.

– Потому что тебя заметили, – сказала она и бросила ему цветной стеклянный шар из нефрита. Джавелин посмотрел на записи внутри и вздохнул.

– Хорошо, - неохотно согласился он. – Лунные испытания всё равно всё ближе, возможно, хоть сосредоточусь на совершенствовании на некоторое время...

Рэйвен показала ему кривую улыбку, и на этот раз дрожь по позвоночнику была, несомненно, плохим признаком.

– Хочешь, я обновлю твой режим? – спросила она, слишком весело для того, чтобы эти тренировки были комфортными. Джавелин всегда знал, что нет такого понятия, как гениальный совершенствующийся, который не прилагает усилий, но Рэйвен вывела это заявление на абсолютно новый уровень. В течение последних трёх лет Джавелин руководствовался в своём совершенствовании на советы Рэйвен, и то, что она предлагала, и как тренировалась сама, было во много раз тяжелее, чем то, чему его отец учил Джавелина, когда он был моложе. Он не мог не быть постоянно поражён боевым мастерством, которым владела эта девушка.

– Эмм! Вообще-то, я не совсем закончил с последней, которую ты мне дала... – Джавелин почувствовал зуд на затылке и инстинктивно поднял руку, чтобы почесаться.

– Ты действительно очень похож на него... – тихо сказала Равен, словно про себя.

– На кого?

Глаза Рэйвен расширились от удивления, но потом она печально улыбнулась.

– Ни на кого, – сказала она и повернулась в постели, чтобы взглянуть в потолок. – Старый друг.

Джавелин почувствовал боль.

– Прости, – прошептал он, прежде, чем он даже понял, почему.

Рэйвен усмехнулась, но смех вышел бездушным.

– За что? – спросила она, взглянув на него.

«За твою потерю»,– подумал Джавелин, но голос его подвёл.

Не дождавшись ответа, Рейвен повернулась, чтобы лечь на бок спиной к нему.

– Спи, Джавелин, – сказала она голосом, который внезапно показался намного старше обычного. – Я помогу тебе подготовиться к испытаниям завтра.

Это последнее предложение заставило Джавелина нервно сглотнуть. Он собирался уже отложить нефритовый цветной шар и залезть в постель, когда его рука замерла в воздухе. Он посмотрел на шар.

– Эмм… Рэйвен? – позвал он и получил мягкий гул в ответ. – Где ты взяла эту сферу? Билл не должен был восстановиться достаточно, чтобы сражаться со спиритуалистом, который нашёл всё это, не вызывая тревоги.

– Лимпкин нашёл её для меня.

Её ответ был беззаботным, даже сонным, но хватка Джавелина на шаре мгновенно напряглась. Уже более трёх лет Рэйвен и Джавелин иногда проводили спарринг-бои, и в течение всего этого времени он ни разу не смог заставить её серьёзно сражаться с ним – даже когда еёограничители держали её силу в более низком самосовершенствовании, чем он сам. Ей сражаться с ним всегда было легко, что всё более расстраивало Джавелина. И даже ещё больше – после того, как он увидел спарринг между ней и Лимпкином.

Рэйвен, или, скорее, Поющая, с тех пор на долгое время перестала посещатьБездну Боёв– во многом из-за того, что её тело выросло слишком быстро, и люди могли заподозрить её возраст, если она придёт – но прежде, чем она перестала ходить, Рэйвен приняла вызов Лимпкина на закрытый бой.Это означало, что зрителям не разрешалось смотреть, и только результаты объявлялись после боя. Джавелин упорно умолял, и, в конце концов, Рэйвен и Лимпкин согласились дать ему возможность посмотреть, под предлогом того, что он ученикПоющей и наблюдение за её боем станут для него хорошим опытом.

В то время Лимпкин только что перешел в рангЧемпиона Духа нижнего уровня, Рэйвен была Адептом Духа на пике, готовым в любой момент пробитьсяв ранг Чемпионов, но битва, последовавшая за этим, шокировала даже среднихЧемпионов.

Закрыв глаза, Джавелин мог увидел всё это, живо разглядывая сцену.

Двое стояли неподвижно на дальних концах боевой арены, окружённые тысячами заброшенных металлических сидений и жуткой тишиной. Я занял пустое почётное место для лучшего вида.Напряжение в воздухе, казалось можно ухватить рукой или попробовать на вкус...

Без предупреждения оба внезапно бросились вперед, оставив облачка пыли позади них, прежде чем они столкнулись в облаках духовной сущностив центре сцены. Сначала ни один из них не использовал никакого оружия, но их атаки были такими быстрыми, что мне было трудно просто следить за ними своими глазами.

По мере того, как они сражались медленно, стало ясно, что, хотя Лимпкин совершенствовался в чистую силу, он не мог сравниться со скоростью и гибкостью Рэйвен, что затрудняло, а точнее – сводило на нет – выполнение любых реальных добивающих ударов. Я не мог не подумать, что это, должно быть, был тяжёлый удар для Лимпкина, который обычно специализировался на скорости.

В конце концов, ожесточившись, они достали оружие, и накал битвы усилился ещё больше. Ошеломляющее количество активируемых Божественных Навыков наполняло воздух остатками духовной сущности до такой степени, что мне стало тяжело дышать – даже с защитным барьером вокруг боевойарены, поглощающим большую часть ей, но… Возможно, на самом деле, это не сущность духа не позволяла мне дышать…

Глаза мои не отрывались от Рэйвен. Когда она блокировала, парировала и атаковала в ответ, каждая клеточка её тела излучала духовную сущность, и что-то в её поведении менялось. Она сражалась, словно в трансе, в её обычно холодных кроваво-красных глазах не было вообще никаких эмоций, кроме одной – радости. Даже несмотря на то, что нижняя часть её лица была закрыта, я просто знал, что под этим чёрным куском ткани играла великолепная улыбка.

Та, которой я никогда не видел больше; ни до,ни после.

Хватка Джавелина на шаре стала ещё сильнее, вплоть до того, что на шаре начали образовываться небольшие трещины.

– Не сломай это, – пробормотала Рэйвен, уже почти спящая, и Джавелин мгновенно расслабил хватку. С постели он посмотрел на тонкую спину Рэйвен, следуя по её спине к её лодыжкам, где одеяло накрывало два её ограничителя.

Не было никаких сомнений в том, что совершенствование Рэйвен продвигалось с пугающей скоростью, и у него не было надежды наверстать упущенное. Прошло уже более года с тех пор, как она успешно преодолела барьер между Адептом и Чемпионом – став самым молодым Чемпионом Духа, которого когда-либо видел континент, восьмилетний Чемпион – тогда как Джавелин всё ещё оставался на своём пике между двумя областями совершенствования.

Он перевернулся на кровать, и, в конце концов, повернулся спиной к Рэйвен. Его зубы сжались, когда он пристально смотрел на стену. Он не ревновал к совершенствованию Рэйвен, напротив, но ему не нравилось ощущение, что его оставили позади.

«Я догоню её!», – он решительно поклялся себе.

Прошли дни, и вскоре началось время для двухмесячных Лунных Испытаний.

Рэйвен проводила большую часть своего времени с тех пор, как она вернулась с охоты на бандитов,в тренировках, как с Джавелином, так и с близнецами, оставив только ночные часы, чтобы выскользнуть из Академии и посмотреть на то, что происходило в городе. Поскольку Хацин вернулся домой – вернее, туда, где раньше был их дом – он мог следить за тем, что планировала их тётя, а это означало, что у Рэйвен было меньше глаз в городе.

Однако, с ее превосходными чувствами и Лимпкином, следящим за тем, кто пытается разнюхать о её друзьях, Рэйвен всё ещё хорошо справлялась с отслеживанием города. Конечно, директор и Билл тоже помогали.

– Чёрт тебя дери, хватит! – прошептал Мартин и рухнул на землю. Через несколько секунд на него сверху упало ведро ледяной воды. Он вскрикнул, даже намного более женственно, чем было достойно парня.

Рядом с ним, второе ведро медленно опускалось, прежде чем столь же измученный Ларк тоже рухнул на землю.

– Вот что... получаешь... за пренебрежение своим духовным контролем... близнец…

Рэйвен слегка улыбнулся двум мальчикам. Когда она впервые увидела их, они были абсолютно одинаковы, но со временем и очень разными стилями сражения их тела созревали по-разному. К настоящему времени только их рост и волосы были одинаковыми. Им было почти по пятнадцать, но, как и все спиритуалисты, они выглядели намного старше их возраста. Мартин, специализировавшийся на двуручном широком мече, имел крепкий корпус из чистых мышц. Ларк был более тощим, с телом, более похожим на танцовщицу, и мог бы бросить вызов даже Рэйвен с точки зрения гибкости, и было бы трудно найти другого Адепта среднего уровня, который смог бы сравниться с его скоростьюсражения на двойных коротких мечах.

– Что, вы уже сдулись? –поддразнила их Рэйвен.

– Что ты имеешь в виду? – застонал Мартин. – Мы так стояли целый час!

Рэйвен удивлённо подняла бровь.

– О, а что тогда насчёт него?– спросила она, сдвинув её тело, чтобы указать на Джавелина. Мальчик заливался потом, но стоял на руках, и над ним в воздухе висело огромное ведро. Задача заключалась в том, чтобы, пока они стояли на руках, сосредотачивать всю свою духовную сущность на том, чтобы держать ведро в воздухе. Размер ведра был определяться уровнем их совершенствования, но другие упражнения было основаны чисто на физической силе. – Он так стоит уже два часа.

– Джавелин не в счёт – он одержим совершенствованием... – слабо возразил Ларк.

– Возможно.Но он также почти на два года моложе, чем вы двое, но уже Адепт на пике– как вы планируете наверстать упущенное, если не приложите усилий?

– Ну не тебе об этом говорить, – проворчал Мартин. – Ты тоже средний адепт.

Рэйвен удивлённо посмотрела на него.

– Вы действительно хотите сравнить моё совершенствование с вашим, старший Мартин?

Мартин сглотнул.

– Нет!

Уши Рэйвен незаметно задрожали; что касается близнецов – и, в основном, всех остальных – уровень совершенствования Рэйвен был таким же, как у среднего Адепта, который, скорее всего, скоро переместился на уровень высоких Адептов.Длядесятилетнего, это было неслыханно. «Представьте, если бы они знали, что это не царство Адепта, а средний уровень…»

– Ха, – внезапно выдохнул Мартин и попытался подняться на ноги. Вода стекала с его одежды, образуя маленькую лужу под ним. – Джавелин, скорее всего, будет так стоять ещё час минимум. Ларк, мы могли бы пока купить вещи, которые нам понадобятся для испытаний.

Ларк, похоже, не слишком возрадовался идее двигаться – вообще куда-либо – прямо сейчас, но он всё-таки кивнул.

– Ты хочешь к нам присоединиться? – спросил он Рэйвен. – Я знаю, что тебе не нужно ничего покупать, но это всё равно должно быть веселее, чем смотреть на «Мистера Совершенствование».

Причина, по которой ей не нужно было ничего покупать в процессе подготовки к Лунным испытаниям, была простой; она больше не участвовала в них. Когда Рэйвен наполнила скрытую печать Духовной Звезды своей духовной сущностью три года назад, она открыла путь, который только она могла видеть. Этот путь вёл прямо в обратный водопад, где было создана сферасловно бы из другого пространства. Когда она вошла в это пространство, мир вокруг неё стал очень ясным, почти так же, как во время церемонии «День света», но намного сильнее. Сидя с ногами крест-накрест в этой сфере, Рэйвен могла чувствовать всё, вплоть до клеточного уровня, и она могла легко сказать, как струны духовной сущности, казалось, связывали каждую маленькую клеточку вместе.

Этопринесло мгновенные результаты в понимании и контроле над духовной сущностью Рэйвен, и директор настаивал на том, что Рэйвен должна медитировать там, где это возможно. Как выяснилось, чудеса сферы продолжались всего три дня, прежде чем её «запасы» нужно было пополнить, что было при каждой полнолунии. Таким образом, Рэйвен могла получать три дня медитации каждый месяц, и, чтобы не пропустить эти занятия, ей дали отпуск от Лунных испытаний.

Директор также настоял, чтобы она стала его учеником. Он сказал, что это не должно вызывать подозрений в её отсутствии, но у Рэйвен было ощущение, что он просто хотел держать её как можно ближе, чтобы он мог взрастить её в меру своих способностей. Тем не менее, он оказался более чем подходящим мастером – даже лучше, чем ожидала Рэйвен, давая ей очень полезные советы, когда дело доходило до вещей, связанных с контролем духовной сущности и спиритуалистами в целом. На самом деле, сегодняшнее несколько крутое упражнение с вёдрами было его идеей.

Рэйвен взглянула на Джавелина, прежде чем повернуться к двум близнецам. Хотя было правдой, что Рэйвен не нужно было ничего покупать, ей не нравились слухи, которые она слышала в городе. Несмотря на то, что Лимпкин поймал и избавился от шпиона, который изучал причастность близнецов к неудачам Тэйлона, всё ещё казалось что есть подозрения относительно них.

– Я пойду, – сказала она, как вдруг во дворе раздались тяжёлые удары, когда три металлических шара, которые быстро вращались вокруг неё, упали на землю. Изящно Рэйвен опустила ноги на землю и выпрямила свое тело, после чего встала прямо.

– На рынок, – сказала она с улыбкой и направилась к выходу.

Мартин и Ларк взглянули друг на друга, наблюдая за уходящей фигурой Рэйвен.

– Как долго он был здесь, прежде чем мы пришли? – спросил Мартин.

– Старейшина Уиллоу сказал мне, что Рэйвен попросил занять двор сразу после обеда... Он сказал, что хочет потренироваться, поскольку сегодня не было дневных занятий.

– Четыре часа?! – Мартин судорожно вздохнул. Он наклонился, чтобы забрать один из мячей, ожидая, что тот будет легким, но, на его удивление, шар весил не менее двух килограммов. Три шара местебудут весить столько же, сколько вёдра, над которыми они парились, чтобы просто заставить их висеть в воздухе в течение одного часа...

Два близнеца посмотрели друг на друга и ничего не сказали.Они точно знали, о чём думал другой. «Этот парень – настоящий монстр!»

– Вы идёте? –позвала Рэйвен через плечо. Подскочив по её призыву, оба мальчика снова взглянули друг на друга, прежде чем на их лицах вспыхнули большие улыбки.

Они поспешили догнать Рэйвен, обняли её за плечи, а Мартин взъерошил ей волосы. Конечно, она могла бы избежать их действий, но не хотела.

Вместе трое вышли со двора, оставив Джавелина тренироваться дальше.

Для Рэйвен и близнецов не потребовалось много времени, чтобы добраться до фонарей, освещающих улицы Делового уровня. Хотя солнце уже село, ещё пара часов оставалось до того, как различные магазины и киоски закроются, так что улицы всё ещё суетились и были полны народа.

Когда трое спускались по этим улицам, многие остановились и неприлично пялились на проходящие мимо фигуры, с благоговением поправляя свою серую униформу – некоторые даже слегка кланялись им. Очень немногие спиритуалисты были достаточно опытны и сильны, чтобы войти в Небесную Академию, и большинство из них получат выдающиеся позиции в Империи, поэтому люди хотели остаться в их памяти с хорошей стороны. Все студенты Небесной Академии могли ожидать такой реакции, когда они были на публике.

– Итак, что вам двоим нужно для испытаний? – спросила Рэйвен.

Ларк открыл было рот, чтобы ответить, но Мартин оборвал его.

– Даже не думай об этом! Пойдём на главный рынок – мы собираемся погрузиться в самые суровые тренировки в ближайшие пару дней, так что мы сначала повеселимся!

Он шагнул вперёд так решительно, а Ларк и Рэйвен за его спиной обменялись недоумевающими взглядами. Но через секунду оба равнодушно пожали плечами, а в их глазах промелькнули озорные искорки. Поспешив за Мартином, они пробирались на север. Вскоре шум достиг новых высот, когда северный пик стал ближе. Наконец Мартин остановился. Выпятив грудь и положив руки на бедра, Мартин испуганно вздрогнул, глядя на огромную открывшуюся перед ним площадку. Без предупреждения он глубоко вздохнул.

– Ааа... – он выдохнул очень громко, заставляя окружающих прохожих оглянуться на него. – Как же мне нравится это место! – весело взревел он.

Перед ним на площади стояли сотни палаток и киосков, каждый из которых продавал свои, уникальные изделия. И неважно, что продающееся здесь вряд ли имело какую-то реальную ценность, и большинство покупателей были обычными людьми, но большее разнообразие товаров было бы трудно найти где-либо еще во всей Империи.

Здесь можно было бы найти всё, что только душе угодно – от обычной еды до не слишком понятных искусственных приспособлений, которые позволили бы неспиритуалистам выполнять такие вещи, которые в противном случае требовали бы духовной сущности – ничего, кроме того, что мог бы совершить Новичок Духа низкого уровня, но, в любом случае – для обычных людей достаточно впечатляюще.

Несмотря на то, что большинство спиритуалистов, как правило, не ходили в такие места, Рэйвен и близнецы были не одни в посещении этого места. Фактически, Рэйвен обнаружила немало спиритуалистов среди толпы. Возможно, они, как и многие до них, однажды наткнулись на какое-то скрытое сокровище в море вещей, которое сделало поиск стоящим и заставляло их возвращаться. Хотя, возможно, они просто были похожи на Мартина и просто наслаждались атмосферой.

– Прекрати пугать мирных жителей, Мартин, – упрекнул брата Ларк, подойдя к брату и похлопав его по затылку. Ларк не вложил ни малейших сил в удар, и голова Мартина едва сдвинулась от этого, но звук прозвучал, будто молот, ударяющий о металл. Несколько пешеходов, которые не отреагировали на вольную пародию на медведя в исполнении Мартина, сейчас отреагировали однозначно: они сбежали так быстро, что Рэйвен засомневалась, не владеют ли эти "простые люди" Теневым Бегом.

Ларк посмотрел на окружающих широкими глазами, его лицо покраснело быстрее, чем креветка в горячей воде, и он залепетал:

– Простите меня...

Позади них Рэйвен фыркнула, когда ей не удалось дольше сдерживать смех. Ларк повернулся и посмотрел на неё.

– Это не смешно, Рэйвен!

– Прости, но это всё-таки смешно, – не согласилась она и показала пальцем в сторону. Ларк и Мартин оглянулись, и вдруг Мартин тоже рассмеялся. Ларк, с другой стороны, побледнел.

В нескольких метрах от него стоял старейшина Уиллоу. Его обычно светло-серые одежды теперь были окрашены в чёрный цвет чем-то, что выглядело как чернила. У молодого учителя был вид раздражённой беспомощности на его лице. Он обнаружил, что его ученики прибыли, и, кажется, именно они стали причиной шума и поэтому он словно бы размышлял: отвесить леща каждому прямо сейчас, или сначала сходить домой и сменить одежду на более подобающую? Бедный продавец рядом с ним склонился в ожидании пощёчины.

Рэйвен видела, как всё произошло. Внезапный страшный шум очень сильно напугал продавца, тот от испуга сжал руки, а из его мгновенно вспотевших пальцев выскользнул пузырёк с открытыми чернилами. Прямо на его предполагаемого клиента, старейшину Уиллоу. Как правило, спиритуалист со способностями старейшины Уиллоу должен был легко уклониться от бутылька или просто отразить чернила духовной сущностью, но старейшина Уиллоу с большим интересом наблюдал за своими учениками и слишком поздно заметил, что в него летит "снаряд".

– Йоп твай... То есть, здравствуйте, старейшина Уиллоу! – бормотал Ларк, нервно мчась вперед, чтобы осмотреть загаженную одежду. Между тем, продавец был близок к инсульту:

– Мне очень жаль, мой господин! – умолял он, и чуть было не рухнул на колени, когда Уиллоу протянул руку, схватил локоть мужчины, и задержал его в вертикальном положении.

– В этом нет необходимости, – сказал он, улыбаясь своей тихой улыбкой. – Это был лишь несчастный случай, – Уиллоу наклонился к испуганному Ларку и посмотрел на Рейвен и Мартина. – Но я был бы крайне признателен, если бы вы всё равно перестали РЖАТЬ!

Глаза Мартина расширились от страха, и он заставил себя перестать смеяться сразу – едва не захлебнувшись в процессе. Рэйвен просто позволила своему смеху исчезнуть, но след смеха так явно угадывался в её глазах, что разницы почти не было.

Глядя на 22-летнего учителя, Рэйвен не могла не вздохнуть; человек действительно был очень красив. Его общий облик не сильно изменился за эти три года, но его изначально уже красивое лицо созрело ещё немного, придав ему почти эльфийский вид.

Уилло протянул его бледную руку поверх пятна на одежде, активируя его духовную сущность, чтобы удалить следы чёрной жидкости. Как только всё закончилось, и Ларк, и продавец, похоже, немного расслабились.

Всё ещё улыбаясь, глаза Уиллоу встретились с Ларком.

– Вы здесь для того, чтобы пополнить запасы перед Испытаниями? – спросил он его, но мельком взглянул на всех, подключив к ответу и Рэйвен, и Мартина. Прежде чем у Ларка появилась возможность ответить, Мартин подошёл к брату и обнял своей мускулистой рукой плечи Ларка.

– Это отличная идея, старейшина Уиллоу. А мы уже давно задержались. Мы пойдём! – Мартин решительно развернул Ларка в сторону от молодого учителя, и толкнул его к центру рынка. Рэйвен просто наблюдала за этой сценкой в тихой истерике.

– Подождите! – сказал Уиллоу и сделал шаг вперёд. Он собирался схватить локоть Ларка, но остановился в последнюю секунду. Но даже без хватки, Ларк выкрутился из объятий брата, и встал перед Уиллоу.

– Да, старейшина? – спросил он со светящимися глазами.

– Эмм... Ну, я просто подумал, что дам вам знать... семена, которые вы мне предоставили раньше, Янтарная Амброзия, укоренились. Я ожидаю первую партию лекарственных цветов уже через неделю или около того... Итак, если вы захотите узнать, что я сделаю с ними, вы можете присоединиться ко мне, чтобы собрать их позже.

– Правда? Это было бы здорово! – ответ Ларка был мгновенным и восторженным; он сделал бы шаг вперёд, если бы не рука Мартина, еще раз обнявшая его за плечи и оттащившая назад. Причём старейшина Уиллоу готов был поклясться, что рука была длинной метра четыре и заканчивалась за ближайшим поворотом.

На этот раз Уиллоу ничего не кричал, и Мартину удалось оттащить своего брата-близнеца. Когда они вдвоём углубились в толпу, Рэйвен осталась на месте. Она посмотрела на своего учителя.

– Старейшина, Нарциссы Ледяного Колокола Ларка всё ещё не созрели для сбора урожая, верно? – голос и улыбка Рэйвен казались дружелюбными, но в её глазах был опасный блеск, который Уиллоу не пропустил.

– Правильно, – ответил он осторожно. – А зачем тебе?

Рэйвен пожала плечами, развернулась и пошла.

– Просто любопытно, – беззаботно сказала она через плечо, оставив задумчивого Уиллоу. Рэйвен услышал, как красноречивый продавец краской неодобрительно проворчал, когда она ушла:

– Слишком много высокомерия в этом человеке, – пробормотал он, возможно, больше для себя, чем для Уиллоу. – Даже вундеркинды должны проявлять уважение к старшим...

– Я бы этому удивился...

Услышав ответ Уиллоу, улыбка Равена стала немного более подлинной, но она сделала всего несколько шагов, прежде чем её улыбка дрогнула, превратившись в нахмуренное выражение лица.

«Эта аура...»

Некоторое время спустя Рэйвен почувствовала, как несколько человек следуют за ней и близнецами. В этом не было ничего необычного – они наследники префектуры, и было вполне естественно, что за Ларком и Мартином кто-то присматривал, когда они передвигались в таком переполненном людьми и спиритуалистами месте. Что касается других, которые парили вокруг них – у них были свои причины, чтобы следовать за тремя видными учениками Небесной Академии, которые в будущем в значительной степени повлияют на Империю.

На протяжении многих лет Рэйвен знакомилась со всеми этими аурами, даже устраняя пару-другую более страшных шпионов, беззаботно приглашая их присоединиться к ним, например, поужинать, когда они подбирались слишком близко. Тем не менее, теперь Рэйвен отреагировала сейчас на нового человека, которого она раньше не ощущала. Это был мужчина, Чемпион Духа низкого уровня, который держал внушительное расстояние до Рэйвен и близнецов. Она заметила присутствие этого человека раньше, но не заметила никаких указаний на то, что на самом деле он следит за ними.

На протяжении многих лет Рэйвен знакомилась со всеми этими аурами, даже устраняя пару-другую более страшных шпионов, беззаботно приглашая их присоединиться к ним, например, поужинать, когда они подбирались слишком близко. Тем не менее, теперь Рэйвен отреагировала сейчас на нового человека, которого она раньше не ощущала. Это был мужчина, Чемпион Духа низкого уровня, который держал внушительное расстояние до Рэйвен и близнецов. Она заметила присутствие этого человека раньше, но не заметила никаких указаний на то, что на самом деле он следит за ними.

Однако, когда Рэйвен побежала, чтобы догнать Мартина и Ларка, у него вырвался слабый отголосок жажды крови, и у Рэйвен появилось явное ощущение, что, кто бы это ни был, он был не слишком доволен тем, что она пошла за близнецами.

«Интересно»

Подняв свой темп немного, Рэйвен догнала близнецов, которые с жаром спорили о поведении Мартина в отношении Уиллоу. Сначала Рэйвен ничего не сказала и просто позволила мальчикам решить, куда им идти. В течение нескольких часов трио бесцельно блуждало по рынку, в основном покупая еду и рассматривая вещи, которые вызывали любопытство, но не забывая участвовать в различных конкурсах, которые постоянно начинались то тут, то там. Наконец, близнецы начали скучать и решили, что пришло время сделать то, что они намеревались сделать первым делом.

– Кажется, ты хотел заточить свой длинный меч, я прав? – Рэйвен спросила Мартина, когда они заплатили за последний из своих припасов.

– Да, но я думал, что сделаю это сам на этот раз. Отец говорит, что это лучший способ узнать твоё оружие...

– Возможно, – тихо согласилась Рэйвен, но на этот раз это не служило её цели. – До завтрашнего утра? – скептически спросила она. – Тебе нужно будет немного больше времени, если ты не привык к такой работе.

– У него есть резон так говорить, близнец. Это всё твоя дурная привычка, ты всегда оставляешь вещи до последней минуты, – пошутил Ларк.

– Я знаю хорошее место, – сказала Рэйвен и пошла, не давая Мартину возможности протестовать.

Пока она шла, Рэйвен сосредоточила основное внимание на присутствии маленького обладателя Духа, которого она всё ещё ощущала на расстоянии. Рэйвен пыталась отвадить это убийственное присутствие от близнецов, но он привязался к ним, как банный лист.

Обычно она просто посылала близнецов обратно в общежитие при Академии, а затем преследовала любого нежелательного преследователя сама по себе, но завтра близнецы отправлялись на Лунные Испытания, и Рэйвен боялась, что, если на этот раз ей не удастся поймать именно этого конкретного преследователя, он может напасть на близнецов, когда её не будет рядом. Таким образом, Рэйвен нужно было изменить свой подход, если она хотела окончательно устранить угрозу, не опасаясь, что он сбежит.

Рэйвен увела мальчиков с наиболее людных улиц. Это не заняло много времени, и вскоре трое молодых людей остались одни, кроме их постоянных последователей.

– Ты уверен, что это правильный путь? – спросил Мартин. – Я никогда не слышал о кузнеце здесь...

– Это подсказка от нашей подруги, – подмигнула Рэйвен, и Мартин быстро заволновался – он решил, что знаменитая Поющая, или Поющая в ночи, как люди прозвали женскую личность Рэйвен, – дала наводку.

Трио прошло немного дальше, прежде чем эта аура обеспокоила Рэйвен тем, что её владелец, наконец, начал активные действия. К радостному удивлению Рэйвен, человек начал бесшумно устранять всех других людей, которые следили за Рэйвен и её друзьями. Он работал очень быстро и тихо, сумев тихо "снять" даже элитного защитника близнецов, Чемпиона Духа низкого уровня – Рэйвен почувствовала себя немного неуютно из-за того, что ей пришлось пожертвовать защитниками близнецов, но она также понимала, что окружающая её обстановка должна быть свободна от наблюдения посторонними, чтобы она могла сделать то, что намеревалась.

«Однако он оставил одного среднего Адепта... Интересно...»

Наконец, когда Рэйвен и её друзья повернули за очередной угол, они увидели его, стоящего прямо посреди дороги, а вокруг него расползалась вязкая аура смерти.

Оба близнецы мгновенно отреагировали при виде мужчины и остановили свои шаги. Рэйвен, с другой стороны, наблюдала за вероятным убийцем спокойным взглядом. Он носил тёмно-зелёные одежды, но капюшон, под которым он обычно прятал своё лицо, был отброшен назад, показывая зверскую улыбку.

– Вам очень, очень не повезло, – голос его был хриплым и злым. – Ведь именно я, Кровавая Гончая, отправлю вас в загробный мир.

Он медленно пошёл к ним, жажда крови горела в его глазах. Инстинктивно оба близнеца извлекли своё оружие, приблизившись к Рэйвен и встав в защитную позицию, приготовившись к бою.

– Нет смысла принимать бой, ублюдки. Если бы на моём месте был кто-то другой – у вас мог бы быть шанс, но теперь, когда вы встретили меня, ваша смерть несомненна, – его духовная сущность раскрылась показывая уровень совершенствования близнецам. – С тех пор, как мне было пять, я тренировался, чтобы стать убийцей, и я убил свою первую цель в возрасте шести лет. В возрасте семи лет я убил всех моих товарищей, которые тренировались со мной, и стали полноправным убийцей. В этом мире много убийц, но никто и никогда не сможет сравниться со мной в счёте трупов; с вами тремя, я убью в общей сложности 198 553 человека! Я живу во тьме, а смерть – моя слуга.

Рэйвен ошарашенно посмотрела на мужчину перед собой.

«Это действительно происходит?»

Ещё одна голодная улыбка промелькнула на лице мужчины, когда его жажда крови начала просачиваться из него клочьями красного дыма. Рэйвен была в самом деле слегка впечатлена давлением, которое оказывала жажда крови, – это был первый раз, когда она встретила убийцу, который сумел её проявить. Ну, кроме неё, конечно же.

«Для Чемпиона низкого уровня он на самом деле хорошо справился сам», – подумала она, продолжая безучастно смотреть на мужчину, совершенно не испытывая давления, которое он проявил.

С другой стороны, близнецы Гриффина задрожали от страха. Тем не менее они держали свои мысли в себе и лихорадочно активировали свою духовную сущность, готовясь к битве.

– Вы можете хотя бы гордиться тем, что вас убила моя рука, рука Кровавой Гончей! – серебристый клинок появился из-под его мантии и, без единого слова, Мартин и Ларк напряглись, готовые сражаться за свою жизнь.

Взглянув на сцену, разыгравшуюся перед ней, Рэйвен закатила глаза. Она быстро положила руки на плечи двух близнецов и слегка сжала; её собственная духовная сущность просочилась в них, и вместе с давлением её пальцев оба мальчика потеряли сознание менее чем за секунду, даже не успев понять, что произошло.

Теперь пришла очередь убийцы выглядеть глупо.

– Эмм... Я был нанят, чтобы убить этих двоих и не оставлять свидетелей. Если ты усыпишь их – это ничего не изменит, – сказал он в замешательстве.

Рэйвен сладко улыбнулась и пошла навстречу мужчине.

– Я хочу, чтобы ты рассказал мне, кто нанял тебя, – её голос был вежливым, почти милым, когда она говорила это.

– Ты шутишь? – недоверие, смешанное со страхом наполнило лицо убийцы. В тени последний оставшийся наблюдатель казался таким же смущенным, случайно сломав ветку, когда он решил сдвинуться и рассмотреть Рэйвен повнимательнее.

– Не совсем, даже скорее нет, – сказала Рэйвен, игнорируя звук. – Возможно, это был наш долбаный старейшина?

Глаза убийцы сузились.

– У меня нет времени на это, малыш, – его нос вспыхнул, а он бросился вперед, и тёмно-оранжевая сущность окружила его.

Рэйвен вздохнула.

– Как там тебе удалось убить почти 200 000 человек, меня абсолютно не касается... – легко, Рэйвен активировала свою Оду Горя, освободив, наконец, несравненно плотную жажду крови, которая проявилась вокруг, будто густой кровавый туман, который легко окутывал и её, и убийцу, и человека в тени. – Какой убийца будет с чувством собственного достоинства подходить к своим целям и представляться?

Мгновенно человек застыл; на его лице отразился дикий ужас. Его начало трясти, как лист на ветру. Отвратительный запах наполнил воздух, когда более слабый человек в тени просто рухнул без чувств на землю.

– Итак, теперь, когда ты, кажется, осознал, в какую пизду ты попал, я снова спрошу: кто тебя нанял?

– К-к-как...? – человек заикался, все ещё не желая, или, возможно, уже потеряв способность ответить на вопрос Рэйвен.

Спокойно Рэйвен вытащила кинжал из дрожащей руки мужчины. Сопротивления не было вообще, сокрушительный страх души не позволял ему двигаться. Она наклонилась ещё ближе, чтобы она могла прошептать ему на ухо:

– Проблема того, кто живёт в темноте, заключается в том, что в ней всегда есть кто-то, кто живёт в ещё более тёмном месте...

Жажда крови и духовная сущность через ухо человека проникли в его сознание. Его чувства кричали о смертельной опасности; его нос наполнился металлическим запахом крови, его глаза не видели ничего, кроме бесконечного моря крови, а в ушах он слышал страшные вопли тысяч мучимых душ, умолявших о спасении.

Каждая клетка его тела беспомощно принимала то, что, как уже знала его душа, было абсолютной истиной: он сейчас умрёт.

Примечание переводчика: ноцебо – антитеза плацебо, препарат, не обладающий реальным действием, но заставляющий человека чувствовать себя хуже. Один человек даже умер, когда выпил воды, и поверил в то, что ему дали яд. Гуглите, короче)

Ум человека – мощная штука; благодаря одной чистой убеждённости человек может продвинуть свой организм за пределы того, что биологически возможно. Это справедливо даже в старом мире Рэйвен – у них даже было название для таких вещей там, но здесь, где спиритуалисты более сплочены с сущностью самого мира, это было ещё более понятно. Фактически, можно было бы утверждать, что именно убеждение в том, что отпечатки Божественных навыков позволяют спиритуалистам ещё больше продвинуться в самосовершенствовании и манипулировать духовной сущностью, как собственной силой.

Но этот аспект человеческого разума – это обоюдоострый меч.

Поскольку жажда крови, намертво связанная с духовной сущностью Оды Горя, которую использовала Рэйвен, заливала сознание человека, назвавшего себя Кровавой Гончей, потенциальный убийца не успел отреагировать на это, применив хоть какую-то, даже самую слабую защиту, а вторая атака Рэйвен коснулась его Душевной призмы, и делать что-либо было уже слишком поздно.

К тому времени он не просто поверил, что он умрёт, он это знал.

Мгновенно его тело отреагировало и начало умирать самостоятельно, без всякой помощи со стороны Рэйвен. Это случилось быстрее, чем она ожидала, и, прежде чем она смогла прекратить атаку, человек упал в обморок. Или, может быть, более точным будет сказать, его тело умерло до такой степени, что сознание оставило его в ту же секунду.

Рэйвен безучастно смотрела на умирающего мужчину перед собой. Она неодобрительно щёлкнула языком.

«Наверное, это потому, что я ещё не использовала этот навык, после моего последнего прорыва...» – хотя Рэйвен тренировалась почт постоянно, ей было довольно сложно найти возможность, чтобы максимально использовать её мощную психическую атаку и, с каждым прыжком её совершенствования, повышалась эффективность её Божественных навыков, что усложняло её контроль над ними.

В течение трёх лет Рэйвен регулярно совершенствовалась в этом загадочном месте, бескорыстно и беспрекословно предоставленном ей основателями Академии, и хотя Рэйвен не посмела повторить «День света» в «Башне Духа», она всё же улучшалась не по дням, а по часам.

За эти годы Рэйвен не сделала ни единой новой духовной связи, удерживая их на уровне 374 соединений, но эти связи сильно изменились; если вначале они могли считаться хрупкими нитями, теперь они были скручены в прочные веревки, каждая из которых поглощала духовную сущность из мира с поразительной скоростью. Благодаря этой улучшенной скоростью поглощения прошёл всего год, когда Рэйвен перешла в область Чемпионов, и не так давно её совершенствование взлетело до такой степени, что она уже считалась Средним Чемпионом.

Таким образом, Рэйвен была первым девятилетним ребенком, который вступил в ряды лучшего одного процента элитарных спиритуалистов на континенте Троица, которым до сих пор удавалось поднять своё совершенствование – к почти щенячьему восторгу директора школы Свона. Сначала он немного неохотно согласился на просьбу Рэйвен о её личной мести, но, увидев, как быстро она улучшала свои силы, директор школы немедленно передумал. Для него самое главное было убедиться, что Рэйвен выживет – и, если это означало небольшой обман целой нации в течение нескольких лет... Ну, пусть будет так.

Рэйвен оглянулась на двух спящих близнецов недалеко от неё, прежде чем она взглянула на другого мужчину, шпиона, который упал без сознания под Одой Горя. Хотя он был слабее, чем "Кровавая Гончая", Рэйвен не ударила его навыком прямо, так что ему было чуть лучше. Он, хотя бы, не умирал.

«Четыре человека, да... Как раздражающе», – вздохнула она. Но, несмотря на её внутренние мысли, Рэйвен с лёгкостью подняла двух незнакомцев на плечи. Что касается близнецов, под ними появилась мягко светящаяся мембрана духовной сущности, которая осторожно подняла их с земли. Она не использовала Божественного навыка, чтобы поднять их и вместо этого полагалась на собственную способность проявлять свою духовную сущность вне своего тела. Это началось с небольшого кольца в классе старейшины Уиллоу почти четыре года назад, но, поскольку Пространственный Рывок Рэйвен полагался на эту самую концепцию, чтобы работать на полную мощность, Рэйвен обучилась, благодаря этой технике, совершенно новым высотам.

«По крайней мере, Гончая сделал мою работу намного проще, чтобы я могла вернуться в дом незамеченной...», – подумала Рэйвен, когда она молча шла в ночи, таща на плечах два бессознательных (а одно и бездыханное), а рядом – двух бессознательных мальчиков.

Не прошло и часа, как внезапно появившийся Джавелин распахнул дверь в дом на окраине города, где жил Билл.

Джавелин собирался позвать Рэйвен, когда её спокойный, но холодный голос остановил его.

– Почему ты так взволнован, Джавелин? Я уверена, что Билл сказал тебе, что не нужно спешить.

– Рэйвен! – Джавелин пробежал несколько метров, отделяющих его от Рэйвен. – Ты невредима?

Видя его безумный взгляд, Рэйвен не могла не смягчиться: – Я в порядке, Джав, – сказала она и протянула руку, чтобы погладить его голову – хотя Рэйвен сильно выросла, Джавелин тоже не оставался одного роста, и он всё ещё оставался выше почти на голову. – Как со мной мог справиться простой Чемпион низкого уровня?

Сначала Джавелин почувствовал облегчение, но он быстро разозлился:

– Прекрати это, – хмыкнул он, после чего раздражённо сделал шаг назад, отходя от Рэйвен. – Я больше не ребёнок!

Рэйвен махнул рукой: – Никогда не думай об этом. Мне нужно, чтобы ты помог мне с несколькими вещами, Джавелин.

Сразу же гнев внутри Джавелина немного успокоился. Прошло уже довольно долгое время с тех пор, как Рэйвен просила его об одолжениях, чаще обращаясь к этому убийце, Лимпкину.

– Что я могу сделать? – спросил он, наверное, чуть излишне торжественно.

– Мне нужна твоя помощь с некоторым исцелением, – ответила она.

И ещё раз Джавелин не смог остановить себя, он быстрым шагом приблизился к Рэйвен, страх охватил его сердце.

– Я думал... Ты же сказала, что не пострадала! Где рана? Дай мне посмотреть!

– Не я, глупый! – Рэйвен усмехнулась и оттолкнула чересчур спешащего Джавелина.

– Тогда кто... – Джавелин был в полном замешательстве.

– То есть ты не дослушал то, что Билл должен был сказать, не так ли? – спросила Рэйвен, и парень уставился в землю, рассеянно почёсывая затылок.

В этот момент Билл вошёл в парадную дверь.

– Вы правы, мэм, он этого не сделал, – сказал он, хрипя и запыхаясь. – Как только я сказал ему, что была попытка покушения и что вам нужна его помощь, этот молодой человек побежал, – Билл ткнул большим пальцем в сторону Джавелина.

– Ну, это твоя вина, что так случилось! – Джавелин отошёл чуть назад, нахмурившись от смущения. – Ты всё подал так, будто она умирала!

– Не льсти себе, малыш. Ты действительно думаешь, что я обратился бы к тебе за помощью, если бы сама мадам была ранена?

Джавелин и Билл смотрели друг на друга и от их взглядов только что искры не летали.

– Достаточно, – голос Рэйвен не был громким, но он носил угнетающую окраску, которая заставила как подростка, так и мужчину среднего возраста содрогнуться и остановить свой спор.

– Билл, спустись к близнецам Гриффин, Небесный сон может скоро закончиться, но я не хочу, чтобы они проснулись...

– Да, мэм, – Билл поклонился и вышел из комнаты, даже не взглянув на Джавелина. Рэйвен, с другой стороны, поманила паьцем, чтобы Джавелин следовал за ней. Они направились к подвалу дома.

– Небесный сон? – спросил Джавелин, пока они шли. Он раньше не слышал о таком умении.

– Это Божественный навык, который заставляет людей спать в течение двух часов. Это очень полезно, но легко защититься, если ты его ожидаешь.

Джавелин покачал головой.

– Серьёзно, Рэйвен, сколько Божественных навыков ты действительно знаешь? Если бы я не знал тебя лучше, я бы подумал, что ты прочитала и выучила все умения в Божественной библиотеке.

– Да, это так.

– Чоо?

– Я прочитала каждый свиток в библиотеке.

Джавелин споткнулся о порог, едва успев зацепиться за раму.

– Но это, должно быть, десять тысяч свитков!

– Если быть точнее, тридцать шесть тысяч девятьсот девятнадцать... – Рэйвен даже не потрудилась оглянуться на Джавелина, когда она начала спускаться по лестнице в подвал, оставив его ошеломлённым на лестничной площадке.

– Я прочитала каждый свиток в библиотеке.

– Но это, должно быть, десять тысяч свитков!

– Если быть точнее, тридцать шесть тысяч девятьсот девятнадцать... – Рэйвен даже не потрудилась оглянуться на Джавелина, когда она начала спускаться по лестнице в подвал, оставив его ошеломлённым на лестничной площадке.

«Я знал, что она просматривала многие свитки в библиотеке, но все?», – Джавелин был очень впечатлён. – «Подождите! Если она прочла их все, то сколькими она овладела?»

– Эмм, Рэйвен... – он начал, но она, казалось, знала, что он собирается спросить, потому что она ответила ему, прежде чем он закончил говорить.

– Тысяча сто девять.

– Срань Господня... – Джавелин не мог не выругаться в шоке, но его громкое высказывание было прервано, когда он обнаружил, что его рот внезапно закрыт рукой Рэйвен. Глаза Джевелина расширились, а его пульс ускорился от ощущения её прохладной руки.

– Держи себя в руках, Джавелин, – сказала Рэйвен. Её лицо было так близко к нему, что Джавелин почувствовал теплоту её дыхания. – Я сказала тебе, что мы не хотим разбудить близнецов, так что говори вполголоса, пока мы не окажемся в звуковом барьере.

Джавелину каким-то образом удалось сглотнуть и он послушно кивнул, поэтому Рэйвен опустила руку и отступила, продолжая шагать. Несколько секунд Джавелин ничего не мог сказать или даже двинуться – его сердце билось слишком сильно – но, когда Рэйвен дошла до нижней части лестницы и повернулась, чтобы спросить его, Джавелин заставил себя двигаться вперёд.

Рэйвен открыла нижнюю дверь в подвал и позволила Джавелину идти первым. В тот момент, когда он прошёл через дверной проём, его уши заполнил громкий крик.

– Отпусти меня! – отчаянно кричал голос. – Я ничего не сделал, так что отпусти меня!

Джавелин огляделся в подвале, только чтобы понять, что это ни в коем случае не выглядит, как подвал. Это больше было похоже на подземелье. Множество цепей, украшающих стены, и различные необычные инструменты были аккуратно расположены на скамейке в стороне. На стене напротив входа, два человека были прикованы цепями. Один из людей и был источником голоса – его глаза были полны страха, и Джавелин не мог не почувствовать, что человек готов в любую секунду то ли умереть, то ли сойти с ума. Другой мужчина висел в своих цепях, без сознания.

Джавелин оглянулся на дверь позади него.

– Подземелье?

Рэйвен кивнула и собиралась ещё что-то сказать, когда человек, который всё ещё находился в сознании, завопил.

– Пожалуйста, молодой человек, скажите этому сумасшедшему мальчику отпустить меня, я ничего не сделал!

Со вспышкой Рэйвен оказалась рядом с мужчиной, её рука сжала его горло.

– Не разговаривай с ним, – строго предупредила она, прежде чем наклонилась ближе и прошептала то, что Джавелин не расслышал. Что бы она ни сказала, это возымело эффект; тотчас человек побледнел и захлопнул рот.

Джавелин слегка нахмурился. Уже некоторое время он знал, что Рэйвен была потрясающего мастерства убийцей, которая, без сомнения, убила много людей раньше, но каким-то образом это подземелье заставило Джавелина почувствовать себя немного неловко. Одно дело быть убийцей – немногие спиритуалисты проживут всю свою жизнь, не убив кого-либо, но это было совсем другое дело.

– Рэйвен? – голос Джавелина показал его внутреннее состояние немного больше, чем он намеревался, но, заметив это, Рэйвен проигнорировала.

– Мне нужна твоя помощь, чтобы исцелить этого человека, – сказала она вместо этого и указала на бессознательного. – Моих ограниченных навыков исцеления недостаточно.

– Твои ограниченные навыки? – заявление заставило Джавелина забыть о его беспокойстве на мгновение. – Я думал, что ты... э-э-э... узнал более тысячи Божественных навыков. Среди них по-любому должен быть лучший навык исцеления, чем у меня.

Рэйвен покачала головой: – Они, похоже, не совместимы со мной. Даже после того, как я научилась их использовать, их последствия всегда... мрачны – и они тоже становятся хуже... – на мгновение взгляд Рэйвен стал далёким и немного грустным, словно она подумала о чём-то, что причиняло ей боль.

Джавелин почувствовал, как в его горле образовался комок, но, прежде чем он успел хоть что-то сказать, глаза Рэйвен вернулись к своему нормальному бесстрастному состоянию.

– Тебе лучше поторопиться, – сказала она и указала головой на человека, нуждающегося в помощи.

– Верно, – Джавелин подошёл вперёд и возложил руки на пациента, позволив его духовной сущности влиться в человека. Глаза его мгновенно расширились от шока: внешне с человеком не было ничего плохого, но внутреннее состояние было совершенно противоположным. Каждый орган был готов отказать с минуты на минуту. Обычно так тело реагирует на сильное насилие, отчаянно пытаясь "перезагрузить" себя, но здесь ничего не было – человек просто медленно умирал.

– Я не могу излечить такое – тут нужен настоящий целитель! – воскликнул Джавелин, смотря на Рэйвен беспомощными глазами. – Как это случилось с ним?

Рэйвен пожала плечами: – Он сам сделал это с собой... ну, в некотором смысле.

– Как же он смог?

– Трудно объяснить... Самое важное – это то, что на самом деле его ничто не повредило, даже его душевная призма не была повреждена, хотя на ней были признаки "взлома", когда я последний раз проверяла. Если бы ты мог просто хоть немного оживить его, я, уверена, смогу вырвать у него то, что мне нужно.

– Это ты с ним сделала? – Джавелин было изумлён, но его тон был более обвинительным, чем впечатлённым.

Лицо Рэйвен ожесточилось: – Этот мудак, назвавшийся Кровавой Гончей, собирался убить Мартина и Ларка, а потом её и прикончить меня, как свидетеля! Я должна была просто сидеть, сложа руки, и позволить этому случиться?

Джавелин быстро помотал головой: – Конечно, нет! Это не то, что я имел в виду, Рэйвен. Я просто никогда не слышал ни о чём подобном и только задавался вопросом, как ты это сделала. Я не так наивен, чтобы считать, что ты сумеешь сразиться с низким Чемпионом, не причинив ему вреда – скорее всего, я бы вообще убил его.

Рэйвен, казалось, немного смягчилась, даже устало улыбнулась Джавелину: – У него есть информация, которую я хочу.

– Хорошо, тогда, – сказал Джавелин и снова обратил внимание на умирающего. – Давай посмотрим, что можно сделать...

Из его рук вылился блестящий, но странно не ослепляющий свет, а он положил одну из них на лоб человека, а другой на живот. Волны духовной сущности вытекали из Джавелина в человека, заставляя тело последнего сотрясаться с каждой волной.

В стороне второй, всё ещё сознательный человек, казалось, мгновенно забыл про свои страхи, и пристально смотрел на руки Джавелина. Или, возможно, на человека под ними. Трудно было сказать, был ли он нетерпелив или опасался, что человек придёт в сознание.

