День был пасмурный.

Тун Цзя, одетая в черное платье, вошла с букетом цветов. Несколько человек в зале тут же посмотрели в ее сторону. Черное платье делало ее бледное лицо красивее белого снега. И несмотря на то, что она была без макияжа, ее глаза были ясными. Вскоре подошел знакомый Тун Цзя — Чжоу Хэн, который молча проводил ее к портрету. Его веки были опущены, скрывая следы гнева и печали.

Он неосознанно поднял голову и посмотрел на Тун Цзя. Ее губы были очень бледными.

Чжоу Хэн тяжело вздохнул. Сегодня тот день, когда он просто не мог сказать ей, что она выглядит красиво. Возможно, Яньчэнь будет счастлив до тех пор, пока она сможет приходить к нему.

Тун Цзя глянула на человека на портрете. Она не была очень хорошо знакома с бывшим представителем класса химии. В ее памяти академическая успеваемость Чжоу Яньчэня была очень хорошей. Он всегда занимал первые места в пробном тесте каждый месяц. И не смотря на то, что она практически не обменялась с ним даже несколькими словами, а он был не из тех, кто много общался с другими людьми, Тун Цзя чувствовала грусть и печаль.

На самом деле он был довольно красив…

Тун Цзя положила букет возле портрета и трижды поклонилась.

Когда она была студенткой, он был достаточно привлекательным и имел хорошие оценки. Несколько дней назад она услышала от своего лучшего друга, что он, кажется, основал компанию в партнерстве с другими компаниями. Она поняла, что у него все хорошо и его ждет блестящее будущее, но…

Кто бы мог подумать, что произойдет такой неожиданный несчастный случай.

После похорон Тун Цзя ушла со своей одноклассницей. Прежде чем покинуть зал, она краем глаза вновь взглянула на портрет Чжоу Яньчэня. В этот момент она поняла, что печаль в ее сердце, казалось, лишь усилилась. Почему же?

— Мне просто хочется плакать, когда я вижу родителей Чжоу Яньчэня.

Тихо отозвалась Сяоми. Тун Цзя дружила с ней со времен школьных будней. К счастью, они все еще поддерживали хорошие отношения после стольких то лет.

Ее одноклассница вытерла глаза салфеткой и, давясь слезами, сказала:

— Оба его родителя были заняты работой, поэтому они только дали Чжоу Яньчэню дом, где он жил в одиночку. Даже так, он все равно справлялся во всем сам и много чего достиг. Когда я представляю себе такую сцену, где старший прощается с младшим, мое сердце начинает выть от боли. Мать Чжоу чуть было в обморок не упала от горя и слез… Мне от подобного становится очень больно.

Как только она закончила говорить, Тун Цзя не смогла сдержать слез. Яньчэнь. Никогда не знаешь, что наступит раньше — его завтра или его конец.

— Что случилось в тот день? Я слышала, что произошел несчастный случай, когда он был за рулем. Это правда? — спросила Тун Цзя.

Она часто видела статьи и видео об автомобильных авариях в интернете. Но она не ожидала, что когда-нибудь человек, с которым она знакома, столкнется с такой страшной вещью. Все, что Тун Цзя читала и смотрела, несло лишь в себе печаль и жалость. Но… сейчас ей было куда больнее.

Ее одноклассница Сяоми кивнула со слезящимися глазами и ответила:

— Это случилось в день встречи одноклассников. Чжоу Яньчэнь сказал, что не может прийти, потому что что-то случилось. Но мы даже не знали, что он вообще собирался приходить на встречу. Поэтому я решила уточнить. Но потом, когда он ехал…

В воздухе снова воцарилась тишина. Даже если они не особо были знакомы с Чжоу Яньчэнем, зная, что что-то подобное произошло, они чувствовали невыразимую депрессию.

Вечером Чжоу Хэн отправился в свой университет с двумя бутылками вина. Он сел на детской площадке, закрыл лицо рукой и сказал:

— Мне действительно не следовало звонить тебе в тот день. Если бы я не сказал тебе, что Тун Цзя вернулась в Китай, ты бы не приехал сюда. Чувак, она пришла сегодня, и я хотел ей об этом рассказать. Только это и ничего больше! Я просто чувствовал, что было бы жаль, если бы она этого не знала…

От отчаяния он вцепился в свои волосы.

— Я хотел… но не смог. Я не смог ей сказать! Да и не думаю, что ты хочешь, чтобы она это узнала. Понимаю, что она чувствовала бы себя не очень хорошо и винила бы себя еще долгое время… И ты определенно не хочешь видеть ее такой. Черт!

Снова закричал Чжоу Хэн. Дрожа всем телом, он достал из кармана телефон. Он увидел номер Тун Цзя, который записал во время их встречи несколько месяцев назад, набрал ее. Все еще подрагивая от злости, он прислонил телефон к уху.

Сегодня Тун Цзя чувствовала себя очень усталой. Она сняла туфли и босиком прошла в гостиную. Она только что села и выдохнула, как тут зазвонил телефон.

Это был номер Чжоу Хэна. Она немного поколебалась, прежде чем взять трубку, но все же решилась ответить и неуверенным голосом спросила:

— Чжоу Хэн?

Судя по ее памяти, она была не очень хорошо знакома с Чжоу Хэном и его друзьями. Внезапно получив звонок от него ни с того ни с сего, она, конечно же, была очень удивлена.

— Да, это я.

Чжоу Хэн лег на землю и спросил хриплым голосом.

— Тун Цзя, ты помнишь Яньчэня? Я имею в виду, что до этих… похорон ты еще помнила его?

Тун Цзя, пораженная этим вопросом, крепко держала подушку, сжимая ее края.

— Помнила… Почему ты спрашиваешь? В чем дело?

— Ничего, я просто спрашиваю… Не могу найти никого, с кем можно было бы поговорить. Я тебя не побеспокоил?

Услышав ответ Тун Цзя, Чжоу Хэн почувствовал некоторое облегчение.

Он плохо спал в эти дни. Всякий раз, когда он закрывал глаза, появлялось лицо Чжоу Яньчэня. Он чувствовал себя виноватым. Если бы не он, Чжоу Яньчэнь все еще был бы жив и здоров. И отец и мать Чжоу не должны были потерять своего ребенка.

Тун Цзя опустила голову и застыла на несколько секунд. Она смотрела на свои ноги и на пару тапочек, слегка нахмурившись.

Но разве эти тапочки не должны быть у двери?

Несмотря на то, что было лето, температура кондиционера в номере была немного ниже, чем обычно. Она пришла к выводу, что, вероятно, забыла положить их в обувной шкафчик сегодня утром и поэтому она быстро надела тапочки, сама того не заметив.

Придя в себя, она быстро ответила,

— Нет, нет, я только что вернулась домой. Постарайся сдержать свою печаль[1].

Она знала, что Чжоу Хэн с Чжоу Яньчэнем были близкими друзьями. Услышав, как этот 1,8-метровый мужчина печально плачет, она почувствовала себя неуютно. Благодаря этому она смогла понять чувства Чжоу Хэна.

— Извини, что побеспокоил тебя сегодня, — Чжоу Хэн проговорил, вытирая слезы, — Я вешаю трубку, и да… приглашу тебя как-нибудь на ужин в качестве извинения.

Он не знал, что ей сказать. Нет, собственно, что тут говорить? Сказать, что Чжоу Яньчэнь любил ее столько лет? Что Чжоу Яньчэнь приехал сюда, потому что он так сильно хотел увидеть ее, что превысил скорость, что, в свою очередь, привело его к автомобильной аварии? Нет, он не должен ей ничего говорить. Чжоу Яньчэнь молча любил Тун Цзя еще при жизни. Он все же предпочел не говорить ей об этом. Поступить как друг. Промолчать.

Он повесил трубку. Тун Цзя разочарованно посмотрела на свой телефон.

Конечно, она помнит Чжоу Яньчэня. Как она могла не помнить?

Подросток, который был таким ослепительным, но сдержанным. Независимо от того, кто помнил его, все бы описали его как спокойного, тактичного человека.

Кстати говоря, единственный раз, когда она пересеклась с ним, случилось во время экзаменов.

Хотя это был обычный пробный тест, но из-за родительского собрания все ученики считали его чем-то очень важным. Тун Цзя, чьи оценки были в среднем диапазоне, также паниковала. В то время она впервые влюбилась в мальчика из другого класса и ее оценки резко ухудшились.

Во время экзамена Тун Цзя находилась в той же экзаменационной комнате, что и Чжоу Яньчэнь, который сидел перед ней. Когда она сдавала экзамен по математике, то обливалась потом. Она не смогла ответить на несколько немаловажных задач.

Тун Цзя не знала, как она набралась смелости сделать такое в то время. Когда наблюдатель опустил голову и поиграл со своим мобильным телефоном, она ткнула Чжоу Яньчэня в спину шариковой ручкой. Он повернул голову, его холодные глаза были полны недоумения.

— Последние несколько вопросов… Можно мне взглянуть? — смущенно прошептала она.

Ее голос был таким тихим, что Чжоу Яньчэнь нахмурился и снова повернул голову. Как раз в тот момент, когда Тун Цзя подумала, что он, должно быть, начал презирать ее, перед лицом появилась записка.

Ее тело отреагировало быстрее, чем сознание, поэтому она быстро сжала бумажку в руке.

Благодаря его помощи она хорошо сдала экзамен по математике и заняла 15-е место в своем классе. После этого она хотела поблагодарить Чжоу Яньчэня, но ей было неловко благодарить его за то, что он дал ей ответы. Во время одной из своих утренних тренировок она пошла и, купив бутылку «нутри-экспресса», поставила ее на стол Чжоу Яньчэню.

Очнувшись от воспоминаний, которые она пережила с ним, Тун Цзя отправилась на кухню в тапочках и открыла холодильник, чтобы найти что-нибудь поесть, но не нашла ничего, кроме минеральной воды. Заказывать еду на вынос поздним вечером ей не хотелось. Переодевшись на прогулку до магазина, она собиралась выйти, как заметила, что у дверей стоял зонтик.

Тун Цзя задумалась. Она прикусила нижнюю губу и попыталась вспомнить, был ли здесь зонтик, когда она пришла домой некоторое время назад. Однако она была не из тех, кто обращает внимание на мелкие детали, поэтому не могла вспомнить ничего подобного. Но когда она увидела зонтик, Тун Цзя вспомнила погоду в эти дни. Сегодня весь день было облачно. Она взяла зонтик и приготовилась идти в ближайший супермаркет, чтобы купить что-нибудь поесть.

В лифте она достала мобильный телефон и зашла на Weibo, но сигнал там был не очень хороший, поэтому Тун Цзя стояла в ожидании, пока она не выйдет из лифта.

Она чувствовала себя немного странно, но не могла понять почему.

Когда она добралась до супермаркета и купила фрукты, она наконец поняла, что случилось!

Когда она была за границей, то часто проверяла свой аккаунт в Weibo. У нее было не так много подписчиков, всего около одной или двух сотен, но один подписчик всегда ставил ей лайк под каждым посту, который она выкладывала.

Но несколько дней назад, когда она опубликовала свой пост на Weibo, этот один подписчик так и не лайкнул ее новое обновление.

Ей действительно было любопытно, поэтому она воспользовалась ситуацией, чтобы найти на Weibo этого человека и кликнула, чтобы просмотреть его профиль.

Тун Цзя поджала губы. Страница этого человека в Weibo содержала всю переадресованную финансовую информацию, которая была очень скучной——

Подумав об этом, она нажала кнопку «Нравится» под его новым постом.

Когда Тун Цзя толкнула свою тележку с покупками, чтобы подойти к кассе, маленький мальчик сел в другую тележку, указал на нее и сказал своей матери:

— Мама, этот дядя такой странный. Он ранен?

Тун Цзя повернула голову и огляделась. Никого она из взрослых мужчин не увидела, только женщины и дети. Мать мальчика подняла руку и погладила его по голове со словами:

— Не говори ерунды.

Дети в наше время очень любят подшучивать над взрослыми.

Тун Цзя вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она коснулась своей руки и подумала.

Температура внезапно упала. Так холодно…

Примечания:

[1] Это фраза соболезнования по-китайски, которая означает: сдерживай свое горе/печаль и прими судьбу.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Как только Тун Цзя вышла из супермаркета, начался сильный дождь. Она не могла не радоваться, что взяла с собой зонтик. Супермаркет был недалеко от дома, немного за пределами жилого комплекса, так что для нее было бы бессмысленно брать такси, ведь расстояние было всего в нескольких минутах езды.

Тун Цзя открыла зонтик и направилась к своему дому.

Вскоре после возвращения в Китай она попросила друзей подыскать ей жилье.

Поняв, что ей все еще нужно приобрести много вещей для своего дома, Тун Цзя задумалась о том, что ей можно купить по пути. Она даже и не заметила, как почти дошла обратно.

Грозы летом были подобны проливным дождям в сезонное для них время. Даже под зонтиком большая часть одежды все равно промокала.

Как только Тун Цзя добралась домой, она уже не могла беспокоиться о голоде, который чувствовала ранее. Вместо этого она тут же бросилась в ванную. Спустя некоторое время и после хорошей теплой водички, когда вся ее усталость была смыта, она села на диван и, скрестив ноги, достала из сумки несоклько закусок и две бутылки пива. Открыв их, одну она поставила напротив себя на кофейный столик, а вторую оставила в руке.

— Чжоу Яньчэнь, прощай, — тихим, чуть поникшим голосом прошептала она.

Подняв голову, она разом выпила полбутылки пива, характерно скривившись.

Тун Цзя не умела обращаться с выпивкой. Раньше, когда она была в чужой стране, ее соседка по комнате однажды предложила пойти с ней в бар. В то время ей было любопытно все, что там находилось и как развлекалась молодежь. Она тогда с такой гордостью выпила большой стакан пива и неплохо так опьянела. Запомнилось надолго.

Хотя Чжоу Яньчэнь и не был ее другом, он все же был ее одноклассником. Он ушел так рано, так внезапно… Такие мысли несли лишь печаль. Да и в целом день Тун Цзя сегодня прошел слишком подавленно.

Она положила голову на подушку дивана, не обращая внимания на свои все еще мокрые волосы. Прямо сейчас она уже чувствовала легкое головокружение и ей было уже не так плохо. Она закрыла глаза и тут же задремала. Во время легкого сна она почувствовала, как чьи-то руки аккуратно касались ее волос. Было приятно.

Кроме этого, сквозь дрему она будто услышала чей-то тихий вздох.

На следующий день она проснулась около двух часов дня. Попытавшись встать, она коснулась ладонью лба и поняла, что ее руки казались немного холодными. Затем она вдруг вспомнила, что забыла выключить кондиционер перед тем, как лечь спать прошлой ночью. Она так и заснула, с мокрыми волосами и без одеяла. Не было бы ничего странного в том, если бы она такими темпами подхватила простуду.

Она встала и поняла, что на улице не так холодно, как ей изначально показалось. Подойдя к кондиционеру, она обнаружила, что он был установлен только на 26 градусов вместо того, что она первоначально ставила — на 18.

Тун Цзя, видя, что кондиционер имел возможность также автоматически регулировать температуру, подумала, что это действительно превосходная и очень удобная модель.

Уход Чжоу Яньчэня, несомненно, стал концом света для его родителей и такой ужасающей новостью для его друзей и в особенности для Чжоу Хэна.

После нескольких дней меланхолии Тун Цзя вернулась к своей обычной жизни. Она только недавно вернулась в Китай и устроилась работать учительницей английского языка в средней школе, которая, кстати, была одной из лучших в городе с хорошей заработной платой.

Было меньше четырех часов дня, когда другая учительница сказала, что кто-то искал Тун Цзя снаружи. Она отложила работу и направилась в приемную.

Как оказалось, с ней хотели увидеться родители Чжоу Яньчэня!

Тун Цзя помнила, как два старика чуть не упали в обморок от слез в тот печальный день. Она сразу же узнала их, но в мыслях задавалась вопросами,

Зачем они пришли сюда? Случилось что-то?

Когда Тун Цзя собиралась налить чай двум старым людям, мать Чжоу внезапно бросилась к ней, схватила ее за руку и выпалила из себя слова:

— Вы ведь Мисс Тун, верно? Мисс Тун, вы видели нашего Яньчэня? Вы его видели?

— Ох…

Тун Цзя ошеломленно смотрела на мать Чжоу и не знала, что ответить в такой ситуации.

— Его мать настаивала, что Яньчэнь все еще здесь, что она все еще чувствует его присутствие… — сказал беспомощно отец Чжоу, у которого все еще было усталое лицо, — Мисс Тун, пожалуйста, простите меня.

— Ох, я понимаю.

Она посмотрела на пожилую пару. По их разговору, можно было понять, что их китайский был не совсем чистый. Намеки на их местный акцент все еще можно было различить.

— Тетушка, не хотите ли чаю? — тихо предложила Тун Цзя, помогая присесть матери Чжоу.

— Яньчэнь все еще здесь…

Мать Чжоу смотрела на нее пустыми глазами, которые, казалось, стали еще старее за ночь. Она могла только слабо свесить руки. Как сказала ранее Сяоми, такая ситуация действительно может заставить людей потерять контроль над своими эмоциями. Глядя на безнадежный и унылый взгляд матери Чжоу, глаза Тун Цзя заметно покраснели.

Что озадачило Тун Цзя, так это то, как родители Чжоу нашли ее. Прежде чем она успела спросить, раздался телефонный звонок от Чжоу Хэна.

— Тун Цзя, дядя и тетя Чжоу приходили к тебе?

Голос Чжоу Хэна был очень беспокойным.

— Да, что случилось? — быстро ответила Тун Цзя, — Тебе нужна какая-нибудь помощь?

Вскоре она договорилась о встрече с Чжоу Хэном. После того как Тун Цзя попросила разрешения у директора, она отвела родителей Чжоу в ближайшую кофейню. Когда она села, мать Чжоу нетерпеливо спросила ее:

— Мисс Тун, вы чувствуете, что Яньчэнь действительно рядом с нами? Он вообще никуда не уходил!

Увидев усталость матери Чжоу, Тун Цзя почувствовала себя немного подавленной. Она аккуратно взяла ее за руку и прошептала:

— Тетя, сдержите свое горе, он определенно не хочет видеть вас такой.

Самая болезненная вещь в мире — это когда старшим приходиться прощаться с младшими.

Разбитость была очевидна и в отце Чжоу, когда он сказал:

— Мисс Тун, простите меня, мать слишком скучает по Яньчэню…

Такого удара было достаточно, чтобы сломить обоих родителей Чжоу.

— Я могу что-то для вас сделать? — осторожно спросила Тун Цзя, — Пока есть возможность, я бы хотела вам помочь.

Они не пришли бы к ней без причины. Тун Цзя уже решила для себя, что все, о чем они попросят, и пока она может это сделать, она будет помогать им безоговорочно.

— На самом деле… — отец Чжоу чувствовал себя неловко, словно не хотел говорить об этом, но тут он был действительно беспомощен. Он должен был сказать правду, — Когда мы разбирали вещи Яньчэня, то нашли альбом, там были эскизы и фотографии… На всех был один и тот же человек. Это были вы. Только вы, Мисс Тун…»

Тун Цзя мгновенно застыла. После нескольких секунд, она недоверчиво посмотрела на отца Чжоу, рядом с ним сидела мать Чжоу и все еще всхлипывала. В данный момент она смотрела только на него. Ее губы начали шевелиться, но она так и не смогла что-либо выговорить.

Отец Чжоу достал из сумки альбом с фотографиями и протянул его Тун Цзя с неоднозначным взглядом.

Когда Тун Цзя принимала с рук альбом, она заметила, как ее пальцы дрожали. Сначала она боялась открывать, но когда решилась…

На столе спала девушка.

На сцене стояла девушка.

Там была девушка, которая пила воду.

Конечно, она прекрасно понимала, кто эти люди. Это и вправду была она. Вон даже родинка, как у Тун Цзя, на локте нарисована на одном из эскизов. Но в это было все же сложно поверить.

Пролистав еще несколько страниц, она наткнулась на несколько фотографий. Она вглядывалась почти на каждый снимок и поняла, что большинство кадров из них являлись фотографиями из ее странички в Weibo. Так он распечатал их…?

Перевернув еще страницу, Тун Цзя наткнулась одну фотографию, сделанную в прошлом месяце. Это было забавное селфи, во время обеда огромными гамбургерами. Она с дрожащими руками взяла эту фотографию и тут же заметила несколько упавших на нее капель. Это были слезы. Тун Цзя осторожно коснулась своих щек. Это были ее слезы.

Когда Чжоу Хэн прибыл, Тун Цзя уже успокоилась, но красные глаза ее выдавали. Сердце его заколотилось, и он сразу понял, что было бы нелепо говорить что-либо, когда она уже итак все узнала.

После того, как Чжоу Хэн посадил двух стариков в машину, он вышел и, подойдя к Тун Цзя, тихим голосом отозвался:

— Неужели у тебя нет никаких вопросов?

Тун Цзя улыбнулась и слегка покачала головой.

Спрашивать было не о чем, если бы и было, то не сегодня. Сейчас она просто хотела хорошо отдохнуть и выспаться, чтобы как-то переварить секрет, который Чжоу Яньчэнь не смог взять с собой на небеса.

Она никогда не думала и даже не догадывалась, что Чжоу Яньчэнь будет любить ее. И как же произошло такое…?

Чжоу Хэн посмотрел на стариков, сидящих в машине, и понизил голос:

— Я не собирался рассказывать тебе об этом. У него, вероятно, были причины умалчивать о своих чувствах, но Тун Цзя… ты была единственным человеком, которого Яньчэнь любил в своей жизни, хотя ты, скорее всего, и не знала об этом. Сама понимаешь, что Яньчэнь был не из разговорчивых, но он всегда выглядел таким счастливым, когда речь заходила о тебе. Тун Цзя… что бы не случилось с тобой в будущем, ты можешь обратиться ко мне. Я помогу всем, чем смогу.

После того как Чжоу Хэн ушел, Тун Цзя больше не могла держать альбом в руках. Он нес в себе самые глубокие чувства ушедшего Чжоу Яньчэня, ей было сложно оставаться равнодушной к подобному…

Тун Цзя вернулась домой в полной растерянности. Она лежала на диване, рассеянно глядя в потолок. Вскоре она снова открыла альбом с эскизами и бессознательно погладила его указательным пальцем, как будто могла представить себе те нежные штрихи этого человека.

Разве некоторые чувства более ценны, если о них никогда не говорят? Тун Цзя никогда не любила Чжоу Яньчэня и даже не задумывалась, но с его смертью эти чувства, которые он оставил после себя, оставили в ее сердце неизгладимый след.

«Что мне делать? Я даже не знаю, почему я тебе так понравилась… А-а… Это раздражает. Я действительно ненавижу, когда другие оставляют меня в неведении.»

У Тун Цзя тоже было много поклонников. Она родилась красивой и была очень популярна, когда была студенткой. После отъезда за границу даже эти нетерпеливые иностранные мальчики когда-то с энтузиазмом преследовали ее.

И в сравнении с ними, Тун Цзя с отдающимся теплом в груди поняла, что чувства Чжоу Яньчэня трогали ее больше всего.

И почему он не сказал ей? Почему не признался?

Тун Цзя тут же вспомнила кое что. Она достала свой мобильный телефон и набрала номер Чжоу Хэна. Было уже почти десять вечера, но в конце концов трубку взяли.

Чжоу Хэн недавно смог таки уговорить мать Чжоу лечь поспать. За сегодня он очень устал, но не успев подумать об отдыхе, его телефон зазвонил. Он знал, что когда Тун Цзя отойдет от «признания» Яньчэня у нее возникнет куча вопросов. Чжоу Хэн глубоко вздохнул, тем самым собрав всю свою энергию, чтобы ответить.

— Тун Цзя, ты ведь хочешь меня о чем-то спросить, верно?

— Да, — Тун Цзя на мгновение замолчала, — Я подумала кое о чем… в тот день Сяоми сказала мне, что Чжоу Яньчэнь изначально не мог прийти на встречу, верно? Но позже…

Она не смогла продолжить. Как только она открыла рот, то почувствовала, как у нее сдавило горло. Сложно было заставить себя произнести то слово.

Чжоу Хэн не ожидал, что Тун Цзя задаст именно этот вопрос. Он остановился на некоторое время и пошел в тихое место.

Слезы снова потекли по щекам.

Говорят, что человек не проливает слезы, если он не глубоко ранен. Но Чжоу Хэн чувствовал, что вся его печаль за все его годы не сравнилась бы даже с десятой частью, что он чувствовал сейчас.

Чжоу Яньчэнь был его лучшим другом, и из-за этого не было невозможно избежать чувства вины и остаться в стороне.

— Да, в тот день ему пришлось работать сверхурочно по возникшим причинам. Я знал, что он не сможет прийти, но когда я услышал, что ты придешь, я подумал… В общем, я и сообщил ему об этом. Он тут же повесил трубку, а чуть позже он уже сам перезвонил и сказал, что приедет на встречу.

Чжоу Хэн говорил очень медленно и даже спокойно, но даже так Тун Цзя понимала, как трудно давались ему слова. Прекрасно понимала.

Выслушав его и попрощавшись, Тун Цзя повесила трубку.

Немыслимо. Как такое возможно?! Почему?!

Может быть, последствия того, что она узнала сегодня, были слишком большими для нее. Ей было тяжело принять все это.

Тун Цзя ворочилась с боку на бок до самого рассвета.

После того, как она заснула, на улице пошел сильный дождь.

У двери в спальню можно было заметить несколько мокрых следов. Как будто кто-то стоял около двери, не решаясь войти.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Тун Цзя больше не выходила на связь с Чжоу Хэном, как и он в свою очередь не звонил ей.

Они не были друзьями, лишь старыми одноклассниками. Даже если они и выходили на контакт, то только из-за Чжоу Яньчэня. И сейчас они оба не особо желали вновь поднимать эту тему касаемого их знакомого и лучшего друга.

Она чувствовала, что сложно будет забыть Чжоу Яньчэня. Хотя он никогда ей и не нравился, но учитывая последние события, было достаточно, чтобы она запомнила его на всю жизнь. Тун Цзя немного подумала и решила, что она более не заговорит о нем. Она не хотела забывать его, но вспоминая, у нее где-то в глубине возникало сожаление. Сожаление о том, что она потеряла что-то особенное.

Она даже не знала, когда и по какой причине она понравилась Чжоу Яньчэню. И, конечно же, она не хотела бы узнавать об этом от других людей. Для Тун Цзя Чжоу Яньчэнь постепенно становился тайной в ее сердце.

Тун Цзя очень нравилась ее нынешняя работа. Другие учителя говорили ей, что ученики в этой школе в основном принадлежали богатым семьям, поэтому у некоторых детей характер был не очень приятным. Они все говорили, что если Тун Цзя встретит таких в классе, то тут же советовали ей быть более терпеливыми с ними. Но, по мнению Тун Цзя, ученики в ее классе на самом деле очень уважали учителей.

Все они были в возрасте двенадцати или тринадцати лет и еще не вступили в фазу бунта, а поскольку их семейные условия очень хороши, родители придавали большое значение их образованию. И одно из самых первостепенных задач являлось уважение к своим учителям.

Тун Цзя приметила ученика в классе, который был очень странным, по ее мнению. Он практически не слушал уроки, но когда она попросила его встать и прочитать текст вслух, его английский был более свободным, чем у большинства его одноклассников. С точки зрения внешнего вида, черты его лица были очень изящными. Очевидно, что в его возрасте стоило быть беззаботным, но у него всегда было такое холодное и отстраненное выражение лица, в отличии от своих сверстников.

Тун Цзя последовала за группой коллег в кафетерий, чтобы перекусить, и села у окна. Ей стало немного любопытно и она спросила:

— Шуцзюань, я слышала, что ты преподаешь в пятом классе?

— Да, — Шэнь Шуцзюань откусила кусочек овоща, кивнув на вопрос Тун Цзя.

— Тогда, скорее всего, ты знаешь Сун Чи? — Тун Цзя задала интересующий ей вопрос.

— А, Сун Чи. Да, он очень умный ученик, а что случилось?

— Он, кажется, не слишком сосредоточен на уроках и часто отмалчивается, когда я с ним разговариваю.

Тун Цзя была очень увлечена своей профессией и ей всегда было невтерпеж научить своих учеников всему, что она знала. Она надеялась понять каждого из них и найти к ним особый подход, если это бы потребовалось.

Шэнь Шуцзюань отложила палочки и удивленно посмотрела на Тун Цзя,

— А ты разве не знаешь?.. В его семье произошла большая трагедия. Когда он учился в начальной школе, его родители умерли, и теперь остались только он и его старший брат, но он… недавно попал в аварию и до сих пор лежит без сознания. Из родственников остались только их дяди и тети.

— А? Как… такое могло случиться? — Тун Цзя потрясенно приоткрыла рот.

— Ты никогда не слышала о семье Сун? Когда Сун Яньчэн попал в больницу, ближайшие родственники их семьи стали гораздо активнее. И, что более ужасно, так это то, что они с нетерпением ждут скорой смерти старшего брата, чтобы завладеть собственностью семьи Сун. В конце концов, из семьи Сун остался только Сун Чи, а он еще не достиг совершеннолетия… В любом случае, ситуация у него очень плохая, — Шэнь Шуцзюань тяжело вздохнула.

Тун Цзя потеряла дар речи. Она подумала, что подобные случаи происходят только в сюжетах телевизионных драм, но услышав такое… Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Шэнь Шуцзюань приложила руку к левой щеке и вздохнула,

— Я видела как-то Сун Яньчэна, когда он приходил забирать Сун Чи из школы. Тогда еще, первое о чем я подумала, было то, что он очень красив. Но… Сейчас это не столь важно. Несмотря ни на что, я все еще надеюсь, что он поправится… ради Сун Чи. Если он умрет, то жизнь Сун Чи будет действительно тяжелой.

— И правда. Я тоже буду рассчитывать на его скорое выздоровление.

Тун Цзя говорила искренне. Ребенок выросший без отца и матери и так уже достаточно настрадался. А теперь, когда его единственный старший брат тоже может погибнуть, она боялась, что Сун Чи просто не выдержит таких трудностей.

Когда она вернулась домой в тот вечер, Тун Цзя была готова зайти в Интернет, чтобы разузнать больше о семье Сун, но оказалось, что ее компьютер сломался. Даже перезапуск оказался бессмысленным. Она пользовалась этим компьютером уже несколько лет и его уже давно нужно было заменить. Однако Тун Цзя была человеком, который дорожил вещами. Она всегда неохотно их выбрасывала, в особенности те, что были с ней в течение нескольких лет.

Приняв ванну, она легла на кровать.

Она не сразу заметила, как вновь задумалась о Чжоу Яньчэне.

Прошло уже больше месяца с тех пор, как он погиб, и ее жизнь, казалось, медленно возвращалась в нормальное русло, но Тун Цзя недавно осознала, что внутри нее что-то неосознанно изменилось. Казалось, что думать о Чжоу Яньчэне перед сном каждую ночь стало ее необходимостью…

Он оставил ей свою тайну. У нее было много вопросов, на которых никогда больше не будет возможности узнать ответы.

Как раз тогда, когда она собиралась лечь спать, на прикроватной тумбочке зазвонил телефон. Тун Цзя была удивлена и тут же взяла свой мобильный телефон в руки. Что потрясло ее еще больше, так это то, что на экране высветилось имя Чжоу Хэна. Она думала, что Чжоу Хэн никогда более не свяжется с ней.

— Алло?

Услышав ее голос, Чжоу Хэн, казалось, вздохнул с облегчением. Его голос уже не был таким печальным, как раньше,

— Тун Цзя, скоро будет последняя Вэй Ци Яньчэня[1]. Его родители надеются, что мы сможем освободиться и пообедать у них дома. Не могла бы ты уделить им немного своего времени?

Тун Цзя была ошеломлена. И вправду, скоро уже наступит сорок девятый день…

Она собралась с силами, чтобы ответить:

— Да, конечно… Кстати, Чжоу Хэн, с дядей и тетей все в хорошо?

Чжоу Хэн некоторое время молчал, а потом все же ответил на вопрос,

— Они стареют. Через некоторое время они планируют усыновить ребенка от дальнего родственника. У ребенка нет родителей. Я думаю, что это даже хорошо. Им нужно отвлечь свое внимание от смерти Яньчэня. Со временем им станет гораздо легче.

— Да, это очень хорошо. Мертвый человек не может вернуться к жизни, поэтому мы все должны двигаться дальше, — утешила его Тун Цзя.

— Как говорят у нас, пришло время перевоплотиться после Вэй Ци, — с улыбкой сказал Чжоу Хэн, — В этот период я каждый день ходил в храм, надеясь, что Яньчэнь родится хорошим ребенком.

Тун Цзя определенно не верила в это раньше, но теперь она также искренне надеялась, что у Чжоу Яньчэня может быть новое начало и лучшая жизнь, как и сказал Чжоу Хэн.

Договорившись о встрече с Чжоу Хэном, чтобы пойти к дому Чжоу Яньчэня, Тун Цзя повесила трубку и заснула, пробыв в мыслях еще некоторое время.

Ей снился сон. Сон о Чжоу Яньчэне и о том, что случилось ранее.

Это происходило после того, как она угостила его в знак благодарности за помощь на тестах. Как раз в тот момент, когда она только сосредоточилась на формуле решения задач, кто-то встал перед ней. Свет внезапно потускнел, и прежде чем она успела поднять глаза, она услышала холодный, немного напряженный голос:

— Если чего-то не понимаешь, можешь спросить меня.

Она вздрогнула и подняла голову, чтобы посмотреть на него.

Уши Чжоу Яньчэня слегка покраснели, но на этот раз он не отвел взгляда.

— А…

Она все еще думала о формуле в своей голове и лишь наполовину поняла суть в сказанных словах. Она с широко открытыми глазами, немного недоверчиво посмотрела на Чжоу Яньчэня.

— А-а?!

Чжоу Яньчэнь, должно быть, подошел к ней слишком внезапно. В его глазах мелькнуло раздражение, но вскоре он успокоился и еще раз повторил:

— Если ты не понимаешь чего-то, то можешь спросить меня. Я тебе объясню.

Ей было стыдно за свой недавний возглас. Она слишком глубоко задумалась и не заметила его сразу. Она надеялась, что не показалась ему слишком странной.

— Я не могу решить эту задачу, — она указала на вопрос, который вызвал у нее головную боль.

Чжоу Яньчэнь взял ручку и, наклонившись, посмотрел на листок с заданиями. На самом деле вопрос был очень прост.

— Черновик.

Она тут же протянула ему листок бумаги, который держала под локтем.

Чжоу Яньчэнь начал решать задачу на черновом листочке. Его пальцы были тонкими и аккуратными, а от его тела исходил легких запах мыла.

Его голос, во время объяснений был очень низким, вероятно это из-за того, что он просто не хотел беспокоить людей, учащихся вокруг. Сначала Тун Цзя не могла разобрать, что он говорил, но через некоторое время она уже понимала объяснения Чжоу Яньчэня без каких-либо трудностей.

После того, как он пояснил вопрос, не было бы преувеличением, если бы она сказала, что концепция решения задачи стала ей ясна…

Когда Тун Цзя проснулась, она все еще была в оцепенении. Вскоре она пришла в себя, и ее пальцы бессознательно вцепились в простыню. Она всегда думала о том, как он мог любить ее, и, очевидно, сомневалась в этом, но… теперь она почему-то доверилась его чувствам, что Чжоу Яньчэнь действительно любил ее.

Она встала и пошла в сторону ванной. Как бы она себя не чувствовала, сегодня ей еще предстояла провести несколько уроков. Умывшись, она пошла в свой кабинет. Она собиралась взять ноутбук с собой, чтобы сдать его в ремонт после рабочего дня. Но…

Перед тем как сдать технику, она решила быстренько протереть его влажной тряпочкой и случайно задела кнопку включения. И он включился!

Он действительно откликался на разные действия.

Вчера она думала, что ее ноутбук был поврежден и без ремонта здесь никак не обойтись.

Тун Цзя была вне себя от радости.

Ее счастью не было предела. Она улыбалась всю дорогу, пока не села в автобус. Ее нынешняя квартира находилась недалеко от школы, и рядом ходили автобусы с определенным маршрутом. В транспорте было не так много людей, но там находился мужчина, который постоянно терся о Тун Цзя. Как только Тун Цзя отодвигалась, мужчина тут же следовал за ней и время от времени смотрел на нее сверху вниз.

Она чувствовала себя чрезвычайно некомфортно рядом с ним.

Как раз в тот момент, когда Тун Цзя больше не могла этого выносить и собиралась проучить его, кто-то ее опередил.

Мужчина внезапно закричал и начал смотреть по сторонам, но ничего подозрительного не увидел. Как будто его ударило какое-то привидение. Сразу же после этого его тело снова пошатнулось в сторону. Человек очень рассердился и громко зарычал:

— Кто ударил меня?! Люди в автобусе тут же посмотрели на него, как на сумасшедшего.

Тун Цзя испуганно отстранилась назад, держась на некотором расстоянии от мужчины. Если он какой-то извращенец, то она не отпустит его так легко, но она не могла позволить себе провоцировать его, а вдруг он действительно сумасшедший?

Мужчина пришел в себя, и его лицо посинело от гнева. Как только автобус прибыл на остановку и дверь открылась, то он прикрыл свое лицо и быстро выскочил из транспорта, громко ругаясь.

— Черт побери! Он точно знал, что кто-то ударил его дважды! И доказательство тому — его лицо все еще болело.

Примечания:

[1] 尾七 (Wei Qi); китайские похороны обычно проходят в течение 7 дней, но период траура длится 49 дней с еженедельными молитвами, читаемыми семьей каждые 7 дней. Последняя неделя из 49 дней называется Вэй Ци. Заключительная церемония, означающая окончание траурного периода, может быть проведена через 100 дней.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Во вторник у Тун Цзя было не так уж много занятий. Она собрала вещи и приготовилась ехать домой. Недавно купила новую кухонную посуду, и сегодня, когда у нее было немного свободного времени, подумала о том, чтобы побаловать себя чем-нибудь вкусненьким.

Когда она раньше жила за границей, то никак не могла привыкнуть к тамошней еде, поэтому на каникулах она научилась у бабушки нескольким простым блюдам. Позже, ради самой себя и когда найдется время, она хотела бы совершенствовать свои навыки в кулинарии. Было, кстати, довольно забавно, когда ее соседка по комнате хотела вернуться в Китай вместе с ней.

Когда Тун Цзя вышла из супермаркета и собиралась сесть на автобус, заметила того, которого по идее там не должно было быть — Сун Чи. Тун Цзя достала свой телефон и посмотрела на время. Сун Чи должен был быть сейчас на занятии.

Директор недавно побеседовал с учителями о Сун Чи, надеясь, что в эти дни они проявят к нему куда больше заботы. Даже если он не слушал лекции в классе, не было никакой необходимости делать ему выговор.

Тун Цзя знала, что школьная библиотека и бассейн, которые в настоящее время готовились к реконструкции, финансировались семьей Сун. Будь то школьные руководители или учителя, они всегда уделяли больше внимания Сун Чи, не говоря уже о том, что произошло в его семье. Даже Тун Цзя сочувствовала Сун Чи.

Сун Чи сидел на краю фонтана на городской площади. Поскольку на улице было еще светло, фонтан в данный момент не работал. Тун Цзя немного поколебалась, прежде чем подойти к Сун Чи с пакетом купленных продуктов. Она села рядом с Сун Чи и заметила, что он неподвижно смотрит вниз. Тун Цзя проследила за его взглядом, но на земле ничего не было. Он смотрел в никуда.

— Ученик Сун, ты… — Тун Цзя сначала хотела спросить, почему он пропускал занятия, но вместо этого проглотила слова. Она замолчала на некоторое время, прежде чем спросить, — Ты голоден?

У студентов всегда есть занятия, но в случае с этим учеником было все не так просто. Она подумала про себя, что не должна говорить об этом. Ему и так было тяжело.

Сун Чи был ошеломлен. Он медленно повернул голову и выплюнул единственное слово:

— Да.

В детстве она часто отдавала свои карманные деньги бродягам, которых видела на улице. Пока она была за границей, всякий раз, когда у нее было свободное время, она ходила добровольцем в качестве социального работника. Ей нравилось помогать незнакомцам, но сейчас желание помочь было еще сильнее, так как сейчас нуждался в поддержке ее собственный ученик.

Тун Цзя решила позвать Сун Чи к себе домой.

— Не хочешь присесть и посмотреть телевизор?

После того как Тун Цзя включила телевизор, она передала пульт Сун Чи.

Сун Чи не отказался. Он почти ничего не говорил и не отвечал ни на один из заданных вопросов Тун Цзя.

Тун Цзя пошла на кухню. Прежде чем вымыть овощи, она позвонила классному руководителю Чжану. Учительнице Чжан в этом году исполнилось больше сорока лет, и она особенно заботилась о таких новичках, как она. Тун Цзя рассказала учителю Чжану о случившемся.

— Что ж, учитель Тун, вы делаете хорошую работу. Этот ребенок еще мал, да и детям одним бродить по улице опасно… Что ж, тогда я свяжусь с его семьей, а пока пусть он побудет с вами.

Голос учителя Чжана был очень нежным, что заставило Тун Цзя вздохнуть с облегчением.

Повесив трубку, Тун Цзя принялась готовить. Ей потребовалось больше получаса, чтобы закончить с готовкой, а затем она позвала Сун Чи к столу.

Здесь были самые разнообразные блюда, такие как тушеные свиные ребрышки, измельченный зеленый перец, жареные зеленые овощи и суп из морских водорослей и яиц. Сочетание мяса и овощей было питательным и полезным.

Она не знала, обедал Сун Чи или нет; на вопросы он не отвечал. Да и в целом он был не особо вежлив.

Сун Чи взял фарфоровую миску и с жадностью принялся за еду. Увидев Сун Чи в таком состоянии, Тун Цзя почувствовала грусть в своем сердце.

