Я – жена второго главного героя-яндере

Пролог

Роман, который я читала, назывался "Святая Эстелла".

Она была святой, что уже делало ее особенной, но кроме этого девушка была еще и невероятно красива.

Все красавцы, упомянутые в романе, были очарованы ею. Среди них был и Люциан Кардиен, рыцарь номер один в империи.

Люциан - второй главный герой, он нравился мне намного больше, чем принц.

Ха! Почему человек, который режет людей на куски, на поле боя, так

нервничает, при встречи со святой? Ты тупой чистосердечный ублюдок!

(принц)

Святая нравилась ему с детства.

Но он не мог выразить ей свои чувства, так как родился с красными глазами.

С древних времен красные глаза называли проклятием дьявола.

Независимо от того, как много хорошего он совершил, люди все еще считали его демоном. Из-за этого Люциан избегал святой.

Такому как он, запрещено восхищаться святой, ведь он очернит ее святость.

Парень смирился со своим желанием приближаться к ней и откинул его куда-то далеко.

Мне было так трудно читать подобные строки.

Это ведь так несправедливо! Разве он виноват, что родился с красными глазами?! Да и кто вообще обращает на это внимание!?

Но

даже так, вся его сдержанность в этом вопросе, как будто бы испарилась

как только он узнал, что наследный принц влюблен в святую.

Отчаянно желание, которое он подавлял долгие годы вырвалось наружу.

-Я люблю тебя!

Но как бы отчаянно он ни сознавался,

- Пожалуйста, Эстелла!

Сколько бы он ни плакал и ни обнимал ее, святая не приняла его любви.

В ее сердце уже был другой мужчина.

Люциан был охвачен глубокой печалью и сильной ревностью.

В этот момент, ему открылась сила настоящего дьявола.

Он действительно был проклят. Все его тело почернело, а он сам более не мог подавлять своих желания.

Реки крови разливались везде, где ступала его нога, он убивал все, кто когда-либо причинял ему боль.

Среди всех этих многочисленных жертв была и его невеста Перния, которая частенько издевалась нал ним.

Ее последними словами перед сменой были:

- Ты и вправду дьявол. Пожалуйста умри.

* * *

Меня охватил легкий ужас. Я посмотрела на человека передо мной, в моей голове то и дело возникали строки романа.

Мужчина пил чай и смотрел куда-то вниз. Такой красивый и нежный, что прозвище " Бог войны " отбрасывалось на второй план.

Но я знала... Красивый парень, представший моему взору - это бомба замедленного действия!

Эх,

как бы я хотела разорвать помолвку, как же жаль, что это было

невозможно. Эту помолвку устроил сам император, как раз тот человек, чье

действо я не смогла бы оспорить.

* * *

Люциан только недавно вернулся с войны и сегодня состоялась наша первая встреча.

Но никто из нас не испытывал радости от этой встречи. Волнения тоже никто не испытывал, была только неловкость.

Я чувствовала себя весьма странно. Из моей головы никак не уходила мысль о замедленной бомбе сидящей передо мной.

Черт, мне не следует так думать, я должна быть осторожна со своими

мыслями и действиями, чтобы не дай бог не спровоцировать его. Просто

неспеша попивать свой чай, этого должно быть достаточно. "

Я взглянула на Люциана.

У меня было лишь желание узнать о его настроении, но сама не поняв как, мой взгляд надолго остановился на партнере.

Белая кожа без шрамов и мелких царапен на губах. Прямой нос и изящный подбородок. Длинные ресницы, а под ними ярко алые глаза.

Его красота была явно не от мира сего.

" Чертов писатель! Как можно было сделать из такой красоты злодея! "

Я немного вскрикнула и снова посмотрела на него.

- Тебе не больно?

Мой взор был направлен на маленький шрам, вдоль его шеи.

Люциан смущенно прикрыл шею.

- Нечего страшного, не обращай внимания.

У Люциана была особая способность которую он скрывал, все его раны быстро заживали несмотря на уровень повреждения.

Именно из-за этого, его кожа осталась такой нежной, без видимых шрамов, даже несмотря на то, что он участвовал в затяжной войне.

- Независимо от того, насколько вы способны, такую рану нельзя оставлять без внимания.

Я быстро схватила сумку и вытащила из нее медицинскую повязку. Ее мне дала моя служанка Энн, сказав, что это может пригодиться.

“Спасибо тебе.

Высоко оценив готовность Энн, я подошла к Люциану.

- Даже небольшие раны нужно лечить должным образом. Если туда попадет инфекция, то могут быть осложнения.

Я обмотала повязкой его шею, и тут до меня кое-что дошло...

Том 1 Глава 1.1

«Святая Эстелль» – это название новеллы, которую я читала.

Если бы она была обычной святой или просто обладала какими-то святыми силами, то этого было бы вполне достаточно. Однако, главная героиня обладала невероятно сильным обаянием. Все лучшие мужчины, упомянутые в новелле, были увлечены Эстелль. Среди них был и Люциан Кардьен, рыцарь Империи номер один.

Мне больше симпатизировал Люциан, исполняющий роль второго главного мужского персонажа, чем наследный принц, который был первым главным мужским персонажем.

Вздох.

«Человек, который разрывает людей на поле боя на кусочки, но при этом трепещет при виде святой? Каков ублюдок!».

Люциан любил Эстелль с самого детства, но не мог заставить себя признаться ей, потому что он родился с красными глазами. С древних времен красные глаза считали проклятьем дьявола. Именно из-за этого многие люди шептались, что он получил силу дьявола несмотря на то, что он был самым молодым из посвященных в рыцари и отлично проявил себя на поле боя.

Поэтому Люциан избегал святую.

Из-за проклятия он считал огромным грехом даже просто восхищаться ею. И он подавил желание приближаться к Эстелль.

Мне было так тяжело за этим наблюдать, что едва могла это вынести. Но, после того как святая стала возлюбленной наследного принца, сердце Люциана, что было подобно железной стене, разрушилось, как замок из песка. Желание, которое было отчаянно подавлено – вырвалось наружу.

Но отчаяние ничего не изменило.

Как бы он ни обнимал её со слезами на глазах, святая не приняла его чувства, ведь в сердце девушки уже был другой мужчина. Люциана охватила глубокая печаль и сильная ревность.

В этот момент, как ни странно, перед ним предстала настоящая сила дьявола. Он действительно был проклят. Затем Люциана поглотила тьма и больше он не сдерживал своих желаний. Он убивал тех, кто мешал ему. Тех, кто причинял ему боль. И тех, кто просто надоедал ему. Среди этих людей была и его невеста, Перния, которая всегда презирала его.

Это были последние слова Пернии. Он уничтожил её, не оставив даже следа существования невесты.

Я взглянула на мужчину передо мной, вспоминая смерть Пернии, о которой читала в новелле. У человека, попивавшего чай с опущенными ресницами, было нежное лицо, которое заставляло забыть прозвище «бог войны».

Но я знала. Он был бомбой замедленного действия с запечатанным внутри дьяволом.

Я хочу разорвать эту помолвку прямо сейчас, но это невозможно, ведь сам Император устроил её. Это и есть причина моего приезда сюда. Сегодня была первая встреча Пернии и Люциана, который вернулся после долгой войны. Но в нашей первой встрече не было и грамма радости. Волнения тоже не было, лишь большая неловкость.

Я не осмелилась ничего сказать этой бомбе замедленного действия. Следует быть крайне осторожной в своих действиях на случай, если скажу что-нибудь, что спровоцирует его. Даже попивая чай, я старалась не издавать ни единого звука.

Я взглянула на Люциана. Пытаясь почувствовать его настроение, я потерялась в красоте мужчины, сама того не осознавая. Безупречная белая кожа без намёка на шрамы. У него были красивые губы, прямой нос и острый подбородок. Длинные ресницы обрамляли пылающие красные глаза. Короче говоря, он не от мира сего.

Эй, автор. Твои навыки письма и рядом не стоят с персонажами!

Внимательно наблюдая за Люцианом, я тихонько вскрикнула.

— Вы ранены!

Мои глаза были прикованы к небольшой ране на его шее. Люциан прикрыл шею с озадаченным выражением лица.

— Ничего страшного. Не обращайте внимания.

На самом деле у Лорда Люциана был секрет. Он обладал силой, позволяющей полностью исцелить раны на нём. Благодаря этой способности его кожа была без шрамов, учитывая, что он долго участвовал в войне.

Независимо от своих способностей, нельзя оставлять рану без лечения.

Я достала из сумочки бинт. Энн, горничная, положила его, потому что он мог пригодиться. Отличная работа, Энн!

Похвалив дальновидность служанки, я быстро подошла к мужчине.

— Даже небольшую рану необходимо обработать должным образом. Представьте, как будет неприятно подхватить инфекцию?

— Ах…

Я обвернула бинт вокруг его шеи и убедилась, что повязка хорошо легла. Вздох. Слишком близко.

Мы находимся слишком близко для мужчины и женщины, которые совсем недавно ощущали себя неловко. Его глаза подрагивали, волнуясь, не перешли ли мы границы, однако он решил заговорить.

— Леди Перния немного отличается от слухов.

— И что же обо мне говорят?

— …Я слышал, что леди довольно прямолинейна.

Ты, наверное, слышал, что юная дочь маркиза имеет отвратительный характер. Но ты не обязан мне это говорить. Ведь это правда. Если бы здесь была настоящая Перния, а не я, то она бы смотрела на него всё время с нескрываемым презрением.

Но не сейчас! Теперь я пацифист, добропорядочная гражданка, которой жаль проклятого второго главного героя.

Я придала лицу самое безобидное выражение, которое только могла изобразить.

— Слухи – это просто провокационные истории, созданные людьми, которые любят сплетничать. Я же отличаюсь от тех слухов, что до вас доходили, верно?

Я теперь другая. На все 360 градусов и дальше больше. Примерно на 1440 градусов.

Он прищурил глаза, словно услышал что-то забавное.

— Верно.

Не смейся так. Это вредно для моего сердечка.

Его улыбающееся лицо отличалось от вымученной улыбки, что выдавила из себя я.

Моё сердце колотилось без моего на то разрешения. В любом случае, я чувствую облегчение. Чувствую, что он открылся мне немного больше, чем ранее.

Мне показалось, что я увидела эти слова рядом с ним.

Том 1 Глава 1.2

Беседа с Люцианом протекала гораздо комфортнее, чем в начале встречи. Но разговор, в любом случае, не был интересным. Это была чрезвычайно банальная светская беседа, в которой обсуждали вкусы чая или наши любимые десерты.

Атмосфера была относительно непринужденной, так что я решила перейти к делу. Сделав глоток чая, я открыла рот.

— Вам известно, что церемония помолвки пройдет в моём доме через две недели?

— …Конечно.

Прошло уже целых два года с тех пор, как мы были помолвлены, но у нас даже не было церемонии, потому что Люциан всё это время находился на поле боя. Как только пришла весть о победе и окончании войны, мой отец быстро назначил дату церемонии помолвки.

Она пройдет через две недели.

— Мой отец очень тщательно готовится к церемонии. Это будет первый официальный банкет Лорда Кардьена после его победы.

Люциан, как формально, так и в жизни, был самым знаменитым рыцарем в нашей Империи, даже если проклят дьяволом. Это будет церемония помолвки, где он – главный герой, поэтому для людей естественно обратить на это своё внимание. Мой взбудораженный отец потратил все свои деньги, чтобы украсить банкетный зал, а также пригласил всех важных людей в Империи.

— Все высокопоставленные аристократы Империи приедут на нашу церемонию… включая святую.

Глаза Люциана дрогнули на последнем слове.

Место вежливой улыбки заняло настолько несчастное выражение лица, что оно разбивало сердце. Извини, я вижу все чувства, которые столь ярко написаны на твоём лице.

Несмотря на всё отчаяние, Эстелль не знала. Люциан тщательно скрывал перед ней своё сердце и, боясь, что его чувства будут раскрыты, избегал её. Трус.

Мне не нравится этот взгляд. Из-за того, что Люциан скрывал свои истинные чувства, в конце концов он бы очернён. Если бы ты хоть немного раскрыл своё сердце, то, возможно, не впал бы так глубоко во тьму.

Так что я решила дать ему шанс.

— Поскольку святая будет присутствовать, я хотела бы попросить танец благословления.

Глаза Люциана расширились.

Танец благословения – это буквально танец рука об руку со святым. Поскольку это не похоже на использование полноценной силы святого для исцеления ран, Эстелль с радостью танцевала с главными героями банкета. На церемонии помолвки, с невестой и женихом.

Именно к этому я и стремилась.

— Сэр Кардьен, вы же не против?

До сих пор Люциан намеренно избегал контактов с Эстелль. Но при таких обстоятельствах ему придется с ней столкнуться. Не только встретиться, но и установить зрительный контакт, взяться за руки и быть достаточно близко, чтобы ощутить температуру тел друг друга. Разве это не привело бы к другому развитию сюжета, отличному от оригинала?

Эстелль сможет заметить чувства Люциана, которые он тщательно скрывал. Если у них всё получится, это может стать возможностью для развития их отношений. Даже если это не сработает, я смогу набрать много очков у Люциана. Какой блестящий план!

Я выжидающе посмотрела на мужчину, пытавшегося скрыть дико бьющееся сердце.

Клюнь! Клюнь на наживку!

Люциан выглядел смущенным неожиданным предложением. Через какое-то время он сказал:

— Моя леди, это будет затруднительно.

Том 1 Глава 2

Ах. Он слишком близко.

Расстояние между нами было слишком маленьким для мужчины и женщины, которые чувствовали себя неловко друг с другом

*Я зашла слишком далеко, а ведь это наша первая встреча! Что он обо мне подумает? *

В моей голове накрутилось уже много вариантов его действий с не лучшей концовкой, но тут он заговорил:

- Леди Перния немного отличается от слухов.

- Каких слухов?

-Я слышал, что вы ...

- Я уверена, что вы слышали, что я-мерзкая дочь Маркиза.

Ты не обязан мне ничего говорить. Потому что на самом деле так оно и было.

Если бы здесь была настоящая Перния, а не я, то она смотрела бы на него с презрением на протяжении всей этой встречи.

Но не сейчас!

Миротворец, добропорядочный гражданин, который не думает ничего плохого

о второй мужской роли, которому суждено быть очерненным!

- Слухи,

- это всего лишь провокационная история, придуманная шумными людьми.

Все что сейчас происходит это ведь совершенно не похоже на то, что

говориться в слухах, верно? - Сказала я с самым безобидным выражением

лица.

Он прищурился и осторожно наклонился, как будто услышал что-то смешное.

- Понимаю.

Не смейся так мило. Это вредно для моего сердечка.

Улыбающаяся

мордочка, которую он, только что показал мне, находилась на другом

уровне, чем его застывшее улыбающееся лицо, которое он показывал до

этого.

Не осознавая этого, мое сердце начало колотиться. Но Я все равно почувствовала облегчение.

Сейчас он определенно был более открыт для меня, чем раньше.

Такие мысли посетили меня, пока я была рядом с ним.

* *

Разговор с Люцианом проходил гораздо комфортнее, чем при начале нашей первой встречи.

Мы не говорили ни о чем серьезном.

Это был просто очень тривиальный разговор, например, о вкусе чая в кафе или о том, какие десерты слаще.

Теперь, когда атмосфера немного разрядилась, для меня настало время завести разговор о главном.

Сделав глоток чая я открыла рот.

- Ты ведь знаешь, что через две недели состоится моя церемония помолвки?"

- Конечно.

Мы с ним были помолвлены еще два года назад, но церемония помолвки еще не состоялась. Так как Люциан был занят на поле боя.

Когда пришло сообщение о победе, отец быстро назначил дату церемонии помолвки.

- Мой отец готовил церемонию помолвки всем сердцем. Так же это ведь первый официальный банкет Лорда Кардиена после его победы.

Дaже несмотря на клеймо дьявола, Люциан все равно был знаменитым рыцарем этой империи.

Так же, поскольку это церемония помолвки второго главного героя, было естественно, что она привлечет внимание многих людей.

Мой

отец, который был так взволнован, использовал все свои деньги, чтобы

украсить банкетный зал и пригласить всех самых выдающихся людей в

империи.

-На свадьбу придут все высокопоставленные аристократы империи.... и святая тоже.

Глаза Люциана затряслись при слове "святая".

Там, где вежливая улыбка рассыпалась, как песчинки, осталось только печальное лицо, от которого у меня заныло сердце.

- Эй, я могу понять, что ты чувствуешь.

В отличии от меня Эстелла не могла этого понять, хотя его чувства были очень страстными.

Поэтому, вскоре Люциан тщательно спрятал свои чувства где-то глубоко в своем сердце.

Он боялся, что все вокруг могут узнать его секрет и осквернить девушку в которую влюблён дьявол, поэтому избегал Эстеллу.

Вся эта сцена мне совершенно не нравилась.

Сейчас ты подавляешь свои чувства к ней, а потом не выдержишь и освободишь темную силу.

Если бы он мог выразил свои чувства, то, возможно, он бы не сошёл с сума от любви к этой девушке.

Я собирался дать ему шанс.

-Как только святая прибудет, я попрошу вас исполнить танец благословения.

Глаза Люциана расширились.

Танец благословения обозначал, что он будет танцевать со святой рука об руку.

Эстелла с удовольствием потанцует с главным героем банкета, потому что она не использует целительную силу полноценного святого.

Святая должна танцевать с каждым из женихов на их церемонии помолвки.

Это мне как раз и было нужно.

- Лорд Кардиен, с вами все в порядке?

До сих пор Люциан намеренно избегал контактов с Эстеллой.

Но таким образом он столкнется с ней. И этого столкновения не избежать!

Они смогут поговорить и возможно, в конечном итоге даже смогут быть вместе.

Немного подумав смущенный Люциан открыл рот.

- Увы, но это будет проблематично.

Том 1 Глава 2.2

— Это был утомительный день.

Я вернулась в особняк с усталым видом. Как только я зашла внутрь, мой отец поприветствовал меня сияющим выражением лица.

— А вот и ты, Перния. Познакомились с Лордом Кадьеном? Должно быть, было неловко встречаться с кем-то впервые. Отлично знаю это чувство. Я тоже был таким в первую встречу с твоей мамой. Это было так неловко, что у меня пересохло во рту и мне пришлось пять раз заказывать чай. Когда твоя мама увидела это, она спросила, не болен ли я случаем, хахаха. Мне казалось, она разорвет нашу помолвку, если бы я болел.

Мой отец, Маркиз Лайлак, на редкость разговорчивый человек.

Я оборвала речь отца, потому что у меня не было желания его слушать.

— Да, я рада тебя видеть.

Мой отец, замолчав, приподнял брови. Затем он предпринял еще одну атаку*.

(*П/П: в данном случае атака – это задавать вопросы, чтобы узнать, как всё прошло).

— Был ли Лорд Кардьен здоров? Каким бы храбрым не был рыцарь, он был на поле боя очень долго.

— Он в порядке.

И снова я преуспела в защите от атаки.

Отец посмотрел на меня обиженными глазами, ибо я заблокировала его атаки уже дважды. Если он будет и дальше так на меня смотреть, то на моём ухе появится синяк от непрекращающейся болтовни.

— Ох…

На этот раз я защитилась в момент, когда он только собрался что-то сказать.

— Я устала, так что пойду в комнату.

В тот момент, когда я проходила мимо, отец надулся, потому что не сказал то, что ему хотелось.

— Не забывай, Перния. Ты должна пленить Лорда Кардьена, чтобы семья Лайлак могла жить.

Это забавно, серьезно. Маркиз Лайлак – теперь просто имя. Прошло много времени с тех пор, как начал рушиться наш бизнес. А Люциан, напротив, был героем Империи, чьё будущее наполнено благосклонностью императора.

Итак, Перния была помолвлена с человеком, которого так ненавидела. Проблема заключалась в том, что даже после помолвки Перния не скрывала презрение к Люциану. И это всегда беспокоило отца. Он беспокоился, что Люциан может расстроится из-за его высокомерной дочери и разорвать помолвку.

Отец, тебе не нужно больше об этом беспокоиться. Потому что я первая разорву эту помолвку.

Когда мы немного сблизимся, я расскажу ему об отмене помолвки сразу, как только появится подобная возможность.

Неважно, как сильно я ему симпатизирую, у меня никогда не было сильного желания выходить замуж за мужчину, который отчаянно любит другую женщину.

Он не хотел быть с той, на которой его заставляют жениться. Поэтому необходимо развить отношения между ним и святой.

— Энн.

— Да!

Горничная вбежала в комнату. Благодаря жестокости Пернии, движения Энн были быстрыми, как у обученного убийцы.

— Принеси мне бумагу и ручку.

— Да!

Нет, слишком заостряю внимание на том, что я его невеста. Я снова начала писать письмо.

Я попросила Энн немедленно доставить письмо.

Как говорится, куй железо, пока горячо.

Том 1 Глава 2.3

Территория, которую Люциан завоевал на войне, находилась далеко на севере. Поэтому он сказал, что остановится в особняке, предоставленным Императором, пока он остается в столице. Я решила выбрать этот особняк местом для уроков танцев.

По прибытии, я широко раскрыла глаза. Это был огромный особняк с ухоженным садом, отделанным тончайшим мрамором.

Меня снова поразило то, как Император благоволил ему.

«Здесь нечего бояться».

Спустившись с холмика, я подошла к зеркальной двери. Перед моим взором появилась Маркиза. Это была красивая девушка. Хоть её приподнятые глаза были немного свирепыми, Перния была красавицей с сине-фиолетовыми волосами и зелёными глазами.

Но её образ исчез, как только открылась дверь.

— Добро пожаловать, леди Перния.

— …

Ух, я чуть не выругалась. Потому что Люциан был прекрасен.

Я, разумеется, думала, что меня встретит дворецкий, так что не была готова морально. Его внезапное появление стало для меня большим ударом.

«Что с внешним видом?»

Люциан выглядел не так, каким я запомнила его при последней встрече. В прошлый раз его волосы были плотно зачесаны, а костюм был без единой складочки. Это было слишком идеально. Так что его красота была чуть менее осязаемой. То было всё равно, что увидеть знаменитую картину или статую, выставленную в музее.

Но теперь… Серебристые волосы, растрепанные по бледному лицу. Белая рубашка с парочкой расстегнутых пуговиц.

Это было слишком для меня, слабой ко второму главному герою, но ещё более слабой к красоте.

Увидев у меня необычное выражение лица, Люциан произнес со смущением:

— На самом деле я не привык носить облегающие костюмы. Но если вам неудобно, я оденусь как следует.

— Нет. Я просто боюсь, что у меня пойдет кровь из носа.

— ………а?

— Вы сейчас отлично выглядите.

Я прошла мимо него с широко открытыми глазами. Он уставился на меня и улыбнулся, опустив брови.

«Какой грешный человек».

В доме было не так много слуг, что не соответствовало его огромным размерам. Это меня отпугнуло. Банкетный зал был таким пустым.

В громадном зале были только мы вдвоем.

Для начала я решила узнать, с чем мне придётся работать.

— Вы совсем не умеете танцевать?

— Я могу пригласить на танец.

В ответ лицо Люциана слегка покраснело.

Было очень жаль, что он не умеет танцевать как следует. Нужно его утешить, чтобы он не убежал под предлогом стыда.

— Будет не так уж и много светских танцев. Обычный вальс. Он совсем не сложен, если только вы не хотите быть королем танцев, который разогреет публику. Вы сможете освоить его за несколько дней.

— Хорошо.

Я стаяла перед ним, кивая головой.

— Вперёд, первый шаг – это встать лицом к лицу.

Я была выше среднего роста (к тому же, я ношу туфли на каблуке), но даже так мне пришлось максимально поднимать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

А он выше, чем кажется со стороны. Мысленно восхищаясь, я продолжила.

— А теперь смотрите мне в глаза.

— …

Вау, какие красные глаза. Они похожи на рубины. Почему некоторые говорят, что он проклят дьяволом, хотя так прекрасен? Нет, он и правда позже будет проклят, но сейчас это не так, правда же?

Красные глаза не очернённого Люциана были красивы, как драгоценные камни.

Через некоторое время он с беспокойством опустил глаза.

— Леди Перния, вам обязательно так пристально на меня смотреть? Мне очень неловко.

— Ах…

От его низкого голоса хочется закатить глаза*. Но вскоре я вернула на него свой взгляд.

(*П/П: вообще, тут имеется ввиду, что её заводит его голос…).

— Но основа танца – это зрительный контакт. Так что я ничего не могу поделать. Держитесь.

Его глаза расширились после моих слов. Моргнув, он кивнул с покорным видом.

— … Я понимаю.

Мне казалось, что он сказал это из-за того, что его обидел мой пристальный взгляд. Но это было не так.

Видя слегка покрасневшее лицо Люциана, я поняла, что он был застенчив. Но это так мило, что я мысленно взвизгнула.

Том 1 Глава 3

"Ты идиот, только не говори мне, что ты хочешь упустить эту возможность!?"

Я хотела промолчать, но из-за сильного разочарования вырвалось:

-Ты отказываешься?

понимаю, что он никогда не сможет высказать свои истинные мысли "На

самом деле, я люблю ее", но я просто хотела услышать насколько

убедительны будут его оправдания.

Но то, что последовало за этим, полностью

отличалось от того, что я ожидала.

- Я не очень хорош в танцах.

- О чем ты говоришь?

Я посмотрел на Люциана широко открытыми глазами.

Слегка опустив глаза, он закусил губы.

Мне показалось, что его глаза немного покраснели.

- Точнее... я вообще не умею танцевать»

Этого я совсем не ожидала, в оригинале такого не было.

Не могу поверить, что такой красивый мужчина, как принц, что вышел из сказки, не умел танцевать.

Но если задуматься, в этом есть смысл.

Люциан - сирота, и он живет на поле битвы с 12 лет.

Он не мог позволить себе научиться танцевать, потому что ему все время нужно было держать в руках меч.

Более того, с тех пор, как вступил на поле боя, он редко посещал банкеты.

По мере того, как мое молчание становилось все длиннее, лицо Люциана становилось все хуже и хуже.

Танцы были обязательными знаниями для знати.

Когда он сказал, что не может даже танцевать должным образом, он, должно быть, подумал о

том, насколько жалким выглядел в глазах благородной леди.

В конце концов он произнес с тяжелым голосом:

- Мне очень жаль, леди Перния.

Меня смутило внезапное падение той дружеской атмосферы, которая была между нами всего пару минут назад.

чувствую, что его благосклонность, которая поднялась на 0,01 процента,

после того, как я перевязала его шею, стремительно упала.

- Нет

нет нет! Не извиняйся. Конечно, есть вещи, в которых люди хороши, и

вещи, в которых люди плохи. Лорд Кардиен, ты ведь хорошо танцуешь со

своими врагами на поле битвы в танце

смерти, не так ли? ..... Даже если ты не умеешь танцевать по залу ...

Нет, не это.

Это не звучало, как утешение, все, что я говорила было больше похоже на издевательство.

Я постаралась быстро повернуть этот разговор в нужное русло ...

- Как насчет того, чтобы я научила танцевать?

-Да...?

Ну, тебе в любом случае прийдется танцевать со мной на помолвке, а так

тебе не прийдется искать учителя танцев, ведь я уже здесь.

А теперь я должна воспользоваться одним способом, чтобы он точно не смог сбежать.

- Ты ведь недостаточно груб для того , чтобы отказать своей невесте, когда она так искренне хочет тебе помочь, не так ли?

Красные глаза Люциана задрожали.

Я уверена, рыбка клюнула!

* * *

- Эх, это был утомительный день.

Уставая от всего, что сегодня произошло, я вернулась в особняк.

Как только я вошла, отец встретил меня

сияющим лицом.

- Ты здесь, Перния. Как прошла встреча с лордом Кардиена? Должно быть, тебе было неловко встретиться с кем-то в первый раз.

— …

—

Я очень хорошо знаю это чувство. Я чувствовал себя также в первый день,

когда встретил твою маму. Это было так неловко, что у меня пересохло во

рту, в тот день я заказывал чай около пяти раз . Когда твоя мама

увидела это, она спросила не болен ли я.

— …

— Хахахаха. Я подумал, она разорвет нашу помолвку, если я окажусь больным.

Мой отец был весьма разговорчивым человеком, что было совсем не кстати, так как я не была сейчас настроена его слушать.

- Я тоже рада тебя видеть.

Мой отец замолчал, но вскоре немного приподнял брови и начал вторую атаку.

- Как лорд Кардиен себя вел? Был ли он здоров? Каким бы храбрым ни был рыцарь, он так долго находился на поле боя.

- Он был в порядке.

И снова я преуспела в ранней защите.

Отец посмотрел на меня обиженным взглядом, его отака была заблокирована уже дважды.

- Ох...

На подходе была третья, но я заблокировала ее не дав ему сказать и слова.

- Я устала, так что я пойду отдохну в своей комнате.

В тот момент, когда я проходила мимо отца, он все-таки произнес то, что хотел мне сказать.

- Не забывай, ты должна выйти замуж за того человека, чтобы семья Лайлак могла и дальше продолжать свое существование.

Забав но, но это было так.

Фамилия Лайлак уже давно нечего не значила в промысловых кругах. Бизнес моего отца понемногу рушился день за днём.

Именно

поэтому Перния была помолвлена с человеком, которого так презирала.

Люциан был героем империи, помолвка с ним явно сулила какую-либо выгоду.

Вся проблема заключалась в том, что даже после помолвки Перния продолжала издеваться над женихом.

Все это весьма беспокоило отца, он боялся, что Кардиен, разозливший, однажды разорвет помолвку и выставит его дочь.

"Папа, больше тебе незачем беспокоиться, потому что прежде, чем он решить разорвать помолвку, ее разорву я!"

_______________________________

Всем

привет. Это мой первый проэкт и поэтому я хочу выразить свою

благодарность тем людям, которым он понравился. Отдельное спасибо тем,

кто указывает мне на мои ошибки. Редактора я еще не нашла, так что вы

очень помогаете. Спасибочки

Том 1 Глава 3.1

— Вы сказали, что знаете, как пригласить на танец?

— Да.

Я взяла подол своей юбки и слегка поклонилась. Он тоже склонил голову. Это было довольно элегантное движение для человека, который не учился танцевать.

— А сейчас время взяться за руки.

Он неловко протянул мне руку. Я положила свою руку на его большую ладонь.

Я думала, что она будет мягкой, но это не так. При первом прикосновении, его рука показалась покрытой множеством мозолей.

Мне никогда раньше не приходилось выполнять какую-либо тяжелую работу. Поэтому кожа на моих ладонях была по-детски нежной.

— Леди Перния?

Его голос отвлёк меня от предыдущего занятия. Поспешно подняв глаза, я сказала:

— Сначала я расскажу вам о шагах. Это немного сложно, но не стоит волноваться. Один из самых талантливых людей в высшем обществе находится прямо перед Лордом Кардьеном.

Возможно, прозвучит как чушь, но это правда. Несмотря на то, что Перния жестокая и беспринципная, она утончённая аристократическая леди.

Однако это высокомерие – лишь моя иллюзия. Но, с другой стороны, Люциан…

— Правая нога должна выступить вперёд, а не левая.

— Ох.

— Нет, сейчас левая нога вперёд.

— ……….Мне очень жаль.

— Вы должны повернуться и вернуться на место. Зачем вы ушли так далеко?

— ……….Я вернусь на место.

— Музыка играет даже после того, как мы закончили танец. Разве это не сбивает с толку?

— ………Думаю, это так.

Он ужасно танцует! Боже мой, как это могло случиться?

Такой совершенный мужчина, словно сделанный самим богом, плохой танцор!

Эй, писатель. Не слишком ли человечная установка?

После половины дня, наполненной практикой, был достигнут небольшой прогресс.

— ………Мне очень жаль.

Люциан, который был довольно оживлённым вначале, полностью потерял всякую надежду. Я мысленно увидела, как у него поник хвостик.

— Я никогда как следует не танцевал, поэтому даже не думал, что буду настолько плох.

Он говорил с виноватым видом.

— Думаю, танцы – это не моё. Стоит закончить занятие.

— Кто тут собрался закончить занятие?

— Что?

Я была очень добра к нему, потому что боялась, что он будет проклят. Но после того, как я увидела подобные движения, мне было невыносимо думать о сострадании.

Я посмотрела на Люциана свирепым взглядом.

— Я это начала. Так что я единственная, кто может завершить занятие. И я не готова закончить урок прямо сейчас.

Это плохая идея. Не могу поверить, что он двигается как сломанная кукла на пружинке. С таким-то великолепным телосложением. Это просто недопустимо.

— Поднимайтесь прямо сейчас!

Прежде всего, я не могу позволить ему выглядеть нелепо на церемонии. Ведь он мой любимчик!

Том 1 Глава 3.2

Уроки, которые должны были завершиться через несколько дней, продлены на неопределённый срок.

К счастью, Люциан взял длительный отпуск после войны, а мой отец самостоятельно позаботился обо всех приготовления к помолвке, так что у меня было достаточное количество времени. Благодаря этому мы могли тренироваться с утра до вечера.

— Да. Тут мы поворачиваемся спиной к спине одновременно.

Не знаю, как так вышло, но с каждым поворотом, он показывал всё более многообещающие результаты.

Я повернулась и пожелала… Пожалуйста. Пожалуйста, пусть всё будет хорошо.

Мои глаза стали в несколько раз больше после того, как я покрутилась вокруг. Впервые он оказался там, где нужно!

Хнык. Я почти заплакала.

Как и следовало ожидать, человек способен на всё.

Ну, шаги до сих пор недоработаны и слега необычны, но, на самом деле, уже лучше.

Старания любого приведут к победе!

— Вы отлично постарались!

После похвалы его нервное лицо расслабилось.

— Правда?

— Да, теперь это хотя бы похоже на танец.

— … Разве раньше это не было похоже на танец?

— Нет, создавалось ощущение, что вы вызываете дьявола.

— ……..

Атмосфера сразу же испортилась. Я слишком поздно закрыла рот. Мой чёртов рот. За это время я так вжилась в роль строгого учителя, что забыла о самом важном. Он ведь второй главный мужской персонаж, так ещё и яндере. Никогда больше не говори подобного, Перния!

Я отвернулась с неловкой улыбкой.

— Ах~ Возможно это из-за усердной работы, но я так хочу пить. Может выпьем соку?

— ……Да.

Он ответил хриплым голосом.

В итоге, ежедневные танцы лицом к лицу стоили того. Воздух вокруг меня был гораздо спокойнее. По крайней мере, это не похоже на первую нашу встречу, когда у нас была неловкая беседа, которая напоминала чтение какой-то непонятной книги.

Потягивая прозрачный лимонный сок, я посмотрела на Люциана. Он пил розовый сок из измельчённых персиков.

Я не могла удержать смех. Какой милашка.

Приятно узнавать о нём подобные мелочи, которые не упоминались в новелле.

Люциан перевел взгляд на меня, когда я хихикнула. Он посмотрел на меня и, опустив глаза, сказал:

— Леди Перния, могу я задать вопрос?

— Спрашивайте столько, сколько вам захочется.

— Почему вы так стараетесь помочь мне?

Правда в том, что ты так сильно любил главную героиню, что был проклят, а затем избавился от всех неприятных тебе людей.

Не хочу быть невестой, которая использовала в адрес жениха всевозможные ругательства, а затем была убита им же. Хахаха.

У меня нет никакого желания погибать в столь юном возрасте.

Я дала правдоподобный ответ, ибо не было ничего хорошего, что я могла сказать.

— Потому что вы мой жених. Не могу позволить себе слушать, как люди обсуждают то, что мой жених не умеет танцевать.

Он был ошеломлён моими словами.

Стоп, разве это не звучит немного стервозно? Я на его стороне, но это прозвучало ужасно высокомерно из-за жесткого выражения лица Пенни и слегка высокого голоса.

Я быстро начала оправдываться.

— Не поймите неправильно. Я не говорю, что мне стыдно за Лорда Кардьена.

Это правда! Надеюсь, что он мне поверит. Люциан разразился тихим смехом, когда посмотрел на меня.

— Я знаю.

— …

— Леди Перния на моей стороне.

Ох, это… Это я написала ему в своём первом письме. Не думала, что услышу подобное из его уст. Люциану понравилось это читать? Рада, что не написала «От вашей невесты». Хорошая работа, я из прошлого.

Пока я восхваляла своё прошлое решение, послышался голос Люциана.

— Леди Перния – второй человек, который сказал мне подобные слова. Так что письмо произвело впечатление.

— А кто был первым человеком?

Спросила я, зная ответ.

Ребенок, рождённый под проклятием дьявола. Он был брошен, как только заснул. Первым человеком, что протянула руку тому, кто вырос в одиночестве, была...

— …Эстелль.

Хоть я и ожидала это услышать, его голос оставил отпечаток в моём сердце.

Он просто назвал имя… Как я могу печалиться только из-за этого?

Красноглазый ребёнок пытался казаться спокойным, но частички эмоций, которые невозможно скрыть, вызывали у читателя сердечную боль.

— Святая привела Лорда Кардьена в столицу и сделала рыцарем, верно?

— Да, это так.

Это довольно очевидная история, так что нет нужды его спрашивать о чём-то.

Эстелль, спасавшая людей в таких тёмных закоулках, как бордели и пустующие дома Империи, привела Люциана, выросшего в трущобах. Под её защитой Люциан смог жить в обществе. Он научился говорить, писать, владеть мечом и общаться с людьми. Это естественно – любить кого-то такого. Этого достаточно, чтобы не касаться её даже пальцем. Этого достаточно, чтобы бродить по полю боя из страха, что о его чувствах станет известно.

Не стоило мне это вспоминать. Я рыдала каждый раз, когда читала эту сцену. Почему же Люциан так скрывает своё отчаявшееся сердце? Позднее он не выдержал этого и стал демоном.

— Если бы я была Лордом Кардьеном, думаю, влюбилась бы в неё.

Он лишь слегка пожал плечами в ответ на моё внезапное замечание. Словно моё высказывание попало в точку. Но я спокойно продолжала говорить, не обращая на это внимания.

— Ведь она спасла меня от ада.

— …….

— Каждый день, то есть, каждую минуту, каждую секунду, я бы признавалась ей в любви.

Он, наверное, удивляется моим словам. Думает, почему же я несу подобную чушь.

И всё же, я действительно хотела это сказать. Надеюсь, что он хоть немного приоткроет своё закрытое сердце.

Люциан, смотревший на меня удивлёнными глазами, сказал с застывшим выражением лица:

— Вы должно быть шутите, леди. Если проклятый человек скажет такое, боюсь, даже святой убежит.

— Неужели?

Я улыбнулась, слегка сощурившись, словно он сказал чепуху.

— Даже святая – это, в первую очередь, обычная девушка. Если у неё не очень странные вкусы, то я уверена, что она скажет, что вы потрясающий.

Я прикрыла рот обеими руками.

Почему я всегда такая глупая?

Том 1 Глава 4

Как только я найду с ним общий язык и как только появится возможность, я сразу же расскажу ему о разрыве помолвки.

Как

бы сильно мне не нравился второй главный герой, как бы сильно я его не

любила, я не желаю выходить замуж за мужчину, который влюблен в другую

женщину.

Я уверенна, что он не хотел бы женится на мне, но он был вынужден.

Следовательно,

чтобы избавить нас обоих от печальной концовки я должна улучшить их

отношения со святой. Свести их и создать прекрасную пару.

- Энн.

- Да госпожа.

В мою комнату вбежала горничная Энн.

- Подай мне бумагу и перо.

- Да госпожа.

Энн быстро приготовила тончайшие листы и перо для письма.

Я написала два письма.

Одно для святой, с просьбой станцевать танец благословения на нашей с Люцианом помолвке.

"Конечно

это может навредить нашим отношениям, ведь я приняла данное решение без

его одобрения, но она ведь нравится Люциану, значит, все должно пройти

гладко, верно?"

Второе письмо было для Люциана.

Нет, не слишком импонировало то, что я его невеста.

Так не должно быть.

Я написала письмо во второй раз.

Я попросила Анну немедленно доставить

законченные письма.

Так сказать, выпить чай пока он еще горячий.

Территория, которую Люциан завоевал в войне, находилась далеко на севере.

Поэтому он сказал, что остановится в особняке, предоставленным ему императором, пока тот находится в столице.

выбрала это место, как место для урока танцев. Придя к особняку, я

широко открыла глаза. Это был огромный особняк с ухоженным садом.

Меня снова поразило то, что император

благоволил к нему.

"Мне тут нечего бояться."

* * *

Спустившись

с крутого холма я подошла к зеркальной двери. Передо мной появилась

настоящая хозяйка поместья. Это была весьма красивая женщина с

сине-фиолетовыми волосами и зелеными глазами. Все в ней было идеально,

хотя ее взгляд все-же был немного жестким.

Она долго смотрела на меня, но волшебным образом исчезла, как

только дверь открылась.

- Добро пожаловать, леди Перния.

- Воу.

Естественно,

я знала, что дворецкий выйдет, чтобы встретить меня, но его внезапное

появление было большим ударом для меня. Это было так неожиданно, я ведь

даже не слышала его шагов.

Пройдя внутрь я встретилась глазами с Люцианом

"Что это за внешний вид?"

Он выглядел совершенно иначе, чем когда я видела его впервые, днями ранее.

В то время его волосы были плотно зачесаны, и он был одет в шикарный костюм.

Это было слишком идеально.Так что его красота была гораздо менее

трогательной.

Это было все равно, что увидеть знаменитую картину или статую в художественном музее.

Но сейчас.......

Серебряные волосы, растрепанные по бледному лицу. Белая рубашка с парой расстегнутых пуговиц.

Это было слишком для меня, для той, что полюбила второго героя еще когда была в своем мире.

Увидев необычное выражение моего лица, Люциан смущенно сказал:

- Вообще-то, я не привык носить обтягивающий костюм. Но если ты не довольна, я оденусь как следует.

- Нет, что ты, просто я боюсь, что у меня пойдет кровь из носа.

- ...... а?

- Ты отлично выглядишь.

Я прошла мимо него с широко открытыми глазами.

Он посмотрел на меня и улыбнулся, опустив брови.

"Какой грешный человек."

В этом доме было немного сотрудников,

непропорционально его огромным размерам.

* * *

В огромном банкетном зале были только я и он.

Для начала я решила узнать, с чем именно имею дело.

- Ты вообще не умеешь танцевать?

- Я могу попросить танец.

Его лицо когда он отвечал немного покраснело.

Было очень жаль, что он не мог нормально танцевать. Его нужно было утешить, чтобы он не убежал под

предлогом стыда.

- В социальном танце нет ничего сложного. Это простой

вальс. Выучить его совсем несложно. Вы сможете справиться с этим за

несколько дней.

- Да?

Я стояла перед ним, кивая головой с серьезным лицом.

- Давай, первый шаг - встать лицом к лицу.

была ростом выше среднего (к тому же на мне туфли), но мне приходилось

максимально поднимать голову, чтобы смотреть ему в глаза.

Он выше, чем я думала.

Я мысленно восхищалась им, но продолжала говорить.

- А теперь посмотрите мне в глаза ...

Bay, ярко-красные глаза похожие на рубин, переливались на свету.

"Почему люди говорят, что он был проклят дьяволом, когда он такой красивый?

Нет, я имею в виду, это правда, что он был проклят дьяволом, что случилось позже, но сейчас это не так, верно?"

Красные глаза не почерневшего Люциaнa были красивы, как драгоценные камни.

Через некоторое время он опустил глаза с обеспокоенным взглядом.

- Леди Перния, вы должны продолжать так на меня смотреть? Мне очень некомфортно с таким взглядом на себе.

- А.......

Его низкий голос заставляет меня закатить глаза.

Но вскоре мой взгляд вернулся к нему.

- Но одна из основ танцев - это зрительный контакт. Так

что я ничего не могу с собой поделать.

Он широко открыл глаза при моих словах.

Озадаченно моргнув, он покорно кивнул.

- ......Понятно.

Я думала, ты сказал это, потому что был оскорблен моим пристальным взглядом, но это не так.

Видя его слегка покрасневшее лицо, я понимала,

что это было потому, что он стеснялся.

Это было так мило, что я взвизгнула у себя в голове.

Том 1 Глава 4.2

— Вы сегодня рано.

Я приехала в особняк Люциана. Пробыв здесь такое количество времени, я уже привыкла к огромным габаритам здания.

Человеком, что встретил меня, был Пол – помощник Люциана.

— Добро пожаловать, Мисс Перния. Я провожу вас в зал.

Поскольку Люциан не жалует людей, он не хотел, чтобы в его особняке было большое количество работников. Таким образом, Пол отвечал и за управление особняком, и за сопровождение гостей.

Хоть он был верным слугой, что заботился не только о работе своего хозяина, но и о его повседневной жизни, у него был один недостаток. Дело в том, что он знал, какая Перния была раньше.

Он снова впился в меня жестоким взглядом.

Настороженное лицо Пола, полное беспокойства, отражает все его мысли: «Какого чёрта эта женщина приходит к Лорду Люциану каждый день?».

Мы прошли вместе с Полом в банкетный зал, и я сказала:

— Пол.

— Да?

— Ты, возможно, не поверишь мне, но я пришла сюда с чистыми намерениями. Я хочу помочь Лорду Кардьену от чистого сердца. Поэтому не волнуйся слишком сильно.

Я показала пальцем на нас с Полом и описала рукой круг. Мы на одной стороне. Ладно?

Пол нахмурился, глядя на меня с выражением лица, кричащим: «Она серьёзно чокнутая?».

— Не понимаю, что вы имеете ввиду. Я отчётливо помню, что Леди сказала на публике четыре года назад.

Он продолжал говорить со злобным видом, словно подражал Пернии.

— Вы сказали: «Я не могу смириться с тем, что простолюдин, проклятый дьяволом, стал молодым рыцарем.

Зачем ты это сказала, Перния? При мысли о прошлой Пернии, которая ничего не страшилась, мне захотелось плакать.

Пол говорил дальше, не скрывая свою неприязнь:

— Так что не просите меня поверить вам.

После этого он холодно закрыл дверь банкетного зала и исчез.

Как грубо. В любом случае, всё это в прошлом. Теперь я большая поклонница Люциана.

Представив, как соревнуюсь с Полом за пост президента фан-клуба Люциана, я вошла в зал.

Чувство неловкости, от нахождения одной в таком тихом месте, преследовало лишь первые несколько дней. Сейчас же здесь очень комфортно. Не нужно обращать внимания на чужой пристальный взгляд.

Я сделала шаг. Взяв виноградину со стола, отправила её в рот.

Где же он?

Вскоре я нашла Люциана. Он спал на диване в углу.

Ой. Ничего себе. Я впервые увидела его спящим. Мои глаза расширились, и я прикрыла рот на случай, если издам какой-нибудь звук.

Как можно упустить такой подарок судьбы?

Его лицо выглядит на удивление невинным, но в общем он человек добросовестности и хороших манер.

Я впервые увидела у него такое выражение лица.

Серебристые волосы, что отражали солнечный свет, исходящий из окна, блестели, словно драгоценный камень. Длинные ресницы казались мягкими.

Красивый, но выглядит слегка расстроенным.

Когда я встретила его сразу после возвращения с войны, лицо Люциана выглядело несколько иначе. Теперь же он выглядит уставшим.

И я знаю почему.

— Вы, должно быть, тренировались всю ночь.

Он был настолько ужасным танцором, что я невольно думала, что в этом и заключается проклятье дьявола, но через день его движения стали заметно лучше. Очевидно, что вчера он тренировался без остановки, как только я уехала домой.

А может всё это… Может быть, он делает это для того, чтобы хорошо выглядеть перед Эстелль.

Абсолютно ясно, что он не беспокоился ни о чём другом, что будет на церемонии помолвки. Он беспокоится только о танцах.

Я посмотрела на него и пробормотала:

— Я хочу, чтобы вы были более смелым в своих чувствах к Эстелль.

А примет ли Эстелль их или нет, в данный момент не имеет значения.

Не хочу, чтобы его разум ещё сильнее сгнил. Я всего лишь желаю, чтобы Люциан немного передал ей свою любовь.

Я не шучу.

Том 1 Глава 4.3

Шорох.

Тихий шум заставил меня повернуть голову.

Люциан, прислонившись к дивану, смотрел на меня полузакрытыми глазами. Всё ещё не проснулся?

Я рассмеялась, ведь это довольно мило.

— Хорошо спали?

Спросила я.

— Да.

— Хотите поспать ещё?

— Да.

— Тогда ложитесь.

— Хорошо.

Он напоминал спящего котёнка. Через некоторое время он широко раскрыл глаза. Люциан встал с испуганным лицом. На нём не осталось и следа сонливости.

— Ох, когда вы приехали?

— Час назад.

Красные глаза задрожали.

— Я приношу свои извинения. Я был очень невежлив с гостем.

— Все хорошо. Благодаря этому я увидела кое-что замечательное.

— Увидели кое-что замечательное?

Я ответила ему улыбкой, а он моргнул, услышав мои слова. Люциан покраснел и стоял с растерянным видом.

— Я выгляжу ужасно. Пожалуйста, подождите минутку. Я сейчас вернусь.

Нет, всё не так! Я покачала головой при мысли, что случайно поставила его в неловкое положение.

— Не стоит. Вы выглядите замечательно.

Я откашлялась и подошла к нему.

— Правда, волосы немного растрепались.

Я поднесла руку к его лбу так, словно это было естественно.

Когда он понял, что я хочу сделать, то вздрогнул. И всё. Он не стал уклоняться от моей руки. Он даже слегка согнул колени, чтобы мне было легче дотянуться. Это было явное разрешение.

Мысленно я выкрикнула: «Ура!». Мне очень хотелось прикоснуться к серебристым волосам, что ярко сверкали на солнце. Они ощущались ровно так, как я себе представляла.

— Ваши волосы похожи на паутину ранним утром. Подобно ей, они мягкие и тонкие. А у меня жёсткие, вьющиеся волосы, поэтому они мне не нравятся.

— Неужели?

Я искренне ответила.

— Да, я вам завидую.

Люциан выглядел озадаченным. Словно он услышал комплимент, который никак не мог быть адресован ему.

— Леди всегда говорит вещи, о которых я даже не задумывался.

Сказал он, спокойно принимая мои прикосновения.

— Вы обиделись?

Люциан слегка прикрыл глаза.

— Нет.

Услышав такой короткий ответ, я почувствовала облегчение.

Думаю, он видит меня нынешнюю, а не Пернию из прошлого.

Том 1 Глава 4.4

И вот, настал день церемонии помолвки.

— Леди. Как красиво!

Слова Энн были не просто лестью для девушки с отвратным характером. Я была поражена отражением в зеркале.

— Ух ты!

Перния была красива, но то была обычная красота.

Но после объединения трехуровневых комбинаций макияжа, платья и украшений – обычная красота превратилась в грандиозную.

Яркие сине-фиолетовые волосы были красиво завиты, а зелёные глаза стали более чёткими благодаря фиолетовым теням для век. Приподнятые глаза и красные губы выглядели невероятно привлекательно.

А в красном платье, которое купил мне отец на последние деньги, я выглядела по-настоящему гордой.

— Шикарно. Мне нравится!

Я смотрела в зеркало, а затем повернула голову к Энн.

Пусть я самостоятельно сделала макияж, но во всём остальном мне помогала Энн. Я должна поблагодарить её за это.

— Отличная работа, Энн. Я дам тебе премию и отпуск. Можешь им воспользоваться в любой момент.

— Я буду стараться до конца своей жизни, моя Леди!

Сказала Энн с покрасневшим лицом.

— Сегодня никто не сможет оторвать от вас взгляда. Не говоря уже о вашем женихе, Лорде Кардьене! Уверена, что он влюбится вас с первого взгляда.

Я рассмеялась над её словами.

Конечно, нельзя не признать, что в данный момент я великолепна одета, но шансы того, что Люциан влюбится в меня, были даже ниже, чем шансы того, что однажды он станет танцевальной машиной.

«Как может человек с такой печальной неразделенной любовью смотреть на другую женщину?».

Кроме того, Эстелль была самой прекрасной девушкой в мире. Я не могу даже надеяться, что он подарит мне свой взгляд. Так что лучше ожидать того, что произойдет с большей вероятностью.

Меня вообще не интересовала церемония помолвки. Меня интересует только Люциан. И я сделала всё возможное, чтобы ободрить его. Я вспомнила наш разговор.

— Красные глаза – символ проклятия? Разве только тогда, когда подобные глаза у обычного человека. Если они у красивого мужчины, это очаровательно.

— Спасибо за ваши слова, леди. Но я не так красив, как вы говорите.

Я взяла зеркало и поднесла к его лицу вместо тысячи слов.

— Просто смотрите на лицо в зеркале в течение пяти секунд. А сейчас взгляни на Пола. Чувствуешь разницу?

Прости, Пол, но Люциану иначе не объяснить.

— Не удивляйся. Я тоже похожа на кальмара*. Продолжай смотреть на себя, а затем на Пола. Что думаешь? Ты ведь красивый?

(*П/П: Кальмар – это сленговое слово,

которое обозначает людей с уродливым/некрасивым лицом. Перния имеет в виду, что они с Полом на фоне Люциана выглядят так себе).

Люциан больше не отрицал этого.

Том 1 Глава 5

- Ты сказал, что знаешь, как пригласить на танец?

- Да.

Я взялась за подол юбки и слегка поклонилась ему.

Он тоже склонил голову.

Это был довольно изящный прием для человека, который так и не научился танцевать должным образом.

- Теперь пора взяться за руки.

Он неловко протянул мне руку.

Я положила ладонь на его большую руку.

Она была мягкой, но грубой.

При первом прикосновении его рука, казалась, была покрыта множеством волдырей. Это не было похоже на мои детские мягкие руки.

- Леди Перния?

Его голос нарушил тот факт, что я смотрел на его руку.

Я поспешно подняла глаза и сказала:

- Сначала я расскажу тебе основные шаги. Это немного

сложно, но тебе не о чем беспокоиться. Один из самых талантливых людей по танцам в высшем обществе

находится перед тобой.

Это могло показаться чушью, но это было правдой.

Несмотря на то, что Перния была жесткой и

беспринципной, она также была изысканной, аристократкой.

Но это высокомерие - моя иллюзия.

Но .... С другой стороны, Люциан

- Люциан, правая нога должна выступать вперед, а не

левая.

- Ой.

- Нет, теперь твоя левая нога должна выйти.

- ......Мне жаль.

- Сейчас нужно повернуться и вернуться на место.

Почему ты зашел так далеко?

- Я........ Я вернусь на место.

- Музыка все еще играет даже после того, как мы

закончили танцевать. Разве это не сбивает с толку?

- ...Я тоже так думаю.

"Он ужасен в танцах! Боже ты мой! Как такое могло произойти?

Такой совершенный человек, как будто его создал сам Бог, - плохой танцор!

Привет, писатель. Не слишком ли гуманна твоя установка?"

После полудня практики прогресс был менее, чем незначительным.

- Мне жаль.

Люциан, который был очень живым, когда только начинад учиться, полностью потерял всякую надежду к концу урока.

Я видела, как его хвост поник, как галлюцинация.

- Я никогда не танцевала должным образом, поэтому даже не знала, что буду настолько плох.

Он говорил с виноватым видом.

- Думаю, я слишком плох в этом. Пора закончить урок.

- Как закончить урок?

- А?

Я была очень добра к нему, потому что боялась, что он станет демоном.

Но после того, как некоторое время назад увидела множество таких прискорбных движений, я не могла думать о доброте.

Я посмотрел на Люциана свирепым взглядом.

- Это я начала это. Так что я единственная, кто может это закончить! И я не готова закончить урок прямо сейчас!

"Это была плохая идея.

Не

могу поверить, что с таким великолепным телосложением, ты двигаешься,

как сломанная пружинная кукла! Я не могу это так оставить!”

- Вставай прямо сейчас!

"Прежде всего, я не могу позволить тебе выглядеть смешно на церемонии помолвки.

Потому что ты мой любимец!"

Уроки, которые, как я думал, будут прекращены через несколько дней, были продлены на неопределенный срок.

счастью, после войны Люциан взял длительный отпуск, а мой отец

позаботился обо всех приготовлениях к помолвке сам, так что у меня было

достаточно времени.

Благодаря этому мы могли тренироваться сутра до вечера.

- Да. Поворачивайся сюда одновременно со мной.

Не знаю, как это случилось, но с каждым поворотом он показывал многообещающие результаты.

Мы снова сделали поворот, с которым у него были проблемы в наш первый раз.

" Пожалуйста. Пожалуйста, пусть он сделает это хорошо."

Вдруг мои глаза широко открылись. Он был на месте! Впервые!

*рыдает*

Почти текли слезы.

Как и ожидалось, человек может все, если постарается!

Что ж, шаги все еще неровные и немного необычные, но на самом деле это намного лучше чем я ожидала.

Том 1 Глава 5.2

— Почему вы так смеётесь, Леди Перния?

Потому что ты удивительно мил.

Я подумала, что он не оценит, если я скажу подобное вслух, поэтому сменила тему.

— Ого, тут Герцог Эстебан. Он не появляется на подобных банкетах. Наша церемония, должно быть, будет просто великолепной.

Мы с Люцианом принимали гостей. По идее это тяжелая работа, но она оказалась на удивление лёгкой. Всё благодаря моему отцу. Каждый раз, когда заходил гость, отец трясся всем телом, словно был аэроменом*, и использовал атаку «огромный поток слов» под видом приветствия.

(*П/П: Аэромен – двигающаяся надувная фигура в форме человека).

Гости, потерявшие половину своей жизни из-за разговоров с моим отцом, были хорошо воспитаны.

Я улыбнулась гостям и сказала Люциану, сидевшему рядом со мной:

— Знаете, Лорд Кардьен.

— Да?

— Его Величество и моя семья настояли на этой помолвке. Лорд Кардьен не обязан поддерживать её.

Люциан, нахмурившись, посмотрел на меня.

— В любом случае, всё в порядке.

— Что вы имеете в виду?

— Например, если посреди церемонии помолвки вдруг появится женщина и закричит, что ребенок на её руках – ваш.

— А……………?

— Или это может быть мужчина, а не женщина.

— Леди Перния!

— Я просто говорю, что чтобы ни случилось, я пойму. Так что делайте, что пожелаете.

Ничего страшного, если ты откроешь своё сердце другим женщинам или признаешься в чувствах. Делай всё, чего душа желает.

Я сказала это из-за боязни, что он не сможет выразить свои чувства святой из-за чувства вины или ответственности, но у него появилось странное выражение лица. Он смотрел на меня так, как никогда раньше.

Красные глаза, мерцающие, как рубины, потускнели. Они напоминают кровь. У меня пробежали мурашки.

— Что случилось?

Мужчина, который до сих пор не совершал ошибок, вздрогнул.

Я сказала что-то оскорбительное? Но я же пыталась этого не делать. Еще не время для проклятья.

Моя спина вспотела.

— Прибыл Его Королевское Высочество.

Не было никаких известий о том, что нас посетит наследный принц. Мои глаза расширились.

Когда я увидела мужчину в банкетном зале, я прикрыла рот.

Почему он здесь?

Человек, что гордо шёл посреди ревущей толпы, несомненно, был принцем Карликсом.

Главный мужской персонаж в оригинальной новелле и печально известная заноза в заднице. Он всё время копался в своих чувствах, не понимая, как сильно ему нравится Эстелль. Только после того, как она уйдёт, он пожалеет об этом.

Главную героиню привлекает такой мужчина… Но, главный мужской персонаж – это главный мужской персонаж.

Карликс был жестоким, непокорным и привлекательным мужчиной с чёрными волосами и такими же чёрными глазами. У него было абсолютно иное очарование, отличное от Люциана, что обладал благородной красотой.

Стоя перед Люцианом, Карликс заговорил с мрачным лицом:

— Я пришёл сюда не по своему желанию. Отец с матерью всё просили меня поехать.

Люциан вежливо поклонился Карликсу, который лаял ровно с того момента, как открыл свой рот.

— Благодарю за ваши драгоценные шаги, Ваше Высочество*.

(*П/П: Благодарность за то, что принц посетил церемонию).

Атмосфера вокруг этих двоих была нешуточной. Безусловно, они же оба главные мужские герои.

Карликс посмотрел на Люциана, а затем повернулся ко мне. Я склонила голову.

— Рада познакомиться с вами, Ваше Высочество Великий Принц Империи. Меня зовут Перния, дочь Маркиза Лайлака.

— Да, я многое о вас слышал.

Так как Карликс является главным мужским персонажем, он был никем не заинтересован помимо Эстелль. Поэтому я считала, что он не обратит на меня никакого внимания, ведь для него я не больше, чем пылинка. Однако…

Мои глаза широко раскрылись и Карликс угрюмо заговорил:

— Слышал, что вы попросили святую об особом одолжении.

Он звучал грозно.

— Вы попросили её о танце благословления. С вами и Лордом Кардьеном.

Голос Карликса, произнесшего фамилию Люциана, был холодным, как лёд.

Только сейчас я поняла, к чему он клонит. Согласно оригинальной истории, Карликс и Эстелль были влюблены ещё до начала новеллы. Примерно в это время Карликс начал отрицать свою привязанность к Эстелль, говоря, что не верит в любовь. Однако его интерес и одержимость святой были сильны. Тоже самое относится и к ревности.

Он расстроен тем, что Эстелль станцует с Люцианом, верно? А я была той, кто предоставил Кардьену такую возможность.

Мне хотелось крикнуть: «Эй, ты, инфантильный ублюдок». Но я ничего не могла сказать. Глаза Карликса были жуткими. Мне страшно.

Я сжала свою дрожащую руку, а Люциан, стоящий рядом, произнёс:

— Ваше Высочество, осмелюсь вас попросить…

Услышав голос Люциана, Карликс обратил на него своё внимание. Кардьен продолжил мягким голосом.

— Пожалуйста, не смотрите на неё так.

— Что?

Карликс нахмурился.

Люциан, говорящий такое нежным голосом, кажется абсурдным.

Что это было? Ты мне помог? Что происходит?

В оригинале Люциана не интересовала Перния. А Перния, которой было на него плевать, не расстраивалась из-за этого.

Не могу поверить, что он сделал это для меня. По правде, я тронута. Две недели обучения танцам стоили того.

В душе я пустила слезу радости, но реакция Карликса была необычной.

— Как ты смеешь указывать мне, что делать? Псина, что посягнула на верность императорской семье?

А, точно. Карликс был печально известной личностью уже с начальной школы. У него был отвратительный характер.

Вне всякого сомнения, глаза Карликса были невероятно жуткими. Такая же ситуация и с Люцианом. На его лице не осталось ни следа доброжелательности.

Эй, эй, вы двое.

До этого атмосфера была прекрасной. Теперь же тут было не просто душно, складывалось ощущение, что моё тело сейчас расплющит.

В этот момент я почувствовала, что мне угрожает опасность. Невольно подумала, а не погибну ли я сегодня от удушья?

— Ваше Высочество Наследный Принц! Люциан!

Её голос был таким чистым, словно стеклянная бусинка, что я чуть не закричала про себя: «Старшая сестра!». Это была Эстелль, главная героиня этой новеллы и всеми любимая святая. Она медленно прошла через банкетный зал и направилась к нам.

В произведении её описывали, как обычную девушку. Но, несмотря на заурядную внешность, она очаровывает людей своей прекрасной личностью.

Писатель, ты лжец! Она совсем не обычная!

Том 1 Глава 6

- Ты проделал хорошую работу!

Моя похвала смягчила его нервное лицо.

- Это так?

- Да, по крайней мере, это похоже на танец.

- ... разве это не было похоже на танец раньше?

- Нет, парой я думал, что ты пытаешься вызвать дьявола мира».

Атмосфера сразу была сбита.

Я слишком поздно закрыла рот.

"Черт!

Черт! Я настолько была поглощена ролью строгого учителя, что забыл о

некоторых важных вещах. Он ведь яндэрэ. Я имея дело с яндэрэ никогда

нельзя делайте ничего оскорбительного!"

Я отвернулся с неловкой улыбкой.

- А ~ может это потому, что мы так много тренировались.... Я

хочу пить. Можно мне стакан сока?

- ......Да.

Он ответил хриплым голосом.

"Тем не менее, каждый день танцевать лицом к лицу со своим убийцей того стоило."

Сейчас воздух, окружавший нас, был немного расслабленным.

По

крайней мере, это не было похоже на то, как в первый день у нас был

неловкий разговор, похожий на чтение непонятной для тебя книги.

Я, потягивая чистый лимонный сок, посмотрел на Люциана.

Он пил розовый сок из молотых персиков. Видя эту картину я просто не смогла удержаться от смеха.

"Милый."

Было более чем приятно узнать о нем те мелочи, которых не было в романе.

Люциан посмотрел на меня, когда я хихикнула и опустив глаза сказал.

- Леди Перния, могу я задать тебе вопрос?

- Сколько угодно

- Почему ты так много работаешь, чтобы помочь мне?

"Просто твоя любовь к главной женской роли выросла так сильно, что ты стал демоном, а затем убил всех неугодных тебе людей."

"Я не хочу быть невестой, которая использовала в твой адрес всевозможные ругательства, а умерла от твоих же рух. Хахахаха."

Я могла бы сказать это, но у меня не было ни малейшего намерения уйти из жизни в таком молодом возрасте.

Поэтому я придумала правдоподобный ответ:

- Потому что ты мой жених. А я не могу позволить себе слушать, как люди говорят о том, что мой жених плохо танцует.

Он был ошеломлен произнесенными мной словами.

Подождите, разве это не звучит немного стервозно? Наверняка для него

это прозвучало невероятно высокомерно из-за грубого лица Пении и немного

высокого голоса.

Я бросилась спасать свое положение.

- Не поймите меня неправильно. Я не говорю, что мне стыдно за лорда Кардиена.

"Прошу, пожалуйста поверь моим словам!"

Он посмотрел на меня и рассмеялся.

-Я знаю...

- ......

- Леди Перния на моей стороне.

"Ах это."

“Об этом я написал ему в своем первом письме но я даже не думала, что он запомнит эти слова.

Ему понравилось это читать?

Я рада, что не написала: 《От твоей невесты》.

Отличная работа, я в прошлом.”

Пока я хвалил себя из прошлого, раздался голос Люциана.

- Леди Перния была второй, кто сказал: 《Я на твоей стороне 》.

" Итак, мое письмо произвело на тебя Впечатление."

- Кто первый? - спросил я, зная, чье имя было ответом.

Ребенок, рожденный под проклятием дьявола. Брошенный и никому не нужный.

Первый, кто обратился к нему.

- ... это Эстель.

Хотя это был ожидаемый ответ, его голос глубоко проник в мое сердце.

"Он только что сказал имя ..."

Как я могла спросить у него это?

Красноглазый

ребенок пытался притвориться спокойным, но, тем не менее, фрагменты

эмоций, которые невозможно было скрыть, вызвали у зрителя душевную боль.

- Святая привела лорда Кардиена в столицу и сделала рыцарем, не так ли?

- Да.

Это была очень ясная история, мне не нужно было его ни о чем спрашивать.

Эстель, которая спасала людей в темных местах, таких, как бордели и пустые дома по всей империи, спасла и Люциана, который рос в

трущобах.

Под защитой Эстель Люциан впервые смог жить в обществе.

Он научился говорить, научился писать, обучился владению меча и научился общаться с людьми.

Любить такого человека - естественно.

Но избавится от этой любви...

Опасаясь утечки своих чувств. Он думал, что будет достаточно бродить по полю боя.

Я не должна вспоминать эти строки из книги. Ведь они постоянно отображаются слезами в моих глазах

Почему ты так отчаянно скрывал свое

отчаянное сердце?

Позже ты не смог справиться с этим, и стал демоном.

- Если бы я была лордом Кардиеном, думаю, я бы любила ее.

Он слегка пожал плечами на мое внезапное замечание. Как будто я попало в точку.

Я продолжила на заботясь об его поведении.

- Потому что она спасла бы меня от ада.

Если бы это было так, то я бы каждый день, каждую минуту,

каждую секунду я признавалась бы ей в своей любви.

"Тебе наверное, интересно, почему я говорю эти совершенно неожиданные слова?"

"Ты

можешь подумать, что твоя странная невеста несёт чушь. Но все же мне

очень хотелось это сказать. Надеюсь, ты хоть немного откроешь свое

закрытое сердце."

Продолжая смотреть на меня широко раскрытыми глазами он ответил:

- Вы шутите, леди. Если проклятый человек скажет такое, я боюсь, что даже святая убежит.

- В самом деле?

Я улыбнулся, искривив глаза, как будто это был вздор.

Она святая, но в первую очередь девушка. Если бы она убежала, я бы

сказала, что у нее отвратительный вкус в парнях. Как можно убегать от

кого-то настолько потрясающего.

Неожиданно осознав, то что сказала я прикрыла рот обеими руками.

"Вот черт! Почему я всегда такая глупая?"

Том 1 Глава 6.1

Чистая и белая, как нефрит, кожа, яркие золотистые волосы, сверкающие голубые глаза.

Она не была ослепительной красавицей с чёткими чертами лица, но у неё было чистое и светлое лицо, которое вряд ли кому-то могло не понравится. Другими словами, она чертовски привлекательна.

Эстелль подошла к двум мужчинам, которые, по-видимому, вели необычный разговор.

— О чём вы разговариваете?

Эстелль, задав вопрос, широко открыла глаза и повернулась ко мне.

— Сначала было необходимо поприветствовать главную героиню торжества, но я совершила ошибку.

Она поприветствовала меня реверансом.

— Спасибо, что пригласили меня на церемонию, мисс Перния. Я святая, Эстелль Сангрия.

Это было не идеальное приветствие, которое должно быть у дворянина. Оно было неуклюжим. Тем не менее, это было ещё прекраснее.

Сопротивляясь желанию крепко обнять её, я грациозно склонила голову.

— Большое спасибо за то, что приняли моё приглашение, святая.

Эстелль ответила широкой улыбкой.

Даю 500 очков за улыбку.

Обернувшись, она также поприветствовала Карликса.

— Ваше Высочество Наследный Принц, прошло много времени с нашей последней встречи. У вас всё хорошо?

Это было обычное приветствие, но эффект оказался невероятным. Жёсткая энергия Карликса, которая вот-вот должна была уничтожить континент, исчезла. Вернувшись в спокойное состояние за одну секунду, Карликс заговорил с Эстеллой.

— Всё ещё неуклюжие движения. Ты как простолюдинка.

Ох, этот наглец.

Несмотря на то, что мне хотелось плакать, наблюдая за ней, Эстелль не сердилась. Её лицо просто покраснело.

— Я усердно тренировалась, но всё еще довольно неуклюжая.

Затем она опустила брови и улыбнулась.

— В следующий раз я покажу подобающее леди приветствие.

Хм. Она не ангел, она больше напоминает бодхисаттву*.

(*П/П: женщина-буддистка).

В ответ на изящные слова Эстелль, Карликс посмотрел на неё так, словно сожалел о своём замечании и хотел умереть, но забрать слова назад было уже поздно.

Эстелль не сводила глаз с Люциана.

— Поздравляю с помолвкой, Люциан.

Я заметила лёгкое дрожание пальцев Люциана. Он ответил через некоторое время:

— Спасибо, Эстелль.

Голос Люциана не дрожал. Он был весьма спокойным. От этого было ещё печальнее.

У меня болит сердце, когда думаю о том, насколько больно это говорить.

Но что я могу сделать? Я всего лишь злодейка второго плана. Невеста по принуждению.

Немного подумав, я постучала пальцем по тыльной стороне его ладони.

«С тобой всё в порядке?» – вот что это значило. Понял он смысл этого жеста или нет, но его рука дрогнула, и он опустил глаза.

Том 1 Глава 6.2

Церемония помолвки проходила гладко.

— Я искренне благодарен всем за то, что вы пришли на церемонию помолвки моей прекрасной и элегантной дочери Пернии, которая обожает танцы и украшения, а также Лорда Кардьена, величайшего рыцаря Империи и самого доверенного рыцаря Императора. История этого зала насчитывает 300 лет. Это зал, где Ричмонд Лайлак, мой предок и первый маркиз Лайлак, провёл свадебную церемонию. Оно было спроектировано и построено Леонародо, известным архитектором того времени. Зал сияет даже 300 лет спустя, потому что в нём использовался лучший мрамор Ламабель.

Просто поразительно, какой длинной была речь отца, у которого и так язык без костей. Именно Карликс, высокомерно скрестивший ноги, закончил этот поток слов.

— Я не спрашивал этого и мне не интересно.

Хорошая работа.

Мне жаль, но это не самое подходящее время для таких речей. У отца было недовольное выражение лица, но нельзя отчитать Карликса за то, что он его перебил.

— ……… Я сейчас закончу свою речь.

Раздался взрыв аплодисментов. Я дёрнулась, когда отец посмотрел на меня.

Бал начался после окончания речи. Главными героями танца были, конечно же, жених и невеста.

Когда мы с Люцианом вошли в зал, все взгляды были направлены на нас. Прошло довольно времени с помолвки, но это первый раз, когда мы появились вместе на публике. Люди нетерпеливо перешептывались.

Некоторые, разумеется, будут насмехаться над дочерью маркиза за то, что она потеряла гордость дворянина, будучи помолвленной с незаконнорождённым мужчиной, а некоторые посочувствуют Пернии, ведь она помолвлена с проклятым человеком.

В любом случае, это оскорбление Люциана. Я взглянула на него. Он выглядел таким же мягким, как обычно, но немного нервничал.

— Волнуешься?

— Да.

Я усмехнулась его ответу. Мило, что человек, сражавшийся с миллионом вражеских солдат, нервничает из-за подобного.

— Не переживай. Я была строгим учителем. И…

Сказала я, вкладывая свою руку в его ладонь.

— … Если найдется человек, который посмеётся над твоими танцами, я отругаю его.

Заиграла музыка. Он не стал богом танцев за две недели тренировок. Были моменты, когда он еле выполнял нужные шаги, а движения запаздывали за музыкой. Но это всё спасалось за счёт актёрской игры.

Его лицо отличалась от того, что я видела на тренировках. Сейчас он выглядел как самый спокойный человек мире, а не удивлённым и подавленным, каким был на занятиях. Люциан был прекрасен, отчего эффект был ещё лучше.

— Я знал, что леди Перния прекрасна в танцах, но не подумал бы, что Лорд Кардьен так хорош.

— Знаю, он действительно красив.

Он красив только потому, что хорошо танцует?!

Не знаю полной картины их беседы, но реакция неплохая.

— Приятно обладать красивым лицом.

Пробормотала я, смотря на Люциана.

— Скоро наступит заключительная часть. Вы справитесь?

— Да, – Люциан кивнул с самым серьёзным лицом в мире.

Даже если бы произошло внезапное землетрясение, и земля раскололась пополам, он был готов к этому.

Заключительным движением танца был разворот девушки, а затем её возвращение в объятия своего партнера.

Выступая на публике, я стала даже немного жадной до взглядов. Независимо от того, что сделает злодейка второго плана, она не будет сиять так же, как главная героиня. Просто хотелось потешить своё самолюбие.

Я уделяла большое внимание шагам, но они явно отличались от тех, что я практиковала.

Подол юбки развевался, а пышные волосы приятно колыхались. Грациозно повернувшись, я оказалась у груди Люциана. Как только попала в его объятья, я ощутила приятный мятный аромат.

Хорошо.

Сморщив нос, я слегка приподняла голову и посмотрела на него. Затем я рассмеялась, опустив взгляд.

— Ну как? Было не так уж и плохо, да?

— Ах………

Люциан моргнул и попытался что-то сказать, но я выскользнула из его объятий.

— Поклонись, – шепнула я, хмурясь.

Люциан понял меня. Он выпрямил спину и грациозно поклонился. Я тоже склонила голову. В этот момент раздались аплодисменты людей, что нас окружали. В частности, мой отец, который взволнованно кричал, хлопал в ладоши, как тюлень.

— Какая замечательная пара! На самом деле, в день рождения Пернии гадалка сказала, что Перния спасет империю от кризиса. А Лорд Кардьен действительно спас империю от долгой войны. Уверен, они созданы друг для друга!

Ох, папаша, хватит болтать.

— Молодец, – сказала я Люциану, сочувствуя аристократам, которые были рядом с отцом.

— Это всё благодаря леди.

Я кивнула и ухмыльнулась.

— Согласна.

Однако, времени расслабиться и насладиться успешным танцем, у нас не было. Дворяне стекались со всего зала к нам с Люцианом.

— Это было отличный танец.

— Моё сердце билось как бешенное.

— Когда вы успели натренироваться? – прошептала я Люциану.

— Для начала, я сосредоточился на поставленной задаче.

Том 1 Глава 7

- ......Потрясающего?

Люциан посмотрел так, словно услышал что-то странное.

По его выражению лица я могла понять, что в нем бушевало много горя.

- Это благородный термин, которого я не знаю? Это иностранный язык?

Я чувствовала, что он мучился из-за того, что не мог понять, поэтомупоспешно добавила объяснение.

- О, лорд Кардиен не знает, потому что вы долгое время были на поле боя. Это популярное высказывание среди аристократов в наши дни. Это положительное слово для выражениявосхищения.

- Понятно.

Глядя на него я могла сказать, что он сомневается в этом, но сказанные мною слова небыли шуткой.

Здесь это слово не популярно, но оно используется в широком обороте в другом мире.

Я старался говорить спокойно.

- Я имею в виду, что признание лорда Кардиена в любом случае никого не оскорбит. Так что не бойся того, что она убедит! Если это не замужняя женщина, будь то святая или монахиня, ей будет приятно услышать признание.

Не знаю, понял он меня или нет, но Люциан долго молча смотрел на меня.

Затем он опустил глаза и пробормотал себе под нос.

- Леди Перния, вы действительно...

"...Да уж. Я знаю, это звучало немного глупо. Так что лучше я остановись на этом."

Какое счастье, что он не может слышать моих мыслей.

* * *

- Вы прибыли сегодня немного раньше.

Я снова прибыла в особняк Люциана. Пробыв здесь несколько дней, я привык к размерам такого огромного особняка.

Меня схватил Пол, помощник Люциана.

- Добро пожаловать, мисс Перния. Я покажу вам Холл.

Люциан, который не любит людей, не хотел, чтобы в его особняке было много рабочих. Таким образом, Пол отвечал за управление и сопровождение особняка.

Хотя он был верным слугой, который заботился, как о работе своего босса, так и о его повседневной жизни, было одно НО.

Дело в том, что он знал личность бывшей Пернии.

Сегодня он снова встретил меня свирепым взглядом. Настороженное лицо Пола, полное беспокойства, рассказывало мне то, о чем он думает: «Какого черта эта женщина каждый день приходит к лорду Люциану?»

Я пошла вместе с Полом в банкетный зал, а по пути все же решила сказать то, что так давно хотела:

- Пол.

- Да.

-Вы можете не верить, но я пришла сюда, чтобы помочь лорду Кардиену с чистым сердцем. Так что не надо так сильно беспокоится.

- Мы с тобой на одной стороне.

Пол нахмурился, глядя на меня с выражением лица, которое говорило: «Эта женщина действительно сумасшедшая?»

- Я не знаю, почему вы так говорит, но яхорошо помню, что леди публично заявила четыре года назад».

Пол продолжал говорить с ядовитым взглядом, как будто он подражал Пернии.

- Вы сказали: «Я просто не могу согласиться с тем, что чудовище из простолюдинов, проклятое дьяволом, было названо самым молодым рыцарем.

"Зачем ты это сделала, Перния!?"

При мысли о Пернии и дьявольском подражателе, которому нечего было бояться, меня залили слезы.

Пол говорил, не скрывая никаких признаков жестокости.

- Так что теперь не проси меня поверить вам.

После этого Пол холодно закрыл дверьбанкетного зала и исчез.

"Это слишком подло, Перния. В любом случае это было в прошлом. Теперь я большой поклонник Люциана."

Я представила себе, что я соревнуюсь с Полом за пост президента официального фан-клуба Лучана, а затем вошла в банкетный зал.

Только первые несколько дней мне было неловко оставаться одной в тихом месте. Сейчас же, мне очень даже комфортно.

"Я привыкла не обращать внимание на презирающие взгляды слуг."

Сделав шаг и положив в рот виноград, который был взят со стола я задумалась.

"Почему Люциана до сих пор нет ?"

Спящая красавица

Это было весьма необычно, я простояла тут уже довольно долгое время, но Люциан так и не показался мне.

Вскоре, немного побродив я нашла его

Он спал на диване в углу комнаты.

"Боже. Кака это мило"

Мои глаза расширились. Стараясь не разбудить я тихонько продолжала смотреть на его милую мордашку.

"Как я могу пропустить такой приз?"

Его лицо сейчас выглядит на удивление таким невинным, в основном он был человеком хороших манер и доброй воли.

Так что я впервые увидела такое выражение его лица. Да и спящим я его тоже впервые видела.

Его серебристые волосы, отраженные в лучах Солнечного света, проникающего через окна, сияли, как драгоценные камни. Длинные серебристые ресницы тоже выглядели, как мтото мягенькое.

"Он весьма симпатичный, но постоянновыглядит немного расстроенным."

Когда я встретила его сразу после того, как он вернулся с поля битвы, Люциана был совершено другим, сейчас же он выглядел измученным и усталым

Я знала причину.

- Должно быть, ты опять, вчера тренировались всю ночь.

Он был таким ужасным танцором, что я подумала, что в этом и заключалась проклятие дьявола, но через день егодвижения стали заметно лучше.

Было ясно, что он тренировался все время с тех пор, как я вчера вернулся домой.

- Только жаль что все это....

Было очевидно, что церемония помолвки его совсем не беспокоила. Его беспокоил только танец со святой.

Я посмотрела на него и пробормотала.

- Я бы хотела, чтобы ты был более смелым в своих чувствах к Эстель.

Примет ли Эстель его чувства или нет - этот вопрос мы оставим на потом.

Я не хочу, чтобы его давнишний разум гнил еще больше. Я хочу, чтобы он хоть немного передал ей свои чувства.

* *

*шорох*

Небольшой шум заставил меня повернуть голову.

Люциан, прислонившись к дивану, смотрел на меня полузакрытыми глазами.

"Ты еще такой полусонный."

Я засмеялся, потому что это было мило.

-Хорошо спалось?

-Да.

- Хочешь поспать еще?

- Да.

- Тогда поспи еше немного, все в порядке.

Он снова закрыл глаза, прям как спящий котенок, а через некоторое время он широко открыл глаза.

Он поднялся с испуганным лицом, оно больше не было сонным.

- О, когда ты пришла?

- Где-то час назад.

Красные глаза Люциана задрожали.

- Прошу прощения. Я был очень невежлив с гостем».

- Все в порядке. Благодаря тебе я увидела кое-что, что меня порадовало

- Кое-что, что порадовало?

Я ответил ему с с нежной улыбкой, и он пару раз моргнул, услышав мои слова. Затем, глядя на меня с растерянным видом, его лицо залилось краской.

Том 1 Глава 8.1

— Мисс Эстелль, – произнёс Люциан, но лицо девушки оставалось спокойным.

— Отпусти.

Лицо Люциана исказилось. Закусив губу, он посмотрел на неё со смесью чувств и отпустил руку Карликса.

Мои глаза расширились от шока.

Ни за что…

Кто-нибудь, прошу, скажите, что это неправда.

Нельзя, чтобы всё так закончилось.

Но, увы, это был конец.

Вслед за Карликсом, держащим её за руку, Эстелль покинула зал с мрачным видом.

Там, где секунду назад стояли Люциан со святой, теперь был один Кардьен.

Складывалось ощущение, что так и должно быть. Но это неправильно.

Я стиснула зубы в безмолвной тишине банкетного зала.

Это не может так закончится.

Развернувшись, я последовала за этими двумя.

Люциан с нетерпением ждал возможности потанцевать с Эстелль, поэтому я подумала, что смогу упросить её остаться.

Потому что она заботится о Люциане. Потому что по её лицу было видно, что он ей симпатичен.

Я имею ввиду, что всё предельно ясно.

— Его Королевское Высочество Наследный Принц приказал не позволять следовать за ним.

Рыцари Карликса не сдвинулись с места. Я не могла даже немного пройти вперед.

— Мне нужно кое-что срочно сказать святой! – вскрикнула я.

Несмотря на мой крик, рыцари повторили то же самое.

— Это приказ.

— Эй, посмотрите на меня!

Пока Карликс и Эстелль садились в карету, я со злостью кричала на рыцарей.

— Вы не знаете кто я? Я – Перния Лайлак, известная на всю империю своей жестокостью! Как вы можете не пропустить такую злую леди!

Я заставила рыцарей застыть, но они не проявили милосердия к злой женщине.

— Нет.

В итоге карета с Карликсом и Эстелль тронулась. Я тупо смотрела на карету, удалявшуюся с огромной скоростью, и упала на землю.

Я киплю от ярости. Я была так зла, что у меня потекли слёзы. Это неправильно.

Мужчина, похожий на сломанную слинки*, так усердно тренировался. Люциан так сильно старался, что не мог спать, а на коже появились мозоли. Он не мог угнаться за музыкой, даже если повторял движения тысячу раз.

(*П/П: слинки – это игрушка-пружина. У нас могла быть известна, как пружинка-радуга).

— Он должен был признаться, но он не…

Он просто хотел потанцевать с ней один раз.

Из глаз потекли слёзы.

Негласное правило аристократов – никогда не проявлять истинных эмоций на публике.

Я забыла о своей чести и заплакала. В поле зрения появились знакомые туфли. Это были аккуратные новенькие туфли без единой пылинки.

— Леди Перния.

Я знала обладателя этого сладкого голоса. Не дожидаясь моего ответа, Люциан опустился на колени. В тот момент, когда его красные глаза приблизились и встретились с моими, смущение залило лицо.

Создавалось ощущение, что тут снимается мелодрама. Но пришло время вернуться к реальности.

Что мне ответить, если он спросит почему я плачу?

Действительно странно, что я так расстроилась из-за того, что он не потанцевал с Эстелль. Но ещё более странно, что я плакала после того, как Наследный Принц ушёл со святой. Чтобы я не ответила, я уже выгляжу как сумасшедшая невеста.

— Вы знаете о моих чувствах, да? – спросил меня Люциан. Я прикусила губы, потому что не зала, что делать в этой ситуации.

От этих слов я открыла рот и выглядела как дура.

— Что?

Люциан разразился тихим смехом, когда увидел меня в подобном состоянии.

— Вас гораздо легче прочесть, чем думаете. Даже такие люди, как я, поймут, ваши замыслы.

О чём, чёрт возьми, ты говоришь?

Я посмотрела на него ещё более удивлёнными глазами, чем раньше.

Он серьёзно это сказал? Этот наивный, добросердечный второй главный герой, которого я знаю?

Однако сейчас он выглядел совершенно по-другому. Его застенчивость исчезла, и он выглядел даже немного… сексуально.

— Леди Перния.

— …

Почему ты называешь моё имя с таким выражением лица?

Он только назвал меня по имени, но моё сердце заколотилось, как сумасшедшее.

Люциан вытер слёзы с моих глаз, словно утешая ребенка, и сказал:

— Я хочу узнать тебя* получше.

… А?

— Предоставишь мне такую возможность?

Я взвизгнула, а по спине пробежали мурашки.

(*П/П: Люциан стал обращаться к Пернии не официально).

Побочная история. Я – второй главный герой-яндере.

— Проклятый дьявол!

Это были последние слова врага. Люциан одним ударом отрубил ему голову. Мощным бесшумным ударом был убит вражеский командир.

Когда он увидел, что голова врага лежит на земле, Люциан снял шлем, обнажив мокрые серебряные волосы и чистое лицо. Мужчина выглядел так красиво, что сложно было поверить, что он был рыцарем на поле боя.

Кардьен вытер окровавленный меч и посмотрел на Пола, своего помощника.

— Все мертвы.

Пол почесал плечо и закричал, прочищая горло.

— Генерал отрубил голову вражескому командиру! Это победа Империи! – раздался голос Пола.

В этот момент, сражавшиеся окровавленные солдаты, взревели.

Война, длившаяся три года, закончилась.

Но несмотря на то, что Люциан привёл империю к победе, он был не очень счастлив. Теперь ему нужно вернуться в столицу. По сравнению с полем битвы, в столице было больше сложностей.

Император, которому он поклялся в верности, аристократы, которые улыбались ему, но презирали в душе, и… Эстелль.

Одна мысль о ней разбивает Люциану сердце.

«Я не скучаю по ней».

Думая о её блестящих золотистых волосах, он стиснул зубы. Только по этой причине Люциан продолжал сражаться на этой долгой войне. Потому что, когда увидишь её, тебе захочется подойти ближе, захочется увидеть её улыбку.

«Как они смеют. Как они смеют говорить, что я проклят дьяволом».

Эстелль всегда была дорога сердцу Люциана.

Если бы она узнала, что Люциан вернулся, то пришла бы навестить. Было больно думать о том, как избежать встречи с ней.

Затем подошёл Пол.

— Лорд Люциан, пришло письмо от Маркиза Лайлака.

Лицо Люциана окаменело, услышав последние слова.

Два года назад Люциан обручился. Это было делом рук императора.

— Люциан, одной из причин, по которой ты слышишь, как дворяне шепчутся за твоей спиной, являются твои алые глаза, а другая причина заключается в твоём статусе. Ты не можешь изменить цвет глаз, но можешь изменить своё положение в обществе. Я дам тебе возможность заключить хороший брак. Женись и будь достойным членом дворянской семьи.

Избранной невестой была единственная дочь Маркиза Лайлака, Перния.

Он даже не знает её лично.

«Я видел только её портрет».

В день принудительной помолвки он получил портрет. Перния была красавицей с вьющимися сине-фиолетовыми волосами. Тем не менее, по натянутой улыбке и приподнятым глазам можно было понять её непростой характер.

«Я слышал кое-что о ней от рыцарей моего отряда».

Она была одной из самых модных красавиц общества. Наряду с комплиментами они всегда приговаривали: «Но она слишком честна». Даже Люциан, не знакомый с культурой аристократов, знал значение данных слов. Это значит, что у неё отвратительный характер.

Ну, в любом случае, её характер не имеет значения. Это помолвка по принуждению. Знатная леди с таким мужчиной.

«Не представляю, насколько это ужасно. Мне её жаль».

Крошечное чувство жалости. Это всё, что Люциан чувствовал к Пернии.

Не отрицай своей красоты

- Я выгляжу весьма неопрятно. Подождите минутку… Я сейчас вернусь.

"Нет, не то!"

Я покачала головой при мысли, чтонепреднамеренно смутила его.

- Тебе не обязательно. Ты сегодня тоже отлично выглядишь.

Встав со своего места я подошла к нему.

- Только вот, твои волосы немногорастрепались.

Я, естественно, потянула руку к его лбу.

Когда он это заметил, на мгновениевздрогнул, но на этом все. Он не избегал моей руки.

Он даже слегка согнул колени, чтобы мне было легче дотянуться. Это обозначала его четкое разрешение.

"Вааа~~~~"

В своей голове я ликовала от радости.Мне так хотелось прикоснуться к этимсеребряным волосам, сверкающим на солнце.

Все было так, как я себе и представляла.

- Твои волосы подобны паутине. Они тонкие и мягкие. Мои же волосы жесткие и Вьющиеся, поэтому они мне совсем не нравятся.

- В самом деле?

Я искренне ответила:

-Да, я тебе так завидую.

Люциан выглядел озадаченным, как будто услышал комплимент, который ему совершенно к нему не относился.

Нежно принимая мое прикосновение. Он сказал:

- Леди всегда говорит то, что я никогда прежде не слышал

- Ты обиделся?

Его глаза мягко изогнулись.

- Нет.

Я испытал облегчение от этого короткого ответа.

“Никогда бы не подумала, что он мог бы смотреть на Пернию таким взглядом, как сейчас. Хотя... я ведь не Перния.”

* *

Наконец приближался день помолвки.

- Леди. Как, как красиво!

Слова Энн были такими лестными, впрочем как раз то, что так любила настоящая хозяйка этого тела.

Меня поразило отражение в зеркале.

- Ого!

Перния итак была красавицей.Но когда были объединены трехуровневые комбинации макияжа, платья и украшений, обычная красота превратилась в безмерную.

Яркие сине-фиолетовые волосы красиво завивались, зеленые глаза были более четкими благодаря фиолетовым теням для век вокруг них.Поднятые глаза и красные губы выглядели так привлекательно.А красное платье, которое мой отец купил мне на деньги, которые он наскреб, заставляла меня выглядеть немного надменно.

- Это очень шикарно. Мне это нравится!

Я смотрела в зеркало с взволнованным лицом, а затем повернула голову к Энн.Я сделала макияж сама, но во всем остальном мне помогла Энн. Я должна полностью компенсировать ей ее труд.

- Отличная работа, Энн. Я дам тебе премию и отпуск. Пойдешь, когда захочешь.

Энн выкрикнула с взволнованным лицом:

- До конца своей жизни я буду делать все возможное ради вас, миледи!

Это была хорошая реакция, которой работодатель мог гордиться.

Она продолжила с немного красным лицом:

- Сегодня никто не оторвет от вас глаз. Не говоря уже о вашем женихе, лорде Кардиене! Я уверена, что он влюбится в вас с первого взгляда.

— Пффф

Я засмеялся над этим замечанием.

Конечно, я признаю, что я сейчас великолепно одета и выгляжу весьма привлекательно, но шансы, что Люциана влюбиться в меня были ниже, чем шансы, что однажды он получит танцевальную премию, которой даже нет в этом мире.

"Как может человек с такой печальной безответной любовью смотреть на другую женщину?»

К тому же Эстель была женщиной всех прелестей мира.

У меня нет ни капли надежды, что она покинет его сердце. Скорее, мне следует ожидать того, что произойдет с большей вероятностью и не надеяться ни на что большее.

Церемония помолвки меня совершенно не интересовала. Меня интересовал только Люциан. Я сделала все возможное, чтобы ободрить его.

Прикрыв глаза я вспомнила наш с ним разговор.

- Красные глаза - символ проклятия? Только тогда, когда они есть у обычных людей. Если его носит красивый мужчина, то это очаровательно.

- Спасибо за ваши слова. Но я не такой красивый, как сказала леди.

Взяв зеркало я поднесла его к лицу Люциана, вместо того чтобы что-то сказать.

- Теперь просто посмотри на лицо в зеркале в течение пяти секунд. Посмотрел? И как?

Мне очень жаль Пол, но для Люциана это был прямой удар.

Люциан так и не смог ничего ответить.

- Не удивляйся моим словам. Ты не похожа ни на кольмара, ни на свинюшку. Просто продолжай смотреть на себя и вскоре ты поймёшь, что ты очень даже красивый. Не отрицай своей красоты!

После нашего разговора, он больше не отрицал этого.

Побочная история. Я – второй главный герой-яндере.

Пол поприветствовал Люциана по прибытии в особняк.

Помощник внимательно оглядел лицо своего хозяина. Пол – сын барона, поэтому время от времени встречал Пернию на мероприятиях. Она была воплощением высокомерной, порочной аристократки. Обычно подобные дворяне ненавидели тех, кто был ниже по статусу. Неважно, является он героем империи или нет, очевидно, что она проигнорирует его хозяина, являвшегося сиротой-простолюдином.

— Всё прошло нормально?

Люциан кивнул на осторожный вопрос Пола.

— Да. В отличие от того, что ты говорил, она была довольно милой.

Милой? С каких пор значение слова «милый» изменилось?

Затем Люциан сказал Полу, сбитому с толку:

— Ещё она подала мне интересную идею, о которой я даже не задумывался. Она предложила станцевать танец благословления со святой на помолвке.

— А?

Пол моргнул.

Конечно, танец благословления был довольно частым явлением. Например, на празднованиях дня рождения или коронации. Но никогда раньше святая не исполняла подобный танец на церемонии помолвки. Не важно, каким важным является благословление, ни одна женщина не желала, чтобы её мужчина оказывал внимание другой леди.

— Вы приняли это предложение?

— Да, у меня не было веской причины для отказа.

Услышав ответ Люциана, Пол отчаянно напряг свой мозг. Почему Перния сделала такое предложение? Должна же быть причина.

Секунду спустя у Пола появилось предположение. Он заговорил с Люцианом серьёзным тоном.

— Возможно, она хочет усложнить жизнь Лорду Люциану и святой.

— Каким образом?

— В день церемонии помолвки придут важные личности. Что бы они сказали, увидев танец Лорда Люциана со святой? Понятно, что она попытается унизить вас обоих за счёт ваших танцевальных навыков. Это грязная тактика, направленная на оскорбление тех, кто ниже статусом.

Люциан удивился словам Пола.

— Действительно?

Он и предположить не мог, что она задумала что-то подобное, глядя на него столь невинным взглядом. Это было неожиданно, но не удивительно.

Люциан знал, что дворяне любят вонзать нож в спину с улыбкой на лице.

Но почему? Ему не казалась ложью та улыбка, которой она одарила его при встрече.

— Лорд Люциан, прошу, откажитесь сейчас же. Вы не должны поддаваться влиянию леди Пернии.

Люциан опустил глаза.

Не имеет значения, если козни направленны на него. Но он не мог позволить подобному случиться, если Эстелль будет замешана в этом.

Поэтому Люциан кивнул.

— Хорошо. Я отправлю ей письмо завтра утром.

Ничего не поделать, если она разозлится и поинтересуется, почему я передумал после того, как уже согласился.

Но он получил письмо в тот же вечер. Оно было от Пернии.

«Мы только встретились, а она уже написала мне?»

Я открыл конверт думая, к чему, чёрт возьми, такая спешка?

В письме было короткое предложение, выведенное красивым почерком.

Больше ничего не было написано.

«На твоей стороне».

Это единственное, на что я мог смотреть.

Возможно, Пол прав. Аристократы подозрительны и жестоки. Они не заслуживают доверия. Но…

Люциан коснулся небольшой повязки, всё еще находящейся на его шее. Рана под бинтом уже давно исчезла, но он не снимал его. Потому что…

«Буду ждать, леди Перния».

Потому что я хочу верить ей.

Побочная история. Я – второй главный герой-яндере.

В первый день обучения, Перния была в шоке от непостижимого танцевального «мастерства» Люциана. Он тоже. Даже сам Люциан понимал, что его танцевальные навыки были ужасны.

Ей приходилось учить его одним и тем же движениям сотни раз за день, и всякий раз, когда он осваивал какое-то движение, на следующий день всё возвращалось к исходной точке.

Люциан уверен, что любой другой учитель танцев сбежал бы. Тем не менее, Перния без устали учила его.

Мужчина задумался.

«Почему она так усердно пытается помочь?»

— Если бы я была Лордом Кардьеном, думаю, влюбилась бы в неё.

В этот момент Люциан понял. Она знает о его чувствах.

Кардьен скрывал любовь к Эстелль. Но были и те, кто догадывался об этом, ведь в мире нет идеальной тайны. Один из таких людей угрожал Люциану.

— Проклятый поглядывает на святую. Будет забавно, если она узнает об этом, согласен?

Люциан засунул меч в его рот и прикончил.

Это произошло из-за его нервозности, вызванной тем, что его секрет был раскрыт, и из-за страха, что его чувства могут раскрыть Эстелль.

«Неужели она тоже хочет меня шантажировать? Или хочет высмеять?»

Люциан ощутил холодок. Это было бы ужасно с её стороны.

Он посмотрел на Пернию с потерянным выражением лица. Заметив перемену его эмоций, девушка с невинным лицом отхлебнула сок.

Но то, что последовало дальше, было отличным от ожиданий.

— Каждый день, то есть, каждую минуту, каждую секунду, я бы признавалась ей в любви.

Казалось, что его огрели большим молотком по затылку.

«О чём она говорит? Я не понимаю, что, чёрт возьми, она пыталась этим сказать»

— Вы должно быть шутите, леди. Если проклятый человек скажет такое, боюсь, даже святая убежит, – сказал Люциан, пытаясь не показывать волнения.

«Чёрт возьми. Мой голос всё ещё дрожит»

Но её ответ мужчине, прикусившему пересохшие губы, был игривым:

— Неужели?

Перния махнула рукой так, словно это невозможно.

— Даже святая – это, в первую очередь, обычная девушка. Если у неё не очень странные вкусы, то я уверена, что она скажет, что вы потрясающий, – сказала Перния, широко раскрыв глаза.

Сказав слово, которое я никогда раньше не слышал, девушка продолжила.

— Я имею ввиду, что, в любом случае, признание Лорда Кардьена никого не оскорбит. Так что не бойтесь и не убегайте!

Только тогда Люциан понял, почему Перния делала это. Она попросила Эстелль о танце благословения, учила его танцам так усердно, потому что знала о его чувствах.

«Эта девушка поддерживает мою любовь к святой. Она единственная в этом мире на моей стороне»

В этот момент частичка сердца Люциана затрепетала. Он больше не мог смотреть на неё как раньше.

* * *

Настал день церемонии помолвки.

Люциан проснулся рано утром и начал сборы. Две горничные и Пол помогали в подготовке.

Пол всё время жаловался, пока помогал Люциану одеваться.

— Не должно существовать такой вещи как принудительная помолвка. Лорд Люциан, скажите императору, что вы не можете этого сделать с дочерью Маркиза Лайлака. Тогда у вас получится предотвратить брак с этой злой Леди.

Пол, до этого причитавший, побелел и замолчал. Потому что Люциан посмотрел на него ледяным взглядом. Помощник знал Кардьена лучше кого бы то ни было. Лорд никогда не сердится. Но если ему что-то не нравится, его лицо приобретало холодные очертания.

Только тогда Пол понял, что совершил ошибку, и склонил голову.

— Прошу прощения, Лорд Кардьен. Я сказал чепуху.

— Неважно. Просто одень меня.

— Слушаюсь.

День помолвки

Я чувствовала как мало по малу меня наполняет энергия.

*Тук*

В дверь моей комнаты постучали.

- Перния, ты готова?

Это был голос моего отца.

Я чувствовала, что сейчас его настроение было веселым ежели в обычные дни. Это было очевидно. Дом долгое время находился на грани разрушения, он был счастлив принимать большое количество известных людей на помолвке своей дочери, ведь они могли помочь ему снова встать на ноги.

- Я уже закончила. Сейчас выйду.

Боясь получить он него упрек за долгие сборы или насмешку, я поспешила поскорей открыть дверь.

-Ах.

"Что за!?"

Не успев открыть до конца дверь я еле слышно вскрикнула.

У моей двери меня ждал не отец...Это был Люциан.

На нем не было той удобной одежды, которую он носил последние несколько дней.

Он был одет в белый костюм, украшенный рубинами цвета его алых глаз, с аккуратно уложенными серебряными волосами.

Как произведение искусства, что было сделано без единой ошибки.

Идеальная мужская фигура привлекла мое внимание.

"Ты сегодня снова меня околдовал."

Пробормотала я про себя.

- ... Вы прибыли довольно, лорд Кардиен.

- Да.

Я усмехнулась, услышав такой запоздалый ответ.

- Ты сегодня прекрасно выглядишь. Я изо всех сил старалась подобрать подходящий наряд, но на твоем фоне я просто меркну.

Вообще, хоть я и преподнесла это как шутку, но это было действительно так.

Люциан с серьёзным лицом покачал головой.

- Не говорите так. Леди Перния действительно ...

Не сказав до конца он замолчал.

Я подумала, что он скажет, что я кравива, но после этой паузы я уже и не надеялась, что он сделает мне комплимент. Как вдруг я услышала с его стороны что-то неожиданное.

- Потрясающе!

"Он использовал это слово!"

* *

- Почему вы так смеетесь, леди Перния?

"Потому что ты невероятно милый."

Я подумал, что ему не понравится, если я это скажу, поэтому сменил тему.

- Ого, пришёл герцог Эстебанский. Обычно он не появляется на подобных банкетах. Наша церемония помолвки должна быть великолепной.

Люциан и я принимали гостей которые пожаловали на нашу помолвку. Это должна была быть тяжелая работа, но она была на удивление проста.

Спасибо моему отцу.

Каждый раз, когда входил какой-либо гость, отец встряхивал всем телом и под видом приветствия начинал атаку по названием: "Разговор без возможности остановки".

Гости, потерявшие половину жизнненной энергии из-занападения моего отца, были не в состоянии долго общаться с нами.

Я улыбнулась гостям и сказала стоящему рядом Люцану.

- Вы знаете, лорд Кардиен...

- Что такое?

- Его Величество и моя семья настояли на этой помолвке. Лорд Кардиен не намерен насильно терпеть ее.

Люциан посмотрел на меня, нахмурившись.

- В любом случае, вне зависимо от того, как вы поступите, все будет в порядке.

- Что вы имеете в виду?

- Если посреди церемонии помолвки внезапно появляется женщина которая будет кричать, что ребенок у неена руках - ребенок лорда Кардиена...

- А?

- Небудет нечего страшного если вы...

- Леди Перния!

Он перебил меня не дав договорить.

- Кхмм.. Итак, я говорю, что бы ни случилось, я пойму, так что делайте то и поступайте так, как сами того пожелаете.

- ....

- Ничего страшного, если вы откроете сердце другим женщинам или исповедуетесь о неприязни в мою сторону. Что бы вы ни делали... я все приму.

Конец побочной истории. Я – второй главный герой-яндере.

Надевая пиджак, который подал ему Пол, Люциан подумал о Пернии.

— Я приобрела новое платье для церемонии помолвки. Такое не следует говорить, но оно и правда мне идёт. Деньги – это прекрасно.

Это заставило Люциана улыбнуться. Эта девушка всегда такая честная, что иногда он поражается её прямолинейности и не знает, как на это реагировать.

«Не могу дождаться, чтобы увидеть, как она выглядит»

Одетый в костюм, лично подобранный императором, Люциан выглядел элегантно и красиво, словно только сошёл с картины. Никто бы не мог подумать, что он был ребёнком, что носил грязную рваную одежду и вырос без родителей.

А ведь не так давно его тело было покрыто алой кровью.

Люциан покинул особняк в сопровождении Пола.

Прибыв в поместье Лайлак, мужчина проследовал за Маркизом на второй этаж. Сейчас же Люциан стоит перед спальней Пернии.

От ожидания пересохло в горле.

«Я виделся с ней на протяжении двух недель. Почему я снова это чувствую?»

Люциан покачал головой и отогнал непонятные эмоции. Но увидев Пернию, он потерял дар речи.

Люциан знал, что она красива. Иногда её улыбка напоминала цветы. Но в этом красном платье, обрамлённым сине-фиолетовыми волосами, она была так очаровательна, что он задумался.

«Другие тоже увидят её такой?»

Он прогнал такие детские мысли.

— Вы сегодня отлично выглядите. Я старалась подобрать красивый наряд, но с вами мне не сравниться, – сказала Перния с игривой улыбкой.

Люциан был сбит с толку. Даже если она скромна, девушке стоит больше хвалить себя.

Он хотел убедиться, что в этот раз его мнение будет истолковано предельно ясно:

— Не говорите так. Леди Перния действительно…

Красивая? Нет, этого слова недостаточно. Привлекательная? Тоже не то.

Люциан ещё никогда так не злился на себя за то, что не обладал красноречием.

В конце концов, он смог придумать только одно слово, подходящее Пернии.

— Потрясающая!

Она посмотрела на него как на сумасшедшего, но Люциан и не думал забирать слова обратно. Сегодня она была так прекрасна, что заставляла его сердце трепетать.

* * *

Люциан задумался, глядя на девушку, кричащую что-то удаляющейся карете.

«Почему я так отношусь к ней?»

Я обращаю на тебя внимание, улыбаюсь тебе, беспокоюсь о тебе, чувствую ревность, ты заставляешь моё сердце болеть, а ещё я хочу держать тебя в своих объятиях.

Из-за того, что она моя невеста? Из-за того, что она единственная, кто заметил мою любовь и поддержал?

Нет, это не единственная причина.

Люциан шагнул к Пернии. Он присел и встретился с ней взглядом.

Слёзы, капающие из зелёных глаз, напоминающих кошачьи, заставили сердце сжаться.

«Как она может быть такой милой?»

Вытирая слёзы с её лица, взгляд Люциана смягчился.

— Леди Перния, я хочу узнать тебя получше. Предоставишь мне такую возможность?

Люциан уже знал ответ на мучавший его вопрос. Это чувство – не что иное, как сильный интерес мужчины к женщине, которая ему нравится. Он хотел знать о ней всё. От обычных вещей до секретов. Люциан желал знать всё.

Том 1 Глава 10.2

Чирик-чирик. За окном щебечут воробьи.

— Леди, я вернулась. Как вы?

Это был голос Энн, которая уходила в трёхдневный отпуск. Она открыла дверь, показав загоревшее лицо, и закричала.

— Ч-что произошло в моё отсутствие?

Я это заслужила. Я выгляжу настолько жалко, что ко мне подошёл бы нищий и спросил: «Вы в порядке?».

Не расчёсанные волосы были собраны в пучок и напоминали губку, а тёмные круги, которые должны быть только под глазами, доходили до подбородка.

— Боже, что делать?

Энн, которая была подле меня 365 дней в году, стояла со слезами на глазах.

— Прости, Энн. Я несколько дней не ухаживала за собой. Но даже если я пролежу в дерьме всю неделю, ничего страшного, ибо я крутая злодейка, которая может просто нанести макияж.

— А?

Я одарила шокированную Энн улыбкой.

— Не обращай внимания на мои слова, я ещё не до конца проснулась.

Девушка взглянула на меня с недоверием, но присела на стул.

— Я говорила хорошо заботиться о вас, но чем, чёрт возьми, занимались горничные?

Энн заворчала и принялась возвращать мне исходное состояние симпатичной леди.

Посмотрев в зеркало, я пыталась найти изящную фигуру дамы, которой я была пару дней назад.

«Не будь строга к другим служанкам, Энн. Я стала настолько уродливой из-за Люциана»

В голове всплыла церемония помолвки.

— Я хочу узнать тебя получше.

Вспомнив это, руки покрылись мурашками.

Я много думала об этом. Зачем мужчине желать узнать женщину получше? Я ему нравлюсь? Я сразу же отбросила этот вариант. Конечно, Перния красива, но она дворянка. Ранее её недостатком был отвратительный характер, но овладев этим телом, ситуация стала получше. Так что причина точно не в этом.

Второй главный мужской персонаж, Люциан Кардьен, верен безответной любви. Я хорошо его знаю. Любовь к Эстелль – это не то, что легко проходит. Она превратила его из невинного парнишки в яндере.

«Тогда какого лешего?»

Проведя несколько дней в размышлениях, я кое-что придумала.

Посмотрев через зеркало на Энн, расчесывающую мои спутанные волосы, я произнесла:

— Энн, хочу кое-что спросить.

— Конечно, спрашивайте.

— Это относится не ко мне, а к подруге.

Энн прищурилась. Перния была дурной девушкой, поэтому друзей у неё не было. Я поспешно исправилась.

— Нет, я имею ввиду историю подруги одной знакомой дамы.

После этих слов подозрение в глазах Энн рассеялось.

— Есть мужчина, который влюблён в одну женщину. Никто не знает, что она ему нравится, ведь он тщательно скрывает это. Но появилась девушка, которая узнала об этом. Затем он кое-что сказал этой девушке. Как думаешь, что он сказал той, которая узнала о его чувствах?

Энн кивнула и начала заплетать мои волосы.

— Что же он сказал?

— Что хочет узнать её поближе! Как думаешь, что это значит?

— Вам не кажется, что он просто дамский угодник?

Такой ответ заставил меня подпрыгнуть.

— Это невозможно!

Не знаю, что на счёт других, но к Люциану подобное не относится.

Я так рьяно отрицала этот вариант, словно была матерью, защищающей своё дитя от ложного обвинения.

Энн была поражена такой реакцией. Я осторожно продолжила:

— Дело не в этом. У тебя нет других предположений?

— Каких?

Я взглянула на Энн с надеждой. Закончив заплетать волосы, она произнесла:

— Никто не знает в кого влюблён этот человек…

— Верно.

— Но появилась женщина, которая знает об этом…

— Да.

— Он хочет шантажировать эту женщину. Мужчина не хочет спускать с неё глаз, чтобы она держала рот на замке. Может, он убьёт её, — сказала Энн с мрачным выражением лица.

Я моргнула, находясь в шоке от её доводов. Энн, ты…

— Как ты можешь быть настолько умной?

— Вы мне льстите.

Энн кротко улыбнулась в ответ.

Сначала это звучало абсурдно, но кажется, что такой ответ единственно верный. Ну ум пришёл оригинальный сюжет.

Был один аристократ, который узнал о слабом месте Люциана, а затем и о чувствах к Эстелль.

— Если ты расскажешь святой, то…

То был не яндере-Люциан, а он обычный. Он так сильно желал сохранить в тайне свои чувства.

Я забыла об этом.

— Если бы я была Лордом Кардьеном, думаю, влюбилась бы в неё. Я имею ввиду, что, в любом случае, признание Лорда Кардьена никого не оскорбит. Так что не бойтесь и не убегайте!

Когда вспомнилось то, что сказала Люциану, моё тело охватила дрожь.

О чём он думает, когда видит меня? Думает, когда же ему избавиться от женщины, которая сводит его с ума?

Он имеет право так думать.

— Аааааа!

Только сейчас я осознала свою глупость. Схватившись за голову, я закричала.

Энн удивлённо смотрела на меня, но я не могла сдержать слёз.

Конец. Я всё испортила!

* * *

После домыслов о моём ужасном конце, я снова закрылась в комнате.

Не хочу его видеть.

Но реальность слишком жестока…

— Перния! Пришёл Лорд Кардьен.

Слова отца, донесшиеся из-за двери, только сильнее разозлили меня.

— Серьёзно! Я же сказала, что больна!

Я сообщила, что не хочу никого видеть какое-то время, потому что моё тело и разум больны. Но отец знал, что это чушь собачья. В этом виновен врач, который приходил вчера.

— Это фальшивая болезнь.

Если бы он не поставил такой диагноз, то отец не привел бы Люциана к своей бедной дочери.

Гад на праздновании

Я сказала ему это, потому что боялась, что он не сможет выразить свою любовь святой, из-за чувства ответственности или вины передо мной.

Посмотрев на него я увидела, что выражение его лица было странным.

Он смотрел на меня с лицом, которого никогда раньше не показывал.

Красные глаза, мерцающие, как рубин, потускнели. Сейчас они выглядели как невысохшая кровь.

У меня за спиной пробежал легкий озноб.

- Что-то не так?

Мужчина, который до сих пор не совершал каких-либо ошибок, вздрогнул.

"Я сказал что-то обидное? Я никогда этого не делала, так что еще не время становится демоном."

Холодный пот тек по моей спине.

- Прибыл его Королевское Высочество!

"В книге не было ни слова о приезде наследного принца, тогда почему же?"

Мои глаза расширились. И когда я увидела мужчину в банкетном зале, я прикрыла свой рот.

"Зачем он здесь?"

Несомненно, принц Карликс гордо шел среди ревущей толпы.

Парень великолепной внешности для всех вокруг, и гад, а по совместительству еще и лентяй, конкретно для меня.

*******

Люциан. Он все время копался в своих чувствах, не зная, насколько ему нравится Эстель. Он начнет сожалеет о неспособности признаться только после того, как она уйдет к главному герою.

Люциан был нежными и всегда думал об Эстель. Боялся что навредит ей. Именно этим он и заработал любовь читателей.

Но главный герой, Карликс был его противоположностью. У него было совершенно иное очарование, чем у Люциана. Он был крутым, непокорным, красивым мужчиной с черными волосами и черными глазами.

Стоя перед Люцианом, Карликс заговорил с мрачным лицом.

- Я пришла сюда не потому, что хотел. Просто отец с матерью попросили меня поехать сюда.

Люциан вежливо поклонился Карликсу, который издавал слабый собачьи рык с того момента, как заговорил.

- Спасибо за ваши драгоценные шаги,ваше Высочество.

[ П/П Спасибо за то, что пришли ]

Это была просто формальность, но атмосфера, которая окружала этих двоих, не была шуточной.

Даже стоя на своем месте я отчетливо чувствовала их ненависть друг к другу.

Действительно, они главный герой и антигерой.

Карликс посмотрел на Люциана и повернулся ко мне. После чего я склонила голову.

- Я рада познакомиться с вами, ваше высочество великий принц Империи. Я Перния, дочь маркиза Сирени.

- Да, я много слышал о вас.

Карликса, как то и соответствовало главному герою любого романа, не интересовал никто другой, кроме главной героини.

Так что я подумала, что он не будет уделять мне много внимания, ведь я для него, как пыль под ногами. Но почему же он решил продолжить свой разговор со мной?

Я широко открыла глаза, после того, как Карликс заговорил с угрюмым лицом:

- Я слышал, вы просили святую об особом одолжении.

Это было весьма зловеще.

- Вы попросил ее станцевать танец благословения, c вами и лордом Кардиеном.

Том 1 Глава 12

Голос Карликса, произнесшего фамилию «Кардиен», был жутким.

Только тогда я понял, о чем он говорил.

Согласно оригинальной истории, Карликс и Эстель были влюблены в друг друга еще до начала романа.

Примерно в это же время принц отрицал свою привязанность к Эстель, говоря что-то вроде: «Я не верю в любовь!»

Его интерес и одержимость Эстель были огромны. То же самое и с ревностью.

"Ты расстроен, что Эстель будет танцевать с Люцианом, верно? А меня ты ненавидишь за то, что я была той, кто предоставил Люциану такую возможность."

Я хотел крикнуть: «Эй, мелкий ублюдок, ты что-то имеешь против этого?», но ничего не смогла сказать.

Глаза Карликса были такими жуткими.

"Так страшно."

Мой физиологически организм отреагировал против моей воли.Я сжал дрожащую руку, и Люциан, стоявший рядом со мной, заговорил:

"Ваше Высочество. Осмелюсь спросить ......."

Услышав голос Люциана, Карликс обратил свое внимание на него.

Люциан продолжил свои слова мягкимГолосом:

- Пожалуйста, не смотри на нее так.

- Что?

Принц нахмурился.Люциан, который всегда был таким нежным, сейчас вел себявесьма абсурдно, говоря такие вещи.

"Что это сейчас было? Ты мне помог?Что это? Что происходит?"

В оригинале Люциана не интересовала Перния. А, Перния, которой было все равно на него, никогда ни расстраивался из-за этого.

Не могу поверить, что он сказал это, чтобы защитить меня.

Честно говоря, я был тронута. Это стоило тех двух недель, которые я потратила на тебя, чтобы научить танцевать.

В своей голове прослезился от радости, но реакция Карликса была необычной.

- Как ты посмел говорить мне, что делать? Ты всеволишь собака,поклявшаяся в верности императорской семье!

Ох верно. Чего и следовало ожидать.Карликс был печально известным человеком еще с начальной школе. Его личность отвратительна.

Глаза принца были невыносимо жуткими. То же самое и с Люцианом, который оставался рядом рядом сомной.

На лице Люциана, которое раньше былоневыразительным, сейчас не было никаких признаков кротости.

"Эй, эй, вы двое."

По сравнению с тем, что происходило сейчас, прошлая атмосфера была такой прекрасной. Теперь тут было не просто душно, все было так, словно мое тело вот вот будет раздавлено.

В тот момент я почувствовал, что моей жизни угрожает опасность. В мою голову закрались жуткие мысли: "Может, я умру от удушья?"

- Ваше Высочество наследный принц! Люциан!

Ее голос был ясен, как стеклянная бусина. От счастья, что она разрешила всю эту ж я чуть не закричала в голове: «Старшая сестра!»

Это была Эстель, героиня этого романа и всеми любимая святая!

Эстель медленно прошла через банкетный зал и пошла сюда.В романе она описывалась, как девушка с обычной внешностью.Но несмотря на обыкновенную внешность, она очаровывает людей своей очаровательной индивидуальностью.

"Писатель, ты лжец! Разве это можно назвать внешностью?"

Том 1 Глава 13

Чисто белая, нефритовая кожа, сияющие золотые волосы, небесно голубые глаза. Она не была великолепной красавицей но у нее было чистое и красивое лицо, которое вряд ли кому-то не понравилось бы. Другими словами, она была чертовски привлекательна.

Эстель подошла к двум мужчинам, которые, по-видимому, вели весьма необычный разговор.

-О чем вы двое говорили?

Эстель, которая спросила это ясным голосом, широко открыла глаза и повернула ко мне голову.

Прежде чем это говорить я должна была поприветствовать главного

героя этого вечера, но я ошибся.

Она поприветствовала меня реверансом.

- Спасибо, что пригласили меня на это замечательное торжество, мисс Перния. Я святая, Эстель Сангрия.

Это было не идеальное приветствие для знати. Она сделала это весьма неуклюже.

Тем не менее, ее легкие оплошности делали ее еще прекраснее.

Я боролась с сильным желание крепко ее обнять, затем собралась с силами и

изящно склонил Голову.

- Большое спасибо, что приняли мое приглашение, святая.

Эстель ответила мне с широкой улыбкой.

"Даю тебе 500 баллов за улыбку."

Обернувшись, она также поприветствовала Карликса.

- Ваше Высочество наследный принц, прошло много времени с нашей последней встречи. Вы хорошо себя чувствуете?

Это было просто приветствие, но впечатление было невероятным.

Резкая энергия Карликса, который вот-вот должен был уничтожить целый континент, исчезла.

Всего за мгновение он вернулся в состояние спокойствия. Карликс заговорил с Эстель:

- твои движения по-прежнему неуклюжи. Ты ведёшь себя как

простолюдин.

Ох, он оскорблял ее как незрелый школьник.

Несмотря на то, что мне хотелось плакать, глядя на нее со стороны, Эстель не злилась.

Ее лицо просто покраснело до ушей.

- Я много тренировался, но все еще делаю это так неуклюже.

Затем она приподняла брови и улыбнулась.

- В следующий раз я покажу вам более

женственное приветствие.

Хммм. Она не ангел, она больше похожа на бодхисаттву. (П/п: женщина-буддистка)

После хороших слов Эстель Карликс выглядел так, будто сожалел и хотел умереть от стыда за сказанные им слова, но уже слишком поздно.

Взгляд Эстель был прикован к Люциану.

- Поздравляю с помолвкой, Люциан.

Я, конечно, видел это, ведь стояла рядом. Кончики пальчиков Люциана настигла легкая дрожи.

И через некоторое время Люциан ответил:

- Спасибо, Эстель.

Голос Люциана не дрожал. Он был весьма спокойным.

Так было только печальнее.

Мое сердце сжалось, когда я начала думать о том, как ему должно было быть больно, говорить это с таким спокойным голосом.

Но что я могу для него сделать?

Я всего лишь второстепенный злодей, своего рода ненужная невеста.

Немного подумав, я постучала пальцем по тыльной стороне его руки.

Вот что это означало.

Понимал ли он истенны смысл или нет, но его рука вздрогнула и осторожно прижала глаза.

Том 1 Глава 14

Церемония помолвки прошла гладко.

- Я искренне благодарю вас за то, что вы пришли на церемонию помолвки моей прекрасной и элегантной дочери Пернии, которая любит танцы

и украшения, и лорда Кардиена, величайшего рыцаря Империи и самого надежного рыцаря Императора. Этот зал имеет историю 300 лет. Это

место, где Ричмонд Сирень, мой предок и первый маркиз Сирени, провел свадебную церемонию, он был спроектирован и построен Леонардо,

известным архитектором того времени. Это место, которое все еще сияет даже спустя 300 лет, потому при строительстве был использовал самый лучший мрамор Лемабель.

Отцовская болтовня длилась смертельно долго.

- Он с лишком

много болтает.

Раздался чей то голос.

Это был Карликс, который высокомерно скрестил ноги, завершив длинную речь моего отца.

Я не препятствовала. Даже подумала, что он проделал отличную работу.

Мне конечно, было жаль моего отца, но все-таки он слишком много говорил.

У моего отца было "тёмное" выражение лица, но он не мог возразить.

- ....... Я закончил свою речь.

Откуда-то раздались аплодисменты. Я вздрогнула, когда мой отец посмотрел на меня.

Бал начался после окончания выступления. Главными героями танца, конечно же, были я и Люциан.

Когда мы с Люцианом вышли в холл, все глаза начали смотреть в нашу сторону.

С момента принятия решения о их помолвки прошло довольно много времени, но они впервые находились вместе на публике.

Люди охотно перешептывались.

Что ж, это было очевидно, что они будут шептаться об подобных вещах.

Некоторые будут насмехаться над дочерью маркиза за то, что она отказалась от гордости дворянина и была помолвлена с незаконнорожденным человеком, а некоторые сочувствовать девушке, которая была помолвлена с

проклятым человеком.

Но грустно то, что в обоих случаях их оскорбления падали на Люциана.

Я посмотрела на своего жениха.

Он выглядел так же нежно, как обычно, но немного нервничал.

- Ты нервничаешь?

- Да.

Я усмехнулась от его слов.

Было мило, что человек, который сражался мечом на глазах у миллиона вражеских солдат, так нервничал из-за простого танца.

- Не волнуйся. Потому что я не упущу тебя из виду. И... - сказал я, взяв его за руку.

— Если найдется человек, который посмеет смеется над тобой за

то, что ты не умеешь танцевать, я обязательно его отругаю.

Послышалась музыка.

Он не стал богом танцев всего за две недели тренировок.

Были времена, когда шаги едва выполнялись, а движения происходили с опозданием.

Я старалась скрыть его ошибки своей актёрской игрой.

"У него было совершенно другое лицо, чем когда он тренировался со мной."

Сейчас передо мной предстало лицо самого расслабленного человека в мире, а не смущенное, немного удивленное или унылое лицо,

которое он показывал мне все время до этого.

Он был так красив, что эффект был великолепен.

- Я знал, что леди Перния обладает прекрасными способностями, но никогда не задумывалась, что лорд

Кардиен такой хороший танцор!

- Я знаю. Он действительно красивый.

Он красив, потому что он хороший танцор ?! Я не слышала полный разговор между другими дамами, но это была неплохая реакция.

- Приятно иметь красивое лицо.

Пробормотала я и посмотрела на Люциана.

Том 1 Глава 15

- Скоро будет последняя часть. Ты точно справишься!

- Да.

Люциан кивнул с самым серьезным лицом в мире. Даже если из-за внезапного землетрясения земля под ногами расколется пополам, он был к этому готов.

Последним движением танца было то, что женщина должна была развернуться и вернутся в объятия своего партнера.

Со взглядами такой большой публики я тоже стала немного жадной.

Что бы ни делала злодейка второго плана, у нее не будет такого ореола, как у главной героини, но это было особенное самоудовлетворение.

Я уделяла больше внимания шагам, но они сильно отличались от тех, когда я просто тренировалась.

Подол юбки подымался, а пышные волосы приятно развевались.

Изящно повернувшись, я снова оказалась прижатой к груди Люциана.

Как только я попала в его объятия, на кончике носа появился прохладный аромат перечной мяты.

"Вкусно."

Наморщив нос, я слегка приподняла голову и посмотрела на него.

Я прищурилась и засмеялась.

- Как это было? Разве это было не плохо, правда?

- А .........

Как только Люциан моргнул и попытался что-то сказать, я выскользнула из его рук. И нахмурившись, тихим голосом сказала.

- Люциан.

Люциан, который быстро меня понял, вскоре выпрямился и изящно поклонился.

Я тоже склонил перед ним голову.

В то же время я услышал аплодисменты

окружающих. В частности, моего отца, который кричал Взволнованным голосом, хлопая, как Тюлень.

- Какая замечательная пара! На самом деле, гадалка, которая пришла в день рождения Пении, сказала, что Перния спасет Империю от кризиса. А лорд Кардиен действительно спас империю после долгой войны. Я уверен, что они созданы, чтобы быть вместе".

- О, отец, перестань говорить глупости. - сказал я Люциану, сочувствуя аристократам, которые были рядом с моим отцом.

- Отлично сработано. - сказал Люциан с нежной улыбкой.

- Это все благодаря Леди.

Я кивнула и с улыбкой произнесла:

- Мы с тобой хорошо поработали.

Однако некогда было расслабляться и

наслаждаться удачным танцем. Потому что дворяне стекались гурьбой ко мне и Люциану.

- Вы такая замечательная пара, это был отличный танец.

- Мое сердце так колотилось.

- Ты тайно практиковался? - прошептала я Люциану.

- Я просто соскучился на поставленной задаче

Со временем внимание ко мне и Люциану исчезло, и популярность банкетного зала разделилась на

две части.

- Лорд Кардиен, так приятно видеть вас на этом банкете. Пожалуйста, посещайте мероприятия по чаще.

- Не дави на меня. Я бы рад, но как может человек, который всегда живет на поле боя, тратить большое количество времени на подобные мероприятия?

Так называемые фанаты Кардиена. Большинство из которых были молодыми аристократами. Они не скрывали своей любви к самому

доблестному рыцарю в этой империи и к тому же ослепительно красивому человеку.

Старшие аристократы неявно игнорировали его, говоря, что он простолюдин, но не более того.

- Лорд Кардиен, правда ли, что вы один боролись с более чем сотней человек?

- Нет, не сотня, а тысяча. Верно, лорд Кардиен?

Людей, кто мигал глазами и говорил всевозможные слова о Кардиане, можно было назвать его

фанатиками.

- Вы правы.

Я повернула голову в другую сторону, довольная людьми у которых такой же вкус как и у меня. ( П/п она тоже его фанатка )

Но это не отменяло того факта, что были люди, которые, что и раньше, что и сейчас не принимали его.

Том 1 Глава 16

Главный человек, что не принимал моего жениха, был известен как принц.

В отличии от первой половины банкетного зала, чьи глаза блестели при виде Люциана, как будто они наконец-то встретили своего идола, вторая группа, что была с Карликсом, относилась к принцу так, как будто он был самым великим человеком на земле.

- Вы посетили это празднование, несмотря на ваш плотный график, ради простого рыцаря. Я поражен доброжелательностью наследного принца.

- Вы так много думаете о своих подданных.

Конечно, это была не бездушная лесть.

В их взглядах читалась смесь уважения и восхищения.

Среди фанаток также было много женщин, которые бесстрашно смотрели на Карликса широко раскрытыми глазами.

"Эй. Подруги. Этот парень никогда на вас не посмотрит, если вы не в главной роли. Если вы хотите жить долго и счастливо, то лучше держитесь от него

подальше."

Как я и предполагала, невыразительны взгляд Карликс все время был сосредоточен только на одной точке.

Это была Эстель.

Вокруг нее скопилось множество людей, преисполненных обожанием, и с точки зрения гендерного соотношения, мужчин было намного больше, чем женщин.

"Действительно, она главная героиня этой истории."

Что ж, будь я мужчиной, я бы тоже стояла среди той многочисленной толпы.

Она милая, нежная, красивая, симпатичная Святая.

Конечно я ощущала теплое чувство по отношению к главной героини, но я никогда бы не встала между ней и двумя парнями, чье взаимодействие - основа этого романного мира.

Парни, что собрались вокруг этой бедной девочки, разве вы не

чувствуете этого убийственного взгляда?

Взгляд Карликса был настолько свирепым, что казалось, что он в шаге от того, чтобы поубивать тут всех вокруг.

Но мужчины были заняты милой улыбкой Эстель, как будто они были очарованы ей до такой степени, что отдалились от материального мира .

В связи с этим глаза Карликса потускнели.

Бедняга. Вынужден смотреть на то, как эти мужчины флиртуют с ней. Я больше чем уверенна, что у тебя сейчас все кипит изнутри, я права? Но даже с этим неистовым чувством, ты нечего не можешь сделать, просто потому, что это будет противоречить вашему отрицанию любви к ней.

Как и ожидалось. Это самое забавное, когда влюбленный мужчина борется со свои чувством гнева от того, что кто-то липнет к "его" девушке.

С другой стороны, Лучан, что было весьма удивительно, не обращал внимания на Эстель. Он выглядел таким спокойным, когда разговаривал с людьми.

"Ты, наверное, пытаешься не показывать свои чувства. Идиот."

Том 1 Глава 17

Я жевала виноград, чувствуя разочарование из-за его поведения.

Затем раздался резкий неприятный голос.

- Хм, неважно, святая ты или нет, как она посмела на деть на такое грандиозное торжество, это потрепанное платье!?

Виноград, который я еще секунду назад держала в соей руке, упал на стол.

- Она хоть знает, какое значение имеет помолвка аристократов? Я действительно не понимаю, чем думала эта святая.

Голос исходил от троих дам, что заняли пространство вокруг меня. Они были своего рода свитой злодейки.

Женщины спрашивали меня с самыми злыми лицами:

- Леди Перния тоже так думает?

"Нет. Абсолютно нет."

Но прежде чем я ответила, одна из девушек снова заворчала.

- Я слышала, что святая недавно без разрешения вошла в комнату наследного принца.

- Верно, оказалось, что она пыталась залечить его раны, но без должного позволения заходить в комнату Его Величества наследного принца - не лучшая идея. Кроме того, она вошла одна.

- Разве это не беспорядочные и невежественные связи? ( смысл 18+ )

"Вы, дамы, с ума сошли?"

Они сознательно высказались по этому поводу, так как знали, что Эстель находилась всего в нескольких шагах и прекрасно их слышала . Эстель была немного поражена, но оставалась спокойной.

Эти слова в первую очередь расстроили не ее.

"Я тут единственная осознаю всю серьёзность ситуации? "

Проблема была не в ней, а в том, что главный герой - ревнивый придурок, который без угрызений совести перерубит тут всех своим мечем, а второй главный герой - это персонаж имеющий склонность яндэрэ.

Я почувствовала, как на нас одновременно направлены взгляды двух человек. Уже в плохом настроении взгляд Карликса, чье лицо было как у

убийцы, убившего десяток тысяч человек. И взгляд Люциана, который тоже выглядел весьма не дружелюбно.

Глядя на лица двух мужчин, - я отчаянно думала:

"Успокойся, Перния. Даже если они в одночасье стали такими злыми, оригинальная Перния умерла не здесь. По крайней мере, эти двое не убьют меня в этой сцене. Так что можно попробовать как-нибудь разобраться с этой ситуацией.

Как... как-нибудь разобраться...

Как-нибудь.... быстреееее..

Быстрее, чем люди, что спешат купить билеты на концерт своих кумиров!"

Я громко крикнула:

- Нет, я так не думаю! Мне кажется святая действительно крута!

"О, я не знаю, что творю."

Два человека, похожие на бомбу замедленного действия, и настроение Эстель должны были быстро перейти на другую, более лучшую для меня и всех остальных фазу.

Я шевелила своим ртом, практически не дыша.

- Его Королевское Высочество наследный принц прекрасно скрывал свою болезнь. Так что даже имперский врач не знал, что он плохо себя чувствовал в тот день. Святая была единственным человеком, кто заметил это и вошел в комнату принца, чтобы вылечить его. Ей наверняка пришлось столкнуться с угрозой от солдата, который не позволил бы ей так легко войти. Какое доброжелательное и храброе сердце!

Я никогда не ценила кровь папы - болтуна, но черт, как же она оказалась полезна!

Том 1 Глава 18

Я старалась выглядеть максимально искренне и сказала, скривив глаза:

- Она лучшая!

Я поднял большой палец вверх.

Внутри банкетного зала неожиданно стало тихо. Все люди смотрели на меня с самыми нелепыми лицами, которые я когда либо видела.

То же самое было с Люцианом, Эстель и Карликсом.

Женщины вокруг меня не были исключением.

- Как ты могла нас предать?

Я бросился к Эстель, прежде чем женщины смогли снова взглянуть на меня с жаждой смерти.

- Святая, могу я попросить вас станцевать танец благословения, о котором я просил в письме?

- Эм, это...

Эстель кивнула, широко открытыми глазами.

Мы с Эстель взялись за руки.

Только тогда я смогла почувствовать себя непринужденно.

"Пока ты, Эстель, играешь главную женскую роль, бояться

нечего. Даже если есть шанс, что метеорит упадет и половина земли исчезнет, радиус 50 сантиметров вокруг тебя будет самым безопасным местом....

Тем более для этих двух мужчин."

Когда мой отец, который тупо моргал, быстро сделал жест своей рукой, заиграла музыка.

Это полностью отличалось от той модной музыки, которая играла раньше. Музыка была мягкой и нежной.

На самом деле, там не было особого танца благословения.

Обычный вальс.

Единственное отличие состояло в том, что танцующий с вами партнер - святой.

-Я выше вас, поэтому буду вести.

- Ладно.

Поскольку Эстель была немного ниже меня, мне пришлось смотреть сверху вниз.

"Милая."

Думаю, я знала, почему мужчинам нравится героиня. Что я должна сказать? Круглая макушка, или лицо, которое я видел сверху, было невероятно милым, как у ребенка.

"Даже если они банда негодяев, как они могли сказать такие грубые вещи по отношению к такой милой святой? Вы злые! Вы плохие!"

Я вновь посмотрела не нее и произнесла:

- Вы были оскорблены тем, что они сказали ранее, не так ли?"

Эстель широко открыла глаза и улыбнулась, опустив брови.

- Я в порядке. Я и раньше слышала нечто подобное.

Я была убита горем.

Эстель, как героиня, терпела всяческие невзгоды. Ее преследовали, презирали, неправильно понимали, оговаривали только потому, что она была простолюдинкой. Ей пришлось мириться со всем этим, потому что она святая.

Но знаешь, что? Ты заболеешь раком, если будешь так жить, Эстель.

- Человеку нужно жить и осторожно относиться к тому, что он хочет сказать.

- сказал я, одной рукой поддерживая ее за талию.

- Это ужасно, что вам приходится терпеть все это каждый день, без возможности что либо сделать. Это будет повторяться снова и снова, так что держитесь.

- Это чертовски больно. Я действительно ненавижу это. - Сказала она, пока я кру тила ее.

Как я уже сказала - это будет продолжатся и дальше, так что не переживайте из-за слов тех, кто просто вам завидует. Но если же они заденут вас за живое, помните, что хоть вы и святая - вы все еще человека! Не подавляйте чувство гнева, что придет к вам в те минуты.

Эстель, смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Ее щеки покраснели...

- Мисс Перния - первая, кто сказал мне что-то подобное.

"Хм, вот эта строчка. Я слышала что-то подобное раньше.

Классические романтические строки, такие как «Я никогда раньше не встречал такую девушку, как ты», - это то, что главный герой сказал бы ведущей героине, которая влюбилась в него с первого Взгляда.

Том 1 Глава 19

К счастью, Эстель больше ничего подобного не сказал и не сделала.

Закончив танцевать я на минуту перевела взгляд на своего потенциального убийцу - принца, а когда вновь посмотрела на то место, где должна была стоять Эстэль, то поймала ее на попытке покинуть зал.

- Святая, тебе нужно потанцевать еще с одним человеком.

- Ох верно.

Жестом руки я позвала Люциана, который смотрел на нас.

- Лорд Кардиен, вы должны получить

благословение святой.- посоветовал я колеблющемуся Лучану. ( П/п сокращенное имя. )

- Иди сюда.

В тот момент, когда я звала эту трусиху, мои горящие глаза могли показаться немного устрашающими.

Но по идеи, это и впрямь была угроза.

"Если ты не подойдёшь к нам прямо сейчас, ты увидишь всю злость и безнаказанность этого мира в лице такой хрупкой и прелестной девушки как я."

К счастью, Люциан не убежал и приблизился ко мне.

Я подтолкнула Люциана к Эстель.

" Ну, мои дорогие, желаю хорошо провести время."

В этот момент я почувствовала себя свахой, которая устаревает свидание вслепую.

На том месте, где ранее были мы с Эстель, сейчас стояли Эстель и Люциан.

В тот момент, когда я увидела стоящих их лицом друг к другу, я чуть не заплакала от счастья.

"Так ли чувствует себя отец, когда ведет дочь к алтарю?

Грусть, счастье, гордость. Все чувства смешались в многочисленные эмоции.

Я улыбнулась, прижав платок к глазам.

"Они очень хорошо подходят друг другу."

Седовласый Люциан, который движется, как ветер, и Златовласая Эстель, которая движется, как волна.

Это была такая прекрасная сцена для второго главного героя и героини.

Но вскоре в мое поле зрения вошел посторонний предмет.

Это был Карликс. Он смотрел на этих двоих устрашающими глазами.

"Черт возьми! Ты, недогерой!? Ты что творишь?

Я открыла рот от удивления.

Карликс схватил Эстель за запястье и оттащил ее назад.

- Ваше высочество?

Эстель посмотрела на Карликса своими большими глазами.

В то же время Люциан тоже не стоял столбом.

Люциан протянул руку и схватил Карликса.

Лицо Карликса исказилось.

- За чью руку ты сейчас держишься?

- Я понесу наказание позже. Но сейчас, отпусти руку Эстель.

- Люциан Кардиен! - Принц сказал это с таким гневом, что воздух вокруг него завибрировал.

Но Люциан также сильно пугал.

Каким бы холодным ни было его выражение лица, Карликс не отступил.

Хоть и без каких либо касаний, сейчас между ними происходила ужасная битва.

Я должна была предвидеть, что это воплощение ревности мужского пола вмешается в любой момент, но я была слишком беспечна.

Я не понимала, что делать, и посмотрев на этих двоих я услышала четкий голос.

- Я в порядке.

Это была Эстель.

Взгляд Эстель был направлен на Люциана.

- Так что отпусти, Люциан.

Том 1 Глава 20

- Мисс Эстель! - тревожно произнес Люциан, но лицо Эстель оставалось спокойным.

- Отпустите.

Лицо Люциана исказилось.

Закусив губы, он посмотрел на нее с лицом, полным смешанных эмоций, и выпустил руку Карликса.

Мои глаза расширились от шока.

"Ни за что...

Кто-нибудь, скажите, что это неправда. Это все не может так закончиться!"

Но, увы, как бы то не было жестоко, это был конец.

Вслед за Карликсом, который схватил ее за руку, Эстель вышла из банкетного зала с мрачным лицом.

В том месте где только что стояли Эстель и Люциан остался один Люциан.

Он стоял в одиночестве, с пустым взглядом направленным на удаляющуюся пару.

Это и было место для второго главного героя.

"Этого не может быть."

Я стиснула зубы в тишине банкетного зала.

"Это не может так закончиться!"

Я повернулась и пошла за ними.

“Люциан с таким нетерпением ждал возможности потанцевать с ней, так что, возможно, я смогу уговорить ее, чтобы она не уходила.

Я ведь знаю, что ты по-своему заботишься о Люциане. Я видела твое лицо и то ,что происходило тебе явно не нравилось."

Его Королевское Высочество наследный принц, приказал никому не следовать за ним».

Охранники Карликса не дали мне сдвинулись с места.

- Мне нет дела до вашего принца, мне нужно срочно поговорить со Святой! - крикнула я.

Но даже после моих слов рыцари лишь повторили слова сказанные ими ранее.

- Это приказ.

- Эй, посмотри сюда!

Пока Карликс и Эстель забирались в карету, я злобно кричала на рыцарей.

- Разве вы не знаете, кто я? Я Перния Лэйлак, известная своей злобной натурой на всю империю! Как вы смеете не пропускать эту злую даму!

Я заставил рыцарей немного притормозить, но встрепенувшись они вновь повторились:

- Нет.

В конце концов, карета с Карликсом и Эстель двинулась.

Я тупо смотрел на карету, которая удалялась с огромной скоростью.

Мои ноги подкосились и я просто упала на пол.

Все внутри меня кипело от злости.

Я была так зола, что еле сдерживала слезы.

"Это несправедливо. Люциан так усердно тренировался в танцах. Он тренировался до такой степени, что даже не мог нормально спать, из-за чего его режим был сильно нарушен. Он не успевал за музыкой, но даже так не сдавался и продолжал усердно работать."

- Он должен был признаться, но он не ...

"Он ведь просто хотел однажды потанцевать с ней."

В конце концов, и не выдержала и из моих глаз потекли слезы.

Обычно для аристократов было негласным правилом никогда не показывать свои настоящие эмоции на публике.

Я забыла про свою честь и дала волю своим чувствам.

В поле моего зрения появились знакомые туфли. Такая аккуратная, новая обувь без единой пылинки.

- Леди Перния.

Я знала, кто обладатель этого сладкого голоса.

У меня не было времени, чтобы что-то сказать, как Люциан склонился передо мной на колени.

В тот момент, когда его красные глаза встретились с моим взглядом, мое лицо

заполнилось смущением.

Было такое ощущение, что я снималась посредственной мелодраме, а потом я резко вернулся в реальность.

"Что я должна буду сказать, если он спросите меня,

почему я плачу?"

Это действительно выглядела странно, что я так расстроилась из-за того, что мой жених не смог станцевать с другой женщиной.

Но что было еще более странно, так это то, что я разрыдалась, когда принц и святая покинули зал.

Я не знала что делать в подобной ситуации.

- Ты знала, что я чувствую, не так ли?

На неожиданное замечание я открыла рот и взглянула на Люциана, как полная дура.

- Что?

Люциан рассмеялся, когда увидел меня в таком состоянии.

- Тебя легче разгадать, чем ты думаешь. Даже такие люди, как я, с лёгкостью смогут понять, о чем ты думаешь.

"О чем ты, черт возьми, говоришь?"

Я смотрела на него с еще более большими глазами, чем раньше.

"Его слова - это то, что он сказал? Я все правильно раслышала?"

Это был наивный, добродушный второй главный герой, которого я знала. Однако сейчас он выглядел совершенно иначе.

Его чистое и красивое лицо все еще было на месте, но его застенчивость исчезла, и он выглядел немного ... сексуально.

- Леди Перния.

"Почему ты называешь мое имя с таким лицом?"

Он просто назвал мое имя, но мое сердце забилось как сумасшедшее.

Люциан вытер слезы с моих глаз, как будто он утешал маленького ребенка, и сказал:

- Я хочу узнать о тебе больше.

- ... а?

- Ты даёшь мне такую возможность?"

Я завизжала внутри, а по моей спине пробежали мурашки.

( П/п когда они были в Бан. зале они разговаривали офиц., а сейчас перешли на "Ты")

Том 1 Глава 22

-Люциан, ты же слышишь, как дворяне обсуждают тебя за твоей спиной, одна половина из-за твоих красных глаз, а другая половина - из-за твоего статуса.

Ты не можешь изменить цвет своих глаз, но ты можешь изменить свой статус. Я дам тебе возможность заключить хороший брак. Женитесь и станьте полноценным членом аристократической семьи.

Назначенная невеста была единственной дочерью маркиза Лайлака - Перния.

Он даже не знал как она выглядит.

- Я видел только ее портрет.

В день принудительной помолвки пришел портрет его, так называемой, невестки.

Она была красавицей с вьющимися сине-пурпурными волосами.

Тем не менее, даже с портрета он мог почувствовать ее непростую личность по ее искусственной улыбке и ее глазам,

поднятым как у кошки.

"Я слышал о ней кое-что от рыцарей того же отряда. Она одна из самых модных красавиц в обществе."

Вместе со своими комплиментами они всегда говорили:

- Но к сожалению, она чересчур честна.

Даже Люциан, не знакомый с аристократической культурой, знал, что это значит. Это означает, что у его невестки отвратительный характер.

В любом случае, это не имело никакого значения.

"Принудительная помолвка аристократки с таким мужчиной, как я.

Я не понимаю, насколько это может быть ужасно. Мне так жаль ее."

Крошечный кусочек жалости.

Это все, что Люциан был готов сделать для Пернии.

* *

В первый день встречи с Пернией Люциан был сильно удивлен.

Он решил прийти на пол часа раньше, а когда зашел в назначенное место встречи, она уже находилась там.

Он подумал, может, она сюда вообще не приедет, так как слышал о том, как она недовольна этой помолвкой.

Но она всё-таки пришла. Она элегантно сидела на своем месте перемешивая ложкой кофе без намека на дискомфорт.

Удивленный неожиданным появлением, Люциан открыл рот:

- Приятно познакомиться с вами впервые, я Люциан Кардиен.

Перния подняла голову на голос Люциана.

Глядя в глаза Люциану она с улыбкой ответила:

- Мне тоже очень приятно, я Перния Лилак.

"Ах"

Люциан не мог оторвать от нее глаз.

Она не была похожа на девушку с портрета.

Яркие фиолетовые волосы и кошачьи глаза были такими же, но как бы это сказать? Ощудение...

... что это кто-то совершенно другой.

Она была похожа на спелый виноград.

Круглый сладкий фиолетовый виноград с сильным ароматом, только что снятый с густых ЛОЗ.

"О чем я думаю?"

Внутри своего сознания Люциан покачал головой,

ошеломленный своими мыслями.

Для него, который всегда думал только о мечах, луках, яде, трупах и т.д. на поле битвы, и вдруг мысли о винограде, это было весьма неловкой мыслью.

Оттолкнув мысли о винограде парень сказал:

- Я наконец-то смог встретиться с миледи. Жаль что не удавалось сделать этого раньше. Война затянулась и я никак не мог вырваться домой.

Наполовину правда, наполовину ложь.

Если бы он действительно хотел ее увидеть, он бы во что бы то ни стало сразу приехал. Он ничего не смог бы сделать, если бы она рассердилась,

но она только тихо засмеялась.

- Все в порядке.

Она была совершенно не такой, как он ожидал.

Люциан неосознанно сглотнул.

Том 1 Глава 23

Что-то в ней отличало ее от других знатных дам.

Между ними воцарилось тяжелое молчание.

Лучан думал о том, что сказать, но не мог придумать ни одного слова, которое стоило бы сказать благородной даме из престижной семьи.

Парень уже привык к той тишине, что постоянно преследовала его, но он был не уверен, как себя чувствовала она.

Пока он размышлял, девушка опустила глаза и громко закричала.

- Тебе больно!?

Ее глаза, такие широкие, как у кролика, достигли того места, на шее Люциaнa где красовался небольшой шрам.

Лучан озадаченно прикрыл рану.

У него была способность быстрой регенерации, но он как мог скрывал этот факт от людей, ведь это бы только подтвердило слухи о том, что он монстр. Люди не могут принять то, что не знают как объяснить.

- Это не имеет большого значения. Не обращайте на это внимания.

Парень посчитал, что если он скажет именно так, то это не привлечет ненужного внимания, но у Пернии были другие планы.

Она вытащила из сумки медицинскую повязку и села рядом с ним.

Когда она подошла к парню, его кончик носа почувствовал сильный аромат роз.

Люциан напрягся, даже не осознавая этого.

Запах был слишком сильным для того, кто долгое время находился на поле боя, где нет места таким прекрасным вещам как цветы.

Не зная, что он чувствовал, Перния с невинным лицом намотала повязку ему на шею. Прижав ленту тонкими пальцами она произнесла:

- Даже небольшие раны нужно лечить должным образом. Если туда попадет инфекция, то могут быть осложнения.

На поле битвы Люциана часто ранили и ранения были намного серьезнее чем этот порез размером с гвоздь. Но даже когда он находился на гране жизни и смерти он мог рассчитывать только сам на себя.

Поэтому Люциан был поражен, когда она сказала, что это может быть опасно и помогла с ранением.

Затем их взгляды встретились.

Перния, чьи глаза расширились, как у испуганного кота, ахнула, а ее лицо вдруг стало каменным.

Она наконец осознала, насколько смело она посмела себя вести.

Люциан посмотрел на нее и с улыбкой открыл рот.

- Леди Перния отличается от тех слухов, что я о ней слышал.

Она ответила с легкой гордостью, как будто бы четко знала, что о ней говорят в этих слухах.

- Слухи, - это всего лишь провокационная история, придуманная шумными людьми. Все что сейчас происходит это ведь совершенно не похоже на то, что говориться в слухах, верно?

Ее глаза были такими яркими, как будто она никогда не простит этих людей, что посмели сказать о ней подобное.

Люциан в итоге улыбнулся.

- Понимаю.

Она не знала этого, но он впервые искренне улыбнулся за столь долгое время.

Как только Лучан прибыл в особняк его поприветствовал его верный помощник Пол.

Пол внимательно посмотрел в лицо своему хозяину. Он был сыном барона, поэтому время от времени встречал Пению на различных вечеринках и балах.

Она была буквально воплощением высокомерия и порочности аристократичной дамы.

Аристократы этого типа будут ненавидеть людей с более низким статусом, чем у них. И неважно, будет ли объект их призрения героем империи. Поэтому было очевидно, что она проигнорирует его господина, который был простолюдином, да еще и сиротой.

- Все было в порядке?

Люциан кивнул на осторожный вопрос Пола.

- Да. В отличие от того, что ты рассказывал мне о ней, она была довольно милой.

- Милой?

С каких это пор значение слова "Милая" было настолько изменено? Затем Люциан сказал сбитому с толку Полу.

- Она подала мне идею, о которой я никогда и не задумывался. Она сказала, что я смогу станцевать благословляющий танец со святой на нашей помолвке.

- А?

Пол несколько раз моргнул.

Конечно, случаи когда святых просили танцевать танец благословения были не редкостью.

Когда наступала церемония совершеннолетия, когда праздновали день рождения или когда короновали представителя королевской семьи.

Но вот пол никогда не видел сценария, когда святая танцевала танец благословения на церемонии помолвке.

Каким бы святым ни было это благословение, ни одна женщина никогда не хотела видеть, как ее мужчина танцевал бы с другой женщиной.

- Так вы приняли предложение?

- Да, ведь у меня не было уважительной

причины отказаться.

Слушая нежелательный ответ Люциана, Пол отчаянно напряг свой мозг.

Почему Перния сделала что-то подобное? Должна была быть причина.

Мгновение спустя, Полу пришла в голову очевидная на его взгляд причина такого поведения аристократки.

Том 1 Глава 24

Мгновение спустя, Полу пришла в голову очевидная, на его взгляд, причина такого поведения аристократки.

Пол заговорил с Люцианом предварительно сделав серьёзное лицо.

- Может быть, это должно как-то усложнить жизнь лорду Люциану и святой даме.

- Как же это?

- В день помолвки придут все уважаемые дворяне. Что бы вы сказали, если бы тот, кого все считают демоном и святая танцевали вместе? Понятно, что она пытается сбить вас обоих с ног, говоря, что вы так ужасно танцуете, потому что вы оба из простолюдин. Это грязная тактика, используемая, когда человек хочешь сокрушить тех, кто ниже его.

Глаза Люциана расширились при словах Пола.

- Это так?

Он даже не предполагал, что когда она смотрела на него своими ясными глазами она работала над таким гнусным планом.

Это было неожиданно, но не удивительно.

Он знал, что дворяне могут носить улыбающиеся маски, а как только их жертва ослабнет наносить удар ножем в самое сердце.

"Но почему?"

Ему не казалось, что ее улыбка при встрече была ложью.

- Лорд Люциан, пожалуйста, откажитесь. Леди Перния не должна волновать господина.

Люциан опустил глаза.

Не имело значения, была ли это его собственная проблема, но он не мог все так оставить, если в это была вовлечёна Эстель.

Люциан кивнул.

- Хорошо. Я пришлю ей письмо с отказом завтра утром.

~Я ценю то, что ты сказала, но я не хочу танцевать с Эстель. При всем уважений, я отказываюсь от вашего предложения.~

"Я не смогу ничего сказать или сделать, если она рассердится и спросит, почему я передумал, когда уже дал свое согласился днем."

Он хотел отправить письмо по утру, но не успел, так как вечером ему пришло другое.

Это было письмо от Пернии.

"Мы только недавно официально познакомились, а она уже

писала мне письмо?"

Не понимая почему она так скоро отправила ему письмо он развернул конверт.

В письме было короткое предложение,

написанное красивым почерком.

~ Завтра я приеду в ваш особняк.

-Перния. Я на твоей стороне. ~

Других слов не было.

"На моей стороне"

Это единственное, на что он обратил внимание.

"Пол может быть прав. Дворяне мрачны и жестоки. Они ни в коем случае не заслуживают доверия.

Но.......:

Люциан прикоснулся к небольшой повязке, все еще прикрепленной к его шее. Рана на повязке давно исчезла, но он все равно не снимал ее.

"Я доверюсь ей.."

- Добро пожаловать, леди Перния.

"Потому что я хочу ей доверится."

* *

В первый день глаза Пернии дрожали от танцевальных навыков Люциана.

Вполне так же, как и у Люциана.

Даже в глазах Люциана его танцевальные навыки были ужасны.

Ей приходилось учить его одним и тем же движениям сотни раз в день, и всякий раз, когда они думали, что он освоил какое-либо движение, на следующий день он полностью его забывал.

Он был уверен, что любой учитель танцев уже сбежал бы.

Тем не менее, Перния постоянно приезжала и без перерыва на отдых, учила Люциана танцевать.

"Почему она так старается мне помочь?"

— Если бы я была лордом Кардиеном, думаю, я бы полюбила ее.

В этот момент Люциан все понял. Она знает его чувствах к Эстель.

Люциан скрывал это ото всех. Но были люди, которые прознавали о них, потому что в мире не было ни одной совершенной тайны.

Один из таких людей взял в заложники чувства Люциана и угрожал ему.

- Проклятая нечисть смотрит на святую любовным взглядом без ее ведома. Как же будет весело, расскажи ей кто о бедном демоне, что влюблен в не. Ты так не думаешь?

Люциан достал свой меч из ножен и пронзил его череп. Это было вызвано его нервозностью и страхом о том, что его секрет, который он никогда бы не хотел ни кому рассказывать, был раскрыт.

"Она хочет шантажировать меня также, как он? Или она

хочет высмеять меня за мои чувства?"

Ни одно из этих намерений не было приятным.

Все тело Люциана в одночасье стало холодным. Лучан посмотрел на Пернию потерянным взглядом. Заметив изменение его эмоций, она с невинным

выражением лица отпила сок.

То, что последовало за этим, полностью отличалось от того, что он ожидал.

- Потому что она спасла бы меня от ада.

Если бы это бы ло так, то я бы каждый день, каждую минуту,каждую секунду я признавалась бы ей в своей любви.

Люциану показалось, что его ударили по затылку большим молотком.

"О чем она сейчас говорит?"

Он не имел ни малейшего представления, что, черт

возьми, она пыталась сказать.

- Вы шутите, леди. Если проклятый человек скажет такое, я боюсь, что даже святая убежит. - сказал парень пытаясь скрыть нахлынувшее на него волнение.

"Черт побери."

Несмотря на то, что он старался как мог, его голос все еще дрожал.

Девушка, как будто игривым тоном ответила сидящему перед ней парню, что закусил свои засохшие губы.

- В самом деле?

Перния махнула рукой, как будто сказанные им ранее было невозможным.

- Она святая, но в первую очередь девушка. Если бы она убежала, я бы сказала, что у нее отвратительный вкус в парнях. Как можно убегать от кого-то настолько потрясающего.- сказала девушка, широко открыв глаза.

"Потря...сающего!"

С таким спокойным лицом Перния, произнесла слово, которое он никогда раньше не слышал.

Только тогда Люциан понял, почему Перния сделала то, что сделала.

Она попросила святого устроить танец благословения и так усердно учила его, потому что знала о его чувствах.

Она не осуждала "демона" который был влюблен в святую. Как будто она была единственной в мире человеком, кто был на его стороне.

В этот момент сердце Люциана затрепетала. Он больше не мог смотреть на нее тем же взглядом, каким смотрел раньше.

* *

День церемонии помолвки.

Лучан встал рано утром и начал собрался. Две служанки и Пол помогали ему готовиться. За все время подготовки Пол не замолкал ни на минуту высказывая свои жалобы.

- Нет ничего хуже такой вещи, как принудительная церемония

помолвки. Лорд Люциан, скажите Императору, что вы не можете сделать это с дочерью маркиза. Тогда вы наверняка сможете разорвать свой брак с этой злой дамой.

Люциан посмотрел на пола с леденым выражением лица и тот наконец-то замолчал.

Пол знал Люциана лучше, чем кто-либо.

Люциан никогда не злится. Но когда ему что-то ненравилось, он делал это холодное невыразительное лицо.

Только тогда Пол понял, что совершил ошибку. Осознав это он склонил голову и произнёс:

- Прошу прощения, лорд Люциан. Я не должен был говорить подобное..

- Забудь. Просто помоги мне одеться.

- Да, господин!

Том 1 Глава 25

Надев накидку, которую дал ему Пол, Люциан подумал о Пернии.

[- Раз я решилась на помолвку я купила новое платье. Не стоит конечно так говорить, но меня действительно устраивает мое материальное положение. Деньги - это хорошо.]

Это заставило Люциана улыбнуться.

"Она всегда такая честная. "

Иногда Люциана ошарашивала ее честность, и он не знает, как реагировать.

“Не могу дождаться, чтобы увидеть, как она будет выглядеть.”

Лучан посмотрел на себя в зеркало.

Облаченный в личный костюм императора. Он выглядел элегантно и красиво, как будто только сошёл с картины.

Никто бы не подумал, что он ребенок, выросший без родителей в грязной и запятнанной одежде и что не так давно на поле боя его тело было залито красной кровью.

Лучан покинул особняк вместе с Полом.

Достигнув место назначения, Лучан последовал за маркизом на второй этаж.

И вот, теперь он стоит перед дверью спальни Пернии.

От ожидания ее у двери у него пересохло в горле.

Язык и губы Люциaнa стали сухими.

"Я встречаюсь с ней уже две недели подряд. Но почему это происходит снова?"

Люциан покачал головой пытаясь отогнать неопознанные эмоции. Но как только он увидел Пернию, они сами покинули его.

Он знал, что она красива, но сегодня это красота была особенной. Ее милая улыбка похожа на цветок. Красное платье в которое она была одета в паре с пурпурными волосами делали свою обладательницу невероятно очаровательной.

Странные мысли закрались к нему в голову.

"Другие люди тоже увидят ее в этом?"

Он отбросил детские мысли.

Перния с улыбкой произнесла:

Люциан был сбит с толку.

Даже если она скромная, ей следует больше ценить свою красоту.

На этот раз Лучан хотел убедиться, что его мнение будет услышано.

- Не говорите так. Леди Перния выглядит действительно ...

" Красиво? Этого слова недостаточно.

Привлекательно? Этого тоже недостаточно..."

Люциан никогда не был так обижен на себя за то, что он так не красноречив.

В конце концов, Люциан мог придумать только одно слово, чтобы описать

Пернию.

- Потрясающе!

Перния посмотрела на него, как на сумасшедшего, но Люциан не собирался исправлять сказанное.

Потому что сегодня она была действительно хорошенькой и заставила его сердце трепетать.

* *

Глядя на кричащую Пернию парень подумал:

"Почему я так к ней отношусь?"

«Я обращаю на тебя внимание, я улыбаюсь тебе, я волнуюсь за тебя, я чувствую ревность, от тебя у

меня болит сердце, и я хочу.... обнять тебя.»

Это потому что она моя невеста? Потому что она единственная, кто узнал про мой секрет и подбодрил меня?"

Нет. Возможно, это не единственная причина. "

Люциан сделал шаг к Пернии.

Он согнул колени и посмотрел ей в глаза.

При виде слез в кошачьих зеленых глазах, заставили его сердце сжаться.

"Как она может быть такой милой?"

Вытря слезы с ее глаз, Люциан смягчился.

- Леди Перния, я хочу узнать о вас больше. Вы дадите мне такую возможность?

Лучан уже знает ответ.

Это чувство - живой интерес мужчины к

понравившейся женщине.

Люциан хотел знать о ней все. От самой мелочей до всех ее секретов.

( Вааааа ~~ мы дожили до этого момента. )

Том 1 Глава 26

*Чирик* *чирик*. Утро, поют воробьи.

- Леди, это Энн я вернулась. Как вы поживаете?

Это был голос Энны, у которой был трехдневный отпуск.

Энна, с заметно загорелым лицом, открыла дверь и закричала.

- Ч-что случилось, пока меня здесь не было?

Я это заслужила.

Я выгляжу настолько растерянной, что даже нищий на улице подошел бы к ко мне и спросил: «Вы в порядке?»

Волосы, которые не были правильно расчесаны, были завязаны, как губка, а темные круги доходили до моего подбородка.

- О боже, что мне делать?

Энн, которая ухаживала за мной 365 в году дней, была в слезах с потрясенным лицом.

- Мне очень жаль, Энн. Я выгляжу так, потому что несколько дней я не заботился об своей внешности. Я выгляжу настолько ужасно, что даже человек, который валялся бы в грязи неделями напролёт выглядел бы лучше. Как раз подстать злодейки.

- А?

Я улыбнулся Анне, которая широко открыла глаза.

- Просто не обращай внимания на то, что я сказала, потому что я все еще полусонная.

Энн странно посмотрела на меня и вскоре села на стул.

- Я просила их позаботиться о вас, но что, черт возьми, делали все это время другие горничные?

Энн проворчала и начала работать руками, чтобы снова сделать из меня хорошенькую леди.

Глядя на себя в зеркало, ища изящную

фигуру дамы, что была ранее. Я подумала:

" Не будь слишком сурова с другими горничными. Энн. Я стала такой уродливой из-за Люциана."

Я резко вспомнила то, что он сказал на церемонии

помолвки.

В тот момент, когда я вспомнила его слова, у меня на руке появились мурашки.

Я много думал об этом. Зачем мужчине больше знать о женщине? Неужели это потому что я ему нравлюсь?

Я сразу отвергла этот ответ.

Конечно, Перния была красавицей. Она

благородная. Единственным ее недостатком была отвратительная личность, хотя ситуация улучшилась, когда я овладела ее телом.

Я была уверена, что это не так.

Потому что он второй мужчина в главной роли, Люциан Кардиен, человек большой безответной любви.

«Я знаю его слишком хорошо.»

Его любовь к Эстель не сможет так легко угаснуть. Он даже превратился в яндере из-за этого невинного создания.

- Тогда какого черта?

Проведя несколько дней в комнате, думая об этом, я кое-что придумала.

Я посмотрела на Энн, расчесывающую мои спутанные волосы щеткой перед зеркалом, и сказал:

- Энн, у меня вопрос.

- Да, госпожа.

- Это не обо мне, это о моем друге.

Глаза Анны сузились. Ведь всё-таки Перния была злой женщиной, которая никогда не заводила друзей.

Поэтому я поспешно изменила свои слова.

- Нет. Я имею в виду историю друга одной знакомой дамы.

Только тогда когда я сказала это подозрительные глаза Анны распустились.

Я начала рассказывать, делая вид, что это не моя история и что она никак со мной не связанна.

- Есть мужчина, который влюблен в женщину. Но никто не знает, что она ему нравится. Потому что он полностью скрывает свои чувства. И вот

появилась женщина, которая знает его чувствах. И затем он кое-что сказал этой женщине...

Энн кивнула и начала заплетать мне мои уже расчесанные волосы.

- Что он сказал?

- Что он хочет узнать о ней больше! Как ты думаешь, что это значит?

-Вам не кажется, что он просто плейбой?

Короткий ответ заставил меня вздрогнуть.

"Я не знаю его на все сто процентов, но я точно уверенна, что он не такой человек."

Я отрицала это, как мать, выступающая за то, чтобы ее ребенок никогда не делал ничего плохого, даже если все в мире думали, что он согрешил.

Энн была поражена зрелищем, а затем я осторожно открыла рот.

- Дело не в этом, разве у тебя больше нет других идей?

- Каких?

Я посмотрела на Энн блестящими глазами.

-Закончив заплетать волосы, - она сказала.

- Никто не знает, в кого влюблен этот человек?

- Правильно.

- Затем появляется единственная женщина, которая знает его секрет.

- Верно.

Затем с суровый лицом она снова открыла рот:

- Он собирается шантажировать женщину, которая знает о его секретах. Он будет следить за ней, и если она не будет держать рот на замке. Он убьет ее.

Я в шоке моргнула при ее словах .

- Энн, ты ... Как ты можешь быть такой умной?

- Вы мне льстите.

Энн смиренно улыбнулась моей похвале. Сначала это прозвучало абсурдно, но я была уверена, что такой ответ будет правильным.

Я решила так потому, что вспомнила содержание оригинального романа, который на мгновение забыла.

Был один дворянин, который обнаружил слабые стороны Люциана.

- Раз ты хочешь рассказать святой, то я тебя...

Это был яндэрэ Люциан, его обычное «я».

Вот насколько Люциан не хотел, чтобы кто-нибудь заметил его чувства.

"Я полностью забыла об этом."

[Если бы я была лордом Кардиеном, я бы полюбил мисс Эстель.]

[Я имею в виду, что признание лорда Кардиена в любом случае никого не оскорбит. Так что не бойся того, что она убежит! Если это не замужняя женщина, будь то святая или монахиня, ей будет приятно услышать признание.]

Когда я вспомнила то, что сказала Люциану, все мое тело затряслось.

“О чем он думает, когда видит меня?

•Когда я избавлюсь от этой женщины, которая, кажется, знает мои тайные слабости?•

Он мог так подумать.”

- Аххххх!

Только сейчас я осознала всю глупость своих действий, схватившись

за голову я закричала.

Энн удивленно посмотрела на меня, но мне ничего не оставалось, кроме как плакать.

Он испорчен. Все испорчено!

* *

Я снова заперся в своей комнате, когда узнала, что получаю еще один ужасный финал только теперь с другим маршрутом.

Я не хотела бы его видеть.

Но действительность была слишком жестока.

- Перния! Пришел лорд Кардиен.

Слова отца из-за двери еще больше разозлили меня.

- Я же говорила тебе, что больна!

Я сказала, что не хочу никого видеть какое-то время, потому что мое тело и разум нестабильны , но мой отец знал, что мои слова были бредом сивой кобылы.

"Мне нужно винить врача который осматривал меня."

[Это поддельная болезнь.]

Если бы он не поставил такой диагноз, даже самый невежественный отец не привел бы Люциана в мою комнату.

Побочная история. Я – обожаемая главная героиня.

Первым словом, которое произнесла мать, обращаясь к младенцу, окутанному ярким светом, было: «Ах, святая!».

Эстелль была «святой» с момента своего рождения.

Через несколько лет её немощная мать скончалась, сказав юной Эстелль такие слова:

— Эстелль, ты – святая, избранная Богом. Будь прекрасным и милым человеком, которого все любят.

Маленькая Эстелль заплакала и кивнула.

С тех пор Эстелль неукоснительно следовала последней воле своей покойной матери. Она всегда дарила людям улыбку и исцеляла тех, кто страдал от боли, с помощью божественной силы. Он выслушивала истории тех, кто переживал тяжелые времена, и ободряла их.

Видев Эстелль такой, окружающие радостно улыбались.

— Ты действительно прекрасна. Как снаружи, так и изнутри.

— Конечно. Ведь она – избранная Богом.

Когда Эстелль слышала эти слова, на её лице появлялась ангельская улыбка. Похвалу всегда приятно слышать.

«Я буду продолжать усердно работать»

Но Эстелль не знала. На самом деле эта похвала была хуже привязи. Эстелль было 14 лет, когда она впервые осознала истинное значение этих, казалось бы, добрых комплиментов.

* * *

— Должна ли я идти на банкет?

На слова Эстелль священник, который присматривал за ней всё это время, кивнул.

— Глава церкви говорил тебе уже не раз. Конечно, помощь бедным и нуждающимся – это самое важное. Однако также важно строить дружеские отношения с теми, кто принадлежит к королевской семье и аристократии.

— Но…

Эстелль угрюмо склонила голову. Тогда священник продолжил говорить мягко, словно зная, что у неё на уме.