Сначала не было никакой реакции на лечение Джавелина, так как человек продолжал умирать неуклонно, но, в конечном итоге, духовная призма, которая уже была надломлена, как будто стабилизировалась. Словно вынырнув после долгого погружения, человек внезапно вздрогнул, вдыхая воздух.

Джавелин ощутил словно бы холодную руку, сжавшую его затылок, прежде чем он оказался в другом конце комнаты, а Рэйвен уже стояла между ним и прикованным человеком, также известным как Кровавая Гончая.

Джавелин посмотрел на плечо Рэйвен, и он впервые осмотрел внешность захваченного убийцы; волосы у мужчины были короткими и растрёпанными, но тёмно–коричневые завитки красиво очерчивали его бледное лицо, его кожа была бледной, а глаза были яркими, светло-зелёными. Несколько ужасных шрамов на щеке были единственной вещью, которая фактически мешала человеку считаться красивым. Ну, и его испуганное выражение.

Джавелин нахмурился; мужчина выглядел смутно знакомым. Юноша хотел приблизиться, чтобы лучше осмотреть, но Рэйвен протянула руку, чтобы остановить его.

– Даже с Ограничителями в его цепях физическая сила низкого Чемпиона – это не то, что тебе следует недооценивать, – предупредила она.

Джавелин покачал головой: – Я знаю, но он выглядит так знакомо...

Рэйвен развернулась и пристально посмотрела на мужчину. Джавелин даже не смог уловить ее движения, а она внезапно появилась перед потенциальным убийцей, наклонив голову последнего к ней. Глаза Рэйвен, казалось, вглядывались в самую душу человека, в результате чего даже Джавелин содрогнулся, когда человек издал мягкий всхлип – его, возможно, вырвали из состояния, где его страх чуть не убил его самого, но Рэйвен явно всё ещё пугала его.

Джавелин едва смог удержаться от усмешки при виде взрослого мужчины, который хныкал перед своей девятилетней девочкой, но следующие слова Рэйвен заставили Джевелина подавиться собственным смехом:

– Откуда ты знаешь Миртуса Уиллоу, мистер Кровавая Гончая? – спросила она, сузив глаза. – Или я должен обращаться к тебе по имени твоего клана, мистер Уиллоу-Хаунд? (Имя убийцы – Bloody Hound, Блади Хаунд – Кровавая Гончая)

Когда последнее слово Рэйвен сорвалось с её губ, уже и так дрожащий мужчина затрясся так сильно, что громко загремел его цепями. По его ясным светло-зелёным глазам было видно, что он в панике.

– К-как... – мужчина казался неспособным сказать больше, но рот Рэйвен скривился в холодной полуулыбке. Её подозрения были подтверждены. Взглянув на эти испуганные глаза её потенциального убийцы, Рэйвен просто должна была признать, что они были так похожи на глаза старейшины Уиллоу, да так, что ей было почти стыдно, что она не увидела эту связь раньше.

С тех пор, как она принесла сюда этого человека, Рэйвен ощущала, что мимо неё проходит что-то важное. Она не могла понять, в чём же дело, но, когда Джавелин сказал, что он откуда-то знает так называемого Кровавую Гончую, Рэйвен вдруг поняла, что именно так напрягало её; аура этого убийцы, хотя и намного более убийственная, всё ещё имела такие же основные характеристики, как и у старейшины Уиллоу.

Помимо этого, как Рэйвен могла точно сказать, что Мартин и Ларк были тесно связаны друг с другом своей духовной сущностью, она также могла сказать, что должна была быть какая-то семейная связь между Миртусом Уиллоу и Кровавой гончей.

– Неважно, откуда я знаю, дело в том, что я знаю, – Рэйвен чуть сильнее сжала хватку, которой держала убийцу у горла. – Теперь расскажи мне, как вы связаны друг с другом.

Несмотря на его страх, убийца сумел фыркнуть: – Этот смиренный маленький слабак-целитель не имеет никакого отношения ко мне! – он выплюнул последние слова, но они быстро превратились в болезненный стон, когда кости в его челюсти начали трещать в хватке Рэйвен.

– Не идиотничай, мистер Гончая, – предупредила Рэйвен. – Я не оценю этого.

В её кроваво-красных глазах мелькнула жажда крови, и человек отчаянно попытался показать своё согласие, даже с той болью, которую это движение принесло. Рэйвен снова ослабила хватку. – Твоё имя и отношение к старейшине Миртусу Уиллоу.

– Я... моё имя в клане – Рутер Уиллоу. Миртус – мой кузен.

Рэйвен сузила глаза, и за собой услышала резкий вдох Джавелина. Он приблизился к Рэйвен и заключённому, Рутеру.

– Это он попросил тебя убить Ларка и Мартина? – спросил он, и в его глазах вспыхнул гнев. Рутер открыл рот, чтобы говорить, но Джавелин не стал дожидаться ответа и ударил его в живот. – Говори, чёрт тебя дери!

Рэйвен отпустила челюсть Рутера и быстро оттащила Джавелина.

– Ты-то что делаешь? – упрекнула она, тщательно проверив руку мальчика – в его костях было несколько переломов.

– Он пытался убить их, Рэйвен! Если старейшина Уиллоу и правда его двоюродный брат, тогда...

Рэйвен прижала палец к губам Джавелина, чтобы заставить его замолчать. Мальчик слегка дёрнулся от её прикосновения.

– Я знаю, Джавелин, но позволь мне самой сделать это, хорошо? – пока она говорила, рука, которая всё ещё держала переломанную руку Джавелина, начала горячо светиться. Свет был слабым, до такой степени, что его, вероятно, даже не было бы заметно при дневном свете, но медленно несколько трещин в руке Джавелина начали заживать. Увидев, что Джавелин не собирался протестовать, вторая рука Рэйвен тоже начала светиться.

Когда она почувствовала, что его кости исцеляются, Рэйвен не могла не вздохнуть. «Слишком медленно… Путь исцеления на самом деле закрыт для меня, а?»

С тех пор, как Рэйвен овладела своим первым Божественным навыком исцеления, Рэйвен было довольно тяжело изучать их. Сначала это было связано с тем, насколько быстро она изучала другие навыки, но постепенно всё становилось хуже, вплоть до того, что даже те исцеляющие навыки, которые она уже освоила, начали терять свою эффективность. Она не знала, почему, но с тех пор, как она начала совершенствоваться в обратном водопаде, у Рейвен появилось ощущение, что, возможно, есть что-то, что мешает ей использовать более жалостливые аспекты своей духовной сущности. По крайней мере в любом другом отношении, кроме как усиления её собственного тела.

Несколько вдохов спустя, свечение вокруг рук Рэйвен затуманилось; руки Джавелина были восстановлены.

– Спасибо, – пробормотал он, но Рэйвен покачала головой.

– Было бы быстрее, если бы ты делал это сам, извини.

Теперь настало время Джавелина протестовать.

– Нет, если бы я сделал это сам, то... – на полуслове он осёкся, как будто он действительно не знал, что сказать дальше. Поспешно парень отвернулся, его лицо слегка покраснело.

Рэйвен не могла не улыбнуться, но ничего не сказала. Вместо этого она обратила внимание на двоюродного брата старейшины Уиллоу. Она небрежно взглянула на его живот, куда Джавелин ударил его, прежде чем снова уставиться в глаза мужчины.

– Хотя кулак моего друга не смог навредить тебе, мы оба знаем, что мои смогут, – спокойно сказала она.

На этом этапе второй заключенный больше не мог уже сдержаться и снова начал неудержимо плакать.

– Пожалуйста! – умолял он. – Пожалуйста, отпустите меня! Я не имею никакого отношения к этому... Я... я не скажу никому о вас, или об этом месте, я клянусь!

Рэйвен щёлкнула запястьем, и маленький кинжал вонзился в каменную стену рядом с ухом человека.

– Я уже предупредил тебя однажды, не разговаривай, пока не попрошу.

Тот зажмурился.

– Кто он? – спросил Джавелин.

– Я ещё не знаю, – ответила Рэйвен, пожав плечами. – Но наш друг Рутер ответит нам.

На короткое мгновение страх в глазах неизвестного узника исчез, сменившись сильным гневом, когда осмелился краем глаза взглянуть на Рутера. Джавелин этого не заметил, но как могла Рэйвен пропустить это?

«Значит, слабый – это работодатель. Или, может быть, посредник?»,– подумала она, пока снова сосредоточила своё внимание на Рутере. – Давай пока не будем слишком усложнять ситуацию… я скажу тебе то, что знаю, и ты будете достаточно любезен, чтобы заполнить те детали, которые я пропускаю, хорошо?

Рэйвен позволила её жажде крови показаться в её глазах. Рутер вздрогнул и упал в цепях. Воспоминание о том, что сделала ему Рэйвен, возродилось в его уме, и было так впечатляюще, что он едва не вернулся к своей саморазрушительной коме.

– Итак, твоё имя – Рутер Уиллоу, ты – двоюродный брат Миртуса Уиллоу. Но ты недолюбливаешь последнего. И сейчас ты отправился сюда, чтобы убить Ларка и Мартина Гриффина и не оставлять свидетелей в живых, верно? – Рутер кивнул. – Кто?

– Я не знаю... – взгляд Рэйвен усилился, и Рутер почти запаниковал. – Клянусь, я не знаю! Это был приказ от главы гильдии, но кто заказал их – я не знаю!

– Разве это было не по личным причинам?

– Я так не думаю – мне сказали сделать дело чисто.

Рэйвен подняла бровь.

– Три молодых человека в тёмном переулке, перебить всю их охрану, пытаться явно их запугать… Это можно считать «чистым делом»? – она не выражала своих опасений, а продолжала допрос. – Тогда зачем посылать за тобой, а не на кого-то, кто действует в Небесной Империи?

Рутер пожал плечами: – У вас более жёсткие правила для использования Гильдии убийц здесь, я полагаю. Видимо, этот заказ сделали не спиритуалисты...

Верхняя губа Рэйвен дрогнула, и кинжал мелькнул в воздухе, пронзив руку Рутера. Он завопил, когда из лезвия кинжала выстрелила молния, заставив всё его тело дрожать.

– Не лги мне, Рутер, – спокойно сказала Рэйвен, когда судороги в его мышцах стихли. – Я точно знаю, когда ты мне лжёшь.

– Хорошо, хорошо! Ладно, глава гильдии сказал, что это должен быть я, но почему – я действительно не знаю!

– Каковы были твои инструкции?

– Меня отправили в Небесную Империю с явным приказом убить двух наследников Гриффин. Не нужно было быть слишком осторожным, но сделать это чисто и не оставить свидетелей. Затем я пробыл бы неделю здесь, прежде чем отправиться домой.

Рэйвен внимательно слушала, пока Рутер говорил, выискивая любые признаки лжи, но человек, казалось, верил его словам. Тем не менее, были некоторые вещи, которые он явно забыл упомянуть.

– Тогда почему ты оставил этого парня? – Рэйвен указала большим пальцем на другого заключённого. Хоть она и не могла его видеть, все её другие чувства заметили, как он слегка дёрнулся, когда Рэйвен упомянула о нём.

Рутер немного поколебался, но когда Рэйвен подняла второй кинжал и посмотрела на него своими кровожадными глазами, Рутер уступил.

– Он мой связной здесь, он называет себя Спа…

– Ложь! – выкрикнул другой человек, заглушая слова Рутера. – Полное дерьмо!

*БАБАХ*

В мгновение ока Рэйвен обернулась и ударила головой протестующего в каменную стену. Мгновенно его глаза закрылись, тело обмякло, а голос затих. Словно бы наслаждаясь внезапной тишиной, Рэйвен глубоко вздохнула. Затем она повернулась к Рутеру, который смотрел на неё широко раскрытыми глазами; он был низким Чемпионом, и, хотя он мог сказать о своём похитителе хотя бы то, что Рэйвен был действительно сильнее, чем он сам, это было ненамного, и всё же он не вообще не сумелпроследить за её движениями.

– Ну что? –как ни в чём не бывало сказала Рэйвен. – Продолжай.

– Как я уже говорил, он называет себя Спарв, и я должен был встретиться с ним у Чёрного орла.Он был бы единственным, кроме меня, кто ушёл с места убийства в живых.

«Это не имеет смысла… Зачем быть таким непреклонным, не оставляя свидетелей только для того, чтобы оставить одного?», –Рэйвен нахмурилась. – «Смерть двух наследников префектуры никогда не осталась бы незамеченной. Даже если бы они хотели распространять ложные слухи, не было бы причин быть там лично…»

Когда Рэйвен задумалась над возможностями в её голове, Спарв медленно отходил от удара, который Рэйвен нанесла ему.

«Если клиент действительно не хотел свидетелей, тогда только один человек мог уйти от него, но Спарв тоже недостаточно силен…»

Прежде чем Рэйвен успела додумать, человек, которого убийца назвал Спарвом, полностью пришёл в сознание. Не колеблясь, он так сильно сжал свои зубы, что один из них треснул.В тот же момент из зуба в человека вылилась чёрная, как смоль, энергия. Будто по щелчку выключателя, совершенствование Спарва взлетело вверх; менее чем за секунду он перешёл от высокого Адепта к среднему Чемпиону, но продолжал расти.

Несмотря на то, что его сила всё ещё возрастала, Спарв не терял времени в любом случае.Он сорвал цепи и бросился к Джавелину. Его руки были покрыты нефритом, от них шла словно бы какая-то дымка, которая наполняла комнату гнилостным запахом. Всё произошло так быстро, что Джавелин даже не осознал, что человек свободен, не говоря уже о том, чтобы защищаться от его атаки. Излишне говорить, что даже без разницы в уровне совершенствования Джавелин бы не смог ничего сделать, чтобы защитить себя.

Не было времени колебаться.

Джавелин почувствовал внезапный рывок за воротник, который дёрнул его назад с невероятной силой. В том месте, где он стоял секундой ранее, раздался взрыв, и весь подвал был окутан облаком зелёного дыма и пыли. Через несколько секунд после удара дом всё ещё дрожал.

На мгновение Джавелин был слишком ошеломлен, чтобы хоть что-то делать, но его разум быстро очистился.

– Рэйвен! – позвал он в тусклый туман, но ответа не последовало. Из обрывков всё ещё активированной духовной сущности перед ним, парень мог сказать, что только один человек всё ещё был в сознании, но он не мог сказать, кто из них.

Он отчаянно хотел побежать вперёд, но ноги ему не дали. Всё, что он мог сделать, это беспомощно смотреть, пока дым и пыль медленно оседали на землю. Когда пыль, наконец, позволила видеть хоть что-нибудь, он увидел Рэйвен, сгорбившуюся над телом Спарва. Из его головы наполовину торчало великолепно выкованное лезвие, на котором виднелись замысловатые надписи, мерцающие лёгким фиолетовым оттенком и его рукоять была сформирована, как два крыла, готовые поднять меч в воздух.

Джавелин, завороженный лезвием, напряг глаза, чтобы видеть это более чётко. Он мог бы поклясться, что маркировка на клинке формировала слова, но, когда он только начал читать, меч исчез из головы лежащего человека. Когда лезвие исчезло, Джавелин несколько раз моргнул, прежде чем он покачал головой и сосредоточил взгляд на Рэйвен, которая медленно поднималась с земли.

– Ты в порядке? – спросил он, но когда Рэйвен повернулась к нему лицом, он, к его ужасу, заметил, что из уголка её рта стекает капля крови. – Рэйвен! – крикнул он, но снова его ноги не двинулись.

Глаза Рэйвен встретились с ним. Она задержала взгляд лишь на секунду, после чего она бросилась вперёд, и упала на колени перед ним.

– Рэй... – глаза Джавелина расширились, и, казалось, что его сердце перестало биться. Он застыл на месте, его разум совсем опустел. Единственное, о чём он мог думать – это ощущение прохладных, но мягких губ Рэйвен на его шее, её руку, сжимающую его затылок, и ощущение её теплого языка, который блуждал по его коже.

Внезапно его сердце снова забилось, и, словно пытаясь компенсировать временную остановку, оно билось быстрее, чем когда-либо. Несмотря на холодное ощущение от губ Рэйвен, даже её прикосновение излучало теплоту, наполняя каждый дюйм его тела. Он обнаружил, что сумел поднять руку, чтобы прикоснуться к спине и шее Рэйвен, и насладиться прикосновением к её мягкой коже.

Внезапно жар в нём стал близким к невыносимому. Он чувствовал, будто каждая клетка его тела горит; не только желанием, но и чем-то ещё. Джавелин слегка нахмурился, когда понял, что рука, которой он обнимает Рэйвен, слишком тяжела для него, и он позволил ей упасть на бок.

«Что...», – прежде чем он смог закончить вопрос, разум Джавелина погрузился во тьму.

Сплюнув и вытерев рот, Рэйвен отступила от бессознательного Джавелина, после чего упала на стену рядом с ним. Её духовная сущность бешено кружила в её теле, работая над восстановлением травм, которые она получила, а также с борьбой с ядом, который она удалила из Джавелина.

Как только она заметила внезапный и экстремальный подъем совершенствования Спарва, Рэйвен пришла к выводу, что это момент "убивай или будь убитым". Тёмная энергия, которую она ощущала, была очень похожа на ту, которую она чувствовала внутри её двоюродного брата, и многих других членов клана Тэйлон. Поскольку Рейвен не было известно, насколько сильным Спарв станет, она не могла рисковать.

Рэйвен проецировала свою духовную сущность рядом с Джавелином и активировала её Пространственный Рывок, мгновенно изменив её положение. Одной рукой схватив воротник Джевелина, а другой она схватила покрытое ядом оружие Спарва. Рэйвен удалось вытащить Джавелина с пути клинка в последнюю секунду. Не тратя впустую движение Спарва, Рейвен переместилась, чтобы перевернуть его на спину и нанести смертельный удар ему в голову, прежде чем ему удастся нанести ответный удар.

Она не ожидала, что он будет так же быстр, как и она, – этот человек всё-таки уже успел пробиться до высокого Чемпиона. Он даже успел оставить царапину на Джавелине. Но самое странное произошло, когда Рэйвен активировала все четыре её Божественных навыка. Она хотела не только контратаковать, но и избежать удара собственными навыками Спарва.

На короткое мгновение духовная сущность, которую она развернула, частично слилась со Спарвом. Это само по себе было не столь редкими, это было практически неизбежно, когда сражались два спиритуалиста, только обычно духовные сущности отвергали друг друга, и оба были бы либо взаимно уничтожены, либо одна была перекрыта другой. Странность заключалась в том, что на этот раз была больше похоже, будто духовная сущность Рэйвен вошла в Духовную сущность Спарва, уговорив её помочь ей атаковать, предоставив ей свои силы и сделав её своей.

Внезапно в её сознании всплыл знакомый стих...

Если не можете простить врагов ―

Тогда их нужно бросить в пламя.

И что бы ни было от них,

Десятикратно возвратить!

Пока Рэйвен сидела на полу подвала в подобном оцепенении, громкие шаги раздались сверху. Через несколько мгновений Билл сбежал вниз по лестнице с короткой дубинкой в ​​одной руке, и чем-то, похожим на чашку в другой.

Его глаза оглядели всю комнату и расширились, когда он увидел Рэйвен.

– Мэм! – крикнул он и бросился вперёд, уронив дубинку на землю. – Вы в порядке, мэм?

Рэйвен моргнула. Напряжение мыслей, которые начали формироваться в её сознании, исчезло, прежде чем она смогла полностью понять это. С усталым вздохом она встретила взгляд Билла.

– Я в порядке, Билл, и Джавелин – тоже… – она наклонила голову к теперь мёртвому человеку в нескольких шагах. – Я была немного небрежна – он скрывал свои силы или, может быть, имел способ значительно повысить уровень его совершенствования очень быстро... Я никогда не видела ничего подобного. Хотя духовная сущность его была похожа на ту, вокруг Гадвалла и Тэйлона.

– Так это были их дела? – спросил Билл.

Рэйвен взглянула на всё ещё живого убийцу, который был прикован к дальней стене.

– Скорее всего, он, похоже, мало что знает. А этот, – она пнула труп, – Вообще нам ни черта не скажет.

Билл серьёзно кивнул. Он знал, что из мёртвого нападающего хоть и можно вытащить информацию, но цена за это того явно не стоила: – А мистер Хек? – спросил он.

Рэйвен подумала, что даже ему слышно, как её сердце бьётся, но, конечно же, она просто придумывала.

– А, он получил удар Цикуты, – объяснила она и увидела, что глаза Билла снова увеличились; Лезвие Цикуты был Божественным навыком пятого уровня, который покрывал любое оружие, будь то лезвие или рука, смертельным ядом, полученным из самого воздуха – и, если его не вылечить немедленно, это приведет к быстрой и довольно мучительной смерти. – Не волнуйся, я уже удалила большую его часть – он должен быть в порядке после некоторого отдыха. Сумеешь донести его до одной из кроватей?

Билл посмотрел на Рэйвен, на порез на горле Джавелина, на странно счастливое лицо того, кто, по идее, умирает от тяжелейшего яда… на короткое мгновение в его глазах появилась насмешка, но, когда он почувствовал сильный взгляд Рэйвен, она быстро исчезла.

– Да, мэм! – подчинился он и быстро поднял мальчика на руки.

– О, и Билл, – вставила Рэйвен, когда он уже почти дошёл до лестницы, – В следующий раз, когда придёшь ко мне на помощь… Предлагаю тебе выбрать что-то более крепкое, чем фарфоровая чашка, на место щита...

Поставив одну ногу на лестницу, Билл дёрнулся, а его уши стали ярко-красными.

– Да, мэм... – пробормотал он, смутившись, и скрылся за лестницей. Рэйвен не могла не посмеяться над его видом.

Её смех был, однако, недолгим. С каменным лицом Рэйвен повернула голову назад к трупу, лежащему на земле, после чего она взглянула на Рутера.

– Ты знал? – спросила она, но ей не нужно было ждать ответа, чтобы узнать правду.

– Нет... – его голос звучал более ломким, чем она когда-либо слышала. – Он... он был Чемпионом на пике?

– Кажется.

Рэйвен хмыкнула, после чего оттолкнулась от своего места у стены и двинулась,чтобы осмотреть различные кольца, которые носил мужчина. Ни одно из них не выглядело как пространственное кольцо, но, учитывая все странные вещи, с которыми Рэйвен сталкивался в последнее время с завидной периодичностью, лучше всего убедиться. В то время, когда она тщательно изучала ювелирные изделия человека со своей духовной сущностью, Рутер продолжал бормотать про себя:

– Если бы он был Чемпионом на пике, то зачем нанимать меня? Зачем следовать за м... – внезапно Рутер, похоже, понял. Его лицо покраснело от ярости. – Его послали не наблюдать за мной! Его послали прикончить меня, как только дело будет сделано!

– Значит, в твоей пустой голове всё-таки естьхотя бы зачатки мозга, – усмехнулась Рэйвен.

– Отпусти меня, – проревел он. – Отпусти меня, я сам заставлю этих ублюдков заплатить!

С холодной улыбкой Рэйвен незаметно сняла кольцо с левого мизинца Спарва и подняла голову к Рутеру. – О каких ублюдках ты говоришь?

Рутер моргнул, осознав – он на самом деле не знал, кто нанял его, кроме того, что приказ пришёл от главы его клана. Однако его шок быстро превратился в гнев.

– Да кого это волнует? Я выясню, кто это сделал – выпусти меня! – он начал рвать цепи, которые связывали его, но безрезультатно. Рэйвен решила пока игнорировать его.

Вместо этого она сосредоточилась на маленьком кольце в её руке. В нём не было никаких обычных признаков пространственного кольца, такого как подобный меди оттенок, который получала руда души во время обработки, – но когда она исследовала его со своей духовной сущностью, она ощущала большую глубину в нём. Рэйвен взглянула на труп.

«Если это пространственное кольцо или любой другой артефакт спиритуалиста, то смерть его предыдущего владельца должна была удалить печать на нём…»

Рэйвен лишь немного поколебалась, прежде чем позволить капле её крови упасть на кольцо. Мгновенно её глаза загорелись; это было пространственное кольцо, и с гораздо большим пространством, чем обычно. Примерно пять кубических метров, а не один.

Однако, несмотря на огромное пространство, кольцо было в основном пустым. Помимо нескольких сотен серебряных монет, на которые можно было бы купить относительно неплохой меч, в нём был только небольшой кусочек пергамента, не более, чем страница в книге. Не вытаскивая бумагу из кольца, Рэйвен использовала свою духовную сущность, чтобы прочитать написанное на ней, и сразу её брови нахмурились.

«Итак, это всё… Это плохо»

– Эй, ты слушаешь меня, блин? – Рутер позвал её, возможно, в десятый раз. Какой бы страх он ни испытывал при Рэйвен, он, казалось, был омрачён его яростью так, что позабыл про страхи. – Ээээээээй!

Тело Рэйвен качнулось, и в следующее мгновение она стояла лицом к лицу с Рутером. Никаких следов её задумчивости не было видно, на самом деле она выглядела почти милой, когда её большие красные глаза смотрели на Рутера. Неожиданное дрожь пробежала по его спине.

– Это твой счастливый день, мистер Хаунд. Я знаю, кто приказал убить близнецов, и кто заказал твоё последующее убийство – хочешь знать? – она заложила руки за спину и наклонилась ближе, её лицо остановилось всего в нескольких дюймах от лица Рутера. Она слегка расслабила свои лицевые мышцы, позволив своей женственности стать чуть больше.

– Расскажи мне… – Рутер хотел заорать, но это получилось скорее как шёпот.

– О, я расскажу, – улыбнулась Рэйвен. – Только я подумал, не мог бы ты сначала что-нибудь рассказать мне... – она наклонилась ещё ближе, и Рутор покорно кивнул. – Понимаете, Миртус Уиллоу, он мой так называемый «Старейшина» в Академии. Я не знаю его очень близко, но мне интересно, почему ты так его ненавидишь.

– Этого слабака? – Рутер выплюнул слова, несмотря на то, что он был очень взволнован. – Думать, что у Миртуса есть право назвать себя Уиллоу, после того, как он отказался от клана... Он заслуживает того, что я ему дам!

– И это всё?

– Да, всё. Любой Уиллоу, который уклоняется от пути крови – это не Уиллоу, никогда таких не было, и в будущем никогда не будет!

Рэйвен сделала шаг назад, её глаза вспыхнули холодом.

– Итак, клан Уиллоу – клан для воинов и убийц, и поскольку Миртус решил стать целителем, ты его убъёшь?

Рутер рассмеялся, казалось, не обращая внимания на убийственный взгляд, которым на него смотрела Рэйвен.

– Он давно бы умер, если бы не прятался в одной Императорской Академии за другой!

– Я понял…

– Итак, я ответил на твой вопрос.Теперь скажи мне, кто нанял меня и позволь мне убить ублюдка!

*Кланк!*

В маленьком подвале мягко раздался металлический звук, и Рутер недоумённо посмотрел на свою грудь. Изящно выгравированное лезвие было по самую гарду погружено прямо в его сердце, остаток выходил из его спины, где он и ударил по каменной стене.

– З-з-за…

– Зачем? – Рэйвен сама задала себе вопрос, который Рутер уже не мог спросить. – Ты больше не нужен мне.

– По…

– Почему же не отпустить тебя, чтобы ты мог выследить нашего общего врага? Ты пытался убить моих друзей, Рутер, а это нельзя простить, – Рэйвен с лёгкостью вырвала клинок, за которым в воздухе пролетел шлейф кровавых брызг. – Кроме того, я не могу позволить тебе сбежать и убить Старейшину Уиллоу просто потому, что он не тот, кого ты хочешь из него сделать.

Рэйвен повернулась, чтобы уйти, но остановилась и посмотрела на свой меч, после чего печаль наполнила её глаза.

– В течение пяти лет я не использовала этот меч ни разу, но сегодня я дважды дала ему напиться крови… Бьюсь об заклад, отец этого не одобрит...

Мерцая в свете факела, который сражался против тьмы в подвале, меч Рэйвен вспыхнул и исчез.

Мы были, как всегда, одни в кабине, и, как всегда, падал снег. Однако всё было не так, как всегда.

Она – самая интригующая женщина, с которой я когда-либо встречался – пристально смотрела на меня, но на этот раз её глаза не были такими холодными и отдалёнными. На этот раз я увидел что-то ещё в этих чёрных камнях, которые, казалось, видели прямо сквозь меня.

– Ты прекрасна, Рэ... – попытался я сказать, но мои словапрервали её губы, прижимаяськмоим в огненной страсти. По мере того как поцелуй усилился, мой разум исчез, и всё, о чём я мог думать, – пожалуйста, пусть это будет не сон...

– Рэйвен!

Джавелин рывком сел в постели, но тут же почувствовал сильное головокружение, и ему пришлось подавить в себе желание вырвать всё, что съел.

– Легче, мальчик, – хихикнул знакомый голос Билла. – Или мне нужно сказать мадам Найт, что ты заболел, и тебе стало плохо в её постели?

– Заткнись нахрен, а? – простонал Джавелин, хватаясь за голову.

– Оденься, – можно было услышать шаги, когда Билл отошёл от кровати, остановившись перед открытым камином дальше в комнате.

Его глаза всё ещё были закрыты, Джавелин позволил себе упасть обратно в постель. «Что это было... сон?», – подумал он, всё ещё путаясь. – «Это было так реально».

В его голове, сон медленно изменился, когда Джавелин вспомнил поцелуй Рэйвен в подвале; мальчик почувствовал, как его бросает в жар при одной только мысли о нём. «Значит ли это, что она действительно любит меня?», – подумал он, а его рука инстинктивно коснулась того места, куда его целовали губы Рэйвен.

То, что он обнаружил там, однако, заставило его нахмуриться. «Повязка? Мне больно?»

По мере того, как он вспоминал, что случилось, он вспомнил, как бывший пленник атаковал его. Он увидел, как покрытая чем-то зелёным рука с мечом порезала его, и он почувствовал, как Рэйвен отбросила его с дороги как раз вовремя. Джавелин поднял повязку на шее и нашёл небольшой разрез под ней. «Так меня... отравили?», – понимание пронзило его сердце, и Джавелин крепко сжал кулаки, игнорируя боль, вспыхнувшую в ладонях.

«Я думал, что она...», – он не позволил себе закончить предложение. – «Прекрати. В любом случае, у меня есть невеста. Рэйвен должна...»

Внезапно глаза Джевелина вспыхнули, и он снова сел, решительно игнорируя ужасное состояние, которое это заставило его чувствовать.

– Билл! – крикнул он. – Где Рэйвен?

– Я думал, ты хотел, чтобы я заткнулся, – сказал Билл через плечо, но прежде, чем Джавелин смог опровергнуть, он ответил на вопрос. – Мадам Найт вернулась в Академию, ей нужно было поговорить с директором о чём-то срочном: вы и близнецы на моём попечении, пока она не вернётся, или пока вы не сможете уйти самостоятельно.

– Тогда убийца...

– Мёртв. Оно оба.

Джавелин моргнул и попытался вспомнить всё, что он мог, о том, что случилось в подвале; всё изменилось так быстро, что он не мог полностью осознать. В какой-то момент они допрашивали Рутера, двоюродного брата старейшины Уиллоу, а в следующий Джавелина бросили в другой угол комнаты, а увидел он только Рэйвен, лежащую на полу с мечом, пронзившим голову другого заключённого.

– Второй заключенный, Спарв, он был пиковым Чемпионом!, – сказал Джавелин. Это больше было похоже на заявление, чем на вопрос, но Билл всё равно подтвердил это. – Рэйвен действительно потрясающая, – спокойно проговорил Джавелин. В его памяти, он мог видеть её стройную фигуру и её ослепительный меч, что двигались как один, когда она сражалась с грацией убийцы на кровавом поле битвы.

– Она родилась для битвы... Подожди, этот меч... Не было ли на нем что-нибудь написано? – Джавелин напрягся, чтобы вспомнить, и внезапно его глаза открылись.

– Благословение Соловья... – прошептал он.

В сотнях метров над домом, где Джавелин и близнецы всё ещё восстанавливались, Рэйвен шла по влажному и узкому коридору, и маленький шар света парил над ней, пока она двигалась.

Вскоре она добралась до места назначения, и коридор расширился до большого зала, одна стена которого была полностью покрыта огромной нарисованной картой. В центре комнаты горел небольшой костёр, и три мягких кресла стояли близко к пламени. В одном из них сидела знакомая фигура директора Свона. В его руках был большой свиток, который он очень внимательно читал, но, когда Рэйвен вошла, он посмотрел на неё с улыбкой.

– Ты опаздываешь, – строго сказал он, но выражение лица его лица показывало его истинные чувства.

– Извините, директор, – сказала Рэйвен с лукавством, заставив себя слегка нахмуриться.

– Подойди, Рэйвен. Я думал, мы согласились пропустить формальности – или ты хочешь, чтобы я начал называть тебя Леди Найтингейл? – холодный блеск вспыхнул в глазах Рэйвен, когда директор сказал о её настоящем имени, но старик проигнорировал его. – Итак, почему задержалась, Рэйвен? – спросил он.

– Была попытка покушения, – сказала Рэйвен, но директор не выглядел озадаченным. – На близнецов Гриффин, – продолжила она, и на этот раз Свон отреагировал. Он уронил свиток, который читал, и тот чуть не упал в огонь.

– Как?! – он был действительно потрясён. Оба они упорно трудились, чтобы убедиться, что участие близнецов и Джавелина будет скрыто – и что цена, требуемая Гильдией убийц за заказ на их убийство, будет очень высокой. Никто не должен хотеть или согласиться убить их.

Рэйвен начал пересказывать то, что случилось директору, ничего не забыв. И к тому моменту, когда она рассказала о внезапном прыжке совершенствования Спарва – и о быстром поражении, директор школы стал почти полностью белым, как и его волосы. В этот вечер многое могло пойти не так, и только одна ошибка привела бы к катастрофическим последствиям.

– Есть ли вероятность, что старейшина Уиллоу действительно участвует в этом? – спросил он слегка неровным голосом.

– Нет абсолютной уверенности, но я так не думаю, – Рэйвен протянула её руку, обнажив кусок пергамента, который она нашла в пространственном кольце Спарва.

Свон взглянул на бумагу. Там, очень элегантным почерком были выведены слова: «Спасибо, дорогой кузен, за то, что согласился помочь мне избавиться от этих маленьких вредителей – после их "ухода", я действительно смогу изменить ситуацию во всей Небесной Империи. Отец будет гордиться мной».

Глаза директора расширились; он, больше, чем кто-либо, знал, насколько плоха ситуация между старейшиной Уиллоу и его кланом – Свон был на самом деле частью причины, по которой Уиллоу вообще удалось покинуть Земную Империю. Излишним было говорить, что он знал, что подразумевает это письмо, и это просто не представлялось возможным.

– Значит, они хотели повесить на него убийство наследников префектуры? Это безумие!

– Возможно, – признала Рэйвен. – Но помните, что во время так называемой "измены" императрицы Нене было множество указаний, указывающих также на Старейшину Уиллоу, просто не было ничего действительно существенного. Стало бы трудно игнорировать это после смерти Мартина и Ларка. Поскольку у нас нет возможности фактически доказать, что Гадвалл или Тэйлон участвует в этом, было бы нетрудно переложить вину туда, где она и так есть.

Директор серьёзно посмотрел на своё кресло.

– У нас не хватает времени, Рэйвен, – сказал он, и Рэйвен согласно кивнула. – Убийство наследников префектуры соседней империи, без сомнения, вызовет войну.

Усевшись в кресло около камина, Рэйвен и директор Свон сидели молча в течение некоторого времени. Их мысли были погружены в проблему, рассматривая её под разными углами.

В конце концов, Рэйвен прервала тишину, подняв тему, которая её беспокоила уже довольно долгое время:

– Директор, есть ли что-нибудь, что мы могли бы сделать, чтобы помешать Гадваллу пытаться совершить подобные заговоры в других Империях? Если он сумел организовать что-то вроде этого здесь, нет оснований думать, что он не попытался бы сделать то же самое в другом месте.

Директор Свон поднял глаза от огня и криво улыбнулся Рэйвен.

– В этих условиях? Не думаю... – он вздохнул. – Я уже связывался с моими коллегами в других Имперских Академиях – не волнуйся, я не сказал ничего прямо, но я предупредил их, что кое-кто действует за кулисами, пытаясь столкнуть три наши Империи лбами. Я уверен, что они будут следить за обстановкой на своей территории, мы втроём знаем друг друга, сколько я себя помню, и я бы не колеблясь доверил им свою жизнь.

Рэйвен внимательно посмотрела на директора.

– Как с Гадваллом три года назад?

Директор снова вздохнул.

– Вот поэтому я ничего им не сказал...

Двое снова сидели молча, но Свон через пару секунд встал со своего кресла с разочарованным ворчанием.

– Это так досадно! – он начал шагать позади своего кресла. – Если бы только клан Тэйлон причинял проблемы, это было бы не страшно. Если бы мы имели дело только с ними – обложить налогами, тяжёлыми, но выполнимыми… Но с Гадваллом... – Свон остановился. Он заметил Рэйвен, которая широко раскрыла глаза. – Что?

Рейвен покачала головой.

– Ничего. Мы так редко встречаемся с дирек... Старейшина Свон настолько эмоциональный.

– Ой, – Свон кашлянул и снова упал на своё место в кресле. Его щёки слегка покраснели – это выглядело странно для такого утонченного человека.

– Несмотря на это, Гадвалл – это проблема. Хотя его уровень совершенствования, по-видимому, является Чемпионом на пике, кто знает, действительно ли это так. Учитывая всю ту тёмную духовную сущность, которую ты видела, я сомневаюсь, что он слабее.

– Существует также проблема с тем, почему он здесь. Если Гадвалл пришёл по своему собственному желанию, то просто информировать представителей турнира должно быть достаточно, чтобы его напнули куда подальше. Однако, если его отправили сюда со специальной миссией, тогда важно, чтобы мы рассказали только нужным людям о его присутствии.

Директор продолжал перечислять все проблемы, связанные с их главным врагом, в то время как Рэйвен тихо слушала. Всё, что говорил Свон, она уже слышала, и, как и он, она не знала, как обойти эти проблемы. Она очень хотела уже решить все дела с кланом Тэйлон, и этот план был создан годы назад, но все тайны и скрытые опасности вокруг Гадвалла не позволяли ей действовать слишком свободно.

– Мне стыдно признаться, но моего понимания других сфер просто не хватает, – Свон откинулся на спинку кресла. – Кроме того, они даже не хотят отвечать на самые простые вопросы... –он взглянул на Рэйвен, и в его глазах вспыхнуло чувство волнения.

Два года назад, когда представители Турнира мультивселенной прибыли в Небесную Академию, чтобы осуществить их обязательную доставку приглашений, директор школы Свон пренебрёг своим обычным отношением ких традиционной невежливости, в надежде узнать что-то большее о них и сферах, откуда они пришли. Однако он потерпел неудачу.

Было всего пять часов утра, когда два человека средних лет появились из ниоткуда в кабинете директора. Они были немного удивлены, увидев, что директор не спит, а на его обеденном столе виднеется приготовленный весьма вкусный ужин.

Свон не мог точно сказать, когда они придут – за исключением того, что, по опыту предыдущих лет, они, скорее всего, выберут неудобный час, поэтому в течение месяца директор школы сидел бдительным каждую ночь, готовясь к их приходу, с едой, которая достойна того, чтобы её поставили на стол самому Императору.

Когда они, наконец, прибыли, они действительно были удивлены, но, к сожалению, не впечатлены. Вместо этого они едва взглянули на еду, оставили жетон из нефрита и ушли. Единственное, что учитель сумел узнать, – это то, что сказал один из мужчин, – что честь доставки приглашений, казалось, менялась каждый турнир.

– Как бы то ни было, я даже не уверен, что они будут беспокоиться о том, чтобы выслушать меня, когда новые представители прибудут через десять месяцев... – Свон смотрел в огонь перед ним, задумавшись.

«Это действительно проблема», – подумала Рэйвен. – «Если бы у них была склонность обсуждать неприятности, а не просто приходить и уходить, мы, по крайней мере, имели бы хоть какую-то возможность поговорить с ними».

Внезапно Рэйвен озарило:

– Старший Свон, вы помните таинственного духовного зверя, Фенриса, чьего внука я спасла? Вряд ли он из нашей реальности… Может, он из другой, или, по крайней мере, знает о них?

Свон поднял глаза от огня.

– И чем это поможет? Я полагал, что ты не можешь связаться с ним.

«Я не могу, но мой брат может», – подумала Рэйвен. Так же, как и она, Фенрис мог говорить прямо в голове Хацина из-за его связи с тем кольцом, Сковывающим Жизнь. Даже сейчас, когда Хацин был через половину страны, и слишком далеко, чтобы она действительно могла поговорить с ним, Рэйвен всё ещё могла ощутить его местоположение, и это чувство работало в обоих направлениях; Хацин тоже мог сказать, где она находится. – «Если то же самое относится и к Фенрису, то, возможно…»

– На данный момент, скорее всего, невозможно, чтобы он снова нашёл его, – задумчиво сказала Рэйвен. Она ​​всё ещё никому не рассказала, что её брат выжил - и не собиралась делатьэтого сейчас. – Возможно, после лунных испытаний я могла бы отвлечься от занятий, чтобы поискать его? Я бы сделала лишь небольшую попытку и вернулась к следующим испытаниям, если я потерплю неудачу...

Она изо всех сил старалась, чтобы её голос не звучал слишком решительно, позволяя директору самостоятельно рассмотреть вариант. С тех пор, как она прорвалась в ранг Чемпиона два года назад, Свон ещё больше окружил её защитой. Это была не отцовская защита, та, которая старается не причинить вреда своему ребенку, а скорее защита, которую морской капитан обеспечивает для своего судна; естественно, он хочет путешествовать на нём благополучно каждое путешествие, но он будет больше всего гордиться своим кораблём, когда тот вернётся после большой бури, избитым, но целым.

Тем не менее, хороший капитан не выбирает маршруты, которые он считает слишком опасными, и Свон был таким же; он, скорее, отпустил Рэйвен в свободное плавание, но всё ещё пристально присматривалза ней, иногда даже возражал против её наиболее рискованных начинаний.

Свон некоторое время сидел молча, явно обдумывая предложение Рэйвен.

– Куда бы ты пошла? – спросил он.

Рэйвен пожала плечами.

– Я полагаю, что начну с того места, где я впервые встретила его – возможно, он и его внук всё ещё находятся в этом районе. Но, думаю, наиболее важно, чтобы он узнал, что я ищу его. Я сомневаюсь, что Фенрис – это существо, которое можно найти просто потому, что захотелось.

Молчание снова затянулось.

– Хорошо, можешь идти, – Рэйвен тепло улыбнулась ему, но она знала, что всё будет не так просто. Свон продолжил. – Тем не менее, ты возьмёшь с собой телохранителя.

– И кого? Не похоже, что вы можете покинуть город прямо сейчас. А «я решил поехать с моим учеником, чтобы посмотреть на таинственного зверя из другой реальности» – вряд ли самое лучшее оправдание...

– Хорошо, можешь пойти искать этого... Фенриса, – сказал Свон. – Но ты возьмёшь с собой телохранителя.

– И кого? Вы не можете покинуть город сейчас. А «я решил поехать с моим учеником, чтобы посмотреть на таинственного зверя из другой реальности» – вряд ли самое лучшее оправдание...

– Ты поедешь с моим братом, – сказал Свон таким торжественным тоном, как будто это было самой важной вещью в мире.

– Ваш брат... – Рэйвен смутилась, но её глаза быстро расширились. – Привратник у Южного корпуса!

– Ты угадала? – директор был действительно удивлён. – Все говорят, что мы не похожи друг на друга...

– Это не то, как вы выглядите, а то, как вас ощущаешь... ваша аура… Я должна была понять много лет назад! – теперь пришла очередь Свона смущаться, а Рэйвен игнорировала его. – Значит, он знает – о Гадвалле и обо всём?

Смущённое выражение лица директора исчезло, и он взглянул на Рэйвен.

– Мы не можем делать всё самостоятельно, Рэйвен. Иногда мы должны доверять другим.

– Я знаю важность совместной работы с командой, – сказала Рэйвен, но директор покачал головой.

– Я уверен, что ты это делаешь, но я не говорю о совместной работе, я говорю о доверии, реальном доверии, – отметив неуверенный хмурый взгляд Рэйвен, Свон улыбнулся ей. – Можешь ли ты представить себе, что доверяешь кому-то до такой степени, что если он попросит разрешения нанести тебе удар в сердце – ты согласишься?

– Хорошо, я... – Рэйвен собиралась ответить, что она так думала, когда её прервал спокойный голос Свона. – Не лги себе, Рэйвен, это тебе не поможет.

Директор поднялся со стула и обтряхнул его белые одежды от несуществующей пыли.

– Луна скоро встанет – ты можешь отправиться прямо к водопаду, чтобы совершенствоваться. Я поговорю с твоими друзьями, – он слегка похлопал Рэйвен по плечу, прежде чем повернуться и уйти. Прямо перед тем, как он выйти в коридор, который вёл в его офис, Свон остановился и сказал через плечо: – Теперь, раз уж я вспомнил об этом… ты могла бы взять этих трёх твоих друзей вместе с тобой на поиски этого парня, Фенриса. Так будет лучше для всех вас, и мы оба знаем, что ты будете только больше беспокоиться, еслине будешь знать, что с ними.

После этих слов директор школы ушёл. Рэйвен сидела, молча, в своём кресле; сначала глядя в тёмный коридор, в который ушёл Свон, а затем в медленно танцующие огни в камине. В её голове появилось несколько лиц из её воспоминаний – некоторые из этой жизни, но большинство из предыдущей.

Возможно, было не так много людей, которые, как Рэйвен могла утверждать, ей доверяют, но они всё ещё были, пусть и горстка, и каждый из них с радостью сражался бы рядом с ней, даже перед лицом неминуемой смерти. Но то, о чём говорил Свон… доверять кому-то так, что она буквально передаст свою жизнь этому человеку…

– Какой идиотизм, – пробормотала она.

Одно лицо, однако, задержалось немного дольше в её уме, чем все остальные, но, в конце концов, она тоже пожала плечами. «Это была вина, которую вы чувствовали, больше ничего».

Не задумываясь над этим, Рэйвен поднялась на ноги и пошла глубже в большой зал, заходя в коридор, ведущий самый центр горы.

Джавелин и другие семь учеников седьмого класса сидели в скромно обставленной кабине, которую вёз один из Ястребов Эвереста Небесной Академии, вглубь горного хребта. Они отправлялись в место, где на этот раз пройдут Лунные испытания – Багровые пещеры, недалеко от границы префектуры, ближайшей к Небесной Академии.

В то время, как большинство других мальчиков весело болтали между собой, Джавелин и оба близнеца сидели молча. Близнецы были, по понятным причинам, ещё немного потрясены их встречей с Кровавой Гончей и вообще не хотели разговаривать. Им сказали, что директор школы Свон искал своего ученика и им достаточно повезло, что он добрался до них прежде, чем убийца сумел причинить им вред. Но в любом случае, представление о том, что они были так близко к смерти, и особенно та самая жажда крови, всё ещё были очень свежими в их памяти.

С другой стороны, Джавелин был погружён в мысли о Рэйвен. Он не видел её с тех самых пор, так как упал в обморок в подвале Билла, но в тот момент он не был так уверен, что это плохо.

«И как я буду обращаться с ней после этого?»,– лихорадочно думал он. – «Для неё это… поцелуй… Да для неё это не поцелуй даже… Это было лишь средством,чтобы спасти меня, но для меня…»

Он тяжело вздохнул, из-за чего некоторые из других парней бросили на него вопросительные взгляды, но Джавелин проигнорировал их. «Независимо от того, что она говорит, это должна быть Рэйвен Найтингейл – просто слишком много совпадений, чтобы это было не так!»

Подсознательно, Джавелин начал возиться с браслетом вокруг его запястья.

«Даже если я не могу сосчитать её возраст… её имя…имя её птички слишком похоже на имя брата… ещё этот меч… Хотя я и не видел его раньше, Хацин часто говорил о странной любви своей сестры к большому и изящному клинку, названному Благословением Соловья. Неужели это тоже «просто совпадение»?»

Хоть Джавелин и не знал многого о прошлом Рэйвен, он просто чувствовал, что он абсолютно точно… прав, и больше, чем просто принятие желаемого за действительное.

«Она выжила… Она действительно выжила!», – простая мысль об этом едва не заставила Джавелина выпрыгнуть из окна кабины и в восторге кричать его хорошие новости горным вершинам и быстро приближающейся земле. Он подумал, что должен чувствовать себя преданным; так много раз, когда Рэйвен имела возможность сказать ему, но решила не делать этого. Она даже солгала ему, когда он впервые угадал, кто она – хотя это и смутило его, Джавелин всё ещё чувствовал, что даже тогда её слова были правдой. Однако, несмотря на всю её ложь, Джавелин не мог сердиться на неё.

«У неё, должно быть, были причины. Вся её семья только недавно была убита...», – внезапно Джавелин застыл. – «Её семья...»

Так вот в чём было дело! В этом уже был смысл. Это была её причина. С тех пор, как они начали свою кампанию против клана Тэйлон, Джавелин почувствовал, что вклад и рвение Рэйвен были, пожалуй, немного…слишком активными. Хотя она обманула его, Джавелин всё ещё ощущал почти безграничную ненависть, которую Рэйвен ощущала к клану Тэйлон. Об этом говорили не столько её действия, сколько её глаза; иногда эти малиновые драгоценности превращались в наполненные невероятной злобой и холодом окна в ад. Это пугало его.