Семья Сун была очень богата. Если Сун Яньчэн действительно умрет, жизнь Сун Чи будет очень трудной. Каким бы взрослым он обычно ни казался, он все равно был ребенком.

Возможно сытный обед немного приободрил Сун Чи. Когда Тун Цзя вымыла посуду и вернулась в гостиную, она увидела несколько красных банкнот на чайном столике и была поражена.

— Ученик Сун? Это твои деньги?

Сун Чи посмотрел на нее, его голос был таким же тихим, как всегда.

— Спасибо.

Тун Цзя захотелось рассмеяться. Она села рядом с Сун Чи и мягко сказала:

— Это угощение от учителя. Оставь деньги себе.

— Но почему? — на лице Сун Чи отразилось сомнение. Для него, если кто-то проявил к нему доброту, он также должен был отплатить им чем-то, например теми же деньгами.

Тун Цзя ему терпеливо объяснила.

На самом деле она была очень удивлена. Выражение лица Сун Чи не было фальшивым. Он вел себя очень естественно, без всякой неловкости, как будто это был совершенно оправданный поступок.

Впервые Тун Цзя задалась вопросом, как же его брат обычно воспитывает Сун Чи.

— Ох, — Сун Чи кивнул, забрал деньги обратно и небрежно сунул их в свою школьную сумку, как будто он брал не деньги, а простую бумажку.

Через некоторое время учитель Чжан подошла, чтобы забрать Сун Чи. У нее было очень раздраженное выражение лица. Она позвонила домой Сун Чи, просто чтобы узнать, почему никто не заботится о нем. Там ей ответили, что у него есть деньги, поэтому он сам сможет вернуться. Эти люди из семьи Сун сейчас заняты ограблением собственности Сун Яньчэна. Когда у них будет время позаботиться о беспомощном ребенке?

Сун Чи подошел к двери и остановился. Он повернулся к Тун Цзя и сказал:

— Вы очень хорошо готовите. Можно мне прийти еще раз?

— Пока ты не прогуливаешь занятия, я всегда буду рада тебе, — Тун Цзя была немного ошарашена, прежде чем ответить ему с улыбкой.

Сун Чи бросил последний взгляд на Тун Цзя. Он также не знал, о чем думать.

Он поспешно последовал за учителем Чжан.

Вместо того чтобы вернуться в резиденцию Сун, он отправился в больницу. В дверях палаты стояли несколько родственников. Когда они увидели приближающуюся Сун Чи с лицами, все еще полными улыбок, которые не достигали его глаз, они спросили:

— Эй, а куда делся Сяо Чи? Состояние его брата снова ухудшилось.

Их тон был полон злорадства. Сун Чи поджал губы и выпрямился во весь рост. Стоя в дверях палаты, он увидел через стеклянное окно своего брата, лежащего в постели. Он наклонился над дверью, моргая. На самом деле его брат был не очень добр к нему. Он редко заботился о нем, но Сун Чи впервые почувствовал, что нуждался в брате.

Три дня спустя Тун Цзя и Чжоу Хэн отправились в дом Чжоу Яньчэня.

Согласно местному поверью, сегодня день, когда Чжоу Яньчэнь должен был возродиться, что означало, что это был его последний день в этом мире. Тун Цзя и Чжоу Хэн были не самыми оживленными в данный момент. Тун Цзя заметила, что Чжоу Хэн сильно похудел, когда она встретила его снова. Его профиль стал более четким, но он выглядел очень изможденным.

— Ах, чуть не забыл, как дела с Цинь Юэ?

По дороге они почти не разговаривали. Чжоу Хэн взял инициативу на себя, чтобы нарушить молчание, и взглянул на Тун Цзя, которая сидела на пассажирском сидении.

На самом деле, если бы Чжоу Хэн не упомянул Цинь Юэ, Тун Цзя бы даже не вспомнила о существовании такого человека. Это может показаться очень бессердечным, ведь он все же был ее первой любовью. Однако после вступительных экзаменов в колледж она уехала за границу. В начале года они иногда связывались друг с другом. Позже она стала более занятой, и их общение почти прекратились. Со временем Цинь Юэ вообще перестал связываться с ней.

Когда другие упоминают свою первую любовь, они, кажется, имеют много незабываемых воспоминаний, но когда Тун Цзя думала о Цинь Юэ, ее сердце не замирало. Почему она вообще была с Цинь Юэ? Даже она сама забыла об этом.

— Мы не общались уже много лет, — честно ответила Тун Цзя.

— Странно, — Чжоу Хэн был немного удивлен.

Это действительно было довольно странно. В прошлом году во время их встречи кто-то спросил Цинь Юэ о Тун Цзя. В тот раз Цинь Юэ ясно сказал, что, когда она вернется обратно, они будут готовиться к свадьбе. Именно тогда Яньчэнь повел себя необычно для всех и ушел, не задержавшись больше.

Теперь Тун Цзя говорит, что она давно не общалась с Цинь Юэ? Что случилось с этим Цинь Юэ?

— Что-то не так? — спросила Тун Цзя, увидев странное выражение лица Чжоу Хэна.

— Да нет, ничего, — Чжоу Хэн улыбнулся и покачал головой.

Сарказм был написан на его лице, но в конце концов, это не имеет к нему никакого отношения. Неважно, было ли то, что сказал Цинь Юэ, правдой или нет — Яньчэнь уже ушел. Для него не имеет значения, с кем-то ли Тун Цзя или нет. Но Чжоу Хэн был настроен решительно. Если Тун Цзя нуждалась в нем, он обязательно поможет.

Родители Чжоу Яньчэня жили в пригороде. В данный момент Чжоу Хэн ехал прямо перед светофором, прежде чем остановиться. Рядом было недавно построенное поместье. В последние годы развитие в области было довольно хорошим, так как в округе появилось еще несколько объектов недвижимости.

Чжоу Хэн опустил стекло и, повернув голову к Тун Цзя, сказал:

— Яньчэнь заработал немного денег за последние два года. Первоначально он намеревался перевезти своих родителей в город, но дядя и тетя уже привыкли к этому району, и они отказались переезжать. Поэтому вместо этого Чжоу Яньчэнь купил им новый дом в пригороде. Недавно закончили ремонт, если у тебя есть время, не хочешь взглянуть?

Даже в округе, в наши дни, требуется много денег, чтобы купить новый дом и сделать в нем ремонт. Очевидно, что у Чжоу Яньчэня действительно было многообещающее будущее. На лице Тун Цзя отразилось сожаление.

— Хорошо. Все равно сегодня у меня нет занятий.

Теперь Тун Цзя была убеждена, что небеса действительно завидовали его выдающимся способностям.

Когда Чжоу Хэн и Тун Цзя подошли к дому Чжоу Яньчэня, несколько монахов выходили со двора. Встретив гостей, отец Чжоу пригласил их войти.

— Наконец, я чувствую себя непринужденно, — направляясь в главную комнату, он сказал, — Старый мастер сообщил, что Яньчэнь встал на путь перерождения, и мы с его матерью наконец-то сможем успокоится.

Отец Чжоу, казалось, был в приподнятом настроении. Тун Цзя знала, что некоторые люди приходили на похороны, чтобы спеть буддийские священные писания, что не имеет ничего общего с верой. Слова отца Чжоу немного успокоили Тун Цзя.

Мать Чжоу сидела в кресле, держа в руках одежду Чжоу Яньчэня. Хотя ей все еще было очень грустно, по сравнению с днем похорон, она выглядела намного лучше.

Это первый раз, когда Тун Цзя приходила в дом Чжоу Яньчэня. Его дом был особняком для одной семьи с внутренним двором. В нем вполне комфортно жить. К сожалению, в последнее время этот район подвергался сносу. Она не видела по пути несколько домов. Она представила себе, что отцу Чжоу и матери Чжоу тоже рано или поздно придется переехать в новый дом.

В то же время врачи ранее сказали семье Сун готовиться к похоронам, но после одной ночи состояние Сун Яньчэна внезапно улучшилось. Тогда как за пределами палаты атмосфера была иной. Внезапно Сун Чи вскрикнул, он казался очень взволнованным, потому что пальцы Сун Яньчэна медленно задвигались, сопровождаемые нежным трепетом его глаз.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

С тех пор как Сун Яньчэн открыл глаза, он так ничего и не сказал. Он спокойно наблюдал за людьми в палате. Наконец его глаза остановились на Сун Чи, и в них мелькнуло смущение. Вероятно, Сун Яньчэн слишком устал, потому что вскоре он снова потерял сознание. Доктор с радостью сообщил, что жизнь Сун Яньчэна вне опасности. А пока, пусть он хорошо отдохнет и никаких проблем не будет.

Услышав эту новость, Сун Чи был счастлив больше всех. Несмотря на то, что он и его старший брат не были очень близки, он знал, что до того, как он вырос, единственным человеком, на которого он мог положиться в этом мире, был его брат.

Тем временем другие родственники семьи Сун были напуганы до смерти. Несколько человек, которые все еще боролись за собственность, теперь собирались вместе, чтобы уйти из больницы. Хотя они были жадными, но смелости в них было маловато.

— Мне нужно вернуться в свой город. Хотя компания у меня небольшая, но более я не могу ее игнорировать. К счастью, Яньчэн в порядке, так что я могу вернуться домой со спокойной душой.

Дальний родственник Сун Яньчэна взял на себя инициативу встать первым. Ему не терпелось немедленно отправиться в аэропорт.

— Да, нам нужно идти пораньше. Если Яньчэн проснется и услышит все сплетни, что тогда мы будем делать?

Прямо сейчас они все хотели показать себя. Они боялись напрасно провоцировать Сун Яньчэна. Эти родственники не боялись ни Сун Чи, ни их умерших родителей, но они боялись Сун Яньчэна. С его манерой вести дела, если бы они не слышали, как доктор велел готовиться к скорым похоронам, они бы даже не посмели мечтать о собственности Сун Яньчэна. Теперь, когда он вернулся из комы, эти люди просто хотят исчезнуть как можно скорее.

Хотя все они так любят деньги, они все же больше дорожат своей жизнью. На самом деле то, что они получили, тоже находилось во власти Сун Яньчэна. Однако этого было достаточно, чтобы они жили хорошей жизнью. Они больше боялись того, что Сун Яньчэн рассердится и заберет все, что у них есть сейчас. Это, очевидно, принесет им больше вреда, чем пользы. Поэтому потребовался всего один день, чтобы VIP-отделение больницы, включая семью Сун, наконец успокоилось.

. . . . . .

Тун Цзя направилась в комнату Чжоу Яньчэня. Отец Чжоу и мать Чжоу действительно очень любили своего сына. Они использовали самую большую и лучшую комнату во всем доме в качестве спальни Чжоу Яньчэня, где также находился отдельный балкон. Одна сторона стены была увешана грамотами, а на книжном шкафу стояло несколько трофеев. В памяти Тун Цзя Чжоу Яньчэнь был действительно трудолюбивым студентом-отличником.

Некоторые люди очень талантливы, даже если они не усердно учатся и просто постараются, то быстро схватят концепцию. С другой стороны, другие тратят все время, которое они могут выжать на учебу, они очень серьезны и очень трудолюбивы.

Чжоу Яньчэнь принадлежал к разряду прилежных и трудолюбивых людей. Более того, в том возрасте, когда большинство мальчиков были еще очень непослушными и ребячливыми, Чжоу Яньчэнь проявлял более спокойную и сдержанную сторону, чем мальчики его возраста. Однако из-за того, что он обычно слишком молчалив, несмотря на то, что он красив и имеет отличные оценки, он, кажется, никогда не слышал ни о каких девушках, которые любили бы его.

Сейчас Тун Цзя стояла посреди комнаты и думала: если бы Чжоу Яньчэнь признался ей в школе, ответила бы ли она на чувства?

Она думала, что нет.

Тун Цзя призналась, что раньше ей нравились солнечные, экстравертные и восторженные мальчики. Поскольку у нее были очень мягкие манеры, она чувствовала себя очень счастливой с общительными людьми. В то время ее образ мыслей был очень прост. Но теперь, если бы Чжоу Яньчэнь не умер, Тун Цзя чувствовала, что должна была бы попытаться поладить с ним, потому что, видя слишком много теплых, но недолговечных отношений, никто не был бы равнодушен к молчаливому, но настойчивому чувству.

Только Чжоу Яньчэнь ушел. Она посмотрела на фотографии на его столе и подумала, что никто более не будет любить ее так, как любил Чжоу Яньчэнь.

Она поняла, что ее мысли были очень странными. Очевидно, она немного контактировала с Чжоу Яньчэнем, но всего за месяц она осознала, что чувства, которые он оставил, заставили ее ощущать себя любимой и дорогой.

— Вы Мисс Тун? — незнакомый женский голос за дверью вернул Тун Цзя к реальности.

Она обернулась и посмотрела на женщину, стоявшую в дверях и смотревшую на нее с недоумением.

Тун Цзя действительно не могла вспомнить, встречала ли она этого человека. Она могла только нерешительно спросить:

— Простите, а вы кто? — была часть ее бывших одноклассников, с которыми она была не очень хорошо знакома, что она почти забыла о них, поэтому сейчас она действительно не могла вспомнить, был ли этот человек кем-то, кого она ранее знала.

— Здравствуйте, — женщина улыбнулась и сказала, — Я подчиненная Чжоу Яньчэня, Сюй Тинтин.

Если она так представилась, значит, это не ее бывшая одноклассница. Тун Цзя после минутного молчания ответила:

— Ах, здравствуйте.

Сюй Тинтин подошла к Тун Цзя и взяла фотографию Чжоу Яньчэня. Ее глаза были мягкими и терпеливыми. Она вдруг заговорила:

— Мисс Тун, я никогда не верила, что мужчина, зовущий кого-то по имени в пьяном состоянии, обязательно был влюблен. Может быть, только потому, что он так и не заполучил ее.

Тун Цзя чувствовала, что эти слова были связаны с ней, но она ничего не могла ответить. Она даже не знала, что сказать, поэтому могла только молча стоять в стороне.

Сюй Тинтин перевела разговор на другую тему:

— Но одно известие об этой женщине заставило мужчину немедленно отправиться к ней и, несмотря на всю важность проекта, оставить работу под рукой. Вот это, должно быть, и есть настоящая любовь. Мисс Тун, вы, наверное, не знаете, сколько людей завидуют вам.

Тун Цзя всегда была спокойна, когда сталкивалась с незнакомцами. Например, сейчас она не совсем понимала, почему эта Сюй Тинтин говорила ей такие вещи. Тун Цзя была в растерянности.

— Если это все, я, пожалуй спущусь первой.

Тун Цзя не хотела знать об этом из уст других, потому что это не имеет никакого смысла. По крайней мере, не из уст какой-то ревнивой женщины.

Тун Цзя направилась к двери, но Сюй Тинтин снова остановила ее.

— Мисс Тун, простите, я поступила опрометчиво, — она просто не могла контролировать печаль и ревность в своем сердце, из-за которых она чувствовала себя действительно подавленной. В чем же она была не так хороша, как легендарная Мисс Тун? Почему он никогда не заглядывался на нее?

— Мисс Сюй, вы представились как подчиненная Чжоу Яньчэня, верно? Извините, я вас не знаю, поэтому не хочу сейчас слышать о ваших чувствах, — безразлично сказала Тун Цзя, стоя в дверях и не оглядываясь.

Затем она спустилась вниз, оставив Сюй Тинтин в одиночестве. Сюй Тинтин на мгновение застыла, затем горько улыбнулась.

— Если бы ты увидел меня сейчас такой, — она посмотрела на фотографию и пробормотала, — То определенно бы возненавидел то, как я себя повела.

Тун Цзя действительно была не в лучшем настроении. Во-первых, когда она приехала в дом Чжоу Яньчэня, то почувствовала себя неловко, увидев изможденный вид его родителей. Во-вторых, она не понимала, что имела в виду Сюй Тинтин. Почему эти люди говорили такие вещи после смерти Чжоу Яньчэня? Какой в этом смысл? Это только заставляло ее чувствовать бесконечную меланхолию и печаль.

Чжоу Хэн заметил перемену в ее настроении. Он вышел во двор вслед за Тун Цзя и мягко сказал:

— Если Тинтин тебе что-то сказала, не принимай это близко к сердцу.

Лицо Тун Цзя покраснело, ее терпение действительно было доведено до предела. Она вдруг обернулась и закричала:

— Довольно! Какого черта вам всем надо?! Это меня надоело, ясно? Я уже знаю, что чувствовал Чжоу Яньчэнь, но разве я виновата, что не узнала об этом раньше? Чжоу Хэн, пожалуйста, перестань говорить о его чувствах!

Что она сделала не так? Почему эти люди должны это делать? Чтобы заставить ее чувствовать себя виноватой? Но в чем она виновата?

Чувства Чжоу Яньчэня были очень дороги ей, поэтому она не хочет, чтобы ей постоянно напоминали об этом другие.

Это был первый раз, когда Чжоу Хэн увидел, как Тун Цзя вышла из себя. Насколько он помнил, она всегда была очень нежной, и сейчас он опешил. Но вскоре он пришел в себя и был полон раскаяния. Он внезапно подумал, что если бы Яньчэнь все еще был здесь, ему бы это точно не понравилось.

Тун Цзя не сделала ничего плохого, то, что она сказала, было правильным.

— Мне очень жаль.

Чжоу Хэн вытер лицо и снова беспомощно извинился.

— Прости.

Он был очень расстроен в эти дни. Всегда было такое желание рассказать Тун Цзя о терпеливых мыслях Чжоу Яньчэня, чтобы он ни о чем не сожалел. Однако он забыл, как сильно Чжоу Яньчэнь любил Тун Цзя, и чем больше она ему нравилась, тем спокойнее и настойчивее он становился. Кроме того, из-за этой любви он не должен давить на Тун Цзя.

Тун Цзя прикусила нижнюю губу и серьезно произнесла:

— Чжоу Хэн, ты когда-нибудь думал, как сильно я сожалею, что упустила такие отношения? Так что, пожалуйста, не заставляй меня чувствовать себя хуже. Я понимаю твои намерения. Давай просто относиться друг к другу с понимаем.

Выслушав слова Тун Цзя, Чжоу Хэн впервые за много лет почувствовал, что Чжоу Яньчэнь, похоже, не ошибся с выбором любимого человека.

. . . . . .

Через несколько дней кто-то пришел в палату Сун Яньчэна. В это время он сидел на больничной койке. Прошло уже несколько дней, а он так и не сказал ни слова, что заставило Сун Чи и остальных дрожать от страха.

В конце концов, их страх перед Сун Яньчэном был глубоко укоренен в их сердцах.

Его глаза были спокойны и немного отстраненными.

Той, кто пришла, была Ци Чэнь, актриса, которая теперь известна своей чистотой. Ее макияж был очень простым и элегантным. Если не смотреть внимательно, можно подумать, что она даже не накрашена. Ци Чэнь вошла с букетом цветов. Когда она увидела Сун Яньчэна, слезы навернулись в ее глазах. Она от волнения споткнулась, а затем быстро села на кровать со слезами на глазах и сказала:

— Яньчэн, в эти дни я снималась. Я только что узнала, что с тобой произошел несчастный случай, и мне очень жаль, что меня не было рядом.

Прошлой зимой она попросила кого-то помочь ей познакомиться с Сун Яньчэном на банкете. Она старалась изо всех сил, но так и не смогла соблазнить его.

Сначала она действительно не могла дождаться, чтобы приехать и позаботиться о нем. Думая о том, как это может заставить чувствовать его более эмоционально к ней. В конце концов, люди всегда уязвимы, когда они больны, но она слышала, что состояние Сун Яньчэна было очень опасным, поэтому она не посмела.

Если Сун Яньчэн умрет, не пропадут ли все ее усилия впустую?

Услышав, что Сун Яньчэн проснулся, она тут же пронеслась мимо съемочной команды и бросилась к нему.

— Ты кто? — спросил Сун Яньчэн и бесстрастным взглядом посмотрел на нее. Он не знал, кто эта женщина.

Плач Ци Чэнь внезапно оборвался, как будто она нажала кнопку паузы. Она посмотрела на Сун Яньчэна в полном изумлении и сказала:

— Как ты можешь меня не помнить?

Нос Сун Яньчэна наполнился ее элегантными духами. Он не мог смириться с тем, что эта женщина находилась слишком близко к нему, еще и держала его за руку.

— А почему я должен помнить тебя? — вырвавшись из ее хватки, спокойно и безразличным тоном спросил он.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Сун Чи подметил, что его старший брат стал более сдержанным, чем раньше. Сун Яньчэн так ничего и не сказал, и никто не смел его побеспокоить. Однако Сун Чи все еще чувствовал себя очень непринужденно — что, возможно, не было так же для других родственников Сун. Даже если он был слаб и лежал на больничной койке, пока он был там, это было похоже на получение утешения, которое заставляло людей чувствовать себя естественно.

Когда наступила ночь, в палате остался только Сун Яньчэн. Он вдруг открыл глаза, сел и посмотрел на лунный свет за окном.

Только тогда он поднял руки и надолго прикрыл ими лицо. Он пытался вспомнить людей, которые приходили сюда сегодня, пытался вспомнить прошлое с помощью этих лиц, но ничего так и не вышло.

Он проснулся и понял, что не знает людей вокруг себя. У него не было никаких воспоминаний — он даже не знал, кто он такой. Но он узнал кое-что из того, что говорили эти люди и их выражения, поэтому предпочел промолчать. Он не знал почему. Сун Яньчэн просто чувствовал, что другие не должны знать о его положении. Это чувство бдительности шло из глубины его души.

Например, ребенок, который назвал его «братом». Хотя он не слишком много говорил с ним, Сун Яньчэн почувствовал, что он действительно испытал облегчение, когда увидел, что тот проснулся. Ребенок боялся, и он был чрезвычайно зависим от него.

Другим примером была его секретарша, которая часто приходила к нему по делам и, казалось, всегда украдкой поглядывала на него. Сун Яньчэн инстинктивно ощутил стену, ранее воздвигнутую его телом.

Да, хотя у него нет памяти, он все еще может чувствовать, что окружающая среда, которая казалась спокойной, была полна темноты под оболочкой. Именно с такой интуицией Сун Яньчэн решил подождать и спокойно понаблюдать за происходящим. Он попросил секретаршу принести ему компьютер. Он включил его, открыл страницу поиска и ввел слова «Сун Яньчэн». Посмотрев на результаты, Сун Яньчэн тихонько передвинул мышь и наконец выключил веб-страницу. Его мозг, казалось, восстановил небольшую часть своей памяти, которая была заполнена кодами и некоторыми формулами. Он глубоко вздохнул, и его тонкие пальцы снова задвигались, и вскоре вся его история просмотров была полностью удалена.

В принципе, можно подтвердить, то что он делал сейчас, было правильным решением. С такой личностью, как у него, как только становится известно, что он потерял память, ему даже не нужно думать о том, насколько это опасно. Сун Яньчэн знал, что эти люди, которые пришли к нему, на самом деле очень боялись его, поэтому было бы хорошей идеей сохранить этот страх перед ним. Он знал, что если проявит слабость, то это будет небезопасно, даже если они его родственники и друзья.

. . . . . .

Тун Цзя заметила перемену в Сун Чи. Хотя он почти не разговаривал, он уже не был таким мрачным, как раньше, и казался более расслабленным. Позже Шэнь Шуцзюань сказала ей, что Сун Яньчэн наконец-то поправился после того, как вышел из состояния с угрозой для жизни, и Тун Цзя была очень счастлива. По крайней мере, Сун Чи не придется сталкиваться с такой болью.

За это время настроение Тун Цзя постепенно успокоилось. Она все еще иногда думала о Чжоу Яньчэне, но она также знала, что вскоре Чжоу Яньчэнь тоже станет воспоминанием о прошлом.

Причина, по которой воспоминания называются воспоминаниями, заключается в том, что даже если вы иногда думаете о них, это не повлияет на темп вашего прогресса в реальном времени.

Она была очень популярна, когда училась. Некоторые бывшие одноклассники слышали, что она вернулась, и часто приглашали ее поужинать вместе. Жизнь Тун Цзя стала обильной.

Сегодня после работы Тун Цзя договорилась о встрече со своей хорошей подругой, чтобы пойти в кафешку. Это был хороший выбор, так как та кафешка была популярна как летом, так и зимой. Е Цзяи положила горячий шпинат в миску Тун Цзя и сердито сказала:

— Скажи мне, неужели наши отношения настолько остыли, что мне приходится слышать от других, что ты вернулась в Китай? Что же это за дружба такая? Мне неловко говорить людям, что я лучший друг школьного цветка.

— Правда, я так занята, что забыла отправить тебе сообщение. Извини, а…

Это звучит как формальное оправдание, но это было правдой. Тун Цзя уехала за границу, не задержавшись надолго после окончания колледжа. У нее есть тетя за границей, но она не жила с ней. Она была должна адаптироваться к новой обстановке, пойти в языковую школу и подготовиться к экзамену. После того, как она, наконец, сделала все запланированное, она захотела уменьшить нагрузку на свою семью и найти работу. Она работала целый день и возвращалась в общежитие только для того, чтобы поспать. У нее не было ни времени, ни сил, чтобы укреплять отношения с друзьями.

Она и Е Цзяи не учились в одном классе, но их отношения всегда были очень хорошими, и они часто ходили в школу вместе. Их дружба, вероятно, единственная в своем роде. Они могут не контактировать друг с другом в течение года или двух, но после того, как они соберутся вместе, они не будут чувствовать себя неловко. Как будто они вообще не были разделены.

Характер у Е Цзяи был очень хороший. Она налила полстакана холодного пива Тун Цзя и улыбнулась ей:

— Если ты выпьешь эту чашку, я прощу тебя.

Время действительно удивительное. До своего выпуска Тун Цзя сразу же выплевывала пиво, сделав лишь глоток, но теперь она может спокойно выпить свою чашку пива, не меняя лица.

— Кстати, ты знаешь, что самый красивый мальчик в твоем классе, Чжоу, попал в аварию? — выпив несколько бокалов вина, Е Цзяи тоже медленно вздохнула и задумалась.

Тун Цзя ела говядину, опустив голову. Она ответила тихим голосом. Она не знала почему, но у нее, казалось, не было аппетита.

Е Цзяи продолжила:

— Ты ведь знаешь, что он любил тебя, верно? Я смутно помню, что в День Святого Валентина он пришел ко мне, дал мне письмо и коробку конфет, попросив передать их тебе. Я намеренно поддразнила его и спросила, нравилась ли ты ему. Он не ответил, но это действительно забавно, что человек, который так отчужден, может также покраснеть.

Услышав это, Тун Цзя будто облили холодной водой. Она внезапно подняла глаза, ее палочки упали на стол.

— Что? Письма? Шоколад? Я их не получала! — недоверчиво спросила она.

Е Цзяи не могла понять, почему Тун Цзя была так взволнована. Она не знала, что Чжоу Яньчэнь все еще любил Тун Цзя, пока тот не умер. Она думала, что это просто чувства щенячьей любви подростка.

— Нет? — Е Цзя и была ошеломлена и ответила, — У меня тоже было свидание в тот день, и я очень спешила, поэтому попросила Цинь Юэ отдать их тебе.

Тун Цзя встала. В голове у нее был полный бардак.

— Почему ты мне не сказала?

Е Цзя и тоже встала. Она чувствовала, что это как-то связано с тайной другого. Она серьезно спросила.

— Тебе не потребовалось много времени, чтобы быть с Цинь Юэ. Я подумала, что нет необходимости говорить об этом, поэтому никогда не поднимала эту тему. В чем дело, Тун Цзя? Не пугай меня.

......Оказалось, Цзинь Юэ никогда не говорил ей об этом. Оказалось, Чжоу Яньчэн действительно признался, но до нее это так и не дошло. Она наконец поняла, почему Чжоу Яньчэн мог любить ее в течение стольких лет. Он мог молча обращать внимание на ее Weibo, но никогда не говорил с ней. Теперь она все поняла. Он был полон решимости написать это письмо. Это было его признание, но ответа не последовало. Вскоре после этого она ушла с Цзинь Юэ, так что он больше ничего не говорил после этого.

Тун Цзя находилась более чем в десяти минутах езды от своего дома. Она шла по дороге. Дул осенний вечерний ветер, заставляя ее чувствовать себя непринужденно.

Она думала о многих вещах по пути, но это было похоже на вращение в лабиринте, она вообще не могла найти выход. Она была погружена в свои мысли, пока не увидела Цинь Юэ, курящего, опустив голову возле ее дома.

Ну и что с того, что она узнала тогда? Была бы ли она с Чжоу Яньчэнем?

Нет.

Цзинь Юэ больше не был солнечным мальчиком из прошлого. Он был одет в строгий костюм.

Она не могла сказать, насколько он бодр и энергичен, но его лицо было слегка усталым. Раньше они очень хорошо знали друг друга, но теперь, когда они встретились снова, она поняла, что некоторые вещи остались прежними, но это было не так.

— Ты вернулась?

Цзинь Юэ подошел к Тун Цзя и пристально посмотрел на нее.

Тун Цзянь кивнула. Она хотела улыбнуться ему, но не смогла. Наконец, она просто сказала:

— Ну, я вернулась некоторое время назад.

— Ты знаешь про это? — У Цинь Юэ был слабый запах табака, который не очень хорошо пах. Тун Цзя подсознательно повернула голову. Время так сильно изменилось. Прежний солнечный мальчик существовал теперь только в ее воспоминаниях.

Если бы Еще Цзяи не сказала этого сегодня, то Тун Цзя, конечно же, не поняла бы, о чем говорил Цинь Юэ. Теперь она внезапно поняла и вспомнила, почему Цинь Юэ оживлялся каждый раз, когда она не разговаривала о том, насколько хороши оценки Чжоу Яньчэня. Она была единственной, кто понятия не имел. С самого начала все остальные уже знали о чувствах Чжоу Яньчэня.

Тун Цзянь просто спокойно посмотрела на Цинь Юэ и не сказала ни слова. Это расстроило мужчину. Тун Цзя — женщина, которая заставляла его любить и ненавидеть ее одновременно. Он предпочел бы, чтобы она ругала его и била. По крайней мере, это будет лучше, чем молча смотреть на него.

— Сегодня уже слишком поздно, поэтому я не приглашу тебя к себе на кофе. Завтра утром у меня занятия, так что я пойду.

Пальцы Тун Цзя крепко держали сумку, когда она улыбнулась ему. Она просто хотела пройти мимо него и подняться наверх. Но прежде чем она успела это сделать, Цинь Юэ схватил ее за руку. Его тонкие губы были плотно сжаты.

— Тун Цзя, я люблю тебя, — Цзинь Юэ посмотрел на нее, — Не меньше, чем Чжоу Яньчэн. Больше, чем он.

— Понимаю. Ну, есть что-нибудь еще?

На самом деле Тун Цзя хотела рассмеяться, но она не из тех, кто любит спорить с другими. Поскольку у них были разные мнения, говорить что-то еще было бы пустой тратой времени. Цинь Юэ не должен ей, и она тоже ничего не должна ему. Более того, они уже давно расстались. Через несколько лет любые слова Цинь Юэ не будут приняты во внимание Тун Цзя.

Цзинь Юэ почувствовал, как будто кто-то дотронулся до его больного места. Он больше не был спокоен, выражение его лица было свирепым:

— Дун Цзя, мы ведь не расстались, не так ли?

Тун Цзя посмотрела на Цинь Юэ с серьезным лицом. Да, она не говорила, что они должны расстаться, и он тоже не говорил, что они должны расстаться. Просто однажды они перестали общаться друг с другом. Цзинь Юэ не говорил ничего плохого.

Просто…

— Цзинь Юэ, у тебя уже есть девушка, не так ли? Я не хочу разговаривать. Серьезно, у меня завтра занятия. Пока.

Тун Цзя получила электронное письмо во время своего второго года за границей. Его прислала Ван Сяоюй, бывшая одноклассница. Там была фотография, на которой она целовалась с Цинь Юэ. Ван Сяоюй также сказала ей, что она уже была с Цинь Юэ.

Хотя провокация Ван Сяоюй показалась Дун Цзя довольно смешной, она вежливо ответила, желая, чтобы Ван Сяоюй и Цзинь Юэ состарились вместе.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Цинь Юэ был слишком потрясен, что на мгновение не смог среагировать. Когда он пришел в себя, Тун Цзя уже поднялась наверх. Он сжал кулак, а на его лице отразилась вся тяжесть пережитого.

После ухода Тун Цзя, если у него и были подружки, то это была лишь Вань Сяоюй. Услышав слова Тун Цзя, он понял, что, скорее всего, она знала об этом.

Отношения Цинь Юэ с Тун Цзя всегда были прекрасными, поэтому он поддерживал связь с младшим братом Тун Цзя — Тун Мином. Он как раз дал ему адрес Тун Цзя.

Цинь Юэ не хотел, чтобы Тун Цзя неправильно поняла его, поэтому он немного поколебался, прежде чем подняться наверх и подойти к двери. Пока он звонил в дверь, в мыслях подбирал нужные слова, чтобы сказать их Тун Цзя.

Тун Цзя посмотрела в глазок и увидела Цинь Юэ, стоящую у двери. Ей даже не нужно было думать о том, как Цинь Юэ узнал ее адрес. Тун Мин сказал ему. В этот момент она решила пойти домой в эту субботу и избить этого маленького сопляка, который повернул свой локоть в неправильном направлении[1].

Однако, как бы ей ни хотелось больше не связываться с ним, не смотря на то, что когда-то они были друзьями и даже встречались — Тун Цзя не хотела ссориться. Цинь Юэ приставал к ней, что на самом деле ее сильно раздражало, но она не могла игнорировать его сейчас. Она знала, что если не будет обращать на него внимания, то он будет стоять перед ее домом всю ночь, и когда придет управляющий недвижимостью, будет очень трудно контролировать слухи.

Увидев, что дверь открылась, темные и мрачные глаза Цинь Юэ заблестели. Тун Цзя нашла пару тапочек и позволила ему надеть их. Потом она сразу пошла на кухню и, достав из холодильника бутылку зеленого чая, протянула ему. Она начала говорить и ее голос был пропитан усталостью и беспомощностью.

— Цинь Юэ, уже поздно. У меня завтра занятия. Тебе тоже надо работать, так что давай не будем затягивать эту историю, ладно?

Цинь Юэ последовал за ней в гостиную, сидя на диване с холодным зеленым чаем в руках.

— Всякий раз, когда я звонил тебе, ты вешала трубку, не сказав ни слова, — он медленно успокоился и прошептал, — Сообщение, которое я послал, также занимало у тебя целый день, чтобы ответить. Что бы я тебе ни говорил, тебе, похоже, было все равно.

Тун Цзя подняла бровь, когда он начал говорить. У нее было предчувствие, что этот разговор будет очень скучным.

— Я был ребенком тогда. Девушка моего соседа по комнате посоветовала мне дать тебе немного свободы. Я старался не связываться с тобой часто, чтобы узнать, не позвонишь ли ты мне и не спросишь «что случилось», но ты так и не спросила… Думаю, ты даже бы не потрудилась сказать, что мы расстаемся. И только тогда я понял, что на самом деле, между нами двумя, я был единственным, кто пытался сохранить эти отношения. И ты никогда по-настоящему не заботилась обо мне.

Цинь Юэ вспоминал события того времени и понятия не имел, как ему удалось пережить это.

— Школа Вань Сяоюй была очень близко от моей, и она часто приходила ко мне. Мои одноклассники все думали, что она была моей девушкой, поэтому они часто шутили. Сначала я исправлял их, но потом понял, что это не имеет смысла, а Вань Сяоюй не поняла меня. Я действительно проводил с ней время, но вскоре мы расстались. Я чувствовал, что не могу быть с другими.

— Я связался с Тун Мином, потому что просто хотел узнать о тебе. Позже я действительно хотел найти тебя, но просто не мог отпустить свое лицо. Тун Цзя, иногда мне кажется, что я тебе совсем не нравлюсь. Вот почему ты можешь быть таким спокойной? Если бы я знал, что ты с кем-то другим, я бы точно бросился к тебе.

Сказал Цинь Юэ и, открутив крышку бутылки, сделал глоток зеленого чая. Он надеялся успокоиться, но не смог.

— Ты закончил?

Тун Цзя наконец посмотрела на Цинь Юэ. Сегодня она чувствовала себя особенно усталой. Она просто хотела принять хорошую ванну и поспать.

— Цинь Юэ, мне очень жаль, — немного подумав, она ответила, — Я и вправду тогда не думала о твоих чувствах, в то время я была очень занята. Мне приходилось каждый день ходить в языковую школу и готовиться к экзамену. Но, право же, сейчас говорить об этом бессмысленно, тебе не кажется? Позвольте мне внести ясность. Меня не интересует возрождение старых отношений.

Тун Цзя прекрасно понимала, почему Цинь Юэ хотел завести такой разговор. Однако она уже не была прежней Тун Цзя. Отношения между Тун Цзя и Цинь Юэ были просто невозможны.

Тун Цзя была так прямолинейна что лицо Цинь Юэ поникло. Он посмотрел на нее, желая найти причину. Несмотря на это, он все же спросил,

— Это из-за Чжоу Яньчэня? Потому что я не сказал тебе, что ты ему нравишься? Но ведь он тебе не нравился, правда?

Услышав эти слова из уст Цинь Юэ, Тун Цзя почувствовала себя особенно раздраженной и встала с места. Ее лицо выражало нетерпение,

— Ты знал, что он мне не нравится, так почему же ты не дал мне то письмо? Цинь Юэ, хватит, правда. Я не хочу ссориться с тобой. И не надо говорить о Чжоу Яньчэне. То, как мы дошли до такого, не имеет к нему никакого отношения. Он здесь совершенно не при чем.

Время подобно острому мечу, который отсекает невинные и юные годы прошлого. Теперь она чувствовала только безразличие, когда смотрела на Цинь Юэ.

Цинь Юэ резко встал и посмотрел на Тун Цзя с горькой улыбкой:

— Тун Цзя, мы знаем друг друга больше десяти лет. Я слишком хорошо тебя знаю. Ты никогда ни на кого не сердишься. Но сейчас ты срываешься лишь потому что я упомянул Чжоу Яньчэня? Ладно, я понял. Давай не будем сегодня разговаривать. Ты можешь отдохнуть. Я угощу тебя обедом как-нибудь в другой раз.

С этими словами он направился к двери. Переобуваясь, он оперся одной рукой о стену. Его лицо выглядело печальным и несчастным.

Тун Цзя, которую он знал был человеком, который не показывал своих эмоций. Даже если бы она ненавидела другого человека, она бы все равно скрыла свои чувства.

Но сейчас он ясно видел отвращение на ее лице.

Это было для покойника. Тем не менее, это не имело значения. Чжоу Яньчэнь был мертв.

После ухода Цинь Юэ Тун Цзя вошла в ванную комнату. Лежа в ванне, положив голову на край, она смотрела в потолок. Она ничего не знала о Чжоу Яньчэне, но ей просто не понравилось слышать о нем из уст Цинь Юэ, потому что это было слишком иронично.

В последнее время одна мысль сводит ее с ума.

Она чувствовала, что потеря Чжоу Яньчэня будет самым большим сожалением в ее жизни.

Очевидно, Чжоу Яньчэнь был не в ее вкусе. Она никогда не испытывала искушения, поэтому не знала, почему ей пришла в голову такая мысль. Эта идея растет и вырастает в лес, пышный и зеленый. Тун Цзя почувствовала блаженство, а также и невыразимое отчаяние.

Даже если она бы ничего не получила, то ничего бы не почувствовала. Однако, как только она узнала о непоколебимой любви Чжоу Яньчэня к ней, заставило ее подумать, что в этой жизни еще будет человек или чувства, которые будут волновать ее так же сильно, как эта?

. . . . . .

Сун Яньчэн выписали из больницы через полмесяца. Корпорация Сун не смогла бы выжить без него. Он был готов отправиться в компанию после двухдневного отдыха дома. В глазах других людей Сун Яньчэн становился все более и более жизнерадостным и трудным для понимания. В прошлом люди могли сказать, был ли он рад по одному выражению его лица, но теперь они, казалось, ничего не видели.

Он лучше всего понимал текущую ситуацию, а также характеры некоторых людей, окружающих его в эти дни.

Сун Яньчэн пил пшенную кашу и думал о разных вещах. Хотя он еще не восстановил свою память, он больше не казался нетерпеливым. Это может быть потому, что подсознательные воспоминания все еще были при нем — когда он увидел документы и проекты, присланные его секретарем, он обнаружил, что способен понять их. Поначалу он был немного скованным, но теперь он может справиться с большинством вещей. И ему это понравилось.

В этот момент Сун Чи спустился вниз с портфелем за спиной. Проходя мимо обеденного стола, он почтительно поздоровался со своим старшим братом, после чего был готов идти. Едва он поднял ногу, как услышал, что его старший брат медленно заговорил.

— Садись и позавтракай сначала, а потом иди уже в школу.

Сун Чи был ошеломлен. Сколько он себя помнил, количество обедов, которые он ел с Сун Яньчэном, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Даже дворецкий, стоявший недалеко, был крайне удивлен. Сун Чи ничего не оставалось, как сесть. Экономка быстро приказала слуге прислать еще пару палочек для еды.

Хотя Сун Яньчэн больше не разговаривал с Сун Чи во время еды, но Сун Чи выглядел в особенно хорошем настроении.

Нельзя сказать, что Сун Чи действительно не заботится о Сун Яньчэн. Кто-то может сказать, что старший брат был похож на отца. Это также верно и для Сун Чи.

Обычно он не признается в этом, но Сун Яньчэн действительно дает ему немного тепла. И после этого Сун Чи может непрерывно веселиться в течение нескольких дней.

Сун Чи, естественно, опоздал. И он тут же столкнулся с Тун Цзя.

— Доброе утро, ученик Сун.

Тун Цзя держала учебник английского языка и с улыбкой приветствовал Сун Чи.

— Доброе утро, учитель.