— Конечно, посещение шикарного банкета вызывает неприятные ощущения, в то время как кто-то другой, возможно, голодает без кусочка хлеба. Но аристократы – это тоже люди, которых мисс Эстелль должна защищать. Пожалуйста, не будь предвзята и относись к ним, как и к другим.

— …

Эстелль не могла озвучить истинную причину своего нежелания присутствовать на банкете. В принципе, священники не участвуют в светской жизни, поэтому не посещают банкеты, устраиваемые аристократией.

Таким образом, единственным человеком, который должен был присутствовать на банкете, была Эстелль, обладавшая божественной силой, но в то же время не являющаяся священницей.

Поэтому они не знали, как с ней обращались на этих банкетах. В тот самый момент, когда Эстелль появлялась в поношенном платье, люди начинали шептаться.

— Она снова в этом наряде.

— Очевидно, что такую одежду носят те, кто считает броские вещи – греховными.

Не имело значения, что она святая. Эстелль – молодая простолюдинка, у которой нет родителей. Идеальная мишень для презрения знати.

«Оставайся спокойной и улыбайся, словно ничего не слышала»

Эстелль отчаянно прятала своё разбитое сердце. Конечно, 14-летней девочке было нелегко стоять перед теми, кто высмеивал её. Тем не менее, она смогла это выдержать, поскольку людей, приветствующих её, было больше.

— Добро пожаловать, святая.

— Спасибо, что посетили банкет, несмотря на свою занятость.

Хозяева сегодняшнего банкета, граф и его жена, встретили Эстелль со счастливыми лицами. Они были набожными верующими, ежегодно жертвующими огромные суммы в церковь. И они были большими поклонниками Эстелль.

— Спасибо, что пригласили меня на это драгоценное мероприятие.

Эстелль застенчиво поприветствовала их в ответ и повернулась к девочке, стоявшей между мужчиной и женщиной

Натали. Это дочь графа и графини, которая на два года младше Эстелль. Несколько лет назад Натали была слаба и едва не умерла от тяжелой пневмонии, но благодаря силе Эстелль ей удалось преодолеть смертельную преграду. После этого девочка следовала за святой, как за старшей сестрой.

— Я так счастлива, что святая смогла прийти на мой день рождения! Не представляешь, как я хвасталась своим друзьям, что ты сегодня придешь.

Сердце Эстелль дрогнуло от слов Натали.

То, что она была простолюдинкой и святой, делало её отношения с другими благородными леди очень неловкими. Большинству было трудно общаться с Эстелль, а некоторые и вовсе игнорировали её, уходя туда, где она не попадалась на глаза. Но Натали всегда относилась к Эстелль без предубеждений.

Девочка подошла к Эстелль.

— Видела новый пруд в саду?

— Ещё нет.

— Тогда я тебя провожу. Папа подготовил его к моему дню рождения. Белые камни, украшающие пруд, так красивы, когда сверкают под лучами солнца.

Лицо Эстелль немного покраснело, когда Натали беспечно взяла её за руку.

«Приятное ощущение»

Несмотря на то, что рядом с ней была только Натали, болтавшая без умолку, Эстелль подумала, что сегодняшний банкет был очень весёлым, в отличие от прошлых.

— Это платье – подарок от моей мамы. Оно было сшито в Луи Вирон, самом популярном бутике. В нём целых 300 лент. Что думаешь об этом?

— Оно очень красивое.

— А ты в каком бутике купила своё платье?

Плечи слегка дрогнули, когда её внезапно спросили о платье, но Эстелль смогла спокойно ответить. Она была уже достаточно взрослой, чтобы чувствовать стыд за своё простенькое поношенное платье.

— Его не шили на заказ. Это платье подарил мне священник.

— А, ясно.

Натали кивнула, словно знала о чём-то, чего не знала Эстелль. А в следующее мгновение она снова начала лепетать.

— О, мои бабушка с дедушкой прислали в подарок самую известную сладость в регионе Торанто. Печенье, наполненное мёдом. Мы с подругами собирались съесть их в моей комнате. Не хочешь присоединиться к нам, госпожа святая?

Эстелль на мгновение заколебалась.

Хоть она не была официальной священницей, она была верным последователем церковного учения, запрещающего любую роскошную пищу, включая сладости, содержащие много сахара. Поэтому она давно не ела никаких сладостей.

«Печенье с начинкой из мёда…»

Её рот неосознанно открылся. К тому же, видя лицо Натали, полное предвкушения, ей захотелось освободиться от строгих учений хотя бы на сегодня. Она чувствовала, как будет весело болтать и есть сладости теплым днём. Поразмыслив, Эстелль кивнула.

— Звучит неплохо.

Натали ярко улыбнулась ответу Эстелль.

— Уверена, мои друзьям обрадуются, если я приду со святой.

— … Думаешь?

— Конечно. Все любят святую.

После этих слов лицо Эстелль покраснело. В искрящихся глазах Натали не было ни капли лжи.

«Да. В отличие от взрослых, большинство юных леди относятся ко мне более благосклонно»

Однако, пока Эстелль шла, её быстро остановили. К ним стеклась толпа, желавшая увидеть святую.

— Так вы были здесь, святая.

— Я слышала, что вы приедете, но не увидела вас в зале, поэтому мы вас искали.

Среди аристократов глубоко верующие люди всегда старались переговорить с Эстелль, как только представлялась возможность. Обычно она спокойно приветствовала их, но сейчас они появились не вовремя. Натали шепнула Эстелль.

— Не торопись и поболтай с ними. А я пока пойду в свою комнату и подготовлю всё, а ещё расскажу друзьям о твоём приезде.

Она была благодарна Натали за её смекалку и внимательность. Эстелль кивнула, не скрывая своей радости. После того, как Натали исчезла, Эстелль по очереди поприветствовала окружающих.

— Святая, могу ли я получить ваше благословление?

В большинстве случаев всё именно так и происходило. Эстелль, скрепив руки, произносила слова благословления тем, кто закрывал глаза. Обычно она уделяла им максимум внимания, но сегодня она постоянно отвлекалась.

«Я хочу пойти к мисс Натали как можно скорее»

Эстелль несколько раз посмотрела в ту сторону, куда ранее ушла Натали. Наконец, спустя долгое время, она смогла покинуть толпу.

— Прошу прощения. Меня кое-кто ждёт, так что прошу меня извинить.

Она смогла закончить гораздо быстрее, чем обычно, но всё равно сильно задержалась.

Эстелль тревожно шагала по направлению к комнате Натали.

«А если я обидела её, заставив ждать так долго?»

Возможно, прошло слишком много времени, а Натали и её друзья уже закончили есть свои сладости и ушли. Если так произойдет, то будет немного обидно.

Эстелль быстро нашла комнату именинницы. Лицо святой посветлело, как только она услышала смех дам, доносившийся через слегка приоткрытую дверь.

«Они всё ещё там»

Конец побочной истории. Я – обожаемая главная героиня.

- Леди Перния, с вами все в порядке?

В тот момент, когда я услышала голос Люциана за дверью, мое сердце сжалось в груди. Должен ли человек впускать кого-то в свою комнату когда он знает, что тот хочет его убить?

От страха мое толо покрылась мурашками. Как вдруг я снова услышала госал Люца.

- Леди Перния, если вы не возражаете, могу я зайти к вам на минутку?

Я быстро ответила на его вопрос резким отказом:

- Нет!

Задумавшись о том, как это высокомерно прозвучало я попыталась исправить положение.

- Я сейчас нахожусь в весьма неподобающем виде.

Я не лгала. Конечно, все было не так плохо, как в то время, когда Энн не было в особняке, но после нескольких дней, проведенных в своей комнате, я стала выглядеть не лучшим образом.

- Я дала тебе вескую причину, почему ты не можете войти, так что пожалуйста, вернись к себе.

Я очень надеялась, что он послушает мои слова и просто уйдет. Но то, что он сказал было весьма неожиданным.

- Тогда я войду с закрытыми глазами.

- Что?

Я широко раскрыла глаза от шока, а он тем Временем тихо произнес:

- Разве я не могу?

"Нет, ты не можешь.

Так что пожалуйста, уходи! Я не хочу связываться с бедным злодеем-статистом!"

Я хотела это сказать, но слова никак не выходили из моего рта. Голос, который я только что услышала, был таким жалким. Он будто бы был похож на стон собаки, которую бросил Хозяин.

Я была вынуждена поднять белый флаг.

- .... Хорошо. Зайди.

- Спасибо, леди Перния.

" Что? Зачем? Сейчас не время говорить спасибо."

- ...

"Так приятно, что я снова смогу увидеть его. Нет, ты не должна терять бдительность! Этот парень в легкую сойдет с ума если дело будет касаться безопасности Эстель."

~скрип~

Дверь медленно открылась, и я смогла услышал стук его ботинок.

Слушая это звук, в мою голову стали приходить самые разные мысли.

"Лучше скажу так: У меня произошла внезапная амнезия. Я ничего не знаю о вас с Эстель.

А что я буду делать, если он начнет упорствовать! О, знаю.

Как только он подойдет сюда, я закричу: «Ох! У меня так внезапно заболела голова!» И если я

перевернусь лицом в противоположную от него сторону, это наверняка, хоть немного, но подействует."

Я уже почти придумала отличный план, но все мои мысли тут же испарились как только я увидела его приближающимся к моей постели.

Он держал в своих руках большой букет, который состоял из сотни ярких фиолетовых цветов анютиных

Глазок.

- Леди Перния, давно не виделись.

Не в силах оторвать взгляд от букета, я медленно посмотрел на него. Его глаза были завязаны белым платком.

При виде всего этого я несколько раз моргнула.

- Ты действительно пришёл с закрытыми глазами?

- Я вед обещал,- сказал он и протянул мне букет.

Сладкий запах заполнил пространство вокруг меня.

- Это подарок на скорейшее выздоровление.

Я посмотрела на сотни цветов анютиных глазок и взяла у него букет. Как только цветы попали мне в руги, мое тело невольно пошатнулось. Было действительно тяжело.

"Этот будут слишком большой и тяжёлый, чтобы его держал больной человек."

- Поддельная болезнь - это тоже болезнь. Я очень волновался за тебя.

От этих слов я покраснела прям как спелый помидор. Пряча свое раскаленное лицо в букете цветов я тихонько спросила:

- Ты действительно не видишь меня сейчас?

- Да.

- Кажется ты привык ходить с завязанными глазами.

- Это все благодаря чувствительности рыцаря, отточенной на поле боя.

Рот Люциана красиво шевелился под белым платком.

"Тьфу. Половина его лица закрыта, но почему он все еще такой красивый?"

Тогда я поняла, что красивые мужчины славятся только своим носом и ртом.

Между нами возникла неловкая пауза. Прямо как в тот день, когда мы впервые

встретились.

Я сглотнула.

"В любом случае, я же не могу встречаться с Люцианом в любое время, когда только захочу. Так что Перния, давай просто используем эту возможность и скажу то, что хотели сказать:

《Я сделала все это не зная о твоей любви. Я больше никогда не буду вмешиваться в это дело.》

Если я так скажу, возможно, он сможет освободиться от бдительности в отношении меня."

Когда я сжала кулак и попыталась открыл рот мня внезапно перебили:

- Ты избегала меня из-за того, что я сказал в тот день, верно?»

Люциан смотрел на меня, прикрыв глазами белым Платком.

Я не могла отрицать то что он сказал, ведь это было действительно так.

Его глаза опустились, как будто он уже знал мой ответ.

- Думаю, мне не следовало этого говорить. Мне следовало обдумать это с точки зрения женщины...»

Он улыбался. Но это явно была неправильная улыбка.

Было неловко видеть, как он через силу приподнимает губы.

Я знала, что он собирался сказать дальше.

"Нет. Не надо!"

- Мне очень жаль, леди Перния. Я прекрасно знал, что если кто-нибудь услышит это от меня, то он, конечно, тут же возненавидит меня...»

- Я не ненавижу это!. Это было просто потрясающе!

"Ха-ха."

У меня не было выбора, кроме как встать на сторону Люциана.

- Я уже говорила тебе это раньше. Нет женщины, которая бы возненавидела красивого мужчину. Лорд Кардиен - очень красивый мужчина, поэтому нет женщины, которая возненавидела бы тебя из-за этого признания. Ты сказал, что хотел узнать меня получше, но ты не представляешь, как я из-за этого нервничала, мне все время казалось, что я хочу встретиться с тобой, но в тоже время я не могла.

"Ты с ума сошла, Перния?"

Неожиданный гость

Я не могла остановиться, так как знала про его вторую личность, о моменте появления которой некому не было чего-либо известно.

Я все еще боялась его. Его намерения казались мне весьма подозрительными.

Но более того, я беспокоилась о том, чтобы он не стал демоном из-за сказанных мною слов.

Он был тем, кто думал: 《Я человек, которого боятся другие люди.》 И я не хотела чтобы это продолжалось.

Лучан неожиданно заговорил:

- В самом деле?

"Я говорю тебе правду, хоть мое сердце и колотится от страха."

Я энергично кивнул, опуская эти слова.

-Да.

- Тогда почему ты избегала меня?

- Это, э... лорд Кардиен теперь помолвлен со...мной. Я была немного удивлена, услышав твои слова. У тебя

есть причина, по которой ты бы хотел узнать обо мне побольше?

- Я должен.

Он сказал это твердым голосом, как будто это была невероятно серьезная причина. Мои глаза расширились.

- В чем причина?

- Все из-за того, что эта помолвка была заключена не по воле леди Пернии и меня.

"Это была правда. Это не что иное, как отношения, навязанные императором и моим отцом."

- Поскольку у нас такие официальные отношения, я хотел бы сменить их на более честные. Вот почему я хочу знать свою невесту, как это того и следует.

"Что? Я все верно поняла?"

Это неожиданное замечание немного расслабило меня. Я так же почувствовала, как мое нервное сердцебиение успокоилось.

Но я была вынуждена покачать головой.

"Проснись, Перния.

Скажите это как можно вежливее. Он ведь второй главный герой - Яндере. Нет ничего хорошего в том, чтобы связываться с ним."

Надеясь, что мой голос прозвучал достаточно мягко я произнёсла:

- Я понимаю твои мысли. Но я думаю, что нам лучше продолжать держать дистанцию, которую мы имеем сейчас.

- Почему?

- Как ты и говорил ранее - эта помолвка состоялась без нашей с тобой на то воли. Нет ничего хорошего в нашем с тобой сближении. Ведь если мы узнаем плохие стороны друг друга и они нам не понравятся, мы рискуем возненавидишь даже саму мысть о женитьбе.

Я взглянул на Люциана.

Он был покрыт белым носовым платком, но я чувствовала, как он смотрит на меня через него.

- Если...

Я сглотнула.

- Если это произойдет, готов ли ты будешь рискнуть разорвать нашу помолвку, что была навязана нам самим императором?

Люциан закрыл рот, как будто услышал что-то неожиданное.

Спустя достаточно много времени он произнес:

- Конечно.

Теперь свой рот прикрыла уже я.

"Это означает, что он или я могли бы разорвать помолвку, если бы только захотели этого."

- Что ты делаешь?

Неожиданно Люциан поднялся со стула на котором сидел еще пару секунд назад.

Он подошел ко мне, прежде чем я смогла понять, что происходит.

Может это потому, что он нечего не видел, но он сел на

необычно близком расстоянии.

Я была ошеломлена смесью запаха свежей мяты от него и аромата цветов в моих руках.

- Я знаю, что рискую разорвать нашу помолвку, поэтому я спрошу еще раз.

-...

- Такая красивая дама, позволит мне узнать о ней больше?"

Я вновь сглотнула.

Теперь, когда мы прошли весь этот путь, мы не могли вернуться к той же формальности, что была раньше.

Теперь у меня было только одно направление, по которому я должена была идти.

"Я позволю ему узнать обо мне больше, а потом, когда он потеряет ко мне интерес, я разорву помолвку."

Я кивнула.

- Ладно.

В этот момент он улыбнулся. Как будто он только что услышал самые счастливые слова, что существовали в этом мире.

Уголки его рта привлекли мое внимание.

"Этот человек опасен."

Я невольно закусила губы с колотящимся сердцем.

Его голос эхом разнесся в моих ушах, как будто хотел выставить меня дурой.

- Тогда я сделаю все возможное, леди Перния.

Боюсь спросить, в чем конкретно заключается это 'все возможное '.

Хорошо, что его глаза закрыты.

Иначе он увидел бы мое красное лицо, такое красное, будто оно вот-вот лопнет.

* *

- Что же любит леди Перния?

- Все, что выглядит красиво и блестит.

- А что ты ненавидишь? .

- Главного главного героя и второго главного героя которые убивают злодейку второго плана.

- А?

Люциан остановил свою трудолюбивую руку и посмотрел на меня. Когда его глаза спросили меня, что, черт возьми, я имел в виду, я поспешила исправить ситуацию.

- Мне часто нравится говорить ерунду подобного рода. Неважно,

что я сказала.

- Понимаю.

Люциан кивнул, как будто он понял что-то еще, чего он не знал, и продолжил писать.

При виде всего этого я заскулила в своей голове.

"Я не думала, что знакомство со мной означает, что мы будем заниматься подобным."

Коррекция личности

Когда солнце пригрело, Лучан начал подробное Интервью.

Происхождение моего имени, мой знак по гороскопу, любимая едa, какие подарки я считаю самыми трогательными, наименее и наиболее любимые слова и т.д.

Его вопросы были достаточно невинными, чтобы заставить меня пожалеть о своем решении.

" Мне нравится говорить о всякой чепухе".

Я посмотрела на парня, который уже заполнил целую страницу нежным почерком обо мне, я издал низкий стон.

- Лорд Кардиен, разве сможешь ли ты узнать обо мне что-то полезное задавая эти вопросы?

- Да, наверное. Но я думаю, что этому есть предел.

- К счастью, я тоже так думаю.

Я удовлетворенно улыбнулась.

- Так почему бы тебе не прекратить это интервью и не присоединиться ко мне?

- Присоединиться к вам? Для чего?

Когда я узнала, что он имел в виду под словами 《Я хочу узнать о тебе больше》мой страх перед ним полностью исчез.

"Тогда, если сейчас все нормально, ничего же не произойдёт если я разрешу себе побыть немного Эгоисткой?”

- Я хочу рассказать тебе о моем хобби.

* *

- Леди Перния, вам действительно это так нравится?

Сказал люциан чуть ли не плачущим голосом.

Скрестив руки на груди я энергично кивнула.

- Да, мне это очень нравится.

Его серебряные ресницы задрожали от моих слов и уголки моего рта приподнялись от его застенчивости.

Когда Люциан увидел меня в таком состоянии, он вздохнул, как будто бы принял свое,наверное первое поражение. Он сдался.

- Леди Перния, вы действительно ...

" Да, я действительно извращенка."

Я посмотрела на Люциана.

Стоя под сверкающим светом, он был одет в идеально подогнанный черный костюм.

Это был простой костюм, дизайн которого стал весьма модным в этом сезоне и быстро пленил сердца общественности.

Его широкие плечи, крепкие мускулы и длинные ноги были хорошо видны, потому что костюм был разработан так, чтобы идеально показывать линию тела.

Даже сотрудники, стоявшие вокруг примерочной, смотрели на него с лёгким восторгом.

Сидя на диване, я с довольным видом сжал свою руку в кулак.

- Как и ожидалось, черные костюмы - лучшее, что есть во всех мирах, для красивых мужчин!

Люциан был сбит с толку моими словами, а вскоре посмотрел на меня удовлетворительным взглядом.

- Ты определенно сказала, что любишь красивые и блестящие вещи.

- Ну он ведь красивый и блестящий, не так ли?

Лучан ничего не смог ответить и опустил глаза. Его застенчивость и стыд были очевидны, так как его лицо покраснела словно спелый помидор.

Увидев красивого мужчину в простом черном костюме с таким лицом, я почувствовала, что еле сдерживаю себя.

"Это странно."

Эти странные чувства испытывала не только я. Некоторые из сотрудников болезненно застонали.

Я уловила причину, по которой я, благородная дама, не могла показать столь недостойную реакцию.

И приложила свою руку к кончику носа на случай, если из него пойдет кровь.

- Ты действительно хорошо выглядишь в черном костюме. Он делает тебя вежливым джентльменом, с легким оттенком декадентской красоты.

( П/п Декадентская красота - это термин который означает, что кто-то выглядит как плохая девочка / плохой мальчик. Кто знал? Я не знала... )

- ..Имеет ли это смысл?

- Да, конечно, мне также понравилась льняная рубашка небесного цвета, которую ты надевал раньше. Цвет рубашки и синий шарф на шее хорошо сочетался с твоей белой кожей.

- Я вижу...

- Хм, но мне также понравилась форма для верховой езды, которую ты надевал в самом начале. Костюмы для ерховой езды нужно надевать только на худощавое тело. Когда мой отец надевал костюм для верховой езды, он выглядел очень жалко, так как у него был узкий жилет. Но твой живот совсем не похож на него. Это делает меня счастливой.

Люциан ничего не ответил.

Так или иначе, я начала считать в своей голове всю сумму покупки.

"Хотя снижение благосостояния сильно уменьшило содержание моего отца, я довольно много копила в последние несколько месяцев. Если сложить все вместе ......."

После того, как я закончила считать, мой радостный крик заполнил магазин.

- Пожалуйста, упакуйте всю одежду, которую он надевал до этого момента!

После того как мой голос заполнил магазин. Сотрудница, которая все время смотрела на Люциана с заколдованным лицом, пришла в себя

и с огромной скоростью подошла ко мне, чтобы передать мне счет.

Лучан, поспешно вышедший из примерочной и схватил его.

- Леди Перния, вы же покупаете всю эту одежду, чтобы отдать мне, не так ли?

- Верно. Иначе зачем мне тебя так беспокоить?

Люциан широко раскрыл глаза, словно удивился. Лучан смущенно покачал лицом.

- Спасибо за мысль, но ничего страшного. У меня

нет причин получать такой чрезмерный подарок.

"Ох верно же, он неприступный второй персонаж в главной роли."

Трудно было бы подарить ему одежду, ведь я не главная героиня этой истории.

Но было слишком поздно. Я уже видела его в той одежде, которую выбрала.

"Эх и почему я смогла увидеть что-то настолько хорошее только один раз?"

Не стыдясь своих слов я сказала:

- Мне очень нравится дарить красивым людям одежду, которую я для них выбрала. Это моя такая радость в жизни.

- Но.......

- Пожалуйста. Если я не куплю тебе эту одежду, я точно умру от разочарования.

Я уже приготовилась закатить истерику которая никогда бы не закончилась, но к счастью, Люциан не смог отказать мне.

Он вздохнул кивнув своей головой давая свое согласие.

- .....Хорошо.

В своем блокноте он написал: × любит играть в куклы с живыми людьми ×.

Меня зачислили в ряды извращенцев, но я ничуть не жалела об этом.

Со счастливым лицом я подписала счет.

Рыцарская тренировка

Мы вышли из магазина.

В руке Люциана находились три коробки с одеждой. Когда Лучан увидел тяжёлые коробки он сказал, что поможет и взял их перенос на себя.

Пока мы шли по улице, Лучан произнес:

- Это было так внезапно, что я не мог должным образом выразить свою благодарность. Спасибо, миледи.

К счастью, в его чистом голосе я не чувствовала неудовольствия.

Взглянув на Люциана я сказала:

- Если ты действительно хочешь меня поблагодарить, не мог бы ты услужить мне еще одну услугу?

- Что это за услуга?

Его колебания перед ответом были очевидны. Вместо того, чтобы конкретно указывать на нужную мне от него услугу и ее причины, я сказала самое главное:

- В день, когда ты снова придешь ко мне, пожалуйста, надень ту одежду, которую я подарила тебе сегодня. Я хочу снова увидеть тебя в том костюме.

Лицо Люциана покраснело от моих слов.

- Хорошо.

Я усмехнулась, увидев его лицо.

"Как реакция на подарок может быть настолько застенчивой? Пожалуйста убедись, что ты хорошо его застегнешь, ведь я могу не сдержать свое желание раздеть тебя."

Какое лицо он сделает, если я так скажу?

- Леди Перния, о чем ты таком подумала, что это сделало тебя

такой счастливой?

Услышав его голос я наконец-то пришла в себя и ответила:

- Ничего. Я просто вспомнила про банкет, который будет проводится через несколько дней.

Это было неудачное оправдание, но Люциан наивно кивнул, так как поверил в него. Затем он воскликнул - ах - , как будто он что-то вспомнил и сказал:

- Но разве ты не говорила, что карета маркиза сломалась? Успеют ли ее починить до дня банкета?

- Я так не думаю. Я сейчас как раз ищу где арендовать экипаж.

Глаза Люциана заблестели от моих слов.

- Тогда, могу ли я сам забрать леди?

- Ты хочешь забрать меня?

- Да, пожалуйста, считай это благодарностью за одежду.

У меня не было причин отказываться от этого предложения.

- Вы готовы, мисс? - сказала Энн, и я посмотрела в на себя в зеркало.

Заколка-бабочка, сверкавшая на насыщенных сине-фиолетовых волосах и темно-зеленое платье, расшитое нежными розами, темный макияж вокруг глаз и красные губы.

Женщина в зеркале была просто великолепной. Однако Энн, создавшая этот образ, казалась чем-то недовольной.

Надувая губы как утка, она сказала:

- Мне следовало купить вам новое колье. Я могу с точностью сказать, что от платьев до украшений, все это уже давно вышло из моды.

Я посмотрела на нее зрелым взглядом.

- Положение нашей семьи не очень хорошее. И что толку от роскоши? Это не столь важный банкет, а просто собрание аристократов, созданное для обычной болтовни. Вещей, что сей час на мне надеты вполне достаточно.

- Моя леди!

Энн закрыла рот сдерживая свои эмоций.

Я мог сказать, что ее слезящиеся глаза говорили:

《Дама, которая жила, как полная дрянь, действительно выросла》.

Мне было очень жаль, Энн. Я не могла ей сказать, что на самом деле, я

потратила все свои карманные деньги на одежду для Люциана.

Если бы я сказала ей правду, какой она была на самом деле, мой отец, прознав про это, начал бы проливать кровавые слеза считая, что я повела себя как безответный ребенок.

Вместо этого я встала с серьезным лицом, держа в руках веер.

- Пойдем. Мы итак заставляли лорда

Кардиена слишком долго ждать.

Энн внимательно следила за мной, своими блестящими глазами, как будто она была девушкой, что увлеклась детским романом, который читала.

- Я думаю, что лорд Кардиен действительно заботится о вас. Он сказал, что пришел лично отвезти вас в банкетный зал.

- Он просто очень добрый человек.

- Доброты недостаточно чтобы лично приехать за девушкой и забрать ее на банкет. Это любовь, любовь!

" Как ты мог сказать такое сильное слово? Энн, кажется, в последнее время стало со мной слишком комфортно."

Я остановил ее глупые мысли одним предложением.

- Энн, это полная чушь!

Только тогда Энн замолчала и повела меня в гостиную.

В хорошо оформленной гостиной сидели Люциан и мой отец.

- Я сказал ей. Мое сердце не может принять никого кром е вас. В то время я был просто невероятным! Если подумать, возможно я смог сказать подобное, потому что был слишком юным.

Молодость - такая прекрасная вещь. Ха-ха-ха ха-ха.

Мое лицо, похожее на лицо зрелой дамой, рухнуло, как замок из песка.

Стена роз

Я побежала к этим двоим с озадаченным выражением лица.

- Папа, что ты делаешь? Ты ведь еще утром уехал на работу!

- Я смог закончить все дела раньше, чем предполагал и решил вернуться домой. Когда я зашел, то увидел Лорда Кардиена который ждал тебя тут. Мне показалось, что ему было скучно и поэтому я решил немного развлечь его разговорами, чтобы чуть скрасить ожидание.

"Ты его не развлечь решил, а замучать!"

Мой отец выглядел счастливым, потому что у него уже давно не было возможности поговорить с кем то.

Но Люциан, на которого напали в одностороннем порядке, явно должен был быть недоволен.

Я поспешно повернула голову в сторону своего жениха и посмотрела в лицо Люциану.

- Ты в порядке?

- Все хорошо.

Чистая кожа.

Ясные глаза.

Довольная улыбка.

К счастью, лицо Люциана выглядело просто прекрасно, из чего я сделала вывод, что нападение моего отца длилось недолго.

- Я рада.

Я с облегчением опустила брови.

- Мне очень жаль. На подготовку ушло больше времени, чем я думала. Если бы я знала, что мой отец прибудет домой раньше положенного, то я бы поспешила.

- Не беспокойся об этом, все хорошо.

Мягко ответил Лу-чан, уставившись на меня.

Его взгляд был немного смущающим, поэтому я решила немного поиздеваться над этим милым.... кроликом?

- Я знаю. Я действительно красивая, не так ли?

- Да.

Ответ заставил нас с отцом на мгновение задуматься.

В гостиной воцарилась тишина.

Я закашлялась и со слегка покрасневшим лицом спросила:

- Кто научил тебя так смело отвечать?

- Я не учился, я просто сказал правду. Я сделал какую-нибудь ошибки?

Его невинное лицо снова заставило меня покраснеть.

" Если мы продолжим этот разговор, то меня поразит сердечный приступ вызванный переизбытком смущения."

- Пойдем, пока не стало слишком поздно.

Карета Люциана ждала нас перед особняком. Мои глаза, что были направлены на экипаж блестели от восхищения.

"Это карета, которую Император подарил Люциану. Она невероятна."

Шестиколесный экипаж был весьма огромных размеров. Обычный экипаж и близко не стоял с этим.

Наружные украшения, сделанные из слоновой кости белых слонов, переливались и блестели на солнце, а впереди была выгравирована эмблема Кардиена.

Капли воды, цветы и два меча.

Кто бы это ни придумал эту эмблему, она идеально подходила для

Люциана.

Люциан протянул мне руку, пока я не отрываясь смотрела на изящно вырезанные узоры.

- Пойдем, леди Перния.

Взяв его за руку и сев в карету, я была впечатлена еще больше.

Гладкие и глянцевые кожаные сиденья не были похожи ни на какие сиденья, что я видела раньше. Даже когда

карета тронулась, мне было настолько комфортно, что я чувствовала себя так, как будто я плыла в облаках.

Она отличался от кареты моей семьи, которая выглядела достаточно хорошо, но была слишком изношена.

"Вот каковы деньги на вкус."

Думая об этом я немного расстроилась. Увидев все это Лу-чан встревоженно спросил:

- Что случилось, миледи? Тебе где-то неудобно?

- Нет, что ты. Вряд-ли кому-то будет

неудобно в такой карете. Думаю, я могла бы ездить в такой карете

круглый год напролёт.

Услышав это Люциан осторожно посмотрел на меня.

- Я рад это слышать. Скоро мы прибудем в пункт назначения, так что чувствуй себя как дома, — сказал Лучан, вынув свои записи и что-то записав в них.

《Пернии нравятся удобные места.》

Закончив записывать, Лучан снова посмотрел на меня.

“Какой бы ширины ни была карета, сидящему напротив человеку было неловко смотреть на меня.”

Я вздохнула.

- Простите меня, лорд Кардиен.

- А?

- Думаю, мой макияж сдвинулся на миллиметр после того, как я села в карету.

- Ой, простите.

Я озадаченно посмотрела в его глаза, в тот момент, когда он снова, на мгновение, посмотрел на меня.

Я отражалась в ярко-красных глазах, похожих на драгоценный камень.

С беспокойством прищурившись, я старалась понять о чем говорят его глаза.

^Я никогда не буду испытывать к тебе

привязанности.^ - Нет.

Его глаза были слишком чистыми, чтобы сказать такое .

" Я думаю, что он действительно, просто хочет узнать меня как личность.

Но какого черта? Я так сильно привлекла его?

Я была уверена, что он кивнул бы, если я спросил его об этом."

В конце концов я проглотила то, что хотела спросить, и изменила свои слова.

- Ты не надел одежду, которую я тебе купил. Тебе она

не понравилось?

Люциан покачал головой, широко открыв глаза.

- Вовсе нет. Я не надел ц, потому что мне нужно будет ехать в тренировочный лагерь сразу после того, как я доставлю тебя к месту назначения. Если ты посмотришь на мужскую тренировку, то ты поймешь, что там есть большой риск повредить одежду.- Продолжал говорить Лу-чан, опустив глаза.- Ая бы не хотел этого.

"Это такой ценный подарок для него?"

Скрытый смысл его слов дошел до моего уха.

От такого неожиданное замечания мое лицо немного покраснело.

"Услышав подобные слова, кто-то может подумать, что я сделала тебе

чрезвычайно ценный подарок. Хоть это и были всего лишь вещи."

Я не могла контролировать выражение своего лица, поэтому прикусила губу.

"Ох, кто научил тебя таким красивым словам?" - подумала я, едва сдерживая желание прикоснуться к его подбородку.

- Ясно. Тогда я с нетерпением жду нашей следующей встречи.

Почему вы здесь, Ваше Высочество?

Вскоре наш экипаж подъехал к парадному входу дома. Получив эскорт Люциана, я вышла из экипажа и сказала:

- Спасибо за сопровождение. Это избавило меня от смущения, связанного с поездкой в арендованном экипаже.

- Это действительно так?

- Да.

Я кивнула.

Теперь мне не нужно стыдиться себя. Скорее даже, я должна гордиться собой.

Среди экипажей, прибывших ко входу в банкетный зал, карета Люциана определенно была красочнее и масштабнее.

Дворяне смотрели на нас со смесью зависти и восхищения.

"Так вот почему люди покупают себе Вenz. Теперь я осознаю мощь роскошного автомобиля."

(П/п Она говорит о современных автомобилях Mercedes Benz)

- Я тогда пойду.

- Ой, подожди минутку.

Лучан поднял руку и поправил заколку, что находилась в моих волосах.

Это было такое мягкое прикосновение.

- Заколка была немного изогнута и я поправил ее. Теперь все в порядке.

"Тьфу. Почему моя грудь так сильно бьется из-за этого маленького прикосновения?"

Люциан мягко улыбнулся мне, пока я пытаясь скрыть свое колотящееся сердце.

- Тогда желаю тебе хорошо провести этот вечер. Я заеду за тобой, когда придет время.

Я слышала разговоры некоторых людей вокруг нас.

"В любом случае, Люциан очень грешный человек."

Сегодняшний банкет был регулярным сбором молодых аристократов для установления дружеских отношений.

В саду с зеленой травой вокруг белого стола, собрались для разговора пруппы по две-три прекрасно одетых женщин.

Вроде бы все как обычно, но зайдя в банкетный зал я почувствовала, что что-то не так.

Женщины, урчавшие, как жаворонки, резко замолчали. Как будто сюда пришёл кто-то, кому не следовало приходить.

"Что это?"

Перния всегда была лидером групп.

Когда я появился на подобном мероприятии в первый раз, на сцену вышло бесчисленное количество женщин, которые хвалили и всячески пытались подлизаться ко мне.

"Что это за внезапное изменение отношения?"

Одна из женщин вышла ко мне навстречу, приподняв брови без всякой на то причины.

Ближайший друг Пернии, ее самый ценный подчиненный - леди Эрика.

Но вместо того, чтобы как и раньше льстить мне , она саркастически

сказала :

- О, разве это не леди Перния? Почему же вы решили посетить таких простых дворян как мы, вместо того, чтобы проводить это время со святой, которая явно важнее всех нас?

В этот момент я поняла, почему они отвернулись от меня.

В день моей помолвки эти дамы так трудились, чтобы опозорить Эстель.

Некоторые из них сильно ненавидели девушку, которая без веской на то причины смогла так просто снискать расположение Пении.

Если бы я была обычной Пернией, я была бы рада принять их клевету в сторону бедной девушки.

Но я отказалась от их ожиданий и громко сказала:

- Я думаю, что она лучшая!

Вот почему они так относились ко мне сейчас.

Тогда я не думала, чем мне это все обойдётся.

Я посмотрела на женщин, стоящих за Эрикой.

Все лица женщин были холодными. А сам их взгляд выражал явную враждебность. Я им совсем не нравилась.

Подняв подбородок Эрика сказала:

- Знаете девочки, я думала о том, почему она внезапно изменила свое поведение. Дама гордилась своим

благородством больше, чем кто-либо другой. Но...

Эрика опустила глаза, посмотрела на меня и расхохоталась.

- Глядя на то, как она сегодня одета, думаю, я знаю почему она так резко переменились . Перния перешла на сторону простолюдинской святой, чтобы получить от нее помощь.

Она издевалась надо мной из-за того, что я надела устаревшие платья и аксессуары.

Женщины, стоявшие вокруг Эрики, кивнули.

- Да, теперь я точно убедилась в этом.

- У святой есть обязанности, она должна помогать своим, менее удачливым, соседям. Если леди будет так одеваться, то она точно поможет ей.

Женщины смеялись говоря обе мне и Эстель.

"Ух ты, эти люди. Как они могут быть настолько злыми?"

Я собиралась подойти и схватить их за волосы, но сдержала себя.

Те девушки, которые сейчас так ненавидели меня, были всего лишь персонажами второго плана, как я.

Они такие, потому что писатель их так написал.

" Что, черт возьми, ты делаешь автор?"

Я прошла вперед без единого слова.

В этот момент некоторые женщины вскрикнули от испуга, но яне захотела иметь с ними какое-либо дело.

Я села на свободное место в углу, избегая того места, где собрались эти женщины.

Сиденье, на которое настоящий Перния никогда бы не села. Но на сегодня, этого места мне вполне хватало.

Если я попытаюсь сесть за обычный центральный стол, то у меня будет идти ожесточенная битва с этими женщинами.

Я не хотела этого.

"Какой смысл бороться с такими, как они?

Вам суждено пройти через многочисленные жизненные невзгоды,

поэтому вы должны хорошо заботиться друг о друге. Если я останусь неподвижным, словно я дохлая крыса, они замолчат."

Во-первых, это была очень самодовольная идея.

Женщины, которые сначала опасались дурной славы Пернии, начали повышать уровень своих слов, когда я осторожно потягивала вкусный чай.

- Я видела, что леди Перния приехала сюда в карете лорда Кардиена.

- Это было очень шокирующе. Независимо от того, насколько Император ценит его как рыцаря, невозможно игнорировать то, что он простой сирота с улицы.

- Ну, она поехала с ним по той же причине, по которой она так старалась, чтобы угодить святой. Неважно, откуда он, она просто хотела получить что-то от своего жениха, верно? - Прищелкнула языком Эрика.

-Бедность - страшная вещь.

" Будь уверенна, ты намного страшнее."

Свидание в трущобах

Это конечно было противно, но не так как я думала.

Вокруг создавалось ощущение, что это просто карма вернулась к Пенелопе,чтобы она поняла каково это, быть на месте той, кого еще недавно она унижала.

Я положила руки на стол с абсолютно спокойным лицом.И пододвинув к себе тарелку с кусочком клубничного торта, начала наслаждаться тихой жизнью, без сплетен и ложных слухов.

- Но какая выгода Пенелопе общаться с этим простолюдином? Лорд Кардьен -единственный член группы служения Святого Гая, который тратит деньги впустую.

- Верно. Он пожертвовал все бонусы, полученные за победу в войне, добровольческим организациям.

Мне было все равно, что они обсуждали, но вот следующее слова заставили меня обратить внимание на этих невежественных дам.

- Не кажется ли вам, что это какой-то трюк, чтобы, своего рода, приворожить людей к святой?

В этот момент, клубничный пирог который я собиралась откусить повис в воздухе.

Увидев мою реакцию, глаза Эрики вспыхнули как у охотника, что наконец-то смог загнать свою добычу в угол.

С взволнованным лицом она начала выдумывать несуществующие факты и раскрывать их дамам, что окружали ее.

- Все помнят, что произошло на банкете по поводу помолвки мисс Пернии? Его Величество принц так резко исчез, держа святую за руку. Наверное он знал о ее намерениях и приревновал ее к общественности. Его Величество славится своей благосклонностью к Деве.

После этих слов девушки начали флиртовать между собой.

- Бедный мой брат, получается он в такой опасности. Кто знает, что на уме у этой святой. Может быть, посмотрев на нее он тоже сойдёт с ума.

- Ох, какой кошмар. Моему младшему брату тоже в зоне риска.

Каждая из женщин начала выстраивать вокруг себя рассказы о мужчинах, которые могут быть, или даже уже были, 'соблазненны' святой.

И конечно же это был не один и не двое мужчин.

Эстель была главной героиней, из чего следовало, что она была самой привлекательной девушкой этого мира.

Но женщины, которые этого не знали, записали ее очарование в порочном направлении.

- Так много разных мужчин. Разве было бы это возможно, если бы она специально не соблазняла их?

- Это защита не Бога, а противоположного пола.

Эрика говорила о действиях Эстель с наивысшей степенью призрения.

- Действительно опустившаяся девушка.

Эти слова стали решающими.

Даже самому выдающемуся терпению был придел.

Хоть я и была всего лишь героем второго плана, но я просто не могла молчать, когда невинного человека поливали такой чудовищной грязью.

- Эрика.

Это было захватывающе.

Всего одного слова хватило, чтобы девушки закрыли свои рты.

Широко раскрыв свои глаза они с неким страхом посмотрели на меня. Этот же страх присутствовал и в глазах Эрики.

Эрика слегка тряхнула глазами, когда ее взгляд встретился с моим, но она быстро улучшила свое выражение.

Создавалось ощущение, что всего за минуты она резко посмелела, и начала вести себя тук, как будто кто-то вреде меня не представлял для нее какой-либо опасности.

- Леди Перния, вы звали меня?

Я была полна решимости раздавить ее на моральном уровне.

"Оно того стоит."

"Эта девушка переманила на свою сторону всех благородная дам, которые еще несколько дней назад беспрерывно следовали за мной, куда бы я ни пошла."

Однако было одно но, которого она никак не могла знать.

"Ты никогда не сможешь стаять наравне со мной. Ведь я одна из лучших злых героев этого мира!"

Для меня раздавить ее было так же легко, как для Люциана истребить сотни врагов за раз.

Это все особая харизма заставляющая людей вставать передо мной на колени. Способность подчинять себе волю других персонажей.

- Почему бы тебе не заткнуться?

Всего одно предложение и вот уже она дрожит, как будто через нее прошел электрический разряд. Однако Эрика изо всех сил пыталась восстановить самообладание. Ведь на нее, своими пристальными взглядами смотрели другие благородные дамы.

При поддержке женщин за ее спиной Эрика снова открыла рот.

- Леди Перния. Раньше еще можно было подумать, что мы просто неправильно поняли ситуацию, но сейчас ты окончательно решила...

У меня не было ни единой причины слушать ее вздор, поэтому я просто решила решила резать ее слова ножем.

- Ситуация вполне понятная, но я подошла сюда не из-за нее. Я хотела узнать у вас, леди Эрика, насчет недавней помолвки маркиза Гарсиана, говорят вы набросились на его невесту с криками о том, что выдерите ей все волосы. А ведь раньше вы были без ума от него.

Эрика посмотрела на меня с бледным лицом невсилах что-либо сказать мне. Это свидетельствовало о том, что мой план сработал.

Женщины вокруг нее что-то трепетали, а некоторые просто смотрели в пол избегая моего взгляда.

Они были похожи на крыс, что дрожали при виде кошки.

- Если вы настоящая аристократка, то вы должны били подойти ко мне и высказать все свое недовольство мне в лицо. И этот, и ваш поступок на недавней церимонии помолвки свидетельствует о том, что вы неблагороднее раба.

Сказав это, я надменно приподняла уголок рта показав свою темную сторону.

Желанный портрет

Выйдя на улицу я увидела, что Люциан уже ждал меня.

Лучан подошел ко мне и с серьезным лицом спросил.

- Что случилось в банкетном зале?

- А почему ты спрашиваешь?

- Я волновался, потому что лица молодых девушек, покидающих особняк, были весьма бледными. Они были похожи на лица солдат когда те впервые встретили огромного монстра на поле битв.

"Боже мой, у этого парня все с войной связано."

Я наивно рассмеялась, как будто не имела ни малейшего понятия о чем он.

- Возможно их косметика смылась когда они умывались в дамской комнате. Не мог бы ты претвориться, что ничего не видел. Это может задеть чувства благородных дам.

- Ох, хорошо.

Люциан широко открыл глаза и кивнул притворившись, что никогда не видел того, о чем говорил.

Я взяла его за руку и в тот момент, когда я уже собиралась сесть в карету я встретилась взглядом с Эрикой.

"Думаю, что неплохо обламала ей хвост."

Бедняжка смотрела на меня кусая губы которые уже успели окраситься алым цветом.

Глядя на это я почувствовала гордость за свой поступок.

"А теперь, просто забудь о ней."

Я села в карету размышляя над тем, что я должна сказать Люциану.

Немного поразмышляв я открыла рот:

- Сер Кардиен. Через месяц состоится банкет в императорском дворце... верно?

- Да, это будет банкет в честь дня рождения принца.

"Да, это именно оно."

Через месяц после помолвки Люциана, во дворце состоялся банкет в честь дня рождения Карликса.

На этом вечере присутствовали все главные герои и множество второстепенных, которые так же сыграли немалую роль в этом романе.

"В тот вечер разразился немалый инцидент."

Аристократы, включая Пернию, высмеяли потрепанный наряд Эстель, присутствовавшей на банкете.

Карликс пришёл в бешенство от подобного поведения по отношению к Эстель и безрассудно раскритиковал людей проследовавших ее.

- Что вы творите, грязные подонки?!

На Пернию высыпали кучу дерьма, а затем он облил ее платье водой.

Похожая злость охватила и с Люциана.

Люциан хотел помочь, как-то подбодрить святую, но принц схватил Эстель за кисть руки и они покинули банкетный зал.

"Чертов принц."

Увидев смену настроения на моем лице и бурю, что наполнила мои глаза, Люциан осторожно спросил:

- Мисс Перния, что-то не так?

"Пока нет."

Я посмотрела на него и тихонько сказала:

- Я даже не хочу думать об этом.

- А?

Я не хотела связываться с Эстель.

Мне было жалко девушку из-за того, чо ее постоянно беспокоили многочисленные инциденты, но в то же время я понимала, они укрепляли ее отношения с главными героями.

"Но..."

Я должна была пойти.

Благородный спиритуализм-это ответ на благородный спиритуализм.

Я спросила Люциана который смотрел на меня взволнованными глазами:

- Сэр Кардиен, вы согласны с мыслью, что мы были вместе не долгое время, но нам удалось построить достойные доверительные отношения?

Его глаза расширились как будто он услышал то, что недолжен был слышать.

Вскоре его уши покраснели.

Он кивнул с застенчивым лицом, как будто услышал признание в любви.

- Да, я тоже так думаю.

Это был ответ который я хотела услышать.

Встав со своего места я подошла к люциану который сидел напротив.

- Я имею в виду...

Мы находились на достаточно близком расстоянии, что я могла услышать его дыхание.

Я нервничала, но без колебаний прошептала ему на ухо то, что хотела, так как эта была конфиденциальная информация.

- Не могли бы вы одолжить мне немного денег?

- А?

Если я хотела помочь Эстель, то мне нужны были деньги. Только в этот момент я поняла, что зря потратила все деньги на Люциана неделю назад.

Но это был самый простой способ избежать позора на банкете.

Конечно брать деньги в долг довольно затруднительное дело, особенно в случае Пернии, у которой не было каких либо связей, ц теперь, когда я окончательно испортила отношение с другими дамами.

Моей единственной надеждой был только кролик.

По мере того как долго длилось молчание я начала немного нервничать.

"Что, если он скажет, что не хочет давать мне деньги в долг? Что я тогда должна буду делать? "

Это произошло когда я уже начала думать о плачевных последствиях.

- Хорошо, только скажи сколько тебе нужно и я выпишу чек.

Услышав ответ мои глаза засияли.

- Правда?

- Да.

- Вау.

"Это было довольно легко. "

Я сообщила ему необходимую мне сумму и посмотрела на него с возбужденным лицом.

Неважно насколько был богат мой жених, сумма о которой я просила его была не маленькой.

Я попросила его одолжить только ту сумму, которая мне понадобиться на покупку всего необходимого стараясь не переборщить.

"Мне нужно будет купить платье, аксессуары и туфли для Эстель. Ох, а так же макияж. "

Думая о бренде и о вещах которые подошли бы Эстель я не могла сдержать волнения.

Ничто в мире не могло сравниться с удовольствием, когда мастер, из награненного алмаза создает прекрасное украшение.

Мои размышления прервал голос Люциана.

- Леди Перния.

- А?

- Как долго вы собираетесь оставаться в этом положении?

- Ах.

Только тогда я поняла насколько шокирующей была моя поза.

Я прижала его к спинке стула и обхватила одной рукой.

Посмотрев на Люциана, я резко попыталась отстранитсяа, но из-за неустойвости моей позы случайно упала прямо на него.

Трущебы

- Ой прости, прости. Я не пыталась напасть или ограбить тебя. Прости.

Я сразу же извинилась, но похоже Люциан был уже ранен моими действиями.

Он нахмурился, закусил губу и спросил:

- Ты всегда занимаешь деньги подобным образом?

Этот молодой человек своими словами портил мою репутацию благородной дамы.

- Нет, нет конечно. Вообще-то я впервые занимаю деньги.

На мой ответ он вздохнул с облегчением.

А затем, словно предупреждая маленького ребенка об опасности сказал:

- Если тебе когда-нибудь понадобятся деньги, то просто скажи об этом мне. Не пытайся занять их у кого-либо таким образом как сейчас.

"Я не настолько беспечный человек. "

Хотела я уже сказать, но как только увидела его серьезный взгляд, то тут же забыла про все слова и молча кивнула.

Через несколько минут мне протянули 500 блестящих золотых монет.

- Ты не будешь спрашивать зачем мне такие большие деньги?

Опустив глаза Люциан сказал:

- Разве они тебе не для того, чтобы купить платья и нарядить кого-нибудь?

- Как ты узнал?

- Ты говорила, что любишь подбирать наряды для красивых людей.

Я была впечатлена.

- Верно, я рада, что ты запомнил это.

Я чувствовала себя так хорошо, что слегка посмеялась над Люцианом, но ему, кажется было совсем не смешно.

Его невыразительное лицо выглядело несколько неприятно.

"Он сожалеет о том, что одолжил мне деньги? Но ведь я же сказала, что все ему отдам."

Испугавшись, что он может передумать я быстро положила золотые монеты в сумку.

"С такой большой суммой денег я смогу купить Эстель настолько красивое платье, что она утрет нос всем задиравшим ее аристократам."

Покупать ей самое лучшее платье было неразумно, оно ей было и не нужно, ведь она сама была прекрасна как солнышко, но я решила купить ей достойное платье.

"Проблема лишь в том, как мне одеть ее."

В плане денег и подарков Эстель была довольно упряма. Она никогда не принимала дорогих подарков даже если они были от чистого сердца.

"Как мне заставить ее пойти на торжество в этом платье? Вряд-ли она послушает меня."

Даже на королевские банкеты она надевала только свои старые платья.

Это все началось из-за идеи, что она не должна носить красивые платья как святая, заботившаяся о бедных.

Ее упрямство была настолько сильным, что она надела достойное платье лишь во второй половине романа.

Ито это произошло только из-за того, что ее об этом попросил сам принц и при условии, что это будет лишь один раз.

"Кстати, а я ведь с ней даже не общаюсь. Всетаки я злодейка вторго плана. Она меня даже слушать не будет."

У меня былыли большие неприятности.

"Как мне ее убедить?"

****

На следующее утро Энн с беспокойством в голосе спросила:

- Мисс, вы действительно идете одна?

- Все в порядке.

- Но почему бы вам не позвать с собой мистера Люциана?

- Не нужно.

- Но почему?

"Потому что я иду к Эстель."

Подумала я про себя, но не решилась сказать об этом Энн.

Зная прошлое Пернии, Энн бы не поверила, что я иду к ней чтобы помочь.

Ну и тем более, она могла проболтаться Люциану, а я нехотела, чтобы тот стал демоном раньше времени.Так что сегодняшний мой выход в свет был для него секретом.

О том, что я собиралась уйти из дома не знал даже мой отец.

"Если он узнает, то не пройдет и десяти минут как об этом будет знать вся столица."

- Я не хочу беспокоить людей попросту. Не волнуйся, со мной ничего страшного не случится.

Энн с взволнованными лицом кивнула.

- Хорошо, только пожалуйста, будьте осторожны.

Кивнув ей, я покинула особняк.

Обещание на мизинцах

Место, куда я пошла, чтобы встретиться с Эстель, было самыми убогими и плохо обеспеченными трущобами в этой столице.

В отличие от обычных святых, Эстель постоянно находилась не в священном и чистом месте, а была рядом с теми, кто страдал от бедности или от болезни.

Как только я вошла в зону трущеб я была потрясена. Несмотря на то, что трущебы так же считались частью столицы, это место координально отличалось от нее.

Оно было убогим и достаточно бедным для того, чтобы сделать вывод о том, что Эстель явно пришла бы сюда.

Стены, которые могли обрушиться в ближайшее время, и грязь под ногами, источающая невыносимый запах.

Глаза людей, сидящих по всей округе, были жуткими. Некоторые из них смотрели на меня как гиены.

Я продолжала идти в глубь трущеб не показывая то, что я была благородных кровей.

"Хорошо, что я накинула на себя потрепаный плащ. Если бы не он, то на меня бы напали и ограбили как только я вошла в эту зону."

По моему лбу стекал холодный пот и я еще больше прикрыла свое лицо капюшоном.

Мне было страшно за Эстель, что постоянно прибывала в таком жутком месте.

Пройдя через переулок, я оказался перед ветхим домом.

¤Дом цветочных трав.¤

Это был медицинский центр, управляемый добровольческой организацией, созданной Эстель.

Я сглотнула и открыла дверь.

Этот дом был местом скопления больных. В самом старом здании царила мрачная и тяжелая атмосфера.

- Добро пожаловать. Вы что-то искали?» - сказала мне женщина в белом фартуке.

Ее лицо не выражало никаких эмоций. Даже человек, который с виду не нуждался в большой помощи, настороженно вел себя перед другими.

- Эм.

- Боже мой, разве это не Перния Лайлак?

В этот момент , казалось, на мгновение здание очистилось он мрачной атмосферы.

"Это ослепительно!"

Внешность Эстель была скромной.

Фартук с пятнами крови на простой униформе священника без украшений, а волосы, были связанные вместе, которые слегка запутались.

Тем не менее, несмотря на ее вид она сияла.

Эстель поспешно побежала ко мне со встревоженным лицом.

- Зачем вы пришли сюда? Неужели вам плохо?

- Нет, со мной все в порядке. Моя горничная Энн не позволит мне болеть.

Почувствовав облегчение Эстель вздохнула.

Но вскоре ее лицо наполнилось изумлением.

Моргая большими глазами и состроив серьезное лицо она спросила:

- Тогда зачем вы посетили нас?

- Я приехала, чтобы посвятить себя бедным. Я хочу подать заявление в качестве волонтера.

"Все, что мне нужно сделать, это набрать очки, делая то, что понравиться ей. А как это сделать? Помочь ей с делом, которое дорого для ее!"

- Вы хотите не спонсировать нас деньгами, а помочь напрямую? ( П/п Это звучит как критика, но на самом деле тут удивление.)

Эстель открыла глаза, как будто не могла в это поверить. И это было вполне естественно.

Этот дом был местом, на которое могли опереться бедняки из низшего класса.

Непосредственная забота о таких людях оценивалась как отказ от благородного достоинства.

Таким образом, дворяне делали пожертвования или посылали слуг работать от их имени для служения. Но никогда не приходили сами.

С нежным лицом я сказала ей:

- Конечно, спонсирование деньгами - это здорово, но разве помогать людям своими руками не обозначает истинный смысл служения, и помощи тем, кто в ней нуждается?

"Прости, я соврала. На самом деле я здесь чтобы подружиться с тобой."

- Я не знаю, когда и как это будет, но я хочу дать силы тем, кто в этом нуждается.

"Если ты мне не позволишь, мне придется придется придумывать другой план действий."

Подумала я, но однако глаза Эстель, которая не знала моих темных мыслей, сверкали от радости.

С взволнованным лицом она крепко взяла меня за руку обеими руками.

- Я почувствовала это еще на церемонии помолвки, но леди Перния, вы такой замечательный человек!

Это было совсем не так, поэтому я просто грубо засмеялась.

****

Помогать Эстель во время волонтерства.

Я думала, что это самый эффективный способ добиться ее расположения.

"Если я добьюсь дружбы с ней, мне будет проще надеть на нее платье."

Я подумала, что было бы нормально поработать несколько дней, если учитывать то, что с того момента, как я проснулась Пернией я только и делала, что постоянно наслаждалась жизнью, ела и играла.

Я гордо написала имя в заявлении волонтера.

Я использовала имя «Пия» на тот случай, если в списки заглянут знающие меня люди. Он не покажет, что я благородных кровей.

"Это будет легко."

Какой же наивной я тогда был.

- Пия, пожалуйста, смени постельное белье. Мистера Кармана вырвало на не кровью.

- Пия, остановите мистера Яло. Он красит стену в ванной.

- Пия, нужно помочь миссис Ляшель.

"О боже! Пожалуйста помоги мне пережить все это!"

- Пия.

Я работала всего полдня, но чувствовала себя так, словно проработала уже лет десять.

"Может мне просто сдаться?"

Я хотела таким образом подружиться с Эстель, но у меня не получалось говорить с ней дольше минуты.

Мое тело настолько болело, что мне было уже все равно, какое платье наденет Эстель на банкет.

Я настолько устала от помощи больным людям, что мои ноги начали подкашиваться но в тот момент, когда я увидел Эстель, мое сердце потряслось.

Она держала пациентку за руку с бесконечно любящим лицом.

Половина лица женщины была больной с ужасным ожогом, но Эстель было все равно.

Вдруг пациентка засмеялась над тем, что она сказала. Как будто ее действительно спасла богиня.

"Это ведь так тяжело."

Труд Эстель был несравним с трудом других волонтерах. Она лечили и заботилась о пациентах от всего сердца.

"Она даже помогла мне выписаться."

У нее совершенно не было времени на отдых, потому что она постоянно заботилась о каждом пациенте.

Но тем не менее, она все равно улыбалась. Смотря на эту картину я окоечательно сказала себе.

"Я должна. Я буду стараться и продержусь еще несеолько дней."

А затем, легким движением я накрыла одеялом тело мистера Реселла.

После небольшого перерыва ко не подошла Эстель, которая за это время позаботилась о еще нескольких пациентах.

- Ты наверное очень устала? Это ведь так тяжело.

- Это верео.

Услышав мой молноиносный отвел Эстель расмеялась.

Том 1 Глава 37

- Их положение хуже, чем у пациентов в обычной больнице.

Взгляд Эстель обратился к пациентам в больничной палате. Образы лежащих пациентов были ужасны.

Человек без обеих рук. Женщина с ожогами по всему телу. Худой ребенок с повязкой на один глаз.

"Чем беднее люди, тем труднее им жить."

Глядя на них, голубые глаза Эстель были наполнены глубоким сожалением:

- Было бы хорошо, если бы у меня было достаточно сил, чтобы исцелить их всех.

Эстель, как то и было положено святым, обладала особыми способностями, но ее сила была сильно ограничена.

Она не могла использовать ее чаще, чем раз в неделю.

Так что Эстель не использовала ее, если только это не был момент, когда чья то жизнь находилась в опасности.

Вместо этого она помогала людям изготавливая лекарства, которые она училась делать долгие годы.

Она выглядела жалко. Но для меня она казалась потрясающей.

"Как ей это удаётся?"

Возможно это потому, что она святая или это из-за того, что она была главной героиней. Я не знала. Но мне было интеремно смогу ли я быть предана так людям, как и она?

"Если бы бог дал мне силу святой или положение в семье лекаря, было бы для меня возможно жить так же?. Мне кажется, что слишком сурово посвящать всю свою молодость и силы людям, чьих имен я даже не знаю."

Думая об этом я взглянула Эстель.

- Тебе есть что сказать мне?

Спросила Эстель широко открыв глаза и склонив голову набок.

- Ах, ах! - Раздался ужасающий крик в здании.

Услышав его мы с Эстель в изумлении побежали в сторону звука.

В тот момент, когда я увидел человека на носилках, я нахмурилась.

Внешний вид мужчины был ужасен. Одна из его ног была полностью смята, а вторая согнута.

Полбежав к мужчине Эстель крикнула:

- Он в очень тяжелом состоянии, ему срочно нужна медицинская помощь.

В этот момент он повернулся к Эстель. Его глаза изменились, хоть они и были тусклыми, но в них сияла маленькая надежда.

- Сестра-сама, вы правда, святая?

- Да, именно так. - Мягко ответила Эстель, словно пытаясь успокоить человека.

Услышав эти слова мужчина засиял, как будто встретил своего спасителя. Затем он резком движением схватил Эстель за руки сказав:

- С...Святая. Пожалуйста, исцели меня силой Бога. Если ты не сделаешь это, я потеряю обе ноги.

Заперев свои чувства в замок она спокойно сказала:

- Извинте. Сейчас мне недоступна святая сила. Но вы можете не волноваться, мы будем относиться к вам со всей добротой до того момента, как она востановиться.

Несмотря на доброе предложение Эстель этот человек не стал отказался от единственного способа, благодаря которому он мог полностью выздороветь в крайчайшие сроки.

Силой сжав в руке Эстель он закречал:

- Моя нога уже сломана!

Это был крик, просто услышав который, было достаточно для того, чтобы боль охватила твое сердце и ты начал плакать.

Я видела как Эстель страдала, но она ничего не могла поделать.

С грусным лицом она сказала.

- Простите, но я использовала свои силы, чтобы вылечить человека с сильным отравлением. Сейчас я не могу помочь вам.

Казалось, что все было очевидно, но тот мужчина отказался слушать.

Выбрасив обезболивающее лекарство которое к этому времени принесла одна из медсестер, он закричал:

- Бог дал тебе силу для того, чтобы ты лечила таких людей как я! Ты должна вылечить меня прямо сейчас! Если я останусь инвалидом, то моя семья умрет от голода!

Пока мужчина говорил все это, на лице Эстель навернулись слезы.

Внешний вид мужчины был печальным. И я думала, что знаю, в каком он отчаянии.

"Но даже если и так, как он может так кричать на Эстель? Она ведь уже сказала, что не может."

"Почему Эстель должна слушать все эти слова с лицом грешника? Почему другие священники продолжают сидеть в своих храмах не пытаясь помочь другим? И почему она дрлжна за них работать до изнеможения!?"

Все внутри меня закипело.

В конце концов, слова, которые я не смогла удержать, врвались наружу.

- А вы заплатите святой за это?

- Что?

Мужчина нахмурился и повернул голову по направлению, откуда звучал мой сильно раздраженный голос.

Эстель и собравшиеся люди сделали тоже самое.

Я вновь заговорила.

- Я никак не могу понять. Она уже сказала, что вылечит твои ноги, хоть она и не обязана это делать. Нигде не написано, что святая обязана помогать лечить раны других, но она все равно делает все возможное чтобы помочь, даже несмотря на то, что ей от этого никакой выгоды.

Я говорила с максимально злобным видом.

- Если ты не можешь принять такие благие намерения, то я немедленно отправлю тебя в платную больницу, - лицо мужчины побледнело.

Мужчина растерянно посмотрел на людей вокруг.

- Что сейчас говорит эта женщина? Я ведь пациент.

Не дав возможности Эстель среагировать и ответить на его вопрос я продолжила.

- Какой же вы пациент, если вы не хотите лечиться?

- Эи!

- Пойдемте. Он не желает принимать нашу помощь.

Конечно, Эстель и другие не могли согласиться с моими словами.

Они не понимали почему я так далека от сочувствия, и почему я обвиняла его, произнося такие бессердечные слова.

Увидев мою позицию высокого давления, мужчина крикнул с настойчивым выражением лица, ошибочно думая, что его могут изгнать отсюда.

- Я буду лечиться! Я сделаю это!- выплюнул он с холодным лицом, глядя на это.

- Это верно, ведь именно ты тот, кому все это нужно.

Том 1 Глава 37.1

Было изготовлено всего тридцать таких коробочек с шоколадными конфетами, и это вызвало кровавую драку среди любителей шоколада.

И я проиграла ожесточённую битву за столь волшебный шоколад.

Я опоздала всего на тридцать секунд, и парень прямо передо мной получил последнюю. Я проливала кровавые слёзы, наблюдая, как исчезает шоколад.

Дрожащими руками я взяла шоколад у Карликса.

— К-как вы получили столь драгоценную вещь?

Карликс приподнял уголки рта.

— Вы забыли, что я Наследный Принц? В этом мире нет ничего, чего я не мог бы иметь.

Это то, чего я давно от него не слышала, и я нашла эти слова такими милыми.

Наследный Принц – самый лучший!

Власть – это самое лучшее!

Я осторожно открыла крышку.

В стеклянной коробочке было десять круглых шоколадных конфет. На каждой был свой рисунок.

Они выглядели не как шоколад, а как хорошо сделанное произведение искусства.

Но настоящая прелесть шоколада «Caana» заключается не в его внешнем виде.

Я с зачарованным видом отправила в рот одну конфету. В этот момент мой рот наполнился горьким вкусом шоколада.

Ох, это так вкусно!

Снаружи он казался хрустящим со слоем какао-порошка, а внутри был мягким и пикантным с белым шоколадом.

Он слаще, чем что-либо другое!

Это так сладко, что у меня одеревенел язык.

Да, это настоящий шоколад «Caana».

Карликс ухмыльнулся, наблюдая, как я жую с лицом, полным эмоций.

— Воу, Эстелла не преувеличивала. Она сказала, что вам было очень грустно, потому что вы не смогли получить даже одну эту конфету.

Я думала, что они будут говорить только о себе, так что это было неожиданно.

Они действительно говорили обо мне?

— Эстелла написала обо мне в письме?

— Да, и она спросила меня, могу ли я как-то получить эти конфеты.

Ах. Какой добрый друг.

Она заметила мои мучения из-за этих конфет.

— Это причина, по которой вы купили эти конфеты? Потому что Эстелла попросила вас об этом?

— Это было одной из причин. Я также хотел вам кое-что подарить, – сказал Карликс, глядя мне в глаза. — Чтобы поблагодарить вас за помощь мне.

— ...

— Что это за взгляд?

Ты бы знал, что я чувствую, если бы был на моём месте.

Например, если Эстелла вдруг плюнет в тебя и закричит: «Отвали!», ты тоже сделаешь такое же лицо.

Слышать слово «Поблагодарить», исходящее от Карликса, было ужасно неуместно.

Я ничего не сказала, поэтому брови Карликса приподнялись, и он посмотрел на выражение моего лица, пытаясь понять, о чём я думаю.

— Вы сказали мне не сдерживаться, говоря такие вещи.

....Я уже говорила это раньше.

Не ожидала, что он скажет это кому-то, кроме Эстеллы.

Удивительно.

Тот факт, что он так сильно изменился за такое короткое время, был удивительным. Я закашлялась и взяла шоколад в руки.

— Что ж, спасибо. Я возьму это, потому что это подарок, который вы приготовили.

Карликс удовлетворённо кивнул и открыл рот.

— И у меня есть ещё одна вещь, которую я должен вам дать.

— Боже, я буду чувствовать себя обременённой, если вы будете дарить мне так много подарков.

— Не нужно беспокоиться об этом. Это не подарок, это то, что я обещал.

Карликс продолжил:

— Это прибудет в ваш особняк позже сегодня, так что будьте готовы принять его.

Он обещал мне что-нибудь дать?

Не говорите мне! Это же не?!..

— Кьяа-а-а-а!

Мы с Энн громко вскрикнули.

Мы прикрыли рты руками, недоверчиво посмотрели друг на друга, а затем повернулись, чтобы снова посмотреть на него.

Предметом, о котором шла речь, был портрет Люциана в детстве, который был доставлен прямо в особняк слугой Императорской семьи.

Он достаточно большой, чтобы покрыть всю стену.

Слуга, который доставил картину вручную, передал мне сообщение.

[Это послание от Его Высочества Наследного Принца. Оригинальная версия была действительно повреждена и очень мала, поэтому этот портрет был воспроизведён Имперским художником. Хотя это и не оригинал, его ценность ещё больше, потому что он был воссоздан высококвалифицированным художником. Я надеюсь, вы примете это.]

А-а-ах. Карликс, этот парень.

Он проделал такую замечательную работу!

Я смотрела на огромный портрет, переполненная эмоциями.

На холсте было изображено лицо десятилетнего ребёнка.

Белая кожа с большими красными глазами. Прекрасный ребёнок, который застенчиво улыбался, его серебристые волосы слегка покачивались.

— Он похож на ангела.

Дрожащим голосом я заговорила против восхищённого шёпота Энн.

— О чём ты говоришь? Он красивее ангела.

Энн не отрицала того, что я сказала. Ребёнок на портрете был таким красивым.

Только представьте, каким прекрасным он был бы в роли маленького ангела, защищающего Богиню.

Энн наклонила голову и спросила:

— Но как Наследный Принц получил этот портрет? Как вы знаете, Лорд Кардьен вырос в безымянном сельском городке, пока Святая не привезла его сюда, поэтому сохранилось очень мало записей о нем, когда он был ребёнком.

— Ну, обладание властью всегда позволяет легко делать то, что кажется невозможным.

В оригинальном романе Карликс легко совершал всевозможные безумные поступки, используя свою власть в качестве Наследного Принца.

Когда цены на хлеб были настолько высоки, что бедняки каждый день голодали, Карликс снизил цены на всю муку в Империи вдвое для Эстеллы, которая была расстроена сложившейся ситуацией. Он также основал тысячи школ и медицинских центров, куда простолюдины могли ходить бесплатно.

Он даже получил похвалу за свою невиданную ранее политику в отношении бедных.

Том 1 Глава 37.2

Он делал всё это лишь потому, что хотел, чтобы Эстелла похвалила его.

Как бы то ни было, суть заключалась в том, что в мире нет ничего такого, чего бы Карликс не смог сделать.

Поэтому мне было больше любопытно, как был написан этот портрет, чем как он его получил.

Когда Люциан был молод, он постоянно был настороже, поэтому не мог ни на кого как следует посмотреть. Как ему удавалось так лучезарно улыбаться?

Эта естественная улыбка не могла быть создана воображением художника.

Несколько дней спустя я узнала ответ на этот вопрос.

───── 〔✿〕─────

Эстелла посетила особняк спустя долгое время.

Отец не мог скрыть своего волнения и приветствовал Эстеллу, раздувая ноздри.

— С-святая, вы пришли! Как у вас дела? Молитва, которую вы прочитали на мероприятии несколько дней назад, была очень впечатляющей. Это было всё равно что слушать голос Богини. Откуда мне знать, как звучит голос Богини? Когда мне было восемь лет, моя собака Поппо умерла, и я оплакивал её. Богиня явилась в моём сне и утешила меня...

Не обращая внимания на нетерпеливые слова отца, я с силой захлопнула дверь.

— П-перния!

Как раз перед тем, как закрыть дверь, я увидела, как глаза моего отца просят меня позволить ему присоединиться к нам, но я проигнорировала его.

Я не позволю, чтобы болтовня моего отца отняла у меня время с Эстеллой.

Эстелла хихикнула, глядя на закрытую дверь.

— Маркиз всегда с таким энтузиазмом приветствует меня, когда я прихожу.

— Мой отец ведёт себя так со всеми, кто знаменит, потому что он хочет сблизиться с ними. Немного неловко видеть, как он ведёт себя так же с подругой своей дочери.

— Ни один другой аристократ не любит меня так сильно, как он. Так что я действительно ценю его.

Хм-м, Эстелла и сегодня прекрасна.

После того, как я подвела Эстеллу к чайному столику в одной части моей комнаты, я сказала:

— Сначала я передам тебе письмо от Наследного Принца.

Эстелла кивнула с застенчивой улыбкой.

В разгар своего напряжённого графика она пришла сюда, чтобы поболтать со мной, а также получить письмо Карликса.

Эстелла опустила брови и рассмеялась.

— Спасибо тебе, как всегда, Ния.

Я бы хотела, чтобы она сказала это только из чистой благодарности, но её голос был полон раскаяния. Поэтому я раздражённо надулась.

— Я же сказала тебе, что это то, что я хочу сделать. Просто думай об этом, как о том, что я помогаю другу.

— Но...

— Если это немного трудно сделать, тогда думай об этом как о выполнении поручений Наследного Принца. Это тоже прекрасно. Вчера я получила огромную награду от Его Высочества.

— Награду?

— Да.

Я гордо улыбнулась и указала пальцем на стену.

Эстелла, увидев огромный портрет, висевший на стене, воскликнула:

— Боже мой! Это же портрет Люциана.

Вот именно!

Эта драгоценная вещь сейчас в моей комнате!

Теперь, когда я обладала этой драгоценной вещью, было естественно, что я хотела бы показать её другим.

— Разве он не милый? – сказала я, поднимая плечи так высоко, как только могла.

— Да, очень.

Эстелла с восхищением посмотрела на портрет и слегка прищурилась.

— Похоже, этот портрет всё ещё был там. Я думала, что он был потерян, потому что был написан очень давно. А Его Высочеству удалось найти что-то подобное...

— Ты знала о нём?

— Конечно. Я до сих пор живо это помню. В тот день Люциан стал самым молодым членом Рыцарского Ордена. Рыцарский Орден приказал нарисовать его в память об этом событии.

Я моргнула.

Так вот когда был написан этот портрет.

Это было объяснено в коротком рассказе из романа.

Люциану было всего двенадцать лет, когда он сдал экзамен на вступление в Имперские Рыцари. Многие люди фыркали на него, потому что думали, что для человека в таком возрасте невозможно пройти.

В таком юном возрасте другие угрожали ему, что они будут жестоко обращаться с ним и отрежут ему одну из ног, если он не придёт в себя.

Недоверие, пренебрежение, насмешки, беспокойство.

Несмотря на множество угроз, которые сыпались в его адрес, Люциан успешно сдал вступительные экзамены.

Что было нелёгким делом, даже если бы у него был для этого талант.

Поскольку в то время технологии были ещё недостаточно развиты, на его нежном теле осталось много ран.

Тем не менее, он прошёл испытание на рыцарство в столь юном возрасте по одной причине.

Потому что это было ради Эстеллы.

Он хотел иметь возможность защитить её.

Примерно в то время у Люциана не было ничего. За исключением его красных глаз и тощего тела, которые другие презирали за то, что он был проклят.

Маленький мальчик, который хотел сделать для Эстеллы всё, что в его силах, решил стать рыцарем.

Это было чудесное достижение.

Я была так тронута этим коротким рассказом.

Я проливала слёзы, радуясь любви Люциана к Эстелле.

Но это было странно. В то время он ничего не чувствовал.

Вместо того чтобы опечалиться своей неразделённой любовью, он проглотил её, как будто это было что-то, застрявшее у него в горле.

Эстелла, которая понятия не имела, что я чувствую, сказала с тёплыми глазами:

— Люциан, должно быть, нервничал, потому что они внезапно нарисовали его портрет. Он не улыбался и сохранял невозмутимое выражение лица, как бы художник ни пытался его подбодрить, поэтому я стояла позади художника и корчила смешные рожицы, чтобы заставить его улыбнуться.

Эстелла приподняла уголки рта руками, изобразив игривую улыбку.

— Не знаю, выглядела ли я смешно, но он улыбнулся, когда я это сделала.

Только тогда я поняла.

Улыбка, которую изобразил маленький Люциан, была результатом работы Эстеллы.

Его щёки покраснели, словно персик, а прекрасные глаза стали мягче.

Всё это было вызвано Эстеллой.

Том 1 Глава 38

Эстель вышла из больничной палаты только на закате.

Сидя в коридоре, я подняла глаза и посмотрела на Эстель. У нее было очень усталое лицо.

Настроение у нее было тяжелое, как у хирурга после долгой операции.

Встав со своего стула я спросила:

- Как все прошло?

- У первой ноги просто сломанная кость, поэтому, если он поправится, она вернется в исходное состояние. Вторая нога была в тяжелом состоянии, и ее пришлось ампутировать, - сказала Эстель с подавленным лицом.

- Эстель, ты старалась изо всех сил, так что не вени себя в этом.

- .....

- Это ведь было так тяжело, добиться тех результатов которые мы сейчас имеем.

В тот момент, говоря это, я была похожа на твердую скалу.

Девушка рухнула на пол. Большие глаза Эстель задрожали.

Она закусила губы, как будто сдерживая слезы. Впервые до нее так четко дошло, что ей уже исполнилось двадцать два и что она давно не ребёнок, что она должна уметь отвечать на гуабые слова людей.

Через некоторое время, дрожащим голосом Эстель сказала:

- Спасибо тебе большое, Перния.

- Что?

- Все те слова которые ты говорила тому мужчине и все, что ты сказала в прошлую нашу встречу. Эти слова предали мне сил.

Я думала, что она разочаруеться во мне после тех слов, что я сказала тому больному мужчине.

Но к счастью, глядя на выражение ее лица я могла сказать, что это было не так.

- Как я тебе уже говорила. Это очень хорошо, что ты такой добрый человек. У тебя действительно доброе сердце. Ты всегда внимательна к людям, ты понимаешь их переживания, но знай, что если их станет слишком много, чужие проблемы ызовут боль в твоем сердце. Тем более, ты ведь святая. Таких как тот мужчина будет много они все будут что-то требовать. Ты должна уметь ответить им и даже больше. Никогда не бойся вступить в драку или твои противники просто раздавят тебя.

Эстель тупо посмотрела на меня.

Она сразу же кивнула с персиковой улыбкой.

- Да,

Услышав это я радостно расмеялась ее прекрасному ответу.

Начав ерзать обеими руками она сказала:

- Сегодня я всего лишь второй раз встречусь с Пернией-сама. Я мало, что о Пернии-сама, и даже Перния-сама мало что знает обо мне...

Это было длинное вступление после которого повисла пауза:

Я смотрела на нее и терпиливо ждала, что она скажет дальше.

- Я... Я бы хотела подружиться с вами, леди Перния.

Данная ситуация говорила о том, что мы еще дальше отдалились от первоначальной истории, но было уже поздно оставаться.

- Я тоже.

- ....

Персиковое лицо Эстель покраснело, как спелое яблоко.

- Тогда, можем ли мы стать друзьями с сегодняшнего дня?

Это был немного странный вопросс, но я могла понять ее.

Рожденная святой, Эстель было трудно строить обычные человеческие отношения.

Вокруг нее было много людей, но все они относились к Эстель только как к святой.

- Друзья?

Как и ожидалось.

Эстель произнесла это слово с неким страхо как будто впервые услышала его.

- Да уж - Ответила я опустив брови. - Тебе не ненависна мысть о дружбе со мной?

- Нет! Ни капельки! - Эстель покачала головой.

Затем она взяла меня за руку обеими руками и крикнула:

- Я буду хорошим другом!

*****

- Ты так похожа на мою внучку. Знвешь ли ты какие-нибудь песни?

"Еще вчера я была ведьмой, что накинулась на бедных людей в банкетном зале, а уже сегодня я помогала святой с личением больных людей. Я изменила настройки всего за один день. Как же удобно жить в новелле."

Бабушка около чьей койки я сейчас стояла смотрела на меня добрыми глаземи незная, каким на самом деле я была человеком.

"Нехочу я ничего петь, я не буду. Этого мне еще не хватало, петь когда на тебя смотрят такое количество лиц."

Я надеялась, что она забудет об этой идее, но она продолжала смотреть на меня.

В конечном этоги я несмогла выдержать этого взгляда и мне пришлось спеть ей песню.

- Три главных героя находятся в одном доме. Прекрасная главная героиня и ее милый жених.....

( п/п На корейском это больше напоминант песню. )

Когда я закончила послышались аплод исменты, бабушек и дедушек, что подошли к палате за то время, пока длилась песня.

Среди них была Эстель.

"Они аплодируют даже этой ужасной песне?"

Я посмотрела на Святую.

"Может мне стоит попробовать поговорить с ней об банкете?"

Том 1 Глава 38.1

Это не было чем-то новым.

Эстелла была бы единственным человеком, которому он показал бы эту улыбку, так как никто другой не верил в него, когда он был ребёнком.

Что это? Почему моё сердце...

Я положила руку на грудь.

Это был первый раз, когда я почувствовала нечто подобное.

Мне показалось, что моё сердце сжалось.

— Ния, что случилось? Ты неважно выглядишь.

В тот момент я уже собиралась ответить «Всё в порядке», но...

Тук-тук. В комнату вошёл мой отец. Я нахмурила брови из-за внезапного визита отца.

— Отец, я же говорила тебе, что невежливо входить в комнату Леди без разрешения.

— Прости меня, но что, чёрт возьми, ты сделала, Перния?

У моего отца, на лице которого всегда была улыбка, было серьёзное лицо, от которого у меня передёрнулись плечи.

Что? Узнал ли он о том, как я купила одежду Люциану на все свои карманные деньги?

Узнал ли он о том, что я отправила Энн в отпуск на деньги, которые он спрятал в книгах в своём кабинете?

Узнал ли он, что я поделилась шоколадными конфетами, которые получила от Карликса, с горничными, не сказав ему?

Мой отец крикнул мне, и я сглотнула, потому что я совершила много грехов.

— Почему Император хочет встретиться с тобой?!

Что... Император?..

───── 〔✿〕─────

Только что я весело беседовала с Эстеллой в своей комнате, а теперь я нахожусь в Императорском замке.

Я была в самой глубокой части Дворца, перед комнатой Императора.

Слуга, стоявший перед дверью, сказал:

— Его Величество не в очень хорошем состоянии, поэтому, пожалуйста, поймите, почему мы принимаем гостей в его спальне, а не в главном зале.

Главный зал или спальня, не имело значения.

В любом случае, я всё ещё была ошеломлена.

К счастью, Эстелла пошла со мной.

Но Эстелле преградил путь слуга.

— Его Величество вызвал только Мисс Пернию Лайлак. Святая не может войти.

Насколько я знаю, это был бы первый случай, когда Эстеллу не пустили в комнату Императора.

Эстелла, используя силу Богини, была героем, который спас жизнь Императору, когда он был близок к смерти.

Из-за этого Император был самым большим поклонником Эстеллы в Империи. Ей даже было предоставлено право видеться с Императором, когда она захочет.

Поэтому Эстелла вежливо заговорила со слугой.

— Меня беспокоит причина, по которой Его Величество захотел встретиться с этой Леди. Пожалуйста, позвольте мне войти в его комнату.

Слуга покачал головой. У него было решительное лицо.

Я остановила Эстеллу от дальнейших разговоров.

— Всё в порядке. Я пойду.

Ну, я известна как лучший друг Эстеллы, так что он ничего мне не сделает.

— Не волнуйся, Ния. Ничего серьёзного с тобой не случится. Его Величество – великодушный человек, – сказала Эстелла, держа меня за руку с обеспокоенным взглядом.

Ох, я думаю, произойдёт что-то серьёзное.

Он может быть нежным Императором для Эстеллы, но не для других.

Что бы там ни говорили, он был отцом невоспитанного Карликса и сыном бессердечной Императрицы.

Как вы думаете, почему его сын такой?

Для многих Император был не чем иным, как грозным тигром.

Войдя в комнату Императора, я подумала: Какого чёрта он меня позвал?

Я, простая дама Маркиза, которая не имела никакого отношения к Императору. Если бы мне пришлось думать о связи, это был бы Люциан, его самый любимый рыцарь и мой жених.

Я сделала что-то оскорбительное?

Я сглотнула слюну.

Это вполне возможно.

Я на мгновение забыла об этом, но не так давно Люциан побежал к Императору и рассказал ему о том, что Императрица сделала со мной.

Император поддержал меня, чтобы успокоить настроение Люциана, но это не выглядело бы хорошо для меня, так как я вызвала беспорядки.

Кроме того, моя репутация в обществе в наши дни ужасна.

Я не гожусь на роль партнёра Люциана во многих отношениях.

Но, Ваше Величество, именно вы сделали меня невестой Люциана. Если бы вы позвали меня сюда только для того, чтобы сказать, что я вам не нравлюсь, это было бы очень подло с вашей стороны.

Я перестала дышать, мои руки дрожали, когда я чувствовала себя обиженной.

В роскошной комнате, отделанной мрамором и золотом, Император опирался на огромную кровать, окружённую занавесками.

Я была удивлена.

Чёрные волосы, ниспадающие до талии. Бледное лицо без признаков жизни. Его чёрные глаза сверкали под слегка опущенными веками. Он был чрезвычайно красивым мужчиной средних лет.

У этого человека есть взрослый сын, и он всё ещё умудряется сохранять такую внешность?

Теперь я убедилась, что превосходный ген главного героя был связан с его отцом.

Он выглядит немного не так, как я себе представляла.

Может быть, это следствие затянувшейся болезни. Или это потому, что на нём была удобная домашняя одежда, а не Императорская униформа?

Из-за того, что он удобно откинулся на кровати, его аура была слабой.

Он был похож на нежного и элегантного кота.

Но в тот момент, когда мы встретились взглядами, я поняла, что ошибалась.

Император обладал огромным присутствием.

Он отличался от Карликса, главного героя, и Люциана, второго главного героя. Он держался с достоинством человека, который много лет носил золотую корону.

Том 1 Глава 38.2

Мне едва удалось пошевелить дрожащей рукой, чтобы схватить юбку своего платья.

— Приветствую Великого Императора Империи. Я Перния, дочь Маркиза Лайлака.

Император посмотрел на меня своими глазами и открыл рот:

— Это первый раз, когда мы видим друг друга лицом к лицу. Прежде всего, я должен извиниться. Мне жаль, что я не смог присутствовать на церемонии вашей помолвки.

— Вы не смогли прийти из-за своей болезни. Я это понимаю.

— Спасибо за это.

Император мягко улыбнулся и произнёс:

— Слышал, у вас с Люцианом довольно хорошие отношения.

— Это правда.

— Я не ожидал многого, потому что это была вынужденная помолвка, но я был удивлён, услышав, что Люциан был о вас хорошего мнения. Вы также близкий друг Эстеллы. Я думал, что вы просто красивая благородная Леди, но, думаю, в вас есть очарование, о котором я не знал.

Вопреки моим ожиданиям, мне сделали комплимент, что заставило меня нервничать ещё больше.

Почему он говорил всё это обо мне?

Через некоторое время Император заговорил снова.

С суровым взглядом, который был совершенно не похож на прежний.

— Учитывая всё сказанное, не усложнит ли ваше положение еще больше, если вы будете вовлечены в скандал с Наследным Принцем?

— !..

Я широко раскрыла глаза от неожиданного замечания. С моим открытым от удивления ртом Император сказал мне:

— Мне сообщили, что вы и Наследный Принц регулярно встречаетесь в уединённых местах, где нет людей. Это правда?

По выражению его глаз я чувствовала, что он действительно хотел, чтобы я это отрицала.

Но это правда, что я встречаюсь с Карликсом.

Подозревать, что между ним и мной что-то было, было огромным недоразумением.

Лицо Императора заметно исказилось, когда я замешкалась с ответом.

— Значит, это правда, – сказал Император с озадаченным лицом.

— Но это определённо не то, что думает Ваше Величество.

— Есть ли ещё одна причина, по которой молодые мужчина и женщина встречаются наедине в месте, где нет посторонних глаз, каждые несколько дней?

— Что ж...

Императору очень нравилась Эстелла. Он испытывал огромную благодарность и привязанность к той, кто спасла ему жизнь.

Но будет ли он приветствовать её в качестве партнёра своего сына?

Этого я не знала.

В романе Император умер до того, как они встретились.

Так что в этот момент я не была уверена, смогу ли рассказать Императору об их отношениях.

Мои глаза задрожали, а лицо стало озабоченным. Император ждал моего ответа с безмятежным лицом.

Что же мне делать?

Он пошевелил пальцами, пока продолжалась удушающая тишина.

Затем дверь открылась, и появились Карликс и Эстелла.

Двое, которые одновременно подошли ко мне, кивнули в сторону Императора.

— Отец, прости меня за то, что я вошёл без разрешения. Мы пришли вот так, потому что решили, что ты обсуждаешь срочный вопрос. Ты позвал Леди Пернию из-за чего-то, связанного со мной, верно? – сказал Карликс.

— Значит, ты знал.

— Потому что парни, которых ты поставил наблюдать за мной, болтают без умолку.

— Эти идиоты, они снова попались.

Император вздохнул.

И он посмотрел на Карликса обеспокоенным взглядом и сказал:

— Хорошо, раз уж ты сейчас здесь, ответь мне. Какие, чёрт возьми, у тебя отношения с Пернией? Вы двое встречаетесь?

— Пожалуйста, не говори столь ужасных вещей!

— Пожалуйста, не говорите столь ужасных вещей!

Мы с Карликсом закричали одновременно.

— Значит, у вас двоих был роман?

— Нет!

Опять же, мы отрицали это одновременно.

Император склонил голову набок.

— Тогда что ещё могут делать молодые мужчина и женщина, когда они тайно встречаются?

Карликс ответил с недовольным выражением лица:

— Я просто попросил её доставить письма Эстеллы от меня.

Эстелла, которая стояла рядом со мной, тоже призналась, опустив брови.

— И она также доставляет моё письмо Его Высочеству. Ния не сделала ничего, кроме страданий за нас обоих, Ваше Величество.

Глаза Императора стали ещё больше.

Император оглядел Карликса и Эстеллу и сказал с лицом, полным ликования:

— В самом деле? Вы двое обменивались письмами?

— Да.

Услышав их ответ, Император расхохотался.

К счастью, Император, похоже, не думал негативно об отношениях между Наследным Принцем и Эстеллой.

Он не смотрел на Эстеллу угрожающим взглядом и не обливал её водой.

Заметив эту деталь, Карликс быстро рассказал об этом Императору.

— Отец, у меня и Эстеллы развиваются особые чувства друг к другу.

— Ты говоришь о дружбе?

— Нет, я говорю о любви.

Я была удивлена.

Карликс, невоспитанный и цундере, на самом деле сказал это так прямолинейно.

Император, должно быть, был удивлён, увидев Карликса в таком состоянии.

Император, который выглядел очень потрясённым, направил свои расширенные глаза на Эстеллу.

— Ты чувствуешь то же самое, Эстелла?

— Да.

Эстелла сложила руки вместе и медленно кивнула в ответ.

Она тоже призналась в своих чувствах к Карликсу!

В этот момент лицо Карликса озарилось радостью. Он чувствовал себя счастливым, как будто только что получил всё на свете.

Том 1 Глава 39

С тех пор, как я приехала сюда, чтобы стать волонтёром, прошла уже неделя. За это время мы с Эстель очень сблизились.

Проходя мимо одной из палат я наткнулась на девушку.

- Пеа-сама, ты ведь не могла нормально поесть, потому что раньше был занята, верно? Давай поедим вместе.

Эстель, которая так естественно, назвала мое прозвище, улыбнулась и вручила мне кусок хлеба. Это был хлеб приготовленный женщиной которую мы недавно вылечили, она испекла его специально, чтобы отблагодарить нас.

Хлеб был твердым и грубым, как на первый взгляд так и на вкус. Но мне было все равно. Я слишком устала за весь этот тяжёлый день.

Хлеб который я заслужила своим потом и кровью был самым лучшим.

Я встретилась взглядом с Эстель. Она смотрела на меня такими большими и ясными глазами, как будто увидела что-то захватывающее.

Мое тело дрогнуло и я закашлялась со слегка покрасневшим лицом.

- Считаешь, что если благородная дама ест такой хлеб, то она лишена достоинства?

- Нет, ни в коем случае. Просто я потрясена.

От этих неожиданных слов я широко раскрыла свои глаза.

Это было впервые когда меня не поприкали за недостойное поведение. Глядя на кусок хлеба, что я держала в руках Эстель сказала:

- Обычная знать не стала бы есть такой хлеб.

"Это верно. На дворянский стол подают только мягкий, как сливки, хлеб."

- И не только это. Дроряне явно не поют песни перед стариками.

"Ох глупенькая Эстель. Вряд ли кто-нибудь захотел петь на публике даже если бы он не был дворянином. Я вошла в такую черную историю только потому, что была унесена атмосферой."

- Именно потому, что ты такая, ты мне и нравишься.

Сердце Эстель застучало так сильно, что даже я смогла услышать его.

Услышав ее слова я подумала, что мы уже достаточно сблизились и я наконец-то решилась задать ей вопрос ради которого я и пришла в эти трущобы:

- Спасибо. Но Эстель, через несколько недель ты будешь присутствовать на банкете по случаю дня рождения Вашего Величества, верно?

- Да

- Ты уже решила, какое платье наденешь?

- Я попытаюсь надеть де Лес, в котором была на помолвке Пиа-сама.

Из этих слов чуть не потекли слезы.

"Ты ведь такая красивая, как ты можешь портить свой образ тем ужасным платьем с оборками?!"

Оно было просто ужасной смесью бедноты и безвкусецы.

Впрочем, благодаря красивому личику Эстель, на ней оно смотрелось не так страшно.

- А ты не собираешься ли купить себе новое платье?

- Я не думала об этом.

- Почему? Это ведь долгожданный банкет, было бы хорошо подобрать для него красивое платье.

- Но если святая наденет подобное платье это не будет чем-то хорошим.

- Кто черт возьми тебе это сказал? - Спросила я приподняв брови.

- Многие люди. Я не понимала этого когда была моложе, но затем до меня дошло. Как святая может надевать роскошные платья когда она должна заботиться о тек, кто себе даже куска хлеба позволить не может?!

"Это вполне логично. Вот почему ей было нелегко носить новые платье. Это все было связанно с обязанностями Девы."

Но именно этого все и ожидали.

Я не знала, что мне делать. После всего того долгого пути, который я прошла чтобы получит ее расположение и после того, как я увидела все проблемы трущоб своими глазами я не могла просто сказать ей: Давай я куплю тебе новое платье.

Это бы не сработало.

"Ох, точно! А если так попробовать..."

Я опустила глаза пытаясь казаться грустной.

- Тогда, ты бы не согласилась надеть со мной платье дружбы?

- Платье дружбы?

- Да, это популярно среди молодых аристократических девушек, близкие друзья носят платья, соответствующие цвету и атмосфере. Я действительно хотела надеть их вместе с Эстель.

"Надеюсь сейчас я выгляжу достаточно жалко."

- Ну, я думаю, что если это будет не слишком дорогое платье, то это не вызовет лишних упрёков.

- Действительно?

- Да, тем более, как и сказала Пия- сама. Мое платье действительно очень старое.

- Я так рада. - Сказала я схватив ее руки.

Услышав мои слова Эстель ярко улыбнулась.

"Так вот в чем секрет того, как надеть на Эстель красивое платье. Это дружба с ней."

Том 1 Глава 39.1

— Эстелла...

— Ваше Высочество...

Мне казалось, что я дошла до конца романа, когда я наблюдала, как они смотрят друг на друга с лицами, полными эмоций.

Спасибо, что прочитали мою работу.

Конец.

Но, конечно, жизнь была нелёгкой.

Лицо Карликса, сиявшее, как драгоценный камень, сморщилось от слов Императора.

— Это немного хлопотно...

Карликс, который только что выглядел так, словно его вымочили в сахаре, зарычал, как будто выпил яд.

— Это потому, что она простолюдинка? Или потому, что она Святая? Отец, я не позволю тебе разлучить меня с ней ни по какой причине. Испытай меня. Я откажусь от трона и убегу отсюда подальше.

Он выглядел так, как будто действительно сказал бы это и взбунтовался.

Однако Император ответил спокойно, вместо того чтобы подойти и ударить своего незрелого сына по голове.

— Конечно, нет. Если бы кто-то выступал против этих отношений, то это было бы не из-за Эстеллы, а из-за тебя. Глупый сын.

Император продолжал разговаривать с Карликсом, который не мог опровергнуть то, что он только что сказал.

— Проблема кроется в другом.

— Тогда в чем, чёрт возьми, проблема?!

Император взглянул на Эстеллу и сказал:

— Несколько дней назад я получил сообщение из Королевства Себран о перемещении Эстеллы в Национальный медицинский центр.

Глаза у меня и Карликса расширились от неожиданного замечания.

— Ч-что ты имеешь в виду? Иностранцы не могут быть допущены в Национальный медицинский центр Королевства Себран, – сказал Карликс с озадаченным видом.

— Согласно правилам, да. Однако, в знак признания моей рекомендации и медицинских знаний Эстеллы, она была одобрена. Если она пойдёт в школу, ей придётся оставаться там по крайней мере пять лет.

— Если подумать об этом...

Я вспомнила, каково было здоровье Эстеллы в последние дни.

Эстелла была разочарована отсутствием в Империи лекарств для лечения пациентов. Поэтому она начала каждый вечер читать сумасшедшее количество медицинских книг из других стран.

Она мало спала, поэтому каждый день выглядела усталой.

Ты не просто читала эти книги, ты готовилась к поступлению в школу. Почему ты мне об этом не сказала?

Эстелла была не из тех, кто раскрывает всё. Но всё же мне было грустно, что она не рассказала мне о таком важном решении.

Карликс выглядел таким же удивлённым, как и я.

Карликс повернулся к Эстелле с таким видом, словно его ударили по затылку, и спросил:

— Это правда, Эстелла?

— Да.

— Тогда почему ты мне не сказала?

Эстелла не могла ничего сказать и крепко сжала кулаки.

Через некоторое время она сказала дрожащим голосом:

— Мне жаль. Я не хотела расстраивать тебя или Нию.

— С чего бы мне расстраиваться? Это твоя работа!

Плечи Эстеллы вздрогнули от крика Карликса, который был мягким, как сахарная вата (этот вид крика был эксклюзивным для Эстеллы).

Император наблюдал за этой сценой и прищёлкнул языком.

— Сынок, я уже несколько раз говорил тебе держать себя в руках. Я могу сказать это, просто взглянув на ситуацию. Эстелла, должно быть, много думала об этом. Потому что несколько дней назад она пришла ко мне и сказала, что хочет отменить своё поступление.

— !..

Мы с Карликсом расширили глаза.

— Мне было интересно, почему ты отказалась от того, ради чего отчаянно работала, только для того, чтобы узнать, что это было из-за моего сына, – пробормотал Император, опустив глаза.

Император посмотрел на Эстеллу.

— Ты действительно собираешься отказаться от этой возможности, Эстелла? Национальный медицинский центр Королевства Себран никогда не даст тебе другого шанса после того, как ты отступила. У тебя никогда не будет другого шанса узнать о медицине Королевства Себран, что ты действительно хотела сделать.

— Да.

Решительная и твёрдая в своём решении, Эстелла кивнула.

Вероятно, она сделала этот выбор ради Карликса.

Королевство Себран находилось очень далеко от Империи. Чтобы добраться туда, требуется больше месяца, так что она не сможет возвращаться и навещать меня очень часто.

И ей пришлось бы оставаться там в течение пяти лет.

Если Эстелла отправится в Королевство Себран, связь между ними может ослабнуть.

Эстелле было бы больно видеть, как это происходит с её любовью к нему, которая только что расцвела.

Вот почему Эстелла приняла решение остаться.

Это было так на неё похоже.

Эстелла, которая была полна любви, заботилась о людях и была бы не прочь пожертвовать собой.

Но удовлетворит ли её это?

Я посмотрела на Карликса.

Карликс посмотрел на женщину, которая отказалась от своей мечты ради него... и совсем не выглядел счастливым.

Если бы он всё ещё был прежним эгоистом, который никогда не думал о других, он был бы в полном восторге.

Ему бы просто понравилось, что женщина, которую он любил, хотела быть с ним.

Но сейчас он не такой.

Я встретилась взглядом с Карликсом и одними губами произнесла эти слова.

— Будь честен с тем, чего ты хочешь, и скажи это.

Не сдерживай никаких позитивных слов в адрес других.

Это было то, что я сказала ему в тот день.

Карликс закрыл глаза и открыл их в агонии. Он заговорил с Эстеллой.

— Отправляйся в Королевство Себран.

— Ваше Высочество...

Том 1 Глава 39.2

— Я же много раз говорил тебе. Не сдерживай свои желания. Делай всё, что хочешь. Я отпущу тебя.

— ...

— Мне обязательно повторять это снова?

Голубые глаза Эстеллы задрожали.

— Но...

— Не беспокойся о людях, о которых ты заботилась. Я позабочусь о них специально для тебя. К тому времени, как ты вернёшься, по всей Империи будут больницы и школы для бедных.

— ...

— Я буду писать тебе по письму каждый день. Я буду навещать тебя, когда у меня будет возможность. Так что...

— ...

— Так что поезжай.

В оригинальном романе Карликс сказал бы ей, что это будет пустой тратой времени и что она должна одуматься.

Но сейчас всё было совсем иначе.

Он вырос и успокоил Эстеллу, чтобы она не чувствовала себя обиженной из-за того, что ушла.

В этот момент он вёл себя как идеальный главный герой любовного романа.

Чистый и любящий.

Эстелла смотрела на Карликса, испытывая самые разные эмоции, и в конце концов разрыдалась.

— Я правда могу сделать это? – спросила она со слезящимся лицом.

— Да, пожалуйста. Я бы хотел, чтобы ты это сделала.

— Тогда я сделаю это. Я поеду учиться и узнаю о медицине, чтобы мы могли лечить больных людей здесь, в этой Империи, – сказала Эстелла, лаская лицо Карликса. — Так что, пожалуйста, подожди меня, Карликс.

— Конечно. Я буду ждать тебя вечно, Эстелла.

Это была красивая сцена.

...Однако, кроме этих двоих, все остальные наблюдатели чувствовали себя неловко.

Я отвела от них взгляд, потому что у меня был передоз.

Император, облокотившись на кровать, смотрел на них затуманенными глазами.

Затем Император открыл рот с недовольным выражением лица.

— Итак, это означает, что план обращения в Национальный медицинский центр будет осуществляться так, как было изначально задумано, верно?

Я ответила от имени Эстеллы, которая застряла в своём собственном мире.

— Да, я так думаю.

— Какое облегчение.

Он выглядел довольным тем, что Эстелла сможет учиться за границей, как она хотела.

Император заботится об Эстелле больше, чем я думала.

Затем я встретилась взглядом с Императором.

Опущенные глаза Императора изогнулись.

— Я почти несправедливо наказал невинного ребёнка из-за недоразумения. Прости меня.

— У вас были на то веские причины. Я понимаю.

Император расхохотался над моим ответом.

— Ты довольно забавная. Ты совсем не похожа на то, как о тебе говорят.

Я не стала спрашивать, о каких слухах он говорит, потому что в них не было ничего особенного.

Он слышал, что я была надменной, вздорной и невоспитанной благородной Леди Пернией. Что-то вроде того.

Вместо того, чтобы сказать: На самом деле со мной всё в порядке, верно? Я открыла рот, чтобы сказать что-то ещё.

Однако я застыла, когда Император произнёс свои следующие слова:

— Я понимаю, почему она тебе нравится, Люциан... Мы закончили разговор, так что можешь выходить.

Кто-то появился из-за занавесей за кроватью Императора. Это был Люциан.

───── 〔✿〕─────

Солнце уже клонилось к закату, когда мы вышли из Императорского Дворца.

Я сжала руку в кулак, глядя на алый закат через маленькое окошко в карете.

Какой хитрый Император! Как он мог так поступить!

Император позвал Люциана перед моим приходом и спрятал его за своей кроватью.

[Если у вас с Карликсом были серьёзные отношения, Люциан должен был узнать об этом первым. Этому парню нравится быть уверенным, прежде чем во что-то верить, поэтому я подумал, что будет лучше услышать правду непосредственно от его невесты.]

Император склонил голову набок, глядя на меня, которая дрожала.

[Есть какие-то проблемы?]

Есть какие-то проблемы?!

Должно быть, это традиция – не думать о том, как другие отнесутся к Императорской семье.

Конечно, я бы чувствовала себя ужасно.

Вы позволяете третьей стороне прослушивать частный разговор, не сообщая мне об этом. Почему мне пришлось пройти через такую ужасную ситуацию?

Но Император не мог понять моего гнева.

[Леди всё ещё очень наивна. Вы думали, что в этой комнате будем только мы двое?]

Только тогда я поняла.

Тень за занавесками, окружающими комнату.

Я подумала, что это, возможно, рыцарь, которому поручено защищать Императора, или писец, которому поручено подробно записывать слова Императора. Или просто слуга, размещённый там на случай, если Императору что-то понадобится.

[В комнате Императора всегда много ушей, подслушивающих. Я не думал, что наличие ещё одного подслушивающего человека будет большой проблемой.]

Император сказал это весёлым голосом, но моё настроение не улучшилось.

Потому что Люциан узнал обо всём самым худшим из возможных способов.

Чёрт возьми!

Люциан ничего не знал.

Тот факт, что я доставляла письма для Карликса и Эстеллы, и что они уже стали любовниками.

Он ничего этого не знал.

Чтобы узнать правду таким образом. Он, должно быть, чувствует себя преданным.

Люциан сидел с другой стороны кареты. Но я вообще не могла смотреть на него.

Мне было страшно видеть, какое выражение было у него на лице.

Я не сводила глаз с окна и кусала губы. Его молчание всё больше и больше давило мне на сердце по мере того, как оно затягивалось.

Пожалуйста, скажи что-нибудь.

Долгое время спустя Люциан открыл рот.

Первое слово, которое сорвалось с его губ, не было ни критикой, ни разочарованием в мой адрес.

Том 1 Глава 40

- Госпожа, сегодня вы хотите надеть платье? Вы не идете в те трущебы? - Спросила Энн которая украшала мои волосы спустя такое долгое время.

- Да, сегодня у меня встреча в другом месте.

От моих слов лицо Энн засияло.

Расчесывая мои Сине-фиолетовые волосы она начала говорить:

- Я так рада, что госпожа не собиралась сегодня идти туда. Все те дни когда госпожа отправлялась в трущобы я постоянно нервничала, что с вами могло произойти что-то страшное. Вы ведь больше не пойдете туда?

Прошла уже неделя с того момента, как я стала волонтёром. После того как я наладила отношения с Эстель, у меня больше не было причин возвращаться туда.

[ Пиа- Сама ]

Я вспомнила лицо Эстель, когда та встречала меня утром. Она была похожа на щеночка, что наконец-то дождался своего хозяина, который долго отсутствовал.

- Я схожу туда еще раз, как появиться время.

- Неужели?

Лицо Энн помрачнело, как будто она собиралась расплакаться.

"Энн, я знаю, что ты беспокоишься обо мне, но... "

- Есть люди, которые не приветствуют Эстель в этом мире. Я хочу помочь ей.

Энн ничего не ответила, но на ее лице появилась радушная улыбка.

- Ну, миледи. Вы за все это время хоть раз связались с господином Кардиеном?

Моя душевная песня оборвалась, когда послшалась фамилия Кардиен. Я села на стул и посмотрел на стол, закатив глаза. Там было несколько писем.

Письма с серебряными капельками и рисунками меча, которые были отправлены Люцианом на этой недели.

Их не совсем можно было назвать полноценным письмами. Практически во всех них были лишь две строчки и основная:

Однако у меня не было другого выбора, кроме как ответить на его письма отказом.

- Разве не было бы неплохо хоть раз встретиться с ним? Он отправлял вам новое письмо каждые два дня.

Конечно, мне неудобно каждый раз отказывать ему, но по правде говоря я не хотела его видеть.

Во-первых это было из-за того, что он мог узнать, что я тайно ходила в трущобы к Эстель.

А Во-вторых я примерно догадывалась зачем он хотел встретиться со мной.

"Я написала ему, что не могла встретиться с ним, так как в последнее время я была одержима интересным романом, так что я могу понять Лорда Кардиена."

Я посмотрела на себя в отражении зеркала.

Платье лимонного цвета и шляпа, украшенная изящно обработанными яркими цветами. Так же, я нанесла светло-фиолетовые тени для век вокруг глаз.

Поскольку последние несколько дней я носила только скромную одежду, было весело наблюдать за этой гламурной внешностью спустя долгое время.

Я вышла из комнаты с счастливым лицом.

- Скоро вернусь.

Но ровно через секунду я отступила и снова вошла в свою комнату.

- Что-то случилось, леди?

Я отступила на шаг, не в силах ответить на слова Анны.

Передо мной стоял мужчина, которого я никак не хотела сегодня видеть.

Это был Люциан.

Спустя неделю он был все так же прекрасен, но у меня не было времени наслаждаться его внешностью.

Вместо того чтобы поздороваться со мной он сказал:

- Я слышал, что все это время вы не выходили из своей комнаты, так как были заняты чтением интересного романа, но как я погляжу, сегодня вы не собираетесь читать его.

"Он ведь просто говорит очевидные вещи, так почему же мне так страшно?"

Я сжала свою руку в кулак.

"Не бойся Перния. До того как Эстель ему отказала он был абсолютно нормальным."

Я успокоила свое лицо, убедив себя, что ничего плохого не случится.

Подняв глаза и посмотрев на Люциана я сказала:

- Верно. У меня была назначена встреча на сегодня, так что я собиралась уходить. Но лорд Кардиан, вы посетили мой дом без предупреждения.

Я подошла к нему и тихо прошептала слова, чтобы их не услышала Энн.

- Ты боишься, что я избегаю тебя, чтобы не отдавать тебе деньги?

- ....Что? - глаза Люциана расширились.

- Я не такая. Если я не смогу вернуть деньги в срок, у вас есть контракт, в котором я подписала, что в этом случае я выплачу вам в десять раз больше.

Я настаивала на честности и невиновности, но я не собиралась отдавать ему деньги раньше срока.

"Мне нужно было курить одежду для Эстель, так что это будет сложно, если ты скажешь мне вернуть их тебя прямо сейчас."

Я уже представила то, что он мне скажет, но его реакция была странной.

"Что такое?"

- Я помню про контракт.

- Так вы не для этого приехали сюда?

- Верно.

- Тогда, по какому же поводу вы здесь?

"Если причина не в долге. Тогда почему же он так бесцеремонно посетил мой дом?"

Том 1 Глава 40.1

— Прошу прощения, Миледи.

— ...что?

— Несмотря на то, что это был приказ Его Величества, я не должен был прятаться и тайно подслушивать ваш разговор. Я обманул Леди.

Люциан склонил голову с застывшим лицом.

— Это моя вина.

...Даже в этот момент его лицо выглядело слишком суровым, чтобы я могла быть тронута его извинениями.

Я изо всех сил пыталась заговорить, сжимая руки в кулаки:

— Всё в порядке, я знаю, как важно для рыцарей следовать приказам своего Лорда. Ты должен довести это до конца, даже если не хочешь.

Тебе даже пришлось обручиться с женщиной, с которой ты раньше не встречался.

Даже после того, как Люциан услышал мои слова, его лицо ни на йоту не расслабилось.

Гнев вспыхнул в его красных глазах, которые сначала казались спокойными.

Увидев это, моё сердце напряглось.

Почему-то в этот момент на ум пришёл портрет Люциана.

Его лицо с этой весенней солнечной улыбкой сильно контрастировало с холодным лицом, которое было у него сейчас.

Улыбка, которую он показывал только Эстелле.

Даже если он уважал меня как свою невесту, даже если я ему нравилась, это никогда не превзойдёт его чувства к Эстелле.

Даже если так, это слишком грубо. Я твоя невеста.

— Лорд Кардьен злится, что я тайно доставляла письма Наследного Принца Эстелле? – сказала я, подавляя дрожь в голосе.

— ...

— Я не могла удержаться от этого. Потому что Эстелла выглядела очень счастливой, обмениваясь письмами с Наследным Принцем.

Люциан не ответил, что меня разозлило.

— Так что тебе следует отказаться от неё. Откажись от своей односторонней любви!

Упс, опять мой рот меня подвёл.

Я закрыла рот слишком поздно, так как ущерб уже был нанесён. Мне не следовало этого говорить.

Моё сердце бешено колотилось.

Я медленно повернулась, чтобы посмотреть на Люциана.

Похоже, этими словами я задела его ахиллесову пяту.

Люциан уставился на меня и нервно откинул волосы назад.

Это был первый раз, когда я видела его таким эмоциональным.

Ох, нет. Неужели он сейчас взорвётся? Но он пообещал мне, что простит меня, что бы я ни сделала.

Я похлопала себя по мизинцу в холодном поту. Как будто это был мой единственный спасательный круг.

Глубокий вздох Люциана вызвал волнение в моём сердце.

В его красных глазах было гораздо больше эмоций, чем когда-либо прежде.

Люциан заговорил нехарактерно резким голосом:

— Не знаю, почему ты всё ещё беспокоишься об этом.

— ...Что?

— Это правда, что я действительно обожал Святую. Я знаю, что дама заметила это. Но всё это в прошлом. Сколько раз я тебе это говорил? Но ты, кажется, никогда в это не верила.

— ...

Я действительно думала, что его чувства к Эстелле изменились. Но я не была уверена.

Потому что я знала, насколько глубоки были его чувства к Эстелле.

Поэтому было шокирующее слышать, как он прямо отрицает свои чувства к Эстелле.

Я тупо уставилась на него с широко открытым ртом и заикалась.

— Т-тогда почему ты злишься? Поскольку у тебя нет никаких чувств к Эстелле, нет причин злиться на меня.

— Я злюсь, потому что Леди встречалась с Наследным Принцем наедине!

— ...

— Всё верно. Но это было просто для того, чтобы обменяться письмами. Однако было очень... неприятно думать о том, что дама была наедине с другим мужчиной в незнакомом мне месте. Это выглядит очень грязно.

Было странно слышать, как он произносит резкие слова, которые не подходят к его персоне.

Не было времени испытывать страх или неловкость.

Моё сердце так сильно колотилось.

Потому что его следующие слова были слишком громкими.

Всё моё тело дрожало.

Я посмотрела на него, но ничего не могла сказать.

С глубокой любовью в своих красных глазах он сказал:

— Разве ты не понимаешь? Ты единственная, кто есть в моём сердце, Перния.

Побочная история.

— Ваше Величество, прибыл Лорд Кардьен.

Император поднялся на голос своего слуги.

Люциан стоял перед Императором, облокотившись на его кровать.

Он опустился на колени и поклонился.

Поверх его серебряных доспехов лежал плащ с вышитым на нём жёлтым узором. Даже в этом наряде внешность Люциана была живописной.

На бледном лице Императора появилась улыбка.

— Добро пожаловать, Люциан.

— Как ваше тело?

— Оно ничем не отличается от обычного.

С опущенными глазами Император явно выглядел больным.

Однако, благодаря его отчётливым чертам лица, его уникальная красота осталась нетронутой, но боль, вызванная болезнью, была очевидна на его лице.

Потому что его кишечник был разрушен из-за употребления яда давным-давно.

Он едва избежал смерти благодаря Эстелле, использующей силу Святой, но её сила не даст ему прожить подольше.

Никто не сказал ему об этой детали. Император понял это сам.

Однако, даже лёжа на смертном одре, Император оставался сдержанным.

Том 1 Глава 40.2

Это было связано не с кем иным, как с Люцианом, стоявшим перед ним.

— Как прошла тренировка рыцарей?

— Всё закончилось без сучка и задоринки благодаря тяжёлой работе каждого рыцаря.

Император улыбнулся, довольный докладом Люциана.

Недавно Император приказал Люциану обучать рыцарей Империи.

Вместо обычной систематической военной подготовки, это было мероприятие, призванное дисциплинировать рыцарей и показать силу нации своему народу.

Это была очень сложная задача, потому что она включала в себя обучение рыцарей на публике, демонстрируя их гордость и силу.

Люциан без проблем справился с такой трудной задачей.

Как и ожидал Император.

— Ты много работал.

Люциан ответил на похвалу Императора со спокойным выражением лица.

— Я просто сделал то, что мне было приказано сделать.

Хотя он отвечал смиренно, Люциан был незаменимым человеком для Императора.

Люциан позаботился о многих задачах вместо прикованного к постели правителя.

Именно благодаря Люциану никакие амбициозные рыцари и высокомерные аристократы не смогли добиться успеха в стремлении занять место Императора.

Лучший рыцарь Империи с красными глазами.

Пока он служил Императору, никто не мог с лёгкостью начать восстание.

Кроме того, Империя переживала беспрецедентный период мира, поскольку Люциан привёл долгую войну к победе.

Итак, Император глубоко заботился о Люциане.

— Я хотел бы вознаградить тебя. Тебе что-нибудь нужно?

Но ответ Люциана всегда был одним и тем же.

— Вы уже дали мне много наград.

Несмотря на многочисленные предложения Императора, Люциан всегда был без энтузиазма.

Император всегда хотел вернуть ему больше.

Итак, Император дал Люциану много вещей.

Хотя это был единственный титул, он дал титул Лорда Люциану, который был простолюдином, и, хотя оно было далеко от столицы, он дал ему небольшое поместье.

Однако Император не был удовлетворён.

Это было всё, чего он хотел для Люциана, а не то, чего хотел Люциан.

— Поскольку ты так сказал, на этот раз я был доволен тем, что просто дал тебе драгоценные камни и мечи. Я хотел, чтобы ты честно сказал мне, чего ты хочешь, но, похоже, я был слишком жадным, – сказал Император с печальным выражением лица.

Лицо Люциана покраснело от слов Императора.

───── 〔✿〕─────

На следующий день после банкета по случаю дня рождения Наследного Принца Люциан посетил Императора.

Император был очень удивлён. Люциан приходил к Императору только по собственному желанию, когда у него были дела, о которых нужно было доложить.

Это был первый раз, когда он так внезапно навестил меня по личному делу.

Люциан сказал Императору, который был взволнован, услышав, что Люциан сказал:

[Ваше Величество, вы знаете о том, что произошло вчера на банкете?]

[О чём ты говоришь?]

[Императрице, похоже, не очень понравилась моя невеста.] – сказал Люциан заинтригованному Императору.

Не ожидал, что ты заговоришь об этом!

На самом деле Император знал всё, что вчера произошло.

Если бы он догадался из своего отчёта, зачем Люциан был здесь, это был бы инцидент с тем, как вдовствующая Императрица придралась к Пернии.

Император отнёсся к этому вопросу легкомысленно.

Потому что это был не первый и не второй раз, когда вдовствующая Императрица придиралась к аристократам, которые ей не нравились.

Было немного удивительно, что Эстелла, которая обычно молчала, на самом деле сказала что-то в ответ вдовствующей Императрице, попросив её не беспокоить Пернию.

Но это была всего лишь точка зрения Императора.

Лицо Люциана выглядело очень холодным, когда он пересказывал вчерашние события.

[Тебе было очень неприятно видеть, как моя мать придирается к твоей невесте?] – осторожно спросил Император.

Вместо того, чтобы ответить «да», Люциан выразил свои чувства в одном предложении.

[Если бы она не была вдовствующей Императрицей, я бы не пришёл к вам.]

Другими словами, если бы преступником не была вдовствующая императрица, он бы не сдержал врага.

Люциан подавил чувства, которые он испытывал к матери своего Лорда, и пришёл повидаться с Императором.

Ты просишь меня позаботиться об этом, потому что сам ничего не можешь с этим поделать.

Император опустил брови и рассмеялся.

Я и представить себе не мог, что Люциан попросит о такой услуге.

Это было неловко. Первое, что он попросил от меня, – это отругать мою собственную мать.

На этот раз мама выбрала не того человека.

Однако вдовствующая Императрица вышла за рамки дозволенного. Было неправильно преследовать невинных людей только для того, чтобы восстановить дисциплину.

Хотя это было неплохо, так как это поможет смягчить темперамент вдовствующей Императрицы.

Поэтому Император кивнул.

[Я скажу матери, чтобы она написала вежливые извинения Леди Пернии. Это не повторится в будущем, так что будь уверен.]

Услышав слова Императора, Люциан кивнул.

Том 1 Глава 41

Неожиданно я услышала голос отца.

- Сэр Кардиен, чай готов, так что скорее спускайтесь. Я достал чайные листья, которые намеренно сберегал и хранил ради лорда. Вы знали, что я ездил за границу полгода назад? Мне было нелегко его купить, но его вкус настолько хорош, что если смешать с этим чайным листом сахар и молоко, то он станет сладким. Я настолько стал одержим этим чаем, что пока был за границей мне приходится постоянно пить его после еды.

Только тогда я поняла, зачем он приехал в этот особняк.

- Так ты приехал к моему отцу, а не ко мне?

К счастью моя шляпа была достаточно большой чтобы я могла скрыть под ней свое смущение.

- С моим отцом будет сложно построить нормальный разговор так как он слишком много говорит. Если тебе станет трудно или ты поймёшь, что больше не сможешь вынести его, то просто спроси:

Что, черт возьми, вы несете?

- Ему будут немного грустно от этих слов, но сказать из лучше, чем ждать пока ваши барабанные перепонки лопнут. А теперь мне пора.

Когда я попыталась пройти мимо него он сказал:

- Перния, я пришел сюда не для того, чтобы требовать деньги и не для того, чтобы подружиться с Маркизом.

- ....

- Я пришёл чтобы увидеться с вами. Я скучал.

"Мне это послышалось?"

Я повернулась и посмотрела не него.

Слегка покрасневшее лицо было застенчивым, но его красные глаза сияли. Он не шутил и был серьезен.

В тот момент, когда я это поняла, меня зацепили его слова, и я почувствовала легкий жар.

Я посмотрела на него как идиотка и едва произнесла слова:

- Мы не виделись всего неделю.

- Мы не виделись уже неделю.

( П/п ля ты пууся. )

Разница в наших ответах состояла только из слов "всего" и "уже" но их смысл кардинально отличался.

Мои губы слегка приподнялись в улыбке и я поскорее прикрыла их рукой.

Я была рада услышать эти слова.

Похоже, я нравилась ему больше, чем думала. Меня пожирало желание провести это время с ним, но я не могла сейчас себе этого позволить. Взяв волю в кулак я ответила:

- Это верно. Но тем не менее у меня уже назначена встреча на сегодня и поэтому сейчас мне надо идти.

- Могу ли я узнать с кем вы встречаетесь.

- Я пообещала сходить в некоторые магазины со своим другом.

Я думала, что это звучало вполне убедительно, но с сомнением в глазах Люциан сказал:

- Но я слышал, что у леди Пернии нет друзей.

Если бы это так, то я бы проливала горькие слёзы в свою подушку из-за того, что соврала такому милому кролику, но сейчас все было по-другому. Я говорила правду.

- Он появился у меня совсем недавно. Я была так рада этому. Мы решили встретиться и сходить по магазинам.

Услышав мои слова Люциан достал свой блокнот и что-то записал на одной из его страниц.

- Были так рады другу. Мне интересно, что это за человек. Было бы неплохо если моя невеста познакомила бы меня с этим другом.

Он сказал это с дружелюбным лицом, но почему-то, он этих слов по моей спене пробежал рой мурашек.

С этим странным ощущением, что накрыло меня с ног до головы я взглотнула.

"На самом деле мой друг - это святая в которую ты так влюблен. И я не смогу тебя с ней познакомить так как ты просто не сможешь заговорить с ней."

Я не могла сказать ему это. Подумав, что если я просто промолу он отстанет от меня я стояла на своём месте ничего не говоря. Но вопреки моему мнению, Люциан еще раз спросил:

- Пожалуйста, Перния. Скажи мне, кто этот человек?

В этот момент, я закатила зрачки, потому что не знала, как ответить ему на этот вопрос.

- Сэр Кардиен, почему вы не спускаетесь?

Как раз в это время послышался голос моего отца и его шаги, ступавшие вверх по лестнице.

"Как же ты вовремя!"

Поднявшись наверх и увидев нас с Лу-чаном он казалось так же как и я почувствовал эту зловещую энергию.

- У вас, должно быть, важный разговор с моей дочерью. Сказал он, медленно начав спускаться в попытке сбежать.

"Не вздумай меня тут бросать!"

Я выкрикнула магическое заклинание своему отцу, который метался взад и вперед.

- Папа! Почему бы тебе не рассказать вашу с мамой историю любви Лорду Кардиену? Сегодня идеальный весенний день для этой истории.

'Любовная история.'

Это магическое словосочетание, которое боялся любой человек, который хоть немного знал моего отца.

Даже Энн, которая слушала наш разговор, затаив дыхание в углу, прикрыла рот с бледным лицом.

Как и ожидалось, глаза моего отца изменились. Отец вернулся в комнату и сказал воодушевляющим голосом:

- Между прочим, я еще не рассказывал эту историю мистеру Кардиену. Как я мог не поведать ее своему прекрасному зятю? Невероятно.

Лучан был единственным местом, куда обращался взгляд моего отца, покачавшего головой. Люциан заметил необычный цвет Энн, позади меня и вздрогнул, но было уже слишком поздно.

Началась атака моего отца говорящая о начале их долгого разговора.

- Лорд Кардиен собирается взять в жены мою дочь, поэтому было бы хорошо однажды послушать эту историю. Это хорошее занятие, послушать истории любви других людей. С какого же момента мне начать..? Ах вот. Это случилось когда мне было 5. Она была дочерью одной из наших служанок.....

Взгляд Люциана, на которого было произведена неожиданная атака, достиг меня, но я опроменчиво отвернулась от него.

"Извини. Прости, Люциан, но мне правда пора. Потому что...

Потому что меня ждет прекрасная Эстель! "

* * *

Я подошла к Эстель, размахивая рукой перед фонтаном.

- Мне очень жаль. Я опоздала, потому что произошли некоторые неожиданные обстоятельства. Ты долго ждала?

- Нет. Но Пиа-сама, все действительно в порядке?

"Ну это с какой стороны посмотреть. Если со стороны Люциана, то все весьма плохо."

Меня охватила тяготящее чувство исхотящее от моей совести.

- Это было не столь важно, ну и тем более я уже все уладила. Не волнуйся.

- Ох. Ясно. - Сказала Эстель мило улыбнувшись.

Эстель, которую я встретил на затонувшей улице, была действительно хороша.

Хотя она и носила только старые туфли и бла в бежевом платье без украшений, она была так хороша, что мне было грустно, что в этом мире не было камеры.

"Неужели я не смогу сохранить эту картинку негде, кроме своей памяти?"

Увидев мой взгляд, уши Эстель ярко окрасились в розовый цвет . Она посмотрела на меня с застенчивым лицом и сказала:

- Ты накрасилась? Как и ожидалось, Пиа хорошо сочетается с красочным декором.

- Эстель, это голубая лента в ваших волосах вам так подходит.

С этих слов мы начали нахваливать друг друга.

- Но мое лицо разве не выглядит немного опухшим? Я был так голодна, что съел кусок хлеба перед сном.

- О боже, нет. Вы прекрасны как обычно. Я вот.... разве цвет моих губ не тускнеет? Эту помаду я получила в подарок, но цвет слишком темный.

- Нет нет, она идеально сочетается с твоими светлыми волосами.

Спустя долгое время, бесконечные комплименты, которые я слышала, заставили меня почувствовать себя лучше.

После этого, мы наконец-то смогли перейти к делу.

- Какие платья тебе нравятся? Лично я думаю, что шелк подойдет для того, чтобы носить его хоть круглый год, но скоро станет жарко, поэтому я думаю, что муслин подойдет больше. Думаю, лучше было бы, чтобы линия платья была полной, а не прилегала к телу. А как насчет Эстель?

Эстель заколебалась, пошевелив пальцами, как будто она призналась в совершенном грехе. И сказала:

- Я впервые покупаю платье сама.

Культурный шок.

"Двадцатидвухлетняя девушка впервые покупает себе платье?"

С растерянным лицом я спросила:

Тогда, как же те платье, которые ты носила до этого?

Один священник подарил мне их.

"Потертое платье, посмотрев на которое в голову приходил вопрос , "где вы его подобрали?", было платьем, которое она получили в подарок?"

Эта часть разговора была еще более удивительной, чем то, что она сказала ране.

"Блин, эти священники настоящие сволочи."

Пока я стонала у себя внутри, Эстель осторожно сказала.

- И у меня есть еще кое-что, чтобы я хотела сказать. Я сломала копилку с сэкономлиными деньгами, но они не такие уж большие. Не знаю, смогу ли я купить приличное платье на эту сумму.

- Не волнуйся, я знаю, где найти дешевые магазины одежды.

- В самом деле?

- Да, так что просто поверь мне и следуй за мной!

* * *

Мы прошли мимо магазинов маскарадных костюмов, выстроившихся в ряд на улицах столицы.

Магазины с небольшими вывесками застряли в переулках рядом с дорогой. Увидев их, Эстель широко открыла глаза.

- Я не знала про это место.

- Когда кто-то становится известным дизайнером, он поднимает свои цены так, что не каждый сможет купить себе такие дорогие платья. Но тем не менее, все дизайнеры были такими успешными не с самого начала. Если вы найдете хороший магазин на углу, вы можете получить хорошее платье по доступной цене.

Это было веткое здание,на котором даже вывеска не весела. Как только я открыла дверь и вошла во внутрь, Эстели тихо прошептала:

- Разве это не неправильный способ попасть в мусорную корзину?

Том 1 Глава 41.1

Несколько дней назад.

Люциан вновь вернулся. Но на этот раз он выглядел так, словно ничего не хотел от своего Лорда.

Представив краткий отчёт, Люциан посмотрел на Императора.

Глядя на Люциана, ожидающего указа Императора, Император погрузился в раздумья.

Император вызвал Люциана сегодня не только для того, чтобы услышать отчёт о его работе по обучению рыцарей.

На самом деле у него была другая причина.

Это было потому, что ему сообщили, что Карликс и Перния тайно встречались.

Люциан знает об этом?

Император догадался, что нет.

Люциан не мог бы выглядеть таким безмятежным, если бы знал об этих двух тайных встречах.

Не этот Люциан, который сильно разозлился из-за того, что вдовствующая Императрица приставала к его невесте.

Я должен рассказать ему об этом. Я буду обеспокоен, если Люциан проиграет Карликсу.

Какой бы головной болью ни был Карликс, он был ценным преемником. Не было бы ничего хорошего, если бы его отношения с Люцианом, который играл большую роль для Империи, испортились.

Поэтому Император осторожно поднял этот вопрос.

— Люциан, мне сказали, что ты и твоя невеста, Леди Перния, очень близки. Это правда?

Как только прозвучало имя «Перния», спокойный взгляд Люциана дрогнул.

Люциан медленно кивнул.

— Всё верно.

Лицо Люциана по-прежнему ничего не выражало, но его уши слегка покраснели.

Император заметил это и продолжил с мягкой улыбкой:

— Это была политическая помолвка, которую я организовал, так что я рад, что тебе нравится твой партнёр. Интересно, что за женщина сумела покорить твоё сердце?

Поскольку это был первый раз, когда Император спросил его о его невесте, Люциан немного растерялся.

Люциан некоторое время обдумывал свой ответ.

Затем он открыл рот с очень серьёзным лицом.

— Она женщина, которая похожа на виноград в середине летаю.

— ...

— Тёмно-фиолетовая кожица выглядит яркой и пушистой, но самое главное, в ней скрыто мягкое, прозрачное вещество.

За её надменным и высокомерным образом скрывалось мягкое сердце.

Люциану она нравилась именно по этой причине.

Её неуклюжесть. Как она будет прятать всё в своей маленькой головке, но в конечном итоге всё равно раскроет свои истинные чувства.

Её глупость. Как она была внимательна к другим и беззастенчиво брала на себя вину за них.

Её невинность. Как она была бы рада каждой мелочи.

Всё это.

Император слегка вздохнул, глядя на Люциана.

Я рад, что я единственный, кто может видеть лицо Люциана в этот момент.

Люциан был красивым мужчиной, но люди не были так очарованы его внешностью, как следовало бы.

Потому что в его глазах не было никаких эмоций.

Как бездушное произведение искусства или цветок без запаха.

Но, глядя на Люциана сейчас, никто не может не влюбиться в него.

Красные глаза Люциана сияли, как драгоценные камни.

Это даже заставило Императора, который испытал всё на свете, почувствовать себя странно.

Но сейчас было не время смотреть в лицо красивому влюблённому мужчине.

Император взял себя в руки и продолжил.

— Кхм, так вот как много она для тебя значит. В любом случае, я кое-что слышал о ней.

Глаза Люциана расширились при этих словах.

Император посмотрел Люциану в глаза и спросил:

— Ты хочешь знать?

— Конечно.

— Это не то, что мне трудно раскрыть, но есть одно условие.

Люциан нахмурился, услышав слово «условие».

Люциан хорошо знал Императора. Император был кроток и миловал многих людей, но он ни в коем случае не был мягкосердечным человеком.

Император никогда не упускает возможности получить то, что он хочет.

Тем более, когда у него были условия, которые он хотел.

— Даже если то, что я собираюсь тебе сказать, приведёт тебя в бешенство, не действуй в соответствии с этим. Не делай ничего ни с ней, ни с кем-либо ещё.

Глаза Люциана дрогнули.

Что он собирался ему сказать?

Видя, что он так серьёзно относится к этому, Люциан не думал, что в этом есть что-то хорошее.

— Ты можешь поклясться?

Тем не менее, у Люциана не было другого выбора, кроме как попасться на удочку Императора.

Том 1 Глава 41.2

Это касалось не просто кого-то. Речь шла о Пернии.

— Я клянусь.

Только тогда лицо Императора расслабилось.

Причина, по которой он хотел донести это, что не было должным образом подтверждено, до Люциана, заключалась в том, чтобы дать ему знать.

Люциан никогда не относился несерьёзно к своим клятвам.

После такой клятвы он никогда ничего не сделает Карликсу.

Даже если бы выяснилось, что Карликс и Перния состоят в тайных отношениях.

Я могу сказать ему, теперь, когда жизнь Карликса гарантирована.

Император открыл рот:

— Я слышал, что Карликс и Перния тайно встречаются.

— !..

В этот момент лицо Люциана заметно исказилось.

— Конечно, непонятно, почему эти двое встречаются. Сколько из этих встреч были просто совпадениями, или каковы были их намерения?

— ...

Люциан ничего не сказал.

Тем не менее, на его красивом лице было очень пугающее и угрожающее выражение.

Если бы человек перед Люцианом не был Императором, он бы упал на землю.

Император продолжил спокойным голосом:

— Перния будет здесь через некоторое время, чтобы подтвердить факты. Я уверен, что она скажет нам правду.

Слуга открыл дверь как раз вовремя.

— Ваше Величество, прибыла Мисс Перния Лайлак.

Император посмотрел на Люциана.

— Ты хочешь услышать правду в присутствии своей невесты или спрятаться где-нибудь? Делай, что тебе заблагорассудится.

Люциан посмотрел на Императора с обиженным выражением лица.

Он не мог поверить, что тот сказал такое.

Подслушивать чужие разговоры было подло. И он не мог так поступить с Пернией.

Однако он не мог покинуть комнату, что было бы нарушением приказа Императора.

Хотя он не колебался лишь из-за своей преданности Императору.

Это было также потому, что ему было любопытно узнать страшную правду.

В конце концов Люциан отступил, чувствуя презрение к самому себе.

Затем он полностью скрылся за занавеской.

Император мельком увидел его лицо.

Лицо Люциана выглядело так, как в тот день, когда он отправился на войну, которую, казалось, невозможно выиграть.

Смесь страха и гнева.

───── 〔✿〕─────

— Леди, Сэр Кардьен и сегодня прислал вам подарки! – крикнула Энн с раскрасневшимся лицом.

Помимо Энн, собрались все горничные и слуги особняка.

Они кричали, глядя на предметы, которые заносили в комнату:

— Вау! Это новая сумка от Louis Vuitton, да? Сумка, вышитая золотой нитью. (Louis Vuitton).

— Похоже на то!

— Смотрите! Это платье от Шанель. Ходят слухи, что на него трудно даже смотреть из-за 50.000 бриллиантов, прикреплённых внутри юбки. Мне кажется, я слепну!

— Если бы у меня было это платье, я бы не возражала остаться слепой на всю оставшуюся жизнь.

Как можно было видеть из того, что они сказали, все вещи Люциана были очень роскошными.

Сумки, платья, обувь, ожерелья, серьги, браслеты. Судя по их названию, всё было от высококлассных брендов.

Энн аплодировала.

— Он удивителен тем, что может посылать вам такие подарки каждый день. Лучший жених в Империи!

Не так давно Люциана прозвали лучшим женихом в самой известной статье Империи.

Это произошло потому, что в его небольшом поместье, подаренном Императором, была обнаружена алмазная шахта.

И что ж, он сорвал джекпот.

Благодаря этому он теперь считался одним из самых богатых людей.

— Ха-ха-ха, Лорд Кардьен, вы не должны так растрачивать алмазную шахту. Посылать такие дорогие подарки каждый день. Вы посылаете так много, что этот старый особняк вот-вот лопнет!

Отец ухмыльнулся, сказав это.

Но он не шутил.

Почти каждая комната в этом особняке заполнена подарками, которые он прислал за последние несколько дней.

Такими темпами всё будет заполнено, и даже спальная зона исчезнет.

— Не волнуйся, отец. Я отошлю всё это обратно Лорду Кардьену, – сказала я своему отцу с застенчивым выражением лица.

Лицо моего отца, которое выглядело по-настоящему взволнованным, стало подавленным, как сдувшийся воздушный шарик.

— Тебе обязательно это делать, Перния? Это подарки для его невесты. Это вежливость – принимать его подарки.

— Это зависит от дара, но это уже слишком.

— Но... Тогда давай просто оставим вот этот браслет...

— Положи обратно.

— По крайней мере, сумку Louis Vuitton...

— Положи её обратно.

— Тогда хотя бы эту бриллиантовую пуговицу.

— Ох, да ладно тебе!

Я свирепо посмотрела на отца, и он положил большую бриллиантовую пуговицу на место. Затем он пожаловался с заплаканным лицом.

— Перния, может быть, ты не будешь такой бессердечной, если услышишь о моей связи с бриллиантовыми пуговицами. Это случилось с моей дебютанткой, когда я только дебютировал в обществе. Это был мой официальный день дебюта в обществе, поэтому я был одет с головы до ног и вышел в банкетный зал. Всё было идеально. Но Сильвия, верхняя пуговица её жакета упала в её длинные волосы. Она не видела, чтобы она куда-нибудь укатилась. Сильвия в отчаянии рассказала мне о своей потерянной пуговице. У меня была дополнительная пуговица. Это была бриллиантовая пуговица, так что она была немного тяжеловата, но хорошо смотрелась на н...

— Энн, закрой дверь.

— Да.

Том 1 Глава 42.1

Энн безжалостно захлопнула дверь.

У меня не было никакого намерения слушать болтовню моего отца.

Я вздохнула, оставив позади штабеля коробок, которые доходили до потолка.

— Энн, приготовься к отъезду. Приготовь экипаж. Я направляюсь в особняк Лорда Кардьена.

— Вы уверены, что хотите вернуть все подарки? – спросила Энн с выражением разочарования на лице.

— Я сказала, что сделаю это.

— Вы принимали все подарки, которые Сэр Кардьен посылал в прошлом. Это немного чересчур, но вам действительно нужно возвращать их, когда он послал их по доброте душевной?

В то время я думала, что это была доброта со стороны друга, поэтому я принимала их.

Но теперь всё совсем по-другому. Это подарки от мужчины, который признался, что я ему нравлюсь.

Даже если подарки были одинаковыми, они имели разное значение.

Честно говоря, это заставило меня почувствовать давление.

Я держала рот на замке, потому что не могла рассказать всё это Энн.

Энн осторожно открыла рот:

— Вы получили признание от Лорда Кардьена?

Я ахнула, широко раскрыла глаза и посмотрела на Энн.

Я была так удивлена, что даже не могла отрицать этого и заикалась.

— О-откуда ты это знаешь? Ты наблюдала за мной, как Император?

В отличие от меня, Энн ответила спокойно:

— Нет. Я только что узнала об этом естественным путём. Вы сильно изменились с тех пор, как уехали повидаться с Императором.

— Разве?

— Да, с того дня вы не могли нормально спать. Всякий раз, когда вы слышите имя Лорда Кардьена, ваши плечи вздрагивают, а лицо становится красным, как яблоко. Прямо как сейчас.

— !..

Ох. Неужели это было столь очевидно?

Я закрыла разгорячённое лицо обеими руками. Энн посмотрела на меня и сказала:

— Это было не так уж удивительно. На самом деле, я давно знала, что Лорд Кардьен собирается признаться вам.

Энн выглядела совершенно другим человеком.

Энн, у которой было послушное лицо, выглядела как шаманка, которая знала всё об этом мире.

— Есть ли Бог в твоём теле? Откуда, чёрт возьми, ты это знаешь?

Энн расхохоталась.

— Нет конечно. Если бы вы были на моём месте и смотрели на Лорда Кардьена с моей точки зрения, вы бы тоже знали. Настроение Лорда Кардьена полностью меняется у вас на глазах.

— ...Разве?

— Да.

Энн решительно кивнула.

— Лорд Кардьен вежлив с такими людьми, как я. Он всегда был добр к нам. Но всё равно с ним трудно иметь дело. Даже когда он стоит прямо передо мной, он кажется очень далёким. Но он улыбается, как ребёнок, когда с вами. Вот как я смогла понять, что вы ему нравитесь.

— ...

— Лорд Кардьен, должно быть, думает о вас как об очень особенном человеке.

Слова Энн проникли в мою голову и не покидали её.

Чёрт возьми.

Моё сердце билось так же, как в тот день, когда он признался мне.

───── 〔✿〕─────

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз была в особняке Люциана. Помощник Люциана, Пол, о котором я на некоторое время забыла, так как прошло так много времени, открыл дверь.

— Добро пожаловать, Мисс Перния.

— Ты выглядишь сильно уставшим с тех пор, как я видела тебя в последний раз.

Пол, тёмные круги под глазами которого спускались к подбородку, нахмурил брови.

— Конечно, я устал. Каждый день мне приходилось находить и сообщать Люциану о подарках, которые понравились бы Мисс Пернии.

— ...Ах.

— Вы знаете, сколько покупок и счетов мне приходится разбирать за день? Я должен проверить, верный ли прибыл товар, оплатить его, упаковать и отправить в дом Мисс Пернии. Я даже не думаю, что двух человек было бы достаточно для этого. Мне приходится труднее, чем на поле боя.

— ...Я понимаю. Это, должно быть, очень утомительно.

Я не та, кто даёт ему всю эту работу, зачем он мне всё это рассказывает?

Пол, который проследил за моим взглядом, спокойно отвернулся и сказал:

— Я осмелюсь попросить вас, пожалуйста, остановите Лорда Люциана. Если мне придется продолжать это делать, я могу упасть в обморок от переутомления.

Он выглядел отчаявшимся. Это была не просто просьба, это был призыв о помощи не на жизнь, а на смерть.

— Не волнуйся. Я здесь, чтобы помешать ему отправить ещё больше.

Лицо Пола сразу же просветлело от моих слов.

Пол привёл меня туда, где был Люциан с выражением надежды на лице. Он уже не был так настороже, как раньше.

Сколько работы дал ему Люциан?

Я сглотнула и последовала за Полом в комнату.

Я была очарована захватывающим видом внутри и остановилась, не осознавая этого.

Вау.

На стенах комнаты висело много картин. Люциан пристально смотрел на картину, которая покрывала одну из стен.

Его глаза были очень сосредоточены, так как он был глубоко погружён в свои мысли.

Красивый мужчина, стоящий среди десятков картин.

Сцена была настолько красивой, что не могла не привлечь чьё-то внимание.

Мне удалось прийти в себя и осторожно открыть рот:

— Лорд Кардьен.

Люциан удивлённо повернул голову на мой голос. Люциан, который увидел меня, произнёс с недоверчивым выражением лица:

— Леди Перния, что вы здесь делаете?

— Я здесь, чтобы поговорить с тобой. Мне жаль, что я не смогла связаться с тобой заранее.

— Всё в порядке. Я же сказал, что ты можешь приходить ко мне в любое время.

Люциан улыбнулся, его лицо было полно радости от того, что я пришла навестить его.

Несмотря на его тёплый приём, я подошла к нему с застенчивым выражением лица.

Том 1 Глава 42.2

— Что всё это значит? Ты начал коллекционировать картины?

Несмотря на то, что я ничего не смыслила в искусстве, я узнала несколько знаменитых картин на стенах.

— Это Монарио, верно? Оригинал? – сказала я, указывая на портрет мужчины без бровей с тонкой улыбкой на лице.

— Да.

Ответ Люциана усилил моё восхищение.

Я видела имитацию несколько раз, но это был первый раз, когда я увидела оригинал.

— Оригинал выглядит совсем иначе.

Форма и цвет были намного красивее, и, самое главное, аура, исходящая от картины, была более неземной.

И там была уникальная атмосфера, которая заставляла моё сердце чувствовать себя странно?

Люциан мягко улыбнулся мне, которая была поглощена картиной.

— Я рад, что тебе это нравится. Это одна из картин, которые я думал послать тебе.

Одна из картин?

Неужели...

— Ты же не собираешься прислать мне все картины в этой комнате, да? – спросила я дрожащим голосом.

— Всё верно.

Люциан посмотрел на меня гордым взглядом и улыбнулся, глядя на меня.

У меня отвисла челюсть.

Картины Монарио стоят столько же, сколько один особняк. Если я посчитаю все находящиеся здесь картины...

Это было астрономической суммой. Если бы у меня когда-нибудь была такая сумма, я бы никогда не позавидовала победителям лотереи.

— Мне больше не придётся работать, – едва сдерживая слова, сказала я. — Лорд Кардьен, я не могу принять этот дар. Если мы повесим все эти картины в нашем старом особняке, стены рухнут.

— Понятно, может, мне обратиться к знакомому архитектору? Они восстановили много столетних особняков, так что они могут отремонтировать и твой особняк, и он будет выглядеть как новый.

Назови человека, который отремонтировал бы твой дом только для того, чтобы ты мог принимать подарки, которые он тебе посылает.

Если бы он сделал ещё один шаг вперёд, то действительно построил бы для меня новый особняк.

Это было очень заманчивое предложение, но я покачала головой.

— Проблема не в этом. Я чувствую давление из-за необходимости принимать от тебя такие подарки.

— ...

— Поэтому, пожалуйста, забери все подарки, которые ты прислал за эти несколько дней. Я пришла сюда, чтобы сказать тебе это.

Было ясно, что мои слова означали, что его чувства ко мне были обременительными.

Лицо Люциана потемнело, когда он понял, что я имела в виду.

Через некоторое время Люциан сказал:

— Однажды дама сказала, что ни одной даме не понравится, если я им признаюсь, и что они будут кричать «Потрясающе», несмотря ни на что.

— Ну...

Сказал Люциан, прежде чем я слишком смутилась, чтобы продолжать.

— Если ты это имела в виду, то это означает, что ты, по крайней мере, не ненавидишь то, что у меня есть чувства к тебе, верно?

— ...

Я не ожидала, что он задаст мне этот вопрос.

Я сильно прикусила губы.

Как я могу ненавидеть, когда мне признаётся такой красивый, симпатичный, красивый и добрый человек?

Поэтому я кивнула.

— Я не ненавижу это.

Лицо Люциана расслабилось от моих слов.

— Тогда разве ты не можешь просто принять подарки? Подарки не имеют никакого отношения к моему признанию. Я просто хотел отдать их тебе.

Люциан продолжил, с любовью опустив глаза.

— Чтобы подарить тебе все красивые и замечательные вещи в мире.

Как только его голос, сладкий, как взбитые сливки, проник в мои уши, в голове у меня всё прояснилось.

Я ничего не могла ответить и просто смотрела на Люциана. Моё сердце заколотилось как сумасшедшее из-за его блестящих красных глаз.

Это настроение опасно.

Почему Люциан смотрел на меня такими нежными глазами? Почему мой взгляд был направлен на его пухлые губы?

Почему я становлюсь всё ближе к нему?

Когда я сглотнула слюну из пересохшего рта, из-за двери донёсся голос Пола.

— Сэр Люциан, Святая прибыла.

— !..

Только тогда я пришла в себя и закрыла рот.

Боже мой. Что же делать?

Моё сердце затрепетало, как будто я сделала что-то не так.

Люциан выглядел спокойным, как будто он не заметил, что я собиралась сделать.

— Можно Мисс Эстелле войти?

— Конечно.

Я кивнула, как ни в чём не бывало.

Эстелла вошла в комнату. Она посмотрела на меня, и её глаза расширились.

— Я не ожидала увидеть здесь Мисс Нию. Ты тоже здесь, чтобы поиграть с нами?

Том 1 Глава 43.1

— Я зашла, чтобы кое-что сказать Лорду Кардьену. А как насчёт тебя, Эстелла?

— Я подумала, что было бы неплохо узнать об этикете и культуре Королевства Себран, прежде чем я отправлюсь туда учиться, поэтому я пришла учиться у Люциана. Люциан когда-то работал с наёмниками в Королевстве Себран, так что он знает о тамошней культуре.

Я поспешно собрала свою сумку.

— Я не знала, что вы о чём-то договаривались, и ворвалась без разрешения. Мне жаль. Я пойду.

Я пыталась быстро уйти, потому что была непреднамеренно груба с ними, но Люциан и Эстелла закричали одновременно:

— Всё в порядке!

— Всё в порядке, – сказала Эстелла, крепко держа меня за руку. — Прошло много времени с тех пор, как мы виделись в последний раз, потому что я была занята подготовкой к учёбе за границей. Я просто буду слушать Люциана, так что оставайся со мной, если не возражаешь. Люциану бы это тоже понравилось, верно?

— Да. Мне бы это понравилось.

Два человека смотрели на меня с отчаянием на лицах. Они были похожи на двух собак, которые нервничали из-за того, что их хозяин покидал дом.

В конце концов я кивнула.

───── 〔✿〕─────

Под тёплым солнцем мы втроём сели за столом для чаепития.

Стол был полон сладких десертов, которые, должно быть, были приготовлены для меня.

Я жевала мягкие пирожные, а Эстелла, сидевшая рядом со мной, старательно слушала Люциана и делала заметки.

— Люди Королевства Себран ненавидят получать помощь от других. Некоторые из наиболее чувствительных людей обижаются, если ты пытаешься им помочь. Так что не говори, что тебе нравится помогать.

Лицо Эстеллы побледнело при этих словах.

— Тогда, что мне делать, если я увижу, что бабушке трудно тащить большую тележку?

— Они сами об этом позаботятся.

— Что, если я увижу, что кто-то пострадал на улице?

— Повсюду есть медицинские центры, так что они как-нибудь доберутся туда.

— Но...

— Не помогай им ни при каких обстоятельствах, если только они не попросят тебя о помощи. Если ты не сделаешь, как я говорю, они будут проклинать тебя, – твёрдо сказал Люциан мрачному лицу Эстеллы.

— ...Хорошо, я буду иметь это в виду.

Плечи Эстеллы безвольно опустилось.

Увидев это, Люциан слегка улыбнулся Эстелле. В этот момент мои плечи вздрогнули, сами того не осознавая.

— Когда я видел тебя на днях, ты сказала, что трудно всегда помогать другим. И что ты хочешь жить, не заботясь ни о ком. Теперь, когда появилась такая возможность, ты должна быть счастлива.

— Я действительно сказала это, потому что у меня были трудные времена, но на самом деле я не это имела в виду.

Они просто вели небольшую беседу. Это был не первый раз, когда я видела их вместе.

Так почему же я?..

Почему в одной части моего сердца было тяжело, как будто я увидела сцену, которую не хотела видеть?

Я попыталась не обращать внимания на это чувство и отправила в рот ещё один кусочек пирога.

───── 〔✿〕─────

Несколько часов спустя мы с Эстеллой встали.

Эстелла поблагодарила Люциана, держа в руке свои записи.

— Спасибо, Люциан. Благодаря тебе, я думаю, что совершу меньше ошибок в Королевстве Себран.

— Не упоминай об этом.

Люциан спокойно ответил и посмотрел на меня.

— Ты тоже уже уходишь?

Он бросил на меня взгляд, который говорил, чтобы я не уходила, но на этот раз это не сработало.

Я ответила непоколебимым голосом:

— Да, я не могу снова ворваться и съесть ещё больше твоей еды. Я не настолько бесстыдна.

— ...Это не бесстыдный поступок. Это правильный поступок.

Я бессердечно поклонилась Люциану, который бормотал эти слова.

— Тогда я пойду своей дорогой. И, пожалуйста, подумай о том, что я просила тебя сделать раньше.

— ...Хорошо.

Люциан больше не настаивал, чтобы я оставалась. Вместо этого он выглядел печальным, как собака с опущенными ушами и хвостом.

Увидев это, я почувствовала себя плохо, но снова пришла в себя.

Он не должен был так себя вести.

Так что я покинула особняк вместе с Эстеллой.

Мы решили не брать экипаж и идти пешком. Прошло много времени с тех пор, как мы вот так вместе ходили по улице.

Я пригладила волосы, которые развевались на ветру, и спросила Эстеллу.

— Хорошо ли идёт подготовка к школе?

— Да, Его Величество приготовил большую часть, так что мне не нужно много делать самой.

Была ли ты занята или нет, я всё равно чувствовала беспокойство. Оставалось всего две недели до того, как Эстелла покинет Империю.

У неё было мало времени, чтобы подготовиться к долгой поездке.

— Однако я беспокоюсь, что священники всё ещё против этого, – сказала Эстелла, опустив брови.

Я нахмурила брови.

Когда Эстелла объявила, что собирается учиться в Королевстве Себран, многие были шокированы.

Среди них наиболее бурно отреагировали священники.

Священники единодушно выступили против обучения Эстеллы за границей.

[Святая должна защищать эту Империю, а не покидать её!]

Их сопротивление было настолько сильным, что они собрались в доме, где Эстелла лечила больных, чтобы выразить протест против её учёбы за границей.

Я стиснула зубы с сердитым выражением лица.

— Эти старики. Как долго они собираются удерживать тебя, используя твой титул Святой? Если они хотят, чтобы Святая была здесь, чтобы защитить Империю, они могут сами стать Святыми, чтобы сделать это.

Том 1 Глава 43.2

Эстелла мягко ответила на моё недовольство.

— Святые – это драгоценные существа, защищённые Богом для священников. Я понимаю, почему они беспокоятся и не хотят отпускать меня.

— Тебе нужно получать разрешение от каких-то стариков? Его Величество велел тебе идти, так что ты можешь просто игнорировать их.

— Святая не может оставить священников позади. Мне придётся убедить их, прежде чем я уйду.

Эстелла продолжила с коварным выражением лица:

— Не волнуйся, если это не сработает, я могу использовать своё последнее средство.

— Последнее средство? Какое?

Использовать свою красоту, плакать или угрожать разоблачением личной жизни священников?

Эстелла ответила с сияющим лицом:

— Если Люциан заговорит с ними, священники поймут.

Священники не прекратили бы свой протест только из-за красивых черт лица Люциана, если бы их не поколебала красота Эстеллы.

В таком случае...

— Священники боятся Лорда Кардьена?

Эстелла ответила с улыбкой.

Затем она рассказала мне о том, что произошло давным-давно.

Когда Эстелла впервые привела Люциана, священники относились к нему настороженно.

Потому что считалось, что красные глаза были прокляты дьяволом.

Но вопреки их опасениям, Люциан был хорошо воспитанным ребёнком.

Он только и делал, что ходил за Эстеллой.

Теперь, из-за этого, священники настороженно относились к Люциану.

Однако мышление священников быстро изменилось.

Эстелла опаздывала на важное мероприятие, на котором решила присутствовать в качестве Святой.

К тому времени, когда приехала Эстелла, мероприятие уже закончилось. Лица священников, которые всегда любили Эстеллу, были холодны.

Эстелла стояла, дрожа, со сжатыми руками, не в силах придумать никаких оправданий.

Священники стали ругать такую Эстеллу с суровыми лицами.

— Мы дали тебе независимость, потому что ты всегда всё делала вовремя. Но мы очень разочарованы тем, что это было первое, что произошло, как только ты покинула храм.

— Как и ожидалось, кажется, ещё слишком рано позволять тебе быть независимой. Пожалуйста, вернись в храм.

Эстелла умоляла их дать ей ещё один шанс и чтобы она никогда больше не совершала этой ошибки.

Она умоляла, потому что вся свобода будет отнята, как только она вернётся в храм.

Но священники холодно покачали головами и начали собирать вещи Эстеллы.

В этот момент появился Люциан.

Люциан встал между ней и священником, как бы защищая Эстеллу.

Эстелла не могла видеть лица Люциана, потому что стояла у него за спиной.

И священники стояли лицом к лицу с Люцианом.

Через некоторое время священники начали отступать с бледными лицами.

Как будто они наткнулись ночью на тигра.

— Священники больше не сердились на меня. Они не просили меня вновь вернуться в храм.

Конечно, даже если бы вы были священником, служащим Богу, вы бы не хотели умирать.

Священники, должно быть, почувствовали инстинктивный страх при виде глаз Люциана.

— После того дня я часто прибегала к помощи Люциана, когда становилось трудно. Всякий раз, когда появлялся Люциан, священники замолкали, – сказала Эстелла с игривой улыбкой.

Её улыбка выглядела очень расслабленной. Я также не испытывала бы никакого беспокойства, если бы Люциан всегда был на моей стороне.

Это понятно.

Эстелла, должно быть, думает, что чувства Люциана к ней были похожи на глубокую преданность или давнюю привязанность к сестре.

Его чувства к тебе не только в этом.

Привязанность Люциана к ней была гораздо серьёзнее и глубже, чем она думала.

Достаточно, чтобы у зрителя защемило сердце.

И именно поэтому я не могла принять его чувства ко мне.

Я не могу поверить, что кто-то, кто так сильно любил её, теперь любит меня... Я просто не могу поверить, что у него действительно есть ко мне чувства.

───── 〔✿〕─────

На следующий день пришёл помощник Люциана, Пол, и забрал все подарки, которые он прислал.

— Лорд Люциан сказал, что вы можете позвать его, если вам что-то понадобится.

Глядя на Пола и двадцать исчезнувших фургонов, мой отец разрыдался.

— Тебе обязательно это делать, Перния? Это жестоко. Ты жестока. Ты такая же, как твоя мать. Она сказала, что никогда не оставит меня, но она оставила меня. Какая бессердечная женщина. Она сказала, что будет жить со мной, пока её тёмные волосы не поседеют. Как она могла сделать со мной такую ужасную вещь...

Энн, стоявшая рядом с отцом, тоже выглядела озлобленной.

— Какой позор. Они все хорошо смотрелись на вас. Если бы вы пошли на банкет в них, вы бы надавали по носу тем, кто игнорировал вас, когда вы были в нужде.

Я нисколько не жалела, что сделала это.

Но что мне делать? Просить его вернуть было бы больно моей мелкой гордости.

Том 1 Глава 44.1

С тех пор я не навещала Люциана. Люциан тоже не навещал меня. И он больше не посылал мне никаких подарков.

Так продолжалось уже неделю.

— Вы сегодня так прекрасно выглядите, Мисс! Вы выглядите ещё прекраснее, чем осенние розы, и ярче, чем луна в ночном небе.

Щедрый комплимент Энн заставил уголки моих губ приподняться.

— Тогда я пойду.

В руке у меня был большой букет цветов. Они были для Эстеллы.

Сегодня тот день, когда Эстелла уедет.

Вся Империя была потрясена, внезапно узнав об учёбе Эстеллы за границей. Святая, покидающая Империю по личным делам, была неслыханным явлением.

Новость о том, что она учится за границей, наделала много шума, но благодаря власти трёх мужчин ситуация вскоре успокоилась.

[Святая – драгоценное сокровище этой Империи. Если такой человек уйдёт и если с ним что-то случится, то Империя понесёт большие потери.]

Император опроверг спор аристократа.

[Думайте о выгодах, а не о потерях. Для Королевства Себран необычно разрешать иностранцам учиться в своём национальном медицинском центре. Это возможно только потому, что она Святая. Если Святая изучит медицину Королевства Себран, наша Имперская медицина значительно продвинется вперёд. Разве это не было бы очень полезно для нашей страны?]

Аристократы держали рот на замке, когда Император сказал, что это представляет национальный интерес.

Император продолжил с кротким выражением лица.

[Если вы так беспокоитесь о Святой, вы можете использовать свои собственные деньги, чтобы нанять ей эскорт. Я не буду мешать вам собрать несколько сотен человек, чтобы охранять её.]

В случае с простолюдинами, о которых непосредственно заботилась Эстелла, их реакция была более взрывоопасной, чем у дворян.

В частности, те, кто проходил лечение, держали Эстеллу за руку с отчаявшимися лицами.

[Что, если Святая покинет нас? Мы никогда не сможем жить без Святой.]

[Ты сказала, что будешь заботиться обо мне, пока я снова не выздоровею.]

[Пожалуйста, не уходи.]

От детей до матерей, рабочих и стариков, все они цеплялись за Эстеллу с отчаянными лицами.

Карликс остановил их. Чёрные глаза Карликса пронзили их насквозь.

[Не волнуйтесь. С этого момента я лично буду заботиться о вас.]

Карликс отвечал за уход, когда Эстелла ушла.

Эстелла тоже нуждалась в заботе. И это единственное, что он мог для неё сделать.

Его прекрасное сердце было создано их любовью.

Но вопреки его искренности, люди, похоже, относились к этому по-другому.

[Мне совсем не больно!]

[Теперь всё моё тело чувствует себя хорошо!]

[Ты можешь идти куда захочешь, Святая!]

Более того, Карликс чудесным образом смог вылечить тех, кого не смогла вылечить даже Эстелла. Те, кто не мог встать с постели, теперь могли это сделать.

...Или они притворялись. (Примечание: Шутка здесь в том, что некоторые люди, возможно, всё это время симулировали свою болезнь.)

Во всяком случае, такова была ситуация с простыми людьми.

Последними остались священники, которые были самыми настойчивыми.

Они даже устроили голодовку и собрались в доме, проповедуя, что Святая никогда не должна уходить.

И то, что заставило священников замолчать, было...

Перед моим особняком стояла огромная карета и Люциан.

Люциан подошёл ко мне с улыбкой на лице.

— Давно не виделись, Леди Перния.

Моё сердце заколотилось, но я скрыла это и кивнула с надменным видом.

— Хм.

Люциан улыбнулся без малейших признаков неудовольствия моим коротким ответом.

— Тогда пошли.

Его лицо, когда он провожал меня в карету, было самым чистым.

Он выглядел таким безобидным, как будто не убил бы даже муху, жужжащую у него в ухе.

Но я знала, каким страшным он может быть, чтобы защитить что-то дорогое для него.

Сидя в карете, я спросила застенчивым голосом:

— Вчера я получила известие от Эстеллы. Священники, которые упорно выступали против обучения Эстеллы за границей, пришли и пожелали ей счастливого пути. Эстелла была очень счастлива, что теперь она может спокойно уехать.

— Какое облегчение.

Я прищёлкнула языком, услышав ответ Люциана. Как будто он не имел к этому никакого отношения.

— Я слышала, что священники изменили своё мнение после того, как ты посетил их. Как тебе удалось переубедить этих старичков? Ты достал свой меч и угрожал им?

Брови Люциана приподнялись, как будто он не мог поверить в то, что я только что сказала.

— Я бы не поступил так невежливо со священниками.

— Тогда что ты сделал?

Люциан ответил с обеспокоенным лицом.

— ...Просто посмотрел на них. Недолго.

Я посмотрела в глаза Люциану.

Как могут такие красивые красные глаза быть пугающими? Я могла думать только о рубинах, когда смотрела на них.

Я не могла себе этого представить, но я могла в это поверить.

Поскольку он мог убить человека взглядом, это означает, что он, должно быть, делал это десятки раз.

Для Эстеллы.

— ...Леди Перния, что случилось?

— Что?

— Ты выглядишь сердитой.

— Нет, это не так.

— ...

Я коротко ответила и отвернулась к окну. Я почувствовала, что Люциан с тревогой смотрит на меня, но я проигнорировала это.

Том 1 Глава 44.2

У меня в голове крутились самые разные мысли.

Я сказала ему перестать посылать мне подарки, но он не должен был останавливаться сразу. Если он действительно хотел продолжать посылать мне подарки, ему следовало возразить.

И... Хотя он и послушался, когда я сказала ему забрать всё обратно, он не должен был делать этого на следующий день. Как он мог так быстро забрать то, что уже дал мне? Если он действительно не хотел забирать всё обратно, он должен был что-то сказать.

И как он может не связываться со мной, хотя я тоже не связывалась с ним? Он приходил всё время, даже когда я говорила ему не делать этого.

И он дважды встречался с Эстеллой.

Мысль об этом всё ещё злила меня.

Ты сказал, что я тебе нравлюсь!

Что ж, даже если бы я не вернула их, тебе не нужно дистанцироваться, глупый ты человек!

— Леди Перния, вы тут?..

— !..

Я пришла в себя, когда услышала его мягкий голос.

В последние несколько дней я часто теряюсь в своих мыслях.

Придя в себя, я сморщила брови от стыда.

Сначала я подвела черту, потому что не была уверена в нём, а теперь обвиняю его в том, что он дистанцировался.

Ты дура, Перния.

Я крепко зажмурила глаза и открыла их.

Люциан смотрел на меня с очень обеспокоенным выражением лица.

— С тобой всё в порядке? Ты плохо себя чувствуешь?

— Я в порядке. Эстелла ждёт нас. Пошли.

Мне удалось сдержать выражение своего лица и привести в порядок одежду.

Люциан посмотрел на меня с обеспокоенным лицом и открыл дверцу кареты.

Я взяла Люциана за руку и шагнула в густой лес.

Эстелла и Карликс стояли на лесной тропинке. Они вдвоём держались за руки. Они выглядели как хорошо подобранная пара влюблённых.

Эстелла, которая ухмылялась чему-то, сказанному Карликсом, посмотрела в нашу сторону и лучезарно улыбнулась.

— Мисс Ния! Люциан!

— Мы не опоздали, да?

— Нет. Спасибо вам за то, что проделали весь этот путь сюда.

— Не говори так. Я хотела проводить тебя.

Королевство Себран славилось своей придирчивостью к иностранцам. Дворяне не могли получить разрешение на въезд в страну в течение двух недель.

Я посмотрела на Карликса, который был приклеен к Эстелле, как жвачка.

— Вам удалось получить разрешение на въезд из столь строгой страны.

— Я Наследный Принц. Кто посмеет преградить мне путь?

Он притворяется крутым.

Если они не дадут ему разрешение на въезд, им придётся готовиться к войне.

Что ж, это хорошо для Эстеллы.

Благодаря суете Карликса Эстелле не пришлось далеко уезжать одной.

Эстелле было бы легче приспособиться к Королевству Себран, если бы Карликс был с ней, даже если ненадолго.

Прежде всего, учитывая, что Наследный Принц Империи так дорожил ею, никто в Королевстве Себран не посмел бы обращаться с Эстелле так, как им хотелось.

Благодаря ему я смогла отослать Эстеллу без особого беспокойства.

Я протянула Эстелле букет, который держала в руках.

— Береги себя и возвращайся целой и невредимой.

Вскоре в круглых глазах Эстеллы появились слёзы. Эстелла улыбнулась, держа в руках букет белых цветов, похожих на неё саму.

— Спасибо, Мисс Ния.

— Ты упаковала много бумаги?

— Да. Я буду писать тебе письмо раз в неделю.

Отъезд Эстеллы в далёкое место был прискорбным, но не печальным событием.

Потому что Эстелла уезжает, чтобы осуществить свою мечту.

Эстелла многое увидит, услышит и испытает в этом мире.

Этого не было в оригинальном романе.

Эта версия мне понравилась гораздо больше.

После нашего тёплого прощания настала очередь Люциана.

Эстелла улыбнулась, глядя на Люциана.

— Люциан, ты всегда был тем, кто уходил, а я бы осталась, но на этот раз всё наоборот.

— Я знаю.

— Говорю тебе сейчас, но я была немного расстроена тем, что ты всегда уходил, не написав мне ни единого письма и не попрощавшись, – сказала Эстелла, нахмурившись, как будто она, наконец, сказала правду.

— ...Я не хотел заставлять тебя беспокоиться обо мне, – сказал Люциан, опустив брови.

Это ложь.

Если бы ты увидел лицо Эстеллы, тебе бы не захотелось уходить.

Эстелла наивно поверила его наглой лжи.

— Да, но я была расстроена. Однако я собираюсь простить тебя за это. Потому что ты пришёл проводить меня сегодня.

Эстелла игриво улыбнулась ему. Это было выражение, которое она показывала только тем, кто ей действительно нравится.

Люциан расхохотался, глядя в лицо Эстелле.

— Тогда счастливого пути.

Это было обычное прощание.

Я не должна ничего чувствовать от этого.

Вот почему даже Карликс, воплощение ревности, остался на месте.

Но...

Почему я отдёрнула руку Люциана?

Как будто я не хотела, чтобы он больше смотрел на Эстеллу, и чтобы он оставался рядом со мной.

Том 1 Глава 45.1

Глаза Люциана расширились, и он посмотрел на меня.

Эстелла сделала то же самое.

Я запоздало пришла в себя, увидев их реакцию.

У-упс.

Я должна была найти оправдание.

Я заикалась в подвешенном состоянии, держа Люциана за руку.

— Ум-м... это... мои руки были немного холодными, – сказала я, когда солнечный свет лился мне на голову.

Любой мог бы сказать, что это чепуха.

К счастью, Люциан не указал на мою глупость. Эстелла сделала то же самое.

Эстелла засмеялась и сказала:

— Как бы я ни была занята, я вернусь на твою свадьбу. Поэтому, пожалуйста, сообщи мне хорошие новости как можно скорее.

Эстелла сказала что-то вроде «ангел любви, пожалуйста, благослови нас на свадьбу» и ушла со своим щенком – я имею в виду – со своим возлюбленным Карликсом.

Прежде чем я поняла это, я и Люциан были единственными, кто остался в лесу.

Я не могла смотреть на Люциана.

Я была смущена до смерти.

За то, что ревновала к отношениям между Эстеллой и Люцианом и придумывала нелепые оправдания.

Но мы не могли оставаться в таком состоянии всё время. Я огляделась и медленно убрала свою руку с его ладони.

Но его рука снова сжала мою. Он не просто взял её без энтузиазма, как я. Он крепко переплёл свои пальцы с моими.

— !..

Мои глаза расширились, и я посмотрела на Люциана.

— У меня тоже немного замёрзли руки, – сказал Люциан.

— !..

— Ты можешь подержать меня за руку ещё немного?

Его серебристые ресницы затрепетали. Его красивое лицо покраснело до кончиков ушей.

Тем не менее, его рука, державшая мою руку, была твёрдой.

Как будто он никогда не хотел отпускать мою руку.

Я посмотрела на Люциана со сложным выражением лица и открыла рот.

— Лорд Кардьен, то, что я сказала ранее, было ложью. Я не хотела твоих рук, потому что мои были холодными. Я просто не хотела, чтобы ты смотрел на Эстеллу.

Глаза Люциана расширились, как будто он услышал что-то неожиданное.

— Разве я не сказал тебе в тот день, когда признался? У меня есть только одна дама в моём сердце. У меня больше нет никаких чувств к Эстелле, – сказал Люциан с оскорблённым лицом.

— Я знаю, но я не могу смириться с тем фактом, что я тебе так легко понравилась! Что я могу сделать, кроме как сомневаться в этом!

Я была просто злодейкой второго плана, а не исполнительницей главной женской роли.