«Сколько ещё улик мы не обнаружили? Ведь на самом деле это клан Тэйлон вызвал пожар и убил клан Найтингейл? Неудивительно, что она хочет уничтожить их!».

Джавелин сжал кулаки, пока они не побледнели. Когда он представлял себе четырёхлетнюю Рэйвен, свернувшуюся где-то в лесу, со всеми убитыми членами её семьи… родными людьми, –Джавелин почувствовал его ярость.

«Как они осмелились совершить такое бездушное преступление?», – он настолько сжал кулаки, что по его ладоням побежала горячая кровь. – «Я не позволю им остаться безнаказанными!»

В конце концов, заметив ноющую боль в ладонях, Джавелин заставил себя успокоиться. Он был достаточно взрослым, чтобы понять, что простой гнев не решит ничего. Рэйвен, без сомнения, планировала свою месть годами; самое лучшее, что он мог сделать – это активировать его усилия, чтобы помочь ей.

Он поклялся себе, что сделает это своей миссией – помочь Рэйвен любым способом. «Я должен поддержать её, она ведь моя...», –движение мысли Джавелина остановилось. И кем теперь ему была Рэйвен? Рэйвен Найтингейл была его первой любовью; ожившая детская сказка о принцессе из другой Империи, любовь к которой обречена? С другой стороны, Рэйвен Найт была ему… другом? Больше, чем другом?

Джавелин не мог отрицать, что он наслаждался её компанией, даже когда её не было поблизости. Рядом с ней он чувствовал себя более спокойно. Разум Джавелина услужливо подкинул ему воспоминания об инциденте в подвале, и мальчик сразу почувствовал, как его бросило в жар.

Он сглотнул.

Грохочущий звук стремительно падающей воды был оглушительным, когда Рэйвен опустилась на колени на влажный пол пещеры перед слабо мерцающей печатью «Звезды духа» у края пещерного уступа. Это было примерно в шестидесяти метрах от шумящей воды, которая текла в обратном направлении, но случайные капли воды время от времени находили свой путь к Рэйвен. Несмотря на брызги капель, Рэйвен оставалась неподвижной, её глаза были закрыты.

Внезапно мерцание Звезды духа остановилось. Заметив это изменение, Рэйвен открыла глаза. «Время пришло…»

Вливая свою собственную духовную сущность в ладонь, Рэйвен протянула руку и опустила её на слабо горящую печать. В ту секунду, когда её рука соприкоснулась с печатью, ощущение покалывания пронзило ладонь Рэйвен, и она почувствовала, как пол в пещере слегка вибрирует под ней. Вибрации стали более интенсивными, прежде чем, наконец, из скалы непоявился плотный поток полупрозрачной сущности и выстрелил прямо в поток воды в центре ужасного кратера. Как только этот поток достиг своего места назначения, хлынув в водопад, вода изменила своё течение, открыв проход к глубинам.

Глубоко вздохнув, Рэйвен поднялась и вышла на странный бесцветный духовный мост, который образовался между её уступом и водопадом. Пока она шла, Рэйвен не могла не посмотреть вниз, а после этого – не задрожать. Рэйвен отнюдь не страдала какой-либо формой боязни высоты, но даже своими необыкновенными глазами Рэйвен не могла увидеть или вообще ощутить дно – падение туда, несомненно, приведёт к смерти.

Подняв её взгляд, Рэйвен сосредоточилась на своём предназначении. На её губах появилась слабая улыбка, когда она вспомнила свой первый визит в это место. В то время как поток прозрачной духовной сущности был чрезвычайно плотным, это было всё ещё довольно привлекательным и трудным для восприятия даже для Рэйвен. Когда она впервые открыла печать, директор не смог вообще почувствовать еёауру и подумал, что открытие было, пожалуй, провалом – какая польза от пустоты в водопаде, если у нас нет способа туда добраться, Или остаться там? Представьте себе его удивление, когда Рэйвен встала и просто ушла с края уступа, казалось бы, по воздуху!

Рэйвен не успела добраться до открытой области в водопаде. Сделав ещё один глубокий вдох, Рэйвен приготовилась к чувственной перегрузке и шагнула вперёд. В этот самый момент, когда она шла по тропе, позади нее тропа начала исчезать, закрывая ей выход, но Рэйвен не волновалась. Вместо этого она продолжала углубляться и через десять шагов достигла центра колонны. Вокруг неё вода образовывала сферический пузырь, окружая её, словно морской мир.

Спокойно Рэйвен села, скрестив ноги и закрыв глаза, и, словно щёлкнули выключателем, весь мир из ночи превратился в день. Яркая духовная сущность закрутилась вокруг неё, впитываясь в тело и душу, и мгновенно каждое маленькое пятнышко в пределах более ста метров от Рэйвен стало продолжением её тела. Она чувствовала, как молекулы воды мчатся мимо неё, и воздушные частицы дрейфуют снаружи; она могла ощущать в себе жизнь и, смутное ощущение возможности контролировать её, хотя такого ещё не бывало.

Рэйвен начала вращать свою собственную духовную сущность, приспосабливаясь к путям, которые постигла внешняя душа, пока она двигалась по её телу и пространству вокруг неё. По мере того, как она двигалась, Рэйвен ощущала силу, скрытую в этих фигурах, и, как и каждый раз, когда она была здесь, она начала понимать, откуда взялась эта сила. Она не могла отбросить ощущение, что, если ей удастся изучить эти узоры и приспособить её Божественные Навыки к ним, их эффекты будут стремительно расти.

В течение трёх дней Рэйвен сидела так, без отдыха, прежде чем ощущение, что полупрозрачная духовная сущность скороиссякнет, и путь из водопада вновь появился. После такого объёма чувств, мир казался бы скучным и серым для неё, оставляя её со странным чувством одиночества. Это была не та эмоция, к которой привыкла Рэйвен – она ​​почти всегда считала себя одной, но никогда не чувствовала себя одинокой из-за этого – и ей это не нравилось. На самом деле, если бы не ее настоятельная потребность становиться сильнее, она, возможно, не вернулась бы.

Как бы то ни было, Рэйвен возвращалась – каждый день – пока печать не стала снова устойчиво светиться, показывая, что можно было снова войти в водопад. Её многочисленные посещения за эти годы внесли большой вклад в её прогресс, как в совершенствовании, так и в управлении сущностью, и Рэйвен чувствовала, что очень любит время, которое она получила, чтобы заниматься этим совершенствованием.

Три дня прошли мгновенно, и в конечном итоге у Рэйвен не было выбора, кроме как оставить водопад. Когда она это сделала, уже знакомое чувство одиночества охватило её, когда мир потемнел вокруг неё, и её прежние чувства вернулись к ней. Она вернулась к выступу, но, когда она собиралась уйти, у Рэйвен возникло внезапное желание развернуться. Она вынуждена была, но, оглянувшись, она не заметила ничего необычного.

«Я себе это придумала?», – недоумевала она, но, в конце концов, она всё же ушла.

Когда фигура Рэйвен исчезла за поворотом коридора, два злобных глаза, сделанные из чистой духовной сущности, мерцавшие посреди водопада, проводили её взглядом. Даже сквозь каменную стену их взгляд, казалось, следовал за Рэйвен, пока она шла дальше.

– Скоро... –выдохнул старый голос, который никто не мог услышать.

Несколько часов спустя, наконец, Рэйвен вышла из кабинета директора школы Свона, почтительно поклонившись, прежде чем она закрыла за собой дверь. Остальные ученики только что вернулись с Лунных Испытаний, и несколько из них, как всегда, были отправлены в кабинет директора, чтобы сообщить о том, как прошли эти три дня. Когда они увидели, что Рэйвен вышла из офиса, собравшиеся ученики показали различные эмоции на своих лицах. Некоторые боялись, другие восхищались, но одно, что у всех было общее – некоторая ревность.

Для них само принятие в Небесную Академию было величайшим достижением. Это было мгновенное доказательство того, насколько талантливы они и даже самые добросердечные среди них не могли не чувствовать превосходства над другими людьми. После регистрации они узнали о ещё более удивительных учениках – продвинутых учениках – чей гений заставил их чувствовать себя маленькими и несущественными.

Однако, хотя и трудно было стремиться к этой роли, но каждый быстро пришел к внутреннему соглашению с самим собой. Рэйвен, однако, всё изменила. Мало того, что она была невероятно молода, когда она зачислилась, она быстро обрела покровительство директора школы, даже до того, чтобы стать его учеником – что-то, чего почти никогда не было.

С тех пор совершенствование Рэйвен неуклонно возрастало, и, хотя все ученики считали её просто высоким Адептом, даже это был уровень совершенствования, который имело большинство студентов, когда они заканчивали учебу! Разумеется, многие приписывали этот невероятный рост руководству директора, заставляя ревность увеличиваться.

С её обычным холодным взглядом и безэмоциональным лицом Рэйвен полностью проигнорировала всех учеников, которые ждали снаружи офиса директора, лишь слегка кивнув парню, которого она узнала из собственного класса. Мальчик с гордостью кивнул ей в ответ. Для него тот факт, что Рэйвен даже потрудился заметить его, позволил ему почувствовать большую честь, чем он мог похвастаться позже. Однако, если бы кто-то сказал этому мальчику четыре года назад, что после того, как он поступит в Небесную Академию, он станет практически поклоняться мальчику-ровеснику, он бы либо рухнул от смеха, либо дал этому человеку в морду за клевету на его имя. Мальчик был не кто иной, как Сарус Вролга, тот самый снобистский благородный ребёнок, который вызвал проблемы во время регистрации в Академий несколько лет назад.

В то время как Бролга наслаждался кратким приветствием, Рэйвен продолжала идти по коридору, невозмутимая, но, когда она уже почти добралась до конца коридора, её лицо слегка застыло. Изменение было настолько тонким и коротким, что никто не мог этого заметить, и Рэйвен просто продолжала идти, как будто ничего не случилось. Она повернула за угол, направляясь к ближайшей лестнице, и, когда она сделала первые шаги вниз, её приветствовал знакомый голос.

– Кто же это, если не младший ученик Найт – добрый день!

– Добрый день, заместитель директора, – ответила Рэйвен, остановившись, чтобы почтительно поклониться никому иному, как Гадваллу, который приближался снизу.

– Как прошла ваша личная тренировка за прошлые дни? – спросил Гадвалл дружелюбно, его серые глаза вспыхнули от весёлого любопытства, которое, казалось, всегда есть в этом человеке.

– Сложно, – сказала Равен, как и было. – Как всегда.

Гадвалл тепло улыбнулся, и Рэйвен не могла не признать, что этот человек был мастером актёрской игры, потому что его сердечный интерес казался действительно подлинным – это всегда было так. На самом деле, если бы она не стала случайным свидетелем "общения" Гадвалла с Данлином и Джеком в Башне Духа, Рэйвен, возможно, никогда бы не подумала о причастности Гадвалла.

– Это лучшая тренировка. На днях, за кружечкой чая, я попрошу вас и Свона рассказать мне, что е такое вы делаете во время тренировок – я впечатлён тем, насколько эти тренировки эффективны!

– Если директор Свон этого пожелает, – ответил Рэйвен, как раз в то время, когда Гадвалл рассказывал об этом. Хотя обратный водопад не был большим секретом, пространство для культивирования было и внутри него, и Рэйвен не собиралась рассказывать врагу об этом. Опять же, для такого человека, как Гадвалл, Рэйвен не сомневался, что для него не будет слишком сложным выяснить больше подробностей о тренировке Рэйвен. Но он, к счастью, не казался слишком заинтересованным.

– В следующий раз, – Гадвалл продолжал улыбаться. – Хорошо, тогда я больше не буду вас отвлекать, младший ученик Найт. Увидимся завтра.

– Завтра? – переспросила Рэйвен, искренне смущённая. В конце концов, довольно редко приходилось сталкиваться с заместителем директора в обычный день.

– Да, я буду обучать продвинутый класс неопределённое количество времени, и теперь мы будем гораздо чаще видеть друг друга. Император пытался нанять на постоянную основу Старейшину в течение многих лет, чтобы помогать армии, и сегодня он, наконец, согласился.

– Империи очень повезло, – ответила Рэйвен, слегка поклонившись. В то время как Гадвалл, казалось, искренне радовался этому, Рэйвен не могла не почувствовать себя подавленно в связи с этим внезапным изменением. Это навело её ещё на одну мысль о её тренировках. Рэйвен позволила некоторому разочарованию проступить на её лице.

– К сожалению, – сказала она извиняющимся тоном. – Мастер Свон дал мне задачу, которая, скорее всего, займёт месяц или около того. Боюсь, мне придется подождать немного дольше, прежде чем я смогу насладиться видом заместителя директора.

На мгновение в глазах Гадвалла мелькнула жуткая тьма, но его улыбка быстро вернулась. Рэйвен и Гадвалл обменялись ещё несколькими любезностями, прежде чем они разошлись. Рэйвен дождалась, пока она не вышла из здания и осталась одна, после чего она ослабила контроль над своими эмоциями. Мгновенно, с дерева, не слишком далёкого от неё, дюжина птиц в панике полетели куда глаза глядят, так как интенсивная жажда крови вырвалась из Рэйвен. Её уже красные глаза светились ещё более глубоким красным цветом, который казался готовым проглотить мир.

Рэйвен глубоко вздохнула, успокаивая себя эмоционально.

– Скоро это всё закончится, – повторила она в своём уме, позволив реальности занять своё место. – Скоро...

Как только её эмоции хоть немного поддались контролю, Рэйвен направилась к основной зоне посадки Академии для птиц-перевозчиков, Ястребов Эвереста. Директор уже сообщил Джавелину и близнецам, что они будут сопровождать Рэйвен в "поисковой миссии", чтобы найти пропавшего человека и подчеркнул, что время было существенно. Поэтому, несмотря на то, что мальчики вернулись только несколько часов назад, их всё равно попросили немедленно подготовиться к отъезду.

Когда Рэйвен приблизилась к площадке приземления, её уже кислое настроение ухудшилось ещё больше. «Что она здесь делает?», – подумала она язвительно, когда её чувства сказали ей о нежелательной женской ауре, цепляющейся за Джавелина. Там была Кара.

Несколько часов назад, когда почти две дюжины Ястребов Эвереста, на которых из Небесной Академии ученики отправилисьна Лунные испытания, наконец вернулись в университетский городок Академии, разум Джавелина был в таком же беспорядке, как и когда он ушёл, три дня назад. Несмотря на это, он был счастлив вернуться, он всё ещё чувствовал себя очень неспокойно в своём ожидании воссоединения с Рэйвен.

С одной стороны, с тех пор, как его первоначальные подозрения были подтверждены, у Джавелина появился словно зуд, чтобы увидеть её – свою первую любовь – снова. Однако, с другой стороны, он знал, что по какой-то причине, Рэйвен не хотела, чтобы кто-то знал о её подлинной личности, и Джавелин не был уверен, что он сможет вести себя как и раньше– если он даже захочет.

Когда гигантские птицы опустили кабины, в которых сидели Джавелин и другие ученики, на землю, Джавелин сжал кулаки и сказал себе, что всё должно сработать. «Я отлично справился, когда узнал, что она девушка… ну, в основном… Почему с этим должно быть иначе?», – он успокоил себя, но, даже когда он думал об этом, он знал, что это ложь.

Несмотря на колебания Джавелина, кабины стояли на земле, а остальные ученики седьмых классов с нетерпением открыли двери и вышли. Тем не менее, Джавелин просто оставался сидеть на своём месте, неподвижно.

– Пошли, – внезапно резкий голос Мартина вернул Джавелина в настоящее. Он поднял глаза и увидел обоих близнецов Гриффин. Мартин стоял прямо перед ним. Джавелин не был уверен, говорил Мартин с ним, или с Ларком, который сидел рядом с ним, но он всё равно согласился.

Несмотря на своё душевное состояние, Джавелин не мог не почувствовать себя немного облегчённо, когда он последовал за Ларком и Мартином, вышедшими из своей кабины. Во время этих Лунных испытаний два близнеца вернулись к своим обычным «я», похоже, смиряясь с их опытом с так называемой Кровавой Гончей.

«Словно бы одна ситуация “Живи или сдохни” заменила собой другую в их головах», – размышлял Джавелин, когда он вспомнил особенно кровавый бой, когда они трое противостояли Духовному Зверю ночью. Хотя им и до этого становилось лучше, только после этого Мартин и Ларк полностью вырвались из их оцепенения.

– Мы должны попытаться найти Рэйвен, – предположил Мартин, выйдя из каюты. – Мы его не видели с тех пор... как этот убийца пришёл за нами.

Ларк кивнул: – Да, я бы тоже хотел извиниться за то, что он едва не погиб из-за покушения на нас...

Джавелин огляделся вокруг. Огромная площадь, которая функционировала как главная посадочная площадка Академии. Он не думал, что Рэйвен по достоинству оценит извинения близнецов, но он не собирался их останавливать. Напротив, его глаза не могли не искать её, надеясь и не надеясь, что она придет, чтобы поприветствовать его.

Не удивительно, что ее нигде не было видно. Вместо этого его глаза случайно встретились с глазами гораздо менее приятного человека; Данлина.

Встретив его взгляд, Данлин немедленно холодно усмехнулся, а затем просто отвернулся и начал смеяться с Джеком и его друзьями. На протяжении многих лет группа последователей Данлина росла – набирала ещё больший импульс, а когда прошлой зимой Данлин успешно пробивался в ранг Чемпиона низкого уровня – все они бегали вокруг него, как пчёлы вокруг цветка.

В результате, Джавелин должен был признать, что влияние Данлина и Джека на студентов теперь намного превосходит влияние близнецов Гриффина и его самого. Несмотря на это, Данлин на удивление оставил их троих в покое на большую часть времени, и Джавелин действительно не мог понять, почему.

Хотя верно и то, что настоящая сила Рэйвен намного превосходит силу Данлина, но он этого не знал; что касается Данлина, он был «самым молодым Чемпионом Духа, которого Небесная Академия видела в течение многих лет», и Джавелин видел, как надменность Данлина росла всё больше. Всякий раз, когда кто-то был настолько глуп, чтобы произнести вслух противоположное мнение, Данлин быстро заставлял их сожалеть об этом, но не в том случае, если участвовали Джавелин и его небольшая группа друзей. В такие моменты Данлин просто хихикал и уходил.

Внезапное чувство дежавю охватило Джавелина. «Такое чувство, что это было раньше...»,– подумал он. Но, прежде чем он смог понять, что же это, за его спиной заговорил пожилой голос.

– Младшие ученики Хек и Гриффин, – сказал он, и Джавелин узнал голос. Это был старейшина Кагу, он был уверен ещё до того, как обернулся.

– Директор попросил меня передать вам это, – старейшина протянул свиток, который Мартин принял с поклоном. – Оставайтесь здесь – вам скоро улетать, – добавил он, а затем ушёл без дальнейших объяснений.

Три мальчика бросили друг на друга взгляд, прежде чем они приблизились к Мартину, чтобы они могли прочитать сообщение в свитке.

Ученическая миссия № 1709

Продолжительность: один месяц

Награда: 500 золота/студент

Тип: Поиск пропавшего спиритуалиста

Детали: Нет

Юноши вновь обменялись взглядами.

– Как это нет деталей?– удивился Ларк. – Пойди туда, не знаю куда, найди того, не знаю кого?

– Должно быть больше информации, – сказал Джавелин, покачав головой. – Поскольку нас попросили подождать здесь, у нас, скорее всего, будет сопровождение на этот раз. У них и должна быть остальная информация.

– Звучит немного подозрительно, если спросите меня, – проворчал Мартин, и Джавелин и Ларк кивнули в знак согласия.

– А как насчет Рэйвен? – спросил Ларк, пристально глядя на Джавелина.

– Рэйвен… – Джавелин почувствовал, что его грудь сжалась. В то время он был немного нерешительным, чтобы встретиться с ней сразу. Но теперь…улететь ещё на месяц, не увидев её, было совсем иначе. – «Я хочу её увидеть».

– Я... я думаю, что я... ой! – когда он хотел предположить, что он может пойти искать её, тяжёлый мешок врезался в спину Джавелина. Неожиданный удар заставил его потерять равновесие и споткнуться, едване растянувшись на асфальте.

– Ой, мне очень жаль! –маленькая девочка подбежала к нему. – Я хотела показать своей сестре новый Божественный навык, который я освоила во время испытаний, но... – даже через вуаль Джавелин мог увидеть, как девушка покраснела. – Хе-хе, я думаю, что ещё не освоила его...

До того, как у Джавелина появилась возможность ответить, Мартин ответил за него: – Ха-ха, не беспокойся, младшая Нестор! – он похлопал Джавелина по плечу. – Он сам виноват в том, что не обратил внимания на такую милую даму, как ты, – Мартин сверкнул девушке большой улыбкой, но она, казалось, не обращала на него внимания.

«Нестор?», –Джавелин пригляделся к девушке, обращая внимание на её белые одеяния ученика. – «Точно. Это Кея Нестор, одноклассница Рэйвен и младшая сестра…»

– Кея, – тихо произнёс голос Кары Нестор, прежде чем Джавелин успел об этом подумать. – Я предупреждала тебя, чтобы ты действуешь слишком безрассудно! – несмотря на её суровую речь, Кара казалась нежной и заманчивой. Старшая сестра подошла к Джавелину и погладила бледными руками его руки. Мгновенно Джавелин почувствовал, как её прикосновение приходит тепло.

«Исцеляющий навык?», – подумал он, чувствуя, как рука Кары скользит по его спине.

– Я должна извиниться за поведение моей сестры, Джавелин, – почти прошептала она ему на ухо. – Позволь мне сделать это для тебя, хорошо? И ещё что-нибудь… Как насчёт обеда? Я приготовлю.

Джавелин почувствовал, как рука Кары скользит по его спине.

– Я должна извиниться за поведение моей сестры, Джавелин, – почти прошептала она ему на ухо. – Позволь мне сделать это для тебя, хорошо? И ещё что-нибудь… Как насчёт обеда? Я приготовлю.

На мгновение сознание Джевелина исчезло. Он не чувствовал себя возбуждённым, скорее он просто не знал, как отступить от ситуации, не оскорбив Кару; по словам его матери, джентльмен никогда не должен отказываться от просьбы женщины.

Как только Джавелин вспомнил, что ему буквально всучили в руки идеальный путь отступления– миссия на один месяц – холодный голос прорезал воздух, как нож:

– Я не знал, что вы со старшей ученицей Нестор общаетесь по именам, Джавелин. Должен ли я поздравить вас двоих?

Джавелин застыл, дрожь пробежала по его позвоночнику. Ему не нужно было пояснять, кто пришёл, и ему не нужно было видеть, чтобы понять, что она злится.

– Рэйвен! –он не мог не назвать её имя, и быстро отскочил от Кары. Та как раз облокотилась на него, ипокачнулась, но устояла на ногах и слегка кивнула в сторону Рэйвен.

– Младший ученик Найт, – сказала она вежливо, проявляя даже больше уважения, чем того требовал младшийученик, но всё же оставляла расстояние между ними.

Кеа, с другой стороны, засветилась, как луч солнечного света и подбежала к Рэйвен.

– Найт, я освоил Семикратный гравитационный удар! Хочешь это увидеть?

Рэйвен едва посмотрела на девушку.

– Не сейчас, – сказала она, положив руку на плечо Кеи, но посмотрела на Джавелина. – Нам дали срочную миссию, и мне не нужно, чтобы хоть кто-то отвлекался.

– Я... я не буду, – начал Джавелин, но он не мог понять. Взгляд, которым смотрела на него Рэйвен, становился всё холоднее, чем когда-либо прежде. Он чувствовал, что начинает паниковать. – Она просто неправильно поняла! Это недоразумение!

– Миссия? – игнорируя попытки Джавелина объясниться, Кара снова приблизилась к ним. – Так скоро после испытаний? Джавелин должен приятно провести хотя бы один вечер, прежде чем отправляться снова, – она снова собиралась протянуть руку Джавелину, но Рэйвен перевела взгляд с Джавелина на Кару. Мгновенно та отдёрнула руку, и даже отошла назад на несколько шагов. Джавелин не мог этого видеть, но под её вуалью глаза Кары были широкими от страха.

– Ваша забота трогательна, но сейчас она не нужна, – сказала Рэйвен прохладно. – У нас есть отличный способ путешествовать и мы можем отдохнуть в пути. Разве это не так, старейшина Свон?

Помимо Кары, который не осмеливалась отвести взгляд от Рэйвен, остальные смутились. Они даже не слышали о «Старейшине Своне» и не видели, чтобы возле них стояли старейшины.

– Ха-ха, старейшина Свон – мой отец. Ну, или, может быть, мой брат, а я предпочитаю, чтобы меня звали Авес или Защитник Авес, если хочешь, – из-за ближайшей кабины с изумлённым видом на лице, вышел беловолосый мужчина с жёлто-зелёными глазами. Несмотря на его седые волосы, он выглядел не очень старым – самое большее, около сорока. Джавелин сразу узнал человека – это был сонный охранник, обычно сидящий у ворот в Южном кампусе.

Позволив ей пристально взглянуть на Кару, ещё на несколько ударов сердца, чтобы она точно поняла, Рэйвен, наконец, подошла к старейшине:

– Мы готовы отправляться, защитник Авес?

– Да, готов, – сказал он и указал на кабину, из которой он вышел.

Без лишних слов Рэйвен подошла к кабине и скрылась внутри, оставив несколько разочарованную Кею. Ларк посмотрел на Джавелина, и в его глазах появился странное выражение, прежде чем он последовал за Рэйвен.

Джавелин почувствовало холодный пот на лбу.

– Мне конец, – подумал он безнадёжно, когда он тоже подошёл к каюте. Единственный человек, который попрощался с двумя сёстрами перед отъездом, был Мартин, который быстро поклонился Каре, прежде чем сочувственно улыбнуться Кее:

– Когда я вернусь, вы сможете показать мне ваш «Семикратный гравитационный удар», – предложил он, игнорируя холодное фырканье, которое он получил в ответ.

Последним, кто вошёл в каюту, был Авес, который закрыл за собой дверь, как только появился свежий и отдохнувший Ястреб Эвереста. Это был личный Ястреб Авеса, и ему не нужно было ни команды, ни экипажа, чтобы вести его. Его огромные когти схватили за специальные ручки на верхней части кабины и они взлетели.

На земле остались стоять разочарованная Кея и всё ещё неподвижная Кара. Только после того, как птица взлетела на несколько сотен метров, тело Кары стало слушаться её. Она с недоверием посмотрела на свои руки. Что только что произошло, было совершенно непонятно.

Недалеко от девушек стояла ещё одна группа молодых людей, которые молча наблюдали, как Ястреб Эвереста исчез вдали. Глаза Данлина сузились и в них мелькнуло суровая жажда крови.

Гигантский Ястреб Эвереста с голубоватыми перьями великолепно летел сквозь словно бы хрустящий от мороза воздух, без особых усилий неся большую каьину с Рэйвен и её группой вперёд. Лето уже почти вступило в свои права, но температура всё ещё зависела от мороза. К счастью, кабина была защищена мембраной духовной сущности – невидимой невооружённым глазом, – которая сдерживала холодные ветры.

Однако атмосфера внутри была, несмотря на это, довольно хоодной. Ни Рэйвен, ни кто-либо ещё не произнесли ни слова, хоть они и взлетели полдня назад. Авес попросил направление, чтобы передать его Ястребу, и Рэйвен просто ответила «На северо-запад». После этого в салоне было тихо.

Рэйвен сидела, глядя в окно. Она чувствовала, что у Джавелина было что-то, что он хотел ей рассказать, и она могла догадаться, что это как-то связано с Карой – он просто не знал, как это сказать, или, возможно, ему не хватало смелости сказать, что он хотел. Рэйвен знала, что она действует довольно по-детски; ей было абсолютно безразлично, что о ней думают люди вокруг неё, как они на неё реагируют, но почему-то, когда она увидела Кару так близко к Джавелину, использующую исцеляющую сущность на нём, это действительно задело её.

– Эм, Рэйвен... – наконец, Джавелин заговорил, а остальные трое мужчин в кабине даже напряглись – они все ждали этого, хотя и по разным причинам. – Я рад, что ты пришёл именно тогда, когда пришёл, – Джавелин говорил осторожно, зная, что он пожалеет за каждое неправильно сказанное слово. – Я искал оправдание, чтобы отказать ей... спасибо.

Рэйвен подняла бровь. Это было плохое оправдание и инстинктивно её разум уже предложил ей множество аргументов, которые она могла бы использовать, чтобы указать на дыру в подходе Джавелина. Но потом она вспомнила возраст мальчика и вздохнула.

«Нет смысла злиться на подростка...», – сказала она себе. – «Кроме того, это ведь Гадвалл разозлил меня, так что не нужно срываться».

Подавив её раздражение, Рэйвен повернулась к Джавелину.

– Рад это слышать, – сказала она и выдавила улыбку, которая, возможно, не была её лучшим выступлением, но всё же была достаточно хороша. На мгновение Рейвен подумала, что она увидела, как печаль показалась на лице Джавелина, но она быстро прошла. Он тоже улыбнулся, и сразу атмосфера в кабине слегка потеплела.

Близнецы взглянули друг на друга. Им явно не требовалось слов, чтобы сказать, что было на уме друг у друга. Однако они мудро решили не высказывать свои мысли вслух.

Вместо этого Мартин воспользовался возможностью, чтобы сменить тему и задал вопрос, который, вероятно, был у обоих мальчиков на уме в течение довольно долгого времени:

– Прямо сейчас – кого мы ищем? – спросил он, глядя на Авеса за ответом. Мужчина только улыбнулся и ничего не сказал.

– Мы ищем... моего знакомого, – ответила Рэйвен. – Его зовут Фенрис.

– Твой знакомый? И зачем? – спросил Ларк.

– Директор очень заинтересован во встрече с ним, – сказала Рэйвен, не предлагая никаких дальнейших объяснений.

– Итак, где мы можем найти этого Фенриса?

– Я понятия не имею... но я знаю, с чего начать.

Далеко на запад от нынешнего местоположения Рэйвен, небольшая птичка сидела на большой ветви дерева во дворе так называемого Поместья Блэк Тэйлон. Бывший дом главной семьи Найтингейл когда-то был обставлен с любовью и роскошью, причем каждый предмет способствовал чувству элегантности, но никогда не щеголял богатством семьи. Теперь всё изменилось.

После пожара Поместье Найтингейл представляло собой чуть более крупный, чем обычно, щебень, поэтому, естественно, поместье пришлось перестроить до того, как семья Тэйлон смогла бы заселиться. Они решили, по-видимому, почтить предыдущих жителей усадьбы, построив точную копию того, что было раньше… Только, немного больше, богаче и с дополнительными комнатами здесь и там.

После завершения матриарх семьи, то есть леди Анаинга, оставила свой след в поместье, попросив большие части усадьбы украсить золотыми и медными инкрустациями, быстро заслоняя первоначальную грацию усадьбы. Но изменения и на этом не прекратились.

Птичка посмотрела на главный зал, полностью переполненный вещами вычурной экстравагантности, а в её глазах сияло странное для птицы пренебрежение и презрение. От раздражения она распушила свои перья и, когда вошли два слуги, занося ещё одно дополнение, к так называемому великолепию комнаты – хлипко выглядящего сокола из золота и сверкающих драгоценных камней разного цвета.

«Нет конца этому… обжорству?», – удивлённо подумал Хацин, когда слуги осторожно опустили сокола на небольшой, но крепкий подиум рядом с троном тёти в центре зала. Это не было окончательным местом статуи; он оставался там всего несколько дней, пока леди Анаинга не устала от этого и заменила его новым.

Эта бессмысленная практика совершенно разгневала Хацина. Он изучал поместье Блэк Тэйлон и окружающий город почти полгода, и ему стало ясно, что, хотя его тётя и дядя практически купались в богатстве, город вокруг него с каждой минутой становился все хуже.

Этого нельзя было увидеть на поверхности – каждый дом выглядел нетронутым, и не было магазина, который не продавал бы товары высокого качества по непомерным ценам, – но, если бы вы имели представление о жизни людей, которые действительно живут в этих домах и работают в этих магазинах, потрясающе большая часть из них не могла позволить себе купить даже обед в большую часть дней.

Ярость возникала в Хацине, когда он вспоминал о неоправданно высоких налогах, которые клан Тэйлон требовал от жителей города.Налог был почти в два раза выше, чем раньше.

Наконец, виновник его гнева вошёл в большие двойные двери в зал. Как обычно, леди Анаинга носила синее бархатное платье, а её бледные светло-серые волосы покоились в замысловатом узле на шее. Новым, однако, был золотой кружок, который она носила на лбу, как корону. Рядом с ней шёл её муж, официальный глава семьи, но, если бы у него (или любого другого) хотя бы на секунду возникли сомнения относительно того, кто действительно управлял кланом Тэйлон, он бы исчез. Глаза дяди Гипса были ошеломлены странным блеском, и его взгляд не мог сфокусироваться; раньше он имел манеры успешного бизнесмена в расцвете его карьеры, а теперь дядя Хацина казался почти пустым, реагируя только на блестящие драгоценные камни и, конечно же, на еду.

У Хацина сложилось чёткое впечатление, что его тётя, возможно, никогда не любила своего мужа, – она ​​была замужем за ним чисто по политическим мотивам, её выдали её родители, но этот человек был слишком слаб, чтобы соответствовать амбициям Анаинги. Как только она заняла позицию своего брата, у Анаинги хоть и была власть самой по себе, и ей больше не нужно было полагаться на безжалостных Гипов.

Однако Анаинга была не одинока в своём низком мнении о нём; когда Данлин приехал на каникулы в середине зимы и посетил его родной город, он полностью игнорировал своего отца.

На данный момент Анаинга и её муж только что закончили свой завтрак, а Хацин, хоть и должен был постоянно смотреть на свою тётушку, но он просто не мог смотреть, как они едят; чересчур много пищи заполняло обеденный стол до краёв, и дядя Хацина словно превращался в дикаря, и мог сожрать почти половину всего в одиночку. Конечно, двум людям было невозможно съесть всю эту пищу, поэтому большинство просто сжигали, как мусор. Резкий контраст с ситуацией у людей, живущих в городе.

Анаинга скользнула к своему большому креслу и села, едва взглянув на новое дополнение к комнате. Слуга бросился к ней и прошептал ей на ухо «Приехал гость». Со взмахом её руки слуга позвал Гипа от статуи сокола, которая сразу же привлекла внимание мужчины. Когда он вышел из комнаты, широкие двери распахнулись, и вошёл старик, которого хорошо знал Хацин. Собственный член совета клана Тэйлон, чьё морщинистое лицо и столь же грубый голос заставляли его казаться абсолютно древним.

– Леди Анаинга, – прохрипел он и почтительно поклонился. Опустив голову, он ожидал, когда женщина поприветствует его, но такого приветствия не было.

– Надеюсь, ты пришёл, чтобы объясниться, советник, – её голос был холодным и наполнен сарказмом, когда она использовала титул мужчины.

Тело советника дёрнулось: – Миледи, я не думаю...

– Я уже знаю это, старик. Ваша нехватка мышления – единственная причина, по которой я могу понять, почему вы такие, какие вы есть, – Анаинга сузила глаза. – Как трудно может быть спровоцировать войну между тремя народами, которые даже не доверяют друг другу? – человек открыл рот, чтобы говорить, но она снова перебила его. – И что я слышу об убийстве этих двух неудачников? Конечно, вы не настолько компетентны, что даже не можете избавиться от двух подростков, практически живущих под вашими носами...

– Миледи, мы не знаем, что случилось... – советник начал осторожно, но когда он заметил растущий гнев Анаинги, он быстро продолжал: – Но мы считаем, что убийца Поющая могла вмешаться...

В большом зале раздался оглушительный звук, когда Анаинга хлопнула ладонью по подлокотнику своего кресла. В своем гневе она использовала духовную сущность в своей коварной атаке на бедный беззащитный стул, заставив весь зал вибрировать; если бы Хацин не привык к этому, он, возможно, был потрясён от своего места под потолком.

– Объясни! – взревела Анаинга.

– Ну, по словам... двух братьев... директор Небесной Академии спас их от покушения на убийство, но в то время у директора Академии Свона были другие дела – мы убедились в этом. Поэтому кто-то ещё должен был присматривать за ними, и получить помощь директора, чтобы потом скрыть это. Единственный человек, который, как я понимаю, подходит для этого – Поющая. Нам пока не удалось собрать никаких доказательств, но, похоже, что это так…

– Доказательства? Разве мне нужны доказательства? Если эта Поющая является угрозой, тогда избавьтесь от неё!

На его балке маленькие, но острые когти Хацина вонзились в дерево при упоминании альтер-эго его сестры.

– Это легче сказать, чем сделать, моя госпожа ... Убийцы защитят её и...

– Разве ты этого не понимаешь, стареющий придурок? Мне... просто... похуй – сделай это! –Анаинга поднялась со стула, и из неё вырвалась плотная духовная сущность,обрушившаяся на старика. Саморазвитие советника было очень даже неплохим, но тёте Хацина, которая каким-то образом продвинулась до границы между средним и высоким Чемпионом, мало кто мог сопротивляться.

– У нас осталось ещё семь месяцев... – сказала она, успокаиваясь. – В любом случае, просто избавьтесь от неё и начните этот пожар – каким бы то ни было способом. Я и наш друг позаботимся обо всём остальном.

В этот момент советник остановился и просто кивнул головой в знак согласия. Без дальнейших формальностей леди Анаинга отослала бедного старика, отправив его без всякой поддержки. Утомлённая, Анаинга опустилась на своё место, потирая виски. Она что-то пробормотала о том, что «нужно избавиться от ненужных людей, когда всё закончится», но Хацин больше не обращал на это внимания.

Его тело напряглось от волнения беспокойства, поскольку ядро ​​его существа – теперь значительно более крупный осколок Призмы Души внутри него – сообщало ему о неопровержимой истине; Рэйвен двигается сюда. И быстро.

Не колеблясь, Хацин вылетел через открытое окно. Вслед ему понеслись крики тёти: «Чёрт побери!» и грохот стекла. Очевидно, она захлопнула его слишком сильно.

Был поздний вечер, когда большой Ястреб Эвереста, несущий Джавелина и остальную группу, наконец, приземлился на небольшой поляне, недалеко от границы между префектурами Рок Рен и Блэк Тэйлон. Они летели на бедной птице огромное расстояние, которые обычно занимает две недели,за одну, останавливаясь, только когда это было абсолютно необходимо.

Утомлённый, Джавелин выскочил из кабины и потянулся. Он глубоко вдохнул тёплым воздух и тяжело вздохнул. Нельзя отрицать, что это путешествие было… затратным для него: он не мог перестать оглядываться на Рэйвен при каждом удобном случае, переполненный чувствами к его давно потерянной любви. В то же время он знал, что его попытки не должны быть слишком очевидны, или она – или, что более важно, близнецы – поймут, что что-то изменилось. Судя по неловким попыткам близнецов начать разговор, они, возможно, уже знали, что что-то не так.

Как бы то ни было, Джавелин не был уверен, как долго он мог всё это удержать, прежде чем он где-то проколется. Внезапно Джавелин почувствовал дуновение ветра и, прежде чем он понял, что случилось, Авес уже стоял рядом с ним. Мужчина посмотрел на него тёплыми глазами, а заходящее солнце отражалось в его белых волосах.

– Я предлагаю вам с младшими учениками Гриффин собрать дикие ягоды, чтобы насладиться этим вечером – так редко бывает, что мы останавливаемся на ночь. Я и младший ученик Найт организуем остальную еду, пока вас нет.

Сначала Джавелин смутился – Авес говорил, как будто его слова не имеют к еде совершенно никакого отношения, а по лицу понять было невозможно, но у него действительно не было причин противоречить, так что через несколько минут трое мальчиков медленно пробирались через плотные кусты, которые росли в лесу вокруг поляны.

Они были там, возможно, полчаса, когда Джавелин внезапно обнаружил, что не его пути встал Ларк. Мальчики стояли плечом к плечу и скрестив руки, пристально глядели на Джавелина.

– Так, – сказал он, очень серьёзно. – Что с тобой происходит?

Мартин тоже перестал даже взглядом искать ягоды и решительно сел, показывая, что он никуда не денется, пока Джавелин не ответит на вопрос.

– Со мной? Ничего... –Джавелин поднял руку, чтобы почесать затылок.

– Ага, ты врёшь! – Ларк раскрыл блеф, показывая на поднятую руку Джавелина. – С тех пор, как мы вышли, ты странно себя ведёшь. Хотя, возможно, даже со времён Лунных Испытаний. Что с тобой происходит?

– Это я выгляжу странно? – устало парировал Джавелин. – Вы двое – реально странные...

– Не пытайся скрыть это, Хек, – спокойный голос Мартина прервал его. – Мы можем сказать, что что-то изменилось. Ты уже не весёлый.

– Не весёлый? – Джавелин не понял.

– Когда мы пытались с тобой говорить, – объяснил Ларк, его руки всё ещё были скрещены. – Мы пытались поговорить с тобой, но всё, что ты делал, это отвечал на вопрос одним словом, после чего снова терял интерес.

– А что насчет Рэйвен? Разве вы не должны разговаривать и с ним? Он говорит даже меньше меня!

И Ларк, и Мартин подняли брови и взглянули друг на друга:

– Рэйвен никогда не говорит, Джавелин, – сказал Ларк.

– Ничего странного, – вмешался Мартин.

Джавелин безучастно посмотрел на двух своих друзей. В их словах был смысл.

Вернувшись в кабину, Рэйвен вопросительно посмотрела на Авеса.

– Им нужно было размять ноги, – объяснил он с улыбкой. Рэйвен покачала головой, но ничего не сказала.Вместо этого она бросила палочки в кучу и использовала свою духовную сущность, чтобы разжечь их прикосновением тлеющей руки. С другой стороны, Авес, похоже, решил поговорить:

– Тебе он нравится, не так ли? – спросил он, и уже ожившее пламя, казалось, замерло на мгновение.

– Кто? – спросила она, изображая невежество.

Сначала Авес только посмотрел на неё острым взглядом, но, когда Рэйвен не сдалась, он криво усмехнулся.

– Если тебе кто-то нравится – это не обязательно плохо, знаешь ли.

Рэйвен фыркнула.

Авес молчал некоторое время, прежде чем снова задумчиво заговорил:

– Теперь я понимаю, почему мой брат боится тебя...

– Что? – спросила Рэйвен, обратив на Авеса всё своё внимание.

– Ты слишком… одна, – ответил он торжественно. – Сила и мощь, как твоя, развращают, Рэйвен. Особенно если ты сама по себе.

Рэйвен несколько раз моргнула, прежде чем она, к недоумению Авеса, громко рассмеялась.

– Я не думаю, что друг или двасмогут помочь мне, мистер Протектор, – Рэйвен взглянула в тёмный лес, окружающий их, её глаза были далеко отсюда– внезапно раскрыв возраст и мудрость, которые она обычно скрывала. Авес нахмурился, но, прежде чем он успел что-либо сказать, глаза Рэйвен вернулись к нормальному выражению.

– Кроме того, – сказала она, улыбаясь. – Я не совсем одна.

Вдалеке послышались слабые удары крыльев.

Рэйвен поднялась с земли, от теперь стабильно горящего костра. Хотя она слышала, как её брат летит сюда, он ещё не был достаточно близок, чтобы Авес смог услышать или почувствовать его. Обдумав все её варианты, Рэйвен бросила взгляд на своего так называемого опекуна, прежде чем спокойно уйти в лес.

– Я не уйду далеко, и скоро вернусь, – сказала она через плечо. – Не следуйте за мной, Авес – мы оба знаем, что случится, если вы это сделаете.

Позади Рэйвен Авес посмотрел на её спину со сложным выражением лица. Наконец он вздохнул и снова обратил внимание на огонь. «Да уж, дал братик задание… И как я должен её защищать?»,– пробормотал он про себя. Он действительно знал, что Рэйвен могла сказать, реши он следовать за ней, и ещё хуже – как только она это сделает, она исчезнет бесследно. А так она, по крайней мере, будет придерживаться её обещания и не уйдёт слишком далеко.

Внезапно Авес поднял голову и посмотрел в противоположном направлении, от которого пошла Рэйвен. Он казался удивлённым, но странно удивлённым. «О, господи», – усмехнулся он и встал с места, которое занял у костра. – «Возможно, я помогу мальчикам...»

Тем временем Рэйвен уже ушла на пару сотен метров от лагеря, и без особых усилий поднялась на вершину одного из самых высоких деревьев в этом районе. Это может показаться не большим достижением, но деревья в этом горном лесу были очень высокими, легко превосходящими большинство высоких зданий в старом мире Рэйвен.

Когда её голова появилась над плотной листвой, её глаза упали на действительно своеобразное зрелище, и, хотя Рэйвен уже видела это однажды, она не могла не фыркнуть, подавив свой смех.

Недалеко, от гор, две птицы приближались с поразительной скоростью. Только летели не обе птицы. Вместо этого самая большая из двух птиц – размером примерно со среднего сокола – несла крючковатую ветку, на которой сидела вторая, гораздо меньшая птичка.

«Не смейся, сестра!», – в голове Рэйвен раздался сердитый голос Хацина. – «Это была твоя идея – путешествовать на этом Штормовике!»

Несмотря на расстояние между ними, Штормбёрд покрыла его в течение нескольких секунд. Без замедления, эта быстрая птица, пролетая над Рэйвен, сбросила свой «груз».

– Я не смеюсь, – защищалась Рэйвен, но её глаза выдали её веселье, когда она протянула руки, позволив брату приземлиться на них.

«Да в тебе актриса умирает… И, судя по запаху, довольно давно», – пробормотал Хацин, но он, похоже, не возражал. Внезапно Рэйвен подняла его близко к ее лицу и прижала к щеке. «Сестра?», –такое поведение было настолько редким для Рэйвен, что Хацин удивился.

«Я рада снова тебя видеть, старший брат», – Рэйвен опустила руки от лица и тепло улыбнулась почти полностью красной птичке, которую держала в ладонях. Хацин, казалось, не был полностью убеждён в словах Рэйвен, но она больше не позволила ему спрашивать об этом. – «Так как там поживает наша тётя?», – спросила она, и холод снова вернулся к её лицу.

Сразу же глаза Хацина потемнели. «Занята», – ответил он с явным презрением. Он поднял лапку, вокруг которой было закреплено небольшое металлическое кольцо, и из ниоткуда рядом с ним на руке Рэйвен появился зелёный стеклянный шар. Шар был чуть больше, чем сам Хацин, поэтому он был вынужден отпрыгнуть дальше, чтобы освободить место для него.

«Я записал всё здесь», – сказал он и постучал в шар одним из своих коготков. – «Хорошо, что ты пришла, сестра, я всё равно собирался улетать».

«Что?»

«В шаре памяти больше деталей. Я хотел покороче изложить – Тэйлон работают на износ», –Хацин сделал паузу и посмотрел на свою сестру серьёзными глазами. – «Через семь месяцев».

Глаза Рэйвен расширились. 7 месяцев. А ещё через два прибудут эти «посланцы» от Турнира.

«Чёрт!»

«Но зачем ты пришла?», – спросил Хацин. – «Ещё оставалось время до нашей встречи».

«Фенрис»

Глаза Хацина дрогнули.

«Фенрис?»

«В столице все изменилось, старший брат, и если то, что ты говоришь, верно, то это ещё одна причина того, почему мы не можем откладывать наши планы дальше. Однако Гадвалл остаётся. Мы не знаем, насколько он силён на самом деле. Если мы не найдем способ справиться с ним, тогда нам конец».

«И ты думаешь, что Фенрис может помочь?», – Хацин не выглядел убеждённым.

Рэйвен вздохнула: она тоже не была на сто процентов уверена, что Фенрис согласится на её просьбу. «Он помог нам раньше. И Фенрис, скорее всего, не из этого мира, надеюсь, он, по крайней мере, согласится дать нам дополнительную информацию».

Некоторое время Хацин молчал. «У нас нет выбора, не так ли?»

Рейвен покачала головой. Она знала, что её брат не слишком любит Фенриса: этот человек (или не человек) хоть и спас его жизнь два раза, но Фенрису было явно просто пофигу на человеческие жизни, с чем Хацин просто не мог согласиться. Так что он был заинтересован в том, чтобы больше никогда не видеть человека – или его внука – снова.

«Ты же можешь сказать, где он, не так ли?», – спросила Рэйвен.

Неохотно Хацин протянул крыло, указывая на север.

«Там. Но я не знаю, как далеко».

Рэйвен улыбнулась и погладила своего пернатого брата по голове. «Спасибо, Хацин», –она посмотрела вниз, к лагерю, освещённому огнём, пробивающимся сквозь листья. – «Я должна вернуться. Ты должен быть с моими дядями, так что...»

«Да, да, я знаю, меня никто не заметит», – Хацин оборвал её, явно немного раздражённый.

Рэйвен хихикнула от внезапного «взрыва» её брата. «Ну, если ты настаиваешь, я могу взять тебя с собой...», – в глазах её мелькнула озорная вспышка, и она начала закрывать руку, чтобы брат, как и сфера памяти, оказался заперт в её кулаке.

Глаза Хацина расширились от ужаса, и он быстро взлетел с ладони Рэйвен; он мог догадываться о том, что планировала его сестра, и у неё ничего не получилось.

«Жаль», – вздохнула Рэйвен с чрезмерно драматичным выражением разочарованности. –«Наверное, придётся активировать нашу умственную связь».