Сун Чи поприветствовал Тун Цзя в ответ и поспешил в свой класс.

Тун Цзя окаменела на месте, глядя на спину Сун Чи.

Неужели она только что ослышалась? Сун Чи действительно поприветствовал ее? Да еще и с улыбкой?!

Водитель вежливо открыл дверь для Сун Яньчэна и почтительно посторонился. Он вышел из машины и остановился у входа в небоскреб корпорации Сун. Сун Яньчэн впервые испытал такие невероятные чувства.

Сложно было поверить, что это все принадлежало ему. Подсознательно Сун Яньчэн умело застегнул свой костюм и вошел в здание.

Когда три дамы за стойкой регистрации увидели Сун Яньчэна, они были удивлены и поспешно встали в поклоне.

Секретарь нажала кнопку VIP-лифта для Сун Яньчэна. Сун Яньчэн посмотрела вниз на гладкий мраморный пол, и странное удовлетворение нахлынуло глубоко внутри. Это амбиции человека, глубоко врезавшиеся в его кости.

В этот момент одна из боковых дверей лифта со звонком открылась. Оттуда вышли два человека, и Цинь Юэ заметил, что нынешняя атмосфера была иной. И действительно, когда он повернул голову, то увидел президента Суна, который должен был выздоравливать в больнице. Он быстро приказал своим подчиненным подниматься наверх с серьезным выражением лица и слегка поклонился.

— Приветствую вас, Президент Сун.

Цинь Юэ — один из тех учеников, которые хорошо учились в его классе. Он был принят на работу в корпорацию Сун, как только закончил учебу. Он только что получил повышение до заместителя директора департамента некоторое время назад и находится в самом энергичном времени.

Он уже купил машину, и его годовая зарплата также была самой высокой среди его одноклассников. За исключением его личной жизни, жизнь Цинь Юэ действительно шла гладко.

Сун Яньчэн посмотрел на Цинь Юэ и молча кивнул ему.

Прибыл VIP-лифт, и Сун Яньчэн вошел внутрь. Когда дверь лифта медленно закрылась, только тогда Цинь Юэ осмелилась развернуться и уйти.

Секретарь не осмеливалась говорить в стороне, и даже более того, не осмеливалась смотреть в лицо Сун Яньчэна. Поэтому она не заметила, что Сун Яньчэн в данный момент был сбит с толку.

— Кто был этот человек только что?

Сун Яньчэн заметил, что когда мужчина просто поздоровался с ним, его секретарша не ответила. Это в основном означало, что тот человек ни в коем случае не является старшим в компании. А поскольку он не является высокопоставленным работником, неудивительно, что он, как президент, его не знал, поэтому Сун Яньчэн с легкостью мог спросить об этом.

Сун Яньчэн был уверен, что в глубине души ненавидит этого человека, но почему?

Почему он так разозлился?

Примечания:

[1] 胳膊肘朝外拐 (GĒ bo Zhǒu Cháo wài guǎi) - идиома, означающая благосклонность к постороннему человеку, а не к близкому.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Секретарь Сунь Си сначала не решалась отвечать, услышав вопрос Сун Яньчэна, но тут же взяла себя в руки. Она знала Цинь Юэ. Хоть он был всего лишь заместителем управляющего небольшого отдела, она все еще была впечатлена им из-за его красивой внешности, высокой и прямой фигуры и гладких черт. Она собралась с мыслями и почтительно ответила:

— Президент Сун, этот человек — Цинь Юэ, заместитель управляющего информационным отделом.

Выражение ее лица оставалось прежним, но ее разум уже размышлял о том, каковы были бы их отношения. Она была рядом с Сун Яньчэном почти год. У него был холодный характер, и он никогда не обращал внимания на других. Теперь он вдруг спросил о Цинь Юэ. Что же случилось?

Сун Яньчэн кивнул. Он все еще предпочитал верить в инстинктивную реакцию своего тела. В конце концов, подсознание не может обманывать людей. Он не чувствовал бы личной неприязни без причины. Причина всегда найдется.

Сунь Си внимательно посмотрела на Сун Яньчэна, и ее сердце бешено забилось. Поговорка «дружить с королем — все равно что дружить с тигром» была абсолютно верной. Не имело значения, смеялся ли Сун Яньчэн или не смеялся, говорил или молчал, она все равно считала этого человека ужасным. Когда ее глупая маленькая соседка по комнате, Бай Тянь, предложила ей соблазнить Сун Яньчэна, Сунь Си вздрогнула в ответ. Она все еще очень дорожила этой жизнью.

Добравшись до своего кабинета, Сун Яньчэн все еще чувствовал противоречие в своем сердце. Так или иначе, все казалось прекрасным, но что-то все еще чувствовалось неправильным. Он покачал головой и стряхнул с себя эти эмоции.

. . . . . .

У Тун Цзя завтра не было занятий, поэтому она собрала свою одежду и вернулась домой. Как только она вошла в дверь, то увидела своего младшего брата Тун Мина, который сидел на диване и ел лапшу быстрого приготовления.

— Где мама с папой? — спросила она, переобуваясь.

Тун Мин, не отрывая глаз от матча, который он смотрел, ответил:

— Папа пошел помогать заменять вечерний урок, а мама пошла в кино с тетей Чжан.

Резиденция Тун была очень большой, с тремя комнатами и двумя залами площадью более ста квадратных метров. Это был дом, который школа подарила отцу Туну, когда он был еще учителем. В тот год, когда Тун Цзя уехала за границу, отец Тун был назначен директором. Говорили, что студенты очень боялись его, потому что директор Тун часто ходил вокруг, когда ему нечего было делать. Каждый день он ловил студентов, которые либо играли на своих мобильных телефонах, пока не засыпали, либо читали пустые книги в классе. Мать Тун Цзя работала на государственном предприятии и теперь она была более расслаблена в плане работы. Она ходила по магазинам со своей лучшей подругой и смотрела фильмы, когда была свободна. Она жила очень роскошной жизнью. Брат Тун Цзя — Тун Мин, был на два года младше ее и все еще учился в колледже.

— Есть слишком много лапши быстрого приготовления вредно для организма. Убери это, я приготовлю тебе что-нибудь поесть.

Тун Цзя подошла к Тун Мину и нахмурилась, почувствовав запах лапши быстрого приготовления.

— Не переживай, я просто обойдусь этим, — Тун Мин немного подумал, прежде чем добавить, — В холодильнике есть арбуз, которые папа нарезал и посыпал сахаром.

— Перестань это есть. Я тоже немного проголодалась, так что подожди немного. Я сделаю что-нибудь полезнее и вкуснее.

Тун Цзя протянула руку, чтобы взять лапшу быстрого приготовления из рук Тун Мина, небрежно накрыла ее крышкой и пошла на кухню. Ее отношения с младшим братом всегда были прекрасными. Отец Тун придерживался правила, что его дочь должна жить богато, а сын — бедно. Он всегда был очень строг с Тун Мином, но баловал Тун Цзя. Отец Тун сказал Тун Мину, как только он поступил в колледж, что ему можно не ждать, что отец купит ему дом в будущем, потому что деньги дома будут разделены на две части: одна для Тун Цзя в качестве приданого, а другая для него.

Возможно, постоянное стремление отца Туна с ранних лет уступить место сестре не оставляло Тун Мина, поэтому он прислушался и даже сказал, что отдаст свою долю сестре. Это были искренние слова Тун Мина.

Тун Мин последовал за Тун Цзя на кухню. Он прислонился к двери и смотрел, как Тун Цзя надевает фартук, чтобы вымыть овощи.

Он облизнул пересохшие губы и спросил:

— Сестра, этот брат Юэ попросил у меня твой адрес два дня назад, и я дал ему его. И как вы? У вас все хорошо?

— Подожди, пока я преподам тебе урок.

Одна только мысль об этом раздражала Тун Цзя. Если бы Цинь Юэ просто хотел догнать ее, это было бы прекрасно, но то, что он сказал, было настолько плохо, что она вообще не хотела быть с ним «хорошей».

Она действительно не верила, что люди все еще могут быть друзьями после расставания, но она и Цинь Юэ знали друг друга уже более десяти лет. Для них не было невозможным встречаться время от времени, когда она возвращалась в Китай. Но она, очевидно, не могла видеть Цинь Юэ, когда у него была девушка, но все еще притворялась страстно преданной ему.

Так как они были довольно близки, Тун Мин знал ее очень хорошо. Поэтому, когда он услышал это от Тун Цзя, лицо у него приобрело обеспокоенное выражение. Цинь Юэ был очень добр к нему. Когда он был старшеклассником в средней школе, Цинь Юэ посылал ему обзорные материалы и время от времени приглашал его куда-нибудь поужинать.

Тун Мин некоторое время боролся, прежде чем ответил:

— Сестра, я не позволю ему пригласить меня на ужин в будущем.

Тун Мин думал, что это все дело его сестры, к тому же отношение его сестры было настолько очевидным. Если бы он захотел помочь посторонним, отец забил бы его до смерти, как только узнал, поэтому он решил не ввязываться в эту неприятность.

— Сяо Мин, мне больше не нравится Цинь Юэ.

Тун Цзя разрезала красный перец, и ее голос был очень мягким, но необычайно твердым.

Может быть, он ей никогда не нравился с самого начала. Она не могла сказать, были ли ее чувства любовью или нет, но это уже не имело значения, потому что они с Цинь Юэ расстались несколько лет назад.

Тун Мин впервые услышал, как Тун Цзя выражала свои чувства. Он поколебался мгновение, потом пожал плечами и улыбнулся.

— Ну, я знаю, старшая сестра. Я на твоей стороне и никогда не выверну локоть.

Тун Цзя услышала эти слова и улыбнулась. Прочитав множество постов 818 лучших членов семьи на форуме, она почувствовала, что так счастлива иметь такую теплую и гармоничную семью.

Отец Тун вернулся ночью, нахмурившись. Он прошел в гостиную и швырнул портфель на диван.

— Сегодня я застал нескольких студентов за курением в туалете. Эти студенты почти не учились и курили! Они все еще думают, что курить — это круто! Я пригласил их родителей приехать завтра.

Тун Цзя многозначительно посмотрел на Тун Мина. Тот немедленно встал и налил ему чашку теплой воды. После того как отец Тун выпил воду, его гнев немного утих. Усевшись на диван, он принялся хлопать себя по бедру и нахмурился.

— А что хорошего в курении? Это вредно для здоровья. Это вредно для людей, которые его вдыхают. Кроме того, он плохо пахнет.

Тун Цзя только сейчас заметила, что ее отец действительно стар. Он болтал о дурных привычках, которым научились студенты, и на висках у него появились седые волосы. Отец Тун действительно заботился об обучении и воспитании людей, но его ученики были слишком молоды, чтобы понять его страдания. Они, наверное, поймут, когда вырастут.

. . . . . .

На следующий день Е Цзяи отправилась за покупками вместе с Тун Цзя. Е Цзяи работала в компании своей семьи, так что могла выходить почти каждый день.

Когда она встретила Тун Цзя, она вспомнила кое-что, что произошло несколько дней назад, и спросила:

— Тун Цзя, чем больше я думаю об этом, тем больше это не имеет смысла. Что-то случилось?

Чжоу Яньчэнь погиб в автомобильной катастрофе некоторое время назад, и Тун Цзя была настолько чувствителна к делам Чжоу Яньчэня, что Е Цзяи даже запуталась.

Тун Цзя взял Е Цзяи за руку и слабо улыбнулась.

— Все в порядке, правда, все уже закончилось.

Все это прошло. Было ли сожаление в ее сердце или нет, но Чжоу Яньчэнь ушел, а ее жизнь продолжалась.

Е Цзяи внимательно посмотрела в лицо Тун Цзя. Она вздохнула и сказала:

— Да, все закончилось, Тун Цзя. После того дня мое сердце всегда было неспокойно, и мне всегда было жаль Чжоу Яньчэня.

Как могли такие люди, как Чжоу Яньчэнь, легко признаться, если они на самом деле не любили Тун Цзя?

Тун Цзя усмехнулась, ее глаза наполнились меланхолией.

— Нет, Цзяи, это не имеет к тебе никакого отношения.

Возможно, время действительно важно. Если бы она знала, с ее опытом и умом в то время, она могла бы решить этот вопрос еще раньше. Может быть, ей суждено скучать по этому человеку в своей жизни.

— Тогда как насчет тебя и Цинь Юэ? — Е Цзяи продолжал:

— Это невозможно. В прошлом я была слишком незрела и в конце концов я порвала с ним. Мы все еще можем здороваться друг с другом, когда встречаемся, но я не могу быть с ним снова.

У нее было предчувствие, что Цинь Юэ этого не сделает. В конце концов, эти двое знали друг друга уже более десяти лет, и она также понимала, что за характер был у Цинь Юэ. Тун Цзя почувствовала, как голова начинала медленно побаливать.

. . . . . .

— Здравствуйте, Президент Сун.

Человек с пивным животом, отвечающий за торговый центр, подошел к Сун Яньчэну и поклонился.

Он был так взволнован, что обильно вспотел. Каждый раз, когда приходил большой Господин, он терял несколько фунтов, когда приходил домой, чтобы взвеситься. Столкнувшись с таким господином, давление его просто зашкаливало.

Сун Яньчэн держал лифт. С очаровательной улыбкой он мягко кивнул, чтобы поздороваться.

— Перед домом только что открылся магазин, пойдем посмотрим. Я хочу попробовать, что-то новое.

Е Цзяи потянула Тун Цзя вперед, и Тун Цзя смирилась со своей судьбой. Е Цзяи был помешан на губной помаде. В принципе, каждый раз, когда она ходила по магазинам, она всегда покупала помаду. Тун Цзя невольно подняла глаза и увидела Сун Яньчэна, стоящего у перил на третьем этаже. Их глаза встретились.

— Поторопись! — крикнула Е Цзяи, ускоряя шаг.

Тун Цзя отвела взгляд, ее глаза слегка опустились. Хотя она не отставала от Е Цзяи, ее мысли блуждали по тому взгляду всего несколько секунд назад. Может, ей просто показалось?

Люди иногда испытывали это неописуемое чувство. Чем больше они не могли описать его, тем более странным он становилось.

В голове Сун Яньчэна стало пусто. Не раздумывая, он бросился к лифту и побежал вниз. Он растерянно смотрел на прохожих. Чувство в этот момент было слишком странным и улетучилось слишком быстро. Он не мог поймать его. Сун Яньчэн опустил взгляд на свою ладонь, отчетливо осознавая, что в уголке его сердца растет одиночество.

Эта девушка только что… нет, нет, это был всего лишь мимолетный взгляд, но он запомнил ее внешность. С тех пор как Сун Яньчэн проснулся, он был очень спокоен перед лицом всего, как будто ничто не могло коснуться его внутреннего мира. Однако что это было за чувство, которое он так отчаянно пытался поймать именно сейчас?

— Президент Сун?

Секретарь и дежурный последовали за ним. Они неловко подошли и позвали.

Голос вернул Сун Яньчэна к реальности. Он медленно сжал кулак, принял спокойный вид, повернул голову и вышел...

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лампочка в коридоре учителя Чжан была разбита. Без надлежащего освещения она не могла ничего видеть, поэтому упала. Поскольку она уже была в преклонном возрасте, учительница Чжан могла только соблюдать постельный режим. Было сказано, что потребуется сто дней, чтобы кость срослась и сухожилия зажили, поэтому у учителя Чжан не было другого выбора, кроме как подать заявление на отпуск.

Школа была перегружена работой; в пятой секции учителя Чжан было достаточное количество учителей других предметов, и их вполне хватало, чтобы заменить ее, но эти учителя также преподавали в выпускных классах. Поэтому им было трудно изменить свое расписание. После нескольких встреч школа решила позволить новой учительнице, Тун Цзя, занять ее место классного руководителя.

У директора сложилось хорошее впечатление о Тун Цзя. Хотя она была новым учителем, но также очень ответственной и имела хорошие отношения со своими учениками. Для нее это тоже была хорошая возможность. Тун Цзя внезапно получила это важное задание, и, хотя ей было несколько не по себе, она серьезно и ответственно приступила к обязанностям классного руководителя.

В этот день она пришла на занятия, как обычно. Перекличка показала ей, что Сунь Юйчэнь не пришла на занятия, но некоторые ученики видели ее сегодня утром у школьных ворот. Тун Цзя решила сначала осмотреть школу, и если она не сможет найти ее, ей придется рассказать директору. Она знала, что в последнее время с Сунь Юйчэнь что-то не так, она уже разговаривала с ней раньше, но у детей этого возраста уже были свои секреты, о которых они не хотели говорить. У Тун Цзя не было много вариантов.

Тун Цзя обошла школу и нашла Сунь Юйчэнь за зданием в северном районе.

Ученики этой школы принадлежали к богатым и знатным семьям. Сунь Юйчэнь с юных лет обучалась балету и была хорошо воспитанным ребенком.

Тун Цзя видела, как она сидит с прямой спиной, она неуклонно приближалась к ней, и в этот момент Сунь Юйчэнь выглядела так, словно оказалась в неловкой ситуации. Ее волосы были в беспорядке, она всхлипывала и задыхалась. Тун Цзя осторожно подошла.

Тун Цзя села рядом с ней, похлопала ее по плечу и спросила теплым голосом:

— Сунь Юйчэнь, почему ты не идешь на занятия?

Всхлипывая, Сунь Юйчэнь повернулась и посмотрела на Тун Цзя полными слез глазами. Она заплакала еще сильнее.

Тун Цзя не заставляла Сунь Юйчэнь идти на занятия, вместо этого он повела ее в KFC рядом со школой. Она нашла в Интернете много информации об учителях и учениках, но еще не проверила их. В отличие от других учителей, Тун Цзя считала, что учителя должны заботиться не только об оценках учеников. Поскольку ученики этого возраста уже могли думать и планировать самостоятельно, небольшая неосторожность могла повлиять на их жизнь.

Факты доказывали, что выбор Тун Цзя был правильным. Если бы она привела Сунь Юйчэнь в свой офис, девочка начала бы скрываться дальше и молчать. Заказав детское меню для Сунь Юйчэнь, Тун Цзя не стала на нее давить. Вместо этого она терпеливо вытерла лицо влажной салфеткой.

Через некоторое время Сунь Юйчэнь спросила хриплым, гнусавым голосом:

— Учитель, ваши родители вместе?

Из-за этих слов Тун Цзя мгновенно поняла, в чем причина поведения Сунь Юйчэнь. Вероятно, с ее родителями было что-то не так, и это повлияло на ребенка.

— Да, они вместе.

Тун Цзя кивнула и улыбнулась. Она не взяла на себя инициативу спросить Сунь Юйчэнь, что случилось, но ждала, когда она сама это скажет.

Лицо девочки мрачным, и снова появились признаки слез. Она положила руки на стол, слегка опустила голову и продолжала кусать нижнюю губу.

Ей потребовалось много времени, прежде чем она продолжила:

— У меня есть маленький брат, но его родила другая женщина с моим отцом.

По ее тону было ясно, насколько она растеряна.

После того, как Тун Цзя услышала, что она сказала, она замерла. Она хотела что-то сказать, но это превзошло все ее ожидания.

— Папа меня не любит, и бабушка тоже. Теперь папа хочет развестись с моей матерью, и она тайно плакала — я видела!

Сунь Юйчэнь в ярости сжала свои маленькие кулачки. На ее лице не было слез. Напротив, ее глаза были полны негодования.

— Папа не хочет, чтобы мы с мамой были вместе! Мы ему больше не нужны! Папе нравится только мой младший брат!

Условия жизни Тун Цзя всегда были очень простыми. Она не знала, как утешить Сунь Юйчэнь; в конце концов, никто не мог сопереживать таким вещам. Бессмысленно было произносить пафосные слова. Даже в ее нынешнем возрасте она не могла смириться с разводом матери и отца. Более того, положение Сунь Юйчэнь все еще было очень сложным. Если она правильно угадала, отец изменял, и у любовницы был сын, который вот-вот должен был стать законным членом семьи.

Что за подонок! Слушая Сунь Юйчэнь, ее отец и бабушка, похоже, отдают предпочтение сыновьям! Какие подонки!

Сунь Юйчэнь спотыкалась и говорила о делах как малых, так и больших, говоря, что любовница теперь входила и выходила из компании ее отца в честной манере, а люди снаружи называли ее госпожа Сунь. Она плакала во время разговора. Когда ей надоело плакать, она вытерла лицо.

Голосом, наполненным ненавистью, она сказала:

— Если он не хочет меня, я тоже не хочу его!

Тун Цзя на некоторое время задумалась. Она ненавидела отца Сунь Юйчэнь и не могла понять девочка и сказать ей, что правильно. Ей пришлось набрать номер матери Сунь Юйчэнь, чтобы она могла забрать ее.

Мать девочки пришла быстро. Она была очень красивой женщиной, но ее лицо было наполнено усталостью и печалью. Поблагодарив Тун Цзя несколько раз, она увела дочь.

Глядя на удаляющиеся фигуры матери и дочери, Тун Цзя внезапно почувствовала сильное волнение. Мир взрослых был слишком жесток. Теперь она могла только надеяться, что это сможет свести к минимуму ущерб, нанесенный Сунь Юйчэнь.

Вечером Сун Яньчэна пригласили на банкет. Все знали, что его только что выписали из больницы, поэтому никто не осмеливался предложить его выпить. Его сопровождали Фэн Хао, финансовый директор корпорации Сун, и его секретарь Сунь Си. Сун Яньчэн видел, что все остальные его боятся. Фэн Хао вел себя очень естественно, разговаривая с ним, поэтому он пришел к выводу, что Фэн Хао, должно быть, его друг.

Фэн Хао небрежно расстегнул пуговицы на рубашке и вздохнул с облегчением. Искоса взглянув на Сун Яньчэня, который стоял с постным лицом, он намеренно ткнул его локтем и пошутил:

— Эй, я слышал, что Чэнь Ци недавно следила за старшим сыном семьи Ли. По-моему, она очень красивая. У тебя вообще нет никаких мыслей о ней?

Сун Яньчэн не мог вспомнить, о какой Чэнь Ци он говорил. Он подумал, прежде чем покачать головой.

— Нет.

На самом деле, он даже ненавидел ее аромат, а ее прикосновения и слезы казались очень фальшивыми. Короче говоря, этот человек ему совсем не нравился.

— Тебе также не нравилась мисс Ван до нее? Я встретил ее на днях, но когда дело дошло до тебя, у тебя все еще было то же невыразительное лицо. — снова спросил Фэн Хао.

…Никакого впечатления. Сун Яньчэн продолжал качать головой.

— Хорошо. — Фэн Хао что-то вспомнил, снова ударил Сун Яньчэна и подмигнул. — Честно говоря, я действительно сомневаюсь в твоей ориентации. Все эти годы не было никаких женщин. Что с тобой такое? Не волнуйся, если ты скажешь мне, я поддержу тебя.

Сун Яньчэн, президент корпорации Сун, действительно был легендой в этой отрасли. Всего за несколько лет он довел корпорацию Сун до вершины. Его фигура и внешность были так же хороши, как у идолов. Но у такого похожего на бриллиант мужчины за последние годы никогда не было девушки. Не стоит и упоминать о девушке, он не видел даже женщин-грелок в его постели.

Сун Яньчэн слушал Фэн Хао, и в его глазах мелькнул намек на гнев.

— Что за чушь!

Фэн Хао увидел, что Сун Яньчэн действительно рассердился. Он быстро выпрямился и поставил стакан, который держал в руке.

— Ну, я ошибся, это все мой болтливый рот. Не обращай внимания, я просто болтал, не думая.

Хоть он так говорил, он также чувствовал, что это странно. В конце концов, когда он дразнил Сун Яньчэня по этому поводу, Сун Яньчэн всегда насмехался. На самом деле, он вообще не принял бы это близко к сердцу. Иногда он ругал его за то, что он скучный. Как он мог стать серьезным сейчас? Может быть... а? Фэн Хао не хотел вкладывать в это слишком много энергии. Но чем больше он размышлял, тем больше становилась дыра в его голове, и он не мог прийти к какому-либо выводу.

Фэн Хао внезапно взглянул на пару мужчин и женщин неподалеку. Он был человеком с бесконечной любовью к сплетням. Он прижался к Сун Яньчэну и тихо сказал:

— Смотри, Сунь Цунжуй так смеется, что почти превратился в хризантему. Он действительно поверхностный. Не стоит и упоминать о том, что в молодости он преследовал Бай Цинь до такой степени, что готов был умереть. Но теперь его любовница высоко держит голову. Некоторое время назад она родила мальчика, и Сунь Цунжуй хочет развестись с Бай Цинь чтобы он мог сделать свою любовницу законной женой.

Сун Яньчэн проследил за взглядом собеседника. Со своего места он мог видеть мужчину в костюме и галстуке, обнимающего женщину с хорошей фигурой. Если бы он не знал внутренней истории, он бы также почувствовал, что они идеально подходят друг другу. Теперь... тень отвращения скользнула по лицу Сун Яньчэня.

— На самом деле развод — это тоже хорошо. Хань Цзян еще не женился и ждет Бай Цинь. Сунь Цунжуй, эта мразь, действительно токсичный. — Фэн Хао привык к таким вещам в этом кругу, но все еще презирал таких бесстыдных людей, как Сунь Цунжуй.

Сун Яньчэн больше не хотел слушать. Он думал, что это испачкает ему уши.

Когда они разговаривали, Сунь Цунжуй подошел к ним с улыбкой на лице, а рядом с ним ослепительно улыбалась миловидная женщина. Он шел прямо к Сун Яньчэню, и его тон был полон уважения.

— Здравствуйте, господин Сун, я не знаю, будет ли вам удобно присутствовать на банкете моего сына в честь ста дней.

Он был на несколько лет старше Сун Яньчэня, но семья Сунь все равно не могла сравниться с семьей Сун, поэтому ему пришлось вести себя вежливо, когда он увидел Сун Яньчэна.

Сун Яньчэн почувствовал, что чей-то пристальный взгляд намертво прикован к его телу. Он повернул голову и посмотрел на женщину, мило улыбающуюся ему. Когда он это сделал, она ласково поприветствовала его:

— Здравствуйте, господин Сун.

Сун Яньчэн даже не потрудилась снова взглянуть на нее, и улыбка на ее лице стала немного неловкой.

Сунь Цунжуй также заметил этот жест, и на его лице начал выступать пот. Он знал, что у господина Сун странный характер. Когда он встречался с ним несколько раз раньше, он кивал, приветствуя Сун Яньчэня. Сегодня его фактически проигнорировали. Что он сделал, чтобы спровоцировать этого короля ада?

Хотя Фэн Хао презирал Сунь Цунжуя, в данный момент он тоже хотел проигнорировать его.

— Наш президент Сун только что вышел из больницы.

Это означало, что он не хотел, чтобы несчастье случилось так быстро!

Сунь Цунжуй сразу все понял, подумав о том, что произошло с корпорацией Сун за это время. Он снова улыбнулся, и он увел свою девушку. Но после того, как он отвернулся, его лицо отразило его истинные чувства.

Этот Сун Яньчэн был слишком дерзким, посмотрим, как долго он сможет оставаться гордым!

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Сунь Юйчэнь не приходила в школу несколько дней, но Тун Цзя узнала от хорошей подруги Сунь Юйчэнь, что ее мать наконец-то согласилась на развод и теперь готова выполнить все формальности. Она также с грустью сказала, что Сунь Юйчэнь, возможно, бросит школу и будет жить за границей с матерью.

На самом деле, это было правильно. С точки зрения взрослых, это был лучший результат и для Сунь Юйчэнь, и для ее матери. Хотя Сунь Юйчэнь очень не хотела отказываться от отца, Тун Цзя знала, что в конечном итоге она будет ненавидеть отца, и отъезд был лучшим выбором, пока ненависть еще не успела зародиться.

Мать Сунь Юйчэнь была серьезной красавицей. Такой человек не должен провести остаток жизни в неудачном браке, а стремиться к счастью. Тун Цзя не хотела осуждать других, но при мысли об этом у нее защемило сердце. Она считала, что три человека должны оставаться вместе. Неужели госпожа думала, что сможет жить спокойно, как только станет законным членом семьи? Хорошо, что мать Сунь Юйчэнь ушла от этого обманщика. С таким мерзавцем было очень жалко жить.

Недавно Тун Цзя тоже столкнулась с чем-то плохим. Цинь Юэ знал ее адрес и иногда подъезжал к ее дому, что раздражало Тун Цзя. Когда она была свободна, Тун Цзя проверяла дома в Интернете. Дело было не в том, что она не хотела встречаться с Цинь Юэ. Если бы Цинь Юэ смог исправить свое отношение, она была бы не против просто дружить с ним, но явно пытается восстановить отношения. Тун Цзя чувствовала себя неловко при мысли об этом.

Когда Цинь Юэ появился снова, Тун Цзя не могла дождаться, чтобы повернуться и уйти, что она и сделала. Но Цинь Юэ бросился вперед, взял ее за руку и сказал:

— Тун Цзя, не делай этого, ладно? Я работал сверхурочно несколько дней назад, поэтому сегодня ушел с работы пораньше. Давай поужинаем вместе, хорошо?

Тун Цзя чувствовала себя крайне беспомощной. Она ничего не могла сделать с Цинь Юэ, не могла ни побить, ни отругать его. Это был только вопрос времени, когда она захочет переехать в другой дом. Тун Цзя ничего не понимала, зачем Цинь Юэ это делает? Она совсем не верила в его чувства. Это не было экстремальным заявлением. Тун Цзя знала, какой она сама человек; когда дело касалось чувств, она требовала верности, поэтому не могла принять заявление Цинь Юэ о том, что он любит ее больше всех, хотя у него были другие девушки.

Изначально, подобные вещи зависели от того, как они ладили друг с другом. Если бы они не могли находится вместе, то расстались бы. Они с Цинь Юэ давно расстались, и теперь, когда он снова сделал такой искренний жест, Тун Цзя не могла его принять.

Она не просила Цинь Юэ быть с ней вечно. В конце концов, в середине отношений она потеряла свои чувства к нему и отпустила его. Но, как сказал Цинь Юэ, хотя он и был с Ван Сяоюй, в его сердце всегда была только она. Даже Тун Цзя испытывала печаль за еще одну обманутую девушку.

Тун Цзя знала, что никто не может любить только одного человека в своей жизни, но, по крайней мере, они должны относиться к другим искренне, когда они с ними. В противном случае, разве они не играли бы с чувствами?

— Цинь Юэ, я сегодня очень устала и уже поела. Ты можешь отпустить меня? — Тун Цзя посмотрела на Цинь Юэ. Она не хотела быть с таким человеком, но и не могла ненавидеть. Ведь раньше они были вместе, и эти воспоминания были прекрасны.

— Тун Цзя, я знаю, что я тебе надоел, но я ничего не могу поделать. Если я не сделаю этого, то у нас не останется никакой надежды. — Цинь Юэ действительно сожалел об этом. Он не мог дождаться возвращения в прошлое. Его отношения с Тун Цзя закончились по его собственной инициативе. Теперь, когда он думал об этом, ему хотелось избить себя прежнего. Люди всегда поздно понимают, что такое любовь.

Ему нравилась Тун Цзя, но он чувствовал, что не может поступиться своим достоинством ради нее. Поэтому, когда Тун Цзя постоянно оставляла его без внимания, потому что была занята, Цинь Юэ чувствовал себя очень усталым. Он чувствовал, что эти отношения поддерживал только он один. Он даже не понимал, о какой любви идет речь!

Когда он был молод, он всегда думал, что встретит много людей. Тун Цзя была лишь ступенькой, поэтому он легко отпустил ее. Ему казалось, что он отпустил ее ради собственного достоинства. Чтобы доказать свою правоту, он сошелся с Ван Сяоюй, которой он всегда нравился. Но после того, как он сошелся с ней, он обнаружил, что это не одно и то же. Ван Сяоюй была очень активной, но ему было особенно скучно. Он не испытывал энтузиазма ни от просмотра фильмов, ни от свиданий за ужином. Если партнером был кто-то другой, он чувствовал, что это скучно.

После расставания с Ван Сяоюй Цинь Юэ не чувствовал желания быть с Тун Цзя. На встрече выпускников другие спрашивали о Тун Цзя, и когда он увидел, что Чжоу Яньчэнь тоже там, он специально сказал ему эти слова. Хотя это было очень по-детски, он был очень счастлив в тот вечер и даже мечтал жениться на ней. Когда он услышал новость о возвращении Тун Цзя, он резко проснулся, его сердце учащенно забилось. В тот момент он понял, что хотя некоторые чувства глубоко запрятаны, однажды они вырастут в высокие деревья.

Он вдруг обнаружил, что ему действительно нравится только Тун Цзя.

В молодости он считал, что достоинство важнее всего, но до сих пор не понимал, что если он хочет вернуть Тун Цзя, то готов на все.

Тун Цзя немного помолчала, но затем вдруг тихо сказала:

— Цинь Юэ, ты можешь делать все, что хочешь. Это твое личное дело, я не могу тебя заставлять, но ты не можешь быть неразумным. Ты имеешь право ухаживать, а я имею право игнорировать. Так что, может, теперь ты меня отпустишь? Я очень устала.

Цинь Юэ медленно отпустил ее руку и смотрел, как Тун Цзя повернулась и вошла в здание. Он стоял у машины. Его подавила паника, которую он никогда не чувствовал. Ему вдруг пришло в голову, что раньше многие парни преследовали Тун Цзя, но она всегда решала все спокойно или игнорировала их. В то время он был одновременно и ревнив, и счастлив. Ему всегда казалось, что Тун Цзя настолько хороша, что ему ничего не нужно делать. Но теперь, когда ее отстраненность и пренебрежение были направлены на него, он понял, насколько это больно.

Тун Цзя вернулась в дом, подошла к окну и увидела, что Цинь Юэ все еще внизу. Она почувствовала себя очень раздраженной и, наконец, пошла принять ванну, чтобы почувствовать себя немного лучше. Тун Цзя все еще думала о Сунь Юйчэнь. Предложение старосты сегодня было очень хорошим. Если Сунь Юйчэнь действительно хотела уехать за границу, то все в классе хотели устроить для нее прощальную вечеринку. Староста также сказала, что она будет приглашена. Тун Цзя очень нравились ее ученикик, у нее были хорошие отношения с ними, поэтому Тун Цзя чувствовала себя спокойно.

У Сун Чи были хорошие отношения с Сунь Юйчэнье. В конце концов, они учились в одном классе в начальной школе. После того, как они перешли в среднюю школу, у них было мало знакомых в одном классе. Он также знал, что произошло в доме Сунь Юйчэнь, но не мог ничего сделать, кроме как втайне проклинать отца Сунь Юйчэнь. Два дня назад он отправил Сунь Юйчэнь сообщение в WeChat, и она сказала ему, что действительно уезжает за границу. Сегодня, когда староста сказала, что устроит для Сун Юйчэнь прощальную вечеринку, Сун Чи думал о другом.

Приближался его день рождения. В прошлом старший брат заказал ему зал в отеле, сказав, что это для празднования дня рождения. На самом деле все взрослые пришли поговорить о делах, что очень расстроило Сун Чи. Он также хотел пригласить своих одноклассников к себе домой и отпраздновать день рождения, как другие ученики. Он подумывал о том, чтобы устроить в своем доме прощальную вечеринку дня Сунь Юйчэнь, но не решался сказать об этом старшему брату.

Во время ужина Сун Чи несколько раз хотел что-то сказать, но не смог вымолвить ни слова. Всякий раз, когда он поднимал взгляд и видел выражение лица Сун Яньчэна, он не решался ничего сказать.

Сон Яньчэн заметил метания Сун Чи. Выпив последний глоток супа, он отставил фарфоровую чашку, посмотрел на Сун Чи и спросил:

— Ты хочешь меня о чем-то спросить?

Странно, Сун Яньчэн знал, что у него есть только один младший брат, но не мог понять, почему этот младший брат совсем не близок с ним.

Услышав эти слова, Сун Чи покачал головой, затем робко кивнул и сказал:

— Брат, у меня скоро день рождения.

Он не ожидал, что старший брат вспомнит, но секретарь или домработница обычно напоминали ему, так что он все равно знал.

Сун Яньчэн на мгновение застыл, немного замешкавшись, а затем сказал:

— Эм, какой подарок ты хочешь?

Дети в этом возрасте должны с нетерпением ждать подарков, верно?

Настала очередь Сун Чи удивляться. Он никак не отреагировал. Он и раньше получал подарки от старшего брата, но он знал, что все они были выбраны его секретарем. В прошлом году это была новая модель автомобиля и новейший компьютер. Это был первый раз, когда старший брат лично спросил его, какой подарок он хочет получить. Сун Чи был польщен.

Сун Чи неуверенно спросил:

— Можно мне?

Для детей этот вопрос был очень сложным. Сун Яньчэн слегка улыбнулся и ответил:

— Если это в пределах моих возможностей, то все, что угодно.

— Тогда могу ли я пригласить своих одноклассников повеселиться дома? Пусть домработница приготовит нам что-нибудь поесть, и... можно, чтобы другие люди не приходили на мой день рождения? — после того, как Сун Чи закончил, он опустил голову.

Он очень не любил, когда на днях рождениях было слишком много незнакомых людей.

Сун Яньчэн не мог вспомнить, что было раньше. Ему показалось, что просьба Сун Чи была очень разумной, поэтому он кивнул и сказал:

— Конечно. Пусть экономка все организует. Это твой день рождения, тебе и решать.

...не просто польщенный – ошеломленный неожиданным одобрением.

Сун Чи казалось, что он находится во сне. Несмотря на это, он улыбнулся и спросил:

— Могу ли я пригласить учителя Тун? Она была добра ко всем нам.

Не только Сун Чи, но и другим ученикам в классе тоже понравилась Тун Цзя, и они хотели повеселиться с ней. Они чувствовали, что с Тун Цзя не будет никакого давления.

Сун Яньчэн улыбнулся и сказал:

— Конечно, можно.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Учебный план средней школы был не таким уж обременительным. Пятый класс Тун Цзя только что стал вторым в школе; школа не давала ученикам слишком много домашнего задания, поэтому староста с волнением побежал в ее кабинет и сообщил Тун Цзя, что в эту пятницу у Сун Чи день рождения. Сун Чи пригласил весь класс к себе домой, что также стало прощальной вечеринкой для Сун Яньчэн.

— Учитель, Сун Чи попросил меня пригласить вас. Он стеснялся прийти сам. — воодушевленный староста был маленьким мальчиком, прилежным и ответственным. Его рубашка всегда была очень аккуратной. Он очень нравился Тун Цзя. Когда он это сказал, она на мгновение опешила, а потом не смогла удержаться от смеха. Сун Чи все еще чувствовал себя неловко?

Однако в душе она была очень счастлива, ведь это означало, что она действительно слилась с учениками. Иначе такого учителя, как она, не пригласили бы на эту вечеринку. Теперь Тун Цзя очень нравилась ее работа в качестве учителя. Даже если и были непокорные ученики, они все равно были добрыми и отзывчивыми. И когда она была с учениками, она всегда чувствовала, что ее сердце становится моложе.

— Хорошо. — Тун Цзя кивнула с улыбкой. — Я пойду, помоги мне поблагодарить Сун Чи?

Белое лицо маленького старосты покраснело. Он замешкался на мгновение и посмотрел на Тун Цзя. Как джентльмен, он спросил:

— Учитель, могу я тогда проводить вас?

Сюй Чэньи, старосту, с ранних лет учили уважать всех женщин. Учительница Тун ему очень понравилась. Она была красивой, нежной, доступной и очень нравилась ему. Он подумал, что не мог же он отпустить учительницу одну в дом Сун Чи? Как джентльмен, естественно было проявить инициативу и проводить прекрасную даму на банкет.

Тун Цзя оценила его поступок. Она торжественно кивнула и ответила:

— Тогда я буду рассчитывать на тебя.

Когда Сюй Чэньи вернулся в класс, его лицо было по-прежнему очень серьезным. Он стоял на трибуне, а его одноклассники нервно смотрели на него. Сун Чи увидел выражение лица Сюй Чэньи, и в его сердце появилось плохое предчувствие. Он встал со стула, поджав тонкие губы, и спросил:

— Учитель Тун не хочет идти? — он скрежетнул зубами и снова произнес. — Я приглашу ее снова.

— Ученики... — лицо Сюй Чэньи было убито горем. — Учитель Тун, она... согласилась! Ха-ха-ха-ха!

Класс некоторое время молчал, затем все начали ругать Сюй Чэньи.

— Староста, сегодня ты будешь отвечать за мусор!!!

— Сюй Чэньи, ты напугал меня до смерти! Просто подожди, пока закончится школа!!!

После уроков Сун Чи достал маленький блокнот и подошел к каждому однокласснику, чтобы спросить об их любимой еде. Тун Цзя, естественно, заметила это и была очень довольна. Раньше Сун Чи был слишком молчаливым, но теперь он был действительно хорош. По его действиям Тун Цзя поняла, что Сун Чи на самом деле очень наблюдательный человек. Она стала с нетерпением ждать вечера пятницы.

Она рассказала эту историю учителю Чжан, которая лежала в постели. Услышав это, она нарочито прямо сказала:

— Я учу их уже почти два года, но никто не пригласил меня на день рождения. Сяо Тун, ты намного лучше меня.

Услышав это, Тун Цзя заволновалась. Но когда она увидела, что глаза учителя Чжан наполнены улыбкой, она все поняла и с улыбкой сказала:

— Нет, староста сказал мне, что если тебе будет удобно сейчас передвигаться, то они придут пригласить тебя лично.

Учительница Чжан посмотрела на Тун Цзя доброжелательно и с удовлетворением. Она похлопала по тыльной стороне руки Тун Цзя.

— Когда я впервые увидела тебя, я поняла, что в будущем ты станешь хорошим учителем. Сяо Тун, ты учитель и друг учеников. Учителя очень важны в жизни детей. Поэтому, какими бы плохими ни были оценки учеников, их нужно поощрять и относиться к ним одинаково. Это самая важная идеология учителя.