Я не была такой милой, как Эстелла, и у меня не было выдающейся личности.

Я не похожа на ту Эстеллу, которая спасла Люциана.

Мне было нелегко поверить, что я ему нравлюсь.

Поэтому я оттолкнула его.

Я оттолкнула его один раз, он снова набросился на меня. Когда я оттолкнула его во второй раз, он набросился на меня в третий раз.

Так что, если он подойдёт ко мне в десятый раз, я притворюсь проигравшей и приму его чувства...

— Ты не должен притворяться, что между нами есть грань или что ты никогда не признавался. У мужчины должна быть выдержка!

Люциан объяснился со смущённым выражением на лице в ответ на мой сердитый выговор.

— Я просто не хотел, чтобы Леди меня ненавидела, поэтому я не хотел делать ничего такого, что тебе не понравилось бы. Я был осторожен.

— Я никогда не буду ненавидеть тебя, так что ты можешь просто делать всё, что мне может не понравиться!

В этот момент он потянул меня за собой. Люциан, который держал меня в своих широких объятиях, сказал:

— Я хотел обнять тебя вот так.

— !..

Люциан наклонил голову, приблизил губы к моему уху и прошептал:

— Ты мне нравишься.

Его холодный голос проник в мои уши.

— Я хотел сказать вот что. И...

Люциан замолчал. Он просто крепко обнял меня, как будто пытался что-то подавить.

— Что ещё? – пробормотала я в его объятиях.

— Ну...

Люциан смущённо наморщил брови.

Ах, это неприятно.

В конце концов, я не выдержала, схватила его за затылок и притянула к себе. Его лицо приблизилось к моему.

Его губы встретились с моими.

Мне показалось, что в рот попали свежие сливки, приготовленные с небес.

Это был самый сладкий поцелуй в мире.

Я размышляла:

Это так приятно. Почему я была такой дурой?

Я не главная героиня любовного романа.

Не в моём характере было бояться истинных чувств этого человека или быть настолько не в себе, не осознавая своих собственных чувств.

Я прошептала на ухо Люциану.

Голосом более сладким, чем у него, когда он шептал мне.

— С сегодняшнего дня мы встречаемся.

───── 〔✿〕─────

Тёплое солнце, осенний ветерок, пение птиц, звенящее в ушах, всё было так прекрасно.

Даже моё отражение в зеркале.

Одетая в тёмно-розовое платье и шляпку, украшенную фрезиями, я была похожа на кого-то с картины.

Мой макияж выглядит особенно хорошо.

Я сказала Энн с довольной улыбкой:

— Ты сказала, что тебе нужны какие-то аксессуары для волос, не так ли? Я куплю тебе несколько красивых аксессуаров, если найду их.

— Правда?

— Да, Энн всегда усердно работает для меня. Ты заслуживаешь награды.

— Моя Госпожа!

Энн прикрыла рот рукой с эмоциональным выражением лица.

— Я пойду.

Я улыбнулась Энн и вышла из комнаты.

Я столкнулась с отцом, когда спускалась по лестнице.

— Перния, ты собираешься сегодня снова встретиться с Лордом Кардьеном? – спросил мой отец с довольным выражением лица.

— Да.

Том 1 Глава 45.2

— Как прекрасно. Ты напоминаешь мне о свидании, которое у меня было с твоей матерью. Она всегда говорила, что мы можем пойти туда, куда я хочу пойти. А потом, если ей это не понравится, она вырвет мне язык. Она всегда была так мило одета. Я немного испугался её, когда мы пошли в выставочный зал оружия. Пистолеты, ножи, пушки. Мы смотрели на подобные захватывающие вещи, но на её лице было презрительное выражение. Она накричала на меня за то, что я не знаю вкуса Леди.

Мой отец, который что-то энергично лепетал, почувствовал что-то странное и замолчал.

— Почему ты сейчас такая тихая? Обычно ты игнорировала меня и исчезала, – спросил меня отец с неловким выражением лица, когда я сложила руки вместе.

— Ох. Это потому, что ты рассказываешь мне такую интересную историю.

Я не шутила.

Даже болтовня моего отца, которую мне надоело слушать, казалась мне милой.

Я улыбнулась отцу.

— Пожалуйста, позволь мне услышать больше, отец.

— !..

Мой отец скривил лицо, как будто увидел что-то, чего не должен был видеть, и отступил назад.

— Т-ты опоздаешь, если услышишь ещё что-нибудь. А теперь отправляйся своей дорогой.

— Да, я пойду.

Я вежливо поклонилась и попрощалась.

Я отвернулась от своего бледного отца и вышла на улицу.

Там стояла блестящая новая карета, а не старая, в которой я ездила каждый день (которая выглядела прекрасно снаружи, но заставляла мою задницу гореть после каждой поездки).

Это был подарок от Люциана мне.

[Я не хочу, чтобы у Леди и дальше болела пятая точка. Я надеюсь, что отныне ты будешь пользоваться этой каретой, потому что сиденья в нём мягче облака.]

Как он и надеялась, поездка в карете была превосходной.

Поездка в карете, сделанной лучшим плотником, – это совершенно другой опыт.

Лучшие кресла из овчины удобно обтягивали мои бёдра и талию, а замысловатые колёса вращались, как текущая вода.

Тем временем карета ехала довольно быстро, так что я прибыла на место очень скоро.

— Спасибо. Это было быстро.

Я сказала это кучеру с сияющей улыбкой.

Когда я вышла из кареты, то подошла к очень красивому зданию, оперному театру, одному из самых красивых зданий в столице.

Среди белого мраморного пола и десятков статуй стоял Люциан, выглядевший так же красиво, как Бог.

Одетый в белый костюм, со сверкающими серебристыми волосами, он посмотрел на свои карманные часы, как на произведение искусства.

Женщины вокруг поглядывали на него. Некоторые люди даже забыли о своих манерах и откровенно пялились на него.

Хотя взгляды женщин были немного тревожными, моё сердце было спокойно, как весенний день.

Что ж, я их понимаю. Это инстинкт человека – смотреть на красивые вещи.

К сожалению, однако, всё, что им было позволено делать, это смотреть на него.

Я была единственной, кто мог подойти к нему и позвать его по имени.

— Люциан.

Люциан повернул голову на мой голос и улыбнулся.

— Ния.

Как только я услышала его голос, называющий моё прозвище, мои губы сами того не осознавая поползли вверх.

Теперь мы называем друг друга по имени.

У нас больше не было просто политической ангажированности. Теперь у нас были романтические отношения.

Я подкралась к Люциану.

— На этот раз я пыталась не заставлять Люциана ждать, но снова потерпела неудачу. Как давно ты здесь?

— Я только что пришёл.

Ложь. Может быть, он ждал меня уже долгое время.

Так было с нашего первого свидания.

[Почему ты всегда приходишь так рано каждый раз? Это заставляет меня чувствовать себя плохо.] – сказала я ему, который пришёл слишком рано для третьего свидания.

[Потому что мне нравится ждать тебя... Если тебе от этого неудобно, в следующий раз я постараюсь просто прийти вовремя.] – сказал Люциан с опущенным взглядом.

Вместо того, чтобы ругать его, как я делала раньше, я вложила свою руку в его крепкую руку.

— Пойдём.

Лицо Люциана стало невероятно красным в первый день, когда я вот так скрестила наши руки.

Я чуть не расхохоталась от того, как он нервничал.

Я думаю, теперь он к этому привык, потому что он уже не такой красный, как тогда.

У него только немного покраснели уши.

Мило.

Я мысленно представила, как кусаю его за уши, когда мы входим в зал.

Сегодняшнее представление было популярной пьесой в столице.

Название пьесы «Неразделённая любовь Графа Батуса».

Секрет популярности этой работы не заключался ни в режиссуре, ни в рассказывании историй. Это был Пью, актёр, сыгравший главную мужскую роль.

Пью был красивым мужчиной с тёмно-зелёными волосами и белой кожей.

Если такой красивый мужчина пел серенаду о тоске по женскому сердцу, женщины, наблюдавшие за спектаклем, не могли не влюбиться в него.

Как только он опустился на колени и запел песню во время кульминации, многие женщины схватились за грудь. Там была женщина, которая подняла мизинец, коснулась лба и потеряла сознание.

Но на меня это не произвело удивительного впечатления.

Я знаю, что теоретически он красив, но почему я ничего не чувствую? У меня проблемы со зрением?

Том 1 Глава 46.1

Когда я из любопытства уставилась на сцену, то почувствовала на себе жгучий взгляд.

Когда я повернула голову в направлении взгляда, я издала тихий вскрик.

Лицо Люциана сияло очень ярко.

Ах, мои глаза!

Только тогда я поняла, почему я не чувствовала того же, что и другие, когда увидела Пью.

Это была не проблема со зрением.

Когда рядом со мной столь удивительно красивый мужчина, мои глаза просто имеют более высокие стандарты.

Какое облегчение.

В отличие от меня, которая почувствовала облегчение, Люциан пробормотал с серьёзным лицом.

— Если бы я знал, что речь идёт об этом, мы бы не пришли.

Потом он посмотрел на меня и спросил:

— ...Этот актёр крут в глазах Нии?

Ого, ого, он что, ревнует меня прямо сейчас?

Если я отвечу «да», это заставит его почувствовать, что он роет яму.

— Вовсе нет. По сравнению с Люцианом, этот человек просто ка... – сказала я, едва сдерживая желание обнять его.

Нет, он не кальмар.

Я исправила свои слова в отношении красивого мужчины.

— Он просто обычный человек с двумя глазами, носом и ртом.

Губы Люциана дрогнули, и он лучезарно улыбнулся.

В моих глазах мой парень был лучшим мужчиной в мире!

───── 〔✿〕─────

Мы ходили на свидание каждый день.

В художественной галерее, в библиотеке, в парке, в цветочном саду, перед замком, в лесу, на озере, на тренировочной площадке, на улице, в кондитерской.

Интересно было то, что чем больше мы встречались, тем труднее становилось отделяться друг от друга.

Вчера было так же.

Люциан отвёз меня обратно домой около заката. Было бы не весело, если бы мы просто попрощались и продолжали разговаривать, пока не стало бы слишком поздно.

Из-за него я заснула позже обычного.

Я опять проспала. Ах, я просто хочу повидаться с Люцианом... Какого чёрта я должна идти на этот банкет?

Я сидела перед своим туалетным столиком с сонным лицом.

В отличие от меня, чьё лицо было в беспорядке, Энн была возбуждена.

— Давненько у нас не было банкета. Это возможность выставить на посмешище тех, кто вас игнорировал!

Сотни коробок заполнили комнату. Это были подарки, которые недавно прислал Люциан.

Десятки платьев, украшений, обуви и аксессуаров.

Там было огромное количество предметов, и каждый предмет шёл в комплекте.

Это привело Энн в восторг.

Это была лучшая обстановка для Энн, у которой было всего несколько платьев и старых украшений, чтобы нарядить меня.

— Красное платье от шанель и подчеркнуть его рубиновым ожерельем-амулетом?

Энн покачала головой, подумав об этом.

— Это простое чаепитие, так что это будет слишком выделяться. Если мы подберём несколько бриллиантов к платью цвета слоновой кости, я буду выглядеть элегантно и достойно.

Энн снова покачала головой.

— Но не слишком ли это скромно? Вы хорошо смотритесь в более модных стилях.

Я ответила с гримасой раздражения на лице.

— Я просто должна надеть что-то достаточно хорошее, чтобы меня не критиковали. Я же не иду на свидание с Люцианом.

С тех пор как я встала на сторону Эстеллы на церемонии моей помолвки, я отдалилась от своих сверстников.

Вдобавок ко всему, банкет в честь дня рождения Наследного Принца сделал мои отношения с вдовствующей Императрицей неловкими.

Очевидно, с того дня я не посещала светских мероприятий.

Она всеобщий враг.

Если бы это был обычный банкет в Императорском Дворце, я бы не пошла.

Я действительно хочу симулировать болезнь, чтобы мне не пришлось ехать, но если я это сделаю, у моего отца будут неприятности.

Я вздохнула и задумалась.

Я буду есть торт в углу и тихо сидеть.

Если аристократ, который ценит своё достоинство, затеет спор, то дело ограничится обменом несколькими словами.

Я не буду рвать на себе волосы, если они скажут, что я им не нравлюсь. Если я просто позволю словам вылетать из одного уха и вылетать из другого, тогда со мной всё будет в порядке.

Я посмотрела в зеркало и начала делать макияж. Энн с взволнованным лицом расчесала мне волосы.

───── 〔✿〕─────

После долгих раздумий (со стороны Энн) я прибыла в Императорский Дворец в фиолетовом платье от шанель и изумрудном ожерелье.

Я сделала один шаг, два шага в туфлях, усыпанных бриллиантами, и приняла решение.

Я уверена, что отношение всех ко мне изменится, как только я войду в банкетный зал. Это самый распространённый способ для аристократических женщин мучить людей.

Ни на что не реагируй, просто ищи место.

Чем выше ранг семьи или социальное положение человека, тем больше внимания будет уделяться его столу, который, скорее всего, находился в центре банкетного зала. Место, к которому я стремилась, было прямо противоположным этому.

Если я не найду его, я буду стараться ещё больше, независимо от того, существует оно или нет, это будет моё место!

Я просто хотела сидеть там и есть всевозможные десерты.

Банкетный зал был потрясающе красив, но пирожные, приготовленные кондитерской «Империал», были самой вкусной частью.

Я вошла в банкетный зал с таким тщательным планом.

Как и ожидалось, как только я вошла, воцарилась тишина. Женщины, которые пришли первыми и уже были вовлечены в дискуссию, все дружно посмотрели на меня.

Том 1 Глава 46.2

Это случилось тогда, когда я проигнорировала их взгляды и пошла искать место, чтобы сесть.

— Вы наконец-то приехали, Леди Перния!

— Прошло много времени с тех пор, как вы показывали своё лицо. Я так по вам скучала!

Я была ошеломлена видом женщин, спешащих ко мне с улыбками.

Ч-что? Что происходит?

Это было похоже на то, как Перния доминировала в обществе до моего прихода. Нет, они полны большего энтузиазма, чем раньше.

Женщины, окружившие меня по кругу, начали говорить мне комплименты с лицами, полными восхищения.

— Я слышала, вы получили целых двадцать платьев от шанель. Вижу, вы сейчас носите одно из них. Оно такое красивое.

— Ожерелье и серьги – изумруды, верно? Такие яркие драгоценности не продаются просто так. Они так хорошо сочетаются с цветом глаз Леди.

— Леди Перния всегда была прекрасна, но сегодня она сияет ещё больше. Это потому, что вас любит ваш жених, да? Я так завидую.

Только тогда я поняла.

Почему их отношение ко мне так сильно изменилось.

Это из-за Люциана.

Люциан был добр ко мне раньше. Хотя, похоже, это была не более чем вежливость по отношению к политической невесте.

Но в эти дни Люциан был совершенно другим.

Он покупал мне подарки в стольких магазинах, что многие начали говорить, что всё состояние Кардьена было потрачено впустую. Кроме того, он встречался со мной и ходил со мной на долгие свидания каждый день.

В столице не было никого, кто не знал бы, что Люциан без ума от меня.

Я была не из тех, от кого они могли легко отмахнуться, поскольку меня горячо любил Люциан, лучший рыцарь в Империи, самый доверенный подданный Императора, и который недавно получил титул начинающего магната (благодаря алмазной шахте, найденной в его поместье).

Вместо того, чтобы игнорировать её, я должна подойти к ней поближе и выпить немного этой соевой воды!

(Примечание: Соевая вода – это корейская идиома, обозначающая богатство.)

Возможно, многие женщины изменили своё мнение обо мне с этой мыслью.

На лицах женщин не было враждебности. Были только улыбки, яркие, как цветы. Улыбки капитализма.

Я горько улыбнулась.

Я так и знала. Эта игровая площадка очень жестока.

───── 〔✿〕─────

Я вновь стала светским цветком.

Бесчисленное множество женщин окружали меня и делали мне комплименты.

Эти люди всегда игнорировали меня до недавнего времени, поэтому я подумала, что должна выслушать то, что они хотели сказать, и дать им шанс, но они потерпели неудачу.

— Я видела Лорда Кардьена и Леди Пернию вместе в магазине одежды и подумала, что вы двое действительно хорошо смотритесь вместе. Вы двое были похожи на брак, заключённый Богиней.

— Цвет его глаз хорошо сочетается с вашими. Красные глаза и зелёные глаза похожи на клубнику в весенний день.

Ха-ха, девочки. Вы слишком хорошо знаете мой вкус.

Для меня, находившейся в самом разгаре отношений, не было ничего лучше, чем услышать слова о том, что мы с ним хорошо ладим.

У меня сводит скулы от их медовой лести.

В любом случае, смотреть в их мягкие и улыбающиеся глаза было приятнее, чем в глаза моих врагов.

Конечно, не все женщины были на моей стороне.

Я взглянула на другую сторону.

Там была группа женщин, в центре которой находилась вдовствующая Императрица.

Она была хозяйкой этого банкета, и она, имевшая здесь самый высокий ранг, даже не посмотрела на меня.

Из-за того, что она приставала ко мне на вечеринке по случаю дня рождения Наследного Принца и получила нагоняй.

Она ведёт себя тихо и не затевает сорру. Должно быть, это было шоком – узнать, что Эстелла и Люциан на моей стороне.

Это было хорошо для меня.

Поскольку вдовствующая Императрица хранила молчание, я немного поболтаю перед уходом.

Потягивая чай, я встретилась взглядом с Эрикой, которая сидела рядом с вдовствующей Императрицей и вела себя нахально.

Эрика пожала плечами и подняла глаза. Как будто она столкнулась с врагом.

Она всё та же.

Должно быть, я недооценила Эрику.

Я думала, что она трусливый человек, который беспокоит других только тогда, когда они слабы, но её поза не изменилась, даже когда она сейчас смотрит на меня.

Она была женщиной неожиданной твёрдости духа.

Эрика что-то сказала Императрице и подошла ко мне.

— Леди Перния. Давно не виделись.

— Верно.

Мы с Эрикой улыбнулись друг другу. Но это было не искренней улыбкой.

Тот, кто нахмурится, проиграет.

Это была битва между двумя благородными женщинами.

Те, кто выиграет эту битву, займут первое место в обществе, а те, кто проиграет, будут выброшены в укромный уголок и станут изгоями.

Женщины вокруг заметили эту битву, сглотнули и повернулись, чтобы посмотреть на нас.

Эрика нанесла первый удар.

— Леди Перния. Я слышала, что вы с Лордом Кардьеном ходили на свидания во многих местах. У вас двоих, похоже, очень хорошие отношения.

— Всё так.

Я, нисколько не колеблясь, подтвердила то, что она сказала.

— Лорд Кардьен из низшего класса простых людей. А вы – дочь семьи Маркизов. Удивительно, как вы двое так хорошо ладите. Это значит, что ваша любовь настолько глубока, верно? – сказала Эрика с улыбкой.

Ты осмеливаешься упоминать прошлое Люциана?

Том 1 Глава 47.1

Это было неудачной атакой.

Женщины вокруг меня вмешались прежде, чем я успела что-либо опровергнуть.

— Леди Эрика. Лорд Кардьен – очень элегантный мужчина. Если вы поговорите с ним, вы даже не почувствуете, что он из низшего класса.

— И что с того? Вот почему Лорда Кардьена уважают ещё больше. Он добрался туда, где находится сейчас, лишь благодаря своим навыкам.

Эрика нахмурила брови после того, как я начала свою первую атаку.

Как тебе?

Я продолжила свою атаку.

— Поскольку вы упомянули об этом, это означает, что у Леди Эрики должны быть очень хорошие отношения со своим женихом. Лорд Гартиан, жених Леди, из исторически престижной семьи.

— Конечно, дворян лучше всего понимают дворяне.

Эрика ответила, как бы напоминая мне о своей точке зрения.

Недавно она была помолвлена с высокопоставленным Маркизом Гартианом, и именно поэтому она стала такой смелой.

Она довольна тем фактом, что помолвлена с таким великим человеком, но как долго она ещё сможет улыбаться по этому поводу?

— Понимаю. Тогда вы с большим сердцем поймёте, почему Маркиз Гартиан не так давно наслаждался тайной встречей со своей горничной. Дворян лучше всего понимают дворяне, – сказала я с широкой улыбкой.

Маркиз Гартиан был человеком из достойной семьи, но он также был известным флиртовщиком.

Он встретится с другой женщиной, даже если у него есть невеста.

Другими словами, он просто бесполезный леденец для глаз.

Лицо Эрики побледнело.

Но она не собиралась отступать. Она попыталась сохранить улыбку на лице и набросилась на меня.

— Если подумать, наряды Леди Пернии слишком роскошны. Я слышала, Лорд Кардьен купил всё для вас. Так свободно тратить деньги своего жениха, когда вы ещё не женаты... Это немыслимо.

Она хочет обвинить меня в том, что я расточаю деньги моего мужчины.

Но она всё неправильно поняла.

— Ох, вы ошибаетесь. Я не тратила его деньги, Люциан тратил их по собственному желанию. Если бы я сказала ему покупать столько, сколько он хочет, на этой улице не осталось бы ни платьев, ни украшений.

Я опустила брови и рассмеялась.

— Из-за этого я подумывала о том, чтобы принести кое-что на этот благотворительный базар. У меня много шкатулок с драгоценностями и платьев, которыми я ещё не пользовалась. Люди, которым это нужно, могут купить их по низкой цене, я могу уменьшить свой багаж, и я могу использовать вырученные средства для бедных, так что я убью трёх зайцев одним выстрелом.

Женщины вокруг меня захлопали в ладоши.

— Это отличная идея.

Они не могли не обрадоваться, услышав, что у них будет возможность приобрести высококачественную продукцию по хорошей цене.

Эрика стиснула зубы.

Итак, что ещё она может сказать? Я готова ко всему.

Эрика посмотрела на меня решительным взглядом и сказала:

— Лорд Кардьен известен своей красивой внешностью. Поскольку Леди Перния – его невеста, вы знаете о красоте Лорда Кардьена, верно?

— Конечно!

Я без колебаний кивнула в ответ на её слова. С тех пор, как мы начали встречаться, возможность с гордостью оценить его лицо была одной из моих самых больших радостей в жизни.

— Независимо от того, насколько кто-то красив или крут, если я вижу его каждый день, я в конце концов привыкну к его красоте, и моя признательность к нему притупится. Но Люциан совсем не такой. Несмотря на то, что я вижу его каждый день, ему каждый раз удается меня удивить. Он такой красивый.

У Эрики было гнилое выражение лица, как будто она услышала что-то, чего не хотела слышать, но вскоре взяла себя в руки и сказала:

— Понятно... Но с вашей стороны было жестоко описывать Пью, самого известного актёра в Империи, как обычного человека.

Хах? Разве мы только что не говорили о Люциане? Почему она вдруг упомянула Пью?

Я бросила на Эрику смущённый взгляд. Эрика говорила самым противным голосом в мире.

— Не так давно Леди смотрела выступление Пью с Лордом Кардьеном, верно? В то время несколько человек слышали, как Леди говорила это о Пью Лорду Кардьену. Все присутствующие были большими поклонниками Пью, поэтому все они были очень расстроены.

Как и сказала Эрика, я действительно сказала это в то время. Я думаю, что мой голос стал немного громким, потому что я была слишком взволнованна.

Однако я удержалась от того, чтобы сказать что-нибудь ещё, потому что люди вокруг нас смотрели на меня со страшным выражением лица.

Поэтому я думала, что этот инцидент просто пройдёт мимо ушей.

Но Эрика, похоже, этого не хотела.

Где, чёрт возьми, она это услышала? И зачем упоминать об этом сейчас?

В заключение, её атака была успешной. Лица женщин, окружавших меня, в одно мгновение стали холодными.

Как будто это было правилом – не прощать никого, кто оскорбил идола, который им нравится.

Даже если это тот, перед кем ты хотел хорошо выглядеть.

В этот момент я стала врагом каждой женщины в банкетном зале.

Вдовствующая Императрица, сидевшая далеко, смотрела на меня особенно страшными глазами. Этот взгляд отличался от того, который я видела на банкете в честь дня рождения Наследного Принца.

Потому что она была большой поклонницей Пью.

Ходили слухи, что она была главой тайного фан-клуба Пью.

Мои руки вспотели.

Том 1 Глава 47.2

И как мне выжить в этой ситуации?..

Должна ли я отрицать, что когда-либо говорила это?

Нет, если я буду это отрицать, все, кто там был, начнут говорить об этом, и меня заклеймят как лжеца.

Или же мне следует сказать, что это была ошибка? Что я просто пыталась сделать комплимент Люциану? И громко кричать, что Сэр Пью – самый красивый парень в мире?

Это было самое простое решение, но слова не выходили у меня изо рта.

...Потому что это неправда.

Мой Люциан был самым красивым мужчиной в мире!

По сравнению с Люцианом Пью был просто человеком с некоторыми симпатичными чертами лица.

Эрика заметила мою решимость и подтолкнула меня.

— Я думаю, вы это имели в виду, раз сейчас ничего не сказали.

Ах, неважно.

Я придерживаюсь своей веры, даже если они начнут издеваться надо мной за это!

Я не отрицала того, что сказала Эрика. Эрика победно улыбнулась моей реакции.

— Ха-а, каким бы красивым ни был Лорд Кардьен, вам не следовало...

Глаза Эрики расширились, и она замолчала.

Не только она, но и все женщины, которые смотрели на меня с угрожающими взглядами, также расширили свои глаза и рты.

Что происходит?

Я повернула голову туда, куда они смотрели.

Вскоре у меня не было другого выбора, кроме как сделать то же самое, что и они.

Потому что там был Люциан.

Под ярким солнечным светом Люциан стоял, держа в руках маленькое тёмно-зелёное оливковое деревце.

Видеть Люциана с маленьким деревцом в руке было всё равно что наблюдать сцену из сказки.

Но он направлялся не ко мне, а к вдовствующей Императрице.

Люциан, стоявший перед застывшей Императрицей с открытым ртом, приветствовал её с изяществом.

— Люциан Кардьен, приветствует бабушку благородного Наследного Принца. Как у вас дела?

Его чистый голос эхом разнёсся в неподвижной тишине. Вдовствующая Императрица, которая была не совсем в сознании, заикаясь, спросила:

— Ч-что привело вас сюда?

Сегодняшний банкет был собранием Королевской семьи и знатных дам.

Иногда приходил и мужчина.

И этот человек мог быть либо мужем, который не хотел разлучаться со своей женой, либо отцом, который необычайно беспокоился о своей дочери.

Конечно, их бы выгнали за то, что они помешали женским сплетням.

Императрица нахмурилась, вспомнив что-то.

— Это из-за вашей невесты? Вы думаете, я снова буду приставать к ней?

Вскоре лицо вдовствующей Императрицы наполнилось гневом.

Конечно, она рассердилась. Её отругали за то, что она приставала ко мне на вечеринке по случаю дня рождения Наследного Принца, потому что Люциан пошёл к Императору и заставил его сделать это.

Императрица ещё не забыла унижения, вызванного этим.

Попробуй ещё раз приставать к моей невесте, пока я на её стороне. Я не позволю этому ускользнуть.

Она почувствовала его твёрдую решимость.

Но то, что сказал Люциан, было далеко от того, что она ожидала.

— Нет, я здесь, чтобы увидеть вдовствующую Императрицу.

— ...Меня?

Неожиданный ответ заставил вдовствующую Императрицу моргнуть. Люциан улыбнулся и кивнул.

— Да, я слышал, что вы были ранены тем, что произошло на днях. Я сделал это, потому что забочусь о своей невесте, поэтому, пожалуйста, проявите к нам свою щедрость.

Если вы хорошенько подумаете над словами Люциана, он не размышлял о том, что произошло в тот день. Он даже не сожалел.

По сути, он говорил вдовствующей Императрице взять себя в руки.

Эти слова могли бы вызвать ещё большее недовольство вдовствующей Императрицы. Но вдовствующая Императрица не рассердилась.

Потому что Люциан протянул оливковое деревце и улыбнулся такой прекрасной улыбкой, какой просто не могло быть.

Оливковое масло символизирует мир.

Как и его название, он улыбнулся улыбкой, которая, казалось, очистила весь гнев и печаль в мире.

Вдовствующая Императрица молча посмотрела на Люциана.

Через некоторое время вдовствующая Императрица протянула руку и взяла растение, которое протянул Люциан.

Она не просила горничную сделать это за неё.

— С тех пор, как вы об этом попросили. Я постараюсь. Нет ничего хорошего в том, чтобы ссориться с Лордом Кардьеном.

Вместо того чтобы сказать что-нибудь бессердечное, уши вдовствующей Императрицы покраснели. Её острые глаза тоже расслабились.

Я поняла, когда она сделала это лицо.

Люди выглядели так в тот момент, когда становились фанатами. Я знаю, какое лицо делают люди, когда видят кого-то, кому они продали бы свою душу.

Том 1 Глава 48.1

Вдовствующая Императрица прижала к себе оливковое деревце и сказала:

— Если подумать, я с вами никогда спокойно не разговаривала. Раз уж вы здесь, давайте выпьем по чашечке чая.

— А вы не против?

— Разве вы не важное и драгоценное существо для Империи? Вы заслуживаете этого.

— Тогда, могу я пригласить Леди Пернию и попросить её присоединиться к нам?

Лицо вдовствующей Императрицы похолодело, когда она услышала моё имя, слетевшее с губ Люциана.

Очевидно, услышав это, она вспомнила инцидент, о котором на некоторое время забыла.

Люциан опустил брови и обратился к вдовствующей Императрице, которая не сразу смогла ему ответить.

— Теперь, когда мы трое встретились, я хочу урегулировать отношения между вдовствующей Императрицей и нами. ...Это заставило бы вас чувствовать себя некомфортно?

— !..

Столкнувшись со смертоносным взглядом двух мерцающих глаз Люциана, у вдовствующей Императрицы не было другого выбора, кроме как сдаться.

— Конечно! Леди Перния. Что вы там делаете? – сказала вдовствующая Императрица с широко открытыми глазами.

Услышав харизматичное приглашение вдовствующей Императрицы, я подошла к ней и Люциану. Я встретилась взглядом с Люцианом, когда села рядом с ним.

Люциан улыбнулся, мягко опустив глаза.

Я хорошо поработал, да?

Я думала, он просто слабак, который не знает, как устроен мир. Я и не знала, что он умеет так использовать свою внешность!

Я кивнула и украдкой подняла большой палец.

* * *

Вдовствующая Императрица тщательно заботилась о Люциане.

Она превратилась из зверя в котёнка.

Благодаря этому банкет прошёл очень мирно.

Эрика, которая атаковала меня изо всех сил, ушла в угол с кислым лицом, и её не было видно. Я думаю, она плакала из-за того, как раскачивалось её тело.

Вот почему ты не можешь бороться со мной. Я второстепенный злодей 10 000-летней давности. Как бы ты ни старалась, тебе меня не победить.

Я прищёлкнула языком и неторопливо наслаждалась пиршеством.

Люциан тоже наслаждался жизнью.

Он сидел с прямой спиной и разговаривал с вдовствующей Императрицей. Он даже приветствовал любую женщину, которая подходила к нам.

И по имени, и по внешнему виду он был цветком сегодняшнего банкета.

К тому времени, когда банкет закончился, он превратился в место встречи поклонников Люциана.

— Мне пора.

Когда Люциан встал со своего места, чтобы покинуть банкетный зал, вдовствующая Императрица выглядела очень разочарованной.

Но она не поддалась своему грубому характеру и велела ему остаться. Вместо этого она обняла оливковое деревце и тихо заговорила.

— Лорд Кардьен, мне было так весело сегодня. Мне кажется, я всё это время неправильно вас понимала. Давайте встретимся в следующий раз.

Люциан был лучшим рыцарем в Империи, но у него было много врагов, потому что он редко посещал банкеты; и хотя он был простолюдином, он никогда не подходил к Королевской семье и аристократам дружелюбно.

Однако у него больше не было такой репутации.

Поскольку у него есть удивительный президент фан-клуба по имени вдовствующая Императрица.

— Сэр Кардьен, пожалуйста, посещайте больше банкетов в будущем!

— Я пошлю приглашение Леди Пернии, так что приходите с ней, если у вас есть время. Обещайте!

Огромное количество девушек-фанаток сказали это.

— Что случилось? Я была удивлена, что ты появился столь внезапно, – спросила я, выходя из банкетного зала.

Люциан ответил с мягким выражением лица:

— Император сказал, что если я действительно хочу защитить Леди, я должен выйти и привлечь вдовствующую Императрицу. Потому что это наверняка подействовало бы на неё.

Император действительно сказал такое о своей матери. Талант.

— Это помогло?

Я энергично кивнула на слова Люциана.

— Да. Ты видел, как все были так добры ко мне.

Это произошло из-за вмешательства Люциана, но было важно, чтобы они были на моей стороне, куда бы я ни пошла.

Самое главное, он появился в нужное время, и дело о принижении Пью было похоронено.

То, что Люциан стал моим парнем, принесло мне огромную пользу.

Я встала на цыпочки и прошептала:

— Но не делай этого снова. Я не хочу, чтобы эти женщины действительно влюблялись в тебя. Я знаю, что в твоём сердце есть только я, но я всё равно ревную.

Люциан лучезарно улыбнулся моим словам.

Как будто он услышал самые счастливые слова в мире.

* * *

Какое совпадение.

Когда я шла по улице подышать свежим воздухом, я встретила Люциана и его помощника Пола.

Дорогой!

Я собиралась побежать к Люциану, но передумала.

Потому что мне было интересно, что он делал в моё отсутствие.

Люциан был в магазине, где продавались женские аксессуары. Я хихикнула, увидев, что он стоит посреди всего этого розового.

Ты, должно быть, здесь, чтобы купить мне подарок.

Это был первый раз, когда я увидела, как он выбирает подарок.

Люциан прислал мне так много вещей. Поэтому я подумала, что он просто выбирает вещи наугад.

...Но, похоже, это было не так.

Люциан посмотрел на заколку на полке с самым серьёзным лицом в мире.

Том 1 Глава 48.2

Он с беспокойством посмотрел на заколку рядом с собой. Затем он посмотрел на другую заколку рядом с собой с более обеспокоенным выражением лица.

После долгого разглядывания всех заколок Люциан сказал с напряжённым лицом:

— Я думаю, что это, то и вон то ей подошло бы.

Пол, стоявший рядом с ним с затуманенными глазами, ответил умело, как будто слышал эти же слова много раз раньше.

— Тогда давайте купим всё.

Итак, Люциан купил все заколки, выставленные на всеобщее обозрение.

Владелец магазина, который заработал недельный доход за пару минут, сказал с улыбкой капиталиста:

— Всё, что вы купили, популярно! Я уверен, что получателю подарка это понравится!

Глаза Люциана мягко опустились при этих словах.

— Я надеюсь на это.

Эта улыбка была такой милой.

Моё сердце бешено колотилось, поэтому я не могла притворяться, что не видела Люциана в тот день.

Это было несколько дней назад.

Я сейчас думаю об этом. Это было самым большим моим беспокойством с тех пор, как я стала Пернией.

День рождения Люциана был не за горами!

Это день рождения моего первого парня с тех пор, как мы начали встречаться!

Чего бы он хотел?

Я так много получила от Люциана, хотя и не дарила ему много подарков.

Должна ли я принести ему торт, который он часто покупал, или сделать что-то вроде того, чтобы сводить его в магазин и купить ему одежду?

Честно говоря, все эти вещи – мои желания, так что это было бы не только для него, и, следовательно, это не было бы настоящим подарком.

На этот раз я должна сделать ему настоящий подарок. Что-то, что ему действительно понравилось бы.

Я была в ярости, думая о том, как отпраздновать первый день рождения Люциана.

Однако прошло совсем немного времени, прежде чем я наткнулась на холодную стену реальности.

Деньги, у меня нет денег!

Я была так занята, каждый день ходила на свидания, что даже не подозревала, что потратила столько денег. В моей копилке ничего не было, в моём кошельке ничего не было, только воздух.

Может, мне попросить у отца ещё денег на карманные расходы?

Финансы всегда были щекотливым вопросом для отца.

Всякий раз, когда я просила больше карманных денег, мой отец говорил: «Ха-ха-ха. Прости, Перния!» – и плакал.

Так что я не могла этого сделать.

И я не могу занимать деньги у Люциана, как раньше.

Нет ничего более нелепого, чем занимать у него деньги, чтобы купить ему подарок.

Но как постороннему человеку в этой области, мне не у кого было занять денег, кроме него.

Если я не могу занять денег, я их заработаю. Тогда в моём подарке будет разница в качестве.

Моя комната была полна всевозможных драгоценных вещей.

Это были подарки от Люциана.

Продажа даже небольшого драгоценного камня принесла бы целое состояние.

Держа в руках ожерелье и мрачно улыбаясь, я вскоре покачала головой.

О чём ты думаешь, Перния? Все они – драгоценные дети, подаренные Люцианом. Даже если Маркиз обанкротится, я должна сохранить их.

На самом деле, даже если бы у меня были деньги, было бы нелегко выбрать подарок, который удовлетворил бы Люциана.

Люциан был на редкость материалистичным человеком.

Если есть что-то, чего он хочет...

— Разве это не была бы я?

Аргх! Что я только что сказала?

Мои руки и ноги дрожали, потому что я не могла вынести того, что сказала.

Но это правда.

Люциан хотел только меня.

— Тогда я сделаю ему подарок, которым он будет очень доволен, – пробормотала я, глядя в зеркало с красным лицом.

Поэтому я решила сделать ему подарок.

* * *

Сегодня я уделила своему макияжу больше внимания, чем обычно. Я нанесла белую пудру и светло-розовые тени для век вокруг глаз. Длинная подводка для глаз и мои кошачьи глаза были изюминкой этого образа.

Энн захлопала в ладоши, глядя на завершённый макияж.

— Как и ожидалось, вы молодец, Леди.

Я ничего не умела делать, но в макияже была уверена.

Я улыбнулась и сказала Энн:

— А теперь делай своё дело.

Энн энергично закивала.

Энн заплела мои вьющиеся фиолетовые волосы на одну сторону и украсила их множеством маленьких цветов.

После этого она надела мне на голову украшение в форме цветка, сделанное из бриллиантов.

— Вы действительно прекрасно выглядите, Мисс. Я уверена, Сэр Кардьен будет доволен! – сказала Энн с гордым выражением лица.

— Правда?..

— Конечно!

При поддержке Энн я направилась в особняк Люциана.

Это был Пол, его помощник, который приветствовал меня.

Пол приветствовал меня без удивления, потому что я уже говорила ему об этом.

— Добро пожаловать. Лорд Люциан отсутствует, как и было запланировано. Он вернётся вечером.

— Спасибо, что дал мне знать, Пол. Ты можешь идти, – сказала я, радостно кивая.

Каким бы преданным ни был Пол, радость раннего ухода с работы была непревзойдённой.

Пол продолжал болтать, собирая свою сумку.

— Я ухожу, потому что Леди попросила меня об этом. Это не несанкционированный отпуск. Вы должны рассказать эту часть Лорду Люциану.

— Хорошо, я скажу ему, что Пол никогда бы не ушёл с работы пораньше, и что я оттащила его за ухо и выгнала.

Так что, пожалуйста, уходи!

Вот как я избавилась от единственного другого присутствия в этом особняке.

Том 1 Глава 49.1

Оставшись одна в этом огромном особняке, я быстро начала распаковывать вещи.

Красочная шляпа-конус, гирлянда, украшенная звёздами и сердечками.

У Люциана никогда раньше не было настоящего праздника по случаю дня рождения.

Потому что он думал, что его день рождения – это просто дата, необходимая для выдачи удостоверения личности.

Он был настолько равнодушен к своему дню рождения, что даже не знал, что это его день рождения.

— Но это неправильно.

Я начала украшать особняк предметами, которые привезла с собой.

Мне нравилось быть немного ребячливой.

На это и были похожи праздники по случаю дня рождения.

* * *

Щёлк. Я услышала, как открылась дверь.

Наконец-то он здесь!

Я сглотнула слюну в темноте.

Через некоторое время я услышала шаги, приближающиеся к особняку.

Голос Люциана раздался в огромном пространстве.

— Пол?

Моё сердце бешено колотилось.

— Это странно. Куда он делся?

Люциан начал ходить вокруг, что-то бормоча насмешливым и обеспокоенным голосом.

По своему бесчисленному опыту я могла сказать, что сейчас самое время раскрыть себя!

Я быстро шагнула вперёд.

— С днём рождения.

Ох, чёрт возьми. Я так нервничала, что мой голос сорвался!

Но сейчас я ничего не могла с этим поделать. Это было всего лишь одно предложение.

— С днём рождения тебя.

В темноте можно было видеть только свет от свечей на торте.

Я подошла к Люциану с ярко освещённым тортом.

Глядя на Люциана, чьи глаза были широко открыты, я продолжала петь.

— ...Дорогой Люциан.

Это всего лишь песня, но почему я так нервничала?

Мне удалось очистить свой голос, который снова чуть не сорвался, и закончить песню.

— С днём рождения тебя.

Не успела я опомниться, как оказалась перед ним с тортом.

Я ухмыльнулась ему.

— С днём рождения, Люциан.

Люциан, тупо уставившийся на меня, выглядел взволнованным.

— Разве ты не говорила, что сегодня занята? И что мы не сможем встретиться.

— Конечно, это была ложь. Сюрприз – это лучшая часть праздника по случаю дня рождения. Ты удивлён?

Вместо ответа Люциан схватил мою руку и положил себе на грудь.

Бадум, бадум, бадум.

Его сердце сильно билось.

Люциан ответил удивлённым взглядом.

— Я сильно удивлён.

— Я тоже так думаю.

Я улыбнулась со счастливым лицом.

— Ох, у меня есть подарок на день рождения.

— Подарок?

Люциан широко раскрыл глаза.

Я поставила торт на стол и жестом подозвала его. Он наклонился, следуя моему жесту, как послушный щенок.

Я надела ему на голову симпатичную конусообразную шляпу.

Он расхохотался.

— Ты это серьёзно? Как мило.

— Ох, нет, я не могу подарить тебе это, верно?

Я приподнялась на цыпочки.

Вскоре мои губы коснулись его.

Его губы были мягкими и тёплыми.

— Я люблю тебя, – сказала я, когда мои губы прижались к его губам.

Это было моё первое признание, которое я произнесла своими устами.

— !..

Лицо Люциана уже не казалось таким расслабленным, как раньше. Его лицо исказилось, как будто он собирался заплакать.

Но он не плакал.

Вместо этого он поцеловал меня.

На этот раз это был не детский поцелуй, когда соприкасались только наши губы.

Это был сильный поцелуй, в котором наши языки переплелись.

Я была взволнована, потому что это был первый раз, когда он активно целовал меня таким образом. Но я не остановила его. Потому что его поцелуй был таким сладким.

Но разве это положение не немного опасно?

Сначала это был определённо обычный поцелуй, но не успела я опомниться, как уже лежала на диване, а Люциан сидел на мне сверху.

Любой может сказать, что это была странная позиция.

М-мы можем продолжать в том же духе? Был ли у этого романа рейтинг R?

Я слегка приоткрыла глаза в предчувствии кризиса, и моё сердце упало.

Потому что Люциан смотрел на меня с разгорячённым лицом.

В тот момент я приняла решение.

Всё равно, сколько мне лет! Я и Люциан – взрослые люди!

Отныне мне нужно было беспокоиться не о том, «пока этот физический контакт не станет слишком соблазнительным», а о том, какое оправдание я должна придумать отцу, если сегодня вернусь домой поздно.

Энн, я полагаюсь на тебя.

Я просто хотела, чтобы сообразительная Энн придумала ему благовидный предлог.

Но моё беспокойство было разрушено хлопком двери.

— Лорд Люциан, вы здесь? Это Пол!

Услышав неожиданный голос Пола, Люциан застыл как вкопанный. Пол, который не был осведомлён о ситуации, кричал за дверью плачущим голосом.

— Даже если Леди Перния попросила меня сделать это, я не должен был этого делать. Не могу поверить, что ушёл с работы, не получив разрешения от своего босса. Я глубоко размышляю об этом. Простите меня, Лорд Люциан.

Не думаю, что он когда-нибудь будет прощён.

Я посмотрела на лицо Люциана и задумалась.

Том 1 Глава 49.2

Я никогда раньше не видела такого лица у Люциана. Мой отец был даже не так плох, когда напал на меня за то, что я говорила о моей первой любви.

Я даже могла почувствовать жажду убийства в его тёмно-красных глазах.

Я вспомнила кое-что, о чём давно забыла, потому что жарила с ним кунжутные семечки.

Верно, Люциан был человеком с чёрным драконом в груди.

Но я уже не так боялась его, как раньше. Потому что я знала, что он любит меня.

Он не превратится в яндере, пока я люблю его.

— Это твой день рождения. Не убивай его, – сказала я, обнимая Люциана.

Тёмная энергия Люциана быстро исчезла при моих словах.

— Не буду я его убивать, – сказал Люциан так, как будто его ложно обвинили.

— Правда?

— ...Но на секунду я подумал об этом.

Я расхохоталась над его словами.

Пол, я спасла тебе жизнь. Не забывай о моей доброте.

* * *

На следующий день Люциан сказал с лицом, которое было невообразимо спокойным, в отличие от того, каким оно было вчера:

— Ния, я думал об этом всю ночь и думаю, что вчера совершил большую ошибку.

Какую ошибку?

Что ты не убил Пола и мы в итоге вместе ели торт? Или что ты не соблазнил меня ещё раз после возвращения Пола?

Люциан опустил глаза и сказал так, как будто был в чём-то виноват.

— Мы ещё не женаты.

Я открыла рот и посмотрела на Люциана.

Трудно было поверить, что двадцатилетний мужчина, который был достаточно здоров, чтобы гнуть руками железо, сказал нечто столь невинное.

Но вскоре я поняла, что он имел в виду.

Мужчина передо мной был достаточно красив, чтобы очаровать любую женщину в мире, но он был консервативен в любви.

Долгое время он был влюблён только в одного человека.

Он такой человек, поэтому целомудрие до брака может быть для него важным.

Но внутри я была разочарована.

Сможет ли он вынести то горячее желание, которое испытала вчера? Я не могла.

Я не могла хорошо спать, потому что представляла себе всё, что мы не могли сделать.

Однако то, что Люциан сказал дальше, было неожиданным.

— Мысль о том, чтобы провести с тобой ночь, вызывает трепет в сердце. Я стану самым счастливым человеком в мире. Но если кто-то узнает об этом, это точно станет большим недостатком для Леди.

Всё было так, как сказал Люциан.

Аристократическое общество было консервативным.

Даже если бы мы были помолвлены, если бы стало известно, что вы спали вместе до свадьбы, пошли бы сплетни.

Большая часть вины легла бы на женщину.

Люди показывали бы на меня пальцами за то, что я не была добродетельной.

Я сказала Люциану:

— Но меня это не волнует. Люди, которые критикуют других за это, ошибаются.

— Я знаю, потому что ты всегда уверена в себе. Но мне бы это не понравилось.

— ...

— Я не хочу, чтобы ты слышала плохие вещи от кого-либо, и я не хочу, чтобы тебя кто-то игнорировал. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж с всеобщего благословения.

Люциан подошёл ко мне на шаг ближе и заключил меня в свои объятия.

Его крепкие объятия были тёплыми, как весна.

— Поэтому я хочу лелеять тебя, пока мы не поженимся.

Я чувствовала его решимость в его дрожащем голосе.

Я не могла сказать «нет», когда он так сказал.

Поэтому я кивнула.

До этого момента всё было прекрасно, как в сказке.

Потому что реальность была нелёгкой.

Люциан всегда целовал меня, когда мы были одни.

Сначала он целовал меня выше губ. После этого кончик моего носа, глаза, щёки, лоб и мочку уха. И вниз по вырезу.

Затем он прошептал разгорячённым голосом:

— Я люблю тебя, Ния.

Каждый раз, когда я слышала это, моё сердце трепетало. Моё желание сбить его с ног немедленно возросло.

Тебе придётся смириться с этим, Перния. Чтобы у нас была прекрасная первая ночь.

— Отец! Когда ты собираешься выдать свою дочь замуж? Прошло уже два года с тех пор, как мы обручились!

Отец уже несколько дней подвергался нападкам со стороны своей двадцатилетней дочери. Мой отец, уставший слушать о моём браке, сказал:

— Нет смысла приставать ко мне по этому поводу.

— Но почему?..

— Потому что Император ничего не сказал!

Когда прозвучало слово «Император», я держала рот на замке.

Это было абсурдно, что именно Император, а не я, Люциан или отец, обладал наибольшей властью в организации нашей свадьбы.

Но поскольку именно Император организовал нашу помолвку, последнее слово остаётся за ним.

— Ты тоже это знаешь, Перния. В последнее время Император находится в очень тяжёлом состоянии. Как мы можем обсуждать ваш брак, когда он в таком состоянии? – сказал мой отец с мрачным лицом.

Том 1 Глава 50.1

Мой отец схватил меня за плечо и продолжил успокаивающим тоном:

— Даже те, кто назначил дату своей свадьбы, переносят её из-за этого. Так что будь паинькой и жди.

Я кивнула и посмотрела на окно. Глядя на пейзаж, отражающийся в окне, можно было подумать, что приближается зима.

Согласно оригинальной истории, Император умрёт, не дожив до конца этой зимы.

У меня не было хороших чувств к Императору, но он всё равно был правителем моей страны.

Мы немного знали друг друга.

Тот факт, что жизнь такого человека была в критическом состоянии, заставил меня почувствовать горечь.

* * *

...Вот о чём я думала несколько дней назад.

— Давно не виделись, Перния.

— Приветствую Великого Императора Империи.

Мне было приказано прибыть в Императорский Дворец и встретиться с Императором.

Почему ты хочешь увидеть меня ни с того ни с сего?

Неважно, что он был центром командования в Империи, встреча с Императором была не очень приятной. Ситуация, когда мы вдвоём оказались лицом к лицу, была ещё более сложной.

Нервно подняв голову, я была удивлена.

Ты выглядишь хуже, чем раньше.

Как я слышала от своего отца, Император был в ужасном состоянии.

На его бледном лице не было ни кровинки, и он похудел.

Болезнь Императора была вызвана внутренним повреждением, вызванным ядом. У этого яда не было противоядия.

Нерасшифрованный яд оставался в крови, повреждал органы и разъедал внутренности.

Так что было бесполезно лечить его силой Эстеллы.

Если яд в его теле не будет выведен из организма, Император не будет излечён.

Его собирались отравить до смерти вот так.

— Ты не должна так выглядеть. Я не собираюсь падать замертво в любое время прямо сейчас.

Ах, он читатель мыслей.

Откуда, чёрт возьми, ты знаешь, что чувствуют другие?

Император улыбнулся и открыл рот, как будто мог видеть, что было у меня в голове.

— Пришло письмо от Эстеллы. Говорят, что Королевство Себран прислало важного человека. Похоже, Королевство Себран прислало уважаемого врача.

Врача?

Невозможно.

Я широко раскрыла глаза и уставилась на Императора. Император продолжил спокойным голосом:

— На этом континенте нет никого, кто хорошо разбирался бы в ядах. Кто знает, может быть, он также сможет найти лекарство для этого тела.

Боже, что происходит?

Этого не было в оригинальной истории.

Если подумать, то, когда я овладела этим телом, первоначальная история сильно изменилась.

Люциан влюбился в меня, а не в Эстеллу, и Эстелла подтвердила свою любовь к Карликсу без каких-либо препятствий.

Она даже уехала учиться за границу, чего не было в оригинальной книге.

Такая Эстелла нашла выдающегося врача и отправила его в Империю.

Может быть, Император сможет жить дальше.

Это было возможно.

Император был загадочным человеком, но он был самой прочной золотой верёвкой, которая удерживала Люциана на пути к жизни, и самым сильным щитом, который защитит Эстеллу от побоев Императрицы.

Император посмотрел на меня и ухмыльнулся.

— Судя по твоему виду, ты, должно быть, очень рада видеть, что я выздоравливаю. Неплохо.

Прежде всего, он был центральным командованием Империи.

В любом случае, это была хорошая ситуация, если бы болезнь Императора улучшилась.

Так что я сказала, честно кивнув:

— Глаза Эстеллы точны. Я уверена, что она нашла очень квалифицированного врача. Он сделает Императора здоровым.

— Спасибо. Кроме того, я позвал тебя не для того, чтобы меня поощряла молодая женщина. Мне нужна была твоя помощь.

Я была ошеломлена.

Чего он мог хотеть от меня, когда всё, что я могла делать, это отпускать злобные замечания, украшать и быть фанаткой Люциана?

Император сказал:

— Перния, сопроводи врача, который прибудет в Империю, в Имперский город.

Сопроводить?

Мне это не подходило.

Что, если я, у которой не было ни опыта, ни знаний, допустит ошибку и обидит его?

— Ваше Величество, если это так, почему бы вам не выбрать кого-нибудь более опытного, чем я? Честно говоря, я не думаю, что произвожу подходящее впечатление, чтобы сопровождать гостя.

Это потому, что у него было прекрасное впечатление, в то время как у меня была грязная репутация.

Император не опроверг моих слов. Вместо этого он сказал мне, почему я должна была уйти.

— Он был тем, кто назначил тебя.

— Прошу прощения?

— Он интересуется Пернией Лайлак, лучшей подругой Эстеллы и невестой Люциана. Он настоял на том, чтобы именно ты была его сопровождающей.

В этот момент лицо Императора изменилось на такое, которое не просило об одолжении.

Я поняла.

Таков был приказ Императора.

Я не имела права отказываться.

* * *

Когда Люциан узнал, что меня назначили сопровождать Доктора Куна из Королевства Себран, реакция Люциана была такой.

— Почему ты должна соглашаться на эту работу?

Люциан, который всегда был мягким, как желе, в жаркий день, когда бы он ни встретил меня, сказал с серьёзным лицом:

— Я скажу Императору, чтобы он не приказывал тебе делать что-то ненужное. Моя Леди не обязана этого делать.

— Не будь таким. Это не было приказом Императора, я сама вызвалась это сделать.

— ...Моя Леди?

Люциан бросил на меня вопросительный взгляд.

Я кивнула.

Половина из этого была ложью, половина – правдой.

Том 1 Глава 50.2

Это было обременительно – быть доверенной такому важному гостю. Сначала я хотела избежать этого, но это была неплохая возможность, когда я ещё немного подумала об этом.

Это первый раз, когда у меня появилась такая работа с тех пор, как я стала Пернией.

Всё, что делала Перния, – это наряжалась и ходила в банкетные залы.

Жизнь Леди в качестве великолепной и неторопливой аристократки тоже была приятной, но я подумала, что было бы неплохо выполнить столь важную задачу.

И от этого зависит чья-то жизнь.

Если врачу Королевства Себран удастся вылечить Императора, я стану человеком, который хоть немного помог Императору.

Это было очень важно.

Если это так, разве он не послушает меня, если я попрошу его провести свадьбу между мной и Люцианом в ближайшее время? Нет никаких причин, по которым Император не согласится на наш брак, если будет здоров.

Это было моей честолюбивой целью.

— Это отличная возможность для меня во многих отношениях. Так что, Люциан, пожалуйста, подбодри меня, чтобы я сделала это хорошо, – сказала я, поглаживая тыльную сторону руки Люциана.

— ...

Он никогда не возражает против того, чего я хочу.

Он никогда не делает ничего такого, что мне не нравится.

Люциан посмотрел на меня со сложным выражением на лице и тихо вздохнул.

Как и ожидалось!..

Я крикнула «ура» внутри.

Глядя на меня, улыбающуюся, Люциан опустил брови, как будто сдаваясь.

— Ты знаешь, какого врача ты сопровождаешь? Вот почему тебе это так нравится?

— Я услышала кое-какую простую информацию. Один из самых престижных врачей в Королевстве Себран.

Мои глаза заблестели, когда я посмотрела на Люциана.

— Я слышала, он знаком с тобой, Люциан?

— Ты получила неверную информацию. У нас нет близких отношений. Он просто тот, кого я знаю по полю боя. Он был военным наёмником.

Мои уши напряглись, я хотела услышать больше.

Люциан редко рассказывал о себе.

Особенно на поле боя, больше нечего было сказать.

— У наёмников тоже есть врачи?

— Если кому-то нужны деньги, врачи подадут заявление. Но это был довольно необычный случай. Вместо того, чтобы участвовать в войне, чтобы зарабатывать деньги...

Люциан опустила глаза, словно вспоминая прошлое.

— Я чувствовал, что ему нравилось лечить тех, кто находился между жизнью и смертью. Чем серьёзнее они были ранены, тем больше он проявлял энтузиазма.

— ...

Я немного занервничала, услышав это.

Подождите, я не должна была этого делать. Если кто-то без ума от чего-то, у него может быть такая особенность.

Я не буду питать никаких бесполезных иллюзий.

— Но он опытный, да?

— Он чрезвычайно искусен. Когда дело доходит до медицины, он лучший из всех, кого я знаю. Если это он, я думаю, он может даже вылечить Императора.

Его слова осветили моё лицо.

— Я вижу надежду. Я так рада, что такой человек придёт в Империю.

Люциан пристально посмотрел на меня и заправил мои волосы за уши.

— Ния, ты всегда заботишься о других.

...Хотя я делаю это не из бескорыстия.

Там определённо было человеческое сострадание, но моё желание, чтобы Император был здоров, было полно моих личных чувств.

Золотая верёвка Люциана! Будущий свекор Эстеллы! Большая шишка, которая может привести нас с Люцианом к браку!

Я ухмыльнулась. Мне не нужно объяснять ему все эти причины.

— Я могу чувствовать себя счастливым от чего-то хорошего, – пробормотал Люциан, уткнувшись лицом мне в плечо.

— Это так? Ты мне просто нравишься.

Я расхохоталась, услышав этот ворчливый голос.

Мило.

Я схватила Люциана за щеки и поцеловала его в губы.

* * *

Сегодняшняя концепция макияжа была спокойной и уравновешенной. Я накрасилась на тон ниже, чем обычно (я не могла отказаться от макияжа глаз).

И я надела самое приличное платье, которое у меня было.

Потому что сегодня был день, чтобы поприветствовать Куна, доктора из Королевства Себран.

Люциан хотел пойти со мной, но у него было срочное дело, поэтому он не смог прийти.

[С тобой всё будет в порядке?]

Я энергично кивнула Люциану, который был полон беспокойства.

Вообще-то, Люциану лучше не приходить.

Потому что это была моя первая важная работа с тех пор, как я пришла в этот мир.

Я хотела сделать это сама, без чьей-либо помощи.

Через некоторое время к воротам подъехала карета.

Что он за человек?

Я мало что знала о нём, потому что информации не хватало.

Известный врач из Королевства Себран.

Когда дело доходило до яда, он был просто врачом, обладавшим большими знаниями, чем кто-либо другой.

Будет ли он смотреть оценивающим взглядом? Или он будет чувствовать себя учёным, обладающим глубокими знаниями?

Но как только я увидела Куна, выходящего из кареты, я не могла не округлить глаза.

Том 1 Глава 51.1

Первое, что бросилось мне в глаза, были свисающие аксессуары, украшавшие всё его тело.

Мужчина с яркими аксессуарами, начиная от ушей, шеи, рук и талии, беспечно зевнул.

Боже! Он даже накрашен!

Он не был особенно красивым мужчиной, но выглядел великолепно с этим чистым лицом и макияжем.

Он выглядит как айдол, весь такой разодетый.

Он выглядит совершенно не так, как я ожидала.

Этому лицу подошло бы, если бы он держал микрофон вместо скальпеля.

Я подошла к Куну, схватилась за юбку и поздоровалась с ним.

— Добро пожаловать в Империю. Я Перния Лайлак, ваш сопровождающий.

Я думала, что он продолжит, сразу же представившись, но вместо этого...

Кун посмотрел на меня сверху вниз, как будто он смотрел на какой-то предмет, и сказал с тупым выражением лица:

— Что? Мне было интересно, насколько прекрасна должна быть невеста Кардьена, но... ты уродина.

...Что он сказал?

Я уродина?

Я потеряла дар речи.

Многие говорили мне, что я груба и некомпетентна, но единственное, что никогда не было оскорблено, – это моё лицо.

Мне хотелось схватить его за воротник и крикнуть: «Ты что, слепой?», но я сдержалась.

Люциан предупредил меня об этом заранее. У него необычный характер, так что мне будет нелегко с этим справиться.

Я должна не поддаваться этому влиянию. Главное – должным образом угодить Императору и доставить Куна к Его Величеству.

Я сохранила улыбку, которую оттачивала бесчисленное количество раз.

— (Перестань нести чушь и) Пойдёмте. Его Величество ждёт.

К счастью, Кун последовал за мной, слегка кивнув.

Хотя он бормотал ещё какую-то чушь.

— Ты уродлива, даже когда улыбаешься.

Должна ли я просто убить его сейчас?

* * *

Мне пришлось проявить огромное терпение, пока мы не добрались до Дворца.

Это потому, что по дороге туда он постоянно нёс всякую чушь.

Из-за этого мне пришлось использовать передовые навыки благородной Леди. Это была техника, называемая пропусканием слов в одно ухо и вылетом из другого.

Конечно, поскольку он был VIP-персоной, я не могла игнорировать его так, как мне хотелось бы, и поэтому я ответила бездушными комментариями.

— Ты полностью отличаешься от того, что сказала Эстелла. Она сказала, что ты очень красивая Леди. Эх... Я дурак, что поверил ей.

— В каждой стране свои стандарты красоты.

Такое лицо, как у меня, очень ценится в Империи.

Я изо всех сил пыталась ответить улыбкой, но его ответ был мрачным:

— У Империи очень уникальный вкус.

На этом всё не закончилось.

— Ты сказала, что ты дочь Маркиза Лайлака, верно? Так что ты для Императорской семьи как член семьи. Ты близка к Императорской семье? Или у тебя есть очень ценный участок земли?

— Я всего лишь обычная Леди.

— Что? Как же такая уродливая девушка, как ты, стала невестой Кардьена?

Это был приказ Императора!

После этого его вопросы продолжились.

— Какие у тебя отношения с Кардьеном?

— Хорошие.

— Пф-фт. Перестань врать. Будь честной. Даже если ты его невеста, держу пари, ты его почти никогда не видишь. Потому что он ужасно равнодушен ко всем и воздвигает стену между женщинами.

Не в силах больше этого выносить, я уставилась на него, а затем отвела взгляд.

В противном случае я бы бросилась на него и оторвала ему голову.

Я машинально ответила:

— Думайте, как вам заблагорассудится.

Ха-а. В мире нет ничего лёгкого.

Я подумала, что, возможно, мне не следовало ничего делать, но, к счастью, мы прибыли во Дворец.

Короткая встреча с ним уже закончилась.

— Ты некрасивая и не из хорошей семьи. Я думал, что у тебя будет хороший характер, но это не так. С тобой неинтересно.

Меня не касается, находишь ли ты меня интересной или нет.

— Мы прибыли в Императорский Дворец. Отсюда ты можешь идти с этими слугами, – сказала я, игнорируя его слова.

— Разве ты не пойдёшь со мной?

— Это не моя работа.

Так что, пока, пока.

Давай больше не будем встречаться.

* * *

Кун нашёл комнату Императора.

В отличие от тех случаев, когда он суетился передо мной, он обращался с пациентом сосредоточенно.

— Вы не в лучшем состоянии. Но ещё не слишком поздно, – сказал Кун с осторожным выражением лица, прочитав надпись на запястье Императора.

— Означает ли это...

— Сегодня я собираюсь начать курс детоксикации. Полностью восстанавливать органы, которые уже были повреждены ядом, было бы нерационально, но можно удалить яд, оставшийся в вашем теле. Вы не умрёте, если это будет сделано.

Слова Куна осветили улыбающееся лицо Императора.

Это было чудом для него, который думал, что он скоро умрёт.

— Пусть для Лорда Куна приготовят всё самое лучшее, – сказал Император.

Таким образом, Кун начал лечить Императора.

Удивительно, но вскоре после этого я начала замечать улучшение состояния здоровья Его Величества.

Глоток воды улучшил состояние Императора, которого ранее рвало кровью.

— Я слышала, что состояние Вашего Величества заметно улучшилось.

— Какое удивительное мастерство. Лорд Кун – спаситель Империи.

Имя, которое спасло умирающего Императора. Врач с таинственной иностранной медициной.

Кун стал огромной знаменитостью среди аристократии.

Потом, в один прекрасный день.

— Ха-а-а. Я так устала видеть его лицо и делать одно и то же каждый день.

Слова Куна привели Имперский город в бешенство. Каким-то образом мы должны были завладеть сердцем непостоянного врача, чтобы он не покинул нас.

После долгих раздумий вдовствующая Императрица устроила банкет в честь Куна. Спустя долгое время двери Императорского Дворца наконец открылись.

На банкете присутствовало множество знати.

Том 1 Глава 51.2

Они пришли, чтобы насладиться невероятным пиршеством, устроенным на банкете, но самой главной причиной было увидеть Куна.

Это была возможность увидеть столь легендарную, по слухам, личность.

— ...Я не хочу его видеть.

Мой отец серьёзно посмотрел на меня из-за того, что я сказала.

— Что ты говоришь, Перния? Ты должна познакомиться с самой горячей знаменитостью современности. Было бы ещё лучше, если бы вы узнали друг друга получше!

Глядя на своего восторженного отца, я вздохнула.

Он говорит это, потому что хочет притвориться, что знает Куна.

Когда мой отец услышал, что я сопровождала Куна, он похвалил меня, сказав, как важно моё отношение к нему для нашей семьи.

Затем он потащил меня с собой на встречу с Куном.

Первое впечатление Куна обо мне было настолько плохим, что я не захотела идти на банкет. Однако мой отец был так настойчив, что у меня не было другого выбора, кроме как последовать за ним.

Хорошо, я притворюсь хорошей дочерью.

Честно говоря, это правда, что я была слишком бессердечна по отношению к своему отцу.

Если Кун притворится, что не знает меня, тогда я могу остановиться.

Мы с отцом направились в Императорский банкетный зал.

Войдя в банкетный зал, мои глаза расширились.

Они устроили банкет по вкусу Куна. Это определённо гламурно.

До сих пор Императорские банкеты были изысканными и элегантными. Однако сегодняшний банкет был слишком изысканным.

Он сверкал искусно выгравированными орнаментами по всему банкетному залу.

Кун появился в качестве главного героя банкета.

Притирка в аксессуарах. Аккуратно подведённые глаза. Броская одежда. Он был одет более гламурно, чем при нашей первой встрече.

— ...т-ты накрасился?

— Вот оно как.

Некоторых людей отталкивал его совершенно непохожий вид на благородных мужчин Империи, но реакция женщин была благоприятной. (Особенно девушки, которые уязвимы перед его великолепной внешностью.)

— Я думала, что он будет пузатым мужчиной средних лет... Я не думала, что он будет таким молодым и красивым.

— Опыт важен для врача. Как ты можешь обладать такими навыками в таком возрасте?

В ответ женщинам Кун ответил, приглаживая волосы:

— Потому что я гений.

...Какой нелепый ответ. Но, похоже, это снова сработало.

— Как круто!

Женщины аплодировали Куну и хвалили его.

...Это было зрелище.

После этого банкет превратился в воздушный бой, нет, в Кун-бой.

Кун с улыбкой беседовал с окружавшими его женщинами.

— Я слышала, ты участвовал во многих войнах.

— Правда?

— Ты такой храбрый, что отправился в такие опасные места один. Разве ты не боялся?

— Вовсе нет. Я врач. Врач – друг смерти. Я никогда не боюсь смерти.

— Кья!

Его фанатки, которые сформировались прежде, чем я это осознала, начали кричать.

Во всех отношениях сегодняшний банкет был далёк от элегантности.

Глядя на Куна и его фанаток, некоторые дворяне прищёлкнули языками.

Императрица улыбнулась и сказала:

— Он действительно свободолюбив, возможно, это потому, что он из-за границы. Должно быть, он был таким талантливым человеком с юных лет.

Бабушка, не лги и скажи нам, что ты действительно думаешь.

По правде говоря, она думает, что он настоящий пёс.

Кун не пользовался общепринятыми почётными титулами, не говоря уже о придворном этикете.

Было ясно, что это было невыносимо для вдовствующей Императрицы, которая ценит вежливость.

Тем не менее, вдовствующая Императрица ничего не сказала Куну.

Кун был человеком, который в настоящее время держал в руках нить жизни и смерти Императора.

Вдовствующая Императрица была не единственной, кто критиковал Куна как такового. Старшие аристократы кисло улыбнулись и изо всех сил встали на сторону Куна.

— Банкеты здесь всегда были тихими, но атмосфера стала ярче благодаря нашему драгоценному гостю.

— Это то, что я имел в виду. Ха-ха-ха, – крикнул благородный старик.

Хотя я выгляжу так, будто улыбаюсь, на самом деле это не так.

...Ну, в случае с моим отцом, думаю, он действительно увлечён Куном.

Отец кивал, как будто слова Куна произвели на него впечатление, когда он оказался среди молодых благородных дам.

Беспочвенная самоуверенная речь Куна, похоже, пришлась отцу по вкусу.

Мой отец поднял руку и спросил со страстным выражением лица.

— Мистер Кун, я слышал, что Лорд Кардьен тоже был с вами на поле боя. Это правда?

— Да.

— Лорд Кардьен – лучший рыцарь в этой Империи. Он также Герой, который закончил долгую войну за три года. Однако о Лорде Кардьене известно очень мало, потому что он очень тихий человек. Можете ли вы рассказать нам какие-нибудь истории о нём на поле боя?

...Отец, я должна была задать этот вопрос.

Когда мой отец задал этот вопрос, женщины, слушавшие рассказы Куна, встрепенулись.

История о восходящей звезде Куне и звезде вселенной Кардьене.

Это была история, которая заинтересовала бы любого.

Включая меня.

До сих пор ушные отверстия, которые были заблокированы, потому что они не хотели слышать хвастовство Куна, были открыты.

Судя по тому, что ему было любопытно моё лицо, он, должно быть, большой поклонник Кардьена, да?

Мне было интересно, какую историю он расскажет.

— Кардьен, да? У меня есть анекдот об этом ублюдке.

То, что он назвал Кардьена «ублюдком», было оскорбительно, но я пропустила это мимо ушей. Он легкомысленный человек без всяких манер.

Кун продолжал, пока люди в банкетном зале наблюдали за ним.

Том 1 Глава 52.1

— Все вы, кто здесь бездельничал, этого не знаете, но битва в спорном районе была напряжённой. Каждый день был ужасен, но этот день был особенно ужасен. Враг, у которого было больше людей, атаковал нас посреди ночи...

УРАХГХ-Х-Х...

Враг хлынул внутрь со звериным рёвом. Наши люди, которые ранее устали от долгого боя, не могли должным образом сопротивляться.

— Аргх!

— Угх!

Со всех сторон раздавались болезненные крики.

Наши союзники, которые не были должным образом экипированы, беспомощно бегали с пустыми руками.

Именно Люциан изменил нашу судьбу в ту ночь.

— Хватайте мечи и воссоединяйтесь с нашими союзниками! Мы не проиграем!

Люциан тоже был не в лучшем состоянии.

На нём была тонкая рубашка без доспехов. Несколько пуговиц на его рубашке были расстёгнуты.

Люциан, который выглядел дезорганизованным, держал в руке меч.

Тем не менее, Люциан храбро бросился навстречу врагу.

Он замахнулся и рубанул врага наугад. Одно это заставило вражеский импульс дрогнуть.

— Прошло много времени с тех пор, как я был в зоне боевых действий, но я впервые увидел такую сцену. Я не мог поверить, как один человек может убить так много людей.

Дамы и отец, слушавшие рассказ Куна, сглотнули слюну. Это была сенсационная история для тех, кто сам никогда не сталкивался с войной.

Мой отец с волнением кивнул.

— Ну, Лорд Кардьен – самый сильный рыцарь этой Империи.

Дамы рядом с отцом кивнули в знак согласия.

Кун разразился смехом, смеясь неизвестно над чем.

— Это был не конец. Что удивительно, так это то, что произошло потом...

Враг запаниковал из-за контратаки Люциана. Воспользовавшись их замешательством, союзники перестроили свои ряды, чтобы продолжить сражение.

Адская ночь прошла, и наступило утро.

Взошло яркое солнце. Только тогда враг отступил.

Однако битва дорого нам обошлась.

Тела, разбросанные по земле.

Солдаты, стонущие от глубоких ран.

Посреди этого зрелища стоял человек.

Весь в крови, Люциан тяжело выдохнул.

— Я был первым, кто побежал к Кардьену. Я думал, что мне придётся вылечить его раны. Но...

На теле Люциана не было ран. Как будто он только что не участвовал в кровавой битве.

— Разве не это делает Лорда Кардьена столь великим? Самый сильный рыцарь, который никогда не страдает от ран! Никто никогда не видел, чтобы Лорд Кардьен пострадал, – сказал отец с сияющими глазами.

Кун фыркнул, как будто не находил слов.

— Хах, ты в это веришь? Вот почему дворяне, которые никогда не ходили на войну, так... Даже если он гений, это невозможно. Ни одной маленькой раны на его теле, у того, кто уже три года ведёт войны. Ты думаешь, это нормально?

На самом деле, тайно ходили разговоры о том, что у Люциана нет видимых шрамов.

Как может не быть шрамов на теле рыцаря?

Единственным объяснением было бы то, что он проклят. Он подписал контракт с дьяволом. Эта теория была опровергнута всеми.

Но никто не мог ничего сказать в ответ.

Люциан был Величайшим Героем Империи.

Однако Кун без колебаний затронул эту щекотливую тему.

— Кардьен – монстр.

Он продолжал говорить.

— Я не говорю о суеверии, что те, у кого красные глаза, демонические. Я говорю, что он буквально монстр с запредельной силой.

В банкетном зале повисла холодная тишина.

Некоторые согласились с Куном, другие были сбиты с толку.

И кто-то ещё...

— Возьми свои слова обратно прямо сейчас.

Я почувствовала сильный гнев.

Я подошла к Куну и пристально посмотрела на него. Кун посмотрел на меня и прищурился.

— Кто ты? Ах, точно, ты невеста Кардьена. Ты правда пришла сюда со своим уродливым лицом.

Его саркастические замечания не достигли моих ушей. Всё, что имело значение, это то, что он презирал Люциана как монстра.

— Да мне плевать. Возьми свои слова обратно. Что Люциан – монстр.

— А почему я должен это делать?

— Ты ставишь людей в неловкое положение своими лживыми словами. Тебе не кажется, что это невежливо?

— Вовсе нет. Странных людей называют монстрами, а способности Люциана очень странные. Я думаю, что то, что я сказал, является точным, основанным на фактах, – сказал Кун, слегка фыркнув.

Вау, давненько я не испытывала такой ярости.

Он такой же, как надменный Карликс, у которого мышление типа: «Я сказал только факты, поэтому я не сделал ничего плохого».

Я хорошо знала, как иметь дело с такими парнями.

— Значит, говорить что-то, основанное на фактах, совсем не грубо?

— Верно.

Кун скрестил руки на груди и кивнул.

Он довольно бесстыден для того, кто только что назвал чужого жениха монстром.

Испытывая плохое предчувствие по поводу этой ситуации, мой отец потащил меня прочь.

— С-стой, Перния. Лорд Кун не имел в виду ничего плохого.

Некоторые Юные Леди тоже смотрели на меня с обеспокоенными лицами. Вдалеке я также увидела вдовствующую Императрицу, которая смотрела в мою сторону с бледным лицом.

Я знаю.

Что провоцирование Куна здесь также повлияет на Императора и Императрицу.

Но я должна кое-что сказать.

Как он смеет называть моего парня монстром?

Я не могла его простить.

— Лорд Кун.

Я улыбнулась Куну.

Том 1 Глава 52.2

Это одно из умений аристократических Леди: она-точно-улыбается-но-при-этом-выглядит-особенно-зловеще.

— Что?

Кун посмотрел мне в глаза, как будто хотел испытать себя.

Я не собиралась указывать на это. Но сейчас я ничего не могла с этим поделать, потому что он бросил мне вызов.

У меня нет другого выбора, кроме как ответить неуважением.

Я медленно открыла рот.

— Твоя... твоя подводка для глаз... неровная.

— !..

Глаза Куна стали ещё больше.

Успех!

* * *

Мой отец плакал.

— Ва-а-а. Наша семья обречена! Не могу поверить, что наша семья с 300-летней историей исчезла со словами «твоя подводка для глаз неровная!» Мне будет стыдно посмотреть в лицо своим предкам. Я не могу умереть сейчас. Перния, может, нам собрать вещи и сбежать?

Я похлопала своего плачущего отца по спине.

— Отец, перестань плакать. Ты действительно думаешь, что мы умрём?

Мой отец закричал в ответ:

— А как иначе? В тот момент, когда ты это сказала, Лорд Кун побледнел и покинул банкетный зал. Вдовствующая Императрица тоже была удивлена и погналась за Лордом Куном.

Таким образом, банкет был внезапно приостановлен.

Вдовствующая Императрица, последовавшая за Куном, ничего не сказала, но все в банкетном зале смотрели на меня и моего отца с одной и той же мыслью.

Что скоро нас обоих ждёт смертная казнь.

Очевидно, что именно об этом они и думали.

Кун, в чьих руках жизнь Императора, был оскорблён.

Если бы Кун сказал, что больше не будет лечить Императора, эта пара отца и дочери стала бы высокопоставленными грешниками.

С тех пор как я покинула банкетный зал, мой отец рыдал, думая, что это стало беспрецедентным кризисом для семьи.

Мне стало жаль моего отца, который пришёл на банкет из простого любопытства и попал из-за этого в большие неприятности.

Но я не жалею об этом.

Видеть, как кто-то называет Люциана монстром, было душераздирающе.

Слово, которое преследовало его на протяжении всего детства.

Он стал рыцарем с искренними усилиями, рисковал своей жизнью ради Империи, и после того, как он выиграл войну, люди всё ещё называют его так.

Кун без колебаний назвал Люциана монстром.

Я никогда его не прощу.

Даже если Император придёт и скажет мне встать на колени и извиниться, я никогда этого не сделаю.

На ум пришёл Люциан.

Я хотела немедленно пойти к Люциану и рассказать ему всё. Я хотела сказать ему, чтобы он пнул Куна, который посмел рассказать всем эту историю.

С другой стороны, я не хотела, чтобы он знал о том, что произошло сегодня. Потому что я не хотела, чтобы он расстраивался из-за чего-то бессмысленного.

Прошла долгая ночь.

В конце концов, я встретила утро с ничего не выражающим лицом.

Затем ко мне пришёл слуга Императора.

Мой отец, который сильно исхудал за ночь, с бледным лицом преградил путь слуге.

— В-в мире есть законы и правила. Никто не может арестовать человека только за то, что он сказал, что у кого-то подводка неровная. Каким бы строгим ни был Его Величество!

Отец закричал на бесстрастного слугу.

— Вы не можете забрать её!

В этот момент я почувствовала искреннюю любовь моего отца ко мне.

Вместо того чтобы передать гнев Императора, слуга сказал:

— Лорд Кун надеется провести официальную беседу с Леди Пернией.

Слуга продолжал говорить.

— Прямо сейчас.

....Я думаю, было бы лучше, если бы Император потащил меня за собой.

* * *

— Может, мне просто проигнорировать всё и сбежать?

Я подумала об этом, но покачала головой.

Из-за того, что мы с Куном обменялись выстрелами друг с другом, мой невинный отец и Император оказались вовлечены в это дело.

Я покончу с этим сегодня.

Я последовала за слугой в Императорский Дворец.

— Слышала, что с ним обращались как с VIP-персоной, но ничего себе, они так много сделали лишь для него?

Императорский Дворец был украшен так роскошно, что всё остальное меркло в сравнении с ним.

На вкус Куна, на пике великолепия.

Можно было подумать, что это сделано не для врача, а для чьего-то любимого питомца.

Прогуливаясь, я вошла в гостиную.

Кун сидел в комнате, с него свисали мерцающие драгоценности.

С ещё более броской одеждой и более густым макияжем, чем вчера.

Кун лучезарно улыбнулся мне.

— Добро пожаловать, Перния.

Что с ним такое?

Это было абсолютно не то, что он сделал бы с человеком, который вчера очень смутил его.

Кун лучезарно улыбнулся и поманил меня к себе.

— Подойди и сядь. Это угощения, приготовленные самым искусным кондитером в Имперском городе.

Как он и сказал, на круглом столе был сервирован набор ослепительных десертов.

Кусочек торта, покрытый огромной ложкой взбитых сливок, пирожные с засахаренными яблоками, а также насыщенный шоколад, который заставляет тебя почувствовать его сладость, просто взглянув на него.

Обычно я бы ворвалась в комнату со словами: Вкуснятина! Но сейчас я была не в настроении.

— Может, я и не выгляжу так, но у меня хороший язык, – сказала я Куну.

— Что ты имеешь в виду?

— Я говорю, что если тут есть яд, я узнаю это с одного укуса.

Так что твой план будет напрасным.

Том 1 Глава 53.1

Когда я сказала это, Кун расхохотался. Затем он покачал головой и сказал:

— Думаю, ты забываешь, что я врач. Я заинтересован лишь в спасении умирающих, а не в убийстве здоровых. Будь спокойна и ешь.

— ...

Я всё ещё не верила ему.

Я спокойно сидела на стуле и держала в руке вилку.

— Так зачем ты позвал меня?

— А ты как думаешь? Очевидно, из-за вчерашнего.

— Ты хочешь от меня извинений? – спросила я, разрезая вилкой заострённую часть пышного пирога.

— Если да, ты извинишься?

— Если ты тоже извинишься.

Я открыла рот и положила пирог в рот.

— Как странно. Когда мы впервые встретились, я подумал, что ты кроткая Леди. Как ты умудрилась стать такой надменной? – сказал мне Кун, пока я жевала сладкий пирог.

— В тот момент я тебя уважала.

— Тогда почему сейчас не уважаешь?

Бах!

— Ты оскорбил моего парня! – сказала я, тыча вилкой в середину плоского шоколадного торта.

Я посмотрела на него, не скрывая своей свирепости.

— Люциан не монстр. Он человек...

— ...

— Просто у него есть особая сила.

Между нами повисло молчание. Через некоторое время я услышала смех, который, казалось, дразнил меня.

Кун хихикнул и сказал:

— Золото! Я думал, что его невестой была уродливая и обычная благородная Леди, но оказалось, что это не так.

— ...

— Даже я, врач из другой страны, знаю, как лечат Кардьена в Империи. Герой Империи, вундеркинд-рыцарь. Но всё это поверхностные комплименты. Они называют его всеми этими замечательными титулами, и единственное, что они дали ему взамен, – это небольшой клочок земли и его скромный статус Лорда. Имперские аристократы не собирались признавать Кардьена. Если незнакомец внезапно вторгается и оскорбляет его, они держат рот на замке.

Это означает, что в лучшем случае всё, что Люциан получил, – это самую малость уважения и видимость любви со стороны людей.

Моё сердце упало от его слов.

Потому что всё, что он сказал, было правдой.

Кун посмотрел на моё осунувшееся лицо и тихо проговорил:

— Ну, так-то оно так, но я позвал тебя сюда не за этим. Давай вернёмся к делу.

Я вздрогнула при слове «дело».

Он имеет в виду, что нам нужно поговорить о вчерашнем.

Из того, что я знаю, он был не из тех, кто говорит: Мы оба обидели друг друга, так что давай помиримся и поладим.

Я сглотнула слюну, гадая, захочет ли он от меня извинений, и Кун продолжил:

— Сейчас она неровная?

— ...Что?

— Сегодня у меня неровная подводка?

Я медленно подняла глаза на Куна.

Сегодня, впервые взглянув на лицо Куна, я вижу, что он, как обычно, был сильно накрашен.

И точно так же, как это было вчера...

— ...Чёрт возьми. Похоже, что так.

Кун нахмурился и вздохнул. Он посмотрел на меня с раздражённым выражением лица.

Он смотрел на меня достаточно долго, чтобы я смутилась, и сказал с сияющими глазами:

— Несмотря на то, что ты уродлива, твой макияж делает твоё лицо достойным того, чтобы на него смотреть. Горничная сделала это за тебя?

— Нет, я крашусь сама.

Глаза Куна расширились от моих слов. Впервые его высокомерное лицо выглядело шокированным.

В этом выражении я нашла ключ к разгадке его сердца.

* * *

Империя не развивала цветной макияж.

Потому что элегантность и чистота считались лучшими качествами. Большинство дворян усердно трудились над своей чистой кожей и накрашенными губами.

Тёмный макияж глаз не был особенно привлекательным.

Но!..

— Лорд Кун, ты...

Я прикрыла рот рукой, глядя на лицо Куна без макияжа.

Голое лицо Куна без макияжа...

— Кто ты такой?

— Ты что, дразнишь меня?

— Ох, нет. Дело не в этом. Просто ты выглядишь совсем по-другому с макияжем.

У Куна, который выглядел чрезвычайно красивым мужчиной с густым макияжем, было удивительно невинное лицо.

Что касается того, насколько невинно его лицо, если бы я не знала, что этим человеком был Кун, и он спросил меня: У тебя есть деньги? Я бы ответила, как на духу.

В хорошем смысле он выглядит невинным, в плохом – слабаком.

Я с восхищением кивнула, глядя на лицо Куна.

Кун посмотрел на меня, который был ошарашен, и поднял глаза.

Я бы никогда не подумала об этом, увидев его с макияжем, но теперь я вижу его только с испуганным лицом и круглыми глазами.

Я изо всех сил старалась не рассмеяться и сказала:

— А теперь я научу тебя, как делать макияж глаз.

Верно. Кун был растущим гуру макияжа!

У Куна, который, естественно, выглядел очень невинно, был огромный комплекс по поводу его лица.

Именно тогда он сказал, что заинтересовался косметикой.

Всякий раз, когда он наносил макияж, каждая женщина, которая смотрела на него, бросалась к нему с криком:

— Кья!

— Парни ненавидят мужчин, которые пользуются косметикой, но они меньше дразнили меня за моё лицо после того, как я начал ей пользоваться. Раньше они смотрели на меня свысока, но хранили молчание с тех пор, как я поднял хирургический нож.

— Конечно. В этом прелесть макияжа глаз.

Я с сочувствием кивнула.

Я выгляжу как кошка, поэтому никуда не могу пойти с обнажённым лицом, но с густым макияжем на глазах я больше похожа на тигра с крыльями.

Никто ничего мне не говорил и просто смотрел, в то время как их плечи втягивались и они делали шаг назад.

В этом была суть злодейского макияжа.

У меня в руке был инструмент для макияжа, который я попросила Энн принести.

Я посмотрела на Куна, сидящего в кресле с серьёзными глазами, и сказала:

— Закрой глаза.

Теперь я покажу тебе волшебство того, как превратиться из слабака в злодея.

Том 1 Глава 53.2

В тот день я рассказала Куну всё, что знала, для создания злодейского макияжа.

Кун хорошо разбирается в таких вещах, и, прежде всего, он был хорош в вещах, требующих ловкости рук, что объясняет его профессию.

За полдня он освоил макияж глаз.

Плотный макияж, который не размазывается, даже если ты будешь потеть весь день.

Кун посмотрел на своё лицо в зеркале и удовлетворённо улыбнулся.

— Выглядит хорошо.

Его ухмылка делала его похожим на злодея, который правил миром. Любой был бы ошеломлён его большими и яркими глазами.

Я протянула Куну инструменты, которые использовала для макияжа.

— Использование подержанного инструмента может показаться немного неудобным, но мне потребуется некоторое время, чтобы достать тебе новые. Используй их до тех пор.

Удивлённый моей щедростью, Кун сказал:

— Ты казалась Леди с действительно отвратительным характером, но ты на удивление мила.

— Да, именно так обстоит дело со мной. Но с Лордом Куном всё наоборот, верно?

Кун разразился смехом вместо того, чтобы рассердиться на то, что я сказала.

— Ты действительно забавная женщина. Меня никогда раньше не побеждали на словах.

— Ты бы хотел, чтобы тебя избили?

— Забудь. Я пошутил, – сказал Кун, опустив глаза.

Я не почувствовала никакой обиды на хихикающем лице Куна.

По крайней мере, он не побежал к Императору и не потребовал моей смерти за то, что я сказала.

Почувствовав облегчение, я встала, чтобы уйти.

— Ну, я пойду.

— Уже уходишь? Останься ещё ненадолго.

Как долго мы этим занимаемся?

Я была ошеломлена его внезапной переменой в поведении и прищурилась.

— Я занята.

— Тогда когда у тебя будет свободное время?

— Я буду занята долгое время.

— Ты пытаешься избегать меня?

Если ты уже знаешь ответ на этот вопрос, не спрашивай.

Я ответила взглядом и собрала свою сумку. Глядя на меня, Кун сказал:

— Хэй, у меня нет никаких плохих намерений. Просто я хочу отплатить тебе за то, что ты научила меня макияжу. Я не хочу показаться неблагодарным.

— ...

Я встретилась взглядом с Куном.

Он сидел на стуле, а я стояла, так что моя голова была наклонена к нему.

— Тогда, пожалуйста, сделай мне одолжение.

— О чём ты?

Кун посмотрел на меня с ожиданием.

Он выглядел очень взволнованным, услышав, что я хочу о чём-то попросить.

— Через несколько дней Люциан вернётся в столицу. Извинись перед Люцианом за то, что ты сказал вчера, если увидишь его, – сказала я сверкающему мужчине с мерцающими глазами.

— ...

— Я также извинюсь перед Лордом Куном.

Я присела в реверансе, сигнализируя о своём уходе.

Какое лицо сделал Кун в этот момент?

Он не рассмеялся и, похоже, не обиделся, так что я могу надеяться на лучшее, верно?

* * *

Как я и надеялась, Кун не ответил на мою просьбу.

Кун продолжал обращаться с Императором с предельной осторожностью.

Вдовствующая Императрица тоже не казалась сердитой.

Несколько дней спустя мой отец, который был сильно обеспокоен, снова стал таким же болтуном, как и всегда.

Моя жизнь снова стала мирной и прекрасной.

...за исключением этой отвратительной вещи.

Я скрестила руки на груди и уставилась на траву. Это был подарок, который Кун прислал сегодня.

Самой уникальной особенностью травяных сборов является их внешний вид. Эта выглядела очень похожей на человека, настолько, что я подумала о том, чтобы снабдить её парой нижнего белья, поскольку она выглядела очень мускулистым мужчиной.

Пока я стояла, травы испускали невероятный аромат.

Короче говоря, это было ужасно.

Почему он прислал мне столь ужасное? Он притворялся, что не ненавидит меня, чтобы обмануть меня этим? – подумала я, глядя на траву с презрительным выражением лица.

Подозревая намерения Куна, я подняла отвратительный предмет, чтобы бросить в огонь, но мой отец подошёл ко мне и закричал:

— Сто-о-ой! Разве это не часть дикого дерева? Легендарные лекарственные травы, которые дороже алмазов и растут только в глубоких горах?! Независимо от того, насколько ты больна, если ты съешь один кусочек этого, ты станете супер сильной! Те, кто может только ползать на коленях, могут внезапно встать на ноги!

Неужели эта отвратительная штука настолько ценна?

Мой отец продолжил с серьёзным выражением лица, осторожно забирая дикое дерево из моих рук:

— Она очень нежная, поэтому ты должна хорошо заботиться о ней. Тебе следует завернуть её в свежий мох, чтобы солнечный свет не испортил её.

— ...

— И ты должна дарить много любви и привязанности. Ох, драгоценный, ты был удивлён, верно? С этого момента я буду заботиться о тебе.

Мой отец исчез с тёплым лицом и травами в руках.

Тупо уставившись на своего отца, я подумала про себя.

Какого чёрта он послал это мне?

Это в обмен на то, что я научу его макияжу? Я только попросила его извиниться перед Люцианом.

Он говорит, что не хочет этого делать?

Он всё ещё обижен на меня?

Ты ублюдок.

Я вздохнула с закрытыми глазами.

Неважно. Это не имеет значения.

Это было не самое главное.

Сегодня тот день, когда возвращается Люциан!

Я напевала, нанося макияж, и обращаюсь к тому, за чем гонюсь после долгих раздумий.

Красивая.

Прошло много времени с тех пор, как я делала это в последний раз. Так я выгляжу намного красивее.

Моё сердце бешено заколотилось.

Это потрясающе.

Как моё сердце может так колотиться каждый день.

Люциан сказал, что приедет повидаться со мной, как только вернётся в столицу, но было слишком трудно спокойно ждать.

Я вышла из особняка с порозовевшими щеками.

Скоро я встречусь с Люцианом перед воротами.

Я хочу увидеть его как можно скорее.

Том 1 Глава 54.1

Чистое голубое небо без облаков и прохладный ветерок ранней зимы приятно развевали мои волосы.

Это был хороший день.

Пока я не увидела его.

— Привет.

Кун игриво помахал мне рукой. Я отвернулась, как только увидела его.

Кун продолжал говорить из-за моей спины.

— Хэй, а ты не слишком груба со мной?

— Прошу прощения. Прямо сейчас я немного занята.

— Ты так занята, что даже не можешь поздороваться в ответ?

— Да. Я так занята, что даже не могу смотреть на тебя.

Кун, который следовал за мной, внезапно оказался передо мной и сказал:

— Ты получила мой подарок?

У меня не было другого выбора, кроме как остановиться.

Я заговорила, повернувшись лицом к Куну.

— Я планировала рассказать тебе об этом позже, но раз уж ты спросил... Забери это обратно, подарок или что бы это ни был за отвратительный предмет.

— Почему? Тебе это не нравится?

Кун начал объяснять с выражением негодования на лице:

— Похоже, ты не в курсе, но это может стоить двадцать платьев, которые ты носишь прямо сейчас. Ты также не можешь просто купить его за деньги, потому что его действительно трудно заполучить.

Затем Кун высокомерно рассмеялся.

— И что? Что думаешь? Ты поблагодаришь меня?

Что значит «поблагодарю»?

— Даже если трава – самое драгоценное сокровище в мире, мне она не нужна, так что забери её обратно. Почему я должна принимать что-то от тебя? – сказала я с невозмутимым лицом.

Человек, которому он вручил подарок, подвёл черту, но Кун сказал с невинным лицом, вместо того чтобы смутиться:

— Потому что ты мне интересна.

— !..

Мои глаза расширились.

— Разве это не естественно для мужчины – дарить что-то женщине, в которой он заинтересован? – сказал Кун с мягким взглядом.

— ...

— Я не знаю, каков твой идеальный типаж, поэтому я отправил лучшее, что у меня было, но не получил от тебя ответа. Вот почему я здесь. Что тебе нравится?

— ...

Вау, он, должно быть, действительно сумасшедший.

Я посмотрела на Куна с твёрдым выражением лица. То, что он сказал, было настолько абсурдно, что я не могла подобрать слов.

Затем я открыла рот:

— Что с тобой не так? Это из-за того, что произошло на банкете? Так вот почему ты так издеваешься надо мной?

— Тебе кажется, что я издеваюсь над тобой?

— Да! Верно!

Кун прищурился и сказал, надув губы:

— Я не издеваюсь над тобой, а флиртую. Ты более толстокожа, чем я думал.

— Ты серьёзно о том, что говоришь?

— Да.

— ...

Ещё ужаснее было то, что то, что он сказал, не было ложью.

С чего я вдруг тебе понравилась?

Он продолжал говорить, что я уродина с тех пор, как впервые увидел меня, так что он не влюбился в мою внешность. Неужели он влюбился в меня, потому что я научила его технике макияжа?

Неужели он столь легко влюбчив?

Я не могла понять, как он влюбился в меня.

Я успокоила своё неровное дыхание. И затем серьёзным тоном сказала этому сумасшедшему:

— Извини, у меня уже есть парень.

— Парень?

— Я говорю о Люциане.

Глаза Куна расширились. Он пробормотал:

— Парень...

Схватился за живот и начал смеяться.

Понятия не имею, что он нашёл такого смешного.

Всякий раз, когда я что-то говорила, он громко смеялся.

Из-за этого я была не в очень хорошем настроении.

Я подняла брови и сказала Куну, который всё ещё хихикал:

— Поэтому, твой флирт очень, очень, серьёзно, неприятен. Так что я надеюсь, что мы не встретимся друг с другом в будущем.

Я бы продолжила: Если это повторится в будущем, я ударю тебя по шее... но на лице Куна хитрая улыбка.

Когда я пыталась сказать что-то ещё:

— Что вы двое делаете?

Мы с Куном одновременно повернули головы в ту сторону, откуда раздался голос.

Там стоял Люциан с застывшим лицом.

* * *

Мы с Куном стояли лицом друг к другу, а Люциан стоял в шаге от нас.

Время остановилось.

Первым открыл рот Кун:

— Давно не виделись, Кардьен, ты всё такой же красивый.

Люциан сразу же подошёл ко мне вместо того, чтобы поприветствовать Куна. Он схватил меня за руку, притянул к себе и сказал:

— Ты в порядке, Ния?

На его лице было написано беспокойство.

Что было вполне естественно, поскольку я смотрела на Куна с ужасающей угрозой.

Я кивнула.

— Я в порядке.

Однако лицо Люциана не расслабилось.

— Ты совсем не выглядишь нормально. Кун сказал тебе что-то неприятное, верно?

Я сглотнула.

Я не могла с готовностью ответить на то, что он сказал.

Он сказал, что интересуется мной. Тебе не кажется, что он сумасшедший?

Но я не могу этого сказать.

Но затем, затмив мои деликатные опасения, Кун открыл рот с бесстыдной гримасой:

— Что ты имеешь в виду под чем-то неприятным? Я никогда не говорил ничего подобного!

Только тогда голова Люциана повернулась к Куну. Кун продолжил, не дрогнув под холодным взглядом Люциана.

— Я сказал лишь одно.

— ...

— Я заинтересован в ней.

Эффект, вызванный этими словами, был огромен.

Я неосознанно закричала, не осознавая этого.

Красные глаза Люциана зловеще сверкнули.

Мы в опасности.

Мои инстинкты сработали.

— Люциан, стой! – поспешно крикнула я, не имея времени привести в порядок свои мысли.

Люциан посмотрел на меня. Вскоре после этого его руки уже держались за рукоять меча, который висел у него на поясе.

Том 1 Глава 54.2

Как будто он был готов им воспользоваться.

Я запнулась, глядя на его руку.

— Т-ты пытаешься вытащить меч?

Люциан моргнул. Могли ли эти пугающие глаза быть иллюзией?

Лицо Люциана было таким же, как обычно. Он покачал головой, словно отгоняя эту мысль.

— Нет. Я никогда не убиваю людей за пределами поля боя.

— Тогда почему твоя рука там?

Только тогда взгляд Люциана обратился к руке, держащей его меч. Убрав руку с меча, Люциан сказал с озадаченным лицом:

— Это инстинкты рыцарей – хвататься за меч, не осознавая этого, когда сталкиваешься с угрожающей ситуацией. Я не хотел ничего делать.

— ...

Мне было трудно поверить ему. Куну тоже было трудно поверить ему.

— Чушь собачья! Если бы не Перния, ты бы перерезал мне горло прямо здесь и сейчас, – пробормотал Кун, вытирая холодный пот со лба.

— ...

Наступила тяжёлая тишина.

— Ну, я чуть не умер, но всё было не так уж плохо. Было так волнующе видеть это выражение на твоём лице. Будь то союзники или враги, ты никогда даже глазом не моргнул при виде чьей-то смерти, – сказал Кун, сделав долгий выдох.

Кун ухмыльнулся.

— Я думаю, она особенная.

До тех пор я этого не знала.

Причину, по которой Кун внезапно заигрывал со мной.

Это было из-за Люциана.

Кун сильно интересовался Люцианом.

Хотя я не была уверена, испытывал ли он чувства дружелюбия или враждебности по отношению к Люциану.

— Ещё увидимся.

Затем Кун ушёл и пропал из виду.

* * *

Мы с Люцианом шли по пустынной лесной тропинке.

Крепко держась за руки.

— Ты сказал, что не был близок с Куном, но это совсем не выглядело так, – спросила я Люциана.

— Между нами ничего не происходит. Он просто затеял со мной драку.

Люциан вздохнул и спросил с усталым лицом:

— Ния, что произошло за эти последние несколько дней?

Похоже, он очень ждал моего ответа...

Немного подумав, я всё рассказала Люциану.

В любом случае это не было секретом.

Что Кун оскорбил Люциана и назвал его монстром в банкетном зале. Вот почему я сказала те слова в ответ Куну. И как я научила Куна делать макияж.

Люциан нахмурил брови.

— Ты была наедине с Куном в своей комнате?

— Это то, что сейчас важно?

— Это самое важное.

У этого парня иногда бывает странная точка зрения.

— Мы были одни, но ничего не произошло. Так что тебе не о чем беспокоиться. Он не заинтересован во мне, – сказала я, искоса глядя на него.

— У него нет злых намерений?

— Да. Он просто издевался надо мной, потому что я твоя невеста.

Это значит, что мы должны забыть об этом инциденте.

Однако Люциан скривился с недоверчивым выражением лица.

— Это не может быть правдой.

Люциан продолжал страдать.

— Несмотря на то, что он эксцентричный человек, он также обычный человек. Если бы я поговорил с тобой наедине в твоей комнате, и там больше никого не было... Не может быть, чтобы у меня не было к тебе каких-то особых чувств. Мои глаза были бы прикованы к тебе, моё сердце колотилось бы, и я... влюбился бы в тебя.

— ...Ты в этом уверен?

— Да?

На лице Люциана не было и намёка на обман или игривость.

Поэтому я разволновалась.

Наверное, я действительно главная героиня этого любовного романа в сердце Люциана.

С волшебным шармом, который покоряет мужские сердца одним лишь зрительным контактом.

Я мысленно пролила несколько слёз.

Я была всего лишь обычной злодейкой второго плана.

Ты единственный мужчина, который влюбился в меня.

Вместо того, чтобы сказать это, я коснулась холодных щёк Люциана.

— Кун не испытывал бы ко мне таких чувств, но даже в этом случае это не имеет значения.

Красные глаза Люциана встретились с моими.

— Потому что ты единственный, кто мне нравится.

— !..

— Так что перестань злиться.

Мне понравилось, как он посмотрел на меня в этот момент.

Этот момент, когда эти напряжённые красные глаза, которые выглядят так, будто они никого не слушают, становятся нежными, как кролик, при словах, которые я говорю.

Люциан долго смотрел на меня и опустил глаза.

Красные глаза сверкали, как драгоценные камни, сквозь длинные серебряные ресницы.

— ...хорошо.

Да. Это мой Люциан.

Я хихикнула и прошептала, как будто рассказывала ему секрет:

— Я остановила тебя раньше, но... приятно видеть, как мой парень ревнует.

Люциан навострил уши.

— Тогда, могу я сделать это снова?

Я разразилась смехом.

— До тех пор, пока ты никого не убьёшь.

Лицо Люциана покраснело при этих словах. Он начал оправдываться с удивительно красным лицом.

— Я схватился за меч, не осознавая этого. Поверь мне, я не настолько жесток.

— Да, да. Я тебе верю.

Я притянула его лицо к себе, дразня его.

Эти моменты были отложены слишком надолго из-за этого ублюдка Куна.

И это то, что я хотела сказать больше всего.

— Я скучала по тебе.

Очень сильно.

Только тогда его глаза мягко опустились.

Показав мне первую милую улыбку после воссоединения.

Том 1 Глава 55.1

Лечение Императора прошло гладко, и Кун полностью ассимилировался в здешнем обществе.

Я ожидала этого, но Кун стал крупной фигурой.

Кун посещал всевозможные банкеты и беседовал со знатью.

Энергичная болтовня Куна неожиданно привела к большим переменам в моей повседневной жизни.

— Боже. Мои глаза стали в два раза больше. Это потрясающе!

Эта благородная дама была женой Барона Гранде.

Она с восхищением посмотрела на себя в зеркало.

После нанесения теней для век и тёмной подводки её глаза с накладными ресницами выглядели милыми, но в то же время огромными.

— Даже если бы мой макияж делал самый аккредитованный визажист, я никогда не была довольна простым макияжем. Чего я хотела, так это такого макияжа. Мне это очень нравится! – сказала Баронесса, хлопая своими длинными ресницами, как будто удовлетворённая.

Известный столичный визажист не смог уйти от изысканного аристократического стиля макияжа.

Чистая кожа и нежный, изысканный макияж.

Баронесса Гранде, у которой были маленькие глаза, не могла быть довольна таким макияжем.

Баронесса Гранде посмотрела на меня с восхищением и сказала:

— Я всегда считала, что у вас очень красивый макияж. Мне следовало раньше попросить вас научить меня делать макияж.

Жена Графа Лео, наблюдавшая за происходящим со стороны, сказала:

— Она так говорит, но не осмелилась бы подойти и поговорить с вами. Потому что вы Леди Перния.

Она бы не подошла за этом к Пернии, у которой был неприятный и вздорный характер.

Баронесса Гранде кивнула и сказала:

— Но я совершенно неправильно вас поняла. Вы такой добрый человек.

Графиня Лео улыбнулась и кивнула.

— Это верно. Как и сказал Лорд Кун.

Верно.

Причина, по которой я стала такой знаменитой среди знатных женщин, заключалась в Куне.

Женщины окружили Куна и спросили:

[Кун, ваш макияж глаз выглядит намного чище и лучше, чем в прошлый раз. Вы изучали макияж глаз?]

[Перния научила меня.]

Когда всплыло неожиданное имя, женщины были удивлены.

[Леди Перния?]

[Теперь, когда вы упомянули об этом, это выглядит точно так же, как макияж Леди Пернии.]

После этого знатные женщины стали навещать меня одна за другой.

Потому что они хотели научиться делать макияж, как я.

Это действительно удивительно. Не думала, что я так понравлюсь благородным дамам.

На самом деле, все они обычно думали обо мне как о «красивой, но слишком дикой» или «свирепой».

Однако мир огромен, в нём много людей с различными предпочтениями в отношении вещей.

В столице также было много людей, которые устали от изысканного аристократического стиля макияжа.

Некоторые хотели сделать свои маленькие глазки больше. Некоторые хотели, чтобы их простые черты лица выглядели гламурно и выделялись. Некоторые хотели нанести густой макияж, чтобы взбунтоваться.

Таких людей не так уж много, но и не так уж мало.

Один или два человека, которые пришли навестить меня, вскоре создали со мной организацию.

Она называлась АСМ.

Ассоциация смелого макияжа для тех, кто любит наносить тяжёлый макияж.

— Я устала от этого стиля. Что такого хорошего в том, чтобы выглядеть изящно и утончённо? Я хочу, чтобы мои глаза выглядели очень большими, – сказала Баронесса Гранде, приподнимая ресницы с тушью, которую я подогрела.

Графиня Лео кивнула, нанося на губы красную помаду.

— Я бы хотела, чтобы они перестали говорить, что ты вульгарна из-за того, что носишь густой макияж. Я просто хочу, чтобы макияж был немного потяжелее.

Маркиза Маренн с выкрашенными в чёрный цвет ногтями приподняла уголки губ с ледяным взглядом.

— С самого детства мне нравились ведьмы больше, чем Принцессы. Это больше похоже на мой стиль.

Говорят, что я была объектом восхищения для них, которые были подавлены стандартизированной аристократической культурой.

Должна ли я сказать, что я была благородным волком, который придерживался её стиля?

Они смотрели на меня сверкающими глазами.

— Нам повезло, что в современном обществе есть такой человек, как Леди Перния.

— Это верно. У меня перехватило дыхание, когда я увидела её приподнятый макияж глаз, в то время как у всех остальных был такой же макияж.

Женщины хвалили меня и хихикали. Я хихикала вместе с ними.

Как я могу не делать этого, когда все эти женщины выстраиваются в очередь одна за другой, чтобы сделать мне комплимент?

В конце концов, прошло много времени с тех пор, как я могла комфортно общаться с другими дамами после того, как Эстелла уехала учиться за границу.

Так весело общаться с людьми, имеющими общий вкус в макияже.

Затем Графиня Лео сказала:

— Ах, Леди Перния. Когда я пошла на банкет с макияжем, который нанесла мне Леди, Герцогиня Росаса проявила большой интерес к макияжу. Она спросила, можно ли навестить Леди Пернию. Ничего, если она навестит вас?

— Герцогиня Росаса?!

Мои глаза расширились.

Это потому, что Герцогиня Росаса, обладающая очень благородным характером, не кажется человеком, который был бы заинтересован в такой организации.

Конечно, не было никаких причин отказывать ей в визите по этой причине.

Я кивнула.

В ответ на мой ответ Графиня Лео восторженно захлопала в ладоши.

— Похоже, нас станет больше.

* * *

Герцогиня Росаса – другими словами, Доброжелательная Герцогиня.

Хотя она является Герцогиней чрезвычайно могущественной семьи Росаса, она была известна тем, что никогда не обращалась опрометчиво со своими подчинёнными.

Таким образом, у неё хорошая репутация среди многих, но, напротив, многие, кто поднимается в обществе, обвиняют её в том, что она не обладает качествами Герцогини из-за её доброго отношения к слугам.

Том 1 Глава 55.2

— Все так говорят, потому что я не строгий человек. Смена макияжа не изменит внезапно мою личность, но я хочу попробовать, – сказала Герцогиня Росаса с горькой улыбкой.

Она посмотрела на меня с мягким выражением лица и спросила:

— Ты поможешь мне?

Её светло-карие глаза выглядели такими слабыми, из-за чего казалось, что она никогда не сможет иметь власть ни над кем другим.

Но я думала, что у неё более честное сердце, чем у кого-либо другого.

Тот факт, что ей, Герцогине, пришлось довериться мне, означает, что ей, должно быть, было очень тяжело.

Я уверенно кивнула.

— Конечно.

И затем продолжила:

— И я должна вам кое-что сказать. Один только макияж может изменить вашу индивидуальность.

Просто люди не знают, как измениться, изменив свою внешность.

Даже Доброжелательная Герцогиня не была исключением.

* * *

В банкетный зал, где проходило чаепитие, вошла женщина. Женщина – Графиня Мелони с лисьими глазами.

— Хо-хо, прошу прощения за опоздание.

Она совсем не выглядела искренне сожалеющей о своём опоздании.

Потому что хозяйка этого чаепития – Герцогиня Росаса.

Герцогиня Росаса простила бы её, сказав, что всё в порядке.

Или это то, что Графиня Мелони ошибочно думала, что произойдёт.

Лицо Графини Мелони, на котором играла застенчивая улыбка, посуровело. Её глаза широко раскрылись и посмотрели на Герцогиню Росасу, сидящую в конце стола.

Герцогини Росасы, послушной женщины с нежной внешностью, там не было.

То, что заменило Герцогиню Росасу, было надменной женщиной с поднятыми бровями.

Герцогиня Росаса ничего не сказала. Она просто смотрела на Графиню Мелони с ничего не выражающим лицом.

И этого было достаточно, чтобы подчинить Графиню Мелони.

Такой эффект даёт макияж.

Графиня Мелони с побледневшим лицом отступила на шаг и должным образом поклонилась Герцогине.

— Я... я старалась не опаздывать, но возникла проблема с колёсами кареты. Я... я должна была проверить колёса, прежде чем ехать сюда, но я этого не сделала. Я приношу свои извинения, Герцогиня Росаса.

Герцогиня Росаса открыла рот, чтобы ответить, но я, сидевшая рядом с ней, покачала головой.

Пока нет.

Ты должен молчать достаточно долго, чтобы извлечь максимальную пользу из макияжа.

Чем дольше ты молчишь, тем сильнее становишься.

Как и ожидалось, чем дольше Герцогиня Росаса молчала, тем суровее становилось лицо Графини Мелони, и вскоре она заплакала.

Мне немного жаль её, но что я могу поделать?

Тут не собираются деревенщины на выпивку. Тебе следовало бы знать, как вести себя.

Она должна была, по крайней мере, знать, что нужно быть осторожной с противниками, которые занимают более высокое положение, чем она. Ты также никогда не должен так грубо смеяться вслух, даже если противник лёгкий.

Как бы то ни было, отношение других собравшихся здесь женщин значительно изменилось.

Они, которые всегда были расслаблены перед Герцогиней Росасой, сидели с прямыми спинами и напряжёнными лицами.

* * *

После того, как Герцогиня Росаса присоединилась к АСМ, многие другие женщины последовали её примеру.

Из-за этого я стала сильно занята.

С тех пор, как эти женщины проявили ко мне интерес и прониклись ко мне симпатией.

Затем, в один прекрасный день...

Я встретилась с Куном на банкете, переполненном людьми.

— Все говорили о тебе в эти дни. Они все хотят сблизиться с тобой.

— Ох, правда...

— Ты же знаешь, что это всё благодаря мне, верно?

Я ответила на его бесстыдное заявление:

— Всё благодаря тебе? Это всё благодаря мне. Очарование человека когда-нибудь обязательно проявится, и это именно то, что происходит со мной сейчас.

Кун схватился за живот и расхохотался над тем, что я сказала.

— Почему ты не пошла с Кардьеном?

— Он должен был присутствовать на встрече во Дворце, поэтому не смог прийти. Люциан – самый способный рыцарь в Империи, поэтому он очень занят.

— Хм-м.

Глаза Куна сузились. Затем он пробормотал что-то невразумительное:

— Этот парень не из тех, кто так послушно принимает приказы.

— ...Что это значит?

— Ты сказала ему не следовать за тобой?

Я не могла понять, что, чёрт возьми, он имел в виду, поэтому нахмурилась.

— Я бы никогда не сказала ему этого. Я лишь сказала ему, чтобы он ставил свою работу на первое место. Посещение банкета со мной не столь важно.

Кун загадочно улыбнулся.

— Это ты так думаешь.

— ...

И когда я собиралась спросить его, что он имел в виду...

— Ния!

Мои глаза расширились от громкого голоса.

Люциан посмотрел на меня и Куна, нахмурив брови.

Я подошла к нему с озадаченным лицом.

— Что случилось? Я думала, у тебя сегодня важная встреча.

— Встреча закончилась раньше, чем я думал.

Затем он спросил с настороженным взглядом:

— Кун снова сказал что-то странное?

Если бы он сказал мне что-нибудь странное, я бы сказала ему в ответ и заставила его пожалеть об этом.

Я хотела разжечь его ревность, но предполагалось, что это будет мирный банкет.

Если мы устроим сцену, это будет невежливо по отношению к хозяину банкета. Кроме того, если мы обидим Куна, отношения Люциана с Императорской семьёй могут осложниться.

Я ускользнула от Куна и взяла Люциана под руку.

— У нас только что был короткий разговор.

— Какого рода разговор?

— Не знаю. В нём не было ничего особенного. Видишь ли, я даже не помню, о чём мы говорили.

— Ния!

Я обратилась к Люциану, который посмотрел на меня с неудовольствием.

— Если подумать, прошло много времени с тех пор, как мы были вместе на банкете. Потанцуем?

Том 1 Глава 56.1

Люциан посмотрел на меня с озадаченным видом и тихо вздохнул.

И протянул мне руку.

Когда мы с Люцианом взялись за руки, взгляды всех в банкетном зале обратились к нам.

Через некоторое время мы с Люцианом начали двигаться в такт музыке. Глядя на напряжённое лицо Люциана, я хихикнула.

— К счастью, ты не разучился танцевать.

— Я не так легко забываю то, что вызубрил. Я лишь беспокоюсь, что моё тело не будет двигаться должным образом.

Лицо Люциана посуровело при мысли о том, что он может совершить ужасную ошибку.

Всякий раз, когда я делала шаг, то чувствовала, как его тело напрягается.

Я шутливо рассмеялась, чтобы успокоить его.

— Это нормально – совершать ошибки. Мы даже не главные гости.

— Люди будут судить и тебя.

— ...

— Мне бы не хотелось опозорить тебя.

...Как этот человек может всегда быть таким внимательным ко мне?

Пытаясь сдержать своё бешено колотящееся сердце, я взяла Люциана за руку и развернулась.

Я чувствовала себя по-настоящему счастливой в этот вечер.

После банкета мы с Люцианом шли бок о бок по дороге.

Мы были единственными двумя людьми на пустой улице, так как была поздняя ночь.

Зимний ветерок был холодным, но я чувствовала себя уютно благодаря куртке Люциана, перекинутой через моё плечо.

Я была пьяна от выпитого вина на банкете, поэтому болтала с большим энтузиазмом, чем обычно.

— В следующий раз я собираюсь устроить банкет. Будет так много людей, которые захотят поговорить со мной о макияже. Из-за этого мне придётся быть начеку. Кроме того, прошло очень много времени с тех пор, как я готовила в последний раз банкет.

— Ты выглядишь счастливой.

— Хе-хе, это так заметно? Я очень счастлива.

Раньше я была просто второстепенным персонажем-злодейкой.

Прекрасной злодейкой, которая только и знает, как запугивать других.

Но не сейчас.

— Люди хвалили меня за мои замечательные навыки. Им также очень нравится разговаривать со мной. Это хорошо. Люциан, ты ведь знаешь, каково это, верно?

Люциан также был тем, кто начинал с самого низа, когда его никто не узнавал.

Проклятый ребёнок с красными глазами. Как он, должно быть, был счастлив, когда его способности были полностью признаны среди таких предрассудков.

Я думаю, что стала понимать его лучше.

Думая так, я сказала:

— Не знаю, смогу ли я достичь того же, что и Люциан, но я собираюсь попробовать.

— Попробовать что?..

— Я собираюсь усердно работать. Я собираюсь изучить различные техники макияжа и запустить свой собственный бренд косметики.

— Ох...

Люциан моргнул, как будто услышал что-то неожиданное. Я неловко улыбнулась.

Это было неожиданно?

Но для меня это была огромная возможность. Возможность сделать свою жизнь более целенаправленной и осмысленной.

Было здорово жить каждый день на досуге, катаясь по земле, как тюлень, но я также хотела жить жизнью, полной страсти, как пылающее пламя.

Как Эстелла и Люциан.

Я держала Люциана за руку с сияющими глазами.

— Вот увидишь. Я стану удивительной фигурой и удивлю весь мир.

— Ты уже самый удивительный человек.

— Только Люциан видит меня такой.

Люциан тихо пробормотал, услышав, что я сказала.

— ...Тебе этого недостаточно?

— Что?

— Нет. Ничего.

Люциан покачал головой и сказал:

— Я всегда буду поддерживать тебя.

Я счастливо улыбнулась его ласковым словам.

* * *

❁ ❁ ❁

Ния, у тебя всё хорошо?

Должно быть, сейчас в Империи приближается зимний сезон.

В Королевстве Себран всегда тепло в течение всего года, поэтому на мне лёгкое платье.

Как и ожидалось, медицина Королевства Себран действительно развита. Я не смогу за ней угнаться, даже если не буду спать всю ночь, занимаясь.

Однако это несложно.

Просто думать о том, как я смогу поделиться знаниями, которые я получила здесь, когда вернусь, так приятно.

Но я волнуюсь. Его Высочество Каликс сказал, что в этом месяце он больше не вернётся в Империю.

Он сказал, что состояние Его Величества улучшилось, так что ему не нужно возвращаться.

Моё сердце время от времени колотится при мысли о том, рассердится ли Его Величество на Его Высочество или там распространятся слухи о его долгом отсутствии.

...От встревоженной Эстеллы со смешанными чувствами по поводу ситуации Его Высочества.

❁ ❁ ❁

Что? Он не вернётся?

Похоже, он хочет остаться с Эстеллой до окончания твоей учёбы, используя улучшение здоровья Его Величества в качестве причины.

Ну, это не имеет значения.

Как только Его Величество поправил здоровье, он начал участвовать в политических делах и стал очень занят. То же самое касается и министров.

Никого здесь не волнует отсутствие Наследного Принца. Так что не беспокойся об этом слишком сильно.

Кстати, Эстелла, сегодня я наконец-то открываю салон красоты.

Я разослала так много приглашений, но жаль, что я не могу пригласить тебя.

Когда ты вернёшься в Империю, я покажу тебе свой салон.

Поэтому удачи!..

...От Пернии, с сегодняшнего дня генерального директора.

❁ ❁ ❁

* * *

Я положила законченное письмо в конверт.

В комнату вошла Энн.

— Миледи, пойдёмте. Господин ждёт вас в карете.

— Хорошо.

Когда я села в карету, мой отец, весь разодетый, ждал меня, выглядя гораздо более взволнованным, чем была я.

Сегодня торжественное открытие «Салона красоты Пернии».

По мере того как всё больше и больше людей просили меня сделать им макияж или хотели научиться этому у меня, моему отцу пришла в голову потрясающая идея.

Почему бы тебе не открыть салон?

Том 1 Глава 56.2

Я была удивлена.

Обычно дворяне не делают подобных предложений своим дочерям. Незамужняя аристократическая Леди, управляющая независимым салоном, – это неслыханно.

Особенно в этом обществе, где Леди критикуют, если она не остаётся покорной.

Однако мой отец думал по-другому.

[Перния, я же говорил тебе! Я был прав, полагая, что гадалка сказала, что ты та, кто спасёт Империю, когда ты только родилась. Ты та, что может спасти Империю, так что это должно означать, что ты можешь спасти и семью Лайлак?! У тебя обязательно всё получится!]

Так отец заключил пари с судьбой нашей семьи.

Мой отец открыл салон на все деньги, которые он скопил.

Это был бы мой салон, место для тех, кто хочет красиво выглядеть.

Я сглотнула слюну с покрасневшими щеками. Через некоторое время в салон начали стекаться люди.

Там были члены АСМ, с которыми я сблизилась за короткий промежуток времени, и аристократы, которые заинтересовались моим методом макияжа, который в наши дни начал привлекать внимание.

— Поздравляю, Леди Перния.

— Он выглядит действительно мило. Прекрасно.

Мой отец приветствовал гостей с большим энтузиазмом, чем я.

— Боже. Добро пожаловать. Герцогиня Росаса. Спасибо, что пришли в наш скромный салон. Интерьер действительно приятный, не так ли? Я нанял лучшего мастера в Имперском городе, чтобы он построил его. Вот почему мой кошелёк пуст. Ох, вы не должны смотреть на меня с такой жалостью. В будущем это место станет настолько знаменитым, что в столице не останется никого, кто бы не знал о нём. Ха-ха-ха-ха.

...Неловко.

Женщины, услышав бесстрашные слова моего отца, рассмеялись.

— Вы возлагаете большие надежды на свою дочь. Тогда вы должны добиться успеха, Леди Перния, – сказала Герцогиня Росаса.

— Да, знаю.

Я кивнула и с надеждой посмотрела на женщин.

— Вы сделаете заказ сегодня? Если вы сделаете заказ сегодня, вы также получите в подарок розовую помаду, сделанную мной.

— Хо-хо, конечно, я должна сделать заказ. Я была завсегдатаем ещё до открытия магазина.

— Я тоже.

Многие женщины подняли руки и сделали предварительный заказ. Несмотря на то, что цена была установлена довольно высокая, никто не беспокоился об оплате.

Как и ожидалось, благородные гости – лучшие!

Мы с отцом, чьи глаза расширились от цифр, торопливо поговорили с нашими гостями.

Потом какая-то женщина спросила:

— Но я не вижу Лорда Кардьена.

— Люциану пришлось отправиться в Императорский Дворец по приказу Его Величества. Я не думаю, что он сможет прийти сегодня, – сказала я, опустив глаза.

— Поняла.

Женщина не смогла скрыть своего разочарованного лица.

Думаю, она пришла повидаться с Люцианом, а не со мной.

Ну, есть много людей, которые обращаются ко мне главным образом потому, что я невеста Люциана.

Баронесса Гранде встала, чтобы развеять мрачное настроение. Она с оживлённым лицом похлопала разочарованную женщину по плечу.

— Какое это имеет значение? Сегодняшняя звезда – Леди Перния. Вы можете наслаждаться беседой с ней.

Потом она заговорила со мной.

— Леди Перния, какие продукты у вас есть здесь, в салоне? Я могу видеть продукты, которые никогда раньше не видела.

Ох, Баронесса Гранде!

Как она может так разумно менять настроение?

Я посмотрела на Баронессу Гранде, выражая свою благодарность за её вмешательство. Она подмигнула мне.

Я не могла упустить этот шанс продвинуть салон для женщин.

* * *

В это время Люциан стоял на коленях, а Император сидел на троне перед ним.

Император выглядел совершенно иначе, чем раньше.

Цвет его лица больше не был бледным, а сухие губы казались полными жизни.

Он ещё не полностью восстановил своё здоровье, но, по крайней мере, он не был в состоянии больного человека, рассчитывающего на день своей смерти.

Это произошло благодаря лечению Куна.

Император сказал Люциану:

— Люциан, вернись в зону боевых действий ещё раз.

Люциан ответил с твёрдым лицом и голосом, чистым, как голубое небо:

— Война уже закончилась. Враг признал поражение, и наши солдаты оккупировали их земли.

— Всё верно. Но это выглядит не очень хорошо. Вопреки соглашению, которого вы достигли с врагами, побеждённые солдаты и местные жители не сотрудничают. Потому что ужасающего Кардьена, который был командующим войной, там нет.

— ...

— Поэтому то ты мне и нужен. Я не прошу тебя идти на войну. Всё, что тебе нужно сделать, это остаться там на некоторое время. Одно это заставит их замолчать и прислушаться к Имперским силам.

— ...Есть много других рыцарей, которые могут контролировать ситуацию. Это не обязательно должен быть я... – сказал Люциан, опустив глаза.

— Даже если я пошлю десять человек, они никогда не смогут оправдать того эффекта, который производит твоё имя! – крикнул Император с недовольным выражением лица.

Затем Император заговорил, выглядя так, как будто хотел утешить Люциана.

— На этот раз я посылаю тебя, чтобы показать здешней знати, какой ты великий рыцарь, Кардьен. Как могли эти аристократические ублюдки так жестоко обращаться с тобой, когда ты закончил долгую войну за нас?

Император вспомнил, как Люциан вернулся с войны с известием о победе Империи.

Несмотря на то, что он вывел армию из войны, которая долгое время была головной болью для Империи, дворяне не полностью признавали, что Люциан, простолюдин, добился такого.

Том 1 Глава 57.1

В то время Император был слаб и не мог должным образом защитить Люциана.

В результате Люциан получил только титул «Лорд Кардьен» и небольшую землю за свои достижения.

Император заботился о нём всё это время.

— Если ты вернёшься в зону боевых действий и наведёшь порядок, я дам тебе статус и должность, которые не мог дать тебе тогда. На этот раз ты получишь награду, которую заслуживаешь.

Раньше у власти не было человека, который мог бы противостоять дворянам, но теперь есть.

Эта возможность позволила бы Императору дать Люциану многое из того, что он хотел ему дать.

Это всё было предназначено для Люциана.

Люциан знал истинные намерения Императора. Он делал это для своего самого любимого рыцаря.

Но...

Люциан не мог с готовностью принять приказ Императора.

Зона боевых действий находится очень далеко. Независимо от того, как быстро скачет на лошади, на то, чтобы добраться туда, уйдёт больше недели.

Кроме того, нет никакой гарантии, что конфликт будет разрешён быстро, как того ожидал Император.

Я буду вдали от неё слишком долго.

Глядя на Люциана, размышляющего со сжатыми губами, Император сказал с выражением удивления на лице:

— Ты думаешь ослушаться моего приказа?

Люциан ответил озадаченным взглядом.

— Пожалуйста, дайте мне немного времени подумать об этом.

— Почему? Если бы Перния сказала тебе не ходить, ты бы притворился больным и отказался от моего приказа?

— ...

В ответ на молчание Люциана Император прищёлкнул языком и пробормотал:

— Мой сын влюблён, и теперь этот парень тоже влюблён...

Он подумал о своём сыне, который сказал, что вернётся, но даже кончика носа не показал.

Однако Император не ругал Люциана так, как он ругал Каликса.

Потому что он был знаком с тем, как раздражает молодой человек, ослеплённый любовью.

Даже если он будет сильно настаивать, ответная реакция только усилится. Скорее, было бы эффективнее заманить женщину, в которую он влюблён.

— Хорошо, поговори с Пернией. Если ребёнок скажет, что не хочет, чтобы ты уходил, скажи мне. Если ты хочешь, она может пойти с тобой. Так будет легче выбрать, верно?

Предложение Императора было шокирующим. Вместо того чтобы злиться на своего подчинённого, который не подчинился его приказу, он был скорее внимателен.

Вот как сильно Император заботился о Люциане.

Люциан склонил голову с озадаченным лицом.

* * *

Люциан покинул Имперский город и верхом на лошади направился в салон Пернии.

Сегодня был очень важный день для неё. Он немного опоздал, но хотел поторопиться и поздравить её.

Он думал, пока скакал на лошади с букетом цветов в руках.

Простите, Ваше Величество, но я не пойду, если она этого не хочет.

Как сказал Император, он хорошо знал, что для него это была важная возможность. Это была возможность для него получить власть, которую он заслуживал, при поддержке Императора, но Люциан не был жаден до такого.

Всё, чего он хотел, это быть с Пернией.

— Ха, ха-а...

Пот стекал у него по лбу, так как он не остановил лошадь ни на миллисекунду.

Люциан вытер пот, слез с лошади и направился в салон.

В роскошно оформленном салоне уже было полно народу.

Люциан остановился, сам того не осознавая.

Он заметил Пернию через большое окно.

Она улыбалась с сияющим лицом, и рядом с ней было бесчисленное множество людей.

Перния выглядела счастливой.

Он не знал, что она может так выглядеть с другими людьми, кроме него.

В этот момент ему показалось, что его сердце остановилось.

Если подумать, она когда-нибудь уделяла мне всё своё внимание?

Она становилась всё более и более занятой по мере того, как становилась известной среди знатных дам, и с ней было трудно встретиться с тех пор, как она решила открыть салон.

И когда они всё-таки встречаются, Перния говорит только о своей работе.

Точно так же, как раньше, когда она только смотрела на Люциана и никогда по-настоящему не радовалась тому, что они были вместе.

Его сердце бешено колотилось.

— Что ты делаешь, стоишь там и выглядишь как бездомный?

Люциан повернул голову на дразнящий его голос.

Кун стоял там с букетом цветов.

Кун посмотрел через плечо Люциана позади него и приподнял уголки рта, как будто он знал, что происходит.

— Ага. Ты, должно быть, ревновал.

Затем он разразился смехом.

— Это так забавно. Я думал, у тебя нет эмоций.

Люциан, которого Кун встретил на поле боя, полностью отличался от человека, стоявшего перед ним сейчас.

Он был вежлив и дружелюбен со всеми и заботился о слабых, но за его действиями не было никаких эмоций.

Должен ли я сказать, что он похож на хорошо обученную куклу, которая приобрела эмоции?

Он делал что-то не потому, что ему этого хотелось. Он просто делал что-то, потому что ему приказали.

Затем появилась Святая.

Женщина, которую Кардьен уважает и за которой преданно следует.

[Тогда, это из-за той женщины?..]

Затем он услышал, что Святая прибыла в Королевство Себран. Кун немедленно отправился навестить Святую.

Она действительно была красивой женщиной. Она была не только красива, но и обладала светлым умом и чистой душой.

Том 1 Глава 57.2

[Ты та женщина, которая нравится Люциану?]

Но она была удивлена и опровергла эти слова.

[Партнёрша Люциана – Мисс Ния.]

[Ния?]

[Да. Она невеста Лорда Люциана. Он дорожит ею. Они очень хорошо ладят.]

У Куна возник интерес.

Люциан лелеет её? Они очень хорошо ладят?

Он не мог себе такого представить.

Итак, Кун направился в Империю. Половина была связана с лечением больного Императора, а половина – с тем, чтобы увидеть женщину Люциана.

И он был действительно разочарован, когда увидел её.

Перния казалась обычной женщиной. Он не мог найти в ней ничего особенного, как в случае со Святой.

От неё пахло крепкими духами. В модном наряде. С глазами, полными высокомерия.

Все общие черты благородной женщины.

Однако то, что она сделала потом, отличалось от ожиданий Куна.

[Возьми свои слова обратно. Что Люциан – монстр.]

Он уже видел эту точную сцену раньше. Не то чтобы он не сталкивался с женщиной, одержимой Люцианом.

Смелость, которая потребовалась ей, чтобы сказать это, не была удивительной.

Однако то, что она сказала после этого, было особенно шокирующим.

[Ты... твоя подводка для глаз... неровная.]

...Его никогда раньше так не оскорбляли.

Кун мрачно улыбнулся, вспоминая тот момент.

— Я думал, что она просто нежная Юная Леди, но это было совсем не так. В отличие от её застенчивой внешности, у неё дерзкий дух, который не боится укусить, – сказал Кун, и его толстые веки изогнулись, как полумесяц. — Она довольно интересная.

Однако, в отличие от Куна, который улыбался, глаза Люциана вели себя странно.

Его красные глаза беспорядочно подёргивались. Как будто он был переполнен определёнными эмоциями.

Затем Люциан со спокойным лицом открыл рот:

— Кун, пожалуйста, остановись. Я не хочу больше слышать от тебя ни слова о ней.

— А что, если я не остановлюсь? Убьёшь меня?

— ...Нет. Я не буду убивать, пока не окажусь на поле боя. Я вежливо прошу тебя.

Кун рассмеялся, как будто услышал забавную шутку.

— Попроси ещё раз.

Когда Кун спровоцировал его, глаза Люциана устрашающе сверкнули.

Но Кун совсем не боялся Люциана.

Люциан никогда не прикоснётся к Куну, если Перния этого не захочет.

Кун улыбнулся и прошёл мимо Люциана.

Как только он открыл дверь, взгляды людей обратились к нему.

Женщины просияли и воскликнули, увидев двух мужчин, вошедших в магазин.

— КЬЯ-Я, СЭР КУН!

— Боже! Лорд Кардьен тоже здесь.

— Какое зрелище – видеть их вдвоём!

Тем временем Перния стояла там. Среди вышеупомянутых женщин к ним подошла и Перния.

Перния, чьи щёки были красными, сказала с сияющим лицом:

— Ты здесь, Люциан. Я думала, ты не сможешь прийти.

— Я усердно работал, чтобы выкроить время.

Когда он сказал это, она опустила брови и коснулась щёк Люциана. Они были ледяными.

— Понимаю. Тебе не нужно было переусердствовать.

— Но разве это не важный день? Поздравляю, Ния.

Люциан вручил Пернии букет свежих фиолетовых анютиных глазок.

Перния хихикнула, глядя на него, когда получила букет цветов. На её лице было выражение, которое сочилось любовью.

Лица женщин, которые видели этих двоих, покраснели.

Именно Кун нарушил атмосферу.

— Тцк, тцк.

Кун с недовольным видом протянул Пернии букет роз.

— Я что, невидимка?

— ...

Перния посмотрела на Куна совершенно с другой позиции, чем когда она смотрела на Люциана.

Кун, казалось, знал, о чём думает Перния.

Она думала о том, как она поступит с ним.

Она получила букет цветов от Куна так, как будто приняла решение. И поприветствовала его вымученной улыбкой.

— Ах, я так благодарна, что ты решил одарить это убогое место своим величественным присутствием.

Любой мог бы сказать, что она совсем не была благодарна.

Кун снова схватился за живот и расхохотался.

Перния посмотрела на Куна с презрением.

Что с ним не так?

* * *

Церемония открытия прошла успешно.

Женщины, присутствовавшие на банкете, покинули салон с довольными лицами.

Было забавно пообщаться с Пернией, владелицей салона, но также было очень приятно увидеть двух самых известных людей в столице.

В пустом магазине остались только Перния и Люциан.

Выпив с гостями несколько бокалов алкоголя, Перния была полна возбуждения.

Сказала она, помахивая блокнотом с детской невинностью.

— У меня заказов на месяц вперёд. Разве это не удивительно?

— Это потому, что Ния талантливая. Ты действительно потрясающая.

— Хе-хе.

Перния хихикнула с яркой улыбкой на комплимент Люциана. Она говорила с сияющими глазами:

— Если я заработаю много денег, то куплю Люциану много подарков. Я куплю вкусные пирожные, новый меч и одежду от известных дизайнеров.

Люциан разразился смехом.

— Хорошо, я с нетерпением жду этого.

Но вскоре глаза Люциана опустились.

Я не могу говорить об этом, когда она чувствует себя такой счастливой.

Но то, что он должен был сказать...

— Кхм, – начал Люциан.

— Что?

— Мне нужно отправиться в зону боевых действий. Его Величество отдал приказ.

Том 1 Глава 58.1

Услышав его неожиданное замечание, Перния моргнула и спросила:

— ...На какое время?

— Точно не знаю. Дорога туда и обратно занимает несколько дней, так что это займёт не менее месяца, даже если я буду работать с большой скоростью.

Месяц... это долго.

— Это опасная работа? – спросила Перния с обеспокоенным лицом.

— Нет. Я просто должен быть там, чтобы немного присмотреться к некоторым вещам.

Только тогда Перния вздохнула.

— Какое облегчение.

Он чувствовал, что она испытала искреннее облегчение.

С этими словами застывшее лицо Люциана немного расслабилось. Затем Люциан посмотрел на Пернию.

Она любит меня.

Он не сомневался в этом.

Так...

Если она скажет мне не идти, я не пойду. Даже если это был приказ Его Величества.

Перния повернулась к Люциану. Её зелёные глаза сверкнули.

Глаза, которые он так любил.

— Хорошо. Счастливого пути.

Его челюсть инстинктивно сжалась от её ответа.

Истолковав ожесточённое выражение лица Люциана, Перния быстро добавила:

— Ты сказал, что это был приказ Его Величества, а значит, это должно быть действительно важно. Не беспокойся обо мне. Я могу подождать.

Как я должен определить это чувство?

На мгновение он почувствовал спокойствие. Затем он почувствовал, как что-то горячее закипает у него в груди.

Люциан почувствовал замешательство.

Потому что это чувство, которое он испытывает, кажется ему действительно странным.

Люциан попытался взять себя в руки.

Очнись, Люциан.

Что тебя так шокировало в том, что она сказала?

Она смелый и заботливый человек. Вот почему она так отреагировала...

Не потому, что она никогда не любила меня.

Ах. Он смотрит на меня с таким лицом.

Лицо Пернии, смотревшей на Люциана, было полно беспокойства.

— Что случилось, Люциан? Твоё лицо побледнело. Ты приболел?

Перния осмотрела его тело, чтобы посмотреть, не ранен ли Люциан. Положив руку на лоб Люциана, она подтвердила, что с его телом не было ничего особенно плохого.

Перния взяла Люциана за руку и сказала, с тревогой заглядывая ему в глаза.

— Есть ли что-нибудь, что ты хочешь мне сказать? Если да, скажи мне сразу. Мы договорились говорить друг другу всё, что хотим, и никогда ничего не скрывать.

Люциан прикусил губу.

Это было так, как если бы она схватила его за руку, которая ненадёжно висела на краю обрыва.

Его лицо отражалось в её ясных зелёных глазах.

Люциан собрался с духом и открыл рот.

— Ния, на самом деле...

— Да?

Перния энергично кивнула. Люциан продолжил дрожащим голосом:

— Его Величество сказал, что для тебя будет нормально пойти со мной, если хочешь.

— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой.

Он знал, что это была эгоистичная просьба. Он также знал, что ведёт себя как ребёнок.

Но если это она...

Но последовавшего за этим её ответа было достаточно, чтобы сердце Люциана упало.

— ...Я боюсь, что это будет трудно сделать, Люциан.

— ...

— У меня так много дел, которые я должна сделать, потому что я только что открыла салон. Я должна подготовиться к приёму клиентов, которые сделали предварительный заказ, а это занимает некоторое время. Мне очень жаль.

Во взгляде Пернии, обращённом на Люциана, были другие эмоции, чем раньше.

Её сверкающие зелёные глаза были полны извинения и сожаления.

У неё нет причин извиняться. Он вдруг попросил её поехать в место, где она никогда раньше не была. Он был неправ.

Кроме того, она только начинала двигаться навстречу своей мечте. Это было слишком много, чтобы просить её отказаться от своих планов ради него.

Так что мне не следует злиться.

Я не могу её винить.

Я не должен быть жадным.

Люциан сглотнул слюну, размышляя про себя.

Он почувствовал что-то ужасно горячее глубоко внутри своего тела.

— Не извиняйся, Ния. Прости, что сказал что-то странное, – сказал Люциан, подавляя это чувство.

Перния покачала головой.

— Во-первых, это не то, за что мы оба должны извиняться друг перед другом. Тебе и мне просто нужно кое-что сделать. Мне грустно, что тебе придётся надолго уехать, но время от времени у нас обязательно возникают подобные проблемы, верно?

Перния выдавила улыбку, чтобы поднять настроение.

— Чем больше расстояние, тем больше мы будем сиять. Будь уверен в себе!

Люциан рассмеялся.

Его улыбка выглядела такой же, как обычно.

Так что Перния вообще этого не заметила.

Что в его рубиново-красных глазах что-то тихо кружилось.

* * *

Я была не в себе целую неделю после открытия салона.

Это потому, что, в отличие от других аристократов, которые только финансировали, а не непосредственно управляли бизнесом, я принимала непосредственное участие в обслуживании клиентов.

Моё тело чувствовало себя измученным, но я совсем не устала.

— Мне правда это нравится, Леди Перния!

Её клиенты, которые хихикали от восторга при виде своего нового образа, были её источником мотивации.

— Это было именно то, к чему я стремилась. Пожалуйста, используйте это и в следующий раз.

Кроме того, это было действительно полезно.

Это действительно самое лучшее – иметь возможность делать то, что мне нравится, и зарабатывать на этом деньги.

Это было действительно весело.

Салон был закрыт на закате.

Я сидела одна в пустом магазине, где не было ни покупателей, ни персонала.

Это потому, что я больше привязана к своему магазину?

Это место более удобное, чем моя комната, поэтому я немного побуду здесь, прежде чем отправиться домой.

Я делаю кисточку, чтобы повесить её на рукоять меча. Это был подарок для Люциана.

Нет ничего более романтичного, чем дама, дарящая свою кисточку ручной работы уходящему рыцарю.

Том 1 Глава 58.2

Я пошевелила пальцами и сплела красные и зелёные шёлковые нити, которые напоминают цвет наших глаз.

В этот момент я услышала стук в дверь.

Не многие могли прийти в салон после закрытия. Я стояла перед дверью с приветливым выражением лица.

— Люциан?

В последние несколько дней он посещал салон каждый Божий день. Он сказал, что не хочет беспокоить меня на работе, поэтому будет приходить, как только все клиенты уйдут.

Однако услышанный голос принадлежал не Люциану.

— Это я.

Кто такой «я»?

Это был знакомый голос, который я слышала раньше, но я не могла точно определить, кто это был.

Чувствуя себя настороженно, я подняла туфли на высоких каблуках, которые стояли у меня в углу.

Исключительно заострённые и длинные, эти каблуки были отличным орудием для убийства.

Если этот человек сделает что-нибудь подозрительное, я проделаю дыру в его черепе.

Преисполненная решимости, я спросила холодным голосом:

— Как я могу знать, кто вы? Пожалуйста, назовите своё имя.

Голос быстро ответил:

— Атанасио Алексис Нарша Франц.

Один голос, но так много имён. Это имена многих душ, владеющих его телом? Или у него раздвоение личности?

Я думала о самых разных вещах, но в конце концов прикрыла рот от смеха, когда поняла.

Это имя Императора.

* * *

Ещё некоторое время назад моё тайное и уютное убежище превратилось в удушающее пространство.

Благодаря внезапному появлению Императора.

В отличие от меня, у которой обильно потеет спина, Император был расслаблен. Он оглядел магазин и сказал:

— Он не такой большой, но ты хорошо его украсила. Благородным женщинам это понравилось бы.

— Я польщена.

Неловко отвечая на похвалу Императора, я мысленно размышляла о том, зачем он мог прийти сюда.

Я слышала, что когда он поправил своё здоровье, он также начал посещать случайные места, но почему именно это место?

После долгих размышлений я пришла к одному выводу.

Он пришёл, чтобы сделать макияж?

Это было правдоподобно.

Хотя он много лет был командиром на поле боя, у Императора было очень мягкое лицо.

Возможно, он пытается превратиться в харизматичного Императора, чтобы отметить своё возвращение.

Если я приподниму его брови и подведу глаза для этого макияжа тирана!..

К сожалению, я была возвращена к реальности из своих грёз наяву.

— Ты, должно быть, была удивлена, внезапно увидев меня. Я пришёл сюда, чтобы поговорить о Люциане, – сказал Император мягким голосом.

Я наклонила голову, потому что не понимала.

Если бы у него было дело ко мне, он должен был просто вызвать меня во Дворец, как он всегда делал.

Словно прочитав мои мысли, Император мягко улыбнулся.

— Я здесь сегодня, чтобы попросить о личном одолжении, а не о приказе как Император. Поэтому я подумал, что было бы более уместно посетить твой салон.

Личное одолжение?

Я ещё больше запуталась.

О чём просит меня Император, восстановивший своё здоровье и держащий в своих руках все силы мира?

Я просто не могла этого понять.

— Люциан рассказал тебе о моём приказе?

— Да.

— Что тебе сказал Люциан?

— Ваше Величество приказали Люциану отправиться на некоторое время в зону боевых действий. Но никаких серьёзных проблем нет, так что мне не о чем беспокоиться.

Низкий вздох сорвался с губ Императора, который молча смотрел на меня.

— Да, несколько дней назад ничего серьёзного не было. Но что-то случилось...

Я посмотрела на Императора широко раскрытыми глазами. Император говорил с серьёзным лицом:

— Два дня назад в зоне боевых действий вспыхнуло восстание.

— !..

— Местные жители, которые сдались Империи, и солдаты, которые были рассеяны, стали едины. Это не большая проблема, если бы это касалось только их, но зарубежные страны начали предоставлять им солдат и оружие. Имперские войска, в настоящее время находящиеся на наших базах там, не смогут справиться со своими силами.

Я мало что знаю о политической ситуации или иностранных делах.

Однако я могла видеть, насколько серьёзной была нынешняя ситуация. Потому что лицо Императора стало очень мрачным.

— Говорят, что повстанцы убивают Имперскую армию и её людей наугад. В этом районе всё превратилось в ад.

— Т-тогда наши рыцари должны прийти на помощь как можно скорее.

— Да, он должен уйти как можно скорее. Он лучший рыцарь, который у нас есть.

Я знала, кого он имел в виду.

Он говорил о Люциане.

Моё сердце бешено колотилось.

Люциан не поднимал ничего из этого до вчерашнего дня. Мы просто смеялись и вели обычные разговоры.

Это означает... Люциан снова должен идти на войну?

Разве он не сказал мне, потому что думал, что я буду волноваться?

Так вот почему Император пришёл сказать мне это вместо этого?

Я посмотрела на Императора с растерянным лицом.

— Люциан сказал, что хочет бросить свою работу рыцаря, – сказал Император.

— ...Хах? Что?!..

— Неделю назад он пришёл ко мне, опустился на колени и сказал: Я верну всё, что получил от Вашего Величества, поэтому, пожалуйста, увольте меня с моей должности.

Мне показалось, что меня ударили по затылку огромным молотком.

Я посмотрела на Императора с потрясённым лицом. Император увидел моё лицо и прищёлкнул языком.

— Он тебе ничего не сказал.

Вскоре взгляд Императора изменился.

На его прежде мягком лице появилась новая эмоция – гнев.

Том 1 Глава 59.1

— Никто не знает, как сильно я на самом деле забочусь о Люциане. Я выбрал молодого простолюдина, чьё происхождение было неизвестно, в качестве генерала моей армии и отправил его на поле боя, и никогда не отказывался от своих усилий принять его как одного из моих людей. Но он предал меня, как раз тогда, когда я действительно нуждался в нём.

От его кипящего гнева у меня по телу пробежали мурашки. Моё тело бессознательно задрожало.

Гнев Императора не угасал, пока я хранила молчание. Его свирепые глаза смотрели на меня.

— Вы спрашивали Люциана? Почему он ослушался Вашего Величества, когда вы нуждались в нём больше всего? Что он сказал?

— ...

Он не мог ответить.

Почему Люциан выступил против Императора, который излучает огромное количество гнева?

Я покачала головой при этой мысли.

У него должна быть причина.

Но, как обычно, причиной действий Люциана была... я.

— Это из-за тебя, Перния.

— !..

— Люциан сказал, что не может оставить тебя. Даже если это всего лишь на очень короткое время.

Красивое лицо Императора исказилось.

— Он предал меня по такой глупой причине. Делая это, он предаёт и мой народ, – сказал он, раздражённо обхватив голову.

Через некоторое время Император испустил долгий вздох. Когда он поднял глаза после этого, лицо Императора было спокойным.

Как будто он отпустил свой безмерный гнев внутри.

— Я хотел бы перерезать Люциану шею, если бы мог, но сейчас мне нужна не его голова, а его сила. Так что, Перния, пожалуйста. Убеди его, – сказал Император.

Это самая жестокая и страшная просьба, которую я только могла получить.

* * *

Вскоре после визита Императора ко мне пришёл Люциан.

Люциан вошёл в салон, как обычно, с обилием сладких пирожных в руках.

— Ты говорила, что хочешь съесть персиковый пирог Шарипса, верно? Я также купил чай, который, как известно, хорошо сочетается с персиковым пирогом.

На лице Люциана не отразилось ни малейшего признака муки или огорчения. Как будто всё, что я слышала от Императора, было ложью.

Я сказала Люциану, который ставил пирог на стол:

— Я слышала, что ситуация в зоне боевых действий серьёзная.

— !..

Люциан замер и посмотрел на меня. Когда я увидела его потрясённое лицо, то вздохнула.

Император не лгал.

— Где ты это услышала? – спросил Люциан с взволнованным лицом.

— Это не важно. Что мне интересно, так это то, что ты думаешь.

— Что я думаю?

— Да. Что ты думаешь о сложившейся там ситуации?

Мне нужно было подтвердить намерение Люциана.

То ли он действительно не хочет идти туда из-за меня, то ли потому, что он просто больше не хочет ходить в опасные места.

Он – известная фигура, но, возможно, он больше не захочет ходить в опасные места.

Если это так, я не буду убеждать его, сколько бы Его Величество меня ни умолял.

Но Люциан сказал, опустив глаза:

— ...Я искренне надеялся, что этот район станет мирным после боёв там в течение последних трёх лет. Я думал, что наконец-то наступил мир, но услышал, что восстание вспыхнуло снова... Мне больно думать обо всех людях, умирающих в этот момент.

Я сглотнула слюну и сказала:

— ...Значит ли это, что ты хочешь пойти?

Люциан колебался с ответом. Через некоторое время он сказал:

— Нет.

— Ты сказал, что восстание заставляет тебя грустить.

Люциан же сказал мне:

— Но ты не будешь со мной.

На мгновение я перестала дышать.

Император был прав.

Только из-за меня Люциан сделал такой выбор.

Я посмотрела на Люциана дрожащими глазами.

Его красные глаза, смотревшие на меня, сияли ясно и красиво. В то же время это выглядело болезненно и опасно.

Я вспомнила слова Императора.

[Убеди Люциана. Перния, если ты не добьёшься успеха, Люциан потеряет всё. Он потеряет моё доверие, над ним будут смеяться дворяне, которые презирают его, и его будут критиковать солдаты и простолюдины, которые уважали его. Было бы довольно трудно столкнуться со всем этим лицом к лицу, верно? Для Люциана, и для тебя тоже.]

Я не могла просто позволить, чтобы его бросили в этот ад.

Я знала, как усердно он работал, чтобы добраться туда, где он сейчас находится.

Я закрыла и открыла глаза. И затем сказала с озабоченным лицом:

— Люциан, если причина, по которой ты не идёшь туда, из-за меня... Давай отправимся вместе.

— Что?

— Давай вместе отправимся в зону боевых действий.

— !..

Это единственный способ, которым я могу убедить его.

Люциан покачал головой.

— У тебя нет причин идти в такое опасное место.

— Ты можешь защитить меня.

— Но... Ты сказала, что это место дорого тебе. Ты не можешь пойти со мной.

— Сейчас всё иначе.

Мы посмотрели друг другу в глаза. Почувствовав мою решимость, Люциан в конце концов кивнул.

— ...хорошо.

Люциан обнял меня со смешанными чувствами. Он прошептал тихим голосом:

— Давай пойдём вместе, Ния.

Надеюсь...

Я надеюсь, что это было просто моё воображение, уловившее нотку радости в его голосе.

* * *

Люциан сказал Императору, что уезжает в зону боевых действий. Император поспешно развернул армию с великой радостью.

Я тоже была занята.

Я отправила письмо с извинениями клиентам, которые сделали заказы, заявив, что салон был закрыт из-за неизбежных обстоятельств.

Я тоже рассказала своему отцу.

— Отец, я уезжаю в зону боевых действий с Люцианом.

Мой отец закричал от ужаса:

— О чём ты говоришь, Перния?! Зачем ты едешь в место, где свободно разгуливают варвары? Ты не можешь!..

Том 1 Глава 59.2

Эта реакция полностью отличается от того, как он обычно подбадривает меня за всё, что я делаю.

Я старалась говорить как можно более спокойно:

— Не волнуйся, отец. Я не буду в большой опасности, так как солдаты защитят меня. Его Величество также сказал, что тщательно подберёт для меня сопровождающих.

— Но поле битвы по-прежнему остаётся полем битвы. Если ты действительно хочешь пойти, я тоже пойду. Пойдём, держась за руки!

Честно говоря, я была немного тронута тем, что человек, который даже не мог держать меч, потому что он многого боится, предложил пойти со мной.

— Отец, тебе нужно поработать, пока меня не будет, – сказала я, пряча несколько пролившихся слёз.

Это я решила пойти с Люцианом, но именно Император заставил меня сделать этот выбор.

Чувствовал ли он сожаление? Или это было сделано для того, чтобы вернуть должок?

Император поручил семье Лайлак проект по поддержанию водоснабжения.

— Его Величество открыто давит на семью Лайлак. Такая возможность больше не представится. Так что выкладывайся по полной и надави на носы семьям, которые пренебрегли нами, – прошептала я своему отцу.

Этим я утешила своего отца.

После этого я направилась в салон.

Люциан сказал, что мы не сможем вернуться в течение месяца, самое короткое – до трёх месяцев.

Глядя на заброшенный салон, я горько улыбнулась.

Это очень прискорбно, но всё в порядке.

Это не значит, что я закрываю магазин навсегда.

Я буду считать это перерывом.

— Я вернусь.

Я попрощалась и повесила табличку на закрытой двери.

[ЗАКРЫТО.]

Я заперла дверь и вышла из магазина, и в этот момент появилось лицо, которое я не хотела видеть.

Это был Кун.

— Я слышал, ты пойдёшь с Кардьеном.

Я нахмурилась.

На что он пытается намекнуть, поднимая этот вопрос?

Он пытается высмеять меня, осуждая за то, что я ослеплена любовью и последовала за своим любимым человеком в зону боевых действий, не обращая внимания на опасности?

Однако Кун сказал нечто неожиданное.

— Император угрожал тебе, да?

— ...

Я старалась не реагировать, насколько это было возможно, но Кун прищёлкнул языком.

— Ох уж этот ублюдок. Я только что вылечил его болезнь, и он уже использует новую энергию, которую приобрёл. Боюсь, он снова заболеет, если продолжит в том же духе.

Отлично! Сделай так, чтобы он не мог встать с постели!

Я едва сдержала то, что хотела выкрикнуть.

— Как ты узнал? Ходят ли какие-нибудь слухи? – спросила я, нахмурив брови.

Я не хотела, чтобы все думали, что между мной и Императором что-то произошло.

К счастью, Кун покачал головой.

— Нет. Я только что понял это с помощью своего собственного остроумия.

— Какое облегчение.

Я прошла мимо Куна, чопорно ответив ему. Кун последовал за мной и спросил:

— Разве ты не сердишься?

— Что?

— Это не было твоей собственной волей следовать за Кардьеном. Император угрожал тебе, а Кардьен не уступил своей жадности.

— ...

— Я был бы раздражён и отказался, если бы меня застали между этими двумя.

— ...На самом деле я не сержусь. Потому что моё сердце широко, как океан.

— Ты знаешь, как они называют таких людей?

— Ангелами?

— Нет, слабаками.

— Нравится твоё лицо?

Кун выругался.

Вот что ты получаешь за то, что пытаешься испытать меня.

Кун продолжал говорить из-за моей спины:

— Хорошо. Так что нет необходимости останавливать его от глупых поступков просто потому, что ты ему нравишься. Но как ты думаешь, как долго сможет так продолжаться?

— ...

— Это будет не в первый раз. Кардьен будет пытаться связывать тебя всё больше и больше. До такой степени, что однажды ты не сможешь с этим справиться.

Услышав, как он порочит наше будущее, я обернулась и закричала:

— Ты можешь перестать судить нас так, как будто знаешь всё? Моя любовь к нему больше, чем ты думаешь!

Кун озорно улыбнулся.

— Ты уверена в себе. Что ж, посмотрим, как всё получится.

Что ты имеешь в виду?..

Я не хочу больше никогда видеть твоё лицо, поэтому я ухожу!

* * *

Настал день, когда армия Люциана отправилась в путь.

Там было огромное количество солдат.

Я почувствовала решимость Императора разрешить конфликт в зоне боевых действий.

Люциан на огромном белом коне, замеченный прямо в центре армии, за ним следует карета, в которой сижу я.

Я была поражена, увидев Люциана, командующего солдатами в своих серебряных доспехах, но вскоре на моём лице появилось расстроенное выражение.

— При-и-ивет.

Кун помахал мне рукой из соседней кареты.

Почему он здесь?

Кун вчера уволился с работы Императорского врача.

[Император близок к полному выздоровлению, а это значит, что мне пора уходить. Здоровые пациенты – это неинтересно.]

Сказав это, Кун попросил у Императора разрешения вступить в армию.

Люциану не нравился Кун, но он не мог остановить его.

Потому что Кун был спасителем Императора.

На ум пришло то, что сказал мой отец перед тем, как я покинула особняк.

Мой отец, который проплакал всю ночь, заговорил со мной с опухшими глазами.

[Обязательно ешь. Ешь завтрак, обед и ужин. Никогда не делай того, чего тебе говорят не делать, и если ты окажешься в опасной ситуации, не оглядывайся и не убегай, и не смотри на врага свирепо, даже если он был груб. Честно говоря, у тебя отличная пара свирепых глаз. Что, если кто-то выстрелит в тебя из-за твоих глаз?]

Том 1 Глава 60.1

Конечно, я не позволю себе попадать в опасные ситуации, о которых беспокоился отец.

Я никогда не буду стоять впереди, потому что я здесь не для того, чтобы сражаться.

Я останусь в тылу, где буду в безопасности под защитой рыцарей.

В тот момент, когда я окажусь в опасности, Имперские силы также будут отброшены назад, и наша поездка будет отложена, но Люциан сказал, что он никогда не допустит, чтобы это произошло.

Так что на самом деле я не боюсь ехать в зону боевых действий.

После длинной речи Императора солдаты, наконец, начали двигаться.

Я вижу Люциана из маленького окошка кареты. Взгляд Люциана смягчился, когда он встретился со мной взглядом.

У него было такое кроткое лицо, что трудно было представить, что совсем недавно он командовал солдатами властным голосом.

Обычно я была бы загипнотизирована его улыбкой, но я почувствовала что-то странное.

Я почувствовала покалывание с одной стороны груди.

Я улыбнулась ему, пытаясь скрыть это чувство.

* * *

Дорога в зону боевых действий оказалась более комфортной, чем я думала.

Солдаты относились ко мне, невесте своего командира, с большой заботой, и Люциан тоже уделял мне пристальное внимание.

Такое чувство, что со мной обращаются как с Принцессой, хотя на деле это не так.

И не только это...

Хик, хик. Ещё немного, и у меня на ягодицах появятся мозоли.

Независимо от того, насколько качественной была эта карета, у меня покалывает зад после сидения весь день напролёт.

В какой-то момент, пока я потирала свою бедную задницу, карета остановилась.

Я схватила Люциана за руку и вышла из кареты.

— Молодец, Ния, – сказал Люциан, опустив брови.

Карета остановилась в тихой сельской деревне. Маленький замок стоял за полем золотистой пшеницы.

Это был замок Баронессы Алисии, ближайшее поместье к зоне боевых действий. Это то место, где мы будем жить, пока мы здесь.

Когда мы с Люцианом вошли, Баронесса Алисия, владелица замка, поприветствовала нас.

— Добро пожаловать, Лорд Кардьен. Даже если ты здесь не по счастливой причине, я рада видеть тебя снова.

Лицо Баронессы, когда она приветствовала Люциана, было полно радости.

— Как обстоят дела? – спросил Люциан со спокойным лицом.

— Мятежники достигли Коралловых гор за замком. Они ищут возможность устроить нам засаду.

— Они близко.

Баронесса кивнула. Я почувствовала, как страх расползается по моему бледному лицу.

Однако слова Люциана устранили любой намёк на страх, который был во мне.

— Мы разместим наших солдат по периметру гор, чтобы не допустить их проникновения. Будьте уверены, вам не придётся беспокоиться о том, чтобы идти в бой.

Он сказал это таким уверенным голосом, что заставил меня поверить, что это произойдёт. Только тогда лица четы Баронов просветлели.

Барон кивнул и сказал:

— Если Лорд Кардьен так говорит, я поверю этому. Ха-а, я так рад, что вы не опоздали.

Обрадованная пара Баронов притворилась, что только что заметила меня.

Баронесса Алисия подошла ко мне и дружелюбно сказала:

— Спасибо вам за то, что проделали такой долгий путь, Леди Перния. Я приготовила для вас комнату, Миледи, пожалуйста, следуйте за мной.

Я оглядела комнату и моргнула. Комната, оклеенная светло-розовыми обоями, была милой.

Эта комната была обставлена так красиво, что я задумалась, нормально ли иметь такую комнату в старом замке, который выглядел далеко не просторным.

— Вам нравится ваша комната? – осторожно спросила Баронесса Алисия.

— Да, она великолепна.

— Какое облегчение.

— Вы, должно быть, только вчера услышали, что я приеду. Как вам удалось подготовить эту комнату за такой короткий срок? – спросила я Баронессу, чья грудь облегчённо приподнялась и опустилась.

— Как только я услышала просьбу Лорда Кардьена подготовить комнату для его невесты, я не спала всю ночь, чтобы подготовить её. Поскольку вы привыкли к жизни в столице, я беспокоилась, удовлетворит ли это ваши вкусы, но я рада, что вам всё по нраву.

Она была искренна в своих словах.

Я не чувствовала никаких осуждающих взглядов или того, что она тайно смотрела на меня свысока за то, что я пришла в такое место с Люцианом.

Её добрые глаза были полны безусловной доброжелательности.

Люциан, конечно, популярен.

Я слышала, что люди, проживающие вблизи зоны боевых действий, гораздо больше уважали Люциана, чем те, кто жил в столице.

Не говоря уже о паре Баронов, которые управляют поместьем, ближайшим к зоне боевых действий.

Все остальные относились к нему с большим гостеприимством.

— Возможно, её не так уж много, но я готовила это от всего сердца. Пожалуйста, угощайтесь.

В комнату принесли хорошо приготовленную еду.

— Я также приготовила книги, инструменты и художественные принадлежности, чтобы вам не было скучно, пока вы здесь. Если вам что-нибудь понадобится, когда угодно, что бы это ни было, пожалуйста, зовите меня. Я достану это для вас.

Мне были подарены различные безделушки.

— Я знаю, что вы принесли кое-какую одежду, но я оставила кое-что в этой комнате, потому что этого может быть недостаточно во время вашего пребывания. Если вам не нравится дизайн или размер, пожалуйста, дайте мне знать прямо сейчас.

Даже шкаф, набитый платьями.

Честно говоря, это было очень обременительно.

— Спасибо вам за вашу тяжёлую работу, но я здесь не для того, чтобы отдыхать.

Хотя мы не можем видеть их отсюда, Барон сказал, что большое количество повстанцев разбили лагерь под горным хребтом за пределами замка.

Как я могла позволить себе такую роскошь, когда мы буквально в эпицентре битвы.

Я сказала Люциану, как только он вошёл в комнату:

— Люциан, останови Баронов. Я не хочу выделяться.

Но Люциан покачал головой.

Том 1 Глава 60.2

— Они делают это сами. Так что не чувствуй себя обременённой этим.

— Но...

— Это продлится самое большее – один месяц.

— ...

— Я усмирю мятежников и сделаю это так, чтобы мы могли вернуться в столицу в течение месяца. Так что, пожалуйста, потерпи это в течение одного месяца, Ния.

Глаза Люциана блеснули, когда я посмотрела на него.

Вау, прошло много времени с тех пор, как на меня нападали таким взглядом!

Я закрыла глаза и приоткрыла рот:

— Не знаю, смогу ли я чувствовать себя комфортно в этой ситуации... Но я постараюсь.

Прошло всего три дня с тех пор, как я сказала это.

— Ха-ха-хах, Мисс Перния, вы такая забавная.

— Как вы так хороши в светской беседе? Всё, что вы говорите, заставляет меня столь сильно смеяться.

— Ха-ха. У меня давление от смеха подскочило...

Что происходит?

Люциан отправился на битву с солдатами, и после этого его было трудно увидеть. Мне пришлось остаться в этом месте с дамами, а женщины в замке сильно интересовались благородными дамами из столицы.

Так что то, что я стала восходящей звездой, было неизбежно.

Баронесса Алисия, у которой очень низкая толерантность к смеху, сказала, вытирая слёзы вокруг глаз носовым платком:

— Вы хорошо владеете словами, элегантны, уверены в себе и красивы. Столичные дамы действительно отличаются от нас.

Непрекращающаяся похвала неосознанно расслабила моё лицо.

— Хе-хе. Не настолько я и удивительна.

— Вы пользуетесь косметикой? – сказала Баронесса и две её дочери с сияющими глазами.

— Да.

— Это очень красиво. Действительно ли этот макияж популярен в столице?

— Это моё предпочтение, но иногда этот стиль действительно популярен.

Баронесса и две её дочери удивлённо воскликнули.

Я смиренно ответила. Однако Баронесса и две её дочери всегда реагировали с изумлением.

Как наносить макияж или какую косметику использовать. Им было очень интересно услышать о тенденциях в столице.

Их интерес подстегнул мои амбиции, которые я подавляла в течение нескольких дней.

Я посмотрела на них и сказала:

— Вы хотите, чтобы я сделала вам макияж?

Отец.

Вдали от дома твоя дочь Перния открывает свой второй салон косметики.

* * *

Для Имперских солдат зона боевых действий была страшным местом.

Солдаты были незнакомы с климатом, топографией и растениями, и это место также являлось домом для злобных монстров.

Между тем, их врагом здесь были местные жители, которые знали местность лучше, чем кто-либо другой, так что не было причин не бояться.

Тем не менее, глаза солдат были полны надежды.

Потому что с ними был Люциан.

Люциан патрулировал лагерь.

— Ты серьёзно ранен. Не пытайся геройствовать и уходи. Если ты оставишь это без надлежащего внимания, в рану попадёт инфекция, и всё станет лишь хуже.

— Да, Сэр!

Солдат, привлёкший внимание Люциана, с трепетом кивнул.

Люциан был доброжелательным командиром, который заботился даже о солдатах самого низкого ранга. И всё же он был в высшей степени доблестен на поле боя.

Так как же они могут его не уважать?

Пол, помощник Люциана, посмотрел на Люциана с довольным лицом.

Однако лицо Пола потемнело при следующих словах Люциана.

— Я ненадолго вернусь в замок.

Обычные генералы, как правило, чувствуют себя более комфортно в замке, но не Люциан.

Люциан всегда делился каждым движением с солдатами.

Но не в этой битве.

Люциан возвращался в замок каждый день, несмотря на подготовленные казармы. Даже в те дни, когда ситуация складывалась не в их пользу, он всегда заходил в замок раз в день.

Скорее, это было бы понятно, если бы у него была неизбежная причина отправиться в замок или это было сделано для того, чтобы он мог комфортно отдохнуть.

Однако Люциан посещал замок каждый день лишь из-за Пернии. Зная это, Пол испытывал нехорошее предчувствие.

Однако он не говорил этого.

Потому что он знал, как сильно Люциан ценит Пернию...

— Я просто повидаюсь с ней ненадолго, так что пусть встреча пройдёт по расписанию, – сказал Люциан Полу, который спокойно готовил лошадь к сегодняшней миссии.

— Понятно.

Когда Люциан садился на лошадь, послышался саркастический голос:

— Вау, ты сегодня снова пойдёшь? Любой, кто увидит это, подумает, что тот замок покрыт мёдом.

Это был Кун.

На белом халате Куна были пятна крови, возможно, от лечения солдат.

Люциан проигнорировал Куна и прошёл мимо него. Кун продолжал говорить:

— Но знаешь что? Ты выглядишь действительно счастливым.

— ...

— Тебе не кажется, что это здорово, что Перния следовала за тобой всю дорогу сюда?

Лошадь, на которой ехал Люциан, остановилась. Люциан медленно повернул голову к Куну.

— О чём ты говоришь?

Кун хихикнул, как будто это было забавно.

— Ты был действительно расстроен, не так ли, так как Перния сказала, что не может пойти с тобой. Затем она прибралась в своём салоне и пошла с тобой. Кроме того, все здесь для неё чужие, и ей не к кому обратиться, разве это не захватывающе?

— ...Нет. Это не может быть правдой.

Однако, вопреки его ответу, голос Люциана дрожал.

Как будто он выдавил из себя слова, которые не являются правдой.

В конце концов Кун разразился смехом.

Я думал, что он должен был измениться, так как сейчас у него серьёзные отношения, но он совсем не изменился. Кардьен, ты такой же, как и раньше. Ты выглядишь большим, как медведь, но на самом деле внутри ты просто маленький ребёнок.

Кун сказал Люциану:

— Расслабься. Перния проделала весь этот путь сюда из-за Императора, а не из-за тебя.

Том 1 Глава 61.1

— !..

Красные глаза Люциана дрогнули.

— Император угрожал ей. Что если Кардьен не пойдёт на войну, вы с ней не будете вместе. Итак, разве она не проделала бы весь этот путь сюда, услышав это? – сказал Кун, приподнимая уголки рта.

Он продолжал говорить, глядя на Люциана озорными глазами.

— Почему ты корчишь такое лицо? Дело не в том, что ты не знал. Или ты хотел притвориться, что не знаешь?

— ...

Кун поцокал языком.

— Мда... Повзрослей, Кардьен.

Люциан больше не хотел слушать Куна. Он прошёл мимо Куна с холодным лицом.

[Кроме того, все здесь для неё чужие, и ей не к кому обратиться, разве это не захватывающе?]

Слова Куна всё время приходили на ум.

Люциан покачал головой.

Нет.

Люциан любит Пернию.

Любовь, которую он знал, заключалась в том, чтобы заботиться и лелеять другого человека.

Люциан надеялся на это всем своим сердцем.

