Где-то среди безграничного пространства активно переговаривались две маленькие девушки, оглашая загадочное место милыми голосками.

Всё окружение представляло собой лишь белоснежный гладкий пол, уходивший за обозримый горизонт и светло-голубое небо без единого облачка.

И только далеко в вышине горело яркое солнце, согревая неестественные просторы нежным теплом.

— Немиа, ну когда уже? Я сильненько устала ждать!

Лолита с длинными серебристыми волосами и недовольным личиком уже полчаса изнывала от нетерпения, ежеминутно донимая свою подругу.

— Не мешай!

Тонко рявкнув в ответ, вторая девушка сердито поправила светлые волосы и напряжённо нахмурилась.

— Знаешь, как сложно найти милого мальчика, который будет беспрекословно выполнять все наши указания?! Ещё минуту!

— Мы же богинюшки... Зачем искать? Если откажется, простенько свяжем волю и поставим условия, а дальше будемки развлекаться! Хих... Вспомни того миленького геройчика, хи-хи... Он два часика сопротивлялся, пока мы не раздели его догола... Хи-хи-хи... Как же он покраснел... Ха-ха-ха!

Уже больше сотни лет богини забавлялись тем, что призывали людей из различных пространств, после чего отправляли их исполнять свою волю в других мирах.

Это ведь так весело, наблюдать за тем, как рабы попадают в опасные ситуации!

— Готово! Нашла подходящую душу! Вызываю!

Довольно улыбнувшись, светловолосая лолита немного прищурилась.

— Ох... Какая же яркая!

— Уряшеньки! Сейчас повеселимся!

Внезапно, в двадцати метрах от девушек, в яркой вспышке пламени разверзся огненный портал, заливший белое пространство алым сиянием.

Изрыгая ревущие потоки жара, пылающий разлом с раскатистым грохотом выбросил из себя какое-то тело.

А уже через секунду, грузно приземлившись на белое ничто, молодой человек в возрасте пятнадцати лет неторопливо поднялся на ноги и открыл глаза.

С интересом уставившись на призванную душу, богини стали внимательно рассматривать их будущего раба.

Короткие красные волосы, подтянутая фигура, хотя и немного худоватая, а так же огненный взгляд... Буквально.

Закручиваясь медленными вихрями, в зрачках юноши, словно дремлющий зверь, полыхало рыжее пламя.

Но опустив взор ниже, девушки увидели ещё более странную и пугающую картину...

— Ш-шрамы?

Неизвестный появился в одежде, но даже из-под неё на свет выглядывала часть ужасающих шрамов, оставшихся от давно заживших ранений.

Особенно сильно выделялся кошмарный рубец, по диагонали пересекавший всё лицо молодого человека, начиная от правого века и заканчивая левой ключицей.

Страшно представить, какие следы могли скрывать под собой его одеяния, если даже ладони и предплечья парня были сплошь изрезаны старыми порезами и ожогами.

Вперившись в незнакомца ошеломлёнными взглядами, богини вдруг синхронно переглянулись и без слов решили, что сейчас не время удивляться. Их главная задача - подчинение призванной души.

Хотя, они всё же расстроились тому, что вместо милого мальчика, к ним прибыл изувеченный и жутковатый парень... Но они высшие существа и должны всегда поддерживать своё благородство!

Вальяжно рассевшись в недавно созданных тронах и окинув юношу снисходительным взором, лолиты важно вскинули подбородки.

— Приветствуем тебя, герой! Я – Немиа, богиня хитрости, а это Акина – богиня удачи.

— Здравствуй, геройчик!

Скользнув по девушкам абсолютно безразличным взглядом, молодой человек тут же осмотрел своё тело, облачённое в серые кожаные штаны и светлую рубашку.

Только сейчас богини заметили, что на одном из пальцев юноши слабо поблёскивало серебряное кольцо с вкраплением драгоценного камня кровавого окраса.

Аксессуар немного заинтересовал лолит, не часто к духам привязывается какой-либо предмет.