Тун Цзя торжественно кивнула. Она как никто другой понимала смысл слов учителя Чжан. Это было ее изначальное намерение. Она хотела стать хорошим учителем.

Но перед этим Тун Цзя должна была сделать одно очень важное дело — выбрать подарок для Сун Чи.

Тун Цзя вспомнила, что нравилось ее младшему брату, когда он был таким же маленьким, как Сун Чи. Он любил игры, модели и так далее. Однако, как учителю, ей казалось неуместным дарить такие подарки. В итоге Тун Цзя купила несколько известных книг зарубежной классики, написала на титульном листе ободряющие слова и завернула их в оберточную бумагу.

Пятница наступила быстро. Сун Чи и несколько его друзей передавали записки и были очень взволнованы сегодняшним днем. Впервые он лично организовывал свой день рождения, и на празднике не будет никаких назойливых людей. Все присутствующие были его одноклассниками, что очень обрадовало Сун Чи.

Сун Яньчэн тоже был обеспокоен этим вопросом, поэтому он прислушался к словам дворецкого. Каждый день Сун Чи давал ему список и просил купить перечисленные ингредиенты. Он также попросил дворецкого выделить несколько комнат для гостей, потому что у него было несколько хороших друзей, которые могли остаться на ночь. Дворецкий был очень доволен и сказал Сун Яньчэну, что впервые видит, как Сун Чи ведет себя как обычный подросток.

Сун Чи потерял родителей, когда был совсем маленьким. Хотя у него был хороший дом, на его памяти, казалось, что никто из родственников не заботился о нем, кроме дворецкого и няни. В результате с детства Сун Чи был гораздо взрослее своих сверстников.

Сун Яньчэн, конечно же, проанализировал, что он больше всего хотел передать из этих слов, сказанных дворецким. А именно: он надеялся, что сможет уделять больше внимания своему единственному брату во время его напряженного графика.

В пятницу днем секретарь Сун Си постучала в дверь и увидела, что Сун Яньчэн только что выключил компьютер и встал. Она остановилась на мгновение и подошла к нему. Она слегка опустила голову и сказала:

— Президент Сун, сегодня вечером будет ужин...

Сун Яньчэн махнул рукой:

— Отложи это. У меня сегодня очень важное дело.

Не имело значения, напомнил ему дворецкий или нет, потому что Сун Яньчэн должен был вернуться. В конце концов, Сун Чи был его младшим братом, и этот младший брат собирался праздновать день рождения. Он должен был отпраздновать его вместе с ним.

Сун Яньчэн поднял руку и посмотрел на время. Он обнаружил, что еще рано, поэтому не стал направлять водителя обратно в резиденцию Сун, а поехал в ближайший торговый центр. Он не знал, какой подарок купить для Сун Чи, и мог только слоняться без дела. Зайдя в один из магазинов, он остановился. В витрине стояла лампа в виде бутылки, прозрачное стекло было усеяно круглыми жемчужинами, что выглядело просто фантастически.

Он вошел в магазин, как будто его что-то тянуло. Продавец вежливо поприветствовал его, посмотрел на Сун Яньчэна и сказал:

— Это единственная лампа в магазине, она была самым популярным дизайном сказки в этом году. Освещение также очень мягкое.

— Заверни это для меня. — Сун Яньчэн отдал карточку продавцу, но все еще пристально смотрел на лампу. Он не знал, зачем купил ее, но всегда чувствовал, что она кому-то понравится.

Это точно не для Сун Чи. Сун Яньчэн улыбнулся бумажному пакету и продолжил бродить по магазину, выбирая подарки для младшего брата.

В пятницу Тун Цзя пришла с работы пораньше. Ей приглянулась одна лампа, когда она ходила по магазинам с Е Цзяи несколько дней назад. Однако, несмотря на красивый внешний вид хрустальной лампы, которая запала ей в душу, цена... немного обескуражила ее. Сегодня, только получив деньги, она подумала, что должна забрать хрустальную лампу домой.

Она была таким человеком. Если она чего-то хотела, то должна была это купить, иначе она постоянно думала об этом.

Кто бы мог подумать, что когда она только что подошла к двери магазина, то увидит, что хрустальная лампа на витрине исчезла?

— Хрустальную лампу только что купил один джентльмен, — с улыбкой сказал продавец.

Тун Цзя выдохнула «ах», ее лицо было немного разочарованным.

Она опоздала совсем чуть-чуть!

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Тун Цзя все еще была очень подавлена. Однако теперь, когда она все пропустила, она не хотела оставаться в плохом настроении из-за этого.

Тун Цзя отправилась к дому Сун Чи вместе с Сюй Чэньи. Она стояла перед входом, слегка приоткрыв рот. Она была совершенно ошеломлена. По обе стороны прохода росли платаны. Недалеко впереди виднелась зеленая лужайка. В конце зеленой лужайки рспологалась вилла. Смутно виднелось небольшое озеро. Тун Цзя завороженно посмотрела в ту сторону. Она уже слышала от Шэнь Шуцзюаня, что семья Сун богата, но это были просто слова. Теперь она стояла перед виллой, рядом с ней был фонтан. Ее взгляд скользнул по дворецкому и нескольким слугам, ожидавшим у двери. Тун Цзя больше нечего было сказать.

Сун Чи сменил школьную форму, он надел сшитый на заказ черный костюм, подошел к Тун Цзя с улыбкой на лице и провел ее и Сюй Чэньи на виллу. Дизайн комнаты был простым и изящным. Белые прозрачные оконные перегородки слегка светились, дополняя французские окна. Вся комната выглядела светлой и чистой.

Она подняла голову и увидела воздушные шары разных цветов. К лестнице также были привязаны ленты, которые завершали оформление комнаты. Сун Чи подвел их к дивану. На чайном столике стояли апельсиновый сок и кола, разлитые в прозрачные стаканы. Здесь же лежали привлекательные фруктовые пирожные и ароматное печенье.

Немного смутившись, Сун Чи почесал голову. Его лицо покраснело.

— Учитель, почему бы вам сначала не съесть немного печенья, а я пойду на кухню.

Нельзя было винить повара, потому что Сун Чи сам составил меню, желая, чтобы повара приготовили много вкусной еды. Он решил устроить день рождения в стиле шведского стола. Однако в меню было слишком много разных блюд, в основном потому, что у учеников были разные вкусы. Кому-то нравилась японская кухня, а кому-то — сычуаньская и хунаньская, а также что-то западное, например, стейк.

Сун Чи побежал на кухню, оставив позади Тун Цзя и Сюй Чэньи, которые смотрели друг на друга. Сюй Чэньи уже несколько раз бывал в доме Сун. Его отношения с Сун Чи были хорошими, он вырос, играя с ним, поэтому ему всегда были рады. Он часто приходил, чтобы поиграть в игры в комнате Сун Чи. Тун Цзя отпустила Сюй Чэньи, потому что хотела осмотреть дом Сун. В любом случае, было еще рано для празднования.

Тун Цзя чувствовала себя неловко, когда бродила по дому без разрешения. В конце концов, это был дом ученика. Кроме того, она еще не видела семью Сун Чи. Ей пришлось обратиться к дворецкому:

— Господин, можно мне прогуляться? Во дворе, возле озера.

Дворецкий работал в доме Сун уже несколько десятилетий, и это был первый раз, когда в дом пришел учитель. Он до глубины души уважал учителей. Он быстро улыбнулся и сказал:

— Конечно, сзади есть сад. Вы можете пойти и посмотреть. Когда мероприятие официально начнется, я позову вас.

Тун Цзя была немного смущена. Поблагодарив дворецкого, она пошла в сторону озера. Резиденция Сун была слишком большой, поэтому она сомневалась. По оценкам, резиденция Сун была больше, чем ее предыдущая начальная школа. Тун Цзя впервые столкнулась с богатым домом. Это действительно было слишком чрезмерно. У озера стояли белые качели, а на столе рядом — сок и печенье. Возможно, Сун Чи приготовил их, ведь этот ребенок был таким милым.

Когда она увидела, что вокруг никого нет, она села на качели и покачалась несколько раз. Она должна была сказать, что это было очень удобно. Недалеко впереди было озеро, и ее ноги стояли на мягкой зеленой лужайке. Сидя на качелях, можно было почувствовать дуновение ветерка. Тун Цзя не была человеком, который ненавидит богатых, но сейчас она хотела просто завизжать.

«Как хорошо иметь деньги!!!»

Немного поиграв на качелях, Тун Цзя вспомнила о словах дворецкого, что сзади есть сад. Не было женщины, которая не любила бы цветы. Тун Цзя тоже любила цветы. Она встала и начала идти к задней части виллы. Еще не дойдя до оранжереи, Тун Цзя была потрясена. Оранжерея была сделана из тонкого стекла. Прежде чем войти внутрь, через стекло можно было увидеть цветы. Они были полусферическими, как капли росы на траве. Это было прекрасно.

Как только она вошла в оранжерею, все ее сердце замерло в горле. Помимо цветов, в оранжерее стояли бамбуковые и ротанговые кресла. Чем глубже Тун Цзя заходила, тем сильнее становился аромат цветов. Она чуть не споткнулась о деревянный стол из ротанга, повернув голову, увидела горшок с простыми и элегантными лилиями в этой красочной оранжерее.

Сун Яньчэн вернулся с двумя бумажными пакетами, в одном из которых была хрустальная лампа, а другой был наполнен книгами для Сун Чи. Он много думал, но не чувствовал, что Сун Чи в чем-то испытывает недостаток. Когда он проходил мимо книжного магазина, то не удержался и зашел туда, выбрал несколько понравившихся ему иностранных классических книг и завернул их. Это был его подарок.

Он как раз положил бумажный пакет в кабинет и вышел, когда увидел, что несколько пришедших учеников сидят на диване и болтают. Увидев Сун Яньчэна, дети почувствовали себя немного неловко.

В это время дворецкий приблизился и прошептала на ухо Сун Яньчэну:

— Пришла учительница второго молодого мастера. Она сейчас должна быть в оранжерее.

Дворецкий подумал, что раз учитель пришел, то опекун должен лично сопровождать его, как иначе? Это было бы неуважительно по отношению к учителю.

Сун Яньчэн также слышал, как его младший брат сказал, что хотел пригласить учителя к себе. Теперь он не удивился, услышав это от дворецкого. Он кивнул головой, посмотрел на учеников в гостиной и прошептал:

— Я найду его учителя.

Сун Чи тоже пришел, как раз вовремя, чтобы услышать это предложение. Он поспешно взглянул на Сун Яньчэна.

— Брат, я сам пойду и найду ее, хорошо?

Он уже был очень рад, что его старший брат смог приехать, но боялся его расстроить. Для Сун Чи это был, наверное, самый счастливый день рождения. Его друзья, одноклассники, учитель с которым у него хорошее отношение, старший брат — все присутствовали...

Сун Яньчэн посмотрел на Сун Чи и сказал с мягким выражением лица:

— Иди к своим одноклассникам и сопровождай их. Я также поговорю с твоим учителем. Так получилось, что я не знаю, какие у тебя оценки.

Это предложение заставило Сун Чи нервничать еще больше. На самом деле он знал все знания из учебника, который был слишком прост для него. Но из-за своей простоты он не очень хорошо слушал на уроках. Это был первый раз, когда он беспокоился о своих достижениях. Что ему делать, если Сун Яньчэн узнает о его успеваемости в школе? Сун Чи так разволновался, что у него вспотел нос.

Когда Сун Яньчэн ушел, подошла Сунь Юйчэн и негромко спросила:

— В чем дело?

— Я труп! Мой брат сказал, что собирается спросить учителя Тун о моих оценках...

Услышав, что Сун Чи нервничает из-за этой проблемы, Сунь Юйчэн рассмеялась. Хотя она уже не была такой беззаботной, как раньше, но, похоже, была в хорошем настроении. После несчастного случая в семье ребенок начал взрослеть. Сунь Юйчэн похлопала Сун Чи по плечу и сказала:

— Будь уверен, учитель Тун обязательно скажет о тебе что-нибудь хорошее.

Услышав это, Сун Чи немного расслабился и, повернув голову, продолжил приветствовать одноклассников, как ни в чем не бывало.

Завтра была суббота. Эта группа детей болтала и развлекалась, не стоит и говорить о том, как они были заняты. Даже дворецкий добродушно улыбался, так как в доме наконец-то снова было оживленно.

Сун Яньчэн шел вдоль озера к оранжерее. Ему было немного непривычно быть опекуном, поэтому в его сердце все еще присутствовала нервозность. Однако ему очень хотелось узнать, как Сун Чи обычно учится в школе. Хотя он ничего не помнил, ему всегда казалось, что учитель должен быть очень серьезным. Но, с другой стороны, Сун Чи сам проявил инициативу и пригласил учителя к себе. Значит ли это, что учитель был очень дружелюбным?

Полный раздумий, Сун Яньчэн подошел к двери оранжереи. Он открыл дверь и вошел внутрь. Оранжерея была очень большой. В ее глубине смутно виднелась женщина.

Тун Цзя подняла руку и посмотрела на время и снова оглянулась на цветы в оранжерее. Ее любимым цветком была лилия.

Раньше Тун Цзя больше всего любила розы, но теперь ей было приятнее всего смотреть на элегантные лилии.

Она не знала, есть ли у лилии аромат. С этой мыслью Тун Цзя слегка наклонилась и убрала волосы за уши. Она осторожно подошла к лилии, закрыла глаза и глубоко вдохнула.

Не успела Тун Цзя почувствовать запах, как услышала шаги. Она испугалась, быстро открыла глаза и огляделась.

Сун Яньчэн засунул одну руку в карман брюк, и его высокая и стройная фигура еще больше выделялась на фоне разноцветных гроздьев цветов. Когда до Тун Цзя оставалось больше метра, он остановился и хотел открыть рот, чтобы позвать учителя, но увидел, что та уже подняла голову, и их взгляды встретились.

Когда Сун Яньчэн рассмотрел ее лицо, он сразу понял, что перед ним та самая девушка, из-за которой он потерял спокойствие в тот день.

Ее взгляд заставил его занервничать, и Сун Яньчэн подсознательно выпрямился. Он вспомнил то странное чувство, которое он испытал, и которое усилилось, когда он снова увидел ее.

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Его пристальный взгляд заставил Тун Цзя почувствовать себя неловко. Она взяла на себя инициативу нарушить это неловкое молчание.

— Э-э, здравствуйте...

Можно было бы узнать, кем был этот человек после небольшого предположения, так как он мог прийти сюда в это время, одетый соответствующе, и с внешностью, очень похожей на Сун Чи. Она немного нервничала. В конце концов, это был легендарный Сун Яньчэн. У Тун Цзя было одно качество. Чем больше она нервничала, тем спокойнее становилась.

Сун Яньчэн немедленно пришел в себя. Выражение его лица было очень неестественным, и он слегка кашлянул. Он не осознавал, что его лицо покраснело.

— Здравствуйте, я Сун Яньчэн, брат Сун Чи.

Тун Цзя сцепила руки вместе и, казалось, была напряжена.

— Здравствуйте, господин Сун, я учитель Сун Чи, Тун Цзя.

С того момента, как он пришел в себя, Сун Яньчэн был расстроен, потому что всегда был спокоен и сдержан. Ему казалось, что в какой бы ситуации он ни оказался, он сможет спокойно ее разрешить. Но в данный момент его спокойствие и сдержанность не помогали ему, как будто кто-то их заблокировал.

Сун Яньчэн знал, что в данный момент он ведет себя ужасно. Ему оставалось только сжать правую руку в кулак. Он немного неловко повернулся и мягко сказал:

— Учитель Тун, они собираются начать. Может пойдем вместе?

Тун Цзя поспешно последовала за ним. Когда она вышла из оранжереи бок о бок с Сун Яньчэном, она втянула в себя свежий воздух. Тун Цзя уже не была так смущена, как раньше. Видя, что Сун Яньчэн молчит, она решила взять инициативу в свои руки и заговорить.

— Г-н Сун, прошу прошения, что побеспокоила вас сегодня.

Сун Яньчэн очень нервничал. Он даже не знал, откуда взялось это напряжение. Все что он знал сейчас, что ему нравится слушать ее, но его охватил невыразимый страх. Как президент Song Corporation, он должен был ненавидеть такого рода эмоции, но он не знал, почему он совсем не чувствовал раздражения. Сун Яньчэн спокойно сказал своим глубоким голосом:

— Как вы можете говорить, что побеспокоили меня? Так как вы учитель Сун Чи, именно вам обычно приходится заботиться о нем, так что это я беспокою вас, пока вы обучаете моего брата.

Она должна была отметить, что, когда Сун Яньчэн произнесла эти слова, Тун Цзя почувствовала себя по-настоящему довольной. Она считала, что Сун Яньчэн достоин того, чтобы поддерживать весь дом Сун. Такие простые слова звучали так хорошо.

Она улыбнулась, махнула рукой и сказала:

— Нет, Сун Чи очень хороший ученик. Он очень умен и быстро учится.

Это была правда. Тун Цзя также расспросила учителей по другим предметам. Хотя Сун Чи не очень внимательно слушал в классе, он в основном мог отвечать на все вопросы, поэтому другие учителя не ругали его за неспособность слушать в классе. Тун Цзя не собиралась рассказывать Сун Яньчэну об этом сейчас. Сначала она потихоньку пообщается с Сун Чи и не будет рассказывать об этом его опекуну.

— Правда? — Сун Яньчэн усмехнулся. Любой родитель, естественно, был бы очень рад это услышать, но интеллект Сун Чи не был причиной его счастья, а скорее из-за того, что он шел бок о бок с ней по лужайке. В частности, это расслабило его.

Когда Сун Яньчэн появился в дверях вместе с Тун Цзя, Сун Чи и другие наблюдали за ними. Первоначально шумная гостиная медленно затихла, и дворецкого тоже озарила мысль в этот момент. Если бы они посмотрели на этих двух людей по отдельности, у них бы не появились странные мысли, но, когда они стояли рядом, другие подумали, что они очень хорошо подходят друг другу.

Тун Цзя была отведена в сторону группой девочек из класса. Сун Яньчэн огляделся и не увидел шампанского и красного вина. Он тут же удовлетворенно кивнул головой. Вечеринка проходила хорошо. Он подошел к Сун Чи и тихо сказал:

— Все проходит хорошо, надеюсь так будет и впредь.

Услышав это, глаза Сун Чи загорелись от удивления.

Люди в классе скинулись, чтобы купить праздничный торт. На самом деле у этих учеников было много карманных денег, но у них не было опыта покупки торта за несколько юаней. Так что даже если праздничный торт был не так хорош, как то, что они обычно едят, все равно все ели с удовольствием. Если бы Сун Яньчэна не было рядом, они могли бы даже подраться за торт. Но поскольку присутствовали взрослые, дети не осмеливались на необдуманные поступки.

— Когда все наедятся, пойдем в кинозал поиграем в игры, хорошо? — Сун Чи был сегодня очень активен. Он был не таким, как обычно. У него даже был крем на лице, и он смеялся, как ребенок.

Тун Цзя лишилась дара речи, увидев кинозал в доме Сун. Там был высокий потолок, но была только одна пара кресел. Неудивительно, что Сун Чи предпочел играть в игры здесь; эта комната была слишком просторной.

Она не знала, кто это устроил, но Тун Цзя сидела рядом с Сун Яньчэном. Все сидели, скрестив ноги, на ковре. На мгновение показалось, что здесь нет родителей и учителей. Атмосфера также была очень гармоничной и теплой.

Тун Цзя не могла не радоваться, к счастью, сегодня она надела брюки, иначе было бы немного неловко.

Аура Сун Яньчэна была слишком сильной. Сидя рядом с ним, Тун Цзя чувствовала себя очень неуютно. Она чувствовала его холодную ауру. Трудно было представить, что он мог сидеть на полу и играть в игры с группой детей. Тун Цзя подумала, что Сун Яньчэн не так холоден, как сказал Шэнь Шуцзюань.

— Во что мы играем? — Сунь Юйчэнь, которая также сидела рядом с Тун Цзя, спросила Сун Чи с большим интересом.

Тун Цзя почувствовала некоторое облегчение. Сунь Юйчэнь выглядела намного лучше, чем на днях. Возможно, это был лучший выбор для нее — начать жизнь заново с матерью.

Сун Чи достал пустую пивную бутылку и поставил ее посередине.

— Пиво? Хм? — Сун Яньчэн бросил на Сун Чи небрежный взгляд.

— Ах, старший брат, я его не пил. Сегодня были утки, маринованные в пиве, поэтому я попросил кухню оставить мне пустую пивную бутылку... — быстро объяснил Сун Чи.

Тун Цзя снова взглянула на Сун Яньчэна. Сун Чи не был заброшен, как ходили слухи, так как Сун Яньчэн все еще очень заботился о нем.

— Давай поиграем в правду или наказание. К кому повернется бутылка, будет выбран. — сказал Сун Чи.

Ни у кого не было возражения, наоборот, всем не терпелось попробовать. В конце концов, это был первый раз, когда в игры играл весь класс.

В следующий момент Тун Цзя узнала, что у Сюй Чэньи, старосты, была девушка! Девушка! Более того, она была итальянской красавицей!

Мягкий и вежливый представитель класса любил этого человека с самого начала начальной школы.

Тун Цзя чувствовала, что эти дети подорвали ее ценности. Она всегда считала этих детей очень простыми, но не ожидала, что все они будут в расцвете своей первой любви. Она подумала, что когда училась в младших классах, то даже не обращала внимания на то, что происходило за пределами учебы, и зарылась в книги… В то время девочки не играли с мальчиками, и у нее не было других мыслей, пока она не пошла в старшую школу.

Вскоре пивная бутылка повернулась в сторону Сун Яньчэна. Пуговицы его белой рубашки были расстегнуты, а на лице все еще играла улыбка.

— По правде говоря, я не осмеливаюсь выбирать наказание.

Как мог Сун Чи быть импульсивным, на этот раз он мог только кланяться, как перепел.

Это был староста Сюй Чэньи, который был достаточно заинтересован, чтобы спросить:

— Брат Сун, когда у тебя была первая любовь?

У Сюй Чэньи были хорошие отношения с Сун Чи, и он видел несколько сторон Сун Яньчэна раньше, поэтому он осмелился задать такой вопрос под мощной аурой Сун Яньчэна.

Сун Чи тихо похвалил Сюй Чэньи в своем сердце.

Тун Цзя повернулась, чтобы посмотреть на Сун Яньчэна.

Этот вопрос действительно поставил Сун Яньчэна в тупик, потому что он ничего не помнил. Кто знает, когда была его первая любовь? Он мог только честно ответить:

— Я... не помню. Давайте изменим вопрос.

...Он действительно не помнил. Один этот ответ был просто чудом, молча подумала Тун Цзя.

Другие ученики на мгновение замолчали, и Сунь Юйчэнь спросила:

— Брат Сун считает нашу учительницу Тун красивой?

Когда она открыла рот, все остальные дети захлопали в ладоши и засмеялись.

Этот вопрос был абсолютно идеальным.

Только Тун Цзя почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Впервые она почувствовала, что ее ученики действительно непослушны.

Сун Яньчэн снова попал в тупик. Он помолчал с минуту и тихо сказал:

— Да.

То, что он сказал, тоже было правдой. Красота Тун Цзя была ненавязчивой, ее характер был спокойным и приятным, а макияж был очень простым, что позволяло другим чувствовать себя комфортно. Одетая в свободную белую футболку, застиранные джинсы в стиле гранж и кеды, она больше походила на выпускницу университета. По сравнению с актрисой Ци Чэнь, Тун Цзя с большей вероятностью подходила под характеристику «невинная».

Лицо Тун Цзя стало еще горячее. Румянец медленно распространялся по белым, как нефрит, щекам.

К счастью, ее ученики поняли, что хватит, и вскоре они снова начали игру. Однако на этот раз ей не повезло. Даже если бутылка пива остановилась перед ней, Тун Цзя не волновалась. Ее ученики все еще были очень дисциплинированными.

— Я спрошу, я спрошу! — самый непослушный мальчик в классе поднял руку, его глаза игриво блестели, а улыбка обнажила два прекрасных набора зубов. — Учитель Тун, у вас сейчас есть парень?

Это был хороший вопрос! Даже брови Сун Яньчэна приподнялись, он явно был заинтересован.

Тун Цзя беспомощно схватилась за лоб.

— У меня еще есть время, чтобы сделать серьезное лицо учителя?

— Уже слишком поздно, ах-ха-ха-ха! — несколько мальчишек поддразнивали ее.

— Ну... — Тун Цзя неохотно встала и честно ответила: — Сейчас нет.

Сун Яньчэн внимательно прислушивался, не пропуская ни слова, и его руки медленно сжались в кулаки.

Везение Тун Цзя закончилось, потому что в следующем раунде бутылка пива снова остановилась на ней. На этот раз Сюй Ченьи, староста, получил право задавать вопросы. Он задумался и спросил:

— Учитель Тун, когда у вас была первая любовь?

Вероятно, его раздражало, что факт наличия у него девушки был раскрыт только сейчас, поэтому он специально задал этот вопрос.

Когда речь заходила о первой любви, Тун Цзя неизбежно вспоминала Цинь Юэ. Она должна была признать, что была действительно счастлива с Цинь Юэ, хоть это и не было так ярко выражено, как в молодежных фильмах. В то время они действительно хотели поступить в один университет, но потом она провалилась на вступительных экзаменах, и когда ее тетя за границей упомянула, что хочет, чтобы Тун Цзя уехала за границу, их пути разошлись.

— В моем выпускном классе. — Тун Цзя не хотела лгать своим ученикам, она поспешно добавила: — Подростковая любовь — это неправильно, и я плохой пример. Ученики должны делать то, что они должны. Позже вы поймете, что некоторые вещи нехорошо делать раньше времени.

Услышав это, Сун Яньчэн сжал руки в кулаки. На сердце у него было немного тяжело.

Он даже не знал, почему он так себя чувствует. Сун Яньчэн повернул голову, чтобы взглянуть на Тун Цзя. В его глазах мелькнуло сомнение. Знал ли он когда-нибудь Тун Цзя? Почему она кажется такой знакомой?

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Как правило, вечеринки по случаю дня рождения детей не затягивались допоздна. Ведь на празднике присутствовали взрослые, и родители некоторых учеников также приехали за своими детьми. Некоторые из них, у которых были особые отношения с Сун Чи, сообщили своим родителям, что останутся в резиденции Сун. Тун Цзя была учителем, поэтому она собралась уходить только после того, как все ученики, которые должны были уйти, ушли.

Сун Яньчэн остановил ее:

— Учитель Тун, пожалуйста, подождите немного, я отвезу вас домой.

Дворецкий, стоявший рядом с ним, на мгновение замер, а затем понимающе улыбнулся.

Тун Цзя улыбнулась и замахала руками.

— Нет, я просто поеду домой на такси. — ей казалось необычным, что опекун хочет отвести ее домой.

Сун Яньчэн переоделся в пальто, присланным слугой. Он подошел к Тун Цзя и с легкой улыбкой сказал:

— Как я мог отпустить вас одну? Уже поздно, учитель Тун. Не нужно быть такой вежливой.

С точки зрения Тун Цзя, Сун Яньчэн действительно был очень добр, но она больше ничего не сказала. Дом Сун находился в богатом районе. Если бы она захотела взять такси, ей пришлось бы идти пешком не менее получаса. Подумав об этом, Тун Цзя кивнула и вежливо улыбнулась Сун Яньчэну.

— Тогда я побеспокою господина Сун.

Проследив за тем, как Тун Цзя садится в машину Сун Яньчэна и уезжает, лучший друг Сун Чи закинул руку ему на плечо, нахмурился и поинтересовался:

— А-Чи, как ты думаешь, твой старший брат неравнодушен к учительнице Тун?

Дети в этом возрасте имели смутное представление о любви.

Сун Чи ткнул его локтем и возразил:

— О чем ты говоришь?

Сказав это, Сун Чи также изобразил задумчивое выражение лица. Дворецкий улыбнулся склонил голову, и подошел к Сун Чи.

— Второй молодой господин, все готово. Не приготовить ли нам полуночную закуску?

Сун Чи вынырнул из своих мыслей.

— О, нет необходимости.

Тун Цзя сидела в машине Сун Яньчэна, но она не умела общаться с людьми. Хотя она немного сблизилась с Сун Яньчэном за время игры, ей было не по себе, когда они оставались вместе. Сун Яньчэн также видел напряженное выражение лица Тун Цзя через зеркало заднего вида. Он подумал об этом и попытался активно создать несколько тем для разговора.

— Учитель Тун, вам сегодня было весело?

— Ммм, да. — Тун Цзя подумала, что ее ответ был слишком прямолинейным и кратким, и добавила: — Господин Сун, спасибо вам за гостеприимство.

Атмосфера в машине была неловкой. Тун Цзя только что закончила говорить и уже чувствовала себя глупо. Иногда она предпочитала общаться с учениками. В разговоре с таким успешным человеком, как Сун Яньчэн, она испытывала сильное давление.

Сун Яньчэн тоже заметил сдержанность Тун Цзя и подумал, что между ними двумя она больше похожа на ученицу, а он — на учителя. Когда эта странная мысль всплыла в его голове, он не смог сдержать улыбку.

— Учитель Тун, если вы не возражаете, вы можете называть меня по имени.

Услышав это, Тун Цзя была поражена. Она думала, что такой человек, как Сун Яньчэн, будет высокомерным. Но после личной встречи с ним он оказался скромным. Вскоре Тун Цзя смирилась с этим. Она почувствовала, что у нее слишком узкий кругозор. Для сегодняшнего статуса Сун Яньчэна, его IQ и EQ определенно были выше, чем у обычных людей, таких как она.

— Конечно, господин Сун, о, нет, Сун Яньчэн, ты также можешь прямо называть меня по имени. — с улыбкой сказала Тун Цзя.

Тем не менее, она все равно должна воспользоваться шансом.

— Тун Цзя, ты очень любишь цветы? — Сун Яньчэн ошеломлен замер, когда произнес ее имя. Оно было таким знакомым, как будто он называл его много раз. Он задумчиво посмотрел на девушку через зеркало заднего вида. Их глаза встретились, и его эмоции все больше и больше приходили в смятение.

— Они мне не очень нравятся. — Тун Цзя грустно улыбнулась.

Это была правда. Она не могла назвать больше половины цветов в оранжерее, но, если бы условия позволяли, она была бы очень рада наслаждаться цветами, как сегодня.

Сун Яньчэн в ответ на ее слова легонько кивнул.

Некоторое время двум людям было нечего сказать. Ни Тун Цзя, ни Сун Яньчэн не были людьми, которые много говорят, и не умели общаться с людьми. В этот момент молчания они оба пытались найти темы для разговора копаясь в мыслях в поисках темы. В конце концов, это путешествие было недолгим, было бы очень странно и неловко молчать.

Тун Цзя была подавлена тем, что она не была экспертом в поиске тем, как и Сун Яньчэн, поэтому она молчала до тех пор, пока не показался жилой дом. Глаза Тун Цзя снова загорелись. Она собиралась избавиться от этой неловкой и ужасной атмосферы!

— Просто остановись на перекрестке впереди. Ты можешь повернуть здесь. — тепло сказала Тун Цзя.

Сун Яньчэн, держа руль обеими руками, повернул за угол и остановился у ворот общины. Сначала он отстегнул ремень безопасности, открыл дверь и вышел. Он быстро перешел на другую сторону, чтобы помочь Тун Цзя открыть дверь. Девушка, которая только что взяла свою сумку, была поражена, увидев эту сцену. Вскоре она вышла, опустив голову и прошептала:

— Я побеспокоила тебя.

На самом деле, даже Сун Яньчэн не мог понять, почему он так себя ведет. Казалось, что подсознание подтолкнуло его к этому. Однако, глядя на слегка покрасневшее лицо Тун Цзя, он почувствовал удовольствие в сердце. Неважно, откуда взялись эти странные эмоции.

— Тун Цзя, пожалуйста, позаботься о Сун Чи в школе. Я всегда занят своей работой и не забочусь о его учебе. Если у Сун Чи возникнут проблемы в школе, обращайся ко мне. — Сун Яньчэн не стал дожидаться ответа Тун Цзя. Он достал из кармана ручку и, оглядевшись по сторонам, быстро отошел в сторону, поднял с земли листок и написал на нем номер своего мобильного телефона.

Тун Цзя, наблюдавшая за происходящим, была ошарашена.

Сун Яньчэн подул на лист, стараясь, чтобы написанное на нем быстрее высохло.

Девушка была ошеломлена. Она не могла поверить, что Сун Яньчэн мог сделать что-то подобное, что можно увидеть только в сказках.

Сун Яньчэн не думал, что он сделал что-то невероятное. Он передал лист Тун Цзя, которая все еще выглядела спокойной и улыбалась.

Тун Цзя почувствовала, что должна взять его, но на самом деле она сразу достала из сумки мобильный телефон и разблокировала экран. Она улыбнулась и сказала Сун Яньчэну:

— Ты можешь сразу дать мне свой номер, и я позвоню тебе сейчас, чтобы у тебя был номер моего мобильного телефона.

— Тоже верно. — Сун Яньчэн продиктовал свой номер Тун Цзя, и через некоторое время его мобильный телефон в машине зазвонил.

Перед тем как попрощаться, Тун Цзя все же взяла лист из рук Сун Яньчэна.

Вернувшись в свою комнату, девушка прислонилась спиной к двери, подняла руку и посмотрела на строчку цифр на листке.

Сун Яньчэн не знал, на каком этаже живет Тун Цзя. Он прислонился к двери и посмотрел вверх на многоквартирный дом. Через некоторое время, увидев свет в окне, он почувствовал облегчение.

На обратном пути Сун Яньчэн размышлял очень вдумчиво. Он не хотел скрывать свои истинные мысли. Он действительно не помнил, что было раньше, и, хотя сейчас его чувства были как чистый лист бумаги, он был уверен, что Тун Цзя была другой.

Это отличие заключалось не в том, что он стоял рядом с ней, а в чувстве, которое удовлетворяло его больше, чем сидение в офисе.

Сидя в офисе, он был амбициозным и высокодуховным. Но с Тун Цзя, ее глаза, волосы и слабый аромат притягивали его сердце, как пара нежных рук, мягко касающихся и утешающих его тело.

Он вспомнил вопрос, который сегодня задал ученик. Красива ли Тун Цзя? Конечно, она была красива, но... это была не просто красота.

После выписки из больницы его приглашали на различные ужины. Он встречал много красивых людей, но Сун Яньчэн чувствовал, что от этих красавиц осталась только внешность. Только Тун Цзя заставляла его чувствовать жизнь.

Да, она была живой.

Была ли это любовь с первого взгляда? Эта мысль промелькнула в сердце Сун Яньчэна, но он горько улыбнулся.

Вернувшись в дом Сун, Сун Яньчэн вошел в гостиную, а дворецкий почтительно последовал за ним.

Сун Яньчэн внезапно остановился, достал из кармана брюк мобильный телефон, задумался на мгновение и написал сообщение, поднимаясь наверх.

Тун Цзя, которая только что приняла душ и собиралась отдохнуть, получила сообщение от Сун Яньчэна. Это было необъяснимо милое сообщение.

[Я благополучно добрался домой.]

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Тун Цзя подтвердила, что сообщение было отправлено Сун Яньчэном. Четыре слова и знак препинания заставили ее сердце трепетать. Если она до сих пор не поняла, что имел в виду Сун Яньчэн, значит, она была глупа. За Тун Цзя ухаживали многие люди. Она знала, что такой мужчина, как Сун Яньчэн, не стал бы так поступать с женщиной без причины. Даже если бы она была учительницей Сун Чи, он бы не стал. Таким образом, причина могла быть только одна.

Тун Цзя не стала бы паниковать в такой ситуации, ведь справиться с подобными обстоятельствами было несложно. Однако, так как этим человеком был именно Сун Яньчэн, Тун Цзя была несколько взволнована.

Магнитная связь, существующая между мужчиной и женщиной, была довольно странной. Тун Цзя, как и любая другая женщина, презирала привилегированных. Для такого влиятельного и высокопоставленного человека, как Сун Яньчэн, его привлекательность заключалась не только во внешности.

По крайней мере, на данный момент, как женщину, Тун Цзя он привлекал. Но в то же время она понимала, что женщину могут привлекать несколько людей. Говоря прямо, такое влечение было формой восхищения. Тун Цзя хотела впервые сдержаться, когда дело касалось таких людей, как Сун Яньчэн.

После ванны Тун Цзя легла в постель, собираясь отдохнуть. Сегодня она могла быть немного снисходительнее к себе, потому что была пятница, и завтра ей не нужно было идти на работу. Ее планшет не мог подключаться ни к телепередачам, ни к фильмам. Наконец она просто улеглась поудобнее и достала из-под подушки мобильный телефон.

Она хотела начать читать «Умиротворение властного, обаятельного и холодного президента Вэнь».

В это время Сун Яньчэн сидел в кабинете. Он смотрел на черный экран своего мобильного телефона. Но на нем не было ни одного сообщения. Он со скукой подпер рукой подбородок, размышляя: «Может быть, Тун Цзя не ответит на мое сообщение?».

Даже одного холодного «Понятно» или «Хорошо» было бы достаточно.

Однако пока ничего не пришло.

Сун Яньчэн беспомощно вздохнул. Он поднял телефон и разблокировал экран. Он решил, что она принимала ванну и не слышала уведомления, или что она смотрела телевизор и не обратила внимания. Он задумался на мгновение, затем постучал тонкими пальцами по экрану и быстро отправил сообщение.

Телефон завибрировал, когда Тун Цзя читала постельную сцену из «Властного президента». Она присмотрелась, и увидела, что это было сообщение от Сун Яньчэна. Ее настроение в тот момент было очень спокойным.

[Я благополучно добрался домой.]

На самом деле, это был тот же текст. Тун Цзя сделала вид, что не заметила одинакового содержания и продолжила читать роман.

Властный президент из романа смотрел... ее слезы катились вниз, и он не смог удержаться и поцеловал ее шею. Властный президент сказал: «Женщина, почему ты не ответила на мой звонок?».

Смелое выражение лица Тун Цзя быстро сменилось удивлением. Она даже не стала раздумывать, прежде чем нажать на интерфейс сообщений и ответить на его смс своевременно и точно.

Если... Если Сун Яньчэн был похож на властного президента, она должна была ответить немедленно!

Черный экран мобильного телефона на столе засветился и на мгновение завибрировал. Сун Яньчэн, который закрыл глаза, чтобы расслабиться, испуганно открыл их, услышав тихий звук. Он быстро поднял мобильный телефон. Он не смог сдержать улыбки, когда увидел сообщение от Тун Цзя.

Разве он не думал об этом, только что? Наверное, Тун Цзя была занята другими делами и не прочитала его сообщение, поэтому он и отправил его снова. Если бы он не отправил сообщение, она бы не ответила.

[Да.]

Сун Яньчэн почувствовал облегчение, несмотря на то что это было всего лишь одно слово со знаком препинания. Когда он готовился ответить на сообщение в огромном тихом кабинете, он запутался в словах. Он печатал, удалял, потом снова редактировал, но так и не смог придумать, что отправить. Лицо Сун Яньчэна в этот момент раскраснелось от раздражения.

После долгих раздумий он наконец отправил скучный ответ.

Это было самое распространенное человеческое приветствие, и Сун Яньчэн считал, что в нем нет ничего плохого.

Тун Цзя и представить себе не могла, что президент Вэнь из прочитанного ею романа имеет такой размах. Но, в конце концов, она тоже была взрослой, и на нее не влиял трехмерный взгляд ни на тело, ни на разум, поэтому она продолжала спокойно наблюдать за происходящим. Ее взволновал не тот момент, когда президент встал, чтобы действовать, а текст Сун Яньчэна!

[Ты голодна?]

Увидев текст, Тун Цзя чуть не упала в обморок. Не ответить было бы невежливо, но ответить... что же ей ответить?

После внутренней борьбы Тун Цзя ответила на сообщение. Теперь она не могла читать роман, поэтому могла только надеть наушники и слушать успокаивающую музыку, чтобы успокоить свое настроение.

Сун Яньчэн, напротив, был очень доволен, потому что содержание ответа Тун Цзя было довольно обширным.

[Я сыта, совсем не хочу есть. Уже очень поздно, поэтому я иду спать. ^_^]

Во-первых, она ответила на его вопрос. Во-вторых, она сказала ему, что пора ложиться спать. И наконец, она прислала такой милый эмодзи. В общем, Сун Яньчэн был очень счастлив. Неважно, слишком ли быстро росла его привязанность к Тун Цзя, слишком ли странным было его настроение, Сун Яньчэн не мог избавиться от этого чувства.

Сун Яньчэн в десятый раз перечитывал текст, когда раздался стук в дверь и голос Сун Чи. Сун Яньчэн положил телефон обратно в ящик, открыл ноутбук и сделал вид, что работает. Он прочистил горло и сказал Сун Чи, чтобы тот вошел.

Как только Сун Чи вошел, то сразу же увидел, что его старший брат даже в это время тоже работает. Он впервые почувствовал себя виноватым. В прошлом ему казалось, что старший брат не заботится о нем, но на самом деле у него не было времени заботиться о нем. Старшему брату было очень трудно в одиночку поддерживать корпорацию, и ему приходилось иметь дело со всеми родственниками. Он не только не мог помочь, но даже не понимал своего старшего брата. Он действительно был слишком виноват.

— Ты хочешь что-то сказать? — на лице Сун Яньчэна появилась улыбка, а голос, который всегда был холодным, в этот момент смягчился.

Сун Чи был очень взволнован, потому что этот день рождения он отмечал не один, и, хотя дворецкий приготовил комнату для гостей, он собирался спать в одной постели с хорошими друзьями и был готов проговорить всю ночь, чего Сун Чи никогда не испытывал. Он был готов пойти на кухню, чтобы найти что-нибудь пожевать и выпить. В результате, когда он проходил мимо кабинета своего старшего брата, он увидел свет, пробивающийся из щели, и догадался, что его старший брат все еще работает, поэтому он постучал в дверь.