Пусть Перния будет окружена многими, кто заботится о ней, и она сможет делать то, что хочет, улыбаться и быть счастливой.

Но почему...

Люциан посмотрел на Пернию вдалеке с суровым лицом.

Перния, которая, как думал Люциан, будет ждать его одна, была окружена людьми.

Люди держались за животы и смеялись, а Перния болтала с сияющим лицом.

Она выглядела энергичной, без намёка на одиночество, несмотря на то, что находилась в незнакомом месте.

В тот момент, когда он увидел это, он почувствовал холод во всём теле.

Люциан поспешно подавил эти чувства.

Он подумал, что ему следует загипнотизировать самого себя.

Если она счастлива, я счастлив.

Мне пришлось.

Я должен был бы.

Люциану удалось взять себя в руки и открыть рот.

— Ния.

Как только его голос донёсся до них, все взгляды женщин вокруг Пернии обратились к Люциану.

Перния приветствовала Люциана с сияющим лицом.

— Люциан!

— Ты выглядишь сегодня занятой, в отличие от обычного.

Услышав слова Люциана, Перния хихикнула.

— Да, я накладывала макияж на Бпронессу Алисию.

— Макияж?

Только тогда он заметил, что Баронесса Алисия и две её дочери, которые обычно почти не пользовались косметикой, были накрашены.

Баронесса Алисия, с ярким макияжем на глазах, покраснела при виде Люциана.

— Поскольку я становлюсь старше, этот макияж выглядит на мне очень неуклюже.

— Не говори так, мама. Посмотри, какая ты красивая.

— Она права. Ты выглядишь точь-в-точь как надменная Герцогиня из Империи.

Баронесса Алисия рассмеялась над словами двух своих дочерей.

— Если всё так, как вы, девочки, говорите, тогда я рада, но мне придётся быстро снять макияж, прежде чем придёт ваш отец. Невозможно сказать, как он отреагирует, поскольку он очень консервативен.

Затем она сказала Люциану:

— Думаю, я могу понять, почему Лорд Кардьен так одержим Леди Пернией.

— ...

Люциан слегка улыбнулся Баронессе.

* * *

Комната Пернии в замке Барона Алисии.

Когда Люциан приезжал в замок, он оставался здесь с Пернией и снова уходил к солдатам.

Иногда он наблюдал, как Перния засыпает, но иногда он просто выпивал чашку чая и уходил.

— Раз уж ты снимаешь свои доспехи, у тебя сегодня должно быть немного свободного времени.

Люциан кивнул на слова Пернии.

— Да. Не думаю, что сегодня будут какие-то чрезвычайные ситуации. Так что мы наконец-то сможем поужинать вместе.

Однако Перния никак на это не отреагировала.

До вчерашнего дня, если бы Люциан сказал, что они могли бы поужинать вместе, она бы закричала «Еху!», но не сегодня.

— На самом деле, я решила поужинать сегодня с сёстрами Алисия. Поскольку Люциан редко приходит ужинать, – сказала Перния, опустив брови с неловким выражением лица.

— Ох...

— Это будет трудно отменить, потому что я обещала им. Я спрошу сестёр Алисии, может ли Люциан тоже поужинать с нами. Тебя это устраивает?

Люциан на мгновение посмотрел на Пернию и ответил:

— Нет, я так не хочу.

— Что?

Глаза Пернии расширились от неожиданного ответа.

Через некоторое время Люциан с удивлённым лицом прикрыл рот рукой.

— Ох. Нет, я не это имел в виду. Конечно, всё в порядке.

Услышав слова Люциана, Перния рассмеялась, как будто почувствовала облегчение.

— Сёстрам Алисии это понравится. Они большие поклонники Люциана.

— ...Похоже, ты подобралась к ним довольно близко за один день. До вчерашнего дня ты была одна в своей комнате...

Ждала меня.

Не заметив слов, которые Люциан пропустил, Перния заговорила с невинным видом:

— Ну, людям было трудно подойти ко мне, потому что они думали, что мне будет трудно угодить. Но благодаря этим детям мы быстро подружились!

То, что Перния держала и покачивала в руке, было мягкой розовой косметической кисточкой.

Перния продолжила с сияющими глазами.

— Я думала, что люди будут более консервативны, потому что это закрытая провинция, но это не так. Скорее всего, им было очень интересно услышать о популярных техниках макияжа в столице. Салон косметики Пернии кажется вполне вероятным событием в этом месте.

— Ты собираешься открыть ещё один салон?

— Ничто меня не останавливает. Никогда не думала, что смогу далеко продвинуться и продолжить свой бизнес, но это огромная возможность.

— ...

Том 1 Глава 61.2

Перния выглядит такой милой каждый раз, когда она полна предвкушения. Очень милой.

Но Люциан чувствовал, что задыхается.

Он не мог сказать ей, что согласен, что это отличная идея, что он будет болеть за неё.

Не думаю, что тебе стоит это делать. Не беспокойся об этих вещах и просто жди меня.

Люциан стиснул зубы от порочных мыслей, заполнивших его разум.

Он попытался подавить свои эмоции и приподнял уголки рта. Это было лучшее, что он мог сделать.

* * *

Барон, владелец замка, вошёл в замок с торжественным лицом.

Однако, как только он вошёл в замок, он издал недостойный крик.

— Добро пожаловать домой, милый.

— С возвращением, отец.

Это потому, что его жена и две дочери, которые всегда приветствовали его с нежными лицами, выглядели нелепо.

Приподнятые брови, большие и проницательные глаза, красные губы – ничего такого, что придавало бы им нежный вид.

Барон был патриархальным человеком. Когда он входил в замок, то всегда первым делом шёл есть.

Однако, когда он увидел трёх женщин, он ничего не смог сказать.

Что у нас на ужин?

Он думал, что в тот момент, когда он что-нибудь скажет, три женщины устрашающе скажут: Нам приготовить тебя?

В конце концов, Барон ничего не сказал, отступил назад и исчез.

Баронесса Алисия и две её дочери склонили головы набок.

— Что не так с вашим отцом?

— Мы же так красивы.

— Да, всё так.

Я рассмеялась над их перепалкой.

На самом деле, я знала, почему Барон исчез с таким лицом.

Макияж, который был на Баронессе Алисии и двух её дочерях, тоже был для меня непосильным. Это выглядело как неудача новичка в макияже.

Они слишком опрометчиво накрасили глаза чёрными тенями для век, что сделало их похожими на разъярённых панд.

Это был новый метод макияжа, который я разработала вместе с ними сегодня. Это был напряжённый взгляд, который мог заставить вздрогнуть плечи любого.

Но с небольшой доработкой завершающий этап макияжа будет готов. Что очень хорошо.

Я кивнула с довольным лицом.

Не потому ли, что, в отличие от мирной столицы, зона конфликта полна сражений и кишит монстрами, Баронесса Алисия и две её дочери стремились к гораздо более смелому макияжу, чем я предполагала?

Благодаря этому я смогла создать ещё более смелый и оригинальный макияж, чем раньше.

Если бы я изучала макияж, скрупулёзно документировала разработанные мной методы и наносила макияж тем, кто приходил, день пролетал бы очень быстро.

Но была одна проблема.

Я израсходовала всю косметику, которую привезла с собой!

Такие инструменты, как кисти, можно было достать и здесь, но не расходные материалы, такие как тени для век или румяна.

— Здесь есть место, где продают косметику?

Баронесса Алисия ответила, устрашающе посмотрев на меня:

— Нет, так как мы находимся в сельском районе.

— Мои соболезнования.

— Что?

— Ох, нет. Я сказала глупость, сама того не осознавая. Не беспокойтесь об этом.

Если бы я продолжила говорить, слова «Панда Босс» вырвались бы наружу.

В следующий раз я сделаю тени для век светлее.

Успокоив своё бьющееся сердце, я снова подумала о том, как раздобыть косметику.

Должна ли я попросить Энн купить косметику и прислать её мне?

Однако это место было очень далеко от столицы. Кроме того, есть ли компания, которая доставит косметику в это место во время войны?

Затем Баронесса Алисия сказала:

— Как насчёт того, чтобы сделать свою собственную косметику?

Мои глаза расширились от её предложения.

— Как?

— Это не значит, что здесь, в сельской местности, люди не пользуются косметикой. Люди, которым нужна косметика, собирали бы для её приготовления цветы или травы в лесу.

Ох, это хорошая идея!

Я никогда этого не пробовала, но попробовать было неплохо.

Я примерно помню шаги, чтобы сделать что-то такое, так что это будет нетрудно. Кроме того, если я сделаю это сама, я смогу создавать цвета и текстуры, которых раньше не существовало.

Мои глаза заблестели, как у исследователя, открывшего новый континент.

— Где находится лес, в который люди ходят за материалами?

— Если вы пройдёте в заднюю часть замка, то найдёте всё что нужно. Но идти одной опасно.

Первая дочь кивнула.

— Мама права. Местность сложная, поэтому вы легко можете заблудиться. Есть также много опасных растений.

Вторая дочь храбро сказала:

— Тогда давайте пойдём вместе.

Баронесса Алисия нахмурилась.

— Как вы планируете идти, если вы тоже не знаете, как ориентироваться в лесу? Дайте мне подумать.

Баронесса Алисия задумалась, скрестив руки на груди.

Кем я должна пожертвовать?

По её лицу было видно, что она думает об этом, но на самом деле, казалось, что она задавалась вопросом, есть ли кто-нибудь, кто мог бы направить меня.

Через некоторое время Баронесса Алисия сказала: «Ох», и её глаза заблестели.

— Если подумать, он сказал, что завтра собирается в лес. Вы можете пойти с этим человеком.

Том 1 Глава 62

— Лучше его никого нет. Он знаком с лесом и знает о травах больше, чем кто-либо другой, – сказали две дочери в ответ на слова Баронессы. — Он также интересуется косметикой, поэтому ему понравится общаться с Нией.

Боже мой. Столь талантливый человек в сельской местности?

Моё сердце затрепетало при мысли о существовании «него», которого я даже не знаю в лицо.

Если у него хорошие навыки, я должна сказать ему об этом.

Давай станем коллегами!

* * *

— Что это у тебя за лицо?

— ...

Вот каково это, когда ты выходишь на свидание, думая, что твоё свидание вслепую – какой-нибудь красивый парень ростом под два метра, но тебя встречает фанат, держащий в руках дакимакуру?

Нет. Всё куда хуже.

Передо мной стоял Кун.

— Почему ты здесь?

— Я здесь, чтобы собрать травы для солдат. Я также буду сопровождать благородную Леди в качестве бонуса.

Я упустила из виду тот факт, что Кун был тем, кто долгое время сражался во многих битвах.

Кроме того, он травник и гуру макияжа.

Эти детали, очевидно, описывали Куна, но я пропустила всё мимо ушей.

Кун кивнул.

— Что ещё тебе остаётся делать, кроме как следовать за мной? Этот лес опасен, поэтому ты должна выйти из него до захода солнца.

....Да. Это правда, что никто не подходит для этого так хорошо, как Кун.

Так что я в полной мере использую его сегодня.

Я пошла на компромисс с реальностью и спокойно последовала за Куном.

Лес был совершенно не таким, как я думала.

— Это похоже на обычный лес.

Мне сказали, что в зоне боевых действий было много опасных растений. Поэтому я подумала, что тут будет растение с острыми зубами или цветок, с которого капает яд.

Но лес выглядит таким мирным.

Всё, что я вижу, – это светло-зелёная трава и милые цветы, с различными растениями, от зелёных деревьев до пышных кустов.

И ничего не страшно. Он заполнен множеством ярко окрашенных растений, что делает лес похожим на одну красивую картинку.

Кун посмотрел на меня и сказал, прищёлкнув языком.

— Не обманывайся тем, что ты видишь. Лес выглядит обычным, но здесь полно растений, которые тебя съедят.

Кун поднял с земли камень и бросил его. Когда камень коснулся жёлтого цветка, напоминающего подсолнух, жёлтый цветок раскололся, как будто открыв рот, и проглотил камень.

Хрусть.

Освежающий жевательный звук.

— ...

Я была так поражена зрелищем, которого никогда раньше не видела, что даже не могла издать ни звука.

Только минуту спустя я заикнулась с потрясённым лицом.

— Ч-что это было только что?..

— Ты видела, что произошло, так почему спрашиваешь? Растение съело камень.

— К-кто ест даже камни с таким звуком?

— Это довольно мило, не так ли? Некоторые душат людей виноградными лозами, в то время как другие колют их шипами с анестезией и медленно съедают. Так что не прикасайся к растению лишь потому что оно милое.

Внезапно меня захлестнуло сожаление.

Слушай, Баронесса Алисия.

Ты должна была остановить меня.

Обычно исполнительница главной роли не слушает людей, даже если они говорят ей не идти, но я другая.

Если бы кто-то сказал мне: «Если ты хочешь защитить свою драгоценную жизнь, послушай меня», я бы никогда сюда не пошла.

*Угх* И кто виноват, кроме меня?

В любом случае, я уже проделала весь путь сюда, так что я не могу просто вернуться.

Я буду рвать только те цветы, в которых уверена. Тогда, по крайней мере, я не стану ингредиентом для растения, как этот камень.

Я начала внимательно осматривать кусты с испуганным лицом.

* * *

— Кья-я, какие красивые!

— Кья-я, какие сексуальные!

— Кья-я, вы мне нужны!

Я была вне себя от радости, несмотря на то, что попала в место, полное растений-людоедов.

Это потому, что лес был полон роз.

Цветы розы были хорошим ингредиентом для изготовления косметики из-за их насыщенного пигмента и сильного аромата.

Кроме того, здесь были розы самых разных цветов.

Фиолетовые, которые напоминают мне о винограде. Жёлтые, достаточно яркие, чтобы у меня болели глаза. Прекрасные светло-розовые, как сахарная вата.

Было так весело думать о красочной косметике, которую я могу сделать с помощью этого.

Кун посмотрел на меня, тяжело дышащую и собирающую цветы, как будто я нашла сокровище, и рассмеялся.

— Ты так сильно любишь цветы?

— Ну конечно. Цветы – замечательные растения. Ты знаешь, как трудно быть красивой, когда ты выросла на улице, в суровых условиях?

— Большинство женщин предпочитают этому украшения.

Я нахмурилась от его слов.

Похоже, он пытался подвести к пошлой фразе: «Никогда не встречал такой женщины, как ты».

Прекрати! Я не хочу слышать эту реплику от такого парня, как ты!

Я ударила его прежде, чем Кун сказал что-нибудь банальное.

— Мне больше нравятся украшения! Как цветы могут превзойти драгоценности? Украшения – это самое лучшее!

Кун держал рот на замке, когда я помешала ему произнести избитую фразу, потерявшую свой романтический оттенок. Потом он схватился за живот и начал смеяться.

...Он снова это делает.

Мне должны платить всякий раз, когда я заставляю его смеяться. Тогда я стала бы богатой.

Я прошла мимо Куна с затуманенными глазами и снова начала собирать цветы.

Кун, оставшись один, смеялся как сумасшедший, а через некоторое время подошёл ко мне и присел на корточки.

— Но скажи мне. Какая часть Кардьена тебе нравится? – спросил он, собирая травы умелыми руками.

— Он красивый.

— ...Ты уже лишила меня дара речи. Но риск, который он несёт, слишком велик, чтобы ты могла отмахнуться от него одним взглядом.

Хах? Какой риск?

Мой Люциан – идеальный парень.

Он красив, у него дружелюбный характер, и ему выпала честь быть лучшим рыцарем на континенте. О чём ещё я могу просить?

Не зная, что я чувствую, Кун продолжил:

— Он был проклят дьяволом.

— Он просто родился с красными глазами.

— Ты же знаешь, что всё не так просто.

— ...

— Нет?

Я не хотела этого признавать, но моё сердце пропустило удар.

Как я уже давно знала, у Куна было много сомнений относительно личности Люциана.

Он был уверен, что Люциан не был обычным человеком.

Но я не могла с этим согласиться.

Я с силой в голосе произнесла:

— Ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой, потому что ты был на поле боя с Люцианом. Он самый милый и сердечный человек на свете.

Это было единственное, что имело значение.

Пока я рядом, сила дьявола не проявится.

Но Кун не был со мной согласен. Уголки его рта приподнялись, и он сказал со злобой:

— Что, если на самом деле это не так?

В тот момент я не могла понять, что он сказал, поэтому нахмурилась.

Кун продолжал говорить:

— Ты хочешь сказать, что тебе не понравится Кардьен, если он больше не будет тем милым и тёплым человеком, которым он является?

Почему он это говорит?

Я посмотрела на Куна с озадаченным выражением лица.

Кун мягко опустил глаза.

— Ты пойдёшь со мной на свидание?

Через некоторое время я разозлилась, что он затянул разговор только для того, чтобы сказать эту чушь.

— Ох, да ладно тебе!

Сердито повернув голову, мои глаза расширились.

— ...Кун, что это?

— Что?

Кун повернул голову, когда я это сказала.

Место, которое раньше было зелёным полем, стало красным.

Когда я присмотрелась повнимательнее, это было похоже на мох.

Красный мох покрывал траву.

Возможно ли, чтобы мох вырос столь внезапно?

Не в силах понять ситуацию, мои глаза оставались широко раскрытыми. Через некоторое время я прикрыла рот рукой.

Мох извивался и двигался, и его количество увеличивалось. Как будто он направлялся к нам.

Кун выругался.

— Чёрт возьми! Появляется кто-то, кого я не хочу видеть.

Затем он взял корзину, которая была у меня в руке. Корзина была полна цветов, которые я усердно собирала.

Лицо Куна было сморщено, когда он рылся в корзине.

— Это из-за этого.

То, что он держал в руке, было пурпурной розой.

Я поняла, что что-то было не так, поскольку Кун вёл себя иначе.

— А ч-что в этом не так?

— Этот ублюдок, приближающийся к нам, – лишайник по имени Убийца Роз. Эта пурпурная роза – его любимая добыча.

Это было абсурдно.

Я думала, что мох – это просто мох, но есть и мох-охотник?!

И ему нравятся пурпурные розы?

Неужели этот мох – романтик? Есть ли в романах мох – главный герой?!

Несмотря на то, что я встречала в своей жизни кого-то, кто любит только пурпурные розы, это первый раз, когда я вижу мох, который ищет только пурпурные розы.

— Так вот в чём была проблема. Если бы не это место, стал бы Император отчаянно нуждаться в помощи Кардьена? Я уверен, что они послали самых опытных рыцарей, чтобы положить конец войне, – сказал Кун с улыбкой, полной ненависти.

Я снова осознала всю опасность этого места.

— Я поняла, так что поторопись и выбрось розы. Мох преследует нас из-за роз, верно? Тогда мы поступим хорошо, если отдадим их мху, – сказала я, присаживаясь на корточки и чувствуя порыв холодного воздуха.

— Было бы здорово, если бы проблему можно было решить таким образом... Но он реагирует на обоняние, а не на зрение.

Взгляд Куна обратился ко мне.

— Он будет преследовать тебя, даже если мы выбросим розы. Потому что ты пахнешь розами.

— Он пойдёт за мной?

— Да. Он будет постепенно расширяться. Таким образом, ему будет легче преследовать свою добычу и поглотить её.

— М-мох ест людей?

Тогда, может быть, здешние люди тоже едят мох? Это означало бы, что...

— К счастью, он не ест людей. Он ест только розы. Но тот факт, что это опасно, не меняется. В нём смертельный яд. Когда он касается кожи, это может привести к смерти, – сказал мне Кун, который боялся за мою жизнь.

Моё лицо побледнело, как будто передо мной был серийный убийца.

— Что же мне делать?

— Что? Ты должна бежать.

Затем Кун раздавил пурпурные розы и начал наносить их на лицо и руки.

— Ч-что ты делаешь?

— У него очень чувствительное обоняние. Если перед ним будут две похожие жертвы, он набросится на добычу с более сильным запахом.

— !..

Поняв намерение Куна, мои глаза расширились.

Кун посмотрел в мои дрожащие глаза и удовлетворённо улыбнулся.

— Что? Ты тронута моим рыцарством?

— Нет, просто подумала, не сошёл ли ты с ума.

— Что ж, я приму это как комплимент, – казал Кун, разразившись смехом. — Я устойчив к этому яду. Мне не потребуется много времени, чтобы справиться с его ядом.

— Так что не думай ни о чём и просто беги! – крикнул Кун, швыряя оставшиеся розы и корзину.

* * *

Мы с Куном побежали как сумасшедшие.

Красный мох приближался к нам с пугающей скоростью. Он выглядел жутко, как большие брызги крови.

Мне страшно!

Я бежала, пока не выдохлась, чувствуя ужасный страх.

Получилось?

Я оглянулась, тяжело дыша.

Мох, который преследовал нас, был далеко.

Я услышала голос Куна рядом со мной:

— Всё прекратилось, потому что был предел его распространению. И всё же удивительно, что он так настойчиво преследовал свою добычу. Совсем как тот парень.

— Что ты имеешь в виду под тем парнем?

— Кардьен. Это так на него похоже, от красных глаз до одержимости фиолетовым.

Том 1 Глава 63

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Ты никогда не перестаёшь ругать Люциана, даже когда...

Я не могла продолжать говорить.

Потому что тело Куна было покрыто красным мхом.

Это было связано с сильным ароматом роз, исходившим от него.

— Т-ты в порядке?

— Нет, не в порядке.

— Ранее ты сказал, что с тобой всё будет в порядке, потому что у тебя есть сопротивление яду!

Он ответил:

— У меня всё получается лучше, чем у любого обычного человека. Мы же говорим о яде. Ты видишь эту шишку на моей коже?!

Кожа, покрытая красным мхом, потемнела, как будто гнила. Такое зрелище было незнакомо мне, несведущей в подобных вещах.

— Стой на месте. Я уберу его.

Кун избегал моих прикосновений.

— Не прикасайся ко мне! Я не зря создавал своё сопротивление!

Кун собственноручно стряхнул мох и сказал:

— Не подходи ко мне слишком близко. Будет досадно, если ты покроешься мхом.

— Но...

— Если это тронуло твоё сердце, отложи свои заботы в сторону и сходи со мной на свидание. Это то, к чему я стремлюсь.

Он выглядел так, словно шутил, когда произносил эти отвратительные слова. Но в этой ситуации мне лично было не до шуток.

Лицо Куна было намного бледнее, чем раньше.

Но он продолжал бесконечно болтать.

Как будто он пытался оставаться в здравом уме. Как будто он пытался утешить меня, утверждая, что с ним всё в порядке.

Он постоянно отказывался от моей помощи, пока мы продолжали идти.

Он явно чувствовал себя не очень хорошо.

Когда мы прибыли в замок, он в конце концов потерял сознание.

* * *

На обратном пути в замок Кун сказал мне:

[Когда мы вернёмся в замок, попроси у Баронессы Алисии лекарство под названием Мадекассол. Он мгновенно выводит яд из организма.]

Похоже, он предупредил меня заранее на случай, если потеряет сознание.

Баронесса Алисия быстро разыскала лекарство и доверила лечение ворвавшемуся врачу.

— Токсичность значительно уменьшилась благодаря его сопротивляемости и противоядию. У него может быть жар в течение дня или двух, но он не в тяжёлом состоянии, так что нам не о чем беспокоиться.

Я почувствовала облегчение, услышав эти слова.

Как сказал врач, у Куна была сильная лихорадка.

— Вы, должно быть, были удивлены этим инцидентом, поэтому, пожалуйста, отдохните. Я же останусь здесь и позабочусь о Лорде Куне, – сказала Баронесса Алисия с обеспокоенным лицом.

— Нет, это произошло, потому что он помогал мне. Я должна быть той, кто заботится о нём.

Было естественно сделать это для того, кто помог мне.

Я принесла стул рядом с Куном, лежащим в постели, и села. Кун открыл глаза, когда я положила ему на лоб прохладное влажное полотенце.

— Вау, ты ухаживаешь за мной?

— Я не настолько груба, чтобы бросить человека, который спас меня.

— Понятно. Это стоило того, чтобы помочь тому, кто отверг меня.

Кун рассмеялся.

Поскольку я вытирала его лицо влажным полотенцем, его макияж был смыт, и появилось его невинное лицо.

С таким лицом никто никогда бы не подумал, что он эгоистичный и озорной человек.

Я снова быстро намочила горячее полотенце и сказала:

— Большое тебе спасибо за сегодняшний день. Благодаря тебе я вышла живой и без травм.

— ...

— У меня нет намерения встречаться с тобой, поэтому я обязательно отплачу тебе чем-нибудь другим.

Это заставило Куна расхохотаться.

Хлоп, и дверь открылась.

В проёме появился Люциан.

Удивлённая его внезапным появлением, я широко раскрыла глаза.

— Лю...

Но я не смогла закончить говорить его имя.

Потому что Люциан вытащил меня за руку из комнаты.

Я была ошеломлена, потому что Люциан никогда не действовал так принуждающее.

— Мне больно, Люциан.

— ...

— Ты делаешь мне больно!

Но Люциан крепче сжал мою руку, вместо того, чтобы ослабить её, и сказал:

— Почему ты была с Куном?!

Только тогда я поняла, почему он был зол.

Я спокойно объяснила:

— Люциан. Должно быть, произошло недоразумение, но ничего плохого не произошло. Я была с Куном, потому что мне нужен был кто-то, кто провёл бы меня через лес за замком, и Кун спас меня, когда я была в опасности. Вот и всё.

Но Люциан совсем не успокоился.

— Это не важно.

— ...

— Кун был с тобой наедине. Я не могу этого допустить.

Его красные глаза, наполненные враждебностью, подёргивались, как будто он собирался убить Куна в любой момент.

Люциан отказывался признавать это, но он знал, что втайне ревнует.

Я думала, что это и было причиной его реакции.

Но...

— Как и ожидалось, я должен убить его.

Я вздрогнула от того, что он пробормотал.

Что только что сказал Люциан?

Не думаю, что ослышалась.

Моё лицо выглядело смущённым, когда Люциан снова потянул меня за руку.

— Во-первых, пошли.

— Что ты имеешь в виду?

— Я думал, ты будешь лишь со мной, если придёшь сюда. Но я ошибался. Ты всё ещё общаешься с другими людьми, находишь способы выполнять свою работу и даже остаёшься с другим мужчиной.

— ...

— Я больше не могу этого терпеть. С этого момента оставайся со мной. Не оставляй меня ни на минуту, ни даже на секунду.

Только тогда я поняла, что что-то было не так.

Что говорит этот человек?

Эта мысль пришла мне в голову, когда я была вынуждена отправиться в зону боевых действий из-за шантажа Императора.

Разве он не мог подавить свои чувства ко мне и отправиться один?

Но я изо всех сил старалась спрятать эти чувства глубоко внутри.

Потому что я понимала его желание быть со мной всё время, так как он столь сильно любил меня. Нет, я пыталась понять.

Но не сейчас.

Это перешло все границы дозволенного.

Я заговорила сердитым голосом, обращаясь к Люциану.

— Ты привёз меня сюда с этой мыслью?

— ...Что?

— Ты сделал этот выбор, чтобы не помогать с восстанием, потому что хотел, чтобы я была только с тобой, отбросив всю работу, которую я сделала в столице?

— ...

Люциан не ответил. Эта реакция разозлила меня ещё больше.

Я произнесла дрожащим голосом:

— Я следовала за тобой всю дорогу сюда, потому что тебе было тяжело быть вдали от меня! Потому что я беспокоилась, что ты не сможешь выполнять свою работу должным образом и что ты можешь потерять всё, над чем так усердно работал!.. Я бы не зашла так далеко, если бы знала, что всё это из-за твоего эгоистичного и детского собственничества.

Глаза Люциана дрогнули. Он держал меня за руки со скорбным лицом.

— Это не так, Ния. Просто я люблю тебя. Поверь мне.

Его отчаянная мольба тронула моё сердце. Но я должна была сказать то, что должна была сказать.

— Но это странно.

— !..

— Мы просто встречаемся. Это нормально, что ты делаешь свою работу, я делаю свою, и мы можем любить друг друга всё это время.

Люциан перестал дышать. Моё сердце не было готово увидеть, как его лицо окаменело от муки.

Было больно видеть, как ему причиняют боль. Мне было стыдно за то, что я критиковала его любовь.

Но я не хотела такой любви.

— Думаю, нам следует не видеться какое-то время.

Люциан выглядел как ребёнок, брошенный матерью.

Он покачал головой с побледневшим лицом.

— Н-нет.

— Если мы останемся вместе, как сейчас, мы будем только спорить и злиться.

— Ния!

Я посмотрела на Люциана холодными глазами.

— Если ты уважаешь мою волю, не следуй за мной.

Эти слова подействовали на него, как магическое заклинание.

Люциан не мог противостоять моим словам и замер.

Я прикусила губу и прошла мимо Люциана.

Я была так зла, что чувствовала себя преданной им.

* * *

В моём сердце всё смешалось.

Было сложно находиться рядом с Люцианом с этим запутанным клубком чувств.

Мне нужно было время, чтобы спокойно привести в порядок свои искажённые чувства.

Я буду чувствовать себя лучше, если вернусь в столицу.

Я пыталась сказать Люциану, чтобы он нанял карету для моего возвращения, но это было невозможно.

Потому что с тех пор я не могла на него смотреть.

— Вы сказали, что это третий день, когда мы будем сражаться с повстанцами?

Барон кивнул.

— Да. Раньше Лорд Кардьен всегда тщательно выбирал момент, когда идти в бой. Если мы просто бросимся в бой, наши союзники понесут много потерь. Мы атаковали только тогда, когда наши шансы на успех были высоки, принимая во внимание местность и погоду. Но с тех пор, как несколько дней назад он активно атаковал повстанцев, не заботясь об этих вещах.

Барон продолжил, не скрывая своего уважения к Люциану.

— Когда Лорд Кардьен задумается об этом, эти мятежники будут мертвы в мгновение ока. Так что, пожалуйста, подождите немного. Лорд Кардьен наверняка вернётся с новостями о нашей победе.

— ...

Но у меня не было намерения спокойно ждать его здесь.

Я отправилась на поиски Баронессы Алисии.

Она говорила с озабоченным лицом, когда я попросила её одолжить мне карету.

— Могу я спросить, почему вы так спешите, когда война вот-вот закончится? Возможно, мы доставили вам неудобства? Мы будем обслуживать вас с большей заботой, так что, пожалуйста, будьте уверены.

— Ох, ваше гостеприимство не может быть лучше. Я возвращаюсь не потому, что мне неудобно здесь жить. По другим причинам. Поэтому, пожалуйста, позвольте мне одолжить вашу карету.

— ...Прошу прощения.

Я нахмурила брови при виде того, как она склонила голову с озадаченным лицом.

— ...Это Люциан сказал вам не давать мне карету?

Баронесса не могла отрицать, что это не так, и только пошевелила пальцами.

Увидев это, я глубоко вздохнула.

Независимо от того, как сильно я ей нравлюсь, она ценила слова Люциана больше, чем мои слова.

Я повернулась, не спрашивая её больше ни о чём.

У Баронессы будет только больше неприятностей, если я буду продолжать спрашивать. Я ничего от этого не получу.

Так что было бы лучше найти другой способ, чем цепляться за неё.

Но что ещё я могу сделать?

Я могла бы сказать это, просто взглянув на реакцию Баронессы.

Люциан не хотел, чтобы я отправлялась в столицу одна.

Том 1 Глава 64.1

Мне нужно найти кого-то, на кого не повлияет власть Люциана, и кто сможет достать карету до столицы.

Но я никого здесь не знала. Если и есть кто-то, кто может удовлетворить столь трудную просьбу...

Нет, есть один человек.

* * *

Я высунула лицо в маленькое отверстие в стене, окружающей замок.

Наконец-то сбежала.

В отличие от предыдущего раза, мне было нелегко уйти после того, как Баронесса Алисия сказала, что мне запрещено выходить одной.

Именно благодаря двум дочерям Баронессы Алисии я смогла покинуть замок.

[Вы уже бывали на улице раньше, так почему мама так говорит?]

[Верно. Она слишком заботлива.]

Две дочери рассказали мне о потайном ходе, которым они пользовались всякий раз, когда хотели улизнуть.

Благодаря этому я смогла выбраться из замка.

Я шла, вытирая грязь с платья. Вскоре после этого, когда я добралась до большого дерева, появилось знакомое лицо.

Это был Кун.

Кун помахал мне рукой.

— Давно не виделись.

— Да. Ты хорошо себя чувствуешь?

— Куда лучше.

Кун покинул замок ещё до того, как спала лихорадка.

Когда я спросила, почему он ушёл, хотя ещё не полностью выздоровел, Баронесса Алисия ответила с улыбкой на лице:

[Это потому, что Лорд Кун беспокоится о раненых солдатах, ожидающих его. Лорд Кун также является лучшим врачом в этом месте.]

— Это то, что она сказала.

Кун выглядел недовольным.

— Нет. Я убежал, потому что боялся, что умру от рук Кардьена, – пробормотал Кун с ужасным лицом. — Ты тоже видела выражение его лица в тот день. Если бы я остался там, он бы сломал кровать и воткнул мне нож в живот, поэтому я быстро убежал.

— ...Ты хорошо справился.

Я дала ему хорошую оценку его способности справляться с кризисами.

Интересно, действительно ли Люциан убил бы Куна, но в любом случае выражение лица Люциана в тот день было необычным.

Кун пожал плечами и сказал:

— Я думал, что ты заперта в замке, но, думаю, это не так.

— Ну, нет.

— Какое облегчение. С того дня настроение Кардьена было не очень хорошим. Его глаза настолько пугающие, что даже его подчинённые, которые раньше виляли хвостами при виде него, не могут с ним разговаривать.

— ...Это, вероятно, потому, что после этого ему пришлось идти в бой. Он становится чувствительным во время войны.

Я не стала вдаваться в подробности того, что происходило между мной и Люцианом, но смутно сменила тему.

— Кроме этого, возьми это.

Я достала тяжёлый мешочек и протянула его Куну.

— Что это?

— Это драгоценный камень высочайшего качества. Где бы ты его ни продал, он будет стоить несколько особняков.

— Вау, ты попросила встретиться ради этого? Если ты пытаешься соблазнить меня драгоценностями, то тебе это удалось.

— Перестань нести чушь. Пожалуйста, возьми карету в столицу. Как можно скорее. И прими оставшуюся сумму в качестве гонорара.

Кун нахмурился в ответ на мои слова.

— Ты заставляешь меня выполнять поручение?

— Ох, Боже. Нет конечно. Это не поручение, это просьба. Очень серьёзная просьба.

Я посмотрела на Куна серьёзным взглядом, ещё больше подчеркнув «просьба».

Никто не сможет удовлетворить мою просьбу, кроме Куна.

После минутного молчания Кун тихо вздохнул и взял мешочек из моей руки.

— Ладно. Я удовлетворю твою просьбу. Очевидно, что-то не так с Кардьеном, но в таком случае лучше держаться от него подальше. Он не в своём уме.

Как бы мне ни было грустно, я не могла не задохнуться, когда он произнёс эти слова.

— Я же говорила тебе не говорить так о Люциане!

— Ты всё ещё на стороне Кардьена?

— Почему ты так взвинчен?

— Он потащил тебя на поле боя, а теперь не отпускает домой по собственному желанию. Ты думаешь, это нормально?

— !..

В глубине души я знала это. Что всё это ненормально.

Независимо от того, насколько он зол, Люциан не имеет права останавливать меня. Это как будто я сбегаю из тюрьмы. У меня не должно быть никакой необходимости делать это тайно.

Но...

Я отвернулась от Куна.

Я больше не хотела говорить об этом.

— Пожалуйста, я умоляю тебя, не вмешивайся в наши дела. Что бы ты ни говорил, мы всё прекрасно уладим.

— Чушь собачья.

— Пожалуйста. Мне пора.

К счастью, Кун больше не останавливал меня и больше ничего не говорил.

— Я отвезу тебя домой.

— Забудь об этом. Что, если люди распространят слух, что мы были вместе?

— Это будет полезно для меня.

— Даже если Люциан узнает об этом?

— Счастливого пути.

Он человек, который только что спас меня, потому что он врач.

Я направилась к замку, без особого энтузиазма помахав ему рукой.

Идя по дороге, я думала о сложившейся ситуации.

Мы просто боремся за любовь. Я просто немного сержусь на его эгоизм, и это проблема, которая будет решена, когда мы проведём некоторое время вместе.

Так что всё в порядке.

Я утешала себя.

И в этот момент...

В одно мгновение моё зрение затуманилось.

Ч-что происходит...

Я думала, что моё зрение просто немного дезориентировалось, но я рухнула на землю. Как будто я потеряла контроль над своим телом.

Жуткий голос раздался над моим рухнувшим телом.

Том 1 Глава 64.2

— Это чика – женщина Кардьена?

— Да, я в этом уверен. Фиолетовые волосы и зелёные глаза. Она соответствует описанию.

— Хах, ну и ну. Не могу поверить, что этот монстр влюбился в девушку.

— Благодаря ей у нас теперь есть хорошая возможность. Возможность перерезать Кардьену шею.

— Стоило прятаться несколько дней, чтобы поймать эту женщину.

Это всё, что я услышала.

Вскоре в глазах у меня потемнело, и я потеряла сознание.

* * *

Я открыла глаза от громких звуков.

То, что я увидела, как только открыла глаза, было незнакомым мне солдатом.

Узкие глаза и смуглая кожа. Я сразу поняла, когда увидела, что его внешность и одежда полностью отличались от одежды Императорской армии.

Он один из мятежников.

В тот момент, когда я это поняла, моё сердце бешено заколотилось.

Я хотела немедленно убежать, но мои запястья и лодыжки были связаны так, что было невозможно пошевелиться.

Когда я прикусила губу из-за этого затруднительного положения, солдат посмотрел на меня и проигнорировал.

— Капитан, женщина очнулась.

Спустя некоторое время появился мужчина.

Судя по его великолепно украшенным доспехам и мечу, он был лидером мятежников.

Он, с угрожающим лицом и причудливой татуировкой, сказал:

— Т-ты ещё красивее, когда открываешь глаза. Ты действительно женщина Кардьена.

От его отвратительных слов у меня по всему телу побежали мурашки.

Мужчина посмотрел на меня, дрожа, не говоря ни слова, и сделал жест солдату.

Вскоре подошёл солдат со сверкающим мечом в руке.

Я закричала, увидев приближающегося ко мне солдата с мечом:

— Т-ты хочешь убить меня? Я заложница, и я могу быть весьма полезна!

Вшух~

Меч двигался со звуком ветра. Лезвие меча коснулось не моей шеи (к счастью), а моих волос.

Солдат передал срезанные волосы капитану.

Мужчина довольно улыбнулся, глядя на волнистые фиолетовые волосы в своей руке.

— Е-если ты та женщина, которую, по его словам, он так сильно любит, он бы всё понял по этим волосам. О-отправьте это Кардьену. С-скажите, что если он хочет спасти свою женщину, он должен немедленно отступить.

— Да.

Солдат исчез, и в казарме остались только он и я.

Мужчина начал есть мясо со стола, что выглядело очень устрашающе.

Я встретилась взглядом с этим человеком.

— Т-ты голодна? Хочешь немного?

В этот момент я ни за что не клюну на еду.

Когда я бросила на него взгляд, полный отвращения, мужчина показал зубы и рассмеялся.

— П-пока ты не двигаешься, я тебя не убью, так что не волнуйся.

Я посмотрела на мужчину, гадая, что он хочет этим сказать, а он продолжал говорить, отрывая мясо зубами:

— Ты молода и хороша собой, так что будешь полезна даже после смерти Кардьена. Е-есть довольно много мест, где хотят благородную Леди.

Его слова пугают, но это то, что сказал бы злодей, которому удалось похитить женщину.

Но мужчина на этом не остановился и начал спрашивать нечто странное:

— В любом случае, у меня есть вопрос. Где чувствительное место Кардьена?

— ...что?

— Чувствительная часть тела. Э-это его бок или кончики ушей? Я уверен, ты знаешь, где оно, – спросил мужчина с взволнованным лицом.

— ...

От этого у меня по всему телу побежали мурашки.

Почему ты спрашиваешь об этом?

— П-после того, как вражеские силы отступят, я планирую схватить его, сказав ему прийти сюда одному. П-потому что его разыскивают многие люди. П-прежде чем продать его за высокую цену, я хотел бы посмотреть, верны ли слухи о том, что он может сам исцелять себя.

— ...

Моё лицо исказилось, услышав это.

Мужчина напевал и говорил с волнением.

— Е-ему будет больно, если я вырву ему ногти? И-или уши? Или же если я перережу ему р-рёбра? В-вообще-то, выковыривать эти красные глаза было бы веселее всего. Н-но тогда, если он не исцелится, его ценность упадёт.

— ...

Моя жизнь была важней, поэтому я решила промолчать.

Пока Люциан не придёт меня спасать, я буду сохранять спокойствие, насколько это возможно, чтобы похититель меня не беспокоил.

Но это невозможно.

Он смеет так говорить о Люциане?!

— Слушай, ты, ХХХХХХХХХХХ!

Глаза мужчины расширились от моей откровенной ругани.

— Ты никогда не сможешь поднять руку на Люциана. Скорее всего, это вы будете разбиты вдребезги. Знаете почему? Ты проиграл Люциану с самого начала своим лицом. Такой человек, похожий на гнилую тыкву, как ты, не может конкурировать с ним. Так что даже не думай об этом, ты, тигр-извращенец!

Мужчина уронил мясо, которое ел, на пол из-за огромного количества яда, которое я вылила на него.

Мужчина говорил с взволнованным лицом.

— Я-я думал, ты будешь элегантной, потому что ты б-благородная Леди, но у тебя грязный рот.

— Ты хочешь, чтобы я сказала что-нибудь более грязное? Если тебе скучно, не думай о том, чтобы преследовать невинных людей, и вылечи своё заикание, извращенец.

Том 1 Глава 65.1

— ...

Мужчина посмотрел на меня дрожащими глазами.

Ну? Что теперь ты будешь делать?

Я не боялась этого человека, потому что была взвинчена. Мужчина сказал мне, рыча, как собака:

— З-закрой свой рот. И-или я отрежу тебе язык прежде, прежде чем скажу Кардьену, где ты!

— Да!

Ко мне быстро подошёл солдат.

— !..

Я почувствовала странный запах от белого носового платка, прикрывавшего мой рот, а затем моё зрение затуманилось.

* * *

У меня был сон после того, как я перевоплотилась здесь.

Во сне я каталась по полу и читала «Святую Эстеллу».

Я влюбилась в роман от начала до конца, но самым интересным был момент, когда Люциан, второй главный герой мужского пола, превратился в яндере.

Люциан запоздало признался в своих чувствах только после того, как у Эстеллы появился на примете другой мужчина.

Однако Эстелла покачала головой с заплаканным лицом:

— Прости, Люциан. Я люблю Карликса.

— Даже если я скажу, что люблю тебя больше, чем он?

— ...Да. Даже если ты любишь меня больше.

В её мягком голосе звучала твёрдость. Люциан опустился на колени с выражением отчаяния на лице.

Его сердце было готово разорваться.

Люциан попытался утешить себя.

В конце концов, я не создан для неё. Я буду молиться за счастье Мисс Эстеллы.

Однако, вопреки тому, что он имел в виду, из глубины души раздался другой голос.

Почему я должен это делать?

Потому что я люблю её.

Глупые слова. Любовь – это победа. Будь более жадным, только те, кто жаден, могут получить её.

Но...

Ты уверен, что не пожалеешь об этом позже?

В этот момент что-то внутри Люциана оборвалось.

Его сердце, которое всегда было спокойным, заколотилось, как взрыв, и оттуда вырвалось что-то горячее и тяжёлое.

Великая сила быстро овладела Люцианом.

Дьявольская сила, о которой Люциан даже не подозревал, расцвела.

Эстелла, почувствовавшая исходящую от него необычную силу, дрожащим голосом позвала его по имени.

— ...Люциан?

— Теперь я смогу убить Наследного Принца, – обратился Люциан к Эстелле.

Он выглядел сияющим, как будто нашёл ответ на трудную проблему.

Моё сердце бешено колотилось во время чтения этой части.

Я обрадовалась его совершенно другой личности.

Неужели началось!..

...Какой же незрелой я была в то время.

Я медленно открыла глаза.

В тёмной комнате было тихо. Это была незнакомая комната, но в ней было тепло.

Горящий костёр.

Мягкое одеяло.

Сладкий аромат цветов, украшавших прикроватный столик.

Когда я уже собиралась вернуться ко сну в уютной комнате, то широко открыла глаза.

М-меня же похитили!

В тот момент, когда я вспомнила извращённого похитителя, который говорил ужасные вещи, меня пробрал озноб.

Сейчас не время отдыхать с комфортом.

Я поспешно сбросила с себя одеяло.

Насколько дезориентированной я, должно быть, была, лёжа, в тот момент, когда я встала, у меня раскалывалась голова.

Я схватилась за лоб и прищурила глаза, когда услышала знакомый голос:

— Полежи ещё немного. Твое тело ещё не полностью восстановилось.

— !..

Я поспешно подняла голову.

Люциан был там.

С нежным выражением лица, как обычно.

Я заикалась, потому что не могла поверить, что он был передо мной.

— Ч-что случилось? Меня похитили. Неужели это сон? Или я умерла, потому что была слишком дерзкой?

— Не говори столь ужасных вещей, Ния.

Люциан улыбнулся и подошёл ко мне.

Он держал меня в своих объятиях и шептал:

— Это не сон, и ты не мертва. Это я, твой Люциан.

— !..

Люциан нежно погладил меня по спине, как бы утешая.

— Тебе было страшно, не так ли? Прости, что опоздал, Ния.

В этот момент из моих глаз хлынули слёзы.

Почему он извиняется передо мной после всего, что произошло?

Я та, кто вышел из замка по своей воле и втянула его в неприятности.

— Лю-люциану не за что извиняться. Это всё моя вина. Люциан спас меня, верно? – сказала я со слезящимся лицом, шмыгая носом.

— Да.

— Т-ты не ранен?

Только тогда я посмотрела на лицо и тело Люциана. К счастью, нигде на его теле не было никаких признаков травм.

Люциан рассмеялся, как бы успокаивая меня.

— Да. Мне совсем не больно.

— К-какое облегчение. Я испытываю такое облегчение. Как я волновалась, когда этот извращенец сказал о тебе что-то странное.

Голос Люциана, который был нежным и тёплым, слегка изменился.

— Что они с тобой сделали?

— К счастью, ничего не произошло.

Я не могла быть уверена, потому что потеряла сознание, но я не чувствовала, что с моим телом что-то не так.

Люциан крепко обнял меня и глубоко вздохнул с облегчением.

— Это хорошо.

Мне снова стало жаль его.

Что я сказала этому человеку, который так заботится обо мне и лелеет меня?

— Прости, Люциан. Ты был расстроен, потому что я сказала что-то резкое, верно?

— Всё в порядке.

— Я сказала это не потому, что ненавидела тебя. Я сказала это, потому что считала необходимым сохранить наши отношения на будущее.

Люциан мягко ответил на мою бессвязную речь, которая звучала так, как будто я пыталась придумать оправдание.

— Да, я знаю.

Том 1 Глава 65.2

У меня защемило сердце, когда я увидела, как он столь любезно отвечает.

Я больше никогда не буду так с ним разговаривать. Я не причиню ему такой боли.

Я поклялась снова любить его и шмыгнула носом в его объятиях.

Как давно это было?

Когда я успокоилась, мне стало любопытно.

— Кстати, где мы находимся?

— Это моя комната.

Я наклонила голову. Потому что комната Люциана в замке Барона выглядела совсем не так.

Люциан улыбнулся и сказал, возможно, заметив мысли на моём лице.

— Это моя комната в моём поместье. Ты ведь здесь впервые, верно?

— ...

Я моргнула.

Поместье Люциана? Его поместье на крайнем севере?

Оно расположено напротив зоны боевых действий, поэтому находится очень далеко.

Сколько дней я была без сознания? Но я не думаю, что я теряла сознание так надолго.

Чувствуя себя сбитой с толку, я спросила Люциана.

— Почему мы здесь?

— Чтобы ты могла отдохнуть с комфортом. Ния через многое прошла.

— А что насчёт войны?

— Война окончена.

Люциан поцеловал тыльную сторону моей руки и прошептал:

— Я убил их всех.

— !..

Он произнёс столь ужасающие слова невероятно мягким тоном.

Я встретилась с ним взглядом.

В этот момент я издала тихий крик.

Его красные глаза, сиявшие, как рубины, были переполнены мрачностью, которой в них никогда раньше не было.

Нет. Этого не может быть.

Я открыла рот, отрицая мысль, которая пришла мне в голову. Мой голос дрожал.

— Люциан?

— Да.

— ...Люциан?

— Да.

Люциан ухмыльнулся, как будто ему было забавно, что я снова и снова называю его по имени. Улыбка была такой же невинной, как у Люциана, которого я знаю.

Но...

Люциан погладил меня по щеке и прошептал:

— Ния. Теперь ты рядом со мной.

— ...

— Не смотри ни на кого другого, не думай ни о ком другом... лишь будь рядом со мной.

Сладко произнося эти жуткие слова, он больше не был тем Люцианом, которого я знала.

Мне пришлось признать ужасный факт.

Люциан стал яндере.

Дополнительная история.

В ту ночь.

[Я люблю тебя.]

В тот момент, когда Перния застенчиво прошептала эти слова, Люциан почувствовал, как в него вливается что-то тёплое.

Впервые он, который всегда чувствовал себя опустошённым, почувствовал себя полным тепла и любви.

Подобно мёду, погружённому в сладость цветов, Люциан влюбился в Пернию.

От одного взгляда на её улыбку его сердце учащённо билось, и каждый раз, когда он прикасался к ней, всё его тело нагревалось.

Наконец-то он почувствовал себя живым.

Эстелла была права.

Любовь более благородна и прекрасна, чем что-либо другое.

Этого стоило ждать всю мою жизнь.

Я думал, что наша любовь будет продолжаться, но...

[Мы просто встречаемся. Это нормально, что ты делаешь свою работу, я делаю свою, и мы можем любить друг друга всё это время.]

В тот момент, когда он услышал слова Пернии, Люциан почувствовал себя задушенным.

Нет, если бы кто-то отрезал мне голову ножом, это не было бы так больно.

[Я думаю, нам не следует какое-то время видеться.]

...Ния. Почему ты так говоришь?

Ты любишь меня, и я люблю тебя. Так что вполне естественно хотеть быть вместе всё время.

Мне это не нравится.

Я буду тем, кто будет рядом с тобой.

Но Люциан не мог сказать этого Пернии.

Я боялся того, что произойдёт в тот момент, когда я погонюсь за ней.

Я боялся услышать, что она скажет. Я боялся того, что должен был ей сказать.

На этот раз она возненавидит меня.

Итак, Люциан избежал Пернии и вернулся на поле боя.

С тех пор ожесточённые бои велись каждый день.

Некоторые говорили, что Люциан был зол на упорствующих повстанцев, а другие говорили, что Люциан был полон решимости положить конец вялотекущей войне.

Ничто из этого не было ответом.

В животе у меня всё кипело. Я не мог вынести этого чувства, если только не резал кого-нибудь.

Я подумал, что было бы нормально, если бы я потерпел это несколько дней.

Я думал, что моё сердце, трепещущее, как пламя, моя рациональность, которая, казалось, погрузилась в болото, вернётся к тому, что было раньше.

Но этого не произошло.

Независимо от того, скольких врагов он перерезал, сколько часов он скакал на лошади или сколько ночей он провёл один, Люциан не мог успокоиться.

Это было примерно в то время, когда его разум был в таком беспорядке, что он даже не знал, каковы были его желания или страхи.

— Лорд Люциан. Это прислали повстанцы.

Внутри коробки, которую помощник Люциана, Пол, протягивал с бледным лицом, была горсть фиолетовых волос.

— В письме говорилось, что если вы хотите гарантировать безопасность Леди Пернии, вы должны...

Люциан не дослушал Пола до конца.

Он пробежал мимо Пола.

У Пола не было времени остановить Люциана. Потому что Люциан бежал не с человеческой скоростью.

Люциан побежал, повинуясь инстинкту. Менее чем через несколько минут Люциан прибыл в лагерь, в котором размещались тысячи вражеских солдат.

Том 1 Глава 66.1

Солдаты запаниковали при внезапном появлении Люциана.

— Р-разве это не Кардьен?!

Они не могли поверить, что он появился перед ними один с мечом в одной руке и без доспехов.

Он не был похож на великого рыцаря, который командовал полем боя ещё вчера.

Он был похож на сумасшедшего.

Тем не менее, никто из солдат не бросился бы на него.

Из-за огромного давления, исходящего от Люциана. Его лицо было таким пугающим, что они не могли дышать.

Люциан медленно открыл рот:

— Верните её обратно.

В то же время Люциан ворвался в группу солдат.

Его движения были быстрыми, как свет, и яростными, как чёрная молния.

Каждый раз, когда он взмахивал мечом, падали сотни голов.

Это была сила, превосходящая человеческие способности.

Это не битва, это бойня.

Из-за его подавляющей силы солдаты даже не подумали остановить Люциана.

— С-спасите меня!

Кто-то падал на колени и молился, а кто-то уползал на четвереньках. Но результат был одинаков.

Всё, что Люциан дал им, – это смерть.

— П-прекрати это, ты, чудовище!

Люциан резко повернул голову на звук.

Это был командир повстанцев, который вздрогнул, когда увидел Люциана, покрытого кровью.

Одной рукой он держал Пернию, которая была без сознания, а другой приставил острый меч к её шее.

— Если ты не хочешь видеть, как она умирает, опусти свой меч!.. – крикнул командир дрожащим голосом.

Но на этом его слова оборвались.

Потому что в следующее мгновение его голова уже лежала на земле.

Тело человека, потерявшего голову, рухнуло.

Люциан бежал с огромной скоростью и подхватил падающую Пернию на руки.

Люциан осмотрел лицо Пернии дрожащими руками.

Он с облегчением увидел, что она спокойно дышит.

Но это был ещё не конец.

— Это место слишком опасно для неё, – пробормотал Люциан.

Затем он продолжил:

— Но что я должен сделать, чтобы покинуть это место?

Куда был направлен его взгляд, так это на солдат, смотревших на него с испуганными лицами.

Уголки рта Люциана поползли вверх.

— Я должен просто убить их всех.

В ту ночь Люциан стал настоящим монстром.

* * *

Когда Пол повёл солдат в лагерь врага, это было после того, как взошло утреннее солнце.

Пол застонал.

Враг, который незадолго до этого должен был быть жив, был уничтожен.

Все они умерли от перерезанного горла или от того, что их тело было разделено надвое.

Пройдя немного дальше, Пол обнаружил Люциана.

Люциан стоял со своей возлюбленной Пернией в объятиях.

Пол задохнулся от этого зрелища.

Лицо Люциана выглядело таким умиротворённым, что было невероятно, что он устроил такую ужасную резню.

А-ах, точно. Вероятно, это сделал не Лорд Люциан. Что-то вроде монстра, должно быть, появилось как раз вовремя, чтобы Лорд Люциан пришёл спасти Юную Леди Пернию.

Однако последовавшие за этим слова Люциана разрушили надежду Пола.

— Война окончена. Я возвращаюсь.

У него была такая красивая улыбка, что невозможно было представить, что это он за одну ночь отнял жизни у стольких людей. Так он выглядел ещё более устрашающе.

Пол ничего не мог сказать на изменившуюся внешность Люциана и дрожал всем телом.

Люциан не стал дожидаться ответа Пола.

В мгновение ока Люциан исчез вместе с Пернией.

Это было его поместье, куда Люциан направлялся быстрым шагом, как ветер.

Далеко на севере.

Его собственная земля, где никто не может их побеспокоить.

Улыбка появилась на лице Люциана, когда он подумал о Пернии, лучезарно улыбающейся в его поместье.

Он поцеловал Пернию в лоб и прошептал:

— Поспи ещё немного, Ния. Ты будешь у меня дома, когда проснёшься.

Место, где я смогу любить тебя полностью, не беспокоясь ни о ком, не деля тебя ни с кем.

* * *

Сколько дней прошло?

Также было неизвестно, сколько времени прошло с тех пор, как мы покинули зону боевых действий.

Потому что я всё это время оставалась в комнате Люциана.

Я стояла перед большим окном. Единственное, что можно было увидеть в окно, было белое снежное поле.

Как будто время остановилось, на северной земле не было видно ни одной маленькой птички.

— ...

Выглянув в окно с мрачным лицом, я повернула голову и оглядела комнату.

Цветы, украшавшие каждый уголок комнаты, источали аромат весны, а благодаря горящему камину я не чувствовала холода снаружи.

С одной стороны стены была огромная книжная полка с сотнями книг на ней, а большая кровать была покрыта мягкими одеялами.

Здесь было так уютно и тепло, что я подумала, что комната, где останавливались ангелы, будет похожа на эту.

Люциан заботился обо мне здесь.

[Ния. Тебе, наверное, скучно сидеть дома весь день, верно? Я выбрал книгу, которая может тебе понравиться. Я прочту её тебе, так что ложись и слушай внимательно.]

[Сегодня я приготовил тёплый мандариновый чай. Это мило, правда? Какой чай мне приготовить завтра?]

[Тебе не хочется спать? Я поглажу тебя по спине. Это поможет тебе заснуть, верно?]

[Ния, я люблю тебя.]

Том 1 Глава 66.2

Он обращался со мной осторожно, как со стеклом, которое могло разбиться, если он приложит к нему хоть немного силы.

Он шептал мне о любви каждую ночь.

Но мне это совсем не нравилось.

Всё это было не тем, чего я хотела.

Затем дверь со щелчком открылась. Не было необходимости уточнять, кто это был.

Это был Люциан.

После того, как я очнулась, он был единственным, кто входил в эту комнату.

Похоже, в поместье было несколько слуг, но я никогда даже не видела их лиц.

— Ния, ты проснулась.

Мягко улыбаясь, Люциан поставил поднос. Он был уставлен красиво разложенными блюдами.

— Сегодня, в частности, я приготовил любимое блюдо Нии. Сырное фондю с большим количеством молока, блинчики с сиропом и малиновый салат. Разве это не выглядит восхитительно?

Он часто подавал мои любимые блюда. Среди них были блюда, содержащие ингредиенты, которые не были легкодоступны в этой местности.

Люциан лучезарно улыбнулся и поставил еду на стол.

Затем он посмотрел на меня сверкающими глазами.

— Ну же, ешь, Ния.

— ...

Он пристально смотрел на меня, а я начала класть еду в рот.

Люциан смотрел на меня вот так, с самым счастливым выражением лица в мире.

Ох, думаю, у меня будет несварение желудка.

Я хотела сказать ему, чтобы он не смотрел на меня, потому что мне было не очень приятно, но сдержалась.

Потому что Люциан прямо сейчас был в режиме яндере.

Неважно, насколько он был добр ко мне и мягко улыбался, я знала.

Что теперь он – бомба замедленного действия. Было ясно, что если я скажу что-то не так, он взорвётся.

Люциан скосил глаза на меня, которая изо всех сил пыталась проглотить еду.

— Ты хорошо питаешься. Думаю, твоё тело восстановилось. Может, нам завтра сходить на свидание?

— Свидание?

Люциан посмотрел на меня с безобидным выражением лица и спросил:

— Есть ли что-нибудь, что ты хочешь сделать?

Если бы я забыла, я бы влюбилась в его лицо и раскрыла своё истинное желание.

Выпусти меня отсюда.

Даже если я скажу это, оно не исполнится.

На самом деле, когда я сказала, что хочу вернуться домой несколько дней назад, Люциан сказал с грустным лицом.

[...Почему ты так сильно хочешь уйти от меня? Есть ли кто-нибудь для тебя дороже меня?]

В тот момент, когда я это услышала, у меня по всему телу побежали мурашки.

На ум пришло содержание оригинального романа.

Люциан, который превратился яндере в оригинале, уничтожил половину Империи. И причина была в Эстелле.

Его беспокоило, что Эстелла беспокоилась о людях.

В тот момент, когда я вспомнила об этом, я не могла снова спросить его об этом. Я боялась, что погибнут невинные люди.

Но я не могу жить так вечно.

Я должна как-то найти выход из этой ситуации.

Но как?..

Он крайне ненавидел, когда я встречалась с другими людьми.

Я должна найти способ покинуть это место, не потревожив его.

Внезапно на ум пришёл один метод.

Я внимательно посмотрела на Люциана и сказала:

— Люциан.

— Да.

Сглотнув слюну, я сказала Люциану:

— Должны ли мы устроить нашу свадьбу?

— ...Ты говоришь о свадебной церемонии?

— Да. Война закончилась, так что пришло время сделать это.

Я крепко вцепилась в свою юбку.

Я уверена, что это сработает. Потому что это наша с ним свадьба.

Как и ожидалось, Люциан кивнул.

— Понял. Почему я не подумал о столь важной вещи? Давай сыграем свадьбу завтра!

Я поспешно заговорила, когда он сказал, что собирается провести свадьбу точно так же, как поджаривают бобы с помощью молнии.

— Я... я бы с удовольствием, но есть кое-что, что мы должны сделать до этого.

— Что именно?..

Люциан наклонил голову и пробормотал:

— Платье? Кольцо? Букет?

Я ясно ответила ему, который давал мне невинные ответы.

— Мы должны получить разрешение от Его Величества и моего отца.

Глаза Люциана внезапно стали зловещими.

— Это наша свадьба. Зачем нам нужно чьё-то разрешение?

Моё сердце забилось сильнее, когда он скорчил такое лицо. Однако меня это не должно обескураживать.

— Я... я хочу устроить настоящую свадьбу. Такая свадьба бывает раз в жизни. Мне не нравятся свадьбы, которые проводятся тайно, что делает нас похожими на преступников, – сказала я, сжимая свои дрожащие руки вместе.

Я взяла Люциана за руки и посмотрела на него снизу вверх.

— Хорошо?

Ну же. Пусть он будет очарован моими глазами.

Мои глаза использовали всю свою сверкающую силу, чтобы убедить его. Холодный пот стекал по моей спине.

Люциан уставился на меня и кивнул.

— Ладно. Я сделаю это, если ты хочешь.

— Тогда мы едем в столицу вместе, верно?

Это было то, к чему я стремилась.

Но Люциан покачал головой.

— Действительно ли нам нужно делать это?..

— Тогда...

— Я позову сюда Императора и Маркиза.

Когда я услышала это, мои глаза расширились.

Кто в мире просит Императора прийти в его дом, чтобы дать разрешение на брак?

— Но м-мы слишком далеко от столицы. Ты не можешь просто попросить Его Величество Императора приходить и уходить, когда тебе заблагорассудится. Нет, даже если ты попросишь его прийти, он не придёт.

— Нет, он придёт. Потому что ты сама этого пожелала.

— ...

Люциан погладил меня по лицу, словно я – ребёнок, и прошептал:

— Так что не волнуйся и отдыхай с комфортом, Ния.

Чёрт возьми.

Я заставила себя улыбнуться, проглотив ругательства при таком неожиданном развитии событий.

Том 1 Глава 67.1

Я была погружена в свои мысли, пока пила горячий чай.

Жаль, что я не смогла сбежать сразу, но всё в порядке. В любом случае, кто-то, к кому я могу обратиться за помощью, придёт.

Я не знаю, действительно ли Император приедет сюда, но, по крайней мере, мой отец точно приедет.

Я не хочу получать прямую помощь от своего отца.

Люциан в его нынешнем состоянии не проявит никакого милосердия к моему отцу. Я также не хочу, чтобы мой отец сделал что-то плохое Люциану по моей просьбе.

Всё, чего я хотела, – это чтобы кто-нибудь сообщил Эстелле о моей ситуации.

Единственным человеком, который одолел яндере Люциана в оригинале, была Эстелла, Святая. Так что, если Эстелла узнает об этом, она сможет мне как-то помочь.

— О чём ты думаешь?

Мягкий голос удивил меня.

Люциан, вошедший в комнату, смотрел на меня.

Ты напугал меня.

Увидев мою руку на груди, Люциан поспешно подошёл ко мне.

— Ты в порядке?

— Да, всё в порядке.

— Ох, хорошо. Что, если ты обожжёшь свой язык?

— ...

Лицо Люциана было полно беспокойства. До такой степени, что у меня возникли сомнения по поводу его состояния яндере.

Я возлагала большие надежды, видя, с каким тёплым сердцем и нежностью он себя вёл.

Может быть, он вернулся. Возможно, сила дьявола исчезла.

Но всё это было моей иллюзией.

Заправляя мои волосы за уши, Люциан сказал:

— Его Величество и Маркиз прибыли.

— Уже?

Я была удивлена, так как Люциан лишь недавно отправил им письмо.

Видя, что они прибыли так быстро, они, должно быть, пришли сюда, как только получили письмо.

— Тогда я должна пойти поприветствовать их.

Люциан не дал мне встать.

— Я поприветствую их за нас обоих, так что Ния должна остаться здесь. Тебе нет нужды проходить через все эти неприятности.

Я чувствовала, что задыхаюсь от его желания никогда не выпускать меня из этой комнаты.

Что, если я скажу, что скучаю по своему отцу...

Я покачала головой.

Говорить такие вещи было запрещено.

Люциан был чрезвычайно чувствителен к моим желаниям. Даже если это касается моего отца, неизвестно, как отреагирует Люциан.

Быстро собравшись с мыслями, я скрестила руки на груди и сказала Люциану:

— Я хочу показать моему отцу и Его Величеству, как мы счастливы.

— ...

— Ты же знаешь, я люблю хвастаться подобными вещами. Люциан, разве ты не хочешь похвастаться перед людьми нашими прекрасными отношениями?

Конечно, всё это ложь.

Это совсем не счастливые отношения.

Я даже не могу спокойно спать, потому что никогда не знаю, когда Люциан преобразится.

Но я не могу никому этого открыть. Я отчаянно улыбнулась и посмотрела на Люциана.

Пожалуйста, купись на это!

Люциан внимательно посмотрел на меня и кивнул.

— Хорошо, тогда давай пойдём вместе.

* * *

Как только я вошла в гостиную, я увидела своего отца и Императора, сидящих в креслах.

Это был первый раз, когда я увидела кого-то, кроме Люциана, после приезда в этот замок.

Было душераздирающе видеть, как мой отец дрожит в плотной одежде.

Он легко простужается.

Мой отец был самым слабым из слабых. Он типичный дворянин, которому никогда не приходилось терпеть лишений.

Он никогда не выходил на улицу в холодный день, говоря, что ненавидит холод.

Мне стало грустно при виде красного носа и мокрых волос моего отца.

Мой отец, который повернул голову на звук шагов, посмотрел на меня и расширил глаза.

— П-перния! Ты в безопасности! Я... я ничего не слышал о тебе с тех пор, как тебя забрал Лорд Кардьен. Ты знаешь, как я волновался? Я не смог найти никаких твоих следов, даже после того, как расспросил всех, кого мог. Даже отправив письмо Лорду Кардьену, я не получил ответа, и я не спал всю ночь, гадая, не случилось ли с тобой чего-нибудь, но ты была здесь. Ты была здесь всё это время!

Мой отец встал со своего места и подбежал ко мне. Или, по крайней мере, он пытался это сделать.

Люциан преградил моему отцу путь ко мне.

— Маркиз, я понимаю, вы рады видеть её после долгого перерыва, но, пожалуйста, держитесь подальше.

— Хах?!

Сказал Люциан моему отцу с широко раскрытыми глазами.

— Я единственный, кто может прикоснуться к ней.

Мой отец моргнул, потрясённый тем, что только что произошло.

Как только мой отец пришёл в себя и собирался закричать, Император выступил вперёд.

— Ты слышал его. Садись, Маркиз Лайлак.

— Н-но это!..

— Садись.

Услышав повелительный голос Императора, мой отец сел, едва способный сдерживать свои кипящие эмоции. Его глаза всё ещё были прикованы ко мне.

Я чувствовала негодование на его искажённом лице.

Это понятно. Его внезапно притащили сюда, когда он всё ещё не мог связаться со мной.

Когда я посмотрела на своего отца и шмыгнула носом, Люциан внезапно притянул меня в свои объятия.

— Л-люциан. Что ты делаешь?

— Ты выглядишь так, как будто устала.

— !..

Как будто он был недоволен, он завернул меня в свой плащ.

Как мать, прячущая своих детёнышей от охотников.

К счастью, я могла видеть только лицо Люциана, так как не могла нормально двигаться из-за того, что была завёрнута в плащ.

В противном случае мне пришлось бы встретиться лицом к лицу с моим отцом и Императором, которые были свидетелями самой неприличной вещи в мире.

Я хочу умереть.

Том 2 Глава 41

Это было несколько дней назад. Луциан вернулся. Но на сей раз казалось, что ему ничего не нужно от своего сюзерена. Представив краткий отчет, Луциан посмотрел на Императора. Наблюдая за тем, как Луциан ожидает высочайшего указа, Император погрузился в раздумья.

Сегодня он позвал Луциана не только ради отчета о подготовке рыцарей. У него была и другая причина. Ему донесли, что Каликс и Перния тайно встречаются. «Знает ли об этом Луциан?» Император предположил, что нет. Луциан не выглядел бы таким безмятежным, если бы знал об их тайных встречах. Не этот Луциан, который пришел в ярость, когда Вдовствующая императрица притесняла его невесту.

«Стоит рассказать ему. Будет неприятно, если Луциан проиграет Каликсу». Каким бы головной болью ни был Каликс, он оставался ценным наследником. Ни к чему хорошему не привело бы, если бы его отношения с Луцианом, сыгравшим огромную роль для империи, испортились.

Поэтому Император осторожно завел разговор: — Луциан, мне донесли, что вы с леди Пернией очень близки. Это правда?

Как только прозвучало имя «Перния», спокойный взгляд Луциана дрогнул. Луциан медленно кивнул. — Это так.

Лицо Луциана по-прежнему оставалось бесстрастным, но уши слегка покраснели. Император заметил это и продолжил с мягкой улыбкой: — Это был политический союз, который я устроил, так что я рад, что вам нравится ваша избранница. Интересно, что это за женщина, сумевшая покорить ваше сердце?

Поскольку Император впервые спрашивал его о невесте, Луциан был немного застигнут врасплох. Он некоторое время обдумывал ответ. Затем, с очень серьезным лицом, он открыл рот: — Она похожа на виноград в разгар лета.

— ….

— Темная фиолетовая кожица выглядит яркой и нежной, но самое главное — внутри скрывается мягкая, прозрачная мякоть. За её высокомерным и надменным образом скрывалось мягкое сердце.

Луциан любил её именно за это. За её неуклюжесть. За то, как она пыталась спрятать всё в своей маленькой голове, но в итоге всё равно выдавала свои истинные чувства. За её глупость. За то, как она заботилась о других и безрассудно брала вину на себя. За её невинность. За то, как она радовалась каждой мелочи. За всё это.

Император тихо вздохнул, глядя на Луциана. «Хорошо, что только я могу видеть лицо Луциана в этот момент».

Луциан был красивым мужчиной, но людей не так уж очаровывала его внешность, как следовало бы. Потому что в его глазах не было эмоций. Словно в бездушном произведении искусства или цветке без аромата. Но, глядя на Луциана сейчас, никто не мог устоять перед ним. Красные глаза Луциана сияли, словно драгоценные камни.

Император взял себя в руки и продолжил: — Хм, значит, она так много для вас значит. Впрочем, я кое-что о ней слышал.

При этих словах глаза Луциана расширились. Император посмотрел Луциану прямо в глаза и спросил: — Хотите узнать?

— Конечно.

— Это не то, что мне трудно раскрыть, но есть одно условие.

Луциан нахмурился. Он хорошо знал Императора: тот никогда не упускал своего. — Даже если то, что я сейчас скажу, выведет вас из себя, не предпринимайте ничего. Не трогайте её и никого другого.

Глаза Луциана дрогнули. Видя, насколько серьезен Император, Луциан не ждал ничего хорошего. — Можете поклясться в этом?

Тем не менее у Луциана не было выбора, кроме как клюнуть на наживку Императора: — Клянусь.

Только тогда лицо Императора расслабилось. Причина, по которой он хотел сообщить Луциану то, что еще не было должным образом подтверждено, заключалась в том, чтобы предупредить его. Луциан никогда не относился к своим клятвам легкомысленно. Дав такую клятву, он никогда ничего не сделает Каликсу.

— Я слышал, что Каликс и Перния тайно встречаются.

— ….!

В этот момент лицо Луциана заметно исказилось. — Конечно, неясно, почему они встречаются. Сколько из этих встреч были просто совпадениями, или каковы были их намерения?

— ….

Луциан ничего не ответил. Тем не менее на его прекрасном лице застыло пугающее и угрожающее выражение. Если бы перед Луцианом был не Император, он бы уже рухнул на пол.

Император продолжил спокойным голосом: — Перния скоро придет сюда, чтобы прояснить факты. Уверен, она скажет нам правду.

Как раз в этот момент слуга открыл дверь: — Ваше Величество, леди Перния Лайлак прибыла.

Император посмотрел на Луциана: — Хотите услышать правду в присутствии своей невесты или спрятаться где-нибудь? Поступайте как знаете.

Луциан посмотрел на Императора с обидой. Подслушивать других было подло, и он не мог так поступить с Пернией. Однако он не мог покинуть комнату, так как это было бы нарушением приказа Императора. Ему было любопытно узнать пугающую правду.

В конце концов, испытывая презрение к самому себе, Луциан отступил и полностью скрылся за шторой. Император мельком взглянул на его лицо: смесь страха и ярости.

* * *

Анна закричала с раскрасневшимся лицом: — Миледи, сэр Кардиен и сегодня прислал вам подарок!

Вслед за Анной в комнате собрались все горничные и слуги особняка. Они визжали, глядя на вещи, которые постоянно вносили в комнату: — Ого! Это же новая сумка от Louis Vuitton, верно? Та самая, вышитая золотыми нитями. — Похоже на то! — Смотрите! Это платье от Chanel. Ходили слухи, что на него даже смотреть было трудно из-за пятидесяти тысяч бриллиантов, нашитых на юбку. Кажется, я сейчас ослепну!

Вещи Луциана были очень роскошными. Анна радостно воскликнула: — Поразительно, что он может присылать вам такие подарки каждый день. Лучший жених Империи!

Не так давно Луциан получил прозвище «лучший жених Империи» в самой известной газете. Всё потому, что на его небольшом поместье, подаренном Императором, нашли алмазную шахту.

— Ха-ха, лорд Кардиен, не стоит так разбрасываться алмазными копями, — ухмыляясь, сказал отец. — Присылать столько, что этот старый особняк скоро взорвется!

Я ответила отцу с кокетливым видом: — Не волнуйтесь, отец. Я отправлю всё это обратно лорду Кардиену.

Лицо отца сникло, словно сдувшийся воздушный шар. — Обязательно, Перния? Это подарки для его невесты. Принимать их — вопрос приличия. — Зависит от подарка, но это уже слишком. — Но… Тогда давай хотя бы оставим эти часы Lawrence. — Положи их обратно. — Ну хотя бы сумку Louis Vuitton. — Положи обратно. — Тогда хотя бы эту алмазную пуговицу. — О, ну хватит!

Я свирепо посмотрела на отца, и он положил пуговицу на место. Затем он посетовал со слезами на глазах: — Перния, может, ты не была бы такой бессердечной, если бы услышала историю о моей запутанной ситуации с алмазными пуговицами. Это случилось на моем дебюте…

— Анна, закрой дверь. — Слушаюсь.

Том 2 Глава 42

Невыносимая щедрость

Энн безжалостно захлопнула дверь. У меня не было ни малейшего желания слушать отцовские нотации. Я вздохнула, оставив позади стопки коробок, громоздившихся до самого потолка.

— Энн, готовься к выходу. Закажи карету. Я еду в особняк лорда Кардиена.

Энн посмотрела на меня с разочарованием.

— Вы уверены, что хотите вернуть все подарки?

— Я же сказала, что верну.

— В прошлом вы принимали каждый подарок, который присылал лорд Кардиен. Это, конечно, перебор, но стоит ли возвращать их, если он прислал их из доброты?

Тогда я думала, что это дружеский жест, поэтому и принимала их. «Но теперь всё иначе. Это подарки от мужчины, который признался мне в любви». Даже если подарки те же, смысл у них теперь другой. Честно говоря, это давило на меня. Я промолчала, потому что не могла рассказать Энн всё это. Энн осторожно продолжила:

— Лорд Кардиен признался вам в чувствах?

Я ахнула, широко открыла глаза и уставилась на Энн. Я была так удивлена, что не смогла даже отнекнуться и лишь заикнулась:

— К-как ты узнала? Ты следила за мной, как Император?

В отличие от меня, Энн ответила спокойно:

— Нет. Я просто поняла это сама. Вы сильно изменились с тех пор, как ходили к Императору.

— Правда?

— Да. С того дня вы не можете нормально спать. Стоит вам услышать имя лорда Кардиена, как ваши плечи вздрагивают, а лицо краснеет, как яблоко. Прямо как сейчас.

— …!

О боже. Неужели я была настолько предсказуема? Я спрятала пылающее лицо в ладонях. Энн посмотрела на меня и добавила:

— Это было не так уж сложно заметить. На самом деле, я давно знала, что лорд Кардиен собирается признаться вам.

Энн вдруг показалась мне совсем другим человеком. Обычно такая кроткая, сейчас она выглядела как прорицательница, знающая все тайны мира.

— В тебя вселился какой-то бог? Как ты вообще могла это знать?

Энн рассмеялась.

— Вовсе нет. Если бы вы были на моем месте и смотрели на лорда Кардиена с моей точки зрения, вы бы тоже всё поняли. Настроение лорда Кардиена полностью меняется, когда он рядом с вами.

— …Неужели?

— Да.

Энн твердо кивнула.

— Лорд Кардиен вежлив с такими людьми, как я. Он всегда был добр к нам. Но с ним всё равно трудно иметь дело. Даже когда он стоит прямо передо мной, он кажется очень далеким. Но когда он с вами, он улыбается как ребенок. Именно так я и поняла, что вы ему нравитесь.

— …

— Лорд Кардиен, должно быть, считает вас очень особенным человеком.

Слова Энн проникли мне в голову и не желали оттуда уходить. Черт возьми. Мое сердце забилось так же сильно, как в день его признания.

* * *

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз была в особняке Люсиана. Дверь открыл Пол, помощник Люсиана, о котором я на время забыла.

— Добро пожаловать, мисс Перния.

— Вы выглядите очень уставшим с нашей последней встречи.

Пол, чьи темные круги под глазами опустились чуть ли не до подбородка, нахмурился.

— Конечно, я устал. Каждый день мне приходится искать и докладывать Люсиану о подарках, которые могли бы понравиться мисс Пернии.

— …Ах.

— Вы знаете, сколько счетов и покупок мне приходится разбирать за день? Я должен проверить, правильно ли доставлен товар, оплатить его, переупаковать и отправить в дом мисс Пернии. Мне кажется, тут и двух человек не хватило бы. Мне сейчас тяжелее, чем на поле боя.

— …Понимаю. Должно быть, это очень утомительно.

Не я же даю ему всю эту работу, почему он жалуется мне? Пол, проследив за моим взглядом, тихо отвернулся и сказал:

— Осмелюсь просить вас, пожалуйста, остановите лорда Люсиана. Если мне придется продолжать в том же духе, я могу рухнуть от переутомления.

Он выглядел очень отчаянно. Это была не просто просьба, а настоящий крик о помощи.

— Не волнуйтесь. Я здесь именно для того, чтобы он перестал их присылать.

Лицо Пола тут же просияло от моих слов. Он с надеждой повел меня туда, где был Люсиан. Он уже не был таким настороженным, как раньше. «Сколько же работы Люсиан на него свалил?» Я сглотнула и последовала за Полом в комнату. Я была настолько поражена открывшимся видом, что невольно остановилась. «Ого». На стенах висело множество картин. Люсиан пристально разглядывал полотно, занимавшее одну из стен. Его взгляд был сосредоточен, он глубоко погрузился в свои мысли. «Прекрасный мужчина среди десятков картин». Сцена была настолько красива, что не могла не привлечь внимания. Я с трудом взяла себя в руки и осторожно произнесла:

— Лорд Кардиен.

Люсиан удивленно повернул голову на мой голос. Увидев меня, он воскликнул с недоверием:

— Леди Перния, что вы здесь делаете?

— Я пришла поговорить с вами. Прошу прощения, что не предупредила заранее.

— Всё в порядке. Я же говорил, что вы можете приходить ко мне в любое время.

Люсиан улыбнулся, его лицо светилось радостью от того, что я пришла навестить его. Несмотря на теплый прием, я подошла к нему с виноватым видом.

— Что это всё значит? Вы начали коллекционировать картины?

Хотя я ничего не смыслила в искусстве, я узнала несколько знаменитых полотен на стенах. Я указала на портрет мужчины без бровей с легкой улыбкой на лице:

— Это же Монарио, верно? Он настоящий?

— Да.

Ответ Люсиана усилил мое восхищение. Я несколько раз видела подделки, но оригинал видела впервые.

— Оригинал выглядит совсем иначе.

Форма и цвета были гораздо прекраснее, а главное, аура, исходящая от картины, была более эфирной. И была какая-то уникальная атмосфера, от которой у меня странно сжалось сердце. Люсиан мягко улыбнулся мне, поглощенной картиной.

— Я рад, что леди это нравится. Это одна из картин, которую я собирался отправить леди.

Только одна из картин? «Не может быть…» — спросила я дрожащим голосом.

— Вы же не собираетесь прислать мне все картины из этой комнаты, правда?

— Собираюсь.

Люсиан посмотрел на меня с гордым видом и улыбнулся. У меня челюсть отвисла до пола. «Картины Монарио стоят столько же, сколько целый особняк. А если посчитать все остальные…» Сумма выходила астрономическая. Если бы у меня были такие деньги, я бы никогда не завидовала победителям лотереи. «Мне больше не пришлось бы работать», — едва сдерживая эти слова, я сказала:

— Лорд Кардиен, я не могу принять этот подарок. Если мы повесим все эти картины в нашем старом особняке, стены рухнут.

— Понимаю. Может, мне связаться с архитектором, которого я знаю? Они отреставрировали множество особняков с многовековой историей, так что они смогут починить особняк леди, и он будет как новый.

Назовите мне другого мужчину, который стал бы перестраивать ваш дом только для того, чтобы вы могли принять его подарки. Если бы он пошел еще дальше, он бы наверняка построил для меня новый особняк. Предложение было очень заманчивым, но я покачала головой.

— Проблема не в этом. Я чувствую давление, принимая от вас такие подарки.

— …

— Поэтому, пожалуйста, заберите обратно все подарки, которые прислали за эти дни. Я пришла сказать именно это.

Было ясно, что мои слова означают, что его чувства ко мне в тягость. Лицо Люсиана помрачнело, когда он понял, что я имела в виду. Через некоторое время Люсиан сказал:

— Однажды леди сказала, что ни одна дама не расстроится, если я признаюсь ей в чувствах, и что они в любом случае воскликнут: «Потрясающе».

— Ну…

Люсиан заговорил, прежде чем я успела смутиться еще сильнее.

— Если вы имели это в виду, значит, по крайней мере, вы не против того, что я испытываю к вам чувства, верно?

— …

Я не ожидала, что он задаст этот вопрос. Я сильно прикусила губу. Как я могла быть против признания такого красивого, милого, прекрасного и доброго человека? Поэтому я кивнула.

— Я не против.

Лицо Люсиана расслабилось от моих слов.

— Тогда почему бы вам просто не принять подарки? Подарки никак не связаны с моим признанием. Я просто хотел подарить их леди.

Люсиан продолжил, с любовью опуская взгляд.

— Чтобы подарить леди всё самое красивое и чудесное в этом мире.

Как только его голос, сладкий, как взбитые сливки, проник мне в уши, разум помутился. Я не могла ничего ответить и просто смотрела на Люсиана. Мое сердце бешено заколотилось из-за его сияющих красных глаз. «Эта атмосфера опасна». Почему Люсиан смотрел на меня с такой нежностью? Почему мой взгляд был прикован к его пухлым губам? Почему я приближалась к нему? Когда я сглотнула слюну в пересохшем рту, из-за двери раздался голос Пола:

— Лорд Люсиан, прибыла Святая.

— …!

Только тогда я пришла в себя и закрыла рот. «О боже. Что я собиралась сделать?» Мое сердце трепетало, словно я совершила что-то не то. Люсиан выглядел спокойным, как будто не заметил, что я собиралась сделать.

— Могу я пригласить мисс Эстель?

— Конечно.

Я кивнула, как ни в чем не бывало. Эстель вошла в комнату. Она посмотрела на меня, и ее глаза расширились.

— Не ожидала увидеть здесь мисс Нию. Вы тоже пришли поиграть с нами?

Том 2 Глава 43

— Я зашла, чтобы кое-что сказать лорду Кардиену. А ты, Эстель?

— Я подумала, что было бы неплохо узнать об этикете и культуре Королевства Себран, прежде чем отправлюсь туда на учёбу, поэтому пришла поучиться у Луциана. Луциан когда-то работал с наёмниками в Королевстве Себран, так что он знает тамошние порядки.

Я поспешно схватила свою сумку.

— Я не знала, что у вас назначена встреча, и вломилась без приглашения. Простите. Я пойду.

Я пыталась уйти как можно быстрее, ведь невольно оказалась бестактной, но Луциан и Эстель воскликнули одновременно:

— Всё в порядке!

— Ничего страшного.

Эстель сказала это, крепко сжав мою руку.

— Мы давно не виделись, ведь я была занята подготовкой к отъезду. Я просто буду слушать Луциана, так что оставайся со мной, если не возражаешь. Луциану ведь тоже будет приятно, правда?

— Да. Мне бы этого хотелось.

Они смотрели на меня с таким отчаянием, словно две собаки, испугавшиеся, что хозяин уходит из дома.

В конце концов, я кивнула.

* * *

Под тёплым солнцем мы втроём сидели за столом для чаепития.

Стол ломился от сладких десертов, которые наверняка приготовили для меня.

Я жевала мягкие тарталетки, а Эстель, сидевшая рядом, прилежно слушала Луциана и делала пометки.

— Жители Королевства Себран ненавидят, когда им помогают. Некоторые из них, особо чувствительные, оскорбляются, если ты пытаешься им помочь. Так что не говори, что любишь помогать другим.

При этих словах лицо Эстель побледнело.

— Тогда что мне делать, если я увижу бабушку, которой тяжело тащить большую тележку?

— Они справятся сами.

— А если увижу кого-то раненого на улице?

— Там повсюду медицинские центры, так что они как-нибудь доберутся.

— Но…

Луциан твёрдо ответил на мрачный взгляд Эстель:

— Ни при каких обстоятельствах не помогай им, если они сами не попросят. Если не послушаешь, они тебя проклянут.

— ……Хорошо, я запомню.

Плечи Эстель безвольно опустились.

Увидев это, Луциан слегка усмехнулся, глядя на неё. В этот момент мои плечи невольно вздрогнули.

— Когда я видел тебя на днях, ты сказала, что тебе тяжело постоянно помогать другим. И что хочешь жить, не заботясь ни о ком. Теперь, когда представилась возможность, ты должна быть счастлива.

— Я говорила так, потому что мне было тяжело, но я не имела этого в виду по-настоящему.

Они просто вели непринуждённую беседу. Я уже не в первый раз видела их вместе.

«Так почему же я…?»

Почему на сердце стало так тяжело, словно я увидела то, чего видеть не хотела?

Я попыталась отмахнуться от этого чувства и отправила в рот ещё один кусочек тарталетки.

* * *

Спустя несколько часов Эстель и я поднялись из-за стола.

Эстель поблагодарила Луциана, сжимая в руках свои записи.

— Спасибо, Луциан. Благодаря тебе, думаю, я совершу меньше ошибок в Королевстве Себран.

— Не стоит благодарности.

Луциан ответил спокойно и посмотрел на меня.

— Вы тоже уходите, миледи?

Он посмотрел на меня так, словно просил не уходить, но на этот раз это не сработало.

Я ответила твёрдым голосом:

— Да, я не могу снова вломиться и объедать вас. Я не настолько бесстыдна.

— ……Это не бесстыдство. Это правильный поступок.

Я холодно поклонилась Луциану, который что-то пробормотал себе под нос.

— Тогда я пойду. И, пожалуйста, подумай о том, о чём я просила тебя ранее.

— ……Хорошо.

Луциан больше не настаивал, чтобы я осталась. Вместо этого он выглядел таким печальным, словно пёс с прижатыми ушами и поджатым хвостом.

Видеть это было неприятно, но я взяла себя в руки.

«Нельзя позволять ему так собой манипулировать».

Поэтому я покинула особняк вместе с Эстель.

Мы решили не брать карету и прогуляться пешком. Мы давно не ходили так по улицам вместе.

Я откинула волосы, развевающиеся на ветру, и спросила Эстель:

— Подготовка к учёбе идёт хорошо?

— Да, Его Величество подготовил почти всё, так что мне самой почти ничего не нужно делать.

Независимо от того, была она занята или нет, я всё равно чувствовала беспокойство. До отъезда Эстель из империи оставалось всего две недели.

У неё было мало времени на подготовку к долгому путешествию.

Эстель ответила, опустив брови:

— Однако я волнуюсь, что священники всё ещё против.

Я нахмурилась.

Когда Эстель объявила, что собирается учиться в Королевстве Себран, многие были шокированы.

Среди них именно священники отреагировали наиболее бурно.

Они единогласно выступили против её отъезда.

«Святая должна защищать эту империю, поэтому ты не можешь покинуть это место!»

Их протест был настолько силён, что они толпами приходили к «Дому Цветов и Трав», чтобы выразить своё недовольство.

Я сжала зубы, чувствуя злость.

— Эти стариканы. Сколько ещё они будут удерживать тебя, прикрываясь титулом Святой? Если им так нужна Святая, чтобы защищать империю, пусть сами становятся святыми и делают это.

Эстель мягко ответила на моё недовольство:

— Для священников Святые — драгоценные существа, оберегаемые Богом. Я понимаю, почему они тревожатся и не хотят меня отпускать.

— Неужели тебе нужно разрешение каких-то стариков? Его Величество разрешил тебе ехать, так что можешь просто игнорировать их.

— Святая не может просто оставить священников. Мне нужно убедить их, прежде чем я уеду.

Эстель продолжила с хитрым выражением лица:

— Не волнуйся, если не получится, я использую свой последний козырь.

— Последний козырь? Что это?

Используешь свою красоту, заплачешь или пригрозишь раскрыть их тайны?

Эстель ответила с сияющей улыбкой:

— Если Луциан поговорит с ними, священники всё поймут.

Священники вряд ли прекратили бы протестовать только из-за красивых черт лица Луциана, если уж их не тронула красота самой Эстель.

В таком случае…

— Священники боятся лорда Кардиена?

Эстель ответила улыбкой.

Затем она рассказала мне историю, произошедшую давным-давно.

Когда Эстель впервые привела Луциана, священники отнеслись к нему с опаской.

Потому что считалось, что красные глаза — это проклятие дьявола.

Но, вопреки их опасениям, Луциан был послушным ребёнком.

Всё, что он делал целыми днями, — это ходил по пятам за Эстель.

Теперь из-за этого священники стали опасаться Луциана.

Однако их мнение быстро изменилось.

Эстель опоздала на важное мероприятие, на котором должна была присутствовать как Святая.

К тому времени, как она прибыла, всё закончилось катастрофой. Лица священников, которые всегда обожали Эстель, были холодны.

Эстель стояла, дрожа и сцепив руки, не в силах оправдаться.

Священники начали отчитывать её с суровыми лицами:

— Мы дали тебе независимость, потому что ты всегда была послушной. Но я очень разочарован, что это первое, что произошло, как только ты покинула храм.

— Как и ожидалось, слишком рано позволять тебе быть самостоятельной. Пожалуйста, возвращайся в храм.

Эстель умоляла дать ей ещё один шанс и обещала, что больше никогда не совершит такой ошибки.

Она умоляла, потому что знала: если вернётся в храм, вся свобода будет отобрана.

Но священники холодно покачали головами и начали собирать вещи Эстель.

В этот момент появился Луциан.

Он встал между ней и священником, словно защищая Эстель.

Эстель не видела лица Луциана, потому что находилась за его спиной.

А священники стояли лицом к лицу с ним.

Спустя мгновение священники начали отступать, побледнев.

Словно наткнулись на тигра в ночи.

— Священники больше не злились на меня. Они больше не просили меня вернуться в храм.

Конечно, даже если ты священник, служащий Богу, умирать тебе не хочется.

Священники, должно быть, почувствовали инстинктивный страх при виде глаз Луциана.

Эстель сказала с игривой улыбкой:

— С того дня я часто обращалась за помощью к Луциану, когда становилось трудно. Всякий раз, когда появлялся Луциан, священники умолкали.

Её улыбка выглядела очень безмятежной. Я бы тоже не чувствовала тревоги, если бы Луциан всегда был на моей стороне.

Это понятно.

Эстель, должно быть, думает, что чувства Луциана к ней — это нечто вроде глубокой преданности или давней привязанности, как к сестре.

«Его чувства к тебе — это не просто привязанность».

Любовь Луциана к ней была гораздо серьёзнее и глубже, чем она думала.

Настолько, что сердце того, кто на это смотрел, начинало болеть.

И именно поэтому я не могла принять его чувства ко мне.

«Не могу поверить, что тот, кто так сильно любил её, теперь любит меня… Я просто не могу поверить, что он действительно испытывает ко мне чувства».

* * *

На следующий день пришёл Пол, помощник Луциана, и забрал все подарки, которые тот прислал.

— Лорд Луциан сказал, что вы можете позвать его, если мы снова вам понадобимся.

Глядя на Пола и двадцать фургонов, которые исчезли из виду, мой отец разрыдался:

— Обязательно было так поступать, Перния? Это жестоко. Ты правда жестока. Ты точь-в-точь как твоя мать. Она говорила, что никогда меня не бросит, но ушла. Какая бессердечная женщина. Она обещала, что будет жить со мной, пока её тёмные волосы не поседеют. Как она могла так со мной поступить…

Энн, стоявшая рядом с отцом, тоже выглядела расстроенной:

— Жаль. Они все так вам шли. Если бы вы вышли на банкет в них, то утерли бы нос тем, кто игнорировал вас в трудные времена.

Я ничуть не жалела о содеянном.

Но что мне делать? Просить их вернуть обратно значило бы ущемить мою мелочную гордость.

Том 2 Глава 44

С тех пор я не навещала Луциана. Луциан тоже не приходил ко мне и больше не присылал подарков. Прошла неделя.

— Вы сегодня так прекрасны, миледи! Вы прекраснее осенних роз и ярче ночной луны.

Щедрая похвала Энн заставила уголки моих губ приподняться. — Тогда я вернусь.

В руках у меня был большой букет цветов. Он предназначался Эстель. Сегодня был день её отъезда. Вся империя была потрясена новостью об обучении Эстель за границей. Чтобы святая покинула империю по личным делам — случай неслыханный. Однако благодаря влиянию трех мужчин ситуация вскоре успокоилась.

«Святая — бесценное сокровище этой империи. Если такой человек покинет нас и с ней что-то случится, империя понесет огромную утрату. Думайте о выгоде, а не об убытках. Королевство Себран редко позволяет иностранцам учиться в своем национальном медицинском центре. Если святая освоит там медицину, наша имперская медицина совершит огромный скачок», — Император умело перевел дискуссию в русло государственных интересов.

Что касается простолюдинов, о которых Эстель заботилась напрямую, их реакция была куда более бурной. Они цеплялись за Эстель с отчаянием на лицах. Остановил их Каликс: — Не беспокойтесь. Отныне я лично буду заботиться о вас.

Каликс взял на себя ответственность за «Дом Цветов и Трав» на время отъезда Эстель. Вопреки его искренности, люди, казалось, восприняли это иначе: — Я совсем не ранен! Я чувствую себя совершенно здоровым! Вы можете ехать куда угодно, святая!

Более того, Каликсу чудесным образом удалось вылечить даже тех, кого раньше не могла исцелить Эстель. Либо они действительно выздоровели, либо просто притворялись, чтобы не мешать отъезду.

Перед моим особняком стояла огромная карета, а рядом — Луциан. Он подошел ко мне с улыбкой: — Давно не виделись, леди Перния.

Мое сердце забилось чуть быстрее, но я спрятала это чувство и кивнула с высокомерным видом. — Хм.

Луциан улыбнулся, ничуть не обидевшись. — Поедемте.

Его лицо было чистейшим воплощением невинности. Он выглядел таким безобидным, словно не смог бы убить даже муху. Но я знала, насколько страшным он может быть, защищая то, что ему дорого. Сидя в карете, я спросила кокетливым тоном: — Вчера я слышала от Эстель, что священники, которые упорно противились её отъезду, пришли и пожелали ей счастливого пути. Как ты заставил этих стариков передумать? Достал меч и угрожал им?

Луциан озадаченно поднял брови: — Я бы не стал так невежливо поступать со священниками. — Тогда что ты сделал? — …Просто зрительный контакт. Немного затянувшийся.

Я посмотрела в глаза Луциану. Как такие красивые красные глаза могут быть пугающими? Глядя на них, я могла думать только о рубинах, но теперь осознала: «Раз он мог убить человека одним взглядом, значит, он делал это десятки раз». Ради Эстель.

— …Леди Перния, что случилось? Вы выглядите сердитой. — Нет, я не сержусь.

Я отвернулась к окну, чувствуя, как внутри закипает странная смесь досады и обиды. Я ведь просила его перестать присылать подарки, но ему не обязательно было так резко отстраняться. А еще эти его встречи с Эстель… «Ты ведь говорил, что я тебе нравлюсь! Ну и что, что я не ответила взаимностью — не обязательно было отдаляться, глупый мужчина!»

— Леди Перния, мы приехали.

Я смущенно нахмурилась, возвращаясь в реальность. Луциан смотрел на меня с тревогой: — Вы в порядке? Вам нехорошо? — Я в порядке. Эстель ждет нас. Пойдем.

Мы вышли в густой лес. Эстель и Каликс уже стояли на тропинке, держась за руки. Они выглядели как идеально подходящая пара. Увидев нас, Эстель просияла: — Мисс Ния! Луциан!

Я протянула Эстель букет: — Береги себя и возвращайся в целости. — Спасибо, мисс Ния. Я буду писать вам письмо раз в неделю.

Отъезд Эстель был досадным, но не печальным. В оригинальном романе этого не было, и мне эта новая версия развития событий нравилась гораздо больше. После наших прощаний настала очередь Луциана. Эстель улыбнулась ему: — Луциан, всегда уезжал ты, а оставалась я, но в этот раз всё наоборот. — Я знаю. — Говорю тебе сейчас, но я была немного расстроена тем, что ты всегда уезжал, не написав мне ни письма и не попрощавшись. — …Я не хотел, чтобы ты волновалась обо мне.

«Это ложь», — подумала я. Эстель же наивно поверила ему, прощая его за всё.

— Тогда, счастливого пути, — сказал Луциан, смеясь.

Это было обычное прощание. Я не должна была ничего чувствовать. Но почему, глядя на них, я вдруг отдернула руку Луциана? Словно я не хотела, чтобы он смотрел на Эстель, и отчаянно желала, чтобы он остался рядом со мной.

Том 2 Глава 45

Глаза Луциана расширились, он посмотрел на меня. Эстель сделала то же самое. Я запоздало пришла в себя, увидев их реакцию.

«Ой». Мне нужно было придумать оправдание.

Я замялась, всё ещё держа Луциана за руку:

— Эм… это… у меня просто немного замерзли руки.

Любой бы понял, что это чушь. К счастью, Луциан не стал указывать на мою нелепость. Эстель тоже промолчала. Она рассмеялась и произнесла:

— Как бы я ни была занята, я обязательно вернусь на вашу свадьбу. Так что, пожалуйста, сообщите мне хорошие новости как можно скорее.

Эстель пробормотала что-то вроде «ангел любви, благослови наш союз» и ушла вместе со своим щенком — то есть, со своим возлюбленным Каликсом.

Не успела я оглянуться, как мы с Луцианом остались в лесу одни. Мне было до смерти неловко. И из-за ревности к отношениям Эстель и Луциана, и из-за того, что я несла такую чепуху. Я огляделась и медленно высвободила руку. Но его рука, только что опустившаяся, снова перехватила мою. Он крепко переплел свои пальцы с моими.

— ……!

Мои глаза расширились, я посмотрела на Луциана. Он сказал:

— У меня тоже немного замерзли руки. Можешь подержать меня за руку еще немного?

Его серебристые ресницы дрожали. Его прекрасное лицо покраснело до самых кончиков ушей. Тем не менее, его рука, сжимавшая мою, была твердой. Словно он никогда не хотел её отпускать.

Я посмотрела на Луциана со сложным выражением лица:

— Лорд Кардиен, то, что я сказала раньше — ложь. Я хотела подержать вас за руку не потому, что замерзла. Я просто не хотела, чтобы вы смотрели на Эстель.

Луциан округлил глаза, услышав это, и произнес с обиженным видом:

— Разве я не говорил тебе в день своего признания? В моем сердце только леди. У меня больше нет никаких чувств к Эстель.

— Я знаю, но я не могу так легко принять тот факт, что я вам нравлюсь! Что мне остается, кроме как сомневаться!

Я была всего лишь второстепенным злодеем, а не главной героиней. Я не была такой милой, как Эстель, и у меня не было прекрасного характера. Я не могла легко поверить, что нравлюсь ему. Поэтому я отталкивала его. Но он продолжал приходить снова и снова.

— Не стоит делать вид, будто между нами есть какая-то черта или будто вы никогда не признавались, — отрезала я.

— Мужчина должен иметь твердость духа!

Луциан объяснился с растерянным видом на мой сердитый выговор:

— Я просто не хотел, чтобы леди меня возненавидела, поэтому не хотел делать ничего, что тебе могло бы не понравиться. Я был осторожен.

— Я никогда вас не возненавижу, так что можете делать всё, что мне может не понравиться!

В этот момент он притянул меня к себе. Луциан, заключив меня в свои широкие объятия, сказал:

— Я хотел обнять тебя вот так. Ты мне нравишься. Я хотел сказать это. И…

Луциан замолчал. Он просто крепко обнимал меня, словно пытаясь что-то подавить. Я пробормотала у него на груди:

— И что еще?

— Это…

Луциан нахмурился, смутившись. Ах, это было так досадно. В конце концов, я не выдержала, схватила его за затылок и притянула к себе. Его губы коснулись моих. На вкус это было словно нежнейший крем из самого рая. Это был самый сладкий поцелуй в мире.

Я прошептала Луциану на ухо, голосом более сладким, чем тот, которым он шептал мне:

— С сегодняшнего дня мы встречаемся.

Теплое солнце, осенний ветерок, пение птиц, звенящее в ушах — всё было так прекрасно. Даже мое отражение в зеркале. Я сказала Энн с довольной улыбкой: — Ты говорила, что тебе нужны аксессуары для волос, верно? Если найду что-нибудь красивое, обязательно куплю тебе. Ты заслуживаешь награды. — Моя леди! — Энн прикрыла рот рукой, её лицо выражало глубокое волнение. — Тогда я пойду.

Спускаясь по лестнице, я столкнулась с отцом. — Перния, ты снова идешь к лорду Кардиену? — Да.

Отец произнес с довольным видом: — Какая юность. Ты напоминаешь мне о свидании, которое было у меня с твоей матерью. Она всегда была так мило наряжена.

Отец, который увлеченно болтал, почувствовал, что что-то не так, и умолк. Он спросил меня с неловким видом:

— Почему ты сейчас так тиха? Обычно ты игнорировала меня и исчезала.

— О. Это потому, что вы рассказываете мне такую интересную историю. Пожалуйста, расскажите мне еще, отец.

— ……!

Отец скривился, словно увидел то, чего не должен был видеть, и отступил назад:

— Т-ты опоздаешь, если услышишь еще что-то. Иди уже.

— Да, я вернусь.

Я вышла на улицу. Там стояла новая блестящая карета — подарок от Луциана.

«Я не хотел, чтобы леди больше было больно. Надеюсь, ты будешь пользоваться этой каретой, ведь её сиденье мягкое, как облако».

Как он и надеялся, поездка в карете была превосходной. Я прибыла на место очень скоро.

— Отличная работа. Было очень комфортно, — я поприветствовала кучера яркой улыбкой.

Выйдя из кареты, я оказалась у роскошного оперного театра. Среди мрамора и статуй стоял Луциан, прекрасный, словно божество. Женщины вокруг поглядывали на него. К сожалению, однако, всё, что им было позволено — это смотреть. Только я могла подойти к нему и назвать его по имени.

— Луциан.

Луциан повернул голову на мой голос и улыбнулся:

— Ния.

Как только я услышала, как он произносит мое прозвище, мои губы сами собой растянулись в улыбке. Мы проскользнули внутрь.

— Я старалась не заставлять Луциана ждать в этот раз, но снова не успела. Как давно ты здесь?

— Я только что пришел.

Ложь. Может быть, он ждал меня уже давно. Я продела руку под его крепкую руку:

— Пойдем внутрь.

Сегодняшнее представление было популярной пьесой «Неразделенная любовь графа Батуса». Как только главный герой опустился на колени и запел во время кульминации, многие женщины в зале схватились за грудь. Но я осталась совершенно равнодушна.

«Я знаю, что теоретически он красив, но почему я ничего не чувствую? Неужели у меня проблемы со зрением?»

Том 2 Глава 46

Когда я с любопытством уставилась на сцену, то почувствовала на себе колючий взгляд. Повернув голову в ту сторону, я тихо вскрикнула. Лицо Луциана сияло невероятно ярко. «Ох, мои глаза!» Только тогда я поняла, почему, глядя на Пью, не испытывала того же, что и остальные. Проблема была не в зрении. Рядом с таким неземным красавцем мои стандарты просто взлетели до небес. «Какое облегчение». В отличие от меня, почувствовавшей облегчение, Луциан пробормотал с серьезным лицом:

— Если бы я знал, что всё сведется к этому, мы бы не пришли.

Затем он посмотрел на меня и спросил:

— …Этот актер кажется Ние привлекательным?

Ого, ого, он что, ревнует? Если я отвечу «да», он наверняка захочет провалиться сквозь землю. Я сказала, едва сдерживая желание обнять его:

— Вовсе нет. По сравнению с Луцианом этот человек — просто кальмар…

Нет. Он не кальмар. Я поправилась, проявив уважение к красавцу:

— Он просто обычный человек: два глаза, нос и рот.

Уголки губ Луциана дрогнули, и он широко улыбнулся. В моих глазах мой парень был лучшим мужчиной в мире!

* * *

Мы ходили на свидания каждый день. В художественной галерее, в библиотеке, в парке, в цветочном саду, перед замком, в лесу, у озера, на тренировочной площадке, на улице, в кондитерской. Самое интересное, что чем чаще мы виделись, тем сложнее нам было расставаться. Вчера было то же самое. Луциан отвез меня домой ближе к закату. Но просто попрощаться было бы скучно, поэтому мы продолжали разговаривать до глубокой ночи. Из-за него я уснула позже обычного. «Снова проспала. Ах, я просто хочу пойти к Луциану… Почему, черт возьми, я должна идти на эту вечеринку?» Я сидела перед своим туалетным столиком с сонным лицом. В отличие от меня, выглядевшей как помятая, Энн была полна решимости.

— Мы давно не были на банкетах. Это отличная возможность утереть нос тем, кто вас игнорировал!

Комната была заполнена сотнями коробок. Это были подарки, которые недавно прислал Луциан. Десятки платьев, украшений, туфель и аксессуаров. Вещей было огромное количество, и каждая шла в полном комплекте. Это привело Энн в восторг. Для нее, привыкшей наряжать меня в пару платьев и старые украшения, это были лучшие условия.

— Красное платье от Шанель, дополненное колье с рубиновым амулетом? — Энн покачала головой, обдумывая вариант. — Это простой чаепитие, так что это будет слишком вызывающе. Если мы подберем бриллианты к платью цвета слоновой кости, вы будете выглядеть элегантно и достойно.

Энн снова покачала головой.

— Но не слишком ли это скромно? Вам идут более роскошные стили.

Я ответила с раздражением на лице:

— Мне нужно просто выглядеть достаточно достойно, чтобы не давать повода для критики. Я ведь не с Луцианом иду.

Поскольку на церемонии помолвки я встала на сторону Эстель, я отдалилась от своих сверстников. Кроме того, день рождения кронпринца сделал мои отношения с вдовствующей императрицей неловкими. Разумеется, с того дня я не посещала светские рауты. «Она теперь враг для всех». Если бы это был обычный банкет в императорском дворце, я бы не пошла. Я очень хотела симулировать болезнь, чтобы не идти, но если я это сделаю, у моего отца будут неприятности. Я вздохнула и подумала: «Я просто поем торта в углу и буду сидеть тихо». Если аристократ, дорожащий своим достоинством, начнет спор, это закончится лишь обменом парой фраз. Давайте не будем рвать друг другу волосы, если им не нравлюсь я. Если я просто пропущу их слова мимо ушей, всё будет хорошо. Я посмотрела в зеркало и начала наносить макияж. Энн с воодушевлением расчесывала мои волосы.

* * *

После долгих раздумий (со стороны Энн) я прибыла в императорский дворец в фиолетовом платье от Шанель и изумрудном ожерелье. Я сделала один шаг, второй, ступая туфлями, усыпанными бриллиантами, и приняла решение. «Уверена, отношение ко мне изменится, как только я войду в банкетный зал. Это самый распространенный способ, которым аристократки изводят людей». Не реагировать ни на что, просто найти место. Чем выше статус семьи или положение в обществе, тем больше внимания достается их столу, который, скорее всего, находится в центре зала. Место, на которое я целилась, было полной противоположностью. Если я его не найду, я буду искать еще усерднее, пока оно не найдется — это будет мое место! Я просто хотела сидеть там и есть всевозможные десерты. Банкетный зал был захватывающе красив, но торты от императорского кондитера были лучшей его частью. Я вошла в зал с таким тщательным планом. Как и ожидалось, как только я вошла, воцарилась тишина. Женщины, которые прибыли раньше и уже вели беседу, дружно посмотрели на меня. В этот момент я проигнорировала их взгляды и отправилась искать место, где можно присесть.

— Вы пришли, леди Перния!

— Давно не виделись. Я так скучала!

Я была ошеломлена тем, как женщины бросились ко мне с улыбками. «Ч-что? Что происходит?» Это было похоже на то время, когда Перния доминировала в обществе до моего появления. Нет, они даже более восторженные, чем раньше. Женщины, окружившие меня кольцом, начали осыпать меня комплиментами с лицами, полными восхищения.

— Я слышала, вы получили целых 20 платьев от Шанель. Вижу, вы в одном из них. Оно такое красивое.

— Ожерелье и серьги — это изумруды, верно? Такие яркие камни не везде найдешь. Они так хорошо сочетаются с цветом ваших глаз.

— Леди Перния всегда была красива, но сегодня она сияет еще ярче. Это потому, что вас так любит ваш жених, да? Я так завидую.

Только тогда я поняла. Почему их отношение ко мне так изменилось. «Это из-за Луциана». Раньше Луциан был добр ко мне. Хотя это казалось не более чем вежливостью по отношению к политической невесте. Но в последнее время Луциан стал совершенно другим. Он покупал мне подарки в стольких магазинах, что многие начали говорить, будто всё состояние Кардиенов было пущено на ветер. Кроме того, он постоянно встречался со мной и ходил на долгие свидания. В столице не было никого, кто не знал бы, что Луциан без ума от меня. Меня нельзя было просто так списать со счетов, ведь меня страстно любил Луциан — лучший рыцарь Империи, самый доверенный подданный Императора, который к тому же недавно получил титул начинающего магната (благодаря алмазной шахте, найденной в его владениях). «Вместо того чтобы игнорировать ее, мне стоит сблизиться с ней и погреться в лучах чужого богатства!» Возможно, многие женщины изменили свое мнение обо мне именно с этой мыслью. На лицах женщин не было враждебности. Только улыбки, яркие, как цветы. Улыбка капитализма. Я горько усмехнулась. «Я так и знала. Это игровое поле жестоко».

* * *

Я снова стала светской львицей. Бесчисленные женщины окружали меня и осыпали комплиментами. Эти люди до недавнего времени игнорировали меня, поэтому я думала, что стоит выслушать, что они скажут, и дать им шанс, но они его упустили.

— Я видела лорда Кардиена и леди Пернию вместе в магазине платьев и подумала, что вы двое очень хорошо смотритесь вместе. Вы как пара, созданная богиней.

— Цвет его глаз так хорошо сочетается с вашими. Красные и зеленые глаза — как клубника весенним днем.

Ха-ха, девчонки. Вы слишком хорошо знаете мой вкус. Для меня, находящейся в разгаре отношений, не было ничего приятнее, чем слышать, что мы с ним отлично подходим друг другу. Мои скулы продолжали подниматься от их медовой лести. В любом случае, смотреть на их мягкие, улыбающиеся глаза было приятнее, чем на глаза моих врагов. Конечно, не все женщины были на моей стороне. Я бросила взгляд в другую сторону. Там была группа женщин, в центре которой находилась вдовствующая императрица. Она была хозяйкой этого банкета, и она, обладая здесь самым высоким рангом, даже не посмотрела на меня. Все из-за того, что она придиралась ко мне на дне рождения кронпринца и получила нагоняй. «Она ведет себя тихо и не затевает ссор. Должно быть, для нее было шоком увидеть, что Эстель и Луциан на моей стороне». Это было хорошо для меня. Раз уж вдовствующая императрица сидит тихо, давайте поболтаем немного, прежде чем уйти. Потягивая чай, я встретилась взглядом с Эрикой, которая сидела рядом с вдовствующей императрицей и вела себя дерзко. Эрика пожала плечами и подняла глаза. Словно встретила врага. «Она всё та же». Должно быть, я недооценила Эрику. Я думала, она труслива и пристает только к тем, кто слабее, но ее поза не изменилась, даже когда она столкнулась со мной сейчас. Она оказалась женщиной с неожиданной выдержкой. Эрика что-то сказала императрице и подошла ко мне.

— Леди Перния. Давно не виделись.

— Знаю.

Эрика и я рассмеялись друг другу в лицо. Но это не была искренняя улыбка. «Тот, кто хмурится, проигрывает». Это была битва двух благородных дам. Те, кто выиграет в этой битве, займут высшее место в обществе, а проигравшие будут выброшены в уединенный угол и станут изгоями. Окружавшие нас дамы заметили это противостояние, судорожно сглотнули и приготовились наблюдать. Эрика нанесла первый удар.

— Леди Перния. Я слышала, что вы с лордом Кардиеном ходите на свидания во многих местах. Кажется, у вас очень хорошие отношения.

— Верно.

Я ничуть не колеблясь подтвердила ее слова. Эрика сказала с улыбкой:

— Лорд Кардиен — выходец из низов, из простолюдинов. А вы — дочь семьи маркиза. Удивительно, как вы двое так хорошо ладите. Это значит, что ваша любовь так глубока, верно?

Ты смеешь попрекать Луциана его происхождением?

Том 2 Глава 47

«Слабая попытка».

Женщины вокруг меня выступили вперед, прежде чем я успела что-либо возразить.

— Леди Эрика, лорд Кардиен — очень элегантный мужчина. Если вы с ним заговорите, у вас и мысли не возникнет, что он из низших сословий.

— А если и из низших? Тем больше уважения заслуживает лорд Кардиен. Он добился всего, где сейчас находится, исключительно своими силами.

Эрика нахмурилась после моей первой атаки.

«Как тебе такое?»

Я продолжила наступление.

— Раз уж вы заговорили об этом, значит, у леди Эрики должны быть прекрасные отношения со своим женихом. Лорд Гартиан, жених леди, происходит из исторически знатного рода.

— Конечно, дворяне лучше всего понимают дворян, — ответила Эрика, словно напоминая мне о своей правоте.

Она недавно обручилась с высокопоставленным маркизом Гартианом, именно поэтому стала такой смелой. Она была довольна тем, что помолвлена с таким важным человеком, но как долго она сможет улыбаться по этому поводу?

Я широко улыбнулась и произнесла:

— Понимаю. Тогда вы с широтой души отнесетесь к тому, что маркиз Гартиан не так давно предавался тайным утехам со своей горничной. Ведь дворяне лучше всего понимают дворян.

Маркиз Гартиан был человеком из достойной семьи, но при этом слыл известным бабником. Он встречался с другими женщинами, даже будучи помолвленным. Иными словами, он был просто бесполезным украшением.

Лицо Эрики побледнело. Но она не собиралась отступать. Пытаясь сохранить улыбку, она снова нанесла удар:

— Если подумать, наряды леди Пернии выглядят очень роскошно. Я слышала, лорд Кардиен купил всё это для вас. Тратить деньги жениха так свободно, когда вы еще не замужем… Это немыслимо.

Она хотела обвинить меня в расточительстве. Но она всё неправильно поняла.

— О, вы ошибаетесь. Я не тратила его деньги, Луциан тратил их по собственной воле. Если бы я просила его покупать всё, что захочу, на этой улице не осталось бы ни одного платья или украшения.

Я опустила брови и рассмеялась.

— Из-за этого я подумываю принести некоторые вещи на эту благотворительную ярмарку. У меня полно шкатулок с драгоценностями и платьев, которые я даже не надевала. Нуждающиеся смогут купить их по дешевке, я уменьшу количество багажа, а вырученные средства направлю на помощь беднякам — так я убью трёх зайцев одним выстрелом.

Женщины вокруг захлопали в ладоши.

— Это отличная идея.

Они не могли не радоваться, услышав, что у них появится возможность купить высококачественные товары по хорошей цене.

Эрика стиснула зубы. Ну, что еще она скажет? Я приму всё, что у нее есть.

Эрика посмотрела на меня с решительным видом и произнесла:

— Лорд Кардиен славится своей прекрасной внешностью. Будучи невестой лорда Кардиена, вы ведь знаете о его красоте, не так ли?

— Конечно! — я без колебаний кивнула на ее слова. С тех пор как мы начали встречаться, возможность с гордостью любоваться его лицом стала одной из моих величайших радостей в жизни. — Каким бы красивым или крутым ни был человек, если видишь его каждый день, в конце концов привыкаешь к его красоте, и восхищение притупляется. Но с Луцианом всё иначе. Несмотря на то, что я вижу его каждый день, он умудряется удивлять меня снова и снова. Настолько он хорош собой.

Эрика скривилась, словно услышала что-то неприятное, но вскоре взяла себя в руки и сказала:

— Понимаю… Но было жестоко с вашей стороны назвать Пью, самого известного актера Империи, «просто человеком».

А? Мы же только что говорили о Луциане? Почему она вдруг упомянула Пью?

Я озадаченно посмотрела на Эрику. Она заговорила самым противным голосом на свете:

— Не так давно леди смотрела выступление Пью вместе с лордом Кардиеном, верно? В тот раз многие слышали, как леди сказала это о Пью лорду Кардиену. Все присутствующие были большими поклонниками Пью, поэтому они были очень расстроены.

Как и сказала Эрика, я действительно тогда это произнесла. Кажется, мой голос стал слишком громким, потому что я была слишком взволнована.

«Хотя я и удержалась от того, чтобы сказать что-то еще, потому что люди вокруг смотрели на меня с пугающим выражением лиц».

Поэтому я думала, что тот инцидент просто забудется. Но Эрика, похоже, этого не хотела.

«Откуда, черт возьми, она это узнала? И почему упоминает об этом сейчас?»

В конечном счете, ее атака удалась. Лица окружавших меня женщин в одно мгновение стали холодными. Словно существовало правило: не прощать никого, кто оскорбляет их кумира. Даже если это кто-то, перед кем хотелось выглядеть достойно.

В этот момент я стала врагом каждой женщины в банкетном зале.

Вдовствующая императрица, сидевшая поодаль, смотрела на меня особенно пугающим взглядом. Этот взгляд отличался от того, что я видела на банкете в честь дня рождения кронпринца. Потому что она была большой поклонницей Пью. Ходили слухи, что она возглавляет тайный фан-клуб Пью.

У меня вспотели ладони. Как выбраться из этой ситуации?..

«Стоит ли отрицать, что я это говорила?»

Нет, если я буду отрицать, все, кто был там, выскажутся, и меня заклеймят лгуньей.

«Или сказать, что это была ошибка? Что я просто пыталась сделать комплимент Луциану? И громко крикнуть, что сэр Пью — самый красивый парень в мире?»

Это было бы самым простым решением, но слова не шли с языка.

…Потому что это неправда.

Мой Луциан — самый красивый мужчина в мире! По сравнению с Луцианом Пью — просто человек с довольно миловидными чертами лица.

Эрика заметила мою решимость и надавила:

— Полагаю, вы так и думали, раз ничего не ответили.

А, плевать. Я буду придерживаться своих убеждений, даже если они начнут травить меня за это!

Я не стала отрицать слова Эрики. Она улыбнулась победной улыбкой, увидев мою реакцию.

— Ха, каким бы красивым ни был лорд Кардиен, вы не должны были…

Глаза Эрики расширились, и она замолчала. Не только она, но и все женщины, смотревшие на меня с угрозой, широко раскрыли глаза и рты.

«Что происходит?»

Я повернула голову туда, куда они смотрели. Вскоре мне не оставалось ничего другого, как сделать то же самое.

Потому что там был Луциан.

Под ярким солнечным светом стоял Луциан, держа в руках небольшое оливковое деревце с темно-зеленой листвой. Видеть Луциана с маленьким деревцем в руках было словно наблюдать сцену из сказки. Но он направлялся не ко мне, а к вдовствующей императрице.

Луциан, встав перед остолбеневшей императрицей, чей рот приоткрылся от изумления, грациозно поприветствовал ее:

— Луциан Кардиен приветствует благородную бабушку кронпринца. Как вы поживаете?

Его чистый голос эхом разнесся в наступившей тишине. Вдовствующая императрица, которая не сразу пришла в себя, заикаясь, спросила:

— Ч-что привело вас сюда?

Сегодняшний банкет был собранием членов королевской семьи и знатных дам. Иногда сюда заглядывали мужчины. И такой мужчина либо оказывался мужем, который не хотел расставаться с женой, либо отцом, который был чрезмерно обеспокоен своей дочерью. Конечно, их бы раскритиковали за то, что они прерывают женские сплетни.

Вдовствующая императрица нахмурилась, что-то вспомнив:

— Это из-за вашей невесты? Думаете, я снова собираюсь ее притеснять?

Вскоре лицо вдовствующей императрицы наполнилось гневом. Конечно, она будет злиться. Ее отчитали за то, что она придиралась ко мне на дне рождения кронпринца, потому что Луциан пошел к императору и надавил на него. Императрица до сих пор не забыла того унижения.

«Попробуй еще раз задеть мою невесту, пока я на ее стороне. Я этого так не оставлю».

Она почувствовала его твердую решимость. Но слова Луциана были далеки от того, что она ожидала:

— Нет, я здесь, чтобы увидеть вдовствующую императрицу.

— …Меня?

Неожиданный ответ заставил вдовствующую императрицу моргнуть. Луциан улыбнулся и кивнул:

— Да, я слышал, что вы были очень задеты тем, что произошло на днях. Я поступил так, потому что забочусь о своей невесте, поэтому, пожалуйста, проявите к нам великодушие.

Если вдуматься в слова Луциана, он вовсе не раскаивался в том, что произошло в тот день. Он даже не извинялся. Он, по сути, говорил вдовствующей императрице взять себя в руки. Эти слова могли бы еще больше разозлить ее. Но вдовствующая императрица не рассердилась.

Потому что Луциан протянул оливковое деревце и улыбнулся такой прекрасной улыбкой, какой не могло существовать в реальности.

Олива — символ мира.

Как и само это название, его улыбка, казалось, очищала весь гнев и печаль в мире.

Вдовствующая императрица молча смотрела на Луциана. Спустя некоторое время она протянула руку и приняла растение, которое протянул Луциан. Она не стала просить горничную сделать это за нее.

— Раз вы просите. Я постараюсь. Нет ничего хорошего в том, чтобы разжигать вражду с лордом Кардиеном.

Вместо того чтобы сказать что-то холодное, вдовствующая императрица покраснела до ушей. Ее острый взгляд тоже смягчился.

Я знала, что это значит, когда у нее такое лицо. Люди выглядят так в тот момент, когда становятся фанатами. Знаете, такое выражение лица, когда видишь кого-то, ради кого готов продать душу.

Том 2 Глава 48

Вдовствующая императрица прижала к себе оливковую ветвь и произнесла:

— Кстати говоря, у нас никогда не было спокойного разговора. Раз уж ты здесь, давай выпьем чаю.

— Вы уверены?

— Разве ты не являешься бесценным и важным существом для Империи? Ты этого заслуживаешь.

— Тогда, могу ли я пригласить леди Пернию присоединиться к нам?

Лицо Вдовствующей императрицы похолодело, стоило ей услышать мое имя из уст Луциана. Очевидно, это напомнило ей об инциденте, который она на время забыла. Луциан опустил брови и обратился к Вдовствующей императрице, которая не могла сразу ответить:

— Теперь, когда мы втроем встретились, я хочу уладить отношения между Вдовствующей императрицей и нами… Это не доставит вам неудобств?

— …!

Столкнувшись со смертоносным взглядом его сверкающих глаз, Вдовствующая императрица была вынуждена сдаться. Она широко раскрыла глаза и сказала:

— Конечно, можешь! Леди Перния, что ты там делаешь?

Услышав харизматичное приглашение Вдовствующей императрицы, я подошла к ней и Луциану. Сев рядом с ним, я встретилась с ним взглядом. Луциан улыбнулся, мягко опустив глаза.

«Я молодец, правда?»

Я-то думала, что он просто мямля, не знающая жизни. Не знала, что он умеет так пользоваться своей внешностью! Я кивнула и украдкой подняла большой палец вверх.

* * *

Вдовствующая императрица окружила Луциана заботой. Казалось, она превратилась из матери из семьи чеболей в утренней дораме в бабушку из теплого соседства в «Человеческом театре». Благодаря этому банкет прошел очень мирно. Эрика, которая до этого атаковала меня со всей яростью, забилась в угол с кислой миной, и ее больше не было видно. Думаю, она плакала от того, как ее тело шаталось.

«Вот почему ты не можешь победить меня. Я — десятитысячелетняя злодейка-статистка. Как бы ты ни старалась, тебе меня не одолеть».

Я цокнула языком и неспешно наслаждалась пиром. Луциан тоже отлично проводил время. Он сидел с прямой спиной и беседовал с Вдовствующей императрицей. Он даже приветствовал каждую женщину, которая приближалась к нам. И по имени, и по внешнему виду он был цветком сегодняшнего банкета. К тому времени, как банкет закончился, он превратился в площадку для фан-встречи Луциана.

— Тогда я откланяюсь.

Когда Луциан встал со своего места, чтобы покинуть банкетный зал, Вдовствующая императрица выглядела очень разочарованной. Но она не стала возвращаться к своему грубому образу и просить его остаться. Вместо этого она обняла оливковую ветвь и мягко произнесла:

— Герцог Кардиен, я так повеселилась сегодня. Думаю, я все это время неправильно вас понимала. Давайте встретимся снова.

Луциан был лучшим рыцарем Империи, но у него было много врагов, потому что он редко посещал банкеты; и, хотя он был простолюдином, он никогда не приближался к королевской семье и аристократам по-дружески. Однако теперь у него не было такой репутации. Ведь у него есть потрясающий президент фан-клуба по имени Вдовствующая императрица.

— Сэр Кардиен, пожалуйста, посещайте банкеты чаще!

— Я пришлю приглашение леди Пернии, так что приходите с ней, если будет время. Обещаете!

Даже огромное количество фанаток говорили то же самое. Уходя из банкетного зала, я спросила:

— Что случилось? Я была так удивлена, что Луциан пришел так внезапно.

Луциан ответил с мягким выражением лица:

— Император сказал, что если я действительно хочу защитить леди, мне следует выйти в свет и привлечь на свою сторону Вдовствующую императрицу. Потому что это точно сработает.

Император действительно сказал такое о своей матери. Вот это талант.

— Это помогло?

Я энергично кивнула на слова Луциана.

— Да. Ты видел, как все были так добры ко мне.

Это произошло благодаря вмешательству Луциана, но было важно, что они были на моей стороне, куда бы я ни пошла. Прежде всего, он появился в нужное время, и инцидент с пренебрежением к Пью был замят. Наличие Луциана в качестве моего парня принесло мне огромную пользу. Я встала на цыпочки и прошептала:

— Но больше так не делай. Я не хочу, чтобы эти женщины действительно влюбились в тебя. Я знаю, что в твоем сердце только я, но я все равно ревную.

Луциан ярко улыбнулся моим словам. Словно услышал самые счастливые слова на свете.

* * *

Какое совпадение. Прогуливаясь по улице, чтобы немного проветриться, я наткнулась на Луциана и его помощника Пола.

«Милый!»

Я уже собиралась побежать к Луциану, но передумала. Мне стало интересно, что он делает в мое отсутствие. Луциан был в магазине женских аксессуаров. Я хихикнула, увидев, как он стоит посреди всего этого розового безумия.

«Должно быть, он здесь, чтобы купить мне подарок».

Это был первый раз, когда я увидела, как он выбирает подарок. Луциан присылал мне так много вещей. Поэтому я думала, что он просто выбирает их наугад. …Но, похоже, это было не так. Луциан смотрел на заколку на полке с самым серьезным видом в мире. Он посмотрел на заколку рядом с ней с озадаченным лицом. Затем он посмотрел на другую заколку рядом с ней с еще более обеспокоенным лицом. Долго изучив все заколки, Луциан сказал с лицом, полным стресса:

— Думаю, эта, та и вон та — все ей подойдут.

Пол, стоявший рядом с ним с затуманенным взглядом, ответил умело, словно слышал эти слова уже много раз:

— Тогда давайте купим все.

И Луциан купил все выставленные заколки. Владелец магазина, продавший за раз запас заколок на неделю, сказал с капиталистической улыбкой:

— Все, что вы купили, — популярный выбор! Уверен, получатель подарка будет в восторге!

Глаза Луциана мягко опустились при этих словах.

— Надеюсь на это.

Эта улыбка была такой красивой. Мое сердце колотилось, поэтому я не могла притвориться, что не знаю Луциана в тот день. Это было несколько дней назад. Я думаю об этом сейчас. Это была моя самая большая забота с тех пор, как я стала Пернией. День рождения Луциана был не за горами!

«Это день рождения моего первого парня с тех пор, как мы начали встречаться!»

Что бы ему понравилось? Я так много получила от Луциана, а сама не дарила ему много подарков. Стоит ли мне купить ему торт, который он часто покупал, или сделать что-то вроде похода в магазин и покупки ему одежды? Честно говоря, все это — мои желания, так что это было бы не совсем для него, а значит, и не было бы настоящим подарком.

«В этот раз я должна сделать ему достойный подарок. То, что ему действительно понравится».

Я была в ярости, размышляя, как отпраздновать первый день рождения Луциана. Однако вскоре я наткнулась на холодную стену реальности.

«Денег, у меня нет денег!»

Я была так занята свиданиями каждый день, что даже не знала, что трачу столько денег. В моей копилке ничего не было, в кошельке — пусто, только воздух.

«Может, попросить у отца больше карманных денег?»

Финансы всегда были щекотливой темой для отца. Всякий раз, когда я прошу больше карманных денег, отец говорит: «Ха-ха-ха. Прости, Перния!» — и плачет. Так что я не могла этого сделать.

«И я не могу одолжить деньги у Луциана, как раньше».

Нет ничего нелепее, чем занимать у него деньги, чтобы купить ему подарок. Но как чужак в этой области, мне не у кого было занять денег, кроме него.

«Если я не могу занять денег, я их сделаю. Просто будет разница в качестве моего подарка».

Моя комната была полна всяких драгоценных вещей. Это были подарки от Луциана. Продажа даже маленького камня принесла бы целое состояние. Держа ожерелье и мрачно улыбаясь, я вскоре покачала головой.

«О чем ты думаешь, Перния? Это все драгоценные дети, подаренные Луцианом. Даже если маркиз обанкротится, ты должна это сохранить».

На самом деле, даже если бы у меня были деньги, выбрать подарок, который удовлетворил бы Луциана, было бы непросто. Луциан был удивительно материалистичным мужчиной. Если есть что-то, чего он хочет…

— Разве не я?

Аргх! Что я только что сказала? Мои руки и ноги сжались, потому что я не могла вынести того, что сказала. Но это правда. Луциан хотел только меня. Я пробормотала, глядя в зеркало с покрасневшим лицом:

— Тогда я подарю ему подарок, которому он будет больше всего рад.

Так я решила, что ему подарю.

* * *

Сегодня я уделила макияжу больше внимания, чем обычно. Я нанесла белую пудру и светло-розовые тени вокруг глаз. Длинная подводка и мой кошачий разрез глаз стали изюминкой этого образа. Энн захлопала в ладоши, глядя на завершенный макияж.

— Как и ожидалось, у вас золотые руки.

Я ничего не умела делать, но была уверена в своем макияже. Я улыбнулась и сказала Энн:

— А теперь делай свое дело.

Энн энергично кивнула. Она заплела мои кудрявые фиолетовые волосы на одну сторону и украсила их многочисленными маленькими цветами. После этого она надела мне на голову украшение в форме цветка из бриллиантов. Энн сказала с гордым видом:

— Вы выглядите очень красиво, мисс. Уверена, сэр Кардиен будет доволен!

— Правда?

— Конечно!

С поддержкой Энн я направилась в особняк Луциана. Пол, его помощник, встретил меня. Пол поприветствовал меня без удивления, потому что я уже предупредила его об этом.

— Добро пожаловать. Лорд Луциан уехал, как и планировалось. Он вернется вечером.

Я сказала, радостно кивая:

— Спасибо, что сообщил, Пол. Можешь идти.

Каким бы преданным ни был Пол, сладость раннего ухода с работы была непревзойденной. Пол забормотал, упаковывая сумку:

— Я ухожу, потому что леди попросила. Это не самовольный уход. Вы должны сказать лорду Луциану эту часть.

— Хорошо, я скажу ему, что Пол никогда бы не ушел с работы раньше времени, и что это я тащила его за ухо и выгнала.

Так что, пожалуйста, уходи!

Вот так я избавилась от единственного другого присутствия в этом особняке.

Том 2 Глава 49

На следующий день Луциан сказал с лицом, которое было невообразимо спокойным, в отличие от вчерашнего:

— Ния, я всю ночь думал об этом и считаю, что вчера совершил большую ошибку.

— Какую ошибку? Что ты не убил Пола и в итоге мы вместе съели торт? Или что ты не соблазнил меня снова после того, как Пол вернулся?

Луциан опустил глаза и произнёс так, словно был в чём-то виноват:

— Мы ещё не женаты.

Я открыла рот и посмотрела на Луциана. Трудно было поверить, что 20-летний мужчина, достаточно здоровый, чтобы перегрызть железо, сказал такую невинную вещь. Но вскоре я поняла, что он имел в виду. Мужчина передо мной был достаточно красив, чтобы покорить любую женщину в мире, но он был консервативен в вопросах любви. Он долгое время был влюблён только в одного человека.

「Он именно такой мужчина, поэтому целомудрие до брака может быть для него важно」.

Но внутри я была разочарована. Сможет ли он выдержать то жгучее желание, которое испытал вчера? Я — нет. Я не могла нормально спать, представляя всё то, чего мы не смогли сделать. Однако то, что Луциан сказал дальше, было неожиданным:

— Мысль о том, чтобы провести с тобой ночь, заставляет моё сердце трепетать. Я стану самым счастливым человеком в мире. Но если кто-то узнает об этом, это определённо станет большим пятном на репутации леди.

Всё было так, как сказал Луциан. Аристократическое общество было консервативным. Даже если мы помолвлены, если станет известно, что мы спали вместе до свадьбы, поползут сплетни. Большая часть вины легла бы на женщину. Люди стали бы тыкать в меня пальцем за отсутствие добродетели.

Я ответила Луциану:

— Но мне всё равно. Люди, которые критикуют других за это, неправы.

— Я знаю, ты всегда уверена в себе. Но мне бы это не понравилось.

— ...

— Я не хочу, чтобы ты слышала гадости от кого бы то ни было, и не хочу, чтобы тебя кто-то игнорировал. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж с благословения всех.

Луциан подошёл ко мне на шаг ближе и заключил в объятия. Его крепкие объятия были тёплыми, как весна:

— Поэтому я хочу беречь тебя до самой свадьбы.

Я чувствовала его решимость в его дрожащем голосе. Я не могла отказать, когда он говорил так. Поэтому я кивнула. До этого момента всё было прекрасно, как в сказке. Потому что реальность была не так проста.

Луциан всегда целовал меня, когда мы оставались одни. Сначала он целовал меня выше губ. Затем кончик носа, глаза, щёки, лоб и мочку уха. А потом спускался к линии шеи. Затем он шептал горячим голосом:

— Я люблю тебя, Ния.

Каждый раз, когда я слышала это, моё сердце трепетало. Желание повалить его немедленно возрастало.

「Ты должна потерпеть, Перния. Чтобы у нас была прекрасная первая брачная ночь」.

— Отец! Когда ты собираешься выдать свою дочь замуж? Прошло уже два года с тех пор, как мы обручились!

Отец уже несколько дней находился под натиском своей 20-летней дочери. Мой отец, уставший слушать о моей свадьбе, крикнул:

— Бесполезно приставать ко мне с этим.

— Но почему?

— Потому что Император ничего не сказал!

Когда прозвучало слово «Император», я прикусила язык. Было бессмысленно, что именно Император, а не я, не Луциан и не отец, обладает наибольшей властью в организации нашей свадьбы. Но поскольку именно Император устроил нашу помолвку, последнее слово оставалось за ним. Мой отец сказал с мрачным лицом:

— Ты и сама знаешь, Перния. Император в последнее время в очень тяжёлом состоянии. Как мы можем заводить разговор о твоей свадьбе, когда он в таком положении?

Том 2 Глава 50

Отец взял меня за плечо и произнёс утешающим тоном:

— Даже те, кто уже назначил дату свадьбы, переносят её из-за гнетущей атмосферы. Так что будь умницей и подожди.

Я кивнула, глядя в окно. Судя по пейзажу, отражавшемуся в стекле, приближалась зима. Согласно оригиналу, Император должен был умереть, не дожив до конца этой зимы. У меня не было тёплых чувств к Императору, но всё же он был правителем моей страны. Мы были немного знакомы. Тот факт, что жизнь такого человека висела на волоске, вызывал у меня горечь.

* * *

…Именно так я думала ещё несколько дней назад.

— Давно не виделись, Перния.

— Приветствую великого Императора Империи.

Мне приказали явиться во дворец и предстать перед Императором. «С чего бы ему вдруг понадобилось меня видеть?» — недоумевала я. Неважно, что он был центром власти в Империи, встреча с ним не доставляла особого удовольствия. А уж остаться с ним наедине — тем более. Нервно подняв голову, я удивилась. «Вы выглядите хуже, чем раньше». Как и говорил отец, Император был в ужасном состоянии. На его бледном лице не было ни кровинки, он сильно похудел. Болезнь Императора была вызвана внутренними повреждениями от яда. Противоядия не существовало. Нераспознанный яд оставался в крови, разрушал органы и разъедал внутренности. Поэтому лечить его силой Эстель было бесполезно. Пока яд в его теле не будет нейтрализован, Император не исцелится. Он так и умрёт от отравления.

— Тебе не обязательно так смотреть. Я не собираюсь падать замертво прямо сейчас.

Ах, этот господин, он настоящий телепат. Как, чёрт возьми, он узнаёт, что у других на уме? Император улыбнулся и заговорил, словно видел мои мысли насквозь:

— Пришло письмо от Эстель. Говорят, Королевство Себран отправило важную персону. Похоже, они прислали авторитетного врача.

Врача? Не может быть. Я широко открыла глаза и уставилась на Императора. Тот продолжил спокойным голосом:

— На этом континенте нет никого, кто так хорошо разбирался бы в ядах. Кто знает, возможно, он сможет найти лекарство и для этого тела.

О боже, что происходит? Этого не было в оригинальной истории. «Если подумать, с тех пор как я вселилась в это тело, сюжет сильно изменился». Люциан влюбился в меня, а не в Эстель, и Эстель без всяких препятствий подтвердила свою любовь к Каликсу. Она даже отправилась учиться за границу, чего не было в книге. И вот эта Эстель нашла выдающегося врача и отправила его в Империю. «Может, Император выживет». Это было вполне возможно. Император был загадочным человеком, но он был самой крепкой «золотой нитью», которая поддерживала жизнь Люциана, и самым сильным щитом, защищавшим Эстель от нападок Императрицы. Император посмотрел на меня и усмехнулся:

— Судя по твоему виду, ты вполне рада моему выздоровлению. Неплохо.

Прежде всего, он был центром управления Империей. В любом случае, если здоровье Императора улучшится, это будет к лучшему. Поэтому я честно кивнула:

— У Эстель точный глаз. Уверена, она нашла врача с огромным мастерством. Он вернёт Императору здоровье.

— Благодарю. И ещё, я позвал тебя не для того, чтобы выслушивать подбадривания от юной леди. Мне нужна твоя помощь.

Я опешила. Чего он мог хотеть от меня, когда всё, что я умела, — это язвить, наряжаться и быть фанаткой Люциана? Император сказал:

— Перния, сопроводи врача, который прибудет в Империю, до Имперской столицы.

Сопроводить? Это было не для меня. Что, если я, не имея ни опыта, ни знаний, совершу ошибку и оскорблю его?

— Ваше Величество, если дело в этом, почему бы вам не выбрать кого-то более подходящего, чем я? Честно говоря, не думаю, что у меня подходящая репутация, чтобы сопровождать гостя.

Всё потому, что у него была безупречная репутация, а у меня — дурная. Император не стал отрицать мои слова. Вместо этого он объяснил, почему я должна ехать:

— Это он назначил тебя.

— Прошу прощения?

— Ему любопытна Перния Лайлак, лучшая подруга Эстель и невеста Люциана. Он настоял, чтобы именно ты стала его сопровождающей.

В этот момент лицо Императора изменилось — он больше не просил об одолжении. Я поняла. Это был приказ Императора. У меня не было права отказаться.

* * *

Когда Люциан узнал, что меня назначили сопровождать доктора Куна из Королевства Себран, его реакция была такой:

— Почему ты должна браться за эту работу?

Люциан, который всегда таял, словно желе в жаркий день, стоило ему встретиться со мной, произнёс это с серьёзным лицом:

— Я скажу Императору, чтобы он не поручал тебе лишнего. Моей леди не нужно заниматься подобными вещами.

— Не будь таким. Это не приказ Императора, я сама вызвалась.

— …Моя леди сама?

Люциан бросил на меня вопросительный взгляд. Я кивнула. Наполовину это была ложь, наполовину — правда. Было обременительно брать на себя ответственность за такого важного гостя. Сначала я хотела избежать этого, но, подумав, решила, что это неплохая возможность. «Впервые у меня появилась такая работа с тех пор, как я стала Пернией». Всё, что делала Перния, — это наряжалась и ходила на банкеты. Жизнь леди как блестящей и праздной аристократки тоже была приятной, но я подумала, что было бы неплохо выполнить такое важное поручение. «К тому же от этого зависит чья-то жизнь». Если врач из Королевства Себран сможет вылечить Императора, я стану человеком, который хоть немного, но помог ему. Это было очень значимо. «Если так, разве он не послушает меня, если я попрошу его поскорее устроить свадьбу между мной и Люцианом? Нет причин, по которым Император не одобрит наш брак, если будет здоров». В этом заключались мои амбиции. Я погладила Люциана по тыльной стороне ладони:

— Для меня это отличная возможность во многих отношениях. Так что, Люциан, пожалуйста, поддержи меня, чтобы я справилась.

— …

Он никогда не спорил с тем, чего я хотела. Он никогда не делал того, что мне не нравилось. Люциан посмотрел на меня со сложным выражением лица и тихо вздохнул. «Как и ожидалось…!» — мысленно воскликнула я «ура». Глядя на мою улыбку, Люциан опустил брови, словно смирившись.

— Ты знаешь, что за врач тебя сопровождает? Поэтому ты так рада?

— Я слышала кое-какую информацию. Один из самых престижных врачей Королевства Себран.

Мои глаза заблестели, когда я посмотрела на Люциана.

— Я слышала, ты с ним знаком, Люциан?

— У тебя неверная информация. Мы не близки. Он просто знакомый с поля боя. Военный наёмник.

Я навострила уши. Люциан редко рассказывал о себе. Особенно о поле боя — там и рассказывать было нечего.

— У наёмников тоже есть врачи?

— Если кому-то нужны деньги, врачи могут пойти на войну. Но он был довольно необычным случаем. Скорее, чем участвовать в войне ради денег…

Люциан опустил глаза, словно вспоминая прошлое.

— Мне казалось, ему нравится лечить тех, кто находится между жизнью и смертью. Чем тяжелее были ранения, тем больше он воодушевлялся.

— …

Услышав это, я немного занервничала. Погодите, не стоит. Если человек чем-то одержим, у него могут быть свои странности. Не будем строить пустых иллюзий.

— Но он ведь мастер своего дела, верно?

— Он невероятно искусен. Когда дело касается медицины, он лучший из всех, кого я знаю. Думаю, если это он, то сможет вылечить даже Императора.

Его слова заставили моё лицо просиять.

— Я вижу надежду. Я так рада, что такой человек приедет в Империю.

Люциан уставился на меня и убрал прядь волос за ухо.

— Ния, ты всегда заботишься о других.

«…Вообще-то, я делаю это не из бескорыстия». Конечно, сострадание как у человека присутствовало, но моё желание, чтобы Император был здоров, было продиктовано личными мотивами. Золотая нить Люциана! Будущий свёкор Эстель! Большая шишка, которая может привести меня и Люциана к свадьбе!! Я ухмыльнулась. Мне не обязательно рассказывать ему обо всех этих причинах.

— Я могу радоваться любому хорошему событию.

Люциан пробормотал, уткнувшись лицом мне в плечо:

— Вот как? А мне просто нравишься ты.

Я рассмеялась от его ворчливого тона. Мило. Я схватила Люциана за щеки и поцеловала в губы.

* * *

Сегодняшний макияж был в спокойных и сдержанных тонах. Я накрасилась чуть менее ярко, чем обычно (хотя от макияжа глаз отказаться не смогла). И надела самое приличное платье, которое у меня было. Потому что сегодня был день встречи с Куном, доктором из Королевства Себран. Люциан хотел поехать со мной, но у него были неотложные дела, поэтому он не смог.

«Ты справишься?»

Я энергично кивнула Люциану, который был полон беспокойства. На самом деле, Люциану лучше было не ехать. Ведь это была моя первая важная работа с тех пор, как я попала в этот мир. Я хотела справиться сама, без чьей-либо помощи. Через некоторое время у ворот показалась карета. Что он за человек? Я мало что знала о нём из-за недостатка информации. Известный врач из Королевства Себран. Когда дело касалось ядов, он был просто врачом, знающим больше других. Будет ли у него проницательный взгляд? Или он будет похож на учёного с глубокими знаниями? Но как только я увидела Куна, выходящего из кареты, я не смогла сдержать удивления.

Том 2 Глава 51

Первое, что бросилось мне в глаза — это звенящие украшения, которыми он был увешан с ног до головы. Мужчина, чьи уши, шея, руки и пояс были усыпаны броскими аксессуарами, небрежно зевнул.

«О боже! Да он даже накрашен!»

Он не был писаным красавцем, но с этим чистым лицом и макияжем выглядел просто великолепно. Вылитый разодетый айдол. Совсем не то, чего я ожидала.

«С таким лицом ему бы микрофон в руки, а не скальпель».

Я подошла к Куну, придерживая юбку, и поприветствовала его:

— Добро пожаловать в Империю. Я Перния Лайлак, ваш сопровождающий.

Я думала, он продолжит и сразу представится, но вместо этого…

Кун окинул меня взглядом с ног до головы, словно рассматривал какой-то предмет, и произнес с бесстрастным лицом:

— Что? Я-то думал, насколько же хороша невеста Кардиена, но… ты уродлива.

…Что он сказал?

Я уродлива?

У меня отнялся дар речи.

Многие говорили, что я грубая или некомпетентная, но никто и никогда не оскорблял мою внешность. Мне хотелось схватить его за воротник и заорать: «У тебя что, со зрением проблемы?!», но я сдержалась.

«Луциан предупреждал меня об этом заранее. У него своеобразный характер, так что легко не будет».

Нельзя поддаваться на провокации. Главное — как следует ублажить императора и доставить Куна к Его Величеству.

Я сохранила улыбку, которую оттачивала бесчисленное количество раз.

— (Хватит нести чушь.) Пойдемте. Его Величество ждет.

К счастью, Кун последовал за мной, слегка кивнув. Хотя он продолжал бормотать всякую ерунду:

— Ты уродлива, даже когда улыбаешься.

Может, прикончить его прямо сейчас?

* * *

Мне пришлось проявить невероятное терпение, пока мы добирались до дворца. Все потому, что по пути он постоянно нес всякий бред. Из-за этого мне пришлось применить продвинутый навык благородной леди — искусство пропускать слова мимо ушей. Конечно, поскольку он был VIP-персоной, я не могла просто игнорировать его, как хотелось бы, поэтому отвечала дежурными фразами.

— Вы совсем не такой, как говорила Эстель. Она утверждала, что вы — леди великой красоты. Вздох… Какая же я дура, что поверила ей.

— В каждой стране свои стандарты красоты.

Лицо вроде моего в Империи высоко ценится. Я изо всех сил старалась отвечать с улыбкой, но в ответ получила лишь холод:

— У Империи весьма специфический вкус.

На этом он не остановился.

— Ты ведь дочь маркиза Лайлака, верно? Значит, ты вроде как родня императорской семье. Ты близка с ними? Или у тебя есть какой-то ценный земельный участок?

— Я просто обычная леди.

— Что? Как такая уродина, как ты, стала невестой Кардиена?

Это был приказ императора!

Его расспросы продолжались:

— Как у тебя отношения с Кардиеном?

— Хорошие.

— Пф-ф. Хватит врать. Будь честна. Даже если ты его невеста, держу пари, вы почти не видитесь. Ведь он ужасно безразличен ко всем и возводит стену перед женщинами.

Не в силах больше это терпеть, я уставилась на него, а затем отвела взгляд. Иначе я бы набросилась на него и оторвала ему голову. Я ответила механически:

— Думайте, что хотите.

Ха. В этом мире ничего не дается легко.

Я уж было подумала, что лучше бы мне вообще не вмешиваться, но, к счастью, мы прибыли во дворец. Короткая встреча с ним была окончена.

— Ты некрасивая, и семья у тебя так себе. Я думал, хоть характер будет хороший, но нет. С тобой скучно.

Мне нет дела до того, кажусь ли я тебе забавной. Я сказала, игнорируя его слова:

— Мы прибыли в императорский дворец. Дальше вы можете пройти с этими слугами.

— Ты не пойдешь со мной?

— Это не входит в мои обязанности.

Так что прощайте. Надеюсь, больше не увидимся.

* * *

Кун нашел покои императора. В отличие от того, как он вел себя со мной, здесь он сосредоточился на пациенте. Осмотрев запястье императора, Кун сказал с осторожным выражением лица:

— Ваше состояние оставляет желать лучшего. Но еще не слишком поздно.

— Это значит…

— Сегодня я начну детоксикацию. Полностью восстановить органы, уже поврежденные ядом, было бы неразумно, но вывести остатки яда из организма возможно. Если это сделать, вы не умрете.

Слова Куна озарили лицо императора улыбкой. Для него, считавшего, что ему остались считанные дни, это было чудом. Император приказал:

— Подготовьте для Лорда Куна лучшее оборудование.

Так Кун начал лечение императора. Удивительно, но вскоре я стала замечать улучшения в здоровье Его Величества. Глоток воды — и состояние императора, который раньше рвал кровью, улучшилось.

— Я слышала, состояние Вашего Величества заметно улучшилось.

— Какое поразительное мастерство. Лорд Кун — спаситель Империи.

Имя того, кто спас умирающего императора. Врач с таинственными заморскими лекарствами. Кун стал огромной знаменитостью среди аристократии.

А потом, однажды:

— Ха-а-а. Я так устал видеть его лицо и делать одно и то же каждый день.

Слова Куна взбудоражили имперскую столицу. Нам во что бы то ни стало нужно было завоевать сердце этого взбалмошного доктора, чтобы он не уехал. После долгих раздумий Вдовствующая императрица устроила банкет в честь Куна. Двери императорского дворца наконец распахнулись после долгого перерыва.

На банкет явилось множество дворян. Они пришли насладиться невероятным пиршеством, но главной причиной было желание увидеть Куна. Это был шанс взглянуть на человека, о котором ходили легенды.

— ……Я не очень-то хочу его видеть.

Отец посмотрел на меня с серьезным видом.

— Что ты такое говоришь, Перния? Ты из семьи Лайлак, тебе следует наладить отношения с нынешней главной знаменитостью. Было бы еще лучше, если бы вы подружились!

Глядя на своего воодушевленного отца, я вздохнула.

«Он притащил меня сюда, только чтобы притвориться, что знаком с Куном».

Когда отец услышал, что я сопровождала Куна, он расхваливал меня, говоря, как важно для нашей семьи поддерживать с ним связь. А потом потащил меня с собой, чтобы повидаться с ним. Первое впечатление Куна обо мне было настолько плохим, что я не хотела идти на банкет. Однако отец был так настойчив, что у меня не было выбора, кроме как последовать за ним.

«Ладно, притворюсь примерной дочерью».

Честно говоря, я действительно была слишком холодна к отцу. Если Кун или Кум сделает вид, что не знает меня, тогда я смогу уйти.

Я направилась в императорский банкетный зал вместе с отцом. Войдя внутрь, я широко раскрыла глаза.

«Они устроили банкет на вкус Куна. Определенно, гламурно».

До сих пор императорские банкеты были утонченными и элегантными. Однако сегодняшний банкет был настолько вычурным, что казался поверхностным. Зал сверкал искусно выгравированными украшениями.

Кун появился как главный герой вечера.

Весь в аксессуарах. Аккуратно подведенные глаза. Броская одежда. Он был одет еще более вызывающе, чем при нашей первой встрече.

— …Т-ты что, накрасился?

— Именно так.

Некоторых отталкивал его вид, совершенно не похожий на облик дворян Империи, но реакция женщин была благоприятной. (Особенно тех, кто падок на его роскошную внешность.)

— Я думала, это будет пузатый мужчина средних лет… Не ожидала, что он такой молодой и красивый.

— Для врача важен опыт. Как можно обладать таким мастерством в столь юном возрасте?

В ответ на восхищение дам Кун ответил, откинув волосы назад:

— Потому что я гений.

…Такой нелепый ответ. Но, кажется, это снова сработало.

— Так круто!

Женщины зааплодировали Куну и осыпали его похвалами.

…Это было то еще зрелище.

После этого банкет превратился в балаган. Кун улыбаясь беседовал с окружавшими его дамами.

— Я слышала, вы участвовали во многих войнах.

— Правда?

— Вы такой храбрый, раз в одиночку отправились в такое опасное место. Вам не было страшно?

— Вовсе нет. Я врач. Врач — друг смерти. Я никогда не боюсь смерти.

— Кья-а!

Его поклонницы, которые сформировались еще до того, как я успела заметить, завизжали. Во всех отношениях сегодняшний банкет был далек от элегантности. Глядя на Куна и его фанаток, некоторые дворяне цокали языками. Императрица улыбнулась и сказала:

— Он действительно свободолюбив, возможно, потому что приехал из-за границы. Должно быть, он был талантлив с юных лет.

Бабуля, не лги и скажи, что думаешь на самом деле. По правде говоря, она считает его полным негодяем.

Кун не использовал общепринятые вежливые обращения, не говоря уже о придворном этикете. Было ясно, что это невыносимо для Вдовствующей императрицы, которая ценит учтивость. Тем не менее, Вдовствующая императрица ничего не сказала Куну. Кун был человеком, в чьих руках сейчас находилась нить жизни и смерти императора.

Вдовствующая императрица была не единственной, кто критиковал Куна. Пожилые дворяне кисло улыбались и изо всех сил старались принять сторону Куна.

— Банкеты здесь всегда были тихими, но благодаря нашему драгоценному гостю атмосфера стала ярче.

— Именно это я и имел в виду. Ха-ха-ха.

Окликнул благородный старик. Хотя я выгляжу так, будто улыбаюсь, на самом деле это не так.

«…Что ж, в случае с моим отцом, кажется, он действительно запал на Куна».

Отец кивал, словно был впечатлен словами Куна, зажатый среди молодых благородных дам. Безосновательно самоуверенная болтовня Куна, похоже, пришлась отцу по вкусу. Мой отец поднял руку и спросил с горящими глазами:

— Мистер Кун, я слышал, что Лорд Кардиен тоже был с вами на поле боя. Это правда?

— Ага.

— Лорд Кардиен — лучший рыцарь в этой Империи. Он также герой, который закончил долгую войну за три года. Однако о Лорде Кардиене мало что известно, потому что он очень молчаливый человек. Можете рассказать нам какие-нибудь истории о нем на поле боя?

…Отец, это я должна была задать этот вопрос.

Когда отец задал этот вопрос, женщины, слушавшие истории Куна, заволновались. История о восходящей звезде, Куне, и звезде вселенной, Кардиене. Это была история, которая была бы интересна любому. Включая меня.

До этого момента мои уши были закрыты, потому что я не хотела слушать хвастовство Куна, но теперь они разом открылись.

«Раз уж он интересовался моим лицом, значит, он большой фанат Кардиена, да?»

Мне было любопытно, какую историю он расскажет.

— Кардиен, значит? У меня есть одна история об этом ублюдке.

То, что он назвал Кардиена «ублюдком», было оскорбительно, но я пропустила это мимо ушей. Он бестактный человек без манер. Кун продолжил, пока люди в банкетном зале смотрели на него.

Том 2 Глава 52

— Те из вас, кто здесь прохлаждался, не знают, но битва в спорной зоне была ожесточенной. Каждый день был ужасен, но тот день — особенно. Враг, превосходивший нас числом, напал посреди ночи.

Р-р-р-а-а-а!

Враги хлынули потоком с животным ревом. Наши люди, измотанные долгим сражением, не могли дать достойный отпор.

— А-а-аргх!

— Угх!

Отовсюду доносились полные боли крики. Наши союзники, не успевшие вооружиться, беспомощно метались с пустыми руками. Именно Люциан изменил нашу судьбу в ту ночь.

— Хватайте мечи и перегруппировывайтесь! Мы не проиграем!

Сам Люциан тоже был не в лучшей форме. На нем была тонкая рубашка без доспехов, несколько пуговиц расстегнуты. Выглядел он растрепанным, но в руке сжимал меч. Несмотря на это, Люциан бесстрашно бросился на врага. Он рубил и кромсал противников без разбора. Одно лишь это заставило вражеский натиск дрогнуть.

— Я давно не был в зоне боевых действий, но впервые видел подобное. Не верится, что один человек способен убить столько людей.

Дамы и отец, слушавшие рассказ Куна, сглотнули. Для тех, кто никогда не видел войны, это звучало как нечто невероятное. Мой отец с восторгом кивнул:

— Что ж, Герцог Кардиен — сильнейший рыцарь империи.

Дамы рядом с отцом согласно закивали. Кун вдруг расхохотался, непонятно чему.

— Это еще не конец. Самое удивительное произошло потом.

Враг запаниковал от контратаки Люциана. Воспользовавшись их замешательством, союзники перегруппировались и продолжили бой. Адская ночь прошла, наступило утро. Взошло яркое солнце. Только тогда враг отступил. Однако битва потребовала жертв. Тела были разбросаны повсюду. Солдаты стонали от глубоких ран. И посреди этого зрелища стоял человек. Весь в крови, Люциан тяжело дышал.

— Я первым побежал к Кардиену. Думал, придется искать его раны и лечить их. Но…

На теле Люциана не было ни царапины. Словно он только что не участвовал в кровавой бойне. Отец произнес с горящими глазами:

— Разве не в этом величие Герцога Кардиена? Сильнейший рыцарь, который никогда не получает ранений! Никто и никогда не видел Герцога Кардиена раненым.

Кун фыркнул, словно у него не было слов.

— Ха, вы в это верите? Вот почему аристократы, не нюхавшие пороха, такие… Даже если он гений, это невозможно. Ни одной маленькой царапины на теле человека, который три года воюет. Вы считаете, это нормально?

На самом деле, в обществе тайно ходили слухи о том, что на теле Люциана нет видимых шрамов. Как на теле рыцаря может не быть шрамов? Единственное объяснение — он проклят. Заключил сделку с дьяволом. Эту теорию все отрицали. Но никто не мог возразить. Люциан был величайшим героем Империи. Однако Кун без колебаний поднял эту щекотливую тему.

— Кардиен — монстр.

Кун продолжал:

— Я говорю не о суеверии, будто люди с красными глазами — демоны. Я говорю о том, что он в буквальном смысле монстр, обладающий трансцендентной силой.

В банкетном зале повисла холодная тишина. Кто-то согласился с Куном, другие были в замешательстве. А кто-то другой…

— Заберите свои слова назад.

Я ощутила прилив ярости. Подойдя к Куну, я уставилась на него. Кун прищурился, глядя на меня.

— Кто вы такая? А, вы невеста Кардиена. Вы действительно пришли сюда с таким уродливым лицом?

Его саркастические замечания даже не достигли моих ушей. Важно было лишь то, что он назвал Люциана монстром.

— Неважно. Заберите слова назад. Что Люциан — монстр.

— С какой стати?

— Вы заставили людей чувствовать себя неловко своими лживыми словами. Не находите, что это грубо?

Кун слегка фыркнул:

— Вовсе нет. Странных людей называют монстрами, а способности Люциана причудливы. Думаю, я сказал чистую правду.

Ого, давно я не чувствовала такой ярости. Он точь-в-точь как высокомерный Каликст, с мышлением «я просто сказал факты, значит, я не сделал ничего плохого». Я знала, как обращаться с такими типами.

— Значит, говорить что-то, основанное на фактах, — это совсем не грубо?

— Верно.

Кун скрестил руки и кивнул. Довольно бесстыдно для того, кто только что назвал жениха другой дамы монстром. Предчувствуя недоброе, отец потащил меня прочь.

— П-перестань, Перния. Лорд Кун не имел в виду ничего плохого.

Некоторые молодые леди тоже смотрели на меня с беспокойством. Вдалеке я увидела Вдовствующую императрицу, которая смотрела в мою сторону, побледнев. Я знаю. То, что я провоцирую Куна здесь, отразится на императоре и императрице. Но я должна была что-то сказать. «Как он смеет называть моего парня монстром?» Я просто не могла его простить.

— Лорд Кун.

Я улыбнулась Куну. Это один из навыков аристократок: улыбка, от которой веет могильным холодом.

— Что?

Кун встретился со мной взглядом, словно бросая вызов. Я не собиралась указывать на это. Но теперь, когда он провоцирует меня, у меня нет выбора. Придется ответить тем же. Я медленно открыла рот:

— У вас… стрелки неровные.

— ……!

Глаза Куна расширились. Успех!

* * *

Мой отец рыдал:

— У-у-у-а-а-а! Наш род обречен! Не могу поверить, что наша семья с трехсотлетней историей исчезла из-за слов «у вас стрелки неровные…!» Мне так стыдно перед предками. Нет. Я не могу умереть сейчас. Перния, может, соберем вещи и сбежим?

Я похлопала плачущего отца по спине:

— Отец, перестань плакать. Ты правда думаешь, что мы умрем?

Отец закричал в ответ:

— А что еще случится? В тот момент, когда ты это сказала, Лорд Кун побледнел и покинул банкетный зал. Вдовствующая императрица тоже была удивлена и бросилась за Лордом Куном.

Банкет был внезапно прерван. Вдовствующая императрица, последовавшая за Куном, ничего не сказала, но все в зале смотрели на меня и отца с одной и той же мыслью. Что нас обоих скоро ждет смертная казнь. «Очевидно, они именно так и думали». Кун, от которого зависит жизнь императора, был оскорблен. Если Кун заявит, что больше не будет лечить императора, мы с отцом станем преступниками высшего уровня. С самого момента ухода с банкета отец рыдал, считая, что это беспрецедентный кризис для семьи. Мне было жаль отца, который пришел на банкет из простого любопытства и влип в такие неприятности. Но я не жалею. Видеть, как кто-то называет Люциана монстром, было невыносимо больно. Это слово преследовало его все детство. Он стал рыцарем благодаря искренним усилиям, рисковал жизнью ради империи, и даже после победы в войне люди продолжают так его называть. Кун без колебаний назвал Люциана монстром. «Я никогда его не прощу». Даже если придет император и прикажет мне встать на колени и извиниться, я этого не сделаю. Вспомнился Люциан. Я хотела немедленно пойти к нему и все рассказать. Хотела сказать, чтобы он прогнал Куна, который посмел рассказывать всем ту историю. С другой стороны, я не хотела, чтобы он узнал о случившемся. Потому что не хотела, чтобы он расстраивался из-за пустяков. Долгая ночь прошла.

—

В конце концов, я встретила утро с пустым лицом. Затем ко мне пришел слуга императора. Мой отец, изможденный за ночь, преградил путь слуге с бледным лицом:

— В-в мире есть законы и правила. Никто не может арестовать человека только за то, что он сказал, что у кого-то стрелки неровные. Как бы строг ни был Его Величество! — крикнул отец безэмоциональному слуге. — Вы не можете ее забрать!

В этот момент я почувствовала искреннюю любовь отца ко мне. Вместо того чтобы передать гнев императора, слуга сказал:

— Лорд Кун желает провести официальную беседу с Леди Пернией. Прямо сейчас.

….Думаю, было бы лучше, если бы меня притащили к императору.

* * *

«Может, просто проигнорировать и сбежать?»

Я подумала об этом, но покачала головой. Поскольку мы с Куном обменялись ударами, мой ни в чем не повинный отец и император оказались втянуты в это. Давайте закончим с этим сегодня. Я последовала за слугой в Императорский дворец. «Слышала, что к нему относятся как к VIP-персоне, но вау, они сделали так много только ради него?» Императорский дворец был украшен настолько роскошно, что все остальное меркло в сравнении. Чтобы соответствовать вкусу Куна, до пика великолепия. Можно было подумать, что это не для врача, а для чьего-то любимого питомца. Идя по коридорам, я вошла в гостиную. Кун сидел в комнате, увешанный сверкающими драгоценностями. В еще более кричащей одежде и с более тяжелым макияжем, чем вчера. Кун ярко улыбнулся мне:

— Добро пожаловать, Перния.

«Что с ним такое?»

Это было совсем не похоже на то, как он вел бы себя с человеком, который вчера так сильно его пристыдил. Кун широко улыбнулся и поманил меня:

— Проходи, садись. Это угощения, приготовленные самым искусным кондитером имперской столицы.

Как он и сказал, на круглом столе был расставлен набор ослепительных десертов. Кусок торта с огромной шапкой взбитых сливок, тарталетки с засахаренными яблоками, а также богатый шоколад, от одного вида которого чувствуешь сладость. Обычно я бы набросилась на них с криком: «Моя прелесть!», но сейчас была не в настроении. Я сказала Куну:

— Может, по мне и не скажешь, но у меня хороший вкус.

— Что ты имеешь в виду?

— Я говорю, что если в торте есть яд, я узнаю об этом с первого же кусочка.

Так что твоя уловка будет напрасной.

Том 2 Глава 53

Когда я это сказала, Кун расхохотался. Затем он покачал головой и произнес:

— Думаю, ты забываешь, что я врач. Меня интересует только спасение умирающих, так что убивать здоровых я не намерен. Успокойся и ешь.

— ……

Я всё ещё не особо ему верила.

Я спокойно села на стул и взяла вилку.

— Так зачем ты меня позвал?

— Как думаешь, зачем? Очевидно, из-за вчерашнего.

Я спросила, отрезая вилкой острый кончик кусочка бисквитного торта:

— Хочешь, чтобы я извинилась?

— А если хочу, ты извинишься?

— Если ты тоже извинишься.

Я открыла рот и отправила торт внутрь. Кун сказал мне, пока я жевала сладкое лакомство:

— Странно. Когда мы впервые встретились, я думал, что ты кроткая леди. Как ты умудрилась стать такой высокомерной?

— В тот момент я сильно дрожала.

— А почему ты не дрожишь сейчас?

Бах!

Я вонзила вилку в середину плоского шоколадного торта.

— Ты оскорбил моего парня!

Я посмотрела на него, не скрывая своей ярости.

— Луциан — не монстр. Он человек…

— ……

— Просто у него есть немного особой силы.

Между нами повисла тишина. Спустя мгновение я услышала смешок, который, казалось, дразнил меня.

Кун хихикнул и сказал:

— Это просто умора! Я думал, у него в невестах только уродливая и заурядная дворянка, но оказалось, что это не так.

— ……

— Даже я, врач из другой страны, знаю, как в империи относятся к Кардиену. Герой империи, вундеркинд-рыцарь. Но всё это — лишь пустые слова. Они награждают его громкими титулами, а взамен дают лишь клочок земли да скромный статус лорда. Имперские аристократы и не думали признавать Кардиена. Если чужак вдруг вторгнется и оскорбит его, они будут молчать в тряпочку.

Это означало, что в лучшем случае Луциан получил лишь крохи уважения и фальшивую любовь от народа.

Моё сердце упало от его слов.

Потому что всё, что он сказал, было правдой.

Кун посмотрел на моё поникшее лицо и мягко произнес:

— Ну, это такое дело, но не ради этого я тебя позвал. Давай вернемся к делу.

Я вздрогнула при слове «дело».

Он имеет в виду, что нам нужно обсудить вчерашнее.

Насколько я знала, он не из тех, кто скажет: «Мы оба друг друга обидели, так что помиритесь и живите дружно».

Я сглотнула слюну, гадая, не потребует ли он от меня извинений, но Кун продолжил:

— Сейчас неровно?

— …Что?

— У меня глаза сегодня неровно накрашены?

Я медленно подняла взгляд на Куна.

Впервые за сегодня посмотрев на лицо Куна, я заметила, что он, как обычно, нанес тяжелый макияж.

И точно так же, как вчера…

— …Чёрт. Похоже, всё ещё неровно.

Кун нахмурился и вздохнул. Он посмотрел на меня с раздражением.

Он пялился на меня достаточно долго, чтобы я смутилась, а затем сказал с горящими глазами:

— Хотя ты и уродлива, твой макияж делает твое лицо достойным того, чтобы на него смотреть. Это служанка тебя накрасила?

— Нет, я сама.

Глаза Куна расширились от моих слов. Впервые его высокомерное лицо выглядело потрясенным.

В этом выражении я нашла ключ к тому, как растопить его сердце.

* * *

В империи декоративная косметика не была развита.

Потому что элегантность и чистота считались лучшими качествами. Большинство дворян усердно работали над своей чистой кожей и яркими губами.

Темный макияж глаз не был особо привлекательным.

Но…!

— Лорд Кун, вы…

Я прикрыла рот рукой, глядя на лицо Куна без макияжа.