— Слабое. – отрешённо произнёс герой, сжимая и разжимая ладонь.

— Кхм... Тебе, должно быть, интересно, почему ты оказался здесь? Что ж, не пугайся, ты умер.

Девушки сразу же замерли в ожидании привычно бурной реакции, но заметив ничего не выражающее лицо незнакомца, смущённо продолжили разговор.

— Да... Так вот. Ты удостоен великой чести! Мы даруем тебе наши покровительства и отправим в мир "меча и магии", а взамен, ты выполнишь все наши условия! – по голосу Немии можно было понять, что оспаривать данное решение бесполезно.

— Нужненько помочь королевству, в котором боготворят нас!

Юноша внимательно оглядел богинь, не проявляя ни капли волнения или нервозности. Он вообще не выказывал каких бы то ни было эмоций.

И это ещё сильнее удивило девушек, ведь обычно, призванные не могли смириться со своей смертью и в большинстве случаев пытались отказаться от выполнения условий.

Некоторые плакали, другие впадали в уныние, были и те, кто силился сбежать или до посинения спорить с ними.

Иногда, даже попадались извращенцы, которые называли их прекрасными "вайфу-лолями" и начинали д... В общем, пытались обнять их или пощупать.

Разумеется, подобные люди сразу же отправлялись прямиком в Шаблониум. Но этот человек... Он словно и вовсе не был заинтересован их присутствием.

~ Немиа, откуданьки ты его взяла? Он точненько не отсталенький?

~ Ты сомневаешься во мне?! Всё, как обычно, я нашла душу в человеческой стране под названием Япония! Мог, конечно, произойти сбой в заклинании... Но это крайне маловероятно!

~ Он слишком спокойненький... Может, у него шок? И эти следы... – Акина напряжённо взглянула на шрамы юноши.

~ Неважно, действуем по плану!

Богини вновь синхронно уставились на странного человека и задумались над тем, как заставить того понять, в какой ситуации он находился и с кем имеет дело.

Им очень не нравилось то, что жалкий смертный совершенно не реагирует на их исключительное величие.

— Итак, человек. Вижу, ты не противишься своей судьбе... Это правильный выбор. Какое имя ты хотел бы носить в новом мире? Есть ли у тебя вопросы?

Грациозно поведя ладонью, лолита промолвила мягко, но настойчиво.

— Не стоит излишне волноваться, герой. Если будешь беспрекословно повиноваться нам, то ничего плохого не случится... Однако. – девушка резко сжала маленький кулачок. – Любое сопротивление - строго наказуемо.

Напустив на себя максимально гордый вид, богиня ожидающе воззрилась на молодого человека.

Между тем, юноша, до того задумчиво изучавший новое тело, медленно поднял голову и перевёл тяжёлый взгляд на лолит.

В ту же секунду, девушки, как по команде отвели глаза в сторону, не успев и задуматься о своих действиях.

Несмотря на абсолютно спокойный вид героя, его взор излучал настолько дикую ярость, что у богинь похолодело в груди.

На мгновение они даже почувствовали страх, но быстро успокоились, ведь обычный призванный ничего не сделает высшим сущностям.

— Брутал. – отчётливо проговорил человек громким и уверенным голосом.

И вновь, лолиты невольно содрогнулись. Девушки отчётливо понимали, что перед ними стоит подросток...

Однако, его голос звучал столь неестественно и холодно, что создавалось впечатление, словно им отвечал какой-то робот, а не живая душа.

Но самое странное заключалось в другом. На несколько секунд в разумах богинь поселилась поистине ненормальная мысль - они хотели подчиниться этому человеку.

Синхронно встряхнув головами, лолиты нервно переглянулись и сбивчиво обратились к герою, который продолжал сверлить их немигающим взором.

— А? Так, что ты... А! Бру... Тал? Как-то... Грубовато? Но раз ты захотел... А может, лучше Бито? Бито-сан...? – запинаясь проговорила Немиа, всеми силами стараясь не смотреть Бруталу в глаза.