Она подмигнула своему брату, после чего она наклонилась назад и упала с ветки, на которой она стояла.

Как стрела, тело Рэйвен летело к земле, и Хацин не мог не дрожать. Из них двоих только он мог летать, но увлечение его сестры падением с высоких мест всегда заставляло бегать мурашки по его спине. Сверху он наблюдал, как Рэйвен отклонялась то вперёд, то назад, чтобы не удариться о ветки, прежде чем она, всего в нескольких метрах над землей, послала мощный поток духовной сущности к земле, чтобы смягчить её падение.

Беззвучно, Рэйвен приземлилась на лесную почву –даже веточка под ногами не хрустнула. Она повернулась и помахала Хацину.

«Увидимся позже, старший брат», – мысленно сказала она.

«Эй, теперь, только потому, что я буду оставаться вне поля твоего зрения, это не значит, что ты должна игнорировать меня! У твоего брата не было никого, с кем можно было бы поговорить, в течение нескольких месяцев, ты знаешь...»

Рэйвен уже подходила к стоянке, но рассмеялась и ответила: «Я знаю, старший брат. Говори, и я отвечу».

Когда Рэйвен вернулась в лагерь, трое мальчиков уже пришли и жарили немного мяса над открытым огнём. Судя по их расслабленному разговору, всё казалось нормальным.

Но, Рэйвен, конечно, заметила странное поведение Джавелина в последние несколько дней, но не совсем поняла, что с этим делать. Он нервно смотрел на неё, и, когда близнецы пытались поговорить с ним, его ответы были необычайно короткими. Джавелин был взволнован, и Рэйвен подумала, могло ли напугать его то, что случилось в подвале.

– Ты вернулся, – радостно позвал Ларк, когда заметил, что Рэйвен вышла на поляну. Джавелин, сидящий спиной к ней, слегка дёрнулся, но не обернулся.

Рэйвен подошла к огню и села между Джавелином и Авесом. Она собиралась начать обсуждение завтрашнего путешествия на север, когда она посмотрела на лицо Джавелина. Брови Рэйвен удивленно поднялись, а Мартин рассмеялся.

Левая сторона лица Джавелина была опухшей до такой степени, что его глаз едва было видно, а область вокруг глаз уже стала фиолетовой.

– Что случилось? – спросила она, хотя смех Мартина, смущение Джавелина и молчание Ларка о многом говорили.

– Я... сказал кое-что, чего не должен был, – пробормотал Джавелин, и Ларк бросил на него взгляд.

Рэйвен внимательно посмотрела на троих мальчиков, прежде чем посмотреть с удивлением на Авеса. Он пожал плечами: «Мальчики», – сказал он, как будто это всё объясняло.

«Ха-ха, он выглядит смешно!», – очень приятный голос Хацина раздался в голове Рэйвен.

«Я сказала тебе прятаться, старший брат», – упрекнула его Рэйвен.

«Но меня ведь не видно, не так ли? Значит, я хорошо спрятался».

Рэйвен закатила глаза, но ничего не сказала.

Позже той ночью, в то время как все остальные либо спали, либо спокойно медитировали, Рэйвен лежала в своей импровизированной постели, сжимая шар из нефрита, который её брат передал ей.

Систематически она переживала все воспоминания, которые хранил Хацин. Это были заметки за весь месяц; всё, что он нашёл, даже отдалённо уместно, всё было записано. Если смотреть в обычном режиме, это заняло бы у Рэйвен неделю, чтобы посмотреть всё это, но благодаря её сильному разуму, она могла ускорить это.

Тем не менее, только когда первый свет рассвета пробрался на поляну, Рейн вышла из её медитации, слегка потирая виски.

«Брат тоже отлично поработал», – похвалила Рэйвен.

Судя по материалам, которые она видела, не могло быть много моментов, когда Хацин не следил пристально за тётей или ей сообщниками.

Рэйвен перевернулась на спину и тяжело вздохнула: «Нам действительно нужно поторопиться…»

Собранная информация была ясной. Клану Тэйлон удалось собрать довольно большую личную армию, набрав столько спиритуалистов-отступников, которых они только могли найти и вооружить их оружием из Руды Души, которая добывается в бывшей префектуре Найтингейл. Как только у них возникнет проблема, эта армия появится словно из-под земли, чтобы обеспечить максимальный хаос. Все, что им нужно, это искра – что-то, что подтолкнёт соседние империи к войне.

Что касается семимесячного срока, то не было чётко указано, почему этот срок был установлен, но, похоже, это было требованием Гадвалла, поэтому Рэйвен догадалась, что это как-то связано с представителями, которые вскоре появятся.

Рэйвен села, её глаза были полны решимости.

У Клана Тэйлон были разные планы в отношении того, как помочь требуемой искре появиться– некоторых Рэйвен уже знала и работала против них, другие были новыми. Единственное, что было между ними общего – это то, что было очень трудно найти и пресечь их работу, без того,чтобы оказаться на виду и узнанной, а если это произойдет, Гадвалл найдёт способ вмешаться.

«Нужно найти Фенриса!»

Рэйвен сжала кулаки и собиралась встать, когда её тело внезапно застыло. Она остановилась лишь на мгновение, прежде чем она выскочила из палатки, в которой она спала, с мечом в руках.

– Авес!– крикнула она своим голосом, усиленным духовной сущностью. – Зови своего Ястреба сейчас!

Реакция Авеса была мгновенной: он появился рядом с Рэйвен, словно из воздуха, тоже с мечом в руках.

– В чём дело? – спросил он, когда Джавелин и близнецы подошли к ним.

– Высокоуровневые духовные звери. Пятеронашли путь к нашему лагерю и быстро приближаются, – голос Рэйвен был мрачным. Одному-единственному высокоуровневому духовному зверю было бы сложно противостоять обычному среднему Чемпиону, хотя он и мог справиться сам по себе. Хотя уРэйвен и Авеса не было бы реальной проблемы с двумя, а может быть, даже тремя такими зверями, если бы они работали вместе.Но пять было слишком много…

– В кабину! – крикнул Авес. Он сразу понял серьёзность ситуации: лучшим способом действий, безусловно, должен был быть побег. К сожалению, Ястребу Эвереста было дано разрешение на охоту в течение ночи, поэтому, хотя Авез и вызвал его, большая птица всё ещё была довольно далеко.

Чувства Рэйвен были безупречны: если что-то большое сделало много шума даже в километре от Рэйвен, она могла это услышать. Несмотря на это, она едва успела заметить топот пяти бушующих зверей, прежде чем они подошли достаточно близко, чтобы она почувствовала их духовную сущность. Другими словами, всего за полминуты эти твари пробежали почти 500 метров!

Эверест-Хок не смог бы этого сделать.

– Слишком мало времени! – крикнула Рэйвен, но это не помешало ей схватить Джавелина, который был ближе всего к ней, за воротник и забросить его в открытую кабину в нескольких метрах. Кабина была защищена широким ассортиментом магии, и, хотя она не продержится в долгосрочной перспективе, она, по крайней мере, обеспечивает некоторую защиту.

Понимая намерение Рэйвен, Авес подошёл к близнецам, намереваясь сделать то же самое, но до того, как он успел это сделать, перед ним выскочил огромный зверь.

– Рапторы Крови Теней! – прошипел Авес в шоке: он едва мог поверить своим глазам. Рапторы крови теней с их мощными ногами и ужасной пастью, заполненной клыками, были приспособлены лишь для двух вещей: скорости и кровопролития.

Победить их ему и Рэйвен было почти нереально, но ведь не могли они просто стоять на земле в ожидании смерти?

В мгновение ока пять Рапторов Крови Теней вырвались на поляну, в их глазах горела жажда крови. Они едва замедлили скорость, поскольку все пятеро сразу сосредоточились на Авесе и близнецах; эти твари были очень хитрыми и инстинктивно понимали, что самая большая угроза исходит от Высокого Чемпиона Духа.

В то время как Авес не мог не замешкаться на мгновение, Рэйвен не могла позволить себе такой роскоши; даже когда звери бросились влево, в обход неё, Рэйвен уже бежала им навстречу, её обычно скрытое совершенствование стремительно росло от высокого Адепта до среднего Чемпиона, когда она выключила Оковы. Рэйвен знала, что сбежать от этих существ не удастся, если только Ястреб Эвереста вернётся, поэтому единственный вариант – сражаться, не сдерживаясь.

Когда она побежала вперед, она громко закричала и подняла свой меч, окутанный электрическими искрами и тяжёлой аурой убийства, истекающий красными парами жажды крови. Любое меньшее существо, вероятно, застыло бы в страхе, столкнувшись с такой сильной жаждой крови, но внезапный взрыв силы и шума только заставил пятерых Рапторов слегка вздрогнуть, прежде чем их и без тогомаленькие глаза сузились от ярости.

Мгновенно, два зверя, наиболее близкие к Рэйвен, изменили направление движения и вцепились сильными челюстями и бритвенно острыми зубами в Рэйвен. Или подумали, что вцепились: тело Рэйвен, казалось, мерцало, прежде чем полностью исчезнуть; две могучие пары челюстей сжались ни на чем, кроме воздуха. В то же время пространство над одним из трёх Рапторов, которые продолжали направляться к Авесу и близнецам, быстро потемнело, прежде чем сверкнула быстрая вспышка стали, казалось бы, из ниоткуда; используя Пространственный рывок, Рэйвен исполнила свою атаку прямо сверху.

Меч, искрящийся электричеством, погрузился глубоко в спинуРаптора Крови Теней, скользнув между двумя ребрами и пронзив его сердце. Одновременно из лезвия вырвались электрические искры, из-за чего в воздухе запахло палёным мясом.

С болезненным рёвом зверь рухнул на землю мёртвым, и на мгновение время, казалось, остановилось.

Четыре оставшихся Раптора Крови Теней внезапно остановились, их большие головы дёрнулись и звери пристально вгляделись в Рэйвен. Авес, который был в движении, буквально забросил близнецов в кабину и спрятался сам, так и не поняв, что только что произошло. Неужели его глаза обманули его, или Рэйвен правда сумела убить зверя высокого уровня одним ударом? Невозможно!

Вытащив меч из трупа, Рэйвен воспользовалась сиюминутной паузой, чтобы сделать глубокий вдох и взглянуть на свои руки. Хотя это могло показаться простым поступком, количество духовной сущности, которую она только что использовала для достижения своего убийства с одного удара, было далеко не маленьким. Но, несмотря на то, что обе её руки теперь онемели от силы, необходимой для того, чтобы пробить толстую шкуру Раптора, они продолжали её слушаться. В тот момент Рэйвен знала, что, хотя она и убила первого зверя, она поймала его, когда он отвлёкся; следующие четверо, скорее всего, не отдадут свои жизни так легко.

Словно чтобы подтвердить её подозрения, безумный взгляд четырёх зверей взорвался яростью, и их ранее чёрная шкура словно извивалась, мгновенно покраснев от кровавого тумана, сочившегося из каждой поры. Заревев, четыре зверя бросились к Рэйвен.

Рот Рэйвен изогнулся в кривой улыбке. «Долго же вы соображаете», – подумала она, даже не думая, а точно зная, что она успешно отвлекла тварей от Авеса и близнецов. – «А теперь давайте немного побегаем!».

Сущность Духа вытекала из духовного ядра Рэйвен, как вода из плотины, заставляя, толкая её вперёд – и дальше от остальных – с огромной скоростью. Несмотря на бешеный натиск зверей, Рэйвен перемещалась между хищниками, как танцующая нимфа, и на каждом шагу она кричала им.

Это выглядело, как будто она не прилагала никаких усилий, но внешность порой бывает обманчива, поскольку Рэйвен не могла не чувствовать давления; Рапторы Крови Теней оправдывали свою репутацию. В ярости, движения хищников стали чрезвычайно быстрыми, и каждая атака, которую они начинали, была быстрой и смертельной – неважно, деревья или скалы попадались им под «горячую лапу» – и то, и другое они в ярости дробили в мелкий порошок. Одна-единственная ошибка Рэйвен, и её песенка спета. Хуже того – когда красный туман наполнил воздух вокруг них, Рейвен почувствовала, что её собственные движения становятся медленнее, что затрудняет уклонение.

На лице Рэйвен появилась почти звериная улыбка, когда её жажда крови поднялась до новых высот.

«Это займёт какое-то время…Это настоящий вызов…»

Вернувшись в каюту, Джавелин только сообразил, что произошло, как его прижало к стене тяжелыми телами Ларка и Мартина.

– Оставайтесь там! – услышал он крик Авеса перед тем, как последний бросился прочь, следуя за Рэйвен и четырьмя духовными зверями глубже в лес.

Для трех мальчиков потребовалось всего несколько ударов пульса, чтобы распутаться и встать на ноги, но к тому времени битва с Рапторами Крови Теней уже отошла от кабины далеко в горный лес. Трое юношей безучастно смотрели на большой труп, лежащий всего в нескольких метрах от кабины, ошеломленные; всё произошло слишком быстро.

Джавелин был первым, кто сообразил, что нужно делать, и собирался выскочить из кабины, когда Мартин встал на его пути.

– Уйди! – крикнул Джавелин, но Мартин покачал головой. Джавелин двинулся, чтобы обойти мальчика, но Ларк присоединился к брату, полностью блокируя выход.

– Уйди! – пробормотал Джавелин.

– Они оставили нас здесь по какой-то причине, Джавелин, – сказал Ларк так спокойно, как только мог. – Эти духовные звери – явно не те противники, с которыми мы трое можем справиться!

– Да мне плевать! – крикнул Джавелин. – Рэйвен, возможно, нуждается в помощи!

– Ты не понял? – крикнул Мартин, сжимая кулаки так, что они стали белыми. – Мы бы только мешались под ногами!

Тело Джавелина дрожало, но он остановился.

– Пока мы здесь, эти двое не должны думать о том, чтобы держать нас в безопасности и смогут сосредоточиться на сражении, – Ларк положил руку на плечо Джавелина. – Я не знаю, что происходит с уровнем совершенствования Рэйвен... но если он средний чемпион, он сможет сам за себя постоять. Верь в него.

Глядя немного безразлично, Джавелин медленно кивнул головой. Увидев, что он немного расслабилось, два близнеца дали друг другу облегчённые взгляды; они не подумали, что Джавелин согласится так легко.

Трое друзей стояли молча. Под ними они ощущали, как земля дрожит от страшной битвы, всё дальше и дальше. Время от времени сильные всплески духовной сущности долетали и до них, указывая, насколько мощными были атаки. Даже это далёкая, простая остаточная духовная сущность перехватывала дыхание.

Внезапно глаза Джавелина просветлели.

– Вы это слышали? – спросил он, снова подходя к двери. Не уверенные, близнецы двинулись, чтобы остановить его снова. – Разве вы не слышите это? Крылья – большие крылья! – Джавелин убеждал и, напрягая уши, лица близнецов тоже загорелись.

– Это Ястреб Эвереста! – сказал Мартин после того, как высунулся из кабины, чтобы проверить небо над ними.

Ястреб Эвереста, принадлежащий Авесу, которого он вызвал обратно с охоты, наконец, прибыл. С его помощью мальчики могли бы переместить кабину туда, где была битва, и, возможно, позволить группе избежать Рапторов.

Большая птица приземлилась на верхнюю часть кабины и даже без дальнейших указаний от мальчиков, Ястреб, казалось, сам знал, что нужно делать. Он схватился за крюки на крыше кабины и приготовился поднять её в небо. Однако, прежде чем птица поднялась, Джавелин и близнецы увидели чёрно-красную полосу, мчащуюся к кабине, а затем перепрыгнувшую через нее.

– Ещё один? – закричал Мартин, встревоженно.

Все трое ожидали услышать крик Ястреба Эвереста, когда внезапная атака забрала бы его жизнь, но крика не было. Вместо этого над кабиной раздался оглушительный звук, сопровождаемый громким грохотом и безумными ударами крыльев. Выйдя из двери кабины, мальчики увидели, что новый Раптор Крови Теней поднялся на ноги и с ненавистью смотрит на Авеса. Над ними кружил Ястреб Эвереста, казалось бы, невредимым, сердито глядя на своего нападавшего.

Близнецы вздохнули с облегчением; если бы Ястреб был убит, то даже если бы Рапторы были побеждены, их группа была бы вынуждена отправиться в ближайший город пешком – а это слишком опасное путешествие, которое в лучшем случае займет несколько месяцев. Джавелин и близнецы не теряли времени, но почувствовали облегчение. Они смотрел на широкую спину Авеса, и в далёкое место в горах, где громкие звуки битвы всё ещё звучали эхом.

В этот момент разум Джевелина погас. Всё, о чём он мог думать – эло то, как Рэйвен должна будет сражаться с оставшимися Рапторами Тени Крови самостоятельно и, несомненно, не сможет победить их всех. Прежде, чем Авес – или кто-то другой – понял это, Джавелин побежал. Он бежал так, словно его жизнь зависела от этого, прямо в горный лес и к звукам битвы. Позади него близнецы кричали, чтобы он вернулся, но он проигнорировал их.

Джавелин бежал, казалось, часы, прежде чем он увидел Рэйвен.

Битва перешла на отвесную скалу, нависающую над обширным оврагом. Маленькая фигура Рэйвен крутилась и скользила между атак двух Рапторов – где были остальные, Джавелин не видел. Красный туман плавал вокруг неё и двух зверей, окружая их кровавым ореолом.

Все трое были ранены в разной степени, но никого из них это, казалось, не волновало. Они сражались злобно, явно до смерти, но в этом была особая красота; казалось, что это уже не просто кровожадная битва – это было произведение искусства, хоть и подготовленное злобными убийцами, но исправленное радостью хорошего сражения.

«Какой вид...», – Джавелин двигался словно в оцепенении и не заметил ветки, на которую он собирался шагнуть. Его нога встала на землю, и из-под неё вырвался явный треск. Звук не был громким, но сразу оба Раптора дёрнулись, сердито взревели и бросились к нему, как будто оскорблённые тем беспокойством, которое он причинил.

Всё произошло без предупреждения.

Джавелин едва заметил двух зверей, повернувшихся к нему, прежде чем он увидел мерцающую фигуру Рэйвен, а через мгновение она появилась перед ним. Взмахнула руками, и мечи, которые она держала, исчезли, их заменил длинный металлический посох. Как только он появился, звери уже были почти вплотную к ним, а их страшенные пасти, пытались укусить Джавелина.

Рэйвен подняла свой посох горизонтально, он засветился мягким серебристым светом, окружившим его, и, словно подтянутый гравитацией, оба укуса попали на посох, а не на Джавелина. Сопротивляясь ужасной силе двух атак, которые даже обычные средние Чемпионы находили невероятно сложными, Рэйвен стояла как статуя между Рапторами и Джавелином.

– Отвали! – прорычала она, и, наконец, Джавелин вырвался из его оцепенения. Он быстро ушел с дороги, отскочив в сторону. Как только он переместился, серебристый свет на посохе исчез, и два Раптора отпустили его. Сразу же они снова попытались укусить Рэйвен, и снова она оттолкнула их. Этот процесс повторялся несколько раз, но Джавелин мог сказать, что динамика битвы изменилась; Рэйвен больше не атаковала и вместо этого сосредоточилась исключительно на защите, следя за тем, чтобы два зверя не приближались к Джавелину. Тем не менее, чем дольше она защищала, тем яростнее, казалось, атаковали эти твари.

Внезапно оба хищника взревели громче, чем когда-либо, и красный туман вокруг них мгновенно усилился, почти закрыв их от глаз Джавелина. К его ужасу, тело Рэйвен замерло, и удар хвостом пришёлся ей куда-то в районе груди. Джавелин, словно в замедленной съёмке наблюдал, как безжизненное тело Рэйвен изогнулось в воздухе, пролетело над его головой, а затем исчезло из поля зрения – за краем обрыва.

Во второй раз за день тело Джавелина действовало само, прежде чем мозг понял, что он делает. Полностью проигнорировав Рапторов и не думая, как далеко до земли, Джавелин бросился за Рэйвен.

В тот момент, когда два оставшихся Раптора Крови Тени выпустили ещё больше своего таинственного красного тумана, Рэйвен почувствовала, что её кровь словно стынет в жилах; она не могла двинуться ни на дюйм.

Рэйвен лихорадочно распределяла духовную сущность по всему телу, чтобы рассеять эффект, но процесс был слишком медленным, поэтому она ничего не могла сделать, когда жёсткий хвост ближайшего Раптора ударил в сторону Рэйвен, и послал её лететь в воздух. Сильная боль пронзила её практически незащищенное тело, но Рэйвен заставила себя игнорировать её; она сразу поняла, что атака хищника отправит её с утеса, и, поскольку она не могла почувствовать землю внизу, падение должно было быть долгим…

Когда она взлетела в воздух, глаза Рэйвен встретились с испуганными глазами Джавелина, смотрящими на неё. «Беги к Авесу, придурок!», – подумала она, но так как тело Рэйвен всё ещё не отвечало, она не смогла и двинуть губами.

Её взгляд ушёл от Джавелина, но она внезапно расширила глаза от удивления; он действительно прыгнул за ней.

– Рэйвен! – услышала она, как он кричал, когда нырнул за ней.

В этот момент Рэйвен не знала, смеяться или плакать. С одной стороны, прыжок следом за ней был чистым безумием – в то время как у Рэйвен были довольно хорошие шансы выжить в большинстве свободных падений, пока она была в сознании, Джавелин падал с грацией и красотой мешка с картошкой, и любое падение с высоты более двухсот метров наверняка убьёт его. С другой стороны, вероятность того, что Джавелин сумел бы убежать от Рапторов Тени Крови, даже в кабине, была, возможно, ещё меньше.

«По крайней мере, так, я должна быть в состоянии помочь ему…»

Движение возвращалось к телу Рэйвен. Она распласталась в воздухе, позволив Джавелину быстрее догнать её. Прошла почти секунда, прежде чем он добрался до неё, его руки крепко обняли её. Она вздрогнула от боли, когда он неосторожно надавил на её рану от хвоста.

– Рэйвен! – снова закричал он. – Ты в порядке?

Сущность духа Джавелина влилась в неё, когда он активировал исцеляющий навык – сразу же его хватка немного ослабела, когда он понял, где именно Рэйвен была ранена.

– Заткнись, – пробормотала Рэйвен и переместила тело. Теперь она держалась за Джавелина одной рукой и держала посох в другой – к тому времени, когда Джавелин догнал её, способность Рэйвен двигаться почти полностью восстановилась,а с помощью исцеления Джавелина она в значительной степени вернулась к норме, по крайней мере – в этом аспекте.

Рэйвен посмотрел вниз. Она все еще не могла ощутить дна этой ямы, но её глаза сказали ей, что она хотела знать: осталось около 600 метров, прежде чем они врежутся в реку, которая быстро текла под ними.

– Рэйвен, я...

– Заткнись и подожди.

Не было времени колебаться. Используя сопротивление ветра, Рэйвен пошевелилась, а Джавелин приблизился к плоской горной стене. Духовная сущность Рэйвен вошла в руку, держащую посох. Медное свечение распространилось по оружию, прежде чем она толкнула его по диагонали вниз, прямо в стену. Можно было бы ожидать, что раздастся визжащий звук металла по камню, но никакого шума не было, так как посох проникли на несколько сантиметров в камень.

Рэйвен вздрогнула, когда внезапное трение значительно замедлило их приличное падение; внутренние раны Рэйвен раскрылись больше из-за огромного давления, поскольку духовная сущность лилась через нее, казалось, бесконечно, чтобы сохранить правильное давление и угол посоха.

– Ещё немного… – Рэйвен стиснула зубы.

Тем не менее, когда до земли осталось чуть более двухсот метров, горная стена изменилась, став все более прерывистой, поэтому у Рэйвен не было выбора, кроме как оттолкнуться от нее. Вместо этого Рэйвен выставила посох перед собой и начала плавно вращать его. Тонкая мембрана духовной сущности образовалась перед вращающимся посохом, существенно увеличивая сопротивление ветра. Тем не менее, они по-прежнему резко падали к дикой поверхности реки.

«Всё равно недостаточно», – подумала Рэйвен и, когда до поверхности воды осталось пять метров, Рэйвен схватила Джавелина и использовала последнюю духовную сущность в своем теле, чтобы бросить ничего не подозревающего мальчика вверх. Мгновенно падение Джавелина значительно замедлилось, но Рэйвен на полной скорости врезалась в реку.

У неё оставалось совсем немного духовной сути, чтобы защищаться, поэтому Рэйвен почувствовала, будто её ударило о бетонную стену, и мир вокруг неё стал чёрным.

Горячее ощущение заполнило всё тело Рэйвен, заставив её вернуться в сознание. Она застонала, когда её глаза открылись, чтобы понять, что ей говорят другие её чувства; она лежала рядом с рекой, а Джавелин наклонился над ней, рассматривая её раны. Рэйвен не знала, сколько времени прошло. Судя по тусклому небу, всего несколько часов, но она была уверена в том, что река отнесла их довольно далеко от того места, где они высадились.

Заметив, что Рэйвен очнулась, лицо Джавелина переполнило облегчение, и он крепко обнял её.

– Я боялся, что потерял тебя... – прошептал он, но Рэйвен повела себя не так, как он рассчитывал. Вместо этого она сердито оттолкнула его.

– Ты идиот! – закричала она, схватив Джавелина за ещё влажный воротник. – Какого хрена ты припёрся? Зачем ты ушёл из кабины?

– Я... – начал Джавелин, но Рейвен оборвала его, прежде чем он успел что-то сказать. – Ты должен знать мою силу лучше, чем кто бы то ни был!Если уж даже я не смогла бы справиться с этими тварями, что ты бысмог сделать?

– Я знаю! – крикнул Джавелин, его кулаки врезались в песчаный берег под ним. – Я знаю, что я слишком слаб, но я не могу ничего с этим поделать...

– Ха! Не можешь ничего поделать? – Рэйвен саркастически рассмеялась. – Вам нужно было всего лишь посидеть пять минут на ваших грёбаных задницах! Как это может быть тяжело – даже не могу представить!

Она практически выплюнула эти слова и собиралась сказать больше, но Джавелин заткнул её.

– Чёрт возьми! – проклял он, и, к удивлению Рэйвен, руки Джавелина схватили её мокрые одежды, притянув к себедля поцелуя. Это был неуклюжий поцелуй; недолгий и неумелый, но Рэйвен сразу почувствовала, как её ярость стихает, а дикие эмоции успокаиваются. Джавелин прервал поцелуй. – Я люблю тебя, Рэйвен! Как я могу стоять и смотреть, когда ты сражаешься за свою жизнь?

Рэйвен молча смотрела на мальчика.

«Он любит меня?»,– рассеянно думала она, почти забыв обовсём ином. – «Но он такой... молодой».

В то время как она могла признаться, что ей нравится компания Джавелина – она ​​оказывала странный успокаивающий эффект на неё – она ​​не могла любить его. Он был едва подростком, ребёнком!

Пока Рэйвен думала, как ей ответить на внезапное признание Джавелина, мальчик снова заговорил: – Я знаю, что не могу помочь тебе, но по крайней мере... по крайней мере, позволь мне быть твоим щитом, когда это понадобится!

Тело Рейвен дёрнулось. В ее голове промелькнуло воспоминание… Молодой человек, отчаянно бросается перед ней… Громкий выстрел... Звук падающего тела… Мгновенно ярость Рэйвен вспыхнула, как вулкан; вливбольше, чем нужно было, силы в кулак, свободная рука Рэйвен ударила Джавелина в живот, от чего тот отлетел на несколько метров, разбросав песок во все стороны.

Сжав живот, Джавелин откашлялся. Из его рта стекла капля крови, но Рэйвен проигнорировала его боль.

– Мне не нужен грёбаный щит! – взревела она, её голос отражался между крутыми горными стенами, как гром. – И даже если бы я это сделала, наверняка, чёрт возьми, это был бы не ты!

После этого она отвернулась и побежала.

Бледный Джавелин попытался подняться на ноги, чтобы он мог последовать за ней, но он едва успел встать на колени, а затем снова рухнул на землю, его рот снова заполнился кровью.

– Дерьмо… – простонал он между приступами кашля. Джавелин попытался активировать свою духовную сущность, чтобы исцелить ущерб, нанесенный Рэйвен, но её удар пришёлся прямо в его духовное ядро, и почему-то его духовная сущность казалась запечатанной внутри.

Все, что он мог делать, это ждать. Ждать и подумать.

Внезапно Джавелин услышал слабый звук крыльев маленькой птички, приземлившейся недалеко от него. Он поднял взгляд с земли и заметил большую красную птицу, севшую на большой камень всего в метре от него.

– Цин? – голос Джавелина был хриплым, когда он говорил с птицей. Она, казалось, наклонила голову в подтверждение. – Я действительно хотел бы, чтобы твой тёзка был здесь, – хрипло рассмеялся Джавелин, что заставило его снова закашляться. Кровь он просто сплюнул на песок. – По крайней мере Хацин мог бы посоветовать мне о своей сестре...

Если бы Джавелин обратил внимание на птицу в этот момент, он бы увидел, что её глаза перешли от смятения к очевидному удивлению, но Джавелин в этот момент перевернулся, чтобы лечь на спину, вместо этого глядя на далекое небо.

Он долго лежал в тишине.

– На этот раз я действительно напортачил, –сказал в конце концов Джавелин. – Раньше я делал некоторые глупые вещи... Я мог бы убить её…

– А с тех пор, как я понял, кто она... – Джавелин сделал паузу. – Нет, возможно, еще до этого, простые мысли о том, что ей причинят боль, заставляла моё сердце болеть!

Его кулаки сжались.

– Я хочу защитить её! – сказал он с сильной страстью, но быстро остыл, а его кулаки расслабились. – Я хочу, но знаю, что не могу...

Джавелин почувствовал себя подавленным. Он знал, что вряд ли когда-либо сможет догнать безумную скорость совершенствования Рэйвен. Навсегда он останется слабее, чем она, но это не помешает ему защищать её.

– Должно быть, я должен просто держаться на расстоянии, когда она попросила меня...

Потеряв мысль, Джавелин не заметил, что его пернатая компания подлетела поближе, поэтому боль в руке оказалась полной неожиданностью. Он вскрикнул от боли и сердито посмотрел на птицу.

– И что ты меня тяпнул? Я ещё не сдох, некрофил-самоучка… – он хмыкнул, потирая руку, но через секунду осторожно улыбнулся своему нападающему; это был первый раз за очень долгое время, когда птица Рэйвен напала на него. – Я думал, что тебе не нравится, что я бегаю вокруг твоей хозяйки…Почему ты злишься, когда я сказал, что должен держаться подальше?

Джавелин протянул руку, чтобы погладить голову птички, ожидая, что она отступит, как всегда, но на этот раз существо даже не вздрогнуло. Вместо этого она уставилась на Джавелина, её глубокие карие глаза словно пронзили его.

Этот взгляд заставил Джавелина отдёрнуть руку, задумчиво встретив взгляд птички.

– Что с тобой? – снова спросил он, больше для себя, чем для птицы, но, к его удивлению, птица отреагировала. Она протянулалапку и, как ни странно, начала писать на песке. Сделав это, птица ещё раз посмотрела на Джавелина, прежде чем улетела, оставив мальчика смотреть на слово в песке.

Трус

Ниже по реке Рэйвен остановилась и развела небольшой костёр. Она всё ещё сердилась, но это не значит, что она действительно убежит и оставит Джавелина.

– Ты долго, – пробормотала она, когда красное тело Хацина приземлилось ей на плечо.

– Я знаю.Хотел дать тебе выбрать место получше, – спокойно ответил брат.– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я привёл Авеса и близнецов сюда? Они ужасно беспокоились о вас.

Хацин видел всю битву с Рапторами, и, по настоянию Рэйвен, оставался с близнецами, пока Рэйвен не вызвала его. Поэтому он увидел, что Авес победил Раптора, который атаковал кабину, а также заметил, что они летятнаЯстребе, тем самым избегая оставшихся хищников, которые не были убиты, когда Рэйвен и Джавелин упали со скалы. Когда Хацин оставил их, Авес и близнецы кружили вокруг области над оврагом, в поисках их.

Рэйвен подняла глаза. Река действительно отнесла их довольно далеко вниз по течению, по крайней мере на километр, и здесь горные стены были слишком близко друг к другу, чтобы Ястреб Эвереста смог спуститься.

«Да, в любом случае им было бы трудно добраться сюда», – с одной мыслью Рэйвен в её руке появился лист бумаги с угольной ручкой. Она нацарапала сообщение и передала его брату. – «Можешь передать им это, чтобы успокоить их».

Хацин бросил на неё косой взгляд: – «Ты действительно считаешь, что Авес будет просто ждать тебя?»

«У него нет выбора, не так ли?»

Если бы у Хацина были брови, они бы поднялись – ясно, что она всё ещё в плохом настроении. Хацин собрался улететь, когда его уши поймали звук приближающихся шагов.

«Будь добрее, – попросил он свою сестру.– Он ничего плохого не хотел».

«Тогда он только помрёт ещё раньше», – сказала Рэйвен мысленно. Покачав головой, Хацин вместо ответа улетел туда, где он последний раз заметил Авеса и близнецов.

В этот момент Джавелин обошёл последний изгиб реки, и увидел Рэйвен и огонь, который она развела. Он двигался медленно, явно всё ещё немного обеспокоенный ударом Рэйвен, но на каждом шагу он становился всё решительнее.

Рэйвен решил проигнорировать его, ипотыкала в уголь длинной палкой.

Наконец, Джавелин подошёл к ней. Он остановился почти точно в метре от нее, и просто ждал, пока Рэйвен не посмотрит на него. Она даже стала нервничать.

В её сердце она знала, что если Джавелин не сможет принять тот факт, что её можно или даже нужно защитить, то Рэйвен будет вынуждена полностью дистанцироваться от него. Её взрослый ум велел ей сделать это независимо от его чувств к ней. Но Рэйвен не хотела замечать того, что ей не хочется…

– Я не буду делать этого снова, – сказал мальчик с холодной решимостью в глазах. Рэйвен внимательно посмотрела на Джавелина – что-то внутри него, казалось, изменилось, но было трудно сказать, что именно. – Ты сильнее меня, я согласен, – продолжил он. – И я клянусь, что отныне я буду делать то, что ты мне скажешь, независимо от того, как я к этому отношусь.

– Я не могу защитить тебя, я не могу даже сражаться рядом с тобой, но я могу составить тебе компанию, когда битва закончится, – неожиданно Джавелин резко поклонился. – Пожалуйста, не отталкивай меня, Рэйвен!

На дне оврага ничего, кроме шума стремительной реки, не было слышно. Джавелин стоял, склонившись в почтительном поклоне перед Рэйвен. Хотя его тело казалось расслабленным, Рэйвен видела напряжение в челюсти Джавелина – он был решителен, но взволнован, очень взволнован.

Рэйвен моргнула, немного ошеломлённая решимостью Джавелина, но потом она вздохнула.

– "Клянусь этим" и "дожидаюсь этого" - это две разные вещи, Джавелин, – её взгляд переместился с огня. – Ты можешь думать, что теперь можешь контролировать себя, но...

– Я, Джавелин Дори Хейк, клянусь моей призмой души, чт...

Прежде чем он успел закончить фразу, Рэйвен вскочила на ноги и закрыла ему рот своей рукой: – Придурок безголовый! Какая клятва душевной призмой? Ты вообще думаешь, что делаешь?

Джавелин попытался отнять руку Рэйвен своей, но она держала его крепко; она всё ещё чувствовала слабые намёки на клятву в духовной сущности мальчика, и она боялась, что он завершит клятву, когда она отпустит.

– Позволь мне догадаться, ты собирался поклясться, что ты никогда не выступишь против моих прямых команд или что-то в этом роде? – Джавелин не должен был отвечать, Рэйвен знала, что она была права. Девушка вздохнула, внезапно почувствовав себя старше. – Не нужно давать подобных клятв никогда, Джавелин... Что, если я прикажу тебе убить себя?

Рэйвен ожидала, что Джавелин рассердится или, по крайней мере, хоть как-то отреагирует на её заявление, но вместо этого он успокоился, его завораживающие глаза стали ещё решительнее, когда они пристально посмотрел на неё. По позвоночнику Рэйвен пробежала дрожь. Она могла сказать, что глаза Джевелина говорили ей "Я знаю".

Вздрогнув от осознания, Рэйвен инстинктивно отпустила Джавелина и отступила.

Как только он освободился от её хватки, Джавелин продожил: – Я, Джавелин Дори Хейк, клянусь своей душевой призмой...

– Нет... – Рэйвен хотела снова рвануться вперёд, но её тело не слушалось её.

– ...что, если ты попросишь меня, я буду держаться подальше от тебя и твоих сражений, – знакомая, чисто-белая звезда духовной сущности, которая ознаменовала новую клятву, появилась на лбу Джавелина, после чего постепенно погрузилась в его кожу.

– Ты... – Рэйвен безучастно посмотрел на Джавелина: – Ты изменил её?

Джавелин тепло улыбнулся, но в его глазах была грусть: – Как я могу дать клятву повиноваться тебе против твоей воли? – он пожал плечами. – Но и этого должно быть достаточно. Теперь ты позволишь мне быть рядом с тобой?

Ещё мгновение Рэйвен оставалась немного ошеломлённой, но, подумав об этом, она не могла не издать смеха побеждённой. Её глаза встретились с глазами Джавелина.

– Ты можете пожалеть об этом, знаешь ли!

– Я знаю.

– И, хотя мне это льстит... я не отвечу взаимностью на твои чувства.

Джавелин опустил глаза. В них мелькнула боль, но вскоре она исчезла.

– ... я знаю.

Он снова взглянул на Рэйвен, и она только вздохнула: "Скорее всего, я пожалею об этом..." – подумала она, но она уже сдалась.

– Хорошо, тогда, – Рэйвен бросила ему палку, которой она помешивала угли в костре. – Тогда почему бы тебе не принести пользу и не продемонстрировать свои навыки рыбалки из Морской Империи, я голодная.

Глаза Джавелина просветлели. Он счастливо кивнул и пошёл к реке. Рэйвен наблюдала, как он сел на корточки, отбросил палку, которую она ему дала, и вместо этого достал серьёзную удочку из своего собственного пространственного кольца. Заинтересованная, Рэйвен села рядом с Джавелином для лучшего обзора.

В то время как Рэйвен знала основы рыболовства в своём старом мире, было совершенно иначе, когда Джавелин делал это; он не использовал приманку и вместо этого полагался на свою собственную духовную сущность и свою специальную удочку, чтобы заманить рыбу. Принцип был достаточно прост, но, несмотря на то, что Рейвен пробовала, она никогда не преуспевала; точно так же, как укрощение Магических Птиц было одним из секретных навыков Небесной Империи, так и ловля морских существ было секретом Морской Империи.

Несмотря на это, тот факт, что Рэйвен никогда не могла поймать ни одной рыбы в этом мире, раздражал её. Когда тишина опустилась, Рэйвен наблюдала, как несколько рыбок подплыли к крючку, который Джавелин опустил в воду. Когда самая крупная из рыб собиралась заглотить крючок, Рэйвен посмотрела на Джавелина.

– Итак... – сказала она, и рыба попала на крючок: – Дори, да?

В этот момент лицо и уши Джавелина стали ярко-красными. Одновременно большая речная рыба сильно дёрнула за крючок, застав мальчика врасплох: с громким всплеском, и протяжным "Бульк!" голова Джавелина скрылась в воде.

Верхняя губа Рэйвен дрогнула, когда она сдержала свой смех.

Джавелин вскочил на ноги: река была ему по пояс.

– Ах ты! – он зачерпнул побольше воды и бросил её в сторону Рэйвен. Рэйвен даже не собиралась уворачиваться, но случилось странное: вода застыла прямо в воздухе.

– Кто здесь? – спросила Рэйвен, резко повернувшись, и её меч сразу же появился в её руке. Она не ощущала, что кто-то приближается, но она ощутила духовную сущность, которая остановила не только воду, но и Джавелина.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

– Ты стала сильнее, чем я ожидал, мой друг-человек.

Из тени скалы вышел молодой человек в светло-зелёной робе, средний вид которого портили только белые лисьи уши и хвост, что и выдавало, что он – не обычный человек.

– Младшая приветствует Старшего Фенриса, – почтительно сказала Рэйвен, опуская меч и низко кланяясь.

Хотя у Рэйвен были свои подозрения насчёт его внезапного появления, она знала, что независимо от того, почему Фенис был здесь, она была бессильна остановить его.

Она не смогла почувствовать силу Фенриса и в последний раз, когда они встречались, но, учитывая состояние её призмы души в то время, этого следовало ожидать. Однако с тех пор всё изменилось, и чувства Рэйвен были остры, как никогда. Тем не менее, человек, стоявший напротив неё, по-прежнему казался несуществующим для Рэйвен – если бы не сильное давление духовной сущности, которое она чувствовала на себе, она бы подумала, что её глаза играют с ней.

Фенрис посмотрел на неё с удивлённой улыбкой на лице.

– Не нужно быть такой напряжённой, младшая Рэйвен, я говорил, что не причиню тебе вреда, и это не изменилось с тех пор.

Глаза Рэйвен дрогнули; ей было трудно читать этого человека.

– Могу я спросить, что здесь делает Старший Фенрис?

Фенрис засмеялся, явно заметив недоверие Рэйвен: – Я думал, это ты мне скажешь, она-человек. Я почувствовал, что твой брат несколько раз искал меня и подумал, что я мог бы увидеться с тобой и узнать, что ты хотела. Наблюдать, за тренировками день за днём – это так интересно... – Фенрис подмигнул Рейвен и задумчиво взглянул на Джавелина, который всё ещё стоял в реке.

Внезапно его глаза расширились, и, не успела Рэйвен даже моргнуть, Фенрис появился перед Джавелином, рукой коснулся его лба.

– Любопытно, действительно, – пробормотал он, достаточно громко, чтобы Рэйвен услышала.

– В чём дело? – спросила она, внезапно почувствовав себя немного обеспокоенной. – Что-то не так?

Фенрис повернулся к ней лицом, с озорным сиянием в глазах.

– Как сильно ты хочешь знать?

Рэйвен нахмурилась: она почти забыла эту игривую сторону Фенриса. Она собиралась ответить ему, когда он махнул рукой: – Забудь - ты узнаешь об этом сама, в своё время... Но я предлагаю тебе внимательно подойти к этому. Чтобы ты не пожалела об этом... – с этими словами он вышел из реки.

Рэйвен нахмурилась. "О чём он говорит?"

– Ладно, неважно, – продолжал Фенрис, не давая Рэйвен возможности сказать. – Для чего ты хотела меня найти?

Заставив себя сосредоточиться, Рэйвен отодвинула в сторону свои вопросы о Джавелине и глубоко вздохнула; много зависело от помощи Фенриса.

– Старший Фенрис, причина, по которой вы сами не спасли своего внука тогда, в том, что вы двое не из этой реальности?

Удивлённо бровь поднялись вверх.

– О, я вижу, ты выросла больше, чем просто в силе, молодая Рэйвен, раз уж ты узнала о существовании других реальностей, – Рэйвен ничего не объясняла и молала, глядя на него, поэтому Фенрис продолжал: – В самом деле, мы не из этой реальности, и часть причины, по которой я сам не спас своего внука – в то время мне не позволялось причинять вред людям. Лучше бы с этим справился кто-то другой.

В этот момент Рэйвен была немного рада, что Хацина не было рядом; он не очень любил Фенриса, и если бы он узнал, что последний предпочёл бы, чтобы его собственная плоть и кровь страдали и дальше – в надежде, что кто-то придёт и убьёт похитителей – вместо того, чтобы просто спасти ребёнка, Хацин сошёл бы с ума. С другой стороны, сама Рэйвен могла найти логику в этих рассуждениях.

– Насколько я понимаю, эта реальность довольно примитивна, раз уж вы приходите сюда для обучения внука?

Фенрис криво улыбнулся: – Там больше королевств, чем вы можете себе представить, младшая, и хотя правда, что связь с духами довольно слаба, есть другие вещи, которые делают "поездку" ценной для нас.

Рэйвен не могла не задаться вопросом: что же это может быть, но на языке жестов Фенриса было ясно, что он не хотел больше говорить об этом.

– Тогда, могу ли я спросить, из какого мира Старший?

Беззаботность Фенриса поколебалась, когда он на мгновение стал серьёзным. Это исчезло так же быстро, как и появилось, но, когда он заговорил, Фенрис не ответил на вопрос Рэйвен и вместо этого спросил один из своих:

– Почему такой неожиданный интерес к другим сферам? Если ты узнала о существовании других реальностей, ты также должна знать, что они недоступны тебе, – он сделал паузу, а затем добавил. – По крайней мере, на данный момент.

Рэйвен набралась решимости; это было оно. Она не могла знать, что Фенрис и Гадвалл не являются союзниками, и, кроме того, их подход к духовной сущности был принципиально иным. Тем не менее, время заканчивалось, и если она не найдёт способ разобраться с Гадваллом в ближайшее время, будет поздно.

– Дело в том... – Рэйвен начала рассказывать Фэнрису о том, что происходило в Империи, и об участии Гадвалла во всём этом. Когда она описала то, что она видела в Башне Духовных Залов, Рэйвен почувствовала, как воздух вокруг неё задрожал, и висящая в воздухе вода рядом с Джавелином упала обратно в реку.

Когда она закончила говорить, Рэйвен замолчала. Она, конечно же, заметила реакцию Фенриса на её историю, но знала, что нет смысла заставлять этого человека говорить.

В течение долгого времени Фенрис ничего не говорил. Когда он, наконец, заговорил, его голос был самым торжественным и серьёзным, чем когда-либо слышала Рэйвен:

– Как я уже сказал вам, во вселенной существует бесчисленное множество реальностей, и у каждой из них есть разные отношения... если хочешь, с духовной сущностью, которая их строит. Естественно, жители этих реальностей имеют разные подходы к их совершенствованию. Хотя некоторые вещи универсальны – например, требование душевной призмы и духовных связей, если вы хотите совершенствовать духовную сущность – то, КАК ты достигнешь этого, сильно различается.

Фенрис сделал паузу, чтобы увидеть, что Рэйвен понимает то, что он говорит. Она медленно кивнула и вспомнила свой старый мир, где, насколько она знала, никто не мог накапливать и совершенствовать духовную сущность. Внезапно она подумала, что тот мир тоже был одной из этих реальностей.

– Как ты знаешь, реальности классифицируются по их силе - то есть, как легко там совершенствоваться, - и более сильным реальностям запрещено уничтожать более слабые. Большинство из более сильных реальностей прекрасно справляются с этим: зачем жаждать бронзовую плиту, когда у тебя уже есть золотая?

Рэйвен не могла не заметить некоторые изъяны в аргументах Фенриса; он, в конце концов, сам признался, что в Тринити было что-то особенное, что заставляло его приходить сюда со своим внуком. Однако на данный момент Рэйвен решила сохранить это в себе, так как она ясно понимала, что сейчас не время прерывать его.

Если Фенрис и заметил её сомнения, он проигнорировал их.

– Если то, что ты сказала мне об этом Гадвалле, верно, – продолжал он. – Тогда я боюсь, что он, вероятно, из Тривии...

– Тривия? – Рэйвен вспомнила большую карту в горном зале Академии. Она не могла вспомнить ни одной из сфер, которая была бы обозначена как «Тривия».

Фенрис усмехнулся, когда увидел, как Рэйвен пытается вспомнить, слышала ли она раньше о месте под названием «Тривия».

– Не знакома с этим названием? Я был бы более удивлён, если бы ты знала... Сила мира связана с совершенствованием, а не с его размером. Если этот континент Тринити едва ли можно считать средним, то Тривия является одним из самых маленьких – примерно от одной десятой до одной тысячной размера Тринити.

Глаза Рэйвен слегка сузились. Несмотря на то, что Тринити была едва заполнена, Тринити была в несколько раз больше, чем старый мир Рэйвен, и всё же, по словам Фенриса, Тривия значительно меньше.

– Несмотря на это, каждый маленький ребёнок, рождённый там, обладает врождённой способностью совершенствовать духовную сущность, что позволяет им начать формировать своё духовное ядро почти сразу после рождения, – продолжил Фенрис.

То, что было «лёгким сюрпризом», превратилось в явный шок, когда Рэйвену слышала это. «Это так похоже на мою историю…»

– Обычно эта способность ставит Тривию в первую десятку самых сильных миров, но есть один фундаментальный недостаток в конституции Тривии, который ограничивает их рост.

Фенрис сделал паузу и долго смотрел на Рейвен. Почувствовав, что он хочет, чтобы она сказала, она предположила: – Чёрная сущность?

Её ответ заставил Фенриса улыбнуться. Казалось, он был доволен её выводами.

– Частично, – сказал он и наклонил голову в сторону. – Но чёрная духовная сущность больше похожа на последствия исходной проблемы: сами по себе Тривийцы неспособны формировать духовные связи.

– Как? – Рэйвен не могла в это поверить. – Как они могут культивировать без духовных связей?

– Я никогда не говорил, что они могут.

– Но вы... – Рэйвен усилием воли заставила себя заткнуться; слова Фенриса были правдой. Успокоившись, Рэйвен изменила вопрос: – Если они не могут совершенствоваться без духовных связей, и не могут сформировать их, что они делают?

– Крадут их. Тривианцы могут цепляться за призмы души других существ и забирать себе эти духовные связи и даже совершенствоваться, но поскольку сущность духа на самом деле не их, она теряет свою чистоту - по-видимому, становится чёрной.