Обнаженное лицо Куна без косметики…

— Ты кто такой?

— Ты издеваешься?

— О, нет. Вовсе нет. Просто ты так сильно отличаешься с макияжем.

Кун, который выглядел как невероятно красивый мужчина с тяжелым макияжем, обладал удивительно невинным лицом.

Настолько невинным, что если бы я не знала, что это Кун, и он спросил бы меня: «У тебя есть деньги?», я бы точно попалась на его удочку.

«В хорошем смысле он выглядит невинно, в плохом — как тюфяк».

Я с восхищением кивнула, глядя на лицо Куна.

Кун посмотрел на меня, ошарашенную, и поднял глаза.

Я бы никогда не подумала об этом, видя его с макияжем, но сейчас я видела лишь испуганное лицо и круглые глаза.

Я изо всех сил старалась не рассмеяться и сказала:

— А теперь я научу тебя делать макияж глаз.

Верно. Кун был начинающим гуру макияжа!

Кун, который от природы выглядел очень невинно, имел огромный комплекс по поводу своей внешности.

Именно тогда он сказал, что заинтересовался макияжем.

Всякий раз, когда он наносился, каждая женщина, смотревшая на него, бросалась к нему с криками «Кья!».

— Парни ненавидят мужчин, которые пользуются косметикой, но после того, как я начал, они стали меньше дразнить меня из-за лица. Раньше они смотрели на меня свысока, но с тех пор, как я взял в руки скальпель, они молчат.

— Конечно. В этом и есть прелесть макияжа глаз.

Я понимающе кивнула.

Я выгляжу как кошка, поэтому не могу никуда пойти с «голым» лицом, но с густым макияжем глаз я больше похожа на тигра с крыльями.

Никто не смел мне ничего сказать, все лишь пялились, втягивая плечи и отступая на шаг назад.

В этом была суть злодейского макияжа.

В моей руке был набор для макияжа, который я велела принести Энн.

Я посмотрела на Куна, сидящего на стуле с серьезным видом, и сказала:

— Закрой глаза.

Сейчас я покажу тебе магию того, как превратиться из тюфяка в злодея.

* * *

В тот день я передала Куну всё, что нужно для создания злодейского макияжа.

У Куна было хорошее чутье на такие вещи, и, прежде всего, он был хорош в том, что требовало ловкости рук, что объясняло его профессию.

За полдня он освоил макияж глаз.

Тяжелый макияж, который не размазывается и не течет, даже если потеешь весь день.

Кун посмотрел на свое отражение в зеркале и удовлетворенно улыбнулся.

— Выглядит неплохо.

Его ухмылка делала его похожим на злодея, правящего миром. Любой был бы подавлен его большими и яркими глазами.

Я протянула Куну инструменты, которыми пользовалась сама.

— Использовать чужой инструмент может быть не очень приятно, но мне потребуется время, чтобы достать тебе новый. Пока пользуйся этими.

Удивленный моей щедростью, Кун сказал:

— Ты казалась леди с прескверным характером, но ты на удивление мила.

— Да, со мной бывает. Но с лордом Куном всё наоборот, верно?

Кун разразился смехом вместо того, чтобы разозлиться на мои слова.

— Ты действительно забавная женщина. Меня еще никогда не побеждали в споре.

— Хочешь, чтобы тебя победили?

— Неважно. Я просто шутил.

Кун сказал это, сощурив глаза.

Я не чувствовала никакой обиды на его хихикающем лице.

По крайней мере, он не побежал к императору требовать моей казни за то, что я сказала.

Почувствовав облегчение, я поднялась, чтобы уйти.

— Тогда я пойду.

— Эй, ты уже уходишь? Побудь еще немного.

Сколько мы уже этим занимаемся?

Я была ошеломлена его внезапной переменой в поведении и сузила глаза.

— Я занята.

— Тогда когда у тебя будет время?

— Я буду занята.

— Ты пытаешься меня избегать?

Если ты уже знаешь ответ, не спрашивай.

Я ответила взглядом и упаковала свою сумку. Глядя на меня, Кун сказал:

— Эй, у меня нет дурных намерений. Просто я хочу отплатить за то, что ты научила меня макияжу. Не хочу казаться неблагодарным.

— ……

Я встретилась взглядом с Куном.

Он сидел на стуле, а я стояла, поэтому мне пришлось наклонить голову, чтобы посмотреть на него.

— Тогда, пожалуйста, окажи мне услугу.

— Какую?

Кун посмотрел на меня с предвкушением.

Он выглядел очень взволнованным, желая узнать, о чем я попрошу.

Я сказала сияющему мужчине с блестящими глазами:

— Через несколько дней Луциан вернется в столицу. Если увидишься с ним, извинись за то, что сказал вчера.

— ……

— Я тоже извинюсь перед лордом Куном.

Я сделала реверанс, сигнализируя о своем уходе.

Какое лицо сделал Кун в тот момент?

Он не смеялся и не выглядел оскорбленным, так что я могу надеяться на лучшее, верно?

* * *

Как я и надеялась, Кун не стал мстить за мою просьбу.

Кун продолжал относиться к императору с величайшей осторожностью.

Вдовствующая императрица тоже, казалось, не злилась.

Несколько дней спустя мой отец, который очень переживал, вернулся к своему обычному состоянию болтуна.

Моя жизнь снова стала мирной и прекрасной.

«…за исключением этой жуткой штуки».

Я скрестила руки на груди и уставилась на корень. Это был подарок, который Кун прислал сегодня.

Самая уникальная черта этого корня — его внешний вид. Он выглядел настолько по-человечески, что я даже подумала, не стоит ли снабдить его парой нижнего белья, так как он был похож на очень мускулистого мужчину.

Пока я стояла там, корень источал невероятный аромат.

Короче говоря, он был ужасен.

Я подумала, глядя на корень с презрением:

«Зачем он прислал мне такую пугающую вещь? Он притворялся, что не ненавидит меня, чтобы обмануть этим?»

Подозрительно относясь к намерениям Куна, я взяла жуткий предмет, чтобы бросить его в огонь, но отец подбежал ко мне и закричал:

— Стой! Это что, кусок дикого дерева? Легендарные лекарственные травы, которые ценнее алмазов и растут только в глубоких горах?! Неважно, насколько ты больна, если съешь кусочек этого, станешь суперсильной! Те, кто может только ползать на коленях, могут внезапно встать на ноги!

Неужели эта жуткая штука настолько ценна?

Отец продолжил с серьезным выражением лица, осторожно забирая дикое дерево из моих рук.

— Это очень деликатная трава, так что нужно бережно о ней заботиться. Нужно завернуть её во влажный мох, чтобы солнечный свет не испортил её.

— ……

— И нужно дарить много любви и ласки. О, драгоценная травка, ты ведь испугалась, правда? Я буду заботиться о тебе отныне.

Отец удалился с умиротворенным лицом, прижимая травы к груди.

Глядя вслед отцу, я подумала про себя:

«Какого черта он прислал это мне?»

Это в благодарность за то, что я научила его макияжу? Я просила его только извиниться перед Луцианом.

Он хочет сказать, что не собирается этого делать?

Он всё еще злится на меня?

«Ублюдок».

Я вздохнула, закрыв глаза.

«Да плевать. Это неважно».

Не это было главным.

Сегодня Луциан возвращается!

Я напевала, нанося макияж и надевая платье, которое выбрала после долгих раздумий.

«Красиво».

Давно я этого не делала. Так я выгляжу гораздо симпатичнее.

Сердце забилось чаще.

Это удивительно.

Как мое сердце может так колотиться каждый день.

Луциан сказал, что придет ко мне, как только вернется в столицу, но ждать спокойно было слишком тяжело.

Я вышла из особняка с розовеющими щеками.

Скоро я встречусь с Луцианом у ворот.

Я хочу увидеть его как можно скорее.

Том 2 Глава 54

Чистое, безоблачное небо и прохладный ветерок ранней зимы приятно ласкали мои волосы. У меня был приятный день. До тех пор, пока я не увидела его.

— Привет.

Кун игриво помахал мне рукой. Я тут же отвернулась, как только заметила его. Кун продолжил говорить у меня за спиной:

— Эй, разве ты не слишком груба со мной?

— Прошу прощения. Сейчас я немного занята.

— Настолько занята, что даже не можешь ответить на приветствие?

— Да. Я настолько занята, что даже смотреть на тебя не могу.

Кун, который следовал за мной, внезапно оказался прямо передо мной и произнес:

— Ты получила мой подарок?

У меня не было иного выбора, кроме как остановиться. Я заговорила, глядя на Куна:

— Я планировала сказать тебе это позже, но раз уж ты спросил… Забери его обратно, подарок или чем бы ни была эта уродливая штуковина.

— Почему? Тебе не нравится?

Кун начал объяснять что-то про травы с обиженным видом:

— Похоже, ты не в курсе, но эта трава стоит как двадцать платьев, которые на тебе сейчас надеты. К тому же, ее нельзя просто купить за деньги, потому что ее крайне сложно вырастить.

Затем Кун высокомерно рассмеялся:

— Ну и? Как теперь? Собираешься поблагодарить меня?

Что значит «поблагодарить»? Я сказала с невозмутимым лицом:

— Даже если эта трава — самое драгоценное сокровище в мире, она мне не нужна, так что забери ее. С какой стати мне принимать что-то от тебя?

Человек, которому он сделал подарок, только что провела четкую границу, но Кун, вместо того чтобы смутиться, сказал с невинным лицом:

— Потому что я тобой интересуюсь.

— ……!

Мои глаза расширились. Кун произнес с мягким взглядом:

— Разве не естественно для мужчины дарить что-то женщине, которая ему интересна?

— ……

— Я не знаю, какой у тебя идеальный тип, поэтому прислал лучшее, что у меня было, но не получил ответа. Вот почему я здесь. Что тебе нравится?

— ……

Ого, он, должно быть, совсем сумасшедший. Я посмотрела на Куна с твердым выражением лица. То, что он сказал, было настолько абсурдным, что я не могла вымолвить ни слова. Я с трудом заставила себя открыть рот:

— Что с тобой не так? Это из-за того, что случилось на банкете? Ты поэтому так издеваешься надо мной?

— Похоже, что я издеваюсь?

— Да! Именно так это и выглядит!

Кун прищурился и надул губы:

— Я не издеваюсь, я с тобой заигрываю. Ты куда непонятливее, чем я думал.

— Ты серьезно говоришь это?

— Я не лгу.

— ……

Было еще ужаснее от того, что сказанное им не было ложью. Почему я вдруг ему понравилась? Он постоянно твердил, что я уродлива, с самой первой нашей встречи, так что он не мог влюбиться в мою внешность. Неужели он влюбился в меня из-за того, что я научила его технике макияжа? «Неужели он такой легкомысленный?» Я не могла понять, как он запал на меня. Я успокоила свое сбивчивое дыхание и серьезным тоном обратилась к этому безумцу Куну:

— Послушай, у меня есть парень.

— Парень?

— Я говорю о Луциане.

Глаза Куна расширились. Он пробормотал: «Парень…», схватился за живот и начал хохотать. Понятия не имею, что он нашел в этом смешного. Что бы я ни сказала, он постоянно громко смеялся. Из-за этого у меня было не самое лучшее настроение. Я нахмурилась и сказала Куну, который все еще хихикал:

— Так вот, твои подкаты довольно, очень, действительно, крайне неприятны. Поэтому я надеюсь, что в будущем мы не будем пересекаться.

Я бы продолжила фразой: «Если это повторится, я ударю тебя по шее», но на лице Куна играла хитрая улыбка. Когда я попыталась что-то сказать —

— Что вы тут делаете?

Кун и я одновременно повернули головы в ту сторону, откуда донесся голос. Там стоял Луциан с напряженным лицом.

* * *

Кун и я стояли друг напротив друга, а Луциан был в одном шаге от нас. Время словно остановилось. Первым заговорил Кун:

— Давно не виделись, Кардиен. Ты все такой же красавчик.

Луциан тут же подошел ко мне, не отвечая на приветствие Куна. Он схватил меня за руку, притянул к себе и спросил:

— Ты в порядке, Ния?

Его лицо было полно беспокойства. Что было вполне естественно, ведь я смотрела на Куна с пугающей угрозой. Я кивнула:

— Я в порядке.

Однако лицо Луциана не расслабилось:

— Ты выглядишь совсем не в порядке. Кун сказал тебе что-то неприятное, верно?

Я сглотнула. Я не могла просто так ответить на то, что он сказал. «Он сказал, что интересуется мной. Разве он не сумасшедший?» Я не могла этого сказать. Но тут, затмевая мои деликатные опасения, Кун открыл рот с бесстыдным видом:

— Что значит «неприятное»? Я ничего такого не говорил!

Только тогда голова Луциана повернулась к Куну. Кун продолжил, не дрогнув под холодным взглядом Луциана:

— Я просто сказал одну вещь.

— ……

— Я ею интересуюсь.

Эффект от этих слов был колоссальным. Я невольно вскрикнула, сама того не осознавая. Красные глаза Луциана жутко сверкнули. «Мы в опасности». Мои инстинкты сработали мгновенно. Я поспешно крикнула, не имея времени привести мысли в порядок:

— Стой, Луциан!

Луциан посмотрел на меня. Вскоре после этого его руки легли на рукоять меча, висевшего на поясе. Словно он был готов пустить его в ход. Я заикаясь посмотрела на его руку:

— Т-ты пытаешься вытащить меч?

Луциан моргнул. Могли ли те пугающие глаза быть иллюзией? Лицо Луциана было таким же, как обычно. Он покачал головой, словно отгоняя эту мысль:

— Нет. Я никогда не убиваю людей вне поля боя.

— Тогда почему твоя рука там?

Только тогда взгляд Луциана переместился на руку, сжимавшую меч. Убрав руку, Луциан сказал с озадаченным видом:

— Это просто инстинкт рыцаря — хвататься за меч, не задумываясь, когда сталкиваешься с угрозой. Я не собирался ничего делать.

— ……

Мне было трудно ему поверить. Куну тоже было трудно в это поверить. Кун пробормотал, вытирая холодный пот со лба:

— Чушь собачья! Если бы не Перния, ты бы перерезал мне горло прямо на месте.

— ……

Воцарилась тяжелая тишина. Кун сказал, тяжело выдохнув:

— Что ж, я почти умер, но это было не так уж плохо. Было захватывающе видеть такое выражение на твоем лице. Будь то союзники или враги, ты никогда даже глазом не моргнул при виде чьей-то смерти.

Кун ухмыльнулся:

— Думаю, она особенная.

До этого момента я не знала. Причину, по которой Кун внезапно начал ко мне подкатывать. «Это все из-за Луциана». Кун был очень заинтересован в Луциане. Хотя я не была уверена, испытывает ли он к нему дружеские чувства или враждебность.

— Увидимся в следующий раз.

Затем Кун ушел и исчез.

* * *

Мы с Луцианом шли по пустынной лесной тропинке. Крепко держась за руки. Я спросила Луциана:

— Ты сказал, что не близок с Куном, но это совсем так не выглядело.

— Между нами ничего нет. Он просто искал повод поссориться со мной.

Луциан вздохнул и спросил с усталым видом:

— Ния, что произошло за эти последние несколько дней?

Он выглядел очень встревоженным в ожидании моего ответа. Подумав немного, я рассказала Луциану все. В конце концов, это даже не было секретом. О том, что Кун оскорбил Луциана и назвал его монстром в банкетном зале. О том, что именно поэтому я дала Куну отпор. И о том, как я учила Куна делать макияж. Луциан нахмурился:

— Ты была наедине с Куном в своей комнате?

— Это сейчас самое важное?

— Это самое важное.

У этого парня иногда странные приоритеты. Я сказала, искоса взглянув на него:

— Мы были одни, но ничего не случилось. Так что тебе не о чем беспокоиться. У него нет ко мне злых намерений.

— У него нет злых намерений?

— Да. Он просто дразнил меня, потому что я твоя невеста.

В смысле, нам стоит оставить этот инцидент в прошлом. Однако Луциан поморщился с недоверчивым выражением лица:

— Этого не может быть.

Луциан продолжил с мукой в голосе:

— Даже если он эксцентричный человек, он все равно обычный мужчина. Если бы я разговаривал с тобой наедине в твоей комнате и никого больше не было… Нет способа, которым я не испытал бы к тебе особых чувств. Мои глаза были бы прикованы к тебе, сердце колотилось бы, и я… я бы влюбился в тебя.

— …Ты в этом уверен?

— Что?

На лице Луциана не было ни намека на обман или шутливость. Поэтому я смутилась. Кажется, я действительно главная героиня этого любовного романа в сердце Луциана. С магическим обаянием, которое пленяет мужские сердца одним лишь зрительным контактом. Я пролила несколько внутренних слез. «Я была всего лишь обычной второстепенной злодейкой». Ты единственный мужчина, который влюбился в меня. Вместо того чтобы сказать это, я коснулась холодных щек Луциана:

— Кун не мог испытывать ко мне таких чувств, но даже если бы это было так, это не имеет значения.

Красные глаза Луциана встретились с моими:

— Потому что ты единственная, кто мне нравится.

— ……!

— Так что перестань злиться.

Мне нравилось, как он смотрел на меня в этот момент. Этот момент, когда эти интенсивные красные глаза, которые, кажется, никого не слушают, становятся кроткими, как у кролика, от моих слов. Луциан долго смотрел на меня и опустил взгляд. Красные глаза сверкали, как драгоценные камни, сквозь длинные серебряные ресницы.

— …Хорошо.

Да. Это мой Луциан. Я хихикнула и прошептала, словно рассказывая ему секрет:

— Я остановила его раньше, но… приятно видеть, как мой парень ревнует.

Луциан навострил уши:

— Тогда, я могу сделать это снова?

Я рассмеялась:

— Только если никого не убьешь.

Лицо Луциана покраснело от этих слов. Луциан начал оправдываться с удивительно красным лицом:

— Я схватился за меч, не осознавая этого. Поверь мне, я не такой уж жестокий.

— Да, да. Я верю тебе.

Я притянула его лицо к себе, дразня его. Эти моменты были слишком долго отложены благодаря этому ублюдку Куну. Это то, что я хотела сказать больше всего:

— Я скучала.

Очень сильно.

Только тогда его глаза мягко изогнулись. Подарив мне первую красивую улыбку после воссоединения.

Том 2 Глава 55

Лечение императора проходило гладко, и Кун полностью освоился в здешнем обществе. Я ожидала этого, но Кун стал настоящим «своим». Он посещал всевозможные банкеты и болтал с аристократами. Его неуемная болтливость неожиданно привела к большим переменам в моей повседневной жизни.

— О, боже. Мои глаза стали в два раза больше! Это просто невероятно!

Эта знатная дама была женой барона Гранде. Она с восхищением разглядывала себя в зеркале. После нанесения теней и подводки, с приклеенными накладными ресницами, её глаза выглядели мило, но при этом выразительно. Баронесса, удовлетворенно хлопая длинными ресницами, произнесла:

— Даже если бы меня красил самый именитый визажист, я никогда не была довольна этим пресным, «естественным» макияжем. Я хотела именно такой, яркий образ. Мне очень нравится!

Столичные эксперты по макияжу не могли выйти за рамки утонченного аристократического стиля. Чистая кожа, деликатные, едва заметные штрихи — баронесса Гранде, обладательница маленьких глаз, не могла быть довольна таким подходом. Она с восторгом посмотрела на меня:

— Я всегда считала твой макияж очень красивым. Мне следовало попросить тебя научить меня раньше.

Жена графа Лео, наблюдавшая за нами со стороны, добавила:

— Она так и говорит. Но не решалась подойти к тебе. Ведь ты — леди Перния.

Она бы ни за что не обратилась за этим к Пернии, известной своим скверным и вспыльчивым характером. Баронесса Гранде кивнула:

— Но я совершенно неправильно тебя понимала. Ты такая добрая.

Графиня Лео улыбнулась и кивнула:

— Верно. Как и говорил лорд Кун.

Именно так. Причина, по которой я стала так популярна среди знатных дам, крылась в Куне. Женщины окружали его и спрашивали: «Кун, твой макияж глаз выглядит намного чище и лучше, чем в прошлый раз. Ты изучал технику?» Кун отвечал с улыбкой: «Перния меня научила». Когда всплывало это неожиданное имя, дамы удивлялись: «Леди Перния? Теперь, когда ты сказал, это действительно похоже на макияж леди Пернии». После этого знатные дамы начали приходить ко мне одна за другой. Они хотели научиться краситься так же, как я. «Это действительно удивительно. Я и не думала, что знатным дамам я могу так понравиться». На самом деле, все они обычно считали меня «красивой, но слишком дикой» или «свирепой». Однако мир огромен, и у людей самые разные предпочтения. В столице было немало тех, кто устал от утонченного аристократического стиля. Кто-то хотел визуально увеличить маленькие глаза. Кто-то желал сделать свои заурядные черты лица яркими и заметными. Кто-то хотел использовать броский макияж как способ бунта. Таких людей было немного, но и не сказать, что совсем мало. Те одна-две дамы, что пришли ко мне, вскоре сформировали со мной организацию. Мы назвали её BMA — Ассоциация смелого макияжа для тех, кто любит яркий мейкап. Баронесса Гранде сказала, подкручивая ресницы тушью, которую я предварительно нагрела:

— Я устала от этого стиля. Что хорошего в том, чтобы выглядеть хрупкой и утонченной? Я хочу, чтобы мои глаза казались огромными.

Графиня Лео кивнула, нанося красную помаду на губы:

— Хотелось бы, чтобы они перестали называть вульгарным использование яркого макияжа. Я просто хочу выглядеть чуть эффектнее.

Маркиза Маренн, чьи ногти были выкрашены в черный цвет, с ледяным блеском в глазах приподняла уголки губ:

— С самого детства мне больше нравились ведьмы, чем принцессы. Это больше в моем стиле.

Говорят, я стала объектом восхищения для них, подавленных стандартизированной аристократической культурой. Можно ли сказать, что я была благородной волчицей, которая сохранила свой стиль? Они смотрели на меня сияющими глазами:

— Нам повезло, что в современном обществе есть такая леди, как Перния.

— Верно. Леди Перния захватила дух, когда я увидела её выразительный макияж глаз, в то время как у всех остальных был один и тот же скучный образ.

Дамы хвалили меня и хихикали. Я хихикала вместе с ними. Как тут не радоваться, когда все эти женщины выстраиваются в очередь, чтобы сделать мне комплимент? В конце концов, прошло много времени с тех пор, как я могла комфортно общаться с другими дамами после того, как Эстель уехала учиться за границу. Так весело болтать с людьми, разделяющими общие вкусы в макияже. Тут графиня Лео произнесла:

— Ах, леди Перния. Когда я пришла на банкет с макияжем, который вы мне сделали, герцогиня Росаса проявила к нему огромный интерес. Она спросила, можно ли ей навестить леди Пернию. Вы не против, если она придет?

— Герцогиня Росаса?!

Мои глаза расширились. Герцогиня Росаса, обладающая очень мягким характером, казалось, не была тем человеком, который заинтересуется подобной организацией. Конечно, не было причин отказывать ей в визите. Я кивнула. В ответ на мой кивок графиня Лео радостно захлопала в ладоши:

— Похоже, у нас прибавится участников.

* * *

Герцогиня Росаса — или, иными словами, Добродетельная герцогиня. Хотя она была главой невероятно могущественного семейства Росаса, она славилась тем, что никогда не относилась к своим подчиненным пренебрежительно. У неё была отличная репутация среди многих, но, с другой стороны, те, кто стремился подняться по социальной лестнице, обвиняли её в отсутствии качеств, подобающих герцогине, из-за её доброго отношения к слугам. Герцогиня Росаса горько улыбнулась:

— Все говорят так, потому что я не умею быть строгой. Смена макияжа не изменит характер в одночасье, но я хочу попробовать.

Она посмотрела на меня с мягким выражением лица и спросила:

— Ты поможешь мне?

Её светло-карие глаза выглядели такими слабыми, казалось, она никогда не сможет удержать власть над кем-либо. Но я считала, что у неё самое честное сердце из всех. Тот факт, что она, будучи герцогиней, должна была довериться мне, означал, что ей пришлось действительно нелегко. Я уверенно кивнула:

— Конечно.

И добавила:

— И еще кое-что. Макияж способен изменить характер.

Просто люди не знают, как измениться через смену внешности. Даже Добродетельная герцогиня не была исключением.

* * *

В банкетный зал, где проходило чаепитие, вошла женщина. Это была графиня Мелони с лисьими глазами.

— Хо-хо, прошу прощения за опоздание.

Она вовсе не выглядела искренне раскаивающейся. Ведь хозяйкой этого чаепития была герцогиня Росаса. Герцогиня Росаса простит её, сказав, что всё в порядке. Или так ошибочно полагала графиня Мелони. Лицо графини Мелони, на котором играла кокетливая улыбка, застыло. Её глаза широко распахнулись, когда она посмотрела на герцогиню Росасу, сидевшую в конце стола. Герцогини Росасы, покорной женщины с кротким видом, там не было. Вместо неё сидела высокомерная дама с приподнятыми бровями. Герцогиня Росаса ничего не сказала. Она просто смотрела на графиню Мелони с бесстрастным лицом. И этого было достаточно, чтобы подавить графиню Мелони. Макияж «сильной женщины» обладает именно таким эффектом. Графиня Мелони побледнела, сделала шаг назад и отвесила должный поклон герцогине:

— Я-я старалась не опоздать, но возникла проблема с колесом кареты. М-мне следовало проверить колеса перед выездом, но я этого не сделала. Прошу прощения, герцогиня Росаса.

Герцогиня Росаса открыла рот, чтобы ответить, но я, сидевшая рядом с ней, покачала головой. Еще рано. Нужно хранить молчание достаточно долго, чтобы извлечь максимум пользы из макияжа «сильной женщины». Чем дольше молчишь, тем сильнее становишься. Как и ожидалось, чем дольше герцогиня Росаса хранила молчание, тем сильнее бледнело лицо графини Мелони, и вскоре она начала всхлипывать. Мне её немного жаль, но что поделать? «Это не посиделки соседских мамочек за чашкой чая. Нужно было знать, как себя вести». Ей следовало хотя бы понимать, что нужно быть осторожной с теми, кто стоит выше неё по статусу. И никогда не стоит так грубо и громко смеяться, даже если собеседник кажется легкой мишенью. В любом случае, отношение остальных собравшихся здесь дам значительно изменилось. Те, кто всегда был расслаблен в присутствии герцогини Росасы, теперь сидели с выпрямленными спинами и напряженными лицами.

* * *

После того как герцогиня Росаса вступила в BMA, многие другие дамы последовали её примеру. Из-за этого я стала очень занята. Поскольку эти женщины проявили интерес ко мне и я им понравилась. А потом, однажды… Я встретила Куна на банкете, переполненном людьми.

— Все только и говорят, что о тебе в последнее время. Все хотят сблизиться с тобой.

— О, правда?

— Ты же понимаешь, что это всё благодаря мне, верно?

Я ответила на его бесстыдное заявление:

— Благодаря тебе? Это всё благодаря мне. Обаяние человека рано или поздно обязательно засияет, и именно это сейчас со мной и происходит.

Кун схватился за живот и расхохотался от моих слов.

— Почему ты пришла не с Кардиеном?

— Ему нужно было присутствовать на совещании во дворце, поэтому он не смог прийти. Луциан — самый способный рыцарь в империи, поэтому он очень занят.

— Хм.

Глаза Куна сузились. Затем он пробормотал что-то невразумительное:

— Этот парень не из тех, кто так послушно выполняет приказы.

— …Что это значит?

— Ты говорила ему не ходить за тобой?

Я не могла понять, черт возьми, что он имел в виду, поэтому нахмурилась:

— Я бы никогда такого ему не сказала. Я просто велела ему ставить работу на первое место. Поход на банкет со мной не так важен.

Кун загадочно улыбнулся:

— Это ты так думаешь.

— ……

Когда я собиралась спросить, что он имел в виду…

— Ния!

Мои глаза расширились от громкого голоса. Луциан смотрел на меня и Куна с нахмуренными бровями. Я подошла к нему с озадаченным лицом:

— Что случилось? Я думала, у тебя сегодня важное совещание.

— Совещание закончилось раньше, чем я думал.

Затем он спросил с настороженным взглядом:

— Кун снова сказал что-то странное?

Если бы он сказал мне что-то странное, я бы ответила ему так, что он пожалел бы об этом. Я хотела разжечь его ревность, но это должен был быть мирный банкет. Если мы устроим сцену, это будет невежливо по отношению к хозяину банкета. К тому же, если мы обидим Куна, отношения Луциана с императорской семьей могут осложниться. Я отошла от Куна и взяла Луциана под руку:

— Мы просто немного поболтали.

— О чем?

— Не знаю. Ни о чем особенном. Видишь, я даже не помню, о чем мы говорили.

— Ния!

Я потянулась к Луциану, который смотрел на меня с недовольством:

— Кстати, мы давно не были вместе на банкете. Потанцуем?

Том 2 Глава 56

Люциан озадаченно посмотрел на меня и тихо вздохнул. И взял меня за руку. Когда мы с Люцианом взялись за руки, все взгляды в банкетном зале устремились на нас. Спустя некоторое время мы начали двигаться в такт музыке. Глядя на напряженное лицо Люциана, я хихикнула.

— К счастью, ты не забыл, как танцевать.

— Я не забываю то, что однажды заучил. Просто беспокоюсь, что мое тело не будет двигаться как надо.

Лицо Люциана напряглось при мысли о том, что он может совершить ужасную ошибку. С каждым моим шагом я чувствовала, как его тело костенеет. Я шутливо рассмеялась, чтобы расслабить его.

— Ничего страшного, если ты немного ошибешься. Мы ведь даже не главные гости.

— Люди будут осуждать и тебя.

— …..

— Не хотел бы я тебя опозорить.

…. Как этот человек может быть настолько внимателен ко мне? Пытаясь унять бешено колотящееся сердце, я сжала руку Люциана и закружилась. В эту ночь я чувствовала себя по-настоящему счастливой. После банкета мы с Люцианом шли бок о бок по дороге. Из-за позднего часа на пустой улице были только мы двое. Зимний ветерок был холодным, но мне было уютно благодаря пиджаку Люциана на моих плечах. Я захмелела от вина, поэтому болтала с большим энтузиазмом, чем обычно.

— В следующий раз я устрою банкет. Будет так много людей, которые захотят поговорить со мной о макияже. Из-за этого мне придется быть начеку. К тому же, я уже очень давно не устраивала банкетов.

— Ты выглядишь счастливой.

— Хе-хе, заметно? Я очень счастлива.

Раньше я была лишь второстепенной злодейкой. Красивой злодейкой, которая умела только издеваться над другими. Но не теперь.

— Люди хвалят меня за мои выдающиеся навыки. Им также очень нравится общаться со мной. Это хорошо. Люциан, ты ведь знаешь, каково это, правда?

Люциан тоже начинал с низов, когда его никто не признавал. Проклятый ребенок с красными глазами. Как же он был счастлив, когда его способности наконец признали вопреки всем предрассудкам. Думаю, я стала лучше его понимать. Подумав об этом, я сказала:

— Не знаю, смогу ли я достичь таких же высот, как Люциан, но я собираюсь попробовать.

— Попробовать что?

— Я собираюсь усердно работать ради этого. Я буду изучать различные техники макияжа и запущу собственный косметический бренд.

— О…

Люциан моргнул, словно услышал что-то неожиданное. Я неловко улыбнулась. Это прозвучало немного невпопад? Но для меня это была огромная возможность. Шанс сделать свою жизнь более целенаправленной и значимой. Было здорово жить в праздности, валяясь тюленем, но мне хотелось прожить жизнь, полную страсти, подобно пылающему пламени. Как Эстель и Люциан. Я с сияющими глазами сжала руку Люциана.

— Вот увидишь. Я стану удивительной личностью и удивлю весь мир.

— Ты и так самый удивительный человек.

— Только Люциан видит меня такой.

Люциан тихо пробормотал, услышав мои слова:

— …… Разве этого недостаточно?

— Что?

— Нет. Ничего.

Люциан покачал головой и произнес:

— Я всегда буду поддерживать тебя.

Я счастливо улыбнулась его милым словам.

* * *

Ния, как ты? Должно быть, в империи сейчас уже близится зима. В Королевстве Себран круглый год тепло, поэтому я ношу легкое платье. Как и ожидалось, медицина Королевства Себран действительно продвинута. Я не успеваю за ней, даже если сижу всю ночь напролет за учебой. Однако это не сложно. Просто мысль о том, что я смогу поделиться полученными здесь знаниями, когда вернусь, приносит мне такую радость. Но я беспокоюсь. Его Высочество Каликс сказал, что не вернется в империю в этом месяце. Он сказал, что состояние Его Величества улучшилось, поэтому ему не нужно возвращаться. Мое сердце каждый раз замирает при мысли о том, не рассердится ли Его Величество на Его Высочество и не поползут ли там слухи о его долгом отсутствии.

-От тревожной Эстель, разрывающейся из-за ситуации с Его Высочеством.

* * ** * *

А? Этот парень не возвращается? Кажется, он хочет остаться с Эстель до окончания твоей учебы, используя улучшение состояния Его Величества как предлог. Ну, это не имеет значения. Как только Его Величество поправился, он начал участвовать в государственных делах и стал очень занят. То же самое касается и министров. Никого здесь не волнует отсутствие кронпринца. Так что не слишком переживай об этом. Кстати, Эстель, я наконец открываю сегодня свой салон. Я разослала так много приглашений, но жаль, что не смогла пригласить тебя. Когда вернешься в империю, я проведу тебе экскурсию по своему салону. Удачи, и до скорой встречи!

-От Пернии, генерального директора с сегодняшнего дня.

* * *

Я вложила готовое письмо в конверт. В комнату вошла Энн.

— Моя леди, пойдемте. Господин ждет вас в карете.

— Хорошо.

Когда я села в карету, мой отец, при полном параде, ждал меня, выглядя гораздо более взволнованным, чем я. Сегодня состоялось торжественное открытие «Салона красоты Пернии». Поскольку все больше людей просили меня сделать им макияж или хотели научиться этому у меня, отцу пришла в голову потрясающая идея. «Почему бы тебе не открыть салон?» Я была удивлена. Обычно дворяне не делают таких предложений своим дочерям. Незамужняя аристократка, управляющая собственным салоном — неслыханное дело. Особенно в этом обществе, где леди критикуют, если она не остается покорной и послушной. Однако мой отец думал иначе. «Перния, я же говорил! Я был прав, поверив тому предсказателю, который сказал, что ты — та, кто спасет империю, когда ты только родилась. Ты — существо, способное спасти империю, значит, это должно означать, что ты сможешь спасти и семью Лайлак?! У тебя обязательно все получится!» И отец поставил на кон судьбу нашей семьи. Он открыл салон на все экстренные сбережения, которые у него были. Это будет мой салон, место для тех, кто хочет выглядеть красиво. Я сглотнула слюну, чувствуя, как горят щеки. Через некоторое время люди начали стекаться в салон. Там были члены BMA, с которыми я сблизилась за короткое время, и дворянки, заинтересовавшиеся моим методом макияжа, который в последнее время начал привлекать внимание.

— Поздравляю, леди Перния.

— Салон выглядит очень мило. Здесь прекрасно.

Отец приветствовал гостей с большим энтузиазмом, чем я.

— О, боже мой. Добро пожаловать, герцогиня Росаса. Спасибо, что пришли в наш скромный салон. Интерьер ведь действительно хорош, правда? Я нанял лучшего мастера в имперской столице, чтобы построить этот салон. Вот почему мой кошелек пуст. О, вам не нужно смотреть на меня с такой жалостью. В будущем это место станет настолько знаменитым, что в столице не останется никого, кто бы о нем не знал. Ха-ха-ха.

….Неловко. Женщины, услышав смелые слова моего отца, рассмеялись. Герцогиня Росаса сказала:

— У вас большие ожидания от дочери. В таком случае, вы должны добиться успеха ради маркиза, леди Перния.

— Я знаю.

Я кивнула и с надеждой посмотрела на женщин.

— Вы сделаете заказ сегодня? Если вы сделаете заказ сегодня, то получите в подарок розовую помаду, сделанную мной.

— Хо-хо, конечно, я должна сделать заказ. Я была постоянной клиенткой еще до открытия салона.

— И я тоже.

Многие женщины подняли руки и сделали заказы. Несмотря на то, что цена была установлена довольно высокой, никто не беспокоился об оплате. Как и ожидалось, знатные гости — лучшие! Мы с отцом, чьи глаза расширились от цифр, поспешно заговорили с гостями. Затем одна женщина спросила:

— Но я не вижу лорда Кардиена.

Я ответила, опустив глаза:

— Люциан был вынужден отправиться в императорский дворец по приказу Его Величества. Не думаю, что он сможет прийти сегодня.

— Понимаю.

Женщина не смогла скрыть разочарованного лица. Думаю, она пришла увидеть Люциана, а не меня. «Что ж, многие приближаются ко мне в основном потому, что я невеста Люциана». Баронесса Гранде встала, чтобы разрядить кислую атмосферу. Она похлопала разочарованную женщину по плечу с оживленным лицом.

— Какая разница, если лорда Кардиена здесь нет? Сегодняшняя звезда — леди Перния. Вы можете насладиться беседой с ней.

Затем она обратилась ко мне:

— Леди Перния, какие продукты у вас здесь есть? Я вижу товары, которых никогда раньше не встречала.

О, баронесса Гранде! Как она может так чутко менять настроение? Я посмотрела на баронессу Гранде, выражая благодарность за ее вмешательство. Она подмигнула мне. Я не могла упустить этот шанс прорекламировать салон женщинам.

* * *

В это время Люциан стоял на коленях, а император сидел перед ним на троне. Император выглядел совершенно иначе, чем раньше. Его цвет лица больше не был бледным, а сухие губы выглядели полными жизни. Он еще не полностью восстановил здоровье, но, по крайней мере, он не был похож на больного, отсчитывающего дни до своей смерти. Это было благодаря лечению Куна. Император сказал Люциану:

— Люциан, вернись в зону военных действий еще раз.

Люциан ответил с твердым лицом и голосом, ясным, как синее небо:

— Война уже закончилась. Враг признал поражение, и наши солдаты заняли их земли.

— Это так. Но ситуация выглядит не лучшим образом. Вопреки соглашению, которое ты достиг с врагами, побежденные солдаты и местные жители там не идут на сотрудничество. Потому что ужасающий Кардиен, который был командующим на войне, больше не там.

— …..

— Поэтому ты мне нужен. Я не прошу тебя идти на войну. Все, что тебе нужно сделать, — это оставаться там некоторое время. Одно лишь твое присутствие заставит их вести себя тихо и слушаться имперских сил.

Люциан произнес, опустив глаза:

— ……Есть много других рыцарей, которые могут контролировать ситуацию. Это не обязательно должен быть я…

Император выкрикнул с недовольным выражением лица:

— Даже если я отправлю 10 таких парней, они никогда не смогут сравниться с тем эффектом, который производит твое имя!

Затем император заговорил, словно желая утешить Люциана:

— Я отправляю тебя в этот раз, чтобы показать здешней знати, какой ты великий рыцарь, Кардиен. Как могли эти аристократические ублюдки обращаться с тобой так жестоко, когда ты положил конец долгой войне ради нас?

Император вспомнил, как Люциан вернулся с войны с вестью о победе империи. Несмотря на то, что он действительно вывел армию из войны, которая была долгой головной болью для империи, дворяне не признали в полной мере, что Люциан, простолюдин, достиг такого результата.

Том 2 Глава 57

В то время император был слаб и не мог должным образом защитить Луциана. В итоге за свои заслуги Луциан получил лишь титул «Лорд Кардиен» и небольшой клочок земли. Император всегда заботился о нем.

— Если ты вернешься в зону боевых действий и разберешься с возникшей суматохой, я дам тебе статус и положение, которые не смог дать тогда. В этот раз ты получишь награду, которую заслуживаешь.

Раньше не было никого, кто мог бы противостоять знати, но теперь такой человек был. Эта возможность позволила бы императору дать Луциану многое из того, что он хотел. Этот приказ предназначался для Луциана. Луциан понимал истинные намерения императора. Тот делал это ради своего самого любимого рыцаря.

「Но…」

Луциан не мог с легкостью принять приказ императора. Зона боевых действий находилась очень далеко. Как бы быстро ни скакал конь, добираться туда нужно было больше недели. К тому же, не было никакой гарантии, что конфликт разрешится быстро, как полагал император.

「Я буду слишком долго вдали от нее」.

Глядя на Луциана, который размышлял, поджав губы, император с удивлением произнес:

— Ты что, подумываешь ослушаться моего приказа?

Луциан ответил с озадаченным видом:

— Прошу, дайте мне время подумать.

— Почему? Если Перния скажет тебе не ехать, ты притворишься больным и откажешься от моего приказа?

— ……

В ответ на молчание Луциана император цокнул языком и пробормотал:

— Мой сын влюбился, а теперь и этот парень…

Он подумал о своем сыне, который обещал вернуться, но даже не показался на глаза. Однако император не стал отчитывать Луциана, как Каликса. Он был слишком хорошо знаком с тем, насколько невыносим молодой человек, ослепленный любовью. Даже если он будет настаивать, это вызовет лишь еще большее сопротивление. Куда эффективнее было бы приманить женщину, в которую тот влюблен.

— Ладно, поговори с Пернией. Если девочка скажет, что не хочет, чтобы ты уезжал, сообщи мне. Если захочешь, она может отправиться с тобой. Так ведь будет проще выбрать, верно?

Предложение императора было шокирующим. Вместо того чтобы злиться на подчиненного, который не выполнил приказ, он проявил заботу. Вот насколько сильно император дорожил Луцианом. Луциан склонил голову с озадаченным лицом.

Луциан покинул Имперскую столицу и верхом направился к салону Пернии. Сегодня был очень важный для нее день. Он немного опаздывал, но хотел поскорее приехать и поздравить ее. Он размышлял об этом, скача с заранее приготовленным букетом цветов.

「Прошу прощения, Ваше Величество, но я не поеду, если она этого не захочет」.

Как и сказал император, он прекрасно понимал, что это важная возможность для него. Это был шанс получить власть, которую он заслуживал, при поддержке императора, но Луциан не жаждал подобного. Все, чего он хотел — это быть рядом с Пернией.

— Ха, хаа…

По лбу катился пот, ведь он не придержал коня ни на секунду. Луциан вытер пот, спешился и направился к магазину. Роскошно украшенный салон был уже переполнен людьми. Луциан невольно остановился. Через большое окно он заметил Пернию. Она улыбалась, ее лицо сияло, а вокруг нее было бесчисленное множество людей. Перния выглядела счастливой. Он и не подозревал, что она может так выглядеть с кем-то, кроме него. В тот момент ему показалось, что сердце остановилось.

「Если подумать, уделяла ли она мне когда-нибудь все свое внимание?」

Она становилась все более занятой по мере того, как росла ее популярность среди знатных дам, и с тех пор, как она решила открыть салон, видеться с ней стало трудно. А когда они встречались, Перния говорила только о своей работе. Совсем не так, как раньше, когда она смотрела только на Луциана и никогда по-настоящему не радовалась тому, что они вместе. Его сердце забилось чаще.

— Что ты здесь стоишь с таким видом, будто ты бездомный?

Луциан повернул голову на голос, дразнивший его. Кун стоял рядом с букетом цветов. Кун посмотрел через плечо Луциана и приподнял уголки губ, словно понимал, что происходит.

— Ага. Должно быть, ты приревновал.

Затем он разразился смехом.

— Это так забавно. Я думал, у тебя нет чувств.

Луциан, которого Кун встретил на поле боя, был совсем не похож на того мужчину, что стоял перед ним сейчас. Он был вежлив и дружелюбен со всеми, заботился о слабых, но за его действиями не стояло никаких эмоций. Можно сказать, он был похож на хорошо обученную куклу, которая обрела чувства. Он не делал что-то потому, что хотел этого. Он просто выполнял действия, потому что получил приказ.

Затем появилась святая. Женщина, которую Кардиен уважает и которой преданно следует.

— Тогда, это из-за той женщины?

Затем он услышал, что святая прибыла в Королевство Себран. Кун немедленно отправился на встречу со святой. Она действительно была прекрасной женщиной. И не только красивой — у нее был светлый ум и чистая душа.

— Ты та женщина, в которую влюблен Луциан?

Но она удивилась и отрицала эти слова.

— Партнер Луциана — мисс Ния.

— Ния?

— Да. Она невеста лорда Луциана. Он очень дорожит ею. Они отлично ладят.

У Куна возник интерес. Луциан дорожит ею? Они отлично ладят? Он не мог себе такого представить. Поэтому Кун отправился в империю. Отчасти ради того, чтобы вылечить больного императора, а отчасти — чтобы увидеть возлюбленную Луциана. Он был очень разочарован, когда увидел ее. Перния казалась обычной женщиной. Он не нашел в ней ничего особенного, как в святой. От нее пахло резким парфюмом. На ней был вычурный наряд. А в глазах читалось высокомерие. Все типичные черты знатной дамы. Однако то, что она сделала после, не оправдало ожиданий Куна.

— Забери свои слова назад. Этот Луциан — монстр.

Он уже видел подобную сцену. Не то чтобы он не встречал женщин, одержимых Луцианом. Смелость, потребовавшаяся ей, чтобы сказать это, не удивила его. Однако то, что она сказала следом, было особенно шокирующим.

— У тебя… подводка… неровная.

…Его еще никогда так не оскорбляли. Кун мрачно усмехнулся, вспоминая тот момент.

— Я думал, она просто нежная барышня, но это было совсем не так. В отличие от ее кокетливой внешности, у нее дерзкий нрав, и она не боится кусаться.

Кун произнес это, сощурив свои густые веки, словно полумесяцы.

— Она весьма интересная.

Однако, в отличие от Куна, который улыбался, глаза Луциана вели себя странно. Его красные глаза нервно подергивались. Словно он был переполнен какой-то эмоцией. Луциан открыл рот с невозмутимым лицом.

— Кун, пожалуйста, прекрати. Я не хочу слышать ни слова о ней из твоих уст.

— А что, если я не прекращу? Ты убьешь меня?

— …Нет. Я не убью, если не буду на поле боя. Сейчас я прошу тебя вежливо.

Кун рассмеялся, словно услышал смешную шутку.

— Попроси меня еще раз.

Когда Кун спровоцировал его, глаза Луциана жутко блеснули. Но Кун ничуть не испугался Луциана. Луциан никогда не тронет Куна, если только Перния сама этого не захочет. Кун улыбнулся и прошел мимо Луциана. Как только он открыл дверь, взгляды людей устремились на него. Женщины просияли и воскликнули при виде двух мужчин, вошедших в салон.

— А-А-А, СЭР КУН!

— О боже! Лорд Кардиен тоже здесь.

— Какое зрелище — видеть их двоих вместе!

Тем временем Перния стояла там. Среди вышеупомянутых женщин Перния тоже подошла к ним. Перния, чьи щеки раскраснелись, сказала с сияющим лицом:

— Ты пришел, Луциан. Я думала, ты не сможешь.

— Я приложил все усилия, чтобы выкроить время.

Когда он сказал это, она опустила брови и коснулась щек Луциана. Они были ледяными.

— Понимаю. Тебе не стоило так перенапрягаться.

— Но разве это не важный день? Поздравляю, Ния.

Луциан протянул Пернии букет свежих фиолетовых анютиных глазок. Перния хихикнула, принимая букет. Ее лицо светилось любовью. Лица женщин, наблюдавших за ними, покраснели. Атмосферу нарушил Кун.

— Ц-ц-ц, голубки.

Кун с недовольным видом протянул Пернии букет роз.

— Я что, невидимка?

— ……

Перния посмотрела на Куна совсем не так, как смотрела на Луциана. Кун, казалось, знал, о чем она думает. Она размышляла, как бы с ним разобраться. Она приняла букет от Куна так, словно приняла решение. И поприветствовала его с натянутой улыбкой.

— Айгу, я так благодарна, что вы решили почтить это убогое местечко своим величественным присутствием.

Любой мог сказать, что она вовсе не благодарна. Кун снова схватился за живот и разразился смехом. Перния посмотрела на Куна с презрением.

— Что с ним не так?

Церемония открытия салона прошла успешно. Женщины, посетившие банкет, покидали магазин с довольными лицами. Было приятно пообщаться с Пернией, владелицей салона, но также доставило огромное удовольствие увидеть двух самых известных мужчин столицы. В пустом салоне остались только Перния и Луциан. Выпив несколько бокалов алкоголя с гостями, Перния была полна возбуждения. Она сказала, размахивая своим блокнотом с детской невинностью:

— У меня все расписано на месяц вперед. Разве это не удивительно?

— Это потому, что Ния такая талантливая. Ты действительно потрясающая.

— Хе-хе.

Перния хихикнула с яркой улыбкой на комплимент Луциана. Она говорила, сверкая глазами.

— Если я заработаю много денег, я куплю Луциану много подарков. Я куплю тебе вкусные пирожные, новый меч и одежду от известных дизайнеров.

Луциан рассмеялся.

— Хорошо, я буду ждать.

Но вскоре взгляд Луциана потускнел.

「Я не могу заговорить об этом, когда она так счастлива」.

Но это было то, что он должен был сказать. Луциан произнес:

— Эм.

— Что?

— Думаю, мне придется отправиться в зону боевых действий. Его Величество отдал приказ.

Том 2 Глава 58

От его неожиданных слов Перния моргнула и спросила:

— …Как долго тебя не будет?

— Не уверен. Дорога туда и обратно займет несколько дней, так что даже если я буду работать очень быстро, уйдет не меньше месяца.

Месяц… это долго.

Перния спросила с обеспокоенным лицом:

— Это опасная работа?

— Нет. Мне просто нужно быть там, чтобы кое-что проверить.

Только тогда Перния облегченно вздохнула.

— Какое облегчение.

Он чувствовал, что она искренне рада.

От этого напряженное лицо Луциана немного смягчилось. Затем он посмотрел на Пернию.

«Она любит меня».

У него не было в этом сомнений.

Поэтому…

«Если она попросит меня не уезжать, я не поеду. Даже если это приказ Его Величества».

Перния посмотрела на Луциана. Её зеленые глаза сияли.

Глаза, которые он так сильно любил.

— Хорошо. Удачной поездки.

Его челюсти инстинктивно сжались от её ответа.

Поняв, что выражение лица Луциана стало жестким, Перния быстро добавила:

— Ты сказал, что это приказ Его Величества, а значит, дело должно быть очень важным. Не беспокойся обо мне. Я подожду.

Как определить это чувство?

На мгновение он почувствовал спокойствие. А затем — как в груди закипает что-то горячее.

Луциан был в замешательстве.

Потому что это чувство казалось ему очень странным.

Луциан попытался взять себя в руки.

«Очнись, Луциан. Почему тебя так шокировали её слова? Она смелая и заботливая. Вот почему она так ответила… А не потому, что она никогда меня не любила».

«Ах. Он смотрит на меня с таким лицом».

Лицо Пернии, смотревшей на Луциана, было полно тревоги.

— Что случилось, Луциан? Ты бледен. Ты заболел?

Перния осмотрела его, проверяя, не ранен ли он. Положив руку на лоб Луциана, она убедилась, что с его телом всё в порядке.

Перния взяла Луциана за руку и, тревожно заглядывая ему в глаза, сказала:

— Есть что-то, что ты хочешь мне сказать? Если да, говори сразу. Мы же договорились, что будем говорить друг другу всё, что хотим, и никогда ничего не скрывать.

Луциан закусил губу.

Это было так, словно она схватила его за руку, когда он висел над пропастью.

Его лицо отражалось в её ясных зеленых глазах.

Луциан набрался храбрости и открыл рот:

— Ния, на самом деле…

— Да?

Перния энергично кивнула. Луциан продолжил дрожащим голосом:

— Его Величество сказал, что ты можешь поехать со мной, если захочешь.

— Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?

Он знал, что это эгоистичная просьба. Он также знал, что ведет себя как ребенок.

Но если это она…

Однако ответ, который последовал за этим, заставил сердце Луциана уйти в пятки.

— …Боюсь, это будет трудно, Луциан.

— ……

— У меня так много дел, ведь я только открыла магазин. Мне нужно готовиться к приему клиентов, которые записались заранее, а это требует времени. Прости.

Взгляд, которым Перния смотрела на Луциана, выражал совсем другие эмоции, чем раньше.

В её сияющих зеленых глазах читались извинение и сожаление.

У неё нет причин извиняться. Он внезапно попросил её поехать туда, где она никогда не была. Он был неправ.

К тому же она только начала стремиться к своей мечте. Было слишком требовательно просить её бросить планы ради него.

«Так что я не должен злиться. И винить её тоже не могу. Я не должен быть жадным».

Луциан сглотнул, размышляя про себя.

Он чувствовал что-то ужасно горячее глубоко внутри своего тела.

Луциан сказал, подавляя это чувство:

— Не извиняйся, Ния. Прости, что сказал глупость.

Перния покачала головой:

— Во-первых, нам обоим не за что извиняться. У нас с тобой просто есть свои дела. Мне грустно, что тебе придется уехать надолго, но ведь у нас время от времени будут возникать такие проблемы, верно?

Перния улыбнулась, чтобы разрядить обстановку.

— Чем больше расстояние, тем ярче мы будем сиять. Будь уверен в себе!

Луциан рассмеялся.

Его улыбка выглядела как обычно.

Поэтому Перния ничего не заметила.

Того, что в его рубиново-красных глазах что-то безмолвно бурлило.

* * *

Первую неделю после открытия магазина я была сама не своя.

Это потому, что, в отличие от других аристократов, которые только финансировали бизнес, но не управляли им напрямую, я лично занималась обслуживанием клиентов.

Тело было измотано, но я совсем не чувствовала усталости.

— Мне очень нравится, леди Перния!

Клиентки, хихикающие от восторга при виде своего нового образа, были моим источником мотивации.

— Это именно то, к чему я стремилась. Пожалуйста, используйте это и в следующий раз.

К тому же, это приносило огромное удовлетворение.

«Как же здорово заниматься любимым делом и зарабатывать на этом».

Это было действительно весело.

Магазин закрывался на закате.

Я сидела одна в пустом помещении, без клиентов и персонала.

Может, потому что я слишком привязалась к своему магазину?

Здесь было уютнее, чем в моей комнате, поэтому я задерживалась здесь ненадолго перед уходом домой.

Сейчас я делала кисточку, чтобы повесить её на эфес меча. Это был подарок для Луциана.

«Нет ничего романтичнее, чем леди, дарящая своему рыцарю кисточку ручной работы перед отъездом».

Я перебирала пальцами, сплетая красные и зеленые шелковые нити, напоминающие цвет наших глаз.

Затем я услышала стук в дверь.

После закрытия в магазин заходили редко. Я встала перед дверью с приветливым лицом.

— Луциан?

В последние дни он заходил в магазин каждый божий день. Он говорил, что не хочет мешать мне работать, поэтому приходил как раз тогда, когда уходили все клиенты.

Однако голос, который я услышала, принадлежал не Луциану.

— Это я.

«Это я»? Кто это?

Голос был знакомым, я уже слышала его раньше, но не могла точно определить, чей он.

Насторожившись, я схватила туфли на высоком каблуке, которые стояли в углу.

Исключительно острые и длинные, эти каблуки могли послужить отличным орудием убийства.

«Если они сделают что-то подозрительное, я проломлю им череп».

Преисполнившись решимости, я спросила холодным голосом:

— Откуда мне знать, кто вы? Пожалуйста, назовите свое имя.

Голос ответил быстро:

— Атанасио Алексис Нарша Франц.

Один голос, но так много имен. Это имена множества душ, вселившихся в его тело? Или у него раздвоение личности?

Я перебрала в голове все возможные варианты, но в конце концов прикрыла рот рукой, рассмеявшись, когда поняла.

Это же имя императора.

* * *

Ещё недавно мой уютный тайный уголок превратился в душное пространство.

Благодаря внезапному появлению императора.

В отличие от меня, у которой спина покрылась испариной, император был расслаблен. Он оглядел магазин и сказал:

— Не так уж и просторно, но вы хорошо его украсили. Знатным дамам это понравится.

— Польщена.

Неловко отвечая на похвалу императора, я размышляла, зачем он мог сюда прийти.

Я слышала, что, поправив здоровье, он начал посещать разные места, но почему именно это?

После долгих раздумий я пришла к одному выводу.

«Он что, пришёл на макияж?»

Это было правдоподобно.

Хотя он много лет был командующим на поле боя, у императора было очень мягкое лицо.

Возможно, он пытается превратиться в харизматичного императора, чтобы ознаменовать свое возвращение.

Если я приподниму ему брови и нанесу подводку для того самого макияжа тирана…!

Я была печально возвращена в реальность из своих мечтаний.

Император спросил мягким голосом:

— Должно быть, вы удивились, увидев меня так внезапно. Я пришел сюда, чтобы поговорить о Луциане.

Я склонила голову, потому что не понимала.

Если ему нужно было что-то от меня, он должен был просто вызвать меня во дворец, как делал всегда.

Словно прочитав мои мысли, император мягко улыбнулся.

— Я пришел сегодня, чтобы попросить об одолжении, а не как император с приказом. Поэтому я подумал, что будет уместнее посетить ваш магазин.

Личная просьба?

Я окончательно запуталась.

О чем может просить меня император, который поправил здоровье и держит в руках всю власть в мире?

Я просто не могла этого понять.

— Луциан рассказывал вам о моем приказе?

— Да.

— И что Луциан вам сказал?

— Ваше Величество приказали Луциану отправиться в зону боевых действий на некоторое время. Но там не было никаких серьезных проблем, так что мне не о чем беспокоиться.

Тихий вздох вырвался из уст императора, который молча смотрел на меня.

— Да, несколько дней назад ничего серьезного не было. Но кое-что случилось.

Я посмотрела на императора широко открытыми глазами. Император заговорил с серьезным лицом:

— Два дня назад в зоне боевых действий вспыхнуло восстание.

— …!

— Местные жители, сдавшиеся империи, и разбитые солдаты, которые были рассеяны, объединились. Это не было бы большой проблемой, если бы дело касалось только их, но иностранные государства начали поставлять им солдат и оружие. Имперские войска, находящиеся там на наших базах, не смогут справиться с их силами.

Я мало что смыслю в политической ситуации или иностранных делах.

Однако я видела, насколько серьезна нынешняя ситуация. Потому что лицо императора стало очень мрачным.

— Говорят, повстанцы беспорядочно убивают имперскую армию и мирных жителей. В том районе наступил ад.

— Т-тогда наши рыцари должны прийти на помощь как можно скорее.

— Да, он должен отправиться туда как можно скорее. Он лучший рыцарь, который у нас есть.

Я знала, кого он имел в виду.

Он говорил о Луциане.

Мое сердце забилось.

Луциан не упоминал об этом до вчерашнего дня. Мы просто смеялись и вели обычные разговоры.

Это значит… Луциан снова должен идти на войну?

Он не сказал мне, потому что думал, что я буду волноваться?

Поэтому император пришел рассказать мне об этом вместо него?

Я посмотрела на императора с растерянным лицом.

Император сказал:

— Луциан сказал, что хочет уйти со службы рыцаря.

— …А? Что…?

— Неделю назад он пришел ко мне, опустился на колени и сказал: «Я верну всё, что получил от Вашего Величества, поэтому, пожалуйста, освободите меня от моей должности».

Меня будто обухом по голове ударили.

Я посмотрела на императора с шокированным лицом. Император увидел мое выражение и цокнул языком.

— Он ничего тебе не сказал.

Вскоре глаза императора изменились.

На его прежде мягком лице появилось новое чувство — гнев.

Том 2 Глава 59

«Никто не знает, как сильно я на самом деле дорожу Луцианом. Я выбрал юного простолюдина, чье происхождение было неизвестно, сделал его своим генералом и отправил на поле боя, и я никогда не оставлял попыток сделать его одним из своих людей. Но он предал меня именно тогда, когда был так нужен».

Его кипящий гнев пробирал меня до костей. Тело невольно задрожало.

Гнев императора не утих, даже когда я промолчала. Его яростный взгляд был устремлен на меня.

— Ты спрашивала Луциана? Почему он ослушался меня, когда был так нужен? Что он сказал?

— ……

Он не мог ответить.

Почему Луциан пошел против императора, от которого исходило столько ярости?

Я покачала головой, отгоняя эту мысль.

«У него должна быть причина».

Но, как обычно, причиной поступков Луциана была… я.

— Это из-за тебя, Перния.

— …!

— Луциан сказал, что не может оставить тебя. Даже если это всего лишь на короткий срок.

Красивое лицо императора исказилось. Он обхватил голову руками, измученный.

— Он предал меня по такой глупой причине. А это значит, что он предает и мой народ.

Спустя некоторое время император тяжело вздохнул. Когда он снова поднял взгляд, его лицо было спокойным.

Словно он отпустил бушевавший внутри гнев.

Император произнес:

— Я бы с радостью перерезал Луциану горло, если бы мог, но сейчас мне нужна не его голова, а его сила. Поэтому, Перния, прошу тебя. Убеди его.

И это была самая жестокая и пугающая просьба, которую только можно получить.

* * *

Вскоре после визита императора ко мне пришел Луциан.

Луциан вошел в салон, как обычно, с кучей сладких пирожных в руках.

— Ты ведь говорила, что хочешь попробовать персиковый торт из «Шарипс»? Я еще купил чай, который, как говорят, отлично подходит к этому торту.

На лице Луциана не было ни следа тревоги или страданий. Словно все, что я услышала от императора, было ложью.

Я обратилась к Луциану, который выкладывал торт на стол:

— Я слышала, ситуация в зоне боевых действий серьезная.

— …!

Луциан замер и посмотрел на меня. Увидев его потрясенное лицо, я вздохнула.

Император не лгал.

Луциан спросил с растерянным видом:

— Откуда ты узнала?

— Это неважно. Мне любопытно, что думает Луциан.

— Что я думаю?

— Да. Что ты думаешь о ситуации там?

Мне нужно было подтвердить намерения Луциана.

Действительно ли он не хочет ехать из-за меня, или же он просто больше не желает возвращаться в опасные места?

Он — знаменитая фигура, но, возможно, он больше не хочет рисковать жизнью.

«Если это так, я не буду его уговаривать, сколько бы Его Величество меня ни умолял».

Но Луциан ответил, опустив глаза:

— …Я искренне надеялся, что в том регионе воцарится мир после трех лет сражений. Я думал, что мир наконец наступил, но услышать, что восстание вспыхнуло вновь… Мне больно думать о том, что прямо сейчас гибнут люди.

Я сглотнула и спросила:

— …Значит ли это, что ты хочешь поехать?

Луциан помедлил с ответом. Спустя мгновение он сказал:

— Нет.

— Ты сказал, что восстание огорчает тебя.

Луциан ответил мне:

— Но тебя не будет рядом.

Я на мгновение перестала дышать.

Император был прав.

Луциан сделал такой выбор только из-за меня.

Я посмотрела на Луциана дрожащими глазами.

Его красные глаза, смотревшие на меня, сияли чисто и прекрасно. В то же время они казались полными боли и опасности.

Я вспомнила слова императора:

[Убеди Луциана. Перния, если ты не преуспеешь, Луциан потеряет все. Он лишится моего доверия, его высмеют дворяне, которые его презирают, и осудят солдаты и простолюдины, которые его уважали. Сейчас ему будет довольно трудно со всем этим справиться, не так ли? И тебе тоже.]

Я не могла позволить ему просто так сгинуть в этом аду.

Я знала, как тяжело он работал, чтобы достичь того, что имеет сейчас.

Я зажмурилась, а затем открыла глаза. И сказала с обеспокоенным видом:

— Луциан, если причина, по которой ты не едешь, во мне… Давай отправимся вместе.

— Что?

— Давай поедем в зону боевых действий вместе.

— ……!

Это единственный способ убедить его.

Луциан покачал головой:

— Тебе незачем ехать в такое опасное место.

— Ты сможешь меня защитить.

— Но… Ты говорила, что это место тебе дорого. Ты не можешь поехать со мной.

— Теперь все иначе.

Мы встретились взглядами. Почувствовав мою решимость, Луциан в конце концов кивнул.

— …Хорошо.

Луциан обнял меня, переполненный смешанными чувствами. Он прошептал низким голосом:

— Поедем вместе, Ния.

Надеюсь…

Надеюсь, мне лишь показалось, что в его голосе промелькнула радость.

* * *

Луциан сообщил императору, что отправляется в зону боевых действий. Император в великой радости поспешно развернул армию.

Я тоже была занята.

Я отправила письмо с извинениями клиентам, которые сделали предварительный заказ, сообщив, что салон закрыт по независящим от нас обстоятельствам.

Я сказала и отцу:

— Отец, я уезжаю в зону боевых действий вместе с Луцианом.

Отец закричал в ужасе:

— О чем ты говоришь, Перния?! Зачем ты едешь туда, где бродят варвары? Ты не можешь ехать!

Эта реакция была совсем не похожа на то, как он обычно поддерживает меня во всем, что бы я ни делала.

Я попыталась заговорить легким тоном:

— Не волнуйся, отец. Я не буду в большой опасности, так как солдаты меня защитят. Его Величество также сказал, что лично подберет для меня эскорт.

— Но поле боя — это все равно поле боя. Если ты действительно хочешь ехать, я поеду с тобой. Поедем, держась за руки!

Честно говоря, я была немного тронута тем, что человек, который даже меч в руках не мог держать, потому что всего боялся, предложил поехать со мной.

Я сказала, скрывая навернувшиеся слезы:

— Отец, у тебя есть работа, которую нужно сделать, пока меня не будет.

Именно я решила поехать с Луцианом, но именно император вынудил меня сделать этот выбор.

Чувствовал ли он вину? Или это был способ отплатить за услугу?

Император доверил семье Лайлак проект по обслуживанию водоснабжения.

Я прошептала отцу:

— Его Величество открыто продвигает семью Лайлак. Такой возможности больше не представится. Так что выложись на полную и утри нос тем семьям, которые нас ни во что не ставили.

Этим я утешила отца.

После этого я направилась в салон.

Луциан сказал, что мы не сможем вернуться как минимум месяц, а то и три.

Глядя на опустевший магазин, я горько улыбнулась.

Очень жаль, но ничего страшного.

Я ведь не закрываю салон навсегда.

Просто небольшой перерыв.

— Я вернусь.

Я попрощалась и повесила табличку на закрытую дверь.

Я заперла дверь и вышла из салона, и в этот момент появилось лицо, которое я не хотела видеть.

Это был Кун.

— Слышал, ты едешь с Кардиеном.

Я нахмурилась.

На что он намекает, заводя этот разговор?

Пытается высмеять меня, осуждая за то, что я ослеплена любовью и следую за любимым на войну, не заботясь об опасностях?

Однако Кун сказал нечто неожиданное:

— Император угрожал тебе, верно?

— ……

Я старалась не подавать виду, но Кун цокнул языком:

— Ха, этот ублюдок-император. Я только вылечил его болезнь, а он уже использует полученную энергию во зло. Боюсь, он снова заболеет, если продолжит в том же духе.

«Отлично! Сделай так, чтобы он с постели не вставал!»

Я едва сдержалась, чтобы не выкрикнуть это.

Я спросила, нахмурив брови:

— Откуда ты узнал? Пошли слухи?

Я не хотела, чтобы все думали, будто между мной и императором что-то произошло.

К счастью, Кун покачал головой:

— Нет. Я просто догадался своим умом.

— Какое облегчение.

Я прошла мимо Куна, ответив ему чопорно. Кун последовал за мной и спросил:

— Ты не злишься?

— Что?

— Это было не твое желание следовать за Кардиеном. Император угрожал тебе, а Кардиен не хотел уступать своей жадности.

— ……

— На твоем месте я бы разозлилась и отказалась, оказавшись между ними двумя.

— …Я не злюсь. Потому что мое сердце широкое, как океан.

— Знаешь, как называют таких людей?

— Ангелами?

— Нет, тряпками.

— Как твое лицо?

Кун выругался.

Вот что бывает, когда пытаешься меня проверить.

Кун продолжал говорить у меня за спиной:

— Ладно. Значит, нет нужды останавливать его от глупостей только потому, что ты ему нравишься. Но как долго, по-твоему, он сможет так продолжать?

— ……

— Это не в последний раз. Кардиен будет пытаться привязать тебя к себе все сильнее. До такой степени, что однажды ты просто не выдержишь.

Услышав, как он накаркал наше будущее, я обернулась и крикнула:

— Может, перестанешь судить нас так, будто все знаешь? Моя любовь к нему сильнее, чем ты думаешь!

Кун озорно улыбнулся:

— Ты самоуверенна. Что ж, посмотрим, как все сложится.

Что значит «посмотрим»?

Я больше никогда не хочу видеть твое лицо, так что я ухожу!

* * *

Настал день отправки армии Луциана.

Солдат было огромное количество.

Я чувствовала решимость императора разрешить конфликт в зоне боевых действий.

Луциан сидел на огромном белом коне прямо в центре армии, а за ним следовала карета, в которой ехала я.

Я была поражена, глядя на Луциана, командующего солдатами в своих серебряных доспехах, но вскоре на моем лице появилось расстроенное выражение.

— Приве-е-етик.

Кун помахал мне рукой рядом с каретой.

«Почему он здесь?»

Кун уволился с должности врача императора вчера.

[Император почти полностью выздоровел, а значит, мне пора уходить. Здоровые пациенты — это скучно.]

Сказав это, Кун попросил у императора разрешения присоединиться к армии.

Луциан не любил Куна, но не мог его остановить.

Потому что Кун был спасителем императора.

Мне вспомнились слова отца перед отъездом из особняка.

Отец, который проплакал всю ночь, говорил со мной с опухшими глазами:

[Обязательно ешь, Перния. Завтракай, обедай и ужинай. Никогда не делай того, что тебе запретили, и если окажешься в опасной ситуации, не оглядывайся и беги прочь, и не сверкай глазами на врага, даже если они были грубы. Честно говоря, у тебя очень свирепый взгляд. А что, если кто-то выстрелит в тебя из-за твоих глаз?]

Том 2 Глава 60

Разумеется, я не позволю себе оказаться в опасных ситуациях, о которых беспокоился отец. Я никогда не буду стоять в первых рядах, ведь я здесь не для того, чтобы сражаться. Я останусь в тылу, где буду в безопасности под защитой рыцарей. «Стоит мне оказаться в опасности, как имперские войска отступят, а наш поход затянется, но Люциан сказал, что никогда этого не допустит». Поэтому я не особо боюсь ехать в зону боевых действий. После долгой речи императора солдаты наконец начали движение. Я вижу Люциана из маленького окошка кареты. Его взгляд смягчился, когда наши глаза встретились. У него было такое нежное лицо, что трудно было представить, будто совсем недавно он отдавал приказы солдатам властным голосом. Обычно я была бы заворожена его улыбкой, но сейчас почувствовала нечто странное. Сердце неприятно кольнуло. Я улыбнулась ему в ответ, пытаясь скрыть это чувство.

* * *

Дорога к зоне боевых действий оказалась комфортнее, чем я думала. Солдаты относились ко мне, невесте их командира, с большой заботой, да и Люциан уделял мне пристальное внимание. Такое чувство, будто со мной обращаются как с принцессой, которой даже не существует. Но поездка была не только комфортной. «Ох... еще немного, и у меня на заднице появятся мозоли». Какого бы высокого качества ни была эта карета, после целого дня сидения всё тело затекло. В какой-то момент, пока я растирала свою бедную пятую точку, карета остановилась. Я взяла Люциана за руку и вышла наружу. Он произнес, опустив брови:

— Отлично справилась, Ния.

Карета остановилась в тихой сельской деревушке. За полем золотистой пшеницы виднелся небольшой замок. Это был замок барона Алисии, ближайшее поместье к зоне боевых действий. Именно здесь мы будем жить всё это время. Когда мы с Люцианом вошли, нас встретила баронесса Алисия, хозяйка замка.

— Добро пожаловать, лорд Кардиен. Даже если вы здесь не по радостному поводу, я рада видеть вас снова.

Лицо барона, когда он приветствовал Люциана, светилось радостью. Люциан спросил с невозмутимым видом:

— Как обстановка?

— Повстанцы добрались до Коралловых гор за замком. Они ищут возможность устроить засаду.

— Они расположились так близко.

Барон кивнул. Я почувствовала, как страх подкрадывается к моему побледневшему лицу. Однако слова Люциана развеяли любые намеки на страх, что были во мне.

— Мы разместим наших солдат вдоль границы гор, чтобы не дать им прорваться. Будьте спокойны, вам не придется беспокоиться о том, что вы окажетесь в гуще битвы.

Он сказал это таким уверенным голосом, что я поверила: так оно и будет. Только тогда лица супругов-баронов просветлели. Барон кивнул и произнес:

— Если лорд Кардиен так говорит, я поверю. Ха-а, я так рад, что вы не опоздали.

Облегченная чета баронов притворилась, что только сейчас заметила меня. Баронесса Алисия подошла ко мне и любезно сказала:

— Благодарю вас за то, что проделали такой долгий путь, леди Перния. Я приказала подготовить для вас комнату, прошу, следуйте за мной.

Я оглядела комнату и моргнула. Помещение, оклеенное светло-розовыми обоями, выглядело мило. Эта комната была украшена так красиво, что я удивилась: неужели в старом замке, который выглядел совсем не просторным, может быть такое место? Баронесса Алисия осторожно спросила:

— Вам нравится ваша комната?

— Да, она великолепна.

— Какое облегчение.

Я спросила баронессу, у которой с плеч словно свалился груз:

— Вы ведь узнали, что я приеду, только вчера. Как вы успели подготовить эту комнату в такой короткий срок?

— Как только я услышала просьбу лорда Кардиена подготовить комнату для его невесты, я не спала всю ночь, чтобы всё устроить. Поскольку вы привыкли к жизни в столице, я переживала, придется ли это вам по вкусу, но я рада, что вам нравится.

Она говорила искренне. Я не чувствовала на себе осуждающих взглядов и не ощущала, что она втайне смотрит на меня свысока за то, что я приехала в такое место с Люцианом. Ее добрые глаза были полны безусловного расположения. «Люциан определенно пользуется популярностью». Я слышала, что люди, живущие рядом с зоной боевых действий, уважают Люциана гораздо больше, чем те, кто живет в столице. Не говоря уже о чете баронов, которые управляют поместьем, ближайшим к фронту. Все остальные относились к нему с огромным гостеприимством.

— Это, может, и немного, но я приготовила всё от чистого сердца. Пожалуйста, угощайтесь.

В комнату принесли хорошо сервированный обед.

— Я также подготовила книги, инструменты и принадлежности для рисования, чтобы вам не было скучно, пока вы здесь. Если вам что-то понадобится — когда угодно, что угодно — просто попросите меня. Я всё достану.

Мне представили множество безделушек.

— Я знаю, что вы привезли с собой одежду, но я оставила в этой комнате несколько нарядов, на случай, если привезенного будет недостаточно во время вашего пребывания. Если вам не понравится фасон или размер, пожалуйста, дайте мне знать немедленно.

Даже шкаф, полный платьев. Честно говоря, это было очень обременительно.

— Благодарю за ваши труды, но я здесь не для того, чтобы развлекаться.

Хотя отсюда их не видно, барон сказал, что большое количество повстанцев лагерем стоят у подножия гор за пределами замка. Как я могу позволить себе такую роскошь, когда мы буквально находимся в эпицентре битвы? Я сказала Люциану, который вошел в комнату:

— Люциан, останови баронов. Я просто хочу оставаться в тени, как изгой.

Но Люциан покачал головой:

— Они делают это по собственной воле. Так что не чувствуй себя обязанной.

— Но…

— Это продлится максимум месяц.

— …..

— Я подавлю восстание и сделаю всё, чтобы мы смогли вернуться в столицу в течение месяца. Так что, пожалуйста, потерпи месяц, Ния.

Глаза Люциана засияли, когда я посмотрела на него. Ого, как давно меня не атаковали таким взглядом! Я закрыла глаза и открыла губы:

— Не знаю, смогу ли я чувствовать себя комфортно в такой ситуации… Но я попробую.

Всего три дня назад я это сказала.

— Ха-ха-ха, мисс Перния, вы такая забавная.

— Как у вас получается так легко поддерживать беседу? Всё, что вы говорите, заставляет меня смеяться.

— Ха-ха. Я так смеялась, что глаза стали шире.

Что это за адаптивность у меня такая? Люциан ушел на битву с солдатами, и после этого его было трудно увидеть. Мне приходилось оставаться внутри с дамами, а женщины в замке проявляли огромный интерес к благородным леди из столицы. Так что было неизбежно, что я стала восходящей звездой. Баронесса Алисия, у которой был очень низкий порог смеха, сказала, вытирая слезы платком:

— Вы так красноречивы, элегантны, уверены в себе и красивы. Дамы в столице действительно отличаются от нас.

От постоянных похвал мое лицо невольно расслабилось.

— Хе-хе. Я не настолько удивительна.

Баронесса и две ее дочери сказали с горящими глазами:

— Вы сами делаете себе макияж?

— Да.

— Это очень красиво. Неужели такой макияж действительно популярен в столице?

— Это мой личный выбор, но иногда такой стиль действительно входит в моду.

Баронесса и ее дочери воскликнули от восторга. Я ответила скромно. Однако баронесса и ее дочери всегда реагировали с изумлением. Как наносить макияж или какую косметику использовать — им было очень интересно слушать о столичных трендах. Их интерес пробудил амбиции, которые я подавляла несколько дней. Я посмотрела на них и сказала:

— Хотите, я сделаю вам макияж?

Отец. Далеко отсюда твоя дочь, Перния, открывает свой второй салон макияжа.

* * *

Для имперских солдат зона боевых действий была пугающим местом. Солдаты были не знакомы с климатом, топографией и местной флорой, к тому же здесь обитали злобные монстры. В то же время их враги были местными жителями, которые знали местность лучше кого бы то ни было, поэтому причин для страха было предостаточно. Тем не менее в глазах солдат теплилась надежда. Потому что с ними был Люциан. Люциан патрулировал лагерь.

— Ты тяжело ранен. Не пытайся сражаться, отправляйся в тыл. Если оставить всё как есть, рана воспалится и станет хуже.

— Есть, сэр!

Солдат, удостоившийся внимания Люциана, кивнул с восторгом. Люциан был великодушным командиром, который заботился даже о рядовых солдатах. И при этом он был невероятно доблестен на поле боя. «Так как же они могут его не уважать?» Пол, помощник Люциана, смотрел на него с довольным лицом. Однако лицо Пола помрачнело от следующих слов Люциана:

— Я ненадолго вернусь в замок.

Обычные генералы предпочитали комфорт замка, но только не Люциан. Раньше он всегда делил все тяготы с солдатами. Но не в этой битве. Люциан возвращался в замок каждый день, несмотря на подготовленные казармы. Даже в дни, когда ситуация складывалась не в их пользу, он всегда заезжал в замок хотя бы раз в день. Скорее, было бы понятно, если бы у него была веская причина отправиться в замок или если бы он хотел отдохнуть с комфортом. Однако Люциан посещал замок каждый день только ради Пернии. Зная это, Пол не испытывал приятных чувств. Впрочем, он не подавал виду. Потому что знал, как сильно Люциан дорожит Пернией… Люциан сказал Полу, который спокойно готовил лошадь для сегодняшнего выезда:

— Я просто ненадолго увижусь с ней, так что пусть совещание проходит по графику.

— Понял.

Когда Люциан взобрался на лошадь, послышался саркастичный голос:

— Ого, ты снова уходишь? Кто угодно, глядя на это, решил бы, что замок намазан медом.

Это был Кун. Белая мантия Куна была в пятнах крови, возможно, от лечения солдат. Люциан проигнорировал Куна и проехал мимо. Кун продолжил говорить ему в спину:

— Но знаешь что? Ты выглядишь по-настоящему счастливым.

— …..

— Разве не здорово, что Перния поехала за тобой в такую даль?

Лошадь, на которой ехал Люциан, остановилась. Он медленно повернул голову к Куну.

— О чем ты говоришь?

Кун хихикнул, словно это было забавно:

— Ты ведь был очень расстроен, когда Перния сказала, что не сможет поехать с тобой, верно? А потом она закрыла свой салон и отправилась вслед за тобой. К тому же здесь все для нее чужие, и ей не к кому обратиться, кроме тебя, разве это не захватывающе?

— …Нет, это не так. Это не может быть правдой.

Однако, вопреки его ответу, голос Люциана дрожал. Словно он выдавливал из себя слова, которые не были правдой. Кун в конце концов расхохотался. «Я думал, он изменится, раз уж теперь состоит в серьезных отношениях, но он ничуть не изменился. Кардиен, ты всё такой же, как раньше. Выглядишь большим, как медведь, но внутри ты всё еще маленький ребенок». Кун сказал Люциану:

— Расслабься. Перния приехала сюда из-за императора, а не из-за тебя.

Том 2 Глава 61

«…..!»

Красные глаза Луциана дрогнули. Кун произнес, растянув губы в усмешке:

— Император угрожал ей. Сказал, что если Кардиен не отправится на войну, то она и ты можете расстаться. Разве она не примчалась бы сюда, услышав такое?

Кун продолжал говорить, глядя на Луциана озорными глазами:

— Почему ты делаешь такое лицо? Ты ведь знал. Или хотел притвориться, что не в курсе?

«…..»

Кун цыкнул языком:

— Что ж… Повзрослей, Кардиен.

Луциан больше не хотел слушать Куна. Он прошел мимо него с холодным лицом.

«Все здесь для нее чужие, и ей не к кому обратиться, кроме тебя — разве это не волнительно?»

Слова Куна не выходили у него из головы.

Луциан покачал головой.

«Нет».

Луциан любит Пернию.

Любовь, которую он знал, означала заботу и бережное отношение к другому человеку.

Поэтому Луциан всем сердцем надеялся: пусть Пернию окружает множество людей, которые заботятся о ней, пусть она делает то, что хочет, улыбается и будет счастлива.

«Но почему же…»

Луциан смотрел на Пернию вдалеке с окаменевшим лицом.

Перния, которая, как думал Луциан, будет ждать его в одиночестве, была окружена людьми.

Они держались за животы от смеха, а Перния что-то оживленно щебетала с сияющим лицом.

Она выглядела энергичной, и в ней не было ни намека на одиночество, несмотря на то, что она находилась в чужом месте.

Стоило ему это увидеть, как по телу разлился холод.

Луциан поспешно подавил эти чувства.

Он подумал, что должен загипнотизировать себя:

«Если она счастлива, то и я счастлив».

Я должен.

Я обязан.

Луциан сумел взять себя в руки и открыл рот:

— Ния.

Как только его голос достиг их, все взгляды женщин вокруг Пернии устремились к Луциану.

Перния поприветствовала его с сияющим лицом:

— Луциан!

— Сегодня ты выглядишь занятой, в отличие от обычных дней.

На слова Луциана Перния хихикнула:

— Да, я делала макияж баронессе Алисии.

— Макияж?

Только тогда он заметил, что баронесса Алисия и две ее дочери, которые обычно почти не красились, были накрашены гораздо ярче.

Баронесса Алисия, чьи веки были густо накрашены яркими тенями, зарделась под взглядом Луциана:

— Поскольку я уже немолода, этот макияж кажется мне очень непривычным.

— Не говори так, мама. Посмотри, как ты прекрасна.

— Она права. Ты выглядишь в точности как высокомерная герцогиня из столицы.

Баронесса Алисия рассмеялась на слова своих дочерей:

— Если все так, как вы говорите, то я рада, но мне придется поскорее смыть макияж, пока не пришел ваш отец. Неизвестно, как он отреагирует, ведь он очень консервативен.

Затем она обратилась к Луциану:

— Кажется, я начинаю понимать, почему Лорд Кардиен так одержим Леди Пернией.

«……»

Луциан едва заметно улыбнулся баронессе.

* * *

Комната Пернии в замке барона Алисии.

Когда Луциан приезжал в замок, он останавливался здесь вместе с Пернией, а затем снова уезжал к солдатам.

Иногда он наблюдал, как Перния засыпает, но порой лишь выпивал чашку чая и уходил.

— Раз уж ты снимаешь доспехи, значит, сегодня у тебя есть свободное время.

Луциан кивнул на слова Пернии:

— Да. Думаю, сегодня не будет никаких чрезвычайных ситуаций. Так что мы наконец-то сможем поужинать вместе.

Однако Перния не проявила особого энтузиазма.

Еще вчера, если бы Луциан сказал, что они могут поужинать вместе, она бы закричала «ура!», но не сегодня.

Перния произнесла, опустив брови с неловким выражением лица:

— На самом деле, я решила поужинать сегодня с сестрами Алисия. Поскольку Луциан редко приходит к ужину.

— О…

— Будет сложно отменить, ведь я пообещала им первой. Я спрошу у сестер Алисия, может ли Луциан тоже поужинать с нами. Ты не против?

Луциан на мгновение посмотрел на Пернию и ответил:

— Не хочу.

— Что?

Глаза Пернии округлились от неожиданного ответа.

Спустя мгновение Луциан прикрыл рот рукой с удивленным лицом:

— Ох. Нет, я не это имел в виду. Конечно, все в порядке.

На слова Луциана Перния рассмеялась, словно почувствовав облегчение:

— Сестры Алисия будут в восторге. Они огромные поклонницы Луциана.

— ….Кажется, вы довольно сильно сблизились за один день. Еще вчера ты была одна в своей комнате.

«Ожидая меня».

Не заметив того, что Луциан оставил недосказанным, Перния заговорила с невинным лицом:

— Ну, людям было сложно подойти ко мне, потому что они думали, что мне трудно угодить. Но благодаря этим девчонкам мы быстро подружились!

В руке Перния держала мягкую розовую кисточку для макияжа и помахивала ею.

Она продолжила с сияющими глазами:

— Я думала, что люди здесь будут более консервативными, ведь это закрытая провинция, но это не так. Напротив, им было очень интересно узнать о популярных техниках макияжа в столице. Похоже, открытие «Салона макияжа Пернии №2» вполне возможно.

— Ты собираешься открыть еще один салон?

— Ничто меня не останавливает. Я никогда не думала, что смогу уехать так далеко и продолжить свое дело, но это огромная возможность.

«…..»

Перния выглядит мило, когда полна предвкушения. Очень мило.

Но Луциан чувствовал, что задыхается.

Он не мог сказать ей, что согласен, что это отличная идея, что он будет болеть за нее.

«Не думаю, что тебе стоит это делать. Не беспокойся об этих вещах, просто жди меня».

Луциан стиснул зубы, борясь с порочными мыслями, наполнявшими его разум.

Он попытался подавить эмоции и растянул губы в улыбке. Это было лучшее, что он мог сделать.

* * *

Барон Алисия, владелец замка, вошел внутрь с суровым лицом.

Однако, как только он переступил порог, он издал недостойный вопль.

— С возвращением, дорогой.

— Ты дома, отец.

Все потому, что его жена и две дочери, которые всегда встречали его с мягкими лицами, выглядели нелепо.

Приподнятые брови, большие и острые глаза, красные губы — в них не осталось ничего, что делало бы их облик мягким.

Барон Алисия был патриархальным мужчиной. Когда он входил в замок, первое, что он делал — искал еду.

Однако, увидев трех женщин, он не смог вымолвить ни слова.

«Что на ужин?»

Он подумал, что стоит ему хоть что-то сказать, как эти трое жутко ответят: «Может, мне приготовить тебя?»

В конце концов, барон Алисия не произнес ни слова, попятился и исчез.

Баронесса Алисия и ее две дочери склонили головы:

— Что с твоим отцом?

— Наверное, мы выглядели слишком красиво.

— Полагаю, так и есть.

Я рассмеялась над их обменом репликами.

На самом деле, я знала, почему барон Алисия исчез с таким лицом.

Макияж, который нанесли баронесса Алисия и ее дочери, был слишком вызывающим даже для меня. Это выглядело как провальный макияж новичка.

«Она накрасила глаза черными тенями так неосторожно, что стала похожа на рассерженную панду».

Это был новый метод макияжа, который я разработала с ними сегодня. Интенсивный образ, от которого у любого могли дернуться плечи.

«Но с небольшой доработкой финальная стадия макияжа «сильной женщины» будет завершена. Очень хорошо».

Я кивнула с довольным лицом.

Может быть, потому, что, в отличие от мирной столицы, зона конфликта полна сражений и кишит монстрами, баронесса Алисия и ее дочери стремились к гораздо более смелому макияжу, чем я ожидала.

Благодаря этому я смогла разработать еще более дерзкий и оригинальный образ, чем раньше.

Если я буду изучать макияж, тщательно документировать разработанные методы и красить тех, кто приходит, день будет пролетать незаметно.

Но была одна проблема.

Я израсходовала всю косметику, которую привезла с собой!

Инструменты, такие как кисти, были в порядке, но не расходные материалы, вроде теней для век или румян.

— Здесь есть место, где продают косметику?

Баронесса Алисия ответила, моргнув своими черными глазами:

— Эта местность сельская, так что такого места здесь нет.

— Мои соболезнования.

— Что?

— О, нет. Я сказала глупость, не подумав. Не бери в голову.

Если бы я продолжила говорить, то слова «босс-панда» вырвались бы наружу.

«В следующий раз сделаю тени светлее».

Успокоив бешено бьющееся сердце, я задумалась о том, как снова раздобыть косметику.

«Может, попросить Энн купить косметику и прислать мне?»

Однако от столицы досюда очень далеко. К тому же, найдется ли компания, которая доставит косметику в это место во время войны?

Тогда баронесса Алисия сказала:

— А как насчет того, чтобы сделать косметику самой?

Мои глаза расширились от ее предложения:

— Как?

— Не то чтобы люди здесь, в сельской местности, совсем не пользуются косметикой. Те, кому она нужна, собирают цветы или травы в лесу, чтобы сделать ее.

О, это отличная идея!

Я никогда не пробовала, но это была хорошая мысль.

«Я примерно помню этапы изготовления, так что это будет несложно. К тому же, если я сделаю ее сама, то смогу создать цвета и текстуры, которых раньше не существовало».

Мои глаза заблестели, как у исследователя, открывшего новый континент:

— Где находится лес, в который люди ходят собирать материалы?

— Если немного пройти за замок, то найдешь его. Но ходить туда в одиночку опасно.

Старшая дочь кивнула:

— Мама права. Местность сложная, так что можно легко заблудиться. К тому же там много опасных растений.

Вторая дочь храбро заявила:

— Тогда давайте пойдем вместе.

Баронесса Алисия нахмурилась:

— Как вы собираетесь идти, если сами не знаете дороги в лесу? Дайте подумать.

Баронесса Алисия начала размышлять, скрестив руки на груди.

«Кем бы пожертвовать?»

Ее лицо выражало именно это, но на самом деле, казалось, она гадала, есть ли кто-то, кто мог бы стать моим проводником.

Спустя некоторое время баронесса Алисия произнесла «О», и ее глаза блеснули:

— Кстати говоря, он собирался в лес завтра. Ты можешь пойти с этим человеком.

Том 2 Глава 62

Две дочери отозвались на слова баронессы:

— Лучше кандидата не найти. Он знает лес как свои пять пальцев и разбирается в травах лучше кого бы то ни было.

— К тому же он интересуется косметикой, так что ему будет о чем поговорить с Нией.

«О боже. В этой глуши есть такой талантливый человек?»

Сердце затрепетало от упоминания «его» — того, чьего лица я даже не знала.

Если он действительно так хорош, я должна сказать ему:

«Эй, давай станем коллегами!»

* * *

— Что у тебя за лицо?

— ………

Это что, то самое чувство, когда идешь на свидание вслепую, надеясь увидеть красавца под метр восемьдесят, а натыкаешься на фаната, обнимающего подушку с изображением своей вайфу?

Нет. Это даже хуже.

Передо мной стоял Кун.

— Почему ты здесь?

— Я пришел собрать травы для солдат. А заодно буду сопровождать леди в качестве бонуса.

Я упустила из виду, что Кун был человеком, который долгое время участвовал во многих сражениях.

К тому же он травник и гуру макияжа.

«Эти детали явно описывали Куна, но я проявила беспечность».

Кун кивнул:

— А что тебе еще остается, кроме как следовать за мной? Этот лес опасен, так что ты должна убраться отсюда до заката.

…Да. И правда, никого лучше Куна для этой задачи не найти.

«Что ж, сегодня я выжму из него максимум».

Я смирилась с реальностью и спокойно пошла за Куном.

Лес оказался совсем не таким, как я себе представляла.

— Похоже на обычный лес.

Мне говорили, что в зоне боевых действий много опасных растений. Поэтому я ожидала увидеть цветы с острыми зубами или с капающим ядом.

Но лес казался таким мирным.

Все, что я видела — светло-зеленая трава, милые цветы и разнообразная растительность, от зеленых деревьев до пышных кустарников.

«Это совсем не страшно. Лес полон ярких растений, словно красивая картинка».

Кун посмотрел на меня и цокнул языком:

— Не обманывайся тем, что видишь. Лес выглядит безобидным, но здесь полно растений, которые не прочь тобой закусить.

Кун поднял с земли камень и бросил его. Когда камень коснулся желтого цветка, похожего на подсолнух, тот раскрылся, словно пасть, и проглотил камень.

Хруст.

Раздался отчетливый звук пережевывания.

— …..

Я была настолько потрясена увиденным, что не могла издать ни звука.

Лишь минуту спустя я заикаясь спросила:

— Ч-что это было? Что случилось?

— Ты же видела, зачем спрашиваешь? Растение просто перекусило.

— К-кто перекусывает таким пугающим образом?

— По-моему, довольно мило, не находишь? Некоторые из них душат жертв лианами, другие пронзают шипами и впрыскивают анестетик. Так что не трогай ничего бездумно только потому, что оно выглядит красиво.

Внезапно меня захлестнуло сожаление.

Эй, баронесса Алисия.

Тебе следовало остановить меня с самого начала.

Обычно главные героини не слушают людей, даже если их просят не ходить, но я — другое дело.

Если бы кто-то сказал мне: «Если хочешь сохранить свою драгоценную жизнь, послушай меня», я бы ни за что не пришла.

«*всхлип* кто виноват, кроме меня?»

Впрочем, я уже здесь, так что просто развернуться и уйти не получится.

«Буду собирать только те цветы, в которых уверена. Тогда, по крайней мере, не стану обедом для растения, как тот камень».

Я начала осторожно осматривать кусты с испуганным выражением лица.

* * *

— А-а-а, какая красота!

— А-а-а, как сексуально!

— А-а-а, ты мне нужен!

Я была вне себя от радости, несмотря на то, что пришла в место, полное плотоядных растений.

Все потому, что лес был полон роз.

Розы — отличный ингредиент для косметики из-за насыщенного пигмента и сильного аромата.

К тому же здесь были розы самых разных цветов.

Пурпурные, напоминающие виноград. Желтые, такие яркие, что глазам больно. Прелестные светло-розовые, как сахарная вата.

Было так приятно думать о том, какую красочную косметику я смогу из этого сделать.

Кун смотрел, как я, запыхавшись, собираю цветы, словно нашла сокровище, и рассмеялся:

— Тебе так нравятся цветы?

— Боже мой. Цветы — это прекрасные растения. Ты знаешь, как трудно быть красивой, когда растешь снаружи, в суровых условиях?

— Большинство женщин предпочитают им драгоценности.

Я нахмурилась.

Казалось, он подводит к банальной фразе: «Я никогда не встречал такой женщины, как ты».

Прекрати! Я не хочу слышать это от такого парня, как ты!

Я нанесла удар первой, прежде чем Кун успел сказать что-то приторное:

— Я люблю драгоценности больше! Как цветы могут сравниться с камнями? Драгоценности — это лучшее!

Кун прикусил язык, так как я не дала ему произнести избитую фразу, лишив ее романтического налета. Затем он схватился за живот и начал хохотать.

«….Опять он за свое».

Мне должны платить каждый раз, когда я заставляю его смеяться. Тогда я бы разбогатела.

Я прошла мимо Куна с мутным взглядом и снова принялась собирать цветы.

Кун, оставшись один, смеялся как сумасшедший, а через некоторое время подошел ко мне и присел на корточки.

Он спросил, умело собирая травы:

— Но скажи мне. Что именно тебе нравится в Кардиене?

— Он красивый.

— …Ты уже лишила меня дара речи. Но риск, который он несет, слишком велик, чтобы отмахнуться от него одним взглядом.

А? Какой риск?

Мой Люциан — идеальный парень.

Он прекрасен, у него дружелюбный характер, и он носит звание лучшего рыцаря континента. Чего еще можно желать?

Не зная, что я чувствую, Кун продолжил:

— Он был проклят дьяволом.

— Он просто родился с красными глазами.

— Ты же знаешь, что все не так просто.

— …..

— Разве нет?

Я не хотела признавать это, но сердце пропустило удар.

Как я давно знала, у Куна было много сомнений насчет личности Люциана.

Он был уверен, что Люциан — не обычный человек.

Но я не могла с этим согласиться.

Я твердо ответила:

— Ты знаешь это лучше кого бы то ни было, потому что был на поле боя с Люцианом. Он самый милый и теплый человек на свете.

Это было единственное, что имело значение.

Пока я рядом, сила дьявола все равно не проявится.

Но Кун никогда не слушал меня спокойно. Уголки его губ приподнялись, и он сказал со злобой:

— А что, если это не так?

Я не поняла, что он имел в виду, поэтому нахмурилась.

Кун продолжил:

— Ты хочешь сказать, что разлюбишь Кардиена, если он перестанет быть тем милым и теплым человеком, которым кажется?

Почему он это говорит?

Я посмотрела на Куна с недоумением.

Кун мягко прищурился:

— Может, пойдешь со мной?

Через мгновение меня охватило раздражение от того, что он затянул разговор только ради того, чтобы сказать эту глупость.

— Ой, да ну тебя!

Я сердито повернула голову и расширила глаза.

— …Кун, что это?

— Что?

Кун повернулся, куда я указала.

Место, которое раньше было зеленым полем, окрасилось в красный цвет.

Присмотревшись, я поняла, что это мох.

Красный мох покрывал траву.

«Разве мох может так внезапно разрастись?»

Не в силах понять ситуацию, я продолжала смотреть во все глаза. Через мгновение я прикрыла рот рукой.

Мох извивался и двигался, его становилось все больше. Казалось, он направляется прямо к нам.

Кун выругался:

— Черт! Появилось то, что я меньше всего хотел видеть.

Затем он выхватил у меня из рук корзину. Она была полна цветов, которые я с таким трудом собирала.

Лицо Куна скривилось, пока он перебирал содержимое корзины.

— Все из-за этого.

В руке он держал пурпурную розу.

Я поняла, что что-то не так, видя, как изменился Кун.

— П-почему? Что происходит?

— Этот красноватый ублюдок, который приближается к нам, — мох по имени Охотник на роз. Эта пурпурная роза — его любимая добыча.

Это звучало абсурдно.

Я думала, мох — это просто мох, но есть мох-охотник?!

И он любит пурпурные розы?

«Почему мох такой романтичный? Этот мох что, главный герой из романтической манхвы?!»

Хотя в своей жизни я встречала того, кто любит только пурпурные розы, я впервые видела мох, который охотится только на них.

Кун сказал с улыбкой, полной ненависти:

— Так вот в чем была проблема. Если бы не эта безумная зона, стал бы император так отчаянно просить помощи у Кардиена? Уверен, они уже посылали сюда самых умелых рыцарей, чтобы закончить войну.

Я снова осознала опасность этого места.

Я сказала, присев на корточки и чувствуя, как по спине пробежал холодок:

— Я поняла, так что скорее выбрось розы. Мох преследует нас из-за этой розы, верно? Тогда, если мы отдадим ее мху, все должно быть хорошо.

— Было бы здорово, если бы проблему можно было решить так просто… Он реагирует на запах, а не на зрение.

Взгляд Куна обратился ко мне.

— Он будет преследовать тебя, даже если я выброшу розы. Потому что ты пахнешь розами.

— Он погонится за мной?

— Да. Он будет постепенно разрастаться. Так ему легче преследовать добычу и сожрать ее.

— М-мох ест людей?

Тогда, может, местные жители едят этот мох? Это означало бы, что…

Кун обратился ко мне, застывшей от страха за свою жизнь:

— К счастью, людей он не ест. Только розы. Но это не отменяет того, что он опасен. У него смертельный яд. При контакте с кожей он может вызвать смерть, в зависимости от человека.

Мое лицо побледнело, словно передо мной стоял серийный убийца.

— Что мне делать?

— В смысле? Нужно бежать.

Затем Кун раздавил пурпурные розы и начал втирать их в свое лицо и руки.

— Ч-что ты делаешь?

— У него чувствительное обоняние. Если перед ним две похожие жертвы, он бросится на ту, от которой исходит более сильный запах.

— …..!

Осознав намерение Куна, я широко раскрыла глаза.

Кун посмотрел на мой дрожащий взгляд и довольно улыбнулся:

— Что? Тронута моим рыцарством?

— Нет, я просто гадала, не сошел ли ты с ума.

— Что ж, приму это за комплимент.

Кун, разразившись смехом, скомандовал:

— Так что ни о чем не думай и просто беги!

* * *

Мы с Куном побежали как сумасшедшие.

Красный мох разрастался с пугающей скоростью, двигаясь в нашу сторону. Длинные нити мха выглядели жутко, как огромные брызги крови.

«Мне страшно!»

Я бежала, пока не сбилось дыхание, охваченная ужасом.

Сколько прошло времени?

Я оглянулась, тяжело дыша.

Мох, преследовавший нас, остался далеко позади.

Я услышала голос Куна рядом:

— Он остановился, потому что у него есть предел распространения. И все же удивительно, что он так настойчиво преследовал свою добычу. Прямо как тот парень.

— Что ты имеешь в виду под «тот парень»?

— Кардиен. Прямо как он: от красных глаз до одержимости пурпурным цветом.

Том 2 Глава 63

Я тяжело дышала, закатив глаза.

— Ты не упускаешь случая позлословить о Лусиане, даже когда…

Я не смогла продолжить.

Потому что тело Куна было покрыто красным мхом.

Это произошло из-за сильного запаха роз, исходящего от него.

— Т-ты в порядке?

— Не в порядке.

— Ты же говорил, что будешь в порядке, потому что у тебя есть сопротивляемость!

Он ответил:

— Я держусь лучше любого обычного человека. Мы говорим об яде, в конце концов. Видишь этот нарост на коже?!

Кожа под красным мхом почернела, словно гнила. Такое зрелище было в новинку для меня, несведущей в подобных вещах.

— Лежи смирно. Я сотру его.

Кун уклонился от моего прикосновения.

— Не трогай меня! Я не зря вырабатывал сопротивляемость!

Кун стряхнул мох рукой и произнес:

— Не подходи слишком близко. Будет неприятно, если мох перекинется на тебя.

— Но…

— Если это задело твое сердце, отбрось тревоги и сходи со мной на свидание. Именно этого я и добивался.

Он говорил это так, будто шутил, но ситуация была совсем не до шуток.

Лицо Куна было намного бледнее, чем раньше.

Кун продолжал без умолку болтать.

Словно пытался сохранить рассудок. Словно пытался утешить меня, уверяя, что с ним все в порядке.

Он постоянно отказывался от моей помощи, пока мы шли дальше.

Даже он явно чувствовал себя неважно.

Когда мы добрались до замка, он в конце концов рухнул без чувств.

* * *

По пути обратно в замок Кун сказал мне:

«Когда вернемся в замок, попроси у баронессы Алисии лекарство под названием Мадекассол. Оно мгновенно нейтрализует яд».

Похоже, он сказал мне это заранее на случай, если потеряет сознание.

Баронесса Алисия быстро раздобыла лекарство и доверила лечение подоспевшему врачу.

— Токсичность значительно снизилась благодаря его сопротивляемости и антидоту. У него может быть жар день или два, но его состояние не критично, так что беспокоиться не о чем.

Я почувствовала облегчение, услышав эти слова.

Как и сказал врач, у Куна был сильный жар.

Баронесса Алисия произнесла с обеспокоенным лицом:

— Вы, должно быть, потрясены случившимся, поэтому, пожалуйста, отдохните. Я останусь здесь и присмотрю за лордом Куном.

— Нет, это случилось, потому что он помогал мне. Я должна сама ухаживать за ним.

Это было естественно — позаботиться о том, кто помог мне.

Я придвинула стул к кровати Куна и села. Кун открыл глаза, когда я положила ему на лоб прохладное влажное полотенце.

— Ого, ты ухаживаешь за мной?

— Я не настолько груба, чтобы бросить того, кто меня спас.

— Понятно. Значит, стоило помогать той, кто меня отверг.

Кун рассмеялся.

Поскольку я протирала его лицо влажным полотенцем, макияж смылся, и показалось его невинное лицо.

«С таким лицом никогда бы не подумала, что он такой эгоистичный и озорной человек».

Я быстро снова намочила горячее полотенце и сказала:

— Большое спасибо за сегодняшний день. Благодаря тебе я выбралась живой и невредимой.

— ……

— У меня нет намерений встречаться с тобой, поэтому я обязательно отплачу тебе чем-нибудь другим.

Это заставило Куна расхохотаться.

Дверь с грохотом распахнулась.

На пороге стоял Лусиан.

Застигнутая врасплох его внезапным появлением, я широко раскрыла глаза.

— Лу…

Но я не смогла закончить его имя.

Потому что Лусиан схватил меня за руку и потащил из комнаты.

Я была ошеломлена, ведь Лусиан никогда раньше не вел себя так грубо.

— Больно, Лусиан.

— ….

— Ты делаешь мне больно!

Но Лусиан, вместо того чтобы ослабить хватку, сжал мою руку еще крепче и сказал:

— Почему ты была с Куном?!

Только тогда я поняла, почему он злится.

Я спокойно объяснила:

— Лусиан. Должно быть, произошло недопонимание, но ничего плохого не случилось. Я была с Куном, потому что мне нужен был кто-то, кто провел бы меня через лес за замком, и Кун спас меня, когда я была в опасности. Вот и все.

Но Лусиан ничуть не успокоился.

— Это неважно.

— ……

— Кун был с тобой наедине. И я не могу оставить это просто так.

Его красные глаза, полные враждебности, дергались, словно он был готов убить Куна в любую секунду.

Лусиан отказывался признавать это, но он знал, что тайно ревнует.

Я думала, что именно это было причиной его реакции.

Но…

— Все-таки мне стоит его убить.

Я вздрогнула от его бормотания.

«Что только что сказал Лусиан?»

Не думаю, что ослышалась.

Мое лицо выражало замешательство, когда Лусиан снова потянул меня за руку.

— Сначала уйдем отсюда.

— Что ты имеешь в виду?

— Я думал, что ты будешь только со мной, если приедешь сюда. Но я ошибался. Ты все еще разговаривала с другими людьми, находила способы выполнять свою работу и даже оставалась с другим мужчиной.

— ……

— Я больше не могу этого допустить. Отныне будь со мной. Не оставляй меня ни на минуту, ни даже на секунду.

Только тогда я поняла, что что-то не так.

«Что этот человек несет?»

У меня возникла эта мысль, когда меня вынудили отправиться в зону боевых действий из-за шантажа императора.

«Неужели он не мог отложить свои чувства ко мне и поехать один?»

Но я изо всех сил старалась спрятать эти чувства глубоко внутри.

Потому что понимала его желание быть со мной все время, ведь он так сильно меня любил. Нет, я пыталась понять.

Но не сейчас.

Это перешло все границы.

Я заговорила с Лусианом сердитым голосом:

— Ты привез меня сюда только ради этого?

— …Что?

— Ты решил не помогать с подавлением восстания только потому, что хотел, чтобы я была только с тобой, перечеркнув всю работу, которую я проделала в столице?

— ……

Лусиан не ответил. Эта реакция разозлила меня еще больше.

Я заговорила дрожащим голосом:

— Я поехала за тобой сюда только потому, что тебе было тяжело находиться вдали от меня! Потому что я волновалась, что ты не сможешь должным образом выполнять свою работу и потеряешь все, над чем так усердно трудился!! …. Я бы не зашла так далеко, если бы знала, что все это из-за этой твоей эгоистичной и ребяческой собственнической натуры.

Глаза Лусиана дрогнули. Он взял меня за руки с полным скорби лицом.

— Это не так, Ния. Просто я люблю тебя. Поверь мне.

Его отчаянная мольба тронула мое сердце. Но я должна была сказать то, что должна.

— Вот почему это странно.

— ….!

— Мы просто встречаемся. Это нормально, что ты делаешь свою работу, я — свою, и мы можем любить друг друга, пока занимаемся своими делами.

Лусиан перестал дышать. Мое сердце не было готово видеть его лицо, застывшее от муки.

Было больно видеть, как он страдает. Я чувствовала себя виноватой за то, что критиковала его любовь.

Но я не хотела такой любви.

— Думаю, нам стоит какое-то время не видеться.

Лусиан выглядел как ребенок, брошенный матерью.

Он покачал головой, его лицо было бледным.

— Н-нет.

— Если мы будем продолжать в том же духе, мы будем только спорить и ссориться.

— Ния!

Я посмотрела на Лусиана холодным взглядом.

— Если уважаешь мою волю, не иди за мной.

Эти слова сковали его, словно магическое заклинание.

Лусиан не смог пойти против моих слов и замер.

Я прикусила губу и прошла мимо Лусиана.

Я была так зла, что чувствовала себя преданной им.

* * *

В душе у меня все перемешалось.

Было тяжело находиться рядом с Лусианом с этим клубком запутанных чувств.

Мне нужно было время, чтобы спокойно разобраться в своих искаженных эмоциях.

«Мне станет легче, если я вернусь в столицу».

Я попыталась сказать Лусиану, чтобы он нашел для меня карету, но это было невозможно.

Потому что с того самого момента я не могла заставить себя смотреть на него.

— Ты сказала, что это уже третий день, как мы сражаемся с повстанцами?

Баронесса Алисия кивнула.

— Да. Раньше лорд Кардиен всегда тщательно выбирал время для вступления в бой. Если мы просто бросимся в атаку, наши союзники понесут большие потери. Мы нападали только тогда, когда вероятность успеха была высока, учитывая местность и погоду. Но последние несколько дней он активно атакует повстанцев, не заботясь об этом.

Баронесса Алисия продолжила, не скрывая своего уважения к Лусиану.

— Когда лорд Кардиен берется за дело, эти повстанцы будут мертвы в кратчайшие сроки. Так что, пожалуйста, подождите немного. Лорд Кардиен обязательно вернется с вестями о нашей победе.

— ……

Но я не собиралась спокойно ждать его здесь.

Я отправилась на поиски баронессы Алисии.

Она заговорила с обеспокоенным лицом, когда я попросила ее одолжить мне карету.

— Могу я спросить, почему вы так спешите, когда война вот-вот закончится? Мы, возможно, доставили вам неудобства? Мы будем обслуживать вас с еще большей заботой, так что, пожалуйста, будьте спокойны.

— О, ваше гостеприимство не могло быть лучше. Я возвращаюсь не потому, что мне неудобно здесь жить. На то есть другие причины. Поэтому, пожалуйста, позвольте мне одолжить вашу карету.

— …. Мне жаль.

Я нахмурилась, глядя, как она склонила голову с озадаченным лицом.

— …Лусиан запретил тебе давать мне карету?

Баронесса не смогла отрицать этого и лишь нервно теребила пальцы.

Видя это, я глубоко вздохнула.

Как бы сильно она ни симпатизировала мне, слова Лусиана она ценила больше моих.

Я развернулась, не став больше ни о чем ее спрашивать.

«Баронессе будет только больше неприятностей, если я продолжу настаивать. Я ничего от нее не добьюсь».

Так что лучше найти другой способ, чем цепляться за нее.

«Но что еще я могу сделать?»

Я поняла это, просто взглянув на реакцию баронессы.

Лусиан не хотел, чтобы я отправлялась в столицу одна.

Том 2 Глава 64

«Мне нужно найти кого-то, на кого не действует авторитет Лусиана и кто сможет достать карету до столицы». Но я никого здесь не знала. Если и есть кто-то, способный выполнить такую сложную просьбу… «Нет, такой человек есть».

* * *

Я высунула голову в небольшое отверстие в стене, окружающей замок. «Наконец-то выбралась». В отличие от прошлых раз, уйти было непросто, ведь баронесса Алисия запретила мне выходить в одиночку. Но благодаря двум дочерям баронессы я все же смогла покинуть замок. [Ты ведь уже бывала снаружи, почему мама так говорит?] [Верно. Она слишком опекает тебя]. Две сестры показали мне тайный ход, которым пользовались всякий раз, когда хотели улизнуть. Благодаря этому я и выбралась. Я шла, отряхивая платье от грязи. Вскоре, когда я дошла до большого дерева, показалось знакомое лицо. Это был Кун. Кун помахал мне рукой.

— Давно не виделись.

— Ага. Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше.

Кун покинул замок еще до того, как спала температура. Когда я спросила, почему он ушел, не долечившись, баронесса Алисия с улыбкой ответила: [Лорд Кун беспокоится о раненых солдатах, которые ждут его. Лорд Кун — лучший врач в этих краях].

— Вот что она сказала.

Кун выглядел недовольным.

— Да ну. Я сбежал, потому что испугался, что умру от рук Кардиена.

Кун пробормотал это с мертвенно-бледным лицом.

— Ты ведь тоже видела его выражение лица в тот день. Если бы я остался, он бы разнес кровать и вонзил мне нож в живот, так что я поспешно ретировался.

— …Ты поступил мудро.

Я высоко оценила его способность справляться с кризисными ситуациями. Не знаю, убил бы Лусиан Куна на самом деле, но в тот день выражение лица у Лусиана было и правда необычным. Кун пожал плечами и спросил:

— Я думал, тебя заперли в замке, но, видимо, нет.

— Ну, нет.

— Это облегчение. У Кардиена с того дня настроение ни к черту. У него такой пугающий взгляд, что даже подчиненные, которые раньше виляли хвостами при виде него, боятся заговорить.

— …Наверное, это потому, что после того случая ему пришлось отправиться на битву. Он становится чувствительным во время войны.

Я не стала вдаваться в подробности того, что происходит между мной и Лусианом, и расплывчато сменила тему.

— Кроме того, возьми это.

Я достала тяжелый мешочек и протянула его Куну.

— Что это?

— Драгоценный камень высшей пробы. Где бы ты его ни продал, вырученных денег хватит на несколько особняков.

— Ого, ты позвала меня на встречу ради этого? Если ты пытаешься соблазнить меня драгоценностями, то тебе это удалось.

— Перестань нести чепуху. Пожалуйста, достань с помощью этого камня карету до столицы. Как можно скорее. Оставшуюся сумму забери себе в качестве платы.

Кун нахмурился.

— Ты заставляешь меня бегать по поручениям?

— О боже. Нет же. Это не поручение, это просьба. Очень настоятельная просьба.

Я посмотрела на Куна умоляющими глазами, подчеркивая слово «просьба». Никто, кроме Куна, не мог выполнить ее. После минутного молчания Кун тяжело вздохнул и забрал мешочек из моих рук.

— Ладно. Я выполню твою просьбу. Похоже, с Кардиеном и правда что-то не так, так что в таком случае лучше держаться подальше. Он не в себе.

Как бы мне ни было грустно, я не могла сдержать ком в горле, услышав эти слова.

— Я же просила тебя не говорить так о Лусиане!

— Ты все еще на стороне Кардиена?

— Почему ты так заводишься?

— Он потащил тебя на поле боя, а теперь не отпускает домой. Ты думаешь, это нормально?

— …!

Глубоко в душе я знала. Все это ненормально. Как бы он ни злился, у Лусиана нет права удерживать меня. Это похоже на побег из тюрьмы. Мне не должно было приходиться делать это тайком. «Но…» Я отвернулась от Куна. Я больше не хотела об этом говорить.

— Пожалуйста, умоляю, не лезь в наши дела. Что бы ты ни говорил, мы сами со всем разберемся.

— Чушь собачья.

— Прошу. Я пойду.

К счастью, Кун больше не останавливал меня и не сказал ни слова.

— Я провожу тебя до дома.

— Забудь. А что, если пойдут слухи, что мы были вместе?

— Мне это только на руку.

— Даже если Лусиан услышит?

— Счастливого пути.

Он — человек, который только что спас меня, потому что он врач. Я направилась к замку, вяло помахав ему на прощание. Идя по дороге, я размышляла о текущей ситуации. «Мы просто боремся за любовь. Я просто немного злюсь на его эгоизм, и это проблема, которая решится, как только мы проведем время вместе». Так что все в порядке. Я утешала себя. В этот момент мое зрение затуманилось. «Ч-что прои...» Я подумала, что у меня просто немного закружилась голова, но тут же рухнула на землю. Словно потеряла контроль над телом. Над моим безжизненным телом раздался жуткий голос:

— Это та самая баба Кардиена?

— Уверен. Фиолетовые волосы и зеленые глаза. Она подходит под описание.

— Ха, умора. Не верится, что этот монстр запал на девчонку.

— Благодаря тебе у нас теперь отличная возможность. Возможность перерезать глотку Кардиену.

— Стоило того, чтобы прятаться несколько дней ради этой женщины.

Это все, что я услышала. Вскоре зрение померкло, и я потеряла сознание.

* * *

Я открыла глаза от громких звуков. Первое, что я увидела, был незнакомый солдат. Узкие глаза, темная кожа. Я с первого взгляда поняла, что его внешность и одежда совершенно не похожи на имперскую армию. «Он один из мятежников». В тот момент, когда я это осознала, сердце бешено заколотилось. Я хотела немедленно бежать, но мои запястья и лодыжки были связаны, так что пошевелиться было невозможно. Когда я закусила губу от безысходности, солдат посмотрел на меня и проигнорировал.

— Капитан, женщина очнулась.

Через некоторое время появился мужчина. Судя по богато украшенным доспехам и мечам, он был предводителем мятежников. Он, с угрожающим лицом и странной татуировкой, сказал:

— Т-ты красивее, когда открываешь глаза. Ты действительно женщина Кардиена.

От его отвратительных слов у меня по коже побежали мурашки. Мужчина посмотрел на меня, дрожащую и молчаливую, и сделал знак солдату. Солдат вскоре подошел с блестящим мечом в руке. Я закричала, увидев, как он приближается.

— В-вы пытаетесь меня убить? Я заложница, я могу быть очень полезна!

Вжик.

Меч рассек воздух. К счастью, это была не моя шея, а волосы, коснувшиеся лезвия. Солдат протянул отрезанные пряди человеку, которого называли капитаном. Тот довольно улыбнулся, глядя на волнистые фиолетовые волосы в своей руке.

— Е-если ты та женщина, которую он так любит, он заметит это, просто взглянув на волосы. П-попробуй отправить это Кардиену. С-скажи, что если он хочет спасти свою женщину, то должен немедленно отступить.

— Есть.

Солдат исчез, и в бараке остались только я и этот человек. Мужчина начал рвать мясо, лежавшее на столе, что выглядело очень устрашающе. Я встретилась с ним взглядом.

— Т-ты голодна? Хочешь немного?

Ни за что я не куплюсь на еду в такой момент. Когда я посмотрела на него с отвращением, мужчина оскалился и рассмеялся.

— П-пока ты сидишь смирно, я не убью тебя, так что не волнуйся.

Я смотрела на него, гадая, о чем он говорит, а он продолжал болтать, разрывая мясо зубами.

— Ты молода и хороша собой, так что будешь полезна даже после смерти Кардиена. Т-таких мест, где ищут знатных дам, немало.

Его слова пугали, но это было именно то, что сказал бы злодей, умудрившийся похитить женщину. Но мужчина не остановился и начал нести странную чушь.

— В-в любом случае, у меня вопрос. Где у Кардиена чувствительное место?

— …Что?

Мужчина спросил это с возбужденным лицом.

— У-у него есть чувствительная часть тела. Э-это бока и-или кончики ушей? Я уверен, ты знаешь.

— …

У меня мурашки побежали по коже. Зачем спрашивать об этом?

— П-после того, как вражеские силы отступят, я планирую захватить его, сказав, чтобы он пришел сюда один. П-потому что его многие хотят заполучить. П-перед тем, как продать его за высокую цену, я хотел проверить, правдивы ли слухи о том, что он может исцелять себя сам.

— …

Мое лицо исказилось от услышанного. Мужчина напевал себе под нос и возбужденно продолжал:

— Б-будет ли ему больно, если я вырву ему ногти? И-или уши? Или м-мне стоит сломать ему ребра? Н-на самом деле, вырвать эти красные глаза было бы веселее всего. Н-но тогда, если он не восстановится, его ценность упадет.

— …

Моя жизнь прежде всего, поэтому я решила держать рот на замке. Пока Лусиан не придет меня спасать, давайте сохранять спокойствие, чтобы не раздражать похитителя. Но с моим характером это невозможно. Он смеет так болтать о Лусиане?!

— Да пошел ты, XXXXXXXXXXXX!

Глаза мужчины расширились от моей откровенной ругани.

— Тебе никогда не удастся и пальцем тронуть Лусиана. Наоборот, это ты будешь раздавлен. Знаешь почему? Ты уже проиграл Лусиану с самого начала, просто взглянув на свое лицо. Ты, кусок гнилой тыквы, даже в подметки ему не годишься. Так что даже не думай об этом, извращенный тигр!

Мужчина выронил мясо, которое ел, на пол из-за того, сколько яда я на него вылила. Мужчина проговорил с растерянным лицом:

— Я-я думал, ты будешь элегантной, раз ты знатная дама, но у тебя грязный рот.

— Хочешь, чтобы я сказала что-то погрязнее? Если тебе скучно, не думай о том, чтобы приставать к невинным людям, лучше исправь свое заикание, извращенец.

Том 2 Глава 65

«……»

Мужчина смотрел на меня дрожащим взглядом.

Ну? И что ты теперь сделаешь?

Я не боялась его — я была на взводе. Мужчина прорычал мне, словно пес:

— З-заткнись. Иначе я отрежу его, прежде чем позову Кардиена!

— Да!

Солдат быстро приблизился ко мне.

— ……..!

Я почувствовала странный запах от белого платка, закрывшего мне рот, а затем мое зрение затуманилось.

* * *

Мне приснился сон, хотя с тех пор, как я переродилась здесь, сны мне не снились.

Во сне я каталась по полу, читая «Святую Эстель».

Я влюбилась в этот роман от начала до конца, но самым интересным моментом было то, как Люциан, второй главный герой, превратился в яндэрэ.

Люциан признался в своих чувствах с опозданием, только когда Эстель уже думала о другом мужчине.

Однако Эстель покачала головой со слезами на глазах.

— Прости, Люциан. Я люблю Каликса.

— Даже если я скажу, что люблю Эстель больше, чем он?

— …..Да. Даже если ты любишь меня сильнее.

В ее мягком голосе звучала твердость. Люциан опустился на колени с отчаянием на лице.

Его сердце было готово разорваться.

Люциан пытался утешить себя: «В конце концов, я ей не пара. Я буду молиться о счастье мисс Эстель».

Однако, вопреки его мыслям, из глубины души раздался другой голос:

«Почему я должен это делать?»

«Потому что я люблю ее».

«Глупости. Любовь — это победа. Будь жаднее, только тот, кто ищет, может обладать».

«Но…»

«Ты уверен, что не пожалеешь об этом позже?»

В этот момент что-то внутри Люциана оборвалось.

Его сердце, которое всегда было спокойным, забилось, словно от взрыва, и изнутри поднялось нечто горячее и тяжелое.

Огромная сила быстро овладела Люцианом.

Демоническая мощь, о которой он даже не подозревал, расцвела.

Эстель, почувствовав исходящую от него необычную энергию, дрожащим голосом позвала его по имени.

— …Люциан?

Люциан ответил Эстель:

— С этим я смогу убить кронпринца.

Он выглядел сияющим, словно нашел ответ на сложную задачу.

Мое сердце бешено колотилось, пока я читала эту часть.

Я ликовала, глядя на его совершенно иной облик.

«Началось самое горячее!»

….Какая же я была незрелая в то время.

Я медленно открыла глаза.

В темной комнате было тихо. Это была незнакомая комната, но в ней было тепло.

Пылающий камин.

Мягкое одеяло.

Сладкий аромат цветов, украшавших прикроватный столик.

Я уже собиралась снова заснуть в этой уютной комнате, как вдруг широко открыла глаза.

«Я-я была похищена!»

Как только я вспомнила извращенца-похитителя, который говорил ужасные вещи, меня пробрал холод.

«Сейчас не время валяться в комфорте».

Я поспешно откинула одеяло.

Должно быть, я была сильно дезориентирована, потому что, как только я встала, голова отозвалась пульсирующей болью.

Я схватилась за лоб и прищурилась, когда услышала знакомый голос.

— Полежи еще немного. Твое тело еще не полностью восстановилось.

— ……!

Я поспешно подняла голову.

Там был Люциан.

С таким же нежным лицом, как обычно.

Я заикалась, не в силах поверить, что он передо мной.

— Ч-что случилось? Меня ведь точно похитили. Это сон? Или я умерла, потому что была слишком дерзкой?

— Не говори таких ужасных вещей, Ния.

Люциан улыбнулся и подошел ко мне.

Он заключил меня в объятия и прошептал:

— Это не сон, и ты уж точно не мертва. Это я, твой Люциан.

— ….!

Люциан нежно погладил меня по спине, словно утешая.

— Было страшно, правда? Прости, что я опоздал, Ния.

В этот момент из глаз хлынули слезы.

Почему он просит у меня прощения после всего, что произошло?

Это я самовольно покинула замок и доставила ему неприятности.

Я сказала со слезами на глазах, шмыгая носом:

— Л-Люциан, тебе не за что извиняться. Это все моя вина. Люциан спас меня, верно?

— Верно.

— Т-ты нигде не ранен?

Только тогда я посмотрела на лицо и тело Люциана. К счастью, на нем не было никаких следов повреждений.

Люциан рассмеялся, словно пытаясь успокоить меня.

— Да. Я совсем не ранен.

— Т-это облегчение. Я так рада. Как же я волновалась, когда тот извращенец сказал о тебе что-то странное.

Голос Люциана, который был таким нежным и теплым, слегка изменился.

— Что они с тобой сделали?

— К счастью, ничего. (…наверное.)

Я не могла быть уверена, так как потеряла сознание, но не чувствовала, что с моим телом что-то не так.

Люциан крепко обнял меня и с облегчением глубоко вздохнул.

— Какое облегчение.

Мне снова стало жаль его.

Что я наговорила этому человеку, который так заботится обо мне и дорожит мной?

— Прости меня, Люциан. Ты расстроился, потому что я сказала что-то резкое, да?

— Все в порядке.

— Я сказала это не потому, что ненавидела тебя. Я сказала это, потому что думала, что это необходимо для сохранения наших отношений в будущем.

Люциан мягко ответил на мой лепет, который звучал как попытка оправдаться.

— Да, я знаю.

Сердце сжалось от боли, видя, как великодушно он отвечает.

Я больше никогда не буду так с ним разговаривать. Я не причиню ему такой боли.

Я поклялась снова любить его и всхлипнула у него на груди.

Сколько прошло времени?

Когда я успокоилась, мне стало любопытно.

— Кстати, где мы?

— Это моя комната.

Я склонила голову набок. Ведь комната Люциана в замке барона Алисии выглядела иначе.

Люциан улыбнулся и сказал, заметив мои мысли:

— Это моя комната в моем поместье. Ты здесь впервые, верно?

— ….»

Я моргнула.

«Поместье Люциана? Его поместье на далеком севере?»

Оно расположено напротив зоны боевых действий, так что это очень далеко.

Сколько дней я была без сознания? Но я не думаю, что пролежала так долго.

Чувствуя замешательство, я спросила Люциана:

— Почему мы здесь?

— Чтобы ты могла спокойно отдохнуть. Ния, тебе пришлось многое пережить.

— А как же война?

— Война окончена.

Люциан поцеловал тыльную сторону моей ладони и прошептал:

— Я перебил их всех.

— ……..!

Он произнес такие ужасные слова невероятно мягким тоном.

Я встретилась с ним взглядом.

В этот момент я тихо вскрикнула.

Его красные глаза, сиявшие, как рубины, переполняла мрачность, которой раньше там не было.

«Не может быть. Этого не может быть».

Я открыла рот, отрицая пришедшую на ум мысль. Мой голос дрожал.

— Люциан?

— Да.

— ….Люциан?

— Да.

Люциан ухмыльнулся, словно его забавляло, что я снова и снова зову его по имени. Эта улыбка была такой же невинной, как у того Люциана, которого я знала.

Но…

Люциан погладил меня по щеке и прошептал:

— Ния. Теперь ты рядом со мной.

— …..

— Не смотри ни на кого другого, не думай ни о ком другом….. будь только рядом со мной.

Произнося эти жуткие слова так сладко, он перестал быть тем Люцианом, которого я знала.

Мне пришлось признать ужасный факт.

Люциан превратился в яндэрэ.

* * *

Побочная история

В ту ночь

[Я люблю тебя.]

В тот момент, когда Перния застенчиво прошептала эти слова, Люциан почувствовал, как в него вливается что-то теплое.

Впервые он, всегда чувствовавший пустоту, ощутил себя наполненным теплом и любовью.

Словно мед, погруженный в сладость цветов, Люциан влюбился в Пернию.

Один лишь взгляд на ее улыбку заставлял его сердце биться чаще, и каждый раз, когда он прикасался к ней, все его тело охватывал жар.

Он наконец почувствовал, что жив.

Эстель была права.

Любовь благороднее и прекраснее всего на свете.

Стоило ждать этого всю свою жизнь.

Я думал, что наша любовь будет продолжаться, но….

[Мы просто встречаемся. Это нормально, если ты будешь заниматься своей работой, я — своей, и мы сможем любить друг друга, пока делаем это.]

В тот момент, когда он услышал слова Пернии, Люциан почувствовал, как его душат.

Нет, если бы кто-то отрубил мне голову ножом, это не было бы так больно.

[Я думаю, нам стоит некоторое время не видеться.]

…… Ния. Почему ты так говоришь?

Ты любишь меня, и я люблю тебя. Поэтому естественно хотеть быть вместе все время.

Поэтому мне это не нравится.

Я буду тем, кто будет рядом с тобой.

Но Люциан не мог сказать этого Пернии.

Я боялся того, что произойдет, как только я побегу за ней.

Я боялся услышать, что она скажет. Я боялся того, что должен буду сказать ей.

«В этот раз она возненавидит меня».

Поэтому Люциан избегал Пернии и вернулся на поле боя.

С тех пор каждый день шли ожесточенные сражения.

Одни говорили, что Люциан злится на упорных повстанцев, другие — что он полон решимости закончить затянувшуюся войну.

Ничто из этого не было ответом.

У меня внутри все кипело. Я не мог вынести этого чувства, если только не разрубал что-то.

Я думал, что все будет хорошо, если я потерплю несколько дней.

Я думал, что мое сердце, трепещущее, словно пламя, и мой разум, который, казалось, погрузился в болото, вернутся в прежнее состояние.

Но этого не случилось.

Сколько бы врагов он ни перебил, сколько бы часов ни скакал на лошади, сколько бы ночей ни провел без сна, Люциан не мог успокоиться.

Это было как раз в то время, когда его разум был в таком смятении, что он даже не понимал, каковы его желания или страхи.

— Лорд Люциан. Повстанцы прислали это.

В коробке, которую протянул помощник Люциана, Пол, с бледным лицом, лела прядь фиолетовых волос.

— В письме сказано, что если вы хотите гарантировать безопасность леди Пернии, вы должны распустить…

Люциан не дослушал Пола до конца.

Он промчался мимо него.

У Пола не было времени остановить Люциана. Потому что Люциан бежал не с человеческой скоростью.

Люциан бежал туда, куда вел его инстинкт. Меньше чем через несколько минут Люциан прибыл в лагерь, где находились тысячи вражеских солдат.

Том 2 Глава 66

Солдаты впали в панику при внезапном появлении Луциана.

— Э-это что, Кардиен?!

Они не могли поверить, что он в одиночку явился к врагу, с мечом в одной руке и без доспехов. Он больше не походил на того великого рыцаря, который ещё вчера командовал полем боя. Он выглядел как безумец. Тем не менее, никто из солдат не решился броситься на него. Из-за колоссального давления, исходившего от Луциана, их лица исказились от страха, они не могли даже вздохнуть. Луциан медленно открыл рот:

— Верните её.

В то же мгновение Луциан бросился в гущу солдат. Его движения были быстрыми, как свет, и яростными, как чёрная молния. Каждый раз, когда он взмахивал мечом, сотни голов падали на землю. Это была сила, превосходящая человеческие возможности. Это была не битва. Это была бойня. Из-за его подавляющей мощи солдаты даже не пытались остановить Луциана.

— С-спасите!

Кто-то сложил руки в мольбе, кто-то пополз прочь на четвереньках. Но результат был один. Луциан дарил им лишь смерть.

— П-прекрати, монстр!

Луциан резко повернул голову на этот крик. Это был командир повстанцев; он вздрогнул, увидев Луциана, с ног до головы залитого кровью. В одной руке он держал бесчувственную Пернию, а к её шее приставил острый клинок. Командир закричал дрожащим голосом:

— Если не хочешь, чтобы она умерла, брось меч…

Но это были последние слова мужчины. В следующее мгновение его голова уже лежала на полу. Тело, лишившееся головы, рухнуло. Луциан на огромной скорости подбежал и подхватил падающую Пернию. Его руки дрожали, когда он осматривал её лицо. Он почувствовал облегчение, увидев, что она тихо дышит. Но на этом всё не закончилось. Луциан пробормотал:

— Здесь для неё слишком опасно.

И добавил ещё раз:

— Что мне сделать, чтобы покинуть это место?

Его взгляд был устремлён на солдат, смотревших на него с испугом. Уголки губ Луциана поползли вверх.

— Нужно просто перебить их всех.

В ту ночь Луциан стал настоящим чудовищем.

* * *

Когда Пол привёл солдат к лагерю врага, уже взошло утреннее солнце. Пол застонал. Враги, которые должны были быть живы ещё мгновение назад, были уничтожены. Все они погибли либо от удара в горло, либо их тела были разрублены пополам. Пройдя чуть дальше, Пол обнаружил Луциана. Тот стоял, держа на руках свою возлюбленную, Пернию. У Пола перехватило дыхание от этого зрелища. Лицо Луциана выглядело таким умиротворённым, что было невозможно поверить, будто он устроил такую жуткую резню.

«А-а, точно. Наверное, это не лорд Луциан сделал. Должно быть, появилось какое-то чудовище как раз вовремя, чтобы лорд Луциан успел спасти юную леди Пернию».

Однако последовавшие слова Луциана разрушили надежды Пола.

— Война окончена. Я возвращаюсь.

На его лице сияла такая прекрасная улыбка, что невозможно было представить, будто именно он лишил жизни стольких людей за одну ночь. От этого он выглядел ещё страшнее. Пол не нашёл, что ответить на изменившийся облик Луциана, и весь задрожал. Луциан не стал ждать ответа. В мгновение ока он исчез вместе с Пернией. Он направился в своё поместье, двигаясь быстро, словно ветер. Далеко на север. В свои земли, где никто не мог их потревожить. Улыбка появилась на лице Луциана, когда он представил, как Перния ярко улыбается в его поместье. Он поцеловал её в лоб и прошептал:

— Спи ещё немного, Ния. Когда ты проснёшься, мы уже будем у меня дома.

Место, где я смогу любить тебя всецело, не будучи никем потревоженным, не деля тебя ни с кем.

Конец побочной истории.

* * *

Сколько дней прошло? Было неизвестно, сколько времени минуло с тех пор, как мы покинули зону боевых действий. Всё это время я оставалась в комнате Луциана. Я стояла перед большим окном. Единственное, что можно было увидеть сквозь стекло, — это белое снежное поле. Казалось, время остановилось: на северных землях не было видно ни одной птицы.

— …..

С мрачным лицом глядя в окно, я повернула голову и осмотрела комнату. Цветы, украшавшие каждый уголок, источали аромат весны, а благодаря пылающему камину я не чувствовала холода снаружи. У одной из стен стоял огромный книжный шкаф с сотнями книг, а большую кровать покрывали мягкие одеяла. Здесь было так уютно и тепло, что я подумала: комната, в которой живут ангелы, должна выглядеть именно так. Луциан заботился обо мне здесь.

«Ния. Тебе, наверное, скучно сидеть весь день взаперти, правда? Я выбрал книгу, которая тебе может понравиться. Я почитаю её тебе, так что ложись и слушай внимательно».

«Сегодня я приготовил тёплый мандариновый чай. Он сладкий, правда? Какой чай приготовить завтра?»

«Ты не хочешь спать? Я поглажу тебя по спине. Это поможет тебе уснуть, да?»

«Ния, я люблю тебя».

Он обращался со мной бережно, словно с хрупким стеклом, которое разобьётся от малейшего прикосновения. Каждую ночь он шептал мне о своей любви. Но мне это совсем не нравилось. Всё это было не тем, чего я хотела. Затем дверь открылась с щелчком. Не нужно было гадать, кто это. Это был Луциан. После того как я пришла в себя, он был единственным, кто входил в эту комнату. В поместье, казалось, были слуги, но я даже не видела их лиц.

— Ния, ты проснулась.

Мягко улыбаясь, Луциан внёс поднос. Он был полон красиво разложенной еды.

— Сегодня я приготовил твоё любимое блюдо. Сырное фондю с большим количеством молока, блинчики с сиропом и салат с малиной. Разве не выглядит аппетитно?

Он всегда подавал на стол мою любимую еду. Среди блюд попадались те, что содержали ингредиенты, которые было нелегко достать в этой местности. Луциан ярко улыбнулся и поставил еду на стол. Затем он посмотрел на меня сияющими глазами.

— Ешь, Ния.

— …….

Под его взглядом я начала есть. Луциан смотрел на меня с самым счастливым выражением лица в мире.

«Ох, кажется, у меня сейчас будет несварение».

Я хотела попросить его не смотреть на меня, потому что это было тягостно, но сдержалась. Потому что Луциан сейчас был в режиме яндере. Как бы хорошо он ко мне ни относился и как бы мягко ни улыбался, я знала: он сейчас — горящая бомба замедленного действия. Было ясно: если я скажу что-то не то, он взорвётся. Луциан прищурился, глядя на меня, когда я с трудом проглатывала еду.

— Ты хорошо ешь. Думаю, твой организм восстановился. Может, сходим завтра на свидание?

— На свидание?

— Есть что-то, что ты хочешь сделать?

Луциан смотрел на меня с безобидным лицом и спрашивал. Если бы я забылась, то попалась бы на его лицо и раскрыла своё истинное желание.

«Выпусти меня отсюда».

Даже если я скажу это, не сработает. На самом деле, когда несколько дней назад я сказала, что хочу домой, Луциан ответил с грустным лицом:

«…Почему ты так хочешь уйти от меня? Есть ли кто-то, кто тебе дороже, чем я?»

В тот момент, когда я это услышала, по моему телу пробежали мурашки. В памяти всплыло содержание оригинального романа. Луциан, ставший яндере в оригинале, взорвал половину империи. Причиной была только Эстель. Его раздражало, что Эстель беспокоится о людях. В тот момент, когда я вспомнила об этом, я больше не могла его об этом просить. Я боюсь, что пострадают невинные люди.

«Но я не могу жить так вечно».

Я должна найти способ выбраться от него. Но как? Он терпеть не мог, когда я встречалась с другими людьми.

«Я должна найти способ покинуть это место, не привлекая его внимания».

Внезапно мне в голову пришёл один метод. Я внимательно посмотрела на Луциана и сказала:

— Луциан.

— Да.

Сглотнув слюну, я произнесла:

— Может, сыграем свадьбу?

— …Ты говоришь о свадебной церемонии?

— Да. Война окончена, самое время это сделать.

Я крепко сжала юбку. Я была уверена, что это сработает. Ведь это моя свадьба с ним. Как и ожидалось, Луциан кивнул.

— Понимаю. Почему я не подумал о такой важной вещи? Давай сыграем свадьбу завтра!

Я поспешно заговорила, когда он собрался устроить свадьбу в такой спешке, будто пытался поджарить бобы на молнии.

— Я-я бы с радостью, но есть кое-что, что мы должны сделать до этого.

— Что именно?

Луциан склонил голову и пробормотал:

— Платье? Кольцо? Букет?

Я чётко ответила ему, пока он выдавал эти невинные варианты.

— Нужно получить разрешение от Его Величества и моего отца.

Глаза Луциана внезапно стали зловещими.

— Это наша свадьба. Зачем нам чьё-то разрешение?

Моё сердце забилось чаще, когда он сделал такое лицо. Однако я не должна падать духом. Я сказала, сцепив дрожащие руки:

— Я-я хочу настоящую свадьбу. Это свадьба, которая бывает раз в жизни. Мне не нравятся свадьбы, которые проводятся тайно, из-за чего мы выглядим как преступники.

Я взяла Луциана за руки и посмотрела на него снизу вверх.

— Да?

Пожалуйста, сработай. Пусть он будет очарован моими глазами. Мои глаза использовали всю свою «сияющую мощь», чтобы убедить его. Холодный пот стекал по моей спине. Луциан пристально посмотрел на меня и кивнул.

— Хорошо. Я сделаю это, если ты хочешь.

— Тогда мы поедем в столицу вместе, верно?

Это была моя цель. Но Луциан покачал головой.

— Нам действительно нужно использовать такой громоздкий метод?

— Тогда…

— Я вызову императора и маркиза сюда.

Когда я это услышала, мои глаза расширились. Кто в здравом уме просит императора приехать к нему домой, чтобы дать разрешение на брак?

— Э-это слишком далеко от столицы. Нельзя просто так просить Его Величество Императора приезжать и уезжать, когда вздумается. Нет, даже если ты попросишь его приехать, он не приедет.

— Нет, он приедет. Потому что ты этого пожелала.

— ……

Луциан погладил меня по лицу, словно обращаясь с младенцем, и прошептал:

— Так что не волнуйся и отдыхай спокойно, Ния.

Чёрт.

Я заставила себя улыбнуться, проглатывая ругательства по поводу этого неожиданного поворота.

Том 2 Глава 67

Я погрузилась в раздумья, попивая горячий чай.

«Жаль, что не удалось сбежать сразу, но ничего. В конце концов, скоро придет тот, у кого можно попросить помощи».

Не знаю, приедет ли сюда сам император, но отец — точно.

Я не хочу просить отца о прямой помощи.

В своем нынешнем состоянии Луциан не проявит к нему ни капли милосердия. И я не хочу, чтобы отец пострадал из-за моей просьбы.

Все, чего я хотела — чтобы кто-нибудь передал Эстель о моем положении.

«Единственный человек, который в оригинале мог усмирить яндере-Луциана — это святая Эстель. Если она узнает, то сможет мне помочь».

— О чем ты думаешь?

Мягкий голос застал меня врасплох.

Вошедший в комнату Луциан смотрел прямо на меня.

«Напугал».

Увидев, как я прижала руку к груди, Луциан поспешно подошел ближе.

— Ты в порядке?

— Ничего страшного.

— Ох, расскажи мне. Вдруг ты обожгла язык?

— ...

Лицо Луциана было полно тревоги. Настолько, что я усомнилась в его «яндере-состоянии».

Я возлагала большие надежды, видя, каким теплосердечным и нежным он был.

Может, он пришел в себя? Может, сила дьявола исчезла?

Но это была лишь иллюзия.

Убирая мои волосы за уши, Луциан произнес:

— Его Величество и маркиз прибыли.

— Уже?

Я была удивлена, ведь Луциан только что отправил им письмо.

Раз они прибыли так быстро, значит, выехали сразу после получения весточки.

— Тогда я должна пойти поприветствовать их.

Луциан остановил меня, когда я попыталась встать.

— Я поприветствую их за нас обоих, так что Ния останется здесь. Тебе не нужно утруждать себя.

Я почувствовала, как задыхаюсь от его желания никогда не выпускать меня из этой комнаты.

«А что, если я скажу, что скучаю по отцу...»

Я покачала головой.

Говорить такое было запрещено.

Луциан был крайне чувствителен к моим желаниям. Даже если речь об отце, неизвестно, как он отреагирует.

Быстро собравшись с мыслями, я скрестила руки на груди и сказала Луциану:

— Я хочу показать отцу и Его Величеству, как мы счастливы.

— ...

— Ты же знаешь, я люблю хвастаться подобными вещами. Луциан, разве ты не хочешь похвастаться нашими прекрасными отношениями перед другими?

Конечно, все это ложь.

Это совсем не счастливые отношения.

Я даже не могу спать спокойно, потому что не знаю, когда Луциан перевоплотится.

Но я не могу никому этого показать. Я отчаянно улыбнулась и посмотрела на Луциана.

«Пожалуйста, купись на это!»

Луциан внимательно посмотрел на меня и кивнул.

— Хорошо, тогда пойдем вместе.

* * *

Как только я вошла в гостиную, я увидела отца и императора, сидящих в креслах.

Это был первый раз, когда я видела кого-то, кроме Луциана, с тех пор как попала в этот замок.

Сердце сжалось при виде отца, дрожащего в теплой одежде.

«Он легко мерзнет».

Отец был слабейшим из слабых. Типичный дворянин, которому никогда не приходилось терпеть лишения.

Он никогда не выходил на улицу в холодные дни, говоря, что ненавидит холод.

Мне стало грустно при виде красного носа и влажных волос отца.

Отец, повернувший голову на звук шагов, расширил глаза, увидев меня.

— П-Перния! Ты в безопасности! Я... я не получал от тебя вестей с тех пор, как лорд Кардиен забрал тебя. Ты знаешь, как я волновался? Я не мог найти и следа, даже расспросив всех, кого мог. Даже после того, как отправил письмо лорду Кардиену, я не получил ответа и всю ночь не спал, гадая, не случилось ли с тобой чего, а ты была здесь. Ты все это время была здесь!

Отец вскочил со своего места и побежал ко мне. По крайней мере, попытался.

Луциан преградил отцу путь.

— Маркиз, я понимаю, что вы рады видеть ее спустя долгое время, но, пожалуйста, держитесь на расстоянии.

— Ч-что?!

Луциан сказал это моему ошарашенному отцу.

— Только я могу прикасаться к ней.

Отец моргнул, шокированный произошедшим.

Как только отец пришел в себя и собрался закричать, вмешался император.

— Вы слышали его. Садитесь, маркиз Лайлак.

— Н-но ведь...!

— Садитесь.

От властного голоса императора отец сел, едва сдерживая кипящие эмоции. Его глаза все еще были прикованы ко мне.

Я чувствовала негодование на его искаженном лице.

«Это понятно. Его внезапно притащили сюда, когда он даже не мог связаться со мной».

Когда я посмотрела на отца и шмыгнула носом, Луциан внезапно притянул меня к себе.

— Л-Луциан. Что ты делаешь?

— Потому что ты выглядела уставшей.

— ...!

Словно этого было мало, он укутал меня в свой плащ.

Как мать, прячущая детеныша от охотников.

Хорошо, что я видела только лицо Луциана, так как не могла пошевелиться, будучи укутанной в плащ.

Иначе мне пришлось бы смотреть на отца и императора, ставших свидетелями самой непристойной вещи на свете.

«Хочу умереть».

Луциан выглядел спокойным, не заботясь о том, что мое сердце вот-вот разорвется от стыда.

После минутного молчания первым заговорил император.

— У меня было предчувствие после получения доклада, но ты сильно изменился. Раньше, когда ты слышал только имя Пернии, твои уши краснели...

— Не произносите ее имя своими губами.

— ...

— Маркиз связан с ней кровными узами, так что я могу это терпеть, но не Ваше Величество. Очень неприятно слышать, как другой мужчина произносит ее имя.

Его тон был вежливым и мягким, но в голосе чувствовалось что-то жуткое.

Поэтому император быстро уладил ситуацию.

— Хорошо, я буду осторожен.

С этим ответом я поняла, что император осознавал изменения Луциана лучше, чем кто-либо другой.

Император внимательно следил за движениями Луциана и оценивал, как с этим справляться.

Он прикидывал, что опасно поднимать, и как далеко можно зайти в разговоре.

Император естественно поднял тему, которая изменила настроение.

— Итак, ты хочешь, чтобы я дал разрешение на ваш брак?

— Да. Она сказала, что хочет получить разрешение от вас обоих перед свадьбой. Какое милое желание.

Император не стал ругать его за то, что заставил его приехать сюда только ради этого.

Вместо этого он кивнул с невозмутимым лицом.

— Это будет несложно сделать. Брак между вами — это то, на что я надеялся.

Но не для моего отца.

Отец выкрикнул с жаром:

— Только не я. Я согласился на помолвку, когда лорд Кардиен был в здравом уме. Я не настолько сумасшедший, чтобы позволить жестокому похитителю жениться на моей...

На этот раз именно император остановил отца, потерявшего чувство страха.

— Итак, вы собираетесь провести свадебную церемонию после получения разрешения от нас обоих?

— Да. Мы планировали провести тихую свадьбу только вдвоем здесь.

Луциан счастливо улыбнулся.

Император уставился на Луциана и кивнул.

— ...Хорошо.

— Ваше Величество!

Несмотря на протест отца, император не взял свои слова назад.

— Есть ли что-то, что вы хотите получить на свадьбу? Я пришлю это вам, чтобы поздравить с бракосочетанием.

— Я ничего не желаю.

— Я спрашиваю твою невесту, а не тебя. Невеста, возможно, чего-то хочет.

— ...!

Я искала возможность поговорить с императором и отцом.

Я поняла.

Что это единственный шанс, который может дать мне император.

Я заерзала и сказала в объятиях Луциана:

— Я-я кое-чего желаю, Луциан.

— Чего же?

Луциан посмотрел на меня, нахмурившись.

— Благословения от мисс Эстель!

— ...

— Если мы получим благословение от святой, вся тьма исчезнет и придет счастье. Потому что она самая божественная. Это идеальный подарок для невесты.

Блестящий император, должно быть, понял смысл моих слов.

Эстель — единственная, кто может противостоять яндере-Луциану.

Когда император собирался кивнуть, чтобы показать, что понял, Луциан покачал головой и сказал:

— Это будет сложно.

— П-почему?

— Не знаю. Просто так чувствую.

Как будто его инстинкт автоматически почувствовал мой план.

Луциан поцеловал меня в лоб и сказал, словно утешая:

— Прежде всего, я не хочу, чтобы кто-то еще вмешивался в нашу свадьбу.

— Н-но...

— Я дам тебе кое-что более ценное, чем благословение мисс Эстель. Так что, пожалуйста, откажись от этого желания, Ния.

— ...!

Внезапный поцелуй заставил мое лицо вспыхнуть от жара.

Луциан улыбнулся мне и встал.

Все еще держа меня в своих объятиях.

— Теперь, когда я получил разрешение от вас обоих, наше дело закончено. Надеюсь, вы благополучно доберетесь домой.

Это был холодный поздравительный указ.

Отец, который не мог этого вынести, вскочил со своего места и закричал, приближаясь к нам:

— Как бы я ни думал об этом, этого не может быть! Ты сумасшедший панк. Верни мне мою дочь!

В этот момент я определенно увидела это.

Ярко-красные глаза Луциана, зловеще сияющие.

«Нет!»

Я крепко обняла Луциана и закричала, прежде чем он успел что-либо сделать:

— Отец, мне действительно нравится этот человек! Я счастлива с ним!

— Ч-что ты имеешь в виду, Перния?

— Не беспокойся обо мне и иди домой!

Пожалуйста.

Сработал ли мой отчаянный крик? Подумал ли он, что моя неуклюжая игра была искренней?

Отец посмотрел на меня дрожащими глазами и опустил руку.

Какое облегчение.

С этим Луциан покинул комнату, неся меня на руках.

Грохот!

Звук закрывшейся двери громко отозвался в моих ушах.

Глядя на закрытую дверь, я услышала хихиканье над головой.

Луциан радостно хихикнул и сказал:

— Ния, все как ты и сказала. Действительно приятно показывать другим, как сильно мы любим друг друга.

— ...

— В тот момент, когда ты обняла меня и заявила, что я тебе нравлюсь, я почувствовал себя очень хорошо.

Луциан улыбался так невинно, как ребенок.

Но эта улыбка больше не заставляла мое сердце биться чаще, как раньше.

Было пугающе, что это все, что он почувствовал, прервав мою встречу с отцом.

Всякий раз, когда он так улыбался, я чувствовала это очень ярко.

Что он не в себе.

Том 2 Глава 68

Люциан, заметив мою дрожь, обнял меня крепче.

— Тебе холодно? Нам стоит вернуться в твою комнату.

Я вцепилась в него, глядя на дверь гостиной, пока мы удалялись. Словно только это могло меня спасти.

* * *

Мой отец и император немедленно покинули замок. Люциан даже не позволил им остаться на ночь. Я стояла у окна и смотрела, как уезжает отец. Прямо перед отъездом он обернулся к замку, словно искал меня глазами. Мне хотелось распахнуть окно и закричать: «Заберите меня!» Но я прикусила губу, услышав низкий голос за спиной.

— На кого ты смотришь, Ния?

В его ленивом голосе сквозила таинственная энергия. Я отвела взгляд от окна и покачала головой.

— Ни на кого. Я просто смотрела наружу, пораженная количеством снега.

— А-а.

Люциан кивнул и подошел ко мне. К счастью, отца и императора уже не было видно. Все, что я могла разглядеть — это белый снег. Люциан заключил меня в объятия и прошептал:

— Это бесплодные земли, где снег идет каждый день. Никому они не нужны, никто о них не заботится. Вот почему я смог получить это место.

— ………

— Говорят, оно заброшено, но мне здесь нравится. Здесь тихо, бело и красиво. А тебе, Ния?

«Мне хочется сбежать».

— Что?

Я ответила Люциану, который торопил меня с ответом:

— Мне тоже.

Я ответила неискренне, с неловким выражением лица. Тем не менее, Люциан улыбнулся, словно остался доволен.

— С сегодняшнего дня мы оба будем заняты.

— Почему?

Люциан схватил меня за руку и поцеловал ее тыльную сторону. Опустив длинные ресницы, он прошептал сладким голосом:

— Нам нужно готовиться к свадьбе.

Поскольку нас будет только двое, я ожидала, что свадьба будет скромной, но я ошиблась. Сначала пришла портниха.

— Для меня честь получить возможность сшить платье для прекрасной невесты. Я сделаю все возможное, чтобы создать великолепный наряд, даже если мне не хватает мастерства.

Неважно, что там с платьем, я беспокоилась за нее. Ведь она — первый человек, которого я видела с тех пор, как приезжали отец и император.

— Как вы добрались сюда? Люциан дал разрешение? Он угрожал выколоть вам глаза, если вы посмотрите на меня?

Она склонила голову в ответ на мой выпад.

— П-прошу прощения, будущая госпожа. Он оставил предупреждение ничего не говорить, кроме того, что необходимо.

— ……

В тот момент, когда я увидела ее застывшее лицо, я поняла, как сильно она напугана. Мне следовало больше с ней не разговаривать. После этого она не произнесла ни слова ни о чем, кроме платья. Она никогда не называла меня по имени и даже не пыталась завести светскую беседу.

— Снятие мерок окончено. Я учту детали, о которых упомянула будущая госпожа, и закончу платье как можно скорее.

После того как портниха ушла, вошел торговец ювелирными изделиями.

— Я привез ассортимент лучших драгоценностей. Скажите, какие украшения и дизайн вы хотите, и я сделаю все в соответствии с пожеланиями невесты.

Вслед за ним пришли флорист и сапожник. Вещи, принесенные каждым из посетителей, были высочайшего качества, но все они вели себя так же, как и портниха. Я чувствовала, что они стараются любой ценой избегать разговоров со мной. Это вызывало лишь глубокое разочарование. Когда все они ушли, Люциан вошел в комнату, пока я отдыхала с удрученным видом.

— Ты смогла выбрать то, что тебе нравится? Я просил их показать Ние только лучшие экземпляры…

Я ответила неловко, потому что знала: если я скажу «нет», он перережет глотки тем, кто приходил сегодня.

— ….Да.

— Какое облегчение.

Люциан подошел ближе и взял меня за руку. Я содрогнулась от холода, который почувствовала, когда наши руки соприкоснулись.

— Почему твои руки такие холодные?

— Я хотел кое-что показать Ние, поэтому немного поработал снаружи.

— Поработал?

— Идем за мной, Ния.

Люциан потащил меня за собой с детским выражением лица. Он взял меня за руку и направился к замковому саду. Мои глаза расширились. Там стояли прекрасные скульптуры из прозрачного льда. Фигуры цветов, лис, птиц и даже добродетельной богини в центре. Куски льда, сверкающие на солнце, выглядели красивее любых украшений, что я видела. Я не могла вымолвить ни слова при виде этого волшебного зрелища. Люциан сказал с улыбкой:

— Ну как? Блестит и красиво, правда?

— …Когда ты это сделал?

Даже если он стал яндере, он не мог превратиться в волшебника. Такие огромные скульптуры невозможно было создать за несколько дней. Люциан заговорил так, словно доверял мне секрет:

— На самом деле, я работал над этим долгое время. Я хотел показать тебе, когда ты приедешь сюда.

— …..

Люциан подошел ко мне сзади, обнял и произнес:

— Когда это было? Однажды мне приснился сон. Сон, в котором я был здесь, с тобой.

Мы гуляли по белому заснеженному полю, освещенному утренним солнцем. Затем мы играли в снежки, грелись у камина и пили сладкий горячий шоколад. А когда уставали, прислонялись друг к другу и засыпали. Когда я открывал глаза, было темно. Под звездным ночным небом мы целовались.

Люциан открыл глаза. Он заговорил любящим голосом:

— В то время я думал, что это просто сон. Хотя ты моя невеста, я не мог поверить, что женюсь на тебе. Потому что ты была такой драгоценной и прекрасной.

— ……

Люциан убрал волосы, развевающиеся на ветру, за мои уши и сказал:

— Но это больше не сон. Потому что теперь ты здесь.

Люциан посмотрел на меня с прекрасной улыбкой.

— Я люблю тебя, Ния. Давай с этого момента жить здесь счастливо.

Но я не могла безмятежно улыбнуться в ответ на его сладкое признание. Потому что я знала, что он имел в виду под словом «мы». Его «мы» означало только его и меня. «Мы», куда никто другой не может вмешаться. Где мы отказываемся разговаривать с кем-либо еще и смотрим только друг на друга. Я чувствовала, как меня душит будущее, на которое он надеялся. Я выпалила, не подумав:

— Мне это не нравится.

Я крикнула это Люциану, чьи глаза широко раскрылись.

— Как я могу жить, глядя только на тебя? У меня есть семья и друзья. Ты для меня самый дорогой человек, но ты не единственный!

О нет! Я прикрыла рот рукой.

«Ч-что я только что сказала…»

Я задрожала и посмотрела на Люциана. Но он не был зол, как я ожидала. Он лишь смотрел на меня широко раскрытыми глазами. В этот момент у меня появилась крошечная надежда.

«Может, все закончится иначе, чем в оригинале?»

Люциан в оригинале был ужасающим убийцей, но Люциан передо мной (по крайней мере) никогда никого не убивал на моих глазах. Он умел общаться и был более ласковым, чем кто-либо другой. Так что, даже если он стал яндере, он мог бы меня послушать. Однако в тот момент, когда Люциан заговорил, та крошечная надежда разбилась.

— Тогда, если твои родные и друзья исчезнут, останусь ли я единственным?

— ……

— Пожалуйста, ответь мне, Ния.

Слыша, как он продолжает произносить такие ужасающие слова столь сладким голосом, я потеряла всякую надежду. Он безумен. Он не тот Люциан, которого я любила. Я сдержала слезы. Затем я жалко улыбнулась и игриво сказала:

— Ой. То, что я только что сказала — это шутка. Для меня нет никого, кроме Люциана.

Если бы ты был тем Люцианом из прошлого, ты бы заметил, что мои слова — ложь. Но, как и ожидалось, Люциан ничего не заметил. Он даже не пытался заметить. Теперь Люциан слушает только то, что хочет слышать, и говорит только то, что хочет сказать.

— Ния тоже единственная для меня.

На улыбающемся лице Люциана не было и тени беспокойства из-за того, что я только что сказала. Это заставило меня почувствовать ужасное разочарование. Я готовлюсь к свадьбе, которую ждала, но в моем сердце не было ни волнения, ни счастья, ни любви. Только страх.

«Умоляю. Кто-нибудь, спасите меня».

* * *

— Готовое платье прибудет сегодня. Я с нетерпением жду этого. О, как же прекрасно ты будешь выглядеть в этом наряде!

Люциан с самого утра был в хорошем настроении. Он выглядел очень взволнованным, предвкушая увидеть меня в платье. Но я совсем не думала о наряде.

«Почему Эстель не приходит?»

Прошло много времени с тех пор, как император уехал. У него было более чем достаточно времени, чтобы рассказать Эстель обо мне.

«Неужели она решила не приезжать, даже узнав обо мне?»

Я покачала головой. Эстель так не поступит. Она из тех, кто придет ко мне, даже если весь мир захочет ее остановить. Скорее всего, были другие причины, по которым она не пришла. Возможно…

Я побледнела от одной мысли, пришедшей в голову.

«Что, если император не рассказал Эстель обо мне?»

Это было возможно. Император заботится об Эстель. Она была благородной святой империи, спасительницей императора и возлюбленной кронпринца. Он не захотел бы втягивать Эстель в опасную для жизни ситуацию. Прежде всего, император ничего не терял, если бы я оказалась в ловушке Люциана. Что ж, он видел, насколько опасным стал Люциан, и чтобы предотвратить чьи-либо страдания, я должна быть рядом с Люцианом, так что он, возможно, хочет оставить меня там, где я есть. Когда я подумала об этом, сердце сжалось.

«Нет, этого не может быть».

Я отчаянно отрицала ужасные предположения.

— Ния, портниха прибыла.

Я пришла в себя от слов Люциана. Внезапно в комнате появилась портниха. В отличие от того раза, когда с меня снимали мерки, рядом с ней стояли две помощницы. В руках они держали ослепительно красивое платье.

Том 2 Глава 69

Люциан склонил голову, разглядывая свадебное платье, густо усыпанное тысячами мелких бриллиантов.

— Мне кажется, оно великолепно, но я не силен в платьях. Что скажешь, Ния?

Сейчас я была не в том состоянии, чтобы оценивать свадебный наряд. Однако, увидев дизайнера, склонившуюся передо мной в поклоне, я поняла, что должна что-то сказать. Я видела, как дрожат её руки. Я чувствовала, что она боится, будто мне не понравится работа. Казалось, она была уверена, что её голова полетит с плеч, стоит мне сказать хоть слово против. Я поспешно закивала.

— Мне тоже нравится. Оно очень красивое.

Только тогда дизайнер подняла голову и просияла.

— Тогда примерьте его. Чтобы мы могли увидеть, нужно ли что-то подправить.

Дизайнер нервно покосилась на Люциана. Тот склонил голову, пробормотал «а» и слегка покраснел.

— Мне нужно выйти?

— Да. Мне нужно снять нижнее белье.

Люциан некоторое время стоял с озадаченным лицом, а затем вздохнул.

— Это ведь быстро, правда?

— К-конечно.

Люциан не стал угрожать дизайнеру словами: «Если с моей невестой что-то случится, я вырву твою душу». Однако он заменил эту угрозу одним лишь взглядом своих холодных красных глаз. Даже этого хватило, чтобы дизайнер пошатнулась. Люциан подошел ко мне и поцеловал в лоб.

— Тогда я буду ждать. Скажи, если почувствуешь хоть малейший дискомфорт.

— …Хорошо.

Люциан вышел из комнаты. Это роскошное свадебное платье я не могла надеть самостоятельно. Ведь нужно было надеть столько всего: от скорректированного нижнего белья до корсета и нижней юбки. Словно сломанная кукла, я выдохнула и опустилась на стул. Это было всё, что я могла сделать, пока мне помогали облачиться в платье. Но тут произошло нечто невероятное. Помощница, подошедшая ко мне…

— Эсте…

— Тсс.

Женщина, приложившая палец к губам, должно быть, Эстель! Эстель прошептала мне на ухо едва слышно:

— Я нервничала, что меня могут поймать, но, к счастью, всё удалось.

Невероятно! Взглянув на неё во второй раз, я поняла, что она отлично спряталась: капюшон был низко надвинут на лицо, голова опущена. Я не видела её фирменных длинных золотистых волос. Короткие каштановые пряди едва виднелись на открытой шее. Эстель, заметив мой изумленный взгляд, игриво произнесла:

— Ни Люциан, ни мисс Ния меня не заметили, так что сменить прическу было хорошим решением.

Затем она улыбнулась мне.

— Вы, должно быть, долго ждали, мисс Ния.

— …!

В этот момент у меня на глазах выступили слезы. «Нет. Если я заплачу здесь, Люциан услышит и тут же ворвется в комнату». Тогда все усилия Эстель пробраться сюда окажутся тщетными. Я закрыла рот руками, чтобы сдержать рыдания. Эстель с жалостью посмотрела на меня и взяла за руку.

— Прости, что пришла так поздно. Я хотела прийти сразу, как услышала новости, но не смогла. Охрана Люциана была слишком строгой. Пробраться сюда оказалось непросто.

Эстель улыбнулась и продолжила:

— Не волнуйся, теперь, когда я здесь, всё будет хорошо.

Может, это из-за того, что она покрасила волосы в более темный цвет и коротко подстриглась? Эстель стала выглядеть гораздо более величественной женщиной.

* * *

— Невеста готова. Можете входить.

Люциан открыл дверь и вошел, услышав слова дизайнера. Я была в белом свадебном платье, как и любая другая невеста, но Люциан замер, как только увидел меня. Он смотрел на меня пустым взглядом, словно время остановилось, и произнес дрожащим голосом:

— …Ты так прекрасна, Ния.

— Правда?

— Да. Мне показалось, что моё сердце остановилось.

Люциан кивнул, краснея. Дизайнер заглянула Люциану в глаза и сказала:

— П-прошу прощения, господин рыцарь.

Люциан бросил на дизайнера взгляд. Этого было достаточно, чтобы та вздрогнула и задрожала. Она произнесла, глядя в пол:

— Когда я увидела невесту в этом платье, я почувствовала, что дизайн немного недоработан. Думаю, было бы лучше добавить больше цветочных украшений на юбку, чтобы придать ей пышности. Могу я внести эти изменения?

— ……

Когда Люциан не ответил сразу, дизайнер продолжила с побледневшим лицом:

— Э-это несложно сделать. К завтрашнему дню всё будет готово. Е-если вы не хотите, мы не будем, но это изменение подчеркнуло бы красоту невесты еще сильнее…

Люциан прищурился и кивнул.

— Хорошо.

— Я вернусь завтра.

Дизайнер поспешно покинула комнату, поклонившись Люциану. Две помощницы, которых она привела с собой, ушли следом, каждая неся поклажу. Я встретилась взглядом с Эстель, которая склонила голову. Я вспомнила наш недавний разговор. Эстель сказала:

— Когда я покину замок сегодня, я создам барьер, чтобы остановить силу Люциана. Нам нужно решить, где именно его поставить. Есть ли место, куда я могу приходить и уходить, и куда мисс Ния может привести Люциана без подозрений? Было бы лучше, если бы это место было на виду, чтобы мы с мисс Нией не совершили ошибок.

Я ответила, глубоко задумавшись:

— В саду замка есть ледяная статуя богини. Как насчет неё?

Сад был по пути, так что это было место, куда Эстель могла естественно подойти, а статуя богини была настолько величественной и красивой, что никто не мог спутать её с чем-то другим. Эстель, понявшая, о чем я говорю, из моего краткого объяснения, кивнула.

— Хорошо. Тогда я вернусь в замок завтра в полдень. Ния, пожалуйста, приведи Люциана к статуе к этому времени.

Таков был наш план. Эстель быстро отвела взгляд, потому что Люциан смотрел на меня. Люциан не заметил её, даже когда Эстель вышла из комнаты. Хотя она всего лишь сменила цвет волос и подстриглась. …Нет. Люциан не мог не узнать Эстель в такой простой маскировке. Причина, по которой он не узнал Эстель, заключалась в том, что…

— Ния.

Это было из-за меня. Потому что его взгляд был устремлен только на меня. Его взгляд, который раньше всегда был полон преданности и страсти, теперь обрел иной смысл.

* * *

В конце концов, я не смогла уснуть той ночью. Я всё думала о времени, когда пообещала встретиться с Эстель завтра. Из-за этого утром я выглядела очень изможденной. Тем не менее, Люциан, вошедший в комнату с завтраком, увидел моё осунувшееся лицо и начал беспокоиться.

— Ты в порядке, Ния? Ты плохо выглядишь.

— Я не могла уснуть.

Люциан помрачнел при моих словах.

— Это из-за еды, которую ты ела вчера? Или из-за подушки? Я слышал, есть ароматические свечи, которые помогают уснуть…

Моё сердце разрывается каждый раз, когда я вижу, как он дорожит мной. Если я просто потерплю еще немного, разве не смогу я быть счастлива с ним такой, какая есть? Но вскоре я отогнала эти мысли прочь. Это не сказка, это реальность. Невозможно, чтобы всё закончилось фразой «Принцесса и принц жили долго и счастливо». Он и я никогда не сможем быть счастливы сейчас. Я сказала с серьезным лицом, чтобы не выглядеть подозрительно:

— Я чувствую небольшую слабость. Думаю, прогулка поможет мне почувствовать себя лучше. Пойдем вместе?

Люциан никогда бы не отказал в этом. Нет. Он был бы очень счастлив услышать это. Люциан ярко улыбнулся и кивнул.

— Отличная идея.

Я слегка перекусила и вышла на улицу. Люциан накинул на меня плащ из пушистого меха.

— Хотя сейчас полдень, на улице всё еще очень холодно.

— …Спасибо.

Я неловко улыбнулась и запахнула плащ, который он мне дал. Я направилась к месту, где стояла статуя богини, стараясь вести себя естественно. Дорога к саду была прекрасна. Аккуратно подстриженные кусты поверх белого снега. На кустах висели сверкающие украшения. Это было так же красиво, как зимняя сказка, но вместо того, чтобы любоваться видом, я чувствовала замешательство. Это потому, что мы с Люцианом были единственными двумя людьми, гуляющими по этому прекрасному месту. Словно мы остались одни во всем мире. Однажды я спросила Люциана: «Мы в замке только вдвоем?». Люциан ответил, опустив брови: «Я хотел, чтобы мы были только вдвоем, но это практически невозможно. Я не могу позволить тебе чувствовать дискомфорт. Поэтому я нанял минимальное количество слуг, чтобы они управляли замком и готовили еду». «Я никого, кроме тебя, не вижу». «Верно. Никогда не попадаться тебе на глаза — это самое важное правило, которому они должны следовать». В тот момент мне стало душно. Я подумала, прикусив губу: «Но это даже лучше, что здесь не всегда полно людей. Так Эстель будет легче приходить и уходить». К этому времени Эстель уже должна была войти в замок. И я тоже добралась до места, о котором договорилась с Эстель. Глядя на статую богини, сияющую в лучах солнца, я сглотнула слюну. «Она ничем не отличается от прежней… значит, Эстель создала здесь барьер». Моя тревога снова усилилась. «Сможет ли один барьер остановить его?» Я попыталась отбросить беспокойство. Эстель не объяснила всё в деталях, потому что у неё было мало времени, но я знала это из оригинального романа. Барьер, созданный святой, обладает способностью сильно подавлять силу дьявола. Чем сильнее сила дьявола, тем мощнее барьер. Само собой разумеется, что это касается Люциана, чья дьявольская сила расцвела в полной мере.