— О-оставим так! Х-хорошечно, тепереньки, мы переместим тебя в Нарнею! Остальное объяснят на месте... Тамочки... Н-ну... Хи-хи...

Нервно усмехнувшись, Акина замолчала и растерянно взглянула на свою подругу.

— Что же, герой. Выполни нашу волю и будешь вознаграждён! Кхм... А теперь...

— Вы умрёте.

Изумлённо притихнув, богини решили, что им послышалось, ведь невозмутимое лицо юноши не выражало и намёка на эмоции, лишь в огненных глазах героя продолжала бушевать необузданная энергия.

— Эм... Ты что-то сказал? – неловко спросила Немиа, всё ещё стараясь сохранять внешнее спокойствие.

Однако, ответом ей послужила только тишина и лёгкое напряжение, возникшее в безграничном пространстве.

Не сводя с девушек угрюмого взора, Брутал размеренным шагом двинулся к тронам.

В ту же секунду, лолиты ощутили сильнейшую угрозу, но стойкая вера в то, что ничтожные смертные ничего не смогут противопоставить высшим существам, придавала им смелости.

— Эй, ты слушаешь меня?! Ты хоть представляешь, перед кем находишься?! – властно крикнула Немиа, изо всех сил пытаясь не отводить взгляд от Брутала.

Богини чувствовали необоснованное волнение и никак не могли найти этому достойной причины. Они одним взглядом могли стереть его из истории вселенной... Так почему же им страшно?!

С каждым шагом юноши, лолиты всё сильнее ощущали, как пространство буквально сгущалось вокруг них, сдавливая дыхание и путая мысли.

— Предупреждаю в последний раз! За неповиновение ты будешь проклят и отправлен в мир полный путан и кровопролитий! – уже менее уверенно прокричала Немиа.

— Д-да! Ты ведь понимаешь, что тебяшеньки ждёт?! Они из-извращенки! Бито-сан, о... Они любят целоваться!! – при этих словах и Немиа, и Акина обильно покраснели.

Не обращая никакого внимания на кошмарные угрозы, Брутал неуклонно приближался к богиням, одним лишь взором заставляя девушек вжиматься в троны.

Разговаривать с трупами? Забавная трата времени.

— В-всё! Ты в-вынудил меня! В... Взываю к Системе миров! Отправь этого глупца в Шаблониум! Божественная телепортация!! – истерично проголосила Немиа, совершенно растеряв наигранное благородство.

— Ха-ха! Т-тепереньки, ты обречён, жалкий мальчишка! Этот мир н-наполнен множеством распутных девушек! Б-бесконечные войны... Аха... Тебяшеньки замучают и зацелуют! – скрестив отчаянно дрожавшие руки, Акина принялась во всю запугивать героя.

Богини так же забыли упомянуть, что Шаблониум один из самых несправедливых и воинственных миров во всей системе. А кроме того, ещё и крайне нестабильный.

В нём часто нарушаются логические цепочки и устоявшиеся законы. Всё это связано с тем, что данное пространство является довольно молодым и только начинает своё формирование во вселенной системы.

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

— А-акина... Н-не работает!! – лицо Немии моментально побледнело от ужаса.

— Что?! К-как?! Бытеньки не может! Т-такое возможненько, т-только если он выше нас по рангу! – Акина вдруг обнаружила, что и сама не может сбежать с помощью телепортации.

— А если он... – Немиа посмотрела на подругу глазами, полными ужаса.

Для богинь внезапный сбой системы равносилен полной беспомощности, ведь без магии они были не сильнее обычных смертных.

— Неть!! Это невозможненько!! Система нерушименька!! Он не может...

Внезапно, горло лолиты скрутило жутким спазмом, не дававшим ей вымолвить и звука.

Тем временем, юноша уже подошёл к мраморным лестницам и начал медленно подниматься по ступеням.

На таком расстоянии один только взгляд пламенных глаз, вызывал у девушек иррациональный, животный страх.

Молодой человек в полном безмолвии приближался к лолитам, сохраняя неестественное хладнокровие.