— Брат, мне нравится подарок, который ты прислал. — Сун Чи на самом деле не любил подобные иностранные знаменитые книги, но он знал, что эти книги, должно быть, выбрал сам старший брат, поэтому даже если он не любил читать, он будет читать их.

Этот застенчивый подросток почувствовал прикосновение тепла от своего любимого человека. Он был одновременно взволнован, но в то же время полон радости.

Сун Яньчэн тоже на секунду удивился словам Сун Чи. После вручения подарка Сун Яньчэн понял, что не совсем правильно выбрал его. По крайней мере, Сун Чи он не должен был понравиться, поэтому он собирался купить ему пару кроссовок или приобрести в подарок какие-нибудь электронные товары.

Однако вскоре Сун Яньчэн слегка улыбнулся. Сун Чи показал, что он очень благоразумен. Похвалив одним предложением, он притворно спросил:

— Кстати, что подарила твой учитель Тун?

Услышав вопрос Сун Яньчэна, лицо Сун Чи тоже посветлело.

— Это действительно совпадение. Учитель также дал мне иностранные книги. Я собираюсь читать их в свободное время во время зимних каникул.

Сун Яньчэн поднял брови. Он был очень удивлен. Однако ему было немного приятно, он всегда чувствовал, что у него были такие же вкусы, как и у Тун Цзя при выборе подарков.

Поскольку Тун Цзя была упомянута, Сун Яньчэн не собирался прекращать эту тему и продолжил спрашивать:

— Твоя учительница Тун выглядит очень молодо. Должно быть, она только что окончила университет.

Сун Чи не стал сомневаться, подумал и ответил:

— Ну, я слышал, что ей двадцать три года, она только что вернулась с учебы за границей.

— Вот как? — Сун Яньчэн задумчиво кивнул.

— Учительница ничего не сказала, да? — нервно спросил он. Сун Чи вспомнил, что его старший брат недолго общался с учительницей Тун.

Наконец-то трудный строгий брат нашел время, чтобы позаботиться о нем, но он не хотел подводить брата. Он уже решил, что в будущем будет внимательно слушать его.

Сун Яньчэна позабавило выражение лица Сун Чи. Он встал, держась одной рукой за стол, и улыбнулся.

— Она сказала, что ты очень умный и можешь быстро принимать решения.

После некоторого времени адаптации Сун Яньчэн действительно заботился об этом младшем брате от всего сердца. В конце концов, он был единственным, на кого Сун Чи мог положиться. Как бы он ни относился к Сун Чи раньше, в будущем он намерен уделять ему больше времени и заботиться о нем.

Услышав это, Сун Чи облегченно вздохнул. Затем Сун Яньчэн задал вопрос:

— Мне интересно, в твоей школе проводится родительское собрание или что-то подобное. Нужно ли приглашать родителей?

— Разве раньше не всегда приходил дядя-дворецкий? — удивился Сун Чи.

— Теперь я буду ходить сам. О да, а в ближайшее время будет что-нибудь?

— ...Нет. – промямлил Сун Чи в ответ.

Когда Сун Чи вышел из кабинета, по дороге в свою спальню он много думал и думал. Вдруг его глаза загорелись. Он остановился и похлопал себя по лбу. Он реагировал слишком медленно! Неужели брат влюбился в учительницу? Но он не мог найти подходящего случая, поэтому спросил о родительском собрании!

Сун Чи, который думал, что все понял, сделал вид, что глубокомысленно потрогал свой подбородок.

По сравнению с женщинами, которые донимали его старшего брата, Сун Чи предпочитал Тун Цзя. Он также был знаком с Сун Яньчэном, и дядя-дворецкий неоднократно сообщал ему, что семье Сун нужна хозяйка.

Сун Чи, младший брат той же матери, решил, что раз его старший брат уже приглянулся учительнице, а учительница была так хороша, то он должен помочь брату наладить отношения с учительницей.

Ранним субботним утром кто-то постучал в дверь. Тун Цзя, которая крепко спала, была раздражена. Она была добродушным человеком, но не любила, когда кто-то беспокоил ее во время сна. Но после минуты она открыла глаза и посмотрела на потолок. Смирившись со своей участью, она встала с кровати и подняла одеяло. Она собрала свои длинные волосы в хвост, проходя в гостиную. Через глазок она увидела, что снаружи стоит Цинь Юэ.

— Я еще не почистила зубы и не умылась. Что я могу для тебя сделать? — ворчала Тун Цзя, прислонившись к двери.

Тун Цзя могла бы открыть дверь с не умытым лицом, если бы это был курьер, не обративший внимания на ее внешний вид.

Она все еще была в пижаме, не почистила зубы и не умылась. Тун Цзя считал, что невежливо встречать Цинь Юэ в таком виде. Это было бы не уважение.

Услышав это предложение, Цинь Юэ лишь беспомощно усмехнулся и сказал:

— Я тебя подожду, а ты иди чисти зубы и умывайся. — от его слов ее грустное настроение просветлело. Тун Цзя была человеком, который заботился о своей красоте. Она была такой с самого детства. Среди своих одноклассников Тун Цзя всегда была чистой, яркой и красивой.

Тун Цзя поджала губы, но разговаривать с Цинь Юэ не хотелось. Она сделала нерешительный шаг в ванную комнату, почистила зубы и умылась, затем прошла в спальню и переоделась в домашнюю одежду, после чего открыла дверь.

— Только что встала, ты ведь еще не завтракала? — Цинь Юэ улыбнулся, проходя с завтраком. Пирог с соусом, булочки на пару, чайные яйца и соевое молоко были среди купленных им продуктов. — Все твои любимые блюда.

— Что хочешь выпить? — спросила Тун Цзя, открывая холодильник и наклоняя голову.

— Воды будет достаточно. — Цинь Юэ сделал шаг назад и поставил еду на стол. Тун Цзя любила острую пищу. Он специально попросил продавца добавить немного молотого перца и уксуса в маленький пакетик, когда тот упаковывал булочки с паром. Не ожидая такого соуса из молотого перца Тун Цзя слишком много откусила.

Выбросить доставленный завтрак, одновременно произнося злобные слова, Тун Цзя не смогла бы даже во времена средней школы. Когда Тун Цзя училась в младшей школе, ее преследовал мальчик. Тун Цзя, которая в тот момент была еще очень волевой, решительно отвергла его. Мать серьезно провела с ней воспитательную работу. Даже если человек не заботится об искренности или привязанности другого, он не должен насмехаться над ним, потому что это оскорбляет его. Самосовершенствование — это обучение тому, как отстаивать свою точку зрения и при этом уважать других.

Цинь Юэ, по крайней мере, пришел рано утром, чтобы купить ей еды. Их семьи были соседями в начальной школе, и их родители знали друг друга. Несмотря на неприязнь к Цинь Юэ, Тун Цзя в этот момент не подала виду. Палочками она обмакнула маленькую булочку в молотый перец, но не знала, что сказать Цинь Юэ.

Когда Цинь Юэ увидел, что Тун Цзя есть то, что он купил — почувствовал облегчение. Сделав глоток воды, он слабо улыбнулся и сказал:

— В следующий понедельник я буду в Японии по делам. У моей кузины есть длинный список вещей, которые она хочет, чтобы я ей привез. Есть ли что-нибудь, что ты хотела бы получить?

Покачав головой, Тун Цзя выразила свое недовольство ситуацией.

— Перед тем как вернуться домой, я побывала во многих магазинах беспошлинной торговли и накупила кучу вещей. Я ни в чем не нуждаюсь. Большое спасибо.

Улыбка Цинь Юэ слегка дрогнула, когда он услышал ее вежливые и отчужденные замечания, его руки небрежно легли на колени.

— Тун Цзя, разве ты не говорила, что мы все еще друзья?

Цинь Юэ давно знал Тун Цзя и понимал, что он никогда не должен с ней спешить. Он подумывал сделать шаг назад, а иногда делал шаг назад и шаг вперед. Поскольку он понимал, где находится его сердце, он был терпелив с ней.

Тун Цзя улыбнулась, беря палочками еду, слегка покачала головой, посмотрела на Цинь Юэ и сказала:

— Мы всегда будем друзьями.

Тун Цзя знала Цинь Юэ, а Цинь Юэ знал Тун Цзя. В результате она интуитивно поняла, чего он хочет.

Когда Цинь Юэ услышал это, он долго молчал, но начал неосознанно постукивать костяшками пальцев. Тун Цзя знала, что это был небольшой жест, который он делал, когда думал.

— Мы не подходим друг другу, и Ван Сяоюй тут ни при чем. Разве ты не знаешь это как никто другой, Цинь Юэ? Некоторые вещи могут только навредить чувствам людей, если их сказать слишком прямо. Кроме того, прошло уже много времени. Даже если я невежда, я могу сказать, нравишься ты мне или нет. Было бы неразумно говорить слишком много. В любом случае, независимо от того, хочешь ли ты продолжать этот роман или тратить время, это невозможно ни для тебя, ни для меня.

Тун Цзя была спокойна в своей речи. Она больше не будет отвечать за Цинь Юэ. Она уже говорила об этом и все решила. Повторять это было бессмысленно. Это было абсолютно невозможно.

Печаль в глазах Цинь Юэ была очевидна. Он понимал, что то, что он сейчас делает, может быть нелогичным. Однако в его сердце всегда будет место для нее. Он пришел, чтобы понаблюдать за выражением лица Тун Цзя и послушать, что она скажет. В противном случае его сердце будет чувствовать себя неуютно. Но если бы он не смог найти или увидеть ее, его сердце чувствовало бы себя еще более неуютно.

Когда он поднялся на ноги, его лицо становилось все бледнее и бледнее. Он подавил горечь и через силу улыбнулся.

— Тун Цзя, я пойду первым. Даже если мы не подходим друг другу, ты мне нравишься. Так что же мне теперь делать? Забудь об этом. Я сделаю глубокий вдох и попытаюсь жить дальше.

Мать часто говорила ему, что Тун Цзя ему не подходит. Они оба были слишком хорошо знакомы друг с другом. По характеру им было бы трудно ужиться вместе. Быть друзьями не так уж и страшно, но быть любовниками было бы утомительно.

Но, даже если слова были правильными, он просто отказывался их слушать. Что является критерием того, что уместно быть вместе, и что является основанием для того, что не уместно быть вместе?

Тун Цзя размышляла, завтракая после ухода Цинь Юэ. У нее сложилось впечатление, что со своим характером Цинь Юэ долго не продержится, если она не будет давать ему надежду.

В подразделении ее матери снова раздавали пособия. Она могла взять одного из членов семьи в ближайший исторический город на два дня и одну ночь в эти выходные. Тун Мин был десятитысячелетним отшельником, который просто хотел забиться в свои чертоги и никогда оттуда не выходить. Тун Цзя тоже хотела провести выходные с пользой и немного отдохнуть. В итоге ее матери ничего не оставалось, как вытащить отца на ночь развлечений с выражением отвращения на лице.

П.п.: Десятитысячелетний отшельник — Человек, который мало куда ходит.

Тун Цзя отказалась возвращаться, так как родителей не было дома, ее младший брат Тун Мин был в школе, а дома больше никого не было.

После завтрака Тун Цзя убрала дом внутри и снаружи и была готова идти за едой. Когда она спустилась вниз, то заметила машину, припаркованную у входа в общину. Машина, с другой стороны, была довольно знакомой. Дверь открылась, когда Тун Цзя подошла к машине, и из нее вышел Сун Яньчэн в повседневной одежде.

Тун Цзя замерла и долго не могла прийти в себя.

Сун Яньчэн был одет небрежно, на его ногах были кроссовки. Он выглядел как недавний выпускник универа. Он улыбнулся, подойдя к Тун Цзя, и протянул ей руку.

— Какое совпадение!

Это было странно! В душе Тун Цзя сплюнула. Если бы Сун Яньчэн просто проходил мимо, она бы сейчас же сделала пару кувырков!

П.п.: Сомерсальт — это акробатическое упражнение, при котором тело человека поворачивается на 360° вокруг горизонтальной оси, при этом ноги проходят над головой.

— Какое совпадение! — кто это назвал его «властным президентом»?

— Ты можешь сказать мне, куда ты идешь? Могу ли я тебя подвезти? — Сун Яньчэн быстро заговорил.

— Нет, тут недалеко. Разве у тебя еще нет работы? — спросила Тун Цзя, махнув рукой и слегка улыбнувшись. — Я не собираюсь тебя задерживать.

— Нет, нет, нет, не будешь. — Сун Яньчэн пытался придумать идею, но он не планировал заранее. Когда он проснулся, он думал только о том, что подстроить случайную встречу. Он не ожидал, что все это затянется надолго.

Вдвоем они чувствовали себя ужасно неловко, глядя друг другу в глаза.

Тун Цзя никогда не видела ничего подобного. Сун Яньчэн тоже молчал. Она также не могла сразу уйти. Его поступок не соответствовал здравому смыслу. Она не смогла убедить его в своей правоте. Стоя на солнце, Тун Цзя впервые за долгое время почувствовала себя... подавленной!

— Я угощу тебя едой. — Сун Яньчэн подсчитал, что уже почти двенадцать часов, время обеда, и был доволен своей идеей.

...Он также не совсем рационально разыграл свои карты.

Разве он не был здесь просто проездом? Не было ли это просто совпадением, как он того хотел?

Заметив молчание Тун Цзя, Сун Яньчэн поспешно продолжил.

— В любом случае, мы просто случайно пересеклись. Позволь мне угостить тебя. — он перевел дух и спокойно добавил: — Мы можем поговорить о проблемах Сун Чи.

Тун Цзя была беспомощна, и ей ничего не оставалось, как поднять белый флаг.

— Спасибо, что вчера отправили меня обратно, будет правильнее, если я угощу тебя ужином.

У Сун Яньчэна возникло тревожное чувство. Как она могла угостить его обедом? Однако он считал, что если ему удастся пообедать с Тун Цзя, то все сложится как нельзя лучше. Спорить с ней было бы бессмысленно.

Он быстро кивнул, не задумываясь, его сердце заколотилось от смущения.

— Хорошо.

У него была причина угостить ее обедом, потому что она угощала его обедом.

Так думать было гораздо приятнее.

— Ты не против припарковаться здесь? Я могу порекомендовать хороший ресторан. И там будет трудно найти место для парковки. — Тун Цзя посмотрела на Сун Яньчэна и задала ему вопрос.

Улицы там были очень узкими, а сейчас были выходные и время обеда. Она боялась, что там будет слишком много народу, и не хотела тратить более получаса на поиски места для парковки.

— Это совсем не проблема. — заперев машину, Сун Яньчэн последовал за Тун Цзя, и они бок о бок перешли улицу.

Сун Яньчэн был высоким человеком, и Тун Цзя находилась на уровне его плеча, никто из них этого не замечал. Эта была самая очаровательная разница в росте, они просто вот так шли по улице, и их рост и прекрасные лица заставляли многих людей оборачиваться.

Тун Цзя провела Сун Яньчэна по двум улицам и мимо нескольких светофоров, следуя маршруту, который она запомнила. Сун Яньчэн шел бесцельно, засунув одну руку в карман. Он не замечал, что лицо Тун Цзя становится все более озадаченным.

Тун Цзя была дурочкой. Точнее, она была самоуверенной дурой. Ей всегда казалось, что она запомнила маршрут, но она не могла вспомнить, где была раз или два, и в конце концов не могла его найти.

Тун Цзя остановилась и попыталась хоть что-то вспомнить.

— В чем дело? — с любопытством спросил Сун Яньчэн.

Тун Цзя почувствовала себя неловко. После секундного колебания она стиснула зубы.

— ...Я забыла, как туда добраться.

Сначала Сун Яньчэн опешил. Затем его губы мягко приподнялись.

— Тогда не будем там обедать, — заметил он, оглядываясь по сторонам и указывая на ресторан с огромной очередью. — В этом заведении много людей, и, должно быть, там хорошая еда, верно?

«...» Тун Цзя растерялась. Неужели Сун Яньчэн должен был быть таким снисходительным?

Средний расход в этом ресторане составлял всего 15 юаней, потому что это был ресторан быстрого питания с самообслуживанием.

Тун Цзя и раньше ела в ресторане быстрого питания с самообслуживанием. Еда была недорогой и вкусной, с широким выбором. Однако никто бы не выбрал это место для того, чтобы пригласить кого-то, верно? Тун Цзя посмотрела на Сун Яньчэна и осторожно сказала несколько слов:

— Это ресторан быстрого питания. Там сейчас много людей, и тебе может не понравиться. Почему бы нам не найти другой ресторан поблизости?

На самом деле Сун Яньчэну было все равно, что есть, лишь бы быть вместе с Тун Цзя, даже если это означало стоять на дороге и пить дождевую воду. Тем не менее, он понимал, что сейчас не лучшее время для таких слов. Он мягко сказал:

— Решай сама, меня все устраивает. — подумав еще немного, он серьезно добавил: — Я не привередлив в еде.

Тун Цзя посмотрела на здание неподалеку. На втором этаже висел большой рекламный щит. Оно выглядело как ресторан мяса и хотпот. Сто двадцать восемь за порцию... Похоже, это была достойная еда. Она замерла на некоторое время, прежде чем ткнуть пальцем и сказать:

— Почему бы нам не пойти в ресторан и не поесть горячий хотпот одновременно?

— Да. — Сун Яньчэн сразу же согласился с Тун Цзя.

Они пересекли улицу и вскоре подошли к двери ресторана самообслуживания. Тун Цзя оставила Сун Яньчэна ждать в стороне, а сам направилась к стойке, чтобы оплатить счет.

Несмотря на то, что Сун Яньчэн был одет небрежно, он выглядел благородно и внушительным. На губах Тун Цзя, удрученно смотревшей на него, мелькнула улыбка. Когда несколько девушек, только что вышедших из лифта, заметили его, их глаза загорелись, и они сражу же заговорили о нем.

Тун Цзя повернула голову и улыбнулась Сун Яньчэну, оплатив заказ.

— Мы можем войти. Пойдем.

Сун Яньчэн встал и последовал за ней, слегка склонив голову он смотрел на Тун Цзя, в его глазах было невыразимое счастье.

Несколько девушек перешептывались, оплачивая счет.

— Как и ожидалось, красивых всегда расхватывают первыми, оставляя нам на выбор кривые дыни и треснувшие финики. Это действительно несправедливо!

— Девушка тоже очень красивая.

— Я думаю, мы должны радоваться, что у красавчика не было парня, хорошо?

Возможно, из-за привлекательной внешности Сун Яньчэна официант, мельком увидевший его, проводил их в самое приятное место в ресторане, которое было не только возле окна, но и огорожено бамбуком, что делало его значительно тише.

Здесь могли разместиться четыре человека. На диване для двоих мог сидеть один человек, что было очень удобно.

— Ты оставайся здесь, а я что-нибудь выберу. — Тун Цзя отложила свою сумочку в сторону и сказала: — Помоги мне присмотреть за моей сумочкой. Ах да, какие напитки ты будешь?

Сун Яньчэн посмотрел на нее и тепло сказал:

— Меня все устраивает.

Тун Цзя не была уверена, был ли он просто вежлив или его ответ был искренним. Сун Яньчэн, скорее всего, никогда не был в ресторане с такими ценами, поэтому приглашение пообедать не было для него приятным занятием. У этих двух людей был разный уровень жизни. Тун Цзя, более скромная из них, тоже была расстроена.

Но стоит забыть об этом. Все может быть в первые, верно?

Стол в этом ресторане был огромным, половина его была отведена под горячие блюда, а другая половина — под барбекю. Тун Цзя несколько раз ходила туда-сюда, но в конце концов принесла всю еду. Сун Яньчэн чувствовал себя все более и более счастливым, когда она была занята.

Наконец, Тун Цзя взяла тарелку с напитками и фруктами. Она поставила стакан с апельсиновым соком рядом с Сун Яньчэном.

Тун Цзя потянулась за щипцами для барбекю, но Сун Яньчэн остановил ее. Он сказал с улыбкой:

— Я сам.

Поначалу он был неуклюж, но потом становился все более и более умелым. Тун Цзя ела жареный бекон и грибной рулет, не переставая думать: «Вот что должен делать мужчина!». Она не могла быть польщена только потому, что он был Сун Яньчэном, так ведь! Нужно просто сосредоточится на еде, она должна есть, чтобы не чувствовать неловкость! В любом случае, Сун Яньчэн не ел много. Она должна была съесть все без потерь!

Тун Цзя все время ела, а Сун Яньчэн жарил мясо и давал ей рулеты из баранины, но сам ел мало.

Наконец, Тун Цзя больше не могла есть. Сун Яньчэн взял в руки палочки, чтобы доесть все остальное. По сути, Тун Цзя еще не закончил есть. Он ел очень быстро, но это не заставляло людей чувствовать, что он груб.

Тун Цзя, которая была сыта и хотела спать, посмотрела на Сун Яньчэна. Она не могла не удивляться. Она думала, что Сун Яньчэн не любит есть такие вещи. Она не ожидала, что он будет есть с таким аппетитом.

— Вкусно? — с сомнением спросила Тун Цзя.

Сун Яньчэн брал картошку из маленького горячего горшочка. Услышав ее вопрос, он естественно кивнул.

— Это вкусно.

Его выражение лица не выглядело фальшивым. Хотя Тун Цзя сначала не планировала хорошо провести время, она чувствовала, что если она хорошо проведет время, то ее кошелек будет недоволен. Но когда Сун Яньчэн сказал это, Тун Цзя все равно почувствовала себя очень счастливой.

Из-за этой мелочи улыбка не сходила с ее губ даже после того, как она вышла из ресторана. Однако, спустившись вниз, она не смогла сохранить хорошее настроение.

Сознание было быстрее тела. Как только Тун Цзя увидела человека, она быстро поприветствовала ее.

— Тетя Чжоу.

Эта женщина была матерью Чжоу Яньчэня. Когда она увидела Тун Цзя, на ее лице промелькнуло замешательство, но вскоре она вернула себе спокойствие, кивнула и улыбнулась.

— У госпожи Тун все хорошо, да?

Тун Цзя посмотрела на улыбку на лице матушки Чжоу. Втайне она почувствовала облегчение. Как только она посмотрела вниз, то увидела позади маленького мальчика.

Матушка Чжоу, державшая мальчика за руку, очень мягко сказала:

— Чэньчэнь, это сестра Тун, зови ее сестрой.

Маленький мальчик был очень милым, вероятно, он боялся находиться среди людей. Он робко позвал:

— Здравствуй, сестра.

Матушка Чжоу хотела поговорить с Тун Цзя, поэтому пригласила ее выпить чаю. Тун Цзя не отказалась.

Сун Яньчэн пока не хотел уходить. Под удивленным и ясным взглядом матушки Чжоу он естественно последовал за ней.

Матушка Чжоу и Тун Цзя сидели и болтали. Взглянув на Чэньчэня, игравшего неподалеку, она вздохнула.

— Чэньчэнь — ребенок моего дальнего родственника. Когда в прошлом году его родители уехали на море, что-то случилось. Остался только ребенок. Его дяди и тети не захотели о нем заботиться. Я потеряла своего сына, а Чэньчэнь потерял своих родителей. Если хорошенько подумать, то это судьба.

Чэньчэнь играл с Сун Яньчэном. Сначала ему было неловко рядом с Сун Яньчэном, но сейчас он не отлипал от него и постоянно называл его братом.

— Чэньчэнь очень хорошо себя ведет. У его родственников тоже есть свои дети. Они не могут сказать ему ничего, хорошо это или плохо, но они всегда небрежны. Сейчас ребенок окончательно ожил, я считаю его своим вторым сыном. — глаза матери Чжоу были полны любви. Сначала она действительно была эгоистична и хотела усыновить ребенка, чтобы заполнить пустоту в своем сердце, но, когда они проводили все больше и больше времени вместе, она стала считать Чэньчэня не двойником своего ребенка, а своим младшим сыном.

Тун Цзя от всего сердца радовалась за отца Чжоу и мать Чжоу. Чжоу Яньчэн умер, оставив людям самую сильную боль, но они не должны останавливаться из-за этой боли. Наоборот, они должны снова воспрянуть духом.

— Тетя, Яньчэнь будет счастлив видеть тебя такой. — Тун Цзя утешительно положила свою руку на руку матушки Чжоу.

Матушка Чжоу посмотрела на Сун Яньчэна, затем перевела взгляд на Тун Цзя и многозначительно улыбнулась.

— Этот молодой человек красив и, кажется, очень мил.

Тун Цзя беспомощно уставилась на матушку Чжоу с выражением «я не знаю, как это объяснить».

— Тетя, это не то, что ты думаешь.

Матушка Чжоу, как опытный человек, не стала спорить с Тун Цзя, а просто с интересом посмотрела на Тун Цзя. Ей очень нравилась Тун Цзя. Ей не раз было жаль Яньчэня, но теперь она все поняла. Возможно, им не было суждено быть вместе. Она очень точно оценивала людей и знала, что Тун Цзя — человек с добрым сердцем. Она надеялась, что эта добросердечная госпожа Тун сможет обрести счастье.

Наконец, перед уходом матушка Чжоу улыбнулась и сказала Тун Цзя:

— Я желаю тебе счастья, дитя мое. Я думаю, что Яньчэн будет чувствовать то же самое на небесах.

От такой простой фразы глаза Тун Цзя чуть не покраснели. Она не забыла Чжоу Яньчэня и не забудет его в будущем. Но когда она услышала эти слова, где-то в глубине ее души все еще оставалась кислая боль.

Она не забудет, что был такой человек, который настойчиво и молча отдавал ей свое сердце.

Матушка Чжоу подошла к столу Сун Яньчэна. Чэньчэнь все еще оставался в объятиях Сун Яньчэна и совершенно не хотел уходить. Но увидев мать, он нехотя встал и сказал Сун Яньчэну:

— Брат, я ухожу.

Сун Яньчэн рассмеялся. Он наклонился и потрепал Чэньчэня по голове.

Он явно ничего такого не сделал, но не знал, почему он так понравился ребенку. В то же время в душе он чувствовал нежность.

Матушка Чжоу посмотрела на Сун Яньчэна и сказала:

— Господин Сун, мы уходим.

Когда Сун Яньчэн увидел белые волосы на голове матушки Чжоу, его сердце слегка дрогнуло, и вскоре он почувствовал, что это настроение слишком загадочное, поэтому он отбросил эту мысль, улыбнулся и сказал:

— До свидания, тетя.

Матушка Чжоу ушла вместе с ребенком. Когда они дошли до двери, Чэньчэнь остановился, наклонил голову и с любопытством спросил:

— Кто эта красивая сестра?

— Это друг твоего брата. — матушка Чжоу посмотрела на далекое небо и улыбнулась.

Яньчэнь ушел слишком рано, но им еще предстояло жить. Матушка Чжоу держала на руках Чэньчэня, ее фигура становилась все меньше и меньше, пока не исчезла из вида.

Тун Цзя сидела в кресле и смотрела на стоящий перед ней черный чай с лимоном, словно погрузившись в раздумья.

Сун Яньчэн медленно подошел к ней и сел. Он знал, что она о чем-то задумалась. Только что он услышал что-то, что, похоже, было связано с сыном тети. У Сун Яньчэня в голове крутилось много вопросов, но, увидев Тун Цзя в таком состоянии, он не захотел ничего спрашивать.

Казалось, что у Тун Цзя было много секретов, которые ему предстояло узнать. Сун Яньчэн сцепил руки и уставился на молчаливую девушку. В его голове промелькнула мысль.

Первая любовь, о которой она говорила, это сын той тети, не так ли?

Увы. Сун Яньчэн вздохнул и поджал тонкие губы.

-----------

Этому автору есть что сказать:

Цинь Юэ: насмешка~, толстокожий.

Тун Цзя планировала расстаться с Сун Яньчэном, но, очевидно, Сун Яньчэн не согласился.

Когда они подъехали к дому, где жила Тун Цзя, Сун Яньчэн взял ключи от машины и замер рядом с ней. Тун Цзя бросила на него вопросительный взгляд; она не знала, почему он все еще здесь.

— Недавно вышел фильм. Я слышала, что он не так уж плох.

На самом деле Сун Яньчэн немного нервничал. Его ладони вспотели. Он не хотел возвращаться раньше времени и все еще хотел побыть с ней некоторое время. Что бы ему ни пришлось сделать, он сделает это.

Тун Цзя все это время притворялась, что не замечает намеков Сун Яньчэна, но он был слишком явным. Даже ей показалось, что он даже не собирается скрывать свои намерения и прямо просит о свидании. Она подумала, что это действительно смешно. Разве в нормальной жизни не существует пошаговой процедуры ухаживания за дамой? Почему он так торопился? Он не следовал правилам, и Тун Цзя не знала, как к этому относиться.

— Господин Сун... — позвала Тун Цзя.

— Тун Цзя, называй меня по имени, — Сун Яньчэн улыбнулся и поправил ее.

Тун Цзя замолчала на мгновение, а затем беспомощно сказала:

— Сун Яньчэн, если я ничего не перепутала, ты хочешь ухаживать за мной?

Наконец-то она сказала это. Не стоило вести себя с Сун Яньчэном окольными путями. Раз уж он решил не скрытничать, то и она будет говорить прямо. Так будет проще разговаривать, не ходя вокруг да около.

Сун Яньчэн был удивлен. Он не ожидал, что Тун Цзя вдруг задаст этот вопрос. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Он честно кивнул.

— Ты не поняла меня неправильно.

— Почему? — Тун Цзя уставилась на него расширенными глазами. Она действительно ничего не понимала. Такой человек, как господин Сун, не был бы очарован красавицей ее уровня. На данный момент Тун Цзя все еще понимала свой уровень.

Она неплохо выглядела, но разве красавицы, которых встречал Сун Яньчэн, были не хуже? Она считала, что стоит ему помахать рукой, как множество людей, более красивых, чем она, поспешат встать в очередь. Она не думала, что дело в ее характере, ведь они познакомились только вчера, поэтому не было времени понять друг друга.

Вдруг она представила себе сцену, как властный президент влюбляется в нее. Тун Цзя сомневалась, не снимаются ли они в сериале!

Сун Яньчэн почувствовал, что Тун Цзя в таком виде очень мила. Он с трудом подавил улыбку. Она была похожа на ворчливого ребенка. Его глаза были полны терпимости и мягкости. Он медленно сказал:

— Вообще-то...

Тун Цзя затаила дыхание, желая услышать, какими неизвестными преимуществами она обладает.

— ...Я тоже не знаю, — Сун Яньчэн был невинен. То, что он сказал, было правдой. Он даже не знал, почему он такой. Казалось, что его тянет к Тун Цзя без всякой причины. Он хотел следовать за ней, смотреть, как она смеется, и слушать ее. Просто так, буквально без причины.

Это был первый раз, когда она столкнулась с таким бездумным признанием. В голове Тун Цзя все перемешалось. Она думала, что Сун Яньчэн расскажет о ней что-то такое, о чем не знают даже ее родители, но... кто бы мог подумать, что он скажет, что он! тоже! не! знает!

Хотя внешне Тун Цзя выглядела спокойной, ее сердце билось как сумасшедшее. Она сказала спокойным тоном:

— Сун Яньчэн, сегодня я не хочу смотреть кино. Я хочу спать и хочу вернуться домой.

Сун Яньчэн поднял руку, посмотрел на время и кивнул.

— Я понимаю. Тебе захочется спать, когда ты поел. Можешь идти.

Тун Цзя повернула голову и в расстроенных чувствах вошла в квартиру.

Он тоже был властным президентом. Почему он не умел флиртовать? Честно говоря, как сторонний наблюдатель, Тун Цзя очень ценила Сун Яньчэна, но она и подумать не могла о том, чтобы стать его девушкой.

Но Тун Цзя была также очень обычным человеком. Столкнувшись с ухаживанием человека, которого она не ненавидела, ее первой реакцией было не отказаться, а подождать и посмотреть. Кроме того, сейчас у нее был период пустого окна, не так ли?

П.п.: Период пустого окна означает период времени, в течение которого человек одинок.

Ей нужно было подумать, и обдумать все более четко.

Сун Яньчэн не уехал, а сидел в машине с закрытыми глазами в состоянии покоя. Через мгновение у него зазвонил телефон, это был звонок от Фэн Хао.

— В чем дело? — Сун Яньчэн нахмурил брови и спросил.

— Где ты? Хочешь выпить сегодня вечером? — Фэн Хао тоже был одинокой собакой. Как только наступали выходные, у него не было работы. Он мог только позвонить своим братьям, чтобы пойти куда-нибудь. Но он совершенно не ожидал, он спрашивал у всех своих друзей, и у каждого была девушка. Когда у него разрывалось сердце, Фэн Хао вдруг подумал о Сун Яне, который тоже был одиноким псом.

— Нет, — ответ Сун Яньчэна был лаконичным.

Фэн Хао на мгновение задумался, а затем громко сказал:

— Только не говори мне, что у тебя тоже есть девушка!

— Нет.

После того, как Сун Яньчэн ответил на его вопрос, у Фэн Хао не осталось времени на цинизм, так как Сун Яньчэн добавил:

— Однако у меня есть та, которая мне нравится.

Фэн Хао на другом конце был совершенно ошеломлен. Он не мог поверить, что человек, который мог сказать такое, был Сун Яньчэном. Он долго колебался, прежде чем спросить:

— ...ты Сун Яньчэн?

— Если тебе больше нечего сказать, я отключаюсь, — Сун Яньчэн не хотел больше говорить глупости с Фэн Хао.

— Подожди, подожди! Подожди минутку! — голос Фэн Хао был полон волнения. — Когда это произошло? Почему я не знаю об этом! Кто это, что за девушка, эта та из Академии Изящных Искусств, которая дразнила тебя на дне рождения?!

— Нет, — Сун Яньчэн решил послушать Фэн Хао.

Казалось, кто-то нажал на кнопку паузы Фэн Хао. На мгновение он замолчал. Он знал Сун Яньчэна уже несколько лет, и Сун Яньчэн был одним из нескольких людей в их окружении с самой чистой репутацией. Он явно был способен дурачиться и наслаждаться радостями жизни, но рядом с ним не было женщины. Фэн Хао однажды спросил Сун Яньчэна, и Сун Яньчэн тогда ответил на этот вопрос. Он сказал: «Зачем мне тратить свое драгоценное время на людей, которые не имеют значения?»

А теперь... появился кто-то важный для Сун Яньчэна?

Фэн Хао был искренне рад этому, а также выразил свою полную озабоченность.

— Я не буду спрашивать. Пожалуйста, скажи мне, когда захочешь поговорить. Неважно, какие у тебя проблемы с этой девушкой, если я могу помочь, просто спроси.

— Есть настоящая проблема, прямо сейчас, — Сун Яньчэн также почувствовал, что, похоже, у него это не очень хорошо получается. — После того, как она пригласила меня на ужин в полдень, я пригласил ее посмотреть фильм, а потом она сказала, что хочет спать, и пошла домой, так как же я могу пригласить ее на ужин?

«…»

Фэн Хао не переставал удивляться.

— Она пригласила тебя? Она пригласила тебя? Она пригласила тебя?

— ...да.

Фэн Хао окончательно взорвался. Он с сожалением сказал:

— Как ты можешь позволить девушке оплатить счет?! Скажи, ты хочешь стать знаменитым?! Если леди выложит это дело на Weibo, разве можно будет злиться!

Хотя Сун Яньчэн считал, что сначала было неправильно позволить Тун Цзя оплатить счет, Фэн Хао был слишком взволнован.

— Она настаивала на оплате счета, и я не хотел ее беспокоить.

Сун Яньчэн чувствовал, что если бы он поспорил с Тун Цзя о том, кто будет оплачивать счет, то Тун Цзя была бы расстроена.

Фэн Хао не мог позволить себе упасть на диван. Спустя долгое время он озабоченно сказал:

— Если эта девушка все еще хочет связаться с тобой, попроси бессовестно жениться на ней.

— Вернемся к делу, как я могу пригласить ее на ужин позже? — Сун Яньчэн был очень непредвзятым, спрашивая совета. В этом отношении у него действительно не было практически никакого опыта.

— Ты можешь пригласить ее на свидание в естественной и непринужденной манере. Если она захочет, то так будет лучше. Если она откажется, ты можешь купить фрукты и послать их ей. И да, ты можешь забронировать место прямо сейчас. Не жди ее ответа. В Weibo пишут, что самое неприятное — не знать, куда отвести ее поесть. Приходится договариваться обо всем заранее. По крайней мере, у тебя должно быть немного здравого смысла в сердце, — учитель Фэн искренне поделился своими знаниями.

Сун Яньчэн кивнул, хотя он говорил по телефону, но Фэн Хао, на другом конце, не видел его, поэтому он ответил:

— Да, я понял.

Фэн Хао спокойно положил трубку. В душе было чувство радости от того, что его свинья наконец-то отправилась собирать капусту.

П.п.: Pig finally going out to pick cabbage: в этой идиоме свинья представляет мужчину, а капуста — женщину. Таким образом, это означает, что мужчина встречает хорошую девушку.

Придя домой, Тун Цзя заснула и проснулась только в три часа. Выглянув в окно, она почувствовала, что прошла целая вечность. Несколько минут она была в оцепенении, потом встала и пошла в гостиную. Ее телефон завибрировал. Она вернулась в спальню и взяла телефон с прикроватной тумбочки. Она включила его, чтобы посмотреть, и не смогла удержаться от смеха.

[Нехорошо долго дремать после обеда.]

Тун Цзя быстро ответила на сообщение.

[Да.]

Кто бы мог подумать, что телефон зазвонит не менее чем через пять минут после отправки сообщения, и это будет звонок от Сун Яньчэна?

— Ты голодна? — как только раздался звонок, Сун Яньчэн первым делом спросила о еде.

...Было всего три часа.

— Нет.

Сун Яньчэн был разочарован, услышав такой ответ в машине, но вскоре вспомнила слова Фэн Хао.

— Ты хочешь пить?

Он уже купил много фруктов.

Раньше Тун Цзя считала, что Сун Яньчэн не имеет большого опыта в романтических отношениях. Но когда она спустилась вниз и увидела Сун Яньчэна с корзиной фруктов, ей пришлось пересмотреть свое мнение.

Корзина была большой, с лентами, обернутыми вокруг нее, и вид был настолько преувеличенным, что люди не могли не повернуть головы и не сделать вид, что не заметили ее.

— Я не знал, какие фрукты ты любишь, поэтому взял всего понемногу, — искренне сказал Сун Яньчэн.

Тун Цзя уставилась на Сун Яньчэна, не в силах понять, что она сейчас чувствует.

Очевидно, что он был типичным властным президентом, но опять же, он вел себя как натурал, переживающий свою первую любовь. Некоторое время Тун Цзя действительно не могла понять такой сюжет.

Они смотрели друг на друга, пока Тун Цзя не признала свое поражение.

— Я не могу столько съесть. Забери это домой.

Сун Яньчэн покачал головой. Его доводы были очень хороши, и он говорил красноречиво.

— Никто в моей семье не любит есть фрукты, а когда я их заберу, они будут выброшены. Тун Цзя, нехорошо выбрасывать фрукты.

Сердце Тун Цзя чуть не упало. Она никогда не видела, чтобы кто-то так преследовал женщину. Сун Яньчэн принес много яблок, апельсинов и много чего другого. Она могла бы даже поверить, что он купил огромную корзину фруктов, чтобы навестить пациента. Она не могла съесть это одна! Как бы ни рычал ее внутренний дьявол, она лишь вздохнула с безразличным видом и сказала:

— ...Хорошо, спасибо.

Сун Яньчэн был явно удовлетворен ее ответом. Уголки его губ слегка приподнялись. Он был очень счастлив.

Тун Цзя сама не была человеком с большим опытом. Когда она была за границей, у нее почти были отношения с парнями, к которым она испытывала чувства, но в итоге все закончилось ничем. Ее преследовали многие люди. Она прочитала много романов, но ее опыт реальной любви был практически нулевым. Отношения с Цинь Юэ тоже были очень простыми, то есть они каждый день ходили вместе в школу, и эта любовь не относилась к категории взрослых.

Она не могла сказать, была ли эта сторона Сун Яньчэна правдой или нет. Она не могла судить об отношении Сун Яньчэна на основании своих обширных абстрактных знаний.

Поэтому она не могла дать никакого конкретного ответа. Если бы это была сцена из романа, то он был только заинтересован в ней, и через некоторое время его энтузиазм пропал бы! Для человека с богатыми абстрактными знаниями в любви, перед лицом непреодолимого преследования, она могла быть только глупой.

— Она тяжелая. Я помогу тебе донести ее, — глаза Сун Яньчэна наконец-то переместились на корзину с фруктами, и он понял, насколько огромной была корзина, которую он купил. Маленькое тело Тун Цзя не могло ее выдержать.

Честно говоря, Сун Яньчэн ни о чем не думал, а просто любезно предложил помощь.

Однако выражение лица Тун Цзя немного изменилось. Это был тонкий и обычный трюк. Теперь она поняла, почему он пошел покупать такую большую корзину с фруктами: корзина была слишком большой, чтобы она могла ее поднять, поэтому он мог узнать номер ее комнаты, а затем снова прийти к ней.

Тун Цзя отказалась от своего прежнего суждения о Сун Яньчэне, что он новичок в романтических отношениях.

— Нет необходимости, — Тун Цзя решительно отказалась.

Сун Яньчэн с подозрением посмотрел на Тун Цзя. Она выглядела такой хрупкой. Неужели все в порядке? Однако он чувствовал, что совет Фэн Хао был полезен, ведь она не отказалась от этих фруктов, а это означало, что ей действительно нравится есть фрукты, и, похоже, в будущем он сможет часто их присылать.

— Давай сегодня поужинаем? — снова спросил Сун Яньчэн.