— О чем ты так глубоко задумалась, Ния?

Я повернула голову на его невинный голос. Люциан смотрел на меня сверху вниз. Я сглотнула, словно его красные глаза читали мои мысли. «Еще нет?» Эстель сказала, что к назначенному времени барьер для подавления силы Люциана будет активирован. До тех пор я должна была как-то удержать Люциана здесь.

— Эм…

Я колебалась, что ему сказать, и открыла рот.

— Люциан, ты не хочешь вернуться в прошлое?

— В прошлое?

Том 2 Глава 70

Я осторожно произнесла, разминая пальцы:

— Твоя прошлая жизнь была неплохой. Многие уважали и любили Луциана, и Его Величество признавал тебя. Разве ты не хочешь вернуться в те времена?

Это была моя последняя попытка. Я хотела хоть как-то убедить Луциана. Я хотела, чтобы он вернулся к своему прежнему «я». Но Луциан ответил с холодным лицом:

— Вовсе нет.

— …

— Ния. Меня бросили, как только я родился. Люди проклинали, тыкали пальцами, насмехались и били меня. Человеком, который спас меня в тот день, была мисс Эстель.

Эстель говорила, держа за руку раненого юного Луциана:

«Луциан, ты не проклятое дитя. Ты добрый и сердечный. Люди полюбят тебя, когда узнают, кто ты на самом деле».

Луциан произнес, опустив глаза:

— Вот почему я старался. Я пытался не делать ничего, что не нравилось бы людям, и брал на себя самые опасные задания. Мисс Эстель была права. Люди больше не называли меня монстром, как раньше.

Лучший рыцарь империи, Кардиен. Он завоевал доверие императора, расположение знати и уважение солдат. Конечно, мнение о нем изменилось не у всех. По-прежнему оставались люди, презиравшие Луциана за его красные глаза. Луциан не обращал на них внимания. Хотя они каждый раз игнорировали его, они никогда не проявляли к нему враждебности. Это происходило потому, что Эстель научила его: такая ненависть и гнев ничего ему не дадут.

— Но это не входило в мои намерения, — сказал Луциан с аккуратной улыбкой. — Я хотел убить всех, кто меня обидел.

— …!

От этих пугающих слов по моей спине пробежал холодок. Рука Луциана коснулась моего лица. Когда его холодная ладонь соприкоснулась с моей кожей, мои плечи вздрогнули. Но он, не заметив моего испуга, продолжил нежным голосом:

— Вот почему мне нравится, как все обстоит сейчас, Ния. Потому что я могу делать все, что захочу, и никто не будет совать свой нос.

От того, что Луциан говорил это, опустив глаза, у меня по спине побежали мурашки. Нереально красивый мужчина говорил о таких нереальных желаниях. Я почувствовала досаду.

— Понятия не имела, что у тебя такие мысли, Луциан.

Мы с Луцианом одновременно повернули головы на звонкий голос. В саду появилась Эстель. Луциан прищурился. Поначалу он, казалось, не узнал ее из-за коротких каштановых волос. Через мгновение Луциан произнес, нахмурившись:

— Мисс Эстель? …Как вы здесь оказались?

— Сейчас это неважно.

— Нет. Для меня это очень важно. Это место, где можем существовать только я и Ния.

Смысл слов Луциана был ясен. Неважно, что это была Эстель — даже она была незваной гостьей. Вместо того чтобы выразить разочарование, Эстель выглядела печальной.

— Мисс Ния согласилась на это?

— …

— Ответь мне, Луциан.

Вместо ответа Луциан пробормотал с мрачным лицом:

— Я знал, что ты наговоришь всякой ерунды, если окажешься здесь. Поэтому я не хотел, чтобы ты приходила…

Как только Эстель сделала шаг к нам, глаза Луциана яростно сверкнули. Он выглядел настороженным, словно увидел врага, ворвавшегося в его гнездо. Луциан сказал, сжимая руку, которой обнимал меня за талию:

— Не подходи к нам. Если подойдешь хоть на шаг ближе, я разорву твой самодовольный рот.

— Это очень подло с твоей стороны.

— Я предупредил.

От необычных слов Луциана мое сердце забилось быстрее. Я гадала, что он сделает с Эстель в своем состоянии яндере. Но, глядя на Луциана сейчас, не похоже, что он будет с ней церемониться, даже если это Эстель. Когда я протянула руку, чтобы остановить его, Эстель сказала, опустив глаза:

— Ты заслуживаешь наказания за это, Луциан.

В тот же миг над сложными узорами, выгравированными на земле, поднялся белый свет. Поскольку я была рядом с Луцианом, я могла почувствовать силу этого света. Мне он казался просто теплым. Но для Луциана это было совсем не так.

— А-а-аргх!

Луциан, пойманный в ловушку света, закричал с искаженным от боли лицом и рухнул. Он застонал на полу, словно у него случился сердечный приступ. Я прикрыла рот рукой, видя его таким. Я знала, что делает барьер, потому что читала оригинальный роман, но видеть, как он страдает передо мной, было шокирующе. Он был похож на зверя, попавшего в капкан. Я не могла не дрожать от этого ужасного зрелища, и Эстель подошла ко мне.

— Не волнуйтесь, мисс Ния. Это просто подавляет силу Луциана. Это не причинит ему вреда. Возможно, для него это мучительно, но…

— Н-но…

Эстель схватила меня за плечо и покачала головой. Единственной эмоцией, оставшейся на лице юной девушки, была суровость. Эстель подошла к Луциану, который стонал и дрожал. Она сказала ему:

— Это барьер, созданный силой Бога. Когда сила дьявола в полном расцвете, ты будешь испытывать такую боль, что не сможешь даже дышать.

— Это ничто…!

Луциан попытался пошевелиться. Однако чем больше он старался, тем сильнее свет подавлял его, причиняя еще большую боль.

— А-а-а!

Эстель утешила Луциана, который кричал так, будто его пронзили мечом:

— Чем больше ты сопротивляешься, тем больнее будет, так что успокойся. Если я найду способ избавиться от силы дьявола, я вернусь сюда и сниму его.

Эстель протянула ко мне руку:

— Пойдемте, мисс Ния.

— …!

Глаза Луциана расширились от ее слов.

— Нет.

— …

— Нет, Ния. Нет. Не уходи.

В тот момент, когда я услышала его отчаянный голос, мое сердце едва не разорвалось. Я хотела взять его за руку и спасти. Я хотела быть с ним. Но…

— Я… убью их. Святую, маркиза и всех остальных в этом мире. Тогда у тебя не будет причин уходить. Верно?

Когда он произнес эти тревожные слова, я окончательно убедилась в одном: нынешний Луциан не может быть со мной. Я схватила Эстель за руку. С глазами, полными слез. Слушая крики человека, которого я любила.

* * *

Тук-тук. Я повернула голову на звук капель дождя, стучащих по окну. Глядя на капли, я нахмурилась:

«Я не взяла зонт».

Я пожалела, что проигнорировала просьбу Энн взять зонт на всякий случай.

«Но утром солнце светило так ярко. Какая переменчивая сегодня погода».

Я стояла перед библиотекой, глядя на дождь, и скрестила руки на груди.

«Стоит ли подождать, пока дождь закончится?»

Сколько мне придется ждать?

«Может, лучше заплатить прохожему и попросить его принести мне зонт?»

Когда знатная леди подумала о нестандартном способе преодолеть ситуацию, раздался голос:

— Ния.

Появился Луциан с темно-фиолетовым зонтом. Я была шокирована его внезапным появлением. Это магия или я фантазирую? Нет. Я уверена, что это мой парень. Я моргнула и спросила:

— Как Луциан может появляться в такой идеальный момент? Ты что, освоил навык «появляться в самый подходящий момент», доступный только главным героям?

Луциан ответил звонким голосом:

— Ты сказала, что сегодня идешь в библиотеку. А днем внезапно пошел дождь. Я волновался, что у Нии может не быть зонта.

Затем его глаза мягко изогнулись:

— Хорошо, что я пришел.

— …

Его улыбка на фоне дождя выглядела очень красиво. Я тупо уставилась на Луциана и пробормотала:

— Ты же говорил, что занят…

Осознает ли Луциан, как он сейчас выглядит? Его волосы выглядели взъерошенными, а лицо, которое всегда было спокойным и собранным, покраснело. Прежде всего, края его брюк и обувь, которые всегда были безупречны, промокли. Это лишь доказывало, как быстро он сюда бежал. Я подошла к Луциану, чувствуя, как трепещет сердце. Луциан с радостным лицом раскрыл зонт надо мной. Мой взгляд скользнул по его телу. Мой взор остановился на другом плече Луциана. В отличие от меня, которая была полностью защищена от дождя, его плечо ужасно промокло. Заметив это, я придвинулась своим плечом к его мокрому плечу. Однако Луциан отстранился, словно прикоснуться к плечу женщины было грехом.

«Какой невинный».

Разочарованная, я выбрала стандартный метод вместо того, чтобы пытаться прижаться плечами. Плечо Луциана дернулось, когда я обхватила его за руку. Словно яйцо на раскаленной сковороде. Я бесстыдно произнесла, видя, как он вздрогнул:

— Мне нравится ходить под руку со своим парнем. Особенно в дождливые дни.

— …!

— Мы можем так делать, Луциан?

Луциан кивнул с таким лицом, будто он лопнет, если ткнуть его пальцем:

— М-мне тоже нравится. Н-на самом деле, я думаю, мы должны так делать, раз мы в отношениях.

В ответ на такую милую реакцию я рассмеялась и прильнула к нему. Слившись в одну тень под дождем, мы продолжили разговор:

— Кстати, этот фиолетовый зонт… это зонт Луциана?

— Да.

— У тебя удивительно вычурный зонт. Слишком уж он броский для джентльмена.

— …Мне нравятся красивые вещи.

— Ага.

Вот почему тебе нравлюсь я. Подумав об этом, я хихикнула. Затем прошептала:

— Но почему мой парень, который настолько заботлив, что принес для меня зонт, взял только один?

Это было слишком дерзко? Лицо Луциана в конце концов вспыхнуло. Глядя на то, как Луциан копошится, словно вот-вот расплачется, я не сдержалась и поцеловала его в щеку. Милый. Очаровательный. Такой прелестный.

— Перния. Не очень-то приятно слышать, как моя дочь говорит такие милые вещи в столь зрелом возрасте.

— …!

Мои глаза расширились от голоса, который звучал грубо, совсем не так, как у Луциана. Это был не Луциан, который краснел и смущался, пока я держала его за руки, а мой отец.

Том 2 Глава 71

Я вскрикнула от возмущения.

— Зачем ты здесь, отец?

— Я пришел проведать свою дочь, которая наконец-то вернулась домой. Я так волновался, что проливал реки слез во сне, но не могу поверить, что ты говоришь такие непристойные вещи... Впрочем, чего еще ожидать от моей дочери.

Бывают моменты, когда я проливаю горькие слезы. И все из-за моего единственного отца, который появляется в самые неподходящие моменты.

Отец вздохнул и, выражая разочарование, сказал мне:

— Ну, ничего, главное, что ты выглядишь бодрой. Я приготовил завтрак, так что поторопись и спускайся. Сегодня на завтрак нежные блинчики. Помнишь? Когда ты впервые попробовала блинчики в три года, ты была так потрясена тем, что существует такая еда...

— Я соберусь и спущусь к завтраку.

— ……

Отец шумно вдохнул и прикрыл рот рукой, пораженный моим быстрым ответом.

— Моя дочь действительно вернулась. Какая же она бессердечная...

Затем он покинул комнату с глубоко эмоциональным выражением лица.

«Прошло три дня с тех пор, как я вернулась домой. Как долго он будет продолжать так дуться?»

В первый день после возвращения домой отец плакал от радости, словно только что обрел потерянную дочь.

Три дня спустя он успокоился, но все еще часто становился эмоциональным, словно его умершая дочь вернулась к жизни, стоило нам заговорить.

Глядя на отца, я думала, что мне повезло вернуться домой как можно скорее.

Но это еще не конец.

Даже в этот момент Люциан заперт в северных землях в полном одиночестве.

Всякий раз, когда я думаю о нем, мое сердце сжимается.

Я пробормотала, опустив глаза:

— Трех дней достаточно.

Пришло время двигаться дальше.

* * *

Я отправила Эстель письмо, в котором написала, что скучаю по ней. Эстель приехала ко мне немедленно.

Эстель взяла меня за руку и спросила:

— Как ты себя чувствуешь, Ния?

— Я хорошо отдохнула и чувствую, что восстановилась.

— Это облегчение.

Улыбающаяся Эстель была с короткой стрижкой, как и три дня назад, но ее волосы уже не того цвета, что прежде.

Цвет ее волос, который был темно-каштановым, вернулся к блонду.

Эстель ответила, опустив брови:

— Каликсу очень не понравилось, что я изменила цвет волос, поэтому я покрасила их краской, которая смывается, когда я мою голову. А вот с короткой длиной я ничего не могу поделать.

Не «Его Высочество», а «Каликс».

Похоже, Эстель сблизилась с ним за то время, пока мы были в разлуке.

Я почувствовала, что происходит что-то странное, и спросила:

— Кстати, а где Его Высочество? Я думала, он приедет вместе с Эстель, но я его не вижу.

— На самом деле, мы поссорились.

— Поссорились?!

Мои глаза расширились.

Эстель поссорилась с Каликсом?!

Как бы сильно ее ни ругали, Эстель всегда улыбалась и говорила: «Приятно видеть, что ты переполнен энергией».

Увидев мое удивление, Эстель спокойно продолжила:

— Когда я сказала, что отправлюсь в замок Люциана одна, чтобы спасти мисс Нию, Каликс очень разозлился. Он сказал, что я не могу быть единственной, кто отправится в такое опасное место.

— ……

Это понятно.

Кто позволит своей возлюбленной отправиться в одиночку к одержимому Люциану?

— Но я не могла проникнуть в замок вместе с Каликсом. С ним мы бы подвергли себя огромному риску.

Это тоже было верно.

Люциан был чувствителен ко всем, но к мужчинам — особенно.

Поэтому все дизайнеры и торговцы, которые приезжали готовиться к свадьбе, были женщинами.

А если бы там был Каликс?

О нет.

Даже если бы он пришел, переодевшись женщиной, его бы сразу разоблачили из-за его широких плеч.

И самое главное…

«В отличие от Эстель, обладающей силой Бога, Каликс — всего лишь кронпринц».

Как бы хорош он ни был с мечом, как бы он ни мог убить десятки врагов одним взмахом, он имел дело только с людьми.

Он бессилен перед Люцианом, чья демоническая сила находится в полном расцвете.

«Даже если бы он пришел, он стал бы обузой, а не помощью. В сто раз лучше, что он не пошел за Эстель».

Однако в этом мире не все может закончиться хорошо.

Эстель заговорила с растерянным лицом:

— Каликс еще не до конца успокоился. Вот почему его здесь нет. Пожалуйста, пойми, мисс Ния.

Как досадно.

Что не так с эго главного героя?

Если бы могла, я бы закидала Каликса тыквенными семечками, но сейчас у меня нет такой роскоши.

Я сразу же перевела тему:

— Эстель. Я хочу знать, как сейчас дела у Люциана.

Всякий раз, когда я заговаривала о Люциане, отец отказывался слушать, заявляя: «Даже не говори об этом сумасшедшем, я расторгну помолвку!»

Сегодня я позвала Эстель, чтобы узнать о нем больше.

Эстель кивнула и начала рассказывать.

Официально о том, что Люциан стал одержимым, не объявляли.

Это потому, что Пол и солдаты — единственные свидетели, видевшие, как Люциан изменился и устроил бойню, — хранили молчание.

Пол, помощник Люциана, сурово сказал солдатам:

«Вы ничего не видели. Если кто-то из вас проболтается о том, что видел сегодня, я сделаю вас преступниками по законам военного времени».

Но как это можно сохранить в тайне от всего мира?

Тем более, что это превратилось в захватывающую историю о том, как Кардиен, великий рыцарь империи, уничтожил все вражеские силы с чудовищной мощью.

Слухи о Люциане начали обрастать ужасающими подробностями.

Говорили, что Кардиен за одну ночь убил десятки тысяч людей с улыбкой на лице.

Что он схватил свою невесту и съел ее живьем.

Что Кардиен — мудрый дьявол, стремящийся уничтожить земли.

Поскольку он был самым уважаемым рыцарем в империи, люди яростно спорили.

Кто-то защищал Люциана:

«Он убил только наших врагов! Он не причинил вреда нашим союзникам. Может быть, это правда, что лорд Кардиен обладает трансцендентной силой, но он не одержим дьяволом. Разве его сила не пойдет на пользу империи? Наша империя может покорить мир, если будет эффективно использовать его мощь».

Услышанное разозлило меня.

— Кем они считают Люциана? Он не пешка, которой можно играть!

Эстель опустила брови:

— В этом мире всегда есть люди, которые судят других по их полезности. Удивительно, но многие дворяне согласны с этим.

— ……

Я выругалась про себя.

Эстель продолжила с мрачным лицом:

— С другой стороны, есть много людей, которые боятся силы Люциана.

Они дрожали от страха, утверждая, что сила дьявола, которой они долгое время опасались, наконец вырвалась наружу.

Страх вскоре перерос во враждебность.

«Убить дьявола! Чтобы защитить наши семьи и земли, мы должны избавиться от дьявола!»

— Я слышала, что религиозные рыцари и священники, заявившие, что никогда не потерпят существования дьявола, собираются один за другим во имя справедливости. Если соберется достаточно людей и поднимется шум, они отправятся, чтобы избавиться от Люциана.

Я прикрыла рот рукой, услышав ужасные новости.

Ситуация оказалась серьезнее, чем я думала, если люди уже начали собираться.

Конечно, сколько бы людей ни собралось, они не смогут навредить Люциану.

Если вы обычный человек, вы не сможете повредить телу Люциана.

Даже если им удастся ранить его, Люциан не умрет.

Он будет полностью исцелен силой дьявола, которой обладает.

Так что я беспокоилась не о нем, а о том, что произойдет после.

«Что, если Люциан убьет их всех?»

Убийство протестующих — это не то же самое, что убийство мятежных сил.

На этот раз Люциан станет объектом страха и гнева людей по всему миру.

Буквально станет дьяволом.

«Этого нельзя допустить!»

Этого никогда не случится.

Я посмотрела на Эстель дрожащими глазами.

О чем сейчас думает Эстель? В оригинальном романе она стояла на противоположной от Люциана стороне.

Потому что она не могла позволить Люциану убивать людей направо и налево только потому, что он любил ее.

Именно Эстель в последний момент вонзила меч в сердце Люциана.

«Прости меня, Люциан».

Это было последнее, что услышал Люциан от женщины, которую любил.

«Если Эстель поступит так же, как в оригинале…»

Мои руки задрожали от нахлынувшей тревоги.

— …..!

Затем я почувствовала теплые руки на своих. Это была рука Эстель.

Словно утешая меня, Эстель обхватила мои ладони.

Я подняла голову.

Эстель смотрела на меня с нежным лицом.

Эстель сказала:

— Поэтому мы должны действовать раньше, чем они.

— ……

— Должен быть способ вернуть Люциана к прежнему состоянию.

Уф. Я так много плакала в эти дни, что пыталась больше не лить слез. На меня не похоже так много плакать.

В конце концов я разрыдалась, благодарная за то, что рядом со мной такая храбрая подруга.

Я кивнула, вытирая слезы, которые текли позорным потоком.

Я не хочу запирать Люциана в барьере на всю оставшуюся жизнь. Я не хочу, чтобы его использовали другие. Я не хочу, чтобы он жил жизнью, которую все ненавидят.

Я верну его.

Моего милого и нежного Люциана.

* * *

Как мы можем вернуть Люциана?

«В сказках говорится, что он должен получить поцелуй от девушки, которую любит…»

Я вспомнила времена, когда мы целовались.

Люциан выглядел очень счастливым и говорил такое:

«Только я должен получать твои поцелуи. Так что, думаю, мне стоит отрезать всем языки, на всякий случай».

…Да уж, поцелуи с ним — не решение.

После нескольких дней раздумий я вспомнила кое-что, что забыла из оригинального романа.

Первым местом, которое разрушил Люциан, когда изменился, была его родная деревня.

Всего за несколько секунд маленькая сельская деревня была опустошена им.

Глядя на груду тел, Люциан сказал:

«Я не вернусь к своему прежнему я».

В то время я думала, что Люциан просто мстит тем, кто издевался над ним, но это казалось немного странным.

Том 2 Глава 72

Я решила поискать ответы там.

Я сказала Эстель:

— Как насчет того, чтобы отправиться в родную деревню Люциана?

— В родную деревню Люциана?

— Да. Туда, где он родился и вырос. Возможно, там найдутся какие-то зацепки.

Эстель немного подумала и кивнула:

— Хорошая идея. На самом деле, я и сама хотела кое-что проверить.

Так мы с Эстель решили отправиться в путь.

Услышав об этом, отец схватил меня за руки и покачал головой:

— Ты только вернулась домой, и снова уезжаешь! Каждый раз, когда ты уходишь, вечно попадаешь в какие-то неприятности. Перния, не думай ни о чем другом, просто оставайся дома. Я буду готовить тебе вкусную еду. Дам тебе кучу денег, трать сколько хочешь.

Я коснулась кончика носа, чувствуя отчаяние отца.

Сдерживая слезы, я сказала:

— Все будет не так опасно, как ты думаешь. Я буду с Эстель. Так что не волнуйся.

— Но…

— Прости.

Похлопав плачущего отца по плечу, я подумала про себя: «Я найду способ вернуть твоего будущего зятя, который тебе так нравился. Так что, пожалуйста, подожди еще немного».

Утро, когда я отправилась в путь, выдалось ясным.

Еще раз утешив отца, который всю ночь проплакал и теперь выглядел как кролик с красными глазами, я направилась к воротам, чтобы встретить Эстель.

Мои глаза расширились.

Рядом с Эстель стоял ее самый преданный последователь, Кронпринц.

Они оба выглядели серьезными, обсуждая что-то.

«Постойте-ка, она же говорила, что поссорилась с Кронпринцем. Они что, помирились?»

Их настроение казалось необычным, поэтому я остановилась и тихо наблюдала за ними.

Кронпринц сказал Эстель, сверкая глазами:

— В прошлый раз я позволил тебе отправиться в замок Кардиен одной, но в этот раз — нет. Что бы ты ни говорила, я еду с тобой. Если ты снова откажешь мне…

Кронпринц продолжал выкрикивать это с суровым лицом:

— Я обижусь. И это будет не на короткий срок. Минимум на месяц… Нет, на три недели.

…Похоже, его фирменная черта — скверный характер — за время моего отсутствия только прогрессировала.

Вместо того чтобы щелкнуть его по лбу и отчитать, Эстель сделала обеспокоенное лицо, опустив брови:

— Я тоже хочу, чтобы ты поехал со мной. Но мисс Ния сейчас не в лучшем состоянии. Вид меня вместе с Вашим Высочеством может снова разбередить ее раны.

Только тогда я поняла, почему Эстель мало рассказывала мне о Кронпринце.

Дело было вовсе не в их ссоре.

Ее забота заставила меня почувствовать себя по-настоящему ценной.

Конечно, Кронпринц был с этим не согласен.

Его лицо исказилось, словно он был уязвлен:

— Эстель, ты правда… Скажи мне. Кто для тебя важнее: я или Перния?

Как только Кронпринц жалко попытался перетянуть Эстель на свою сторону, я вмешалась:

— Мне все равно, поедете вы с нами или нет.

Эстель и Кронпринц одновременно повернули головы на мой голос. Я подошла к ним.

Хотя он и был парнем моей лучшей подруги, Кронпринц остается Кронпринцем.

Как только я собралась поклониться, чтобы поприветствовать его с должным почтением, он протянул руку.

Поняв его намерение, я выпрямилась.

Я пожала ему руку.

Кронпринц посмотрел мне прямо в глаза и произнес:

— Давно не виделись.

— Взаимно.

— Слышал, тебе пришлось нелегко, пока тебя удерживал Кардиен… Но по твоему лицу этого совсем не скажешь. Ты стала упитанной, как хорошо выкормленная свинка.

Я ела всевозможные деликатесы целыми днями, пока меня удерживал Люциан.

Благодаря этому я выглядела очень здоровой для человека, которого держали взаперти несколько дней.

Я ответила на его дерзость, надув губы:

— Ваше Высочество сильно изменились с нашей последней встречи. Вы определенно научились решать, как долго стоит обижаться.

— …..!

Теперь уже Кронпринц, чьи глаза расширились, возможно, от смущения, произнес напряженным голосом:

— Это потому, что одна дерзкая женщина научила меня не скрывать своих чувств.

— Я рада, что вы не забыли то, чему я пыталась вас научить. Вы были не самым прилежным учеником.

В наш спор вмешалась Эстель.

Эстель спросила меня:

— Мисс Ния, вы правда в порядке?

— Конечно. Будет даже лучше, если Ваше Высочество поедет с нами.

Никто не посмеет связаться с нами, если нашим эскортом будет этот высокий рыцарь.

Эстель посмотрела на меня так, словно я пересиливала себя ради нее, и кивнула:

— Хорошо. Тогда поедем вместе.

В этот момент Кронпринц сделал изумленное лицо. Его скулы подергивались, не в силах сдержать радость.

«Он снова стал преданным слугой Эстель».

Раньше я бы посмотрела на Кронпринца с кислой миной, но, вспомнив о своем парне, который сейчас находится в очень плохом состоянии, я быстро сдержалась.

«Ну, полагаю, это даже мило… иногда».

Я похлопала Кронпринца по плечу и игриво сказала:

— К счастью, вы не будете обижаться три недели, верно? Это были бы очень тяжелые три недели, если бы вы все-таки решились.

Когда я это сказала, Кронпринц фыркнул «хм», но не стал отрицать моих слов.

Эстель подошла к нам, взяла меня за одну руку, а Кронпринца — за другую.

Она решительно произнесла:

— Карета ждет. Поехали.

* * *

Родная деревня Люциана оказалась маленьким поселением, затерянным глубоко в горах.

В оригинальном романе Люциана травили с самого рождения из-за проклятия.

Поэтому я думала, что это будет мрачная деревня, кишащая злобными людьми.

Однако она совсем не была похожа на то, что я себе представляла.

У подножия горы теснились маленькие домики, а на склонах мирно паслись козы.

Люди, которых я видела, казались вполне добродушными.

Они с опаской поглядывали на чужаков, появившихся из ниоткуда, но в их глазах не было враждебности.

Я почесала щеку и сказала:

— Похоже на обычную сельскую деревню. Люди здесь выглядят дружелюбными.

Эстель кивнула:

— Эту деревню давным-давно основали истово верующие. У них мало что есть, но они чистые люди, которые ценят то, что имеют… а потому могут быть куда более жестокими.

Жестокими?

Я нахмурилась при словах Эстель.

Когда я уже собиралась спросить, что она имеет в виду, издалека послышался женский голос:

— Святая?

Женщина смотрела на нас широко открытыми глазами. Эстель улыбнулась ей, склонив голову набок:

— Да, я Святая.

Женщина прикрыла рот рукой, выглядя потрясенной:

— О боже мой. Вы действительно Святая! Вы раньше были мне по пояс, но… вы превратились в прекрасную леди.

— Прошло 10 лет с тех пор, как я заглядывала сюда в последний раз. Прошло много времени, но вы помните меня.

— Конечно, я помню.

Женщина с косичками посмотрела на Эстель и сказала:

— Когда Святая посещала нас в прошлый раз, именно я была вашей проводницей. Вы, должно быть, не помните таких незначительных людей, как я.

— Ах… Сьюзан! Это ты, Сьюзан?

Лицо Сьюзан просияло от слов Эстель:

— Вы помните меня?

— Конечно. Ты была так добра ко мне. Ты совсем не изменилась. На самом деле, ты стала такой красивой.

Сьюзан радостно рассмеялась:

— Вы шутите, я теперь уже старуха. Неважно. Видите ли, у меня двое детей.

— Ты родила ребенка! Поздравляю, хоть и с опозданием.

Сьюзан улыбнулась счастливой улыбкой:

— Для меня честь получить ваши поздравления. Ваши слова — лучший подарок, который я могла получить. Почему вы приехали сюда?

Посмотрев на меня и Кронпринца, стоявших позади Эстель, Сьюзан округлила глаза и произнесла:

— Ваши спутники не похожи на священников…

— Я здесь по личному делу… Один из них — мой парень.

— О боже.

Сьюзан прикрыла рот рукой, выглядя удивленной.

Кронпринц погладил свои волосы с напыщенной улыбкой.

Словно хвастаясь: «Да, этот мужчина прямо здесь — парень Эстель».

Тск-тск. Я думала, он исправился, но, похоже, ужасная болезнь принца так и не была вылечена.

Однако Эстель перешла к моему представлению так быстро, что хвастовство Кронпринца отошло на второй план:

— А вторая — моя самая драгоценная подруга и… невеста Люциана.

— ……..!

В этот момент взгляд Сьюзан изменился.

Ее теплое лицо побледнело. Словно она услышала то, чего не следовало говорить.

Эстель сказала ей:

— На самом деле, я пришла повидаться со старостой по делу, касающемуся Люциана.

Сьюзан ответила с помрачневшим лицом:

— …Понимаю.

— Как поживает староста?

— Ему не очень хорошо. С прошлого года он в плохом состоянии, так что может только лежать в постели.

— Можешь проводить нас к нему?

Сьюзан заколебалась, но кивнула.

* * *

Сьюзан проводила нас к дому внутри деревни.

В темной комнате лежал старик, выглядевший таким слабым, словно он был при смерти.

Увидев Эстель, старик расширил глаза, а затем задрожал:

— О, Святая! Вы — Святая!

— Давно не виделись, староста.

Я чувствовала, какой огромный трепет испытывал старик перед Эстель даже после простого приветствия.

Старик продолжал говорить с лицом, полным эмоций:

— Я знал, что вы придете, когда придет время. Вы здесь, чтобы найти способ убить дьявола, верно?

От его слов мое сердце забилось сильнее.

Было ясно, что словом «дьявол» он называет Люциана.

Эстель спокойно спросила:

— Вы знали, что я приду?

— Конечно. Я слышал от одного священника, с которым я близок, что он стал дьяволом. Я даже не удивился. Я давным-давно знал, что этот ублюдок — дьявол.

Старик продолжал, сверкая глазами:

— Даже когда Святая забрала его на обучение, даже когда люди признали его великим рыцарем, и даже когда жители деревни признали, что неправильно его понимали, и отбросили прошлое, я никогда не отказывался от своего первоначального мнения. Он дьявол. Однажды он покажет свое истинное лицо.

Старик произнес это с радостным выражением:

— Смотрите! Этот день наконец настал.

Пустые глаза старика светились гордостью от того, что его убеждение оказалось верным.

Том 2 Глава 73

Увидев это, я пришла в ярость.

«Эй, дед. Люциан — не дьявол. Перестань говорить о нем в таком тоне!»

Мне ужасно хотелось наброситься на него, и я едва сдержалась, лишь когда увидела лицо Каликса рядом с собой.

«Не заводись. Хочешь всё испортить?» — глаза Каликса предупреждали меня.

Я глубоко вздохнула и постаралась успокоиться.

Верно. Эстель сказала, что этот старик знает, как вернуть Люциана в нормальное состояние.

Я должна взять себя в руки и во что бы то ни стало выслушать его.

Старик произнес:

— Я хранил этот «предмет» до сегодняшнего дня. Я отдам его Святой, пожалуйста, используйте его, чтобы уничтожить дьявола.

То, что старик достал из глубины шкафа и протянул Эстель, было серебряным ожерельем.

* * *

Мы вышли из дома старика. Я посмотрела на серебряное ожерелье в руках Эстель и спросила:

— Что это?

— Это… — Эстель посмотрела на украшение с горькой улыбкой. — Прежде чем что-то объяснять, я хочу кое-куда сходить с мисс Нией.

— Куда?

— Туда, где Люциан жил в детстве.

— …

Я молча кивнула, чувствуя, как лицо каменеет.

Место, куда привела меня Эстель, находилось далеко от деревни. В пустынной местности стоял старый заброшенный дом, который, казалось, вот-вот рухнет. Войдя внутрь, я нахмурилась. Пол был покрыт толстым слоем пыли, окна болтались на петлях, едва держась в проемах. Миски и тарелки, когда-то стоявшие на старом столе, валялись на земле. Даже с учетом того, что за этим местом давно никто не ухаживал, оно не выглядело пригодным для жизни. Каликс тоже нахмурился, зажимая нос:

— Даже в мусорных баках чище, чем здесь. Кардиен вырос в таком месте?

Эстель покачала головой:

— Это не то место.

— Что?

— Это то место, где я нашла Люциана.

— …

Я направилась туда, куда указала Эстель, и голова Каликса повернулась следом. С одной стороны маленького домика находился сарай с открытым входом. А внутри была лестница, ведущая вниз. Каликс произнес:

— Это подвал.

В некоторых имперских особняках подвалы строили под землей, но исключительно для хранения вещей. Это не было местом для жизни людей.

«Не может быть…»

Я с тяжелым сердцем спустилась по лестнице вслед за Эстель. Каликс последовал за нами. Оказавшись внизу, я застонала. В маленьком темном пространстве, куда не проникал свет, сохранились следы жизни… нет, следы того, как здесь держали человека. На стене висела цепь, предназначенная для узников, а на полу валялось несколько заплесневелых мисок. В углу была свалена какая-то жалкая одежда. Я прикрыла рот рукой, глядя на эту гнетущую картину. Каликс тоже выругался:

— Что это такое? Настоящая тюрьма.

Эстель опустила глаза:

— Верно. Это тюрьма. Когда я впервые встретила Люциана, он был заперт здесь. Он был прикован цепями, лишенный свободы.

— …!

Я знала об этом, потому что читала оригинальный роман. Знала, что Люциана травили жители деревни с самого рождения. Однако одно дело — знать, и совсем другое — увидеть своими глазами. Дыхание перехватило, словно сердце резали на куски. Заметив мое искаженное лицо, Эстель достала серебряное ожерелье, полученное от старика:

— Это ожерелье было на шее Люциана в то время.

И Эстель начала рассказывать мне о том, что произошло здесь десять лет назад.

* * *

Двенадцатилетняя Эстель путешествовала по империи вместе со жрецами с миссионерской целью. Обычно она посещала сельские деревни, где не было храмов, а значит, жители не могли получить благословение. Одной из таких стала эта маленькая деревушка в горной долине. Деревня была основана давным-давно набожными верующими. Жители были невероятно рады появлению юной Святой. Особенно польщен был староста, чья семья защищала деревню из поколения в поколение.

— Для нас огромная честь встретить Святую. Пожалуйста, донесите волю Божью до нас, грешных.

Его искреннее гостеприимство согрело сердце Эстель. Ее сопровождала девочка с косичками:

— Я Сьюзан, я буду вашей проводницей, пока вы здесь. Рада работать с вами.

Эстель ходила по деревне вместе со Сьюзан, заботясь о людях. Она исцеляла больных, утешала страждущих и молилась за тех, кто искал защиты Бога. Хотя они были бедны, их сердца были полны веры и чистоты. Поэтому Эстель старалась еще усерднее. Но однажды она обнаружила маленький домик на окраине деревни.

— Там кто-то живет?

Сьюзан, которая до этого всегда любезно отвечала на вопросы Эстель, ответила с серьезным выражением лица:

— С-Святая, вам не стоит беспокоиться об этом месте.

— …

Ее ответ показался странным. Сказать, что не стоит беспокоиться о том, живут ли там люди? Эстель была юна, но проницательна, особенно когда люди пытались что-то от нее скрыть. Игнорируя предостережения Сьюзан, Эстель направилась к маленькому дому. Запыленное жилище не выглядело обитаемым, однако на полу повсюду были разбросаны следы. Эстель пошла по ним и оказалась у входа в небольшой подвал. Она шагнула в душную комнату. Первое, что она почувствовала, был рыбный запах. Несмотря на юный возраст, Эстель, повидавшая немало больных, знала, что это за запах. Запах крови. Эстель нахмурилась и поднесла лампу ближе. Ее глаза расширились от увиденного. На темном и сыром полу лежал ребенок. А там, где он лежал, виднелась красная кровь.

— Боже мой!

Испугавшись, Эстель бросилась к ребенку. Взяв его на руки, она нахмурилась. Передняя часть одежды ребенка была пропитана ярко-красной кровью, а подол был аккуратно обрезан, словно ножом. Кто-то должен был нанести ребенку раны острым оружием.

«Кто мог совершить такое зло…»

Эстель поспешно разорвала одежду ребенка, чтобы осмотреть его состояние. Вскоре она была шокирована еще сильнее.

«На нем нет ран?!»

Кожа ребенка под окровавленной одеждой была чистой. Словно раны исчезли.

«Кто-то с такими же способностями, как у меня, исцелил его? Или… он сам себя вылечил?»

Пока она размышляла, что, черт возьми, происходит, глаза Эстель блеснули решимостью. Сейчас не время для раздумий. Видимых ран нет, но оставлять ребенка в таком месте — абсурд. Она должна помочь мальчику, который был без сознания.

Дзынь.

Она услышала звук металла о металл. Только тогда Эстель увидела длинную цепь, прикрепленную к шее ребенка. А конец этой грубой цепи был намертво прикован к стене.

— …!

В этот момент спокойное лицо Эстель исказилось.

«Они заперли здесь ребенка? На цепи, которой держат свирепых зверей?»

Сьюзан подошла к дрожащей от шока Эстель и обеспокоенно произнесла:

— С-Святая, выходите отсюда. Хоть вы и Святая, если подойдете слишком близко, проклятие может перекинуться на вас. Ведь он — дьявол.

— …

«Дьявол».

Сьюзан назвала окровавленного ребенка именно так. В ее глазах не было ни сочувствия, ни жалости. Только презрение и страх. Эстель поспешила к старосте. Ей нужно было снять ожерелье с шеи ребенка, а староста был единственным, кто мог сделать это с помощью специального устройства. Староста, который встретил Эстель с сияющим лицом, не зная, что произошло, изменил тон, услышав ее слова:

— Я видела ребенка, запертого в подвале. Не знаю, что случилось, но запирать ребенка в таком месте — преступление. Пожалуйста, освободите его как можно скорее.

Староста покачал головой:

— Нет, я не могу этого сделать.

— Я слышала об этом. У ребенка красные глаза, и его намеренно заперли в таком месте. Но это лишь старый миф, что человек с красными глазами — дьявол.

Чем менее образованными были люди, чем изолированнее была сельская местность и чем фанатичнее они были, тем сильнее они ненавидели дьявола. Эстель видела многих таких людей. Она думала, что это просто их суеверие. Она верила, что староста изменит свое мнение, если Святая убедит его. Однако вместо того, чтобы подчиниться, староста ответил с озабоченным лицом:

— Вы говорите так только потому, что не знаете всей правды. Он настоящий дьявол.

Эстель лишилась дара речи, услышав то, что он сказал следом:

— Три года назад, в семилетнем возрасте, он убил человека! …Этим человеком был мой сын.

— …!

Дыхание Эстель сбилось. Староста говорил с лицом, полным муки:

— Это ожерелье скрывает силу дьявола. Это священный предмет, который передавался в нашей деревне из поколения в поколение. Так что не трогайте его бездумно. Вы не должны выпускать дьявола на свободу.

Вернувшись в настоящее, к своему взрослому облику, Эстель выражала смешанные чувства:

— Тогда я не до конца поверила словам старосты. В то время я не чувствовала от Люциана никакой зловещей силы. Я думала, что это преувеличение, потому что вся деревня не хотела быть обвиненной в жестоком обращении с ребенком.

— …

— Поэтому я яростно требовала освободить ребенка. Когда жрецы тоже начали настаивать на освобождении Люциана, староста был вынужден снять с него ожерелье. Так Люциан смог выбраться оттуда.

Мне казалось, я многое знаю о Люциане. Но это было не так. Я впервые слышала о том жестоком прошлом, которое ему пришлось пережить. Я не могла вымолвить ни слова, лишь закусила губу, чувствуя, как лицо становится бледным. Каликс посмотрел на меня, а затем спросил Эстель:

— И что? Это ожерелье действительно эффективно?

— Староста сказал, что Люциан… — Эстель замолчала на мгновение, а затем продолжила: — Он сказал, что когда тот убивает кого-то, в нем пробуждается сила, из-за которой он перестает быть человеком. Но с этим ожерельем сила исчезает. Думаю, это ожерелье — священный артефакт, очищающий силу дьявола. Мне нужно провести дополнительные исследования, чтобы узнать наверняка.

Я сглотнула. Было трудно об этом спрашивать, но я должна была подтвердить одну деталь:

— …Правда ли, что Люциан в детстве убил человека?

Том 2 Глава 74

«……»

Эстель опустила глаза.

Она посмотрела на меня и произнесла это с таким мучительным выражением лица, словно сама совершила грех:

— Все говорили одно и то же, когда я спрашивала. Все твердили, что Люциан жестоко убил сына старосты, который присматривал за ним, когда ему было семь лет.

В этот момент меня едва не сбило с ног.

Он — рыцарь. Он множество раз был на поле боя и убил немало людей.

Но это совсем не то же самое, что семилетний ребенок, убивающий человека.

Стоило представить маленького мальчика с окровавленным мечом и горящими красными глазами, как сердце сжалось от боли.

— Мисс Ния.

Эстель крепко обняла меня, пытаясь утешить. Затем она похлопала меня по спине.

Сколько прошло времени?

Заговорил Каликс:

— Нет смысла тянуть. Нужно как можно скорее изучить ожерелье и найти способ привести Кардиена в чувство.

Затем он добавил, встретившись со мной взглядом:

— ……Когда Кардиен вернется, мы все выпьем. Я обчищу отцовский винный погреб и угощу вас.

Мне не оставалось ничего, кроме как улыбнуться его словам.

У меня есть хорошие друзья рядом.

Но как насчет него?

Он, должно быть, был совсем один, в одиночестве посреди белого снега.

….Точно так же, как когда он был здесь.

Сердце болезненно сжалось.

* * *

Я хотела немедленно вернуться в столицу, чтобы изучить ожерелье, но солнце уже село.

Ходить по ночным дорогам могло быть опасно, поэтому мы решили остаться в деревне на ночь.

Сьюзан отвела нас к себе домой.

Дом был маленьким, но теплым.

Я чувствовала запах кипящего супа и слышала детский лепет и смех.

Близнецы, которые были так похожи на Сьюзан, пришли в восторг от появления знатных гостей.

— Мам, кто они?

— Это принцесса и принц?

— Почему принцесс две?

— Неужели не видишь? Принц — бабник.

— Фу. Терпеть не могу таких парней.

К удивлению, Каликс вступил в перепалку с маленькими сорванцами, которые щебетали, словно воробьи:

— Эй, дети. Не болтайте попусту о людях, которых даже не знаете. Я принц, но я не бабник.

— Тогда почему принцесс две?

— И тут вы ошиблись. Они не принцессы.

— Но в книгах красивая девушка, которая рядом с принцем, всегда принцесса.

— ….Ха. Они перечитали клишированных сказок. У детей складывается неверное представление.

Каликс нервно провел рукой по волосам и сказал:

— Очень грубо судить о людях так поспешно. Если вам так любопытно, я всё объясню.

Каликс усадил детей перед собой и начал обстоятельно объяснять.

«У моего отца неожиданно появился соперник. Появился новый мастер болтовни!»

В отличие от меня, которая смотрела на них широко открытыми глазами, Эстель смотрела на них с теплотой и улыбалась.

— Дети такие милые, Сьюзан.

— Милые, говорите. Как видите, они как непослушные телята.

Несмотря на её слова, в глазах Сьюзан светилась нежность.

Она — теплый и добрый человек.

Но в то же время она…

«Она — одна из тех деревенских, кто помогал запереть Люциана».

Сейчас я не собиралась винить жителей деревни.

Я ненавидела их за то, как они жестоко обращались с ним, но понимала, что у них были свои причины.

Нет. С их точки зрения, грешником был Люциан, а не они.

Пытаясь примирить свои мысли, я старалась разобраться в эмоциях, поднимавшихся внутри.

Но, похоже, её не устраивало мое присутствие.

Как только она встретилась со мной взглядом, Сьюзан поспешно отвела глаза, напрягшись.

Мы не так часто смотрели друг на друга, но она всегда вела себя так, когда это случалось.

«Может, она ненавидит меня, потому что я невеста Люциана?»

Однако в её глазах читалось нечто более странное, чем просто ненависть ко мне.

Скорее, чем страх или ненависть… казалось, она была скована в моем присутствии.

Словно я совершила преступление.

«Что это?!»

Я посмотрела на неё с недоумением.

На рассвете я лежала в постели и вертела в руках серебряное ожерелье.

Вернувшись в столицу, Эстель сказала, что изучит ожерелье вместе со священниками.

Если слова старосты правдивы, это ожерелье обладает способностью очищать дьявольскую силу Люциана.

Поэтому, как только сила ожерелья будет подтверждена, мы немедленно отправимся к Люциану.

Но почему?

Я нашла решение, которое искала, но чувства были смешанными.

Это из-за ужасного прошлого Люциана?

Из-за того, что его прошлое оказалось страшнее и печальнее, чем я думала?

Или…

Тут я услышала стук в дверь.

Я гадала, кто бы это мог быть, и услышала тихий голос:

— Э-это я, Сьюзан.

Почему она здесь?

Случилось что-то срочное, раз она стучит в нашу дверь на рассвете?

Я повернула голову и посмотрела на кровать рядом. Эстель крепко спала.

Удивительно, но она спала так глубоко, что не проснулась от звука.

Я открыла дверь, обдумывая, как поступить в этой ситуации.

Глаза Сьюзан расширились, когда она увидела мое лицо за открытой дверью.

— Эстель сейчас спит. Хотите, чтобы я её разбудила?

Хотя я старалась говорить нормальным тоном, голос прозвучал резко.

«Наверное, я выгляжу так, будто она мне не нравится».

Возможно, из-за моего резкого тона Сьюзан не ответила и промолчала.

Пока я смотрела на неё в неловкой тишине, она открыла рот:

— Вы ведь мисс Перния, верно? Я хочу вам кое-что рассказать.

— Мне?

— …Это касается того ребенка, инцидента с Люцианом, когда ему было семь лет.

Мои брови поползли вверх.

Почему она внезапно хочет поговорить со мной о Люциане?

У неё есть зуб на меня? Или она хочет рассказать, каким ужасным он был?

Почему-то мое лицо стало холодным, потому что я не хотела ничего этого слышать.

— Я примерно знаю, что произошло в том инциденте.

— Нет. Я хочу рассказать вам кое-что другое. Пожалуйста, выслушайте меня.

Она начала говорить, опустив глаза.

Словно исповедуясь в грехе, совершенном давным-давно.

* * *

В деревне родился ребенок с красными глазами.

Никто не знал, кто его отец, а вскоре после родов его биологическая мать умерла, не сумев оправиться.

Оставив ребенка по имени Люциан.

Люциан был брошен на произвол судьбы в маленьком домике, где жила его мать.

Только благодаря жителям деревни ребенок, который никак не мог позаботиться о себе сам, не умер.

Несколько человек по очереди присматривали за младенцем.

Это было не из сострадания.

А из страха: если они позволят ребенку с красными глазами умереть, на них может пасть проклятие.

Среди них был Джон, сын старосты, который заботился о Люциане больше всех.

Люди хвалили парня за то, что он взял на себя работу, которую все боялись делать.

— Как и ожидалось, сын старосты — особенный.

Но визиты Джона в маленький домик были не только ради заботы о Люциане.

Наполовину из-за приказа отца, а наполовину…

— Его раны заживают сами по себе?

Джон кивнул на слова Сьюзан.

— Ага. Он настоящий дьявол. Какая бы тяжелая рана ни была, она заживает через день.

Сьюзан нахмурилась.

Она никогда не слышала, чтобы у красноглазого ребенка была такая особая способность.

Джон взял Сьюзан за руку, не желая, чтобы его обвинили во лжи.

— Не веришь? Тогда иди за мной. Я позволю тебе увидеть всё своими глазами.

На самом деле Сьюзан не хотела идти за Джоном.

«Кто захочет идти в такое жуткое место, если никто не приказывал?»

Но Сьюзан не смогла ничего возразить и направилась к маленькому домику вместе с Джоном.

На людях Джон демонстрировал свой лучший характер, но перед своей подругой детства он иногда вспыхивал, словно огонь.

Как только она вошла в маленький домик, Сьюзан закрыла нос.

«Этот запах».

Ребенок сидел посреди мусора, так как место не было должным образом убрано.

— Как поживаешь?

Ребенок вздрогнул от голоса Джона и повернул голову.

Глаза Сьюзан расширились, когда она увидела ребенка.

Сьюзан никогда не приходила в этот дом из страха, что с ней случится что-то плохое, если она пойдет туда, где живет красноглазый ребенок.

Поэтому она впервые увидела Люциана.

Люциан, который был намного меньше своих сверстников и держал в одной руке маленькую куклу, выглядел послушным.

«Он выглядит как обычный ребенок. Думаю, он даже милый».

Он был грязным, но, по крайней мере, не выглядел таким пугающим, как она себе представляла.

— Не поздороваешься?

Но в тот момент, когда Джон сказал это, лицо Люциана изменилось.

В его больших красных глазах читался страх. Люциан опустил голову с неловким жестом.

Джон хихикнул, словно это зрелище его забавляло, и подошел к Люциану.

Затем он схватил Люциана за запястье, которое было совсем тонким, и протянул его Сьюзан.

— Смотри. Вчера я порезал ему тыльную сторону ладони стеклом. Но от пореза не осталось и следа.

— …….!

Как и сказал Джон, рука Люциана была испачкана грязью, но шрама не было.

Джон ухмыльнулся.

— Я гадал, как он смог выжить всё это время, но дело было в этой способности.

Увидев это, Сьюзан нервно сглотнула.

Она не боялась скрытой способности Люциана.

Она боялась Джона.

Это был не тот Джон, которого она знала.

Сьюзан не впервые видела Джона таким. Внешняя доброта Джона к окружающим была лишь маской.

Джон скрывал свою жестокую натуру.

Поскольку его отца уважали жители деревни, которые были очень набожными верующими, Джон вырос, не имея возможности выразить свои истинные желания.

Он был так зол, когда ему впервые приказали кормить Люциана.

Однако в первый же день, когда Джон принес Люциану еду, он нашел забаву в этом тягостном занятии.

Джон поставил суп своей матери на пол и с раздражением посмотрел на Люциана.

Сидя на старом стуле, он наблюдал за Люцианом, и то, что он делал, было настоящим зрелищем.

Увидев суп, ребенок тяжело задышал и приблизился к нему, словно животное.

В своей судорожной спешке добраться до супа ребенок порезал ноги об осколки разбитых мисок на полу.

Джон подумал, наблюдая, как ребенок ест суп, пока подошвы его ног кровоточили:

«Отстой. Хотел бы я, чтобы он сдох. Тогда мы с жителями деревни могли бы жить спокойно».

Поэтому Джон оставил Люциана.

«Интересно, он еще жив?»

Джон, пришедший в дом на следующий день, был удивлен.

Люциан выглядел нормально, словно вчера ничего не случилось.

Шрамы на подошвах его маленьких ног исчезли без следа.

В этот момент Джон почувствовал страх.

«Он действительно дьявольское отродье».

Том 2 Глава 75

«Мне это снится?»

Эти сладкие слова, мое бешено стучащее сердце, его прекрасное лицо. Все это казалось таким нереальным…

Лицо Луциана медленно приближалось к моему. Глядя на него, я с запозданием пришла в себя и воскликнула:

— Мы не в тех отношениях, чтобы…

«Хотя, думаю, ничего страшного, если мы поцелуемся».

Я так и не смогла озвучить этот бред, потому что лицо Луциана уткнулось мне в плечо.

Слушая громкий стук собственного сердца, я медленно опустила голову.

— Лорд Кардиен?

— ……

— Эй, господин жених?

Ответа не последовало, лишь звук его тяжелого, прерывистого дыхания нарушал тишину.

Я остолбенела и со вздохом пробормотала:

— Ах да, он же всю ночь напролет пил на банкете с таким мрачным видом.

Я потеряла бдительность, потому что он совершенно не выглядел пьяным.

Прямо сейчас он не был ни яндере — вторым главным героем, ни лучшим рыцарем империи, ни тем женихом, который внезапно прошептал самые романтичные слова в мире.

Он был просто-напросто пьян.

А большая часть того, что говорят пьяные люди — не более чем чепуха. Так что….

Я обняла его за широкую спину и прошептала:

— Ничего, если я не стану придавать слишком большого значения тому, что ты только что сказал?

Однако, вопреки сорвавшимся с губ словам, мое бешено колотящееся сердце так и не успокоилось.

---

Побочная история

Я — любимая главная героиня

Первыми словами, которые мать произнесла, глядя на младенца, окутанного ярким светом, были: «Ах, святая!»

Эстель была «святой» с самого момента своего рождения.

А несколько лет спустя ее слабая здоровьем мать скончалась, оставив юной Эстель такое напутствие:

«Эстель, ты — святая, избранная Богом. Будь прекрасным и добрым человеком, которого все будут любить».

Маленькая Эстель со слезами на глазах кивнула.

С тех пор Эстель преданно следовала совету покойной матери.

Она всегда заставляла людей улыбаться и исцеляла страждущих силой, которой благословил ее Бог.

Она выслушивала истории тех, кто переживал тяжелые времена, и всячески их подбадривала.

Всякий раз, видя Эстель такой, окружающие счастливо улыбались.

— Вы поистине прекрасны как снаружи, так и внутри.

— Разумеется. Ведь вы — та, кого избрал сам Бог.

Слыша эти слова, Эстель всегда изящно улыбалась, словно ангел.

Ей всегда было приятно слышать их похвалу.

«В будущем я буду стараться еще больше».

Но Эстель не знала.

На самом деле эта похвала стала для юной Эстель более жестокими оковами, чем любые другие слова.

Впервые Эстель осознала истинный смысл этих, казалось бы, добрых комплиментов, когда ей исполнилось четырнадцать.

---

— Мне обязательно идти на этот банкет?

Услышав слова Эстель, священник, который все это время присматривал за ней, кивнул.

— Наш глава говорил вам об этом много раз. Разумеется, помощь бедным и нуждающимся — это самое важное. Однако не менее важно выстраивать дружеские отношения с членами королевской семьи, а также с аристократией.

— Но…

Эстель с угрюмым видом опустила голову. Священник мягко продолжил, словно зная, о чем она думает:

— Отправляться на роскошный банкет, когда кто-то другой может голодать из-за отсутствия куска хлеба, весьма некомфортно. Но аристократы — тоже люди, которые желают, чтобы госпожа Эстель защищала их. Пожалуйста, не будьте столь предвзяты и относитесь к ним благосклонно.

— ……

Эстель не могла назвать священнику истинную причину, по которой ей не хотелось присутствовать на банкете.

По сути своей, священнослужители не вмешиваются в светскую жизнь и, следовательно, не посещают банкеты, устраиваемые знатью.

Таким образом, единственным человеком, чье присутствие было необходимо на приеме, оставалась Эстель, обладавшая божественной силой, но в то же время не являвшаяся жрицей.

Вот почему они не знали.

Как на самом деле к ней относились на этих банкетах.

В тот самый момент, когда Эстель появлялась в своем потрепанном платье, множество людей начинали перешептываться, прячась за веерами.

— Она снова пришла в этом наряде.

— Очевидно, что подобный наряд могли подготовить лишь те, кто считает все яркое и броское греховным.

Не имеет значения, что она — святая; юная простолюдинка, у которой нет родителей, становится идеальной мишенью для презрения дворян.

«Сохраняй невозмутимое выражение лица и улыбайся, как будто ничего не слышала».

Эстель отчаянно прятала свое разбитое сердце.

Конечно, четырнадцатилетней девочке было нелегко стойко держаться перед теми, кто постоянно насмехался над ней.

И все же она могла выносить это, потому что тех, кто искренне и радостно приветствовал ее, было гораздо больше.

— Добро пожаловать, Святая.

— Благодарим вас за то, что посетили наш банкет, несмотря на вашу занятость.

Хозяева сегодняшнего торжества, граф и его супруга, встретили Эстель со светлыми лицами. Они были глубоко верующими людьми, которые ежегодно жертвовали Церкви огромные суммы денег.

И в то же время они были преданными последователями Эстель.

— Благодарю вас за приглашение на столь важное событие.

Эстель застенчиво ответила на приветствие и повернулась к девочке, стоявшей между графом и графиней.

Натали.

Она была дочерью графа и графини, на два года младше Эстель.

Несколько лет назад слабая здоровьем Натали едва не умерла от тяжелой пневмонии, и ей удалось преодолеть порог смерти лишь с помощью силы Эстель.

С тех пор Натали ходила за Эстель хвостиком, словно младшая сестра.

— Я так счастлива, что Святая смогла прийти на мой день рождения! Вы не представляете, как я хвасталась друзьям тем, что вы сегодня будете.

От слов Натали сердце Эстель радостно затрепетало.

Тот факт, что она была простолюдинкой и святой одновременно, делал ее отношения с другими благородными леди весьма неловкими.

Большинству было трудно общаться с Эстель, а некоторые и вовсе игнорировали ее, переходя в те места, где она пропадала из их поля зрения.

Но Натали всегда относилась к Эстель без капли предубеждения.

Натали подошла к Эстель поближе.

— Вы уже видели новый пруд в саду?

— Еще не видела.

— Тогда я покажу вам. Отец приказал построить его на мой день рождения, и белые камни, украшающие пруд, так красивы, когда сверкают в лучах солнца.

Лицо Эстель слегка вспыхнуло, когда Натали непринужденно взяла ее под руку.

«Как же это приятно».

Даже при том, что рядом с ней была лишь без умолку болтающая Натали, Эстель подумала, что сегодняшний банкет был очень веселым в отличие от всех остальных.

— Это платье — подарок моей мамы. Оно было сшито на заказ в «Луи Виттон», самом популярном бутике в последнее время. На нем целых 300 лент. Что вы о нем думаете?

— Оно действительно красивое.

— А в каком бутике вы покупали свое платье?

Ее плечи слегка вздрогнули от внезапного вопроса о ее наряде, но Эстель удалось ответить спокойно.

Тем не менее, она была уже достаточно взрослой, чтобы стыдиться своего обычного потрепанного платья.

— Это платье не сшито на заказ, это подарок от священника.

— О, понятно.

Натали кивнула с таким видом, словно знала о чем-то, чего не знала Эстель.

А в следующее мгновение она снова защебетала, словно пташка:

— О, бабушка и дедушка прислали мне в подарок самые знаменитые сладости из региона Торанто. Это такое печенье, наполненное медом. Мы с близкими подругами собирались поесть его у меня в комнате. Не хотели бы вы присоединиться к нам, Святая?

Эстель на мгновение заколебалась.

Хоть она и не была официальной жрицей, она являлась верной последовательницей церковной доктрины, которая запрещала любую роскошную пищу, включая сладости с высоким содержанием сахара.

Поэтому прошло много времени с тех пор, как она ела что-то сладкое.

«Печенье с медом……»

У нее невольно потекли слюнки.

К тому же, видя лицо Натали, полное предвкушения, ей захотелось хотя бы на один день нарушить строгие правила.

Она уже представляла, как весело будет болтать и есть сладости под теплым солнцем.

Поэтому, немного поразмыслив, Эстель кивнула.

— Звучит здорово.

Услышав ответ Эстель, Натали ярко улыбнулась.

— Я уверена, мои подруги будут в восторге, если я приду вместе со Святой.

— …Правда?

— Конечно. Все любят Святую.

От этих слов лицо Эстель покраснело.

Сияющие глаза Натали не были похожи на глаза лжеца.

«Да. Потому что, в отличие от взрослых, большинство юных леди относятся ко мне более благосклонно».

Однако, во время их радостной прогулки, Эстель вскоре пришлось остановиться.

Всему виной была толпа людей, сбежавшаяся сюда только для того, чтобы увидеть ее.

— Так вы были здесь, Святая.

— Я слышал, что вы придете, но не видел вас, поэтому все это время искал.

Среди аристократов те, кто обладал глубокой верой, всегда старались перекинуться словом с Эстель при каждой встрече.

Обычно она бы спокойно поприветствовала их, но сейчас время было выбрано крайне неудачно.

Натали с обеспокоенным выражением лица прошептала Эстель:

— Не торопитесь, побеседуйте с ними. А я пока пойду в свою комнату и подготовлюсь. Хочу сообщить подругам, что придет Святая.

Она была благодарна Натали за ее сообразительность и внимание.

Эстель кивнула, не скрывая своей радости.

После того как Натали исчезла, Эстель поприветствовала окружающих одного за другим.

— Святая, могу ли я просить вашего благословения?

В большинстве случаев все происходило именно так.

Эстель, сомкнув руки, произносила слова благословения тем, кто закрывал глаза.

Обычно она концентрировалась на них изо всех сил, но сегодня ее мысли постоянно витали где-то далеко.

«Хочу поскорее пойти к леди Натали».

Эстель то и дело поглядывала в ту сторону, куда ранее ушла Натали.

Лишь спустя долгое время ей, наконец, удалось вырваться из толпы.

— Приношу свои извинения. Меня кое-кто ждет, поэтому прошу меня простить.

Ей удалось управиться гораздо быстрее, чем обычно, но это все равно вызвало изрядную задержку.

Шаги Эстель, направляющейся к комнате Натали, стали тревожными.

«Что, если я обидела ее, заставив так долго ждать?»

Возможно, прошло слишком много времени, Натали с подругами уже доели сладости и разошлись.

Она подумала, что будет немного обидно, если все обернется именно так.

Вскоре Эстель нашла комнату Натали.

Лицо Эстель просияло, как только она услышала девичий смех и визги, доносившиеся из-за слегка приоткрытой двери.

«Все еще там».

Том 2 Глава 76

Сьюзан всхлипнула и продолжила:

— Староста велел мне не осквернять память Джона этой бесполезной историей. Главное, что ребенок разорвал Джона на куски. Т-только поэтому я молчала. И все продолжали считать его дьяволом… если бы я оставила всё как есть, мне было бы гораздо проще.

Закрывая глаза на то, что ребенок совершил чудовищное преступление, она также смогла избежать чувства вины за соучастие в жестоком обращении с ним.

Но…

— …Когда у меня родился свой ребенок, я всё время думала о нём.

Она знала, что у того ребенка тоже была мать. Даже если он родился с красными глазами, мать наверняка всё равно любила его.

Должно быть, она усердно трудилась, чтобы сделать ту куклу для ребенка, которого носила под сердцем.

Ребенок наверняка скучал по своей матери.

Запоздалое чувство вины терзало Сьюзан.

Было невыносимо больно видеть, как она плачет. Я чувствовала агонию, с которой она жила все эти годы, неся на себе груз этой огромной вины.

Тем не менее, я не могла сказать ей, что всё в порядке.

«В конце концов, ты говоришь это только ради собственного успокоения».

Я не могла произнести это вслух из-за маленьких детей, приближавшихся к нам.

Брат и сестра, еще сонные, обняли мать.

— Мам, что случилось? Почему ты плачешь?

— Эта знатная принцесса тебя обидела?

— Не плачь.

— ……

Я вышла из комнаты, наблюдая за ними.

Если бы я осталась, то могла бы сказать ей что-то жестокое прямо при детях.

Я вышла из дома в одной ночной сорочке. Как только я оказалась снаружи, меня окутал прохладный ночной ветерок.

Ёжась от холода, я посмотрела на ночное небо. Глядя на белую луну, плывущую в вышине, я стиснула зубы.

«Что я думала о Луциане до сих пор?»

Я знала об этом, потому что читала оригинальный роман.

Знала, что у него было несчастливое прошлое. Однако я никогда глубоко не задумывалась о том, что именно ему пришлось пережить.

Потому что он такой красивый, когда улыбается.

Потому что я люблю его.

Я боялась, что образ, который я создала, исчезнет. Я боялась, что он превратится в одержимого безумца.

На меня нахлынуло разочарование.

«Имею ли я вообще право что-то говорить?»

Я поступила так же, как и она. Я тоже была сторонним наблюдателем, который притворялся, что не видит его боли, и отрицал его гнев.

Нет, я была даже хуже.

По крайней мере, они не пытались превратить Луциана в ту версию, которая им больше нравилась, как это делала я.

Я вспомнила наш разговор.

«Луциан, у меня сегодня был интересный разговор со знатными дамами на банкете. Они спрашивали, люблю ли я своего партнера».

«И что ты ответила?»

«Конечно, я сказала "да". Мой Луциан красив, нежен, силен и любит меня больше всех на свете. Нет причин не любить тебя».

Луциан рассмеялся, словно услышал что-то забавное.

Хотя я говорила серьезно.

Я надулась и спросила:

«Почему ты любишь меня, Луциан?»

«Потому что ты — это ты».

«Эй, этого не может быть. Должна быть причина получше. Например, то, что я красавица, у меня хороший характер, я сексуальна, я такая милая, что меня хочется укусить. Что-то из этого должно быть причиной».

«Да, всё это — мои причины».

Луциан, улыбаясь, погладил меня по волосам и добавил:

«Но также правда и то, что я просто люблю тебя за то, что ты есть, Ния».

Он просто любил меня.

Чисто, без всяких причин.

Я опустилась на корточки и разрыдалась.

Пока я плакала, как ребенок, я почувствовала на своей спине теплые руки.

Эстель смотрела на меня с обеспокоенным лицом.

Я заговорила, закрывая лицо руками, залитыми слезами:

— Эстель. Кажется, я поступила с Луцианом ужасно.

— ………

— Как бы мне ни было страшно, я не должна была оставлять его одного в таком состоянии.

Я схватила Эстель за руку и сказала:

— Я хочу поехать к Луциану прямо сейчас.

Эстель не сочла мою просьбу странной.

Она не стала ругать меня, не сказала: «Что значит прямо сейчас?! Ты забыла, в каком состоянии сейчас находится Луциан?!»

Она просто улыбнулась, словно утешая меня:

— Езжай, Ния.

* * *

Побочная история

Луциан

В этом подвале, куда не проникает солнечный свет, живет Луциан, которому только что исполнилось десять лет.

Луциан выглядел жалким.

На шее у него был ошейник, соединенный с цепями, из-за чего он ничем не отличался от зверя на привязи, а его худощавое тело обнажало очертания каждой кости.

Его большие сияющие красные глаза придавали ему несколько загадочный вид.

Это было ужасающее зрелище ребенка, который потерял всё.

Луциан пробормотал потрескавшимися губами:

«…Я хочу пить».

Чтобы утолить жажду, ему приходилось слизывать капли воды с пола подвала.

Луциан слегка поднял голову и посмотрел на старика перед собой.

Старик, спавший на полу, был старостой деревни.

В дни, когда он напивался, он приходил в подвал и безжалостно избивал Луциана.

Это случилось прошлой ночью.

Староста пинал Луциана, бил его кулаками и плевал в него.

Луциан стиснул зубы, чтобы не закричать. Он знал: если издаст хоть звук, избиение станет еще сильнее.

Побои прекратились только после того, как староста уснул.

*Храп*

Увидев, что староста храпит, Луциан осторожно пошевелился.

Цепь, прикрепленная к его шее, была не очень длинной, но позволяла сделать несколько шагов.

Но…

*Лязг*

Звук железных цепей громко разнесся в тихом пространстве.

Брови старосты дернулись, и он открыл глаза.

Луциан инстинктивно отпрянул, как только встретился взглядом со старостой.

В глазах старика горела ненависть. Он произнес голосом, в котором сквозило отвращение при виде Луциана:

— Ха, ты еще не сдох.

— ……

— Даже после того, как я так тебя избил, ты не умираешь. Ты действительно злобный демон.

Староста говорил, и его руки дрожали.

— Раз ты убил моего сына, я должен как-то разобраться с тобой, демон, собственными руками.

Луциан подумал, что староста уходит из подвала, но тот вскоре вернулся. В руке у него был серп, который ярко блестел.

Луциан подумал с испуганным лицом:

«Может, извиниться? Или попросить его простить меня?»

Но слова не могли сорваться с его губ.

Потому что он ни капли не чувствовал вины перед старостой. Нет. Если бы у него были силы, он бы разорвал и убил старика перед собой так же, как сделал это с его сыном.

Староста посмотрел в глаза Луциану и поднял серп.

— Ты довольно несчастный ублюдок. Даже если ты дьявол, ты всё равно можешь умереть, если я уничтожу твое сердце.

Староста взмахнул серпом над хрупким телом Луциана.

Луциан улыбнулся в тот момент, когда почувствовал боль.

«Было бы лучше, если бы я умер».

Каждый раз, когда Луциан засыпал, он думал об этом.

Он всегда надеялся, что больше не откроет глаза.

Когда острое лезвие прошло по его телу, он надеялся, что то, о чем он мечтал, сбудется.

Но…

«Я всё еще жив».

Луциан был опустошен.

Когда я открою глаза, я снова окажусь в темноте.

Там не будет никого, кроме насекомых, которые изредка проползают мимо него на своих многочисленных лапках.

Он будет постоянно испытывать жажду и страдать от невыносимого голода.

Но…

— Ты в порядке?

Перед Луцианом, чьи глаза расширились от удивления, стояла девочка с золотыми волосами.

С чисто-белым лицом и голубыми глазами… Она была его прекрасной спасительницей.

После этого Эстель научила Луциана многому.

Как говорить и писать…

И чувствам.

— Луциан, тебе приятно, когда ты ешь вкусную еду, и тебе комфортно лежать под теплым солнцем, правда?

Эстель улыбнулась Луциану, когда он кивнул.

— Видишь, ты не дьявол. Ты очень нормальный и милый ребенок. Я уверена, что в будущем многие будут любить тебя.

— ……

Луциан хотел спросить Эстель:

«А что, если это не настоящий я? Если тот злой дьявол, который убивает людей, — это и есть я, ты всё равно будешь любить меня?»

Луциан ответил на свой вопрос сам.

Конечно, нет. Она ни за что не полюбила бы это ужасающее создание.

Даже если она святая.

Поэтому Луциан хранил свои сокровенные мысли глубоко внутри.

И он слепо следовал словам Эстель, как птенец следует за матерью.

Он посвятил себя защите слабых и никогда никого не убивал, если не был на поле боя.

Он даже дорожил жизнями маленьких полевых цветов.

Он всегда был добр ко всем.

А потом, со временем, появилась она.

Перния.

Она была такой милой и красивой.

Сияя, она ярко улыбалась Луциану. Она сказала ему, что он ей нравится.

Слова Эстель оказались правдой.

«Такой прекрасный человек любит меня? Я не могу в это поверить. Я так счастлив».

Для Луциана всё казалось чудом.

Поэтому Луциан дорожил Пернией.

Он хотел дорожить ею больше, чем кем-либо другим.

Он хотел любить.

Он хотел быть любимым.

Однако время, когда он мог упиваться сладостью любви в полном счастье, оказалось слишком коротким.

Внезапно Перния начала смотреть на другие вещи.

Чем дольше она это делала, тем сильнее в сердце Луциана поднимались темные чувства.

«Не разговаривай с другими».

«Смотри только на меня».

«…Пожалуйста, люби только меня».

Луциан постоянно подавлял эмоции, кишащие внутри него.

«Ты не можешь этого сказать. Ей это не понравится».

Но…

Его желание обладать ею росло. В конце концов, она отказала ему, когда не смогла больше терпеть, и выразила свои истинные чувства.

[Мне нужно немного времени отдохнуть от тебя.]

В этот момент что-то, что было плотно сжато внутри Луциана, сломалось.

Красные глаза Луциана дрогнули.

Как тогда, когда он впервые убил человека давным-давно.

Нет.

Я больше не хочу сдерживаться.

Я буду обладать ею столько, сколько захочу.

Однако последствия его желания оказались слишком жестокими.

Луциан оказался заперт в барьере из белого света, а его любимая женщина покинула его сторону.

Он хотел броситься за ней следом, но барьер света не выпускал его.

Как бы сильно он ни бил и ни царапал барьер, он не мог выбраться.

Несколько дней спустя Луциан усмехнулся.

— …Посмотри на себя. Никто тебя не любит.

Это был факт, который он знал уже давно. Так что это не стало для него сюрпризом.

Тем не менее… его сердце разбито.

Конец побочной истории.

Том 2 Глава 77

Я направилась к замку Луциана.

Пока меня не было, северные земли стали ещё холоднее, снега намело по колено. Дорога оказалась куда тяжелее, чем когда я уезжала отсюда.

Тем не менее, именно благодаря Каликсу и Эстель я могла продолжать путь.

Используя власть кронпринца, Каликс раздобыл самую крепкую повозку и самого выносливого волка во всей империи, а Эстель каждую ночь исцеляла мою усталость силой Божьей.

Когда ночью разыгралась метель, мы решили разбить палатку и немного отдохнуть.

Я сидела перед пылающим костром с кружкой горячего супа в руках.

Рядом со мной расположились Эстель и Каликс.

Эстель обеспокоенно произнесла:

— Ты выглядишь неважно, мисс Ния. Я не могу бесконечно восстанавливать твои силы. Преодолевать такой сложный путь несколько дней подряд без отдыха — это огромная нагрузка на организм. Почему бы нам не заехать в ближайшую деревню и не передохнуть денек?

Я покачала головой.

На это не было времени. Я хотела добраться до Луциана как можно скорее.

Эстель тихо вздохнула, глядя на меня, а затем взяла за руку и призвала силу Божью.

Вскоре от её кончиков пальцев разлилось тепло.

Она не стала тратить огромное количество энергии, как при исцелении больных. Лишь немного — ровно столько, чтобы я не свалилась с ног прямо сейчас.

Но даже это стало для меня огромной поддержкой.

Ощущая, как тепло проникает в моё замерзшее тело, я думала о Луциане.

Пока я нахожусь под теплой защитой своих друзей, он заперт в одиночестве в белом саду, где вокруг ни души.

Как говорила Эстель, барьер, удерживающий Луциана, обладает способностью исцелять людей, одновременно подавляя силу дьявола.

Если Луциан будет сохранять спокойствие внутри барьера, он не почувствует ни голода, ни холода, так что мне не о чем беспокоиться.

И всё же мысли о нём сводили меня с ума.

«Зачем я предложила поставить барьер в таком месте? Было бы куда лучше создать его в его спальне. Луциан меньше бы страдал, если бы у него был доступ к вкусным закускам и книгам на его мягкой кровати».

Я закусила губу с тревожным видом и посмотрела на Каликса.

Каликс, не теряя достоинства, подшучивал над Эстель.

— Эстель. Мне тоже холодно.

— Хочешь, я согрею тебя своей силой?

— Я же сказал, что не хочу, чтобы ты использовала свои силы. Не хочу тебя утруждать.

Затем он обеими руками притянул Эстель к себе и крепко обнял.

— Я могу сделать вот так.

— К-Каликс!

…Что за… А он неплохо справляется.

Я уже не удивляюсь, ведь он делает это при любой возможности.

Я сделала успокаивающий жест Эстель, чье лицо покраснело, как спелая редиска.

— Ваше Высочество.

— Что?

— У меня вопрос. Что, если женщина, которую вы по-настоящему любите, скажет, что вы ей не нравитесь, и запрёт вас где-нибудь… вы возненавидите её за это?

Эстель поняла, к чему я клоню, и покачала головой, мол, «нет», но Каликс даже не догадывался.

— Разве это не очевидно?

……Ты такой жестокий.

Я мысленно всхлипнула и уткнулась лицом в колени.

Да, это было бы естественно. Только я одна обращалась с Луцианом так сурово, потому что он вёл себя немного одержимо.

Поэтому вполне естественно, что Луциан будет злиться на меня.

В тот момент, когда он увидит меня, он придет в ярость. Возможно, он бросится убивать меня, движимый смесью любви и ненависти.

Раз уж он сейчас в режиме яндере.

«Какая разница?»

Конечно, я никогда не хотела умереть от его рук. Однако я собираюсь пойти на риск.

Потому что я решила больше не избегать его.

Я сжала кулак и посмотрела вдаль.

Туда, где находился замок Луциана.

* * *

Три дня спустя мы наконец добрались до замка Луциана.

Замок, стоящий посреди заснеженного поля, был погружен в тишину.

Эстель сказала:

— Я заперла Луциана в барьере и эвакуировала всех остальных. Вероятно, мы первые, кто пришел сюда с тех пор.

Мое сердце, которое, как мне казалось, уже успокоилось, снова ушло в пятки.

Я поспешила в замок.

Всё было точно так же, как когда я оставила Луциана. Словно время остановилось.

Я бежала, тяжело дыша, но вдруг остановилась.

Там, в белом свете, с закрытыми глазами, замер Луциан.

В тот момент, когда я увидела его, в голове всё помутилось.

«Не может быть…»

Я осторожно приблизилась к нему, гадая, не случилось ли с ним чего, и дрожащими губами произнесла:

— Луциан?

Я так нервничала, что голос дрогнул. Он прозвучал очень тихо и слабо.

Тем не менее… он медленно открыл глаза.

Словно принцесса, дожидавшаяся своего принца.

Или словно роза, ждущая юного принца.

В тот момент, когда его красные глаза показались из-под длинных ресниц, я судорожно сглотнула.

Будет ли он злиться?

Будет ли он обижен на меня?

Будет ли он плакать?

Но…

Луциан широко распахнул глаза, глядя на меня, а затем озарился яркой улыбкой.

Очень счастливой.

— Ния.

— …..

Точно так же, как в те дни, когда мы были счастливы, его нежный голос перехватил мне дыхание.

Не зная, что я чувствую, Луциан продолжал невинно:

— Я скучал по тебе.

— …..

Это было… первое, что он сказал мне, той, кто бросила его.

«Я не собиралась плакать…»

Это я бросила его вот так, поэтому я решила, что не буду просто уходить от этой ситуации со слезами на глазах.

Давай я должным образом извинюсь перед ним и мы обсудим наше будущее.

Но прежде чем я успела осознать, глаза наполнились слезами.

Как могло быть иначе?

Перед ним, кто любит меня так чисто.

Луциан расширил глаза, глядя на меня, и протянул руку. Поскольку Эстель сняла барьер, его ладонь коснулась моего лица.

Его руки слегка дрожали, словно он не мог поверить в происходящее.

Он вытер мои слезы и прошептал:

— Не плачь, Ния.

— Мое сердце болит, когда ты плачешь.

— …Ты такой дурак.

Я протянула руки и обняла его крепкое тело. Он обнял меня в ответ с радостным лицом.

Я прижалась лицом к его плечу и прошептала:

— Если честно, я всё ещё боюсь тебя. Я даже не уверена, что справлюсь. Но я хочу попробовать.

…Попробовать полюбить тебя по-настоящему.

Я подняла взгляд на Луциана.

— Ты дашь мне шанс это сделать?

Красные глаза, в которые я смотрела, даже не дрогнули. Он не почувствовал ни боли, ни шока от моего решения.

Луциан склонил голову набок с невинным видом и сказал:

— Я не понимаю, о чем ты. Я просто…

Луциан поцеловал мою руку и добавил:

— Ты мне нравишься. Очень.

— ……

— Я буду с тобой вечно.

Он не изменился.

Он по-прежнему любил только меня, чисто, как ребенок, а его красные глаза были полны безумия.

Но это нормально.

Потому что я решила любить его именно таким.

Я обхватила лицо Луциана и притянула его к себе. Вскоре его мягкие и прохладные губы коснулись моих.

Спасение принца принцессой начинается прямо сейчас.

* * *

Я попросила Эстель и Каликса покинуть замок. Эстель покачала головой с обеспокоенным видом.

— Луциан сейчас не в нормальном состоянии. Мы не можем оставить Луциана и мисс Нию одних.

— Всё в порядке. Если здесь больше никого нет, то для меня он самый безопасный человек в мире.

— Но…

Эстель посмотрела на меня тревожными глазами и достала сверкающий предмет.

Это было серебряное ожерелье, которое она получила от старосты деревни.

— Хотя бы возьми это с собой. Если Луциан станет агрессивным, это поможет мисс Ние.

Эстель обнаружила, что ожерелье — ценный священный артефакт, способный очищать силу дьявола.

Но для Луциана это был не предмет очищения.

Это был предмет, который сковывал его и лишал свободы, оружие для насильственного устранения дьявольского облика.

Теперь я не буду использовать эту ужасную вещь, чтобы связать его.

Я покачала головой и вернула ожерелье Эстель. Эстель посмотрела на меня в замешательстве и вздохнула.

— Хорошо. Если это путь, который ты выбрала, мисс Ния.

Она подошла ко мне и поцеловала в лоб.

— Да благословит Бог мою любимую подругу.

Я улыбнулась в ответ на её благословение.

После прощания с Эстель настала очередь Каликса. Он протянул мне темно-синюю драгоценность.

Мои глаза расширились, когда я увидела её.

— Это…

— Это сокровище, которое передается только в императорской семье. Если ты разобьешь этот камень, мана-кристалл, установленный в императорском дворце, засветится и предупредит нас о твоей опасности. Если когда-нибудь захочешь сбежать из Кардиена, используй это. Я приведу всех имперских рыцарей.

Но разве сотни тысяч имперских рыцарей будут полезны против Луциана?

Думаю, одной Эстель было бы достаточно.

Я намеренно промолчала об этом.

Я была просто благодарна Каликсу за готовность отдать мне это драгоценное сокровище.

Я подняла сжатый кулак.

Каликс прищурился, посмотрел на меня с выражением лица «что, черт возьми, ты делаешь?», и поднял свой кулак, точно так же, как я.

Я сказала, стукнувшись своим кулаком о его:

— Спасибо. И, пожалуйста, позаботься о том, о чем я просила.

— Хмф. Ты определенно любишь перегружать работой кронпринца империи.

— На то и нужны друзья.

Он не стал отрицать мои слова.

Теперь это было настоящее прощание.

Если я задержусь здесь дольше, Луциан придет искать меня, спрашивая, почему я не возвращаюсь внутрь.

Я помахала им двоим.

— Возвращайтесь домой в целости и сохранности. Скоро я вернусь в столицу вместе с Луцианом!

Оставив их, я быстро вошла в замок.

Мой план таков.

Нынешнее состояние Луциана не будет устранено насильственно. Вместо этого я решила немного изменить его.

Операция: Дрессировка яндере-второго главного героя.

Возможно ли это?

Я решила сделать на это ставку.

Потому что доктор Кан, лучший дрессировщик в истории империи, оставила такие слова:

«В мире нет плохих животных».

Каким бы свирепым ни было животное, если дрессировать его с терпением, оно сможет жить в гармонии с людьми.

Том 2 Глава 78

Достижения доктора Кана в общении с дикими животными на протяжении всей его жизни с помощью такой теории были поразительны.

Сурикат, который, как говорят, самый бдительный в мире, пукнул доктору прямо в лицо, а волк, известный своим упрямством, весь день бегал за доктором и умолял поиграть с ним.

Высокомерные уличные коты, которые всегда избегали контактов с людьми, ложились плашмя и смотрели на доктора Кана, словно спрашивая: «Ты меня приютишь?»

Чтение книги, написанной великим доктором Каном, подарило мне надежду.

Всевозможные животные успешно общались с людьми и жили вместе с ними.

Почему бы не сработать с Луцианом?!

Я — нет, мы с Луцианом — обязательно добьемся успеха.

Я распахнула дверь, сверкая глазами.

А там был Луциан.

Луциан пристально разглядывал что-то, густо покраснев.

Это был буклет с моими детскими фотографиями.

Я попросила Каликса примерно в то время, когда мы покидали родной город Луциана:

— У меня остались кое-какие вещи в поместье Лайлак, не мог бы ты привезти их мне?

Власть кронпринца удивительна.

В одно мгновение Каликс вызвал самых быстрых людей в империи и выполнил мою просьбу.

Одной из этих вещей был тот самый буклет.

Я довольно улыбнулась.

«Как и ожидалось. Хорошо, что я его привезла».

«Дрессировка диких животных доктора Кана», глава первая.

Найдите то, что нравится животному.

Как правило, животные очень бдительны. Поэтому сначала нужно усыпить их бдительность.

Для этого эффективнее всего дать им то, что они любят.

Если это собака, подойдет кусок мяса, если панда — бамбук, а если Луциан — то Перния.

Это было очень эффективно.

Луциан был поглощен некоторыми фотографиями, которые я туда вложила. Тем временем я успела попрощаться с Эстель и Каликсом перед их отъездом.

Конечно, фотографии должны были сработать, ведь Луциан впервые видел меня в детстве, так что я возлагала на них большие надежды.

«Кажется, Луциан не такой уж безумный, как я думала. Постойте. Или еще безумнее?»

В любом случае, важно то, что вещи, связанные со мной, отлично работали на Луциана.

«Он как щенок, которого я растила в детстве».

Каждый раз, когда я уходила из дома в школу, щенок лаял и пытался бежать за мной. В такие моменты я подбрасывала в небо собачью кость.

Я могла спокойно выйти из дома, пока щенок бежал за костью.

«Здорово, что это не стоит мне денег. В будущем буду давать ему побольше таких штук».

Я размышляла про себя, составляя список других собачьих игрушек — э-э, моих вещей для Луциана в будущем.

— Луциан.

Как только я позвала его по имени, Луциан повернулся ко мне.

— Ния.

— Ты все еще смотришь мои фотографии?

— Да.

Луциан кивнул и с довольным видом посмотрел на толстый буклет.

Я села рядом с ним.

Мой отец очень заботился о своей единственной дочери. Поэтому он пригласил художника, чтобы тот написал мой портрет, когда я была ребенком.

Благодаря этому у меня был альбом, в котором были собраны мои детские годы.

Все это было в этом буклете.

Лежа в кровати бок о бок с Луцианом, я перевернула первую страницу.

Картинка на первой странице была нарисована вскоре после моего рождения.

В то время я не была красавицей или кем-то в этом роде.

У меня был только двойной подбородок и скулы, которые вот-вот должны были лопнуть.

Что, черт возьми, я ела, чтобы быть такой огромной?! Руки на широких плечах были сложены, как скрученный маршмеллоу.

Единственным, что указывало на мой пол, была розовая королевская лента, украшавшая мое суровое лицо.

— Обычно люди, заказывающие портреты, приукрашивают себя как могут. Но художник, который рисует портреты для маркиза Лайлака, этого не делает. Все всегда гиперреалистично. Но не слишком ли это? Я похожа на злую принцессу-жабу.

— Красивая.

Глаза Луциана были полны нежности.

Словно он нашел самую прелестную жабу в мире.

— Хм.

Его реакция была настолько шокирующей, что я кашлянула и перевернула страницу.

Появилась моя фотография примерно четырехлетнего возраста.

Каким-то образом за эти несколько лет я превратилась из жабы в фею.

Умеренно круглое лицо. С большими глазами и милым бантиком на макушке, я…

«Милашка!»

Вот! Это настоящая милота.

Итак, что же делает Луциан?

Луциан вертел портрет в руках, словно увидел чудо света.

— Красивая.

И следующая страница, и следующая. Каждый раз, видя мое фото, Луциан повторял слово «красивая».

Он выглядел очень счастливым, видя меня в детстве, чего он никогда не мог застать.

Я подумала про себя, глядя на его лицо.

«Дрессировка диких животных доктора Кана», глава вторая.

Если барьер, сдерживающий животное, снят, с этого момента начинайте небрежно обучать их вещам.

— Знаешь, Луциан.

— Да.

— Ты счастлив, что я с тобой?

— Конечно.

— Я тоже счастлива быть с Луцианом.

Луциан ярко улыбнулся моим словам.

Словно услышал самые счастливые слова на свете. Я осторожно заговорила с Луцианом, который мягко прищурил глаза.

— Но… мы не можем быть одни каждый день. Потому что у меня есть семья, друзья, и сейчас я в отпуске, но есть клиенты, которые ищут меня.

В этот момент глаза Луциана, которые улыбались, как у ангела, наполнились ужасом.

Прежде чем он успел что-то сказать, я атаковала первой:

— Только не говори, что тебе это не нравится, ты всех перебьешь. С этого момента, если ты скажешь такое…

«Дрессировка диких животных доктора Кана», глава третья.

Если животное ведет себя плохо, необходимы соответствующие санкции.

Я не рекомендую порку. Порка может контролировать диких животных, но она не меняет их по-настоящему.

Самый эффективный способ — это не физическое насилие, а наказание диких животных тем, что они больше всего ненавидят.

Я сказала, глядя Луциану прямо в глаза:

— Я буду тебя ненавидеть.

Я жестоко добавила более подробную фразу:

— Целую неделю не буду смотреть тебе в глаза.

— ….!

Глаза Луциана расширились, словно он услышал самое ужасное в мире.

Красные глаза непрерывно дрожали.

Луциан посмотрел на меня бледным лицом, крепко сжал мою руку и сказал:

— Я не буду так делать. Так что не говори этого.

……….вау, это действительно работает.

Как и ожидалось, доктор Кан — лучший!

Я продолжила разговор, чувствуя внутри огромную радость.

— Поэтому я хочу, чтобы Луциан постарался. Я не прошу тебя стать душой компании, ходить на все банкеты и общаться с людьми. Я прошу лишь о малом. Тебе просто нужно понять, что я обедаю с отцом, болтаю с друзьями и смеюсь со своими клиентами.

— ……

Луциан не ответил: «Мне это не нравится. Попробуй, и я убью всех», как сделал бы раньше.

Он просто промолчал, но его холодные глаза, казалось, хотели уничтожить весь мир, если бы могли прямо сейчас.

«Отлично. Все идет хорошо».

Просто возможность поговорить с ним до этого момента была огромным достижением.

Вспомнив об этом, я храбро сказала:

— Кстати, начнем тренировку с сегодняшнего дня?

— Тренировку?

— Да. Тренировку, чтобы ты привык к тому, что я общаюсь с другими людьми.

— Почему я должен тренироваться для этого?

— Если справишься, я дам тебе награду.

— Награду?

«Дрессировка диких животных доктора Кана», глава четвертая.

Диким животным нужны награды. Не просите их делать что-то ради вас, опираясь только на эмоции и чувства. Это не работает.

Важна компенсация.

Предлагайте награды, которые им понравятся.

— Я поцелую тебя в щеку.

— ……..

— В обе щеки. Два чмока.

Я задавалась вопросом, сработает ли такая игривая награда для человека, который, казалось, испытал все жестокие вещи, что может предложить мир.

«Почему я должен подчиняться тебе? И следовать каждому твоему слову и делать то, что ты хочешь?»

Яндере-второй главный герой, который насильно запер меня, должно быть, думает именно так.

Луциан уставился на меня. Затем он вздохнул и откинул волосы назад.

Мои плечи задрожали, когда я задалась вопросом, сработало ли это, и он открыл рот:

— Хорошо, я попробую.

Я уважаю вас, доктор Кан!

* * *

Вот так я начала реабилитационную тренировку(?) Луциана с помощью соответствующих кнута и пряника.

По крайней мере, это было для него тренировкой, чтобы он привык к тому, что я нахожусь рядом с другими людьми.

Сначала я начала с легкого.

Я держала в руке цветочный горшок с цветущим деревцем.

«Что ты думаешь? Тебя это раздражает? Хочешь выкопать корни этого милого деревца и сжечь его?»

«……Вовсе нет».

— ответил Луциан с невозмутимым выражением лица.

К счастью, растение осталось целым и невредимым.

Следующим был милый жук-олень.

(Здесь так холодно, что насекомых почти нет, поэтому мне удалось найти только этого.)

— сказала я, слегка поглаживая жука-оленя, отдыхающего на опилках.

«Что ты думаешь? Тебе это мешает? Хочешь оторвать рога у этого милого маленького жучка?»

«…Нет, я не очень хорошо себя чувствую, но со мной всё в порядке».

Хм. Насекомые тоже в порядке.

Тогда, дальше.

Мирные глаза Луциана расширились.

Это потому, что я принесла пушистого щенка.

Луциан смотрел на щенка в моих руках широко раскрытыми глазами.

Щенок быстро почувствовал его суровый взгляд и начал скулить, впиваясь в мои руки.

«Луциан. Она испугалась. Как ты можешь так смотреть на собаку, которая потерялась и прибежала сюда?»

«…Ниа. Пожалуйста, отпусти собаку из рук. Мне это тяжело выносить».

Он не шутил.

Атмосфера вокруг Луциана стала настолько угрожающей, что я съежилась.

Но я не могла сдаться на этом.

— Он всего лишь щенок. Он не человек и не может со мной разговаривать. Единственное, что он умеет, — это какать и выглядеть мило.

— Мне это не нравится.

- То, что она какает?

- Нет, то, что она милая.

-……

-Мне не нравится всё, к чему можно привязаться. Это так неприятно.

Чёрт, какая одержимость.

Нет. Даже если одержимые мужчины сейчас в моде, это ненормально.

Кто же ревнует к собаке?

Но стоит ли мне сказать, что мне стало легче от того, что он не ревновал к жуку-оленю раньше?

Я успокоила себя, сдерживая слёзы.

-Тем не менее, сдерживайся.

-……..!

Ты должен пройти этот этап, чтобы мы могли перейти к следующему.

Том 2 Глава 79

— Но...

Я легко могла догадаться, что хочет сказать Луциан.

«Мне так и хочется прямо сейчас содрать шкуру с этой надоедливой псины и сварить её в кипятке».

Я бы не удивилась, если бы он произнёс это вслух.

К счастью, из-за моих недавних угроз он не осмелился сделать это.

Я произнесла, глядя на него строгим взглядом:

— Просто потерпи тридцать минут.

Лицо Луциана исказилось, словно я попросила его о чём-то невыполнимом.

Я снова напомнила ему, мучающемуся от сдерживаемых чувств, о сладкой награде.

— Я поцелую тебя в щёчку~

— ...!

В этот момент его красные глаза яростно дрогнули.

Затем он успокоился, словно принял какое-то решение.

Давай! Ты справишься!

Сколько прошло времени?

Динь.

Проверив время, я опустила щенка на пол.

Бедный щенок, вынужденный терпеть смертоносные взгляды Луциана в моих объятиях, поскуливая, поспешно выбежал из комнаты.

Я подошла к Луциану.

Он споткнулся и навалился на моё плечо, словно достиг своего предела.

Он проговорил бледными губами:

— Всё кончено?

— Да, всё кончено. Ты отлично справился, Луциан.

Мой голос был полон эмоций от этого невероятного достижения.

Луциан уставился на меня.

Поняв, на что намекают его сверкающие глаза, я подняла голову.

Чмок, и ещё раз чмок.

И я добавила:

— Я люблю тебя.

Дрессировка диких животных доктора Кана. Глава 5.

Самое важное — относиться с любовью.

* * *

По пути в замок Луциана я встретила щенка на ферме, где остановилась.

Голубые глаза, густая шерсть и мило закрученный хвост. Заметив щенка, похожего на сибирского хаски, я не сдержала восторженного вскрика.

Милота!

Владелец фермы попросил меня забрать его, если смогу, потому что в том году у них был избыток щенков.

Я немного подумала, возможно ли это с Луцианом, и кивнула, потому что знала...

«Наличие питомца поможет его психическому состоянию».

К счастью, мой прогноз оказался верным.

— Ой-ёй. Наш милый Бонбон.

Я погладила Бонбона по пушистой груди, и он всем телом прильнул ко мне. Бонбон, должно быть, был в хорошем настроении, раз издавал мягкое рычание.

И тут я почувствовала на себе чей-то ледяной взгляд.

Это был Луциан.

Луциан выглядел не лучшим образом.

Его глаза жутко светились, словно он смотрел на врагов. Рот был плотно сжат, будто он пытался удержаться от ругательств, а от того места, где он стоял, веяло холодом.

Тем не менее...!

«Он не причиняет Бонбону вреда!»

Я не могла не расчувствоваться.

Прошла неделя. Он справлялся быстрее, чем я думала.

В первый день ему было больно даже видеть, как я держу Бонбона, но на второй день он смог вынести вид того, как я глажу Бонбона.

А теперь?

Я могла называть имя Бонбона в его присутствии и даже целовать его.

«Конечно, всё это стало возможным только потому, что я каждый раз давала ему награду».

Я опустила Бонбона на пол. В отличие от первого дня, Бонбон неспешно отошёл от меня.

Я отвела взгляд от подрагивающего зада Бонбона и протянула руку.

— Иди сюда.

В тот же миг Луциан крепко обнял меня и уткнулся в мои объятия.

Я встретилась взглядом с Луцианом.

Глядя в его сверкающие красные глаза, я ярко улыбнулась.

— Ты отлично справился. Мой Луциан, ты потрясающий и прекрасный. Ты самый лучший.

— ...

Его глаза всё ещё сверкали. Словно он ожидал услышать что-то ещё.

Я хихикнула и поцеловала Луциана в губы.

И прошептала самым сладким голосом:

— Я люблю тебя.

— ...

В этот момент страшный человек, способный уничтожить мир, превратился в самого безобидного мужчину на свете.

Луциан счастливо прищурился.

Никто бы не подумал, что он яндере, и никто не обвинил бы его в том, что он дьявол, если бы увидел его сейчас.

Теперь я до некоторой степени научилась справляться с Луцианом.

Его одержимость мной и собственническое желание были ненормальными, но в то же время его привязанность ко мне была такой же сильной.

Он жаждал моей любви, как ребёнок.

Мы целуемся, обнимаемся, говорим «я люблю тебя»... и целуемся.

Я целовалась с Луцианом в его объятиях. Ещё до того, как он стал яндере, ему нравились поцелуи.

Однако этот поцелуй перешёл на новый уровень.

«Это уже чересчур».

Было трудно дышать от того, как настойчиво его язык проникал в мой рот.

В то же время это было так сладко, что мой разум был поглощён этим. Если бы могла, я бы отдалась ему и забыла обо всём.

«Но я не могу».

Награды (согласно книге доктора Кана) должны быть строго ограничены.

Иначе в будущем нечем будет пользоваться для более сложной дрессировки.

Я с трудом оттолкнула его и сказала:

— Хватит, Луциан.

Однако Луциан ни на шаг не отступил.

Луциан снова потянулся ко мне, словно ему не приказывали остановиться.

Я приподняла брови, когда он коснулся губами моих губ.

— Ты должен был целовать меня всего несколько секунд.

— Да. Не прошло и минуты.

Я нахмурилась ещё сильнее от несправедливых слов Луциана.

Моя хмурость стала глубже.

Он что, шутит?!

Я произнесла со строгим лицом:

— Нет. Прошёл уже час. Посмотри сюда. Видишь, как опухли мои губы?

— ...

Почему взгляд в твоих глазах снова становится странным?

Я заговорила, прежде чем Луциан успел что-то сделать:

— Думаю, ты уже привык к животным. Так что нам нужно перейти к следующему этапу.

— Следующий этап — это...

— Люди.

Луциан принял серьёзный вид.

Это потому, что люди совершенно отличаются от животных.

Они смотрят мне в глаза, разговаривают, общаются и улыбаются.

Луциан опустил взгляд. Красные глаза сверкали сквозь серебристые ресницы.

— Мне не нравится, когда на тебя смотрит кто-то другой. Мне не нравится, когда ты смотришь на кого-то другого. Но...

— ...

— Я попробую. Ния, если ты этого хочешь.

О. Отец, Эстель и жители этой земли, которые беспокоились, что Луциан превратился в яндере. Вы все это видели?

Наш Луциан изменился!

Внутри меня пролились слёзы, полные эмоций.

Однако, даже при решимости Луциана, тренироваться с людьми было непросто.

Прежде всего, людям придётся долго выдерживать жуткие взгляды Луциана. Большинство людей лишились бы сил в ногах и зарыдали.

«А потом они убежали бы с криком: "Я ещё не хочу умирать!"»

Кроме того, нужно учитывать риск на случай, если Луциан действительно не сможет сдержать гнев.

Нам буквально нужен кто-то, кто выдержит взгляд дьявола, смотрящего на него так, будто собирается убить, и рискнёт своей жизнью.

«Эстель подошла бы лучше всего, но...»

Я не хотела снова заставлять Эстель ездить туда-сюда. К тому же, я не хотела, чтобы Эстель делала такую опасную вещь.

«Есть ли кто-то достаточно сумасшедший, чтобы взяться за эту работу, несмотря на риски?»

Почему я подумала о нём?

— Так почему снова я?

— Потому что другого такого, как ты, нет.

Я продолжала говорить с улыбкой:

— Тебе, должно быть, было любопытно, как дела у Луциана, Кун.

— ...Ну, да, но...

Кун не стал отрицать моих слов.

Всё было так, как я и ожидала.

«Я вижу, что на самом деле ты огромный фанат Луциана, даже если притворяешься, что это не так. Ты несколько раз ходил к Эстель, чтобы спросить, где Луциан».

Раз уж это был Кун, он приехал так быстро, когда я попросила его прийти и помочь Луциану.

Кун сказал:

— Кстати.

— Да.

— Мне обязательно это делать?

В данный момент Кун был в своём маскировочном обличье.

Я посмотрела на него с удовлетворением и сказала:

— Тебе идёт. Выглядишь как привидение. Не вижу твою раздражающую физиономию.

— Эй!

Кун протестующе проворчал сквозь зубы, но я не собиралась снимать шторы, которые покрывали его тело.

Это было сделано для того, чтобы как можно меньше раздражать Луциана.

«Это будет намного лучше, чем начинать с человека с самого начала. Это будет похоже на разговор со шторами».

Я неправа, так думая?

Я повернула голову, посмотрела на Луциана, улыбнулась и позвала его.

Лицо Луциана изменилось.

В его красных глазах появился блеск.

Луциан изо всех сил пытался заговорить с лицом, которое выглядело так, будто он подавлял свои взлетающие эмоции.

— Ния. Я больше не могу этого выносить. Я хочу прямо сейчас отрезать этому парню голову.

— Нет, Луциан. Ты должен сдержаться.

Почувствовав необычную атмосферу, вмешался Кун:

— Можно мне сбежать?

— Нет! — крикнула я.

Словно одержимый мной, Кун замер, как привидение. Луциан крепко сжал мои руки и выдохнул, словно подавляя тёмную энергию, пытающуюся вырваться наружу.

Через некоторое время я сказала:

— Всё кончено.

В то же время Луциан крепко обнял меня. Я погладила его, пока он дрожал, и сказала:

— Ты отлично справился. Я горжусь тобой.

А ещё я сказала Куну:

— Спасибо, Кун. Ты можешь идти. Пока он не потерял контроль.

Кун, который тупо пялился на Луциана, рассмеялся и сказал:

— Вау, ты действительно удивительная.

К счастью, он был сообразительным.

Прежде чем ещё больше разозлить Луциана, он быстро покинул комнату.

Я посмотрела на Луциана.

Казалось, Луциан ещё не подавил все свои эмоции. Луциан посмотрел на меня обеспокоенным взглядом и погладил по лицу.

— Ния, Ния.

Я знала, чего хочет его детский, ноющий голос.

Награду.

Для Луциана было пыткой видеть, как я разговариваю с человеком, с Куном.

Поэтому его ждала огромная награда.

Том 2 Глава 80

Я судорожно сглотнула.

«Я должна сдержать обещание, чего бы мне это ни стоило».

Я кивнула с легким волнением на лице. В тот же миг Люциан бросился ко мне, словно пес, с которого сорвали поводок.

— П-подожди…!

Я была ошеломлена его порывистостью. Но, вопреки моим опасениям, губы Люциана коснулись моего лба очень нежно. Да. Наградой, которую я решила дать Люциану сегодня, был поцелуй. Не тот поцелуй, что я дарила ему раньше, а тот, что он дарит мне.

«Я нервничаю».

Лишь одна часть его тела коснулась меня, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он медленно склонился и поцеловал меня. Над бровями, над закрытыми глазами, где дрожали мои ресницы, кончик носа, мочки ушей.

— М-м.

Возможно, оттого, что я нервничала, из горла вырвался странный звук, когда его прикосновения защекотали уши. Люциан улыбнулся, словно посчитав меня милой, и поцеловал в губы. На этом он должен был умеренно успокоиться, но… Губы Люциана скользнули с моих губ и тут же опустились на шею. В тот момент, когда он коснулся моей беззащитной кожи, я задрожала всем телом.

— Л-Люциан!

Но он не остановился. Я вскрикнула, когда его губы опустились к моей ключице.

— Давай остановимся на этом!

Он посмотрел на меня сверху вниз и надул губы. Он смотрел на меня так, будто я была с ним жестока, но я стояла на своем.

— Мы договорились, что ты можешь поцеловать меня ровно десять раз. Это был десятый.

— ………

Я не могу позволить ему заметить, как бешено колотится мое сердце. Я должна быть достаточно уверенной, чтобы он не понял, как сильно я сейчас дрожу. Люциан долго смотрел на меня, а затем произнес:

— Хорошо.

Только после этого его губы, коснувшиеся ключицы, скривились в недовольстве, выражая сожаление. Люциан поднял на меня взгляд и сказал:

— Я сдержал обещание. Значит, и Ния должна сдержать свое. Ты сказала, что будешь увеличивать количество поцелуев каждый раз, когда мы проводим тренировку с Куном.

Ладно. В конце концов, это я сама предложила такую награду. Но я и представить не могла, что он будет целовать меня по всему телу! Какой же наивной я была, думая, что он просто поцелует меня десять раз. Люциан посмотрел на меня с лицом, полным сожаления, но вскоре его глаза мягко сощурились.

— С нетерпением жду завтрашнего дня.

Глядя на мужчину с этой похотливой ухмылкой, я сама не заметила, как обняла его. Как еще он планирует меня целовать? …Не то чтобы мне это не нравилось.

* * *

С тех пор тренировки проходили гладко. Кун, в образе призрака, и я разговаривали перед Люцианом, и тот постепенно начал смотреть на нас спокойнее. Хм. Конечно, после тренировки я давала ему награду. И вот, наконец, настал тот самый день.

— Сегодня Кун снимет занавески и покажет себя.

До сих пор Кун был, по сути, просто призраком. Сняв завесу и приняв человеческий облик, Кун взбодрит Люциана несравнимо сильнее. Сидя на своем месте, Люциан выглядел глубоко погруженным в раздумья. Я опустилась перед ним на колени и посмотрела в глаза.

— Ты справишься.

— ……

Спустя мгновение Люциан кивнул, словно приняв решение. Я обратилась к двери:

— Кун, входи.

Дверь медленно отворилась, и вошел Кун. Увидев его, Люциан застыл, словно изваяние. Я с шокированным видом указала пальцем на Куна:

— Ч-что?! Что это такое?

— Это первый раз, когда Кардиен увидит меня по-настоящему. Думаю, для него будет слишком тяжело, если я покажусь в своем обычном виде, поэтому…

Нет, даже так, это… Кун был наряжен женщиной. Развевающиеся украшения в волосах, блестящие аксессуары. В вычурном платье. Кун улыбнулся:

— Выгляжу убедительно? Думаю, Кардиену будет легче воспринимать женщину, чем мужчину.

Не думаю. Будь я на месте Люциана, я бы стер его в порошок прямо на месте. К счастью, лицо Люциана выглядело спокойным. Нет. Казалось, его совершенно не волнует, почему Кун так вырядился.

«Похоже, он в порядке».

Я с облегчением выдохнула и подошла к Куну. Теперь начинается. Сегодня я поговорю с Куном всего пять минут. Поскольку это был первый раз за долгое время, когда Люциан видел, как я общаюсь со здоровым человеком. Не было нужды вести долгий разговор, чтобы стимулировать Люциана. Я сказала Куну:

— Ты выглядишь в женском платье лучше, чем я думала.

— Я красив.

— Тебе не стыдно говорить такое самому?

— Это правда. Почему мне должно быть стыдно?

Я посмотрела на Куна с презрением. Как и ожидалось, этот парень с катушек съехал. Увидев мое лицо, Кун усмехнулся:

— Слухи все еще ходят. О том, что тобой манипулирует Кардиен.

Я нахмурилась:

— Кто распускает такие ужасные сплетни?

— Ну, ты была освобождена из рук Кардиена силой святой, вернулась в столицу, а потом снова ушла к Кардиену. Конечно, об этом ходит много слухов.

— ……

— Говорят, Кардиен манипулировал тобой с помощью силы дьявола. Или что ты была очарована его мощью. Или…

Кун рассмеялся, словно сама мысль об этом казалась ему забавной:

— Даже говорят, что ты полюбила Кардиена и умоляла позволить тебе вернуться к нему.

— О боже. Значит, не все слухи были ложными.

— Я-то думал, что именно этот слух — ложь.

Затем Кун посмотрел на меня странным взглядом:

— У тебя больше стержня, чем я думал.

— Я бы назвала это любовью, а не стержнем.

— Я знаю. Я до сих пор не могу поверить, даже видя это своими глазами. Как он может…

Глаза Куна расширились. Я проследила за его взглядом и ахнула. Люциан, сидя в кресле, неконтролируемо дрожал. Его сжатые кулаки тряслись. В красных глазах горел пугающий блеск. Кун произнес с напряженным лицом:

— Эй, это не опасно?

В тот же миг фигура Люциана исчезла. Нет, если быть точным, он не исчез, а переместился к нам с невероятной скоростью. Прежде чем я успела осознать, что происходит, Люциан уже был рядом с Куном и тянул к нему руки. В руках у Люциана ничего не было, но одного этого было достаточно, чтобы стать смертоносным оружием. Но… Грохот! Раздался взрыв, и рука Люциана отскочила. Это произошло из-за света, исходившего от белого ожерелья Куна. Это была та самая имперская драгоценность, которую я просила у Каликса. Говорили, что этот артефакт, созданный древним архимагом, способен блокировать любую физическую силу, если его носить. Кун, защищенный драгоценностью, был в порядке. Однако пол и стены, где стоял Кун, пострадали. Люциан лишь взмахнул рукой, но пол разлетелся в щепки, а все украшения на стенах были уничтожены одним его движением.

Люциан моргнул и снова начал двигаться. Кун закричал от невероятной демонстрации силы прямо перед ним:

— Сделай что-нибудь с этим безумцем!

Даже если он защищен драгоценностью, все равно страшно видеть, как кто-то идет на тебя с намерением убить. К тому же, у драгоценности есть предел прочности, так что я не могу просто оставить Люциана в покое. Я бросилась вперед и схватила Люциана:

— Остановись, Люциан!

В тот момент, когда я коснулась его, Люциан замер. Но его дыхание все еще было тяжелым. Люциан ответил холодным взглядом:

— Отпусти меня, Ния. Я хочу вырвать этому парню глаза. Раздавить его уши и разорвать рот.

— Ты не можешь этого сделать!

— Почему? Он посмел смотреть на тебя.

— …!

В этот момент я ощутила глубокое отчаяние. Ах… ничего не выходит. «…Нет, я ожидала, что однажды это случится». Я заставила себя взять верх над эмоциями и сказала, сжимая руку Люциана крепче:

— Мне не нравится, когда ты так делаешь.

— ………

— Я начну тебя ненавидеть.

— ……

— Мой Люциан, ты послушаешь меня?

Мало-помалу красные глаза Люциана начали тускнеть. Когда он успокоился, Кун уже исчез. Люциан оглядел комнату. Всего на несколько секунд он потерял рассудок. Однако ущерб был значительным. Люциан смотрел на разрушенную комнату с бесстрастным лицом. Когда он открыл рот, чтобы заговорить, я обхватила его лицо руками и сказала:

— Все в порядке.

— ……

— Я слишком многого от тебя требовала.

— ……

— Мне жаль. И… спасибо, что попытался.

Я ярко улыбнулась и обняла Люциана. Я говорила искренне. Потому что теперь я знаю, что важнее всего. Это моя любовь к нему.

* * *

На рассвете. Кун спал. Он уснул с чистым лицом, без макияжа, и выглядел бесконечно умиротворенным. Несмотря на то, что несколько секунд назад он находился в смертельной опасности, он все же уснул. Но кто-то схватил Куна за плечо и начал трясти. Кун притворился, что ничего не знает, и крепко зажмурился. Ведь он не был настолько хорошим человеком, чтобы просыпаться ради других. Однако низкий голос, прозвучавший у него над ухом, заставил его открыть глаза.

— Проснись, Кун.

Кун хорошо знал этот чистый голос, напоминавший прохладный ветер. Кун открыл глаза и вскрикнул. Люциан смотрел на него с холодным выражением лица. Кун поспешно начал искать ожерелье. Сжимая в руке имперскую драгоценность, Кун сказал:

— Ты ведь видел, да? Что бы ты ни делал, ты не можешь коснуться меня. Даже если мне не повезет, ты не сможешь меня убить.

Наполовину это был блеф. Каликс сказал, когда передавал драгоценность:

[Драгоценность могущественна, но не совершенна. Если приложить силу выше определенного предела, она сломается… Не знаю, выдержит ли она мощь Кардиена.]

Все было так, как сказал кронпринц. Драгоценность слегка треснула из-за атаки Люциана ранее. Если Люциан приложит нужную силу, драгоценность может не выдержать и разлететься вдребезги.

«И я тоже буду раздавлен».

Том 2 Глава 81

— Я не собираюсь этого делать. Хотя желание убить тебя у меня есть, — холодно произнес Люциан.

— Ого, спасибо большое, что сказал.

Глаза Люциана пугали, но, по крайней мере, не похоже было, что он бросится на него, как раньше.

«Это потому, что Пернии здесь нет».

Люциан казался вполне вменяемым, пока ее не было рядом.

Кун немного выдохнул, и его тело расслабилось.

— Итак. Почему ты пришел ко мне в столь поздний час?

Услышав слова Куна, Люциан на мгновение посмотрел на него сверху вниз и задумался.

Люциан прошел с Куном через войну, поэтому знал, насколько тот компетентен.

У Куна были выдающиеся навыки лечения, но также он обладал исключительным талантом в создании лекарств. Он часто создавал такие невероятные препараты, что Люциан задавался вопросом, не волшебник ли он.

Это конкретное лекарство было одним из них.

Последовавшая битва свела с ума некоторых солдат. Они были крайне возбуждены, не могли спать и проявляли жестокую агрессию.

— Солдаты, принимавшие лекарство, которое ты сделал на поле боя, мгновенно обретали спокойствие.

— Да.

— Значит, ты можешь сделать лекарство, чтобы подавить мои эмоции, верно?

— …!

Глаза Куна расширились от неожиданности.

«Вот почему она заставила меня прийти сюда».

На самом деле, Кун был озадачен, когда Перния связалась с ним и попросила прийти.

То, что она выбрала именно его среди бесчисленного множества людей, не было удивительным.

Он легко понял, почему она сделала такой выбор.

Куна интересовало другое: что заставило Люциана позволить это?

Для Люциана он — один из самых раздражающих людей на свете.

Теперь подозрения развеялись.

Кун приподнял уголки губ.

Раз Люциан признался, что ему что-то нужно от Куна, тому больше не нужно было его бояться.

Кун пожал плечами и сказал:

— Не ожидал, что ты это скажешь. Ты выглядишь очень счастливым прямо сейчас.

Кун был удивлен, увидев Люциана, когда пришел сюда.

Он выглядел значительно иначе, чем тот Люциан, которого он видел раньше.

Его мягкое лицо исчезло. Красные глаза зловеще светились.

Тем не менее, он выглядел гораздо счастливее, чем раньше.

Это потому, что он полностью завладел Пернией.

Поэтому Кун подумал, что Перния делает что-то не так.

Люциан должен быть доволен своим нынешним положением больше, чем кто-либо другой. Так почему же он прикладывает столько усилий, чтобы Перния могла общаться с другими людьми?

Сначала он думал, что Люциан притворяется, чтобы угодить Пернии.

Он ошибся.

«Кардиен действительно хочет ее слушать. Настолько, что просит меня о такой помощи».

Это сделало всё гораздо интереснее для Куна.

Развитие событий было неожиданным.

Кун посмотрел на Люциана с блеском в глазах. Люциан смотрел на него с неожиданно отчаянным выражением.

Кун сказал, наслаждаясь открывшейся картиной:

— Лекарство, которое я давал солдатам во время войны, было своего рода успокоительным. Оно вызывает сонливость во всем теле и успокаивает аномально возбужденное состояние.

— Как думаешь, на меня оно подействует?

— Возможно?

Кун продолжил говорить, сложив руки на груди:

— Может, оно и подействует на силу дьявола, но в конечном итоге ты всё равно не сможешь контролировать свои эмоции. Думаю, есть большая вероятность, что сработает. Конечно, мне придется сделать его намного сильнее, чем то, что давали солдатам.

Взгляд Люциана немного смягчился, когда он услышал ответ, который хотел получить.

Однако Кун еще не закончил.

— Но если лекарство будет таким сильным, что бы ты ни делал, могут возникнуть побочные эффекты. У тебя могут быть галлюцинации, или организм может отторгнуть его, повредив кишечник. Тебя это устроит?

Он думал, что его слова прозвучали довольно пугающе, но Люциан без колебаний кивнул.

— Это не имеет значения.

Кун посмотрел на Люциана.

В глазах Люциана не было страха перед побочными эффектами лекарства.

«Ну, он не из тех, кто испугается подобного».

Даже до того, как сила дьявола пробудилась, Люциан бесстрашно бросался на тысячи врагов.

Даже с учетом этого, его готовность поражала.

Кун спросил, глядя на Люциана:

— Зачем ты это делаешь? Если ничего не предпринимать, ты сможешь единолично владеть Пернией, как пожелаешь.

Люциан опустил глаза.

Кун прав.

В этом нет необходимости. Ведь Перния не заставляла его ничего делать.

Если Люциан скажет, что, по его мнению, это не сработает, она похлопает его по спине, говоря, что всё в порядке.

Она будет рядом с ним.

Никого не видя и ни с кем не разговаривая.

Полностью принадлежа ему.

Но…

«Ты отлично справился».

«Люциан — лучший».

«Я люблю тебя».

Всякий раз, когда Перния так улыбалась, странное чувство наполняло его сердце.

Я хочу, чтобы она гордилась мной еще больше.

Я хочу сделать ее счастливой.

…Я хочу, чтобы она любила меня еще сильнее.

Люциан не произнес эти слова вслух. Но Кун понял ответ, просто взглянув на лицо Люциана.

«Твое состояние не улучшилось. Оно стало хуже».

Постоянное собственническое желание Люциана вызвало у него мурашки по всему телу.

«Что ж, это хорошая возможность для меня».

Кун сказал с покрасневшим лицом, прочистив горло:

— Ладно. Я сделаю лекарство. Но ты ведь не просишь меня сделать это бесплатно, верно? Мы не настолько близки.

— Разумеется.

Люциана не волновало, если Кун завысит цену. Деньги в любом случае мало что для него значили.

Однако цена Куна оказалась неожиданной.

— Тогда… — —.

Услышав слова Куна, Люциан посмотрел на него так, словно готов был убить.

Однако Кун оставался спокоен.

«Будет позором для него, если он не сможет себе этого позволить».

Люциан нервно откинул волосы назад. Через некоторое время он произнес:

— Хорошо, я принимаю твое предложение.

Кун улыбнулся.

— Отлично. Тогда по рукам.

Кун протянул руку Люциану, но тот полностью проигнорировал ее.

Вместо этого он оставил угрозу:

— Убедись, что сделал лекарство как следует. Иначе у меня не будет причин оставлять тебя в живых.

Кун схватился за ожерелье, и его плечи инстинктивно сжались.

Безумец остается безумцем.

«Нельзя сказать, что он всё тот же сумасшед».

* * *

Я сидела взаперти в своей комнате с того самого дня, как Люциан набросился на Куна.

Я бормотала, лежа в постели и читая книгу:

— Думаю, сегодня можно попробовать снова.

Вскоре я покачала головой.

Образ Люциана в тот день до сих пор стоял у меня перед глазами. Его ревность оказалась сильнее, чем я думала, и он действительно не мог себя контролировать.

«Что, если случится что-то действительно плохое, если мы переборщим?»

Кун мог погибнуть.

Тогда я перешла бы черту, возврата из-за которой нет.

Невинная жизнь была бы потеряна, и в то же время Люциан получил бы клеймо ужасного грешника.

Я прикусила губу и пробормотала:

— Давай пока откажемся от возвращения в столицу.

Я решила не жадничать и двигаться медленно. Всё в порядке.

Я приняла решение, словно утешая саму себя.

Затем дверь открылась после стука.

Как обычно, в комнату вошел Люциан. И…

— Кун?

Мои круглые глаза расширились.

Потому что это был первый раз, когда Люциан вошел в мою комнату с кем-то еще.

Кун хихикнул, глядя на меня, и сказал:

— Кардиен пришел ко мне первым. Он попросил вместе пойти к тебе.

— Правда?

Я прикрыла рот рукой и посмотрела на Люциана. Люциан кивнул с легкой улыбкой.

«Невероятно…»

Я повернула голову к Куну с колотящимся сердцем. Я подошла к Куну и пожала ему руку.

— Доброе утро, Кун.

— Уже полдень. Какое утро?

Я проигнорировала ответ Куна и посмотрела в глаза Люциану.

Лицо Люциана, наблюдавшего за ними со скрещенными на груди руками, было спокойным.

«Ого».

Я воскликнула от восхищения и решила немного подтолкнуть его.

Я сделала шаг ближе к Куну и встретилась с ним взглядом.

— Но у тебя размазался макияж глаз. Я так старалась тебя научить, но я разочарована, что ты до сих пор допускаешь такие ошибки.

— А? Правда?

— Да. С левой стороны немного размазалось.

— О боже. Это потому, что я сменил косметику?

— Не знаю, в этом ли дело.

Сказав это, я еще раз взглянула на Люциана.

Выражение лица Люциана было немного напряженнее, чем раньше, но он всё еще оставался спокойным.

«О боже мой! Это возможно?»

Это был тот момент, когда я осторожно потянулась к Куну.

— Посмотрим.

Люциан приблизился с невероятной скоростью. Затем он схватил меня за запястье и холодно произнес:

— Достаточно. Больше не надо, Ния.

— …

Лицо Люциана выглядело очень серьезным. Его красные глаза тоже пугали.

Тем не менее, не похоже было, что он собирается потерять контроль, как в тот раз.

Казалось, он, по крайней мере, мог контролировать свои эмоции.

Я посмотрела на Люциана с восторженным лицом.

— Что случилось?

— Я просто… попробовал кое-что другое.

— Неужели вы двое проводили специальные тренировки без моего ведома?

— …Что-то вроде того.

— Понятно.

Как ты мог придумать такую милую и похвальную вещь?

Я обняла Люциана и воскликнула:

— Невероятно! Как и ожидалось, мой Люциан — лучший! Красавчик! И такой крутой!

Том 2 Глава 82

Кун надулся, стоя за спиной Люциана, чьи щеки слегка покраснели от моего комплимента.

— А как же я? Это ведь тоже благодаря моей помощи.

— Люциан, ты лучший! Ты такой крутой! Такой красивый!

Кун пробормотал что-то, наблюдая, как я произношу странное заклинание.

— …Ну, неважно.

Я продолжила игнорировать Куна и с сияющими глазами спросила Люциана:

— Ты чувствуешь себя лучше?

— Пожалуй. Раз я вытерпел Куна, думаю, с остальными будет проще.

Пожалуй, так и есть. Если оценивать уровень сложности, Кун — это уровень «хардкор». Я кивнула и сказала:

— Тогда с завтрашнего дня я начну понемногу общаться с прислугой в замке. Думаю, всё будет в порядке, да?

В замке было несколько работников, которые заботились о нас с Люцианом. Но я до сих пор даже не видела их лиц. Потому что Люциан не был уверен, сможет ли он спокойно отнестись к тому, что я с ними разговариваю. Однако, если он преодолел(?) Куна, то сможет легко справиться и с ними. Люциан охотно принял мое предложение.

— Да. Но, Ния.

— Что?

Глаза Люциана потемнели еще сильнее. Опустив взгляд, словно опасный зверь, он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Раз я так старался, ты должна меня наградить.

— А…

Осознав, чего он хочет, я почувствовала, как лицо вспыхнуло до самых кончиков ушей. Я кивнула, чувствуя, как пальцы ног поджались от волнения.

— О… Конечно…

— Погодите!

С усталым видом Кун вклинился между мной и Люцианом.

— Вы двое, опять пытаетесь миловаться у меня на глазах. У меня нет хобби смотреть на такое, так что делайте это, когда я уйду.

Сказав это, он закрыл дверь и вышел. Хорош, Кун. Мне действительно нравится эта его черта. Я мысленно подняла большой палец вверх, отбросила лишние мысли и посмотрела на Люциана. Тот смотрел на меня с огромным предвкушением. Я сказала, перебирая пальцами:

— Это твоя вторая тренировка, так что я разрешаю 11 поцелуев…

Мои подруги говорят, что я не жадная девушка, а щедрая.

— Люциан, ты сделал большие успехи… Разрешаю 12 поцелуев.

Люциан нахмурился.

— Этого слишком мало.

— Тогда 13 поцелуев?

— Ния.

Он надавил на меня строгим голосом, который использовал крайне редко. Он был похож на ноющего ребенка. Это пугало, но было мило. Нет. Не это сейчас важно. Я спросила с невинным видом, стараясь не выдать свое бешено колотящееся сердце:

— И сколько поцелуев, по-твоему, будет достаточно?

— Столько, сколько захочу.

Ах ты ж! Я всерьез собиралась позволить Люциану снять ограничение на количество поцелуев.

— Так нельзя. Если я разрешу, когда это закончится? Не удивлюсь, если ты будешь целовать меня целый год напролет.

Люциан рассмеялся на мои слова.

— Заманчивое предложение. Но если я так сделаю, тебе будет слишком тяжело. Поэтому…

Люциан взял меня за подбородок и заглянул в глаза.

— Буду целовать тебя, пока ты не проголодаешься.

— …..

— Да?

Ох, черт… Это было так горячо, что я чуть не выругалась. Как мой парень может быть таким горячим, даже когда он не в себе? Нет. Кажется, после того как он «сошел с ума», его сексуальность стала только сильнее. Я сглотнула, сжимая в кулаке край юбки. Прошло меньше часа с обеда… и я не проголодаюсь до самого заката. Так что это невыполнимое требование. Но я не думаю, что Люциан сказал это, рассчитывая, что я соглашусь. Он пытается завысить цену, чтобы потом договориться. Рассчитывая на то, что я буду урезать. Поэтому…

— Хорошо.

*всхлип*

И вот так сексуальность яндере-второго главного героя легко разрушила разум такой обычной девушки, как я. Прямо как сейчас.

* * *

На следующий день Кун собрал вещи.

— Раз уж вы использовали меня, и я своими глазами увидел, в каком состоянии находится Кардиен, я ухожу.

Я провожала Куна вместе с Люцианом. Кун прищурился, глядя на меня.

— Почему ты вдруг так закуталась?

Как он и сказал, я была в платье, которое закрывало даже шею. Оно кардинально отличалось от моих обычных платьев с открытым вырезом. Я ответила с невозмутимым лицом:

— Немного холодно. Кажется, я простудилась.

— А-а-а~ Поня-я-ятно~~

Кун ответил так, будто не поверил ни единому моему слову. Он был сообразительным, так что, похоже, догадался, почему я так оделась. Да. Причина, по которой я так оделась, заключалась в следах, оставленных вчера по всему моему телу. «В частности, след от поцелуя на ключице был таким ярким, что я не могла надеть платье с открытой шеей». К счастью, Кун не стал отпускать пошлых шуточек вроде «Должно быть, жаркая была ночка». Вместо этого он спросил о наших дальнейших планах.

— Итак, что теперь собираешься делать?

— Когда Люциан сможет контролировать свои эмоции, мы вернемся в столицу.

— В столицу?

— Да. Мы не можем вечно оставаться здесь.

Кун нахмурился, словно погрузившись в раздумья, и сказал:

— Я понимаю твои чувства, но ты уверена? Когда я заезжал в столицу, чтобы встретиться с кронпринцем, там царила необычная атмосфера.

Я знала, о чем беспокоится Кун. По столице поползли слухи, что Люциан превратился в яндере. Простолюдины, глубоко уважавшие Люциана, считали это ложью, но аристократы — другое дело. Дворяне, которые и раньше не жаловали Люциана, не упустили возможности очернить его. «Кардиен стал ужасным дьяволом!» Некоторые из них кричали, что нужно немедленно отправиться и убить Люциана. В такой обстановке везти Люциана в столицу было бы не лучшей идеей. Независимо от того, насколько улучшилось его состояние. Но я ответила с беззаботной улыбкой:

— Это было несколько недель назад. Атмосфера могла измениться.

Глаза Куна расширились от моих слов.

— Что ты собираешься делать тем временем?

Я ответила с улыбкой. Кун рассмеялся и сказал, словно был полон уверенности:

— У тебя на удивление острый ум.

— О боже, ты заметил. Хотя это не должно быть сюрпризом, ведь речь обо мне.

— Ты бесстыжая.

— Кто бы говорил.

Я склонила голову перед Куном, который сделал усталое лицо, глядя на меня, отказывающуюся проигрывать до самого конца.

— В любом случае, спасибо. Ты мне очень помог.

— ……

Кун посмотрел на меня, склонил голову и пробормотал:

— Ради Кардиена я склоняю голову. Перед особой, именуемой благородной леди.

Затем его плечи дернулись, и он поспешно вскочил на лошадь.

— Мне пора. Если я еще немного поиграю с вами, думаю, Кардиен проломит мне голову.

Верное решение. Я тоже почувствовала необычную энергию, исходящую от Люциана, стоявшего рядом. Я помахала Куну.

— Пока. Береги свой длинный язык, а то еще получишь нож в спину.

— Хмф. Приглядывай за Кардиеном. Никогда не знаешь, когда он кого-нибудь цапнет, если проявить хоть каплю неосторожности.

Кун исчез вдали, не забыв напоследок огрызнуться на мои слова. Я повернула голову, проводив его взглядом. Люциан смотрел на Куна глазами, из которых, казалось, вот-вот вылетят лазерные лучи. Пылающие красные глаза выглядели так, будто готовы взорваться в любой момент. «Увах. Это было опасно». Я поспешно обняла Люциана и сказала с улыбкой:

— Ты отлично справился!

* * *

Сегодня был день зимнего банкета — крупнейшего события в империи. Все в столице были заняты подготовкой к зимнему банкету. Императорский банкетный зал был открыт для всех гостей, и многочисленные слуги были заняты украшением залов. Золотые украшения сверкали по всему залу, а на столах были расставлены ароматные напитки и множество блюд. Не только банкетный зал был заполнен занятыми людьми. Организатор банкета, император, тоже был поглощен работой. Император одевался в окружении дюжины слуг. Рядом с ним стоял кронпринц Каликс, его сын, который был так похож на него. Император заговорил, позволяя слугам продолжать свою работу:

— Люциан и Перния действительно придут сегодня на банкет?

— Именно так.

Лицо императора наполнилось беспокойством, когда он услышал ответ Каликса. Не так давно к нему пришла Эстель с просьбой. Люциан и Перния вернутся в столицу. Поэтому она попросила его отправить им обоим приглашение на банкет. Он не мог поверить, что Эстель, которая лучше всех знает состояние Люциана, сделала такую просьбу. Император был в замешательстве. Однако глаза Эстель выглядели спокойными, словно она говорила ему не волноваться. Поэтому император отправил Люциану и Пернии приглашение на зимний банкет. К его удивлению, он даже получил ответ, что они приняли приглашение. Но он все еще был настороже. Потому что видел, как изменился Люциан. «Он был очень страшным и пугающим». У него были глаза безумца. Невероятно, как Люциан смог вернуться в свое первоначальное состояние всего за несколько месяцев.

— Я прикажу священникам и рыцарям быть наготове на всякий случай, но тревога не уходит. На банкете будет присутствовать множество дворян. Было бы ужасно, если бы Люциан устроил неприятности.

В отличие от обеспокоенного императора, Каликс ответил с расслабленным лицом:

— Вы напрасно волнуетесь. Разве вы не говорили, что Эстель сказала, что все будет в порядке?

Эти слова затуманили глаза императора. Его сын был рожден в этот мир как будущий правитель империи, но кто бы мог подумать, что он станет рабом великой Эстель. Если бы Эстель сказала ему, что дерьмо — это персиковый джем, он бы без колебаний его съел. «Или мне стоит радоваться, что девушка, в которую он влюбился, — это Эстель?» Если бы это была не она, его сын мог бы стать самым жалким императором в истории. Поскольку это Эстель, он может с уверенностью позволить ей контролировать его. Император всем сердцем доверял Эстель.

(Примечание: это означает, что если бы девушка, которая нравится Каликсу, не была такой значимой фигурой, как Эстель, он выглядел бы глупо).

«Бабушка думает иначе».

Вдовствующая императрица была в ярости, узнав, что император отправил приглашения Люциану и Пернии.

[Как бы сильно ни умоляла святая, он не должен был этого делать! Разве он не слышал эти слухи? Как он может позволить этому дьяволу войти в нашу священную империю?! Я против!]

В конце концов, вдовствующая императрица отсутствовала на сегодняшнем банкете. Она сказала, что это из-за плохого самочувствия, но истинная причина ее отсутствия была очевидна. Она просто не хотела видеть Люциана.

Том 2 Глава 83

«Ха. Разве ты не признавала, что твой взгляд на Луциана был ошибочным? А теперь внезапно меняешь показания. Впрочем, она всегда была ветреной особой».

Впрочем, император подумал, что хорошо, что вдовствующая императрица не пришла.

Многие дворяне повернули головы, их глаза загорелись, и они бросились к Луциану, как только тот прибыл на банкет.

«Сейчас Луциан выглядит спокойным, но люди могут попытаться что-то предпринять, чтобы доказать, что он действительно проклят дьяволом. Переживаю, сможет ли он без проблем пережить этот банкет».

Император вытер лоб, чувствуя, как пульсирует в висках.

Глядя на императора, Калыкс сказал с легкой улыбкой: — Вам не о чем беспокоиться.

Вопреки опасениям императора, Калыкс не превратился в полного дурака.

Хотя его душа, возможно, и была пленена Эстель, Калыкс оставался блестящим кронпринцем.

И не только заверения Эстель делали его таким расслабленным.

Калыкс был уверен.

Сегодняшний зимний банкет станет сценой для триумфального возвращения Луциана и Пернии.

Он позаботился о том, чтобы подготовить для них эту сцену.

Зимний банкет начался.

В банкетный зал один за другим стекались дворяне империи.

Герцогиня с высоко поднятой прической обмахивалась веером. Герцог обнимал ее одной рукой, а другой теребил усы.

Однако, несмотря на их роскошные наряды, они были на удивление тихими.

Они не чувствовали никакой радости от того, что император лично пригласил их на это торжественное событие.

Все из-за Луциана.

В столице не было никого, кто не знал бы, что Луциан превратился в дьявола.

Многие дворяне дрожали от страха, что Луциан может вторгнуться в столицу и совершить злодеяния.

Это было не то, что можно скрыть за великолепием зимнего банкета.

Через некоторое время зазвучали трубы, и голос слуги разнесся по залу: — Входит Его Величество Император. — Входит Его Высочество Кронпринц.

Дворяне прекратили болтовню и склонили головы. Император и Калыкс с достоинством направились к трибуне.

Император, сидя на золотом стуле на трибуне, произнес вслух: — Все, поднимите головы.

Только тогда все дворяне подняли головы.

В глазах дворян, смотревших на императора и Калыкса на трибуне, читалось глубокое почтение.

Несмотря на добродушную внешность, император держался с достоинством, а принц вел себя так же, как его отец, с восемнадцати лет.

Они олицетворяли светлое настоящее и будущее империи.

Император заговорил: — Я так счастлив видеть всех вас, драгоценные люди, собравшиеся здесь в последний день этого года. Этот год был богат на события.

В истории этой огромной империи не было ни лучшего, ни худшего года, но этот год был во многом значимым.

— Во-первых, я победил болезнь, которая приковывала меня к постели долгие годы.

На лицах дворян появилась улыбка.

Большинство дворян были лояльны императору, за исключением некоторых амбициозных особ, которые всегда пытались сместить его при любой возможности.

Они были искренне рады, что император, одна из самых важных фигур, восстановил свое здоровье.

Император продолжил: — И долгая война завершилась. Это позволило империи сделать шаг вперед.

Лица дворян помрачнели.

Конечно, это событие стоило отпраздновать. Но сколько бы раз они ни поднимали тосты за победу, никто не чувствовал радости.

Проблема заключалась в том, что это сделал Кардиен.

Когда-то Кардиен был самым уважаемым рыцарем в империи, но не сейчас.

Теперь он был не более чем пугающим существом, проклятым дьяволом.

Среди притихших дворян поднял руку маркиз Гартиан.

Он был крайне амбициозным человеком, который в юном возрасте стал главой маркизского дома.

— Ваше Величество, достопочтенный император. Раз уж зашла речь, я хочу кое-что спросить. — Что именно? — Речь о лорде Кардиене.

Все в банкетном зале были крайне заинтригованы этим вопросом.

В то же время никто не осмелился бы спросить об этом императора.

Не было никого, кто не знал бы об отеческой любви императора к Луциану.

Однако, словно не заботясь об этом, маркиз Гартиан спросил четким голосом: — Среди дворян ходят слухи. Не имперская армия уничтожила повстанцев в зоне боевых действий. Это был один лишь лорд Кардиен. Лорд Кардиен может быть очень искусным, но это невозможно.

Император сделал шаг вниз и посмотрел маркизу Гартиану прямо в глаза.

Маркиз Гартиан продолжил: — Если только лорд Кардиен не воспользовался силой дьявола. — ……… — Появление дьявола — это огромное событие для нас. Это может представлять серьезную угрозу безопасности всей империи. Но такие новости не были преданы огласке.

Он осознавал, что взгляд императора предупреждает его.

Как бы амбициозен ни был маркиз Гартиан, он не осмелился бы произнести это слово…

Но в его глазах не было ни тени колебания, и он критиковал императора.

Маркиз Гартиан продолжал: — Поэтому я хочу, чтобы вы дали нам четкий ответ здесь. Лорд Кардиен превратился в дьявола? — ……

Император был умен.

Он знал, что не только маркиз Гартиан, но и все присутствующие хотели услышать его ответ.

И все же император избегал всего, что было связано с Луцианом, а дворяне все больше выражали недовольство им.

Если он будет избегать ответа, то разожжет их недовольство.

Отрицать, что это когда-либо случалось, тоже было трудно.

Если Луциан появится в своем демоническом обличье, доверие к императору естественным образом рухнет.

«Что же мне делать…»

Император мучился сомнениями.

— Приветствую Его Величество Императора.

Император, маркиз Гартиан и все присутствующие в банкетном зале обратили внимание на голос, свежий, как утренний ветерок.

Те, кто увидел, как он вошел в банкетный зал, затаили дыхание.

Там стоял человек, о котором было так любопытно бесчисленному множеству людей.

Это был Луциан.

Рядом с ним шла Перния, но никто не мог разглядеть ее как следует.

Из-за ошеломляющей красоты Луциана.

Одетый в безупречный белый мундир, Луциан, чьи глаза сверкали, словно рубины, выглядел прекрасно.

Никто бы не назвал его дьяволом при таком виде.

Луциан, идущий вместе с Пернией, опустился на колени перед императором.

— Верный меч Вашего Величества, Луциан Кардиен. Я вернулся из своего долгого отпуска.

— Я, Перния Лайлак, тоже вернулась.

Я быстро закончила свое приветствие, как только Луциан закончил свое. Но, похоже, никто не проявил ко мне интереса.

Конечно, меня это не беспокоило.

«Хо-хо. Это объяснимо».

Я приложила немало усилий, чтобы подчеркнуть красоту Луциана для сегодняшнего дня.

Мир особенно щедр к красоте!

Какими бы плохими ни были слухи, все замолчат, если появится Луциан, выглядящий элегантно и статно.

Я ожидала этого.

На лицах тех, кто отводил взгляд, не было ни презрения, ни страха.

У некоторых рты были открыты, словно их души покинули тела, а другие прикрывали рты, глядя с восторгом.

(Некоторые даже прикрывали рты и проливали слезы.)

В общем, они были поражены Луцианом.

Видя их реакцию, я была довольна.

— Ах. Вы оба благополучно вернулись... Луциан. Тебе сейчас лучше?

Я знала скрытый смысл его слов.

«Ты пришел в себя?»

Луциан ответил спокойно: — Да, мне стало намного лучше.

И скрытый смысл его слов: «Не волнуйтесь, я не превращусь внезапно и не сверну вам шею».

Сообразительный император сразу понял смысл слов Луциана. Только тогда тревоги императора полностью исчезли.

— Это облегчение.

Взгляд императора вернулся ко мне.

Император посмотрел на меня и осторожно сказал: — Перния. — Да. — Ты отлично справилась. — …..! — Кардиен стал намного лучше благодаря тебе. Не каждый смог бы сделать то, что сделала ты. Я хочу выразить признательность за твои усилия.

О боже, о боже, о боже. Что происходит?

От неожиданной похвалы я широко открыла глаза и посмотрела на императора.

Я думала, что буду счастлива, просто видя возвращение Луциана, но не ожидала, что император обратит на меня внимание.

Возможно, он действительно был искренен, судя по доброте, светящейся в его глазах, когда он смотрел на меня.

Я склонила голову, немного смутившись.

— Благодарю. Я смогла сделать это только благодаря долгому терпению Вашего Величества.

Конечно, я так не думаю.

Было много моментов, когда император разочаровывал меня.

Именно император заставил Луциана отправиться в зону боевых действий, а когда всё пошло не по его плану, именно он давил на меня угрозами.

Но, по крайней мере, его привязанность к Луциану была настоящей.

Иначе он не ждал бы Луциана так долго.

Распространение слухов было не остановить, но император не стал объявлять, что Луциан превратился в дьявола.

Официальное заявление по этому вопросу и слухи сильно различались по содержанию.

Благодаря этому мы с Луцианом смогли мирно войти в столицу, и никто не преградил нам путь.

Том 2 Глава 84

«Что ж, я отпущу всё разочарование, которое испытывала к нему, ведь именно он привел Эстель ко мне, когда я была в заточении у Луциана».

Я отбросила старую обиду и посмотрела на императора.

Император довольно улыбнулся, не зная — или, возможно, зная, — что я о нём думаю.

— Прошло много времени с тех пор, как я видел вас двоих в последний раз. Как же здорово, что мы снова встретились.

Затем он повернулся к Каликсу, сидевшему рядом с ним.

— Каликс.

— Да.

— По обычаю, я, как хозяин банкета, или ты должны открыть праздник первым танцем. Но раз уж сегодня такой особенный день, почему бы нам не уступить это право им?

— Как пожелаете.

Плечи Луциана дернулись в ответ на слова Каликса.

Потому что этого не было в сценарии.

«Кто разрешил тебе это делать? Думаешь, я просто подыграю тебе? Жить надоело?»

Я быстро взяла Луциана за руку и прошептала, прежде чем он успел произнести эти злые слова:

— Это хорошо. Это возможность показать всем здесь, как сильно мы любим друг друга.

Луциан уставился на меня и пробормотал с тихим вздохом:

— …Если хочешь.

Мы с Луцианом встали лицом друг к другу в большом зале.

Император, Каликс, Эстель и все остальные в банкетном зале наблюдали за нами в молчании.

Я спросила Луциана, держа его за руку:

— Ты в порядке?

— Меня немного мутит, но это терпимо.

Я рассмеялась.

Я могла себе представить, что разум Луциана сейчас заполнен желанием выколоть глаза всем этим людям, которые смотрели на меня.

Это пугало, но всё будет хорошо.

Я знаю, что он этого не сделает.

Потому что он обещал мне.

Раньше, сколько бы обещаний ни давал Луциан, я всё равно боялась, что он не сможет сдержаться, но не сейчас.

Благодаря интенсивным тренировкам Луциан теперь (почти) полностью способен контролировать свои эмоции.

Даже под прицелом множества глаз он может вести со мной непринужденную беседу.

— Это напоминает день нашей помолвки. Мы тогда были главными героями.

— …Да. На тебе было красное платье.

— Я была невероятно красива, правда?

— Да, а сегодня…

Луциан прошептал нежным голосом:

— Ты выглядишь невероятно красивой.

Как только эти слова стихли, воздух наполнила прекрасная музыка.

Луциан превратился в яндере, но богом танца не стал.

Его шаги всё ещё оставались неуклюжими, он постоянно спотыкался и путался, а движения отставали от музыки на полтакта.

И именно это мне в нём нравится.

«Так мило, что он не умеет танцевать».

«Он только что сбился с ритма, но как мило он притворяется, что не совершил ошибки!»

«Он пытается не подавать виду, но эта капелька холодного пота на его лбу — это так мило!»

В любом случае, он действительно милый!

Было так забавно видеть мужчину, способного уничтожить континент, если бы он захотел, в такой панике от вальса.

«И не я одна так думаю».

Я уверена.

Видя, как мы танцуем, половина страхов, которые люди испытывали по отношению к Луциану, исчезнет.

Я ожидала этого.

После танца раздались аплодисменты.

На лицах хлопающих не было страха.

Более того, они были очень довольны милыми уловками этого прекрасного мужчины.

Эстель была среди аплодирующих.

Эстель, одетая в платье от Шанель, которое я подарила ей, хлопала в ладоши, словно тюлень.

Как только аплодисменты стихли, Эстель подошла к нам.

— Мисс Ния! Луциан! Я так по вам скучала.

Мы обменивались письмами, пока я жила в замке Луциана, но виделись впервые за несколько месяцев.

— Я тоже, — я обняла Эстель с радостной улыбкой.

В этот момент Эстель с нервным видом посмотрела на Луциана.

Вопреки её опасениям, лицо Луциана было спокойным. Его брови лишь слегка дрогнули, но на этом всё.

Вместо того чтобы схватить Эстель за хрупкое тело ревнивым взглядом и выбросить в окно, Луциан поклонился ей.

— Давно не виделись, мисс Эстель.

Его голос был таким тихим, что можно было не расслышать сказанного, а приветствие было более скованным, чем обычно.

Тем не менее… Эстель выглядела так, будто сейчас заплачет.

Она смотрела на него так, словно видела своего сына-подростка, который пришел в себя после переходного возраста.

Эстель сказала, ярко улыбаясь:

— Да, давно не виделись, Луциан.

Ах. Какая прекрасная сцена.

Эстель опустила брови и сморщила нос, боясь, что слезы всё-таки прольются.

— Но, мисс Ния, мне не удалось привести маркиза Лайлака. Я заходила в особняк и просила его поехать со мной, но он отказался.

Я надула губы.

«Он смог отказать даже после уговоров Эстель? Какой упрямый».

Когда я вернулась в замок Луциана, мой отец был очень расстроен.

Когда я написала ему письмо, он ответил:

Что-то в этом роде.

Что ж, я не слишком волновалась.

Нет на свете родителя, у которого не было бы слабости к своим детям.

«Он успокоится и постепенно начнет меня прощать».

Я отогнала мысли о беспокойстве за отца, когда откуда-то раздался тихий голос:

— Леди Перния.

Я повернула голову.

Группа женщин смотрела на меня, сложив руки.

Все они были с густым макияжем — участницы BMA (Ассоциации смелого макияжа).

Я подошла к ним с радостным лицом.

— Герцогиня Росаса, маркиза Маренн, графиня Лео, баронесса Гранде. Прошло так много времени. Как вы поживаете?

Моё теплое приветствие озарило лица женщин.

— Конечно, мы в порядке.

— Как же я волновалась за леди Пернию с тех пор, как она уехала в зону военных действий. До меня доходили ужасные слухи…

Я ухмыльнулась, опустив брови.

Я примерно понимала, о каких слухах идет речь.

Кардиен, ставший дьяволом. Перния, которую он съел или которой завладел.

Постепенно заголовки становились всё хуже.

Графиня Лео сказала с сияющим лицом:

— Но я вижу, что слухи были полной чепухой. Лорд Кардиен и леди Перния выглядят здоровыми и счастливыми.

— Правда?

По крайней мере, сейчас они, похоже, совсем не верили в слухи о том, что Луциан — дьявол.

Вероятно, потому что Луциан стоит, держа меня под руку, с самым прекрасным и безобидным лицом в мире.

(Конечно, он выглядел нормально только снаружи. Внутри всё было совсем иначе, но женщины не могли этого знать).

Поэтому все рассмеялись и отмахнулись от слухов, увидев святую красоту Луциана.

— Дамы, могу я узнать, о чем вы так весело беседуете?

К нам подошел мужчина с ясным голосом.

Это был маркиз Гартиан, человек, который бросил вызов императору из-за Луциана.

А рядом с ним стояла его жена, Эрика.

«Значит, это правда, что она вышла замуж».

Эрика. Она мучила Эстель и меня. Она была одной из второстепенных злодеек с плохими способностями к злодейству.

Она стала маркизой, и её поведение заметно изменилось.

Голова высоко поднята, всё тело покрыто сверкающими золотыми и серебряными украшениями, а платье — несравненно роскошное.

Эрика, встретившись со мной взглядом, отвернулась с ухмылкой.

«Какая стерва. Она осталась прежней и до, и после замужества».

Впрочем, сейчас важна была не Эрика. Мой взгляд снова обратился к маркизу Гартиану.

Маркиз смотрел на Луциана пылающими глазами.

— Не дайте себя обмануть внешностью этого человека, дамы. Вы забыли? Как бы ослепительно он ни улыбался, вы должны помнить, что этот человек — дьявол!

Казалось, он хотел во что бы то ни стало доказать людям, что Луциан — дьявол.

Тем не менее, мы с Луцианом сохраняли спокойствие.

«Что ж, я ожидала такой реакции».

Есть люди, чьи подозрения исчезли сразу, как только они увидели, что Луциан безобиден.

Но это была лишь малая часть.

Многие всё ещё были убеждены, что Луциан стал дьяволом.

Тысячи солдат видели, как Луциан перебил десятки тысяч вражеских войск, поэтому было нелегко отмахнуться от этого как от слухов при наличии доказательств.

Если мы будем отрицать или признавать слухи, их сомнения и тревоги будут только расти.

Поэтому я решила признать это хладнокровно.

— Да, Луциан находится под проклятием дьявола.

Том 2 Глава 85

«…..!»

В этот момент лица окружавших нас дам выражали крайнее изумление. То же самое было и с теми, кто подслушивал наш разговор с маркизом Гартианом на расстоянии. Одно дело — просто слышать слухи, и совсем другое — получить подтверждение от человека, близкого к объекту сплетен. Кардиен стал дьяволом? Это правда? Не пора ли нам бежать прямо сейчас? Видя всеобщее замешательство, я опустила глаза. Словно театральная актриса, я с печальным выражением лица продекламировала заранее заготовленные слова:

— Но это все в прошлом. Луциан был освобожден от проклятия.

— ……Освобожден? — переспросил маркиз Гартиан, часто моргая. — Вы хотите сказать, что Кардиен очистился?

Я сложила руки, словно в молитве, и кивнула:

— Да, Господь услышал мои молитвы и спас душу Луциана.

Конечно, все это было ложью. Луциан изначально не был проклят дьяволом. То, что все принимали за проклятие, было лишь проявлением его истинной силы и характера. Но я не чувствовала необходимости говорить об этом людям. «Зачем мне им это рассказывать? Это лишь даст повод тем, кто хочет избавиться от Луциана, действовать активнее». Я признаю, что Луциан был проклят, но предпочту сосредоточиться на том, что теперь ему стало лучше. Маркиз Гартиан покачал головой, не в силах поверить:

— Это нелепо. Это невозможно.

Существует не так много историй о тех, кто был проклят дьяволом, очистился и избавился от своего проклятия. Согласно историческим записям, появление существа, проклятого дьяволом, всегда заканчивалось катастрофой. Чаще всего они погибали от рук жрецов и святых. И для них это было более подходящим наказанием, чем очищение от проклятия. Поэтому маркиз Гартиан полагал, что все дворяне здесь думают так же. «Я не поверю в такую детскую ложь». Но была одна вещь, которую маркиз Гартиан не учел.

— Так вот оно что! — воскликнула графиня Лео, которая внимательно прислушивалась к разговору.

Она закивала, словно теперь все поняла:

— На самом деле, когда я услышала, что леди Перния добровольно приехала в замок лорда Кардиена, я подумала, что мы упускаем какие-то детали.

— Я тоже, если честно.

— И я.

Эй, ребята. Вы же только что говорили, что считаете это слухами. Но я не стала винить дам, которые изменили свое мнение за считанные минуты. Я ожидала, что так и будет. Графиня Лео сложила руки с восторженным видом:

— Ах, какая прекрасная история любви! Прямо как в том романе.

Стоило прозвучать слову «роман», как дамы вокруг ахнули. Роман, опубликованный несколько месяцев назад, стал невероятно популярен среди женщин столицы. . Это был шедевр, написанный Эриком, новым писателем, появившимся словно молния. Графиня Лео продолжила, ее глаза сияли:

— В романе главный герой становится демоном из-за проклятия.

Затем она посмотрела на баронессу Гранде, стоявшую рядом:

— Похищение главной героини было лучшей частью. Не могу поверить, что он забрал благородную леди, не желая, чтобы кто-то другой даже смел смотреть на нее, и запер ее в своем замке.

Другие дамы начали перебивать друг друга, восклицая: «И я! И я!».

— Если бы он сделал это в реальной жизни, его бы тут же казнили, но мое сердце билось, как у девочки-подростка. Может быть, все дело в красоте главного героя, которую автор описывает по три страницы каждый раз, когда он появляется.

— Полагаю, так и есть.

— И самое трогательное — это последняя сцена романа. Когда она увидела, что главный герой пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти ее, героиня поняла, что он чувствует.

Как только губы женщины коснулись губ рыцаря, его ресницы дрогнули. Когда женщина отстранилась с заплаканным лицом, рыцарь снова открыл глаза. Глядя на женщину, полную слез, рыцарь сказал:

Как только он признался ей в любви, проклятие дьявола спало. Дамы говорили, вытирая слезы, вспоминая эту сцену:

— Это был прекрасный финал.

— Я прочитала последнюю главу и плакала весь день.

— Я до сих пор плачу каждый раз, когда перечитываю ее.

— Это лучший любовный роман в истории.

Дамы согласно закивали. Это была красивая сцена, завершающая весь роман. Конечно, маркиз Гартиан не принял этого. Он посмотрел на дам и спросил:

— Вы хотите сказать, что верите в то, что проклятие лорда Кардиена было снято, прочитав этот роман?

— ……

Благородные дамы не ответили. Но выражение их глаз говорило само за себя: «Что? У тебя с этим проблемы?». Маркиз Гартиан посмотрел на дам с раздражением и сказал:

— Очнитесь! Это реальность. Не существует никакого очищенного дьявола. Кардиен по-прежнему злобный дьявол, и прямо сейчас он наверняка думает о том, как сожрать нас всех.

Но его слова не тронули сердца дам. Напротив, в их глазах читалось недовольство. Графиня Лео, стоявшая ближе всех к маркизу, нахмурилась и сказала:

— Как грубо с вашей стороны, маркиз. Не могу поверить, что вы не принимаете человека, который вернулся благодаря искренним молитвам своей возлюбленной.

— Я говорю, что все это ложь…

Но он не смог сказать больше ничего. Ибо Эстель, которая тихо слушала, сделала шаг вперед. Эстель ничего не сказала. Она просто улыбнулась маркизу Гартиану. С опущенными бровями, словно собираясь поразить его суровой правдой.

— ……!

Маркиз Гартиан широко открыл глаза. Святая была на стороне дьявола. Она приняла сторону Луциана, словно доказывая, что он не дьявол.

— Черт возьми.

Маркиз Гартиан не был дураком. Ни император, ни святая, ни дамы не были на его стороне. Не все в банкетном зале приветствовали Луциана, но обстоятельства сейчас складывались в его пользу. Если он продолжит говорить здесь, это приведет лишь к бессмысленной ссоре. Наконец, маркиз Гартиан поджал хвост, сжимая кулаки:

— Раз дьявол, значит, навсегда дьявол. Он никогда не изменится! Помяните мое слово. Я обязательно сорву с него эту маску!

Выплюнув типичную фразу злодея, он развернулся и исчез. Нет, он сбежал. Вместе со своей женой Эрикой. Когда он ушел, дамы выглядели облегченными:

— Наконец-то он ушел.

— Я признаю, что его амбициозный характер стал хуже с тех пор, как он в юном возрасте стал главой семьи, но это уже переходило все границы.

— Да. Он был очень груб с лордом Кардиеном.

Дамы закивали и посмотрели на Луциана. Луциан не проронил ни слова за все время этого испытания. Он не выразил никакого недовольства. Он просто стоял неподвижно, как дерево. Вид этого прекрасного мужчины, стоящего там без всякой реакции, заставил их сердца сжаться. Дамы сказали с легким румянцем на лицах:

— Уверена, найдется еще немало людей, которые будут цепляться к вам, как маркиз Гартиан.

— Безусловно.

— Я не позволю, чтобы лорд Кардиен, жених леди Пернии и герой Империи, снова слышал подобное. Мы будем защищать лорда Кардиена.

— Да.

Дамы закивали с решительным видом. В этот момент неожиданно сформировались Силы обороны Луциана. Я улыбнулась, глядя на это, а Луциан прошептал мне на ухо:

— Могу я его убить?

…ты не можешь.

* * *

С тех пор в банкетном зале воцарился мир. Люди собирались вокруг меня и Луциана. Я смеялась и разговаривала с ними. К концу банкета настороженность людей по отношению к Луциану исчезла. Как и сам Луциан, который весь вечер сидел рядом со мной, словно кроткий кролик. Конечно, это было лишь для вида. В своих мыслях Луциан вырывал языки тем, кто заговаривал со мной, и выкалывал глаза тем, кто на меня смотрел. Но никто этого не заметил. Потому что он был слишком ослепителен. Его подавляющая красота затуманивала человеческое суждение. Конечно, бывали моменты, когда чувства Луциана, которые он не мог скрыть, прорывались наружу.

— Леди Перния. Кажется, я еще не успел вас поприветствовать. Я… маркиза Айзена…

Он просто подошел поздороваться, но не смог даже назвать своего имени — развернулся и сбежал. Очевидно, это произошло потому, что он почувствовал зловещее присутствие, угрожающее его жизни. Но большинство не заметило жуткой энергии, исходящей от Луциана. Ибо Луциан выглядел настолько чистым, что они не могли даже допустить такой мысли. «Почему мне вдруг стало так холодно? Неужели я ослаб?» — думали они про себя. Конечно, не все были ошеломлены красотой Луциана. Каликст, стоявший перед Луцианом, произнес с высокомерным видом:

— Ты сидишь тихо, пряча свои злые когти.

Том 2 Глава 86

Луциан никак не отреагировал на слова Каликса. Каликс цыкнул языком, словно недовольный отсутствием реакции.

— Хм, наглец. Интересно, кто сделал так, что ты можешь сидеть здесь с таким комфортом?

Затем он прошептал Луциану на ухо:

— Это я написал тот роман.

Каликс продолжил, пока Луциан хмурился, явно не понимая, о чем речь.

— Я написал тот роман, о котором дамы судачили ранее, чтобы женщины прониклись сочувствием и защитили тебя, когда ты вернешься.

— ……!

Глаза Луциана расширились от шокирующего признания Каликса. Тот победоносно приподнял уголки губ. Верно. Эрик, автор «Проклятого рыцаря и леди», на самом деле был Каликсом! Ба-бах! Я попросила Каликса об одолжении. Найти способ сделать так, чтобы как можно больше людей защищали Луциана по его возвращении. И одним из его шагов стала публикация романа обо мне и Луциане. «Не ожидала, что Каликс напишет его сам». Было бы не преувеличением сказать, что он гений, талантливый во всех областях. Каликс произнес с необычайно дерзкой ухмылкой:

— Не обязательно быть тронутым моей заботой. Я сделал это не ради тебя. Просто оказал услугу другу.

Другу. Луциан сразу понял, что речь обо мне. В тот же миг его бесстрастное лицо дрогнуло. От Луциана повеяло несравненной злой энергией. Я успела среагировать, прежде чем он набросился на Каликса.

— Награда!

Это было волшебное слово. Луциан наконец пришел в себя и сдержал гнев. Глядя на Луциана, который закусил губу, пытаясь совладать с эмоциями, Каликс произнес:

— Ты и впрямь превратился в ручного пса.

— …Каликс, иди сюда.

В конце концов, Каликса увела Эстель. Несмотря на подобные инциденты, возвращение все же можно было назвать успешным.

* * *

По окончании банкета мы с Луцианом отправились в замок. Я хотела наслаждаться празднеством до самого конца, но не могла позволить себе ждать. Не я, а Луциан. Мы поспешили в ожидавшую нас карету. Кучера на месте не было, как и обещал Луциан. В уединенном пространстве, где мы были только вдвоем, Луциан, прильнув ко мне, спросил:

— Я хорошо справился?

— Да, ты отлично справился.

— Тогда дай мне награду.

Он прошептал это, приблизившись настолько, что я почувствовала его дыхание.

— Награда, которую Ния обещала мне сегодня, — это сотня поцелуев.

Я кивнула с пылающим лицом. В этот момент в красных глазах Луциана вспыхнуло жаркое пламя. В нем читалась радость. Луциану нравилось все, что я ему давала. Мои «я люблю тебя». Мои улыбки. И все же больше всего на свете он любил целовать меня. Поцелуи Луциана всегда начинались со лба. Со лба. На закрытые глаза. На обе щеки. На кончик носа. И на губы. Я услышала, как Луциан, поцеловав меня в губы, тихонько хихикнул.

— Мягкие.

И он поцеловал меня снова. «Ох. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди». Это потому, что здесь так тесно, что я чувствую его дыхание? Меня переполняло напряжение и волнение. Сколько времени прошло? Я тихо позвала:

— Луциан, остановись.

— У меня осталось еще шестьдесят восемь поцелуев.

В его упрямом голосе чувствовалась решимость никогда не останавливаться.

— Остальное продолжим чуть позже.

— Нет.

— Мы что, собираемся провести здесь всю ночь?

— Разве мы не можем?

Провести всю ночь в карете, целуясь? Это… определенно стоит попробовать хоть раз, но не сейчас. Я оттолкнула Луциана и сказала:

— Не сегодня. Мы едем к моему отцу.

— ……

Луциан выглядел так, будто был полон жалоб. В тот момент, когда он собирался снова сказать «нет», я перехватила инициативу.

— Мне становится грустно при мысли о том, что отец волнуется обо мне.

— …..!

— У меня сердце разрывается.

— …..

— Луциан, тебе ведь это не нравится, правда?

Это был еще один способ, которым я управляла Луцианом. Луциан был слаб перед сладкими наградами, но еще слабее он был, когда нужно было отказать мне. Он посмотрел на меня с самым озадаченным лицом в мире. Спустя мгновение, выглядя как побежденный генерал, он обнял меня и произнес:

— Понял.

Я с улыбкой похлопала его по спине. Хороший мальчик, мой Луциан.

* * *

Мы с Луцианом отправились в особняк маркиза Лайлака. Отец был расстроен, как я и ожидала. Как же сильно он был обижен: когда он увидел нас, сидя в кресле, его первыми словами были…

— Вы кто такие?

Как я и ожидала, я ответила нагло:

— Дочь отца и его зять.

— У меня нет такой дочери, а уж тем более — сумасшедшего зятя.

— Понятно. А как насчет этого? Я привезла столько подарков, сколько смогла, для отца, которого давно не видела.

Слово «подарки» на время ослабило бдительность отца. Я не упустила возможности и протянула отцу огромную коробку. Она была наполнена сверкающими бриллиантами.

— Бриллианты — это специализация поместья Кардиен.

— Хм, мне это не нужно. Ты ошибаешься, если думаешь, что эти алмазы поднимут мне настроение.

Я схватила крупный бриллиант и помахала им перед глазами отца.

— Я слышала, что за один такой можно выручить пять тысяч золотых.

Пять тысяч золотых. На такую сумму можно купить десятки часов Лоуренса, которые так любил отец. Рот отца открылся, когда он посмотрел на бриллиант в моей руке. Он поспешно взял себя в руки и произнес строгим голосом:

— Я Джорди Лайлак, а не сноб, которого легко подкупить такими вещами.

Отец. Эти слова идеальны. Хотя его поведение — нет. Несмотря на его воодушевленные слова, ноздри отца широко раздувались, пока он прижимал коробку к груди, перебирая бриллианты. «Хорошо. Еще немного». Это было не все, что я подготовила. У меня был еще один секретный козырь, чтобы поднять отцу настроение. Я легонько толкнула Луциана в руку. Луциан протянул отцу конверт. Отец нахмурился, глядя на него.

— Что это? Пустой чек? Свидетельство о регистрации земли? Бесполезно давать мне такие вещи. Меня действительно не волнуют подобные мирские дела…

Отец говорил это, открывая конверт. Его глаза дрогнули, когда он посмотрел на бумагу внутри. Отец недоверчиво моргнул и посмотрел на Луциана. Луциан ответил:

— Это адрес госпожи Монсель.

— …!

Отец прикрыл рот рукой, словно его поразила молния. Монсель. Та, чье имя было таким сладким и нежным… была первой любовью отца. Женщина, которая озарила его юность, когда он переходил из детства в отрочество в свои шестнадцать лет. Отец посмотрел на Луциана со слезами на глазах.

— О-откуда ты знаешь о госпоже Монсель?

— Вы рассказывали мне о ней раньше. Вы говорили, что она была самой незабываемой из всех женщин, которых вы встречали до женитьбы.

— Ты запомнил это?

Луциан улыбнулся и кивнул. ….В этот момент волна эмоций накрыла лицо моего отца.

— Ты запомнил то, что я сказал. Уа-а-а.

Глядя на плачущего отца, я подумала: «Отец… я все это подстроила». Информацию о госпоже Монсель нашел Луциан, но общую картину нарисовала я. Луциану было совершенно неинтересно, скучает ли отец по госпоже Монсель. В доказательство этого, подняв уголки губ в нужный момент, Луциан тут же вернулся к своему обычному бесстрастному выражению лица. Но отца такие мелочи не волновали. Мой отец взял листок с адресом госпожи Монсель и начал рассказывать долгую-долгую историю.

— Мы встретились, когда мне было шестнадцать, а ей восемнадцать. Монсель и я влюбились друг в друга, как только увидели. Мы скрывались от чужих глаз и каждый день шептали друг другу сладкие слова. Но нас постигла трагедия. Она вступила в политический брак с иностранцем. Я сказал ей: «Расторгни свой брак. Я возьму тебя в жены, когда стану совершеннолетним». Но она покачала головой и сказала: «Если я не выйду замуж, моя семья будет разорена. Прости меня, Джорди». И с этими словами она ушла от меня.

— ……..

Это была печальная история любви, но, вероятно, только потому, что я слышала ее слишком часто. Луциан спросил меня, его глаза потускнели.

— Мы закончили?

Я кивнула. Видя, как много он говорит, было ясно, что сердце отца оттаяло. Луциан улыбнулся с облегчением.

— Какое облегчение.

Он имел в виду не моего отца. Он имел в виду: «Я рад, что ты не расстроена». «Похоже, отец неправильно понял, что Луциан имел в виду его». Отец взял Луциана за руки и разрыдался.

— Я не ожидал, что ты будешь так заботиться о моей разбитой первой любви. Мой зять.

Том 2 Глава 87

«……»

Люциан нахмурился, словно прикосновение отца было ему неприятно.

Но вместо того, чтобы отстраниться, он заговорил дружелюбным тоном:

— Госпожа Монсель сейчас свободна. Она уже давно рассталась с мужем.

— ……!

— Она говорила, что всегда найдется тот, кто будет готов жениться на ней, как только она станет свободна. Каждую ночь она проливает слезы на подушку от тоски.

Глаза моего отца вмиг вспыхнули, словно пламя.

Отец вскрикнул, отпрянув от Люциана:

— Дворецкий, немедленно готовься к отъезду!

Дворецкий, ожидавший за дверью гостиной, вбежал внутрь с удивленным лицом.

— В-вы имеете в виду сейчас?

— Да. Прямо сейчас!

— Уже поздно, господин. Будет лучше отправиться в путь на рассвете…

— Я не могу позволить ей проливать слезы на подушку ни секундой дольше! Живо готовь карету.

Дворецкий кивнул на слова хозяина, чьи глаза сверкали, как у мальчишки-подростка.

Дворецкий работал быстро.

Отец схватил несколько бриллиантов, которые я принесла, и запихнул их в карман.

— Я уезжаю.

Так мой отец и исчез.

«……»

Я посмотрела на дверь, за которой скрылся отец, а затем повернулась к Люциану.

Люциан ничуть не удивился внезапному порыву отца. Напротив, его лицо выглядело расслабленным, словно он ожидал такой реакции.

Когда наши взгляды встретились, Люциан произнес, мягко прищурившись:

— Теперь мы одни.

— …..!

Люциан продолжил сладким голосом:

— Я хотел бы продолжить с того места, где мы остановились.

Ты что, ради этого отправил отца прочь?

Это и есть то, что называют коварством?

Ха, серьезно…

— Я тоже хочу.

Я сама не заметила, как высказала свое истинное желание.

Я прикрыла рот рукой, но слова уже достигли ушей Люциана.

Люциан крепко обнял меня. Он заговорил лихорадочным шепотом:

— Тогда пойдем в твою комнату.

* * *

Я проснулась от солнечного света, пробивающегося сквозь окно.

Первое, что я увидела — Люциан, сидящий на стуле у кровати.

Я спросила, широко открыв глаза:

— Ты спал?

Люциан ответил с улыбкой.

Я вздохнула в ответ на его слова.

«Он снова не спал всю ночь».

Превращение в яндере не сделало Люциана всемогущим.

Он испытывает голод, если не ест, чувствует боль, если поранится, и усталость, если не спит.

Тем не менее…

Он смотрел на меня по утрам с изможденным лицом.

Когда я спрашивала, зачем он это делает, он отвечал:

«Наблюдать за тем, как спит Ниа, — одно удовольствие. Опомниться не успел, как наступило утро».

Что такого интересного в том, чтобы смотреть, как я храплю, разговариваю во сне и даже ругаюсь?

Я нахмурилась и протянула к нему руки.

— Ты выглядишь уставшим. Поспи немного.

Люциан прильнул ко мне, как ребенок, словно только этого и ждал.

Я погладила его по широкой спине и игриво спросила:

— Хочешь, я спою тебе колыбельную?

Люциан мягко кивнул.

Я рассмеялась и начала тихонько напевать.

Вскоре я почувствовала, как его дыхание стало ровным.

Я заглянула ему в лицо и увидела, что Люциан спит.

При виде его невинного выражения мое сердце затрепетало.

—

Прошлой ночью Люциан поцеловал тыльную сторону моей ладони и сказал с недовольным видом:

«Ста — это мало. Если я поцелую каждый твой палец, уйдет всего двадцать».