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, агония ждёт, жалкий кусок мяса!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

#Ошибка, абсолютное отрицание системы!#

— Н-нет! Не подходишеньки!! Немиа, помогишеньки!! – наконец, гордая богиня покинула свой трон, оставив вместо себя только маленькую, трясущуюся от ужаса девушку.

Немиа в панике искала любой выход из ситуации, но всё, на что хватало её сил - это вжаться в белоснежный престол и сдерживая слёзы, попытаться запугать монстра, уже нависшего над хрупким телом подруги.

— Г-грязный червь! Т-ты не посмеешь тронуть нас! Т... Ты будешь навеки проклят выс...

Однако, уже в следующее мгновение Немиа проглотила оставшиеся слова, ведь на её глазах юноша резко схватил Акину за тоненькую шею.

Из глаз девушки тут же брызнули слёзы. Впервые за свою жизнь лолита почувствовала, что может умереть.

Богиня раз за разом использовала мощь системы, царапала руку героя ноготками и всячески пыталась вырваться. Но всё было тщетно.

Неторопливо подняв брыкавшуюся и отчаянно рыдавшую девушку в воздух, Брутал крепко стиснул хрупкое горло.

— Кха... Отпу... Кха... Пожал... Не... Кх... Прош... Кха...

Истошно дрыгая красивыми ножками, Акина сдавленно молила о пощаде, в то время, как Немиа заворожено взирала на развернувшуюся трагедию, не в силах пошевелиться.

Она совершенно не понимала, что можно сделать в такой ситуации. Человек не реагировал на угрозы, божественные силы не работали на нём...

"Почему эта душа вдруг так обозлилась на нас?! Мы ведь только хотели призвать его и отправить в волшебный мир!

Ну, может, заставить выполнять наши указания, но разве это не равноценный обмен?! К тому же, быть посланником богов... Да за это убивать готовы!

Как такое вообще возможно?! Он ведь обычный человек! Что делать?! Что же делать?! Он ведь... Не ранит её...? Нет-нет... Невозмо..."

В тот же миг, юноша с лёгким размахом запустил девушку прямо в мраморный трон.

— А-А-А-А-А!! – Акина рефлекторно попыталась выставить руки, но бросок оказался слишком быстрым.

С глухим ударом на престол брызнула яркая кровь из разбитого носика лолиты.

— Хнык... Ай... Хнык... А-а-а-ай... Хнык... Не... – прикрыв кровоточащий нос трясущейся ладошкой, девушка протянула свободную руку к герою, умоляя того остановиться.

Но приблизившись к стонущей богине, Брутал спокойно оттолкнул её ладонь в сторону и крепко вцепился в шелковистые локоны девушки.

Уставившись на подругу пустыми глазами, Немия наблюдала за тем, как юноша медленно поднимал вопившую лолиту за волосы.

— Н-не... – богиня вновь попыталась остановить героя, однако...

Удар. Элегантное платьице Немии замарало бороздой тёплой крови.

Послышался громкий стон Акины.

Удар. К трону прилипли ошмётки кожи.

Брутал замахнулся вновь.

Удар. Послышался хруст, и рыдания девушки превратились в протяжный визг.

Акина всеми силами старалась ослабить железную хватку юноши, но могла лишь оставлять небольшие царапины на его ладони.

Удар. Во все стороны разлетелись осколки костей и небольшие шматки плоти, а на троне показался скол.

С каждым столкновением, Немиа всё больше отстранялась от происходящего, её разум отказывался верить в это.

Маленькая челюсть Акины уже не выдерживала столь высокого давления, из-за чего расколотые зубы вылетали из ротика богини с каждым плевком крови.

И лишь на лице Брутала при виде этих страданий не дрогнул ни единый мускул. В глазах героя продолжало гореть пламя, сжигавшее храбрость у любого, осмелившегося заглянуть в огненные пучины.

— Чт-чт-чт... Не-е-е, н-нн... – дрожащим голосом проблеяла Немия, временно очнувшись от потрясения.