Он уже забронировал ресторан, который специально искал в интернете. Он заметил одну особенность, когда они сегодня обедали. Горячий горшок, который они ели раньше, был очень острым и ароматным. Похоже, Тун Цзя была неравнодушна к острой пище, поэтому он заказал сычуаньский ресторан с лучшими отзывами в городе А, надеясь, что она хорошо проведет время и в следующий раз снова пообедает с ним ^_^.

Стратегия, это была хорошо спланированная стратегия.

Тун Цзя уже поняла, что задумал Сун Яньчэн. Дать такую большую корзину с едой в три часа дня и плавно пригласить на ужин. По здравому смыслу, согласно правилам развития сюжета романов, именно она должна была пригласить его на ужин в обмен на такую большую корзину фруктов.

Раньше она читала на одном сайте, что если мужчина или женщина преследуют кого-то, они должны брать друг у друга романы. Таким образом, они могли обсуждать содержание романа, и это была отличная идея. Так получилось, что у Сун Яньчэна были другие планы. Приглашение поесть вместе, приглашение прийти и уйти. Люди считали еду своим приоритетом. В современном обществе люди разговаривали за обеденным столом, потому что беседа во время еды была самой приятной и расслабляющей.

Видя, что Тун Цзя ничего не говорит, Сун Яньчэн не стал долго думать и спросил:

— Я знаю один сычуаньский ресторан с хорошими отзывами. Давай попробуем сегодня вечером.

Сердце Тун Цзя дрогнуло. Она не была поражена, но чувствовалось что-то вроде «уверенности». Когда он предложил отведать сычуаньской кухни, он наверняка заметил, что она любит острую пищу. Разве может новичок в романтике обращать внимание на такие вещи?

Конечно, даже если Сун Яньчэн действовал стратегически грамотно, Тун Цзя не испытывала к нему неприязни. Она просто не знала, как реагировать. Если рассуждать с позиции стороннего наблюдателя, то Сун Яньчэн был высокопоставленным и авторитетным человеком, и ему нужна была такая же высокопоставленная и авторитетная особа, не говоря уже о финансовых возможностях. И в то же время быть осторожнее было необходимо. Если Сун Яньчэнь не имел таких качеств, то простые люди могли вступить с ним в контакт и попытаться наладить с ним дальнейшие отношения.

Тун Цзя считала, что достигла брачного возраста. Конечно, она не собиралась выходить замуж так рано. С наступлением подходящего времени, если она встретит хорошего и заботливого человека, то не помешает завязать отношения, верно? Тун Цзя снова посмотрела на искреннее выражение лица Сун Яньчэна и сразу все поняла.

Она не испытывала к нему ненависти. Он был очень красив. В таком случае, она подумает.

Хотя она не была уверена, что Сун Яньчэн действительно искренен, она могла гарантировать, что всегда будет осторожна.

Что ж, это было счастливое решение.

— Хорошо, — Тун Цзя кивнула и ответила.

Когда она была за границей, сокурсники-парни приглашали ее на ужин и в кино. Пока она была свободна, пока они ладили, она шла. Давая шанс другим, она давала шанс себе. Просто они хотели быть вместе или нет, что требовало периода понимания перед принятием решения.

В этом мире было не так много любви с первого взгляда. Любовь, которая приходит потом, — вот что представляет себе большинство отношений людей.

Сун Яньчэн был очень удивлен. Он действительно не умел умело говорить. По крайней мере, перед Тун Цзя он держался молодцом, но все равно нервничал. Он не знал, что делать, если бы она отказала, но теперь, когда она кивнула ему, его настроение так поднялось, что все небо прояснилось.

— Правда? — Сун Яньчэн боялся, что ослышался, но в то же время был взволнован и переспросил.

Тун Цзя посмотрела на него и сдержала улыбку. Она склонила голову и сказала:

— Для ужина еще рано. Почему бы тебе не вернуться, и мы встретимся в ресторане?

Сун Яньчэн хотел сказать, что будет ждать внизу, но не счел нужным это говорить, поэтому кивнул головой и заметил, что что-то не так. Он нахмурился и сказал:

— Я заеду за тобой. Во сколько ты хочешь поесть?

— Позже, сейчас только четыре часа.

Сун Яньчэн хотел сказать, что еще есть время и можно сходить в кино, но слова не шли на язык. Он подумал, что после выходных она несколько дней ходила на занятия, и, должно быть, очень устала и хочет хорошо отдохнуть.

Что ж, не будем об этом говорить.

Сун Яньчэн подумал и сказал:

— Я заеду за тобой позже, — он сделал паузу, его взгляд остановился на корзине с фруктами, и, поколебавшись мгновение, он сказал: — Лучше я помогу тебе донести эту корзину. Она немного тяжеловата.

В этот момент Тун Цзя захотелось сплюнуть. Было только четыре часа. Рано или поздно, но до следующего приема пищи оставалось всего два часа. С тех пор как Сун Яньчэн вернулся в резиденцию Сун, прошло уже более двух часов, а вся дорога заняла почти час. Должно быть, он хотел донести корзину с фруктами, поэтому хотел зайти к ней в дом и пробыть там два часа. Видимо, это было его планом.

Хотя она хотела попытаться начать отношения с Сун Яньчэном, она не хотела, чтобы взрослый мужчина, с которым она не была знакома, знал ее конкретный адрес, что было нерационально и небезопасно.

Думая об этом, Тун Цзя приложила большие усилия, чтобы поднять корзину с фруктами, и сказала:

— Нет, я могу это сделать!

Затем она с большим трудом пошла в общину с корзиной фруктов.

Сун Яньчэн смотрел на нее так, словно она была хомяком, несущим арахис. В этот момент он не смог удержаться от смеха.

Сун Яньчэн не стал ждать, пока Тун Цзя спустится, а поехал по окрестностям, чтобы убить время.

Он не знал, почему ведет себя так... странно.

Сун Яньчэн думал, что есть много других типов поведения, более неподобающих, чем его.

Просто он хотел, чтобы Тун Цзя сразу же приняла его чувства. В этом он был уверен. Сун Яньчэн припарковал машину возле озера. Он опустил окно и почувствовал приятный ветерок. Сун Яньчэн обдумывал несколько вариантов развития событий. Например, знал ли он Тун Цзя раньше?

Или что между ними произошло? Однако Тун Цзя была для него совершенно незнакомой, поэтому он отбросил эту возможность.

Можно было только сказать, что он не должен был контактировать с Тун Цзя раньше. В конце концов, он был на несколько лет старше Тун Цзя, а Тун Цзя несколько лет была за границей и вернулась совсем недавно, так что он не должен был ее знать.

Он проанализировал свои эмоции и чувства за последние два дня и, наконец, пришел к наиболее вероятному варианту: ему действительно нравилась Тун Цзя. Хотя он потерял память, это не означало, что его телесные инстинкты и предыдущий жизненный опыт исчезли. Сун Яньчэн все еще мог сказать, что ему нравится эта девушка, Тун Цзя. Его тело и подсознание не лгали.

С непредвзятой точки зрения, Тун Цзя действительно была красива. Не было никаких сомнений, что она понравится Сун Яньчэну. Она также понравилась бы и другим. Поэтому, с мужской точки зрения, он хотел бы преследовать Тун Цзя, пока не появился любовный соперник. Это было очень естественно.

Чем больше Сун Яньчэн думал об этом, тем яснее представлял себе свое идиотское поведение и намерения.

То есть, когда мужчина сталкивался с красивой девушкой, которая ему нравилась, он испытывал собственнические чувства, понятные обычным людям.

Вот и все.

Подумав об этом, Сун Яньчэн поехал к дому Тун Цзя. В районе Тун Цзя он заметил эксклюзивный магазин. Он припарковал машину на обочине дороги и быстро вошел внутрь. Молодая девушка подняла глаза от компьютера. Когда она увидела Сун Яньчэна, ее глаза загорелись. Она быстро встала, подбежала к Сун Янчэну и спросила, что ему нужно купить.

— Я просто хочу осмотреться, — Сун Яньчэн зашел в магазин, чтобы осмотреться. Увидев на полке ряд чудесных подушек, он выбрал Губку Боба. Почему он выбрал Губку Боба?

Возможно, потому что сегодня он заметил, что сумочка Тун Цзя тоже была с Губкой Бобом.

— Вы хотите купить также Патрика? — женщина, стоявшая позади Сун Яньчэна, была очень оживлена.

Сун Яньчэн был ошеломлен.

— Кто такой Патрик?

Теперь настала очередь женщины быть ошеломленной. Но, к счастью, благодаря своему профессионализму, она быстро вернула себе прежнее выражение лица и с улыбкой ответила:

— Он хороший друг Губки Боба. Как и чехлы для телефонов, Патрик и Губка Боб также являются подходящими продуктами. Но они просто хорошие друзья.

В дверь вошел еще один гость и рассмеялся над ее словами.

— Хорошо, тогда я куплю этого Пэта... — Сун Яньчэн сделал паузу. Он не помнил, как оно называется.

Что «Пэт»?

— Патрик, — консультант быстро пошла к кассе.

Сун Яньчэн последовал за ней, держа в каждой руке по подушке. Конечно, он никогда не видел Губку Боба. Причина, по которой он знал, что желтый — это Губка Боб, заключалась в том, что дворецкий дома Сун был поклонником Губки Боба. На его мобильном телефоне висел брелок с Губкой Бобом. Однажды Сун Яньчэн подслушал, как няня дразнила дворецкого, когда он спускался вниз, и сказала, что ему нравится Губка Боб, хотя он такой старый. Сун Яньчэн тогда это запомнил.

В шесть часов Тун Цзя спустилась вниз и увидела, что машина Сун Яньчэна все еще стоит у ворот общины, и рысью направился к ней. Сун Яньчэн вышел из машины и открыл ей дверь, а затем, убедившись, что она села, закрыл дверь.

Как только Тун Цзя села в машину, она обнаружила, что на заднем сиденье лежат две подушки, которые совершенно не сочетались с крутым стилем машины. Это были Губка Боб и Патрик. Она подсознательно обняла Патрика и положила его себе на колени. Сун Яньчэн увидел ее движения через зеркало заднего вида, и уголки его рта слегка приподнялись.

Ресторан сычуаньской кухни находился недалеко от квартиры Тун Цзя, но ехать до него было минут двадцать.

Сун Яньчэн передал меню Тун Цзя, улыбнулся и сказал:

— Я не очень хорошо умею заказывать еду, поэтому, пожалуйста, закажи для меня. Я не привередливый едок.

Посоветовавшись с Сун Яньчэном, Тун Цзя заказала несколько фирменных блюд. Сун Яньчэн посмотрел на нее и негромко спросил:

— Что ты любишь есть, кроме острой пищи?

Ему так хотелось узнать ее поближе.

— Я не очень привередлива в еде, если она не слишком странная, то я, в принципе, могу есть все.

После ответа Тун Цзя, Сун Яньчэн не знал, что сказать. Он посмотрел на соседний столик, где мужчина и женщина мило беседовали. Он не знал, о чем говорит мужчина, но женщина искренне смеялась.

Сун Яньчэн был раздосадован. Он хотел узнать Тун Цзя, но не знал, что сказать. Может, проверить ее регистрацию в доме*?

П.п.: Задавать прощупывающие вопросы.

Но Тун Цзя может рассердиться! Ситуация была настолько плачевной.

Тун Цзя, естественно, заметила молчание Сун Яньчэна. Раньше в университете ее преследовали богатые представители второго поколения. В отличие от Сун Яньчэна, эти отпрыски второго поколения были очень разговорчивы, и ледоколы им не требовались.

Поэтому Тун Цзя никогда не беспокоилась о тишине во время еды с противоположным полом. Поскольку она никогда не заботилась об этом, конечно, она не была хороша в этом.

Но что же ей теперь делать!

Сун Яньчэн тоже молчал. По крайней мере, они не должны поддерживать это неловкое молчание, верно?!

Тун Цзя терпела и терпела, копаясь в своем мозгу и вспоминая те времена, когда она ужинала с парнями и ходила на свидания в парк. Промолчав почти пять минут, Тун Цзя взяла на себя инициативу и спросила:

— Что ты обычно любишь делать?

Неплохо было поговорить об увлечениях.

Сун Яньчэн тут же оживился и снова стал похож на замороженный баклажан*. Когда он задумался об этом, оказалось, что у него нет никаких увлечений, и он ничего не помнил после того, как очнулся. Каждый день он занимался только делами и работой. Если бы он сказал правду, Тун Цзя определенно почувствовал бы скуку, верно?

П.п.: Отсутствие энергии и вялость.

— Читаю книги.

Просмотр контрактов и принятие решений также считались чтением книг, верно?

Тун Цзя: «...»

Продолжать было невозможно. Он хотел поговорить о знаках зодиака?

Сун Яньчэн, конечно, мог придумать несколько хобби, но, глядя в глаза Тун Цзя, он не мог солгать и только прошептал:

— Думаю, прогулки с тобой — тоже мое хобби.

Тун Цзя, которая все еще чувствовала себя неловко, была шокирована его словами.

— На самом деле я очень скучный человек. Раньше каждый день был только в офисе или дома. Иногда было даже некогда идти на ужин. С тех пор как меня выписали из больницы, сегодня это мой первый выходной, — медленно сказал Сун Яньчэн. Он немного нервничал, его ладони вспотели. Чем больше он находился с Тун Цзя, тем счастливее становился, но одновременно с радостью он испытывал разочарование и беспокойство, и не знал, что сказать. Он не знал, что сказать, чтобы она почувствовала, что он ей интересен.

Тун Цзя подумала о его, казалось бы, случайных темах для разговора, когда она пила горячий чай в полдень сегодня. Глядя на его выражение лица, она вздохнула, но все равно улыбнулась.

Глядя на Тун Цзя, уставшее сердце Сун Яньчэна тоже вздохнуло с облегчением.

В корпорации Сун или в резиденции Сун ему не нужно было проявлять инициативу, чтобы с кем-то общаться, потому что в сердцах подчиненных он был холодным начальником.

Тун Цзя могла поручиться, что Сун Яньчэн не разбирался в знаках зодиака. Возможно, он даже не знал, какой у него знак зодиака, а Тун Цзя, которая тоже не умела общаться с людьми, не знала, о чем говорить.

Она думала, думала и наконец вспомнила о сплетне, которую Шэнь Шуцзюань рассказал ей некоторое время назад.

Ей вдруг стало любопытно, и она неуверенно спросила:

— А почему бы нам не поговорить об индустрии развлечений? Ци Чэнь — твоя бывшая девушка?

Сун Яньчэн смутился.

— А? Что?

...Он прикидывался дурачком?

Тун Цзя, в конце концов, тоже была обычным человеком. А теперь перед ней сидел парень актрисы, о котором ходили сплетни. Она тоже была заинтересована.

После того, как Тун Цзя адаптировалась к жизни за границей, она не забыла зарегистрировать аккаунт в Weibo, обращая внимание на многих развлекательных блогеров, и каждый день у нее было много сплетен.

[818 Первая любовь кинокороля и бывшая жена.]

[818 Невероятная история любви артиста]

[Надо ли запретить изменщика, бросившего разорившуюся жену]

[Ситуация с тюрьмами в индустрии развлечений]

Вот комментарии Тун Цзя под этими сплетнями:

-Ха, ха, ха, я знала, что он не хорош!

-Жену жалко, но это тоже хорошо, держаться подальше от изменщиков!

-Боже, как мне нравится это маленькое свежее мясо _ (:з) ∠) _

Подводя итог, можно сказать, что сплетни были выгравированы в костях Тун Цзя. Она задала этот вопрос не из ревности и не желая узнать историю любви Сун Яньчэна, а просто... посплетничать.

— Я просто спрашиваю, я никому не скажу, — Тун Цзя сделала серьезное лицо.

---

Автору есть что сказать:

Нет такой дамы, которая не любит сплетни, верно! Хахахахаха

ФЛ не ревнует, она просто хочет посплетничать _ (:з»∠)_.

Но наш МЛ ошарашен.

Сун Яньчэну все еще требовалось много времени, чтобы вспомнить Ци Чэнь. Он почти забыл, что в мире существовал такой человек. Взглянув в ясные глаза Тун Цзя, он увидел, что они жаждут сплетен. Он был поражен и мог только молчать.

В глазах Тун Цзя это молчание было равносильно признанию. Она вздохнула в своем сердце. Похоже, что блоггер, за которым она следила, был прав: бывшим Ци Чэнь был Сун Яньчэн.

— Нет.

Как раз перед тем, как Тун Цзя взяла палочки и приготовилась что-нибудь съесть, Сун Яньчэн внезапно отреагировал, его лицо с готовностью продемонстрировало отказ.

Рука Тун Цзя, державшие палочки, задрожала. Она ошарашенно посмотрела на Сун Яньчэна.

— Все не так, я не имею с ней ничего общего, извини, — Сун Яньчэн разобрался со своим выражением лица и серьезно сказал: — Я сначала не отреагировал не потому, что в моей голове рождалась ложь, а потому, что я действительно не помнил, кто такая Ци Чэнь, извини.

Он не имел ничего общего с Ци Чэнь, что было подтверждено, когда он был в больнице.

Еще раньше Фэн Хао подшучивал над ним, говоря, что Ци Чэнь тратит много времени, чтобы захватить крепость.

Тун Цзя выглядела удивленной.

— Нет, правда?

Подтвержденный аккаунт блоггера в Weibo также имел несколько размытых изображений вместе с некоторыми подсказками из Weibo Ци Чэнь. Трудно было поверить, что у Ци Чэнь не было таких отношений с Сун Яньчэнем.

Сун Яньчэн решительно кивнул и ответил:

— Правда. Она приходила ко мне один раз, когда я лежал в больнице, но... она даже не моя подруга, и с тех пор мы больше не встречались.

Его впечатление о Ци Чэнь было не очень хорошим. Однако Сун Яньчэн все же не мог обругать Ци Чэнь перед Тун Цзя, чтобы прояснить свои отношения с ней.

Тун Цзя смотрела на Сун Яньчэна с искренним выражением лица. В глубине души она понимала, что все эти скандалы и сплетни — лишь слухи. В то же время, даже если Сун Яньчэн лгал, она могла его понять. Однажды, когда ее преследовал старшекурсник, он искренне поклялся, что был влюблен всего один раз. Позже она узнала, что он менял подружек раз в месяц.

Вначале и мужчины, и женщины притворялись.

Тун Цзя также искренне кивнула.

— Эн~, я понимаю.

Независимо от того, притворялся он или нет, она не могла разрушить сцену. Таким образом, они могли приятно пообщаться.

— Это правда!

Хотя выражение лица Тун Цзя было искренним, Сун Яньчэн не чувствовал, что она действительно верит ему. В этот момент он тоже забеспокоился и внезапно встал. Люди за двумя соседними столами подняли головы, не понимая, что здесь произошло.

Сун Яньчэн уперся обеими руками в обеденный стол и защищался праведными словами.

— Я не лгал тебе. Поверь, у меня действительно не было с ней таких отношений.

Он не мог точно сказать, в чем причина. До этого ужина он не встречал людей, которые дразнили его. Сун Яньчэну было все равно, и он не потрудился объяснить, но сейчас он не хотел, чтобы Тун Цзя поняла его неправильно. На фоне ее вроде бы искреннего, но непринужденного ответа, в его сердце зародилось сомнение.

Он действительно не имел ничего общего с Ци Чэнь, почему же она ему не поверила?

Такое недовольство, похожее на недоумение детей, когда они воруют сахар, заставило Сун Яньчэна несколько опешить.

Тун Цзя ошарашено смотрела на Сун Яньчэна. Она не могла понять, почему он так вспылил. Она задумалась и понизила голос.

— Не мог бы ты сначала присесть?

Придя в себя, Сун Яньчэн сел. Его лицо покраснело. Что он только что сделал?

— Я действительно тебе верю, — Тун Цзя естественно и старательно успокаивала Сун Яньчэна. Она мягко сказала: — Я прочитала все сплетни на Weibo. Теперь я действительно знаю, что у тебя нет никаких отношений с ней.

Выслушав ее, Сун Яньчэн тоже растрогался, и выражение его лица значительно смягчилось. Он по-прежнему пристально смотрел на Тун Цзя и сказал:

— Я не буду тебе лгать.

Услышав это, Тун Цзя была ошеломлена и тут же улыбнулась.

— Ну, хорошо.

— Могу я посмотреть Weibo? Тот, в котором обсуждались мои отношения с этой женщиной, — снова спросил Сун Яньчэн.

Он хотел посмотреть, что говорят другие. Он также хотел узнать. Если были какие-то детали, которые он не заметил раньше, то впредь он будет обращать на них внимание. Сун Янчэну было очень важно мнение Тун Цзя. Из-за ее непонимания его связи с Ци Чэнь он чувствовал себя неловко. Это было похоже на... на что? Сун Яньчэн пытался подобрать слово. Как будто его чувства подвергались сомнению. Это было очень странно. Почему он так себя чувствовал?

Тун Цзя подумала, что Сун Яньчэн был немного серьезен. Однако, если подумать, возможно, Сун Яньчэн был человеком, который любил серьезность. Большинство успешных людей любят держать все под контролем. Она быстро почувствовала облегчение и все поняла. Она достала из сумки мобильный телефон и открыла Weibo, за которым следила, а затем передала его Сун Яньчэну.

— В кругу развлечений есть как правдивые, так и ложные истории. Возможно, я была слишком увлечена сплетнями; мои манеры были действительно неправильными. Надеюсь, ты не возражаешь, — на этот раз Тун Цзя говорила правду.

Сун Яньчэн прочитал длинный Weibo. Репортер сфотографировал, как он и Ци Чэнь один за другим входят и выходят из отеля. Он попытался вспомнить это. До этого он участвовал в туристической поездке, которую организовал его секретарь. Однажды вечером был ужин, и его пригласили в этот отель. Что касается того, встречался ли он с Ци Чэнь или нет, он не мог вспомнить.

В будущем он должен был присматривать за этим. Сун Яньчэн выразил свои чувства в сердце. Он вернул мобильный телефон Тун Цзя и спросил:

— Как использовать Weibo?

— Ты просто скачиваешь приложение, а затем регистрируешься. Сигнал wifi здесь не очень хороший, ты сможешь скачать его, когда вернешься.

Сун Яньчэн склонил голову и открыл телефон. Через некоторое время он поднял голову.

— Я уже зарегистрировался, могу ли я подписаться на твой аккаунт?

...Он, должно быть, загрузил его с помощью данных, какой богатый человек.

Тун Цзя назвала ему свое имя пользователя Weibo. Она обновила его, и, конечно, у нее появился еще один поклонник. Он выглядел как зомби.

Она хотела спросить его, есть ли у него WeChat или что-то в этом роде, но вдруг подумала, что если у него его нет, то ему придется скачивать его с помощью данных, так что пока не стоит его спрашивать.

После почти часовой трапезы на улице все еще оставалось много людей, ожидающих своей очереди. Тун Цзя решила уйти и дать людям снаружи поесть пораньше. Сун Яньчэн подозвал официанта, чтобы оплатить счет. Тун Цзя спросила:

— Могу ли я использовать купон Groupon?

Официант передал счет Сун Яньчэну.

— Вы можете использовать его. Однако за один раз на один столик можно использовать только два купона Groupon.

— Что такое Groupon? — Сун Яньчэн был похож на любопытного ребенка.

Тун Цзя зашла на сайт Groupon, поискала название магазина и обнаружила, что там есть ваучеры Groupon, которые можно купить. Когда она купила их, то ответила, не поднимая глаз:

— Их можно купить на ужин и просмотр фильмов, что позволяет сэкономить деньги. Это очень экономично, вот посмотри. Сейчас это ваучер на сто юаней. Если я куплю его сейчас через интернет, мне понадобится всего восемьдесят юаней, так что я смогу сэкономить сорок юаней, если куплю два.

— Я уже купила его, так что позволь мне оплатить счет в этот раз, — Тун Цзя так и планировала, а Сун Яньчэн уже прислал ей сегодня такую большую корзину фруктов, так что она должна угостить его этим блюдом.

Сун Яньчэн взял счет и посмотрел на него. Сумма была 310.

— Нет, я сам.

В конце концов, Тун Цзя не смогла его уговорить. Она написала номер купона на бумажке.

Официант сказал, что Сун Яньчэну нужно подойти к кассе, чтобы проверить ваучеры. Сун Яньчэну показалось, что это очень интересно, и он пошел к кассе. Когда он держал в руках карточку и ждал, пока девушка на кассе проверит номер, его поприветствовал мужчина средних лет в формальной одежде.

— Президент Сун?

Сун Яньчэн оглянулся. Он не узнал стоящего перед ним человека, но только кивнул с улыбкой.

— Эй, почему вы не предупредили меня заранее, когда пришли сюда поесть? — мужчина средних лет дружелюбно рассмеялся.

— Все в порядке. Это была просто еда, — Сун Яньчэн повернулся к кассиру, который выглядел испуганным, и сказал: — Могу я использовать свою карту?

Услышав это, мужчина средних лет сдержал улыбку и нахмурился на кассира: «Ты что, не видишь?!» Затем он снова улыбнулся Сун Яньчэну.

— Президент Сун. Ну же, если вы пришли в мой ресторан поесть и должны заплатить, разве это покажет мое уважение?

Сун Яньчэн был осторожен. Однако он также чувствовал, что нехорошо суетиться из-за небольшой суммы денег. Он беспомощно кивнул в знак благодарности и вернулся за свой столик. Мужчина средних лет блаженно потирал руки. Сначала он думал пойти за ним, но потом решил, что достаточно того, что Сун Яньчэн видел его лицо. Не стоит испытывать судьбу.

— Босс... — маленькая девочка у кассы робела. Она только что проверила номер в компьютере и чуть не расплакалась. Когда она увидела босса вот так, она поняла, что он — большая шишка. Ее ведь не уволят, правда?

— Что?

— Гость только что... он использовал купон Groupon, и он был успешно проверен, — ее действительно собирались уволить? ТАТ

Мужчина средних лет почти не мог поверить своим ушам.

— Groupon?!

Сун Яньчэн использовала групповой купон на 150 человек в ресторане?!

(╯‵□′)╯︵┻━┻

Автору есть что сказать:

Оставьте комментарий, и мы оба будем счастливы [Улыбка]

На самом деле, Тун Цзя не испытывала недостатка. Отец Тун всегда придерживался принципа, что дочь никогда не должна сталкиваться с финансовыми трудностями. Поэтому с детства она никогда не испытывала недостатка в деньгах. В старших классах она увидела в магазине пальто, которое ей очень понравилось. Даже когда цена превышала ее бюджет, она смогла купить его, не изменившись в лице. После поездки за границу она изменила эту привычку потребления. Она не понимала, как трудно зарабатывать деньги, пока не стала работать самостоятельно.

Возможно, люди были такими, потому что они никогда не трудились и свободно тратили деньги своих родителей. Только когда они зарабатывали деньги, они понимали, что нужно экономить.

Хотя она только что вернулась в Китай, она уже давно знала о существовании сайтов Groupon. Теперь она могла покупать больше, когда ела, что очень радовало Тун Цзя.

Она подумала, что так будет удобнее.

Сун Яньчэн хотел отплатить Тун Цзя, но знал, что это будет неуместно, поэтому пришлось сдержаться. Он подумал, что в следующий раз сможет заплатить за ужин.

Надо сказать, что мнение Сун Яньчэна было очень разумным. Если бы он поговорил с Тун Цзя о возврате денег, она бы подумала, что Сун Яньчэн просто смешон. Возможно, она бы больше не захотела ужинать с таким человеком.

Сун Яньчэн хотел прокатить Тун Цзя на машине, но, увидев ее усталое лицо, заставил себя отказаться от этого предложения и довез ее до подъезда жилого дома. Когда Тун Цзя собралась уходить, он остановил ее.

— Я не уверен, понравилось тебе или нет, но я все еще надеюсь, что мы сможем снова поужинать вместе.

— Конечно. Спокойной ночи.

Тун Цзя не осмелилась больше отвечать на вопросы. После этого она быстрым шагом вошла в жилой дом.

Пока она не дошла до лифта, Тун Цзя была рассеянной. Тун Цзя никогда не мечтала быть похожей на Золушку. В прошлом ее преследовали богатые представители второго поколения. Но... все было по-другому. Уровень был совершенно другим. Она всегда думала о том, что найдет обычного человека, с которым проведет свое будущее. Обычно она не была близка с таким властным президентом, как Сун Яньчэн. Втайне от него ей было приятно представить себе историю в стиле Мэри-Сью. Однако как она могла осмелиться подумать, что такое может случиться с ней?

Тун Цзя чувствовала себя так, словно попала в чужой сад.

Сун Яньчэн тоже уехал, пробыв внизу некоторое время. Сегодня был приятный день. За исключением небольшого эпизода, он вспомнил женщину средних лет, которую они встретили сегодня в полдень, и выражение лица Тун Цзя после ее ухода. Сердце Сун Яньчэна защемило при этой мысли, но он тут же приободрился. У каждого человека есть прошлое. Наверное, и у него оно было, но он просто забыл. Возможно, он тоже был влюблен, так что в этом нет ничего страшного.

Он не мог участвовать в прошлом Тун Цзя, но мог как можно лучше узнать ее будущее.

Тун Цзя только что умылась, но не успела она сесть за стол, как ей позвонила Е Цзяи. Она пожаловалась Тун Цзя.

— Не могу поверить! Сегодня я встретила человека, которого мне представил дядя. Я красиво оделась и договорилась с ним о встрече в ресторане, но оказалось, что ресторан переполнен! Тебе не кажется, что с ним что-то не так?! Почему бы не забронировать столик перед свиданием заранее? Ладно, давай забудем об этом. Он предложил пойти в другой ресторан, и знаешь что? Он тащил меня всю дорогу, чтобы я села на автобус. Сегодня я надела новые туфли, и мои ноги покрылись волдырями!

— Я хотела сказать ему, что мы можем взять такси в тот же момент, и что я заплачу за это. Но я терпела, лишь бы он не потерял лицо.

После того, как Е Цзяи надулась, она сказала шепотом:

— Тун Цзя, это потому, что я слишком многого требую от мужчин? Неужели я не могу найти того, кто меня устроит?

Тун Цзя подумала о Сун Яньчэне. Он казался неуклюжим, желая приложить все силы, чтобы понравиться ей. Он подготовил ужин в хорошем ресторане, а также проводил ее домой.

Вспомнив, что она все еще разговаривает по телефону, Тун Цзя поспешила вернуться к теме, чтобы утешить ее.

— Ты его еще не встретила. У каждого есть кто-то для него, одна дырка для каждой редиски. Ты встретишь того, кто будет хорошим и подходящим для тебя.

— По одной дырке на каждую редьку? — Е Цзяи пробормотала и повторила, а затем рассмеялась. Затем она догадалась. — Ты такая испорченная.

П.п.: Одна дырка для каждой редьки означает, что у каждого человека есть цель, и он встретит свою судьбу, несмотря ни на что. Что касается того, почему она смеялась… ну вы знаете >///

— Что? — Тун Цзя потеряла дар речи.

Она всегда верила, что в этом мире она встретит того, кто ей подойдет, и этот человек состарится вместе с ней. Тун Цзя каждый день жила очень активно и старательно. Она хотела сделать себя немного лучше, немного удачливее. А всю накопленную удачу использовать для того, чтобы встретить нужного человека.

Она не влюблялась, но все еще верила в это. В противном случае, когда человек влюбится, разве не будет неловко?

Как только она положила трубку, телефон снова зазвонил. На этот раз это был отец Тун. Тун Цзя удивилась. Ее родители в это время должны быть в стране снов, не так ли?

Она неосознанно взяла трубку. Отец Тун сказал:

— Цзяцзя, отцу только что звонил мой бывший одноклассник. Ты еще помнишь Сяо Ань?!

— Не помню, — ответил аТун Цзяцзя, и вдруг у нее появилось плохое предчувствие.

— У Сяо Ань сейчас хорошее будущее. Теперь он преподаватель университета.

— Хорошо, — предчувствие становилось все сильнее и сильнее.

— Сяо Ань — очень хороший человек. Его родители — честные люди. У них хорошие семейные условия. Он — хорошая пара для тебя. Мы с его отцом договорились. Как насчет того, чтобы встретиться с ним в следующую субботу? В любом случае, вы двое знаете друг друга с детства. Вы можете стать новообретенными друзьями.

Тун Цзя была беспомощна.

— Папа, я пока не хочу идти на свидание вслепую...

Это, должно быть, поворот к лучшему. После того, как Е Цзяи получила свидание с мужчиной, ее отец позвонил, чтобы договориться о свидании вслепую для нее.

Отец Тун и мать Тун по очереди уговаривали ее. В конце концов, Тун Цзя ничего не оставалось, как согласиться. От одной мысли о встрече у нее разболелась голова.

Сяо Ань... У нее не было никакого впечатления о нем.

В это же время Сун Яньчэн сидел в своей комнате и просматривал Weibo Тун Цзя. Он находил это увлекательным. Сам того не зная, он долгое время наблюдал за происходящим. Из Weibo Тун Цзя он узнал, что она любит наслаждаться вкусной едой, а также предпочитает делиться советами по красоте. Ей также нравились мужчины-боги и новые идолы. Конечно, она также любила читать сплетни.

Сун Яньчэн подпер подбородок левой рукой, а правой прокручивал страницу. Даже он сам не знал, насколько нежным было его выражение лица в данный момент.

[Мне очень нравится Ван Кайчжи! Его актерское мастерство становится все лучше и лучше. Его ценность становится все выше и выше. Надеюсь, я выиграю приз! Я попрошу фото с автографом нашего Кая! [Поцелуй][Поцелуй]]

Похоже, что приз уже был разыгран. Приз оказался фотографией с автографом Ван Кайчжи.

Он улыбнулся. Он не ожидал, что у Тун Цзя будет такая сторона. В его глазах она становилась все более наивной и детской.

Он прокрутил еще немного вниз!

[В некотором смысле я понимаю, но может ли Пэн Ми быть с Хао Ханом! Искать правду в фактах — та еще морока. Это реклама нового фильма, или они общались восемь лет?]

Сун Яньчэн прищурился. Он задумался на мгновение, а затем позванил Фэн Хао.

Как только Фэн Хао взял трубку, он крикнул:

— Ну все, хватит. Ты звонишь мне сейчас. Похоже, у тебя тоже нет сексуальной жизни. Это не круто! Разве ты не ходил на свидание с девушкой?

Сун Яньчэн нахмурился и проворчал:

— По правде говоря, ты должен помочь мне сделать две вещи.

Редко можно было услышать, как Сун Яньчэн просит о помощи. Фэн Хао внезапно воспрянул духом.

— Что, что!

— Во-первых, достань фотографию с автографом Ван Кайчжи.

Фэн Хао удивился:

— Зачем? Корпорация Сун собирается открыть развлекательную компанию?

Сун Яньчэн проигнорировал его и продолжил.

— Во-вторых, узнай, вместе ли Пэн Ми и Хао Хань.

Фэн Хао был в полном недоумении.

— Кто с кем?!

Сун Яньчэн не собирался скрывать эти вопросы от Фэн Хао. Его тон был полон любви, но он не был направлен на Фэн Хао:

— Ей нравится Ван Кайчжи, и она хочет получить его фотографию с автографом. Она также хочет знать о Пэн Ми и Хао Хане. Сделай эти две вещи быстро, и у меня будет тема для разговора с ней в следующий раз.

Фэн Хао на мгновение окаменел.

— Похоже, у меня появился еще один босс.

Автору есть что сказать:

Некоторые читатели ответили, что ML немного глуповат.

Пожалуйста, простите меня за то, что я новичок, который еще не был влюблен. Я тайно люблю других на протяжении многих лет. Даже если я ничего не помню, я не могу изменить идиотизм в своих костях.

Однако я обещаю, что ML будет делать это только в присутствии FL, а в присутствии других его IQ будет в порядке.

Он все еще очень наивный старшеклассник в плане чувств → _ → →

Ранним утром в понедельник Тун Цзя почти проспала. Она торопливо оделась, сделала легкий макияж и вышла на работу. Она жила недалеко от школы. Автобус ходил прямо до школы. Как только Тун Цзя вышла из автобуса, она встретила своего коллегу Чжан Пинфэна, учителя физики пятого класса. Он сидел у окна, помахав ей рукой, уступил свое место Тун Цзя.

Чжан Пинфэн был элитным учителем в школе. У него были большие глаза с кустистыми бровями, правильные черты лица и очки в черной оправе. Он выглядел как полный ботаник. Люди часто принимали его за преподавателя китайского или английского языка.

Тун Цзя была новичком в этой школе, а другие учителя были ее старшими, которые также хорошо о ней заботились.

— Ты живешь в этом квартале? Я не встречал тебя раньше. — спросил он, когда Тун Цзя села.

Чжан Пинфэн держал в одной руке портфель, а в другой — пластиковый пакет, в котором было молоко и бутерброды. Должно быть, это его завтрак,

— Я переехала сюда позавчера. До этого я жила в старом городе. Мне приходилось каждый день пересаживаться на другой автобус. После стольких проблем я переехала сюда.

— Я также снял здесь квартиру, потому что это было очень близко.

Тун Цзя считала, что ей очень повезло. Она встретила подругу, которая хотела снять дом. Она прочитала об этом в Интернете. На ту сумму, которую она платит сейчас, можно снять только большую однокомнатную квартиру.

Чжан Пинфэн улыбнулся и сказал:

— Изначально я хотел снять жилье рядом со школой, но аренда слишком дорогая. Теперь я должен начать копить на свадьбу.

Тун Цзя все поняла. Чжан Пинфэн был на несколько лет старше ее. Они обычно уютно беседовали в офисе. Услышав это, Тун Цзя поняла ситуацию Чжан Пинфэна:

— Ты планируешь жениться?

— Да. Но никому об этом не говори. Я угощу всех ужином, когда будет назначена дата.

Тун Цзя уже слышала слова другого учителя. Чжан Пинфэн и его девушка были друзьями детства, но его девушка пошла в среднюю техническую школу из-за некоторых проблем, а также потому, что мать Чжан Пинфэна никогда не любила ее и считала, что девушка недостойна ее сына.

Сейчас, похоже, Чжан Пинфэн все еще держался и был на правильном пути.

Через 20 минут автобус остановился у входа в школу. Тун Цзя и Чжан Пинфэн вошли в школу бок о бок. Когда они дошли до учебного корпуса, Чжан Пинфэн хлопнул себя по лбу, а затем порылся в портфеле. Он нашел два ваучера на посещение кино, передал их Тун Цзя и сердечно улыбнулся,

— Этот ваучер скоро истекает. Мы с моей девушкой так и не нашли времени посмотреть фильм. В это время у нее в больнице много работы. Возьми его, хорошо? Одному идти неинтересно.

— Как я могу? — Тун Цзя поспешно пожала руку.

Чжан Пинфэн беспомощно пожал плечами:

— Я тоже хочу посмотреть, но у нее нет времени. В любом случае, в моих руках это пустая трата. Лучше я отдам его тебе.

Тун Цзя не могла ему возразить, поэтому ей оставалось только взять его. Ей не хотелось говорить, что она тоже одинокая собака. Ах, стоит забыть об этом. Можно пойти и посмотреть с Шэнь Шуцзюань или Е Цзяи. Она посмотрела на название – это были фильмы.

Е Цзяи тоже жаловалась ей раньше. Она сказала, что отношения между коллегами в ее компании слишком сложные. В отделе была одна интриганка. Тун Цзя не знала, что такое большая компания, но обстановка и отношения в этой школе были очень простыми, поэтому она чувствовала себя очень комфортно.

Ученики младших классов тоже были очень нелепыми. Им обычно нечем было заняться. Помимо того, что они подшучивали над кем-то, кто был тайно влюблен в кого-то, они также любили копаться в сплетнях учителей. Они не были такими невежественными, как ученики начальной школы в их возрасте, и не испытывали сильного давления, как ученики старшей школы. Их жизнь была довольно легкой. С тех пор как корейские драмы появились на материке, даже первоклассники начали понимать, что держание за руки и поцелуи не приводят к беременности.

Сплетник 5-го класса Ван Кан таинственно вошел в класс. Он засунул свою сумку за парту, открыл книгу, чтобы прикрыть лицо, и повернулся, чтобы поболтать с девочкой за партой сзади.

— Угадай, что я только что видел?

Девочка, Ци Люхай, продолжавшая писать заметки, не поднимая головы, равнодушно сказала:

— Призрака.

— Ты скучная! Я видел, как учитель Тун пришла на работу с учителем Чжан!

Кончик носа Ван Кана был покрыт мелким потом. Он выглядел взволнованным.

— Они приехали на автобусе вместе!

Девочка, Ци Люхай, перестала писать. Она медленно посмотрела на Ван Кана:

— ...О чем ты говоришь?

Она была представительницей класса английского языка. Обычно у нее были хорошие отношения с Тун Цзя. Естественно, она не могла слушать чужие сплетни о Тун Цзя.

— Если я солгал тебе, то я — собака! — Ван Кан разволновался. Он был не против того, чтобы другие говорили, что его оценки не очень хорошие. Они могли сказать, что он некрасив, но они не могли поставить под сомнение его стремление стать профессиональным репортером развлекательных программ.

Ци Люхай не собиралась с ним спорить. Бросив на него презрительный взгляд, она опустила голову и продолжила молча писать.

Но нежный мальчик в очках рядом с Ван Каном не мог не спросить:

— Что случилось?! Ты говоришь, что учитель Тун с учителем Чжаном?

— Скорее скажи мне, я умираю от любопытства!

— Как профессиональный журналист, я обязан рассказать вам только то, что видел. Что касается моих умозаключений, я не скажу вам без доказательств, — Ван Кан достал из ящика стола пачку бумажных полотенец, вытер пот со лба и торжественно произнес.

Он хотел стать успешным и качественным журналистом. Даже если он подозревал, что у учителя Тун действительно был роман с учителем Чжаном, мог ли он сказать такое?

Мальчик в очках нахмурился:

— Но я слышал, что у учителя Чжана есть девушка. Она уже приходила в школу, чтобы найти его. Я видел их.