Милое нытье Люциана заставило меня хихикнуть.

«Говорят, если поначалу немного разочароваться, в следующий раз будет приятнее».

Сказал он, целуя мой безымянный палец на правой руке.

«Кто это сказал? Это не про меня, Ниа. Я всегда хочу обладать тобой целиком. Мне невыносима мысль, что я мог упустить хоть какую-то твою часть… вот почему я смог вытерпеть сегодняшний день».

Красные глаза Люциана блестели в темноте.

«Вот почему я хочу видеть, как ты проводишь время с кем-то другим, а не со мной».

Продолжил Люциан, целуя мой мизинец.

«Твое улыбающееся лицо, твое кричащее лицо, твое озадаченное лицо, твое озорное лицо — совсем не такое, как ты показываешь мне. Я ревновал и в то же время наслаждался тем, чего никогда раньше не видел».

Люциан сказал это, положив руку мне на губы.

Прищурив свои встревоженные глаза.

«Прости, Ниа. Кажется, мое состояние стало еще хуже».

Когда я вспомнила тот момент, мое лицо снова вспыхнуло.

«Он просто улыбался, но выглядело это так сексуально».

Настолько сексуально, что я могла бы сказать: «Теперь моя очередь», — и с жаром наброситься на него, чтобы целовать сотни раз.

«Если бы я так сделала, мы бы всю ночь целовались, поэтому я сдержалась».

Пробормотала я, поглаживая волосы Люциана.

— Возможно, это я сделала твое состояние хуже.

Монополия Люциана на меня больше не казалась такой неприятной, как раньше.

«Не то чтобы мне это не нравилось…»

Я не могла больше смотреть на Люциана, поэтому крепко зажмурилась.

* * *

После того как Люциан проснулся, мы поздно пообедали.

Энн принесла еду в мою комнату.

Энн посмотрела на нас так, словно мы были магнитами, и сказала:

— Я сказала слугам, что господин отправился в путешествие и попросил лорда Кардиена присмотреть за леди и домом. Также я подготовила комнату для лорда Кардиена.

Вы двое так прилипли друг к другу, что комната не понадобится.

Добавила Энн, вместо того чтобы ворчать про себя.

— Так что не волнуйтесь. Только я знаю, что вы провели всю ночь вместе.

Ах. Как такая мудрая женщина может быть моей горничной?

Я воскликнула со слезами уважения и признательности к Энн:

— Месяц отпуска!

— Спасибо, миледи!

Я подняла большой палец вверх в ответ на восторженный ответ Энн.

Это была всего лишь трогательная сцена между благородной леди и ее служанкой, но только не для Люциана.

Люциан сказал, притягивая меня в свои объятия:

— Не делай так, Ниа.

— Я просто поздоровалась. Мы с Энн всегда так общаемся.

— Нет, мне это не нравится.

— ……

— Ты сейчас не на работе и не разговариваешь с семьей. Так что смотри только на меня.

Его лицо, казалось, вот-вот взорвется, а голос стал глубже и собственничнее.

Но причина, по которой я не могла спокойно воспринимать его нытье, заключалась в Энн, которая стояла и наблюдала за нами.

Я посмотрела на Энн, опасаясь, что она сейчас съежится от неловкости.

Однако, вопреки ожиданиям, Энн выглядела решительно.

Энн сказала, опустив брови:

— Не беспокойтесь обо мне. Продолжайте. На днях, после визита господина в поместье Кардиен, он наговорил мне столько всего, что я была к этому готова.

Я спросила, ерзая в объятиях Люциана:

— Что сказал отец?

— Чертовы парочки. Чтоб они все передохли.

Ну что ж, ничего другого от этого человека дочери ожидать не стоило.

* * *

Я сидела в объятиях Люциана и ела еду, которую он скармливал мне, как птенцу.

Я сказала, проглотив последний кусочек:

— Сегодня я буду немного занята.

Когда я сказала Люциану, что буду занята, он сделал такое серьезное лицо, будто услышал самые ужасные слова на свете.

Раньше я бы вздрогнула, когда он так делал, но не сейчас.

Я продолжила, естественно разглаживая морщинки на лбу Люциана:

— Мне нужно подготовиться к открытию магазина. Нужно прибраться, протереть вывески, закупить новую косметику и завезти много всего.

— Разве ты не можешь не торопиться с этим?

И поиграть со мной сегодня.

Люциан на самом деле хотел сказать именно это, что было довольно мило, но я покачала головой.

Я сказала, помахав бумагой, которую положила на стол:

— Это список заказов, которые я получила на банкете вчера. Магазин был закрыт несколько месяцев, поэтому я не ожидала многого, но так много людей сделали заказы.

Я сказала это с блеском в глазах:

— Поэтому я должна открыть магазин как можно скорее. Люциан, пожалуйста, пойми.

Конечно, он не понимает.

Я уже раздумывала, какую еще награду использовать, чтобы убедить Люциана, как вдруг услышала ясный голос:

— Я понимаю.

А? Что? Что происходит?

Вопреки моим ожиданиям, я широко открыла глаза от его мягкого ответа.

Люциан сказал, нежно глядя на меня:

— Раз уж у тебя такой популярный магазин, тебе не помешает еще один помощник, верно?

Он улыбнулся, как невинный ребенок, или, скорее, как озорной мальчишка.

* * *

Я думала, что Люциан не умеет делать такие вещи.

Потому что в детстве он был несчастен, не любил общаться с людьми и долгое время жил на полях сражений.

Он человек, у которого гораздо больше слабых сторон, чем кажется, поэтому он никогда не сможет делать обычные вещи.

…Я ошибалась.

Том 2 Глава 88

Неожиданный сотрудник

Благородная дама, грациозно вошедшая в салон, невольно замерла на месте. Причиной тому был прекрасный мужчина, стоявший прямо перед ней. Это был Люциан. Люциан, одетый в облегающий черный костюм, поприветствовал даму изящным жестом.

— Добро пожаловать в салон красоты Пернии.

Это было простое приветствие, но даму пошатнуло. Не успев осознать, насколько опасное существо перед ней, она последовала за Люцианом внутрь, словно завороженная. В помещении, вдоль стен которого стояли стулья, уже сидело несколько женщин. Все они смотрели на Люциана с восторженными лицами.

— Босс сейчас наносит макияж гостьям, пришедшим первыми. Я сообщу вам, когда подойдет ваша очередь, пожалуйста, подождите.

Она кивнула. Так в коллекцию попала еще одна бедняжка, окончательно потерявшая голову.

— Угощайтесь, пока ждете.

Люциан поставил перед ней чашку чая, и дама не смогла сдержать слез. Она разрыдалась, забыв о достоинстве благородной леди.

— Спасибо!

Иногда ее могли бы осудить за подобное грубое поведение, но сидевшие вокруг женщины лишь кивали, словно понимали ее чувства. Проходя мимо комнаты ожидания, я посмотрела на него и подумала: «Люциан. Какой же пугающий мужчина!»

Люциан стал сотрудником номер один в обновленном салоне красоты Пернии. Не имея каких-то особых обязанностей, он взял на себя простую задачу — встречать и провожать гостей. Это было всё, но эффект оказался колоссальным.

— Кто бы мог подумать, что лорд Кардиен, величайший рыцарь Империи, будет так обхаживать нас?

— И не говори. Он всегда избегал людей. Я думала, будет сложно увидеть его снова, ведь он столько пережил из-за дьявольской силы.

— Но тебе не кажется, что его аура немного изменилась?

— Да, раньше он был очень добрым, но теперь... Его взгляд стал холоднее, а слегка приподнятые уголки губ делают его более дерзким...

Женщина продолжала, тяжело дыша.

— Кажется, я схожу с ума.

Так круто! Так красиво! Благодаря стараниям Люциана открытие салона прошло с огромным успехом. Не все желающие смогли попасть внутрь, поэтому они толпились вокруг здания. Когда удача стучится в дверь, нужно открывать ее настежь. Я неустанно трудилась, стараясь не упустить эту возможность, с самого рассвета до заката.

И каждый раз, когда я валилась с ног после того, как провожала последнюю клиентку, меня подхватывал Люциан. Он шептал с улыбкой, которую никогда не показывал гостям:

— Отличная работа, Ниа. Пойдем домой.

Люциан жил в моем доме с тех пор, как мы вернулись в столицу. Официальной причиной было присматривать за особняком от имени моего отсутствующего отца, но, конечно, это было неправдой. На самом деле он просто не мог оставить меня ни на минуту. Люциан отвозил меня домой, помогал умыться, кормил и укладывал в постель. Словно пытаясь компенсировать то, что не мог монополизировать меня весь день.

Я плотно поужинала, приняла ванну, а затем растеклась по кровати, словно лужица воды. Люциан сказал, перебирая пряди моих волос:

— Мне так жаль видеть, как ты мучаешься, работая своими тонкими ручками. Может, мне стоит научиться делать макияж?

Я рассмеялась. Женщины, которые не могли сдержать крик при одном только взгляде Люциана, наверняка упали бы в обморок, окажись они так близко к нему. А главное…

— От величайшего рыцаря Империи до профессионального визажиста? Вот это карьерный поворот.

Люциан прищурился, словно не придавал этому значения. Я посмотрела на его спокойное лицо и улыбнулась, опустив глаза. Несколько дней назад в салон приходил император. Он с удивлением посмотрел на Люциана и произнес:

— Вижу, у тебя всё отлично. Собираешься вернуться в рыцари?

— Я нашел работу.

— Понимаю. Твое заявление об отставке не было обработано, но отпуск одобрили, так что если захочешь вернуться в любой момент — дай знать.

Люциан ответил холодным взглядом:

— Вы весьма настойчивы.

В этот момент всё в салоне замерло. Но император не разозлился. Он лишь продолжил с загадочной улыбкой:

— Однажды ты вернешься ко мне.

Но император ошибался. За несколько недель Люциан стал сотрудником с самым высоким рейтингом удовлетворенности клиентов. Я была благодарна за его помощь, но не могла позволить себе полагаться на нее вечно.

— Ты волен вернуться к своей службе в любое время.

— Ты говоришь это, но разве ты не хочешь, чтобы я остался рядом?

— Ты не можешь оставаться со мной постоянно. Ты получил свою должность в рыцарях благодаря упорному труду. Будет пустой тратой времени бросать всё сейчас.

Я улыбнулась и сказала Люциану, у которого было серьезное лицо:

— Конечно, я хочу, чтобы ты был рядом. Но я предпочитаю, чтобы Люциан делал то, что хочет сам.

Тогда лицо Люциана расслабилось. Он улыбнулся и снова начал нежно ласкать мое тело. Словно именно этого он и хотел больше всего в данный момент.

* * *

Мои дела с Люцианом наладились, но Эстель всё еще не вернулась в Королевство Себран. Это было связано с тем, что в Империи оставалось еще много работы. Среди прочего, ее особенно беспокоил «Дом Цветов и Трав». Эстель заботилась о больных, ведь долгое время не могла уделять им достаточно внимания. Каликс был с ней. Эстель старалась не афишировать свои отношения с Каликсом. Но Каликс даже не пытался их скрывать.

— Я — узник любви Эстель! — не только выкрикивал он во всеуслышание, но и выражал свою любовь к Эстель самыми разными способами.

— Эстель, почему ты снова тащишь такую тяжесть в одиночку? Разве ты не говорила, что боишься повредить свои нежные пальчики? Отдай это мне.

— Эстель, у тебя такой прекрасный цвет волос, кожа и форма губ. И даже сердце у тебя доброе. Как я могу не любить такую женщину?

Половина пациентов, проходивших лечение в «Доме Цветов и Трав», выписались раньше срока из-за бесконечной демонстрации привязанности со стороны Каликса. Те же, кто не мог покинуть больницу из-за тяжелого состояния, каждый раз, когда Каликс открывал рот, закрывали уши, смотрели в окно с обреченным видом или начинали читать молитвы.

Благодаря этому все узнали, что у них особые отношения. Естественно, слухи дошли до ушей вдовствующей императрицы. Когда она впервые услышала об этом, то категорически всё отрицала.

— Кто смеет распускать такие нелепые слухи? Единственная причина, по которой Каликс поддерживает близкие отношения со святой, — это помощь беднякам. Разве может благородный кронпринц якшаться с простолюдинкой?

Однако вскоре вдовствующей императрице пришлось признать их отношения. Слуги, которых она подослала шпионить за ними на всякий случай, подтвердили, что Каликс и Эстель определенно любовники. Вдовствующая императрица пришла в ярость. Она немедленно отправилась в «Дом Цветов и Трав». Как раз вовремя, ведь Каликс, который был приклеен к Эстель, словно тень, куда-то отлучился. Вдовствующая императрица спросила Эстель с яростным выражением лица:

— Это правда, что ты состоишь в отношениях с кронпринцем?

Эстель кивнула с невозмутимым лицом:

— Это правда.

Глаза вдовствующей императрицы расширились.

— Мерзость!

Ее рука яростно метнулась к Эстель. Но она не достигла цели.

— Ты делаешь то, о чем я думаю, бабушка?

Каликс появился в самый подходящий момент. Вдовствующая императрица посмотрела на внука с недоверием и воскликнула:

— Каликс Версена Франц! Возьми себя в руки! Ты кронпринц, обладатель высочайшей крови в Империи. Я не подбирала тебе другую женщину до сих пор лишь для того, чтобы выбрать ту, что подходит тебе больше всего, но простолюдинка?! Ты хочешь опозорить имя королевской семьи?

Ответ Каликса был очень прост:

— Да.

— …!

— Что бы ты ни говорила, я не стану слушать. Так что можешь думать всё, что угодно. Но не вмешивайся в наши отношения.

Если вмешаешься — пожалеешь. Я покажу тебе, насколько пугающим может быть подросток, ослепленный любовью.

Вдовствующая императрица широко открыла рот от дерзких слов внука, а Каликс безжалостно выставил ее вон. Хотелось бы, чтобы на этом всё закончилось, но вдовствующая императрица не сдалась. Она приходила в «Дом Цветов и Трав», кричала на них, хватала Каликса и умоляла, даже угрожала Эстель. Конечно, ни одна из ее тактик не сработала. В конце концов, вдовствующая императрица выбрала самый эффективный метод, на который была способна.

— Вдовствующая императрица слегла? — спросила я с озадаченным лицом.

Эстель кивнула с обеспокоенным видом:

— Да. Говорят, она отказывается видеть врача, ничего не ест и не выходит из своей комнаты. Из-за ее возраста Его Величество Император и многие в имперской столице начали беспокоиться.

Я тяжело вздохнула. «Эта старуха действительно… На мгновение я понадеялась, что она примет их, как приняла нас с Люцианом».

Ее характер никогда не меняется. Вдовствующая императрица всё та же старая злодейка, которая хотела разрушить пылкую любовь между главными героями. В оригинале вдовствующей императрице было куда проще разлучить их, ведь Каликс постоянно отрицал свои чувства к Эстель. Но не в этот раз. Вдовствующая императрица может плакать и кричать «я умираю» сколько угодно, Каликс и глазом не моргнет.

…Но Эстель не могла оставаться в стороне.

— Я слышала, что признаков улучшения нет, поэтому боюсь, что она может быть в критическом состоянии.

Ха-ах. Вечно добрая Эстель.

Том 2 Глава 89

Я прослезилась, тронутая добротой Эстель. Хотя, если честно, я не так сильно беспокоилась о вдовствующей императрице, как она.

«Я уже видела в дорамах, как свекрови закатывают истерики и угрожают умереть. И никто из них не умер».

В глубине души я понимала, что в таких ситуациях лучше промолчать, но просто не могла. Я знала, насколько настойчива вдовствующая императрица. В оригинале, узнав об их отношениях, она объявила голодовку и в итоге действительно слегла. Голодовка — метод ненасильственного сопротивления, когда человек намеренно отказывается от еды, чтобы добиться своего. Резкое ухудшение здоровья вдовствующей императрицы вызвало переполох среди дворян и священников.

«Смотрите! Вот результат эгоизма Святой».

«Святая должна спасать людей от смерти, а не доводить их до неё!»

«Как и ожидалось, отношения между Святой и кронпринцем с самого начала были абсурдны. Я искренне прошу вас расстаться».

Как же больно было Эстель слышать эти жестокие слова. В конце концов, Эстель сбежала от Каликса.

«Но их разлука только укрепила их чувства... однако нынешней Эстель не нужно проходить через это снова».

Я сказала, сжимая руку Эстель: — Не волнуйся. Вдовствующая императрица не будет злиться вечно. Я позабочусь об этом.

Как мне изменить мнение вдовствующей императрицы? «Я знаю самый простой способ».

Я посмотрела на Люциана. Он с невинным видом разминал мне ноги, словно ничего не знал. Под этой безобидной внешностью скрывался самый пугающий человек в мире. Если Люциан пойдет к императору и что-нибудь скажет, всё решится само собой.

«Это сработало бы».

Император так или иначе заставит вдовствующую императрицу замолчать, чтобы не подвергать империю опасности.

«Но я не хочу просить Люциана об одолжении».

Я не хочу провоцировать льва, дремлющего в покое. К тому же, такой силовой метод был бы эффективен лишь на короткое время. В будущем вдовствующая императрица может снова выплеснуть свою ненависть на Эстель. Поэтому лучше всего было попытаться изменить её мнение. Ведь теплое солнце меняет людей эффективнее, чем сильный ветер.

Как и в тот раз, когда Люциан принес оливковую ветвь, чтобы улучшить мнение вдовствующей императрицы обо мне.

«Но это было в прошлом. Сейчас она не проявит милосердия».

Вдовствующая императрица, которая в тот день была вынуждена стать фанаткой Люциана, больше ею не была. Более того, она превратилась в антифанатку, что куда страшнее, чем просто уйти из фандома. Ведь Люциан был проклят дьяволом. Неважно, утверждали ли мы, что проклятие было снято, вдовствующая императрица была непреклонна: любого, кто проклят дьяволом, нельзя признавать. Если бы Люциан появился перед вдовствующей императрицей, это принесло бы только вред.

«Что же тогда делать?»

Спустя некоторое время я рассмеялась, когда мне в голову пришла мысль. Если не Люциан, я могу найти кого-то другого.

Я вышла из дома в свой выходной. Конечно, Люциан увязался за мной, как привязанный. Мы направились к особняку в столице.

— Добро пожаловать.

Нас встретил Пью, самый популярный актер в империи. Белоснежное лицо, глаза черные, как обсидиан. Мистические зеленые волосы. У него определенно была та красота, что могла украсть сердца высокопоставленных аристократок. Люциан, который до этого был очень послушным, впервые за долгое время отреагировал остро. Люциан прошептал мне на ухо:

— Я хочу его убить.

— Думаю, он выглядит хуже, чем пальцы на ногах Люциана.

Только тогда Люциан успокоился. Я поклонилась Пью:

— Благодарю, что позволили мне прийти. Вы, должно быть, самый занятой человек в столице.

Я не пыталась польстить. Пью — огромная знаменитость. Нужно пройти через невероятную конкуренцию, чтобы достать билет на его выступление, и для обычных людей было абсолютно невозможно встретиться с ним лично. Поэтому я была очень удивлена, когда он одобрил мою просьбу о встрече.

«Я думала, придется умолять его больше десяти раз, поэтому не ожидала, что он даст согласие сразу».

Пью сказал с теплой улыбкой:

— Для меня это тоже честь. Я счастлив, что могу увидеть двух самых известных людей в столице.

Я смутилась. «Я думала, он будет более высокомерным, раз он самый популярный актер в империи, но он совсем не такой».

Далекий от высокомерия, он был невинен, как плюшевый мишка. Я удивленно произнесла, пораженная неожиданным характером Пью:

— Я отправила вам письмо заранее, так что вы знаете, зачем я здесь, верно?

Пью кивнул:

— Да, вы сказали, что у вас есть ко мне просьба. Какая?

Я сказала, сглотнув слюну:

— Не могли бы вы навестить вдовствующую императрицу вместо меня?

Конечно, я не просила его просто навестить её в больнице. Моей настоящей целью было растопить сердце вдовствующей императрицы с помощью Пью. Вдовствующая императрица была такой огромной фанаткой, что говорили, будто она — президент его тайного фан-клуба.

«Конечно, будет непросто добиться такой услуги».

Опять же, он был лучшим актером в империи. Он не в том положении, чтобы просто выполнять такие эгоистичные просьбы. Я крепче сжала свой кошелек. «Я принесла деньги, но сработает ли это с ним?»

Возможно, нет. «Если деньги не сработают, я попытаюсь убедить его медовым языком».

Пью кивнул, приняв решение:

— Хорошо.

— Что?

— Я выполню вашу просьбу.

Его спокойный ответ заставил мои глаза расшириться. Я не могла в это поверить. Его лицо стало серьезным, когда мы встретились взглядами:

— Конечно, я выполняю вашу просьбу не бесплатно.

Очевидно. Я знаю, что нельзя быть такой наглой и просить об этом бесплатно. Как только я собралась назвать сумму, которую подготовила, Пью сказал:

— Я... я хотел бы получить автограф Лорда Кардиена!

А? Мои глаза расширились от неожиданного замечания. У Люциана, сидевшего рядом со мной с пустым лицом, была такая же реакция. Пью выставил два пальца с твердым выражением лица:

— Д-два автографа.

...Он... он краснеет. Только тогда я поняла, ради чего и почему он решил выполнить мою просьбу. Он был большим фанатом Люциана.

— Я восхищаюсь Лордом Кардиеном с тех пор, как он прославился как рыцарь. Каждый раз, когда Лорд Кардиен стоял в первом ряду и махал рукой перед отправкой армии в бой, я каждый день вешал желтые ленты у входа в столицу в надежде на его безопасное возвращение.

Вау. Он настоящий фанат.

Пью продолжал, фанатея:

— Я и не думал, что у меня будет возможность встретить кого-то столь достойного и благородного. Автограф Лорда Кардиена станет лучшим подарком, который я когда-либо получал в своей жизни.

Это потому, что он актер? Каждое слово было таким же сладким и печальным, как сцена из пьесы. Но на лице Люциана не было никаких эмоций. Ничто никогда не трогает Люциана, если это не связано со мной. Лицо Пью наполнилось тревогой из-за холодного ответа Люциана. Думаю, он подумал, что Люциан может не сделать того, о чем он просил. Но Люциан кивнул:

— Ладно.

Лишь бы он больше не беспокоил Ниа. По его неохотному выражению лица было ясно, о чем думает Люциан. Тем не менее, лицо Пью сияло, как у ребенка:

— С-спасибо! Большое спасибо!

Пью бросился искать бумагу и ручку, которые приготовил заранее, прежде чем Люциан успел передумать. Люциан расписался с самым неискренним жестом в мире. Тем не менее, Пью прижал бумагу с автографом Люциана к груди со слезами на глазах:

— Это огромная честь — получить ваш автограф. У меня не будет сожалений, если я умру прямо сейчас.

— Нельзя. Ты не можешь умереть, не сделав того, о чем просила Ниа.

— О, точно. Я понял!

— Если закончил, больше не смотри на неё. Это раздражает.

— Конечно!

— Не говори ей ничего лишнего в будущем. Было неприятно видеть, как она разговаривает с обычным мужчиной, но еще неприятнее видеть, как она разговаривает с таким, как ты.

— Да!

...Что это? Дрессировка красавчиков? Кукловодство? Когда Люциан научился такому пугающему навыку? Я почесала лицо, глядя, как Пью несколько раз кивает головой с бездушным лицом. В любом случае, я была рада, что всё прошло гладко.

Мой план называется: Операция «Пью навещает вдовствующую императрицу». Вдовствующая императрица отказывается от любой еды и питья, которые ей приносят, и говорит, что не примет никого, кто её навещает, но Пью она не отвергнет. Она огромная фанатка Пью. Как и ожидалось, вдовствующая императрица разрешила ему войти.

Пью мягко улыбнулся вдовствующей императрице, лежащей в постели:

— Вдовствующая императрица, мое сердце разрывается, когда я вижу, как человек, который так заботится о жителях империи, лежит в постели. Ваше Величество опечалены из-за кронпринца?

— Хо-хо-хо. Только вы понимаете мое сердце.

Вдовствующая императрица посмотрела на Пью с эмоциональным выражением лица. Как и следовало ожидать. Ведь её любимый человек пришел утешить её в самые тяжелые времена.

Том 2 Глава 90

Пью рассказывал вдовствующей императрице, которую его визит заметно утешил, всё то, что я ему велела. О том, что Эстель — святая, которую глубоко уважают простые люди, и о том, какая она прекрасная пара для Каликса.

Я подумала: «Кто же не поддастся, когда любимый человек шепчет тебе на ушко?»

— …тебя выгнали?

— Да.

Пью ответил, понурив плечи. И, словно помня о том, что Люциан сказал на днях, посмотрел на меня, отведя взгляд в сторону.

Пью продолжил:

— Как только я заговорил о святой, её выражение лица изменилось, и она разозлилась.

— И ты просто ушел?

— Прости. Мне было так страшно.

Ах ты, бесполезный красавчик! Ты сбежал только потому, что она немного разозлилась?! Тебе следовало как-то её успокоить.

Поскольку у меня были завышенные ожидания, я была очень разочарована.

«Верни автограф Люциана прямо сейчас!»

Я не стала кричать, потому что Пью заламывал руки и выглядел по-настоящему виноватым.

«Черт возьми. Я не могу злиться, когда он делает такое лицо».

Я с досадой потерла лоб.

Пью, заметив мое разочарование и смятение, сказал:

— Я навещу её снова завтра. Я уже прошел через это однажды, так что в следующий раз мне будет не так страшно.

— Всё в порядке.

— Но…

Пью был полон решимости выполнить свое обещание, но я покачала головой.

Нет никаких шансов, что она снова поведется на уговоры красавчика, который уже однажды провалился. Уверена, она разозлится ещё сильнее, если он придет снова.

Эта операция провалена.

Пью прикусил губу, посмотрел на меня и вышел из комнаты, опустив голову.

У меня разболелась голова.

Честно говоря, я думала, что это будет легко.

Раз плюнуть, если лучший актер империи сможет успокоить сердце вдовствующей императрицы.

Но всё оказалось иначе.

Пью оказался глупее, чем я думала, да и вдовствующая императрица не так уж сильно его любила.

«Что же мне теперь делать?»

Люциан, тихо сидевший рядом со мной, открыл рот:

— Почему ты так стараешься?

— Что ты имеешь в виду?

— Это ведь никак не касается Ниа, верно? Но ты переживаешь из-за этого и беспокоишься каждый день. Мисс Эстель не просила тебя о помощи.

— Со стороны так выглядит?

Я почесала щеку после его внезапного замечания. Люциан кивнул:

— Да, очень.

Я опустила уголки губ и улыбнулась:

— Когда я думаю о проблемах людей, которые мне дороги, я просто ничего не могу с собой поделать. Я хочу помочь им всем, чем могу.

— И что ты получаешь взамен?

Это единственный ответ, который у меня есть.

Я сказала с улыбкой:

— Счастье.

— ……

Пока Люциан смотрел на меня странным взглядом, я добавила:

— Я ведь как ангел, правда?

— Да… очень.

Я вздрогнула от его холодного голоса.

Человек, которому я сейчас пытаюсь помочь, — это Эстель, а не Люциан.

Люциану вряд ли будет приятно видеть, как я пытаюсь помочь другим.

«Вместо того чтобы чувствовать счастье, он может поддаться ревности и захотеть разрубить Эстель одним взмахом меча».

Я жалею, что когда-то сказала, что в последнее время он стал слишком мягким.

«Но, конечно, что бы кто ни говорил, Люциан — лучший мужчина!»

Я уже собиралась сказать это, чтобы попытаться исправить ситуацию, но мои глаза расширились от шока.

Лицо Люциана было спокойным.

По крайней мере, не похоже, что он собирался прямо сейчас бежать к Эстель.

— …Ты не злишься?

— У меня внутри всё горит, но я в порядке.

Он продолжил, слегка прищурив глаза:

— Потому что я люблю тебя.

— …!

Я открыла рот и посмотрела на Люциана. Вскоре мое лицо вспыхнуло, словно вот-вот взорвется.

Потому что Люциан сказал, что его любовь ко мне сильнее, чем его гнев, чем его ревность.

* * *

Поразмыслив некоторое время, я нашла способ растопить сердце вдовствующей императрицы.

«Если красавчики не могут изменить её мнение, то подарок точно поможет!»

Конечно, вдовствующую императрицу было нелегко подкупить подарками. Ведь она была богатой женщиной, владеющей королевской собственностью.

— Драгоценности и золото не сработают, но, может, это?

То, что я нашла в комнате отца, было Диким деревом.

Лекарственные травы, которые Кун однажды подарил мне, уже пустили три корня благодаря усердной работе моего отца.

«Хорошая работа, папа!»

Я вытащила корень, вспоминая отца, который снимался в горячем романе для зрелых людей с леди Монсель, с которой он воссоединился.

Я нахмурилась при виде травы. Она выглядела отвратительно, напоминая обнаженного мускулистого мужчину.

— Фу, я не хотела снова на это смотреть. Но он сказал, что это лучшее лекарство на континенте.

Как правило, пожилые люди помешаны на здоровой пище. Вдовствующая императрица вряд ли будет исключением.

«Если она примет один из этих корней, то мгновенно почувствует себя лучше и на какое-то время оставит всех в покое».

Я пробормотала это, осторожно упаковывая Дикое дерево в коробку.

— Завтра отправлю тебя в Имперскую столицу.

* * *

На следующий день, однако, пришла Эстель и сообщила мне шокирующие новости.

Я воскликнула с изумленным видом:

— Вдовствующая императрица приходила в Дом Цветов и Трав?!

Эстель кивнула с раскрасневшимся лицом:

— Да. Она просила прощения за свою грубость.

— Значит, она приняла Эстель?

Эстель ответила с улыбкой.

О боже мой.

Я не могла в это поверить, поэтому издала радостный писк.

Я схватила Эстель за руку и просияла:

— Какое облегчение!

— Да. Спасибо за ваше беспокойство, мисс Ниа.

Мы взволнованно махали нашими сцепленными руками, как дети.

Эстель поболтала со мной ещё немного, а затем встала:

— Что ж, я пойду.

— Эй, я слышала, у тебя сегодня не так много работы. Давай куда-нибудь сходим.

— Я бы с радостью, но кто-то смотрит на меня очень страшным взглядом.

Эстель усмехнулась и посмотрела на Люциана рядом со мной.

Люциан не стал отрицать слова Эстель. Вместо этого он вежливо склонил голову. Словно подгоняя её уйти.

Вместо того чтобы вздохнуть от грусти, она протянула руку и погладила Люциана по голове:

— Ты не проявлял жестокости к людям и помогал мисс Ниа с работой. Я горжусь тобой, Люциан.

Люциан слегка нахмурился. Он не выглядел счастливым, но и недовольным тоже.

«Приятно видеть такое развитие событий».

Я посмотрела на них двоих и протянула Эстель коробку:

— И ещё, Эстель. Возьми это с собой.

— Что это?

В коробке лежало красиво вырезанное Дикое дерево. Оно предназначалось в подарок вдовствующей императрице, но теперь в этом не было нужды.

— Это целебная трава. Если в Доме Цветов и Трав есть пациенты, которым она нужна, отдай им. Хотя было бы лучше, если бы Эстель сама её использовала.

— Спасибо, мисс Ниа.

Эстель улыбнулась и приняла мой подарок.

Мы не знали, насколько эффективно Дикое дерево в коробке.

Лишь немного позже мы узнали истинную ценность этих лекарственных трав.

Эстель прижала коробку к груди и помахала рукой:

— Счастливого пути. Увидимся в следующий раз.

Следы её тревог полностью исчезли с её счастливого лица.

Я довольно помахала рукой в ответ.

Как только Эстель скрылась из виду, я опустила руку и посмотрела на Люциана:

— Что Люциан сделал с вдовствующей императрицей?

— С чего ты взяла, что я что-то сделал?

— Потому что вчера Люциан уходил, сказав, что у него есть дела.

Для Люциана было большой редкостью оставлять меня одну.

Вчера я была так удивлена тем, что Люциан оставил меня одну и ушел, что не могла придумать никакой другой причины.

Но теперь, когда я думаю об этом, он вел себя очень подозрительно.

— Поведение вдовствующей императрицы изменилось сразу после того, как Люциан ушел. Так что всё очевидно.

Я воскликнула, указывая пальцем на Люциана:

— Это ты виновник, который изменил сердце вдовствующей императрицы!

Люциан чистосердечно признался в содеянном:

— Ты меня раскусила.

Хотя я и ожидала такого ответа, я была ужасно удивлена, услышав это прямо из его уст.

— Что ты сделал с вдовствующей императрицей? Ты ведь не угрожал ей, схватив за шиворот?

— Разве я не могу так сделать?

— Конечно, нет! Врываться в чужой дом и угрожать кому-то — это преступление.

Хотя Люциан принял то, что находится в состоянии яндере, он не хотел становиться жестоким преступником.

Девушки-яндере — это нормально, но девушки-преступницы — нет.

Они не выглядят круто!

Люциан ухмыльнулся мне, когда я начала нервничать:

— Не волнуйся. Я не делал ничего из того, о чем Ниа сейчас беспокоится.

Ха-ха, понятно. Это облегчение.

Я не могу успокоиться!

Если он не угрожал ей, как он мог изменить её мнение? Нет никакой возможности, чтобы нынешний Люциан мягко утешал нервы вдовствующей императрицы.

Люциан сказал, нежно поглаживая меня по волосам, словно пытаясь успокоить:

— Я говорю правду. Я сделал в точности то, что изначально планировала Ниа.

— То, что я изначально планировала?

Люциан открыл рот, прищурив глаза.

* * *

Вдовствующая императрица лежала в постели с закрытыми глазами.

Лицо пожилой женщины было настолько изможденным, что не было бы ничего странного, если бы она рухнула прямо сейчас. Её руки, слегка выглядывающие из рукавов, тоже были тонкими.

Это было естественно, ведь она не ела несколько дней.

Вдовствующая императрица медленно открыла глаза, увидев толпу.

Вдовствующая императрица не принимала гостей уже несколько дней. Единственными людьми, которые приходили в её комнату, были её ближайшие слуги и император.

Однако гость, который пришел к ней, не был ни слугой, ни императором.

В тот момент, когда вдовствующая императрица увидела человека перед собой, она широко открыла глаза.

Это был Люциан.

Том 2 Глава 91

Вдовствующая императрица воскликнула, ее лицо выражало полное недоумение.

— К-как вы вошли в мои покои? Входить в покои вдовствующей императрицы без разрешения — это преступление!

Лицо Люциана оставалось спокойным, несмотря на вспышку гнева вдовствующей императрицы, и слуга рядом с ним поспешно ответил:

— Вдовствующая императрица, пожалуйста, успокойтесь. Это приказ Его Величества. Лорду Кардиену было даровано разрешение входить в любую часть Императорского дворца в любое время. Именно поэтому я привел его сюда.

— Что?

Лицо вдовствующей императрицы окрасилось изумлением.

«Тупоголовый ублюдок. Как можно было дать ему такую власть, даже если ты так печешься о своем подчиненном?!»

Конечно, это было не совсем так.

«Никто не может остановить Люциана, когда он чего-то хочет. Если ему что-то нужно, просто дайте ему это».

Таков был ход мыслей императора.

Разумеется, гнев вдовствующей императрицы не утих бы, услышь она это.

— Я никогда не допущу подобной грубости. Вы…!

Она попыталась крикнуть: «Убирайтесь!», но не смогла.

Потому что лицо Люциана, склонившегося, чтобы посмотреть на нее, выглядело таким безобидным.

— Давно не виделись, Ваше Величество. Мой визит застал вас врасплох, не так ли?

В его чистом голосе не было ни злобы, ни гнева.

Это заставило вдовствующую императрицу почувствовать неловкость за свою гневную вспышку. В конце концов, она так и не смогла выгнать Люциана. Она опустилась на кровать с усталым видом и мягко спросила:

— Да. Почему вы пришли ко мне без предупреждения?

Этот вопрос был задан из вежливости. Она знала, что он пришел поговорить об Эстель. Точно так же, как Пью, когда навещал ее на днях. Но слова Люциана оказались совсем не такими, как она ожидала.

— Мне все равно, что вы делаете. Если вы мучаете мисс Эстель и кронпринца, угрожаете своей смертью или устраиваете спектакли…

— …Что?

— Но Ниа это не понравится. Она очень заботится о вас.

Мгновение спустя вдовствующая императрица поняла, что имя «Ниа» относится к невесте Люциана, Пернии.

— Мне неприятно видеть, что человек, которого я люблю, каждый день думает о ком-то другом, а не обо мне. Это кажется очень грязным, — сказал Люциан, глядя на нее сверху вниз. — Поэтому больше не заставляйте ее волноваться из-за вас. Я хочу, чтобы вы стали тише покойника. Сделаете это для меня, а?

Строгая вдовствующая императрица никогда не слышала, чтобы кто-то говорил ей такие резкие и грубые вещи. Тем не менее, она даже не осознала, что Люциан угрожал ей. Лицо Люциана было таким жалким. В ушах вдовствующей императрицы слова Люциана превратились в: «Ей сейчас тяжело, поэтому, пожалуйста, умерьте свой гнев».

Вдовствующая императрица едва сдержалась, чтобы не сказать «хорошо». Она не могла позволить себе так попасться на удочку Люциана. Вдовствующая императрица сказала со строгим видом, пытаясь взять себя в руки:

— Эстель бесконечно далека от того, чтобы быть достойной парой для Каликса. Их социальный статус слишком различается, и у нее нет власти, чтобы помочь кронпринцу занять его место. Я никогда не приму ее.

Она говорила твердым тоном. Люциан молча смотрел на вдовствующую императрицу, не отвечая. Вдовствующая императрица продолжала твердо, чувствуя странное давление от его взгляда:

— А теперь уходите. Вы не сможете убедить меня так легко, как раньше. И даже если вы используете императора, чтобы угрожать мне, мой ответ останется прежним. Я никогда не отступлюсь от этого.

Вдовствующая императрица думала, что Люциан будет ошеломлен или разочарован ее словами. Но Люциан… усмехнулся и рассмеялся. Он улыбнулся, как ребенок. Однако в то же время его улыбка вызвала у нее мурашки по коже.

— Вижу, вы все не так поняли. Я пришел не для того, чтобы убеждать вас или угрожать вам.

Тогда зачем? Вдовствующая императрица смотрела на Люциана, размышляя, что он мог иметь в виду. В этот момент глаза Люциана изогнулись полумесяцами.

— …!

Вдовствующая императрица знала о красоте Люциана. Было время, когда она забывала о своем достоинстве и влюблялась в него. Однако сейчас он выглядел иначе. Раньше он больше походил на человека. Его внешность не была такой нереальной, как сейчас. Она не могла поверить, что человек перед ней — живое существо. Это было похоже на иллюзию, созданную Богом. Люциан холодно улыбнулся вдовствующей императрице и сказал:

— Теперь понимаете? Зачем я пришел?

— …

Вдовствующая императрица не могла ответить. Она была не в том состоянии, чтобы отвечать. Она вспоминала вещи, которые были настолько подавляющими, что заставляли людей дрожать от страха. Невероятно высокий замок. Огромный шторм, сметающий мир. Гигантское дерево, прожившее тысячи лет… и Кардиен. Мужчина перед ней был так прекрасен, что обычному человеку было трудно даже встретиться с ним взглядом и улыбнуться. Прежде чем она осознала это, холодный пот заструился по ее лицу. Ее рука сильно дрожала. Сердце вдовствующей императрицы кричало: «Ты вдовствующая императрица! Не поддавайся на такое. Он просто парень с красивой оболочкой. На самом деле, он всего лишь рыцарь, вышедший из низшего сословия и не имеющий никакой реальной власти. Так что не бойся. Не поддавайся». …Однако в тот момент, когда Люциан высокомерно поднял подбородок и уголки его рта, воля, которую она отчаянно пыталась собрать, мгновенно разбилась. Вдовствующая императрица сложила руки и кивнула:

— Да, я сделаю это. Я сделаю так, как сказал лорд Кардиен.

«Пожалуйста, сделайте меня своей рабыней. Я умоляю вас». Она выглядела так, будто готова была произнести нечто подобное. Люциан пробормотал с довольной улыбкой:

— Я хорошо справился, правда, Ниа?

«Нет. Совсем нет!»

Я вздрогнула от слов Люциана. Глаза Люциана сверкали, словно он ждал похвалы. Но я чувствовала, что не должна хвалить Люциана за это. Люциан уже использовал свою внешность на вдовствующей императрице, чтобы достичь своей цели. Я тоже надеялась, что, когда Люциан будет в хорошем состоянии, он снова растопит сердце вдовствующей императрицы своей красотой. Однако я была расстроена, услышав, что Люциан сделал такое.

— Ниа? — Люциан склонил голову, словно недоумевая, что не так.

Его реакция была такой разочаровывающей, что я крикнула:

— Почему ты это сделал?

— …А?

— Это нормально делать такое с клиентами. Ты должен так поступать, когда имеешь дело с клиентами. Но это совсем другое дело, если речь идет о вдовствующей императрице. Как ты мог соблазнить ее…!

Пока я продолжала разглагольствовать, я начала капризничать, как ребенок.

— Ты не можешь так делать! Мне это не нравится!

— …

Люциан широко открыл глаза и посмотрел на меня. Только тогда я поняла, что сказала, и прикрыла рот, издав испуганный писк. Это был первый раз, когда я выразила столь сильную эмоцию ему, все еще пребывающему в состоянии яндере. Почему я так злюсь, когда он сделал это ради меня? Что, если он сейчас смотрит на меня холодными глазами? Я осторожно посмотрела на Люциана. Но…

«Э?»

Люциан вовсе не выглядел злым. Он не был разочарован. Он выглядел так, будто получил неожиданный подарок.

«Ч-что, ему это нравится??»

Если подумать, он говорил, что ему нравится видеть разные стороны меня. Неужели поэтому ему смешно, даже когда я злюсь? Стоит ли мне посмотреть на него с еще большим презрением? Пока я была погружена в раздумья, Люциан спросил, не в силах сдержать поднимающиеся уголки губ:

— Ты ревнуешь?

— Ну и что?

— …!

В этот момент Люциан притянул меня к себе и обнял. Объятие было таким нежным, что я не знала, что делать. Я просто стояла, не зная, как ответить. Он прошептал мне на ухо:

— Ты лучшая, Ниа.

— …

— Ты сексуальная. Ты красивая. Ты милая. Ха, правда. Я хочу съесть тебя с головы до пят.

Это звучит совсем не смешно, если говорить такое. Я почувствовала озноб и крепче обняла Люциана.

— Больше так не делай, договорились?

Люциан счастливо кивнул.

* * *

Отношение Люциана к клиентам в магазине изменилось на 180 градусов.

— Добро пожаловать.

Люциан приветствовал клиента с бесстрастным лицом.

— Рада видеть вас, лорд Кардиен. Сегодня такая чудесная погода. Утреннее солнце сияло прямо как лорд Кардиен.

Так было даже тогда, когда амбициозные клиентки делали ему комплименты, пытаясь хоть немного разрушить его невозмутимость.

— Да.

Люциан отвечал кратко, выглядя так, будто услышал самую скучную вещь на свете.

— …

Ух. Откуда-то повеяло зимним холодом. Глядя внутрь магазина, который стал холоднее Северного полюса, я чуть не расплакалась.

«Я же просила тебя больше не флиртовать, а не дуть таким ледяным ветром».

Одно радовало: клиенты не разбежались из-за поведения Люциана, которое было холоднее зимнего ветра. Напротив…

— Кья! Вы видели это? Этот презрительный взгляд.

— Видела, видела. Взгляд, который говорил, что ты не лучше вишенки на торте.

— О, за всю свою жизнь, будучи влиятельной герцогиней, я никогда не была так унижена.

— Это неприятно, но в то же время так волнующе!

Том 2 Глава 92

Сделай так обычный мужчина, клиенты наверняка разозлились бы и закричали: «Как ты смеешь меня игнорировать?!»

Но Люциан — не обычный мужчина. Холодная реакция этого красавца действовала на женские сердца совсем иначе, вызывая лишь трепет.

«В конце концов, результат один и тот же».

Красавчики смертельно опасны, даже когда просто едят или дышат! Я вздохнула.

«Что ж, с его прекрасным лицом действительно ничего не поделаешь».

Люциан старался изо всех сил, насколько я могла судить. Если бы он делал то, что хотел на самом деле, случилось бы нечто ужасное.

«Перестаньте пялиться, а то моя девушка расстроится».

Он бы выколол глаза всем, кто на него смотрел, произнося эти слова.

«Если подумать, это даже удивительно. Сейчас он выглядит немного пугающе, но, по крайней мере, не сходит с ума».

Я кивнула, решив мыслить позитивно. В тот вечер, когда мы уже закрывали магазин и наводили порядок, к нам пришла клиентка. Это была Эстель. Она впервые пришла без предупреждения. Я встретила её с удивлением.

— Добро пожаловать, Эстель.

Люциан, стоявший рядом, тоже поклонился. Но лицо Эстель было необычным. В нём читалась глубокая печаль. Это было совсем не похоже на то, как она выглядела несколько дней назад, когда вдовствующая императрица наконец приняла её.

— Что случилось? Что-то произошло?

Неужели вдовствующая императрица, которая, как я думала, попала под обаяние Люциана, опомнилась и снова взялась за травлю Эстель? Или она поссорилась с Каликсом? Или что-то случилось в «Доме Цветов и Трав»? Я с нетерпением ждала ответа. Однако Эстель не могла ответить сразу. Я долго ждала, пока она наконец заговорит.

— Мисс Ниа, вы помните ту траву, которую дали мне в прошлый раз?

Траву? Я моргнула, пытаясь вспомнить, а затем хлопнула в ладоши.

— Дикое дерево?

— Да.

Эстель кивнула. Я поняла, что именно это жуткое растение вызвало у неё такую реакцию.

— Почему? Кто-то заболел после того, как съел его?

Отец говорил, что это лекарственное растение настолько эффективно, что может спасти даже тех, кто находится на пороге смерти. Поэтому я и отдала его Эстель, но испугалась, что с ним могли возникнуть проблемы. Эстель продолжила, её пальцы дрожали.

— Я решила хранить его у себя в комнате, на случай, если кому-то понадобится. Каликс нашёл его вчера вечером.

Каликс посмотрел на красивое «Дикое дерево» в коробке и спросил:

— Где ты его взяла?

— Это от мисс Ниа.

— Хм. Для такой бедной леди она умудрилась подарить тебе нечто весьма ценное.

Каликс сказал это, и его глаза блеснули.

— Отлично. Я заварю из этого чай.

— Что?

— Ты устала, ведь последние несколько дней не могла нормально выспаться. Эта трава снимет твою усталость.

— Но…

Эстель замялась. Ей хотелось отдать его тому, кто нуждался в нём больше, чем она, ведь это был драгоценный подарок. Каликс сказал, взмахнув «Диким деревом» в воздухе:

— Ты и так много сделала для людей. Так что заслуживаешь этого. В конце концов, будет гораздо эффективнее, если ты будешь здорова и сможешь позаботиться о большем количестве людей.

В конце концов Эстель кивнула на его строгий тон.

— Хорошо.

Каликс с воодушевлением заварил чай из «Дикого дерева» собственными руками. Через некоторое время в маленькой комнате Эстель был накрыт простой чайный столик. Каликс элегантным жестом пригласил Эстель присесть.

«Это было очень по-принцевски. Хотя он и есть настоящий принц».

Эстель хихикнула и села на стул. Каликс взял чайник и умело разлил чай. Раздалось бульканье. От горячего пара исходил сильный аромат. Эстель, держа чашку, нахмурилась и сказала:

— У него необычный цвет и запах. Думаю, он будет горьким.

— Да, но он очень эффективен.

— Ты пробовал его раньше?

— Я видел, как его пила моя бабушка. Слышал, что это правда. Она была очень удивлена, когда боль в колене исчезла на следующий день.

Эстель с изумлением посмотрела на тёмно-коричневый чай. «Я знала о его свойствах, когда услышала название, но, похоже, это действительно мощное растение».

Эстель подумала, что если это так, то лучше отдать его кому-то, кто нуждается в восстановлении, а не пить самой, но вскоре отбросила эту мысль. Потому что Каликс, державший чайник, смотрел на неё с ожиданием. Эстель многое получила от Каликса. Но большинство вещей, которые она хотела, были не для неё самой. Она хотела еду, постельное белье, лекарства для бедных. Поэтому Каликс не мог сдержать радости, когда у него появилась возможность вот так сделать что-то для Эстель. Прямо как сейчас.

Щеки Эстель слегка покраснели. Она сказала, вертя в руках чашку:

— Каликсу тоже стоит выпить чашечку. Ты ведь тоже не отдыхал несколько дней.

Как бы здоров ни был император, у кронпринца всё равно было много работы. Особенно учитывая, что он только что вернулся после нескольких месяцев отсутствия вместе с ней. Каликс, должно быть, был особенно утомлен, ведь он всегда помогал Эстель с её делами, когда находил время. Каликс посмотрел на чайник с озадаченным лицом и кивнул. Эстель улыбнулась и налила чай в пустую чашку. Она была не так искусна, как Каликс, но её неуклюжие движения выглядели мило. Каликс ухмыльнулся и взял чашку в руку. Эстель посмотрела ему в глаза и подняла свою чашку. Они посмотрели друг на друга с теплотой и выпили чай.

— …И?

Я посмотрела на Эстель с растерянным видом. Всё, что я услышала до сих пор, было очень трогательно. Непонятно, что могло так встревожить Эстель. Эстель, запинаясь, посмотрела на нас с Люцианом.

— Проблема была в том, что случилось потом.

Она продолжила, её длинные ресницы дрожали.

— Эффект «Дикого дерева» оказался слишком сильным… он губителен для здоровых мужчин и женщин.

Каликс провёл рукой по волосам.

«Странно. Почему вдруг стало так жарко?»

Температура моего тела обычно выше нормы, но никогда не до такой степени. Одежда, которая была на мне, сводила с ума. Хотелось немедленно снять её и выпить холодной воды. Нет. Хочется чего-то более сладкого и мягкого.

«О чём я думаю?!»

Гадкая мысль, промелькнувшая в голове, сбила Каликса с толку. Он покачал головой и сжал кулаки. Он был молод и полн энергии. Иногда это желание возникало, когда он оставался наедине с Эстель. Позыв был сильнее, чем обычно, но терпим. По крайней мере, он мог сдерживаться, пока не выйдет из её комнаты.

— Эстель. Я пойду.

Каликс поспешно встал. Но Эстель вела себя странно. Она безучастно смотрела на себя.

— …Эстель?

Низкий голос застал Эстель врасплох.

— О, прости. Я задумалась.

— ………

— Кстати, уже очень поздно. Мне лучше вернуться, пока не стемнело окончательно.

Эстель встала со стула и последовала за Каликсом. Она проводила его до двери.

— Тогда добирайся домой безопасно, Каликс.

— …Угу.

Каликс помедлил и поцеловал её в губы. Каждый раз, когда они расставались вот так, они обменивались поцелуем на ночь. Её губы всегда были такими обжигающе горячими, или это были его губы? С трудом оторвавшись, Каликс отступил. Эстель тоже посмотрела на него и начала закрывать дверь. Они должны были расстаться, как обычно.

Однако, прежде чем дверь закрылась, Каликс ухватился за ручку. Он сказал, глядя через дверь на Эстель:

— Эстель, я чувствую себя странно.

— Что? Где именно?

Каликс продолжал говорить с ней, которая была удивлена.

— Моё сердце колотится, всё тело горит, и…

— …..

Каликс глубоко вздохнул, повернувшись к Эстель, и сбивчиво произнёс:

— Я хочу тебя.

Каликс никогда раньше не выражал своё желание так откровенно. Он боялся, что его слова станут бременем для неё, ведь она не умеет отказывать. И всё же сегодня он набрался смелости из-за необычайного жара, который чувствовал. И из-за своего предчувствия. Что она тоже хочет его. Бледное лицо Эстель покраснело. Её глаза, прозрачные, как стеклянные бусины, были влажными. Она произнесла:

— Я тоже.

В этот момент вся рациональность, за которую отчаянно цеплялся Каликс, улетучилась в одно мгновение.

— ….

Я даже не могла моргнуть от этой шокирующей истории. Я сглотнула и спросила:

— …Вы переспали?

— ……

Эстель медленно кивнула. Её лицо покраснело до самых кончиков волос. В тот момент, когда я услышала её ответ, я не могла не закричать:

— А-а-а!

Отбросив всякий здравый смысл. Разве это не здорово, что моя лучшая подруга впервые была с любимым человеком? Более того, должно быть, было трудно добиться прогресса, ведь это роман для всех возрастов. Как и ожидалось, сила любви удивительна! Нет. Скорее, я должна сказать, что сила «Дикого дерева» удивительна. Я вернулась в реальность после этих бесполезных мыслей.

— Но почему ты выглядишь такой грустной?

Как ни посмотри, лицо Эстель было далеко от восторга после первой ночи с возлюбленным. Скорее, она выглядела как грешница, совершившая то, чего не следовало делать. Эстель ответила с мучительным выражением лица:

— Каликс младше меня. Я должна была защитить его.

— ………

В этом была проблема? Хотя Каликс младше Эстель, он не настолько младше, чтобы Эстель чувствовала вину. В этом мире много женатых мужчин возраста Каликса. К тому же, Каликс не такой парень. Он отнюдь не невинный дурачок. Скорее, это он уговорил Эстель на это. Нам стоит беспокоиться о чём-то другом, а не о Каликсе. Я встретилась взглядом с Эстель.

— А вы предохранялись?

Том 2 Глава 93

— Что?

Глаза Эстель расширились.

Я нахмурилась, глядя на ее реакцию. В империи контрацепция была не в чести. Люди считали, что ребенок — это дар Божий. Некоторые, конечно, пытались предохраняться тайно, но толку от этого было мало. Большинство прибегало к странным методам: то воск от свечи на живот нанесут, то змеиную кожу под подушку положат. Лекарства, конечно, действовали, но от них было больно. К тому же, обычным людям они были недоступны — их приберегали для особых случаев.

«Я была слишком беспечна. Если бы знала, что все зайдет так далеко, рассказала бы им о простом способе контрацепции».

Меня захлестнуло раскаяние.

Лицо Эстель посуровело от моего необычного выражения.

— Э-это было всего один раз. Думаешь, я могу быть беременна?

— Шанс невелик, но он все же есть. К тому же, вы оба — здоровые молодые люди.

Эстель выглядела так, будто вот-вот расплачется. Я испугалась, что надавила на нее слишком сильно. Взяв Эстель за руки, я произнесла:

— Пока мы не можем быть ни в чем уверены. Давай дождемся твоего цикла в этом месяце. Тогда еще не будет поздно.

Она кивнула, но тревога на ее лице не исчезла. Я похлопала Эстель по спине. Люциан молча наблюдал за нами.

* * *

На следующий день, рано утром, я собиралась открыть лавку вместе с Люцианом, когда пришел Каликс.

Реакция Люциана была совсем не такой, как вчера.

— Зачем ты пришел?

Обычно Каликс велел бы Люциану не мешать ему, но сейчас он промолчал. Каликс обратился ко мне, стоявшей за спиной Люциана:

— Эстель избегает меня.

В его голосе слышались нервозность и отчаяние. Я подмигнула Люциану. Тот на мгновение задумался, а затем, с недовольной гримасой, отошел в сторону. Только тогда Каликс подошел ко мне. Он выглядел гораздо изможденнее обычного, к тому же не побрился.

— Ты знаешь, что происходит с Эстель?

— Почему ты спрашиваешь меня?

— Потому что ты — лучшая подруга Эстель.

— ...

— И моя лучшая подруга тоже. Пожалуйста, скажи, если что-то знаешь.

Я на мгновение задумалась. Похоже, Каликс понятия не имел о проблемах Эстель. Стоит ли рассказывать ему? Я приняла решение.

— Я слышала, вы переспали.

— ...!

— Вот почему Эстель расстроена.

Лицо Каликса выражало такое раскаяние, будто он совершил тяжкий грех. Спустя некоторое время он пробормотал, опустив голову:

— Она жалеет об этом? Думает, что я осквернил ее?

Я ошарашенно рассмеялась. Впервые за долгое время я насмешливо фыркнула в его адрес. Встав перед Каликсом, я скрестила руки на груди и сказала:

— Эй, Каликс, ты, должно быть, пребываешь в ужасном заблуждении...

— ...?

— Оставь при себе свои самодовольные мысли о том, что ты ее «осквернил» после одной-единственной ночи. Это ничего не значит.

Я продолжила, скривив губы:

— Не смей порочить имя Эстель еще больше.

— ...!

Только тогда лицо Каликса покраснело — он понял, что я имела в виду.

— Вот как? Я совершил ошибку.

Каликс хладнокровно признал свою вину. Но это не решило его проблем. Он снова спросил с растерянным видом:

— Тогда из-за чего она переживает?

Помолчав, он добавил, словно нашел верный ответ:

— Ей было больно, потому что я был неуклюж?

— ...

— Или я был слишком груб?

Эй, да что с тобой не так? Я яростно прикрикнула на Каликса, который продолжал уходить от сути.

— О боже! Не об этом беспокойся! Подумай реалистично!

Я обратилась к Каликсу, который смотрел на меня с немым вопросом: «Так в чем же дело?!»

— Она может быть беременна.

— ...!

Каликс выглядел так, будто его огрели обухом по голове. Но я ничуть не удовлетворилась его реакцией. Мне хотелось ударить его по затылку, по лбу, по вискам — и этого все равно было бы мало.

— Ты с ума сошел, раз сделал это без нормальной контрацепции! Тебя нужно выпороть!

— Я-я тогда был не в себе...

— Это не имеет значения. Что ты будешь делать, если она беременна?

— Мы заведем ребенка и воспитаем его.

От его незрелых слов у меня на кулаках вздулись вены.

— Не тебе же рожать!

Я вытаращила глаза, как разъяренная кошка, и выпалила:

— Ты хоть представляешь, как тяжело носить ребенка под сердцем десять месяцев?! Во время беременности женское тело превращается в руины. И на этом все не заканчивается. Вся ее тяжелая работа пойдет насмарку.

Эстель, в особенности, предстоит много дел. Он должен понимать, что ей придется бросить все: учебу, волонтерство, миссионерскую деятельность, на которые она потратила столько сил.

— А если она родит ребенка до брака, что станет с репутацией Эстель?

— ...!

Если женщина беременеет до свадьбы, винить во всем будут ее. Обвинения будут еще суровее, ведь она — Святая. Люди назовут Эстель «грязной» и переложат всю вину на нее. Она просто переспала с любимым человеком. Поэтому я злилась на Каликса. Оба совершили ошибку, но расплачиваться за нее будет только Эстель.

«Тебе следовало быть осторожнее, ведь это не твое тело! Никчемный ты человек!»

Мои ноздри раздувались от гнева. Каликс выглядел так, будто его только что избили. Только теперь он осознал, какую огромную ошибку совершил. Он закусил губу, побледнев. Я впервые видела его таким напуганным.

Я сказала, уже с меньшим гневом:

— Теперь ты понимаешь, из-за чего переживает Эстель и что ты натворил?

Каликс молча опустился на колени и кивнул. Я указала пальцем на дверь и крикнула:

— Не ползай здесь, иди к Эстель прямо сейчас. Найди ее и поговори.

— Сказать, что я возьму все на себя и ей не о чем беспокоиться?

Большая часть бремени беременности ложится на женщину. Но женщины не хотят слышать, что вся ответственность лежит только на них. Конечно, они будут нести ее, но я не люблю называть это «ответственностью».

— Скажи, что хочешь поговорить, а не это. Подумай реалистично, чего бы ты хотел, если бы сам был беременным.

— Я так и сделаю.

Он встал, и я добавила, глядя вслед Каликсу, который сорвался с места, словно молния:

— И самое главное — обними Эстель, как только увидишь ее.

— ...

— Какой бы сильной она ни была, она наверняка очень напугана.

На бесстрастном лице Каликса появилась юношеская улыбка. Он посмотрел на меня мягким взглядом и произнес:

— Спасибо, как всегда.

Он довольно красив.

Не успела я об этом подумать, как во мне вскипело возмущение.

«Этот мерзавец. Как ты можешь так убийственно улыбаться в такой ситуации?!»

Каликс, не думаю, что тебе стоит уходить прямо сейчас.

Я поспешно повернула голову, почувствовав холод за спиной. Люциан смотрел на закрытую дверь тяжелым взглядом. Он был готов броситься в погоню за Каликсом и разорвать его на куски.

— Люциан!

Я бросилась к нему и обняла.

— Ты в порядке?

— ...Становилось опасно.

Люциан закрыл глаза, с трудом переводя дыхание. К счастью, похоже, он не достиг предела, и его взгляд вскоре вновь обрел спокойствие. Люциан уткнулся лицом в мои объятия и закрыл глаза. Словно кот на руках у хозяина.

Я спросила, перебирая его тонкие серебристые волосы:

— У них все будет хорошо?

Люциан был рядом со мной вчера и сегодня, так что знал историю обоих. Но ответ его был холодным:

— Не знаю. Сами разберутся.

Я ожидала этого, но Люциан не проявлял к ним никакого интереса.

«Как он может? Даже если он в режиме яндере, его память и чувства никуда не делись. Он должен что-то чувствовать».

Иногда казалось немыслимым, что даже существование Эстель, которая была ему так дорога, больше его не интересовало.

— Ты не переживаешь за Эстель?

Люциан медленно открыл глаза. Мой взгляд встретился с его ясными красными глазами. Он открыл рот:

— Ни капли.

— ...

Интересно, какое у меня было лицо, когда он это сказал? Люциан уставился на меня и снова заговорил:

— Ниа. Чем для тебя является этот мир?

Я моргнула, отвечая на неожиданный вопрос:

— Таким, какой он есть.

Люциан слабо улыбнулся:

— Раньше и для меня он был таким. Но больше нет.

— ...И как же он изменился?

Том 2 Глава 94

Неужели все в этом мире кажутся ему злыми духами с горящими глазами? Вот почему он так холоден с остальными?

Чувствуя, как бешено колотится сердце, я замерла в ожидании ответа.

— Я не вижу цветов и не чувствую запахов.

— ……..

— Словно черно-белая картина.

С тех пор как Люциан изменился, я впервые услышала, как он воспринимает мир. Я посмотрела на него, и взгляд мой дрогнул.

Он продолжал с мягкой улыбкой:

— Но ты другая. В мире без красок и ароматов только ты одна обладаешь цветом. Только ты сияешь и пахнешь.

Люциан поднял руку и погладил меня по лицу.

— Поэтому я вижу только тебя.

— ….

— Прости.

Как только я услышала эти слова, сердце словно разорвалось на части.

Я прижалась головой к его груди. Он спросил с испуганным видом:

— Ты плачешь?

— Ты заставил меня плакать.

— …Прости.

— Почему ты извиняешься? — спросила я холодным голосом.

Люциан погладил меня по волосам и прошептал, словно пытаясь утешить, хотя в его голосе слышались всхлипы:

— Потому что я рад, что ты плачешь из-за меня.

— Это как раз то, за что стоит извиняться. Нехорошо радоваться чужим слезам.

Люциан тихо рассмеялся, словно услышал нечто крайне досадное. А затем снова прошептал, что ему жаль.

Его голос был таким сладким и пугающим, что я не заметила…

Сколько же ему приходится терпеть ради этого счастья.

Даже в этот момент в его кармане лежал маленький пузырек с лекарством.

Розового состава оставалось меньше половины.

* * *

Спустя несколько дней Эстель и Каликс пришли, держась за руки.

Они выглядели встревоженными и счастливыми, совсем не так, как когда приходили ко мне по отдельности.

— Вы возвращаетесь в Королевство Себран?

Эстель кивнула.

— Да, пора возвращаться. Мне все равно ждать еще месяц, чтобы узнать, беременна я или нет, так что лучше заняться делами, пока есть возможность.

— Это далеко отсюда. Вы справитесь?

Каликс ответил за нее:

— Не волнуйся, мы будем путешествовать в лучшей карете и на лучшем корабле. Я не позволю ни единому ветерку коснуться Эстель.

— Вы едете со мной, Ваше Высочество?

— Разумеется.

Ого. У него что, нет работы?

Я немного беспокоюсь за будущее империи, ведь он так часто бросает государственные дела.

«С другой стороны, Эстель будет спокойнее».

Я почесала щеку и сказала:

— Но разве Его Величество Император одобрил это?

Даже если Его Величество принял их отношения, он вряд ли был в восторге от того, что Каликс снова уезжает вместе с Эстель.

«Хорошо хоть Его Величество не прибил его».

Каликс ответил с наглым видом:

— А что он может сделать, кроме как позволить мне? Я не хочу расставаться с ней, даже если мы помолвлены.

— …….!

Каликс высокомерно поднял руку Эстель. На их безымянных пальцах сверкали кольца.

Я вытаращила глаза, глядя на Эстель. Она застенчиво улыбнулась, опустив взгляд.

— Он сделал мне предложение вчера.

— Ого.

— Его Величество Император дал нам разрешение. Слухи о том, что мы с Каликсом встречаемся, уже ходили, поэтому мы решили, что лучше официально объявить о наших отношениях.

Каликс продолжил:

— Мы сделаем официальное заявление после того, как уедем в Королевство Себран.

Я вздохнула и пробормотала:

— О вас двоих точно будут судачить.

Новости об их помолвке вызовут совсем не ту реакцию, что новости об их свиданиях.

Один — кронпринц. Другая — святая простолюдинского происхождения. Известие о том, что они собираются пожениться, потрясет империю.

Каликс ответил с полным безразличием:

— Ну и что? Мой отец с этим разберется.

— …Если когда-нибудь встречу неблагодарного ребенка, я буду называть его «Каликсом».

— Что?

Я протянула руку, глядя на нахмурившегося Каликса.

— Счастливого пути.

Каликс подозрительно посмотрел на меня и пожал мне руку.

Я обняла Эстель.

— Не перенапрягайся. Дай мне знать, как только получишь четкий ответ.

— Да, обязательно.

Эстель ярко улыбнулась.

Мне стало легче от ее улыбки.

Я спросила Люциана, который молча стоял в стороне, словно воздух, и наблюдал за нами:

— Люциан, хочешь что-нибудь сказать им?

Люциан ответил с холодным лицом:

— Я рад, что вы уезжаете. Это значит, что вы не будете беспокоить Ниа какое-то время.

……Если когда-нибудь увижу кого-то, кто помешан на своей девушке и грубит остальным, я буду называть таких «Люцианами».

* * *

Каликс и Эстель уехали в Королевство Себран.

Естественно, среди жителей столицы поднялся переполох.

Неужели кронпринц действительно встречается со святой? Даже если они встречаются, это немыслимо, чтобы неженатые мужчина и женщина так тесно общались.

Особенно сильной была критика в адрес Эстель.

Говорили, что святой, которая должна служить примером для других, стыдно состоять в подобных отношениях с неженатым мужчиной.

На фоне этого император сделал официальное объявление:

— Его Высочество кронпринц и святая Эстель заключили помолвку. Отныне святая Эстель становится будущей кронпринцессой под защитой королевской семьи, и любой, кто посмеет очернить ее имя, будет приговорен к смертной казни.

Иными словами, он имел в виду:

«Тронешь мою невестку — умрешь».

Император был человеком мягкого нрава, но когда он выходил из себя, люди предпочитали держать язык за зубами.

Однако не все замолчали.

Некоторые члены королевской семьи и дворяне, считавшие, что нельзя допустить союза простолюдинки и благородного кронпринца, отправились к вдовствующей императрице.

— Вдовствующая императрица, это просто нелепо. Мы не можем допустить, чтобы простолюдинка стала императрицей. Даже если она святая, это неправильно.

Они думали, что вдовствующая императрица будет на их стороне.

Ведь она была самым консервативным человеком в этой империи.

Но вдовствующая императрица отчитала их суровым голосом:

— Чтобы быть достойной императрицей, не обязательно иметь благородную кровь, нужно любить свой народ. Есть ли в этой империи кто-то, кто любит людей так же сильно, как Эстель?

— ……!

Люди были шокированы, услышав, как вдовствующая императрица хвалит Эстель.

Вдовствующая императрица продолжила, громко шмыгнув носом:

— Так что просто смиритесь. И даже не думайте больше поднимать шум по этому поводу.

— ….

Вдовствующая императрица прикрыла глаза, проходя мимо людей, смотревших на нее с недоумением.

«Лорд Кардиен, я выполнила ваше поручение».

Люди не знали, о чем она думает.

Император и вдовствующая императрица искренне считали Эстель следующей императрицей.

Два самых влиятельных человека высказали свое мнение, так что теперь никто не мог возразить.

Более того, простой народ был в восторге.

Люди с еще большим энтузиазмом восприняли новость о помолвке принца и святой.

— У нас будет лучшая императрица в истории!

— Ура-а-а!

Не подозревая о шумихе в столице, Эстель и Каликс прибыли в Королевство Себран.

Эстель вышла из кареты с помощью Каликса.

Она выбралась наружу и посмотрела вниз, на лодку.

В ее животе не было никаких изменений. У нее не было утренней тошноты. Она не чувствовала никаких признаков беременности.

Но…

«Кажется, у меня внутри что-то теплое».

Эстель осторожно коснулась живота. Ее белые пальцы слегка дрожали.

* * *

Прошел месяц с тех пор, как официально объявили о помолвке Эстель и Каликса.

Дни, когда разговоры об этой паре были у всех на устах, прошли.

Потому что в городе появилась новая горячая тема.

Делегация из Королевства Аксион должна была прибыть в империю через несколько дней.

Королевство Аксион было одним из ближайших союзников Империи.

Отношения между двумя странами зародились еще на заре основания империи.

Франц, первый император империи, сказал Аксиону, генералу, который помог ему:

[Аксион. Твоя храбрость позволила нам объединить континент. Взамен я дарую тебе корону.]

Так было создано Королевство Аксион.

Королевство Аксион верно служило империи, а империя дорожила Королевством Аксион.

Хотя единство континента за эти годы сильно ослабло, отношения между двумя странами оставались крепкими.

Традицией империи было ежегодно устраивать грандиозный банкет и приглашать делегацию из Королевства Аксион.

Благодаря этому многие магазины в столице были перегружены работой.

Ведь каждая дворянка собиралась на банкет в честь делегации из Королевства Аксион.

Они спешили заказать новые платья и украшения для такого важного гостя.

Мой магазин тоже был завален заказами на макияж в тот день.

Я хотела накрасить всех, но это было невозможно — у меня всего две руки.

Поэтому я решила сделать макияж только герцогине Росасе, которая записалась первой. В благодарность она дала мне огромные чаевые.

«Хе-хе. Как и ожидалось, богатые клиенты — лучшие!»

От мысли о заработке уголки моих губ сами собой поползли вверх.

За несколько дней до банкета я посетила особняк герцогини Росасы.

Нужно было заранее решить, какой макияж подойдет ей лучше всего для банкета.

Герцогиня Росаса, сидевшая в комнате и ожидавшая меня, широко открыла глаза.

Ее взгляд был прикован к Люциану, стоявшему позади меня.

— Лорд Кардиен, вы тоже здесь.

— Он мой верный помощник.

— О боже.

Она рассмеялась, словно услышала шутку.

Конечно, настоящая причина заключалась в том, что Люциан прилип ко мне, как жвачка, и не отходил ни на шаг, но я была отчасти серьезна.

Ведь Люциан держал тяжелый кейс для макияжа, полный моей золотой косметики.

Идеальный носильщик!

Том 2 Глава 95

Люциан сложил мои сумки на туалетный столик. Затем он опустился в кресло в углу комнаты.

Я указала подбородком на дверь, намекая ему уйти, но он упрямо остался сидеть.

Будто это его законное место.

Герцогиня Росаса, увидев нас, рассмеялась и сказала:

— Я не против присутствия Лорда Кардиена. Мне это не доставит неудобств, так что чувствуйте себя как дома.

— …Благодарю.

*Всхлип.* Какая же она добрая.

Моя ангельская клиентка.

Я села напротив герцогини Росасы. Без макияжа она выглядела невиннее, чем простая деревенская женщина.

Я спросила, нанося розовую пудру на её закрытые веки:

— Вы кажетесь очень взволнованной.

Герцогиня Росаса улыбнулась моим словам, опустив брови.

— На самом деле, так и есть.

Банкет для делегации был не просто обычным приёмом.

Внешне это выглядело как дружеское мероприятие, но на деле это был политический раут, где обсуждались государственные интересы между странами.

Поэтому молодых людей, не состоящих в браке, вроде меня, туда даже не приглашали.

Присутствовать могли только главы самых престижных семей империи и их супруги.

Поскольку событие было столь важным, волнение герцогини было вполне естественным.

Герцогиня Росаса произнесла, опустив глаза:

— И, мягко говоря, делегация из Королевства Аксион — люди не из мягких.

Королевство Аксион было близким союзником Империи, но во многих отношениях они были совершенно другими.

В частности, у них был довольно враждебный нрав.

— Они настолько грубы, как говорят?

— Они не просто грубы. Честно говоря, с ними довольно трудно иметь дело.

Герцогиня Росаса вздохнула и продолжила:

— Но дворяне ещё куда ни шло. Они бывают резковаты, но никогда не переходят границы. А вот Принцесса Лара — совсем другое дело. Она по-настоящему пугает.

Принцесса Лара.

Мои глаза расширились при упоминании знакомого имени.

Среди десятков принцесс она была младшей дочерью, которая монополизировала любовь Короля Аксиона.

К тому же, она была главной злодейкой в известном романе.

Этот персонаж появлялся во второй части оригинальной истории.

Она была политическим партнёром Кронпринца Каликса.

Не в силах принять отношения Каликса и Эстель, Вдовствующая императрица подталкивала Лару к тому, чтобы та стала следующей Императрицей.

Каликс наотрез отказался.

«Единственная женщина, которая может быть рядом со мной — это Эстель. Так что не поддавайтесь словам моей бабушки и покиньте Империю».

Но она не отступила так легко, как подобает злодейке.

Лара была одержима Каликсом и ревновала его к Эстель.

Она зашла так далеко, что начала угрожать Эстель. В конце концов, Каликс отрезал её от себя, и она закончила свою жизнь.

«Конец злодейки всегда плачевен».

Но сочувствовать ей было непросто, ведь у неё был поистине жестокий характер.

Я поняла это, взглянув на лицо герцогини Росасы.

Лицо герцогини побледнело и напряглось, когда она прошептала имя Принцессы Лары.

Будто это было имя злого убийцы, а не принцессы.

Я погладила герцогиню Росасу по плечу, чтобы утешить её.

— Не волнуйтесь. Я сделаю вас такой грозной, что даже принцесса с мерзким характером не сможет легко к вам подойти.

Только тогда напряженное лицо герцогини Росасы немного расслабилось.

Когда я закончила с макияжем, герцогиня Росаса посмотрелась в зеркало.

— Я выгляжу элегантно и очень властно. Как и сказала Леди Перния, даже те, кто приехал из Королевства Аксион, не смогут смотреть на меня свысока.

Герцогиня Росаса улыбнулась, мягко прищурив темные глаза.

— Благодарю вас, Леди Перния.

Я ответила с гордым видом:

— Хотите, я сделаю вам такой же макияж в день банкета?

— Пожалуйста.

— Договорились.

Я ответила энергично.

Герцогиня Росаса осторожно спросила, пока я убирала свои инструменты:

— Леди Перния. Это может прозвучать внезапно, но могу я попросить вас об одолжении?

— О чем же?

— Не могли бы вы пойти на банкет в качестве моей горничной?

Мои глаза расширились от неожиданного предложения.

От знатных дам не требовалось приводить своих горничных на обычные банкеты.

Однако мероприятия вроде приветственного банкета для делегации Аксиона — другое дело.

Участники обычно брали с собой дочь или близкого члена семьи в качестве фрейлины.

Это делалось для того, чтобы те, кто еще не бывал на подобных событиях, получили политический опыт.

— А вы не идете со своей дочерью?

— Я планировала, но она неважно себя чувствует. Полагаю, она очень нервничала, ведь это такое важное событие. Боюсь, я совершу ошибку, если возьму с собой нездоровую дочь.

— Но это важное мероприятие, вам лучше пойти вместе с дочерью.

Герцогиня Росаса сказала, перебирая пальцами:

— По правде говоря, я хочу пойти с вами. Думаю, я смогу более комфортно насладиться банкетом, если пойду с Леди Пернией.

Герцогиня Росаса спросила, глядя на меня:

— Я прошу о слишком многом?

— …..

Я моргнула, не в силах сразу ответить.

Для меня это не было проблемой.

Как бы напряженно ни проходил банкет, это была хорошая возможность для меня посетить столь масштабное событие.

Прежде всего, я хотела сделать ей одолжение.

Из-за моего собственного обожания герцогини Росасы.

Она была внимательна и дружелюбна к людям, несмотря на свое высокое положение герцогини.

По мере того как мы сближались, она часто выражала бремя своего высокого статуса, что делало её ещё более привлекательной.

Однако именно из-за Люциана, тихо сидевшего там, я не была готова ответить.

«Уверена, он попытается увязаться следом».

Люциан сейчас в очень хорошем состоянии. Он не запрещает мне идти.

Но ему всё ещё трудно расставаться со мной, поэтому я уверена, что он попытается пойти за мной на банкет.

«Что, если случится что-то плохое во время такого важного события?»

Было ужасно даже представить, что может произойти.

Я приняла решение. Мне жаль герцогиню, но я не думаю, что смогу пойти.

Когда я уже собиралась отказать,

— Я не против.

Это был Люциан.

Я посмотрела на Люциана широко раскрытыми глазами. Люциан сказал, встречаясь со мной взглядом:

— Не отказывайся от того, что хочешь сделать, из-за меня.

— …..

— Делай как хочешь, Ниа.

Я и представить себе не могла, что он скажет это ещё минуту назад.

Ведь обычно он не позволял мне ходить куда-либо одной.

Я с трудом сдержала порыв подбежать, обнять Люциана и расплакаться.

Но здесь были не только я и Люциан.

Герцогиня Росаса хлопала глазами, гадая, что, черт возьми, происходит.

«Не стоит показывать этой невинной женщине, насколько мы токсичная пара».

Я кивнула Люциану, затем повернулась и сказала герцогине Росасе:

— Хорошо. Я присоединюсь к вам на банкете, Герцогиня Росаса.

Мой ответ озарил лицо герцогини Росасы.

* * *

Несколько дней спустя прибыла королевская делегация из Аксиона. В Императорском дворце в их честь устроили прием.

В великолепно украшенном банкетном зале был накрыт длинный стол.

С одной стороны сидели имперские дворяне, а с другой — делегация из Королевства Аксион.

Королевская делегация из Королевства Аксион еще не прибыла, поэтому за столом сидела только аристократия империи.

Все они были главами престижных и знатных семей империи. Позади них стояли молодые дворяне из не менее великих родов.

Женщины были одеты в элегантные платья, мужчины — в опрятные мундиры.

Я сидела позади герцогини Росасы в светлом платье.

«Зрелище, когда все эти знатные семьи собрались вместе, просто захватывает дух».

Я впервые присутствовала на таком мероприятии, поэтому всё казалось мне удивительным.

Наблюдая за аристократией, я заметила знакомое лицо в конце стола.

Маркиз Гартиан и Маркиза Эрика.

Маркиз Гартиан был тем самым проклятым ублюдком, который на предыдущем банкете кричал, что Люциан проклят.

Мне говорили, что он до сих пор настаивает на том, что Люциана нельзя оставлять одного.

То же самое касается и Эрики.

«Просто пара надоедливых людей».

В этот момент я встретилась с ними взглядом.

Их лица исказились от изумления.

«Как ты смеешь здесь находиться?»

Казалось, их лица говорили именно это.

Я показала им язык.

— …..!

Лица обоих перекосились.

Я быстро спрятала язык и сделала вид, что ничего не произошло.

Эрика сделала такое лицо, будто хотела проклясть меня самыми страшными словами в мире, но не могла.

Даже получив гордый титул Маркизы, у неё не хватило духу устроить скандал в этой торжественной атмосфере.

Через некоторое время раздался голос слуги:

— Гости из Королевства Аксион входят.

На лицах дворян, сидевших на своих местах, застыло напряжение. Они повернули головы ко входу в банкетный зал.

Первой появилась Принцесса Лара.

Красивая загорелая кожа, кудрявые рыжие волосы. Изобилие вычурных украшений на теле.

Но что действительно приковывало взгляд, так это её пышные формы, которые она даже не пыталась скрыть.

Её объемная грудь и гладкие ноги были смело выставлены напоказ под роскошным платьем.

Я открыла рот от восхищения.

Я слышала, что Королевство Аксион гораздо более свободных нравов, чем империя, но не слишком ли это?

«Потрясающе».

Том 2 Глава 96

Увидев откровенный наряд принцессы Лары, некоторые дворяне империи закашлялись. Принцесса Лара, заметив это, лишь ухмыльнулась и села на свое место. Вслед за ней расселись и сопровождавшие её дворяне Аксиона.

«Вот что имела в виду герцогиня Росаса, говоря, что с ними непросто иметь дело».

В отличие от сдержанных имперских аристократов, у всех дворян Аксиона были мрачные лица. Принцесса Лара открыла рот, выпятив пухлые губы, чтобы привлечь к ним внимание.

— Давно не виделись. Прошел год с нашей последней встречи.

— Ваше Высочество, вы были здоровы?

— Конечно. Как видите, я хорошо питалась и заметно подросла.

Было ли случайностью то, что она при этом покачала своей пышной грудью? Или это было сделано намеренно? Если намеренно, то это значит… что она куда более порочна, чем я думала.

Принцесса Лара обвела взглядом дворян, сидящих за столом, и захлопала густыми ресницами.

— Судя по всему, в империи по-прежнему… — принцесса Лара опустила уголки губ, словно была глубоко разочарована. — …не хватает красивых мужчин. Ларе от этого очень грустно.

Она выпалила это совершенно невпопад. Однако дворяне не удивились, словно ожидали от неё чего-то подобного. Герцог Росаса спрятал выражение отвращения и с мягким лицом спросил:

— Принцесса еще не нашла себе достойного супруга?

Принцесса Лара кивнула, накручивая прядь волос на палец.

— Идеал Лары — красивый и сильный мужчина со скверным характером, но я такого еще не встречала.

Герцог Росаса, нахмурившись, произнес:

— Вы очень скоро найдете такого. Бог готовит для каждого идеальную пару.

Герцог Росаса, я вас уважаю. Было восхитительно видеть, как он с таким невозмутимым видом выслушивает подобные абсурдные замечания.

«А красивый и сильный мужчина со скверным характером? У меня есть кое-кто на примете…»

Принцесса Лара широко открыла глаза, когда мне в голову пришли эти неловкие мысли.

— Кстати, герцогиня Росаса, вы сменили стиль макияжа?

Герцогиня Росаса, сидевшая рядом с герцогом и пребывавшая в крайнем напряжении, вздрогнула. Она прочистила горло и кивнула.

— Да. У вас наметанный глаз, раз вы заметили это, особенно спустя год.

В её голосе звучало глубокое напряжение. Что было вполне объяснимо. Принцесса Лара высказывала всё, что думала, не заботясь о том, кто перед ней, и мягкосердечная герцогиня была задета. Более того, принцесса раскритиковала её внешность. Но тут принцесса Лара сделала неожиданное замечание.

— Хм. Красиво.

— …..!

— Это гораздо лучше, чем раньше, когда вы выглядели пресно, словно тофу. Кто вам его делал? Выглядит хорошо.

На лице герцогини Росасы отразилось замешательство: она не знала, стоит ли обижаться или радоваться. К счастью, принцесса Лара больше не обращалась к ней, так как начала приветствовать каждого аристократа за столом. Если кто-то думал, что сможет переиграть её, он глубоко заблуждался.

— Маркиз Лайонел. Похоже, у вас в последнее время отличный аппетит. Вы сильно прибавили в весе за эти два года. Но берегите себя. Ваша жена вас возненавидит.

— Маркиза Мартен. Как вы можете носить такие огромные бриллианты? Полагаю, вам нравится выглядеть вычурно и раздражающе.

Её взгляд упал на маркиза Гартиана и Эрику, сидевших в конце стола. Маркиз Гартиан и Эрика, получившие титул только в этом году, по-видимому, еще не понимали ситуации, поскольку впервые встретились с принцессой Ларой. Принцесса Лара склонила голову набок и обратилась к молодой паре, которая понятия не имела, что происходит.

— Вы — новый маркиз Гартиан?

— Да.

Маркиз Гартиан ответил, сверкая глазами, словно пытаясь заявить о своем присутствии. Принцесса Лара хихикнула.

— Усы у вас забавные. Закрученные, как улитки.

— ….!

Он никогда раньше не слышал подобных оскорблений. Лицо маркиза Гартиана залилось краской. Я думала, что маркиз Гартиан сейчас же схватит принцессу за воротник и начнет скандалить, ведь когда я видела его на днях, он был довольно воинственным. Но маркиз Гартиан не вышел из себя. Его глаза и ноздри расширились, словно он был в ярости, но на этом всё и закончилось. Маркиз Гартиан ухмыльнулся.

— Я приму это за комплимент.

Но принцесса Лара разрушила его последнюю попытку перевести разговор в нормальное русло.

— Это был не комплимент. Вы не очень-то умны.

Я чуть не расхохоталась. Мне удалось сдержать приступ смеха. В отличие от меня, лицо маркиза Гартиана исказилось, словно скомканная бумага. В этот момент, как нельзя вовремя, появился император.

— Правитель этих земель, благородный Император Империи.

Облаченный в золотой плащ, император вошел в банкетный зал. Все, кто сидел за столом, разом поднялись, увидев императора, и склонили головы. Я тоже поклонилась до пола.

— Поднимите головы.

Все в банкетном зале одновременно подняли головы. Глаза тех, кто смотрел на императора, расширились. Причиной тому был человек, стоявший в центре стола, позади императора, сидевшего на почетном месте. Люциан был в белой форме. Это был действительно Кардиен, рыцарь императора, который наконец-то появился спустя долгое время. Я мысленно ликовала, увидев его.

«Люциан собственной персоной, с его молочно-белой кожей! Ты такой красивый, Люциан!»

В тот день, когда я решала, идти ли на банкет в качестве фрейлины герцогини Росасы, я спросила:

[Я действительно могу пойти одна?]

[Ты не пойдешь одна. Я тоже иду на банкет.]

[Как?]

Напомню, на банкет могут попасть только главы тщательно отобранных семей. Это не то место, куда можно прийти, просто если захотелось.

[Ты собираешься подать заявку, чтобы стать слугой на банкете?]

Люциан ответил на мои озорные замечания:

[Это похоже на то. Я буду присутствовать так же, как и ты.]

Люциан подошел к императору и попросил разрешения присутствовать на банкете в качестве слуги императора. Император не отказал ему в просьбе.

«Конечно. Император на самом деле ждал, что Люциан попросит его об этом».

Я с довольным видом смотрела на Люциана, стоявшего за спиной императора. Давненько я не видела его в форме рыцаря.

«Приятно видеть его в белой рубашке и растрепанным в постели, приятно видеть его в черном костюме, обслуживающим клиентов в магазине, но больше всего мне нравится именно этот образ».

Мне нравился рыцарь Кардиен. И не только я не могла отвести от него глаз. Все за столом были заворожены видом Люциана. Принцесса Лара, которая только что атаковала всех в банкетном зале, не стала исключением. Она смотрела на него сверкающими глазами, как ребенок, впервые увидевший животное. Именно голос императора заставил всех переключить внимание с Люциана.

— Я начну. Во-первых, уважаемые гости из Королевства Аксион. Должно быть, было нелегко проделать такой долгий путь. Союз между Империей и Королевством будет таким же крепким, как ваша стойкость.

Принцесса Лара ответила на слова императора. Она сказала это с сияющей улыбкой:

— Конечно, Ваше Величество. Королевство Аксион всегда на стороне Империи.

— Принцесса Лара стала намного взрослее за этот год.

— Есть большая разница между семнадцатью и восемнадцатью годами.

Ей восемнадцать. Я думала, что она старше меня, когда видела её потрясающее тело и энергичную манеру речи.

«Не могу поверить, как она, восемнадцатилетняя девушка, не тушуется перед аристократией и Императором. Она удивительна».

Император, по-видимому, думал о чем-то подобном, и на его лице появилась легкая улыбка.

— А как поживает король Аксиона?

— К сожалению, мой отец не смог приехать. Я возглавляю делегацию от его имени.

Лица имперских дворян застыли при словах принцессы. Сегодняшний банкет был не просто местом для укрепления личной дружбы. Это было важное событие для укрепления дружбы между странами. Неявка короля на такое мероприятие была проявлением величайшего неуважения. Император пробормотал, почесывая подбородок:

— Король Аксиона, должно быть, очень обижен на помолвку Каликса.

О цели короля Аксиона выдать принцессу Лару замуж за Каликса знали все. Но теперь эта цель разрушена, так что он, должно быть, опечален.

«Но как он мог не прийти на банкет?! Это неразумно. Политика — это не то, где можно позволить эмоциям встать на пути».

Принцесса Лара легко опрокинула мои ожидания.

— Это так. Ваше Величество были слишком суровы. Не могу поверить, что вы так быстро настояли на этой помолвке, зная, как сильно мы с отцом желали её.

Принцесса Лара надула щеки.

— В тот день, когда я услышала эту новость, я была так зла, что убила десятерых своих любимых рабов.

Я на мгновение усомнилась в своих ушах.

«Я ослышалась?»

Но, похоже, нет. Я видела, как герцогиня Росаса, сидевшая передо мной, крепко сжала руки с окаменевшим лицом. Я снова посмотрела на принцессу с недоверием. Она продолжила с таким лицом, что невозможно было представить, что она говорит о мертвых в подобном ключе.

— Они были очень красивыми рабами. Я была расстроена.

— ……

Чувство единства, которое я испытывала с другим персонажем-злодейкой, исчезло. Она не просто обычная злодейка. Она совершенно безумна!

* * *

Хотя отсутствие короля Аксиона подпортило настроение, банкет прошел мирно. Представители двух стран, император и принцесса, были главными собеседниками, а дворяне изредка вставляли свои реплики. В разгар разговора о мелочах между двумя странами император сделал глоток вина и спросил:

— Принцесса Лара, я хотел бы поговорить о «нем».

Принцесса Лара, демонстрировавшая необычайный аппетит, поглощая еду перед собой, широко открыла глаза.

— Что вы имеете в виду под «ним»?

Император произнес:

— Человек, который прибыл в Королевство Аксион несколько месяцев назад и покорил сердца королевской семьи. Его зовут Гриффон, если я не ошибаюсь.

Том 2 Глава 97

Глаза принцессы Лары засияли.

— Ваше Величество знает о нём?

— Слухи о нём широко разошлись.

— Понимаю. Но сначала, пожалуйста, обращайтесь к нему по его надлежащему титулу. Он барон Гриффон.

Император прищурился.

— Но я слышал, что он иностранец и у него нет титула.

— Был, но теперь он барон. Мой отец пожаловал ему этот титул совсем недавно. Это лишь почётное звание.

Император широко раскрыл глаза.

В Королевстве Аксион строгая иерархия. Там гораздо строже, чем в Империи, разграничивают аристократию и простолюдинов.

Но их король даровал ему титул.

Должно быть, это не просто милость.

Принцесса продолжила с мягкой улыбкой:

— Барон Гриффон — замечательный человек. Он обладает глубокими познаниями в политике, истории, военном деле, искусстве и многих других областях. К тому же он красноречив, и я никогда не замечаю, как летит время, когда беседую с ним.

В её словах сквозила привязанность к Гриффону.

— А ещё он очень красив, особенно его прекрасные глаза. Они ярко-красные, как свежая капля крови младенца.

Принцесса указала длинным пальцем на Люциана, стоявшего позади императора.

— Прямо как у него.

В этот момент все присутствующие в банкетном зале уставились на Люциана, широко раскрыв глаза.

Брови Люциана слегка приподнялись.

Это был признак недовольства.

Но принцесса Лара, казалось, не обратила внимания на его реакцию.

— Если присмотреться, не только глаза, но и черты лица, и весь облик схожи с его. Вы, случайно, не знакомы с бароном Гриффоном?

— …

Люциан холодно посмотрел на неё, а затем отвернулся.

Он явно проигнорировал её.

Даже если он был любимым рыцарем императора, его поступок был возмутительным.

Принцесса Лара, которая улыбалась с самого момента входа в банкетный зал, приняла серьёзный вид.

— Что это такое? Как смеет какой-то рыцарь игнорировать меня?

Она изогнула свои красные губы, широко распахнув глаза.

— Мне это нравится!

От её шокирующих слов мои глаза расширились.

Принцесса повернулась к императору. Она произнесла с восторженным видом:

— Ваше Величество, я слышала о Лорде Кардиене, но не ожидала, что он настолько идеален. Он поистине прекрасен!

— …Вот как?

Принцесса взволнованно кивнула.

— Да, я бы пришла повидаться с ним раньше, если бы знала об этом.

Затем принцесса подошла к императору и опустилась на колени. Император был смущён внезапным действием принцессы.

Прежде чем император успел что-либо сказать, принцесса сложила руки, словно в молитве.

— Ваше Величество, пожалуйста, отдайте мне Лорда Кардиена.

Словно время остановилось, все в банкетном зале застыли, как статуи.

У нас с Люцианом была такая же реакция, как и у них.

Я пришла в себя только после того, как услышала голос императора.

Император, который всегда был спокоен, выглядел крайне ошеломлённым.

— Я всегда знал, что вы озорная особа, но на этот раз вы зашли слишком далеко с этой шуткой.

— Шутка? Я говорю серьёзно.

Она посмотрела на императора и сказала:

— Вы всегда дарите мне подарок, когда я приезжаю с делегацией. Теперь есть кое-что, что я очень хочу получить от вас в подарок. Я хочу Лорда Кардиена.

— …

— Ну так что?

Глаза принцессы Лары ярко сияли.

Она выглядела как невинный ребёнок, умоляющий купить ей красивую куклу. Она, казалось, понятия не имела, какие ужасные вещи говорит.

«Как ты смеешь говорить, что хочешь Люциана, сумасшедшая женщина?!»

Мне хотелось немедленно выбежать и дать пощёчину этой незрелой принцессе.

Но чего я не ожидала, так это того, что император предупредит принцессу о том, что она перешла черту.

Император, глядя на принцессу Лару, произнёс:

— Принцесса Лара.

— Да.

— Кардиен — мой любимый рыцарь. Просить о нём — значит забрать самое драгоценное сокровище у Императора Империи.

— …

— Вот как?

Не успела я опомниться, как улыбка исчезла с лица императора.

Единственной эмоцией, оставшейся на его холодном лице, был чистый гнев.

Направленный на вора, который осмелился посягнуть на собственность императора.

Принцесса Лара побледнела от пугающей ауры императора.

Её плечи задрожали.

Через некоторое время в её больших глазах выступили слёзы, и она разрыдалась.

— Вы были слишком суровы, Ваше Величество. Я просто попросила Лорда Кардиена, потому что он был таким красивым.

Император глубоко вздохнул. Он сказал, успокаиваясь:

— Принцесса, это не Королевство Аксион.

В Королевстве Аксион вся власть принадлежит королевской семье и некоторым дворянам.

Всё и все остальные считались их собственностью.

Но в Империи всё иначе.

Конечно, бедняки могли продать себя за деньги, но ими не торговали как товаром, подобно этому.

Особенно если речь идёт о любимом рыцаре императора.

Император сказал:

— Даже с учётом различий в наших культурах, факт остаётся фактом: принцесса была груба. Так что извинитесь передо мной и перед Кардиеном.

— …!

Слёзы принцессы Лары продолжали течь, словно она услышала шокирующие слова.

Но взгляд императора оставался неизменным.

Принцесса Лара, несмотря на свою незрелость, обладала здравым смыслом. Она поняла, что ей не удастся выйти сухой из воды, как это было бы, когда император был болен.

Принцесса Лара поклонилась императору и шмыгнула носом.

— Я совершила ошибку. Пожалуйста, помилуйте меня.

Император кивнул.

— Хорошо, я понимаю, что это была ошибка, допущенная из-за культурных различий.

Император ответил кратко. Но его глаза всё ещё требовали от неё чего-то другого.

Он ждал её извинений перед Люцианом.

Принцесса Лара закусила губу и замялась, словно ребёнок, которому приказали сделать то, чего он не хочет.

Один из дворян Королевства Аксион, наблюдавший за происходящим, поднялся со своего места и сказал:

— Ваше Величество, неужели она должна извиняться перед рыцарем-простолюдином? Я понимаю, что она оскорбила Ваше Величество Императора Империи, но вы были слишком строги к принцессе.

Другой дворянин из Аксиона рядом с ним также поднялся, выражая солидарность с его словами.

— Верно. Это унижение авторитета нашего Королевства.

Как раз когда аристократы Империи собирались дать им отпор, принцесса Лара шагнула вперёд.

— Всем молчать. Я извинюсь перед ним, как приказал Его Величество.

Принцесса Лара поднялась на ноги и подошла к Люциану.

Люциан стоял с бесстрастным лицом, несмотря на то, что был в центре внимания. Принцесса Лара сказала ему с улыбкой:

— Прости, если я тебя обидела.

— …

Это было самое высокомерное и грубое извинение в мире.

Принцесса Лара извернулась и продолжила:

— Я сделала это, потому что ты мне очень понравился. Ты — мой идеальный типаж.

……Ха, я сейчас сойду с ума.

Неужели я должна продолжать на это смотреть?

Кого волнует, что это важное событие, от которого зависит союз двух стран? В этот момент мне стоило бы притвориться сумасшедшей, подбежать к принцессе и вцепиться ей в волосы.

Именно благодаря реакции Люциана мне удалось сдержать этот порыв.

Люциан отвернулся от неё, его лицо выражало лишь то, что жужжание мух интересует его куда больше.

Принцесса Лара пронзительным голосом крикнула Люциану, который не отвечал ей уже несколько минут:

— Я только что извинилась. Скажи хоть что-нибудь! Не говори мне, что ты немой…

Впервые Люциан посмотрел на неё.

Глаза принцессы Лары расширились, когда она встретилась с его красным взглядом.

Люциан произнёс чётким голосом:

— Пожалуйста, заткнитесь.

Глаза принцессы Лары округлились. Она выглядела так, будто не совсем поняла, что сказал Люциан.

Люциан любезно пояснил ей:

— Мне плевать, что вы говорите, но раз вы заставили её волноваться, я чувствую иначе. С тех пор как вы произнесли моё имя, её лицо помрачнело.

— Ч-что, чёрт возьми, ты несёшь? Кто такая «она»?

Люциан провёл рукой по волосам с раздражённым выражением лица. Вместо того чтобы объяснять, что он имел в виду меня, он пробормотал:

— Она замолчит, если я вырву ей язык?

— …!

Лицо принцессы Лары окаменело от его пугающих слов.

У меня была такая же реакция.

Это не та ситуация, чтобы он ревновал.

Как он может говорить такие кощунственные слова принцессе, которая приехала с делегацией?!

Банкетный зал, который некоторое время хранил тишину, быстро вспыхнул, словно пороховая бочка.

Дворяне с обеих сторон повскакивали со своих мест.

Дворяне Королевства Аксион закричали первыми:

— Ч-что рыцарь только что сказал принцессе?

— Даже если он любимый рыцарь Императора, это недопустимо.

— Немедленно отрубите рыцарю голову, Ваше Величество.

Осознав серьёзность ситуации, аристократы Империи также вмешались, пытаясь урегулировать положение.

— Р-разве не принцесса первой проявила грубость к Лорду Кардиену? Её слова могли ранить душу Лорда Кардиена.

— Верно. Лорд Кардиен и так не в себе после последствий проклятия дьявола.

Тем временем маркиз Гартиан, ярый противник Люциана, нёс чепуху:

— Вот почему я говорил, что нельзя позволять ему разгуливать вот так. Мы никогда не знаем, когда он превратится в дьявола и набросится на кого-нибудь.

Этот придурок!

Именно громкий голос императора заставил банкетный зал замолчать.

— Всем остановиться!

Это был первый раз, когда император, который всегда был мягким, закричал таким громким, подобным молнии голосом.

Те, кто с пылом нападали друг на друга, замерли.

Император сказал:

— Как хозяину банкета, мне очень неприятно слышать все эти слова на этой значимой встрече. Если кто-то ещё хоть слово скажет, я восприму это как прямой вызов моим словам.

Это была не просто угроза.

Блеск в его чёрных глазах сигнализировал, что это его предупреждение.

Том 2 Глава 98

Дворяне пришли в себя и притихли. Император продолжил, не сводя с них сурового взгляда.

— Люциан, даже учитывая твое нестабильное состояние, то, что ты только что сказал, переходит все границы. Немедленно покинь этот банкетный зал.

Он холодно отстранил Люциана. Люциан, разумеется, не стал слушать императора. Зная это, император ловко скомандовал:

— Перния, забери его с собой.

— Да!

Я, до этого момента нервно топтавшаяся за спиной герцогини Росасы, поспешно ответила. Я подбежала к Люциану и схватила его за руку. Люциан последовал за мной спокойно, словно только что не угрожал принцессе. Перед тем как покинуть банкетный зал, я поклонилась императору. В знак благодарности за его предусмотрительность. Император выставил Люциана вон не только из-за гнева. Я знала, что он сделал это, чтобы спасти нас от его вспышки ярости.

«Главная причина, по которой он выгнал Люциана, — предотвратить катастрофу, в которой тот перебил бы всех почетных гостей из обеих стран».

Перед самым выходом я оглянулась на зал. Имперские дворяне смотрели на нас с опущенными головами. Дворяне Аксиона скалили зубы от негодования. А принцесса Лара сверлила нас взглядом, словно львица, преследующая добычу. Их глаза были настолько пугающими, что по спине пробежал холодок. К счастью, в этот момент дверь закрылась. Мы оказались снаружи, где воздух был холодным, как зимней ночью.

* * *

Я держала Люциана за руку, когда мы вышли из Императорского дворца. Под черным ночным небом гулял ветер. Я посмотрела на Люциана, мои волосы развевались на ветру.

— Ты в порядке?

Он выглядел спокойнее, чем я ожидала. Я думала, он будет хотя бы раздражен тем, что ему не позволили убить всех присутствующих.

— Это я должен спрашивать у Ниа. Ты в порядке?

— Конечно, я в порядке. Почему ты спрашиваешь?

Люциан прищурился, словно не веря моим словам.

— У Ниа было тревожное выражение лица, когда та женщина смотрела на меня ранее.

— …И какое же у меня было выражение?

Люциан приподнял уголки моих глаз обеими руками.

— Вот такое.

— …Ты врешь.

— Нет, правда. Я подумал, что ты собираешься убить принцессу одним лишь взглядом.

…Необычно, что Люциан так суетится из-за этого. К тому же, почему он продолжает улыбаться, говоря это? Я надулась, чувствуя, что меня дразнят.

— Конечно, я буду в плохом настроении, видя, как другая женщина заявляет, что хочет моего парня, и рассказывает, как влюбилась в тебя с первого взгляда!

Люциан усмехнулся.

— Понятно.

Улыбаясь, как ребенок, он продолжил:

— Тебе не следовало уводить меня оттуда. Оставила бы меня там. Тогда я бы вырвал принцессе язык ради тебя.

Эй, мистер Парень. Почему ты говоришь такие ужасные вещи с таким лицом? Мое сердце забилось еще сильнее, когда он произнес это, глядя на меня своим прекрасным лицом. Я скрестила руки на груди и сказала с серьезным выражением:

— …Это было бы мило.

Ой. Мои истинные чувства взяли верх. Я быстро добавила:

— Было бы лучше, если бы ты держал такие мысли при себе, ведь это было важное мероприятие.

— …

— Там было много людей, очень важных людей из обеих стран. У нас с тобой были бы неприятности, если бы ты устроил переполох в таком месте.

Я встретилась взглядом с красными глазами Люциана.

— Вот почему Люциан сдержался, верно?

Если бы Люциан сделал то, что хотел, принцесса сейчас была бы уже мертва. Но он сдержался. Хотя он озвучил свое желание, он не перешел к действиям. Я была очень, очень счастлива из-за этого. Несмотря на столь неприятные обстоятельства, тот факт, что Люциан подавил свой порочный инстинкт, радовал меня. Люциан опустил взгляд и сказал:

— Это не так. Я сдержался только потому, что не хотел, чтобы ты меня возненавидела.

Даже если причина в этом, для меня этого было достаточно. Я обняла Люциана. Тем не менее, это не очень хорошо. Люциан сказал те слова перед множеством важных гостей, и позже его будут критиковать за это. Но ничего страшного. Мы как-нибудь это исправим. Самое главное, что ему стало намного лучше. Я прошептала Люциану:

— Ты отлично справился, мой Люциан.

— Дашь мне награду?

Вопреки его детским словам, его лицо в лунном свете излучало очень странную ауру. Я кивнула с покрасневшим лицом. Люциан ярко улыбнулся в ответ. Никто бы никогда не подумал, что этот рот, улыбающийся так невинно, только что произнес такие жестокие слова. Он схватил меня и помчался вперед, словно молния. В его объятиях я подумала:

«Люциан, почему ты бежишь быстрее кареты? Это так неловко».

Я надеялась, что никто не увидит, как мы мчимся через темный город, подобно ангелу Нетти.

* * *

Император подготовил просторный особняк для делегации из Королевства Аксион. Это было сделано для того, чтобы они чувствовали себя максимально комфортно во время пребывания в столице. Самая большая комната в особняке, расположенная на верхнем этаже, была комнатой принцессы Лары. Она лежала в постели и рыдала.

— Уа-а-а.

Плач жалкой девицы эхом отдавался в комнате. Рядом с ней стояло несколько женщин, покрытых ранами. Каждая из них была прекрасна и являлась рабыней принцессы Лары. Раны на их телах были следами от кнута принцессы Лары, оставленными после её возвращения из банкетного зала. Обычно её гнев утихал после того, как она выплескивала его на них, но на этот раз эмоции принцессы не улеглись. Рабыни стояли с беспокойными лицами, не смея спросить свою госпожу, в порядке ли она. Затем в комнату вошел мужчина. Лица рабынь просияли при появлении этого человека. Заметив знак мужчины, рабыни кивнули и покинули комнату. В комнате остались только мужчина и принцесса Лара. Мужчина сел на стул рядом с кроватью. Принцесса Лара, которая продолжала рыдать, заговорила:

— Как он мог так поступить? Как он позволил этому мужчине говорить мне такие дерзости?!

Мужчина заговорил мягким голосом:

— Император сказал, что этот человек — его любимый рыцарь, и, вероятно, не хотел терять своего дорогого подчиненного из-за этого.

Мужчина сказал принцессе Ларе, которая никак не могла перестать рыдать:

— Если ты расстроена, немедленно скажи королю Аксиону. Если ты расскажешь ему, он прикажет схватить этого человека, отрубить ему конечности и бросить львам.

— Я этого не хочу!

Принцесса Лара закричала и выбралась из постели. Только тогда мужчина смог увидеть лицо принцессы Лары. Её глаза опухли от слез.

«Выглядит как уродливая лягушка».

Принцесса Лара, не подозревая о мыслях мужчины, сказала с заплаканным лицом:

— Лара действительно полюбила его. Я хочу, чтобы он был в хорошем состоянии, ни капли не поврежденным.

Мужчина хихикнул на эти слова. Принцесса Лара, которую король баловал с самого рождения, была очень эгоистична. Если она чего-то хотела, она должна была это получить. Особенно если находила что-то, что соответствовало её вкусу. Что-то блестящее и красивое. Но это «что-то» также излучало опасное чувство, словно отравленный клинок. Ей нравились такие вещи.

— Ты хочешь его в качестве раба?

— Этого мне будет недостаточно!

— Тогда?

— Я сделаю его своим мужем.

Мужчина расхохотался. Его плечи тряслись, словно он услышал самую смешную шутку в мире. Принцесса Лара нахмурилась:

— То, что сказала Лара, показалось тебе шуткой?

— Нет, дело не в этом. Просто я думаю, что у тебя ничего не выйдет.

Глаза принцессы наполнились негодованием:

— Почему, из-за его статуса?

Мужчина сказал с усмешкой:

— И это тоже. Но проблема не в этом. Хотя разница в статусе довольно велика, нередки случаи, когда принцесса и искусный иностранный рыцарь сходятся вместе.

Его обнадеживающие слова подняли настроение принцессы. Однако её лицо снова окаменело от его следующих слов:

— Но у Кардиена есть невеста.

— …!

Только тогда принцесса вспомнила лицо, которое видела в банкетном зале. Лицо Кардиена, когда он упоминал «её». И ту «её», которую позвал император и которая покинула банкетный зал вместе с Кардиеном. Она действительно подумала, что у этой девушки особые отношения с Кардиеном, но не думала, что она его невеста. Однако принцесса Лара фыркнула вместо того, чтобы заплакать, услышав, что у мужчины, в которого она влюбилась, есть невеста.

— Это совсем не имеет значения. Я дам ей мужчину получше.

Она не блефовала. У неё была возможность сделать это. У неё была возможность представить ей мужчину с огромным богатством из гораздо более знатной семьи, чем какой-то рыцарь-простолюдин. Мужчина сказал, опустив брови:

— Это будет непросто, ведь их союз был устроен самим императором.

Принцесса Лара перебила его и воскликнула:

— Это даже лучше. Я могу попросить императора расторгнуть их помолвку. Он сочтет это выгодным, если захочет укрепить союз с Королевством Аксион.

Так тому и быть. Император знал о свирепом характере принцессы, поэтому не считал её подходящей парой для своего сына. Однако с подчиненным, о котором он заботится, все было бы иначе. Это была беспроигрышная ситуация для императора. Но убеждение императора не решит проблему. Мужчина сказал, изогнув губы:

— Но все знают об огромной любви этой пары друг к другу.

— …

— Ходили слухи, что Кардиен смог снять свое проклятие благодаря любви своей невесты.

Принцесса Лара рассмеялась, словно слова мужчины были нелепыми.

— Ты действительно веришь в это, Гриффон?

Принцесса Лара подняла голову и встретилась взглядом с Гриффоном. У него были кроваво-красные глаза. Точно такие же, как у Кардиена.

Том 2 Глава 99

Однако его общий облик был совершенно иным. Если у Кардиена лицо светлое, обрамленное серебристыми волосами, то этот излучал опасность своими длинными серебряными прядями. Его аура казалась куда более суровой. Он походил на жуткую, но прекрасную куклу. Гриффон заговорил:

— Конечно, нет. Это бессмысленно. Красные глаза — это прежде всего признак проклятия.

— Да, так что мне не о чем беспокоиться. Это просто слухи, распускаемые людьми, которые обожают подобные истории.

Принцесса Лара ответила с торжествующим видом и поднялась на ноги. На её лице не осталось и следа от недавней подавленности. Она вскинула подбородок, приняв высокомерный вид. Когда она выпрямилась, её фигура предстала во всей красе.

— Разговор с Гриффоном заставил меня захотеть заполучить его ещё сильнее.

— Как вы собираетесь его заполучить?

Принцесса Лара ответила, выпятив пухлые губы:

— Разве мне нужны особые навыки, чтобы заполучить мужчину? Мне достаточно просто изнасиловать его.

Фраза, слишком ужасающая для девушки, но Гриффон лишь улыбнулся. Будто предвкушая интересное развлечение.

* * *

На следующий день после банкета в особняк Лайлак пришло письмо. Оно было от принцессы Лары для Люциана. Люциан, разумеется, не обратил на него никакого внимания. Энн с мрачным видом смотрела на нераспечатанное послание.

«Зачем она шлёт письма помолвленному мужчине? У неё совсем нет стыда?!»

Энн, чьё острое чутьё уловило от письма зловещую энергию, сожгла приглашение. Но письма продолжали приходить и на следующий день, и через день. Люциан продолжал их игнорировать, а Энн — сжигать. А потом, однажды, имя получателя на приглашении изменилось.

На моё имя.

Я хотела проигнорировать его, как это делал Люциан, но не смогла заставить себя так поступить. Я вскрыла конверт и прочла письмо с содроганием, словно обнаружила мерзкое насекомое.

Эта особа, убивающая собственных рабов, любит мир? Я продолжила читать письмо с упавшим сердцем.

Её тон был вежливым. Но содержание — отнюдь нет. Если выразиться мягче, она просит меня сказать своему парню, чтобы он пришёл вместе со мной.

— Ха-а.

Я вздохнула и коснулась лба. Всё было именно так, как сказала принцесса. Этот инцидент нельзя просто забыть, будто ничего не произошло. Если бы это случилось с имперским дворянином, его мог бы прикрыть император, но здесь замешана принцесса другой страны, с которой даже император обращается осторожно, так что ему бы не поздоровилось. Я уставилась на письмо и приняла решение.

— Энн, помоги мне собраться.

Энн, которая с тревогой наблюдала за мной, спросила:

— Вы правда собираетесь идти?

— Придётся. Она сказала, что хочет встретиться со мной.

Хотя я уверена, что на самом деле она хочет увидеть Люциана. Энн нахмурилась:

— Может, не пойдёте? Я не встречалась с принцессой лично, но у меня нехорошее предчувствие.

Энн, у тебя потрясающая интуиция. Уверена, даже если ты покинешь наш особняк, ты добьёшься успеха благодаря своим удивительным предсказаниям. Вместо того чтобы настойчиво предлагать ей сменить профессию, я сказала Энн:

— Но если я не пойду, начнётся война.

— Не может быть. Как бы сильно король Аксиона ни любил принцессу, он не станет объявлять войну из-за такого.

— Мы этого не знаем. Удивительно, но войны часто начинаются из-за сущих пустяков.

Лицо Энн помрачнело. Я улыбнулась, словно напугала невинного человека без причины:

— Это просто поговорка. Не нужно выглядеть такой серьёзной.

— Но…

— Мне всё равно придётся когда-нибудь встретиться с принцессой. Я не могу вечно притворяться, что ничего не знаю.

Я должна была встретиться с принцессой лично и правильно завершить это дело. Энн вздохнула, словно смирившись с тем, что мою упрямость не сломить.

— Хорошо. Вы пойдёте с Лордом Кардиеном?

— Нет. Я пойду одна.

Глаза Энн расширились.

— Почему? Вам лучше пойти с ним. А если принцесса скажет вам что-то ужасное?

Энн была права. Я всего лишь дочь маркиза, а она — принцесса королевства. Разница в нашем статусе слишком велика. Она может разозлиться, что я пришла одна. Может унизить меня. И всё же я ни за что не хотела брать с собой Люциана.

«Думаешь, я хочу брать Люциана к женщине, которая наговорила столько гадостей? Ни за что!»

Я даже не хочу, чтобы она видела Люциана. И дело не только в моей мелкой ревности. Очевидно, что если я возьму Люциана, всё пойдёт наперекосяк. В этот раз он может по-настоящему вырвать принцессе язык.

«Нет, этого нельзя допустить».

Да, абсолютно точно нельзя. Я не хотела, чтобы этот конфликт разрастался. Я сказала Энн:

— Не волнуйся. Я всегда смогу придумать, как защитить себя.

— И всё же…

Энн тревожно перевела взгляд. Она посмотрела на меня и спросила:

— Лорд Кардиен будет не против, что вы идёте одна?

Энн, наблюдавшая за нами в особняке, прекрасно знала о состоянии Люциана. О том, что он ненормально одержим мной. Люциан всегда ходил за мной по пятам.

— Всё в порядке. Я недавно несколько раз выходила одна. Он поймёт, если сказать, что я оказалась в затруднительном положении и не могла взять его с собой.

Конечно, придётся предложить огромную награду.

— Так что не говори Люциану, куда я иду. Я скоро вернусь.

Энн в конце концов вздохнула, словно сдалась.

— Хорошо.

Я повернула голову и посмотрела в окно. Я видела Люциана снаружи. Стоя под палящим солнцем, Люциан в соломенной шляпе поливал цветы в саду. Это было хобби, которое он завёл недавно, потому что хотел дарить мне цветы, выращенные им самим. Глядя на него, я ещё больше укрепилась в своём решении не сдаваться. Я не хотела, чтобы он снова погрузился в тьму. Я хотела, чтобы он улыбался счастливее всех и был любим людьми в ярком свете.

……Я хотела защитить его.

Я хочу, чтобы он хотя бы не падал в тёмную бездну, где нет ни единого луча света.

* * *

Как я и планировала, мне удалось выйти одной.

«Конечно, это было непросто».

Мне пришлось поставить на кон мои детские портреты, которые я хранила, и награды, которые нельзя было раскрывать в этом романе для всех возрастов. Местом назначения был особняк, где остановилась принцесса.

— Добро пожаловать.

Молодой слуга поприветствовал меня так, словно ждал. На шее у симпатичного слуги был медальон с выгравированным королевским гербом Аксиона. Я узнала их статус, лишь взглянув на ошейник, туго затянутый на шее.

«Раб».

Похоже, правда, что в Королевстве Аксион рабы прислуживают королевской семье и знати. В Империи тоже строгое сословное общество, но, по крайней мере, там всех считают людьми. Я почувствовала себя подавленной, столкнувшись с настоящим рабом, которого не считают за человека.

— Следуйте за мной.

Слуга проводил меня крайне вежливо. Я пошла следом. Особняк, построенный для важных гостей, был огромным. Комната принцессы находилась в самом дальнем флигеле. Слуга остановился у двери:

— Принцесса Лара. Мисс Перния Лайлак прибыла.

— Входи.

Раздался голос принцессы, высокий, как у соловья. Слуга открыл дверь. В тот момент, когда я увидела, что внутри, я не могла не распахнуть глаза от изумления.

«Что это?»

Меня удивил не размер огромной комнаты или роскошный интерьер. Меня поразило количество людей в комнате. Они были разного пола и возраста, и каждый был одет в свой стиль одежды. От открытых и воздушных традиционных нарядов Аксиона до вычурных платьев, модных в Империи, и простых одежд, которые носят жители далёкого Чао. На их прекрасных лицах застыла мягкая улыбка. Они напоминали искусно украшенных кукол. А в центре сидела роскошно одетая принцесса Лара. Принцесса сидела в мягком кресле с самым расслабленным видом в мире, позволяя им прислуживать себе. Она повернула голову в мою сторону. Словно что-то искала. Вскоре она спросила с разочарованным видом:

— Где Кардиен?

Как грубо. Это первое, что она говорит человеку, которого сама же пригласила? Она была груба, но это было неважно. Потому что у меня тоже не было намерения приветствовать такую, как она.

— Люциан не пришёл.

— Что, почему?

Я ответила с улыбкой, глядя на принцессу, чьи глаза расширились.

— Он неважно себя чувствует.

Конечно, это была беспочвенная ложь. Люциан славился тем, что никогда не получал ранений и не болел на самых ожесточённых полях сражений. Это был факт, который знала даже принцесса Лара, хотя и не была хорошо с ним знакома. Глаза принцессы Лары сузились.

— Ты оставила его позади специально?

Том 2 Глава 100

— Ни за что. Я бы на такое не пошла.

Я ответила с лукавой улыбкой, но гнев на лице принцессы Лары не утих.

— Ты знала, кого я на самом деле хотела видеть. Ты... считаешь, что меня так легко провести?

Принцесса Лара выглядела серьезной. На её свирепом лице застыло жуткое выражение. Казалось, она вот-вот вцепится мне в лицо своими длинными красными ногтями. Но прежде чем она успела это сделать, я достала листок бумаги. Глаза принцессы Лары расширились, когда она увидела рисунок на бумаге. Золотой лев. Герб императора. Я усмехнулась:

— Это письмо от Его Величества.

— ...Что?

— Я виделась с Императором перед тем, как прийти сюда. Рассказала ему о нашей встрече, чтобы обсудить инцидент на банкете, и о том, что мы решили простить друг друга. Он был очень рад это слышать, ведь случившееся его тоже беспокоило.

— ...

— Тогда он написал это письмо и передал мне, чтобы я вручила его принцессе.

Я протянула письмо принцессе Ларе. Она выхватила его и принялась читать. Содержание было простым: «Я так горд слышать, что вы решили встретиться, чтобы разрешить эту сложную ситуацию. Надеюсь, вы сможете оставить всё в прошлом и построить дружеские отношения. Подобно дружбе между Империей и Королевством Аксион». Император выразил свои пожелания в письме. Но для меня это значило больше, чем просто слова. Это был мой щит. Пока у меня есть это письмо, принцесса ничего не сможет мне сделать. Обойтись со мной грубо — значит проигнорировать волю императора. Принцесса Лара усмехнулась, словно не веря в то, что я сделала, и сверкнула на меня глазами.

— С виду не скажешь, а ты довольно хитра, да?

«А ты ведешь себя ровно так, как выглядишь. Никогда не слышала, чтобы кто-то называл тебя умной, верно?» Вместо этого я прикрыла рот рукой и рассмеялась:

— Полагаю, я довольно хитра. О-хо-хо.

Лицо принцессы красиво исказилось.

* * *

Мой план был прост: сказать всё, что нужно, и поскорее убраться. Я думала, принцесса не станет задерживать меня здесь, ведь у неё нет со мной никаких дел. Но я стояла перед ней дольше, чем ожидала. «Находиться здесь просто аморально». Роскошная еда была разложена прямо на полу, а рабы пели и танцевали в комнате. Принцесса Лара и я сидели, прислонившись к пушистым подушкам, и держали в руках бокалы. Тем временем рабы ждали слов: «Должно быть, кто-то из них придется вам по вкусу». Принцесса Лара помахала бокалом и сказала:

— Я же сказала, что постараюсь оставить всё в прошлом. Я налью тебе выпить.

Я не могла проигнорировать её и просто уйти, раз уж она это предложила. «Это что, одна из тех корпоративных пьянок, с которых невозможно сбежать?» Внутренне обливаясь слезами, я увидела, как ко мне приближается красивая женщина. Она протянула бутылку с невинной улыбкой. «Ладно, подыграем». Глубоко вздохнув, я смиренно приняла напиток. Принцесса посмотрела на меня и произнесла:

— Мои рабы. Разве они не милашки?

Я раздумывала, как ответить, но лишь брезгливо улыбнулась. Возможно, она и не ждала от меня ответа, но принцесса надула губки, отпивая из бокала.

— Я думала, придет Кардиен, поэтому нарядилась, но это действительно разочаровывает.

О, так ты собиралась пригласить моего парня посидеть в этом распутном месте? Я улыбнулась, изобразив на лице притворную грусть:

— Я рада, что Люциан не пришел. Он терпеть не может подобные места.

— ...

Глаза принцессы Лары застыли. В то же время все рабы, которые до этого ярко улыбались, словно цветы, замерли. Я подняла бокал и нагло спросила:

— Принцесса Лара. Вы пытаетесь встретиться с Люцианом не ради извинений, а чтобы соблазнить его, верно?

Это было дерзко с моей стороны. Но принцесса не стала отрицать. Это было очевидно, учитывая, что на ней было гораздо больше макияжа и та странная одежда, которую я видела на банкете. Любой мог понять, что в таком наряде она ждала вовсе не извинений. Я посмотрела на принцессу:

— Вам лучше сдаться.

— Ха. Леди маркизата совсем не такая, какой кажется. Как ты смеешь приказывать мне?

— Нет, я говорю это ради вашего же блага, принцесса. Как бы вы ни старались, Люциан не клюнет на вас.

Я приподняла уголок рта в улыбке:

— Потому что он без ума от меня.

— ...!

— Не тратьте слишком много сил. Это не сработает.

Закончив фразу, я осушила бокал до дна. Не успела я опомниться, как музыка стихла, а танцующие рабы остановились. Принцесса Лара смотрела на меня со страхом. Я заговорила с ней, глядя прямо в глаза:

— Мне понравились напитки, которыми угостила меня принцесса, но я пойду.

Я встала и поклонилась принцессе. Над своей склоненной головой я услышала громкий голос принцессы:

— Думаешь, ты можешь просто уйти после всего, что наговорила?

Её голос был полон враждебности, но я не дрогнула. Император наблюдает за нами. Принцесса не может мне навредить. Но я была неосторожна, подумав так.

— Схватите эту суку.

По приказу принцессы рабы, которые до этого ярко улыбались, бросились ко мне. Они схватили меня за руки и прижали к полу. Я закричала:

— Если вы хоть пальцем меня тронете, Его Величество Император будет в ярости!

— Не волнуйся, они не тронут тебя пальцем, — сказала она, изогнув красные губы. — Напротив, они защитят тебя. Ведь леди Перния так пьяна, что не в состоянии вернуться домой.

Она поманила кого-то рукой. Раб подошел с бутылкой алкоголя и начал вливать её мне в рот. Я ничего не могла сделать, кроме как глотать спиртное, которое хлынуло мне в горло. «Сумасшедшая стерва!» Принцесса хихикала надо мной, словно ребенок:

— Если я скажу ему забрать свою пьяную невесту, он тут же примчится! Я наконец-то смогу увидеть Кардиена!

Принцесса потирала руки и улыбалась в экстазе.

* * *

— Как я? Хорошо выгляжу?

На слова принцессы Лары рабы, отвечавшие за её наряд, закивали:

— Да. Вы очень красивы.

— Если кто-то увидит принцессу, он тут же влюбится в вас.

Слушая их сладкие речи, принцесса смотрела в зеркало. Мелкие драгоценные камни блестели в её кудрявых красных волосах, а тяжелый макияж придавал ей зрелый вид. Её пышное тело было открыто под тонким платьем. «Я даже сама себе нравлюсь». Принцесса Лара довольно улыбнулась:

— Но чего-то не хватает. Может, нанести больше духов на грудь?

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Принцесса Лара и рабы повернули головы. Это был Люциан, который открыл дверь и вошел. Глаза принцессы Лары расширились при виде Люциана. Ведь он приехал в особняк гораздо быстрее, чем она ожидала. «О боже. Он лучший рыцарь империи, так что такая скорость понятна. Но он стоит там, и на нём ни капли пота». Холодные глаза Люциана излучали опасность. И всё же он был пугающе прекрасен. Принцессу Лару охватил трепет. «Как и ожидалось, этот парень — в моем вкусе». Ни один раб не мог сиять ярче, чем мужчина перед ней. Принцесса Лара искренне и ярко улыбнулась:

— Добро пожаловать, Кардиен.

Прежде чем она успела опомниться, рабы покинули комнату. Вид принцессы Лары, стоящей в скандальном платье в полумраке, был завораживающим. Она выглядела как женщина, которая является в снах мальчикам в период полового созревания. Но на лице Люциана не было ни капли возбуждения. Он произнес с холодным выражением лица:

— Где Ниа?

Принцесса была оскорблена его словами. «Хмф. Это всё, что он может сказать после стольких усилий? Неужели на него не действует мой вид?» Конечно, это не обескуражило Лару. Она знала, что его нелегко завоевать. Искушение только начинается.

— Она сейчас спит в другой комнате. Лара очень добра к пьяным.

Принцесса приблизилась к Люциану. Каждый её шаг источал чарующий аромат. Она использовала не обычные духи. Этот аромат был создан, чтобы соблазнять мужчин. Принцесса Лара произнесла, приоткрыв красные губы:

— Кардиен, ты знаешь, почему я позвала тебя?

Она смотрела на Люциана сверкающими глазами. Она выглядела как юная девушка, но в то же время как соблазнительница.

— У меня есть гораздо больше, чем ты думаешь. Если выберешь меня, ты получишь так много всего. Я могу дать тебе в десять раз больше земель, чем у тебя есть, и я могу дать тебе великий титул, который эта империя не смогла бы тебе предложить. Маркиз, герцог, любой титул, который ты захочешь. Как самая любимая дочь короля Аксиона, я обладаю властью...

Она не смогла договорить. Потому что рука Люциана с силой сжала её челюсть. Красные глаза Люциана уставились на неё. Он повторил:

— Где Ниа?

— ...

Его красные глаза были такими же пугающими, как у призрака.

Том 2 Глава 101

Тело принцессы Лары дрожало.

Она всегда была той, кто наносит удары, но сама никогда их не получала. Тем не менее, она инстинктивно понимала: если этот мужчина надавит чуть сильнее, её челюсть разлетится в щепки.

А мужчина ни капли не собирался ждать её ответа.

Принцесса Лара едва подняла руку и указала на дверь.

— Т-там... за д-дверью...

Из-за того, что Люциан крепко сжимал её лицо, она не могла говорить внятно.

Люциан разжал пальцы. Принцесса покатилась по полу, словно использованная и выброшенная вещь.

Впервые в жизни с ней обошлись так унизительно.

Обернувшись, принцесса Лара яростно закричала на Люциана:

— Стой!

Но Люциан проигнорировал слова принцессы.

Услышав крик, в комнату набились рабы.

— Схватить его! Он посмел прикоснуться ко мне!

Несколько рабов бросились остановить Люциана, но всё было бесполезно.

Он с легкостью отшвырнул их с дороги, словно пыль. Они падали на пол, стоная от боли.

Никто не мог остановить Люциана.

Он направился к комнате, на которую указала принцесса.

Дверь была заперта, но для Люциана это не стало проблемой.

Удар его ноги выбил плотно закрытую деревянную дверь.

Люциан медленно вошел в комнату.

Перния лежала на кровати.

Люциан поспешно подхватил её на руки, проверяя, дышит ли она.

К счастью, он услышал её дыхание.

Он облегченно выдохнул, прижимая Пернию к себе. Он выглядел как зверь, нашедший свою пропажу.

Люциан держал Пернию на руках.

Не успел он опомниться, как путь ему преградила толпа солдат и рабов.

Среди них стояла принцесса Лара, которую поддерживали её слуги.

Принцесса Лара закричала, сверкая глазами:

— Если ты думал, что тебе снова это сойдет с рук, то ошибаешься. В этот раз я тебя не прощу. Именем Королевства Аксион я добьюсь того, чтобы однажды ты ответил за свои грехи.

Люциан впервые отреагировал на её слова.

Он встретился взглядом с принцессой и искривил губы. Его реакцию нельзя было назвать улыбкой.

Глаза принцессы Лары расширились, когда она увидела этот провокационный взгляд.

Казалось, он говорил ей: «Ну, попробуй».

Люциан отвернулся от принцессы.

Он закинул Пернию на плечо одной рукой, а другой вытащил меч, висевший на поясе.

Принцесса Лара и солдаты вздрогнули, когда его клинок блеснул в лунном свете.

Люциан произнес низким голосом:

— Я хочу как можно скорее забрать её домой. Если кто-то из вас встанет у меня на пути — вы трупы.

Его пугающее лицо ясно давало понять, что он не шутит.

* * *

Я открыла глаза, страдая от мучительного похмелья.

Я увидела свою комнату в особняке Лайлак. Через большое окно пробивался солнечный свет, а у окна сидел Люциан.

Как только наши взгляды встретились, он улыбнулся.

— Ты проснулась?

Сердце забилось чаще.

Этот вид напомнил мне о том, как я впервые увидела его после того, как он превратился в яндере.

Я вспомнила вчерашнюю ночь, и голова отозвалась пульсирующей болью.

Поездка в особняк принцессы Лары. И то, как она насильно вливала в меня алкоголь.

Принцесса Лара говорила, глядя на меня:

«Если я скажу ему прийти за своей пьяной невестой, он явится немедленно!»

Затем, сама не помня как, я оказалась дома. Я сразу поняла, кто привез меня обратно.

Очевидно, это был Люциан.

В тот момент, когда я это осознала, мне в голову пришла ужасная мысль.

Я закричала на Люциана:

— Т-ты убил её?

Люциан широко открыл глаза, словно не понимал, о чем я.

— Кого?

— Принцессу Лару!

Нет, может, не только принцессу Лару. Если он что-то с ней сделал, то все в особняке должны были сбежаться на шум.

В моем воображении возникли десятки трупов, наваленных в огромном особняке.

Глядя на то, как я побледнела, Люциан сказал, пытаясь успокоить:

— Успокойся, Ниа.

Люциан продолжал, поглаживая мое дрожащее лицо:

— Я отшвырнул нескольких рабов, которые мешались под ногами, но не убивал их.

— П-правда?

— Да.

Люциан улыбнулся искренне.

Это принесло мне облегчение.

Потому что он никогда мне не лжет. Если бы он кого-то убил, он бы честно в этом признался.

Он заверил меня своей невинной улыбкой.

Что он действительно никого не убил.

В этот миг меня затопило глубокое чувство облегчения.

Напряжение мгновенно отступило, и к горлу подступила дурнота.

Люциан притянул меня к себе, когда я пошатнулась, и я прислонилась к его груди.

— Я привез тебя домой и позвал врача. Врач сказал, что ты спишь только потому, что выпила много алкоголя. Он также велел мне хорошо позаботиться о тебе, так как, когда ты проснешься, у тебя будет сильное похмелье.

Я была глубоко раздражена, услышав его отчет.

«Лара, сумасшедшая стерва. Не думала, что ты на такое пойдешь».

Если бы она меня отравила или заточила в темницу, я бы как-нибудь нашла доказательства и дала отпор.

Но я не могу этого сделать, раз дело в алкоголе.

Что бы ни случилось, к преступнику будут снисходительнее, если замешан алкоголь.

«Никто не посчитает действия принцессы преступлением, если я скажу, что меня заставили пить».

Напротив, знатную леди раскритикуют за то, что она призналась, будто напилась, выпивая с принцессой из другой страны.

«Как же это бесит!»

Мои сжатые кулаки дрожали от разочарования, что я не могу заставить её страдать так же сильно, как она заставила страдать меня. Люциан усмехнулся и сказал:

— Не волнуйся, Ниа.

Не волноваться о чем? Я посмотрела на Люциана широко открытыми глазами, гадая, что он имеет в виду.

Люциан сказал, мягко прищурившись:

— Я не позволю принцессе Ларе выйти сухой из воды. Она больше не сможет к тебе прикоснуться.

Я воскликнула с испуганным видом:

— Но ты не можешь убить её!

Люциан ответил:

— Я не буду её убивать.

— ……..

— По крайней мере, не моими руками.

Что он имел в виду?

В его дружелюбном тоне и сверкающих красных глазах не было ни капли жестокости, что сбило меня с толку.

* * *

Рано утром к императору явился дворянин из Аксиона, заявив, что у него есть срочное сообщение.

Они рассказали императору о том, что произошло прошлой ночью.

— Ваше Величество! Вы знаете, что принцесса Лара встречалась с леди Пернией несколько дней назад, чтобы уладить ситуацию на банкете, верно? Принцесса Лара предложила леди Пернии выпить, чтобы помириться, и леди Перния не знала, сколько выпила, поэтому опьянела.

Пока что всё звучало гладко.

Но следующие слова заставили лицо императора окаменеть.

— Лорд Кардиен пришел в особняк, так как его вызвали забрать пьяную невесту. А затем, в беспричинной ярости, Лорд Кардиен применил насилие к принцессе Ларе, которая всего лишь поприветствовала его! И не только к принцессе, но и к её рабам, и к нашим солдатам.

Император спросил с серьезным выражением лица:

— …Кто-нибудь погиб?

Дворянин из Аксиона сохранил невозмутимое лицо.

— Никто не погиб. Но многие получили тяжелые травмы. Принцесса лежит в постели из-за ужасного потрясения.

Император испытал облегчение.

Раз никто не погиб, есть пространство для переговоров.

Мягкие слова и щедрые награды должны смягчить их сердца.

Но в данном случае эти методы оказались неэффективны.

Дворянин из Аксиона передал пожелание принцессы:

— Прошу, дайте принцессе право наказать Кардиена! Кардиен должен понести наказание за то, что прикоснулся к священному телу принцессы.

— Он мой рыцарь. Если мой рыцарь совершил преступление, я сам его накажу.

— Именно так всё и было на банкете, и именно так возникли наши разногласия!

Дворянин из Аксиона воскликнул, широко открыв глаза:

— Ваше Величество ослеплены своей привязанностью к Кардиену и не можете наказать его. Мы не можем ожидать, что вы поступите справедливо.

— …..

Глядя на спокойное лицо императора, дворянин из Аксиона добавил:

— В этот раз мы не позволим вам делать всё, что заблагорассудится.

— И что произойдет, если мы не придем к согласию?

— Дружба между нашими странами, длившаяся долгие годы, будет разрушена.

Дворянин из Аксиона сверкнул глазами, подчеркивая, что не блефует.

После этого дворянин из Аксиона, ворвавшийся, словно шторм в дождливую ночь, вернулся на свою позицию.

Император откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Прошло всего несколько дней с момента встречи с делегацией из Королевства Аксион, но он был измотан так, словно прошли месяцы.

Ясный голос проник в уши императора:

— Может, просто начнем войну?

Император медленно открыл глаза. Перед ним стоял Люциан.

Люциан не опустился на колени перед императором, хотя это было бы вежливо. Он лишь склонил голову, не поприветствовав его должным образом.

Император не стал его отчитывать. Вместо этого он открыл рот и спросил:

— Ты предлагаешь мне разорвать союз, который существует сотни лет?

— У вас нет обязательств соблюдать старое обещание. Особенно теперь, когда оно потускнело и устарело.

Люциан сказал, встречаясь взглядом с императором:

— Королевство Аксион думает так же.

— …..

Всё было так, как сказал Люциан.

Король Аксиона был сторонником войны.

С момента своего восшествия на престол он неохотно склонялся перед империей. Он терпел это, не показывая когтей.

Потому что надеялся, что его прекрасная младшая дочь сможет стать императрицей.

Однако имперский кронпринц, Каликс, помолвлен с другой женщиной.

Как только стало ясно, что его дочь не станет императрицей, король Аксиона выразил свое недовольство.

Это было отчасти причиной, по которой он не приехал с делегацией в этом году. Также ходили слухи, что Королевство Аксион наращивает свои войска.

Том 2 Глава 102

Император нахмурился.

— Но мы не можем безрассудно начинать войну по такой причине. Это не оправдывает войну.

Незначительный инцидент, произошедший из-за эгоизма принцессы Лары, был слабым поводом для развязывания войны. Ведь война без должного оправдания невыгодна во многих отношениях. Во-первых, поднять боевой дух граждан было бы непросто, а во-вторых, велика вероятность того, что их осудят другие страны.

Люциан улыбнулся.

— Нам не нужно оправдание. Ваше Величество выиграет эту войну подавляющей силой.

Нет нужды лгать народу, да и соседним странам не к чему будет придраться, если они легко одержат победу.

Император, поняв его слова, посмотрел на Люциана со странным выражением лица.

— Ты примешь участие?

Люциан кивнул.

Император смотрел на него так, словно видел нечто диковинное. Он давно знал Люциана, но тот впервые предложил нечто подобное. Люциан всегда действовал только по приказу императора. Он отправлялся в бой, как того ожидал император, и принимал всё, что тот давал ему после. Казалось, у Люциана не было никаких желаний.

Но теперь он сам предложил начать войну. И сделал это с уверенностью в победе.

— Ты изменился, Люциан.

Люциан действительно изменился, как и сказал император. И, как обычно, это произошло из-за Пернии. Еще недавно у Люциана не было никаких желаний. Он был просто счастлив быть рядом с Пернией. Он отложил меч и бегал за ней, прекрасно зная, что все вокруг смеются над ним.

«Должно быть, он стал дураком из-за проклятия дьявола».

«Жалкое зрелище, как он бросил всё, что имел, и запал на девчонку».

Ему было плевать на их слова. Впрочем, он никогда не обращал на них особого внимания.

Однако после прибытия делегации из Королевства Аксион всё изменилось. Принцесса Лара намеренно выбрала Пернию своей мишенью. У Пернии не было власти, чтобы выразить свой гнев, и она могла только наблюдать. Принцесса Лара была драгоценной особой королевства, а Перния — лишь дочерью маркиза. Разница в статусе ставила Пернию в невыгодное положение. И в будущем Пернию ждали похожие проблемы.

Его это так бесило, что им овладело безумие.

«Я бы перебил всех, кто к ней прикоснулся, если бы мог, но… если бы я это сделал, она бы возненавидела меня».

Поэтому Люциану нужна была власть. Не та сила, чтобы кромсать и убивать людей, а власть, которая заставила бы их даже не помышлять о том, чтобы прикоснуться к ней. Ему нужны были власть и авторитет. И Люциан знал, кто может их дать.

Император.

Если бы он снес голову императору и сел на трон, Перния стала бы самой уважаемой леди в империи.

«Но тогда она не будет счастлива».

Это он понимал.

Поэтому Люциан пришел к императору. Он планировал получить желаемое через него.

Люциан сказал:

— Я подарю Вашему Величеству Королевство Аксион. А взамен Вы должны дать мне всё, чего я хочу.

— Ты хочешь собственное королевство?

Люциан покачал головой. Пернии нравится империя. Она не захотела бы покидать это место.

— Достаточно будет титула герцога. И, пожалуйста, окажите ей свое покровительство.

Высокий титул и императорская милость. С этим никто не посмеет тронуть Пернию.

Император улыбнулся, не находя слов. Раньше он хотел, чтобы подчиненный перед ним хоть о чем-то попросил. И вот теперь Люциан просил. С глазами, которые говорили, что он перегрызет ему горло, если тот не послушает. Это была не просьба. Это была угроза.

«Самая приятная угроза, которую я слышал в своей жизни».

Во многих отношениях эта угроза была выгодна императору.

Император произнес:

— Я сделаю, как ты просишь. Обещаю тебе именем семьи Франц.

Люциан спокойно отреагировал на согласие императора, вместо того чтобы вскинуть руки и ликовать.

— Хорошо. Я начну готовиться к войне.

Война — это не то, к чему можно подготовиться за день или два. Нужно реорганизовать войска и разработать стратегию вторжения в страну врага. Но перед этим стоило отметить кое-что еще.

— Люциан, всё еще многие опасаются того, что ты проклят дьяволом. Если эта сила проявится, многие будут бояться тебя.

То, что люди списывали Люциана со счетов как дьявола, было непростой проблемой. Это также создало бы большие трудности для императора, который доверял Люциану, и для святой, которая поддерживала его. Люциан ни в коем случае не должен был выпускать силу дьявола наружу.

Люциан, конечно, прекрасно осознавал последствия. Он ответил с легкой улыбкой:

— Не волнуйтесь. Ничего не случится. Я не собираюсь врываться в одиночку и рвать глотку королю Аксиона. Я поведу солдат в бой и одержу победу.

Люциан пробормотал про себя: «Только так я смогу принести мир Пернии. Быть женихом рыцаря Кардиена ей идет гораздо больше, чем быть невестой дьявола».

Император горько усмехнулся, прочитав сокровенные мысли Люциана.

«Всё сводится к Пернии. Мне стоит никогда не беспокоить её».

Император поднялся на ноги. Стоя на возвышении, он посмотрел вниз на Люциана и сказал:

— Это мой приказ тебе как Императора, Люциан. Принеси мне Королевство Аксион.

Не как демон, одержимый женщиной, а как рыцарь императора, Кардиен ответил:

— Слушаюсь.

Люциан опустился на колени перед императором.

* * *

На следующий день делегация из Королевства Аксион снова посетила императора. Они говорили с мрачным видом:

— Ваше Величество, мы получили письмо от Его Величества Аксиона. Его Величество сказал: «Конечности Кардиена должны быть немедленно отсечены и доставлены принцессе. Иначе гнев Королевства Аксион никогда не утихнет. Так что выдайте нам Кардиена прямо сейчас».

Император империи дорожил отношениями с королевством Аксион. Они были уверены, что он выполнит их требование. Однако его ответ был совершенно иным, чем они ожидали.

— Я уже говорил это несколько раз. Кардиен — словно мое второе «я», но если вы продолжаете просить меня об этом, значит, вы хотите сразиться, я правильно понимаю?

— …!

Дворяне Королевства Аксион широко раскрыли глаза. Лицо императора, как обычно, было спокойным. Однако на его улыбающемся лице появилась странная холодность. Император продолжил:

— Если хотите, я исполню ваше желание. Империя объявляет войну Королевству Аксион.

Дворяне Аксиона были потрясены. Первый дворянин, пришедший в себя, сказал:

— Ч-что вы только что сказали? Вы разрываете давний союз между Империей и Королевством?

— Разве не этого добивалось Королевство Аксион? Уже много лет вы продолжаете насмехаться надо мной и задираться. Словно проверяете, как долго я смогу это терпеть.

— ………

Лица дворян Аксиона побледнели. Но они не стали отрицать слова императора. Безусловно, Королевство Аксион никогда не выражало своей преданности Империи. Были и такие люди, которые никогда не склонились бы перед другими.

Вековой союз был окончен.

Император сказал с горькой улыбкой:

— Я не буду убивать вас или брать в плен. Вы — последняя делегация, отправленная из Королевства Аксион в Империю. Это будет последняя услуга, которую Империя окажет вам в рамках этого союза.

Император указал на юг, в сторону Аксиона:

— Так что возвращайтесь в свою страну и передайте мое послание королю Аксиону. Война началась.

Дворяне Аксиона бежали из империи. Принцесса Лара и барон Гриффон, стоявший рядом с ней, бежали вместе с ними. В карете принцесса Лара кричала и била слуг по лицу.

— Почему я не могла получить Кардиена?! Почему, черт возьми, он просто не отдал мне Кардиена?! Это так раздражает!

Гриффон сидел, скрестив ноги, и наблюдал за принцессой. Он пробормотал с улыбкой:

— Эта война будет веселой.

Таким образом, через 15 дней после отъезда делегации Аксиона состоялась церемония отправки имперской армии. Всего 50 000 солдат. Их главнокомандующим был рыцарь по имени Кардиен, которому доверял император.

* * *

Несколько дней спустя, в день, когда имперская армия отправляется в Аксион.

Церемония была впечатляющей. Десятки тысяч солдат выстроились в доспехах. Сотни тысяч людей собрались, чтобы посмотреть на них. Они молились за победу Имперской армии с раскрасневшимися лицами.

— Победа Империи!

Повсюду разбрасывали гладиолусы (меч-лилии), желая победы.

В этой накаленной атмосфере я находилась в комнате особняка вместе с Люцианом. Это была комната ожидания Люциана, который командовал этой войной. Когда он уйдет, Люциан поведет десятки тысяч солдат на поле боя.

Я смотрела на Люциана со сложными чувствами. Серебристые волосы, сверкающие серебряные доспехи, синий плащ, длинный меч на поясе. Он выглядел живописно, но у меня не было сил подбодрить его.

«Как я могу это сделать? Тому, кто вот-вот отправится на войну».

Люциан снял перчатки и погладил меня по щеке.

— Не делай такое лицо, Ниа. У меня есть особая способность. Никто не сможет причинить мне вред.

— Не в этом дело.

Сразу после того, как у меня возникли неприятности с принцессой Ларой, внезапно началась война. Словно я мщу Ларе за то, что она изводила меня.

Люциан сказал, словно прочитал мои мысли:

— Связь между Королевством и Империей и так ослабевала. Эта война должна была когда-нибудь случиться. Эта война не из-за тебя.

— ……

Я знаю это, потому что другие аристократы говорили мне то же самое. Но я всё равно не могла отбросить чувство вины. Именно из-за меня он, который говорил, что не жалеет о своей должности рыцаря императора, ведет армию в Аксион.

Я хотела вернуть Люциана в качестве его рыцаря. Но я не хотела, чтобы это было сделано таким образом.

Я также не могу остановить Люциана сейчас.

Я посмотрела на Люциана и заговорила о том, о чем думала несколько дней.

— Можно мне поехать с тобой?

— …что?

— Я постараюсь не мешать тебе, насколько смогу. Люциан может защитить меня, если я когда-нибудь окажусь в опасности. Так можно?

Я тревожусь, отправляя его на поле боя. Я боюсь, что он будет убивать людей, когда меня не будет рядом.

Нет, это было оправдание.

Я просто не хотела разлучаться с ним.

Том 2 Глава 103

Люциан смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Он выглядел удивленным, словно услышал нечто совершенно неожиданное.

Спустя мгновение он заключил меня в объятия.

— Ах, Ниа. Моя милая Ниа. Как ты можешь говорить такие прекрасные слова?

— ….

— Но нет, ты не можешь. Ты должна остаться здесь.

От его слов сердце затрепетало. Я ведь никогда не думала, что он скажет нечто подобное. Я полагала, он будет счастлив взять меня с собой.

Я воскликнула:

— Почему нет? В прошлый раз, когда ты уезжал в зону боевых действий, я отправилась с тобой!

— Потому что тогда у тебя было безопасное и комфортное место, где можно было остановиться. Но сейчас всё иначе. Нам придется постоянно перемещаться, чтобы вторгнуться в столицу Аксиона. Тебе будет тяжело. Это гораздо опаснее, чем в прошлый раз.

— Но…!

Его ясный голос проник мне в самое сердце.

— И я собираюсь убить множество людей.

— …..!

— …Я не хочу, чтобы ты это видела.

В тот момент выражение лица Люциана было таким мягким, почти детским. Я не могла поверить, что это лицо командующего, который вскоре поведет десятки тысяч солдат на войну.

Я смотрела на него дрожащими глазами. Внутри, в районе желудка, поднялась горячая волна. Но я не могла выразить свои чувства. Ведь то, как он сейчас себя ведет — это именно то, чего я от него хотела. Чтобы он позволял мне быть там, где я хочу, и делать то, что я хочу. Он даже не капризничает, как ребенок, пытаясь затащить меня с собой на поле боя. А я сама прошу его взять меня… Как я могла сказать ему, что расстроена, если сама этого добивалась?

В конце концов, я подавила жгучие эмоции. Спустя некоторое время я кивнула.

— Хорошо, иди. Но ты должен вернуться как можно скорее. И не смей пострадать.

— Я вернусь.

Я протянула ему свой мизинец.

— Обещай мне.

Люциан лучезарно улыбнулся, зацепился своим мизинцем за мой, а затем поцеловал его. Прижавшись губами к моему пальцу, Люциан проговорил:

— Дай мне награду, когда я вернусь, Ниа. Награду, такую же огромную, как расстояние между нами.

* * *

Люциан ушел с имперской армией. Долгий союз был разорван, разразилась война, но в столице царило удивительное спокойствие. Всё потому, что на передовую отправился Кардиен, непобедимый рыцарь. Люди ничуть не тревожились из-за войны. Они испытывали лишь ожидания и предвкушение нашей победы.

Я тоже жила своей обычной жизнью. По утрам открывала салон и приветствовала клиентов.

— Леди Перния, вам, должно быть, нелегко, ведь лорд Кардиен так далеко, не так ли?

— Я в порядке.

— Разве может женщина, только что проводившая любимого мужчину на поле боя, быть в порядке?

Другие мои клиентки говорили мне:

— Верно, мы будем чаще заходить поболтать с леди Пернией. Разговоры помогут облегчить ваше встревоженное сердце.

Мой отец тоже вернулся из долгой поездки вместе со своей первой любовью, миссис Монсель. Миссис Монсель, сцепив руки с отцовскими, застенчиво улыбнулась:

— Недавно я переехала в столицу вместе с Джорди. Надеюсь, мы поладим.

Она посмотрела на меня, слегка опустив брови.

— Я слышала, что ваш жених недавно ушел на войну. Полагаю, вы спали не так хорошо, как я ожидала. У вас темные круги под глазами.

— Ах…

— Ожидание может быть очень тяжелым. Но вы должны хорошо питаться и высыпаться. Только так вы сможете встретить его с улыбкой, когда он вернется.

Она протянула мне подарок.

— Это лавандовый чай, который я привезла из родных мест. Он поможет вам уснуть.

Хотя мы только познакомились, она мне понравилась. Она была нежной и теплой. Неудивительно, что отец не мог забыть ее все эти годы. Было отрадно думать, что в будущем она будет рядом с ним.

Я сказала Энн, которая принесла чай и угощения от миссис Монсель:

— Энн, раз отец вернулся, иди в отпуск. Ты слишком долго работала без передышки.

Энн покачала головой:

— Я пойду в отпуск, когда лорд Кардиен благополучно вернется. До тех пор я вас не оставлю.

Я усмехнулась, услышав слова Энн, полные преданности. …У меня рядом много замечательных людей. Все они беспокоятся обо мне и утешают. Всё, что мне остается — это ждать, окруженной их заботой. Всего месяц. До его возвращения.

—

Поздно ночью я вышла на террасу, ведущую наружу. Мне было неловко перед миссис Монсель, но я никак не могла уснуть. Под черным ночным небом я достала из-за пазухи листок бумаги. Это было письмо от Люциана, пришедшее несколько дней назад. Письма других солдат не доставлялись из-за напряженной ситуации на фронте, но император оказал Люциану огромную услугу, позволив вложить письмо для меня в его отчет.

Письмо было написано простыми словами:

Это было невероятно утешительное и милое письмо, несмотря на то, что пришло с поля боя. Но я не чувствовала радости.

«Почему я такая?»

Он никогда не получает ранений. Так что нет нужды беспокоиться о травмах. Нет нужды беспокоиться и о том, что он потеряет контроль. Он прекрасно справлялся и без меня.

«Но почему у меня так тяжело на сердце?!»

Может, я просто тоскую по нему? Если так, то я рада.

Я прижала письмо Люциана к груди с подавленным лицом. И тут…

— Перния!

Голос, донесшийся издалека, заставил меня широко раскрыть глаза. Голос, довольно высокий и раздражающий для мужчины.

— Женщина, стоящая на террасе с распущенными волосами и похожая на призрака, должно быть, Перния.

Эта фраза перехватила мне горло и вернула в реальность. Я посмотрела вниз, гадая, кому принадлежит этот голос. Нищий, стоящий за стеной и машущий рукой, определенно был Кун. Встретившись со мной взглядом, Кун улыбнулся и крикнул:

— Открывай дверь!

* * *

Я сидела лицом к лицу с Куном. На столе стояли разнообразные роскошные яства: хлеб, мясо, фрукты и печенье. Кун жадно запихивал еду в рот.

Глядя на Куна, который откусил кусок мяса, капающего соусом, и запихнул в рот несколько ломтей хлеба, я произнесла:

— Ты растерял остатки человеческого достоинства с нашей последней встречи?

— Заткнись. Я неделями голодал в горах, разыскивая новые травы. Разве ты не должна вести себя как благородная леди и накормить голодного?

Что ж, его грубая манера общения не изменилась. Я нахмурилась:

— Тогда почему ты не спустился с гор, чтобы поесть? Тебе не пришлось бы приходить в чужой дом посреди ночи, чтобы набить желудок.

— Я думал об этом. Но у меня не было выбора, пришлось добираться сюда как можно скорее.

— Почему?

— Чтобы встретиться с Кардиеном. Кстати, где Кардиен? Я думал, он будет рядом с тобой, как ручная собачка, но я его нигде не вижу.

Кун жевал мясо и задавал вопросы. У него было невинное лицо человека, который ничего не знает. Он только что прибыл в столицу, так что, думаю, он не слышал о ситуации.

— Люциана сейчас нет в столице.

— …Что?

— Он ушел на войну несколько дней назад.

Глухой стук. Кусок мяса, который держал Кун, упал на пол. Глаза Куна расширились, словно он не ожидал такого поворота.

— Что ты имеешь в виду?

Кун, похоже, был оторван от последних новостей, так как долгое время провел в горах. Я объяснила ему, что произошло. Союз между Империей и Королевством Аксион был разорван, и Люциан стал командующим войсками. Я думала, Кун обрадуется. Ведь он был таким фанатиком войны, что его глаза всегда загорались, стоило заговорить о сражениях.

Однако, когда я рассказала ему новости, на лице Куна появилось странное выражение. Он произнес с окаменевшим лицом:

— Значит, Кардиен ушел один?

— Я знаю, о чем ты думаешь. Но нам больше не нужно беспокоиться о Люциане. Ему стало лучше после того, как ты ушел. Даже на войне он не потеряет контроль и не начнет убивать всех подряд.

……Возможно.

Но вместо того, чтобы успокоиться от моих слов, Кун раздраженно воскликнул:

— Это только в том случае, если у него еще осталось лекарство!

— ……

Лекарство?

Я широко открыла глаза. Кун пробормотал, ероша волосы:

— Я уверен, что он уже принял почти всё лекарство, которое я приготовил…

Кун бормотал себе под нос, нервно грызя ногти.

— Он нашел другое лекарство? Был ли в Империи врач, способный изготовить такой препарат? — спросил Кун посреди своих раздумий.

— Погоди, Кун. О чем ты говоришь?

— Что?

— Что значит «лекарство»?

Кун встретился со мной взглядом. Мое сердце заколотилось. Я знаю это чувство. Это была инстинктивная реакция, возникающая всякий раз, когда я должна услышать плохие новости.

Спустя мгновение Кун сказал:

— Я приготовил для Кардиена лекарство. Это успокоительное для солдат, которые сходят с ума от чрезмерного возбуждения на поле боя… Для Кардиена я сделал его гораздо более мощным.

— …!

Мое сердце ушло в пятки. Кун нахмурился:

— …Я думал, ты бы заметила, даже если бы Кардиен пытался сохранить это в тайне. Ты не знала?

Том 2 Глава 104

Я и понятия не имела.

Я спросила дрожащим голосом:

— …Лекарство помогает Люциану сдерживать эмоции?

— Оно очень эффективно. Его состояние улучшилось сразу после того, как он начал его принимать. Ты ведь тоже видела его в тот день.

Я прикусила губу.

Я вспомнила «тот самый день», о котором говорил Кун.

В то время Люциан тренировался, чтобы не ревновать, когда видел меня с кем-то другим.

Однако Люциан не смог сдержать эмоции и взорвался гневом, как только увидел, что Кун смотрит мне в глаза.

Я думала, что предъявила Люциану неразумное требование.

Но за одну ночь Люциан пришел в норму.

Люциан посмотрел на лицо Куна и не почувствовал никакой жажды убийства.

Я спросила его с ожиданием в голосе:

«Может быть, вы вдвоем проводили специальные тренировки без моего ведома?»

«…Что-то вроде того».

Я была счастлива услышать, что именно поэтому он вел себя так хорошо.

Но это была ложь.

Никаких специальных тренировок не было.

Он лишь принимал лекарство, которое сделал для него Кун.

Мои кончики пальцев задрожали.

Я просто… я думала, что он поправляется благодаря моей любви.

Я наивно верила в это.

Я даже не задумывалась о том, чтобы усомниться в состоянии Люциана, которое так резко улучшилось.

Опьяненная своей любовью к нему.

Не зная о выборе, который он сделал.

Я едва могла совладать с дрожью в ногах.

«Возьми себя в руки. Сейчас не время для слез».

Слезы не важны.

Я посмотрела на Куна.

Кун смотрел на меня, и в его глазах искрились эмоции — взгляд, который я меньше всего любила.

Взгляд, который говорил, что он ожидает чего-то забавного.

Но сейчас не время беспокоиться о таких пустяках.

— Что будет, если Люциан не примет лекарство?

— Он вернется к тому, кем был. Безумец, который убивает людей, как насекомых, и одержим лишь желанием обладать тобой.

Кун вздохнул и добавил:

— Вот почему я проделал весь этот путь, чтобы дать ему еще лекарства. Но, похоже, я опоздал.

Я сказала Куну, который постукивал пальцами, скрестив руки на груди:

— Опоздал? Я могу догнать его и передать лекарство.

— …Что?

— Дай мне лекарство. Я сама передам его Люциану.

Кун посмотрел на меня в недоумении. Он провел рукой по волосам и произнес:

— Ты собираешься отправиться на поле боя, чтобы доставить лекарство? Туда, где летают стрелы и лежат горы трупов?

— Да.

— Ты хочешь умереть?

— Нет. Я поговорю с Его Величеством и возьму с собой охрану. Я попрошу проводника, который знаком с обстановкой на поле боя.

Император был знаком с взрывной силой Люциана лучше, чем кто-либо другой. Поэтому, если он узнает об этом, то наверняка поможет мне без промедления.

Кун сказал с серьезным лицом:

— Тогда мы можем попросить их доставить его за тебя. Тебе не обязательно ехать.

— Это лекарство Люциана. Я должна сделать это сама.

Это важное лекарство для него. Я не хотела оставлять его в чужих руках.

Прежде всего, я хотела увидеть Люциана лично и передать ему лекарство.

Я хотела поговорить с ним, ведь он скрывал это от меня.

Кун, поняв, чем вызвана моя решимость, прикрыл лоб рукой:

— Вы с Кардиеном оба не в своем уме.

Кун вздохнул и добавил:

— Тогда я поеду с тобой.

Мои глаза расширились от неожиданного заявления. Кун пояснил:

— Если лекарство повредится в дороге, мне придется делать его снова. К тому же, я привык к полю боя, так что мое присутствие будет полезно во многих отношениях. Более того…

Кун встретился со мной взглядом и усмехнулся:

— Думаю, будет очень весело. Может, это и хлопотно, но мне кажется, что я смогу увидеть зрелище, которое больше никогда не увижу.

Да, он был именно таким человеком.

Если есть что-то интересное, он обязан это увидеть.

Я нахмурилась:

— Однажды ты пожалеешь об этом. Какое бы зрелище ты ни имел в виду, оно того не стоит.

— Не волнуйся. Я очень выносливый.

Кун продолжил с отвратительно самоуверенным видом:

— Благодаря мне у тебя теперь есть надежный спутник.

Я не могла этого отрицать.

* * *

В третий раз отец пытался не пустить дочь из дома.

Отец воскликнул:

— Есть так много прекрасных мест! Есть тихий лес, сверкающий пляж, так почему ты постоянно пытаешься отправиться в это ужасное место? Ты не можешь ехать!

Именно миссис Монсель остановила отца, который держал меня за руку. Она оттащила его в сторону и сказала:

— Хватит, Джорда. Не заставляй Пернию сидеть здесь и ждать.

— Но… но…!

Отец был в слезах.

Миссис Монсель произнесла с невозмутимым лицом:

— Мне тоже приходилось ждать долгое время. Поэтому я знаю, как тяжело и больно ждать.

— …

— На самом деле, я тоже хотела уехать, чтобы найти мужчину, которого люблю, как и она.

Отец уставился на миссис Монсель, когда она произнесла эти слова.

Через некоторое время отец разжал руку. Он крепко обнял меня, и в его глазах дрожали слезы.

— Береги себя.

— Я буду.

Отец пробормотал:

— Когда Кардиен вернется, я прикую его к особняку, чтобы он никуда не мог уйти. Тогда моя дочь больше не будет в опасности из-за него.

Я кивнула в ответ на внезапную одержимость отца своим зятем.

— Согласна!

Последовал пугающий разговор между отцом и дочерью, о котором Люциан на поле боя никогда не узнает.

Дорога была недостаточно ровной для кареты, поэтому мы с Куном ехали на разных лошадях. Рыцари, назначенные императором, окружили нас, чтобы защитить.

Это были превосходные рыцари, подчиняющиеся непосредственно императору.

Уилл, предводитель рыцарей, сказал:

— Для нас честь служить тем, кого обожает Его Величество. Я доставлю вас в целости и сохранности к месту назначения.

Я решительно кивнула Уиллу и рыцарям.

Через некоторое время я отправилась в путь вместе с ними.

На кровавое поле боя.

К моему Люциану.

* * *

Окраины столицы Аксиона были заняты имперскими войсками.

Имперские флаги развевались на ветру. Лица солдат имперской армии, отдыхавших в палатках, были полны изумления.

Солдаты говорили с горящими глазами:

— Сэр Кардиен сегодня был просто невероятен!

— Верно, он в одиночку ворвался в гущу врагов и снес им головы одним ударом.

— Враг был очень известным рыцарем, но он не шел ни в какое сравнение с сэром Кардиеном.

В их глазах читалось огромное уважение к Люциану. Некоторые выглядели восторженными, словно увидели Бога.

Это было понятно.

Благодаря Люциану имперская армия захватывала Аксион с невероятной скоростью.

Армия Аксиона была занята бегством, даже не вступая в настоящий бой. Благодаря этому имперская армия смогла достичь столицы Аксиона всего через две недели после выступления.

Солдаты продолжали с возбужденным видом:

— Как думаешь, мы сможем захватить королевство в течение месяца?

— …Многие рыцари тоже так думают.

Помощник Люциана, Пол, закончил говорить и посмотрел вперед.

Перед ним сидел Люциан с невозмутимым лицом. Голос Люциана прозвучал в тихих казармах, в отличие от атмосферы снаружи, где царило странное возбуждение.

— Они ошибаются.

Правда? Как бы успешны мы ни были, невозможно оккупировать королевство всего за месяц.

Подумал Пол, но Люциан сказал нечто совершенно иное.

— Месяц — это слишком долго. На следующей неделе название Аксиона исчезнет с карт.

— …

Пол сглотнул и посмотрел на Люциана.

Пол служил Люциану с тех пор, как тот впервые возглавил армию. В этом году пошел пятый год.

Пол всегда был рядом с Люцианом на поле боя. Поэтому он знал о Люциане больше, чем кто-либо другой.

Люциан был великим рыцарем во всех отношениях.

Харизма, необходимая для управления армией. Искусное владение мечом. Бесконечная выносливость. Ему не было равных.

Поэтому достичь таких чудесных результатов было не невозможно.

Но Пол не мог отделаться от чувства дежавю, которого никогда раньше не испытывал.

Пол, сам того не осознавая, высказал свое любопытство:

— Лорд Люциан, вы, часом, не практикуете милосердие?

— …А?

— У меня возникло такое чувство, когда я наблюдал за вашим боем. Вы определенно могли бы выигрывать эти сражения легче, но, кажется, тянете время. Как будто стараетесь не показывать свою истинную силу…

Пол, который болтал без умолку, увидел, что Люциан молча смотрит на него, ахнул и прикрыл рот рукой.

Пол воскликнул, заложив руки за спину:

— Я совершил ошибку. Пожалуйста, накажите меня.

— …

Люциан смотрел на Пола безэмоциональными глазами. Пол перестал дышать, как только встретился с его красными глазами.

Несколько мгновений спустя Люциан произнес:

— Неважно. Просто подготовь ванну.

— Есть!

Пол поспешно выбежал из казармы, словно спасаясь из логова тигра.

—

Казармы были наполнены горячим паром.

Люциан был обнажен и погружен в простую ванну.

Несмотря на свою должность главнокомандующего, Люциан делал все вместе с солдатами, за исключением купания.

Он никогда не мылся с другими, потому что не хотел показывать свое тело, на котором не было боевых шрамов или царапин.

Для опытного рыцаря такое тело было не поводом для гордости, а странностью. Оно делало его чужаком.

Поэтому Люциан всегда мылся в одиночестве.

Люциан посмотрел вниз и пробормотал:

— Тепло.

Пол всегда был предан Люциану, помогая ему во всем.

Хотя на поле боя нелегко вскипятить столько воды, он всегда наполнял ванну теплой водой.

Он всегда кипятил ее, даже когда Люциан настаивал, что ему это не нужно.

«Пол раньше был очень упрямым и всегда настаивал на теплой ванне».

Пол перестал быть таким упрямым после того, как Люциан изменился.

Пол видел, как Люциан изменился, вместе с некоторыми рыцарями, которые ходили с ним в поле.

Император замял то, что произошло.

Люциан был проклят дьяволом лишь на время, а теперь вернулся к своему прежнему состоянию.

Рыцари поверили его словам.

Что ж, Люциан не сильно изменился.

Хотя он стал холоднее к ним, чем раньше, Люциан по-прежнему был милосерден к рыцарям и сражался храбрее всех на поле боя.

Поэтому рыцари забыли свой страх перед Люцианом и ликовали.

Но с Полом все было иначе.

После возвращения Люциана Пол, который снова стал помогать ему, оставался верен.

Но, в отличие от прежних времен, он никогда не переходил черту.

Люциан сухо улыбнулся:

— Он инстинктивно чувствует, что я стал монстром.

К счастью или к несчастью, Пол никогда не увидит, как Люциан становится настоящим монстром.

Пока у него есть лекарство.

Том 2 Глава 105

Люциан смотрел на стеклянный флакон с розовым зельем в своей руке.

Это было успокоительное, приготовленное для него Куном.

Кун, безусловно, был компетентным врачом.

Лекарство оказалось на удивление эффективным.

Люциан больше не терял контроль, как прежде.

Он мог выносить разлуку с Пернией и больше не стремился держать её в поле зрения каждую секунду.

Он больше не кромсал людей на куски в приступах неконтролируемого гнева.

К счастью, побочные эффекты, о которых предупреждал Кун, его миновали.

Так что Люциан мог оставаться «нормальным» рядом с Пернией.

— ……но что будет, когда оно закончится?

Запасы лекарства подходили к концу. Максимум — дней на десять.

Поэтому Люциан хотел закончить войну как можно скорее.

Если бы Люциан действительно пустил в ход свою силу, он мог бы уничтожить Королевство Аксион за три дня.

«Но если я это сделаю, то окажусь в ловушке, и меня назовут монстром».

Этого нельзя допустить.

Ведь Перния будет грустить.

Люциан опустил взгляд.

«Я должен закончить войну так, чтобы это устроило всех».

Поэтому он намеренно затягивал битвы. Через неделю война закончится. После этого он немедленно найдёт Куна, получит новую порцию лекарства и вернётся к Пернии.

План был идеален. И всё же он тревожился.

Из-за недоверия к самому себе.

Люциан не пропустил ни дня с тех пор, как начал принимать лекарство. Поэтому он не знал, что с ним будет, когда приём прекратится.

Одно было ясно: он станет другим.

Больше всего пугало возвращение инстинктов, подавленных лекарством.

Его сильное желание обладать ею.

«Я хочу заключить её в свои объятия».

«Я хочу, чтобы она принадлежала только мне».

«Я хочу убить всё, что ей дорого».

Пока он принимал лекарство, всё было в порядке.

Он мог сдерживать это желание.

Его серебристые ресницы, на которых застыли капли воды, дрогнули.

«Но когда лекарство закончится…»

Эстель, маркиз Лайлак, Каликс, Энн. Гора трупов тех, кто ей дорог. А Люциан в это время, охваченный эйфорией, прижимал её к себе.

К счастью, пока что это была лишь тревожная фантазия.

Люциан съёжился, на его лице отразилась тревога.

— Этого никогда не случится. Я взял «ту вещь» на всякий случай. Так что всё будет хорошо.

Успокоив себя, Люциан откинулся на край ванны и закрыл глаза.

Его сердце колотилось не от страха перед самим собой.

А из-за неё.

Он боялся, что она возненавидит его.

Боялся причинить ей боль.

Спустя некоторое время Люциан вытянул руки над ванной. Его мускулистые руки, до этого скрытые в горячей воде, обнажились, и с них стекали капли.

Люциан обхватил себя руками, сжимая пустоту.

Словно обнимал её.

В тишине раздался низкий голос:

— Я скучаю по тебе, Ниа.

* * *

В отличие от имперской армии, чей боевой дух был на высоте из-за череды побед, у Аксиона дела шли плохо.

Имперские войска вошли в столицу. Теперь оставался только королевский замок.

Стоит им захватить замок, и Королевство Аксион падёт.

Король Аксион, вытаращив глаза, словно тигр, кричал на своих подданных:

— Соберите больше солдат! Увеличьте численность войск, как только сможете, и не дайте им войти в замок!