Однако, юноша уже начал казнь и теперь его не остановит даже сама смерть. Что уж говорить о ничтожных мольбах какого-то куска плоти.

Ты навредил мне - ты умрёшь.

Ты унизил меня - ты будешь страдать.

Ты захотел поработить меня - ты захотел умереть.

В принципах Брутала не было компромиссов, для него не существовало различия между малым или большим злом. Ведь никто не избежит кары.

Удар. Визг сорвался в булькающие хрипы. С милого личика девушки падала тягучая кровь, окрашивая белоснежное пространство в новые цвета.

Акина теряла сознание, из последних сил поскрёбывая предплечья юноши.

Удар. Ладошки богини ослабевали и уже не пытались расцепить мёртвую хватку героя.

Жизнь высшего существа подходила к концу, а Брутал продолжал монотонно вбивать голову Акины в твёрдый мрамор.

Некогда прекрасное личико лолиты сейчас походило на крошево зубов, костей и пульсирующей плоти.

Один глаз был выбит и частично вытек, маленький носик вмят в череп, а нижняя челюсть девушки почти оторвалась, свисая на подрагивающей мышце.

Немиа прикладывала всю свою волю, но не могла перестать смотреть на эту тошнотворную картину.

Никогда ещё призванный не был так жесток... Даже самые злые из героев не пытались убить богинь. И не были на такое способны.

Удар. Раздался громкий треск, и руки Акины повисли плетью.

Перед глазами Немии болталась мёртвая богиня удачи, а мысли куда-то испарились.

Удар. Розовая слизь с ошмётками мозга покрывали большую часть трона и тела юноши.

Но Брутал и не думал останавливаться... Если убиваешь, делай это так, чтобы никто не рискнул повторить действия твоего врага.

Удар.

Удар.

Удар.

Удар.

Удар.

Удар.

Удар.

Удар...

Лишь, когда от головы богини остался скальп с вонзившимися в него кусками черепа, а тело девочки перестало трястись в агонизирующих спазмах, человек небрежно отбросил мёртвую лолиту на трон.

Всё туловище Брутала покрылось слоями крови и ошмётками мяса, но лицо героя по-прежнему не выражало и доли эмоций, словно на него натянули безжизненную маску чужеродной плоти.

И только глаза юноши выбивались из общего вида ледяной скульптуры, пылая безудержной ненавистью.

Боясь даже шелохнуться, Немиа молча взирала на то, что осталось от Акины, в то время, как слёзы тонкими полосками стекали по её бледному личику.

Тело лолиты полностью онемело и девушка буквально впилась в поручни престола.

В свою очередь, перевернув изувеченную тушку богини на спину, Брутал замахнулся и с мерзким хрустом проломил грудь мёртвой лолиты.

На мгновение замерев, Брутал спокойно поднёс руку к глазам и посмотрев на свои сломанные пальцы, мрачно изрёк.

— Убожество.

Более не обращая никакого внимания на вывернутые пальцы, молодой человек продолжил грубо разрывать грудную клетку Акины.

С гулким треском раздвигая кости и ещё тёплую плоть девушки, герой едва не заставил Немию потерять сознание, когда хруст рёбер заполнил всё окружающее пространство.

Наконец, Брутал крепко сжал сердце богини и резко выдернул его из туловища, вызвав короткий фонтан крови.

А после, случилось то, из-за чего вечно энергичная лолита больше никогда не решалась призывать героев. Настало время для одной из главных частей казни.

Юноша начал абсолютно невозмутимо пожирать маленькое сердечко Акины.

Медленно и неотвратимо алая плоть скрывалась во рту молодого человека.

Терпкая жидкость стекала по шее Брутала, окропляя пол под ним.

К сожалению, он не видел в этом ничего приятного... Да и какое удовольствие можно получить, поедая мясо слабого противника?

Однако, отступать от своих принципов нельзя, ведь формальности должны быть исполнены. Да и жрать охота.

Конечно, Брутал не поедал сердце каждого встречного противника, но в некоторых случаях считал нужным выполнение данного ритуала.