Как раз в этот момент подошел мальчик, который использовал гель для волос, чтобы уложить свои волосы. Он также побрызгался мужским парфюмом. Услышав разговор, он поджал губы, положил руку на плечо мальчика в очках и пошутил:

— Топпер, неужели полезно учиться сплетням? — он встал и взъерошил волосы очкарика. Прежде чем мальчик рассердился, он вздохнул и сказал: — Все слишком просто. Красота нашего учителя Тун наравне с богиней. Сердце обычного мужчины дрогнет от одного ее взгляда. Кроме того, люди могут разводиться после свадьбы, а могут расставаться, когда у них есть девушки.

— Не говори так, — Ци Люхай отложила ручку и сказала с холодным лицом: — Не говорите о делах учителя, пожалуйста, уважайте учителя Тун.

Подобные слухи, даже если они были ложными, как только они выходили наружу — посторонний человек, не зная, в основном обвинит женщин.

Вэй Чуань почувствовал такую скуку, что развел руками и вернулся на свое место.

Сун Чи сидел у окна. Он лежал на столе, вяло перелистывая страницы своих книг. Синдром понедельника распространялся не только на офисных работников, но и действовал на учеников. После двухдневного веселья Сун Чи не мог собраться с духом, чтобы заняться учебой.

Когда Вэй Чуань проходил мимо, Сун Чи почувствовал запах его одеколона. Он тут же закрыл книгу, сердито повернул голову и сказал:

— Твой одеколон убивают меня.

У Вэй Чуаня и Сун Чи были очень хорошие отношения друг с другом. Они сидели в ряд за своими столами. Когда Вэй Чуань сел, он достал влажную салфетку и протер свои любимые туфли:

— Только что репортер Ван сказал, что видел, как учитель Тун и учитель Чжан вместе вошли в школу, также приехали в одном автобусе. Скажи мне, почему мои родители так плохо старались? Если бы я родился на несколько лет раньше, то учительница Тун была бы моей девушкой.

Сун Чи, на лице которого изначально было написано «не интересно», услышав его слова, вдруг встал, чем привлек внимание своих одноклассников. Он быстро сел обратно. Он был ошеломлен и сразу же сказал:

— Учитель Тун с учителем Чжаном?! Как это возможно!

Он молился богу. Сун Чи всерьез считал Тун Цзя невесткой и был счастлив.

Сун Чи знал, что его брату очень нравится учительница Тун, иначе он не предложил бы проводить ее домой и не стал бы расспрашивать его о том, что происходит в школе.

Вэй Чуань отбросил мокрую салфетку в сторону и с удовлетворением посмотрел на свой вычищенный ботинок. Затем, посмотрев на Сун Чи, и неторопливо сказал:

— Эти глаза старшего брата, который смог отличить эстетическую красоту, признают Тун Цзя. Учитель Чжан, будучи готовым к одиночеству, определенно думает так же, как и я. Хотя эти двое сейчас могут быть обычными коллегами, они могут видеть друг друга каждый день. В конце концов, они влюбятся друг в друга. У нас есть только одна жизнь!

— Нет! — Сун Чи чуть не закричал от волнения.

Казалось, несмотря ни на что, он должен был найти способ наладить контакт старшего брата с учителем Тун.

П.п.: Здравствуйте, мои дорогие читатели. Это ваш милый переводчик. Итак, мы попали в официальную VIP-зону оригинальную книги. Практически это означает, что оригинальные главы будут длиннее, например, 6k+ или более слов. Предыдущие главы были от 1.6k до 2k слов. Эти главы очень длинные, поэтому мы будем делить их!)

Наконец-то он мог сделать что-то для своего старшего брата, и он хотел сделать это без проблем. Его старший брат обычно очень старательно работал на семью Сун, и он едва не потерял его. Теперь он всегда стремился сделать старшего брата счастливым. Сун Чи вдруг почувствовал всю тяжесть своей ответственности.

Если что-то случилось, разве учитель Тун не проявит инициативу и не позвонит старшему брату?

Что же должно произойти, чтобы учитель добровольно связался с родителями?

Плохие результаты экзаменов?

Нет, сейчас у них не было никаких экзаменов.

Сун Чи посмотрел на Вэй Чуаня, и его глаза были полны вопроса.

Вэй Чуань был шокирован этим взглядом и потер руки.

— Почему ты так смотришь на меня?

— Давай устроим драку, — Сун Чи с нетерпением смотрел на него.

Он был гением!

Если бы они подрались друг с другом, учитель был бы обязан позвонить родителям. Тогда его брат сможет долго разговаривать с учителем Тун!

— Ты псих! — Вэй Чуань смотрел на Сун Чи так, словно у него было психическое расстройство.

Сун Чи не хотел скрывать это от Вэй Чуаня, поэтому он спокойно рассказал ему об этом. После того, как Сун Чи закончил, Вэй Чуань бросил на Сун Чи непонимающий взгляд, как будто увидел инопланетянина.

— Эн~, я понимаю, о чем ты говоришь. Ты хочешь сказать, что если мы будем драться, то школа будет вынуждена вызвать наших родителей, и тогда у твоего брата будет шанс связаться с учителем Тун, — Вэй Чуань недоверчиво посмотрел на Сун Чи, который без перерыва кивал. — А я, невинный и жалкий, добравшись до дома, увижу особое умение моих родителей — мужской и женский двойной теннис.

— Иди к черту!

— Тогда что нам делать? — Сун Чи был похож на сдувшийся мяч.

В раннем возрасте Сун Чи был оставлен сам себе. Он мог получить все, что хотел, не прибегая ко лжи. Если он не хотел ходить в школу, никто его не заставлял. Поэтому Сун Чи не мог поступить по-другому. Кроме этого, он не мог придумать ничего другого.

— Подожди секунду, — Вэй Чуань встал и выскользнул из класса. Через некоторое время он вернулся обратно. В это время прозвенел звонок. Учитель китайского, стоявший на трибуне, только кивнул головой и ничего не сказал, подав знак Вэй Чуаню вернуться на свое место.

После того как Вэй Чуань сел, он ткнул ручкой в спину Сун Чи и передал ему одолженные вещи вместе с запиской.

Сун Чи открыл записку, его глаза расширились.

«Я одолжил BB-крем. Ты должен нанести его позже, как можно больше, чтобы выглядеть бледным. Скажи учительнице Тун, что ты заболел, и попроси ее позвать твоего брата. Этого должно быть достаточно».

Когда Сун Чи появился перед Тун Цзя, его лицо было очень бледным, а цвет губ почти сровнялся с цветом лица. Тун Цзя была потрясена, когда посмотрела на него. Она быстро отложила ручку, встала и подсознательно коснулась лба Сун Чи.

— Ты заболел? У тебя нормальная температура. В чем дело? Где ты чувствуешь себя некомфортно?

Сун Чи уже чувствовал вину и не мог смотреть на Тун Цзя прямо. Он подавил в себе чувство вины. То, что он солгал, было ничто по сравнению с тем, что он создал возможность для своего старшего брата. К тому же, когда Тун Цзя станет его невесткой, это будет просто белая ложь.

Думая об этом, Сун Чи играл усердно. Он слегка сгорбил спину, и все его лицо, казалось, становилось все более слабым.

— Я не знаю, что случилось, я просто почувствовал слабость и усталость.

Тун Цзя почувствовала слабый аромат, исходящий от него, так как она была ближе к Сун Чи. Подсознательно нахмурившись, она снова пристально посмотрела на его лицо.

В ее голове промелькнула странная мысль, но она быстро остановилась. Она с беспокойством посмотрела на Сун Чи и сказала:

— Пойдем в лазарет. Сейчас холодает, поэтому легко заболеть.

Сун Чи поспешно покачал головой. Если бы он пошел в лазарет, ему бы дали какое-нибудь лекарство. У него ничего не болело, и он больше всего боялся принимать лекарства. Ему не нравилось, что лекарство каждый раз проходит через горло. Было бы еще хуже, если бы ему прописали таблетки.

— Учитель, я сегодня не взял с собой мобильный телефон. Вы можете позвонить моему брату, чтобы он меня забрал?

Тун Цзя подозревала, что Сун Чи симулирует свою болезнь, потому что от него исходил слабый аромат косметики. Сун Чи, как прямой человек, который в настоящее время не может быть прямее, не должен иметь таких вкусов. Оставалась только одна возможность... Она снова посмотрела на его нос и увидела жирный блеск на его коже.

...Ну, этот жидкий тональный крем или BB-крем, вероятно, не подходит для жирной кожи.

Да!

Стоп, стоп!

Тун Цзя отбросила эту бессмысленную мысль. Симулировал ли Сун Чи свою болезнь или нет, но, по крайней мере, одно было правдой. Он попросил ее помочь позвать старшего брата к себе. Вспомнив слухи о том, что Сун Яньчэн не был близок с Сун Чи, Тун Цзя смутно подумала, что Сун Чи, вероятно, хотел привлечь внимание родного брата.

Какой очаровательный, но жалкий ребенок!

Тун Цзя не стала его разоблачать. В конце концов, он все еще был ребенком.

— Хорошо, у меня есть контактная информация твоего брата. Пожалуйста, присядь со мной, — Тун Цзя позволила Сун Чи сесть на диван.

Тун Цзя делила кабинет с тремя другими учителями. Двое из них были в отпуске, а один ушел на занятия. В данный момент в кабинете находилась только Тун Цзя, и Сун Чи было вполне комфортно. Сидя на диване и не говоря ни слова, он действительно использовал все свои актерские способности.

Сун Яньчэн готовился к встрече, когда ему позвонила Тун Цзя. После того как Тун Цзя закончила звонок, Сунь Си, секретарь, тихо напомнила ему о подготовленных материалах для совещания.

— Президент Сун, конференц-зал готов.

— Сообщите другим департаментам, что совещание будет перенесено на 15:00, — Сун Яньчэн отдал приказы напрямую, даже не задумываясь о них.

Хотя Сунь Си была полна сомнений, она почтительно кивнула.

Перед уходом Сун Яньчэн пошел в ванную комнату, предназначенную только для него. Он умыл лицо и несколько раз поправил воротник рубашки, прежде чем выйти.

Проходя через небольшую приемную рядом с кабинетом президента, Сун Яньчэн случайно бросил взгляд на тарелку с фруктами на столе. Он задумался, остановился и сказал Сунь Си:

— ...Собери фрукты из этой тарелки в пакет. Я заберу.

Сунь Си почти не поверила своим ушам, ее мозг на несколько секунд перестал работать.

Что... Что?

Сун Яньчэн повторил приказ снова. Хотя он шел туда, чтобы забрать Сун Чи, он также мог встретиться с Тун Цзя. Во всяком случае, он не мог пойти с пустыми руками, верно?

Он подумал, что Тун Цзя должна любить есть фрукты.

Но, судя по словам Тун Цзя, Сун Чи был болен. Естественно, он очень беспокоился о нем и просто хотел побыстрее добраться до школы. Он не мог пойти в магазин, чтобы купить фрукты для Тун Цзя.

К счастью, компания была хорошо подготовлена.

Хотя Сунь Си все еще находилась в сильном шоке, она все еще обладала хорошими качествами секретаря. Ее тело отреагировало быстрее, чем сознание. Она быстро вернулась на свое место, взяла бумажный пакет и пошла в приемную. Переложив фрукты в пакет, она передала его Сун Яньчэну.

— Президент Сун, извините, я не смогла найти пакет получше.

— Ничего страшного, все в порядке, — Сун Яньчэн нес фрукты до самого эксклюзивного лифта.

Это был первый раз, когда Сун Яньчэн пришел в школу Сун Чи после пробуждения, и мог только позволить водителю отвезти его туда. Под руководством охранника школы Сун Яньчэн пришел в кабинет Тун Цзя.

Сун Чи сидел на диване, пил горячее молоко, которое ему дала Тун Цзя, и ел макаруны, которые Тун Цзя купила в интернете.

Теперь он понял, почему его старший брат любил учителя Тун.

Как и говорил Вэй Чуань, если бы он был немного старше, ему бы тоже понравилась Тун Цзя!

Макаруны были очень вкусными. Сун Чи решил, что, притворившись больным, он спросит, где Тун Цзя их купила.

Когда Сун Чи увидел Сун Яньчэна, он тут же отставил молоко и запихнул в рот все недоеденные маленькие пирожные. Его щеки были пухлыми. Он встал, его спина была очень прямой, а голос был намного сильнее, чем раньше.

— Брат...

Увидев Сун Чи в таком состоянии, Сун Яньчэн вздохнул с облегчением. С мальчиком все было в порядке.

Тун Цзя подготавливалась к урокам. Увидев его, она закрыла учебник, встала и слегка улыбнулась.

— Господин Сун, Сун Чи плохо себя чувствует. Я разрешила ему взять отгул. Не беспокойтесь о домашнем задании, я попрошу представителя класса помочь Сун Чи разобраться с его записями.

Сун Яньчэн отвел глаза от Сун Чи и улыбнулся Тун Цзя. Он хотел было поправить ее, чтобы она не называла его господином Суном, но потом подумал, что они в школе, и она тоже работает. Поняв это, он положил фрукты на ее стол и вежливо поблагодарил.

— Это действительно обеспокоило учителя Тун.

Тун Цзя видела, что Сун Яньчэн сотрудничает с ней, и ее мысли были спокойны.

Она все еще надеялась отделить работу от личной жизни. Иначе она не сможет хорошо влиять на своих учеников.

— Что все это значит… — Тун Цзя посмотрела на манго, который был виден в пакете, и быстро отказалась.

Сун Яньчэн хотел что-то сказать, но Тун Цзя решительно махнула рукой.

— Нет, господин Сун.

Это отличалось от того, что было вне школы. Когда она не была в школе или на работе, Сун Яньчэн был просто человеком, о котором у нее сложилось хорошее впечатление. Для него было приемлемо вести себя с ней вежливо.

Но сейчас, в школе или в офисе, Тун Цзя никогда бы этого не приняла.

Сун Яньчэн также понял, что в этом шаге было что-то неправильное. Он не заставил Тун Цзя принять пакет. Сун Чи молча наблюдал за этим, задумался, прошел вперед, достал из сумки манго и положил его на стол Тун Цзя. Его выражение лица было очень серьезным.

— Это не от моего брата. Я отдаю его учителю, так же как учитель поделилась пирожными, а я их съел.

Тун Цзя не могла не улыбнуться. Однако на этот раз она не стала отказываться.

Сун Чи, конечно, не хотел идти домой. Причина, по которой он рисковал, что его нас удлинится, солгав, заключалась в том, чтобы позволить старшему брату поладить с учителем.

— Учитель, я хочу еще немного посидеть. У меня немного кружится голова, я хочу посидеть, я не хочу ходить.

Тун Цзя видела, как Сун Чи с удовольствием ест маленькие пирожные, и была уверена, что он притворяется больным, чтобы привлечь внимание брата.

Тогда что же было сейчас?

Как правило, спокойные на вид люди обладали богатыми внутренними чувствами, которые отличались от чувств обычных людей. По крайней мере, Тун Цзя была именно такой. Она догадалась, почему Сун Чи так поступает.

...Не для того ли, чтобы его похвалили перед Сун Яньчэном?

Возможно. Обычно ребенок, лишенный родительской заботы, бессознательно ищет таких чувств у других родственников. Когда Тун Цзя была ребенком, она подолгу ходила домой, чтобы похвастаться перед родителями, только чтобы получить похвалу.

Она могла понять Сун Чи.

Тун Цзя налила чашку горячей воды для Сун Яньчэна. Она села в кресло, улыбнулась Сун Яньчэну и сказала:

— Одноклассники Сун Чи очень любят его. Его учителя по другим предметам всегда говорят о нем только хорошее. Его разговорный английский действительно беглый; я видела результаты его экзаменов в прошлом семестре, и его английский был в тройке лучших в классе.

Она не была в этой школе в прошлом семестре, но, когда она заступила на должность, она внимательно просмотрела предыдущие оценки учеников.

Ученик второго класса Сун Чи имел безразличную внешность. Однако он был очень тонкокожим. Он не мог слушать, как другие хвалят его при нем, и не мог дождаться момента, когда прыгнет в яму в земле. В это время ему было совершенно наплевать на счастье старшего брата. Он быстро встал и торжественно поклонился Тун Цзя.

— Учитель, теперь я чувствую себя намного лучше. Я могу идти домой, — он повернулся к Сун Яньчэну, который с удовольствием слушал. — Брат, пойдем.

И Сун Яньчэн, и Тун Цзя были ошеломлены. Однако они не стали долго раздумывать над этим. Тун Цзя проводила братьев Сун к лестнице и остановилась там. После того, как они спустились вниз, она вернулась в кабинет, чтобы продолжить готовить уроки, но тут до нее донесся густой запах манго. Ее губы изогнулись в улыбке.

Перед тем как покинуть школу, Сун Яньчэн сказал Сун Чи, который сидел рядом с ним:

— Я попросил дворецкого позвонить семейному врачу. После возвращения пусть он осмотрит тебя.

Сун Чи некоторое время колебался, а затем стиснул зубы.

— Я притворился больным.

— А? — Сун Яньчэн на мгновение остолбенел. Затем он улыбнулся. — Ты все еще боишься лекарств? Будь послушным. Если ты заболел, пусть тебя осмотрит врач.

Сун Чи забеспокоился.

— Нет, нет, то, что я сказал, правда! — он энергично продолжил. — Брат, разве тебе не нравится наш учитель Тун? Сегодня мои одноклассники видели, как госпожа Тун выходила из автобуса с нашим учителем физики, они разговаривали и смеялись, поэтому я случайно подумал об этом. Брат, я не лгал тебе. Я в добром здравии.

Услышав это, выражение лица Сун Яньчэна с которым он уговаривал его постепенно ожесточилось и стало серьезным. Они вышли из кампуса бок о бок.

Поскольку Сун Яньчэн всю дорогу молчал, Сун Чи все еще испытывал некоторое беспокойство.

Злился ли его брат?

Учитель Тун ему явно нравилась. Однако, даже услышав это, он никак не отреагировал.

Но как Сун Яньчэн мог никак не отреагировать? Только вернувшись в резиденцию Сун, он закрыл дверь кабинета и взорвался. Не то чтобы он не думал, что у Тун Цзя нет других женихов, но подсознательно не хотел ставить на повестку дня такую досадную проблему. Только сейчас он изо всех сил сдержал порыв спросить Сун Чи об учителе физики.

Когда в кабинете Сун Яньчэн впал в уныние, он, к счастью, вспомнил, что после обеда у него еще встреча. Съев безвкусный обед, он вышел на улицу.

Сун Чи стоял на балконе, недоумевая, и повернул голову, чтобы спросить дворецкого:

— У него плохое настроение? Если да, то почему он раньше никак не реагировал?

Старый дворецкий сдвинул очки на переносицу и сказал голосом с глубоким подтекстом:

— Ты должен понимать особенности мужчин, которым почти тридцать лет.

Например, мужчины сао.

П.п.: men sao относится к людям, которые холодны, тихи или скучны снаружи, но страстны внутри.

Менеджер по продукции обнаружил, что их президент Сун сегодня не в лучшем настроении. Когда он делал доклад, он дрожал, боясь, что, если его слова окажутся неверными, Сун Яньчэн будет спровоцирован.

Все, кто мог присутствовать на встрече с Сун Яньчэном, занимали высшие должности в корпорации Сун. Но сейчас они, уже взрослые мужчины, сжимались от страха. Президент Хуан Фу, который обычно любил придираться, тоже боялся произнести хоть слово.

После окончания совещания несколько высокопоставленных руководителей вздохнули с облегчением. Некоторые из них тоже были властными, но в корпорации Сун кто мог быть более властным, чем Сун Яньчэн?

Когда Фэн Хао узнал об этом, он быстро бросил работу и пришел в офис Сун Яньчэна. Позавчерашний Сун Яньчэн все еще был похож на влюбленного мальчишку. Непонятное понижение температуры сегодня должно быть как-то связано с этой женщиной.

Фэн Хао не хотел пропустить ни одной сплетни о Сун Яньчэне.

Фэн Хао закрыл дверь тыльной стороной ладони. Сун Яньчэн даже не поднял глаз. Было не понятно, что он пишет с таким усердием. В кабинете было очень тихо. Фэн Хао подошел к столу, оперся одной рукой о стол и с улыбкой спросил:

— Что сегодня произошло? Поделись со мной тем, что тебя тревожит.

Почерк Сун Яньчэна был очень четким. Он отложил ручку, взял папку, чтобы прикрыть бумагу, и сказал с равнодушным лицом:

— Сегодня она поехала на работу на автобусе с коллегой-мужчиной.

— Эта проблема выходит за рамки моей компетенции, — Фэн Хао внутренне застонал и быстро разжал руки. — Я не могу помочь тебе с этой проблемой.

— Тогда убирайся, — Сун Яньчэн отпихнул его.

Фэн Хао притащил стул и сел, положив руку на стол.

— Ты спросил ее?

— О чем? — Сун Яньчэн слегка наклонил голову, показывая, что не понимает.

— Идиот, просто спроси, есть ли у нее парень, — Фэн Хао вовсе не хотел, чтобы Сун Яньчэн встретил стерву-интриганку. Другие люди не знали Сун Яньчэна, но Фэн Хао знал его очень хорошо. Он выглядел так, будто прошел через многое, но на самом деле в таких вещах, как любовь, он был новичком. Если он действительно не встретил хорошую девушку в первый раз, Фэн Хао боялся, что это повлияет на отношение Сун Яньчэна к любви в будущем.

Если все было серьезно, то это могло сильно повлиять на Сун Яньчэна.

— Она также была на дне рождения Сун Чи в прошлую пятницу. В то время мы играли в игру, и она сказала, что у нее нет парня, — Сун Яньчэн тоже считал, что у Тун Цзя нет парня. Если бы это было не так, она бы не стала ужинать с ним.

Втайне он думал, что Тун Цзя не такая.

— Вот как, эта женщина красива? — Фэн Хао вздохнул с облегчением, его тон был непринужденным.

Сун Яньчэн кивнул головой.

Конечно, она была самой красивой в мире.

— Если ты считаешь ее красивой, то и другие тоже. Если она нравится тебе, то и другим тоже, — Фэн Хао был чрезвычайно терпелив. — Есть много людей, которые гоняются за красивыми девушками. Думаю, ее коллега-мужчина тоже ею интересуется. Он такой умный, он может ездить с ней на работу на автобусе каждый день, и там общаться и сближаться с ней. Если в автобусе слишком много людей, они могут вступить в физический контакт. Очень умно.

Может быть, ему все же придется дать некоторую свободу действий одиноким собакам?!

— Что же мне делать? — Сун Яньчэн был одновременно подавлен и расстроен.

Когда он был с Тун Цзя, он не мог найти ни одной темы для разговора. Не успел он решить эту проблему, как столкнулся с другой. Сун Яньчэн не мог ни о чем думать.

— Точно! Это так просто! — Фэн Хао щёлкнул пальцами. — Почему бы тебе не отвозить ее на работу и с работы каждый день?

Сун Яньчэн посмотрел на документы, сваленные на столе, и вдруг немного смутился.

— А как же тогда моя работа...

— Важна ли работа или девушка?

Сун Яньчэн решительно ответил:

— Она важнее!

Высказавшись, Сун Яньчэн был удивлен. Неужели это был его ответ? Неужели у него было такое мышление? Неужели Тун Цзя стала важнее его работы после того, как он был знаком с ней всего пару дней?

Фэн Хао тоже был удивлен, но сохранил простое выражение лица и продолжил говорить:

— За исключением выходных и праздников, вы можете встречаться с коллегами каждый день. Но ты должен приложить больше усилий, чтобы она узнала о твоем присутствии. Иначе, если вы будете видеться раз в одну-две недели, она может тебя забыть.

— Хорошо. Я знаю, где она живет. Завтра я пойду туда и буду ждать ее, — Сун Яньчэн не мог не кивнуть, услышав слова Фэн Хао.

— Но я должен напомнить тебе одну вещь, — когда Фэн Хао не был занят работой, ему тоже было нечего делать. Каждый день он пролистывал Weibo и просматривал форум. Когда дело доходило до руководства любовной жизнью других людей, его можно было считать полупрофессионалом.

— Что это?

— Ты не можешь ездить на своей нынешней машине, конечно, и не на тех, что стоят в твоем гараже.

— Почему? — Сун Яньчэн смиренно попросил совета.

— Сплетни — это страшно. Если ее коллеги увидят это, они определенно будут завидовать, появятся неприятные слова, вроде того, что ее опекает какой-то папочка с деньгами. Услышав такие слова, даже я, взрослый мужчина, взорвусь, не говоря уже о тонкокожей девушке. Брат, я думаю, что девушка, которая тебе нравится, точно не тщеславная. Поэтому я советую тебе быть более скромным, когда ты преследуешь ее. В любом случае, не используй свою нынешнюю машину, вот мой совет, — Фэн Хао казался равнодушным, но, когда он произнес эти слова, на его лице появился намек на разочарование.

У него также была девушка, которая ему нравилась. Тогда он ничего не знал. Он привозил и забирал ее каждый день, потому что хотел дать ей все самое лучшее, водил ее в шикарные рестораны, покупал ей красивую одежду и обувь. Однако вскоре после этого она порвала с ним, сказав, что не может выносить сплетен в компании. Сначала ей казалось, что она может смириться с этим. Позже, даже когда она видела его, она бессознательно избегала его.

До сих пор Фэн Хао не знал, что он сделал не так, он просто хотел быть добрым к ней.

Он и представить себе не мог, что влияние уст людей может быть таким сильным.

Сун Яньчэн не обратил внимания на выражение лица Фэн Хао. Он кивнул, не забывая об этих словах.

— Кстати, — вспомнил Сун Яньчэн о делах, которые он поручил Фэн Хао. — Фотография с автографом Ван Кайчжи и дело Фэн Ми и Хао Ханя, не забудьте правильно оформить их для меня.

Фэн Хао быстро оправился от своих мыслей и пожаловался:

— Я знаю. У меня есть друг, который является акционером компании Ван Кайчжи, и я уже попросил его. Я обещаю принести тебе набор.

— Я чуть не забыл тебя попросить, — Фэн Хай злодейски усмехнулся: — Вчера я встречался с группой людей, там был человек, который рассказал мне все в частном порядке. Ты ел в каком-то ресторане в прошлую субботу? Это его ресторан.

Сун Яньчэн вспомнил это и кивнул:

— Да, и что?

— Тот человек сказал мне, что ты воспользовался Groupon. Он также умолял меня извиниться перед тобой, — Фэн Хао рассмеялся еще сильнее.

— Зачем извиняться? Он не сделал ничего плохого.

— Это выходит за рамки нашего обсуждения. Давай, почему ты воспользовался Groupon? Только не говори, что из-за экономии 10-20 юаней.

Сун Яньчэн покачал головой, затем кивнул:

— Я не оплачивал. Она настояла на покупке, чтобы сэкономить деньги. Думаю, она не сказала ничего плохого.

Фэн Хао посмотрел на Сун Яньчэна, а через некоторое время серьезно сказал:

— Какая старательная и экономная девушка.

Когда он услышал это, Сун Яньчэну показалось что похвалили его самого.

На следующий день, когда Тун Цзя спустилась вниз и вышла из дома, она была шокирована тем, что Сун Яньчэн стоял у входной двери дома. Более того, он толкал электрический скутер.

Сун Яньчэн изначально был интриганом. После совета Фэн Хао он не собирался покупать обычную машину. Будь то знаменитый или обычный автомобиль, Тун Цзя всегда садилась на заднее или пассажирское сиденье. Между ними всегда сохранялось абсолютно безопасное расстояние. Фэн Хао напомнил ему, что периодически возникающий физический контакт будет полезен для развития чувств.

Велосипеды не годились. Он бы устал от езды на велосипеде.

Подумав, он выбрал электрический скутер.

Она села на заднее сиденье, а он — на переднее. Дул ветер, и они смеялись вместе всю дорогу. В особых обстоятельствах она могла подсознательно обнять его за талию.

— Это?.. — вопрос Тун Цзя вернул Сун Яньчэна к реальности.

Сун Яньчэн отреагировал и похлопал по заднему сиденью:

— Я отвезу тебя на работу. Автобус сейчас будет переполнен, будут пробки.

Тун Цзя хотелось смеяться и плакать. Он, президент крупной компании, действительно собирался ехать с ней на скутере. Она не знала, как ей стоит реагировать.

— Почему? — Тун Цзя улыбнулась, но выглядела очень серьезной.

Конечно, Сун Яньчэн не стал говорить правду. Он просто улыбнулся Тун Цзя и сказал:

— Потому что я думаю, что тебе это понравится.

Он подумал, что поступил правильно, потому что увидел слабую улыбку на лице Тун Цзя.

Ей нравились такие вещи.

Сун Яньчэн не ошибся. У Тун Цзя действительно было хорошее настроение, потому что она чувствовала что-то новенькое. Когда она вышла рано утром, то увидела серьезного и властного президента, который держал электрический скутер и хотел отвести ее на работу. Кто мог устоять перед таким милым контрастом? В этот момент Тун Цзя почувствовала, что этот поступок Сун Яньчэна усилил ее добрые чувства к нему, лучше, чем вагон спортивных машин и бриллиантов!

Это был нежный и внимательный мужчина второго плана, но в конце романа он стал большим боссом. Как трогательно!

Тун Цзя молчала, но в голове у нее крутились воспоминания о прочитанном романе. Опомнившись, она улыбнулась Сун Яньчэну. Хотя ее тон был легким, в нем чувствовалась твердость:

— Только в этот раз, следующего раза не будет.

— Почему? — Сун Яньчэн был немного растерян. Выражение лица Тун Цзя было явно счастливым, почему она сказала такое?

Тун Цзя вздохнула и терпеливо сказала:

— Твой дом находится довольно далеко от моего, это более получаса езды на машине. Сейчас уже семь часов, значит, тебе нужно проснуться до шести часов. Сун Яньчэн, ты же не безработный, невозможно иметь столько времени. Сейчас все заняты работой. Если у тебя есть больше времени на сон, просто спи больше. В следующий раз так не делай.

Казалось, что эти сцены появились из романов или сёдзё-манги. Если бы это не происходило с ними, посторонний наблюдатель счел бы это душещипательной сценой.

Она, будучи учительницей начальной школы, иногда чувствовала себя уставшей, не говоря уже о Сун Яньчэне как президенте. У него должно быть больше работы, чем у нее. В таком случае, зачем откладывать важную работу ради ложной романтики?

Сун Яньчэн был рад услышать эти слова, он думал, что Тун Цзя беспокоится о нем.

— Сун Чи сказал мне, что вчера вы с учителем-мужчиной ехали вместе в автобусе.»

— Это... — Тун Цзя внезапно поняла происходящее, затем посмотрела на него с улыбкой: — Мне нельзя?

Она больше всего боялась подобной ситуации. Ранее ее преследовал сокурсник. Было очевидно, что они все еще находились на стадии друзей, но этот парень автоматически взял на себя роль ее парня, раздражающе указывая пальцем на ее жизнь и друзей.

Сун Яньчэн быстро затряс головой, как погремушкой:

— Нет, нет, ты явно можешь. Ты не замужем и имеешь право выбрать себе парня, — он сделал паузу, а затем сказал: — Однако я также имею право преследовать тебя сильнее из-за ревности.

Он сказал это серьезно, и, очевидно, это была правда. После того, как он узнал об этом, он действительно был подавлен, но он не чувствовал злости на Тун Цзя из-за этого.

Фэн Хао был прав, Сун Яньчэн любил Тун Цзя, она нравилась и другим мужчинам. Когда Тун Цзя была еще не замужем, у нее был полный и абсолютный выбор.

Тун Цзя была удовлетворена ответом Сун Яньчэна. Удовлетворенная, она сделала несколько шагов и сказала растерянному Сун Яньчэну:

— Пойдем. Я куплю тебе завтрак.

Сун Яньчэн быстро поехал вперед, чтобы догнать Тун Цзя. Тун Цзя была довольна своим нынешним местом жительства: не только транспорт был удобным, но и район был раем для любителей поесть. Вскоре они приехали на другую улицу, полную киосков с завтраками. Горячий воздух и терпкий аромат заставили людей проголодаться еще больше.

Они нашли столик и сели. Тун Цзя купила булочки, пельмени на пару и соевое молоко. Она дала Сун Яньчэну палочки для еды и с улыбкой спросила:

— Ты завтракал дома?

— Нет.

Сун Яньчэн взял пельмень и обмакнул его в уксус и соус чили, подражая Тун Цзя. Как только пельмень попал ему в рот, он почувствовал такой жар, что не мог дышать.

Его лицо покраснело. Он комично наполнил рот соевый молоком и снова обжегся.

Тун Цзя позабавил его вид, и она громко рассмеялась:

— Соус чили в этом месте, как известно, острый и очень сильный. Макай поменьше.

В этот момент сзади раздался мужской голос:

— Учитель Тун?

Тун Цзя подсознательно повернула голову и увидела Чжан Пинфэна, который шел, держа в руках булочки. Он указал на стул рядом с ней и сказал:

— Могу я сесть здесь?

— Конечно, — Тун Цзя кивнула.

Чжан Пинфэн увидел Сун Яньчэна и почувствовал, что тот ему знаком, но он не мог вспомнить, где встречал Сун Яньчэна. Чжан Пинфэн мог только смотреть на Тун Цзя, надеясь, что она представит его, иначе было бы неловко просто молчать.

— Это мой друг, — Тун Цзя знала, что семья Сун является акционером школы. Она не была уверена, что Сун Яньчэн хочет, чтобы его узнали другие, поэтому представила его в общих чертах.

— Здравствуйте, — Сун Яньчэн кивнул Чжан Пинфэну в знак приветствия.

— Это мой коллега, учитель Чжан, — снова заговорила Тун Цзя.

— Здравствуйте, — Конечно, у Чжан Пинфэна в душе была своя догадка. Он подозревал, что это, возможно, парень учителя Тун. Если он был ему знаком, то видел ли он его раньше? Сун Яньчэн был высоким и красивым, с хорошим характером, что соответствовало учителю Тун. Он не стал больше ничего спрашивать, взял палочки и начал есть.

— Кстати, как ты пришел сюда, чтобы позавтракать сегодня? — Тун Цзя немного сомневалась в таком совпадении.

Чжан Пинфэн все еще держал во рту булочку. Он проглотил ее и ответил:

— Не напоминай мне, на перекрестке произошла авария, и дорога была перекрыта на долгое время. Я сошел с автобуса и случайно увидел ларьки, где продавали завтрак.

Чем больше Сун Яньчэн слушал, тем больше запутывался, но ему все время казалось, что что-то проясняется.

Тун Цзя хотела объяснить Сун Яньчэну вчерашний случай, но чувствовала себя неловко. Случайно они встретили Чжан Пинфэна. Она притворилась, что небрежно спросила:

— Далеко ли твоей девушке идти на работу?

Чжан Пинфэн покачал головой:

— Она может пересесть на метро, это не слишком далеко.

— Я была удивлена, увидев тебя вчера в автобусе, — непринужденно сказала Тун Цзя.

Чжан Пинфэн тоже рассмеялся и продолжил есть.

Сун Яньчэн больше не мог успокоиться. Теперь он понимал, что его действительно запутали. Это был тот самый учитель-мужчина, о котором говорил Сун Чи. Они с Тун Цзя случайно встретились, и у учителя перед ним явно уже была девушка.

Шестое чувство было не только у женщин, но и у мужчин. Сун Яньчэн понятия не имел, какую цель преследует этот учитель Чжан.

Они разговаривали и смеялись, это были совершенно обычные отношения между коллегами.

Тун Цзя увидела, что Сун Яньчэн держит палочки для еды и не двигается, но промолчала. Она опустила голову, чтобы спрятать улыбку в глазах, надеясь, что, несмотря ни на что, не возникнет недопонимания.

Позавтракав, все трое вышли из ларька. Сун Яньчэн подошел сбоку и подтолкнул электроскутер к Тун Цзя. Чжан Пинфэн похлопал себя по лбу, увидев электроскутер:

— Да, было бы здорово иметь электроскутер. Мне не нужно беспокоиться о пробках, как сегодня утром. Я хочу спросить, какова цена этого электроскутера?

Для человека, который откладывал деньги на свадьбу, один юань мог превратиться в два юаня.

Сун Яньчэн сухо рассмеялся. Он действительно не знал, сколько стоит скутер. Он даже попросил старого дворецкого купить его для него.

Как бы ни был умен Сун Яньчэн, он только сейчас понял. Версия, которую услышал Сун Чи, должна была исходить от других его одноклассников. В любом случае, у этого учителя Чжана уже была девушка. Хотя слухи не соответствовали действительности, они неизбежно вызывали непонимание у людей. В итоге пострадала Тун Цзя. В будущем, если бы этот учитель Чжан ездил на электроскутере, он бы больше не встречал Тун Цзя в автобусе?

Он был очень сообразительным!

Сун Яньчэн сразу же сказал:

— Я дам тебе этот скутер.

«...»

Тун Цзя и Чжан Пинфэн некоторое время молчали.

Тун Цзя все больше и больше запутывалась в логике Сун Яньчэна.

Через некоторое время Чжан Пинфэн искренне улыбнулся:

— Это то же самое, что продать его мне, как я могу воспользоваться тобой?

Тун Цзя подумала, что ей следует некоторое время помолчать на заднем плане.

Сун Яньчэн также почувствовал, что его слова, которые он только что произнес, были неуместны. Тун Цзя уже сказала, что нужно сделать подобное один раз, и больше не делать этого в следующий раз, что означало, что она настроена серьезно. Кроме того, этот скутер, вероятно, использовался только сегодня, поэтому лучше было отдать его тому, кто в нем нуждается.

Он считал, что у этого учителя Чжана не было никаких скрытых мотивов по отношению к Тун Цзя, просто обычные коллеги. Однако другие люди могли думать иначе. Новости проходят быстро, и в конце концов всегда возникают проблемы.

— Если ты действительно хочешь его, я продам его тебе. Ну... — Сун Яньчэн задумался: — Как насчет 200 юаней?

«200 юаней!»

Тун Цзя в недоумении посмотрела на Сун Яньчэна, думая, что его мозг был набит опилками.

Было очевидно, что это новая вещь, но она была продана Чжан Пинфэну по гораздо более низкой цене. Возможно, лучше было бы продать его ей.

Чжан Пинфэн тоже не мог в это поверить. Он выглядел удивленным.

Сун Яньчэн решил, что цена хорошая:

— Если хочешь, подожди, пока я довезу Тун Цзя к воротам школы, и давай встретимся там.

Чжан Пинфэн с первого взгляда увидел, что этот электроскутер был новым. Как он может осмелиться купить его за 200 юаней? Он быстро покачал головой:

— Нет, это неуместно.

— Что неуместно? Если он тебе не нужен, его можно только оставить пылиться в гараже. Это как раз то, что тебе нужно.

Отношение Сун Яньчэна было очень искренним. Чжан Пинфэн тоже был тронут. Кроме первого взноса за квартиру и денег, необходимых для женитьбы, у него действительно не было никаких сбережений. Подумав немного, он стиснул зубы и кивнул головой:

— Хорошо!

После того как Чжан Пинфэн отправился на автобусную остановку, Тун становилась все более бессильной, не говоря уже о Сун Яньчэне, у которого, в конце концов, были свои дела. Она могла только молча сидеть на заднем сиденье электроскутера.

«У этого человека... в руках было слишком много денег, чтобы ими разбрасываться! Деньги хотели укусить его в ответ, не так ли?»

Сун Яньчэн был очень счастлив. Почему? Ведь его соперника на самом деле не существовало.

Вскоре они подъехали к воротам школы. Слезая, Тун Цзя немного подумала и сказала Сун Яньчэну:

— Пожалуйста, расскажи Сун Чи об этом деле. Если я скажу ему необдуманно, это напугает ребенка. Другой вопрос не важен, в основном потому, что у учителя Чжана есть девушка, поэтому нам с учителем Чжаном будет неловко, когда ученики будут говорить об этом.

— Конечно, — Сун Яньчэн торжественно кивнул: — Тун Цзя, ты не спрашиваешь меня, почему я подвез тебя на электроскутере? Потому что один мой друг сказал, что рот у людей очень мощный.

Тун Цзя внезапно поняла его логику и громко рассмеялась.

Она не боялась сплетней и непонимания других. Более того, Тун Цзя всегда считала, что те, кто подозревают в других злые намерения, сами являются злыми. Поэтому не стоило беспокоиться о таких людях и слухах.

Сун Яньчэн немного подождал у школьных ворот и увидел, как Чжан Пинфэн выходит из автобуса: одна рука расплачивается, а другая отдает товар.

Чжан Пинфэн пришел в офис Тун Цзя. Стиснув зубы, он достал из бумажника 200 юаней и протянул их Тун Цзя. Тун Цзя была озадачена:

— Почему ты даешь это мне?

— Я подумал об этом, я не могу воспользоваться этим. Я добавлю еще 200 юаней. Учитель Тун, пожалуйста, помогите мне отдать это твоему другу.

Несмотря на то, что у него не было денег, эта ситуация заставляла людей чувствовать себя неловко.

Тун Цзя посмотрела на него с улыбкой и взяла две красные купюры. На самом деле, большинству людей нравилось извлекать выгоду, но некоторых это просто раздражало, а некоторые находили это милым.

В одном из офисов компании Сун миниатюрная девушка с нежным лицом сидела на диване, хмурилась и кричала:

— Мне все равно, мне все равно! Я должна работать в компании Сун!

Шэнь Ян, занимая высокую должность в компании, имел дело с документами, и его брови уже показывали его нетерпение. Однако, когда он поднял голову и увидел милое лицо сестры, он расправил брови, отложил работу и встал. Он сел рядом с ней и стал терпеливо уговаривать:

— Жунжун, ты теперь только второкурсница. Разве не хорошо наслаждаться университетской жизнью? Какой смысл работать?