"Ага, тогда...", – Рэйвен вспомнила сцену, которую она видела в Башне Духовных Залов и впоследствии более бледную духовную сущность Данлина, и внезапно всё это обрело смысл; Гадвалл крал у мальчиков духовные связи! Внезапно Рэйвен нахмурилась.

"Но это не имеет смысла... Если Гадвалл крал духовные связи и совершенствование людей из клана Тэйлон, как их сильные стороны увеличивались?"

– В то время как Тривианцы могут красть истинное совершенствование, они могут одновременно и давать ложное совершенствование. Для цели ложная духовная сущность будет действовать и казаться такой же, как и их собственная, но если Тривианец захочет, он может забрать её, и она исчезнет или даже атакует хозяина изнутри.

В течение долгого времени после этого ни Фенрис, ни Рэйвен ничего не говорили. Рэйвен раздумывала, переваривая полученную информацию, которую Фенрис дал о Тривианцах, и она должна была признать, что Гадвалл очень хорошо подходит на эту роль. По всей видимости, его собственный мир знал, или, по крайней мере, не возражал, чтобы он творил здесь такие дела, так как Фенрис был прав; в то время как другие миры могут не заботиться о своих меньших "коллегах", для Тривии это была идеальная площадка для совершенствования.

Во многом это заставило Рэйвен ещё больше опасаться этого человека; не только из-за его силы или возможности красть, а потому что его сила могла быть практически безграничной. Рэйвен с трудом ощущала эту тёмную духовную сущность, когда она был спрятан внутри тела, но, учитывая, как много людей в клане Тэйлон получили внезапное повышение силы, Гадвалл, должно быть, поглотил огромное количество духовной сущности и духовных связей; кто знал, насколько он силён сейчас?

Тем не менее, клан Тэйлон, будто бы продавал их души дьяволу. А это очень забавляло её.

Отодвинув эту мысль и глубоко вздохнув, Рэйвен пристально посмотрела на Фенриса. Их глаза встретились.

– И как мне с ним справиться?

– Ты не сможешь, младшая Рэйвен, – сказал Фенрис, а его улыбка стала больше похожей на волчий оскал. – Но я мог бы...

Рэйвен замерла от удивления; она сразу же поняла, что подразумевал Фенрис.

Образы её доблестных родителей промелькнули в голове Рэйвен. Неизбежная решимость наполнила её глаза.

– Чего хочет старший Фенрис?

– Одолжение, младшая Рэйвен. Я хочу одолжение.

Рэйвен нахмурилась. Эта ситуация казалась ей немного странной; почему кто-то такой сильный, как Фенрис, должен просить её о помощи? Однако она сразу же получила ответ.

– Иногда быть слишком сильным - это не очень хорошо... Мы с тобой оба знаем, что этот мир, или эта реальность, эта сфера... как не назови, это место не сможет держать тебя здесь всегда. Наступит время, когда ты отправишься в другие миры, и в то время я попрошу тебя о помощи, и ты должна будешь подчиниться. Естественно, я не буду просить тебя причинить вред кому-либо из тех, кем ты дорожишь, и я не попрошу чего-то, чего ты не сможешь сделать.

Я должен предупредить тебя, что, хоть я и действительно могу помочь тебе справиться с Гадваллом, я не могу убить его - это будет иметь последствия, выходящие за рамки моих возможностей. Однако я могу помешать ему вмешиваться дальше, а если понадобиться - вышвырнуть его из этого мира.

Также напоминаю тебе, что мне запрещено принимать какие-либо меры против выходцев из Тринити. Если эти условия тебя устраивают - мы заключаем сделку.

– Это адекватно, – Рэйвен ответила без паузы.

Она быстро согласилась - конечно, она ​​могла догадаться, что в любом случае, то, что Фенрис хотел от неё, скорее всего, выполнить было бы непросто, но зачем ей об этом волноваться? Если Гадвалл исчезнет отсюда, Рэйвен могла бы, наконец, переехать к своим «дорогим родственникам». После этого ей было всё равно, что случится с ней, пока Хацин будет в безопасности.

Волчья усмешка на лице Фенриса ещё больше расширилась, его глаза голодно блестели, а когда он говорил, его голос звучал ужасно, как никогда:

– Тогда принесём клятву...

Джавелин потянулся, проснувшись. Его мышцы затекли от лежания на земле, а мозги не хотели работать нормально. Он не был уверен, когда он заснул, но, судя по запаху жареной рыбы, он, должно быть, дремал, а Рэйвен приготовила рыбу, которую он поймал.

Джавелин нахмурился. "Я ловил рыбу?"

Прежде чем он смог разобраться в своих воспоминаниях, раздался холодный голос Рэйвен: – Если ты закончил дрыхнуть - можешь мне помочь.

Глаза Джевелина открылись, и он обнаружил, что Рэйвен стоит над огнём всего в нескольких метрах. В руках у неё было четыре палочки с наколотыми на них рыбами, которые ей как-то удавалось медленно вращать над огнём.

– Ой, извини... – Джавелин вскочил на ноги и взял две палочки.

Хотя Рэйвен и попросила о помощи, рыбы были практически готовы. Они сняли их с огня, а затем оба – Джавелин и Рэйвен – ели молча. Это не было неловкое молчание, хотя и не далеко от него.

Джавелина ощущал странное спокойствие, когда он наблюдал, как Рэйвен рассеянно ест своих рыб. Ясно, что её разум был в другом месте, но он мог сказать, что ее прежнее настроение сменилось гораздо более весёлым. Если бы он должен был догадаться, Джавелин сказал бы, что она сбросила тяжёлый груз со своих плеч.

Втайне Джавелин хотел, чтобы он стал причиной этого внезапного изменения, но его разум подсказывал ему, что это маловероятно. Тем не менее, хорошее настроение Рэйвен делало его счастливее, почти до такой степени, что он не ощущал боли в челюсти каждый раз, когда он жевал еду. Прошло меньше половины дня с тех пор, как Ларк дал ему заслуженный удар, и опухоль ещё не прошла. Конечно, если бы Джавелин хотел, он бы использовал своё исцеляющее умение, чтобы полностью убрать его, но он не собирался этого делать; он не только обещал это, но и действительно чувствовал, что заслужил это.

"Не сказать им правду о Рэйвен – это одно, но я должен признать свои чувства к ней... Ещё и Ларка пришлось втянуть в это..."

Движение мыслей Джавелина было прервано внезапным движением Рэйвен; она поднялась на ноги и побежала к горной стене ущелья так быстро, что Джавелин подумал, что она исчезла в воздухе, прежде чем понял, что происходит на самом деле.

– Не следуй за мной, пока не позову! – крикнула Рэйвен через плечо и, прыгнула на пять метров вверх по отвесной горной стене.

– Не следуй за мной, пока не позову! – крикнула Рэйвен через плечо и, прыгнула на пять метров вверх по отвесной горной стене.

Едва она коснулась стены, она развернулась и изо всех оттолкнулась от неё, бросая своё тело вверх. С широко раскрытыми глазами Джавелин смотрел, как Рэйвен, как кузнечик, с огромной скоростью движется вверх. Прошло немало секунд, прежде чем она скрылась из виду.

Джавелин сжал кулаки до такой степени, что из его ладоней потекла кровь. Он не был идиотом. Единственная причина, по которой Рэйвен ушла в такой спешке – приближается какая-то опасность. Опасность, с которой он не мог справиться.

Рэйвен в это время была озабочена разговором с Фенрисом о Гадвалле, Хацин сумел найти других троих из её группы и доставить письмо Рэйвен.

Авес не был доволен, когда прочитал содержание – оно просто сказало ему, что Рэйвен и Джавелин были в порядке, и они встретились в нескольких милях к северу, но, как сказала Рэйвен, он ничего не мог с этим поделать.

Тем не менее, Авес попытался следовать за Хацином, поскольку последний возвращался к Рэйвен, но Хацин не привёл бы к Рэйвен хвост ни за что. С тех пор, как временное тело Хацина стабилизировалось, он снова смог изучать Божественные Навыки, и его сестра, естественно, выбрала несколько подходящих навыков для скрытного передвижения. Короче говоря, Хацин ускользнул от Авеса в течение нескольких секунд.

Тем не менее, тройка Авеса улетела в неправильном направлении. Они искали Рэйвен, так что поездка туда и обратно была длинной, и Хацин полетел обратно к своей сестре. К тому времени, когда стало видно ущелье над Рэйвен и Джавелином, первые лучи рассвета уже пробирались через окружающие горы.

"Я рад, что он ушел", – подумал Хацин, приближаясь к ущелью; Рэйвен не говорила ему об этом, но Хацин всё равно знал, что Фенрис уже ушёл.

Он был удивлён, когда его связь с Фенрисом позволила ему узнать, что он неожиданно пришёл – в конце концов, раньше Фенрис был так далеко, что Хацин не мог даже точно сказать, как далеко он был. Теперь, однако, зверь-мужчина только что ушел, и Хацин мог только поразиться скорости, с которой мог путешествовать Фенрис.

Тогда же, когда Хацин собирался нырнуть в ущелье, в его голосе раздался панический голос Рэйвен. "ВНИЗ, БРАТ!"

На половину удара сердца Хацин был ошеломлён внезапной вспышкой, но он быстро отреагировал и без колебаний камнем упал вниз. Его тело сдвинулось едва ли на дюйм, когда он почувствовал сильный воздушный поток, который пролетел над ним, буквально пощекотав кончики перьев.

Если бы птицы могли потеть, Хацин на месте сделал бы целое ведро. "Так близко!"

Он не стал оборачиваться, чтобы искать источник атаки и вместо этого нацелился на ущелье, делая все возможное, чтобы летать беспорядочно, но всё ещё на максимальной скорости. К сожалению, его атакующий был не одинок. Беззвучно и столь же быстро, как молния, второй снаряд полетел к нему, но с другой стороны. На этот раз снаряд, летящий в воздухе, был сетью, сотканной из духовной руды и духовной сущности. Ещё раз Рэйвен призвала его уклониться, но на этот раз Хацин отреагировал слишком медленно; сеть обернулась вокруг него, мгновенно сжавшись вокруг, словно облипая его тело. Независимо от того, как сильно он боролся, Хацин не мог двинуться ни на дюйм – даже его духовная сущность оказалась заперта.

– Ха-ха, я поймал! – рассмеялся такой знакомый голос.

– Молодец, Джек! Ловить маленького зверя живым - всё-таки весело, – усмехнулся другой знакомый голос.

Сеть дёрнулась назад и повисла на бледной руки Джека Тануки. Хацин мог видеть его и Данлина – оба сидели на, казалось бы, ручных Теневых Кровавых Ящерах, с явным ликованием глядя на него.

В этот момент из глубины ущелья вспыхнула чёрная фигура. Холодные глаза за секунду проанализировали ситуацию, и, когда Хацин увидел взгляд в глазах сестры, он не мог не задрожать. Другие, возможно, не могли сказать, но он мог: взгляд Рэйвен был яростно-безумным – и более яростным, чем когда-либо прежде...

– Отпусти его, – потребовала Рэйвен, спокойно посмотрев на Данлина и Джека.

Разумеется, она видела монстров, на которых они сидели, и могла догадаться, что предыдущую атаку Ящеров Крови Тени, скорее всего, организовали они; она не знала, как они это сделали, и, честно говоря, ей было всё равно. В настоящий момент ничего не значило, кроме как освободить Хацина.

Опасный блеск вспыхнул глубоко в глазах Рэйвен, но это только заставило мальчиков рассмеяться ещё громче.

– Отпусти его, – повторила она. – Отпусти его, или я верну его силой.

Данлин поднял бровь: – О, действительно, ты - это вся сила? Какой-то странной случайностью вы ушли вчера, но не думайте, что Авес придёт к вам на помощь сегодня, у него нет времени, – Данлин похлопал по рогу, который висел у его бедра, и глаза Рэйвен сузились.

"Рог укрощения?". Она читала о них раньше; они были чрезвычайно редки, но, когда они активированы, можно было контролировать любых духовных зверей на срок до двенадцати часов. Ну, «контроль», пожалуй, немного натянуто, это больше похоже на... настоятельную рекомендацию; звери не сделали ничего против их природы, но убедить таких жестоких зверей, как Ящеры Тени Крови охотиться на конкретную добычу, не было бы проблемой. Единственная хорошая новость состояла в том, что это был одноразовый предмет, и как только период контроля закончился, любой зверь, оставшийся в живых, вырвется из-под контроля и будет беспощадно атаковать управляющего.

Когда Рэйвен не ответила, Джек снова рассмеялся. Он поболтал сеть с беспомощно запертым телом Хацина перед его лицом.

– Мы просто поймали нам обед. Нет причин так нервничать, мистер Гениальный Раб!

Данлин присоединился к смеху: – Ха-ха, хорошо сказано! Я знаю, что это твой противный маленький питомец, так что тебе решать - пожарить или сварить?

Оба мальчика смеялись, а их "питомцы" продолжали смотреть на Рэйвен голодными глазами, но чего не ожидали ни Данлин, ни Джек – это то, что к ним присоединился третий смех.

Озадаченные, оба они посмотрели на Рэйвен, который сердечно смеялась.

– Страх или тупость? – предположил Джек.

Данлин собирался согласиться, когда Рэйвен, всё ещё смеясь, вытерла слёзы с глаз: – Страх? Чего? Два идиотских трупа, ездящих на обросших щенках? Абсурд!

– Что?! – лицо Данлина покраснело от ярости, но внезапно он заметил, как два Ограничителя вокруг лодыжек Рэйвен упали на землю с тупым стуком. Мгновенно на них навалилась крайне угнетающая аура.

– С-с-средний Чемпион, – Джек аж заикаться начал.

Данлин был в шоке, но он быстрее очухался: – И что? – он плюнул. – Мы – только Низкие Чемпионы, но не забывай о наших питомцах! Невозможно победить нас в бою!

– Неужели? – Рэйвен дала Данлину убийственный взгляд и, не зная почему, последнего аж холодный пот пробил.

Чтобы успокоиться, Данлин рассмеялся – хотя и немного нервно: – Ха! Мне всё равно, насколько ты сильна! Преклони колени и извинись за оскорбление меня, иначе твой мелкий пернатый питомец сдохнет!

– Извиниться? – гнев в глазах Рэйвен стал ещё холоднее. – Извиниться?! Это не я должна извиняться!

Каждое слово, которое она произносило, было подчеркнуто до такой степени, что они резали воздух, как ножи. Рэйвен достигла её предела; в течение многих лет она мирилась с существованием Данлина. Снова и снова она воздерживалась от его убийства, никогда не причиняя вреда, даже волоса на голове не трогала, но теперь всё было по-другому: теперь у неё не было больше причин сдерживаться.

С низким рычанием Рэйвен схватил все сдерживаемые эмоции, которые она давила в себе в течение последних пяти лет, и использовала их, чтобы укрепить её гнев. Впервые Рэйвен выпустила всю свою жажду крови и использовала Оду Горя на полную; вихри крови и смерти вырвались из тела Рэйвен, образуя глубокий красный туман, который крутился и скручивался вокруг неё, как живое существо. Её почти 400 духовных связей словно привязались к миру, и, как будто под командой самих богов, свет от восходящего солнца исчез, превращая рассвет в самую глубокую ночь.

Мощный ветер, взвил волосы Рэйвен, и пурпурные пряди становились всё больше и больше. Через пару секунд, прежде чем её волосы стали достаточно длинными, чтобы упасть на землю.

Небо над ней потемнело ещё дальше, и вдалеке раздался гром, постепенно приближающийся. Никогда еще континент Тринити не испытывал столь жестокой жажды крови.

Вокруг неё каждое живое существо застыло на месте, как будто окаменевшее – трава не осмеливалась качаться под ветром, опасаясь оскорбить; звери не решались рычать, опасаясь оскорбить; люди не смели дышать в страхе оскорбить.

Богиня смерти опустилась с неба, и она потребовала послушания.

– Тишина, – прошептала она, и мир повиновался.

Одно слово.

Это все, что нужно.

В тот момент все звуки в окрестностях Рэйвен исчезли. Небо было чёрным, а кровавый туман, закручивающийся вихрями вокруг Рэйвен, был таким же жёстким, но теперь двигался как будто в замедленном темпе, и ни одного звука не было слышно вокруг.

Этот бесшумный ветер заставил развеваться одежду и чёрно-фиолетовые волосы Рэйвен, в то время как её кроваво-красные глаза сияли, как два угля из самого Ада, заставляя этих двух парней едва ли не падать в обморок от страха. Ветер прижимал их мокрые от пота одежды к телам, отчего им было ещё холоднее. Силуэт Рэйвен теперь будет вызывать кошмары всю их оставшуюся жизнь – которой осталось недолго. И это не считая ауру смерти, которая окружала её, и, казалось, запрещающая жизни существовать в её присутствии.

Между тем, дальше на север – почти на самом конце континента – Фенрис уже вернулся к своему внуку, когда внезапно почувствовал трепет в своей душе.

Не стесняясь и не тратя времени попусту, Фенрис подхватил своего внука и активировал свой самый сильный защитный барьер вокруг них обоих, тщательно запечатывая их внутри. Потом Фенрис осмотрел окружающий район, пытаясь найти источник такого неожиданного страха.

Отметив поведение своего деда, белое существо в его руках смотрело на него яркими голубыми глазами, явно смущённый тем, что происходило.

– Что-то не так, дед?

Фенрис покачал головой и не ответил.

– Я просто почувствовал... страх? – спросил он себя в шоке, когда его взгляд скользнул к югу.

В сотнях километров, в самом сердце Небесного города, два злобных глаза вспыхнули среди потока проточной воды на центральном пике. Глаза устремили взгляд на север, тем самым глубоким взглядом, который, казалось, пронзил все горы и препятствия на своём пути.

Они туда, заинтригованные увиденным, но ни слова не было слышно...

Но немногие были достаточно близки, чтобы почувствовать реальную силу беспрецедентной жажды крови Рэйвен. Немногие. Но такие были...

На дне оврага Джавелин почувствовал внезапное смертельное присутствие, надвигающееся на него, удушающее до такой степени, что даже его сердце забилось, словно в последний раз.

Образы кровавой резни наполняли его ум. Души мертвецов, казалось, роились вокруг его таким огромным числом, что он не мог сосчитать; Они тянули и хватались за его душу, зовя его присоединиться к ним, умереть вместе с ними...

Трещины начали распространяться по поверхности его красной душевной призмы. Джавелин рухнул на землю, открыв рот в беззвучном вопле безумной, мучительной боли.

Как ни странно, он не боялся ни в малейшей степени, но ему было больно. Это была боль, которая превзошла всё, что он чувствовал ранее. Джавелин надеялся на одно – он хотел бы даже попросить, но не мог – чтобы все эти мертвецы вокруг получили желаемое; чтобы он просто умер.

Внезапно, когда душа Джавелина была уже на пределе, его охватил мягкий свет. Сразу же, зрение Джавелина прояснилось, когда чувство приближающейся смерти оставило его. Этот мягкий, лелеющий свет наполнял его душу теплом и чувством безопасности. Через пару секунд призма души Джавелина снова разгорелась ярко-красным светом; трещин на её поверхности уже не было.

Придя в себя от удара, Джавелин взглянул на его запястье. Синий с золотом браслет мягко гудел и вибрировал, волна света пульсировала, укрепляя мембрану вокруг него.

– Рэйвен... – прошептал он, прежде чем резко поднял головой вверх, встав лицом к вершине расщелины.

– Рэйвен! – крикнул он снова, но, когда он сделал шаг в сторону горной стены, дикое жжение охватило его лоб, заставив тело Джавелина остановиться на месте.

– Клятва Души! – воскликнул он и обругал себя; он ничего не мог сделать, кроме как беспомощно смотреть на то место, где он в последний раз видел, как Рэйвен исчезает из поля зрения.

Хотя то, что чувствовал Джавелин на дне расщелины, было просто остаточной волной Оды Горя Рэйвен. Людям и Духовным Зверям перед ней повезло гораздо меньше.

Несмотря на то, что они всё ещё стояли, души двух Ящеров Тени Крови уже давно были разрушены, оставив их мёртвыми оболочками прежде опаснейших существ. Тем не менее, даже после смерти они слишком боялись двигаться, поэтому они оставались стоять, навеки на одном месте.

Та же участь постигла бы значительно более слабых Данлина и Джека ещё быстрее, если бы не было тщательного контроля над её жаждой крови и аурой убийства. Она была обеспокоена: такая быстрая смерть – даже если она и была бы вызвана страхом – была слишком лёгким концом для её жалкого кузена. Нет, у неё были другие планы на них...

Хацин смотрел, как само воплощение Смерти медленно идёт в его сторону. Белоснежная рука протянулась к нему и он, не соображая, крикнул в страхе.

«Не убивай меня!», – ему уже было плевать, может его кто-нибудь услышать или нет.

На мгновение Смерть замерла, после чего осторожно сняла сеть, которая его связывала.

«А?», – с удивлением, Хацин посмотрел в светящиеся глаза Смерти, чтобы увидеть лишь безмерную печаль, отразившуюся в них – или, может быть, одиночество? Он моргнул.

«Сестра?»

Только теперь разум Хацина стал достаточно ясным, чтобы понять, на кого он смотрит. Это была не Смерть, посланная за его душой, это была его любимая младшая сестра!

Рэйвен, ничего не сказав, отступила от него, и печальное одиночество в её глазах снова сменило чистейшая жажда крови, которую только может вообразить человек, и Хацин не мог не пожалеть; даже без какого-либо давления этих намерений убийства, которые достигали его, он всё равно боялся её! В тот момент он понял, что между ним и его сестрой что-то сломалось, и он был тем, кто это разрушил.

Обратив внимание на двух других мальчиков, Рэйвен сняла большую часть давления, которое она накладывала на Данлина, позволяя его разуму вынырнуть из моря крови и смерти, в которое она погрузила его.

Мальчик начал тяжело дышать, а Рэйвен бесцеремонно ударила его несколько раз, прежде чем Данлин успокоился настолько, чтобы смог сосредоточиться на чём-либо, кроме его страха. Глаза Данлина нервно бродили вокруг, пытаясь понять, что же только что случилось с ним. Он быстро заметил Джека, замершего на своем Ящере Тени Крови; мышцы мальчика слабо дёргались – как будто у него был приступ эпилепсии. Белая пена стекала из уголка его рта.

– Забавное зрелище, не правда ли? – мягкий, но невероятно злобный голос наполнил его уши, мучая его душу. Медленно, словно не желая смотреть, Данлин повернул голову, и его глаза встретились с двумя пылающими углями, которые были похожи на окна в Ад.

Данлин вскрикнул от страха. Инстинктивно он отпрянул назад, заставив себя упасть со своего питомца, но, прежде чем его тело ударилось о землю, мертвенно-холодная рука рванулась и схватила его за шею, остановив в середине падения. Данлин отчаянно пытался активировать свою духовную сущность, думая, что его низкоуровневого совершенствования хватит для того, чтобы освободиться, но ничего не произошло. Только тогда он заметил тяжёлый вес двух Ограничителей на его лодыжках.

«Когда?»

– Дорогой кузен, неужели это – та реакция, которую ты должен показать, увидев своего давно потерянного родственника? – прежде чем он успел закончить свою мысль, тот же голос обратился к нему. На этот раз слова прошептали в его ухо, и сразу после них появилась ужасная боль от разрыва барабанной перепонки.

– К-кто... Что т-ты... Что ты такое? – даже через боль Данлин чувствовал, как кровь потекла по его щеке, но он как-то сумел задать свой вопрос, собрав всю силу воли.

– О, ты не узнаешь свою собственную двоюродную сестру? Как грустно...

– Я не... – начал Данлин, но, когда его испуганный взгляд оглядел Рэйвен немного лучше, его глаза расширились от шока. – Н-найтингейл?

– Динь-Дон! – Рэйвен холодно улыбнулась. – Я знала, что ты не забудешь свою любимую сестру.

– Н-н... но... ты м-м... – попробовал сказать он, но слова не шли.

– Мертва? Посмотри на меня, я кажусь тебе мёртвой?

Данлин посмотрел на неё. Вид парня, в котором обычно ходила Рэйвен Найт, исчез без следа. Вместо этого её силуэт излучал сюрреалистическую элегантность, которая только усиливалась клочьями кровавого тумана, который кружился вокруг её тела. Её тёмные волосы окружали нефритово-белое лицо, придавая ей ещё более мифический вид. Хотя он и испугался, Данлин всё же должен был признать, что девушка перед ним завораживала своей красотой. Что касается того, жива она или нет... это было трудно сказать, учитывая, сколько смерти окружало её.

Однако признать, что этот Рэйвен Найтингейл был его давно мёртвой двоюродной сестрой Данлин не хотел. Она, вместе с остальной частью её семьи, была убита и сожжена до неузнаваемости; никто из них не выжил! Кроме того, его двоюродной сестре было только четыре года в то время. Как, чёрт возьми, такой маленький ребенок добрался до Небесного города?

Внезапно почувствовав холод стали, пронзившей его одежду и уткнувшийся в его живот, взгляд Данлина опустился на мерцающий клинок, который девушка держала в другой руке, и его глаза расширились от шока. В конце концов, у него не было выбора, кроме как принять, что Рэйвен был именно тем, кем он... она утверждала, потому что Данлин узнал прекрасный меч, который пропал после смерти Найтингейлов, «Благословение Соловья».

– Что, наконец, понял это сейчас? – Рэйвен задала этот вопрос, но не дожидалась ответа. – Хорошо. Тогда ты помнишь, что у нас с тобой есть незавершённые дела, дорогой кузен, – медленно Рэйвен вонзила кончик лезвия в живот.

Данлин завопил от боли, но, почувствовав намерение Рэйвен убить его, он собрался с силами и заставил себя говорить:

– Пожалуйста! – крикнул он. – Мы не хотели...

Лезвие двинулось чуть быстрее.

– Арг! Я имею в виду, что это была не моя вина! Мне было всего девять!

Рука Рэйвен остановилась, её глаза вонзились в Данлина. Он попытался отвести взгляд, но Рэйвен крепче сжала его шею и снова повернула голову к ней.

– Действительно... – сказала она, и её голос зазвучал немного добрее. – Я и вправду думаю, что обвинять тебя в решениях твоих родителей – это неправильно...

Данлин медленно вздохнул с облегчением; лезвие «Благословения Соловья» медленно выходило из раны.

– Но, – добавила Рэйвен, а её рука снова остановилась: – Скажи, тебе не нравилось быть наследником префектуры?

Данлин моргнул, испуганный.

– Разве это не ты снова и снова злоупотреблял властью, которую тебе дали, чтобы запугивать тех, кто слабее тебя?

Данлин побледнел: – Это...

– Разве не ты неоднократно пытался запугать, искалечить или даже убить таких людей, как Джавелин и близнецы Гриффин, которые могли бы бросить вызов твоему самопровозглашенному превосходству?

– Я...

– И разве не ты всего лишь минут назад угрожал убить моего дорогого Хацина во второй раз?!

Голос Рэйвен постепенно переходил от мягкого шёпота к громовому реву с каждым новым вопросом. Воздух вокруг неё снова стал жёстким. На горизонте упали первые удары молний. В то же время, давление Оды Горя стало слишком сильным, и, наконец, оно свалило двух уже мёртвых Ящеров на землю, увлекая за собой и умирающего Джека.

Заметив это, Рэйвен слегка успокоилась – она ​​не хотела случайно убить Джека – прежде чем снова говорить с Данлином.

– Кроме того, – сказала она, и на этот раз её слова были спокойными, даже почти весёлыми: – Твоя мать, безусловно, полностью отвечает за бессердечное убийство своей плоти и крови. Поскольку я хочу, чтобы она страдала, и даже больше, чем мы, у меня действительно нет выбора, кроме как убить тебя самым болезненным образом, который я только могу себе представить, верно?

Рэйвен закончила свои рассуждения с игривой улыбкой, которая уже никого не могла обмануть, прежде чем без особых усилий пронзить мечом её кузена насквозь. Ни один жизненно важный орган или артерия не были задеты острым лезвием клинка, но Данлину от этого менее больно не стало.

– Посмотри на свет, мудила. Это последний раз, когда ты его видишь. В аду света нет.

С этими словами Рэйвен медленно повернула свой меч в ране, и Данлин закричал; он кричал, как никогда раньше, но это только начало...

– Ты должен уйти.

Вот что сказала ему сестра, вытащив меч, который их отец дал ей, из Данлина, и воткнув его в землю перед Джеком. Последний вздрогнул но продолжал рассеянно смотреть в небо.

Манера разговора Рэйвен была закрытой и отрешённой, и сначала Хацин хотел остаться и попытаться преодолеть пропасть, которая разверзлась между ними, когда его сестра спасла его от смерти. Он думал, что сказать, но когда он попытался начать, Рэйвен оборвала его.

– Я знаю, брат... Лучше уходи, хорошо? – сказала она, глядя на него с необычно тёплой улыбкой, но глаза её оставались ледяными и жестокими.

Хацин был в тупике. Голос Рэйвен не был ни сумасшедшим, ни грустным, ни даже умоляющим – таким же голосом она ​​могла бы спросить его, который час.

Бесстрастный.

Брат и сестра смотрели друг на друга в течение нескольких минут, прежде чем Хацин в конце концов сделал, как ему велели; его красные крылья слегка покачивались, когда он планировал вниз, в овраг, из которого выбралась Рэйвен.

Оставшись наедине с двумя мальчиками, губы Рэйвен изогнулись в очень паскудной ухмылке.

«Я тебя достаточно напугала, брат мой», – подумала она, прежде чем обратить внимание на Данлина, который лежал, истекая кровью, позади неё. Она полностью игнорировала Джека; даже несмотря на то, что Рэйвен остановила её бешеную жажду крови и ауру смерти, мальчик был слишком далеко, чтобы быть угрозой для кого-либо в ближайшее время. «Я могла бы даже сбросить этого вниз, пока буду занята...».

Дьявольская усмешка странным образом украсила красивое лицо Рэйвен, и со вспышкой в ​её​ левой руке появились несколько разных серебристых инструментов. Она присела перед Данлином и свободной правой рукой схватила его за подбородок. Два испуганных и искажённых болью глаза встретились с её, заставив её усмешку стать ещё страшнее.

– Знаешь, – рассеянно сказала Рэйвен, схватив длинную серебряную иглу одной рукой и двигая головой Данлина влево и вправо другой, словно что-то изучая. – Я однажды прочитала удивительную статью о таксидермисте, который... – Рэйвен сделала паузу и склонила голову в сторону. – Точно, здесь же нет такой профессии... Ну, таксидермист - это человек, который берёт мех и кожу мёртвых животных, а затем набивает их деревом, шерстью и проволокой, чтобы сделать реалистичную статую. Затем эти чучела можно использовать для украшения домов... Классно, да?

Рэйвен не стала ждать ответа, продолжая изучать бледное лицо Данлина: – Во всяком случае, был один таксидермист, который решил, что цель его жизни в том, чтобы создать идеальные человеческие куклы, используя настоящую человеческую кожу. А самое главное – он был действительно непреклонен в том, что его жертвы должны были видеть готовый продукт, прежде чем они умрут... Выпотрошить кого-то, не убивая сразу, не так сложно, но если ты хочешь использовать кожу для куклы...

Воодушевление появилось в её глазах, и Рэйвен отпустила лицо Данлина и откинулась назад, словно мечтая о прошлых временах, но потом внезапно вздохнула, и словно немного поникла.

– Я пыталась повторить его методы пару раз в прошлом, но каждый раз человек заканчивал тем, что умирал, прежде чем я успевала сделать куклу!

Если бы кто-нибудь, кто ещё сохранил каплю разума, услышал монолог Рэйвен, он бы, возможно, принял её слова за наглую ложь – как могла такая маленькая милая девочка экспериментировать со столь ужасными вещами? – но Данлин поверил ей; сердцем, телом и душой, он поверил ей!

– П-пожалуйста... – взмолился он, но Рэйвен проигнорировала его. Вместо этого она хихикнула, улыбаясь: – К счастью, я недавно узнала, что комбинация пыток и навыков божественного исцеления дает весьма благоприятные эффекты – я вполне уверена, что на этот раз я добьюсь успеха!

Возможно, осознание того, что должно было произойти, напугало Данлина ещё больше, чем сама Рэйвен, потому что ему удалось заставить себя оттолкнуть Рэйвен и попытаться убежать, но он далеко не ушёл.

– Ой, почти забыла! – усмехнулась она, и хорошо отработанным броском она швырнула серебристую иглу, которую она вонзилась в заднюю часть шеи Данлина. Сразу же его тело беспомощно рухнуло на землю.

– Чт-что? – Данлин не понимал, что произошло, но чувствовал, как холодные импульсы духовной сущности вытекают из иглы в его спинной мозг, парализуя его.

– Я не хочу тебя пугать, но я же работаю над тобой, не так ли? – Рэйвен продолжала улыбаться, наклонившись и подняв из набора плоскогубцы и острый нож. – Ну, раз уж мне придётся работать в таких ужасных условиях – мне для этого потребуется несколько дополнительных разрезов. Думаю, что начну с ног...

– Нет, пожалуйста! – закричал Данлин, умоляя, из его глаз текли слёзы, но ничто не могло его спасти.

Через несколько секунд послышался настоящий крик...

Прошли часы...

Рассвет превратился в полдень, но облака над пропастью ещё не рассеялись, поэтому солнечный свет не достигал дна, где сидел Джавелин, скрестив ноги и выглядящий немного бледно. На большом валуне перед ним сидела красная птица Рэйвен, которая продолжала смотреть на вершину пропасти. Хотя Джавелин знал, что эта птичка способна к человеческому общению, они не разговаривали. Джавелин лишь спросил, что случилось, и получил слово "Данлин" в ответ.

Прошло уже несколько часов с тех пор, как начались крики, но это не означало, что они остановились. Окружённые холодными каменными стенами, ни человек, ни птица не испытывали никаких проблем в том, чтобы услышать мучительные вопли Данлина, которые приходили и уходили, как волны в океане.

Джавелин сидел на песке, и чувствовал боль в животе, но как ни странно, не крик был причиной этого; после первого часа криков Джавелин почувствовал, что, возможно, Данлин уже получил то, что заслужил. Но, поскольку он знал, насколько личным это было для Рэйвен, он на самом деле не возражал, что это продолжалось.

Однако, по мере того, как время текло, и крики не кончались, Джавелин начал волноваться. Он сразу почувствовал гнев, страх и печаль – не из-за того, что Рейвен, скорее всего, делала с Данлином, а потому, что она чувствовала необходимость делать это, а его не было там, чтобы помочь ей подобрать кусочки!

Мозгом Джавелин понимал, что это была аморальная точка зрения: вообще-то противно, что жестокие пытки продолжаются четыре часа, но ещё хуже – когда этим пыткам подвергается подросток... – но в сердце Джавелин заботился лишь о том, что происходит прямо сейчас.

Внезапно браслет вокруг запястья Джавелина, который ничем не напоминал о себе с тех пор, как Рэйвен перестала использовать Оду Горя, начал вибрировать. Дрожал он очень слабо, но для Джавелина казалось, что он вот-вот сломается.

– Рэйвен... – он вздохнул и поднялся на ноги, но прежде чем он смог сделать хоть шаг вперед, его лоб снова начало жечь, когда клятва души заблокировала его движение вперёд. – Да твою мать! – вскрикнул Джавелин от разочарования и изо всех сил ударил по лежащему рядом камню.

В это же время красная птица Рэйвен взлетела со своего камня и с тревогой принялась хлопать крыльями у самого лица Джавелина.

– Я знаю, что что-то пошло не так! – крикнул он и оттолкнул птичку. – Но я ничего не могу с этим поделать! – Джавелин указал пальцем на лоб. – Я поклялся, что буду оставаться здесь! – Джавелин пнул ещё один камень. Его разорвало в пыль, когда нога прикоснулась к нему.

Выше, крик усилился, как и отчаяние красной птицы. Когда Джавелин наблюдал за ней, он понял, что птичка, казалось, разрывается между её хозяйкой и им.

– Иди, – сказал Джавелин, но птица, казалась, стала ещё более нерешительной. – Ей нужен один из нас, а я не могу следовать за ней, пока меня не попросят...

Карие глаза птицы внезапно расширились. Не колеблясь, она упала на песок и, под смущённым взглядом Джавелина, начала искать что-то в песке. Почти сразу глаза Джевелина расширились, а горячее давление в его голове исчезло. Сразу же он обернулся и побежал к стене пропасти, скопировав движения Рэйвен, чтобы добраться до вершины.

На земле внизу осталось одно предложение, написанное, словно курица лапой: Я приказываю тебе идти за ней...

Несмотря на то, что Джавелин тоже умел лазать, он не мог сравниться со скоростью Рэйвен. Ему потребовалось в десять раз больше времени, чтобы добраться до вершины, и к тому времени крик, наконец, замер. То, что встретило Джавелина, когда он, наконец, выбрался из расселины, было поистине ужасной сценой.

Во всей земле виднелась кровь.

Подвешенное в воздухе тело Джавелин классифицировал, как Данлина. Его руки были широко разведены, будто он висел на кресте. Трудно было сказать, был это он или нет, потому что каждый клочок кожи исчез, но его безжизненные глаза были немного знакомы. Он ничего не мог сделать, лишь со страхом смотрел на фигуру, сгорбившуюся на земле перед ним. Удивительно, но Данлин был ещё жив.

Не слишком далеко, два Ящера Тени Крови лежали рядом с Джеком, который тоже безмолвно смотрел на фигуру перед почти мёртвым Данлином. Было слышно постоянное бормотание, Джек бесконечно повторял, слегка раскачиваясь на месте: «Найтингейл убивает... Найлингейл идёт...» как будто в трансе.

Все это было действительно ужасно, но Джавелин едва успел что-то понять. Его глаза также были прикованы к фигуре на земле, которая была покрыта кровью, почти также, как Данлин. Только её длинные, чёрно-фиолетовые волосы, казалось, не запятнались на каплей крови.

Когда он посмотрел на неё, Рэйвен медленно встала, оставив на земле что-то вроде кучи плоти. Она стояла перед Данлином, но как только Джавелин увидел её, в его голове промелькнуло другое изображение. Это было расплывчато и рассеянно – возможно, женщина... покрытая шрамами, как внутри, так и снаружи... и внезапно Джавелин почувствовал себя ещё более опечаленным; что может заставить кого-то, такого хорошего, делать что-то настолько жестокое?

Не раздумывая над странностью этой внезапной мысли, Джавелин бросился вперёд, в его глазах горела решимость.

Тело Рейвен дёрнулось, и она медленно повернулась к нему, злобно глядя на него, но Джавелин проигнорировал выражение чистой ненависти, которое излучали её теперь чёрные глаза и продолжал бежать к ней.

Когда он был менее чем в трёх метрах, Джавелин почувствовал, что его тело словно ударилось в кирпичную стену; невероятно гнетущая аура блокировала его путь вперёд. Она была переполнена дикой яростью; необузданной и дикой.

На мгновение Джевелин был остановлен, и независимо от того, насколько сильно он использовал духовную сущность, Джавелин едва продвинулся на дюйм. Вдруг браслет на запястье Джавелина, который вибрировал, не переставая, только мгновение назад, внезапно затих. Секунду спустя мягкий свет вырвался из него, оставив вокруг Джавелина защитный ореол. Мгновенно сопротивление исчезло.

В чёрных глазах Рэйвен отразилось удивление, но её реакция была слишком медленной, поэтому, прежде чем она успела увернуться, Джавелин уже подбежал к ней, занося руки назад.

В тот момент, когда Джавелин коснулся Рэйвен, перед ним промелькнули два злобных и зверских глаза, сопровождавшихся ревущей болью, но Джавелин проигнорировал всё это. Он крепко обнял Рэйвен, отказываясь отпускать, даже когда она стала бороться.

– Всё в порядке, – шептал он ей на ухо. – Теперь всё в порядке...

Рэйвен продолжала бороться, но ей не удавалось вырваться. Если бы она действительно использовала все свои силы – сдержать её у Джавелина не было ни шанса, но Рэйвен, похоже, больше боролась с собой, чем с Джавелином.

– Независимо от того, что ты делаешь, я буду здесь, хорошо? Ты не одинока, Рэйвен...

Дрожь пробежала по телу Рэйвен. Со вздохом, дикая аура, что окружала её, исчезла, и Джавелин смотрел, как темнота из её глаз ушла – к его удивлению, они стали не привычные, кроваво-красные, а зелёные изумруды, сияющие неожиданным теплом. Знакомые до боли...

– Спасибо... – Джавелин услышал её шепот, перед тем, как её ноги подкосились.

Далеко оттуда, два злобных глаза, глубоко из пещеры всё ещё внимательно смотрели на север, не моргая.

Раздался тяжёлый вздох, из-за чего мелкие камни беспорядочно задрожали, словно от сильного землетрясения.

– Оба пути раскрыты... – сказал древний голос, которого никто не слышал. Голос не был ни счастливым, ни грустным, ни скучным, ни возбуждённым – он просто констатировал факт.

Некоторое время ничего не происходило, пока, со вторым вздохом, эти зловещие глаза медленно начали закрываться, возвращая пещеру и водопад в их нормальное состояние...

Рэйвен Найтингейл – главная героиня всего повествования, 25-летняя красивая девушка, наёмная убийца, на чьём счету более полумиллиона жертв, умершая в нашем мире, случайно оживает в другом, где у неё появляется шанс прожить жизнь заново. С самых юных лет она начинает тренироваться, у неё есть любящая семья и всё, что только нужно юному киллеру. Но случается неудача – её семью уничтожает клан Тэйлон под руководством её же тётки Анаинги и помощи таинственного "Старейшины W". Сейчас в Академии учится под именем Рэйвен Найт и внешностью мальчика.

Hoatsin (Гоацин) - Хацин, "старший" брат Рэйвен. Убит вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W". Сумел выжить благодаря своей привычке тырить всё, что плохо лежит. Прикарманил колечко, которое после его смерти заключило в себя его душу. Сейчас Рэйвен вместе с Фенрисом дала ему тело маленькой птички и знает, как сделать из него обратно человека. После недавней тренировки в Зале Духа кончики его крыльев стали красными.

Бэсра Найтингейл (сокол-перепелятник) – Леди Бэсра, мать Рэйвен, мертва. Убита вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

Ivy (Чёрно-алая гавайская цветочница) – Айви, горничная, также бывший телохранитель клана Найтингейл, мертва. Убита вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

Maleo (тоже птичка, на тетерева похожа) – Лорд префектуры Найтингейл, по совместительству отец Рэйвен, по совместительству муж Бэсры, по совместительству отец Хацина, по совместительству - мёртв. Убит вследствие заговора клана Тэйлон и таинственного "Старейшины W";

Talon (Коготь) - клан Тэйлон. Клан, принявший власть после кончины всего клана Найтингейл в результате "несчастного случая", подстроенного этим кланом и таинственным "Старейшиной W";

Elder W (Старейшина W) - старейшина "хз какая буква". Один из старейшин Небесной Академии, оказывавший содействие клану Тэйлон в убийстве клана Найтингейл. Подходит старейшина Уиллоу (Elder Willow) и старейшина Римут (Elder Wrymouth). Для адаптации на русский язык этого козла я перевёл как "Старейшина Икс".

Anahinga (Американская змеешейка) – Анаинга, злая тётка Рэйвен, принадлежит к клану Тэйлон. Именно она "нашла" "завещание" лорда Малео, в котором говорилось, что "власть должна отойти клану Тэйлон".

Javelin Heck (Копьё Хек) - Джавелин Хек, ученик Небесной Академии по обмену из Водной Империи. Был влюблён в Рэйвен Найтингейл. Продолжает испытывать к ней чувства, но, так она она сейчас выглядит и притворяется парнем, испытывает колоссальный когнитивный диссонанс и баттхёрт по поводу того, что становится, по его мнению, "светло-синим". Недавно узнал, что Рэйвен Найт всё-таки не парень, и испытывает облегчение.

Мартин и Ларк Гриффины - близнецы, друзья Рэйвен и Джавелина.

Данлин Тэйлон - двоюродный брат Рэйвен. Вместе с Джеком Тануки (ещё один муд... нехороший мальчик) вынашивает таинственные планы уничтожить Рэйвен Найт, так как она ему не нравится. имеет в арсенале какую-то странную духовную сущность чёрного цвета.

Билл – бывший член Клана Найтингейл, после кончины клана перешёл в Тэйлон, но активно выступал против Анаинги, за что чуть не помер во время боя в Бездне Боёв. Рэйвен спасла его и вылечила, но бедняга получил её воспоминания и теперь боится её до дрожи, служит ей, временами впадает в прострацию.

Свон (Лебедь) – директор Небесной Академии. Невъеб... охренеть какой сильный Мастер Духа, самый сильный спиритуалист. Немного охренел, когда понял, что его лучший ученик – на самом деле ученица и для своего возраста сильнее любого спиритуалиста, которого он когда-либо знал. Вроде бы решил помогать Рэйвен в том, чтобы поймать старейшину Хэ (сейчас подозревают, что это - заместитель директора Гадвалл)

Божественные искусства

Теневой Бег, Теневой Шаг (Shadow Walk) – перемещение со скоростью, неподвластной человеческому глазу. Слабая техника, её даже Хацин выучил. Ну, пока человеком был...

Сумеречная Колыбельная (Twilight Lullaby) – Божественное мастерство в виде песни. Даже просто первые ноты этой песни вызывали бы у тех, кто слышал эту «Песню», неописуемый восторг. Если уровень совершенствования у них значительно выше, чем у пользователя, они просто будут чувствовать себя вынужденными бросить всё, что они делают и слушать, пока он/она не перестанет напевать. Если он/она намного сильнее, то эффект будет оставаться надолго и после того, как он/она закончит петь.

Истинный Мираж – Техника делает пользователя едва видным. Шестой уровень мастерства. Использовал Данлин в спарринге против Хацина (глава 9, часть 2)

Тлеющие ладони – пятый уровень. Окутывает руки пользователя пламенем, не причиняющим ему вреда. Использовал Хацин против Данлина (главы 9-10)

Золотая Черепаха – используют Твиг и Хог в 23 главе. Какой-то барьер, защищающий товары и торговцев.

Замороженное лезвие – четвёртый уровень. Использует Хог в бою с бандитом, укравшим драгоценности. Температура воздуха в области опустилась на несколько градусов и слой инея покрыл руку Хога и меч.

Охотник пустоты – пятый уровень. Первый этап позволит ей свести на нет любой шум от движения кого-либо в пределах её диапазона – этот диапазон будет зависеть от её совершенствования, но на этот момент её предел должен быть примерно 10 метров. Второй этап сведет на нет сопротивление ветра для всех в этом диапазоне, что мгновенно даёт прирост скорости, который будет увеличиваться в геометрической прогрессии. На низких скоростях просто будет ещё тяжелее обнаружить движение, но на более высоких скоростях этот эффект будет колоссальный. Наконец, на третьем этапе Охотник Пустоты будет скрывать активацию любого Божественного навыка, основанного на ловкости.

Ода Горя – чёрт знает какого уровня. Открыла, когда пела песню "маленькой девочки, умершей без имени". Результат идеального смешения жажды крови и духовной сущности.

Это Божественное мастерство, несмотря на её имя, было не в виде песни, и позволяло ей манипулировать её жаждой убийства и психически атаковать своих оппонентов..

С Одой Горя, её жажда убийства стала как лезвие. Устрашающее лезвие смерти. Если встретится кто-то с более сильной душой, она будет вызывать огромные опасения, но, если у кого-то аналогичная сила души, им будет нанесён урон, что сделает ещё более трудным для них использование Божественных навыков. Если её противники будут иметь души, слабее, чем её, то она может даже убить их страхом.

Пространственный рывок (Spacial Dash) Божественный навык «Пространственный рывок» может быть использован для того, чтобы отделить некоторое количество духовной сущности практикующего в отдельное, словно невещественное тело, которое может быть перенесено в радиусе в зависимости от уровня практикующего. В любой момент можно мгновенно «сдвинуть» реальное тело на место этого фантома.

Теплая духовная сущность текла через Рэйвен, медленно возвращая её в сознание. Она открыла глаза и посмотрела на Джавелина; он положил её на землю, используя собственные колени, чтобы поддерживать её голову, и осторожно вливал духовную сущность в Рэйвен, мягко массируя её виски.

– Как долго я была в отключке? – спросила Рэйвен, откидывая руки Джавелина, чтобы она могла сидеть.

Если Джавелин и был расстроен её действиями, он не показал этого.

– Чуть более четверти часа.

– Данлин? – Рэйвен не нужно было спрашивать об этом, но она всё равно спросила.

– Он перестал дышать минут пять назад...

Рэйвен кивнула, но ничего не сказала.

– Прошу прощения, – продолжал Джавелин, пока она молчала. – Я знаю, что ты хотела это сделать сама, но я мог помочь только одному - или тебе, или ему.

– Всё нормально, – Рейвен покачала головой. – Спасибо.

Оба они некоторое время сидели тихо, молчание прерывалось только бреднями Джека о "убийственном Найтингейле".

– Разве ты не спросишь, что случилось? – Рэйвен, наконец, заговорила, глядя на землю.

– Нет, если ты не хочешь этого рассказывать.

Рэйвен почувствовала облегчение от этого. Она сама не знала, что случилось. Минуту назад она тщательно и со вкусом вырывала ногти Данлина – чтобы можно было легче снять кожу, а затем в ней вдруг разразилась дичайшая ярость.