На самом деле, эта привычка давно засела в его разуме из-за некоторых событий прошлого, когда срочное поедание плоти было вынужденной мерой... Но кого оно волнует сейчас?

И вот, закончив увлекательный процесс дегустации, Брутал недовольно встряхнул окровавленной ладонью, после чего плавно развернулся к богине хитрости.

Впервые увидев глаза юноши со столь близкого расстояния, Немия тут же побелела не хуже свежего трупа своей подруги.

— Скучно.

Немиа отчаянно вжималась в трон, пытаясь унять крупную дрожь, сотрясавшую её тело.

Всё внимание богини занимал пристальный взгляд человека, оторвавшего от мёртвой лолиты окровавленное ребро, которое он мерно покачивал в руке.

Девушка уже поняла, что перед ней находился кто угодно, но не обыкновенный смертный.

Пылавший чистой ненавистью взор и холодное, совершенно безэмоциональное лицо. Создавалось ощущение, будто она смотрит на какого-то голема из плоти.

А ещё, эти ужасные следы... Только сейчас Немиа задумалась над тем, как душа могла получить такое огромное количество шрамов.

Зачастую, при появлении в новом теле призванные существа были чисты, ведь у них исчезали любые изъяны прошлой судьбы. Даже более того, им доставалась внешность куда лучше былой.

Но иногда, умерший получал при жизни настолько тяжёлое ранение, что оно отпечатывалось прямиком на его душе, выявляясь во время перерождения.

И всё же, максимум из того, что видела Немиа - небольшие царапины или в крайнем случае, крупные порезы.

Чтобы увечье закрепилось на эфемерной оболочке, оно должно принести владельцу колоссальные муки и нередко, травмировать психику.

Однако, этот человек... Да он ведь буквально с ног до головы усеян шрамами!

А огромный рубец, разрубавший его лицо от века до ключицы? Чтобы подобная рана осталась при перерождении, смертный должен испытать просто немыслимую агонию!

Но это абсурд! Ни один нормальный человек не способен выдержать такую боль!

"О, Создатель! Может ли быть, что это существо марионетка Наг'Гара? Если так, то всё очень плохо..."

Неожиданно, юноша поудобнее перехватил белёсое ребро и сразу же направился в сторону пока ещё живой лолиты, буравя её до ужаса спокойным взглядом.

В тот же миг, Немиа молнией слетела с трона и вмазалась головой в пол, расшибив миниатюрный лобик до крови.

Богиня хитрости оказалась несколько расторопнее своей менее удачливой напарницы и решила действовать иначе.

— П-п-прошу! П-по... Пощады!! – громко взмолилась Немиа, отчаянно прижимаясь к полу.

Девушка и думать забыла о каких-то манерах, изо всех сил вдавливая череп в холодный мрамор.

Кому нужна гордыня, когда тебя собираются сожрать заживо, предварительно раскроив голову?

Да, они всего лишь низшие богини системного пантеона, но это не означает, что они слабы... Во всяком случае, так было раньше.

Теперь же, вместо того, чтобы смеяться над беспомощным рабом, скакавшим по волшебному миру в поисках спасения, она лежала перед остывающим трупом богини удачи и молила неизвестное чудовище о пощаде.

В свою очередь, сам монстр остановился прямо перед ней и едва заметно нахмурившись, осмотрел трясущуюся лолиту.

— Сдаёшься?

— Д-д-да!! П-пожалуйста! Я... Мы... Я в-виновата! Я сделаю... Т-только, не надо!.. – в ужасе затараторила богиня.

Немиа старалась говорить максимально смиренно, ведь если с ним можно договориться, то у неё появится шанс...

Но в ту же секунду сердце девушки сковал леденящий ужас. Брутал вновь начал медленно приближаться к ней.

— Н-нет... Н-н-нет! П... П-прошу! – лолита в панике поползла назад, однако, дрожащие руки едва слушались хозяйку.

Подойдя вплотную к содрогающейся девушке, юноша сразу же уставился в глаза Немии, мгновенно испепелив все мысли лолиты.