— Это всё, что мы можем сделать, Ваше Величество. Многие солдаты, сражавшиеся с имперской армией, были убиты или взяты в плен. У нас почти никого не осталось.

Всего за несколько дней численность солдат Аксиона сократилась вдвое.

Это было невероятно.

— Никчёмные ублюдки.

Король Аксион скрипнул зубами и спросил, сверкая яростными глазами:

— А что с нашими союзниками? Почему никто из них не пришёл нам на помощь?

Слуга снова склонил голову.

— Все страны на стороне империи, Ваше Величество.

Конечно, так оно и было.

Каждый раз, встречаясь с представителями других государств, они хихикали и поливали империю грязью, но на этом их единство заканчивалось.

Когда доходило до дела, они без колебаний вставали на сторону империи.

Услышав новости о мощи имперской армии, они с гордостью делали это, не испытывая ни капли сожаления.

Лицо короля исказилось.

Его предали.

Король Аксион закричал, забыв о своём достоинстве:

— Будь они прокляты! Будь они все прокляты!

Он ударил тростью раба, склонившегося рядом. Раб стерпел насилие хозяина, не издав ни звука.

Король Аксион размахивал тростью и размышлял.

Он был единственным сыном предыдущего короля. С самого рождения к нему относились как к божеству.

Все кланялись ему и боялись вызвать его недовольство. Никто не смел сделать ничего, что могло бы хоть немного расстроить его.

Так он и прожил всю свою жизнь на этой вершине власти.

Поэтому он не считал, что его королевство чем-то отличается от империи.

Проиграть эту войну впустую…

«Нет, я проигрываю. Этого не может быть».

Король Аксион покачал головой.

Он просто не мог смириться с поражением. Он не хотел так проигрывать.

Раб, которого он жестоко избил, в конце концов потерял сознание и упал.

Рабы, наблюдавшие со стороны, потащили бесчувственное тело прочь, опасливо поглядывая на короля Аксиона.

— Х-ха…

Король Аксион смотрел на них, тяжело дыша.

Вместо того чтобы снова сорваться на рабе, король Аксион отвернулся.

Там сидел человек с томным выражением лица.

Это был Гриффон, мужчина с длинными серебристыми волосами и красными глазами.

— Гриффон, поговори со мной. Ты всегда говоришь то, что я хочу слышать.

— ……

Гриффон медленно поднял голову и посмотрел на короля Аксиона.

В тот момент, когда их взгляды встретились, король Аксион невольно сглотнул.

Это были красные глаза, от которых всегда исходила странная аура.

Что ещё больше соответствовало его пугающе прекрасной внешности.

Гриффон был сведущ во многих областях. Словно старый учёный, посвятивший жизнь науке.

Поэтому король Аксион держал его при себе. Даже даровав чужеземцу титул барона, он продолжал оказывать ему исключительное расположение.

Гриффон произнёс спокойным голосом:

— Нет никакого способа изменить текущую ситуацию. Империя и Аксион слишком неравны по своей военной мощи.

— Я знаю это!

Хотя это и злило его, король Аксион признавал это. Фразу «Аксион доблестнее и сильнее» можно было произносить только до начала этой войны.

«О, какой же он дурак».

Гриффон продолжил, внутренне усмехаясь:

— Есть только один очень эффективный способ переломить ситуацию.

— Какой?

— Сдаться.

— ……!

— Аксион и империя были союзниками ещё месяц назад. Этот союз существовал сотни лет, с самого основания нашей страны, и имел огромное значение. Если вы сдадитесь, сделав акцент на этом факте, у империи не будет иного выбора, кроме как принять капитуляцию.

Для империи было бы слишком жестоко полностью уничтожить Королевство Аксион.

Вместо того чтобы потерять союзника, они получили бы колонию с обширными территориями и ресурсами.

Если бы король Аксион сдался, ссылаясь на былые времена, империя не смогла бы отказать.

Из-за чувства вины за уничтожение бывшего ценного союзника и под пристальными взглядами других стран.

В конце концов, они тоже люди.

И…

— Зачем мне было начинать с ними войну, если в конце я должен сдаться?! Я никогда не встану перед ними на колени. Аксион не сдастся!

Гриффон хихикнул, глядя на короля Аксиона, который говорил с таким жаром.

«Это тоже очень по-человечески».

Тонуть в глупом эгоизме и вести себя к гибели.

Король Аксион сказал, обхватив голову руками:

— Есть ли другой способ?

Гриффон ответил с задумчивым взглядом:

— Ну, единственный другой способ — это… соблазнить вражеского командующего?

Всё из-за этого командующего, Кардиена, война была такой односторонней.

Переманите его на сторону Аксиона, и ход войны наверняка изменится.

«Конечно, он никогда не перейдёт на сторону врага, который стремительно разваливается».

Гриффон усмехнулся, находя свои слова забавными.

Однако король Аксион понял всё иначе.

Выпученные глаза короля Аксиона заблестели. Он закричал:

— Позовите Лару! Немедленно!

* * *

Принцесса Лара нахмурилась.

— Соблазнить Кардиена, чтобы он перешёл на нашу сторону?

— Да.

Будь принцесса Лара собой, она оправдала бы ожидания отца, уверенно ответив «Да!».

Но принцесса Лара ответила с унылым видом:

— Но, отец, Кардиен уже отверг Лару.

— Я знаю, но теперь всё иначе.

— Чем же?

— Я слышал, что Кардиен жил у своей невесты, когда был в столице, и что он бабник. Такой распутный мужчина отправился на войну, и прошло уже несколько недель! Он наверняка изголодался по ласке.

— ……!

— Если ты появишься перед ним, я уверен, он падёт к твоим ногам.

Лицо принцессы Лары просияло, когда она услышала эти слова.

— Ты правда так думаешь?

— Ну конечно! Ты самая красивая женщина в Аксионе... нет, на всём континенте! И к тому же очень милая. Ни один мужчина не устоит перед тобой!

Принцесса Лара посмотрела на короля с волнением в глазах.

Вскоре принцесса кивнула.

— Да, отец. Я попробую. В этот раз я сделаю Кардиена своим рабом.

— Хорошо. Я верю в тебя, Лара.

Отец и его дочь, так похожая на него, взялись за руки, их глаза сияли.

Эта сцена выглядела трогательно, вопреки ужасному положению, в котором оказалось их королевство.

Гриффон разразился смехом.

Том 2 Глава 106

— Ха-ха-ха!

Король и принцесса уставились на него во все глаза. Гриффон усмехнулся про себя. Король, желающий отправить дочь к вражескому командиру, и принцесса, мечтающая поработить того же командира — оба они безумны. Он почувствовал это еще по прибытии в королевство, но теперь убедился: отец и дочь действительно сумасшедшие.

Наблюдать за ними было забавно, поэтому он задержался в их королевстве на некоторое время.

«Пожалуй, пора уходить».

Жизни глупых короля и принцессы подходили к концу. И все же ему было жаль уходить. Гриффон произнес:

— Я буду сопровождать принцессу Лару.

Он предложил это вовсе не ради принцессы Лары. Ему просто хотелось увидеть последние мгновения женщины, которая его развлекала. Король и принцесса обрадовались, даже не подозревая, что у него на уме. Принцесса Лара улыбнулась и обняла Гриффона, словно восторженный ребенок.

— Правда? Я так рада, что Гриффон едет со мной!

— Как и ожидалось, ты на стороне Аксиона. После войны я дам тебе должность получше.

Гриффон осклабился. «Этого обещания ты не сдержишь. Королевство Аксион скоро будет уничтожено». Он промолчал, из вежливости к этой парочке.

Спустя три дня после отъезда из столицы. Мы ехали почти без остановок. Физически крепкие рыцари держались молодцом, но Кун и я — нет. Худые, бледные лица. Сухие губы. Запавшие глаза. За несколько дней мы превратились в ходячих мертвецов.

Кун проговорил, бледный как полотно:

— Давайте сделаем привал. Я умру от истощения раньше, чем мы доберемся до Кардиена.

Но вместо того чтобы согласиться с Куном, я достала кое-что из сумки. Это был кусочек Дикого дерева, высушенный и нарезанный на мелкие части. Я прожевала несколько кусочков, а остальное протянула Куну. Кун в ужасе вскрикнул:

— Нет! Ненавижу горькие лекарства!

Но я подмигнула рыцарям. Те кивнули и схватили Куна за руки. Куну не удалось вырваться из хватки мускулистых рыцарей. Благодаря этому я легко запихнула траву ему в рот. Глаза Куна расширились, и он выругался, словно проглотил яд:

— Злая женщина!

Впрочем, эффект от травы был мгновенным. Вскоре к лицу Куна вернулся цвет. Оценив его состояние, я скомандовала:

— Продолжаем движение.

— Есть.

Рыцари кивнули. Кун сопротивлялся, но рыцари силой усадили его на лошадь. Ему не оставалось ничего, кроме как покорно следовать за ними. Я тоже тронулась в путь. В тот же миг рыцари естественным образом окружили меня. Чтобы защитить.

Рыцари, лично назначенные императором, не только охраняли меня, но и беспрекословно выполняли мои приказы. Уилл, командир отряда, сказал:

— Таков приказ Его Величества. Он велел нам следовать указаниям Пернии Лайлак без лишних вопросов.

Затем он добавил:

— Еще он сказал, что если что-то пойдет не так или Перния Лайлак почувствует хоть малейший дискомфорт, нас ждет национальный кризис.

……Зачем он это сказал? Как неловко. Но благодаря этому я смогла мчаться прямо к Люциану в сопровождении лучших телохранителей. Путь оказался не таким опасным, как я думала: рыцари постоянно оценивали обстановку и выбирали самые безопасные маршруты.

Но порой мне все же приходилось сталкиваться с ужасами войны. Я поморщилась от зловония, доносившегося издалека. Кун, ехавший рядом, принюхался и произнес:

— Запах гниющих трупов.

— ……!

— Должно быть, их там немало, раз так сильно воняет.

Эти слова заставили рыцарей напрячься. Уилл подъехал ближе и сказал:

— Мисс Перния. Недавно в этом лесу была крупная битва. Тела после сражения не были должным образом захоронены.

— Ах…

— Может, поедем другой дорогой?

— ……

По лицу Уилла я видела, что он беспокоится обо мне. Я понимала, о чем он переживает. Если мы продолжим путь, я непременно увижу ужасающее зрелище. Ужасы войны, которые слишком тяжелы для благородной леди. Тем не менее, я покачала головой:

— Нет, продолжим путь здесь. Это кратчайший путь к Люциану. Я не могу сдаться.

На лице Уилла все еще читалась тревога, но он снова послушно выполнил мою волю:

— Хорошо. Если станет слишком тяжело, не стесняйтесь сказать.

Кун подъехал ближе и протянул мне что-то. Это был кусок ткани с мятным ароматом:

— Закройте этим нос и рот. Мята перебьет запах гнили… но с глазами, боюсь, ничего не поделать.

— Спасибо.

Я взяла ткань у Куна и обмотала ею лицо. Как он и обещал, стоило мне прикрыть лицо, как нос заполнил запах мяты. Это было куда лучше, чем ничего. Подал голос Уилл:

— Тогда поехали.

Я кивнула и крепче сжала поводья. Вскоре мы добрались до тел. Их были сотни. Все они были в ужасном состоянии. Человек, разорванный мечом на куски. Тело, пронзенное копьем. Труп без головы. От кровавого зрелища меня затошнило:

— У-у-гх.

Я сдержала рвотный позыв. У меня не было времени останавливаться, чтобы вырвать. Уилл посмотрел на меня и сказал:

— Не стоит здесь задерживаться. Держитесь. Мы будем скакать без остановок.

Я кивнула:

— Но!

Услышав топот его лошади, я прибавила ходу. Я поспешила следом. Прорываясь вперед, я чувствовала, как копыта моей лошади ступают по трупам. Тела, разбросанные по полю, было невозможно объехать. Каждый раз, когда я чувствовала, как лошадь топчет чье-то тело, по коже бежали мурашки. Я до сих пор помню то ощущение, когда копыто раздавило чей-то череп.

Сколько мы так скакали? Впереди показалось зеленое поле, где не было и следа военных ужасов. Шелест травы принес успокоение. Адское зрелище осталось позади. Только тогда мы остановили лошадей:

— Ха-а, ха-а.

Я сняла ткань с лица и глубоко вдохнула, сидя на лошади. Впервые я осознала, каким освежающим может быть ветер, не имеющий запаха. Уилл сказал:

— Отличная работа. Давайте здесь передохнем.

Мы отдыхали всего три раза в день. Дважды — чтобы поесть, один раз — чтобы поспать. Пришло время обеда. Рыцари засуетились. Они привыкли готовить еду в полевых условиях. Только мы с Куном неспешно уселись на землю.

Поначалу мне было неловко отдыхать, пока они работают, но слова Куна изменили мое мнение:

— Даже не думай переживать из-за того, что мы им не помогаем. Лучше нам в такие моменты отдыхать и восстанавливать силы. Даже так я никогда не смогу угнаться за этими здоровяками.

Сидя на земле рядом со мной, Кун обхватил колени руками, подпер подбородок ладонью и произнес:

— Ты была… удивительна.

Я прищурилась, гадая, с чего это он решил меня похвалить:

— Что?

— Пройти через гору трупов совсем не просто, сколько бы решимости у тебя ни было. Я думал, ты заставишь нас остановиться и повернуть назад еще на полпути.

— ……

— У тебя, должно быть, желудок крепче, чем я думал. Или ты просто бесстрашна?

Я не знала, сарказм это или искренняя похвала. Но я не могла отреагировать, как обычно. Потому что мне было нехорошо. Мои руки дрожали. Меня тошнило, хотелось вырвать. Но я старалась этого не показывать.

Потому что человек, устроивший такое жестокое зрелище… не кто иной, как Люциан. В голове всплыла недавняя битва. Люциан рубил головы солдатам и пронзал их тела. Трупы громоздились горами у его ног. Алая кровь на его блестящих серебристых волосах и на бледном лице. Красная, как его глаза. И все же в его глазах не было ни капли вины. Он был жестоким убийцей, дьяволом с подавляющей силой.

И все же… И все же я…

Я хотела обнять его, всего в чужой крови. Я хотела прошептать ему на ушко: «Я скучала». Я больше не раздумывала об этом, как раньше. Я знала наверняка. Я люблю его. Настолько, что мне плевать, как он выглядит. Будь он дьяволом или монстром.

Кун молча посмотрел на меня и сказал:

— Чем больше я на тебя смотрю, тем больше убеждаюсь.

— В чем?

— В том, что ты тоже сойдешь с ума, как Кардиен.

Я не стала отрицать это утверждение. Кун усмехнулся, рассмеялся и достал из сумки пузырек с лекарством. Розовая смесь была успокоительным, приготовленным для Люциана:

— Вообще-то я не хотел тебе говорить. Но думаю, скажу — в качестве похвалы за твой тяжелый труд.

— …Что?

— У этого лекарства есть еще один секрет.

Я склонила голову, гадая, о чем он. Я уже знала назначение лекарства. Но есть еще секрет? Я нахмурилась:

— Оно безумно дорогое?

Учитывая, что это Кун, он вполне мог обобрать невинного Люциана. Кун улыбнулся, глядя на мое мрачное выражение лица:

— Не могу отрицать. Но секрет, который я собираюсь открыть, в другом.

Его расплывчатые слова заставили меня почувствовать еще больший дискомфорт. «Сколько же он с него содрал за лекарство?» Если он назовет возмутительную цену, я просто заберу лекарство и надеру ему задницу. Но слова, слетевшие с губ Куна, заставили меня забыть обо всех посторонних мыслях:

— У каждого препарата есть побочный эффект. Это лекарство — не исключение.

Том 2 Глава 107

Кун взмахнул пузырьком в воздухе.

— Поскольку это сильнодействующий препарат, влияющий на нервную систему, побочные эффекты могут быть куда опаснее. Сильные лекарства способны повредить внутренние органы или ударить по мозгу, вызвав психические расстройства.

— ………

— Вот почему я пошёл за тобой. Я не знаю точно, какие именно побочные эффекты проявляются у Кардиена.

Кончики моих пальцев похолодели.

Я не могла даже моргнуть.

Я не могла дышать.

Я этого не предвидела.

Я была настолько удивлена тем, что Люциан принял лекарство, что не заглянула так далеко вперёд.

Я спросила дрожащим голосом:

— …Люциан знает?

Надеюсь, нет.

Я очень надеюсь, что нет.

Но я знала ответ.

Кун кивнул.

Как только я получила ответ Куна, я прикусила губу.

Все его действия всегда были ради меня. Всё, что он делал, — чтобы стать тем Люцианом, которого я хотела видеть.

В этот раз было так же.

Но я совсем не чувствовала радости.

Напротив, казалось, что мир рушится.

* * *

Тот же день. Имперские казармы.

Люциан сидел с бесстрастным лицом. Перед ним стояли неожиданные гости, чьи истинные эмоции были скрыты.

Принцесса Лара и её прекрасные рабы были одеты так изысканно, что трудно было поверить, будто это поле боя.

А рядом с ними стоял человек в капюшоне.

Их окружили имперские солдаты с мечами наголо.

Пол, стоявший рядом с Люцианом, доложил:

— Всего прибыло пять человек: принцесса Лара, младшая дочь короля Аксиона, трое рабов и один дворянин. Принцесса Лара утверждает, что их визит не имеет отношения к войне и что они пришли к сэру Люциану по личному делу.

Это было определённо странно.

Принцесса вражеского королевства пришла найти его в разгар войны.

И это не имеет отношения к войне?

Никто не мог понять, что на уме у принцессы.

Люциан посмотрел на принцессу Лару и произнёс:

— С какой целью вы пришли?

Принцесса Лара, встретившись с его холодным алым взглядом, ответила с радостным блеском в глазах:

— Я здесь лишь для того, чтобы признаться вам в своих чувствах.

— ……!

Лица собравшихся имперских солдат окаменели, но лицо Люциана не изменилось ни на йоту.

Опустившись перед Люцианом на колени, принцесса Лара жалобно проговорила:

— Когда я посещала Империю, вы пришли ко мне, наговорили ужасных вещей, растоптали меня, превратили мою жизнь в хаос. Но я не держу на вас зла. Потому что полюбила вас.

— ……

— Я говорю искренне, поэтому пришла без охраны. Я пришла сказать это своему врагу, который может схватить, унизить и убить меня.

Принцесса говорила так, пытаясь вызвать сочувствие и показать, насколько благородна и велика её любовь.

Некоторые имперские солдаты, окружавшие принцессу Лару, ахнули — возможно, её слова подействовали.

Кое-кто даже покраснел, словно девица, читающая любовный роман.

Но для Люциана всё это звучало не более чем лай собаки.

Нет, даже не лай.

Её слова были куда ничтожнее стрекота сверчка.

Люциан сказал с холодным лицом:

— Она сумасшедшая. Заприте её.

* * *

Принцессу Лару заперли в лагерной тюрьме. Впрочем, учитывая её статус принцессы, камера отличалась от тех, где держали остальных пленных.

Принцесса Лара рыдала в помещении, отгороженном железными прутьями.

— Уа-а-а, почему вы так жестоки? Как вы могли так со мной поступить? Кардиен. О, Кардиен.

Рабы поглаживали принцессу. В их глазах читалась жалость к ней.

«Лучше бы ты избила меня, чем так горестно рыдать, моя прекрасная принцесса».

Гриффон, человек в капюшоне, догадался, что именно могли думать рабы.

Его догадка была весьма вероятна.

Потому что они были рабами, чьей единственной целью в жизни было счастье принцессы Лары.

«Их забрали ещё детьми и всю жизнь обращались как с вещами, но я не могу поверить, что они до сих пор служат этим людям с такой искренностью. Аксионы — настоящие идиоты, но они мастера промывки мозгов».

Именно так Гриффон относился к королевской семье Аксиона.

Гриффона совсем не интересовала плачущая принцесса Лара. Потому что было нечто, что интересовало его куда больше.

Это был Кардиен, командующий Имперской армией, которого он видел ранее.

Даже он, долгое время находившийся вдали от империи, знал имя Кардиена.

Лучший рыцарь империи, Кардиен.

Но он впервые видел его вживую.

Красные глаза. Серебристые волосы.

В тот момент, когда он увидел его — того, кто выглядел в точности как он сам, — Гриффон всё понял.

Кто такой Кардиен. Кардиен — не обычный человек.

«Потому что он мой…»

В этот момент за прутьями послышались шаги.

Гриффон рефлекторно повернул голову.

Принцесса Лара, которая рыдала, тоже подняла голову.

Глаза принцессы Лары расширились, как только она увидела его тень внутри лагеря.

Это был Люциан, который снял доспехи и стоял там в удобной одежде.

Опухшие глаза принцессы Лары заблестели. Принцесса Лара сказала с любовью в глазах:

— О, Кардиен. Как я и ожидала, вы не бросили меня. На самом деле вы тоже испытываете ко мне чувства, верно?

Люциан, не говоря ни слова, бросил в неё что-то тяжёлое.

Принцесса Лара приняла это с ликованием, словно получала подарок от возлюбленного.

Но принцесса Лара закричала, увидев, что у неё в руках.

— А-а-а!

Это была мужская голова. Всё лицо принцессы мгновенно побелело.

Принцесса Лара выронила голову на пол, её ноги подкосились.

— Принцесса!

Рабы бросились к ней.

Люциан сказал, входя в камеру:

— Вы ведь знаете его, не так ли? Раз он сумел добраться сюда в одиночку, должно быть, он был одним из самых талантливых людей в Аксионе.

Принцесса Лара не совсем поняла, что он говорит.

Принцесса пролепетала, дрожа:

— Ч-что, чёрт возьми, ты несёшь?

Она притворяется? Или это искренне?

В любом случае, Люциану было всё равно.

Важно было то, что Аксион прислал убийцу. Сразу после того, как появилась их принцесса.

—

Несколько часов назад Люциан лежал на кровати в личной палатке с закрытыми глазами.

Он не спал.

Люциан ни разу не высыпался с тех пор, как отправился на поле боя. Он просто делал небольшой перерыв, чтобы поддерживать себя в хорошей форме.

Через некоторое время острые чувства Люциана внезапно среагировали. Из темноты в сторону Люциана полетело что-то острое.

Люциан стремительно выбросил руку в воздух.

В его руке оказался острый кинжал. Лезвие отливало глубоким фиолетовым цветом.

Это был яд.

Люциан повернул голову туда, откуда прилетел кинжал. Там стоял человек в чёрной маске.

Глаза, сверкавшие сквозь прорези маски, были пугающими, как у рептилии.

Он мог понять, кто этот человек, даже без слов. Это был убийца.

Люциан пробормотал с холодным лицом:

— Значит, вот в чём был их план.

Если бы король Аксиона был в здравом уме, он не отправил бы свою дочь так покорно.

Люциан был уверен, что за этим скрываются какие-то тайные мотивы.

Король Аксион, вероятно, планировал, что Люциан будет кувыркаться в постели с его дочерью как раз в это время.

Потому что не было бы лучшего момента, чтобы убить Люциана.

Война может легко измениться, если отрубить голову врагу.

Но усилия короля казались Люциану смехотворными.

Независимо от обстоятельств, независимо от того, какого убийцу он пришлёт, король никогда не сможет его убить.

Но король Аксион не осознавал этого факта. Убийца перед ним тоже этого не знал.

Убийца, затаивший дыхание, был довольно хорош. Никто другой не смог бы проникнуть внутрь и метнуть кинжал в Люциана, избежав при этом взоров солдат, охранявших вход в палатку.

Но этого было недостаточно, чтобы остановить Люциана.

—

Люциан сказал, глядя на побледневшее лицо принцессы Лары:

— Если бы король Аксион дорожил вами, как гласят слухи, он бы так не поступил. Вопреки тому, что я думал изначально, я не вижу никакой выгоды в том, чтобы оставлять вас в живых.

— Что?

— Поэтому я здесь, чтобы убить вас.

Он произнёс эти слова без тени эмоций, отчего выглядел ещё страшнее.

Принцессу Лару всегда оберегали от жестокости. Сама она с раннего возраста убивала своих рабов, не моргнув глазом.

Но в этот момент она не была вершителем жестокости.

Всё её тело дрожало под ледяным взглядом этого мужчины.

Принцесса Лара вскрикнула, побелев от ужаса:

— Кто-нибудь, остановите его!

Только тогда оцепенение спало с рабов, и они бросились защищать её.

Их преданность не вязалась с контрастом между их худощавыми телами и красивыми лицами.

Было удивительно, как они могли проявлять такую решимость, несмотря на своё положение.

Но Люциан действовал без колебаний.

Он не прощал тех, кто вставал у него на пути.

Он схватил одного раба одной рукой и швырнул его.

— Аргх!

Раб, отлетевший к стене, рухнул на пол.

Это было лишь одно движение, но сила удара, пришедшаяся на тело раба, была ошеломляющей.

Глаза раба закатились. Изо рта хлынула кровь, словно внутри у него что-то лопнуло. Всё его тело содрогалось в конвульсиях.

Он обладал пугающей силой.

Только тогда лица двух других рабов исказились от страха.

Но им некуда было бежать.

Нечеловеческая сила Люциана не знала к ним жалости.

— Аргх!

— Уа-а-а!

Когда двое рабов были устранены, остались только принцесса Лара и Гриффон.

Когда Люциан приблизился, Гриффон отступил. Принцесса Лара закричала:

— Гриффон!

Казалось, он собирался сбежать, не имея намерения защищать принцессу.

Но Гриффон ответил мягким голосом:

— Принцесса Лара, не ждите, что я сделаю то же самое для вас. Я не ваш раб и не ваш слуга.

Принцесса Лара прикусила губу от его слов.

Всё было так, как он сказал.

Гриффон был дворянином Аксиона, но это был лишь односторонний акт со стороны короля.

Он был странником неизвестного происхождения.

Гриффон никогда не выказывал верности королю. Король и принцесса Аксиона не могли ожидать от него того же.

Им просто нравилась его красивая внешность и красноречие.

«Что мне теперь делать?»

Принцесса Лара со слезами смотрела вперёд.

Люциан был совсем рядом.

Том 2 Глава 108

Стоило ей увидеть его красные глаза, как принцесса Лара оцепенела, словно изваяние, и не могла пошевелиться.

Это была совершенно естественная реакция при встрече с хищником, чья сила не поддавалась контролю.

Прекрасное лицо принцессы исказилось от ужаса.

Пухлые губы судорожно дрожали, а из больших глаз с длинными ресницами лились слезы.

Ее жалкий вид шокировал бы любого, кто знал о ее свирепом нраве.

Но в голове у Люциана были совсем другие мысли.

Приход Люциана сюда был импульсивным решением.

Он мог просто убить убийцу и закончить на этом ночь. Не было никакой нужды тащиться сюда и срываться на них.

И все же Люциан пришел.

Туда, где находилась женщина, видеть которую он был не в силах.

Причина была очевидна.

«Я ненавижу эту женщину».

И вовсе не потому, что она была вражеской принцессой. И не потому, что она пыталась строить ему козни.

А потому, что она мучила Пернию.

После начала войны Люциан помнил события той ночи отчетливее, чем кто-либо другой.

«Она заманила Пернию тем письмом. Она заставила Пернию пить и подвергла ее опасности».

Кто-то мог бы посмеяться над этим, назвав случившееся мелкой пакостью злой принцессы.

На самом деле, даже сама Перния, будучи жертвой, казалось, не придала этому значения и просто жила дальше.

Но для Люциана это было серьезно.

Он постоянно думал об этом дне, каждый божий день.

Он хотел убить принцессу Лару. Но сдерживался.

Если он убьет принцессу, у Пернии будут неприятности.

Поэтому он начал войну.

Целью этой войны было победить и обеспечить Пернии достойное положение и власть, а кроме того — уничтожить принцессу Лару.

Когда королевство падает, король и принцесса, естественно, погибают вместе с ним.

«Но…»

Когда он увидел принцессу Лару перед собой, его охватило жгучее желание убить.

«Почему я должен оставлять эту женщину в живых?»

К тому же, это поле боя.

Если принцесса погибнет на войне, он сможет как-нибудь вывернуть историю ее смерти.

Он не станет убийцей, и Перния не расстроится.

Оценив возможные положительные исходы, Люциан протянул руку.

Меч ему не понадобился.

Хрупкое тело принцессы будет раздавлено по одному его желанию.

— Хр-р-к!

Принцесса Лара широко раскрыла глаза.

Крупная ладонь Люциана сомкнулась на тонкой шее принцессы Лары.

Руки Люциана были невероятно белыми и чистыми, но они обладали чудовищной силой.

Принцесса Лара поняла.

Она умрет точно так же, как те жуки, которых она давила пальцами в детстве.

Она даже не могла издать нормального крика.

И тут.

В мрачном пространстве, пропитанном смертоносной энергией, раздался ясный голос.

— Люциан?

— …!

В этот миг глаза Лары расширились.

Лицо Люциана, который только что собирался убить ее без тени эмоций, мгновенно изменилось.

Его искаженное лицо выражало крайнее замешательство.

В одно мгновение хватка Люциана на ее шее ослабла.

Принцесса Лара рухнула на пол, словно кукла с оборванными нитями.

— Ха, ха, ха.

Принцесса Лара повалилась на пол и судорожно задышала, пытаясь восстановить дыхание.

Она лихорадочно выдохнула и вместе с Люцианом повернула голову.

У входа в барак стояла женщина.

Это была Перния.

Перния смотрела в их сторону, широко открыв глаза.

Перния заговорила снова.

— …Что ты делал?

В этот момент лицо Люциана покраснело.

Так, словно ему только что показали нечто самое постыдное.

* * *

Несколько минут назад я прибыла в имперский лагерь. Именно помощник Люциана, Пол, заметил меня.

— М-мисс Перния?! Почему… Что вы… Как…

Он был крайне удивлен, увидев меня внезапно посреди поля боя.

Но я не могла позволить себе объяснять ему в деталях, как я здесь оказалась.

Потому что Люциан мог находиться в очень тяжелом состоянии прямо сейчас.

— Я здесь, чтобы передать Люциану срочное сообщение. Пожалуйста, покажите мне, где он, немедленно.

Пол тоже почувствовал срочность моих слов.

Он не стал задавать лишних вопросов и поспешил отвести меня к бараку Люциана.

Но барак оказался пуст.

Пол был озадачен.

— Он спал здесь…

Солдат, охранявший барак, робко подошел к нему. Он что-то прошептал Полу.

Пол широко открыл глаза.

— Лорд Люциан ушел туда?

Я инстинктивно почувствовала тревогу, глядя на растерянное лицо Пола.

— Куда ушел Люциан?

— В лагерь для военнопленных.

— Тогда веди меня туда.

Пол колебался, но не смог остановить меня, когда я уже была в пути.

Я последовала за Полом.

Войдя в камеру в лагере, я мгновенно наткнулась на нечто ужасное.

Голова мужчины, катящаяся по полу. Люди на земле рядом с ним с закатившимися глазами.

Человек в капюшоне, стоящий в шаге от места происшествия.

……и Люциан, душащий принцессу.

Я перестала дышать при виде этой жуткой картины.

«Похоже, лекарство закончилось. Люциан снова впадает в состояние яндере?»

Всевозможные мысли заполнили мою голову.

Я открыла рот с растерянным выражением лица.

— Люциан?

В этот момент голова Люциана медленно повернулась ко мне. Тот миг показался мне вечностью.

Как только я встретилась с ним взглядом, я поняла, что он не потерял контроль.

В то же время, то, что он делал, было неправильно.

В отличие от бесчисленных раз, когда я была уверена в своей любви к нему, мой голос, только что назвавший его имя, содержал желание отрицать происходящее.

Люциан не мог этого не почувствовать.

Красные глаза Люциана начали яростно дрожать.

В них смешались замешательство, тревога и стыд.

Я поспешно продолжила.

— Что ты делал?

Я не собиралась ни в чем его обвинять.

Я задала этот вопрос, чтобы услышать, что произошло, прямо от него, не отрицая текущую ситуацию.

Но что чувствует Люциан?

Люциан, ослабивший руку, сжимавшую шею принцессы Лары, поспешно открыл рот.

— Я… я никогда не хотел убивать эту женщину. У меня даже мысли не было совершить такой жестокий поступок. Это правда.

……Мое сердце словно разрывалось на части, когда я видела его таким.

Люциан оправдывался передо мной. Как преступник, признанный виновным, или ребенок, боящийся, что его бросят.

Он боится, что я возненавижу его.

Когда он только начинал впадать в состояние яндере, он без зазрения совести говорил мне об убийстве других.

«Но почему я не могу быть счастлива?»

Сказала я, изо всех сил стараясь проглотить нахлынувшие эмоции.

— …Это из-за лекарства?

— Что?

Глаза Люциана расширились.

— Это случилось, потому что ты принял лекарство, которое сделал для тебя Кун?

— ………

Лицо Люциана было полно стыда, словно его поймали на тщательно скрываемой тайне.

От этого я разозлилась еще сильнее.

— Я обо всем слышала. Я знаю, что ты все это время принимал лекарство! И что у него есть побочные эффекты!

Я не хотела кричать.

Я планировала сначала спокойно его выслушать.

Однако печаль, похороненная глубоко в моем сердце, хлынула наружу.

— Ты в своем уме?! Зачем ты принимал это лекарство? А что, если что-то действительно пойдет не так?

Люциан подошел ко мне и сказал, словно пытаясь утешить.

— Не волнуйся, Ниа. У меня нет никаких побочных эффектов.

Я ему не поверила.

Кун рассказал мне о побочных эффектах препарата.

[Побочные эффекты варьируются от человека к человеку. У кого-то они могут быть очень мягкими или слабыми, но другие могут испытывать сильную боль в теле.]

[У Люциана есть особая целительная способность. Разве он не будет в порядке?]

[Думаю, это палка о двух концах. Благодаря своей целительной способности он может выглядеть нормально сейчас, но его тело может гнить изнутри.]

Я не могла нормально спать, потому что эти слова вызывали у меня тревогу.

Я сказала Люциану:

— Больше не принимай это лекарство.

— Ниа, но…

Я закричала пронзительным голосом:

— И ты тайно взял «ту вещь» с собой, не так ли?

— …..!

— Ожерелье из родной деревни Люциана.

Ожерелье, которое староста деревни использовал, чтобы подавлять его силу, когда Люциан в детстве превращался в монстра.

Это ожерелье ничем не отличалось от ошейника, который надевают на животное.

Я не собиралась никогда больше надевать на него эту ужасную вещь. Никто не должен был использовать ее снова.

Поэтому я спрятала его глубоко в ящик.

Чтобы никто не мог им воспользоваться.

Но я заметила, что оно исчезло после того, как Люциан уехал.

Ожерелье пропало, и Люциан был единственным, кто мог забрать его из моей комнаты.

Сначала я была в замешательстве.

Почему Люциан забрал ожерелье?

Был ли он шокирован тем, что у меня оно есть? Хотел ли он забрать его себе?

Но ни один из этих вариантов не был верным.

Теперь, когда я знаю о лекарстве, стало ясно, зачем он взял ожерелье.

Люциан взял его на случай, если лекарство закончится.

Чтобы использовать ожерелье как замену.

Том 2 Глава 109

«……»

Люциан ничего не отрицал. Он просто хранил молчание.

Этого было достаточно в качестве ответа.

Потому что Люциан никогда не сможет мне солгать.

Я спросила дрожащим голосом:

— …Почему ты зашел так далеко?

«…….»

— Я слишком сильно давила на тебя?

Люциан ответил, покачав головой:

— Нет, Ниа. Я сделал этот выбор сам, потому что не доверяю себе.

«……»

— Иначе я могу снова причинить тебе боль. Я разрушу то, что тебе дорого, и привяжу тебя к себе.

Я почувствовала его искренность в этих словах, идущих от самого сердца.

Но я не хотела, чтобы он нес это бремя в одиночку.

— Давай, сделай это.

«…….!»

— Забудь о лекарстве и ожерелье. Больше не сдерживай себя и делай то, что хочешь. Я всегда буду на твоей стороне. Никто другой этого не увидит.

Он должен был обрадоваться, услышав это.

Эти слова стали бы величайшим и прекраснейшим завершением нашей истории любви.

Но он не обрадовался.

Лицо Люциана исказилось.

Словно он услышал то, чего не должен был слышать.

Его лицо помрачнело от отчаяния, и он выглядел таким мучеником, будто ему вынесли смертный приговор.

Я впервые видела, чтобы он так выглядел.

Люциан сказал:

— Я этого не хочу.

«…..»

— Я не хочу, чтобы ты была несчастна. Я хочу, чтобы ты была счастливее всех, чтобы могла идти куда угодно, с теми, кого любишь.

Это были последние слова Люциана.

Люциан посмотрел на меня с мучительным выражением лица и прошел мимо.

Словно он убегал.

* * *

— Люциан!

Я уже собралась броситься за ним.

— Погодите, мисс.

Мягкий голос принадлежал человеку в капюшоне.

Я наконец пришла в себя и огляделась.

Я увидела мужчину в капюшоне, скрывающем лицо, и Пола, который что-то растерянно бормотал себе под нос.

Как только я осознала, что эти двое все видели, мое лицо вспыхнуло.

«Не стоило мне говорить все это при посторонних!»

Нахлынуло сожаление.

Хорошая новость заключалась в том, что если человек ничего не знает о ситуации, он не сможет понять ни слова из сказанного.

Успокаивая бешено колотящееся сердце, я обратилась к мужчине, который меня окликнул:

— Принцесса Лара в тяжелом состоянии.

Только тогда я повернулась к принцессе Ларе, лежащей на полу.

Принцесса тяжело дышала, ее лицо осунулось.

— Ха-а. Х-хух. Х-ха-а.

Было непривычно видеть, как ее тело так сильно дрожит.

Мужчина продолжил:

— Принцесса, должно быть, была в сильном шоке, ведь она чуть не погибла. Я немного глуповат, поэтому мне трудно судить, но выглядит она неестественно слабой.

«….»

Я не могла посмеяться над его словами, не зная, сказал ли он это в шутку или всерьез.

Потому что я знала, кто чуть не убил ее.

— Если мы оставим ее в таком состоянии, у нас будут большие неприятности. Ее можно вылечить?

Тут вмешался Пол. Он сказал с суровым видом:

— Оставьте ее, мисс Перния. Люциан просто пытался казнить заключенную. Нет причин лечить раненую преступницу, раз казнь была неожиданно приостановлена.

Намерения Пола были ясны.

Пол пытался оправдать то, что Люциан душил принцессу Лару, представив это просто как казнь заключенной.

Но я не собиралась оставлять это так.

Я знала, что Люциан пытался лишить принцессу Лару жизни не по той причине, о которой говорил Пол.

Он пытался убить человека.

По личным причинам.

Вот почему я не могла притвориться, что не вижу ее страданий.

— Помоги мне, Пол.

Пол посмотрел на меня со сложными чувствами и вздохнул:

— На этот раз я помогу вам. Но в будущем, если Люциан снова захочет наказать заключенную, я буду следовать его воле.

Другими словами, завтра голова принцессы Лары может слететь с плеч, и никто не будет ее лечить.

Но все будет в порядке.

Потому что я просто не позволю никому поддаться насилию Люциана.

Даже если это сделает меня лицемером.

* * *

Принцессу Лару и ее рабов доставили в казарму, где находился военный врач. Кун заглянул внутрь казармы, которая была занята из-за внезапного появления пациентов.

Пол посмотрел на него:

— Сэр Кун. Вы не можете просто разгуливать по лагерю, как вам вздумается. Сейчас вы не военный врач, вы — гость.

— Но я врач. Как я могу оставаться в стороне, когда есть пациенты, нуждающиеся во мне?

Черт возьми. Он подумал, что произошло что-то интересное, поэтому пришел осмотреться.

Словно подтверждая его подозрение, Кун небрежно вошел в казарму и прошептал мне на ухо:

— Что, черт возьми, случилось в лагере заключенных? Я видел, как Кардиен ушел с ужасающим выражением лица, а следом вынесли кучу полуживых людей.

— …Замолчи и сосредоточься на лечении пациентов, раз уж ты так о них беспокоишься.

Кун надулся.

Он не был неискренен в своей заботе о пациентах. Кун подошел к лежащим на полу людям.

Когда Кун приблизился, военные врачи кивнули и уступили ему место.

В этот момент я увидела Куна, который еще совсем недавно работал лучшим военным врачом в армии Люциана, в своей стихии.

Кун посмотрел на принцессу Лару и сказал:

— Она в шоке. Заварите травы, чтобы успокоить ее нервы, и дайте ей поспать.

— Понял.

Стоявшие рядом военные врачи кивнули.

Затем Кун осмотрел рабов, лежавших рядом с принцессой Ларой.

Даже дилетант мог заметить, что их состояние было хуже, чем у принцессы Лары. Они стонали, их тела были раздавлены и кровоточили.

Кун нахмурился:

— Здесь что, медведь побывал? Такое ощущение, что их избили с огромной силой, кости и внутренности полностью раздавлены.

Я не могла ничего ответить на его слова.

Потому что я слышала о том, что произошло, от человека в капюшоне, который просил меня вылечить принцессу Лару. Это тоже сделал Люциан.

Я осторожно спросила:

— Возможно ли их вылечить?

— Состояние у них не из лучших, но это возможно. Требуется очень сложная операция.

— Ты сможешь это сделать, Кун? Эти люди должны поправиться.

Кун уставился на меня.

Словно он знал, о чем я думаю.

К счастью, он не стал допытываться: «Это сделал Кардиен?»

«Тебя напугало то, что это сделал Люциан?»

Этого он тоже не спросил.

Однако он обратился к военным врачам, которые смотрели на него:

— Готовьтесь к операции! Их кости и органы серьезно повреждены. Нам нужно провести лечение как можно скорее.

— Есть!

Военные врачи взволнованно кивнули. Похоже, правда, что Кун известен как легенда среди военных врачей.

Но Пол был недоволен.

Пол сказал с обеспокоенным видом:

— Кун, вы всего лишь гость, и у вас нет полномочий работать при нынешних…

— Тогда я вступлю в армию.

«…..»

— Теперь у меня есть полномочия, верно?

Кун, получивший право лечить пациентов, начал готовиться к операции вместе с военными врачами.

Вскоре они вошли в операционную вместе с пациентом.

Я некоторое время смотрела на закрытую палатку и вздохнула. Какое-то время ладонь, которую я крепко сжимала, была влажной от пота.

Выйдя из казармы, я посмотрела на небо.

Оно все еще было темным, без намека на солнечный свет. Глядя на темное ночное небо, я погрузилась в раздумья.

«Что мне теперь делать?»

Если я увижу Люциана прямо сейчас, думаю, мы снова поссоримся, как и раньше.

Я не боялась ссоры.

Но я боялась, что он пострадает.

……Потому что он слишком слаб. Он такой слабый и мягкий, что мне кажется, он рухнет от каждого моего слова.

Я подумала со вздохом:

«Кажется, я слишком сильно надавила на Люциана ранее».

Люциан, должно быть, почувствовал, что его любовь ко мне была отвергнута.

«Я не хотела, чтобы это так выглядело. Я просто сказала это, потому что беспокоилась о Люциане».

Я имела в виду именно это, когда говорила ему забыть о лекарстве и ожерелье, и что я буду рядом.

Это не было решением, принятым из обиды. И я не жертвовала собой ради него.

Это было решение, которое я приняла сама, потому что он мне очень нравился и потому что я беспокоилась о нем.

«Давай поговорим с Люцианом снова, когда завтра взойдет солнце».

Как только я немного успокоюсь, я обязательно смогу подойти к разговору более правильно.

* * *

Или я думала, что смогу.

Я проснулась после короткого сна в помещении, которое подготовил для меня Пол, и услышала нечто очень удивительное.

— Люциан ушел?

Кун, который сообщил мне об этом, кивнул:

— Да.

— Куда он отправился?

— В замок Аксион.

При этих словах я повернула голову.

Замок Аксион находится достаточно близко, чтобы мы могли видеть его невооруженным глазом. Не было бы ничего странного, если бы он добрался до замка за несколько дней.

Однако я и представить не могла, что он отправится в замок так внезапно.

Я спросила Куна в недоумении:

— Ты сейчас шутишь надо мной?

— С чего бы мне рассказывать тебе такие скучные шутки?

Как сказал Кун, каким бы озорным он ни был, он не отпускает такие глупые шутки.

Но я не могла в это поверить.

Потому что многие из наших рыцарей все еще здесь.

Независимо от того, насколько малочисленным был враг, не может быть, чтобы они не узнали, если бы большое количество рыцарей двинулось в их сторону.

Но большинство рыцарей остались.

Многие рыцари были размещены в лагере, как и вчера.

Кун подробно объяснил мне ситуацию:

— Таков был план на сегодня. Операция «Кардиен и элитные рыцари».

С этого момента оставшиеся в лагере рыцари рассредоточатся и устроят засаду на врага. Враг отправит солдат, чтобы остановить имперскую армию в их засаде.

Тем временем замок Аксион опустеет.

Тогда Кардиен и отборные элитные рыцари захватят замок.

Кун сказал, улыбаясь:

— Это самая эффективная и быстрая стратегия для нанесения удара по врагу.

Том 2 Глава 110

Я мало что смыслила в войне. Но одно знала точно.

«Этот человек! Как он смеет убегать и избегать меня?!»

Внутри всё кипело.

Вчерашние мысли о том, чтобы спокойно поговорить с Люцианом, испарились, уступив место лишь гневу.

Если бы могла, я бы тут же бросилась за Люцианом, чтобы устроить ему разнос.

Но сейчас не то место, чтобы давать волю эмоциям.

Это поле боя.

Если я сделаю что-то лишнее, всё может пойти прахом. Поэтому у меня нет иного выбора, кроме как сидеть и ждать его.

Как бы сильно я ни злилась.

— Люциан, ты идиот, дворняга, морской огурец, актиния.

Наблюдая за тем, как я яростно сыплю проклятиями в адрес Люциана, Кун хихикнул и продолжил:

— Не стоит так расстраиваться. Это хорошие новости.

Какие же это хорошие новости для меня, приехавшей в это опасное место ради него и получившей лишь холодное избегание за то, что сказала то, что ему не понравилось?!

Кун обратился ко мне, когда я сверлила взглядом пустоту вдалеке.

— Все пленные из Аксиона в безопасности.

— …!

— Принцесса Лара пришла в сознание, а рабы, перенесшие операцию, чувствуют себя хорошо.

— …Это облегчение.

— Рабы были очень благодарны. Они хотели передать, как ценят твою доброту, и мечтают встретиться с тобой.

Я помогала им не из жалости и не потому, что они мне небезразличны.

Это был лишь эгоизм, смешанный с лицемерием.

Я просто не хотела, чтобы Люциан убивал людей, если только это не было неизбежно.

Не было причин ждать от них благодарности.

— Забудь об этом.

Кун пожал плечами, словно прочитав мои мысли.

— А как насчет другого пленного? Он тоже хочет тебя видеть.

Другого пленного?

Я нахмурилась, гадая, о ком, черт возьми, он говорит.

Спустя мгновение я поняла, кого имел в виду Кун.

Когда я вчера вошла в лагерь, он был единственным мужчиной в тюрьме, который выглядел нормально. Я не могла толком разглядеть его лицо из-за капюшона.

Тот мужчина мягким голосом просил меня помочь принцессе и рабам.

«Я слышала, он дворянин из Аксиона. Его зовут Гриффон».

Почему он хочет встретиться со мной?

Хочет поблагодарить за оказанную услугу?

Но следующие слова были совсем не теми, что я ожидала услышать.

— Он сказал, что ему нужно кое-что рассказать тебе о Кардиене.

* * *

Я направилась к лагерю пленных.

Принцесса Лара и рабы уже ушли, и в пустой камере в одиночестве сидел мужчина в капюшоне.

Это был Гриффон.

Я заговорила, стоя снаружи.

— О чем ты хотел поговорить?

Он медленно повернул голову в мою сторону.

Я сглотнула, глядя на человека, чьего лица не могла толком разглядеть.

Он собственными глазами видел истинную силу Люциана.

Я понятия не имела, что он скажет.

Гриффон медленно открыл рот:

— Сначала позвольте поблагодарить вас. Спасибо за помощь. Лечение вражеских военнопленных — решение не из легких.

— Мне не нужна твоя благодарность. Я делала это не ради тебя.

Гриффон мягко улыбнулся моим словам.

— В отличие от вашего резкого тона, глаза у вас очень ясные и светлые. Леди, должно быть, хороший человек.

Этот разговор становился странным.

Он позвал меня, чтобы поговорить о Люциане. Почему он говорит мне всё это?

Я одарила его озадаченным взглядом, но Гриффон продолжил, не обращая внимания на мою реакцию:

— Должно быть, именно поэтому этот парень так запал на вас. Искаженная душа неизбежно тянется к той, что отличается от нее самой.

Этот парень? Он имеет в виду Люциана?

Слишком дружелюбный термин для пленного, когда речь идет о вражеском командире.

Я прервала его, нахмурившись:

— Эй, почему ты…?

— То же самое касается и меня. Поэтому я и запал на леди.

Гриффон медленно снял капюшон. В тот момент, когда я увидела его лицо, сердце, казалось, пропустило удар.

Длинные серебристые волосы. Красные глаза. Идеально очерченные черты лица, словно у статуи.

Я не могла определить его возраст из-за странного выражения лица.

Но одно было ясно: он выглядел в точности как Люциан.

Мой голос дрогнул:

— …К-кто ты, черт возьми, такой?

Гриффон коротко улыбнулся. Его прекрасные глаза изогнулись полумесяцем, и от этого сходство с Люцианом стало еще более пугающим.

— Существо, в чьих жилах течет та же кровь, что и у Люциана. Если быть точнее, биологический источник этого ребенка.

……Он был отцом Люциана.

«Не может быть».

Я невольно отступила на шаг.

Отец Люциана никогда не появлялся в оригинальном романе. Поэтому я никогда не думала, что у Люциана есть отец.

Но если вдуматься, Люциан — человек, а значит, у него есть биологический отец.

Однако, в отличие от матери Люциана, чья смерть была подтверждена, статус его отца оставался неясным.

Более того…

«Он так похож на Люциана».

Он выглядел намного старше Люциана, но его аура и внешность были в точности как у него.

Люциан будет выглядеть точно так же, когда постареет.

Поэтому я не могла просто отмахнуться от его слов как от бессмыслицы без доказательств.

Гриффон произнес мягким голосом:

— Вижу, леди, кажется, верит мне. Я рад.

Тут я внезапно пришла в себя. Я прищурилась и сказала:

— Нет. Я просто не могу поверить в нечто столь важное.

— Правда?

— Прежде всего, я не понимаю. Если ты отец Люциана, почему не сказал ему? У тебя было много шансов раскрыть себя.

Насколько мне известно, он недавно посещал Империю в составе делегации.

Даже если он не видел Люциана тогда, он должен был столкнуться с ним несколько дней назад, когда принцесса Лара посещала Имперскую армию.

— Почему ты открываешься только сейчас?

Гриффон ответил:

— В то время я не думал, что Люциан — мой сын.

Когда они выглядят как зеркальные отражения друг друга?

Заметив мой подозрительный взгляд, он продолжил:

— Вы можете не поверить, но это правда. Я был со многими женщинами, но впервые видел ребенка со своей кровью. Я думал, что не способен к размножению. Поэтому, когда впервые увидел его, я немного сомневался и не был уверен. Но…

Красные глаза Гриффона странно блеснули.

— В тот момент, когда Люциан продемонстрировал свою силу принцессе Ларе и рабам, я подумал про себя:

— ……..

— «А, он такой же монстр, как и я».

Взгляд его глаз говорил мне, что он знает о Люциане всё.

* * *

Рано утром Люциан повел элитных рыцарей во дворец Аксиона.

Численность солдат во дворце Аксиона была невелика, и по своим способностям они не шли ни в какое сравнение с элитными рыцарями Империи.

Имперская армия уже обеспечила себе победу, так что это было пустяковым делом.

Люциан захватил дворец Аксиона слишком легко.

Короля Аксиона, еще в пижаме, выволокли и бросили на пол. Король Аксион проклинал солдата, который его тащил:

— Грубые ублюдки! Как вы смеете так обращаться с моим королевским телом?! Будьте вы прокляты!

Но на этом его проклятия закончились.

Потому что перед ним стоял Люциан.

— Кардиен!

Король Аксиона оставался глупцом до самого конца. Вместо того чтобы молить о пощаде вражеского командира, стоящего перед ним, он попытался договориться:

— Т-тебя ведь презирают в Империи за твои красные глаза, верно? Народ Аксиона никогда не станет дискриминировать тебя из-за таких суеверий. Если перейдешь на мою сторону, твои красные глаза будут признаны самыми благородными в мире…

У Люциана не было причин слушать последние слова короля.

Раздался свист рассекаемого воздуха.

Меч Люциана одним взмахом снес голову королю Аксиона.

Голова короля покатилась по полу.

Пол, наблюдавший за этой сценой, выкрикнул, словно только этого и ждал:

— Король Аксиона мертв!

— Победа Великой Империи и рыцарю Кардиену!

Короткая война, длившаяся меньше месяца, закончилась.

Смерть короля не означала, что вторжение завершено.

Им предстояло найти оставшихся вражеских солдат и уничтожить их.

С остальными членами королевской семьи тоже нужно было разобраться.

Но ничто из этого не было настолько важным, чтобы требовать участия командира. Поэтому помощник Люциана, Пол, полагал, что всё это в конечном итоге станет его обязанностью.

Потому что Перния находится всего в нескольких часах пути.

Как только он снесет голову королю, Люциан помчится к своей невесте, как молния.

«…вот что, как я думал, должно было произойти».

Пол сглотнул слюну.

Его прогноз оказался неверным. Люциан остался во дворце и спокойно приводил дела в порядок.

Пол был очень удивлен, видя Люциана таким. Потому что он был совсем не похож на того Люциана, которого он знал.

«Он делает это из-за их ссоры?»

Пол был рядом, когда Перния воссоединилась с Люцианом.

Что-то насчет лекарства или ожерелья. Пол совершенно не понимал, что она имела в виду, но знал одно точно.

Люциан и Перния поссорились из-за чего-то серьезного.

Пол покачал головой.

«Нет, не думаю. (Лорд Люциан, кажется, не знает, но) Он всегда зовет мисс Пернию во сне. Он не может избегать мисс Пернию только из-за того, что они повздорили как влюбленные».

……К его удивлению, его догадка оказалась верной.

Люциан избегал Пернию.

Конечно, дело было не в том, что он не хотел ее видеть.

Он хочет прибежать и обнять ее прямо сейчас. Хочет поцеловать ее. Хочет шептать, что любит ее. Хочет слышать ее голос, произносящий его имя.

«Но…»

Она добрая, но строгая. Хотя и заботливая, она очень упряма в вещах, которые для себя решила.

Она определенно не отступилась от того случая.

Перния наверняка снова поднимет эту тему.

То, что Люциан ненавидит слышать больше всего.

Том 2 Глава 111

«Забыть о лекарстве и ожерелье?»

Он знал, почему она это сказала. Он был уверен: она сделала это ради него.

Но Люциан этого не хотел.

Люциан победил, и вскоре он получит от императора всё, чего пожелает.

Дворянский титул, почести, богатство — всё ради неё.

Она будет улыбаться людям, находясь в месте, куда более прекрасном и блистательном, чем любое другое.

Он не хотел лишить её этого.

Люциан опустил взгляд.

«Лекарство определенно действует. У меня нет никаких побочных эффектов. Если она это поймет, то перестанет волноваться».

Так что единственное, что остается им двоим — это счастливый конец.

Верно?

До тех пор, пока на следующий день он не встретил «его».

* * *

Люциан, уладивший все дела во дворце Аксион, вернулся в военный лагерь, где находилась Перния.

Его лицо, хранившее спокойствие во время захвата дворца, теперь было напряжено.

«Она наверняка злится, что я ушел, не сказав ни слова. Как только мы встретимся, она снова заведет разговор о лекарстве и ожерелье».

«Я действительно взял ожерелье без разрешения, так что должен вернуть его. Но не лекарство».

Я никогда не отдам лекарство. Однако мне не стоит быть таким упрямым, как в прошлый раз.

«Она беспокоится из-за побочных эффектов. Давай поговорим с ней спокойно. У меня до сих пор не проявилось никаких побочных эффектов от лекарства, так что я буду принимать его еще месяц».

Если после этого побочных эффектов не будет, я продолжу принимать его еще месяц, и еще один.

Если я буду так продолжать, её тревоги исчезнут.

Но…

Люциан не смог заговорить об этом с Пернией, которую увидел спустя три дня, потому что она произнесла неожиданные слова.

— …мой отец?

— Да.

Перния кивнула.

Отец.

Для Люциана это слово не вызывало ничего. Ни грусти, ни радости.

Но, похоже, для Пернии всё было иначе.

Она выглядела серьезной. Казалось, она считает это настолько важным делом, что даже не заговорила о лекарстве.

«О, точно, большинство людей считают своих отца или мать кем-то особенным».

Люциан не проявлял ни малейшего интереса к тому, кто его отец.

— …Позволь мне увидеть его.

Конечно, на самом деле я не хотел с ним встречаться. Я просто не хотел, чтобы Перния смотрела на меня странно.

Перния сказала с обеспокоенным видом:

— Может, пойдем вместе?

Люциан покачал головой.

Я не уверен в своей способности изобразить эмоции при встрече с отцом. Не думаю, что смогу притворяться.

Я не хотел показывать ей эту бесчеловечную сторону.

Перния взяла Люциана за руку и сказала:

— Хорошо, приятной вам беседы.

Лицо Пернии было полно тревоги.

Она, должно быть, думала, что Люциан будет потрясен внезапным появлением отца.

Но в этот момент у Люциана была лишь одна мысль.

«Милая. Хочу её обнять».

Топ-топ.

Люциан стоял перед решеткой, когда раздались шаги.

Гриффон, сидевший в камере, повернул голову. Увидев Люциана, он произнес, мягко сощурившись:

— Ты пришел, Люциан.

— ………

Он снял капюшон. Его открытое лицо определенно походило на лицо Люциана.

Серебристые волосы и ясные красные глаза — нечастое сочетание.

«Но что я должен чувствовать?»

Видя другого человека, который выглядит точно так же, как я. Что значит быть связанным с кем-то кровью? Какая от этого разница?

Гриффон открыл рот, словно прочитав мысли Люциана.

— Ты, кажется, не заинтересован во мне.

— Ни капли.

— Что ж, а я очень заинтересован в тебе. К моему удивлению.

— Я не спрашивал.

Гриффон рассмеялся.

— Верно. Никто не обрадуется, увидев отца, который появился из ниоткуда.

— ………

— Но то, что я собираюсь тебе рассказать, поможет тебе. Я знаю о нашей «крови» больше, чем ты.

Люциан приподнял бровь.

— Что ты имеешь в виду?

— Люди часто говорят, что те, у кого красные глаза, прокляты дьяволом. Но они не совсем ошибаются. Если быть точным, мы — потомки тех, кто давным-давно обладал силой дьявола. Наши красные глаза — знак их крови.

Глаза Люциана расширились.

Он никогда об этом не задумывался.

Потому что с самого рождения ему твердили, что он проклят дьяволом.

Гриффон продолжил:

— Красные глаза — не единственная общая черта людей с этой кровью. Мы часто подвержены крайним эмоциям. Мы жестоки и холодны по своей природе. И…

Гриффон протянул руку. Его пальцы коснулись твердых прутьев. Через мгновение железная решетка рассыпалась в порошок и упала на пол.

Теперь препятствие между Гриффоном и Люцианом исчезло. Гриффон сказал, глядя на Люциана:

— Мы обладаем чудовищной силой.

— ……

— У тебя тоже есть эти способности, не так ли? Твое тело автоматически исцеляет любые раны, и у тебя есть сила убить любое живое существо.

Всё, что он сказал, было в точку.

Гриффон опустил брови.

— Вот почему мы еще страшнее для обычных людей. Почему ты живешь так с такой силой?

Кардиен, величайший рыцарь Империи с серебристыми волосами и красными глазами.

Конечно, Гриффон знал его имя.

Но он не думал, что Кардиен — его семья, потому что тот жил очень даже неплохо.

Кардиен подчинялся императору и следовал за святой.

Он посвящал себя помощи беднякам и вел солдат в бой.

Ходили слухи о его «монструозных» силах, но его никогда не называли «монстром».

Те, у кого красные глаза, те, у кого есть сила убивать людей, словно насекомых, никогда не смогли бы так жить.

Но Гриффон понял причину из разговора Люциана и Пернии.

Причину, по которой Люциан мог жить среди обычных людей.

Нет. Причину, по которой он прилагал усилия, чтобы вести себя нормально.

— Это всё из-за твоей невесты, Пернии, верно? Чтобы завоевать её расположение, ты сдерживал себя и жил как послушная собака. И даже принимал это лекарство.

Самое могущественное существо на континенте изо всех сил пыталось контролировать себя.

Первой эмоцией, которую он испытал, услышав об этом факте, было недовольство.

Как ни странно, Гриффону было неприятно видеть, что с его сыном так обращаются.

Гриффон сказал с яростным выражением лица:

— Как долго, по-твоему, ты сможешь так жить, Люциан? Сила в твоей крови велика. Ты не можешь вечно её подавлять.

— ……

— Не знаю, что за лекарство ты принимаешь, но скоро у тебя выработается к нему привыкание. То же самое касается и ожерелья, подавляющего силу дьявола. Мы с тобой не настоящие демоны, поэтому нас никогда нельзя будет полностью сковать этими инструментами.

Люциан, который до этого молчал, впервые ответил Гриффону:

— Я могу увеличить дозировку.

— ……

— Если у меня выработается привыкание… Если я стану более устойчивым, я продолжу повышать дозировку. То же самое касается и священного артефакта. Если он не может запечатать мою силу, я достану другой.

В красных глазах Люциана читалось отчаяние.

Словно ребенок, который не хочет расставаться с матерью.

Нет, он был в еще большем отчаянии.

Но Гриффон бессердечно ответил:

— Нет. Ничто из этого тебе не поможет, Люциан.

— ………!

— Это вернется к тебе бумерангом. Подавленная сила взорвется. И тогда ты разрушишь и уничтожишь всё вокруг себя.

Слова Гриффона вонзились в душу Люциана, словно дьявольское проклятие.

— Как бы сильно ты её ни любил.

— ……

Это разбило сердце Люциана.

Люциан больше не хотел его слушать.

Ему не нужен был отец. Человек перед ним был не более чем насмешником, который говорил ему эти ужасные вещи.

«Может, просто убить его прямо сейчас?»

Он никогда раньше не испытывал такой жажды убийства.

Он хотел вырвать этот проклятый рот прямо сейчас. Он хотел сломать ему шею, чтобы тот больше не мог говорить ничего подобного.

Красные глаза Люциана вспыхнули. Он медленно подошел к Гриффону.

Лицо Гриффона оставалось спокойным, когда он смотрел на Люциана, излучавшего жажду убийства.

Словно ему было всё равно, что тот с ним сделает.

Но напряжение, наполнившее мрачную тюрьму, было нарушено звонким голосом.

— Люциан, ты в порядке?

Лицо, появившееся вместе со звуком шагов, принадлежало Пернии.

В этот момент Гриффон посмотрел на Люциана.

Лицо Люциана, похожее на лик призрака, в одно мгновение изменилось.

Его черты смягчились за этот короткий миг.

Лицо демона, которое он видел только что, теперь выглядело совершенно безобидным, словно всё было ложью. Он спросил, глядя на Пернию:

— Ниа. Что ты здесь делаешь?

— Ты долго не возвращался. Я забеспокоилась, не случилось ли чего.

В её голосе звучала забота о Люциане.

Поэтому Люциан испытал противоречивые чувства.

Он был рад, что она заботится о нем. Но ему также было грустно, что она всё еще не до конца уверена в его способности контролировать себя.

Но Люциан ответил, не выражая этих чувств:

— Ничего не случилось. Просто наш разговор затянулся дольше, чем я предполагал.

— Понятно.

Только тогда лицо Пернии расслабилось.

Перния улыбнулась, опустив брови.

— Что ж, это ведь твоя первая встреча с отцом, так что я понимаю.

Люциан посмотрел на её лицо и подумал:

«Я не должен убивать Гриффона. По крайней мере, пока она заботится о нем».

Том 2 Глава 112

Гриффона перевели из лагеря военнопленных в казармы Люциана. Аккуратно обставленные казармы Люциана были куда комфортнее лагеря, где по твердому земляному полу ползали насекомые. Гриффон откинулся на спинку стула с расслабленным видом и произнес:

— Определенно, приятно иметь сына.

Но реакция Люциана была холодной:

— Не заблуждайся. Я привез тебя сюда не потому, что ты мой отец.

Это было сделано вовсе не из теплых чувств. Он просто хотел держать его под присмотром. Если бы Гриффон захотел, он бы разнес тюрьму и сбежал, так что запирать его в лагере не имело смысла. Куда лучше держать его там, где он всегда на виду, ведь никогда не знаешь, что у него на уме. Гриффон, словно не замечая намерений Люциана, мягко прищурился:

— Но я официально дворянин Аксиона, ты уверен, что мне можно здесь оставаться? Что если твои подчиненные поймут это превратно?

— Не беспокойся. Я уже сказал им, что ты дворянин, желающий перебраться из Аксиона в Империю, и что мы договорились об этом особом порядке. Так что…

— ……

— Пожалуйста, держи рот на замке и оставь меня в покое. Я не собираюсь играть роль твоего сына.

Несмотря на резкие слова сына, Гриффон ничуть не расстроился:

— Я буду сотрудничать и вести себя тихо. В любом случае, я не собирался рассказывать другим, что я твой отец. Но уходить я не хочу.

— Что?

— Если ты продолжишь подавлять свои красные глаза, станешь крайне нестабильным. Мне придется присматривать за тобой.

Разве можно получить желаемое, жестко подавляя себя? В итоге ты лишь захлебнешься в неудаче. Рука Люциана дрогнула. Ему хотелось выхватить меч, висевший на поясе, и снести голову человеку, который смотрел на него с такой безмятежностью. Но он сумел сдержаться. Главной причиной была Перния. Как бы сильно она его ни любила, она не полюбит мужчину, убившего собственного отца. А второй причиной была сила Гриффона. Гриффон обладал чудовищной мощью, как и он сам. Неизвестно, что случится, если они схлестнутся. Люциан не хотел так рисковать. Как только они вернутся в имперскую столицу, он получит все, чего хочет. «Так что просто проигнорирую его до тех пор». Люциан холодно отвернулся. Гриффон рассмеялся, словно считая сына милым.

* * *

Спустя несколько дней имперская армия с триумфом вернулась в столицу. Бесчисленные толпы людей стекались, чтобы увидеть их. Люди с горящими глазами выкрикивали имя человека, который привел их к чудесной победе:

— Кардиен!

— Кардиен, величайший рыцарь Империи!

Под приветственные крики десятков тысяч людей Люциан верхом на коне возглавлял марш победоносных солдат. Парад был грандиозным. Пленные члены королевской семьи и аристократы Аксиона понуро опустили головы, а следом за ними тянулись повозки с огромными золотыми и серебряными сокровищами, вывезенными из Королевства Аксион.

— Ух ты-ы-ы!

Зрители восклицали от изумления. Победа — это определенно сладко. Особенно в этой войне, которая закончилась так быстро. Император был счастлив не меньше остальных. Он выглядел более взволнованным, чем обычно, и проговорил, выражая переполнявшие его эмоции:

— Ты сделал это, Люциан.

Люциан поклонился перед императором и ответил:

— Имени «Аксион» больше не существует. Отныне это земли Империи, и они навсегда останутся нашими.

Их фальшивый союзник исчез, а они получили обширные территории. Император был мягким человеком, но не лишенным амбиций. Не было причин не радоваться тому, что страна, которой он правил, стала могущественнее. Император посмотрел на Люциана с волнением. Прекрасный рыцарь, склонившийся перед ним, сдержал свое обещание. Он не использовал силу дьявола, а привел солдат к победе лишь своим командованием. Всего за три недели. Это было выдающееся достижение. Пришло время императору сдержать свое слово. Он объявил в присутствии многочисленных министров:

— Мой рыцарь, Кардиен, добился беспрецедентных результатов. Поэтому я должен дать ему то, что он по праву заслуживает.

Награда императора была экстраординарной:

— Я расширю северные владения Кардиена в сто раз с востока на запад и с севера на юг, и дарую лорду Кардиену титул герцога.

Когда Люциана, рыцаря простого происхождения, назначили на должность герцога, высший дворянский титул, министры в изумлении уставились на императора. Правда, Люциан добился невероятных результатов, но это было слишком. В возникшем хаосе один из мужчин поднял руку:

— Ваше Величество, я знаю, что вы очень цените лорда Кардиена. Но если вы внезапно дадите ему такую большую награду, другие дворяне могут почувствовать себя неловко.

— Я тоже так считаю, Ваше Величество.

Министры пытались убедить императора как можно мягче. Император не был тираном, который всегда настаивал на своей правоте. Когда министры говорили единогласно, он обычно отступал, мучаясь от сомнений. Но не в этот раз. Император сказал:

— А иначе некомфортно будет мне.

— Что?

— Кардиен — самый верный и способный рыцарь из всех, что у меня были. Разве не естественно заботиться о таких людях больше, чем об остальных?

— Ч-что?

— Я никогда не отказываюсь от своих слов.

После того как император официально заявил о своем фаворитизме по отношению к Люциану, тот ответил спокойным голосом посреди шумных министров:

— Благодарю вас, Ваше Величество.

На его бесстрастном лице появилась легкая улыбка. Наконец-то он герцог. Он намерен официально сделать предложение Пернии вскоре после получения титула. «Я попрошу ее выйти за меня». Он был уверен, что она обрадуется.

* * *

Но вопреки желаниям Люциана, Перния вовсе не обрадовалась этой новости. Она сидела одна в своей комнате. Люциана, который оставался в ее покоях перед отъездом на войну, здесь не было. Люциан вернулся в столичную резиденцию, которую получил от императора. Официальной причиной был Гриффон, которого они привезли с поля боя. Перния пробормотала с раздраженным видом:

— Трудно оставаться со мной, потому что нужно присматривать за Гриффоном? Потому что боишься, что он что-то сделает мне?

Все это ложь.

— Это явно просто оправдание, чтобы избежать меня!

В конце концов, Перния не смогла убедить Люциана прекратить прием лекарств. Как бы она ни старалась, в этот раз ничего не вышло.

«Прости, Ниа. Я продолжу принимать лекарство. Пока ты не получишь титул герцогини».

«Мне не нужно становиться герцогиней!»

«Я хочу этого. Я хочу иметь возможность стоять рядом с тобой, обладая высочайшим статусом».

Люциан сказал это с отчаянным видом.

«Пожалуйста».

Она ничего не могла поделать, когда он говорил так. Поэтому Люциан все еще принимал лекарство и сократил время встреч с Пернией.

— …Ха-а.

Перния глубоко вздохнула, положив руку на лоб. Теперь она понимала, почему Люциан отправился на войну. Это было не просто ради мести принцессе Ларе. Люциан жаждал чести и власти… и все это было ради него самого. Конечно, отец Пернии был в восторге:

«Ха-ха-ха! Похоже, и на моей улице наступила весна! Как и ожидалось, Кардиен — лучший зять! Ты можешь в это поверить, Перния? Герцог Ингар и маркиз Пениан, которые всегда смотрели на меня свысока, поклонились и сказали: "наш хён пришел". Они на два года моложе меня, но всегда разговаривали со мной свысока. И это еще не все. Каждая семья только и делает, что просит меня устроить им встречу с тобой. Ну, это понятно. Моя дочь — будущая герцогиня Кардиен!»

Но Перния была не так счастлива.

— Мне правда не нужно ничего подобного…

Ей просто нужно, чтобы Люциан был рядом. Но теперь его нет. Она не злилась на него. Как она могла ненавидеть его, когда он такой ласковый и милый? Просто было немного обидно. Люциан, который ее не понимает.

* * *

Особняк Люциана в столице. Внутри огромного поместья скопилась гора товаров. Это были подарки от многих дворян для Кардиена. Гриффон пробормотал, с восхищением разглядывая дары:

— Драгоценности, золото и редкие животные. Все эти ценные подарки. Носить имя «герцог Кардиен» — это определенно нечто.

Все было так, как он сказал. До сих пор Люциана недооценивали из-за его происхождения простолюдина. Даже император, который симпатизировал ему, не мог дать ему многого, опасаясь косых взглядов аристократии. Да и сам Люциан не просил у императора многого. Но теперь все изменилось. Император открыто заявил о своей любви к Люциану, и тот принял ее. Это означало, что Люциан станет вторым по влиянию человеком в этой империи, как на словах, так и на деле. Даже дворяне, которые смотрели на Люциана свысока, теперь должны были бегать наперегонки, чтобы угодить ему. Лицо человека, принимавшего комплименты и подарки от дворян, не выглядело счастливым. Гриффон прошелся по залу. Звук его шагов эхом отдавался в пустом особняке. Он направился в комнату Люциана. В темноте, без единого огонька, Люциан сидел в кресле с закрытыми глазами. Он вошел без разрешения, но Люциан не разозлился. Точнее, он просто решил игнорировать его присутствие. Люциан привез Гриффона в свой особняк, но на этом все. Люциан буквально просто следил за Гриффоном. Гадая, не собирается ли тот выкинуть какую-нибудь глупость. Помимо этого, его не интересовало, что делает Гриффон. Как ни странно, Гриффона это немного огорчало.

Том 2 Глава 113

«Раньше меня никогда не волновало, что чувствуют другие…»

Ему стало любопытно, каково это — иметь ребенка.

Гриффон открыл рот:

— Люциан.

Ответа, разумеется, не последовало. Но Гриффон знал, как заставить его заговорить.

— Когда станешь герцогом, ты женишься на Пернии?

Перния.

Люциан отреагировал так, словно одно лишь её имя наложило на него чары.

Он открыл глаза и повернул голову в сторону Гриффона.

Гриффон, довольно прищурившись, произнес:

— У меня есть история, которую тебе стоит услышать по этому поводу.

Лицо Люциана мгновенно стало холодным.

Он решил, что Гриффон недолюбливает Пернию. Неужели он думает, что может запретить ему жениться на ней только потому, что он его отец?

Но слова, слетевшие с губ Гриффона, оказались совсем не такими, как ожидал Люциан.

— Ты помнишь свою мать?

Люциан ответил с заминкой, даже не осознав этого:

— …Нет.

Он был слегка удивлен. Ведь это был первый раз, когда кто-то заговорил с ним о его биологической матери. И не кто-нибудь, а его «отец».

Гриффон опустил взгляд:

— Прошло уже двадцать лет с тех пор, как я встретил её. Но я до сих пор помню нашу первую встречу.

* * *

Гриффон встретил её в маленькой деревушке в долине.

Деревенские жители с опаской относились к путникам с красными глазами. Он знал, что многие считают такие глаза зловещими, но не подозревал, что люди могут ненавидеть их настолько сильно.

Некоторые отворачивались, стоило им увидеть Гриффона, другие же поспешно уходили в дома и с грохотом захлопывали двери, пытаясь обезопасить себя.

Кто-то выкрикнул в его адрес:

— Это священная деревня, благословленная Богом! Ты, проклятый дьяволом, должен немедленно убираться отсюда!

Гриффон вздохнул, услышав молодой, полный враждебности голос.

— Не могу.

За время долгого пути у него закончились припасы. Вся еда в сумке была съедена. После нескольких дней в дороге он был измотан. Ему нужно было поесть и пополнить запасы, но, похоже, здесь это было невозможно.

— …Ну что ж.

В этой крошечной деревушке, судя по всему, жило меньше сотни человек. Захватить её было куда проще, чем бродить по лесу в поисках дичи. Стоило ему выпустить немного своей силы, как все они пали бы замертво, отдав всё, что у них есть.

Но Гриффон, уже сжавший кулак, тут же сдался. Он не хотел снова чувствовать вину. К тому же, возиться с ними было просто утомительно.

— Пожалуй, осмотрюсь еще немного.

Может, здесь и не любят красноглазых, но наверняка найдется хоть кто-то, кто примет его радушно.

Прогуливаясь по деревне, Гриффон наткнулся на женщину.

Она была одета в лохмотья, сплошь покрытые дырами. Её невероятно длинные волосы спутались в колтуны. Лицо тоже выглядело потрепанным.

Женщина с черными пятнами на лице широко раскрыла глаза, увидев Гриффона.

— А-а…

Она смотрела на него так, словно никогда прежде не видела людей.

«Нищенка? Будет досадно, если она увяжется за мной».

Гриффон попытался проигнорировать её, но не смог — всё дело было в корзине у неё в руках. В ней лежали хлеб и фрукты. Всё это выглядело слишком качественным для нищенки.

Гриффон поправил свою прежнюю мысль: «Может, она богатая нищенка?»

Впрочем, какая разница. Она выглядела жалко, а значит, была нищенкой.

Гриффон подумал: «Если я попрошу её поделиться хлебом, она даст?»

Тут женщина открыла рот:

— О-о-о.

— …

— Я-я никогда не видела т-такого к-красивого человека! Н-никогда!

Её голос звучал по-детски, а заикалась она сильнее, чем кто-либо из знакомых ему людей.

Женщина торопливо заговорила:

— М-меня з-зовут М-мари.

— Мамамамари?

— Н-нет. М-мари.

— …

— М-мама… М-мари! М-мари!

— …Мари?

Мари кивнула. Несмотря на свою медлительную речь, она говорила с большим энтузиазмом:

— Х-хочешь п-пойти к М-мари д-домой?

— …Что?

— У м-меня есть в-вкусный хлеб. И я-яблоки т-тоже. А е-еще я в-вчера сварила д-джем.

К счастью, Гриффон был сообразителен. Он быстро понял её истинные намерения. Он не мог поверить, что эта жалкая нищенка пытается его соблазнить.

«Боже мой».

Гриффон на мгновение задумался и кивнул. Он не любил подозрительных людей. А вонючих — и подавно, но…

«А хлеб выглядит аппетитно».

К тому же, женщина с запутанными волосами не казалась плохим человеком. В её глазах светилась детская чистота. Она выглядела немного наивной.

Гриффону нравились такие люди. По крайней мере, они не станут судить его или строить козни.

Гриффон кивнул. Мари просияла.

—

Место, куда привела его Мари, оказалось обшарпанным домиком на окраине деревни. Внутри царил такой же беспорядок, как и в облике самой Мари, которая, похоже, давно не мылась. Пол был покрыт слоем пыли, а вещи валялись как попало.

Мари широко раскрыла глаза, смутившись. Она тут же бросилась убирать вещи со стула. Вытирая его полотенцем, она пробормотала:

— С-с-садись. Т-тут чисто. Ч-чисто.

Она выглядела отчаявшейся, словно боялась, что Гриффон уйдет.

Гриффон сел на предложенный стул. Мари быстро расчистила стол, затем нашла на кухне чистую тарелку и выложила на неё хлеб и фрукты из корзины.

— Э-это мне дала Анна, — сказала она, ставя тарелку перед Гриффоном. — О-очень вкусно. Е-ешь.

Гриффон молча посмотрел на тарелку. Еды на ней было гораздо больше, чем у самой Мари.

Она тревожно спросила, пытаясь угадать мысли Гриффона:

— Х-хочешь п-поделиться?

Её предложение заставило Гриффона рассмеяться.

— Ты такая добрая, — усмехнулся он.

— …

Это был всего лишь простой комментарий. Тем не менее, Мари выглядела так гордо, словно услышала величайший комплимент в своей жизни.

Когда ужин подошел к концу, Мари снова попыталась соблазнить Гриффона:

— М-моя кровать х-хорошая. О-она м-мягкая.

Она начала подпрыгивать на кровати, показывая, что её постель — лучшая в мире. Гриффон опешил.

«Очевидно же, что это жесткая, старая кровать».

Но он решил подыграть. Была глубокая ночь, он устал с дороги и не хотел спать на холодной земле.

Гриффон без колебаний забрался на кровать Мари. Она изумилась, но подвинулась, освобождая место. Кровать была маленькой. Тело Гриффона заняло её целиком. Лежать рядом было невозможно.

Гриффон опустил брови:

— Что будем делать? Хочешь поспать у меня на руках?

Женщина широко раскрыла глаза и замотала головой. Заикаясь, она ответила:

— Н-н-не холодно. Я, я, я могу поспать н-на полу. Я н-не люблю с-спать на кровати. Н-на самом деле, я в-вообще не сплю.

Он наблюдал, как она придумывает всевозможные оправдания, лишь бы не ложиться с ним в одну постель.

«А ведь я думал, она пытается меня соблазнить?»

Гриффон был красивым мужчиной. У него была приятная манера речи и изысканные манеры. Везде, где бы он ни бывал, женщины пытались его соблазнить, а одинокая женщина, живущая одна, — тем более. Но эта женщина явно не хотела спать с ним.

«Ну и слава богу».

Решив вопрос с едой и ночлегом, он почувствовал, как наваливается усталость. Гриффон закрыл глаза. Он чувствовал, как Мари стоит рядом с кроватью и смотрит на него, но это не имело значения. В её взгляде не было ни враждебности, ни злых умыслов. Она просто смотрела на него с восторгом.

—

Гриффон открыл глаза утром. Его ясные красные глаза, скрытые всю ночь, снова были открыты.

— …Сюда заходила фея? — пробормотал он, лежа на кровати.

Вчерашний беспорядок исчез. Пыль на полу пропала, разбросанные вещи были аккуратно разложены по ящикам. В утренних лучах солнца, пробивающихся сквозь окно, дом сиял.

«А домик-то довольно милый, если навести порядок».

Вчера он не мог понять, руины это или жилье, но теперь, когда всё было чисто, дом выглядел совсем иначе. Здесь был камин, несколько окон. Он чувствовал тепло, исходящее от хозяйки дома.

Дверь со скрипом отворилась. Это была Мари.

Она выглядела совершенно иначе, чем вчера. Её длинные спутанные волосы были аккуратно расчесаны, лицо, прежде покрытое пятнами, сияло чистотой. Одежда тоже была другой.

Это было старое, поношенное, но обычное женское платье. Конечно, это не делало Мари элегантной красавицей. У неё было обычное круглое лицо с нежными чертами. Если и можно было выделить что-то особенное, так это её большие черные глаза.

Тем не менее, по сравнению с вчерашним видом нищенки, разница была колоссальной.

Мари покраснела под его взглядом:

— Я-я умылась. О-от меня б-больше не пахнет. Я-я и в-волосы п-помыла. А е-еще я н-надела мамино п-платье. С-самое к-красивое.

Глаза Гриффона мягко изогнулись:

— Выглядит отлично.

Лицо Мари вспыхнуло от жара.

Том 2 Глава 114

Мари зажмурилась и крикнула:

— М-Мари приготовит тебе завтрак. М-Мари хорошо готовит!

Только тогда Гриффон заметил корзину в руке Мари.

Она отличалась от вчерашней еды, которую она получила от кого-то. Там были овощи, покрытые землей, только что собранные с грядки.

На кухне, которой, казалось, она пользовалась уже давно, кипел котелок.

«…она что, готовила?»

Гриффон не собирался задерживаться здесь надолго.

В этой деревне не было ничего особенного.

Наполнив свой голодный желудок, он подумывал снова отправиться в путь на рассвете.

Но…

— Х-хочешь завтрак?

Большие черные глаза Мари беспокоили его.

Через некоторое время Гриффон понял почему.

«Да, она похожа на него».

Когда это было? Маленький щенок, который был у него давным-давно.

Они выглядели точь-в-точь как глаза маленькой собаки, которая невинно подходила к нему, виляя хвостом.

«Неплохая идея — немного передохнуть».

Он и так жил жизнью путника, у которого не было никаких срочных дел. Ничего страшного, если он побудет здесь некоторое время.

Вот что заставило Гриффона остаться в доме Мари.

* * *

Время, проведенное с ней, было тихим и теплым.

Что еще лучше, ее дом находился вдали от деревни, поэтому никто не заходил.

Тем временем Мари тревожилась, потому что не могла никуда сводить Гриффона.

Лучшее печенье, самый красивый цветок, который она видела в поле, и последний кусок хлеба — она делила все это и отдавала Гриффону кусок побольше.

Гриффон смеялся над куском хлеба, который был намного больше ее собственного.

Она вела себя словно отчаянный самец, ухаживающий за своей парой. Или, в ее случае, самка?

Ему это не было неприятно.

Это было даже мило.

Намного больше, чем женщины, которые дарили ему драгоценности и горы золота, умоляя: «Пожалуйста, останься со мной».

— А…

Мари захлопала своими круглыми глазами.

Потому что Гриффон гладил ее по волосам.

Это сильно отличалось от жеста мужчины по отношению к женщине. Это было гораздо невиннее.

Это было похоже на то, как отец гладит ребенка по голове.

Тем не менее, этого было достаточно, чтобы вызвать чувства.

— Хи-хи.

Мари ухмыльнулась и пригладила волосы, которых коснулась рука Гриффона.

С самым счастливым лицом на свете.

На тихом ветру Мари рассказала Гриффону о своем воспитании.

— М-Мари родилась больной. Вот почему я, э-э, немного медлительная.

К счастью, родители Мари были теми, кто мог дать своей дочери нормальную родительскую любовь.

Они ругали, защищали и растили Мари, которая была немного медлительной.

У Мари никогда не было друга, с которым она могла бы общаться, или девочки ее возраста, с которой можно было бы поиграть, но она умудрялась жить счастливо.

Но вскоре пришла трагедия.

Родители Мари внезапно погибли в аварии.

Это было всего три месяца назад.

— М-мои мама и папа не вернулись домой. С-сколько бы я ни ждала, они не вернулись.

Мари заплакала, ее глаза покраснели. Но она не могла сказать, что ее родители «умерли».

Словно это было слишком печальное слово, которое она не могла заставить себя произнести.

Мари была глубоко опечалена после исчезновения родителей. Она целыми днями бездельничала, ничего не делая.

Дом, как и сама Мари, был в беспорядке.

Иногда она проголодалась.

Поэтому Мари ходила в город, чтобы получить еду от соседей. Деревенские жители были бедны, но заботливы.

Они сочувствовали Мари, недалекой девушке, которая потеряла родителей и осталась одна.

Благодаря этому Мари никогда не голодала.

В один из таких дней.

В день, когда она встретила Гриффона, Мари получила щедрую порцию свежеиспеченного хлеба от Анны, которая была особенно внимательна к ней.

Мари сказала с торжествующим видом:

— Я-я заманила т-тебя этим. Хлеб Анны — с-самый лучший.

На этом моменте Гриффон рассмеялся.

Однако мир между ними длился недолго.

К уединенному дому Мари пришли люди с угрожающими лицами.

Это были деревенские жители.

— Это правда, что красноглазый мужчина, который появился в деревне несколько дней назад, живет здесь?

Побледневшая Мари попыталась закрыть дверь, но это было невозможно. Они втолкнули Мари в дом.

В маленьком доме был Гриффон.

Длинные волосы Гриффона были заплетены в косички. Это сделала Мари, которая восхищалась тем, какими тонкими и мягкими были его волосы.

Деревенские жители были немного смущены неожиданным появлением Гриффона.

«Ч-что… Почему он…?»

Они прибежали, получив известие, что красноглазый мужчина живет в доме Мари.

Думая, что это опасно, так как он проклят дьяволом, каждый из них держал в руках сельскохозяйственный инструмент или дубину.

Но человек, которого они встретили, выглядел безобидно.

«Нет, нас не обмануть внешностью».

Староста, стоявший впереди, первым пришел в себя.

Староста был одним из самых набожных жителей деревни. Он верил в старую легенду о том, что красноглазые прокляты.

Как бы нормально ни выглядел человек перед тобой, все это ложь.

Этот человек был крайне опасным существом, которому не место в этой маленькой, мирной деревне.

Староста шагнул вперед и уставился на Гриффона. На его лице, обычно приветливом ко всем, читались настороженность и презрение.

— Не знаю, чего ты добиваешься, оставаясь с этим несчастным ребенком, но это священная деревня, благословленная Богом. Здесь нет места такому проклятому человеку, как ты.

Это было четкое предупреждение убираться из деревни.

Гриффон молча смотрел на старосту. В его красных глазах не было никаких эмоций.

От этого староста занервничал еще больше.

«А что, если он откажется? Что, если он осмелится выгнать меня и начнет тиранить нас?»

Староста сглотнул и сжал кулак.

«Тогда я использую свою силу, чтобы повалить его».

Мужчина, насколько он видел, не был вооружен. Помимо отсутствия оружия, его хрупкая внешность говорила о том, что он никогда не участвовал в драках.

Деревенские жители, закаленные тяжелым крестьянским трудом, выглядели намного крупнее и сильнее. К тому же их было больше, так что справиться с красноглазым будет несложно.

Через некоторое время Гриффон заговорил:

— Я уйду.

……!

Староста невольно открыл рот в ответ на его мягкий ответ.

Гриффон продолжил с мягким выражением лица:

— Я все равно не собирался задерживаться надолго. Так что идите домой. Завтра меня здесь уже не будет.

Староста чуть было не кивнул, как послушный ученик.

Все потому, что он говорил мягко, словно пытался убедить ребенка.

Но староста опомнился и закричал:

— Это нелепо! Кто знает, что ты натворишь за это время?!

Голос старосты сорвался на крик.

— Убирайся отсюда сейчас же!

Староста прокричал это с огромной силой. Деревенские жители позади него чуть не вздрогнули.

Но…

……!

Староста, встретившись взглядом с Гриффоном, дернул плечами.

Человек, который еще мгновение назад казался безобидным, как дерево, внезапно стал выглядеть очень угрожающе.

Ощущение огромной угрозы давило на старосту.

Его дыхание сбилось, кулаки дрожали.

«Д-деревенские смотрят. Я не могу позволить дьяволу запугать себя».

Гриффон сказал отчаявшемуся и решительному старосте:

— Я сказал, что уйду завтра. Если вы не дадите мне немного времени на сборы, у меня не будет выбора.

Староста инстинктивно понял, что имел в виду Гриффон.

Он имел в виду не то, что у него не будет иного выбора, кроме как уйти прямо сейчас, потому что староста упрямо требовал этого. Он имел в виду, что если староста продолжит докучать ему, у него не останется иного выбора, кроме как сделать что-то.

И это «что-то», казалось, было чем-то очень пугающим и жестоким.

В конце концов, староста решил отступить.

Староста сказал, пытаясь совладать с дрожащим голосом:

— Это обещание, которое ты дал собственными устами, так что убедись, что сдержишь его. Если ты будешь здесь, когда я вернусь завтра днем, добром для тебя это не кончится.

— Плевать.

Гриффон кивнул.

Деревенские, ворвавшиеся сюда, ушли.

Гриффон опустил глаза.

«Это конец моего пребывания здесь? Здесь было довольно приятно… Какая жалость».

Он не лгал.

Обычно Гриффон ушел бы без колебаний, если бы его попросили.

Потому что это создало бы лишние проблемы, если бы он разозлил людей.

Но в этот раз он этого не сделал.

Все из-за Мари, хозяйки этого маленького домика.

Мари опустила голову, так что ее лица было не разглядеть.

Гриффон посмотрел на Мари с бесстрастным лицом.

Деревенские смотрели на Мари с еще большим презрением, чем на него.

«Даже если у нее не все дома, не могу поверить, что она привела этого мужчину в свой дом».

Мари жила на помощь деревенских. Из-за меня ей придется несладко, ведь теперь они ее невзлюбили.

«Возможно, она жалеет, что позволила мне остаться».

Гриффон сказал:

— Скажи им, когда я уйду, что ты была вынуждена позволить мне остаться, потому что я угрожал тебе. Тогда они снова примут тебя.

Но Мари не ответила, что сделает это.

Вместо этого она набросилась на Гриффона.

Гриффон повалился на кровать. Мари села на него сверху.

Том 2 Глава 115

Гриффон широко раскрыл глаза от неожиданности.

Однако он не мог оттолкнуть Мари и отчитать её за неучтивость.

Лицо Мари, нависшее над ним, было искажено от муки. Казалось, она вот-вот расплачется.

Мари произнесла дрожащим от слез голосом:

— К-когда я впервые увидела тебя, я подумала, что ты ангел. Ты был таким, таким красивым.

— …Что во мне красивого?

— Всё.

— ………

— Т-твои глаза, в-волосы. Всё, всё в тебе прекрасно.

Рука Мари коснулась лица Гриффона.

Её ладони были маленькими, теплыми и грубыми.

Это были руки беднячки, которая сама носила воду, копала землю и разводила огонь.

Это не вызывало отвращения.

Поэтому Гриффон прижался лицом к ладоням Мари.

— П-поэтому я умылась, и н-надела чистую одежду. Я х-хочу выглядеть п-прекрасно, как ты.

Слезы застыли в глазах Мари.

— М-мари н-нравишься ты. П-поэтому…

В этот момент что-то горячее упало на лицо Гриффона.

Это были слезы из больших глаз Мари.

Затем Мари сказала:

— Переспи со мной.

— …..

Гриффон широко раскрыл глаза.

Она вообще понимает, что это значит?

Гриффон, встретившись взглядом с Мари, понял.

Она знала, что это значит.

В её больших глазах, всегда невинных, как у щенка, горел глубокий жар.

Невинная, как ребенок, она в то же время была женщиной.

Женщиной с сильным желанием обладать мужчиной, который ей нравился.

Уголки его губ поползли вверх.

Гриффон протянул руку и притянул лицо Мари к себе.

Их губы соприкоснулись.

Это означало согласие.

* * *

У Мари и Гриффона была жаркая ночь.

Это была пылкая ночь.

Когда он проснулся, солнце уже вставало.

Гриффон задумался, глядя на неопределенное предрассветное небо, которое не было ни черным ночным, ни ярким утренним.

Прямо как его отношения с ней.

Она была милой, и за ней было забавно наблюдать. Она заставила его почувствовать то, чего он не ощущал уже давно.

Но это не была любовь.

И Мари это знала.

Мари больше никогда не признавалась ему в любви. Она не удерживала его и не кричала, что хочет уйти вместе с ним.

Она просто смотрела на Гриффона спокойным взглядом.

Как будто это был конец.

В тот момент Гриффон изменил свое мнение о ней.

«Она не ребенок».

Она взрослая.

Взрослая, которая умеет хладнокровно судить о том, что может получить.

Мари сказала:

— П-прощай.

Гриффон ответил:

— Пока.

Так они и расстались.

Они провели вместе всего пять дней.

* * *

— ……

Люциан смотрел на Гриффона с пустым выражением лица.

Было странно слушать историю о том, как встретились его родители. Он не испытал никаких эмоций от их рассказа.

Это лишь вызвало у него легкое раздражение.

Люциан произнес с циничным видом:

— Значит, ты продолжил скитаться и развлекаться в одиночку, даже не задумываясь о том, что с ней будет потом.

— ……..

— Ты ушел, но оставил после себя кое-что еще. Ты оставил свое грязное семя в её теле.

Все было так, как сказал Люциан.

После той единственной ночи Мари забеременела.

Мари отчаянно скрывала свою беременность. Это был инстинкт.

Она думала, что если жители деревни узнают, что она беременна, то заставят её избавиться от ребенка.

Она этого не хотела.

Мари хотела выносить ребенка, который рос у неё в животе.

Мари проводила дни, пряча растущий живот под широкой одеждой.

Было тяжело просить еду и работать в поле, будучи беременной, но это было неважно.

Шевеления ребенка время от времени разгоняли всю усталость, которую она чувствовала.

Мари, мастерившая куклу для малыша, рассмеялась, почувствовав, как ребенок ворочается в животе.

Мари положила руку на живот и прошептала:

— Я х-хочу с-скорее тебя увидеть.

Но Мари так и не увидела своего ребенка.

Потому что она умерла, рожая в одиночестве в своем маленьком домике.

Она даже не увидела, как её ребенок появился на свет.

Уа-а...

Уа-а-а...

Маленький ребенок разразился плачем рядом со своей неподвижной матерью.

Казалось, он боролся за выживание.

Сколько он плакал?

Женщина, проходившая мимо маленького домика, услышала детский плач.

Она вошла в дом Мари с удивленным лицом, гадая, что происходит.

Женщина охнула.

Между ног мертвой Мари, которая даже не смогла закрыть глаза, в ярко-красной крови плакал младенец.

У ребенка были красные глаза, как кровь его матери, покрывавшая всё его маленькое тельце.

Люциан, конечно, не помнит той ночи.

Но даже если он не помнит, он знает. Как тяжело, должно быть, жилось той женщине.

Женщина родила в одиночку и умерла.

Даже если бы она не умерла, её ждала бы адская жизнь. Жизнь женщины, родившей проклятого ребенка, очевидно, была бы очень тяжелой.

Поэтому всё, что Люциан мог испытывать к Гриффону, — это презрение и негодование.

Глаза Люциана сузились, он гневно смотрел на Гриффона.

— Да, это моя вина. Я был глуп и даже не подумал о возможности беременности. Потому что считал, что в нормальных обстоятельствах у меня не может быть детей.

Люциан нахмурился.

— Что это значит?

— Люциан, мы — монстры, унаследовавшие силу дьявола. Поэтому обычный человек не может выносить наших детей. Человеческое тело слишком хрупкое для семени монстра.

— ….

— Но иногда… Иногда семя, жаждущее жизни, приживается в хрупком теле.

На лице Гриффона отразился ужас.

— Семя вырастает большим в утробе матери. И в тот момент, когда оно появляется на свет, оно убивает свою мать. Как ты и я.

Слышать такое было страшно.

Но лицо Люциана оставалось спокойным.

«И что ты хочешь, чтобы я сделал? Хочешь, чтобы я чувствовал вину за то, что моя мать умерла из-за меня?»

Но следующие слова Гриффона заставили лицо Люциана побледнеть.

— Вот почему мне не нравится Перния.

— ……

— Я боюсь, что она выносит твоего ребенка.

Люциан почувствовал, как мир закружился вокруг него.

— Люциан, ты ведь любишь её, не так ли? Ты хочешь быть с ней до конца своих дней. Но время от времени ты будешь испытывать сильный соблазн.

В особенно жаркий день — день, когда она ярко улыбается в приятном и прохладном летнем ветерке, отчего его сердце трепещет.

Люциан не сможет сдержать свое растущее желание и поцелует мягкие губы Пернии.

И проникнет в её сокровенное место.

Это часть невинного желания обладать женщиной, которая его любит.

Но последствия ужасающи.

— Если тебе не повезет, семя монстра разовьется в животе Пернии.

— ……

— Ребенок пустит корни в её утробе и будет ждать. Чтобы уничтожить жизнь своей матери в день своего рождения.

Люциан больше не мог этого слушать.

— Заткнись!

Рука Люциана схватила Гриффона за горло.

Если он сейчас свернет ему шею, рот, источающий эти раздражающие слова, больше не сможет функционировать.

Это не было легкой угрозой или шуткой.

Люциан действительно имел это в виду.

Гриффон тоже почувствовал колоссальную силу Люциана. Но даже когда его горло сжималось, Гриффон был вынужден открыть рот.

Его голос был хриплым.

— Поэтому… расстанься с ней.

— ……

Монстр никогда не сможет быть с любимым человеком.

У монстра нет такой свободы.

— Пока не совершил непоправимых ошибок, как я.

Красные глаза Люциана яростно дрожали.

В его взгляде читалось глубокое отчаяние.

* * *

Перния, открывшая окно на стук, широко распахнула глаза. Потому что у окна стоял Люциан.

Это не было сюрпризом.

Люциан часто входил и выходил через окно, когда хотел избежать глаз других слуг.

Но она не ожидала увидеть его сегодня.

Потому что последние несколько дней Люциан избегал Пернию.

Перния надула щеки и выпятила губы.

— В чем дело? Когда я просила тебя встретиться со мной, ты избегал меня, утверждая, что занят. Ты думал, мне понравится, если ты придешь вот так внезапно?

В шутливой манере Перния впустила Люциана в свою комнату.

Затем она нахмурилась, глядя на руки Люциана.

— Почему твои руки такие холодные? Ты долго был на улице?

Не успела она опомниться, как негодование на лице Пернии исчезло.

— Я же говорила тебе не бродить слишком долго, каким бы здоровым ты ни был. А если простудишься?

Перния поспешно уложила Люциана в постель. Затем она накрыла его одеялом.

Даже превратив Люциана в кокон, она не успокоилась. Поэтому она начала растирать лицо Люциана обеими руками.

— Твои щеки тоже холодные, как лед.

Обеспокоенный взгляд. Теплые руки.

Красные глаза Люциана дрогнули в тепле Пернии.

«Перния».

«Я услышал сегодня кое-что шокирующее от этого человека».

«Он сказал, что я монстр. И что моя мать умерла, потому что родила меня».

«Нет. На самом деле, это неважно».

«Он сказал, что я могу стать причиной твоей смерти».

Тело Люциана задрожало, как только он вспомнил эти слова.

«Я в ужасе от того, что ты можешь умереть».

Том 2 Глава 116

В каком-то смысле, это пустяки.

Ему просто нужно беречь её изо всех сил и никогда не заводить детей.

Он будет беречь её.

Но Люциан не был уверен, надолго ли хватит его решимости.

Ведь он знал, какие грязные, омерзительно грязные желания таятся в нём.

«Что, если сила дьявола возрастёт, а мой рассудок улетучится?»

Нет. Этого никогда не должно случиться.

Он даже не мог представить, что с ним будет, если лекарство, созданное Куном, потеряет свою силу.

Перния выглядела обеспокоенной, заметив, как дрожат глаза Люциана.

— Что-то случилось, Люциан?

— ……..

Люциан всегда думал об одном.

Он избавится от всего, что угрожает Пернии.

И в этот момент самым опасным для неё был никто иной, как он сам.

Но…

— Расскажи мне. Я выслушаю, что бы это ни было.

Она была такой прекрасной.

До такой степени, что ему хотелось немедленно обнять и поцеловать её.

До такой степени, что ему хотелось шептать ей о своей любви.

Он хотел остаться рядом с этим чудесным человеком до конца своих дней.

«Поэтому…»

Поэтому он никогда ей не расскажет.

Если он признается, Перния может оттолкнуть его. Ему, возможно, придётся покинуть её.

Он этого не хочет.

Он бы возненавидел, если бы это произошло.

Люциан сумел взять себя в руки и выровнять выражение лица. Он заговорил, как ребёнок, опустив брови.

— Я просто нервничаю из-за коронации, которая состоится через несколько дней.

— Люциан тоже нервничает?

— Конечно. Я ведь тоже человек.

Он говорил это не просто чтобы сменить тему. Мероприятия вроде церемонии присвоения титулов — это совсем не то же самое, что война.

Это поставило бы Люциана, который не любит быть в центре всеобщего внимания, в крайне неловкое положение.

Перния, знавшая об этом, тихо вздохнула. Она погладила Люциана, опустив брови.

— Не волнуйся. Я буду рядом. Если будешь слишком нервничать, можешь игнорировать императора и смотреть только на меня. Люциан, у тебя это хорошо получается.

Люциан почувствовал лёгкое облегчение от её слов, которые звучали одновременно в шутку и всерьёз.

Перния сказала, глядя Люциану прямо в глаза:

— У тебя всё получится.

— ………

— Потому что ты — мой Люциан.

Её нежный голос проник в самое сердце.

Люциан улыбнулся.

Однако эта улыбка лишь скрывала бесконечную тревогу.

Люциан был на пределе, разрываясь между тоской по Пернии и неуверенностью в самом себе.

* * *

Приближалась церемония коронации Люциана.

Изначально планировалось провести её тихо, в кругу нескольких приглашённых дворян.

Но император намеренно расширил масштаб события.

Он решил провести церемонию на широкой площади внутри императорского дворца. И туда разрешили войти даже простолюдинам, которые не были приглашены.

Столица пришла в смятение от этой новости.

— О боже, не могу поверить, что увижу своими глазами, как Лорд Кардиен станет герцогом!

— Ты тоже пойдёшь? Ты ведь не закрывала свою лавку уже 30 лет.

— Конечно, пойду. Я должна увидеть своими глазами момент, который войдёт в историю Империи.

— Мам, я тоже очень хочу пойти.

— И я.

Простолюдины были в наибольшем восторге.

Императорская площадь привлечёт тысячи, если не десятки тысяч людей.

Именно этого и добивался император.

Всё ещё оставалось слишком много дворян, недовольных тем, что Люциан станет герцогом, по самым разным причинам.

Необходимо было показать им подавляющую силу, которой обладает Люциан.

Люциан — не просто хороший воин. Он очень популярен, и многие люди поддерживают его.

Этого не было даже у самых знатных дворян.

Как бы высокомерны они ни были, они не смогут игнорировать того, кто пользуется такой поддержкой народа.

—

Дворяне собрались в особняке одного из своих, с серьёзными лицами.

Это были те, кто испытывал особенно сильную неприязнь к тому, что Люциан станет герцогом.

— Это совершенно нелепо. Недопустимо давать титул герцога простолюдину, да ещё и позволять простолюдинам присутствовать на церемонии.

— Я знал, что Его Величество щедр к простому народу, но это уже переходит все границы.

Но дворяне не могли жаловаться открыто.

Потому что влияние Люциана и императора было огромным. Несколько дворян, собравшихся здесь, не обладали достаточным влиянием, чтобы победить их, даже если бы объединили усилия.

Один дворянин сказал, сжимая кулаки:

— Мы так и будем сидеть тихо? Просто позволим ублюдку-простолюдину стать герцогом и командовать нашей империей?

Если Люциан станет герцогом, он станет ещё более высокомерным, чем сейчас.

К тому же, император, полагаясь на его силу, начнёт подавлять дворянство.

Как ни крути, ничего хорошего их не ждало.

Тогда вперёд вышел Маркиз Гартиан.

— У меня есть план.

Глаза собравшихся дворян загорелись.

— Какой у тебя план?

Маркиз Гартиан заговорил, чувствуя на себе всеобщее внимание.

— Многие, возможно, забыли, упиваясь славой победы, но Кардиен — дьявол. Это всё, что нам нужно доказать.

Маркиз Гартиан давно продвигал «Теорию о дьяволе Кардиене». Но мало кто воспринимал его всерьёз.

Потому что состояние Люциана было слишком стабильным, чтобы называть его дьяволом.

Вне поля боя Люциан был вежлив со всеми и никогда не делал ничего странного.

Было слишком мало оснований, чтобы обвинить его.

Поэтому реакция аристократии была прохладной.

— И как? Ты собираешься схватить Кардиена за шиворот и доказывать, что он дьявол?

Маркиз Гартиан, словно только этого и ждал, положил на стол предмет. Глаза дворян, увидевших его, округлились.

Это был красный драгоценный камень в маленькой шкатулке.

— Что это? Рубин?

Маркиз Гартиан покачал головой.

— Нет, это не обычный камень.

Маркиз Гартиан взял камень в руку.

— Это мана-камень, называемый Дьявольским камнем.

— Что?

Аристократы широко раскрыли глаза от его шокирующих слов.

Маркиз Гартиан начал длинное объяснение, фыркнув.

— Изначально я намеревался заполучить священный артефакт, подавляющий силу дьявола. С его помощью я бы доказал перед всем народом, что Кардиен — дьявол. Но я не смог его достать.

Он также посетил храм, где хранился священный артефакт, но получил отказ, поскольку они не могли передать драгоценные реликвии в руки простого обывателя.

Но Гартиан не сдался. Он пошёл другим путём.

«Если я не могу получить предмет, подавляющий дьявола, почему бы не достать противоположный?»

Маркиз Гартиан сумел раздобыть кое-что ценой огромной суммы денег.

— Для нас это просто обычный камень, но не для тех, кто обладает силой дьявола. Если человек с силой дьявола коснётся этого камня…

Маркиз Гартиан продолжал, наслаждаясь взглядами дворян, устремлёнными на него.

— Я слышал, что сила дьявола подавляющая. Это как если бы в коробке взорвалась бомба.

Дворяне в изумлении ахнули.

Пока слова Маркиза Гартиана верны, Люциан никогда не станет герцогом.

Каким бы могущественным он ни был, дьявол не может быть герцогом.

Один дворянин спросил:

— Но не будет ли опасно, если сила дьявола вырвется наружу?

Они никогда не видели настоящую силу дьявола, но знали, что она колоссальна.

Сила дьявола, как записано в истории, астрономична.

Говорят, что лев может убить десятки тысяч людей легче, чем поймать маленькую мышь.

Маркиз Гартиан сказал так, будто это не было проблемой.

— Верно. В качестве подготовки к этому мы не будем участвовать в церемонии.

Хотя это важное событие, организованное императором, они могут уйти, если придумают предлог.

Поскольку это люди, которые не любили Кардиена изначально, никто не сочтёт странным, если они покинут место проведения группой.

Маркиз Гартиан изогнул губы в усмешке.

— Нас не касается, что произойдёт в Императорском дворце после этого.

Убьёт ли дьявол императора.

Убьёт ли дворянина рядом с собой.

Убьёт ли всех простолюдинов на площади.

Дворяне, понявшие слова Маркиза Гартиана, холодно застыли.

Но они не остановили Гартиана от совершения столь ужасного поступка.

Они и так уже были в немилости у императора. Всё, что их ждало — это путь к трагическому краху.

Для них это была возможность.

Возможность для того, чтобы император и его любимые дворяне исчезли, а ликование простого народа по поводу Кардиена превратилось в крики ужаса.

Красные камни сияли в глазах тех, кто был ослеплен амбициями.

Ярко-красный свет был подобен крови, вытекающей из человеческого тела.

* * *

В особняке Лайлак с самого утра царила суматоха.

Потому что сегодня день церемонии коронации Люциана.

Маркиз Лайлак воскликнул с воодушевлённым лицом:

— Это день, когда мой зять станет герцогом. Это самый значимый день в жизни семьи Лайлак, так что вы должны нарядить меня идеально, чтобы даже волоска не торчало!

— Да!

Слуги кивнули Маркизу Лайлаку с решительными лицами.

То же самое происходило с Пернией на втором этаже.

Анн, которая собирала Пернию с самого рассвета, крикнула:

— Лучший драгоценный камень! Лучшее платье! Лучший макияж! Вы должны быть самой яркой и красивой там!

Хорошо ли это? Нет, а это лучше? Нет. Нет. Как насчёт этого?

Перния сказала Анн, которая достала все ожерелья в комнате и несколько раз примерила их на её шею:

— Анн, титул присваивают не мне, а Люциану.

— Тем более.

Том 2 Глава 117

Энн сияла от восторга.

— Уверена, все будут смотреть на вас с восхищением, моя леди. Юная герцогиня и герцог Кардиен, обласканный самим императором.

— ……

— Поэтому я должна сделать всё возможное, чтобы вы выглядели достойно и грациозно. Моя леди больше не просто дочь маркиза, а будущая герцогиня.

Это смущало, но Перния не могла с этим поспорить.

— Ха-ах.

В конце концов, Перния вздохнула и смиренно отдалась в руки Энн. На самом деле она чувствовала тяжесть. Внезапное возвышение Люциана и открытое покровительство императора. Всё это. Но она не могла отказаться от всего сейчас. Она знала, как тяжело Люциан работал, чтобы создать эту ситуацию.

«Должно быть, именно поэтому он отправился на войну».

Он хотел поставить себя на самую высокую ступень. Перния всё ещё была расстроена из-за их неразрешённого конфликта. Люциан всё ещё принимал лекарства, сдерживая себя ради неё. Однако сейчас происходило слишком много всего, чтобы разобраться с этими проблемами.

«Ладно, сегодня я просто сделаю то, чего он хочет».

После этого Перния собиралась посмотреть ему в глаза и нормально поговорить.

«Тебе больше не нужно сдерживаться ради меня».

Делай что хочешь, Люциан.

В отличие от шумного особняка Лайлак, в поместье Кардиен царила тишина. Полу помогал Люциану. Пол обладал превосходными навыками, благодаря чему Люциан был безупречно одет. Ослепительно белый мундир, тщательно отглаженный, украшали многочисленные медали. Его лицо с открытым лбом было прекрасно, словно статуя.

Гриффон хлопнул в ладоши, увидев Люциана.

— Ого, выглядишь потрясающе.

Он промолчал о том, что хотел добавить: «Всё-таки ты мой сын». Если бы он сказал это, то испортил бы Люциану настроение. Он не хотел раздражать его в такой важный день.

«Он герцог».

Ему было неприятно, что Люциан, который при желании мог бы держать континент у своих ног, принимал титул от императора, словно послушный пёс. Но если Люциан этого хотел, он будет наблюдать. Потому что как биологический отец он гордился своим сыном.

Гриффон сделал шаг к Люциану. Его рука коснулась воротника Люциана. Гриффон обратился к Люциану, который приподнял бровь:

— У тебя воротник криво лежит.

— ……

— Это важная должность. Нужно выглядеть подобающе.

— ……

Люциан не убрал его руку и не велел не лезть не в своё дело. Гриффон горько улыбнулся, глядя на замершего сына.

«Он молчит не потому, что я ему нравлюсь».

Люциану было всё равно, пока Гриффон не делал ничего, что могло бы его оскорбить. Словно Гриффон был лишь мелким камешком на обочине. И всё же Гриффон был рад, что сын не отверг его прикосновение.

Гриффон, закончив поправлять воротник, встретился с ним взглядом. Серебряные волосы и красные глаза. Несмотря на разницу в возрасте, они были очень похожи. У каждого была своя аура, но никто не смог бы отличить их, если бы они стояли порознь. Однако любой понял бы, увидев их лицом к лицу, что между ними особая связь.

Гриффон произнёс с мягким выражением лица:

— Счастливого пути.

Люциан не ответил. Он отвернулся с бесстрастным лицом и вышел из комнаты. Гриффон подумал, глядя на холодную спину сына:

«Он выглядит нервным».

Похоже, то, что он сказал несколько дней назад, сильно встревожило Люциана. Гриффон действительно предупреждал его, что если он продолжит быть с женщиной, которую любит, произойдут ужасные вещи. Но Гриффон не жалел, что рассказал свою историю. Люциан должен был это знать. Как родитель, он не хотел, чтобы его ребёнок прошёл через те же трудности, что и он сам.

Лицо Люциана помрачнело после выхода из комнаты.

«Мне нехорошо».

Он чувствовал, будто тонет в глубокой трясине. Сердце колотилось, а голова гудела. Люциан потряс головой. Вероятно, дело было в словах Гриффона, сказанных несколько дней назад. Они вонзились в сердце, словно кинжал. Но это было всё. Как бы сильно его это ни тревожило, он не мог позволить этому взять верх. Он не должен даже прикасаться к Пернии.

«Так что не думай об этом слишком много и закончи сегодняшнее дело».

Получив титул герцога, он намеревался отправиться в свой замок на севере. Там Люциан будет мучиться вопросом, как оставаться рядом с ней в будущем. С этой решимостью Люциан распахнул дверь. Яркий солнечный свет хлынул на него.

* * *

С самого раннего утра площадь перед императорским дворцом заполнила огромная толпа. Все эти люди собрались, чтобы чествовать Люциана.

— Кардиен!

— Рыцарь Победы, Кардиен!

Они выкрикивали имя героя с восторженными лицами. Громкий гул разносился по императорскому дворцу. Император, находившийся внутри здания, сказал, глядя на толпу за окном:

— Поразительно. Не думаю, что даже на коронации было столько народу.

Старый оруженосец, стоявший рядом с императором, произнёс со смешанными чувствами:

— Ваше Величество поистине великодушны к герцогу Кардиену. Обычный лорд не был бы счастлив видеть, как его подчинённый получает больше приветствий, чем он сам.

Император лишь рассмеялся. Оруженосец не знал, что Люциан пробудил силу дьявола. Поэтому он видел в императоре недооценённого правителя, который отдаёт всё своему подчинённому.

«Всё совсем не так».

Люциан был могущественнее, а не император. Если бы Люциан захотел, императора бы уже не было в этом мире. То же самое касалось и любимой империи императора. Она превратилась бы в ад. Но сейчас в империи царил мир. И её император жил спокойно. Потому что Люциан больше не был жадным.

«Он останется на моей стороне, если я буду исполнять его желания».

Император поднялся с улыбкой.

— Пойдёмте.

Император взмахнул золотым плащом и направился к площади. Он чувствовал жар, который не шёл ни в какое сравнение с тем, что он видел из окна.

— Да здравствует император!

— Да здравствует герцог Кардиен!

Под приветственные крики людей император поднялся на высокий постамент на площади. Император остановился и протянул руку. Это был обычный жест, но он выглядел очень величественно. В тот же миг люди притихли. Голос императора разнёсся по огромной площади:

— Я хотел бы выразить благодарность всем, кто пришёл на это знаменательное событие.

Взгляд императора обратился к людям под постаментом. Они стояли так плотно, что, казалось, должны были задохнуться. Тем не менее, никто не хмурился. Всё из-за волнения от возможности стать свидетелем того, как Кардиен, герой империи, получит титул герцога. Они испытывали сильную привязанность к Люциану.

Император улыбнулся и отвёл взгляд. Его глаза остановились на аристократах, сидевших на стульях рядом с постаментом. У дворян была иная атмосфера, чем у в основном восторженных простолюдинов. Их прямая осанка и сложенные руки придавали им элегантный вид, а на лицах играли спокойные улыбки. Они выглядели как настоящие аристократы, но император лишь усмехнулся про себя.

«Уверен, они всё просчитывают».

Именно дворяне больше всего суетились из-за новости о том, что Люциан станет герцогом Кардиеном. Они постоянно взвешивали выгоду и потери. Какие отношения им стоит выстроить с Кардиеном в будущем? Как можно сблизиться с Кардиеном? И так далее. Всё это было бесполезно.

«Всё, чего хочет Люциан, — это положение, в котором никто не побеспокоит его и его невесту. Он не хочет ничего другого. Что бы они ни говорили, ему это неинтересно».

Конечно, император не собирался им этого говорить. Дворяне обычно жили очень комфортно. Ему было лучше беспокоиться о чём-то другом.

После этого взгляд императора упал на маркиза Лайлака и Пернию. В отличие от маркиза, который бурно реагировал, размахивая двумя тростями перед императором, Перния не смотрела в его сторону. Её взгляд был устремлён на другую сторону от императора, где вскоре должен был появиться Люциан. Император рассмеялся, глядя на её милый вид. Теперь он понимал, почему Люциан, его незрелый сын, и Эстель так любят этого ребёнка. Она была ребёнком, который умел любить людей искренним сердцем.

Том 2 Глава 118

На первый взгляд, умение любить других не кажется чем-то выдающимся, но это невероятно трудная задача. Особенно если речь идет о рыцаре, которого клеймят проклятым, о кронпринце, которого превозносят как самого благородного в мире, и о святой, которая всегда должна улыбаться, словно ангел.

«Какое доброе дитя».

Слуга, стоявший рядом с улыбающимся императором, произнес:

— Ваше Величество, я приступлю к представлению лорда Кардиена.

Император кивнул. Спустя мгновение появился Люциан. Под ярким солнцем он, облаченный в белый мундир, медленно шел к императору.

— Кардиен!

— Рыцарь Победы, Кардиен!

Голоса людей, до этого притихших, быстро нарастали. Даже дворяне, сидевшие с высокомерными лицами, были очарованы прекрасным рыцарем. Люциан опустился на колено перед императором.

— Рыцарь Кардиен. Приветствую Вас, Великий Император.

— ……

Император вспомнил момент их первой встречи. Три года назад, когда до него дошли слухи о невероятных успехах семнадцатилетнего новобранца, он приказал позвать его. Им двигало любопытство.

«Приветствую Ваше Величество Императора».

Он был так удивлен, увидев, как Люциан преклонил колени и склонил голову. Сверкающие серебряные волосы, длинные ресницы и искрящиеся красные глаза под ними. Он был слишком красив для рыцаря. Но это было так ясно. Император полюбил юного рыцаря с первого взгляда. Это была не та любовь, что испытывают к противоположному полу. Скорее, это чувство напоминало то, что испытываешь при виде редкого и величественного животного, прекрасной птицы. Император хотел подружиться с Люцианом. Хотел радовать его. Хотел баловать его. Он чувствует то же самое даже сейчас, когда Люциан пробудил силу дьявола. Император все еще заботился о нем, несмотря на то, что тот стал холоднее и не выказывал никакого уважения при их личных беседах.

«Титул герцога. Наконец-то я смогу дать ему то, чего он так желал».

Если Люциан станет герцогом, у него будет все, что он хочет, и, возможно, он больше не придет к императору. Он больше никогда не отправится на войну и будет тихо жить с Пернией на своей территории.

«Это было бы хорошо для него. Он и так слишком погряз в крови».

На лице императора заиграла сложная улыбка. В ней смешались печаль от того, что прекрасная птица, которую он едва мог удержать рядом с собой, наконец улетает, и облегчение от того, что она сможет жить счастливо. Император заговорил мягким тоном:

— Люциан Кардиен. Ты прошел через множество битв, принеся Империи победу и славу за столь короткое время. Я желаю вознаградить твои чудесные достижения.

— ……

Люциан слушал императора, склонив голову. Голос правителя эхом разносился по тихому залу.

— Отныне ты будешь герцогом Люцианом Кардиеном и будешь командовать землями севера.

Хотя люди уже знали об этом, многие широко раскрыли глаза от удивления. Голос императора был полон силы:

— Никто в Империи не смеет оскорблять тебя или относиться к тебе с враждебностью. Если найдется такой человек, это будет расценено как вызов императору.

Эти слова свидетельствовали о великой любви императора к Люциану.

— Для меня это честь.

Кратко ответил Люциан. Император поманил слугу, стоявшего рядом. Тот подошел с почтительными шагами. В золотом футляре, который держал слуга, лежал сверкающий меч. Это был подарок императора Люциану. Обычно дворянам при получении титула вручали медаль, но для Люциана он приказал изготовить кинжал с символом рыцаря. На клинке были выгравированы ландыши, символизирующие утонченную красоту Кардиен. Получив этот меч, Люциан сменит статус рыцаря Кардиена на герцога Кардиена. С изящным жестом император протянул Люциану меч.

……И, как император не мог себе представить, прекрасные украшения были опутаны злыми замыслами.

* * *

Маркиз Гартиан, дворянин, выступавший против возвышения Люциана, сказал:

«Я могу прикрепить этот драгоценный камень к подарку императора для Люциана».

Тогда, в самый важный момент, Кардиен коснется камня. Конечно, прикрепить камень было непросто. Невозможно было убедить мастера, создавшего меч. Он был не только предан императору, но и не из тех, кто стал бы играть с созданными им произведениями искусства. Маркиз Гартиан быстро сменил цель на одного из трех учеников мастера. Маркиз соблазнил ученика сладким голосом:

«То, о чем я прошу, несложно. Просто вставь этот камень в меч Кардиена. Если сделаешь это, я дам тебе огромную награду».

Ученик, страдавший от жизненных невзгод, купился на сладкие речи маркиза Гартиана.

«Я не прошу тебя убить кого-то. Тебе просто нужно заменить крошечный камень».

К счастью, на мече уже было несколько других красных камней. Не выглядело бы странным, если бы вставили еще один камень того же цвета. Это был последний штрих меча. Как только император вручит Люциану кинжал, Люциан, обладающий силой дьявола, взорвется и убьет всех, кого увидит.

— Вот тогда-то я и выйду на сцену.

Маркиз Гартиан сидел дома в удобном кресле и бормотал себе под нос. Он не присутствовал на церемонии, сославшись на плохое самочувствие. Конечно, он притворялся. Как только придут ужасные новости, Гартиан планировал отправиться в императорский дворец быстрее всех. С десятками солдат и священников из храма, подготовленными заранее. После того как он отдаст им приказ и уничтожит Кардиена, маркиз Гартиан станет бессмертным героем, победившим дьявола.

* * *

Перед тем как император вручил ему меч, Люциан погрузился в неожиданные фантазии. Это была их с Пернией свадьба. Став герцогом, он собирался немедленно сделать предложение Пернии. После этого у них будет самая зрелищная и красивая свадебная церемония в этой империи. Она, должно быть, прекрасна в белом платье. Маркиз Лайлак расплачется, увидев ее в качестве невесты Люциана.

«Ох. Не могу поверить, что моя дочь наконец выходит замуж. Ты говорила, что выйдешь замуж за отца, когда тебе было пять. Милая лгунишка».

Он слишком болтлив, так что пропустим это. По традиции подружка невесты должна поймать букет. Поймает ли его Эстель? Нет, неожиданно его может поймать Каликс.

«Нынешний кронпринц может. Он без ума от мисс Эстель».

Будет немного неловко на это смотреть, но это не то, с чем он не справится. Он будет в порядке, если увидит, что Перния счастлива. Но…

Люциан широко открыл глаза, как только красный камень на мече коснулся его руки.

Тук.

Тук, тук, тук.

Его сердце начало биться. Он знал это чувство. Казалось, что-то горячее, скрытое глубоко внутри, поглощает все его тело. После того как оно съест его разум, руки и сердце, от него останутся лишь инстинкты и жадность.

«Почему?»

Почему это происходит так внезапно? Он ведь принял лекарство сегодня. Но у него не было сил думать о том, почему это происходит. Подобно рушащемуся замку из песка, рассудок Люциана начал исчезать.

«Нет».

Люциан отчаянно пытался сохранить контроль. Люциан знал. Первое, что он сделает, как только потеряет рассудок… С одними лишь инстинктами он будет крайне жесток ко всем, кроме Пернии. Он убьет императора, который был ближе всех. А затем слугу рядом с ним. И всех солдат, которые бросятся на него. А потом он найдет Пернию, заключит ее в объятия и убьет всех, кто находится рядом с ней. Просто за то, что они посмели быть рядом с ней. Люциан схватился за бешено колотящееся сердце и стиснул зубы.

«…Остановись».

Люциан не хотел, чтобы это случилось. Он не хотел убивать людей вот так. Он не хотел показывать Пернии эту жестокую сцену.

……Он не хотел, чтобы она его возненавидела. Он не хотел, чтобы другие ненавидели ее из-за него.

«Перния. Перния».

Люциан тяжело дышал, отчаянно ища глазами Пернию. Он встретился взглядом с Пернией, сидевшей вдалеке.

— ……!

Перния поспешно поднялась. Словно почувствовала неладное. Но было слишком поздно что-либо предпринимать.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Сердце колотилось так, словно вот-вот разорвется. Его красные глаза неестественно блестели. Он достиг предела.

Лязг.

Люциан выхватил меч, который держал в руке. Раздался звон металла, и серебряное лезвие сверкнуло на свету. Меч был создан, чтобы ознаменовать это событие, но он был достаточно острым, чтобы убить человека. Внезапное действие Люциана заставило глаза императора расшириться.

— Люциан?

Убить императора. И всех дворян, которые строят козни с фальшивыми улыбками, и простолюдинов, которые восхищались им сияющими глазами. Они думают только о том, как использовать тебя. Даже если ты позволишь им жить, они будут тыкать в тебя пальцами и называть монстром. Они попытаются разлучить ее с тобой. Поэтому…

Люциан взмахнул мечом.

— Нет!

Закричала Перния, приближаясь к ним.

* * *

Грохот.

Император упал на пол. Но на теле императора не было ни единой царапины. Император содрогнулся, словно увидел что-то невероятное. Алые капли крови стекали по лицу императора. Это была не кровь императора. …Это была кровь Люциана. Из глаз Люциана сочилась алая кровь. Словно слезы рыдающего человека.

Том 2 Глава 119

— Лю…

Прежде чем император успел что-либо сказать, раздался полный слез голос Пернии.

— Люциан!

В тот же миг Люциан осел на пол.

Больно.

Как же больно.

Будто в глазах полыхает огонь.

Затем мягкая ладонь коснулась лица Люциана.

Он сразу узнал, кому принадлежит эта тонкая, дрожащая рука.

Это была Перния.

Она закричала, обнимая Люциана своими дрожащими руками:

— Зачем ты это сделал?! Зачем?!

Ее голос звучал так горестно, что сердце любого слушателя сжалось бы от боли.

Я знаю, почему она злится.

Но для Люциана это был единственный способ остановить себя.

Люциан ответил, и в его голосе сквозила боль:

— Я… Внутри внезапно стало так странно.

— ……

— Я терял контроль, и сила, которую я пытался сдерживать, стала невыносимо яростной. Мне казалось, я перебью здесь всех. Поэтому… я выколол себе глаза.

— ……

В тот момент Люциану показалось, что Перния перестала дышать.

Он схватил Пернию за лицо обеими руками.

Но он не мог ее видеть.

Люциан осознал, что это значит.

Он больше никогда не сможет ее увидеть.

От этого стало грустно и страшно.

И все же он ни о чем не жалел.

Потому что чувство, будто сила разрывает его тело и вот-вот взорвется, исчезло.

Люциан продолжил, прочистив дрожащий голос:

— Я всегда думал об этом. Что, если избавиться от красных глаз? Исчезнет ли сила дьявола? И я получил ответ.

— …

— Сила, что бурлила во мне, исчезла. Теперь у меня нет ни малейшего желания кого-либо убивать. Я даже не хочу тебя монополизировать или запирать.

— ……

— Теперь я… не дьявол.

— …

Его голос звучал так светло, словно он не только что выколол себе глаза.

Он звучал как ребенок, просящий похвалы.

Кап.

Люциан вздрогнул, почувствовав горячую каплю на тыльной стороне ладони.

Это были слезы Пернии.

Кап.

Люциан был ошеломлен, когда горячие слезы продолжали падать на его руку.

Не в силах толком видеть, Люциан начал неуклюже вытирать слезы Пернии.

— Что случилось, Ниа?

— …

— Не плачь. Не плачь.

Он даже не чувствовал жгучей боли в глазах.

Ему было невыносимо больно от того, что она плачет.

Казалось, его сердце разрывается на части.

Почему, ради всего святого, она плачет?

Я не хочу, чтобы ты плакала.

Я хочу, чтобы ты улыбалась.

Я хочу, чтобы ты была счастлива рядом со мной.

Это было единственное, о чем он мог думать в этот момент.

И тут.

— Д-дьявол!

Голос откуда-то со стороны.

— Вы видели, как вспыхнули его красные глаза, когда он бросился к Его Величеству? Нас всех обманули. Проклятие дьявола никуда не делось. Он — дьявол!

В толпе поднялся шум. Вскоре до ушей Люциана донеслись знакомые слова.

— Не верится, что Лорд Кардиен был дьяволом.

— Мне так страшно.

— Ии! Невероятно.

— Это ужасно.

Сердце Люциана забилось чаще.

Проклятых красных глаз больше нет.

Его слепота была тому доказательством. Глаза болели, словно их охватило пламя.

«Но почему они так говорят?»

Нет, я больше не дьявол.

И я не монстр.

Я наконец-то могу быть с ней…

Когда Люциан собрался встать, чтобы объясниться перед людьми:

— ЗАТКНИТЕСЬ!

Голос, настолько громкий и резкий, что всем показалось, будто их ударили по лицу, принадлежал Пернии.

Прижимая Люциана к себе, Перния закричала:

— Да, вы правы. У Люциана есть особая сила. Он может убить вас за пять секунд, если захочет. Так что заткнитесь, если не хотите такой жуткой смерти.

Эти слова были слишком резкими для уст прекрасной леди.

Но никто не посмел возразить.

Потому что в ее глазах блеснуло что-то необычное.

Она вполне могла что-то с ними сделать, если бы они хоть слово сказали.

Наступила тишина.

Что-то коснулось глаз Люциана. Это была мягкая ткань со сладким ароматом.

Это был шарф Пернии, который был у нее на шее.

Перния сказала, повязывая ткань вокруг глаз Люциана:

— Кровотечение остановилось, но состояние тяжелое. Нам нужно убраться отсюда и срочно оказать тебе помощь.

Люциан, ошеломленный внезапной сменой атмосферы, пришел в себя и сказал:

— Но, Ниа…

Если они уйдут вот так, репутация Пернии будет разрушена.

Ее заклеймят как женщину, защищавшую дьявола.

Но Перния была быстрее.

— Как они смеют такое говорить?! К черту их. Я их всех убью.

— …

Ее холодный голос давал понять, что она не шутит.

Люциан в конце концов взял Пернию за руку и поднялся. Перния сказала, сжимая его ладонь:

— Я знаю, что тебе больно, но потерпи. Потому что я больше не хочу оставлять тебя здесь с такими людьми.

Люциан кивнул на ее твердый голос и послушно последовал за ней.

Цок-цок.

Звук их шагов эхом отдавался в тишине.

Люциан не видел, но чувствовал это.

Презрение. Страх. Враждебность. Другие негативные эмоции.

В глазах бесчисленных людей, смотревших на них, пока они шли в тишине.

Он не хотел, чтобы такие темные и жестокие чувства были направлены и на нее.

Тем не менее…

Тем не менее, ее рука крепко держала его руку.

Словно она потеряет его, если отпустит.

Словно она защищает его.

Словно она будет рядом с ним вечно.

Люциан стиснул зубы.

Эта ситуация была совсем не такой, как он хотел.

Люциан хотел защитить Пернию. Он хотел сделать ее счастливой.

…Он никогда не думал, что его будут защищать вот так.

Люциан прямо признал свои чувства.

«…Я счастлив».

В конце концов, он был человеком.

Он хотел любить и быть любимым.

Обычный человек, который хотел защищать и быть под защитой.

Люциан в конце концов разрыдался.

Глаза ныли. Они все еще горели и болели. Перед глазами была лишь тьма.

…Но все в порядке.

Все будет хорошо.

* * *

После окончания церемонии коронации поднялся шум, но я не обращала на него внимания.

Я привезла Люциана домой и уложила его на свою кровать в своей комнате.

К счастью, Кун оставался в столице.

Кун, прибежавший по моему зову, начал лечить глаза Люциана.

Его состояние значительно улучшилось всего за один день.

Открытая плоть и кровавая рана затянулись.

Кун сказал:

— Обычный человек ослеп бы, но Кардиен — не обычный. Этот ублюдок — настоящий монстр, так что скоро поправится.

Обычно я бы разозлилась, что он назвал Люциана монстром.

Но не сейчас.

Я скорее почувствовала облегчение.

Потому что он не обычный. Эта ужасная рана могла зажить.

Я была рада это слышать.

Через несколько дней раны Люциана почти полностью затянулись.

По крайней мере, внешне это не казалось большой проблемой.

И все же Люциан не мог открыть глаза. Если они хоть немного соприкасались с солнечным светом, его длинные ресницы подергивались, и он опускал голову.

Он говорил, что больно, словно глаза режут ножом.

В конце концов, Куну пришлось снова нанести лекарство на глаза Люциана и перевязать их.

Кун пробормотал с обеспокоенным выражением лица:

— Похоже, рана почти зажила, но почему он не может открыть глаза? Неужели поврежден зрительный нерв?

Даже самые искусные лекари не могли понять состояние Люциана, но у меня была догадка.

После того как Кун закончил осмотр и ушел, я села на кровать, где лежал Люциан.

Люциан с повязкой на глазах отреагировал на меня, как котенок.

— Ниа.

Люциан приблизился ко мне, уткнулся лицом в шею и сделал глубокий вдох.

Чтобы вдохнуть мой аромат.

Люциан стал чувствовать меня так после травмы глаз.

Используя чувства, отличные от зрения.

Через некоторое время Люциан обхватил мое лицо руками, поцеловал в губы и прошептал:

— Я люблю тебя.

— ……

Он выглядел счастливым и спокойным.

Я посмотрела на Люциана со сложными чувствами и сказала:

— Люциан, ты делаешь это специально?

— ……что?

— Люциан, ты намеренно не даешь себе восстановиться?

— …

Люциан не ответил.

Значит, моя догадка была верна.

Я почувствовала, как забилось сердце, и постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

Я знала, почему Люциан сделал такой выбор.

Люциан не принимал никаких лекарств с тех пор, как повредил глаза. Тем не менее, его эмоции были спокойны, как озеро.

Такими же, как до того, как он стал яндере.

Вместе с силой дьявола, которой он владел, исчезли и яростные эмоции, овладевавшие им.

«Не знаю, действительно ли его сила запечатана из-за того, что он выколол себе глаза, или же он просто убедил себя в этом и теперь психологически стабилен».

Какова бы ни была причина, я не буду лезть в душу.

Потому что, если это действительно то, чего он хочет, я не могу его остановить.

Потому что я пообещала себе, что больше не буду пытаться превратить его в того человека, которым хочу его видеть.

«Конечно, немного больно видеть его таким, но все в порядке».

Когда я решительно прикусила губу, Люциан открыл рот:

— Ниа. Я всегда думал о том, что было бы, если бы я не был красноглазым монстром.

— …

— Что, если бы моя мать не умерла и смогла бы жить? Провел бы я нормальное детство с жителями деревни? Оставались бы на моем теле раны, полученные в битвах, как маленькие медали, подобно другим рыцарям? Принял бы я заботу святой легче?

Люциан повернул лицо ко мне.

Я не видела его красных глаз, скрытых под белой повязкой, но чувствовала, что он смотрит на меня.

— Любил бы я тебя лучше?

— …Ты все еще думаешь об этом?

Люциан ответил, нахмурившись:

— Да.

— …

Хотя я решила, что со мной все в порядке, в этот момент сердце сжалось от боли, словно его разрывали на части.

Я сжала свои дрожащие руки.

Давай отвечу спокойной улыбкой.

Но прежде чем я открыла рот, Люциан продолжил нежным голосом:

— Но это не значит, что мне не нравится, как все есть сейчас. Потому что тебе нравятся мои красные глаза. Ты говорила, что они красивые.

— …

— Мне нравятся мои красные глаза.

Том 2 Глава 120

Люциан сказал это впервые.

Я прикрыла рот рукой.

«Я так счастлива».

Так же сильно, как он говорит, что любит меня.

До того, что уголки губ сами поползли вверх.

До того, что на глаза навернулись слезы.

Хотя он не мог меня видеть, Люциан смахнул слезы с моих глаз, словно знал, какое выражение лица у меня сейчас.

Он сказал, заключая меня в объятия:

— Но я хочу подольше сохранить это чувство.

— Какое чувство?

— Ощущение того, каково это — любить тебя, будучи обычным человеком.

— ……

— Если я запомню это чувство, я смогу любить тебя еще лучше, верно?

Я закусила губу, чувствуя в его спокойном голосе искреннее желание испытать это ощущение.

Люциан прошептал мне на ухо:

— Так что, можешь подождать еще немного? Я вернусь как твой идеальный Люциан.

Разве могла я отказать в такой милой просьбе?

В конце концов, мне не оставалось ничего, кроме как кивнуть и сказать: «Хорошо».

* * *

Через несколько дней пришел император.

Люциан не хотел никого видеть, поэтому я встретилась с императором одна.

— Зрение Люциана еще не восстановилось?

— Да.

— ……но твое лицо говорит мне, что он в порядке. Я спокоен.

— Ваше Величество выглядит очень уставшим.

Император горько улыбнулся моим словам.

— Дворяне изводили меня последние несколько дней.

После церемонии дворяне окончательно уверились, что Люциан — дьявол.

Они решительно протестовали против императора.

[Дьявол не может быть признан герцогом Империи.]

[Вы должны отозвать титул, данный Кардиену, и казнить его.]

Но император был непреклонен.

[Кардиен — рыцарь, принесший славу империи. То, что его сила немного отличается от силы обычных людей, не делает его менее достойным этого титула.]

Дворяне выглядели недовольными, но не могли давить на императора сильнее.

Влияние императора было слишком велико. Священники, кричавшие императору убить Люциана, тоже притихли. (Эту часть сделала Эстель.)

Прежде всего, их страх перед Кардиеном был еще сильнее.

Дворяне знали силу Люциана лучше, чем кто-либо другой.

Люциан очень силен как их союзник, но он стал бы еще страшнее, если бы оказался их врагом.

Они могли бы просто гулять, и прежде чем успели бы пискнуть, их бы уже сразил меч Кардиена.

Император сказал:

— Все еще есть дворяне, которые настаивают на казни Люциана, но их шум постепенно стихает. Должно быть, они поняли, что вместо того, чтобы действовать из отвращения к Люциану и делать его врагом, выгоднее иметь его в союзниках и не ставить под сомнение его личность.

Я не знала, смеяться мне или плакать от этих слов.

Я была рада, что дворяне не бросились к особняку, чтобы расправиться с ним, но видеть, как они оценивают его подобным образом, было неприятно.

Император сказал, словно прочитав мои мысли:

— Это неприятно, но для Люциана это неплохой исход.

Император посмотрел на меня и продолжил с мягким выражением лица:

— Так что не стесняйся выходить куда угодно вместе с Люцианом. Я защищу вас. По крайней мере, я смогу предотвратить то, чтобы Люциана закидали камнями за то, что он дьявол.

Это был его способ выразить свою благодарность.

Я чувствовала искренность императора, который заботится о Люциане.

Но я не собиралась принимать милость императора.

— Благодарю вас, Ваше Величество. Но я не думаю, что до этого дойдет. Мы с Люцианом покидаем столицу.

Глаза императора расширились.

— Мы отправляемся в замок Люциана на севере. Мы хотим спокойно отдохнуть в тихих зимних землях.

— ……

Император моргнул, вздохнул и слегка улыбнулся.

— Это было бы хорошо. У вас не было возможности перевести дух.

* * *

Все готово к отъезду на север.

Мой отец больше не останавливал меня. Он просто смотрел на меня со слезами на глазах.

— Когда ты вернешься в столицу?

Я ответила, опустив брови.

— Не знаю.

— Что?

Отец широко открыл глаза, словно услышал ужасные слова. Это было понятно.

Его дочь ответила так, будто никогда больше не вернется домой.

«Ничего не поделаешь».

Это будет не короткая поездка. Я собираюсь обосноваться с Люцианом на севере.

Я больше не буду жить в столице.

Я буду далеко, и неизвестно, когда вернусь.

Я сказала своему заплаканному отцу, который выглядел так, будто ему сказали, что он больше никогда не увидит свою дочь:

— Почему у тебя такое лицо? Если хочешь меня увидеть, можешь приехать на Север.

— Я-я могу приехать в гости?

— Конечно. Я подготовлю для тебя комнату рядом с миссис Монсель в замке.

Словно почувствовав огромное облегчение от моих слов, отец зарыдал в три ручья.

— Я буду приезжать каждый месяц. И каждый раз буду оставаться на месяц. Я легко мерзну, так что ты должна подготовить самую теплую комнату с камином, пуховыми одеялами и флисовой пижамой. Еще приготовь то знаменитое копченое блюдо с севера. Если возможно, я хотел бы попробовать медвежатину. И…

Миссис Монсель, стоявшая рядом с отцом, закрыла ему рот рукой, словно пытаясь остановить. Отец заскулил, потому что хотел говорить, но не мог убрать ее руку.

Я рассмеялась.

«Я рада, что отец рядом с ней».

Было бы душераздирающе оставить отца одного в этом огромном особняке.

Когда я вышла из комнаты отца, Энн была занята упаковкой вещей.

— В этой коробке одежда, пожалуйста, поставьте ее в повозку вон там. А маленькую коробку перед ней положите в карету, в которой поедет моя господина. Ей понадобится доступ к ней на протяжении всей поездки.

Энн решила последовать за мной.

Я говорила ей, что будет намного тяжелее, чем работать в столице, потому что на севере очень холодно, а горы бесплодны, но Энн убедила меня парой слов.

[Тогда вы можете повысить мне жалованье. Было бы еще лучше, если бы вы назначили меня главной горничной замка.]

Как и ожидалось, Энн — самая замечательная горничная в мире.

Кун спустился к парадной двери, когда его багаж был уже упакован.

— Ты закончил лечение Люциана?

Кун кивнул и протянул мне пузырек с лекарством. Оно было розового цвета.

— Возьми. Это новое успокоительное для Кардиена.

— ……

— Я дал его Кардиену, а он сказал передать его тебе.

— …Спасибо.

Я поблагодарила Куна и убрала пузырек с лекарством.

— Какое лекарство ты используешь для глаз Люциана?

Кун поднял уголок рта и саркастично произнес:

— Никакое. У меня нет причин давать ему ненужные лекарства. Было бы лучше, если бы он сам принял решение.

Кун теперь знал о состоянии Люциана.

Я улыбнулась, опустив глаза.

Я поклонилась Куну.

— Большое спасибо, Кун. Я получила от тебя много помощи.

Хотя я поблагодарила его очень тепло, реакция Куна была не лучшей.

Он отступил от меня с мрачным видом.

— Что с тобой?

Этот человек. Умеет же испортить настроение.

Я сказала, прищурившись на него:

— Я просто говорю спасибо. Чего ты боишься?

— Я только что получил благодарность от человека, о котором ходят слухи, что она самая страшная в столице. Как мне не бояться?

— ……

Я не могла возразить.

После церемонии люди записали Люциана в дьяволы. Люди боялись его.

И именно настолько же люди боялись меня.

Кун сказал:

— Ты та, кто управляет дьяволом. На самом деле, ходит все больше разговоров о ведьме, скрывающей свою силу. Что, черт возьми, ты сказала в день коронации, что заставило дворян поднять такой шум?

— Я просто была честна с тем, что чувствовала внутри.

— И что ты сказала?

Я ответила с освежающей улыбкой:

— Отныне я буду убивать каждого раздражающего ублюдка.

— ……

Кун посмотрел на меня широко раскрытыми глазами и начал хохотать.

Кун смеялся так сильно, что у него на глазах выступили слезы.

— Как и ожидалось, ты лучшая.

Я легко ответила на его замечание:

— Я знаю.

Кун снова разразился смехом и пробормотал:

— Вы подходите друг другу.

Я улыбнулась.

Это был лучший комплимент в мире.

Перед тем как покинуть особняк, Кун сказал мне:

— Вчера принцессу Лару обезглавили на площади.

Последствия войны были жестокими. Особенно для проигравших.

В столице каждый день проходили казни королевской семьи и знати Аксиона.

Принцесса Лара была одной из них.

Я слышала, что смерть молодой и красивой принцессы заставила многих почувствовать горечь, хотя она и была врагом.

Но я не чувствовала никакой горечи.

Я ответила с приподнятым уголком губ:

— Это отлично. Все суки, которые смотрели на нас свысока, должны быть разорваны на куски.

Кун снова расхохотался.

Словно мой ответ его очень удовлетворил.

—

Наконец-то пора уезжать.

Я помогла слепому Люциану сесть в карету.

Однако Люциан, сидящий в карете, выглядел неважно.

Его глаза были закрыты повязкой, поэтому я не могла как следует разглядеть выражение его лица, но его нервозность была видна по слегка закушенной губе.

Тот, кто должен быть больше всех счастлив, что мы едем на север вместе, — это он.

Я знала, что его беспокоило.

Я положила свои руки на его руки и сказала:

— Не волнуйся, Люциан. Даже если я уеду на север, я не буду все время только с тобой.

— ……

— Я собираюсь жить нормальной жизнью. Я открою новый магазин на севере и заведу друзей. Если мне кто-то не понравится, я буду плеваться в них и яростно сражаться.

Как ты всегда и хотел.

Я продолжила говорить Люциану, который все еще не был успокоен моими словами:

— Конечно, если это случится, Люциан может убить всех, кто меня беспокоил. Потому что ты не потерпишь никого, кто заставил меня чувствовать себя некомфортно.

— ……!

Люциан закусил губу еще сильнее, вместо того чтобы отрицать это.

Он был таким милым, что я рассмеялась.

— Ну как?

— …Что?

— Твоя любовь ко мне.

— ……

Я приложила руки Люциана к своим щекам.

Его слегка пониженная температура тела и мозоли на ладонях ощущались как нельзя лучше.

— Так что не стесняйся делать все, что хочешь. Я буду с нетерпением этого ждать.

Его руки слегка задрожали, затем он кивнул.

— Хорошо.

Он больше не благодарил меня за то, что я приняла его. Он не извинялся за то, кто он есть.

Я была довольна этим.

Вскоре карета тронулась.

На далекий север.

Цвет его глаз, скрытых под белой повязкой, все еще красный, а в сумке рядом со мной лежит розовое зелье, которое я получила от Куна.

Он все еще несовершенен.

Тем не менее, я не боялась.

Я знаю, что самое важное.

Самое важное — это просто любить мужчину рядом со мной.

И делать для него все, что в моих силах.

Через некоторое время мы прибыли на белую землю.

Это земля, где в будущем мы создадим бесчисленные воспоминания.

Конец.

(Увидимся в эпилоге.)

Том 2 Глава 121

Бескрайние, застывшие зимние земли севера. Кардиен. Прошел уже год с тех пор, как герцог Кардиен начал править этими землями, но мало что изменилось. Все потому, что герцог Кардиен хотел лишь одного — тихого покоя. Однако несколько дней назад замок Кардиен внезапно ожил. Наняли рабочих, через ворота потянулись люди и повозки с товарами. Все готовились к свадьбе герцога Кардиена.

* * *

— Что скажешь? — я ярко улыбнулась, глядя на Люциана.

Белое свадебное платье, которое я надела, не было новым. Я нашла то самое платье, которое Люциан велел сшить для меня давным-давно, когда еще был яндере, и решила надеть его снова. Люциан, одетый в черный смокинг, тупо уставился на меня и вздохнул:

— Ты очень, очень красивая.

Я довольно улыбнулась — ответ был ожидаемым. Но Люциан на этом не остановился.

— Ты настолько прекрасна, что я не хочу показывать тебя другим. Если кто-то посмеет на тебя посмотреть, я вырву им глаза.

— …

Он только что сказал такие жуткие вещи с таким прекрасным лицом? Да, Люциан полностью вернулся. Тот жестокий мужчина, который хочет монополизировать меня. Его красные глаза прояснились, он больше не принимал лекарств, так что это было его естественное состояние. Но была одна разница.

Послышалось шуршание — Пол, улыбавшийся рядом с Люцианом, и Энн, помогавшая мне с платьем, поспешно вышли из комнаты. К счастью, Люциан спокойно ждал, пока они уйдут. Как только дверь закрылась, он вздохнул и уткнулся лицом мне в плечо.

— Это могло быть опасно.

— К счастью, они ушли вовремя.

Если бы Энн и Пол задержались, они могли бы действительно ослепнуть от руки Люциана. Я похлопала его по спине, хваля за терпение.

— Думаю, сегодня стоит принять лекарство, верно?

Люциан кивнул. Мы пришли к соглашению: он будет принимать лекарство только в особые дни. Кун сказал, что если принимать его время от времени, то о побочных эффектах можно не беспокоиться. Наблюдая, как Люциан пьет розовый отвар, я вспомнила прошлое. Когда я впервые прибыла в замок, здесь были только я, Люциан и Энн. А потом появились двое гостей. Первым был Пол, помощник Люциана.

«Сэр Люциан. Я уволился из армии. Пожалуйста, позвольте мне быть рядом с вами!»

Я до сих пор не могу забыть выражение лица Люциана в тот момент. Он выглядел очень, очень удивленным. Прошло немало времени, прежде чем он коротко ответил: «Понятно». Пол обрадовался и восстановился в должности подчиненного Люциана. Сейчас Пол — дворецкий герцога Кардиена.

* * *

А вторым был Кун. В отличие от визита Пола, приход Куна не был трогательным.

«Я пришел за деньгами за лекарство, которое дал вам».

Мое сердце заколотилось от его ликующего голоса. Сколько это будет стоить? Наверное, целое состояние, как стоимость замка, верно? Однако цена, которую назвал Кун, превзошла все ожидания.

«Ты хочешь экспериментировать с телом Люциана?»

«Верно. Для врача нет лучшего тела для экспериментов, чем тело Кардиена. Это было условием создания лекарства».

В тот момент я превратилась в яндере. Хотя я не могла так легко убить человека, как Люциан, мой гнев и исходящая от меня энергия ничем не уступали его. Разбросав все, что было в комнате, я сказала, сверкая глазами:

«Попробуй заключить такую сделку еще раз. И тогда вы оба узнаете, что такое настоящий ад».

Люциан и Кун, побледнев, дружно закивали, держась за руки. После этого Кун остался в замке надолго, практически насильно. Северные земли были слабо развиты в плане медицины, поэтому из деревни отобрали несколько смышленых людей, чтобы они учились медицине и травам у Куна. Конечно, Куна не эксплуатировали бесплатно. Ему дали право исследовать и собирать что угодно на северных землях. Кун проклинал меня, называя злой женщиной, но терял голову от радости, когда находил новую траву. Кун, живший в замке на правах приживала, уехал вчера.

«Мне не доставляет удовольствия наблюдать за повседневной жизнью молодоженов».

Это была очень веская причина для отъезда. Я пробормотала, глядя в окно:

— Кун, должно быть, уже покинул территорию Кардиена.

— Полагаю, что так.

Лицо Люциана выглядело странно довольным.

— Ты рад, что Кун уехал?

— Конечно. Каждый раз, когда я видел, как ты с ним разговариваешь, мне становилось очень неприятно.

Люциан прошептал мне на ухо:

— Однажды я прокрался в комнату Куна, когда ты уснула. Я думал, убить его или нет, но отказался от этой идеи.

Он выглядел расстроенным из-за этого. Я неловко рассмеялась. «Ха-ха. Я рада, что Кун уехал». В этот момент раздался стук, и послышался голос Энн:

— Мисс. Прибыли Ваше Высочество кронпринц и кронпринцесса.

Я воскликнула, сверкая глазами:

— Пожалуйста, проводите их в мою комнату.

Это были самые долгожданные гости.

* * *

Вскоре кронпринц с женой вошли в комнату. Это были Эстель и Каликс. У каждого из них на руках было по младенцу. Шесть месяцев назад Эстель родила близнецов. Они официально поженились вскоре после того, как мы с Люцианом приехали в замок. Что было более шокирующим, чем союз кронпринца и простолюдинки-святой, так это выступающий живот невесты. Аристократия была в смятении из-за беспрецедентного появления кронпринцессы, но ситуацию уладили слова императора:

«Если кто-то из вас хоть словом оскорбит ее, я накажу вас за убийство внука императора».

Его взгляд ясно давал понять, что он не шутит. Говорят, что дворяне боялись даже икнуть в присутствии Эстель. В любом случае, теперь они кронпринц и кронпринцесса, любимые как простолюдинами, так и знатью.

— Мисс Ниа, поздравляю с предстоящей свадьбой.

— Поздравляю с… Нет, это нельзя сосать. Поздравляю… Нет, это тоже нельзя грызть.

Я забыла поприветствовать их и бросилась к детям. Ведь это был первый раз, когда я видела малышей. Я посмотрела на пухлых младенцев и поздоровалась:

— Какие милые! Привет, Люси. Привет, Пеши.

Малыши захихикали в ответ. Хотя близнецы родились одновременно, в один день, они выглядели по-разному. У дочери, Люси, были золотистые волосы и голубые глаза, как у матери, а у сына, Пеши, — темные волосы и глаза, как у отца. «Уверена, они вырастут красавцем и красавицей». Я хихикнула и коснулась маленького пальчика ребенка. Его ручки были такими мягкими и слабыми, словно могли сломаться от малейшего усилия.

— Вау.

Не могу поверить, что мне становится лучше просто от прикосновения к ним. Дети — это чудо. Я посмотрела на Люциана и сказала:

— Люциан, попробуй тоже прикоснуться. Это очень приятно.

— А…

Люциан, стоявший рядом с неловким лицом, кивнул и сделал шаг вперед. Но он не решался коснуться ребенка. Словно это были сокровища, к которым нельзя прикасаться. Вдруг малыш схватил его за палец.

— Ой.

Люциан был ошеломлен внезапной атакой ребенка. Но малыш не собирался отпускать взрослого. Он сжал палец Люциана своей крошечной ручкой и потянул на себя. Словно нашел новую игрушку. Затем ребенок ухмыльнулся, встретившись взглядом с Люцианом. Большие глаза, казалось, говорили: «Ты ведь отдашь это мне, да?»

Люциан, чьи глаза расширились, вскоре мягко сощурился. Это была улыбка, которая появилась сама собой, потому что ребенок был таким милым. И оттого она была еще более критичной. Для меня. И для ребенка.

— Уа-а! Уга! Ву-га!

Ребенок внезапно издал странный звук и протянул руки к Люциану, словно вступая в бой. Даже я, никогда не растившая детей, поняла, что делает малыш. Она хотела на ручки. Люциан замешкался с растерянным лицом, но Каликс поспешно забрал ребенка и отступил. Каликс сказал, сверля Люциана взглядом:

— Похоже, вы не боитесь соблазнять мою дочь, герцог Кардиен.

…Его выражение лица и голос звучали как угроза. «Я знаю одного человека, который выглядел так же». Это было точь-в-точь как тогда, когда Люциан был яндере и был одержим мной. Именно Эстель остановила свирепого принца, который, казалось, был готов собрать армию и вторгнуться на территорию Кардиена в любой момент. Эстель заговорила с Каликсом, пытаясь его убедить:

— Каликс, Люси любит все блестящее и красивое. Так что она просто реагирует на Люциана. Не будь таким чувствительным.

— Н-но…

— Иначе Люси начнет тебя ненавидеть.

— …!

Каликс был шокирован этими словами. Он посмотрел в глаза Люси на своих руках:

— Правда, Люси? Ты ведь не будешь ненавидеть папу, правда? Пожалуйста, скажи «нет».

— Уа-а!

…Ты стал еще глупее с тех пор, как я видела тебя в последний раз, Каликс. Отец, души не чающий в ребенке, — самая страшная вещь на свете. Я посмотрела на Каликса с сочувствием, а затем повернулась к Люциану. Выражение лица Люциана, смотревшего на ребенка, было странным. У меня возникли смешанные чувства, глядя на него. Мы с Люцианом договорились пока не заводить детей после свадьбы. Нет. Возможно, мы никогда их не заведем. Все из-за того, что Гриффон сказал Люциану:

«С красными глазами трудно зачать ребенка. Даже если получится забеременеть, мать умрет после родов».

Поскольку мать Люциана умерла, мы не могли игнорировать его слова. «Но вау, дети такие милые». Одно лишь созерцание больших глаз, пухлых щечек и мягкой кожи заставляло мое сердце трепетать. Эстель, наблюдавшая за мной и Люцианом, произнесла:

— Мисс Ниа. Люциан, почему бы вам не попробовать завести ребенка, если вы этого хотите?

— …Что?

Эстель сказала это с теплым, но серьезным лицом:

— Выслушав ваши истории, я изучила множество документов о том, что случилось с людьми, родившими детей от обладателей красных глаз. Конечно, многие умирали при родах. Но не все. Это редкость, но были люди, которые оставались здоровыми даже после родов.

Это было неожиданно.

Конец

— …Правда?

Эстель кивнула.

— Но это правда, что уровень смертности выше, чем у обычных матерей. Так в чем же причина? Я изучила этот вопрос и пришла к такому выводу: рождение ребенка с красными глазами само по себе не опасно, проблема была в нестабильной среде, в которой жила мать.

Эстель объясняла шаг за шагом. Мужчины с красными глазами редко вступали в официальный брак. Из-за того, что их считали дьяволами. Поэтому большинству женщин, состоявших с ними в отношениях, приходилось справляться с беременностью и родами в одиночку. Тот факт, что им приходилось вынашивать и рожать ребенка без отца, был огромным бременем для этих женщин. Люди также недоброжелательно смотрели на женщин в такой ситуации. Поэтому женщинам приходилось рожать в одиночку, в относительно бедных условиях. В результате они с высокой вероятностью подвергались большему риску во время родов.

— Тем более после рождения ребенка. Поскольку младенец рождался с красными глазами, мать не могла с гордостью показать его другим. Они также не могли позаботиться о себе или ребенке из-за ослабленного организма, поэтому уровень смертности неизбежно возрастал.

— ……

— Итак, мой вывод таков: то, что сказал Гриффон, — неправда. Тебе больше не нужно поддаваться его словам.

Невероятно. Мы с Люцианом в изумлении посмотрели на Эстель, а затем перевели взгляды друг на друга. Однако, в отличие от меня, Люциан не выглядел счастливым. Он все еще выглядел напуганным. Глядя в пол, он медленно открыл рот:

— Даже если это правда, я не хочу.

— ……

— Это не меняет того факта, что жизнь матери в опасности во время родов. Я не хочу ставить Ниа в такую ситуацию.

Лицо Люциана было наполнено страхом. Как будто он верит, что с того момента, как я забеременею, моя жизнь окажется под угрозой. Он слишком экстремален. Но я его не виню. Эстель чувствовала то же, что и я. Она сделала шаг ближе к Люциану и мягко сказала:

— Если мисс Ниа забеременеет, я буду рядом с ней.

— …

— Я буду рядом в каждый момент, до самых родов. Это успокоит тебя, Люциан?

Эстель не имела в виду, что она будет только на моей стороне. Она имела в виду, что полностью посвятит силу святой мне. Оставив многих пациентов, которые посещают ее. Она — самая благородная женщина и кронпринцесса в этой империи. Люциан тоже понял, что она имела в виду. Он смотрел на Эстель с озадаченным лицом. Казалось, он думал: «Почему ты делаешь это ради меня?» Эстель улыбнулась Люциану и сказала:

— Ты мой самый дорогой младший брат, а мисс Ниа — моя самая дорогая подруга. Я бы без колебаний сделала это для вас двоих.

Выражение лица Люциана в тот момент… Я знала, что оно такое же, как… Его лицо, когда он, запертый в подвале, впервые встретил Эстель. Я не думала, что он может сделать такое лицо. Лицо, которое выглядит так, будто он вот-вот заплачет. Глаза Люциана покраснели. Он прикусил губу и прошептал:

— Спасибо, мисс Эстель.

Эстель ярко улыбнулась его короткому «спасибо». Как будто это была идеальная награда для нее.

* * *

Свадьба началась, когда открылись ворота и собрались приглашенные гости. Огромный сад замка был заполнен столами, и за ними сидело множество людей. Эстель и Каликс. Отец и миссис Монсель. Пол и Энн. И мои друзья из BMA (Ассоциация смелого макияжа), которые проделали долгий путь. Большинство из них были близки с Люцианом, но некоторые — нет. Эти люди были аристократами Империи. Люциан тихо ушел в отставку на северную территорию на год. Тем временем мысли тех, кто с опаской относился к Люциану, сильно изменились. Они все еще считали Люциана дьяволом, но не классифицировали это как нечто, угрожающее жизни. Напротив, некоторые из них хотели общаться с герцогом Кардиеном. Настолько, что прислали вежливое письмо о том, что хотят присутствовать на свадьбе. Удивительно, но Люциан решил пригласить их. Конечно, не потому, что хотел с ними дружить.

[Было бы хорошо показаться многим людям в этот день. Ведь это будет особенный момент, когда мы с тобой станем настоящей супружеской парой.]

Это было решение, принятое ради будущего. В любом случае, мы — герцог и герцогиня Кардиен. Нам было необходимо иметь хоть какие-то отношения с теми, кто был к нам дружелюбен.

«Было бы неплохо остаться наедине с Люцианом, но также приятно пообщаться с людьми в такой день».

На одной стороне гостевой зоны сидели аристократки, которые рыдали с грустными лицами. Это был фан-клуб Люциана. Это был скрытый фан-клуб, о котором знали только посвященные. (Я только слышала о нем, но видела это впервые собственными глазами). Вскоре после того, как Люциан был заклеймен дьяволом, они раскрыли себя. Сообщалось, что они кричали на дворян, которые обвиняли Люциана в том, что он злой.

[Ну и что?! Лорд Кардиен все еще прекрасен! Разве этого недостаточно?!]

Их глаза были такими свирепыми, что дворяне, громко говорившие о Люциане, замолчали.

— Ва-а-а. Не могу поверить, что лорд Кардиен действительно уходит.

— Я думала, он всегда будет нашим прекрасным и благородным рыцарем.

Именно вдовствующая императрица заставила плачущих женщин замолчать.

— Как вы смеете портить настроение на свадьбе лорда Кардиена?! Если вы не прекратите плакать прямо сейчас, я залью ваши глазные яблоки воском от свечей!

Члены клуба мгновенно перестали плакать из-за силы президента фан-клуба.

«Хороший ход, вдовствующая императрица!»

Я ни о чем не жалею, пригласив вдовствующую императрицу, которая доставила мне немало хлопот. Потому что она принимает сторону Люциана с большим энтузиазмом, чем кто-либо другой.

Император стоял там, где мы с Люцианом, идя под руку, остановились. Пришло время для послания свадебного церемониймейстера. Император, который с нетерпением ждал этого дня, заставил всех страдать церемонией, которая была слишком длинной.

— Весенним днем, когда цветы и деревья оживают, Люциан Кардиен и Перния Лайлак провели свою свадьбу с благословения этих драгоценных людей. Поздравляю с бракосочетанием. Жених, Люциан Кардиен, поднял честь своей родины, став лучшим рыцарем империи благодаря необычайному таланту и усилиям, несмотря на то, что родился в бесплодной сельской местности. В результате теперь он имеет честь занимать благородную должность герцога Кардиена. А невеста, Перния Лайлак, родилась в семье маркиза Лайлака и выросла любимой леди. Она честна со всеми…

Мой отец, который активен в своих собственных разговорах, но слаб в чужих, застонал с мучительным лицом. Свадьба, которая, казалось, никогда не закончится, закончилась благодаря громкому плачу Люси на руках Каликса.

— Ва-а-а!

Это был громкий крик, который не соответствовал ангельской внешности ребенка. Каликс погладил свою маленькую девочку и сказал:

— Отец. Скучные вещи — как крысиный яд для Люси.

Его детский взгляд содержал слова: «Как ты мог подвергнуть мою дочь такой ужасной атмосфере?»

— ………

К счастью, вместо того, чтобы ругать сына, который души не чает в своей дочери, за грубость, император быстро завершил свадебную церемонию.

— Клянетесь ли вы двое любить друг друга вечно?

— Клянусь.

Мы с Люцианом ответили одновременно. После этого мы обменялись кольцами. Каждое обручальное кольцо было украшено разным драгоценным камнем. На моем кольце красный рубин, похожий на его глаза. На его кольце — фиолетовый аметист, напоминающий цвет моих волос. Букет поймала Энн. По обычаю букет отдают лучшей подруге невесты. Эстель уже была замужем, и она была единственной подругой, которая у меня осталась.

— Спасибо, что отдали его мне, мисс.

Энн подняла букет и улыбнулась, как будто у нее были неприятности. На самом деле, она чувствовала себя обремененной, получив букет. Это потому, что она не собиралась встречаться или выходить замуж в ближайшее время, так как была сосредоточена на своей работе главной горничной в замке Кардиен.

«Но Энн, у того мужчины вон там, похоже, нет намерений делать это».

В отличие от Энн, лицо Пола было решительным. Он был готов сделать предложение Энн завтра. Последним на церемонии выступил мой отец. Его отец, у которого было сложное выражение лица на протяжении всей свадьбы, в конце концов разрыдался.

— *Всхлип* Как моя дочь, которая никогда не сдерживает своих слов, стала герцогиней?! Мне это нравится! Теперь я буду жить в той роскоши, в какой захочу.

……Эй, отец. Тебе не кажется, что причина, по которой ты плачешь, немного странная?

Я была ошеломлена реакцией отца. Однако отец обнял Люциана, не зная чувств своей дочери.

— Спасибо, зять.

Он должен сказать спасибо за то, что выслушал все мои долгие разговоры. Мой отец вытер слезы и протянул что-то Люциану. Безэмоциональные глаза Люциана стали больше. Внутри коробки с печатью семьи Лайлак было дикое дерево. Отец сказал, пожимая плечами:

— Это те, что я выбрал из дикого дерева, которое выращиваю. Один корень может сделать слабую женщину сильной и заставить двигаться деревянное ведро, два корня могут заставить слепого открыть глаза и поймать летящую птицу, а три корня могут заставить 70-летнюю пару родить ребенка даже в их позднем…

Его отец, который разглагольствовал о пользе дикого дерева, проявил беспрецедентную гордость собой. Это было понятно. Мой отец недавно прославился как лучший садовод диких деревьев в империи! Оказывается, у моего отца большой талант к выращиванию диких деревьев. Его считали талантливым человеком, который появляется раз в 100 лет. Говорят, после одного прикосновения руки моего отца дикое дерево, которое страдало от болезни, быстро оживало, и вокруг него летали искры. Цена диких деревьев, выращенных моим отцом, взлетела до небес, и семья Лайлак наслаждалась невиданным ранее экономическим бумом.

«Дочь управляет салоном красоты, а отец выращивает травы. Мы действительно семья маркиза?»

По крайней мере, невеста отца, миссис Монсель, выглядела подобающе. Она немного поправилась за последний год, носила драгоценности по всему телу и улыбалась. Она выглядела счастливой.

«Богатый парень может сделать любую женщину счастливой. Хм».

Тем временем Люциан взял дикое дерево, которое дал ему мой отец. Он выглядел вполне довольным подарком отца, судя по легкому покраснению его щек. Люди смеялись и болтали. Это было такое счастливое событие, что никто бы не поверил, что это свадьба герцога Кардиена, которого называют дьяволом. Затем Люциан прошептал мне:

— Ниа. Я больше не могу сдерживаться.

— ……!

Мои глаза расширились. Лицо Люциана, когда он кусал губы, выглядело измученным. Как будто он подавлял что-то, что вот-вот вырвется наружу. Я поспешно вышла из банкетного зала, держа его за руку. Я остановилась, чтобы встретиться с ним лицом к лицу в углу, где никого не было. Красные глаза, которые виднелись между длинными ресницами, ярко сияли. Эмоция, которая была подавлена лекарством, была на грани взрыва. Это того стоило. Ему пришлось вынести так много стимуляции за весь день. Взгляды многих людей, смотрящих на него. Не забывать улыбаться, разговаривая с другими. Все это должно было быть для него невыносимо. Люциан сказал лихорадочным голосом:

— Ниа. Я хочу принять больше лекарства.

Я покачала головой.

— Нельзя.

— Но…

— Церемония все равно закончилась. Гости просто должны наслаждаться собой. Я попросила Энн что-нибудь сказать гостям, если они нас не увидят.

— ……

Я протянула руку к Люциану. Как животное, подчиняющееся своему хозяину, Люциан опустил голову. Я сказала, поглаживая его по волосам:

— Так что с этого момента просто будь собой, Люциан, который хочет монополизировать меня.

В тот момент Люциан набросился на меня, как будто его поводок был ослаблен. Его губы коснулись моих губ. Везде на моем языке было горячо. Вскоре его язык проник в мой рот. Его мягкий язык был одновременно нежным и свирепым. Чем дольше мы целовались, тем больше подкашивались мои ноги. Сердцебиение тоже усилилось. Люциан сказал, когда наши губы были близко друг к другу:

— Ниа.

Он продолжил, крепко обнимая меня:

— Я люблю тебя. Останься со мной. Пожалуйста, смотри только на меня. Прежде чем я ослепну от ревности и перебью всех, кто находится рядом с тобой.

Это были очень жуткие слова для жениха, который только что женился. Тем не менее, я нежно прищурилась. Потому что я знаю, что его слова слаще любого другого шепота любви.

— Столько, сколько ты хочешь, и так долго, как ты хочешь.

Я была готова принять его любовь. Потому что теперь я жена яндере-второго главного героя.

Я жена яндере-второго главного героя.

Конец.

* * *

Перевод окончен,заходите в ТГК,чтобы предложить следующую новеллу на перевод!