Она была расстроена ещё до этого – не только из-за того, что семья Данлина сделала с ней, но также и потому, что, когда Рэйвен "трудилась" над мальчиком, воспоминания о её старой жизни начали выползать на поверхность, заставляя её вспоминать вещи, которые даже она предпочла бы забыть – но эта ярость была... чужой.

«Как будто естественная духовная сущность вокруг меня внезапно разозлилась и использовала меня как выход...»

Рэйвен была озадачена. Она почувствовала, что в ней вспыхнул гнев, подпитывающий её большей силой, чем она когда-либо чувствовала прежде, но она уже не могла её контролировать. Если бы Джавелин не остановил её... Внезапно Рэйвен нахмурилась.

– Джавелин?

– Да?

– Почему ты здесь?

– Прости? – казалось, что Джавелн не понял вопроса.

– Как ты сумел последовать за мной? Ведь Клятва Души должна была не пускать тебя?

– Ах, да! – настала очередь Рэйвен выглядеть растерянной, но Джавелин быстро объяснил. –Клятва сработала, зараза. И ещё как! Но ты сказала, чтобы я не следовал за тобой, пока не скажут иначе... – Рэйвен торжественно кивнула, и Джавелин слабо улыбнулся. – Твоя любимая птичка сказала мне "иначе".

– Он говорил с тобой? – это сильно потрясло Рэйвен; насколько она знала, Хацин мог говорить только с ней и Фенрисом.

– Да, это так... почему ты не сказала мне, что Цин умеет писать? Это потрясающе!

Рэйвен несколько раз моргнула. «Написать? О-о, я поняла – брат, должно быть, написал на песке или что-то в этом роде...» Она вздохнула; духовный зверь, способный к любому типу человеческого общения, кроме духовных связей, был практически неслыханным на континенте Тринити... Рэйвен собиралась позвать брата, чтобы высказать ему всё, что думала, когда остановилась, опустив глаза.

«Наверное, сейчас это неважно», – сказала она себе, обратив внимание на кровь вокруг неё.

Окровавленные останки её двоюродного брата лежали не слишком далеко, но без кожи было трудно сказать, что Данлин был даже человеком. Рядом с ним лежала куча его кожи, которая была удивительно чистой, по сравнению с остальным.

В стороне сидел Джек, обняв свои колени, прижавшись к ним подбородком и слегка покачиваясь взад-вперёд, повторяя одно и то же: – Найтингейл убивает... Найлингейл приходит...

«Бедняга», – подумала Рэйвен, бросив на него взгляд. Помимо того, что он был мудаком, у Рэйвен не было никаких личных счетов с мальчиком. По крайней мере, до такой степени, чтобы она убивала бы его волей или неволей. Опять же, он выбрал неправильных друзей, и этого было достаточно, чтобы Рэйвен убила его. На самом деле, она уже сделала бы это, если бы ситуация не была немного сложной; Рэйвен предотвратила одну войну, спасая близнецов Гриффина, и она не собиралась начинать другую, убивая Джека. С другой стороны, заставить его жить, «сошедшим с ума из-за ужасающей встречи с какой-то ужасной тварью в дикой природе»...

– И что теперь? – внезапно спросил Джавелин.

Рэйвен оглянулась на блондина рядом с ней задумчиво; она не ожидала, что он по-прежнему будет общаться с ней так же, когда увидит её рук дело.

– Это тебя не беспокоит? – спросила она, указав пальцем в сторону её двоюродного брата.

– Хе-хе, – нервно усмехнулся Джавелин, и одна из его рук инстинктивно потёрла шею. – Ну, я бы солгал, если бы сказал, что это не так, но... Как я могу это осуждать? Меня больше беспокоит то, что ты знаешь, как это делать, чем то, что ты это сделала. Месть за свою семью – это не мое дело.

Когда он произнёс последние слова, глаза Джавелина распахнулись от осознания, что он только что ляпнул, а его руки быстро сжались у его рта, но было уже слишком поздно – как могла Рэйвен пропустить такой промах?

– О, – сказала она и озорно улыбнулась, подняв бровь.

– Как долго ты знаешь?

Джавелин сглотнул, и не посмел солгать:

– После покушения... я узнал твой меч.

Это откровение немного удивило Рэйвен, но, когда она подумала об этом более внимательно, ей стало стыдно, что она раньше не догадалась: Джавелин был немного странным с тех пор, когда она спасла его от внезапной атаки в подвале, но Рэйвен предположила, что это было либо из-за нервов после того, как он едва не погиб, либо из-за её «поцелуя», когда она высасывала яд. Джавелин, сказав правду, объяснил многое.

Кривая улыбка распространилась по лицу Рэйвен – но выглядела она намного более злобной, чем обычно, из-за пятен крови, всё ещё оставшихся на её лице.

– Позвольте мне догадаться – близнецы что-то заметили и стали спрашивать тебя, но ты запаниковал, крича что-то вроде «Не сравнивай меня с самим собой, Ларк!», И за это ты и получил в глаз?

Судя по выражению лица Джавелина, Равен поняла, что она близка к истине. Она рассмеялась. Громко.

– Не смейся! – голос Джавелина наполовину приказал, наполовину умолял. – Я «признался» в том, что я гей, и всё – ради тебя!

Смех Рэйвен стал только ещё громче, её чистосердечное веселье резко контрастировало с окровавленным видом. Прошло некоторое время, прежде чем Рэйвен успокоилась, чтобы смогла говорить.

– Извини, Джав, – сказала она, всё ещё нервно похихикивая, вытирая рукой слезу с края глаза. – Но это слишком смешно!

Джавелин проворчал: – А я не вижу в этом ничего смешного...

Подавив хихиканье, Рэйвен прочистила горло и встретила взгляд Джавелина. Сразу же она стала серьёзной.

– Мне очень жаль. Я никогда не собиралась взваливать это на тебя, – Рэйвен положила руку на голову Джавелина. – Должно быть, это было тяжело.

На мгновение тело Джавелина напряглось под её прикосновением, но он быстро рассердился и сбросил руку Рэйвен.

– Я уже не ребёнок!

«В самом деле?» – подумала Рэйвен, не пытаясь скрыть этого.

– Ну, я, по крайней мере, значительно старше тебя! Так что не относись ко мне как к младшему!

«Ты не старший, Джавелин», – подумала Рэйвен, но она видела, что Джавелин уже изрядно раздосадован, поэтому она позволила этому вопросу остаться так.

– В таком случае, – сказала она, меняя тему. – Ты не мог бы помочь нашему новому безумному другу? – Рэйвен указала на Джека. – Я думаю, он будет... эмм... волноваться, если я это сделаю.

– Конечно, где?

– Пока не уверена, мне нужно отвести его куда-нибудь в безопасное место, где его сможет забрать директор школы. Вроде бы та пещера, в двухстах метрах к востоку отсюда, будет в самый раз. Здесь слишком много крови, моё предыдущее... шоу с намерением убийства и жажды крови будет держать духовных зверей в страхе ещё некоторое время, однако это не займет много времени, прежде чем этот "аромат" заставит их прийти сюда, в любом случае.

Даже если Джавелин и нашёл комментарий Рэйвен о пещере странным, он не показал этого. Вместо этого он кивнул и пошёл поднять мальчика без жалоб и вопросов.

«Хацин?», – спросила Рэйвен, когда она подошла к Ящерам Тени Крови, подняв «Благословение Соловья» по дороге.

«Сестра, ты в порядке?»

Рэйвен услышала тревогу своего брата в голосе. Казалось бы, он давно хотел связаться с ней, но, скорее всего, не смел.

«Я в порядке, брат, – успокаивающе ответила она. Подняв меч, она одним ударом рассекла животы зверям, позволяя содержимому кишечника высыпаться на землю. Сразу же запах стал ещё сильнее, что сделает эту часть леса ещё более привлекательной для голодных диких животных. – «У тебя все еще есть связь с этим Штормовиком, который привёз тебя сюда?»

«Да, я знаю».

«Не мог бы ты отправить его ко мне? У меня есть кое-что, что я хочу достать нашейдорогой и любимой тёте».

«Сейчас сделаю!», – с жаром ответил Хацин. Прошло немного времени, прежде чем он спросил. –«Эмм, сестра... могу я присоединиться к тебе?»

Рэйвен собиралась согласиться, но, когда она посмотрела на зверей перед собой и двоюродного брата позади, она слегка покачала головой: «Будет лучше, если бы ты смог отправиться на встречу, которую мы назначили Авесу. Если я правильно помню, Данлин упомянул что-то о том, чтобы "добавить им забот", поэтому я хотела бы знать, что они в порядке».

«Хорошо, сестра».

Немного удручённая разговором со своим братом, Рэйвен почувствовала, как Джавелин смотрит на неё. Она направилась к куче кожи рядом с Данлином. Из её пространственного кольца Рэйвен достала коробку из гладкого чёрного дерева. Она был размером с большой арбуз, и после того, как она вытащила из коробки все свои вещи, Рэйвен собрала кожу своего кузена и опустила её в чёрный контейнер.

Она внимательно следила за тем, чтобы лицо Данлина лежало первым, чтобы его можно было увидеть сразу, когда откроешь коробку, но даже тогда большинство людей не смогли бы узнать, кто это был, поэтому Рэйвен порылась в пространственном кольце Данлина, вытащила кольцо с эмблемой Тэйлон на нём. Это было достаточным доказательством его личности.

«А что касается сообщения...», – Рэйвен подумала, что хотела бы сообщить своей тёте, когда мягкий ветерок подул, сдув её теперь длинные волосы на лицо, заставляя их болтаться перед её глазами. «Полагаю, я не смогу это сохранить», – вытащив кинжал, Рэйвен собрала волосы и быстро отрезала их чуть ниже плеч. За спиной послышалось резкий вздох, но Рэйвен проигнорировала это. Она связала отрезанные волосы и положила их в коробку. С помощью кинжала Рэйвен вырезала маленькую птичку на внутренней стороне крышки. Это был явно не соловей, но Анаинга, несомненно, догадается сама, узнав волосы.

Закрыв коробку, Рэйвен повернулась к Джавелину и была удивлена, увидев, что он всё ещё не слишком беспокоится о её действиях. Несчастный? Возможно. Но не осуждающий. Она не знала, почему он так заботился о ней, но это заставило Рэйвен почувствовать облегчение.

В этот момент звук быстро хлопающих крыльев указал на прибытие Штормовика Хацина. Верёвкой привязав ящик к птичьим ногам и проверив, чтобы птица не уронила его по пути, Рэйвен отправила его в путь. Коробка была большой и, возможно, слишком тяжелой для неё, поэтому перелёт будет медленнее обычного; к тому времени, когда груз достигнет бывшей усадьбы Найтингейл, Ястреб Эвереста Авеса уже вернёт Рэйвен в Небесный Город.

Видя, как Штормовик улетел, Рэйвен снова обратила свое внимание на Джавелина.

– Пойдём, – сказала она и двинулась на запад, оставив позади себя три трупа – два хищника и её дорогой кузен Данлин были брошены там, дожидаясь, пока первый хищник не найдёт их...

Только на рассвете следующего утра Рэйвен и Джавелин добрались до места встречи, которое Рэйвен описал Авесу накануне; вдвоём они провели большую часть ночи, пытаясь найти защищенную пещеру, где бы они могли оставить Джека, не опасаясь, что какой-нибудь дикий зверь решит перекусить теперь уже полностью беззащитным мальчиком. Времени им потребовалось гораздо больше, чем ожидалось.

Они оставили ему немного еды и воды, но действительно ли Джек что-нибудь съел, было немного неясно, но его превосходное строение должно было поддерживать его живым ещё примерно месяц. Затем они хитро закрыли мальчика в пещере – если кто-то ещё наткнётся, это больше похоже на то, что вход в пещеру рухнул изнутри.

На месте встречи, увидев, что и Рэйвен, и Джавелин пришли невредимыми, трое мужчин, которые ждали их, были вне себя от радости. Это было особенно справедливо для Авеса; он чувствовал, что огромный груз упал с его плеч, так как ему больше не придётся объяснять своему старшему брату, как ему удалось потерять не только иностранного студента, но и их самую яркую надежду на улучшение условий этого мира.

Сразу же все начали задавать вопросы, и хотя Рэйвен и Джавелин решили не разглашать то, что с ними случилось, утверждая, что они просто потеряли сознание в этом лесу – другие трое были более чем счастливы говорить об их "опыте".

Оказалось, та самая помеха, о которой упоминал Данлин, было стаей Огненноглазых Летучих Мышей – слабых поодиночке, но очень страшных в больших количествах тварей. Летучие мыши окружили кабину в воздухе, навязав очень сложную битву. Всё выглядело довольно мрачно, когда внезапно небо потемнело, и по нему потянулись штормовые облака. Мгновенно вся стая несчастных мышей так замёрзла, что им пришлось лететь оттуда так быстро, как крылья только могли нести их.

Ястреб Эвереста тоже испугался, и независимо от того, какие приказы ему давал Авес, птица отказалась лететь в нужном направлении... Ужас, который он испытал, оставаясь в кабине, которую держала в лапах неконтролируемая птица... сказать, что его пробрала дрожь – ничего не сказать, в то время как младшие и менее опытные близнецы просто упали в обморок – что они очень неохотно признавали.

– Я никогда не ощущал столь сильной жажды крови... – пробормотал Авес, переведя взгляд на Рэйвен, когда он вспомнил ту зловещую ауру, которую он почувствовал глубоко в буре. Сам он был слишком далеко, чтобы узнать, кто или что, было его источником, но его инстинкты подсказывали ему, что Рэйвен каким-то образом вовлечена. Если там не случилось нечто действительно неординарное (конец света, например), он не верил, что она просто потеряла сознание и не знала о том, что произошло.

Однако, несмотря на его подозрения, Авес не считал, что Рэйвен действительно могла быть причиной всего этого. Мало кто знал, как работает жажда крови, но было известно, что жажда крови, которую можно было проявить, была напрямую связана с количеством убитых людей; количество убийств, необходимых для фактического изменения самой погоды, было просто за гранью воображения...

– Ну, тогда, – сказала Рэйвен, внезапно меняя тему разговора и обтряхиваясь от сухих листьев и веточек. – Мы могли бы вернуться в Академию.

– Академия? А как насчёт нашей миссии? – спросил Мартин, и, судя по внешнему виду, и Ларк, и Авес разделили его замешательство.

– Наша миссия больше не актуальна, – сказала Рэйвен, покачав головой. – Это вряд ли первоочередная миссия, и я считаю, что сообщить начальству о вчерашнем инциденте – должно иметь приоритет. Вы согласны, защитник Авес? – Рэйвен посмотрела на Авеса, который быстро поймал скрытое сообщение в её словах.

– Ах, да, студент Найт действительно прав. Мы отложим эту миссию и вернемся в университет как можно скорее, – человек, разумеется, понял разочарование близнецов, потому что он быстро добавил. – Но не беспокойтесь: за то, что мы не закончили первоначальную миссию, штрафа не будет. Вы все хорошо справились с серьёзными опасностями, и будете вознаграждены соответственно.

Близнецы самодовольно улыбнулись, и Рэйвен тихо щёлкнула языком при виде этого. Как наследники префектуры, ни Ларк, ни Мартин вообще не должны были беспокоиться о том, чтобы использовать очки достоинства для приобретения оружия или ресурсов для совершенствования. Но для них очки заслуги стало не университетской "валютой", а мерилом конкуренции между тремя префектурами. Прежде чем они отправились на эту миссию, у близнецов было нос к носу с Данлином, поэтому любое добавление переместило их в лидеры. Они не знали, что теперь уже о нём беспокоиться не нужно.

С Джевелином, стоящим позади неё, Рэйвен направился к кабине, стоящей неподалёку. Её взгляд упал на птицу, и, когда их взгляды встретились, Рэйвен не пропустила едва заметную дрожь, которая пробежала по телу Ястреба Эвереста, когда птица быстро отвернулась.

«Ты тоже, да?», – подумала Рэйвен, смутившись. Однако, прежде чем она успела остановиться, Рэйвен почувствовала, как на её плечи тяжело навалились две руки.

И Мартин, и Ларк наклонились ближе к её лицу, ухмыляясь, и Рэйвен успела догадаться, о чём они хотели поговорить, поэтому она предпочла не избегать их "объятий".

– Итак, – сказал Ларк.

– Ты - средний чемпион, не так ли? – спросил Мартин.

– Да, – ответ Рэйвен был таким же коротким и по делу, как всегда, и она почти почувствовала, как Джавелин за её спиной закатил глаза.

– Ну, это не удивительно! – пробормотал Мартин и потёр кулаком макушку Рэйвен, разрушая простой узел, который она связывала, когда обрезала волосы. – Сколько ещё эпических секретов ты скрываешь в своём маленьком теле?

Мартин и Ларк рассмеялись, их сердечная радость за хорошего друга очевидна, но всё, что могла сделать Рэйвен, было только слабо улыбнуться.

«Если бы они знали хотя бы половину этого... верно?» – взволнованный голос Хацина раздался в голове Рэйвен, украв слова прямо из её рта. Его маленькое, красное тело спустилось с близлежащего дерева и направилось прямо к кабине, подмигнув ей по пути.

«В самом деле, – подумала Рэйвен, когда она следовала за своим братом, уделяя ему больше внимания, чем двум друзьям, всё ещё цепляющимся за неё. – В самом деле...».

В обратный путь Авес отправил Ястреба Эвереста ещё быстрее, и всего через неделю в окнах кабины появились горные вершины Небесного Города.

Как только кабина коснулась земли, Рэйвен быстро направилась в кабинет директора Свона, убедившись, что не столкнётся с кем-либо из людей, которых она знала, и которые были связаны с Гадваллом или кланом Тэйлон. Разумеется, она не боялась, что они узнают что-нибудь из встречи с ней, но в настоящий момент она не хотела иметь дело с ними.

По оценкам Рейвен, менее, чем через два дня Штормовик обязательно прибудет в поместье Найтингейл с её «подарком» дорогой тёте Анаинге. У Рэйвен было несколько вещей, которые она хотела сделать до этого времени.

– Вы вернулись так скоро? – смущённо сказал директор школы Свон, когда Рэйвен вошла в двери его офиса. – Вы отказались от поиска Фенриса?

– В некотором смысле, – усмехнулась Рэйвен. – Но не так, как вы думаете.

Рэйвен рассказала о том, что произошло за последние несколько недель, начиная с отчёта его брата и нападений Ящеров Тени Крови, вплоть до её убийства Данлина. Разумеется, были некоторые вещи, которые она оставила – например, как объяснение, откуда она получила отчёт, или почему Фенрис пришёл искать её, и она не упоминала о пытках Данлина и о её последующей потере контроля – но Свон оказался слишком потрясённым всем, чтобы заметить что не всё складывалось.

– Так Фенрис поможет нам? – спросил он ещё раз, не веря, как легко они решили свою самую большую проблему.

– Так Фенрис поможет нам? – спросил он ещё раз, не веря, как легко они решили свою самую большую проблему.

– Он поможет, но он сможет остановить Гадвалла, только если он поймает его на этом...

Свон нахмурился: – Доказательств у нас уже недостаточно?

– Почти... Проблема в том, что Гадвалл утверждает, что он этого не делал сам, но Гадваллу не запрещено быть на Тринити и он может утверждать, что кто-то другой играет за кулисами, – Рэйвен протянула руку, и на её ладони появились пять полупрозрачных камней. – Он дал мне это. Как только мы заставим Гадвалла действовать лично, мы должны раздавить один из них, и Фенрис сразу же придёт к нам.

Свон немного скептически посмотрел на камни, но, в конце концов, он кивнул головой и выбрал два камня.

– Тогда что вы думаете о том, как спровоцировать Гадвалла, Рэйвен? Конечно, если вы просто выйдете против него – ничего не получится.

Рэйвен давно это обдумывала и быстро высказала своё мнение: – Понятно, что большинство влияния Гадвалла было сосредоточено на клане Тэйлон, или привязан к ним. Я думаю, что настало время, когда мы должны предоставить наши доказательства против клана Тэйлон Императору – по крайней мере всё, что касается их запланированного переворота – и, думаю, что Гадвалл не позволил бы более чем пятилетнему плану рухнуть, особенно так близко до предполагаемого воплощения. Тогда у него не останется иного выбора, кроме как действовать прямо.

Некоторое время Свон ничего не говорил. Хотя он уже давно обещал позволить Рэйвен разобраться самой с её семьёй предателей, однако он считал нужным не беспокоиться о том, что с ней будет делать. Однако, вспоминая о том, что её совершенствование началось с тех пор, как он впервые встретил её, у него действительно не было места для жалоб.

– Очень хорошо, – сказал он наконец. – Я приведу наши свидетельства Императрице.

Рэйвен слегка улыбнулась: она уже давно знала, какое сильное влияние у Императрицы Нене было на Императора и, учитывая любовь женщины к матери Рэйвен, было бы легче убедить её в злых делах клана Тэйлона.

– Вы хотите, чтобы я рассказал им о том, что вы выжили? – спросил Свон.

Некоторое время Рейвен колебалась, но в конце концов она покачала головой: – У меня всё ещё есть кое-что, что нужно сделать. Вы можете показать им, что я записала.

– Очень хорошо, – согласился Свон.

– Я буду проводить следующие пару дней в подготовлениях, но если есть что-то, что вам нужно будет узнать... расскажите моей птице, – Рэйвен кивнула в окно, где можно было увидеть красное тело Хацина по другую сторону стекла. Свон выглядел немного смущённым, но прежде чем он смог спросить об этом, Рейвен уже начала уходить. Когда она подошла к двери, она остановилась.

– Да, кстати – в ближайшие тридцать часов или около того Леди Тэйлон узнает о смерти своего сына. Я не знаю, под каким предлогом Данлин и Джек были там, но есть шанс, что они начнут искать Джека, поэтому начнут требовать ответа от академии, – Рэйвен повернулась и бросила маленькое пространственное кольцо директору. – Было бы неплохо быть немного активнее и использовать свои собственные навыки против них.

После этого Рэйвен ушла, оставив Свона пялиться на кольцо в руке. Использовав свою духовную сущность, чтобы исследовать то, что в кольце, глаза Свона расширились от шока. Мгновение он не знал, смеяться или плакать: внутри кольца было, казалось бы, безупречное доказательство того, что Данлин пытался напасть на Джека, используя Приручающий Рог на зверя. Согласно информации в кольце, Джек сумел ненадолго уйти и отправил Штормовика, чтобы попросить помощи, прежде чем скрыться в пещере.

Без дальнейших церемоний Свон встал из-за стола и быстро вышел из своего кабинета. Время было существенным.

Ровно двадцать семь часов спустя, леди Анаинга Тэйлон сидела у её стола, наслаждаясь её чрезвычайно хорошим завтраком. Её шелковое длинное платье блестело в мягком солнечном свете, равно как и излишние золотые гравюры, украшавшие каждый дюйм в её комнате.

Она была одна; к тому времени она уже устроила для неё и её мужа отдельные спальни, давая ей пространство, которого она так хотела.

По традиции, завтрак был временем покоя; никаких отчётов, никаких новостей – кроме исключительно хороших – и всему особняку было строгое приказание, чтобы поддерживать уровень шума до абсолютного минимума.

Неожиданно тихая атмосфера внезапно сломалась из-за звука биения крыльев, приближающиеся к этому окну снаружи. Взволнованная, Аннинга подняла её взгляд, только чтобы увидеть, как Штормовик направился прямо к ней. Птица держала коробку, которая была явно слишком большой для неё, поэтому её полет был довольно медленным.

– Кто же будет использовать Штормовика для такой большой доставки? – подумала она.

С любопытством Анаинга протянула руку и послала немного духовной сущности, чтобы открыть окно. Звук крыльев Штормовика усилился, и через несколько секунд измученная птица влетела в спальню, бесцеремонно уронив тяжёлый груз на пол. Анаинга ожидала, что птица подождёт хоть немного, чтобы восстановить дыхание, но Штормовик быстро обернулся и бросился обратно в путь. Казалось странным, что ей хотелось уйти как можно быстрее, выжимая последние силы из своего измученного тела.

Анаинга наблюдала, как птица исчезает из поля зрения, прежде чем она обратила свое внимание на коробку на полу. Рассматривая её более внимательно, женщину слегка впечатлило мастерство, с которым была сделана эта чёрная деревянная коробка, но она была слишком простой для её вкуса. Знакомая комбинация скучных ожиданий, которое всегда наполняло Анаингу, когда она получала различные подарки и взятки.

«Сегодня я не ожидала никаких подарков, – подумала она, наклонившись, чтобы поднять чёрный ящик. – Но опять же, не секрет, что я люблю хорошие сюрпризы».

По лицу Анаинги распространилась самодовольная улыбка.

По её мнению, этот дар был доказательством того, что её сила и влияние окончательно укоренились. Это было тяжело; удивительно многие, казалось, выступали против её захвата после брата, но она сражалась – используя любые средства в её распоряжении, чтобы укрепить своё положение – и, наконец, люди начали проявлять уважение, даже без требований.

Всё ещё улыбаясь, Анаинга сняла обвязанную верёвку вокруг коробки и открыла крышку. Её глаза сияли торжественно, но как только между самой крышкой и остальной коробкой появился маленький промежуток, её спальню залил чрезвычайно мерзкий запах. Выражения лица Анаинги мгновенно превратилось в отвращение, и она быстро оттолкнула коробку на расстояние вытянутой руки.

– Что это!? – прорычала она, и с лицом, почти чёрным от ярости, Аннинга полностью распахнула крышку и уставилась туда.

Сначала она не могла понять, что она видит. Перед её глазами лежала связка тёмных фиолетовых волос, лежащих поверх чего-то, что выглядело как необработанная кожа, окрашенная сухой кровью. Анаинга нахмурилась.

– Какого ху... – слова застряли у неё в горле, когда Анаинга, наконец, увидела отблеск чего-то металлического, которая лежала в центре свёрнутых волос. Мгновенно она побледнела, отпустив коробку и отпрыгнув назад.

– Я... этого не может быть... – она заикалась, не желая смотреть, но не могла отвести взгляд от неё, наблюдая, как, казалось бы, в замедленном темпе, чёрный ящик наклонился и упал на мраморной пол. Крышка была приоткрыта и металлический перстень выпал из коробки, а, когда ящик отскочил от твёрдого пола, остальная часть его содержимого также рассыпалась по чистому полу.

Глазами, наполненными ужасом, Анаинга увидела, что кожа с лица скользнула по полу к ней, а рядом с ним металлический перстень, который доказывал, что это её сын и наследник. Мысль непрестанно вращалась в её мозгу, словно издеваясь над ней с каждым поворотом: Твой сын мертв!

Наконец всё остановилось, и перстень остановился на полу с мягким, но чистым звоном металла.

Смертельная тишина заполнила комнату, но она не продлилась долго; теперь Анаинга кричала так, как никогда прежде...

Пять минут.

В течение пяти минут крики и рыдания Анаинги не смолкали. Может показаться, что пять минут – это не так уж и долго, но за пять минут можно сделать многое, а для матери это было похоже на вечность; потерять ребенка – это невообразимая печаль для всех, но для Анаинги, которая в основном заботилась только о себе и о своём сыне, боль стала ещё более острой.

Шок от смерти её сына был слишком большим, и где-то в середине Анаинга уже начала злобно ухмыляться; она продолжала плакать, не понимая, от чего.

Разумеется, несколько слуг услышали вопли своей леди, и самые храбрые из них бросились в спальню, но когда они увидели, что кожа их молодого мастера лежит на полу, большинство из них либо присоединилось к крику, либо упало в обморок на месте.

В конце концов прибыл дворецкий клана Тэйлон. Он был пожилым человеком. Чуть больше пятидесяти лет он служил главе семьи Тэйлон, и видел достаточно в своей жизни. Хотя и он слегка побледнел, но всё же он сделал то, что нужно было сделать; решительными шагами он подошёл к своей госпоже и дал ей пощёчину.

В комнате раздался хлёсткий звук, и мгновенно все вопли замерли.

Мгновение Анаинга выглядела смущённой, неловко моргая, пытаясь понять, что только что произошло. Дворецкий ничего не говорил, терпеливо ожидая, так как он знал, что последует. Едва прошёл удар сердца, огромная ярость закипела в Анаинге и – без единого слова – она ​​бросилась вперёд, наполнив руки духовной сущностью.

Как будто острой сталью, рука Анаинга легко прошла шею дворецкого насквозь, обезглавив его одним ударом.

Кровь брызнула, ударив в потолок. Обезглавленное тело преданного дворецкого рухнуло на пол, а его голова укатилась в угол комнаты.

Безмолвие держало в своих лапах комнату ещё полсекунды, прежде чем больше не плачущая Анаинга начала выкрикивать команды. Слуги были отправлены, чтобы сделать всё: связаться со Старейшинами в Небесном Городе и поймать Штормовика, который принёс черный ящик несколько минут назад.

Ни один из слуг не осмелился ослушаться или быть хоть немного небрежным в выполнении «просьб» Анаинги, поэтому они быстро поспешили во всех направлениях. Оставленный без присмотра труп верного дворецкого остался лежать на полу, медленно обагряя кровью красный мраморный пол.

Не имея сил смотреть дальше на кожу сына, Анаинга приказала слугам накрыть содержимое страшной посылки покрывалом. Вместо этого она обратила внимание на чёрный ящик и другие предметы, которые были в нем.

Несмотря на ее безмерную ярость, Анинга проделала удивительно тщательную работу, и, подтвердив подлинность медальона своего сына, Анаинга осмотрела шелковистую связку волос, но, хотя они казались ей знакомыми, она не могла вспомнить. Когда она посмотрела на ящик, её лицо, которое уже итак покраснело от ненависти, внезапно побледнело, как будто она увидела призрак.

Впрочем, почти так и было: её глаза увидели на внутренней стороне крышки небольшой рисунок, грубо вырезанный ножом, и её губы начали задрожали от страха и неверия; теперь она знала, откуда она знала эти волосы...

«Найтингейл...», – выдохнула она полушёпотом, прежде чем рухнуть на пол.

Тем временем, в элегантно оформленной комнате, в глубине дворца Облаков Индиго Небесного Города императрица Нене наклонилась к руке мужа, поскольку она терпеливо ждала, когда он прочитает отчёты, которые она ему дала.

Прошло менее двух дней с тех пор, как она, наконец, получила подтверждение того, что она давно подозревала: клан Тэйлон был вовлечён в смерть её дорогой подруги детства, Бесры, и её семьи. То, чего она не ожидала, заключалась в том, что Старейшина Свон приложил несколько других обвинений против рассматриваемого клана до такой степени, что, если бы кто-нибудь ещё принес эту новость, Нене вряд ли поверил бы им. Тем не менее, старый директор был тем, кому императрица доверила бы свою жизнь, поэтому она сразу же поверила ему.

Тем не менее, только потому, что императрица Нене полностью поверила в информацию, которую передал Старейшина, не означает, что её муж поверит. Таким образом, Нене провела последние тридцать часов, мобилизуя всю свою шпионскую сеть, чтобы помочь подтвердить то, что ей уже сказали.

Удивительно, но это было не очень сложно; казалось, что сотни людей одновременно ощущали, что их вина давит на них, и, после всего нескольких случайных вопросов, были более чем счастливы исповедоваться во всём, чем они помогали Клану Тэйлон в их гнусных делах.

И снова императрица Нене почувствовала, что ситуация была слишком экстремальной, чтобы быть правдой, но доказательства не могли быть опровергнуты.

Когда её любимый муж и Император медленно перелистывал здоровенный отчёт, лежащий на столе, Нене внимательно следила за ним; она всегда была в состоянии сказать, что Мэлд думал просто по движениям его лица, но, возможно, её текущая тревога отключила её способности, потому что в этот момент она не могла сказать ничего вообще.

Нене ждала, но, хотя она могла выглядеть терпеливой и спокойной снаружи, её настоящие эмоции бушевали внутри, как ураган, и она жаждала ответов. Бесра была лучшей, может быть, даже подругой Нене, и её смерть очень сильно опечалила Императрицу. Теперь, зная правду, предыдущая печаль Нене исчезла, и она теперь кипела от гнева; она хотела справедливости для своего друга!

С тяжёлым вздохом Мэлд подал отчет. После он откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

В конце концов терпение Нене закончилось, поэтому она позвала своего мужа.

– Мэлд?

– Ммм? – Мэлд уставился на потолок.

– Что ты думаешь?

В этот момент Мэлд ненадолго взглянул на жену со слабой улыбкой на губах.

– Ты не можешь сказать? – Нене только взглянула на него, игнорируя его беззаботные издевки. Мэлд снова вздохнул.

– Я сомневаюсь, что всё в этом отчёте – правда, – сказал он и постучал по бумаге перед ним. – Но даже если больше половины из этого – ложь, всё равно будет достаточно, чтобы обвинить клан Тэйлон в государственной измене.

В глазах Нене застыл оживленный блеск.

– И?

Мэлд вздохнул в третий раз.

– С ними нужно разобраться. Старейшина делал какие-нибудь предложения?

Нене тепло улыбнулась.

– Он не посмел бы, – сказала она, но в то же время вытащила второй пучок бумаг, этот был заметно тоньше, чем первый. – Однако мы потратили некоторое время на мозговой штурм возможных действий.

На лице Императора промелькнула слабая улыбка. Он знал, как и Нене, что так называемый "список вариантов" содержит только планы, одобренные Старейшиной. Однако улыбка была недолгой. Мэлд просмотрел бумаги, но прежде чем он даже посмотрел на них, он вздохнул ещё раз.

– Я такой безнадёжный Император? – он словно и не спросил. – Неужели я настолько слаб, что моя страна рухнет не извне, а изнутри?

Нене сочувственно посмотрела на мужа. Из того, что сказал Старейшина Свон, или, вернее – не сказал, Нене могла догадаться, что на этот раз, возможно, за кулисами произошло намного больше – что были силы, находящиеся вне их контроля в целом – но, поскольку он не сказал этого прямо, Нене также знала, что должна быть причина такой тайны.

Нене положила руку на руку Мэлда и уткнулась лбом в его плечо.

– Ты не слаб, Мэлд, ты силён, – голос Императрицы был серьёзным. – В течение пяти лет они планировали это, но люди твоей Империи всё ещё на твоей стороне, они всё ещё любят и поддерживают тебя искренне. Это не слабость.

Мэлд посмотрел на свою жену, и его депрессия несколько успокоилась. Своей рукой он осторожно поднял её подбородок с плеча и нежно поцеловал её.

Вдруг двери в комнату Императора распахнулись, и в комнату ворвался чрезвычайно запыхавшийся слуга.

– Ваше Императорское Превосходительство! – закричал он и упал на одно колено, казалось бы, не обращая внимания на интимный момент, который он испортил. – Срочное сообщение от леди Анаинги Тэйлон, это касается её сына!

Оборвав поцелуй, император Мэлд оглянулся с женой на слугу.

Он ничего не сказал, но внутренне Мэлд очень заинтересовался; Данлин упоминался в нескольких отчётах в той кипе бумаг. Последний раз он вызывал тревогу у Джека Тануки, который утверждал, что первый пытался его убить. Директор школы заверил, что он уже отправил Старейшин на поиски пропавших мальчиков, но из-за большого расстояния, потребуется немного времени, прежде чем они узнают что-то о том, что именно произошло.

Но в настоящее время леди Тэйлон имеет информацию о своём сыне – разве это совпадение?

– Это должно быть интересно, – пробормотал Мэлд.

Начались странные дни: в Небесной Империи, казалось, на поверхности ничего не менялось, но под этой тихой поверхностью...

В сообщении, которое послала Анаинга, Императору сообщалось о смерти наследника префектуры Тэйлон в пустыне. Неудивительно, что подробные сведения о кончине Данлина не были раскрыты, но Анаинга ясно дала понять, что она сделает всё, что в её силах, чтобы найти преступника как можно быстрее, требуя обещания, что Император не будет вмешиваться.

Хотя он был действительно удивлен смертью молодого наследника, Император всё ещё сыграл роль забытого правителя мастерски и сразу же отправил обнадёживающее сообщение, предлагая в любом случае помочь выяснить, что случилось с бедным мальчиком.

Император также воспользовался возможностью, чтобы любезно объявить, что он лично воздаст почести покойному в первый день траура, который по стандартам Небесной Империи был через шесть недель после смерти человека.

Хотя она настаивала на том, что всё это должно оставаться втайне, Анаинга уже пробиралась в столицу, без сомнения, со своими скрытыми мотивами.

В то время как обстоятельства смерти Данлина – и даже сама смерть – были хорошо сохранившейся тайной, о которой мало кто знал, секрет о предательстве клана Тэйлон был скрыт ещё сильнее.

Императорская пара, с другой стороны, занята процессом подготовки к действиям против предательского клана и тайно мобилизует свою армию, чтобы подготовиться к растущей угрозе бандитов, которая могла бы появиться в любую минуту.

Начальник школы Свон давно отправил доверенных Старейшин в пещеру, где Рэйвен и Джавелин оставили Джека, после чего он связался со своими коллегами в других Имперских академиях, чтобы он мог предупредить их о том, что должно было произойти в ближайшем будущем, попросив, чтобы они принимали любые новости от Небесной Империи как можно скорее.

Однако, поскольку всё вышеперечисленное делалось так, чтобы попытаться скрыть, кто-то, скорее всего, мог двигаться ещё дальше в темноте, под всеми "радарами".

Изо дня в день Рэйвен использовала каждую крупицу данных, которые она собирала на протяжении многих лет, чтобы манипулировать тем, что происходит, доводя это всё до крайности. Она убивала, подкупала или угрожала, в зависимости от того, что приносило, лучший результат, – в общем, держала в страхе всю Имперскую столицу, оставляя при этом небольшие знаки клана Найтингейл, где бы она ни была.

По очень многим причинам Рэйвен хотела, чтобы клан Тэйлон пал быстро и тяжело, и никто не мог лучше справиться с этим, чем она.

Две недели спустя Джавелин сидел в великом саду Академии, в одиночестве размышляя. Прошло почти четырнадцать дней с тех пор, как он последний раз видел Рэйвен, но, хотя он не мог не чувствовать себя слабым, Джавелин всё же согласился с тем, что он ничего не мог сделать, пока он не станет сильнее.

Таким образом, Джавелин тренировался.

– Студент Хек, – спокойный голос прервал сосредоточение Джавелина.

Ученик поднял глаза на учителя, стоявшего перед ним и почтительно ответил:

– Старейшина Гадвалл.

Джавелин собирался встать и должно поприветствовать своего учителя, но Старейшина Гадвалл жестом велел ему оставаться на месте.

– Нет необходимости для формальностей, – улыбнулся он, его глаза сверкали его обычным весёлым любопытством. – Я вижу, вы тренируетесь как никогда - вы никогда не отдыхаете?

– Нет, если я могу помочь, старейшина, – ответил Джавелин с искренней решимостью.

Учитель тихо хмыкнул: – Хорошо, что вы амбициозны, Студент Хек, но помните, что отдых и оздоровление являются важными аспектами совершенствования.

– Да, старейшина.

Порадованный ответом, Старейшина Гадвалл уже собирался уходить, когда он остановился, казалось бы, что-то вспомнив.

– Ах, да! Студент Хек, – с любопытством в голосе спросил он. – Я заметил, что в последние пару дней студент Найт отсутствовал на уроках, но директор сказал мне не волноваться об этом, и что он позволил ему тренироваться самостоятельно, но я не могу не волноваться за мальчика... Ты знаешь, как он?

Старейшина Гадвалл был не первым, кто задавал этот вопрос Джавелину за последние несколько дней, так что это не показалось странным и не застало его врасплох. Он просто дал ответ, который он давал всем остальным, кто спрашивал:

– Прошу прощения, Старейшина Гадвалл, но я не знаю об этом... Всё, что я знаю – что его дядя приехал и Рэйвен остался с ним. Предположительно, для какой-то интенсивной тренировки.

Старейшина поднял брови в удивлении.

– Его дядя? Чему он может научить его, чему нельзя научиться в Академии?

– Не знаю, Старейшина, но они покинули город на прошлой неделе, – когда он сказал это, Джавелин внимательно наблюдал за реакцией Старейшины на это. Рэйвен сказала Джавелину раскрыть тот "факт", что она покинула город, если старейшина спросит об этом, но пока только другие студенты были достаточно любопытны, чтобы спросить. На удивление, старейшина Гадвалл, похоже, был не слишком шокирован новостью. Вместо этого, казалось, что он получил подтверждения своим подозрениям.

– Понимаю, – сказал он, беспомощно подняв руки. – Ну, я полагаю, это нормально, так как директор Свон, кажется, не возражает. Я не хотел прерывать вашу медитацию, студент Хек, просто студенты Тэйлон и Тануки тоже отсутствуют, так что я чувствую, что придвинутый класс немного пуст...

Гадвалл игриво подмигнул Джавелину, и тот не мог не почувствовать, что жест был немного неуместен; не было никакого способа, чтобы вице-директор Академии не был проинформирован о смерти Данлина и последующем исчезновении Джека. И в то время как студенты оставались в блаженном неведении о ситуации, шутить об этом было явно неуместно. Джавелин бы точно не смог.

– Я не буду больше беспокоить вашу медитацию, Студент Хек, – повторил Гадвалл, всё ещё тепло улыбаясь. – Но, говоря о продвинутом классе – у меня есть запланировано кое-что особенное для всех вас сегодня, так что убедитесь, что вы будете вовремя.

– Буду, старейшина Гадвалл, – Джавелин почтительно опустил голову, пока Гадвалл не ушёл. Когда шаги последнего исчезли вдалеке, Джавелин поднял голову и посмотрел на уходящего старейшину.

– Рэйвен прямо сказала мне не доверять никому, кроме себя и директора школы, особенно, когда речь идёт о других старейшинах школы... Это включает старейшину Гадвалла? – спросил он себя, прежде чем возобновить свою медитацию с твёрдой решимостью.

Когда человек, известный как Гадвалл, ушёл от молодого гения из Морской Империи, он не мог не поиронизировать немного, как он считал, что попытки совершенствования последнего тщетны; при этом Джавелин Хек действительно мог бы считаться весьма сильным в этой области, это это было лишь объедками по сравнению с другими местами, где он был.

"Я просто не понимаю, почему Совет реальностей настаивает на сохранении таких мест, как это – на этом континенте нет настоящих талантов... – подумал он насмешливо, но его самодовольные чувства быстро рассеялись. – Хотя этот ребёнок, Найт... Его талант, по крайней мере, можно считать посредственным".

Гадвалл гулял по территории кампуса, но его мысли всё равно были сосредоточены на студенте, за которым он пытался уследить за последние пару лет. Маленький негодник был ещё незаметнее, чем обычно, а Гадвалл не мог отделаться от ощущения, что всё, что он знал о Рэйвен Найт было каким-то странным.

Он нахмурился. "История Хека сходится с тем, что мои шпионы говорили мне – Найт покинул город восемь дней назад и с тех пор путешествует и обучается с его дядями-наёмниками в пустыне. Между тем стратегические атаки на все мои активы продолжают усиливаться... Значит ли это, что моя теория была неверной – действительно ли Найт не связан с недавними неудачами клана Тэйлон?"

Опасный блеск мелькнул глубоко в серебристых глазах заместителя директора, на мгновение превратив их в чёрные. В последнее время все его тщательно продуманные планы начали распадаться, и он не мог понять, почему, как будто каждая гильдия и учреждение в стране начали принимать решения, которые были невыгодны для него и клана Тэйлон. Очевидно, кто-то ещё работал за кулисами, но кто?

"Может ли быть, что ещё один уроженец Высшего царства есть на этом континенте, который работает против меня? – Гадвалл вздрогнул от мысли, но он быстро отверг её. – Если бы это было так, они бы остановили меня прямо сейчас, верно?"

Тем не менее чувство спешки наполнило его, и темп Гадвалла стал более быстрым.

"Мне нужно применить несколько мер предосторожности – на всякий случай. Что касается участия клана Тэйлон..." – любого из преподавателей или студентов, кто видел бы сейчас Гадвалла, вряд ли бы узнали, кто он был; его обычно добродушное глаза были наполнены почти диким голодом, который нельзя насытить едой...

В ту ночь Джавелин вернулся в дом, принадлежащий дядям Рэйвен, впервые с тех пор, как они отправились на поиски Фенриса. С тех пор, как они вернулись в Небесный Город, Рэйвен взяла отпуск из школы, позволив ей сосредоточиться на том, чтобы вложить все свои силы в движение против клана Тэйлон, так что Джавелин не видел её очень долго.

Дом дядей был единственным местом, где он наверняка столкнется с Рэйвен. Он не хотел приходить раньше и не позволял себе, так как знал, что его присутствие может угрожать ей, поэтому он решил держаться подальше, пока это не понадобится.

Сегодня, однако, было немного иначе. Рэйвен попросила уведомить её, когда старейшины начнут задавать вопросы о её местонахождении или исчезновении Данлина. Естественно, Джавелину не нужно было идти лично, но он должен был признать, что он действительно хотел увидеть Рэйвен, и она дала ему разрешение на посещение дома иногда.

Когда он подходил, Джавелин понял, что Рэйвен была внутри. Причина в том, сладкий аромат свежеприготовленного мяса чувствовался даже за дверью. Билл никогда не готовил что-нибудь экстравагантное, когда он был один.

Наполненный нервозностью и предвкушением, Джавелин зашёл в дом и поспешил на кухню, и его глаза сразу же упали на стройную фигуру, стоявшую босиком у кухонной стойки.

На Рэйвен была только свободная чёрная рубашка, вытянутая до голых колен. Она ничего не делала, чтобы скрыть её элегантные, красивые ноги, а пояс вокруг талии помогал подчеркнуть её идеальную фигуру. Её движения были плавными и неторопливыми, пока она помешивала большой котел, стоящий над огнём на плите.

– Голодный? – спросила она необычайно нежным голосом, и на короткий момент Джавелин почувствовал острое чувство дежавю. Он быстро помотал головой, потому что он точно знал, что он никогда не видел Рэйвен такой раньше; не в этой одежде и, безусловно, не за готовкой.

– Джавелин?

Только когда она сказала его имя, Джавелин понял, что он просто пялится на неё. Мгновенно он почувствовал, что его щеки краснеют, может быть, больше, чем просто от смущения.

– А где Билл? – спросил он, хватаясь за первую тему разговора, о которой он только смог подумать.

– А где Билл? – спросил он, хватаясь за первую тему разговора, о которой он только смог подумать.

Дёрнувшиеся уголки губ Рэйвен сказали Джавелину, что она находит его реакцию забавной, но, к счастью, она не стала смеяться. "Ушёл", – ответила она вместо этого и вытащила две миски из соседнего посудного шкафа. Она наполнила их сладко пахнущим мясным рагу, что она была перемешивала всего несколько секунд назад и вручила одну из них Джавелину.

Не зная, что ещё делать, Джавелин взял миску и быстро начал есть. В тот момент, когда он положил первую ложку в рот, его глаза расширились от удивления.

– Так вкусно! – воскликнул он, слегка шокированный богатством аромата.

Рэйвен подняла брови, и Джавелин нервно усмехнулся. Он мог сказать, что она приняла его удивление на свой счёт, но не было ничего, что он мог бы сказать в свою защиту; Джавелин действительно не ожидал, что Рэйвен может готовить так хорошо. По привычке рука Джавелина потянулась к его шее, но уголком глаза он увидел ещё одну подавленную улыбку на губах Рэйвен.

Было довольно странно видеть Рэйвен вот так, она казалась такой... расслабленной.

– Старейшины начали задавать вопросы? – Рэйвен решил не давить дальше, а вместо этого сменила тему.

Джавелин с удовольствием принял подачу и кивнул в согласии.

– Да, заместитель директора Гадвалл задался вопросом, в порядке ли ты, – объяснил он, а затем засунул себе в рот ещё одну ложку тушёного мяса.

Рэйвен, кажется, не слишком удивилась этим, а только тихо кивнула: – Кто-нибудь ещё?

Джавелин промямлил "нет", даже не утрудившись взять паузу в поглощении пищи.

Кажется, удовлетворённая его ответом, Рэйвен не спрашивала больше ничего и вместо этого сосредоточилась на её собственной еде. Вскоре они закончили.

– Кстати, поздравляю с продвижением, – вдруг сказала Рэйвен, наполнив миску для Джавелина в третий раз. – Ты не далеко от прорыва в царство Чемпионов сейчас.

– Ты можешь сказать? – Джавелин был немного удивлён сначала, но он уже давно смирился с тем, что Рэйвен всегда знала больше, чем она говорила. Он покачал головой, и сказал с легким отвращением: – Хотя, нет ничего достойного поздравления; почти все из нас намного улучшились сегодня.

Рэйвен нахмурилась. – Все из вас?

– Да, все продвинутые студенты. Жаль, что тебя там не было – Гадваллу удалось получить некоторые первоклассные лекарства для совершенствования, которые помогают духовному ядру собирать духовную сущность более свободно, если принять его. Это было действительно уди...

Джавелин не успел закончить фразу, прежде чем Рэйвен оказалась рядом с ним, её рука цвета белого нефрита мягко легла на его живот. секунду спустя, другая рука Рэйвен схватила его за щеку, повернув лицо Джавелина к ней. В тот момент ум Джавелина опустел. Всё, о чём он мог думать, это прохладное, но мягкое ощущение рук Рэйвен на его кожи, и сладкий запах, который вдруг окутал его.

"Она всегда так хорошо пахла?" – подумал он рассеянно, почти не замечая, как Рэйвен послала прядь её духовной сущности в его тело, тщательно обследуя каждый его сантиметр.