Богиня пыталась вымолвить хоть слово, но пылающий нечеловеческим безумием взор героя буквально сковывал разум девушки.

И в какой-то момент Немия почувствовала, как эта огненная пучина стала грубо затягивать её в свои недра.

На границе сознания возникли приглушённые шумы, будто кто-то яростно скоблил каменную стену когтями, а голову заполонили тысячи искажённых шёпотов и протяжных завываний.

— Плати.

Внезапно, голос юноши раскалённым металлом ворвался в мысли девушки, тут же выведя лолиту из полнейшего ступора.

Трясущееся отродье пока не нанесло ему прямого вреда, а формальная казнь уже была исполнена. Почему бы и не узнать, что предложит кусок плоти взамен на свою жизнь?

Несомненно, Брутал любил убивать. Однако, он совершенно не питал влечения к истреблению слабых противников, если это не приносило ему пользы.

Да и какое удовольствие можно получить от сражения с дохлой самкой неизвестного клана?

Нужно как-то выбраться из этого скучного места. А раз она смогла призвать его, значит, может и вызволить.

— А... А? Ч-что? И-и-извините... П-платить? – Немиа осторожно взглянула на юношу, стараясь избегать прямого зрительного контакта.

Богиня пыталась выкроить хоть несколько секунд на обдумывание ответа.

Разум лолиты метался, словно бешеная муха, выхватывая любой вариант "платы", хоть чем-то подходивший этому чудовищу.

Но огромное давление, волнами вырывавшееся из юноши, не давало ей и малейшей возможности сосредоточиться.

Холодный пот стекал по спине девушки, а пылающий взор героя становился всё более нетерпеливым, вгоняя Немию в панику.

— Я-я поняла! Г-господин, ч... Что вы желаете?!

Богиня не могла придумать что-нибудь стоящее, поэтому, переборов заплетающийся язык, решила пойти на риск и узнать у самого монстра, что ему необходимо.

Сила, богатство, власть и даже становление новым богом... Она способна даровать многое, лишь бы ей дали время. Так, о чём думает этот человек?

На несколько секунд повисла тишина и лишь густые капли крови скатывались по трону Акины, с гулким эхом опадая на белоснежный пол.

— Я хочу убивать.

— У... Уби... Что?

Распластавшись у ног юноши, богиня не могла понять, чего она испытывала больше - страха или недоумения.

Находясь всего в метре от героя, Немиа чувствовала, как от него во все стороны расползалось тяжёлое, буквально осязаемое чувство опасности.

Девушка даже смогла ощутить удушливый запах гари, смешанный с каким-то странным металлическим ароматом.

И хотя сам юноша казался совершенно спокойным, его тело напряглось так, словно он в любую секунду собирался вцепиться ей в глотку.

"Ещё и это желание..."

Обычно, призванные хотели вернуться в свой родной мир, вылечить смертельно больного, воскресить кого-то или сделать нечто относительно доброе.

В крайнем случае, некоторые люди просили мести над врагом. Но ещё никто не требовал от неё возможности убивать.

— Я-я... Я знаю пр-прост... Место, в к-котором постоянно в-ведутся войны! В... Вы точно будете д-довольны!

Богиня вдруг осознала, что у неё есть возможность не только выжить, но и отправить это чудовище максимально далеко.

Однако, уже через секунду лицо Немии приняло обречённый вид. Она и забыла, что система просто не работает рядом с героем...

Хотя девушка и не понимала, как подобное возможно, если её догадка верна, то он каким-то невероятным образом блокирует воздействие системы на свою душу!

"Невозможно! Даже высшие боги не в состоянии противостоять ей!"

— П-простите... Я, э-это... Вы д-должны п... Принять си-систему. Мне н-не переместить вас... П-пока вы не...

— Значит, ты умрёшь.

Не дав богине и секунды на объяснения, Брутал без малейших сомнений потянулся к её горлу.

В тот же миг, Немиа едва не подпрыгнула от ужаса, затараторив со всей доступной скоростью.