Шэнь Жун бросила на него косой взгляд:

— Работать скучно. Каждый день приходится работать сверхурочно. Это не значит, что у тебя нет денег.

Другие говорили, что Шэнь Ян был спокойным и скромным, но больше всего он проявлял эмоций и привязанности к своей младшей сестре.

Шэнь Ян прищурился и мягким тоном сказал:

— Ты говорила, что хочешь поехать в Париж. Сейчас самое время...

Прежде чем он смог закончить свои слова, девушка прервала его:

— Нет, нет, нет! Я не хочу ехать. Я просто хочу работать здесь. В любом случае, это просто. Я отличаюсь от других работников, мне не нужна зарплата, ты можешь сразу дать мне деньги.

— Хорошо. Я попрошу кого-нибудь организовать для тебя отдел, просто чтобы подточить твой характер, — Шэнь Ян не хотел больше спорить с ней. В любом случае, с темпераментом его сестры, можно было предположить, что она не захочет приходить в компанию Сун после одного или двух посещений.

Детский энтузиазм длится всего один-два дня.

— Я хочу быть секретарем Сун Яньчэна! — Шэнь Жун увидела, что ее брат оставил этот вопрос без внимания, и воспользовалась возможностью обратиться с просьбой.

— У него уже есть секретарь, — беспомощно сказал Шен Ян.

— Просто уволь ее, — Шэнь Жун вела себя кокетливо. Некоторое время назад она была на банкете с Шэнь Яном. Шэнь Жун никогда не видела такого красивого человека. После одного взгляда она спрятала его в своем сердце.

Ей понравился Сун Янчэн. Не потому, что он был президентом, а потому, что он был Сун Янчэном.

Шэнь Жун была зеницей ока семьи Шэнь, чрезвычайно яркой и красивой, у нее было слишком много ухажеров, но она никогда не была никем соблазнена. Она уважала и жаждала сильной любви с первого взгляда, и Сун Яньчэн был тем человеком, который заставил ее влюбиться.

Люить, пусть даже как мотылек, летящий на пламя, но отдать все любой ценой. Шэнь Жун очень нравилось это высказывание.

Шэнь Ян чувствовал, что в кругу влияния семьи Шэнь, Шэнь Жун могла не боятся любить. У нее был кто-то, кто мог прибрать за ней, независимо от того, насколько своевольной она была. Однако семья Сун не была семьей Шэнь, поэтому она не могла шутить. Более того, кто такой Сун Яньчэн? Даже его бесполезные родители не осмеливались думать об этом.

Как старший брат, он не хотел, чтобы у Шэнь Жун были какие-то отношения с Сун Яньчэн. Ум Сун Яньчэна был слишком глубоким, а его сестра — слишком наивной, эти два человека совершенно не подходили друг другу.

Подумав об этом, Шэнь Ян серьезно посмотрел на сестру:

— Жунжун, помни мои слова, не провоцируй Сун Яньчэна. Не протягивай к нему руки, — иначе Сун Яньчэн отрубит тебе руки.

— Почему?!

— Тебе запрещено говорить об увольнении его секретаря. Если эти слова дойдут до других, семья Шэнь не сможет позволить себе обидеть Сун Яньчэна. Так что запомни.

Шэнь Жун совсем не слушала. Она думала, что брат не заботится о ней, но он знал, что ей нравится Сун Яньчэн. Если он не хотел ей помогать, то это было нормально, но он сказал такие слова. Она была очень раздражена и ничего не могла поделать. Она надулась и сказала:

— Я поняла. Брат, пожалуйста, сначала организуй для меня работу.

Сначала начать, а потом придет возможность. Шэнь Жун чувствовала, что у нее всегда будет много возможностей встретиться с Сун Яньчэном.

Как только Шэнь Ян увидел ее лицо, он понял, что ее не волнуют его слова. Сун Яньчэн был хорош... но он думал, что Сун Яньчэну не понравится его сестра. Через некоторое время он поверил, что его сестра все поймет.

У Тун Цзя было всего 11 уроков в неделю, что было относительно спокойно, но теперь она исполняла обязанности завуча. Приходилось беспокоиться о многих вещах. Закончив подготовку к уроку, она потянулась и вспомнила о 200 юанях, полученных от Чжан Пинфэна. Подумав немного, она позвонила Сун Яньчэну. Оба они были заняты, и Сун Яньчэн не приходил к ней каждый день. Хотя ему не нужны были эти 200 юаней, Тун Цзя все же решила, что нужно сообщить ему об этом.

Сун Яньчэн с радостью принял звонок Тун Цзя, полностью игнорируя Шэнь Яна, который стоял рядом с ним и докладывал о ходе работы над проектом. Его тон был смягчен более чем на градус:

— Алло?

— Учитель Чжан не чувствовал себя в своей тарелке, поэтому он дал мне еще 200 юаней и попросил передать их тебе.

«Вот как?» Сун Яньчэн не мог перестать улыбаться:

— Понятно. Тогда забирай.

Тун Цзя беспомощно сказала:

— Это твои деньги. Я не в том положении и не могу взять их. В противном случае, дай мне свой счет Alipay, и я переведу их тебе.

Когда Сун Яньчэн уже собирался отказаться, его глаза загорелись. Он чуть не забыл, что это отличный повод встретиться с Тун Цзя!

Он планировал пригласить ее на ужин в субботу.

Изначально он хотел, чтобы Фэн Хао попросил фотографию Ван Кайчжи с автографом. В этом случае у него была причина встретиться с ней в субботу. Теперь казалось, что фотографию с автографом Ван Кайчжи можно использовать для следующей субботы.

«Очень хорошо! Отлично!»

— У меня нет счета в Alipay. Как насчет этого, у меня есть время в субботу или воскресенье, давай встретимся и поедим? — тон Сун Яньчэна был серьезным. Он специально перевернул несколько документов, издав шелестящий звук.

Он задумался. В будние дни Тун Цзя не была занята, даже если бы он пришел к ней, время, проведенное вместе, было бы очень коротким. Однако в выходные все было иначе. При условии, что он был толстокожим, он мог остаться на весь день.

Тун Цзя быстро ответила:

— Не думаю, что у меня есть время в субботу.

«Она чуть не забыла! В субботу у нее было свидание вслепую».

Хотя ей не нравилось это занятие, но отец так сказал. Поэтому она должна была пойти.

Сун Яньчэн не стал спрашивать о планах Тун Цзя. Он подумал, что в субботу Тун Цзя должна быть с семьей или друзьями, поэтому осторожно спросил:

— А как насчет воскресенья?

— В воскресенье будет хорошо, — в этот момент Тун Цзя поняла, о чем думает Сун Яньчэн, но не стала этого говорить. Потому что действия Сун Яньчэна сегодня утром повысили ее благосклонность, поэтому она была готова поужинать с ним.

— Хорошо, мне за тобой заехать? — Сун Яньчэн хотел поговорить с ней еще, но не заметил неловкости Шэнь Яна.

— Нет необходимости. Давай встретимся на том месте в прошлую субботу. Не нужно за мной заезжать.

Услышав слова Тун Цзя, Сун Яньчэн больше не задавал вопросов.

Положив трубку, он все еще чувствовал, что не до конца выразил свою мысль. Он быстро пришел в себя и убрал улыбку:

— Ну, ты можешь продолжать.

После того, как Шэнь Ян закончил разговор о работе, он упомянул, что Шэнь Жун хочет пройти стажировку в компании Сун.

Сун Яньчэна это совершенно не волновало:

— Хорошо, ты можешь это устроить.

Он знал, что в некоторых отделах компании Сун есть студенты, которые еще не закончили учебу, и все они пришли учиться. В будущем эти люди могут стать свежей кровью компании Сун. Стажер не мог прикоснуться к какой-либо работе, в крайнем случае, он просто выполнял поручения старших.

Шэнь Ян не знал, радоваться ему или беспокоиться. Он вернулся в свой кабинет, сел на стул и раздраженно сжал брови.

Не стоит и говорить, что у Сун Яньчэна, скорее всего, уже есть девушка. Он проработал с Сун Яньчэном несколько лет, но никогда не видел его в таком виде. Он без преувеличения изменился при звонке, такой приятный тон шокировал людей.

Его раздражало не то, что у Сун Яньчэна была девушка, а то, что он знал Шэнь Жун. Если бы он рассказал об этом Шэнь Жун, Шэнь Жун было бы все равно, и он бы даже сказала...

«Женатые люди могут развестись. Я хочу увести Сун Яньчэна».

Это была настоящая головная боль. С одной стороны, Шэнь Ян боялся, что его сестра пострадает. С другой стороны, он знал темперамент сестры, и что-то могло случиться. Если Сун Яньчэн будет раздражен, это будет не очень хорошо.

Он должен был придумать, как поступить.

Сун Яньчэн не чувствовал, что в нем тихо распускается гнилой цветок персика. Он был полон жизненных сил и даже немного добр к своим подчиненным, заставляя некоторых из них дрожать от страха, что они могут обидеть его.

В то же время в семье Чжоу что-то произошло. С тех пор как появился приемный сын Чэньчэнь, отец Чжоу и мать Чжоу были в гораздо лучшем настроении, и это считалось надеждой. Семья из трех человек только что вернулась с шопинга, и тут в дверь вошел курьер.

Удивительно, но получателем было написано имя Чжоу Яньчэнь. Курьер сказал, что по прежнему адресу с получателем связаться не удалось. Спросив в приемной, он доставил его сюда. Отец Чжоу надел очки для близоруких и пристально посмотрел. Это был адрес компании Яньчэня, так что, похоже, это был адрес Яньчэня.

Отец Чжоу и мать Чжоу на мгновение замешкались, а затем открыли коробку. Внутри был конверт из бумаги с фотографией и неузнаваемой подписью.

— А, это не тот ли... человек, который играет в костюмированной драме? — Отец Чжоу некоторое время внимательно рассматривал человека и, наконец, узнал его.

— Это он! Кто прислал его фотографию? — Матушка Чжоу была в еще большем замешательстве.

Оказалось, что отправитель оставил на квитанции контактную информацию. Посовещавшись, отец Чжоу и мать Чжоу набрали этот номер.

— Здравствуйте. Я мама Чжоу Яньчэня, — Мать Чжоу явно нервничала, когда телефон был подключен. — Я получила посылку, это вы ее отправили?

Когда Чэньчэнь услышал это, он поднял голову и огляделся. Он не знал, о чем идет речь, и продолжал читать свою книгу.

— Да. Я отправила. Вы получили? Тогда это хорошо, — Это был голос девушки, и звучал он очень молодо.

— Наш Янчэнь... уехал в другое место. Сейчас с ним нельзя связаться. Для чего эта фотография? — Хотя она уже потихоньку смирилась с тем, что ее сын умер, мать Чжоу все еще не могла сказать это спокойно. Услышав это, отец Чжоу опустил голову и увидел, что его изначально густые черные волосы превратились в белые пряди.

— О, это фотография Ван Кайчжи с автографом. Некоторое время назад на Weibo был репост, и я выиграл в лотерею. Господин Чжоу связался со мной и сказал, что хочет купить эту фотографию. Сначала я не думала продавать ее, но господин Чжоу в частном порядке присылал мне письма, в которых говорил, что хочет кому-то ее подарить. Поэтому я продала ему фотографию, но хотела оставить ее у себя на несколько дней. Я сказала господину Чжоу, что отправлю его в этом месяце, и господин Чжоу согласился, — Эта девушка, вероятно, впервые встретила такого человека.

Она спросила Чжоу Яньчэня, почему он сначала отправил деньги, не боялся ли он, что она не пришлет фотографию?

На самом деле, на мгновение у нее появились такие мысли.

Однако одно предложение Чжоу Яньчэня заставило ее вздрогнуть. Он сказал, что, по крайней мере, некоторые люди получат фотографию, потому что был кто-то, кому очень нравился Ван Кайчжи, поэтому он хотел купить ее для нее.

Услышав слова девушки, мать Чжоу погрузилась в молчание. Положив трубку, она разрыдалась. Ей даже не нужно было гадать, кому нравится Ван Кайчжи.

Чжоу Хан помогал управлять компанией Чжоу Яньчэня. Каждый месяц отец Чжоу и мать Чжоу получали сумму денег, которой хватало бы им на всю жизнь. Некоторые люди говорили, что Чжоу Хан испытывал братскую любовь к Чжоу Яньчэну, но только Чжоу Хан знал, что это было его искуплением.

До сих пор Чжоу Хан винил себя. Если бы он не позвонил, Чжоу Яньчэнь был бы жив.

Получив звонок от матери Чжоу, Чжоу Хан уже был в аэропорту. Он быстро отменил свой рейс и отправился к семье Чжоу. Как обычно, как только он вошел в дверь, он несколько раз поднял Чэньчэня, а затем посмотрел на отца Чжоу и мать Чжоу:

— Здравствуйте, дядя, тетя.

Двое старших поздоровались с Чжоу Хэнем и отдали ему фотографию.

Чжоу Хэн ничего не сказал и лишь крепко стиснул зубы. Перед уходом отец Чжоу остановил его. Мужчина средних лет, который всегда молчал после ухода сына, впервые грустно спросил:

— Она ему так нравилась, почему он ей не сказал?

Сердце отца Чжоу заколотилось, когда он узнал, что его сын о многом сожалеет.

Уголок рта Чжоу Хэна дернулся:

— Наверное, он не хотел обременять ее.

Дело не в том, что он не хотел говорить ей. Дело не в том, что он не сказал ей. Дело в том, что он не получил никакого ответа. После этого она была с Цинь Юэ, а потом уехала за границу. Как он мог связаться с ней? И зачем было связываться?

Он также слышал, что Цинь Юэ сказал, что он собирается жениться, как Чжоу Яньчэнь посмел сказать ей об этом?

Раньше Чжоу Хан никогда не мог понять Чжоу Яньчэня, даже хотел рассказать об этом Тун Цзя. Однако теперь он смог немного понять.

Чжоу Хан считал, что если бы Чжоу Яньчэнь был жив и знал, что Тун Цзя все еще не замужем, он бы обязательно рассказал об этом Тун Цзя. Почему же после ухода с работы в тот день у него не было таких мыслей в голове? Просто в этом мире не было такого понятия, как — если.

Тун Цзя не ожидала, что ей позвонит Чжоу Хан. Закончив работу, она отправилась в назначенное место.

После прибытия в Японию Цинь Юэ начал активно работать, и наконец у него появилось полдня свободного времени. Его коллега, приехавший с ним, пригласил его развлечься, но Цинь Юэ придумал случайный предлог, чтобы отказать ему.

Лежа на большой кровати в отеле, Цинь Юэ ворочался в постели, несколько раз вставал и, наконец, взял телефон, лежащий рядом с кроватью, чтобы позвонить Тун Цзя. Он не мог больше сдерживаться.

Они с Тун Цзя были друзьями детства, и их семьи были очень близки. Именно потому, что он знал Тун Цзя столько лет, он знал, как Тун Цзя отреагирует. Он прекрасно знал, что Тун Цзя не будет рада общению с ним.

На самом деле, Цинь Юэ мог ее понять. На его месте, если бы Тун Цзя была не той, кого он любил с детства, а всего лишь бывшей девушкой, он бы не стал вмешиваться в ее жизнь после расставания. Это было бы очень неприятно. Как пара может стать друзьями после расставания? Это повлияло бы на чувства и могло бы поставить под угрозу будущие отношения.

Независимо от того, насколько глубокими были чувства, при выборе расставания все заканчивается.

Если вы снова вступали в контакт, неважно, в каком обличье, вы всегда начинали все по-другому. Это было очень отвратительно.

Он должен был прервать контакт с Тун Цзя, усердно работать и активно знакомиться с новыми друзьями, чтобы начать новые отношения. Это был лучший вариант. Однако Цинь Юэ пытался, но у него ничего не получалось. Иногда Цинь Юэ думал, что он слишком подлый. Поскольку ему нравилась Тун Цзя, он лучше, чем кто-либо другой, понимал, что он ей не очень-то нравится. Он обещал быть с ней вместе только потому, что был молод и ослеплен внешностью.

Когда она повзрослеет, то сможет понять, что ей действительно нравится.

Подумав, он выбросил любовное письмо Чжоу Яньчэня и шоколад в том году, потому что боялся, что такой хороший человек заставит Тун Цзя понять все раньше.

Цинь Юэ прокручивал контакты в WeChat и наконец остановился на чате Тун Мина.

В последнее время Тун Мин не выходил на связь, вероятно, потому что Тун Цзя ему что-то сказала. Цинь Юэ раздраженно вздохнул, но все же стиснул зубы и отправил Тун Мину сообщение.

[Цинь Юэ: Сяо Мин, я в Японии. Тебе что-нибудь нужно?]

После отправки сообщения Цинь Юэ зарылся лицом в подушку. Он ненавидел себя за то, что поддерживал с ней контакт таким образом.

Вскоре после этого у него зазвонил телефон.

[Тун Мин: Правда? Мне действительно ничего не нужно.]

Цинь Юэ некоторое время беззастенчиво болтал с Тун Мином, пока последнее сообщение от Тун Мина не ошеломило его.

[Тун Мин: Я хожу по магазинам с мамой. Мои отец и мать были очень обеспокоены свиданием вслепую. Я выбираю подходящую одежду.]

В семье Тун было двое детей, Тун Мин и Тун Цзя, кто же тогда пойдет на свидание вслепую? Тун Мин явно не подходил, так как он еще учился. Это должна быть Тун Цзя. Сердцебиение Цинь Юэ замедлилось на полтакта. Он моргнул, и сообщение Тун Мина было удалено. Очевидно, он был встревожен.

[Тун Мин: Я послал не то сообщение.]

[Цинь Юэ: Сяо Мин, скажи мне, твоя сестра собирается на свидание вслепую? Можешь сказать мне, когда? Я прошу тебя.]

Тун Мин сидел на диване в магазине, он ругался в раздражении, потому что он расслабился некоторое время. На самом деле он все еще хотел, чтобы его сестра и Цинь Юэ помирились. Однако, что бы ни случилось, он оставался на стороне сестры. Просто он уже сказал эти слова, и Цинь Юэ спросил, как Тун Мин мог игнорировать его?

Безжалостный, он решил ответить Тун Мину:

[Брат Юэ, моя сестра собирается на свидание вслепую в субботу. Я могу сказать только это.]

[Цинь Юэ: Спасибо.]

После того, как Тун Мин приехал домой, он все еще чувствовал себя неспокойно. После долгих колебаний он наконец позвонил Тун Цзя.

В это время Тун Цзя сидела в гостиной и смотрела телевизор. Когда ей позвонил Тун Мин, она пошутила:

— У тебя закончились деньги, и ты хочешь занять немного?

Тун Мин стоял на балконе и осторожно заглядывал в гостиную. Убедившись, что родители его не заметили, он прошептал:

— Кажется, я сделал что-то не так. Еще не поздно извиниться?

— Не говори ерунды. Просто скажи это.

— Я сказал брату Юэ, что в субботу ты идешь на свидание вслепую. Прости меня, сестра! Я не буду сопротивляться, как бы сильно ты меня ни ударила!

Тун Цзя была ошеломлена на некоторое время. Затем она притворилась злой и сказала:

— Маленький негодяй, у тебя три дня не будет крыши над головой, я забью тебя до смерти, когда завтра вернусь домой.

Услышав слова сестры, Тун Мин вздохнул с облегчением. Он знал, что его сестра не возражает.

Перед тем как положить трубку, Тун Мин колебался.

— Сестра, я думаю, что брат Юэ очень хороший.

— Проваливай! — Тун Цзя рассмеялась и отругала его, а затем положила трубку.

Она, конечно, знала, что Цинь Юэ хороший. Однако быть вместе с человеком не зависело от того, хороший он или нет. Она уже однажды совершила ошибку и не могла совершить еще одну. К этому времени Тун Цзя уже знала, что не испытывала романтических чувств к Цинь Юэ, а в юном возрасте неправильно поняла любовь.

Она была невежественна и не ответила на чувства Цинь Юэ. Теперь она больше не могла так поступать.

Тун Цзя встала и пошла в спальню. Она достала большой железный ящик, поставила его на кровать и открыла крышку. Это была ее шкатулка памяти, все воспоминания из прошлого. Там была записка, переданная в классе ее лучшей подругой, а также дневник, который она вела. Она достала небольшую картонную коробку и открыла ее. Она не могла не улыбнуться. Это были серьги от Цинь Юэ. В то время она очень хотела проколоть уши, поэтому он потратил все свои карманные деньги, чтобы купить ей серьги.

В то время она была невежественной и простой. Поскольку она была проста, было приятно вспомнить это снова.

Она открыла ящик рядом с кроватью, и ее пальцы слегка дрожали, когда она достала альбом с фотографиями Чжоу Яньчэня. Она положила альбом и фотографию Ван Кайчжи с автографом в сундук с сокровищами.

Неважно, был ли это Цинь Юэ или Чжоу Яньчэнь, все осталось в прошлом.

Так устроена жизнь. В ней есть три части: прошлое, настоящее и будущее. Прошлое прошло, а будущее вот-вот наступит.

Цинь Юэ долго сидел в комнате и наконец заказал билет на самолет в город А в пятницу вечером. Он позвонил руководителю.

— Я улетаю в Китай в пятницу и вернусь до понедельника, поэтому не буду задерживать работу.

Хотя начальник был беспомощен, он согласился. Цинь Юэ знал, что даже если он вернется, это будет бесполезно, но он не мог быть таким равнодушным. Однажды он уже совершил ошибку, поэтому не мог совершить ее дважды.

Возможно, это было чувство, когда кто-то нравится. Даже если ты знал, что поступаешь бесполезно и неправильно, ты все равно хотел сделать это, просто чтобы иметь хоть какую-то возможность.

В четверг утром Сунь Юйчэнь принесла маленькие пирожные. Она уже прошла процедуру отчисления. Говорили, что ее родители разводятся, и мать с дочерью переедут за границу. Такие эмоции при расставании достигли своего апогея после того, как одна из девочек в классе заплакала, Сунь Юньчэнь тоже плакала, пока у нее не перехватило дыхание. За короткий промежуток времени ее жизнь претерпела ошеломляющие изменения. Семьи не стало, ей пришлось уехать далеко от родного города, даже Тун Цзя переживала за нее.

Пришла и мать Сунь Юньчэнь, Бай Цинь. Она не выглядела на свои тридцать с лишним лет. Тун Цзя не понимала, какой красотой обладала госпожа любовница, чтобы отец Сунь Юйчэнь бросил свою жену.

Бай Цинь сказала, что хочет поговорить с Тун Цзя, и две женщины медленно шли по школьной дорожке.

— Спасибо учителю за этот период времени. Юньчэнь сильнее, чем я думала, — Бай Цинь была одета в длинное розовое платье, которое делало ее цвет лица еще белее. Она также носила жемчужные серьги, отчего выглядела очень теплой и изящной.

Казалось, что годы не оставили на ней никаких следов.

Тун Цзя поджала губы.

— Ничего такого. Она была очень хороша.

— Я не знаю, что Юньчэнь сказала вам, но на самом деле я чувствую облегчение, — Тун Цзя поддерживала связь с Бай Цинь из-за учебы Юньчэнь. Несмотря на разницу в 10 лет, им неожиданно нашлось, о чем поболтать.

Однако они говорили о другом, и сейчас Бай Цинь впервые взяла на себя инициативу поднять эту тему. Тун Цзя подумала, что Бай Цинь просто хочет найти собеседника, поэтому Тун Цзя больше ничего не сказала.

— Разве нет поговорки, что если мужчина изменяет, то женщина знает больше, чем мужчина? Не знаю, что думают другие, но я думаю, что после развода моя жизнь только начинается. Я стала более расслабленной. Мне не нужно притворяться, чтобы быть в гармонии. Мне не нужно слушать его ложь. Это действительно расслабляет, — Бай Цинь с улыбкой посмотрела на Тун Цзя.

Тун Цзя кивнула в знак согласия. Брак никогда не был мерилом счастья, и даже после развода жизнь может быть более захватывающей.

— Вы ненавидите его?

Бай Цинь надолго замолчала, услышав это. Когда они собирались идти к учительскому корпусу, она вдруг остановилась и покачала головой.

— Я не ненавижу его. Он и раньше был добр ко мне, иначе я бы не вышла за него замуж после окончания учебы. В ненависти нет смысла. Я просто больше не люблю его. Быть чужими — это тоже хорошо. Моя мама была против этого. Она говорила, что богатые мужчины будут изменять, а теперь в этом есть смысл.

Тун Цзя не совсем поняла, но не стала больше ничего спрашивать. Она просто улыбнулась Бай Цину.

— Ближайшие дни будут только лучше.

— Да, — Бай Цинь рассмеялась. Этот взгляд был словно возвращение в юность, взгляд, полный надежды.

Когда Бай Цинь увела Сунь Юйчэнь, Тун Цзя вернулась в свой кабинет. В данный момент она была единственной в офисе. Она взяла свой мобильный телефон, зашла на Weibo и по прихоти написала сообщение.

В этот момент Сун Яньчэн сидел в своем телефоне и просматривал Weibo. Говоря, что он прокручивал Weibo, на самом деле он следил только за Тун Цзя. Минуту назад он случайно увидел ее сообщение.

[Природа человека — быть неверным? Или это зависит от капитала и денег? Неужели слова, сказанные в этом году, не будут иметь значения через несколько лет? Если это так, зачем тогда жениться?]

Глаза Сун Яньчэна расширялись, чем дальше, тем больше. Что случилось? Почему у него возникло зловещее предчувствие?

Он был богатым человеком?

Измена? Что это было? Сун Яньчэн был полон сомнений. Он подумал, что если Тун Цзя в душе пришла к такому выводу, то неужели она не пообещает быть с ним вместе? Теперь, по ее словам, можно было понять, что она думает. Богатые мужчины изменяют, что за чертовщина!

Конечно, он должен был все объяснить, чтобы доказать свою невиновность!

Тонкие пальцы Сун Яньчэна быстро нажали на экран и набрали длинный список слов.

[Комментарий: Этот комментарий слишком произволен. Измена – это не природа всех мужчин. Я думаю, что даже если измена мужчины действительно связана с деньгами, это не значит, что мужчины, у которых есть деньги, будут изменять. На самом деле, измена уже морально порочна. Точно так же люди хотят быть богатыми. Кто-то упорно работает, чтобы заработать деньги, кто-то покупает лотерейные билеты, а кто-то идет на кражу или даже грабит банк. У разных людей разные цели. По крайней мере, я думаю, что нижняя черта человека — это ответственность. Даже если у него будет искушение, он будет думать о своей жене дома. Ответственность важнее способностей.]

Он не стал нажимать кнопку отправить, потому что Сун Яньчэн вдруг почувствовал, что его слова не имеют никакого смысла.

Что с того, что он убедил Тун Цзя в своей точке зрения? Действия были лучше слов. Сун Яньчэн очень хотел однажды сказать Тун Цзя, что, когда она будет с ним вместе, он абсолютно точно не сделает ничего морально порочного. Да, он считал, что измена — это моральное разложение.

Чем говорить приятные слова, лучше было совершить реальный поступок. Сун Яньчэн удалил комментарий.

Он встал, подошел к окну от пола до потолка и тихо вздохнул. Почему морально развращенные люди перекладывают вину на честных людей? Это было неразумно.

Когда Тун Цзя успокоилась, она подумала об одном человеке — Чжоу Яньчэне. По непонятным причинам, возможно, потому что его поступки трогали ее, она упрямо считала, что если этот человек — он, то ему можно доверять. Такое безосновательное доверие, пусть и странное, было искренним.

Она верила, что такие люди, как он, были популярны и в университете. Разве он не нравился Сюй Тинтин, сотруднице, которая приходила в дом Чжоу? В те несколько лет, как он мог не испытывать благосклонности красивых и прекрасных девушек вокруг себя. Однако он ни с кем не завязывал отношений.

Да, Чжоу Яньчэнь должен быть человеком с сильным умом, независимо от того, есть у него деньги или нет, верно?

Тун Цзя снова зашла в Weibo и удалила сообщение.

Правильно, все еще есть люди, которые могут быть единомышленниками, независимо от того, богаты они или бедны.

Сун Яньчэн снова обновил свой Weibo и обнаружил, что Тун Цзя удалила свой предыдущий пост. Теперь он был в еще большем замешательстве. Что случилось? Может, ее что-то подтолкнуло?

Если бы Тун Цзя не удалила сообщение, Сун Яньчэн мог бы только эмоционально вздохнуть. Однако ее действия заставили сердце Сун Яньчэна забиться в груди.

После долгого колебания Сун Яньчэн позвонил Тун Цзя.

Тун Цзя все еще была в замешательстве, когда ей позвонил Сун Яньчэн, и еще больше растерялась, когда услышала его первое предложение.

— Тун Цзя, как ты себя чувствуешь?

Как ответить на этот вопрос? Тун Цзя молчала несколько секунд, а затем ответила:

— Все хорошо. А что?

Сун Яньчэн почувствовал, что не понимает женщин. Если бы у нее было хорошее настроение, она бы не стала писать такие сообщения в Weibo. После публикации она удалила сообщение. Теперь она сказала, что у нее хорошее настроение. Он чувствовал, что угадать настроение Тун Цзя было сложнее, чем недавний случай с инженером. Он вообще не мог прочитать ее мысли.

— Если у тебя плохое настроение, ты можешь позвонить мне.

Тун Цзя нахмурилась.

— Что ты хочешь сказать? — Она не понимала Сун Яньчэна.

Сун Яньчэн некоторое время колебался, но так и не смог ничего внятно объяснить. Тун Цзя задумалась и вспомнила, что несколько дней назад он подписался на ее Weibo. Видел ли он сейчас сообщение на Weibo?

Она спросила:

— Ты видел сообщение на Weibo, которое я опубликовала?

Очень умно. Сун Яньчэн согласился:

— Да, я видел. Что-нибудь случилось?

Тун Цзя наконец-то поняла, что он имел в виду. Он пришел, чтобы выразить свою решимость? Она хотела рассмеяться, но равнодушно сказала:

— Ты тут ни при чем. Не делай автоматических выводов.

Она хотела намекнуть ему?

Как смешно. Очевидно, это было просто то, что сказала Бай Цинь.

— Это действительно не имеет ничего общего со мной? — Сун Яньчэн обеспокоенно спросил: — Ты же не будешь относиться ко мне с предубеждением только потому, что у меня есть деньги?

Такие слова действительно были неприятны. Тун Цзя была беспомощна, но она помнила, что все еще разговаривает по телефону, и собеседник не мог видеть ее выражения, поэтому она могла только ответить:

— Я завидую богатым людям.

«Я могу дать тебе все!»

Эти слова можно было выкрикнуть только в своем сердце, и все же их нельзя было произносить прямо. Иначе это выглядело бы неуважительно. Сун Яньчэн понимал это.

— Пожалуйста, не будь ко мне предвзята. Я не виноват в том, что у меня есть деньги, и это не универсальное оправдание для измены, — сказал он серьезным тоном.

Тун Цзя на мгновение впала в транс, но быстро пришла в себя с задумчивым выражением лица. Действительно, Сун Яньчэн был прав. Люди всегда любят говорить, что у мужчин появляются плохие мысли, когда они богаты. На самом деле это не так. Дурные намерения были, но, когда у них были деньги, они были более уверены в своих силах.

Если хорошенько подумать, деньги были жалкими и всегда становились виновниками.

— Понятно, — сказал Тун Цзя, — я не буду относиться к тебе предвзято. Это хорошо, что ты не ущемляешь меня в бедности. Спасибо.

Сун Яньчэн был весел и даже сбросил с себя усталость от вчерашней сверхурочной работы до 10 часов. Находясь вместе с Тун Цзя, даже если он просто слушал ее разговоры, он чувствовал себя расслабленным и удовлетворенным.

Тяжелая работа для того, чтобы заработать деньги, была направлена на то, чтобы сделать людей вокруг себя более комфортными и счастливыми, а не на то, чтобы причинить им боль.

После того как Тун Цзя повесила трубку, она почувствовала себя намного лучше. Однако мысль о субботнем свидании вслепую снова заставила ее нахмуриться. Она не знала, почему у нее возникло неописуемое чувство дискомфорта, вероятно, из-за телефонного разговора с Сун Яньчэном.

Очевидно, что они с Сун Яньчэном даже не были друзьями! Как странно.

В пятницу утром Сун Яньчэн только что приехал на парковку, и не успел он выйти из машины, как рядом с ним припарковался красный спортивный автомобиль.

Сун Яньчэн закрыл дверь машины и запер ее, дверь соседней машины тоже открылась. Из машины вышла девушка в красном облегающем платье. Она сняла солнцезащитные очки, увидела Сун Яньчэна, и в тот же миг ее улыбка стала еще ярче. Она поспешно нагнулась, чтобы взять из машины завтрак, и пошла к Сун Яньчэну на 10-сантиметровых каблуках. Шэнь Жун знала, какая улыбка может вызвать нежность у такого мужчины, как Сун Янчэн. Обычно она невинно и мило улыбалась своему брату Шэнь Яну. Независимо от ее просьбы, даже если она была неразумной, ее брат соглашался.

Шэнь Жун невинно улыбнулась и поприветствовала Сун Яньчэна:

— Брат Яньчэн, доброе утро.

Сун Яньчэн не знал этого человека. Он выглядел озадаченным. Ведь независимо от того, кто был собеседником, он просто молчал. Никто не знал о его амнезии, поэтому он не мог выдать эту проблему, не зная ситуации, верно?

Шэнь Жун, увидев выражение лица Сун Яньчэна, все поняла. В тот день на банкете было слишком много людей, и она просто пошла за братом, чтобы поздороваться. Если бы перед ней стоял не Сун Яньчэн, Шэнь Жун была бы рассержена и презрительна. Однако именно потому, что он был Сун Яньчэном, она смогла его простить. Она поджала губы и улыбнулась.

— Я Шэнь Жун, младшая сестра Шэнь Яна. Я прохожу стажировку в компании Сун.

— О, — Сун Яньчэн кивнул, вспомнив, что позавчера Шэнь Ян, кажется, говорил, что его сестра придет в компанию на стажировку.

— Могу ли я называть тебя братом Яньчэном? — Голос Шэнь Жун был уже сладким, а на ее щеке появилась пара неглубоких ямочек, когда она улыбнулась, очень очаровательно.

Сун Яньчэн все еще восхищался Шэнь Яном, у него была сильная работоспособность. Однако между Сун Яньчэном и Шэнь Жун были обычные отношения начальника и подчиненного, и они не были знакомы друг с другом. Более того, когда она назвала его братом Яньчэном, он подумал, что это очень неловко.

Он посмотрел на нее, покачал головой и мягко сказал:

— В компании зовите меня президент Сун.

Шэнь Жун на мгновение поперхнулась, и улыбка на ее лице застыла. Это было неправильно. Если бы она так называла друзей брата или выпускников университета, они были бы счастливы. Что было не так?

Она совершенно не принимала того, что Сун Яньчэн не интересуется ею.

Выражение лица Шэнь Жун окаменело всего на несколько секунд и вскоре вернулось в нормальное состояние.

— Хорошо, президент~ Сун~.

Она намеренно удлинила тон, и для других это звучало как кокетливое поведение влюбленных.

«...» Сун Яньчэн поднялся на ноги и пошел к лифту, — Я поднимусь первым.

Характер Шэнь Жун слишком отличался от характера ее брата, или все молодые девушки такие? Сун Яньчэн покачал головой.

Совершенно не по правилам! Шэнь Жун была ошеломлена на несколько секунд, а затем быстро побежала за ним, идя бок о бок с Сун Яньчэном, пока они не достигли лифта. Шэнь Жун все еще искала тему для разговора и даже последовала за Сун Яньчэном к лифту. Сун Яньчэн остановил ее и улыбнулся.

— Это эксклюзивный лифт, который едет прямо на 23 уровень. Вы можете воспользоваться следующим лифтом, офис Шэнь Яна находится на 15-м уровне.

Конечно, она была просто маленькой девочкой. Она выглядела так, будто пришла не работать, а играть.

Несколько сотрудников уже переглянулись в унисон. Сразу после этого Шэнь Жун увидела, как Сун Яньчэн нажал на кнопку закрытия, и дверь лифта медленно закрылась. Она все еще смотрела в недоумении.

Очевидно, она знала, что это эксклюзивный лифт. На самом деле она хотела подняться вместе с Сун Яньчэном и позавтракать вместе. Точно, завтрак! Она посмотрела на завтрак, который несла в руках, а затем на взгляды окружающих сотрудников. Она так разозлилась, что выбросила завтрак прямо в мусорное ведро.

Шэнь Жун не пошла к Шэнь Яну, а отправилась на 23 этаж. Она хотела посмотреть, как выглядит секретарша Сун Яньчэна. Все говорили, что босс и секретарша, скорее всего, испытывают друг к другу чувства. Если это возможно, она все еще надеялась стать секретарем Сун Яньчэна.

Зная свою силу и врага, в любой битве можно одержать победу!

Она прошла весь путь до комнаты секретаря. Там сидел только один человек. Шэнь Жун вошла и спросила:

— Вы секретарь брата Яньчэна?

Сунь Цянь только что пришла в компанию, и не успела она откусить хлеб, как услышала, что кто-то спрашивает ее. Хотя она не знала, кто эта собеседница, работа у Сун Яньчэна развила ее внимательность, поэтому она знала, что эта девушка носит одежду известного бренда. Раз она смогла прийти в компанию Сун, то, возможно, она дочь высокопоставленного руководителя. Думая об этом, Сун Цянь не посмела быть беспечной и нацепила стандартную улыбку.

— Да. Вам нужна помощь?

— Лицо выглядит не очень хорошо, — Шэнь Жун посмотрела на нее с презрением.

Она подумала, насколько красивой может быть секретарша Сун Яньчэна. Как она могла оставаться рядом с Сун Яньчэном с такой красотой? Позже она скажет своему брату, чтобы он попросил в отделе кадров, чтобы она стала секретарем Сун Яньчэна.

Сунь Цянь была ошеломлена, когда эти слова прозвучали из уст Шэнь Жуна. Она не знала, что ответить.

Шэнь Жун закатила глаза и ушла, оставив Сун Цянь в недоумении.

Через некоторое время Сун Цянь взяла документы и пошла в офис Сун Яньчэна. Он усердно работал, рукава его были закатаны до локтей. Подумав немного, она решила рассказать ему о случившемся. Если этот человек был связан с Сун Яньчэном, то в следующий раз она сможет лучше справиться с этим. Женская интуиция подсказывала ей, что следующий раз обязательно будет.

— Президент Сун, только что подошла девушка. Похоже, она искала вас, — осторожно сказала Сун Цянь.

— Кто? — как только Сун Яньчэн произнес эту фразу, он подумал о сестре Шэнь Яна и отложил ручку. Прежде чем Сунь Цянь успела что-то сказать, он посмотрел на Сунь Цянь и спросил — Она что-нибудь сказала?

Он действительно знал этого человека.

Сунь Цянь почувствовала, что все еще может понять выражение лица Сун Яньчэн. Она бросила осторожный взгляд, не попавшись. Сун Яньчэн был ровнодушным, но он определенно был не в лучшем настроении.

Тогда она могла смело жаловаться.

— Ничего. Она только спросила, не ваша ли я секретарша, ничего особенного не сказала и ушла.

Выражение лица Сун Яньчэна стало холодным, и он спросил:

— Она была одна?

Сун Цянь кивнула. Она знала, что Сун Яньчэн был недоволен.

Успешно пожаловался √

«Ты сказала «не очень хорошо выглядит», да? А ты была прекрасна, как цветок?» Не было такой женщины, которая не заботилась бы о своей внешности, и то, что ее оценивали пренебрежительно, было... нехорошо!

После ухода Сун Цянь, Сун Яньчэн сразу набрал номер Шэнь Яна.

— Шэнь Ян, твоя сестра только что поднималась на 23 этаж. Пожалуйста, напомни ей, что 23 этаж не является зоной посещения. Если возникнут какие-либо проблемы, ты можешь напрямую позвонить мне.

Услышав гудки с другого конца, лицо Шэнь Яна стало мрачным. Сразу же он потащил Шэнь Жун из соседнего отдела в свой кабинет. Как только дверь закрылась, Шэнь Ян отругал ее.

— Этаж №23 — это кабинет президента, даже я не могу войти и выйти случайно, а ты идешь туда? Кто тебя этому научил? Неужели ты ничему не научилась?

Это был первый раз, когда Шэнь Ян был настолько ожесточен с Шэнь Жун, что она чуть не заплакала.

— Я просто поднялась, чтобы посмотреть...

— Кем ты себя возомнила? Эта компания принадлежит нашей семье? Ты думаешь, что ты госпожа семьи Сун? — Шэнб Ян был нетерпелив, но он забеспокоился, когда увидел, что глаза его сестры покраснели.

Шэнь Жун почувствовала себя обиженной. Она просто поднялась, чтобы посмотреть. Как ее брат мог быть так жесток с ней?

Шэнь Ян подавил свой пыл и серьезно сказал Шэнь Жун:

— Не борись за внимание Сун Яньчэна. У него должна быть девушка. Ты думаешь, что он красив и богат, но задумывалась ли ты когда-нибудь о том, что человек, который может содержать семью Сун, может быть таким простым. Если подобное повторится, Сун Яньчэн больше не даст мне лица.

Шэнь Жун не обратила внимания на остальные слова, только расширила глаза, схватила Шэнь Яна за руку и спросила.

— У него есть девушка? Кто!

— Неважно, кто. Главное, чтобы ты не боролась за его внимание.

Шэнь Жун было все равно. После брака развод все еще был возможен, как и расставание после появления девушки. Но она все равно хотела знать, кто является этой девушкой. В этом случае она могла бы найти способ увести Сун Яньчэна. Как она могла отпустить такого хорошего человека?

Ее брат был слишком осторожен и труслив. В будущем, когда они с Сун Яньчэном будут вместе, положение ее брата в компании Сун станет выше?

Вэто время Фэн Хао вошел в кабинет Сун Яньчэна и сел за стол.