Контакт между ними длился, возможно, минут пять, и Джавелин, вместо освежающего, прохладного прикосновения начал чувствовать более глубокое, горячее ощущение. Точно так же, Джавелин почувствовал, что его дыхание стало немного глубже. Рэйвен отвернулась, её лицо вспыхнуло облегчением.

Джавелин чувствовал себя очень запутанным в том, что произошло, но, прежде чем он получил возможность собрать свои мысли в кучу и спросить, Рэйвен уже кричала на него:

– Разве я не говорила тебе быть осторожным перед старейшинами? Что вы делаешь, засовывая всякую херню в рот?!

Джавелин сглотнул, растущая жара внутри него мгновенно затухала.

– Упс...

Джавелин слишком хорошо знал, что означает нынешнее выражение лица Рэйвен; он облажался, и это будет до-о-олгая ночь...

Через три недели после того дня, когда Анаинга узнала о смерти Данлина, два особо крупных Ястреба Эвереста прилетели к открытым дверям городской усадьбы клана Тэйлон в Небесном городе. Две птицы были истощены до предела, и, как только груз коснулся земли, они упали в обморок.

Из одной из кабин вышло несколько хорошо вооружённых спиритуалистов-солдат, все они были низкими Чемпионами. Несмотря на тяжёлую броню и сильное совершенствование, вся группа нервно глядела на вторую кабину, казалось бы, боясь, что – вернее, кто – появится изнутри.

Менее чем через секунду храбрый слуга поспешил к закрытой двери, готовясь открыть её и быстро уйти с дороги; все они знали, что нрав их хозяйки ну очень хреновый, и находиться на её пути, когда она была в гневе, может оказаться смертельным... Однако ещё до того, как слуга дотянулся до кабины, её металлическая дверь распахнулась, и большой мужчина вылетел оттуда, как пушечное ядро.

Присутствующие, выпучив глаза, смотрели, как их Лорд и хозяин упал и прокатился несколько метров по двору, прежде чем остановиться. Слуги городской усадьбы едва слышно вдохнули и посмотрели на открытую дверь в кабину в шоке; они могли догадаться, что только что произошло. В то время как очень немногие из них не знали о презрении Анаинга к своему мужу, она никогда так грубо не поступала со своим супругом, как сейчас.

Половину удара сердца спустя, фигура Анаинги появилась из кабины, из которой только что вылетел её муж. Она казалась заметно старше, её тело и волосы были тоньше, а глаза горели от ужасной ярости.

– Советник! – взревела она и ворвалась в дом, даже не смотря на окружающих её людей. Когда она исчезла в усадьбе, нервный слуга, который первым подошёл к кабине Анаинги, наконец, вздохнул с облегчением.

Не так повезло старому усохшему мужчине, которого только что позвала Анаинга. Когда она дошла до самой внутренней комнаты усадьбы, где находился мужчина, он стоял, наклонившись над столом, заполненным документами и зеленоватыми стеклянными шарами. Если человек раньше выглядел старым, то теперь он был больше похож на труп, потерявший свой гроб, но в то время как более добрый человек побеспокоился бы за своего родственника, Анаинга не могла себе такого позволить.

– Какие новости? – спросила она, а её голос ясно показывал, что она изо всех сил сдерживается, чтобы не наброситься и не убить старика на месте.

Советник безапелляционно собрал несколько отчётов и протянул их Анаинге: – Множество.

На короткий момент гнев Анаинги сменился шоком; прошло всего несколько дней с тех пор, как Анаинга получила последнюю доставку почты, и всё же там так много новостей?

В то время как Ястребу Эвереста требовалось почти три недели, чтобы долететь из префектуры Блэк Тэйлон в Небесный Город, несколько Штормовиков летели туда-сюда между столицей и Ястребами, в результате чего она была в курсе того, что происходит. Сначала всё внимание уделялось обнаружению того, что случилось с Данлином и попыткам найти пропавшего Джека, но в конечном итоге ненормальные события, касающиеся клана Тэйлон, больше не могли быть скрыты даже за смертью наследника.

– Как это возможно? – ярость Анхинга вновь поднялась, когда она потребовала ответов, но старый советник покачал головой; даже если он и боялся, что Анаинга выпустит свой гнев на него, он не показывал этого.

Анхинга бросила кучу бумаг на соседний стол.

– Исчезни! – закричала она, удивительно хорошо сдерживая свои эмоции достаточно долго, чтобы пожилой мужчина оставил её в покое в комнате. Как только она собиралась пойти на незначительное буйство, холодный и отдалённый голос начал говорить позади неё.

– Добрый вечер, леди Тэйлон.

Анаинга развернулась, встав лицом к лицу ни с кем иным, как с заместителем директора Небесной Академии Гадваллом. Коротко, Анаинга была слишком ошеломлена, чтобы даже отреагировать на внезапное появление человека, но это не продлилось долго. Игнорируя причину, она ткнула пальцем в Гадвалла и крикнула укоризненно: "Ты! У тебя хватает наглости появляться здесь после того, как ты позволил, чтобы моего сына убили! Как ты смеешь?!

Вид злой Анаинги Гадвалла скорее позабавил, чем напугал, и он улыбнулся: – Дал ему умереть? Я не помню обещания защищать его. Я дал ему силы за пределами его талантов – это уж явно не моя вина, что он до сих пор не сумел справиться с этим!

Взбешенная, Анаинга до предела наполнила руку духовной сущностью и размахнулась, чтобы дать Гадваллу пощёчину, но на середине движения она почувствовал холодную дрожь по позвоночнику. Когда её глаза встретились с глазами Гадвалла, она почувствовала, что её собственный гнев тает, скуля, как щенок перед волком.

– Хорошая девочка, – издевательски протянул Гадвалл, когда он увидел страх в её глазах. – Теперь, ты, очевидно, в трауре, поэтому я перейду прямо к делу; я пришёл сказать вам, что ваш срок был изменен.

Анаинга нервно сглотнула и посмотрела на кучи документов на столе рядом с ней. Несмотря на то, что она знала, что это бесполезно, Анаинга не могла не молиться, чтобы изменение означало больше времени, а не меньше. К сожалению, боги, казалось, не слушали её, потому что в следующий момент Гадвалл продолжил:

– Два месяца. Через два месяца этот континент погрузится в войну.

Оставшись в одиночестве в темноте, Анаинга продолжала сидеть. Время от времени по её позвоночнику бежали мурашки, а в её голове мелькала грозная фигура. Большинство знали его как Гадвалла, заместителя директора Императорской Академии Небесных Божественных Искусств, но она знала его лучше; Гадвалл, или Старейшина В, как он подписывался в тайне, был далеко не всегда добрым и любознательным учителем, какие все думали, что он был.

– Я совершила ошибку? – Анаинга тихо бормотала про себя.

Её воспоминания вернули её в ту первую встречу шесть лет назад.

Это был необычайно тёплый летний день с прохладным ветром, который едва помогал против тлеющей жары. Это было так тепло, что некоторые люди на самом деле решили игнорировать свои халаты, и вместо этого ходили только в нижнем белье. В большинстве мест такое наглое поведение могло заставить людей нахмуриться или даже посчитаться неприличным, но город Найтингейл, несмотря на его размеры, был очень спокойным и терпимым местом, так что никто, казалось, не заботился об этом.

Ну почти никто; Анаинга абсолютно не поддавалась таким хамским привычкам.

Тем не менее, помимо жары этот день был, как и любой другой; податливый муж Анаинги был вдали от дома, проверяя работу рудника – в то время как она сама планировала провести день, посещая мелкие торговые магазины города Найтингейл.

Ходя по опрятным городским улицам, Анаинга грелась в ревнивых взглядах, которые она получала от людей, когда проходила мимо них, и тем более, она любила то безоговорочное почтение, с которым её встречал каждый магазинчик, куда она входила. Это подтверждало то, что Анаинга уже знала; она была кем-то другим, кем-то важным.

День проходил просто отлично для неё. Она дошла до её любимой лавки пошива платьев. Когда она вошла, магазин был пуст. Как обычно, Анаинга попросила показать ей все новые ткани, которые прибыли, в то время как работники магазина ловили каждое её слово. Половина тканей уже была проверена, когда дверь магазинчика открылась. Как раз, когда Анаинга собиралась приказать её личной горничной, чтобы она послала прочь новичков, знакомый голос заставил её скорчить такую кислую рожу, будто она прожевала целый лимон.

– О-о-о, моя дорогая сестра! Я как раз хотел встретиться с тобой здесь.

Ещё до того, как повернуться, Анаинга уже знала, кого увидит; её брата Малео, скорее всего, сопровождали либо его жена, либо его дочь, либо они оба.

– Брат, – сказала она с поддельной улыбкой, слегка повернувшись, чтобы она могла видеть человека, стоявшего в дверях. Глаза Анаинги затем упали на маленькую девочку, стоявшую у ног брата, и женщина не могла не удивляться тому, как быстро рос ребёнок; Рэйвен Найтингейл было всего три года, но её рост уже был ближе к росту шестилетней девочки, а её характер казался ещё более зрелым.

Тайно Анаинга усмехнулась. Она не любила свою младшую племянницу и собиралась игнорировать ребёнка и обратить внимание на ткани, которые были выложены для неё, когда служанки магазина, которые стояли рядом с ней, широко улыбнулись и подошли к двери.

– Молодая госпожа Найтингейл, – приветствовали они, поклонившись в пояс. – Как приятно снова вас видеть!

При этом присутствие Анаинги в магазине было совершенно забыто; продавцы были так заняты суетой вокруг ребёнка её брата, что они даже не заметили, что Анаинга уходит с тёмным лицом.

– Отлично, бл.дь, – прошипела Анайнга, пока она неслась вниз по улице, почти отпихивая других людей с дороги: – Эта мелкая говнюлина получает больше, чем я!

Огорчившись, Анаинга развернулась за угол, на мгновение отделившись от окружающих слуг позади неё, когда внезапно температура вокруг неё резко упала. В шоке от перемен, Анаинга чуть не врезалась в тёмную фигуру, которая стояла прямо посреди дороги.

Как правило, Анаинга сказала бы всё, что думает по поводу такого поведения, но что-то в ауре этого человека сказало ей, что было бы более мудрым для неё заткнуться и быть спокойной. Мгновение никто ничего не говорил, пока фигура слегка не отошла, и Анаинга вырвалась из её транса. Сразу же она задалась вопросом, почему её слуги еще не догнали её. Она захотела посмотреть через плечо, чтобы найти их, но прежде чем она смогла это сделать, фигура заговорила, её голос был искажён.

– Вы хотите власти и статуса, – сказал он, не спрашивая, а утверждая. – Я могу помочь вам получить их, если вы готовы помочь мне в ответ.

Думая об этом сейчас, Анаинга была немного поражена тем, как быстро она приняла предложение незнакомца. Возможно, она думала, что это ни что иное, как шутка с его стороны, но когда награды начали приходить, Анаинга быстро принимала их.

Сначала это было мелочами, типа распространение ложных слухов здесь и там, что она делала каждый день в любом случае, но где-то по пути, Анаинга пошла от подстрекательства и мелкой клеветы к планированию полномасштабного восстания, даже не осознавая этого.

Крепкий силуэт её брата-защитника вновь всплыл в её голове. Когда они были маленькими, действительно маленькими, Анаинга и Малео были очень близки. Несмотря на то, что она была на пару лет моложе, её брат всегда вступался за Анаингу, решив защищать её от всякого вреда. Первоначально Анаинга находила эту черту положительной, но, по прошествии многих лет она заметила, как по-разному её родители относились к ней и к Малео, и это чувство превратилось в негодование.

К тому времени, как Малео был полностью вырос, и завёл собственную семью, и эта семья стала помехой для планов Анаинги, она даже не колебалась, прежде чем их убить, навсегда устраняя проблему. Тогда она не пожалела об этом, и в некотором роде она всё ещё не жалела, но всё произошедшее не так давно заставило Анаингу чувствовать себя уставшей. Очень уставшей.

Анаинга подумала, что она потеряла сына, и позволила умереть брату, который всегда был небольшим, но всегда стабильный щитом на её защите.

– Брат... – она вздохнула, но, как только это слово послышалось в темноте, Анаинга гневно щёлкнула языком. Какой смысл думать о прошлом? Она была на пути стать верховным правителем целого континента!

Два месяца. Через два месяца, когда начнётся война, Гадвалл сможет действовать напрямую и мир будет её!

Наполненная решимостью, женщина обратила свое внимание на обильные груды документов и шаров памяти на столе исследования. Если она хотела добиться своей цели, Анаинге нужно было выяснить, почему всё вокруг разваливается.

Тщательно, Анаинга начал исследовать каждый кусочек информации, которая была собрана, но, когда она работала, её новообретенная энергия медленно исчезла, а её лицо становилось всё более и более бледным с каждой новостью, о которой она читала.

"Причина... – руки Анаинги сильно тряслись, и последний шар памяти выскользнул из её рук, врезавшись в миллион таких же на мраморном полу. – Это... это должно быть моё воображение, да?"

Когда фиолетовые волосы пришли вместе с останками её сына, и когда Анаинга увидела маленькую птичку, высеченную на крышке коробки, её ум немедленно направился в сторону маленького сокровища клана Найтингейл, Рэйвен, чей уникальный цвет волос было трудно найти в другом месте. Тем не менее, мысли оставались с ней только на мгновение, потому что было просто слишком мало кто знал об участии Анаинги в том соглашении, которое её семья и Гадвалл заключили. Все остальные, кто знал что-либо вообще, были убиты, чтобы точно молчали!

С тех пор Анхинга сказала себе, что волосы и птица могут быть не более чем несчастным совпадением, но она всё ещё верила в это? В каждом отдельном файле на столе, казалось, было что-то, что тянуло ум Анаинги к семье Найтингейл и их кончине.

Иногда связь была в самой цели – как и с той самой семьёй очень лояльных к Найтингейлам купцов, которых всех убил в своих кроватях "случайный грабитель". Так называемая лояльность этой семьи была легко куплена Анаингой задолго до смерти Найтингейл, и затем они сыграли большую роль в быстром превращении "префектуры Найтингейл" в "префектуру Блэк Тэйлон".

В других случаях место преступления само по себе было катализатором, как в доме семьи Рапеско, куда лидеры бандитов Анаинги приезжали заниматься делами. Весь дом был полуразрушен, а на двери, выходящей на улицу, свиной кровью была изображена раненая птица, похожая на соловья, обозначая дом как место жадности и несчастья.

Для других эти вещи могут показаться случайными и неуместными, заставляя следователей клана Тэйлон помечать их как простые странности, но для Анаинги это было иначе. Для неё каждая деталь кричала на её начинающую пробуждаться совесть, заставляя её понимать, что она сделала.

– Кто-то знает об этом? – женщина с тревогой посмотрела через комнату, словно ожидая, что кто-то будет смотреть на неё – это было, по существу, только нервным тиком, но углом её глаз, Анаинга увидела небольшой лист бумаги, проскользнувший через трещину в нижней части единственной двери комнаты.

Анаинга какое-то время молча смотрела на записку. Внутри неё вспыхнуло необъяснимое предчувствие, подкатывающее к горлу; она не хотела внимательно смотреть на этот листок бумаги...

Тем не менее, она в конце концов встала на ноги и подошла к двери. Когда она взяла записку и перевернула её, на ней было написано только одно слово, изящными и пышными буквами: "Да".

Белая, как призрак, Анаинга с хлопком распахнула дверь, но коридор снаружи был пуст, за исключением слабого эха смеха молодой девушки, исчезающего вдали...

В темноте за пределами городского особняка Тэйлон несколько листьев упали на землю, когда чёрная фигура беззвучно появилась в густой листве старого дерева.

Ворон оглянулась назад, на дом, который она только что оставила, с холодной ухмылкой.

– Уже слишком поздно сожалеть о своих действиях, тётя... Ты давно сделала свою кровать – пора тебе спать в ней.

С мощным, но почти незаметным всплеском духовной сущности, тело Рэйвен мелькнуло и исчезло в ночи.

Почти три дня спустя около дюжины людей собрались в большом зале зала тёмно-голубого дворца Облаков Индиго, высоко над слоистым Небесным Городом. Сегодня был день, когда император Мэлд и Анаинга согласились встретиться и обсудить вопрос об убийстве молодого Данлина.

Первоначально было предусмотрено, что встреча должна быть скорее частным делом – в основном между двумя упомянутыми выше людьми – но, по просьбе Анаинги, она была расширена, и большинству людей было предложено присутствовать в последнюю минуту.

Если бы человек не знал о ситуации, то это событие показалось бы немного странным, но тем не менее отвечало намерениям Рэйвен просто идеально. Изначально она была в затруднении, чтобы придумать способ, чтобы иметь возможность высказаться, если это будет необходимо. Эта небольшая проблема была быстро решена, когда группа расширилась.

Естественно, даже будучи единственным учеником директора Свон, Рэйвен не имела права присутствовать на таком собрании – независимо от его размера – но Императрица Нене имела, и с Императрицей Нене всегда была одна доверенная служанка.

Сегодня этой "служанкой" была Рэйвен.

Ношение традиционной униформы горничных – что для Рэйвен выглядело как слияние между монашеским и костюмом французской горничной – Рэйвен оставалась постоянно на пять шагов позади Императрицы, когда они вошли в зал. Рэйвен держала голову опущенной, когда другие её чувства тщательно исследовали ситуацию в комнате.

В данный момент ни Император, ни Анаинга ещё не прибыли, но Рэйвен знала, что они появятся очень скоро. С изящными движениями Императрица Нене направилась к одному из людей, который уже пришёл, и Рэйвен тайно улыбнулась.

– Дядя, – тепло улыбнулась Императрица. – Прошло слишком много времени.

– Глупая девочка, – ответил другой голос с большой любовью. – Мы видели друг друга только вчера!

Улыбка на лице Императрицы Нене не дрогнула. – А это разве не давно, дядя Эйдер?

Директор Свон усмехнулся.

– Действительно, – ответил он и быстро посмотрел на Рэйвен.

До того, как она снова встретила подругу матери в детстве, Рэйвен показалось странным, что Свон сумел убедить Императрицу провести совершенно незнакомого человека, как её доверенную горничную, ещё и на такую важную встречу, но сейчас Рэйвен поняла, что она осознала правду; они двое были связаны кровью.

"Всё-таки такая "белоснежность" – это черта семьи Свон", – размышляла Рэйвен, когда украдкой посмотрела на дядю и племянницу, но её расслабленное отношение исчезло в следующую секунду; Анаинга вот-вот прибудет.

Мышцы рук Рэйвен слегка дёрнулись, когда она взглянула на главный вход в зал. Шагая в сопровождении свиты из трёх торжественно выглядящих старейшин клана, её "любимая" тётя торжественно прошла через открытые двери. Она была одета с головы до ног в чёрный бархат, даже с тонкой чёрной вуалью на лице; очевидно, она хотела показать, что она была в трауре.

Когда Анаинга вошла, лицо императрицы Нене переполнилось жалостью и печалью. Она даже поспешила поприветствовать ныне бездетную мать.

– Моя дорогая Леди Тэйлон, – поприветствовала она, даже прежде, чем достигла Анаинги. Оказавшись в пределах досягаемости, Нене отбросила звания и титулы, мгновенно затащив женщину в жёсткие объятия, искренне обнимая Анаингу.

– Я очень, очень сожалею о вашей потере! Просто мысль о том, что произошло с вашим сыном... и таким страшным образом... – голос Нене был слегка дрожащим, и несколько тёплых слезинок пробежали по её щекам. В пяти шагах позади неё, Рейвен была молча впечатлена проявлением сострадания Императрицы; она слышала, как Нене говорила о тёте Рейвен, и было ясно, что она не испытывает абсолютно никакого истинного сочувствия к этой мерзкой и двуличной женщине.

Анаинга, казалось, немного опешила от внезапной демонстрации любви и сострадания Императрицы, но она быстро адаптировалась и решила вернуть объятия, по-видимому, решив показать некоторую часть её жалкой скорби в объятиях Нене. Те, кто знал обе стороны истории, не могли не найти поступок пары довольно комичным.

Объятия длились не очень долго и после того, как двое отшатнулись друг от друга, остальные люди в зале пробивались вперёд, чтобы выразить свои соболезнования – здесь же был и Гадвалл, который был официально представлен как представитель от Небесной Академии.

Конечно, слуги в комнате не делали никаких попыток поговорить со скорбящей Владелицей Префектуры, и Анаинга даже не смотрела на них, поэтому у Рейвен не было никаких проблем с сокрытием своей личности. Не то, чтобы маскировка Рэйвен не выдержала бы пристального внимания; на ней была надета униформа горничной, платок закрывал её волосы и она подавляла её жажду крови, чтобы никто не заметил её уникальный цвет глаз. Всего этого хватало, чтобы скрыть её наиболее характерные особенности.

В итоге большинство успели сказать, что они хотели сказать, и зал притих. Был момент, когда все служители ждали, но это не заняло много времени, прежде чем двери Императора были открыты, и сам Император Мэлд вошёл. Как и всегда, он был одет в золотые одежды, которые делали его очень царственным, но с более заметными чёрными деталями на этот раз – это тоже было знаком уважения к мёртвым.

– Император, – сдержанное приветствие к Мэлду прозвучало в унисон. Все почтительно поклонились своему правителю, включая Анаингу и Гадвалла.

– Встаньте, – ответил он грустным голосом. – Сегодня я попрошу ничего из этого не соблюдать, –взгляд его глаз остановился на Анаинге и её группе. – Примите мои глубочайшие соболезнования в связи с вашей утратой, Леди Тэйлон.

Анаинга только кивнула в ответ.

Мэлд занял место на большом троне рядом с дверью, через которую он вошёл, и Нене быстро присоединилась к нему, красиво встав справа от него.

– Ну, тогда, – сказал он и посмотрел на присутствующих людей, большинство из которых были членами Совета Небесной Империи. – Я и леди Тэйлон пригласили вас сюда, чтобы обсудить вопросы, касающиеся смерти наследника префектуры Блэк Тэйлон, Данлина Тэйлона. Как все вы знаете, Данлин был убит в пустыне несколько недель назад, и пока ещё тело не восстановлено, но мы больше не можем откладывать информирование общественности. Это моё мне...

– Император Мэлд! – внезапно выкрикнула Анаинга.

– Леди Тэйлон? – Мэлд, похоже, не очень расстроился тем, что его перебили.

– Хотя публичное объявление о смерти моего сына действительно важно, это то, что Император и я могли бы решить сами. Поэтому я не хотела бы, чтобы сегодня присутствовали уважаемые члены Совета.

"Вот и началось...", – подумала Рэйвен, когда Мэлд удивленно поднял бровь, указывая на то, что Анхинга должна продолжить.

– Я хочу обсудить, как мы будем действовать против его убийцы, – сказала Анаинга твёрдым голосом, который показал, что у неё есть конкретный человек на подозрении.

– Леди Тэйлон, вы знаете, кто убил вашего сына? – Императрица Нене была поражена и счастлива новостям. – Это замечательно! Скажите нам, и мы предадим их правосудию!

– Действительно, я знаю, но дело не так просто... – Анаинга отвернулась. Казалось бы, что она не хотела говорить дальше, но прежде, чем её смогли убедить сделать это, лицо Анаинги снова открылось. – Император, советники, я спрашиваю вас: если бы кто-то строил планы против нашей Империи, работал против нас и даже пошёл так далеко, чтобы нацелиться на наше следующее поколение лидеров, какой был бы ваш ответ?

– Возмездие, разумеется! – ответил один из членов Совета без колебаний. Он был опытным человеком, который действовал в качестве представителя армии в Совете; он не был тем, кто отступал от боя.

Заметив несколько человек, кивающих в согласии, Анаинга продолжила: – А если бы человек, замышляющий против нас, был вовсе не человеком, а скорее нацией, что тогда?

Тот же самый человек собирался ответить снова, когда Император ударил кулаком по подлокотнику, фактически остановив реакцию человека. Глаза Рэйвен сузились.

– Что это значит, Леди Тэйлон? – спросил Малд серьёзно.

– Император знает, что я переживала смерть моего сына, как и любая мать, но то, что я обнаружила, далеко за пределами меня или даже моего клана Тэйлон... – Анаинга остановилась, и на этот раз ей действительно нужно было собраться, прежде чем она продолжала. – Я полагаю, что Земная Империя стоит за смертью моего сына.

– Что? – несколько членов Совета немедленно выразили свое потрясение. – Нелепость!

– Я знаю, что трудно поверить в это – я чувствовала то же самое – но доказательства не лгут!

Сразу же многие голоса начали высказывать своё мнение. Поднялся шум и гвалт, но Мэлд поднял руку и снова воцарилась тишина.

– Это – очень серьёзное обвинение, Леди Тэйлон, – Император пристально посмотрел на Анаингу, но она оставалась твёрдой.

– Я знаю, Ваше Величество, – ответила она.

– О каких доказательствах вы говорите?

– Как известно вашему величеству, Джек Тануки часто бывал в компании с моим сыном, и в последний раз его видели покидающим академию вместе с Данлином. С тех пор его местонахождение не было подтверждено.

Император не дал ни отрицания, ни подтверждения этого, но Анаинга явно приняла его молчание, как разрешение продолжать и заговорила дальше:

– Когда я посетила комнату, которой мой Данлин поделился с этим мерзким мальчиком, я нашла это! – расстроенная, Анаинга вытащила кучу бумаг и бросила их на землю. – Письма! Письма с подробными инструкциями для Джека, чтобы заманить моего бедного сына в пустыню... – голос Анаинги дрогнул и один из членов клана, с которыми она приехала, шагнул к ней, чтобы утешить её.

По приказу Императора слуга шагнул вперёд и принял письма, переданные ему. Мэлд быстро пролистал письма, в то время как другие люди наблюдали с нетерпением, желая узнать, было ли то, что сказала Анаинга, правдой.

– Это действительно очень серьёзно, – сказал Император в конце, откинувшись на троне. – Здесь у меня есть письма, которые действительно предполагают, что Джека Тануки просили использовать его дружбу с Данлином, чтобы тайно убить его, находясь вдали от города...

Несколько шокированных вздохов прозвучали в зале, и, несмотря на то, что лицо Анаингыи было скрыто, Рэйвен могла поклясться, что видела блеск в её глазах. "Слишком рано, тетя", – подумала Рэйвен.

– И всё же, – продолжал Император, когда он взял новый лист бумаги из пространственного кольца; – Вот ещё одно письмо, или, скорее, сигнал бедствия – посланный самим Джеком Тануки, утверждающий, что именно Данлин пытался убить его", – когда его последние слова оставили рот, Гадвалл пристально сосредоточил свои глаза на тёте Рэйвен.

Все в зале одновременно вздохнули ещё громче, но шум был заглушен криком Анаинги:

– Заткнитесь! – взревела она, топая ногами по мраморному полу. – Мой сын никогда бы так не поступил! Ясно, что это только попытка убийцы переложить свою вину на других!

– Возможно, но я боюсь, что это слово против слова в данный момент; оба набора доказательств одинаково трудно доказать.

– Как вы можете так говорить, Ваше Величество? Мой сын мёртв! Если он пытался убить мальчика Тануки, почему мой сын умер, а другой покинул страну? – в ярости Анаинга сорвала свою чёрную вуаль, обнажая пропитанный слезами макияж. Это выглядело довольно драматично, но Мэлд, казалось, даже не заметил этого.

– Теперь вы делаете поспешные предположения, Леди Тэйлон, – сказал он. – Джека Тануки нашли. Он спрятался в обрушившейся пещере.

И Анаинга, и Гадвалл не смогли скрыть своего удивления в этой новости, но только Рейвен увидела путаницу в глазах заместителя директора.

"Он действительно рассчитывал, что Джек умрёт?" – Рейвен размышляла в своём уме. – "У него есть на это причина?"

– Где он? – Анаинга спросила, как только она пришла в себя, умело скрыв панику, которую она начала чувствовать. – Я хочу найти убийцу моего сына, взглянуть ему в глаза и потребовать ответа!

Мэлд покачал головой: – Это будет трудно; мальчик ещё не вернулся в город, но я понимаю, что он далек от нормального сознания. Всё, что он там испытал, похоже, сломало его.

И облегчение, и разочарование мелькнули в глазах Анаинги. Без сомнения, они противоречили между необходимостью доказать вину Джека и желанием на самом деле выяснить, что случилось с её сыном.

– Император, – внезапно проговорил крепкий человек, спрашивая, может ли он говорить. Он был одним из девяти советников страны, и Анаинга выглядела довольной его желанием высказать свое мнение, но Рейвен знала, что это продлится недолго. Лояльность мужчины изначально была куплена её тётей, но Рейвен недавно "выкупила" её, добавив дополнительный "стимул".

– Император, есть кое-что, что кажется мне немного странным, – сказал человек, когда он получил разрешение говорить. – Мне сообщили, что леди Тэйлон узнала о смерти своего сына из-за определенной... доставки до её дома. Если бы молодой Тануки сошёл с ума по какой-то причине, как бы он смог упаковать такую... посылку?

– Ты! – Анаинга была готова взорваться от ярости при упоминании человеком останков её сына, но едва сумела сдержаться. – Очевидно, у него был помощник! – вместо этого она спорила, хватаясь за соломинку.

Советник покачал головой: – Я не сомневаюсь, что была вовлечена третья сторона – в конце концов, если молодой Тануки не убивал Данлина, кто-то другой должен был. Но отказываться от психически сломанного спутника, убегая самому, вместо того, чтобы прикончить его и спрятать тело? Это не кажется вероятным...

– Я согласен, – сказал другой советник. – Особенно учитывая это письмо с просьбой о помощи и кож... кхэм, посылки; если бы они хотели переложить вину на самого Данлина, не было бы лучше, если бы оба – и Джек, и Данлин исчезли одновременно?

Почти все присутствующие кивнули в согласии и губы Рэйвен дёрнулись. Хотя немногие на её стороне знали всю историю о смерти Данлина и предательстве клана Тэйлон, Рейвен убедилась, что у них есть только правильное количество информации и стимул, чтобы выступить против Анаинги. Женщине будет трудно убедить их во всём.

– Есть также вопрос о документах в комнате общежития мальчика, – ещё раз заговорил солидный советник. – Разве если ты – достаточно опытный убийца, чтобы спокойно предать дружбу и убить своего друга, у тебя не хватит мозгов, чтобы оставить такие разоблачающие материалы, лежащие в их совместной комнате? Не поймите это неправильно, Леди Тэйлон, но я был бы более склонен полагать, что вы пытаетесь подставить Джека, чем поверить в его вину... – затем он тихо рассмеялся и быстро добавил: – Не то, что я говорю, что леди Тэйлон когда-нибудь опустится так низко...

Услышав это, Рэйвен чуть не начала смеяться. Отчасти причина, по которой её тетя смогла купить верность этого человека, была связана с ложными обвинениями, которые Анаинга собиралась предъявить его семье. Ясно, что он точно знал, "как низко Леди Тэйлон" была способна опуститься.

Со смехом в глазах, Рэйвен взглянула на Гадвалла. Помимо удивления о выживании Джека, человек не реагировал никак, чего не ожидалось от заместителя директора Небесной Академии.

"Интересно, как долго он будет оставаться нейтральным?"

Разговоры о выдвижении обвинений становились более интенсивными, поскольку те, кто всё ещё оставались верными Анаинге, начали высказывать свое мнение, но большинство их аргументов были быстро разбиты. В конце концов Император тяжело вздохнул, и все остальные быстро успокоились.

– Я не знаю, что случилось с двумя мальчиками в пустыне, и очевидно, что обе стороны стараются обвинить одна другую. Это очень важный вопрос, и его необходимо тщательно изучить, прежде чем можно будет вынести вердикт, – Император посмотрел на Анаингу с некоторой симпатией. – Если Леди Тэйлон предоставила ложные доказательства, то сейчас самое время это сказать. Я уверен, что это было сделано только в самый разгар момента, под впечатлением от скорби о потерянном сыне.

Когда Мэлд упомянул о необходимости тщательного расследования, Рэйвен услышала пульс Анаинги, подскочивший выше крыши замка. Поскольку не было ни одного здравомыслящего свидетеля смерти её двоюродного брата, вполне вероятно, что любое расследование займёт достаточно много времени, а времени у Анаинги не было. Кроме того, не было никакой гарантии, что результаты помогут ей достичь своей цели. Однако, когда ей представилась возможность выйти чистой, Анаинга по-прежнему быстро решила отклонить его. На самом деле, она, похоже, снова встала на ноги.

Слегка наклонив голову, Анаинга торжественно произнесла: – Действительно, есть вероятность, что документы в комнате моего сына так же фальшивы, как и обвинения Джека против моего мальчика. Прошу прощения за поспешность в своих выводах. Тем не менее, – Анаинга выпрямилась и твёрдо взглянула на Императора: – Я могу заверить вас, что это не было сделано мной. По правде говоря, я внимательно следил за тем, что происходит в Небесной Империи с тех пор, как я взяла на себя обязанности моего брата, и я заметила несколько случаев, когда невинных людей подставляли за преступления, которые они не совершали. Смерть моего сына –это, пожалуй, ещё один случай.

– Что вы имеете в виду, Леди Тэйлон? – один из тайных лояльных Тэйлону советников спросил, мастерски играя свою роль, как запутавшийся чиновник.

"Тьфу, вот почему я ненавижу политиков...", – надулась Рэйвен. Она сама была манипулятивным человеком, но для убийцы её калибра, что было необходимой особенностью, для политических лидеров это была, скорее, ошибка.

Не зная о внутреннем монологе Рэйвен, Анаинга не имела никаких сомнений в ответе на вопрос советника: – Было немало случаев, когда высокопоставленных чиновников обвиняли в преступлениях, которых они не совершали. Как и торговец, обвиняемый в контрабанде руды душ в Земную Империю, только чтобы позже узнать, что он был дома больным всё это время. Есть также маршал, обвиняемый в краже военных планов и продаже их на чёрном рынке, который позже был освобожден, когда поймали его слугу. Кроме того, мы не можем забыть, как наша собственная императрица Нене была подставлена за измену несколько лет назад...

Ещё раз Рэйвен обнаружила, что едва скрывает смех. "Это все обвинения, исходящие от тебя! Я их раскрыла. Думать, что моя тетя попытается использовать их в свою пользу сейчас!" – Рейвен мысленно покачала головой. – "Ну, на самом деле это не так уж и плохо с ее стороны. Однако..." – углы губ Рэйвен показали маленькую улыбку, но её улыбка быстро застыла из-за того, что Анаинга сказала дальше:

– Очевидно, кто-то пытается принести хаос в нашу Империю и сломить нас изнутри! – глаза Анаинги вновь стали влажными. – На самом деле, у меня есть основания полагать, что, возможно, смерть моего бедного брата и его семьи была первым шагом...

Интенсивное жажда крови и намерение убийства вспыхнули в глазах Рэйвен и мгновенно температура во всей комнате упала на несколько градусов. Почти так же быстро, как это произошло, Рейвен удалось подавить её эмоции, и холод рассеялся. Мало кто отрегистрировал на это, как на нечто большее, чем простая дрожь, но не все были одурачены. Горстка из них теперь пристально смотрела на служанку Императрицы с недоверием, но Рэйвен было всё равно.

Она кипела от ярости.

"Как смеет эта сука использовать смерть моей семьи и лгать об этом, ещё раз?!"

Рэйвен не могла позволить этому произойти ещё раз. Не в этот раз...

С прищуренными глазами Гадвалл наблюдал за маленькой девушкой, которая стояла тихо в нескольких шагах от своей хозяйки, Императрицы Нене. Несколько секунд назад Гадувалл мог поклясться, что он почувствовал, как от маленького тела горничной вырвалось пугающая жажда убийства, до такой степени мощную, что даже он сам почувствовал угрозу для своей жизни. Однако, глядя на неё сейчас, Гадвалл ничего не мог сделать, и посчитал, что он ошибся.

"Как такая слабая мелочь может меня встряхнуть?", – он пытался убедить себя. И всё же, когда он присмотрелся к девушке, Гадвалл почувствовал странное чувство фамильярности: – "Я уже видел эту девушку раньше?"

– Что вы подразумеваете под "первым шагом", Леди Тэйлон? Вы хотите сказать, что смерть семьи главы клана Найтингейл не была случайностью? – строгий голос Императора Мэлда привлёк внимание Гадвалла, и он вернулся к сцене перед ним.

– Да, Ваше Величество, – голос Анаинги звучал очень грустно, когда она "вспоминала о прошлом". – До недавнего времени я тоже думала, что мой брат погиб из-за неосторожной ошибки с его стороны, но когда я прошлась по имуществу моего сына, я нашла кое-что, чем он, должно быть, слишком боялся поделиться с кем-либо...

С гневом, всё ещё кипящим внутри неё, Рэйвен наблюдала, как Анаинга вытащила небольшой стеклянный зелёный шар и большую металлическую чашу из её пространственного кольца. Бросив шар в миску, Анаинга поместила их оба на землю и сделал несколько шагов назад. Через несколько секунд шар начал мягко светиться, после чего выстрелил лучом света, проецируя изображения на соседнюю стену.

Первоначально Рэйвен только намеревалась взглянуть на какую-либо глупость, которую якобы записал её двоюродный брат, но, когда она увидела гордые, тёмно-зелёные глаза своего отца, уставившиеся на нее, голова Рэйвен дёрнулась, а его взгляд остановился на проецируемом изображении.

Там, в слишком знакомом главном зале усадьбы Найтингейл, Лорд Малео тепло улыбнулся ей, с любовью обнимая свою жену – мать Рэйвен. Изящная фигура Бесры Найтингейл покилась в объятиях Малео, и она тоже радостно улыбалась Рэйвен. Через несколько секунд молодой мальчик попал в изображение и радостно прыгнул в распростёртые руки пары.

Это был её брат.

Одинокая слеза выскользнула из глаз Рэйвен. Её семья. Сколько времени прошло с тех пор, как она видела их такими? Счастливыми и едиными. Живыми.

На мгновение мир вокруг Рэйвен, казалось, исчез – не было ничего, кроме неё и её семьи, глядящих друг на друга, но вдруг четвёртая фигура вошла в кадр. Рэйвен увидела себя, спешащей к родителям. Она была моложе и одета в тонкие шелка, с её тёмными волосами, едва не подметающими пол, и она счастливо хихикала. Молодая Рэйвен повернулась к ней лицом, словно приглашая старшую Рэйвен подойти поближе.

– Давай, брат! – молодая Рэйвен крикнула: – Давай играть вместе!

Только теперь разум Рэйвен вырвался из оцепенения, в которое она попала, увидев её семью живой. Её не было дома со своей семьей – она только смотрела запись!

Осознание Рэйвен вновь вернуло её в зрительный зал во Дворце Облаков Индиго. Быстрый взгляд на теперь плачущую Анаингу заставил кулаки Рэйвен сжаться в ярости. Память Рэйвен была превосходной; она никогда не общалась со своим кузеном так тепло. Запись памяти была подделана.

Вернув своё внимание на ложную память, кулаки Рэйвена стали ещё белее, и это не заняло много времени, прежде чем красные капли побежали изнутри её кулаков, портя белоснежный фартук. Она могла догадаться, что так будет, но уже не могла отвлечься.

На проецируемом изображении, младшие версии Хацина и Рэйвен с удовольствием выбирали игру вместе с Данлином, и, в конце концов, остановились на прятках. Молодая Рэйвен настаивала на том, что она хочет искать, и Данлин быстро спрятался в большом шкафу, оставив небольшую щёлку между дверями, чтобы он мог видеть её. Он наблюдал, как молодая девочка считала.

– 13, 12, 8, 11, 10, 7... – несколько ошибок, которые "она" совершила в счёте, заставили не только её записанных родителей, но и некоторых советников тихо посмеяться.

Это была идиллическая сцена, но так же, когда молодая Рэйвен, наконец, достигла кипения, мирная атмосфера была мгновенно разрушена. С громким треском, большие двери в комнату разлетелись в щепки, и пять одетых в чёрное людей ворвались в комнату.

То, что последовало, было ничем иным, как кровопролитием.

Пойманный врасплох, Малео сделал всё возможное, чтобы защитить свою семью, но противники, похоже, имели тот же уровень совершенствования, что и он, поэтому в конце концов он ничего не мог сделать, кроме как смотреть, как два его противника бросились мимо него и напали на беззащитную и испуганную маленькую Рэйвен. Меч опустился, но, прежде чем он успел достичь цели, Бесра с громким и отчаянным криком бросилась вперёд, чтобы защитить дочь.

Она умерла мгновенно.

Малео, казалось, сошёл с ума, и ему каким-то образом ему удалось сбить одного из мужчин, с которыми он сражался, с ног, но, прежде чем он смог добраться до своей дочери, маленькую Рэйвен атаковали ещё раз. Ещё раз меч опустился, но снова не достиг цели. На этот раз рядом с Рйвен стоял Хацин, который чудесным образом сумел отклонить падающий меч достаточно, чтобы суметь оттолкнуть свою сестру. "Беги!", – крикнул он, когда мужественно встал между Рэйвен и нападавшими на неё, но ноги молодой девочки не двигались.

Несмотря на то, что Малео отчаянно сражался, чтобы достичь своих детей, результат был неизбежен; что может Хацин, простой Новичок Духа, сделать, чтобы задержать двух Средних Чемпионов? Мальчика пронзили нефритово-зелёным лезвием спустя миллисекунду, а молодую Рэйвен схватили, приставив кинжал к его горлу.

– Прекрати драться, или девушка мертва, – крикнул мужчина, держащий Рэйвен, и мгновенно её отец замер.

В этот момент настоящая Рэйвен закрыла глаза. Каждая мышца в её теле напряглась до своего максимума, прежде чем внезапно полностью расслабилась. Когда Рэйвен вновь открыла глаза, там нельзя было заметить ни единой капли жажды крови, лишь две обсидианово-чёрные дыры.

На самом деле, никаких эмоций на лице Рэйвен не было, так как всё её существо, казалось, развеялась по окрестностям; это было похоже на то, что она была там, но и не была там в то же время.

Она была спокойна. Смертельно спокойна...

Ещё раз дрожь пробрала Гадвалла. На этот раз в комнате не было никакой угнетающей жажды крови, это был скорее вопрос инстинкта. Он оглядел комнату, но не смог найти ничего необычного. Глаза Гадвалла, наконец, остановились на небольшой девушке возле Императрицы и с удивлением обнаружил её чёрные как смоль глаза, безучастно смотрящие на память, проецирующуюся на противоположную стену.

Раньше девушка держала её взгляд опущенным в пол, до такой степени, что он не мог увидеть её глаз, а теперь он мог видеть их, и Гадвалл чувствовал, что он не в силах отвести взгляд. Он никогда раньше не видел таких безжизненных и холодных глаз.

К настоящему времени каждый Найтингейл в проецируемой памяти был убит, и в комнату прибыл шестой человек в чёрном. Несколько советников, которые наблюдали, внезапно вздохнули, когда капюшон соскользнул с головы этого последнего человека, только чтобы показать потрясающе красивое лицо одного из наиболее известных старейшин Небесной Академии, старейшины Уиллоу.

Изображение исчезло, казалось бы, из-за обморока Данлина, и зал окутала полная тишина, только нарушаемая тихими рыданиями Анаинги. Обведя взглядом зал, Гадвалл со злорадством заметил, что потрясение на лицах людей было заметным. Ну, почти у всех; девушка-слуга была такой же холодной и апатичной, как и раньше.

– Ваше Величество, – плакала Анаинга. – Пожалуйста! Хотя Ваше Величество не может поверить в причастность Джека к смерти Данлина, пожалуйста, поверьте в эту запись, оставленную моим сыном! Старейшина Уиллоу приказал убить моего бедного брата! Просто подумайте, как боялся мой сын, посещая ту же академию, что и этот монстр!

Плач Анаигни усилился, когда она рухнула на пол, и Гадваллу пришлось признать, что эта женщина была довольно сообразительной. Напрямую перевешивать ответственность за всё, что её клан сделал, на другие империи, был только резервным планом, если всё остальное потерпит неудачу. И всё же она подготовила его с таким количеством деталей... Даже он был впечатлен её способностью манипулировать сферами памяти.

Глядя на Императора и его жену, Гадвалл, наконец, увидел некоторые сомнения. До сих пор казалось, что у них уже есть мнение о том, что происходит, но теперь они начинают сомневаться. Еще немного, и война будет неизбежна.

– Император, если позволите?, – Гадвалл решил забить последний гвоздь в гроб. – Необходимо провести тщательное расследование подлинности шаров, но для этого потребуется время. Я предлагаю захватить и допросить старейшину Уиллоу сразу. Мне всегда нравился этот человек, и если это действительно так, то я хотел бы думать, что он, вероятно, работает только под чужим командованием.

Несколько советников пробормотали свое согласие, но Император выглядел смущённым. Он продолжал смотреть на свою жену, которая казалась не менее неуверенной в том, что нужно делать. Гадвалл как раз собрался говорить снова, когда холодный и отстранённый голос оборвал его:

– В этом нет необходимости.

Это было простое предложение, без крика, без давления, но сразу же нарастающий шум в зале затих. Все взгляды упали на горничную Императрицы, которая медленно шагнула вперёд.

Только когда девушка встала на расстоянии метра от Анаинга, она отреагировала: – Почему ты вообще говоришь, служанка?! – она закричала и собиралась встать на ноги, когда чёрные глаза девушки уставились на неё. Сразу же Анаинга запнулась, подумала и предпочла оставаться на земле. – Эт-это тебя не касается... – Анаинге удалось выдавить из себя, заикаясь.

– Не касается меня? – девушка скривилась в улыбке, которая внушала больше страх, нежели другие чувства. – Ты извергаешь из своей пасти ложь о смерти моей семьи, и говоришь, что это не касается меня?

– Что за...? – Анаинга начала, но, прежде чем она смогла закончить свою фразу, серебристая вспышка ослепила её. Красивейший меч с вытравленным узором утонул в мраморном полу как в масле, мягкое жужжание от вибрирующего лезвия заполнил зал.

– Узнаёшь это? – спросила девушка, и глаза Анаинги расширились от шока. Её лицо побледнело, будто она увидела призрак. Глаза Гадвалла сузились; это не выглядело хорошо...

Несмотря на её реакцию, Анаинга в отрицании покачала головой, отрицая признавание меча.

– Ты не узнаешь это? Тогда как насчёт этого? – девушка сдёрнула платок, который покрывал её голову. Когда она выпрямилась, Анаинга уже была не единственной, кто смотрел в шоке на эту девушку. Длинные до плеча тёмно-фиолетовые волосы обрамляли фарфоровое личико молодой девушки. Ранее скучающее и независимое, сейчас она порождала поразительное сходство с усопшей Леди Бесра Найтингейл. Только чёрные глаза и бесчувственное выражение лица заставляли казаться немного неуместной.

– Ну? – она подсказала. – Ты узнаёшь лицо дочери твоего "любимого брата"?

Анаинга не могла ответить ни слова. Она смотрела на девушку, как будто увидела привидение, и это было всё, что Гадваллу было необходимо знать. Служанка действительно была Рэйвен Натингейл!

"Подождите, Рэйвен, Найтингейл?", – Гадвалл присмотрелся к девушке. Глаза его расширились от шока: – "Это он! Рэйвен Найт на самом деле Рэйвен Найтингейл! Я знал, что где-то видел это лицо!"

Осознание последующего сделало Гадвалла чрезвычайно расстроенным. С появлением настоящей Рэйвен было очень маловероятно, что план Анаинги сегодня увенчается успехом. Во всяком случае, более вероятно, что всё, что она стремилась сделать до сих пор, будет закончено, лишь только потому, что одна маленькая девочка сбежала. Видя, как такой маленький ребенок выжил, было также очевидно, что ей, должно быть, оказали какую-то помощь. Возможно, они – это те, кто стоит за тем, что его планы разваливаются?

Гадвалл вздохнул. Если бы он не был таким жадным и не пожелал, чтобы Рэйвен Найт стал сильнее, прежде чем он украл совершенствование детей – всё, скорее всего, прошло бы намного легче.

Теперь ему придётся делать вещи немного по-другому, в конце концов.

Разум Рэйвен не наблюдал за одной лишь её тётей, в отличие от глаз: её взгляд не отрывался от своей преступной тёти, но Рэйвен всё ещё воспринимала каждое маленькое движение в зале. Это не было её первоначальным планом: она не собиралась противостоять её тёте в открытую, но у неё не было выбора. Ярость Рэйвен не только не позволила ложным показаниям Анаинги влиять на умы, но ведь "записанное" воспоминание посеяло семя сомнений как в Нене, так и в Мэлде; если она не откроет себя, пара могла фактически начать верить истории её тети.

- У тебя нет для меня слов, тётя? – Рэйвен усмехнулась. – Ты убила всю мою семью, устроила заговор не только против собственной империи, но и против двух других, и даже не жалеешь?

Какое-то время бурлящий и тягучий гнев, медленно просачивался через Рэйвен, угрожая в любую минуту забрать её тело из-под контроля. Она не хотела ничего больше, чем обвинить свою тётю, сорвать с неё кожу и разорвать её на куски. Возможно, желание было только в том, чтобы увидеть отчаяние в глазах Анаинги, когда она поняла, что её гибель была на волосок от того, что держало Рэйвен в здравом уме. Существует также проблема с Гадваллом...

Рэйвен почувствовала рычание, растущее в задней части её горла. "К черту", – подумала она, смотря на бледную и трясущуюся Анаингу. – "Я могла бы убить её сейчас и посмотреть, что Гадвалл скажет об этом!"

– Император Мэлд, – прогремела Рэйвен и бросила нефритовую печать через плечо, не сводя её взгляда с парализованной ужасом Анаинги. – Это доказательство моей личности. Ваше Величество видел доказательства, которые мы с директором собрали. Я требую справедливости для своей семьи здесь и сейчас. Я прошу только не вмешиваться. Я буду нести последствия своих действий сама.

Не дожидаясь, Рейвен вырвала из пола свой меч и прошла последний метр между собой и тётей. Она заметила, что Мэлд пытался двигаться, чтобы помешать ей, но Императрица Нене положила руку на его плечо, одновременно бросая осмысленные взгляды на нынешних дворцовых охранников. Смысл был ясен: "Не вмешивайтесь!"

Обрадованная этим, Рэйвен наклонилась над ухом тёти: – Дорогая тётя, – прошептала она голосом, переплетённым с жаждой крови, настолько тихо, что только Анаинга могла услышать: – Передай привет Данлину. Надеюсь, жар Ада достаточно согреет его, даже без его кожи... – глаза Анаинги расширились в страхе и шоке.

– Ах, да, – добавила Рэйвен. – Вы лучше наслаждайтесь, чёрт вас побери, временем в Аду, пока вы можете, тётя... Это не будет приятным для вас обоих, когда я тоже попаду туда...

Чувствуя, что её контроль спадает, Рэйвен испустила низкое рычание, и одновременно красная и чёрная сущности духа сконденсировались вокруг её меча. Таким быстрым ударом, что даже директор Свон не сумел бы поймать, меч Рэйвен разрезал горло Анаинге. Однако ожидаемый фонтан крови не пролился на пол Императорского дворца.

Рэйвен повернулась и злобно поглядела на белобрысую фигуру, которая висела в воздухе, держа её едва сознательную тетю за шиворот её одежд. Потоки чёрной, полупрозрачной духовной сути кружились вокруг них, пока Гадвалл, глядя на всех, высокомерно, но совсем не аристократично ржал.

– Гадвалл! – взревела Рэйвен, но даже из-за бушующего гнева, она не могла не чувствовать себя немного ошеломлённой. – Он умеет летать!? – сильные спиритуалисты могли прыгать невероятно высоко и, когда ты достигнешь уровня мастера Духа, контролировать духовную сущность, чтобы замедлить своё падение, не полёт? Не получится.

Закончив рассматривать Рэйвен, Гадвалл обратил взор к потолку и указал на него пальцем. На мгновение его палец перестал двигаться, и невероятный шквал кромешной духовной сущности хлынул из него, проделывая дырки в крыше. Глаза Рэйвен расширились, когда она почувствовала присутствие приближающегося Духовного зверя снаружи, и ещё до того, как Гадвалл начал двигаться, Рэйвен оторвалась от земли.

Ниже неё, лицо директора Свона побледнело, но он ничего не мог сделать; Гадвалл уже действовал. Случайным щёлчком запястья Гадвалл выбросил Анаингу через отверстие в крыше и, несмотря на то, что его движение началось после Рэйвен, Анаинга давно исчезла к тому времени, когда Рэйвен достигла его. В это же время, прозрачная мембрана распространилась вокруг Гадвалла, которая даже не вздрогнула, когда Рэйвен врезалась в неё со всей силой, которую она могла собрать.

Как падающая звезда, Рэйвен рухнула на землю, создав небольшой кратер в твёрдом камне.

– Не так быстро, малыш, – Гадвалл усмехнулся. Его голос звучал не как, как раньше. – Боюсь, время вышло.

Напрягая все силы, чтобы встать, Рэйвен взглянула на Гадвалла. Её зрачки стали даже чернее, чем раньше, а из её рычащего рта стекала капля крови. Дикая духовная сущность вздымалась внутри неё, и, когда она сжала пальцы, трещины пошли по мраморной плите, на которую она опиралась.

Рейвен была в бешенстве, что её удалось остановить. "Убить..."

К настоящему времени другие люди в зале, наконец, преодолели свой первоначальный шок и замешательство. Двое охранников в чёрном материализовались, казалось бы, из ниоткуда рядом с Императорской парой. Они распространили свою духовную сущность, как защитный кокон вокруг себя и двоих, которых они защищали; поразительно, что они оба были низкими Мастерами духа. Директор Сноу, в свою очередь, двинулся, чтобы встать перед Рэйвен, в то время как люди, которые прибыли с Анаингой или были иначе лояльны к клану Тэйлона, бросились, чтобы встать в строю под стеной.

Линию зрения Рэйвен заблокировали, и она больше не могла видеть Гадвалла, но ей было всё равно. Она всё ещё чувствовала его – препятствие между Рэйвен и её добычей, парящей всего в нескольких метрах. В любой момент безграничная жажда убийства грозила вырваться из Рейвен. Она даже не знала, что директор Свон пытался поговорить с ней.

"Убить..."

– Что это значит, заместитель директора Гадвалл?!, – потребовал ответа Императора с таким апломбом, на который он только был способен при таких обстоятельствах.

Гадвалл едва взглянул на Императора Мэлда, после чего начал смеяться.

– Заместитель директора Гадвалл!, – Мэлд крикнул ещё раз.

– Ну же, ну же, Император, не нужно так раздражаться из-за меня, – Гадвалл снисходительно улыбнулся правителю средних лет, прежде чем полностью его игнорировать. – Я намеревался быть немного более... дискретным ко всему этому, но выживший ребёночек немного... изменил мои планы, – Гадвалл вздохнул. – Попытки Анаинги устроить мировую войну были... похвальными, но я полагаю, что старая пословица была права: Если хочешь, чтобы что-то было сделано правильно – сделай это сам...

Чёрный дым конденсирующейся духовной сущности вылился из Гадвалла, как вода, мгновенно наполняя воздух под ним. Туманная чёрная духовная сущность поглотила каждого. Даже лояльные Тэйлону люди не были исключением; чёрные пряди дыма нашли свой путь в их тела.

Для всех, у кого уровень совершенствования был ниже Высокого Чемпиона Духа, сопротивление было бесполезным. Независимо от того, что они делали, черная духовная сущность не могла быть остановлена, и как только она входила в тело человека, они немедленно разрушалась, истощая все жизненные силы.

Тем не менее, в то время, как остальные уступили бой, было ясно, что они сражались в проигранном бою. Даже Мастерам Духа в комнате было трудно противостоять вторжению чёрного дыма, хотя это было частично из-за того, что большинство из них были заняты, защищая кого-то рядом с ними.

Во всем этом хаосе никто не заметил, как духовная сущность в зале медленно начала двигаться, словно притягиваясь большой гравитацией...

"Убить..."

В течение нескольких секунд, две трети всех людей в зале были убиты дымом Гадвалла. Чем больше людей гибло, тем больше чёрная духовная сущность перенаправляя свои усилия, оказывая ещё большее давление на немногочисленных выживших. Гадвалл маниакально хохотал при виде горстки выживших.

– Ты не можешь сделать этого, Гадвалл; это против договора! – наконец заговорил директор Свон. Он давно раздавил нефритовый талисман, который должен был предупредить Фенриса, но так как их спаситель ещё не появился, то всё, что он мог сделать – это задержать Гадвалла на время.

Глаза Гадвалла расширились от приятного удивления: – О, так есть кто-то ещё на этом жалком маленьком континенте, кто ещё помнит это! Как забавно! Однако то, что Совет Реальностей не узнает, не расстроит их, верно? Когда вы все умрёте, кто докажет, что на вас напал не один из других народов? – Гадвалл самодовольно улыбнулся. – Леди Тэйлон будет такой храброй, отомстив за вас всех!

"Убить..."

Крошечные трещины начали распространяться по мраморной плите, образуя паутину на полу.

На лбу Свона выступили капли пота; ему было всё труднее защитить себя и Рэйвен позади него:

– Не будь смешным, Гадвалл! Другие Империи не смогут убить нас вот так – никто в это не поверит!

– Даже с одним из них? – маленький, но очень красивый, экзотический жёлтый цветок появился в руках Гадвалла.

Свон был не единственным, кто был очень удивлён.

– Лотос Смерти Феникса! – выдохнула Императрица, без сомнения, вспоминая отчёт, который она читала о смерти своей подруги детства и её семьи. Гнев вдруг заслонил тревогу, она в гневе уставилась на Гадвалла. – Это был ты, не так ли? Ты, ублю...

Слова Императрицы Нене был внезапно прерван тем, что можно было описать только как взрыв тишины; Нене не говорила, Гадвалл не смеялся, и напряжённое дыхание всё ещё борющихся спиритуалистов стихло. С бледными лицами все повернулись, чтобы посмотреть на присевшую фигуру позади директора Свона, ещё держащего защитный купол из духовной сущности. Они не могли объяснить, почему, но, глядя на этого маленького человека, они – те, кто просто борется за свою жизнь – впервые по-настоящему испугались. Даже Гадвалл не мог понять, но инстинктивно замолк.

– Убить... – фигура медленно подняла голову.

– Рэй... – Свон начал говорить, но в этот момент глаза Рэйвен вспыхнули, открыв всем присутствующим просто инфернальную черноту бездны. Плотная духовная сущность и жажда крови вырвались из её тела, образовав закрученный шар красно-чёрного тумана вокруг неё.

С рыком, который быстро превратился в рёв, Рейвен бросилась вперёд. Испугавшись, Свон попытался было остановить её, но, когда он только коснулся красного тумана вокруг Рэйвен, его зрение помутнело, и он оказался в море крови и отчаяния. Сцена длилась всего долю секунды, прежде чем Свон смог использовать свою духовную сущность, чтобы сломать иллюзию и стабилизировать свой разум, но этого времени хватило Рэйвен с лихвой.

Она ринулась мимо Свона и, как ни странно, не было никаких признаков того, что чёрный смертельный дым блокирует красный туман вокруг неё. На самом деле, выглядело скорее так, как будто они сливаются в одну, быстро растущую сферу вокруг Рэйвен.

Со вспышкой, Рэйвен появилась прямо под Гадваллом и оттолкнулась от земли с такой бешеной силой, что большие трещины появились в мраморном полу.

Всё, что было на уме Рейвен это "Разорвать этого человека на части! Убить!"

Ошеломлённый, Гадвалл наблюдал, как соплячка Найтингейл заревела, бросилась вперёд с ужасающей скоростью, а через долю секунды появилась прямо перед ним и ударила его в руку. Чёрно-красная сфера с жаждой крови и духовной сущностью обернулась вокруг её руки, формируя смертоносное копье, направленное прямо к сердцу Гадвалла.

Гадвалл до сих пор не оправился от первого потрясения, преобразования Рэйвен и внезапного контроля над его духовной сущностью, и ему не удалось поставить правильную оборону. Он только почувствовал, как он, телом и душой, внезапно погрузился в боль и смерть; красная духовная сущность напала на его разум, в то время как чёрная, которая изначально была его собственной, напала на его плоть.

В своем разуме Гадвалл оказался в глубочайшей пучине Ада, где бесчисленные души кричали на него, цеплялись за него и хлопая в ладоши, отчаянно желая, чтобы он присоединился к ним в земле мучительной смерти. Гадвалл мог лишь кричать в предсмертной агонии.

Из-за строения Тривианцев, их души были относительно слабы по сравнению с их совершенствованием, поэтому фатальная слабость для Гадвалла и любого другого Тривианца обычно была в их психической защите. Поэтому, не обращая внимания на физическую атаку на его тело, Гадвалл сосредоточил всю его духовную сущность на противодействие Оде Горя Рэйвен, но когда он, наконец, сумел нанести контрудар, его серая призма души уже покрылась трещинами.

Наконец, приведя его разум в относительный порядок, и поставив твёрдый ментальный блок, Гадвалл оценил состояние его тела. Было ясно, что он принял уже несколько ударов от маленького отродья, пока он был занят психическим нападением, но даже с тем, что она использовала духовную сущность, которую Гадвалл развернул ранее, сила атаки Рейвен достигла лишь среднего уровня. Он не знал, как ребёнок сумел взять под свой контроль его духовную сущность, но даже этого было достаточно лишь, чтобы оставить на нём поверхностные раны, ничего слишком серьёзного. То, что Гадвалла действительно волновало – это то, что случилось с его призмой души. Это помешает ему на десятилетия вперёд!

– Как ты смеешь причинять мне вред?! – взвыл Гадвалл и протянул руку, чтобы схватить шею нападавшего, но, к его удивлению, всё, что он сумел схватить - это воздух. – Почему ты..."

Гадвалл повторил попытку схватить ребёнка Найтингейл несколько раз, но каждый раз он был лишь рядом. При всём том, что жажда убийства окружала его и его уже поврежденную призму души, Гадвалл нашёл слишком трудным отслеживать движения Рэйвен, так как он (или она?) мгновенно перемещался из одного места в другое. В то же время, независимо от того, сколько раз его ударили, ущерб был минимальным. На самом деле, вполне вероятно, что этот сопляк вредит себе больше, чем ему.

– Чёртова муха! – Гадвалл, наконец, потерял терпение. Сначала он хотел поймать Рэйвен и немного помучить её, но теперь ему стало всё равно. Быстро Гадвалл провёл атаку в три стороны сразу, вызвав мощный всплеск духовной сущности. Шторм энергии вышел из него во всех направлениях, как неистовые кони; даже Высокий Мастер Духа не сумел бы выжить после того, как эта атака лишь коснётся его.

– Сдохни! – кричал он в восторге. Он ожидал мгновенной и полной смерти каждого человека в комнате.

Но кровопролитие не наступило. Вместо этого разбушевавшаяся духовная сущность Гадвалла поредела и в конце концов рассыпалась в прах, прежде чем она попала хотя бы в одну цель. Гадвалл нахмурился.

– Уж кого не ожидал... Плюньте мне в лицо, если это не молодой Лорд Вуту... очень рад встретить тебя здесь, – чёткий голос раздался над Гадваллом, заставляя его посмотреть вверх. Сразу же он содрогнулся и дрожь побежала по его позвоночнику.

Парящий среди зияющей дыры в крыше, с всё ещё борющимся Рэйвеном, которого тот просто держал под мышкой, молодой человек в простой светло-зелёной одежде. Мужчина выглядел молодо и обычно, но Гадвалл знал, что ни одно из этих слов не могло использоваться для описания человека.

– Фенрис, Легенда Духа... – Гадвалл ответил с коротким кивком, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. – Что... что ты здесь делаешь?

Фенрис улыбнулся холодной и озорной улыбкой: – Я могу спросить у тебя то же самое. Если бы я не знал тебя лучше, я бы подумал, что молодой лорд вмешивается в низшую реальность.

– Я не посмел бы, – смиренно ответил Гадвалл, но тайно глумился. "Этот Фенрис может быть сильным, но с моей поддержкой, что он может сделать?"

– Правда? – Фенрис кивнул в согласии. – Я всегда знал, что у тебя нет хребта для таких вещей.

– Ты... – Гадвалл собирался наброситься после такого оскорбления, но он едва сдержался.

– Что? – Фенрис удивлённо посмотрел на Гадвалла. – Ты что-то сказал?

Сжав зубы, Гадвалл молчал. Заметив его молчание, улыбка Фенриса расширилась. Казалось, что он собирался что-то сказать, когда дико трепещущая девушка (всё-таки девушка!) на его руках схватила Фенриса за руку и вцепилась в неё зубами! Видя это, Гадвалл на мгновение стал очень довольным; не было никакого способа, чтобы Фенрис стал терпеть такое поведение. Смерть этой суки должна быть быстрой, но, на удивление Гадвалла, Фенрис только негромко хмыкнул.

– Ах, извини меня, молодой лорд, я хотел бы поговорить с тобой немного дольше, но сначала мне нужно успокоить её.

Фенрис схватил Рэйвен за шкирку, легко стащил её со своей руки и повернул ребёнка, чтобы тот встретился с ним глазами. В тот момент, когда это произошло, в его глазах мелькнул тёмно-синий блеск.

– Рэйвен?

Сквозь дым гнева и ненависти Рэйвен услышала, как кто-то назвал её имя. Голос был очень успокаивающим, и он легко нашёл путь к её душе, призывая успокоиться. Однако Рэйвен не хотела успокаиваться. Она была слишком зла и вокруг было слишком много людей, которые должны быть убиты!

– Рэйвен, либо ты сделаешь это самостоятельно, либо я заставлю тебя, – предупредил голос. – Сейчас это состояние тебе не поможет.

– Контроль? – Рэйвен нахмурилась.

Вдруг её осенило, что она не была действительно уверена, кого она хотела убить буквально пару секунд назад. Воспоминания о том, что произошло в зале, скользнули назад к ней, и Рэйвен поняла, что где-то на этом пути её эмоции стали сильнее неё. Она отбросила причину в дальний угол и вела себя иррационально. Она потеряла контроль. Рэйвен, мастер-убийца, позволила её эмоциям стать сильнее неё!

Вдруг Рэйвен снова почувствовала себя очень злой, но на этот раз гнев её был направлен на себя. Её самой большой гордостью был её спокойный ум. Но сейчас...

Подавляя ярость, которую она чувствовала из-за предательства своей тети и действий Гадвалла, Рейвен не могла не почувствовать, что внутри неё было больше эмоций, чем она могла логически объяснить.

"Так чувствуют себя беременные женщины?" – задумалась она, когда успокоила дыхание и успокоила свой разум. Через некоторое время она нахмурилась. Когда эмоции осели, Рэйвен сразу почувствовала, что вместе с внешними эмоциями в её венах течёт много инородной духовной сущности.

Не редкость, что внутри тела течёт чужая духовная сущность. Такое случалось каждый раз, когда у человека не получалось заблокировать чужую атаку, или во время исцеления, но это было по-другому. Обычно в этих ситуациях сужая духовная сущность имеет владельца, который контролирует её, поэтому единственным способом справиться с этим было бы выбить клин клином и вынудить его. В этой духовной сущности, с другой стороны, почти не чувствовалось владельца, и Рейвен обнаружила, что она может в какой-то степени контролировать её движение, хотя этот скудный контроль ускользнул, когда она успокоилась.

Когда её эмоции утихли, последние нити инородной духовной сущности покинули её. Рэйвен почувствовала себя смущённой из-за изменений в её теле, но также она знала, что сейчас не время заниматься этим.

У нее были другие, более важные дела.

– Вы прибыли, старший Фенрис, – сказала Рэйвен с неглубокой улыбкой, полностью игнорируя тот факт, что Фенрис держал её за воротник её одежды так же, как кошка-мать держала бы своих детёнышей за их загривок. – Это заняло больше времени, чем я ожидала.

– Когда ожидается такое интересное шоу – зачем спешить?

Рэйвен презрительно засмеялась внутри, но ничего из этого не было видно на её лице. "Я начинаю соглашаться с братом о его личности..."

Она взглянула на комнату внизу. Казалось, что Фенрис не потрудился заморозить кого-либо на этот раз, потому что все, кроме Гадвалла и Свона, смотрели на них с потрясенными лицами, не осмеливаясь двигаться. Рэйвен проигнорировала их всех, лишь присматриваясь, не мерцают ли в глазах Гадвалла холодные блики.

– У старшего Фенриса теперь есть доказательства, которые ему нужны? – спросила она, не отводя взгляда от белоголового человека, парящего под ней. Она видела, как последний сузил глаза после её слов.

– Я как раз добирался до этого, когда ты решила сделать попытку откусить мне руку. Или даже пожевать...

"Ах", – подумала Рэйвен, взглянув на рукава Фенриса, которые сияли той же чистотой и белизной, как и раньше. – "Это объясняет, почему даже мои зубы болят."

Даже сквозь свой изумлённый гнев, Рэйвен знала, что она старалась поразить Гадвалла каждой каплей силы, что она могла собрать. К сожалению, разница в уровне совершенствования между двумя была слишком велика; если вы ударите горную стену со всеми силами, что у вас есть – гора или ваша рука получат наибольший ущерб? В настоящее время Рейвен болела и истекала кровью от нескольких серьёзных травм, как внешних, так и внутренних.

Однако это была ещё одна вещь, которую она игнорировала в данный момент.

– Тогда я оставлю это вам, старший, – сказала Рэйвен и опустил голову, что выглядело очень комично, учитывая, как Фенрис держал её.

Фенрис только улыбнулся и обратил своё внимание на Гадвалла, но в своей голове Рэйвен услышала игривый голос Фенриса, напоминающий ей: "Ты должна мне одну услугу, младшая Рэйвен...". У неё внезапно возникло чёткое ощущение, что эта услуга придёт, чтобы дать ей много головных болей в будущем.

– Ты знаешь эту засранку? – спросил Гадвалл. Его вопрос о Рэйвен снова пробудил в нём интерес.

– Не совсем так, – ответил Фенрис небрежно и просто отбросил Рэйвен в сторону, позволив директору Свону поймать её травмированное тело. – Но я считаю, что это немного не тот момент, чтобы спрашивать об этом. Ты не согласен?

Из рук Свона, Рэйвен заметила, как мышцы Гадвалла напряжены, что выдавало его отчаяние и гнев, но в конце концов он сдержался, выбрав другой путь.

– Я не сделал ничего плохого, Легенда Духа Фенрис, – сказал он. – Она напала на меня сначала, поэтому мои действия были лишь самообороной.

Фенрис недоуменно поднял брови.

– О, так, значит – изменение событий реальности, вмешательство в их дела, и спасение от законной казни – это самозащита в твоих глазах? Интересно. Это значит, что воон та женщина до этого была на самом деле тобой?

Глаза и Гадвалл, и Рэйвен задёргались в ответ на слова Фенриса, но по очень разным причинам.

"Хорошее шоу, да?", – горько размышляла Рэйвен. – "Чертов старый лис – только то, что было согласовано! Он мог, по крайней мере, препятствовать бегству Анаинги..."

– Интересно, – повторил Фенрис, когда Гадвалл не ответил. – Если бы я более внимательно изучил этот вопрос, нашёл бы я где-нибудь следы духовной сущности Тривианца? Совет был бы очень заинтересован в моих выводах, я уверен.

– Ты не посмеешь! – закричал Гадвалл, наконец, потеряв возможность подавить свой гнев. – Ты можешь быть сильным, но одно слово от меня и моей семьи...

– Что, устроишь неприятности для меня? Да, я хорошо знаю, как семья Вуту справляется с врагами, – улыбнулся Фенрис. – Но ты должен быть жив, чтобы произнести хоть слово, разве нет?

Тёмно-синяя духовная сущность вышла из тела Фенриса, окружая его, как внушающий благоговение ореол. Внизу, на полу, с гнетущей силой этой духовной сущности было довольно трудно справиться, но, судя по его бледному лицу, то же самое чувствовал и Гадвалл. Одного только давления духовной сущности было достаточно, чтобы заставить его, который был намного сильнее, чем все мастера небесной Империи, опуститься на несколько футов. На самом деле, Гадвалл, казалось, прилагает все свои силы, чтобы держать себя в воздухе.

– Кроме того, даже твоя семья не переживёт полного гнева Совета.

Рейвен внимательно наблюдала за двумя мужчинами, обращая мало внимания на исцеляющую духовную сущность, которую в неё вливал директор школы Свон. Было ясно, что, хотя Гадвалл был совершенно разъярён, он, тем не менее, боялся.

– Итак, что ты скажешь: я убью тебя сейчас и разберусь с последствиями, или ты покинешь эту реальность мирным путём и забудешь, что здесь произошло? – голодный блеск сверкнул в глазах Фенриса, когда он смотрел на Гадвалла, как будто надеясь, что последний выберет первый вариант.

Лицо Гадвалла практически почернело. Очевидно, ему не понравился ни один из предложенных вариантов. Его глаза осмотрели пол под ним, и, наконец, остановились на Рэйвен. На его губах появилась злобная ухмылка. Гадвалл ещё раз посмотрел на Фенриса.

– Хорошо, – плюнул он. – Я уйду. Этот мир, на самом деле не имеет вообще ничего путного. Однако, – Гадвалл добавил и указал на Рэйвен. – Тот факт, что эта соплячка напала на меня, остаётся фактом. Я хочу воздать правосудие перед уходом.

Всё произошло так быстро, что даже Рэйвен не успела ничего понять. Вот Гадвалл и Фенрис парили в воздухе, разговаривая. а в следующий момент – Фенрис стоит прямо перед Рэйвен, его зелёные одежды тихо трепещут, а между большим и указательным пальцами его протянутой вверх руки покоится серо-чёрный клинок, судя по направлению – направленный прямо на её шею. Все были заняты, уставившись в шоке, когда, словно запоздалая мысль, огромная волна давления взорвалась внутри зала, мгновенно разбив каждое окно в комнате и даже сбив Мастера Духа с ног.

– Почему ты мешаешь мне? – закричал Гадвалл, багровея от гнева. – Это моё право – убить это отродье – она ранила меня!"

Фенрис засмеялся.

– Ранила твою гордость, ты имеешь в виду? Или ты серьёзно подразумеваешь, что простой средний Чемпион Духа действительно смог причинить тебе боль, мудрец? Такие сочные сплетни поползут по двору; молодой лорд и наследник уважаемой семьи Вуту пострадал от Чемпиона Духа нижней реальности!

Рэйвен задушила смех, наблюдая, как лицо Гадвалла превратилось из чёрного в красное, в белое, а затем снова в чёрное.

– Естественно, нет! – он яростно протестовал. – Но она всё равно напала на меня – этого преступления достаточно. Уйди!

Рэйвен не видела лица Фенриса, но она чувствовала, как его тело застыло. "Старый Лис теряет терпение?", – она удивилась, чувствуя любопытство.

– Ты испытываешь желание убить её, я испытываю желание защищать её, – Фенрис ответил прямо. – Исчезни.

Не замечая перемены Фенриса, Гадвалл прямо-таки взревел: – Почему ты не даёшь мне пройти? Это всего лишь один маленький сопляк!

– Я сказал, катись колбаской! – на этот раз сильная духовная сущность сопровождала голос Фенриса, заставляя Гадвалла отлететь назад, как воздушный змей.

Глядя на плачевное состояние Гадвалла, когда он поднялся на ноги, Рэйвен не могла ничего поделать, но холодно улыбнулась. Если возможно, она хотела бы, чтобы Гадвалл умер, здесь и сейчас, но она знала, что этого не должно было произойти. Она была слишком слаба, чтобы сделать это сама, и Фенрис ясно дал ей понять, что у него нет намерений убивать его за неё. Однако, видеть, что этот человек с треском побеждён – это, несомненно, было вторым лучшим, что могло случиться.

"Но он не сбежит от меня навсегда", – подумала она, когда в её глазах вспыхнула тёмная жажда крови.

Гадвалл гневно зыркнул на белого ушастого человека перед ним. Он не мог поверить в свою неудачу прямо сейчас; мало того, что его тщательно продуманный план, который он создавал и воплощал семь лет, были выкорчеван вместе с корнями Фенрисом, этот проклятый человек даже не позволил ему выпустить свой гнев!

"Почему он вообще пришел сюда?", – Гадвалл причитал про себя; он был так близко! Или не был?

Думая об этом... многие вещи в последнее время шли из рук вон, и в то время, как такой человек, как Фенрис, появился по случаю, чтобы создать проблемы для Гадвалла, но он не был таким, чтобы участвовать в политике.

Встретив холодный взгляд Фенриса, Гадвалл понял, что он проиграл. Если он скоро не уйдет, Фенрис может перестать сдерживать свой нрав. Но уйти, не зная, почему он потерпел неудачу? Не получится!

Возвращаясь на ноги медленнее, чем необходимо, Гадвалл хорошо осмотрел всех здесь присутствующих. "Тот, кто стоит за этим, должен быть здесь", – думал он, и, когда его взгляд упал на этого переодетого бывшего студента, Гадвалл приостановился.

"Она назвала его старшим, поэтому они должны были знать друг друга раньше. Может быть...?", – Гадвалл покачал головой. Было более вероятно, что Фенрис был впечатлён её совершенствованием и просто разговаривал с ней случайным образом в какой-то момент. Как могла Рэйвен Найтингейл, девятилетний ребёнок, сделать что-нибудь против него вообще, за исключением того, что она странным образом выжила всё это время? Но... Неважно, насколько нелогичным это было. Казалось, что кишки Гадвалла сказали ему иначе. Его глаза немного сузились.

– Очень хорошо, – сказал Гадвалл, отряхнув мантию и потянувшись всем телом. – Я уйду отсюда.

Он направился было к выходу, но остановился: – Я просто хотел бы знать следующее: кто является тем самым вдохновителем, который блокировал каждый ход клана Тэйлон за последние пару лет?

В зале повисла тишина. Гадвалл и не ожидал, что кто-нибудь выскажется – зачем? Нет, Гадвалл использовали глаза, а не уши, чтобы получить ответ. Практически каждый дал друг другу смущённые взгляды – даже Фенрис смотрел на окружающих с интересом, не задерживаясь слишком долго на каком-то конкретном человеке – но не все хорошо притворялись своим невежеством. Император и императрица смотрели на всех, кроме директора Академии, который, в свою очередь, изначально посмотрел на своего ученика только для того, чтобы быстро отвести глаза и никогда больше не смотреть на него.

Гнев Гадвалла достиг новых высот. Он был остановлен только одной девятилетней девчонкой?!

– Ты! – взвыл он и ткнул пальцем в маленькую девочку. – Я не знаю, как ты это сделала, тварь, но ты заплатишь за это! – Гадвалл уже собрался было броситься вперёд, чтобы размазать эту соплячку ровным слоем по полу, но затем он вспомнил, кто стоял на его пути.

Гадвалл зарычал в разочаровании и ярости. Потом он начал смеяться: – Ха-ха, прячься за своим опекуном, сколько хочешь, малявка, но он не будет здесь вечно! – из него вырвалась почти осязаемая жажда убийства. Гадвалл уставился на Рэйвен, желая напугать ребёнка до смерти здесь и сейчас. – Однажды я приду за твоей жалкой жизнью, маленький сопляк, запомни мои слова!

Он ожидал увидеть её дрожащей от страха, но, к его удивлению, она просто стояла там, глядя на него холодными, красными глазами.

– Нет необходимости, – спокойно сказала она. – Я сама приду за тобой.

Гадвалл вздрогнул, становясь ещё злее от того, что вздрогнул. Почему он боялся этой девочки? Кровавые образы, наполненные отчаянием и страданиями, мелькали в воспоминаниях Гадвалла, возвращая его в ту землю смерти, в которую его погрузила психическая атака Рэйвен. Он почувствовал холодный пот, образующийся на спине, его призма души немного дрожала, но быстро страх превратился в ещё больший гнев.

– Очень хорошо, мерзавка! Я буду тебя ждать, если у тебя хватит мужества. Но, так как ты так любишь смерть, я думаю, что я дам тебе небольшой прощальный подарок! Наконец, ты действительно будешь единственным гением в Небесной Академии!

Гадвалл злобно улыбнулся, и, прежде чем даже Фенрис сумел остановить его, Гадвалл использовал специальный Божественный навык, чтобы вытащить спящую духовную сущность, которую он оставил в некоторых учениках в школе. Мгновенно духовная сущность сгорела без следа. В этих людях было немного его духовной сущности, так что это было, словно укус небольшого насекомого. Пока.

Смеясь, Гадвалл вытащил черный камень изнутри его пространственного кольца и раздавил его у него под ногами. Бесформенный черный дым разошёлся, быстро окутав его.

– Пока! – он рассмеялся, когда дым исчез, забрав его с собой.

Рэйвен уставилась на то место, где Гадвалл только что стоял всего несколько секунд, прежде чем исвезнуть.

– Талисман телепортации, – объяснил Фенрис, когда заметил её изумление. – Это билет в один конец в заранее оговоренное место.

– Значит, он покинул континент? – она спросила.

– Да.

– Ты знаешь, о каком "даре" он говорил?

Фенрис пожал плечами и вздохнул. Она ему не поверила и почему-то почувствовала себя очень неловко.

Рэйвен огляделась на полу-изумленную, полу-испуганную толпу людей вокруг неё и как раз собиралась спросить Фенриса, сможет ли он что-то сделать с их воспоминаниями, когда в её голове раздался взволнованный голос.

"Сестра!", – Хацин прямо-таки кричал. – "Что-то не так с Джавелином!"

Рэйвен застыла, когда напутственные слова Гадвалла эхом отдались в её голове: "Наконец, ты действительно будешь единственным гением в Небесной Академии!"

Ещё до того, как она закончила вспоминать об этом, Рейвен побежала. Бежала она так быстро, как только ноги могли её нести.

"Этого не может быть...", – упорно твердила она себе. – "Я проверяла его каждый день, в нём не было чёрной духовной сущности!"

Рэйвен продолжала бежать.

"Этого не может быть...", – повторяла она, но её интуиция подсказывала ей обратное...

Рэйвен точно не помнила, как она туда попала, но десять минут спустя она ворвалась в комнату в общежитии. Там, рухнув на пол между своих двух кроватей, без сознания лежал Джавелин.

– Джавелин! – позвала она, бросившись вперёд.

Хацин, который использовал свои когти, чтобы держать плечи Джавелина, отлетел с её пути, и Рэйвен присела рядом с бессознательным мальчиком. Джавелин выглядел мирным; если бы не увядающая духовная сущность, Рэйвен бы подумала, что он просто спит. Осторожно она послала самую тонкую прядку духовной сущности, которую она только смогла собрать, в его тело.

Рэйвен с помощью своей духовной сущности искала, что было не так, но в ту секунду, когда она достигла желудка мальчика, Рейвен почувствовала, что контроль над её духовной сущностью ускользает. Вместо этого какая-то непонятная сила начала высасывать духовную сущность из неё, как чёрная дыра.

Пораженная, Рэйвен обрубила связь с духовной сущностью в теле Джавелина.

– Что? – Рэйвен растерялась, но в ту же секунду осознание вспыхнуло в её глазах. Она уже чувствовала это раньше.

Пять лет назад, когда она нашла подозрительный цветок в экзотическом букете, который был подарен её семье Анаингой, Рейвен использовала свою духовную сущность, чтобы исследовать букет. Ощущение, которое она получила тогда, было точно таким же, как то, что она чувствовала только что.

Рэйвен нахмурилась и взглянула на Хацина:

"Если это – работа Лотоса Смерти Феникса, то почему брат в порядке?'

– Это было в таблетке.

Повернув голову, Рэйвен увидела, как Фенрис прислонился к дверной раме. Его глаза были намного серьёзнее, чем обычно.

– Что?

– Лотос Смерти Феникса. Ты с этим уже сталкивалась с этим, верно? – Фенрис говорил спокойно. –Его можно измельчить в порошок и превратить в таблетку. При попадании в организм порошок без вреда растворяется и даже оказывает некоторое дополняющее действие на духовную сущность.

– Тогда почему? – Рэйвен чувствовала, что её голова начала кружиться.

– Существует Божественное умение, позволяющее слить духовную сущность с медицинскими таблетками. При активации ингредиенты сжигаются.

Глаза Рэйвен расширились. "Сжигаются?", – пробормотала она. Когда она подняла глаза на Джавелина, её разум опустел. Она хорошо знала, что означает сожжённый Лотос Смерти Феникса.

"Значит, он умирает?", – панический голос Хацина раздался в голове Рэйвен.

– Да, – ответил Фенрис вслух. – У него слишком мало духовных связей.

"Но ты ведь можешь спасти его, да?" – настаивал Хацин. – "Как и меня, одним из твоих колец!"

– Эти кольца не могут ему помочь. Связь должна быть на месте, прежде чем он потеряет контроль над своей духовной сущностью.

"Но...", – Хоацин продолжал спорить с Фенрисом, но Рейвен больше не слушала. Глядя на молодого человека перед ней, Рейвен почувствовала, что ее сердце разбито.

"Он так молод...", – подумала она, протягивая руку, чтобы смахнуть золотой волос с красивого лица Джавелина. Она наклонилась ближе и вдруг солёная капля упала на её вытянутую руку.

"Что?", – растерянная Рэйвен коснулась собственной щеки. – "Я плачу?"

"Проклятие! Ублюдок, должно быть что-то, что ты можешь сделать!", – громкий крик заставил Рэйвен поднять голову. Всё ещё слегка ошеломлённая, она посмотрела на Фенриса, ожидая, что тот сосредоточится на Хацине, но вместо этого он пристально смотрел на неё.

– Ты хочешь спасти его?, – медленно спросил он.

– Да, – голос Рэйвен звучал слабым даже для неё самой.

– Почему?

Вопрос застал её врасплох. Рэйвен не знала, что ответить.

– Я... – начала она, но Хацин не стал ждать, пока она соберёт свои мысли: "Потому что они друзья, конечно!", – прокричал он, оборвав её.

На минуту воцарилось молчание, прежде чем Фенрис снова заговорил: – Это так, она-человек? –спросил он, внимательно глядя на неё.

Рэйвен смогла только кивнуть.

Глаза Фенриса немного сузились, но на данный момент никто не сумел заметить это.

– Есть один способ, – сказал он, в конце концов. – Но это связано с огромным риском.

"Какой риск?", – Хацин насторожился.

– Ну, обычно есть только один из миллиона шансов, что это сработает.

"Обычно?"

– Ну, в этих условиях шансы значительно выше... Возможно, пятьдесят на пятьдесят, – Фенрис небрежно улыбнулся.

"А если это не сработает?", – Хацин явно взял на себя переговоры.

– Умрут оба.

Хацин ахнул от шока, но Рэйвен только нахмурилась и посмотрела на Джавелина.

"Смерть?", – задумалась она. – "Он – мой друг, но..."

Рейвен не боялась смерти – она долго, почти никогда не боялась – но просто так умереть ради кого-то другого?

Нет. Особенно не с братом, нуждающимся в поддержке, и с тёткой, так нуждающейся в смерти...

Она вздохнула и покачала головой.

– Прости меня, Джав...

– Ты не сделаешь этого?

Фенрис вопрос привлек ее внимание к нему, и она заметила, что его взгляд должен был оставить ее даже один раз, так как он вошел в комнату.

- Даже когда он отдал свою жизнь, чтобы спасти твою?

Рэйвен моргнула.

"О чем вы говорите?", – Хацин смущенно переспросил. – "Джавелин сейчас жив – как он мог умереть, чтобы спасти мою сестру?"

– Подумай об этом, молодая Рэйвен. Это было примерно за четыре года до того, как ты... прошла дальше...

Рэйвен не понимала, но через пару секунд она поняла, о чём говорит Фенрис. Дрожь пробежала по её телу.

– Эрик, – прошептала она, не решаясь в это поверить. Её руки судорожно сжали одежду Джавелина, но её взгляд был сосредоточен на Фенрисе; она отчаянно нуждалась в подтверждении, но боялась получить его в то же время...

Фенрис пожал плечами:

– Откуда мне знать, как его зовут? Но этот мальчик тронул тебя душой, и я уже сказал тебе, что это значит.

Воистину, так и было. Слова, которые говорил Фенрис... все эти годы назад, повторились в её разуме: "Послушай, она-человек... встретить кого-то, кто тронул тебя душой, возможно очень редко. Такой шанс появляется, только когда кто-то-кто очень заботится о тебе – и умирает, пытаясь защитить тебя..."

Как из прорвавшейся плотины, сотни воспоминаний затопили Рэйвен. Первая встреча с этим интровертом, человеком, который заботился только о своих исследованиях; его реакция, когда он случайно увидел её, как она купалась в горячем источнике; её реакция на его неуклюжие ухаживания; его быстро остывающее тело на её руках, кровоточащее так сильно, что снег вокруг окрасился в красный цвет...

Рэйвен посмотрела на Джавелина, её руки дрожали. Сейчас, как и тогда, она чувствовала, как его тело быстро остывает; у него осталось не так много времени...

"Я должна спасти его...", – она подумала, но, то ли специально, то ли по ошибке, но это услышал и Хацин.

"Сестра?"

Снова подняв голову, Рэйвен увидела карие глаза брата, которые смотрели на неё с бесконечным беспокойством.

"Большой брат, прости, но я должна..."

– Отлично! – сказал Фенрис, прежде чем брат и сестра могли сказать что-нибудь ещё. Большими шагами Фенрис, наконец, вошёл в комнату полностью и сел, скрестив ноги, напротив Рэйвен. Сильная, но необычайно нежная духовная сущность потекла из его рук, окутывая Джавелина синим коконом.

– Я могу поддерживать жизненную силу этого мальчика в течение семи дней, питая Лотос Смерти Феникса внутри него своей духовной сущностью. Я предлагаю тебе использовать это время, чтобы привести свои дела в порядок, молодая Рэйвен; если есть какие-либо сожаления в твоей душе, то шансы на успех резко сократятся.

В этот момент Рэйвен почувствовала огромную благодарность. Если бы она умерла прямо сейчас, осталось бы слишком много ниточек: её тетя всё ещё была на свободе; в её брата не осталось бы никого, кто бы за ним присматривал. Неделя даст ей время, чтобы это изменить.

– Я поняла, – с кивком сказала Рэйвен и встала на ноги. – Я разберусь сначала с Анаингой. Брат, ты должен остаться здесь, пока я...

"Я иду с тобой", – оборвал её Хацин.

– Брат...

"Я не останусь позади этого, сестра; это и моя месть"

Рейвен не хотела соглашаться, но, видя решимость в глазах брата, у неё не было выбора, кроме как сдаться.

– Хорошо, – сказала она со вздохом, прежде чем обратить свое внимание на Фенриса. – Нам нужно что-нибудь подготовить для Джавелина?

Фенрис покачал головой, загадочно улыбаясь: – У тебя есть всё, что ему нужно, – заметив, что Рэйвен собиралась спросить что-то ещё, он быстро добавил. – Вопросы позже, молодая Рэйвен. Тем не менее, ты уже решила, не так ли?

Рэйвен на мгновение сосредоточилась на Фенрисе. Потом она взглянула на Джавелина.

– Пойдём, брат, – сказала она и ушла, не оглядываясь.

Хацин немного замешкался, в его глазах уже не было той решительности, как раньше, но на следующем вдохе он поспешил из комнаты.

Неожиданно он обнаружил, что Рейвен не ушла по коридору, как он думал. Вместо этого она стояла прямо за дверью, глядя вдаль. Глядя на её маленькую фигуру, на то, как сгорбилась её спина, Хацин не мог не выразить беспокойство, которое он испытывал к ней.

"Сестра?", – вопросительно произнёс он. Его голос заставил её слегка вздрогнуть. – "На что ты смотришь?"

Рэйвен поглядела на него через плечо, неискренне улыбнувшись:

– Ничего, но похоже, что Джавелин не единственный продвинутый студент, пострадавший от Лотоса Смерти Феникса, – она указала на открытую дверь не слишком далеко впереди – безумные вопли можно было услышать изнутри. Похоже, Старейшина пытался разбудить студента. – Ну и чёрт с ними, мне нужно найти директора, прежде чем мы сможем найти Анаингу.

Хацин последовал за Рэйвен, когда она проигнорировала открытую комнату в общежитии и начала выходить из здания. Долгое время ни один из них не говорил ни слова, но, в конце концов, Хацин не мог больше молчать.

"Кто такой Эрик?", – он спросил свою сестру, наполовину ожидая, что она набросится на него за вторжение в её личную жизнь. Ей никогда не нравилось говорить о своей прошлой жизни.

К его удивлению, Рейвен только взглянула на него ненадолго, прежде чем продолжить своё путешествие. Сначала Хацин думал, что она решила проигнорировать его вопрос, но, опять же, всё пошло не так, как ожидал Хацин.

– Ты умный мальчик, Хацин, – сказала она после минуты молчания. – Я знаю, что ты - уже очень давно - понял, что я лгала, когда сказала, что не могу вспомнить свою прошлую жизнь... – Хацин был так удивлен комментарием Рэйвен, что перестал хлопать крыльями, чуть не упав на землю. Рэйвен продолжала двигаться вперёд, игнорируя его реакцию.

– На самом деле, есть несколько вещей, которые я не помню о своей прошлой жизни, только... эти воспоминания – не те, которыми нужно делиться с кем-то...

Много вопросов появилось в голове Хацина, но он молчал. Он боялся, что, если он спросит Рэйвен хоть о чём-то ещё, она перестанет говорить.

– Судя по всему, это была суровая и кровавая жизнь, но я бы солгала, если бы сказала, что мне это не понравилось; я была хорошо обучена именно для этого, – злобная улыбка прокралась на лицо Рэйвен. – За пять лет до смерти меня отправили на арктический полюс – место постоянной зимы и снега. Эрик был моим клиентом... – Рэйвен остановилась. – В некотором смысле.

После этого Рэйвен замолчала.

В следующий раз, когда она заговорила, они уже сидели на птице-транспортёре, направляясь в Императорский дворец. Хацин сидел у неё на плече.

– Я не так сильно сожалею о своей прошлой жизни, за исключением того, что, возможно, я слишком легко выполняла приказы... Эрик...

Он был очень честным человеком, даже до наивности. Мы... – голос Рейвен затих, и она покачала головой. – У меня нет никаких заблуждений; Эрик и я никогда не смогли бы выжить вместе. Конец его жизни был правильным, но...

Рэйвен снова замолчала. И больше она не говорила. Впереди синие камни Дворца Облаков Индиго положили конец их нынешнему путешествию.

Глубоко в горных лесах префектуры Рок Рэн, Анаинга стояла у наспех сколоченного стола, покрытого картами и документами. Также за столом стояли шесть грубоватых мужчин. Они были так же пронизаны шрамами, как стол был закрыт бумагами; было сомнительно, что даже из них шести можно было бы сложить хоть одно безупречное тело.

– Наши шпионы при дворе подтверждают: никто из людей, которые, по словам Леди Тэйлон, присутствовали в зале аудитории три дня назад, не выжили, – один из чуть менее травмированных мужчин произнёс.

– Хорошо, хорошо, – одобрительно кивнула Анаинга, не отрываясь от документов перед ней. –Тогда мы можем продолжать план. Через два дня Подик и Цико устроят засаду в гарнизоне Небесной Империи на границе. Фальк, Кайт и Хамеркоп, вы отправитесь на западную сторону Небесного Города... Питтас... твоя группа самая большая, так что ты будешь занимать восточную сторону, по своему усмотрению. Не забудьте про форму. Свободны.

Шестеро мужчин посмотрели друг на друга, казалось, не зная, что делать дальше.

– Почему вы ещё стоите здесь? Я сказала, что вы свободны!

Мужчины нерешительно топтались на месте. "Эмм... Ну...", – начал один, но Анаинга оборвала его: "Да что?!", – закричала она, явно нетерпеливая.

– Люди поговаривают, – человек по имени Питтас, наконец, набрался смелости говорить, нервно возясь со своим топором. – Они... ну... говорят, эти в горных лесах – призраки.

Анаинга фыркнула, явно пренебрегая сказками.

– Это правда, Леди Тэйлон, – сказал Подик. – Говорят о призраке, что появляется по ночам и заманивает мужчин своей песней...

– Песней?

– Да! – остальные энергично закивали в поддержку Подика.

– На самом деле, некоторые из моих патрулей пропали без вести вчера вечером, – добавил Питтас. – Возможно, нам стоит изменить своё местоположение немного раньше?

Анаинга начала смеяться, и как только шесть человек присоединились к её смеху, Анаинга хлопнул руку по импровизированному столу так сильно, что тот развалился. – Идиоты! Как могут полностью взрослые мужчины, такие как вы, изрыгать чепуху о духах и привидениях?! Если ваши люди пропадают – то они либо слишком глупы, чтобы найти путь назад, либо кто-то убивает их! Если это первое, то скатертью дорога! Если последнее – перестаньте стоять здесь и найдите виновного!

– Но...

– Никаких "но"! Если они достаточно телесны, чтобы убивать, то они достаточно телесны, чтобы быть убитыми! Почему бы вам не провести ночь, выслеживая человека или людей, ответственных за это, а не рассказывать истории о призраках?

– Да, леди Тэйлон! – шестеро мужчин сказали в унисон и быстро ушли.

Анаинга вздохнула от разочарования и прислонилась к тому, что осталось от стола. Она подняла голову, глядя, как бледно-белая луна висит высоко в небе.

– Истории о привидениях, ха! – она фыркнула, но, глубоко внутри, Анаинга почувствовала беспокойство. Она ничего не слышала от Гадвалла с тех пор, как покинула столицу, и, когда она слушала своих шпионов, что-то почувствовала.

– Не волнуйся, – сказала она себе. – Ещё немного, и этот мир будет моим!

Холодный ветер пронёсся мимо нее, и Анаинга непроизвольно вздрогнула. – Всё будет хорошо, – настаивала она, но, даже когда она произнесла эти слова, далёкий крик привлёк внимание Анаинги. Она развернулась в направлении голоса, но он был слишком далёк для нее, чтобы быть полностью уверенным в его происхождении.

Тишина.

Анаинга напрягла уши.

Нет, не тишина. Где-то, далеко, было что-то... сладкий голос... меланхолично пел едва слышно:

"О, господин мой, где же ты скитаешься?

Стой и слушай; скоро ты с любовью повстречаешься..."

*******

Примечание переводчика: Для тех, кто забыл – это первые строки Сумеречной колыбельной.

О, господин мой, где же ты скитаешься?

Стой и слушай; скоро ты с любовью повстречаешься,

Что может петь и низко, и высоко

И больше не нужно, любимый, далеко

Бежать по дороге, что к любви ведёт,

Знает каждый мудрец и каждый сын поймёт…

Что есть любовь на самом деле?

Услышать счастья громкий смех,

Когда и в будущем ты не уверен.

И об обмане только слышал.

Что существует в этом мире

Такой тебе доселе не знакомый грех.

И ты придёшь ко мне, обнимешь, поцелуешь,

Так нежно и любя, красивый, молодой

И я пойму, что без тебя не выдержу мгновенья

Так сложно молодому сердцу в руках себя держать…