— Нет-нет-нет-нет! В-вы н-н-не так п-поняли!! Я-я н-не отказываюсь!! Е-если... Если в-вы примите мою... Мою с-силу... Т-тогда я с-смогу отправить в... Вас... П-пожалуйста!!

На некоторое время рука Брутала словно орудие смерти застыла у шеи лолиты, пока тот задумчиво разглядывал трясущуюся девушку.

И всего через мгновение юноша спокойно вернулся в прежнее положение, окинув Немию странным взором.

— В-вы согласны? Ох... Вам н-нужно...

— Я тебе не верю.

— ... П-просто... А?

Богиня недоумённо посмотрела на героя, казалось, не понимая, что он имеет в виду.

Но вдруг, девушка осознала, чего от неё хотел этот монстр.

— Ах! Я-я поняла! С-секунду...

Слегка надкусив подушечку своего пальца, лолита робко уставилась на Брутала.

— П-простите, эм... Мне понадобится капля вашей к-крови... Т-только для скрепления божественного контракта! Он з-заключается м... Между душами. Поэтому вам нужно лишь дать мне н-немного вашей силы... За нарушение условий, наказание п-постигнет даже высшего бога! М-можете быть уверены...

— Быстрее.

— Э... Д-да! К-кровь... П-пожалуйста.

Немиа осторожно протянула свою миниатюрную ладошку, дрожавшую не хуже древнего деда, болевшего паркинсоном.

Грубо отодрав со своей руки небольшой шматок кожи, герой небрежно плюхнул окровавленный кусок плоти на вытянутую ладонь богини.

Юноша инстинктивно чувствовал, что тощая самка замышляет нечто сомнительное. И естественно, он ни на клык не верил каким-то договорам.

Но мясной обрубок далеко не первый, кто пытается под видом контракта сковать его проклятием.

Побелев и сморщившись от омерзения, Немиа быстро затрясла ладошкой и скинула кожаный обрывок.

Не промолвив и слова, девушка лишь мимолётно скользнула по герою брезгливым взглядом, после чего начала активно выводить какой-то кровавый рисунок на своём плече.

– Г-готово... Теперь, надо произнести к-клятву. Так... Начнём. Я - Немиа, низшая богиня хитрости, клянусь, что не совершу чего-либо с плохим умыслом по отношению к Бруталу и исполню одно его желание!

Внезапно, кровавый знак на коже лолиты испустил тусклое сияние, заставив Немию немного нахмуриться.

— Эм... Ваша очередь...

Не поведя и бровью, юноша тут же спокойно изрёк.

— Я не убью тебя. Сейчас.

Опешив, богиня испуганно уставилась на Брутала, но уткнувшись в каменную невозмутимость, сразу поняла, что большего из героя она не вытянет.

Придётся согласиться с крайне шаткими условиями и закрепить божественный контракт душ.

— Ч... Что ж, хорошо. Да скрепятся наши сущности цепями божественного закона!

Прочертив на своей руке длинную алую линию, Немиа на мгновение закрыла глаза и в тот же момент, на плече Брутала возник кровавый рисунок в виде изогнутой, зубастой улыбки.

— Пфу-ух... В-всё, договор заключён!

#Инициализация... Появление неизвестного объекта... Синхронизация с объектом...

Ошибка. Высокий уровень отторжения!#

#Повторная попытка синхронизации... Успешно!

Новый пользователь системы зарегистрирован.

Статус распределён. Базовые законы утверждены#

— Вы... Вы и правда, блокировали систему... Н-но как же это...

— Отправляй.

Перебив удивлённую лолиту, Брутал угрюмо воззрился на замолчавшую девушку.

— А? Ах, д-да! С-сейчас! Я перемещу вас в Шаблониум! На данный момент, без согласия других богов, я имею право...

— Быстрее.

— Э... Конечно... Одну секунду.

С некоторым недовольством сжав губки, Немиа вскинула ладошку в сторону юноши и громко промолвила.

— Божественная телепортация! Перемещение души!

Неожиданно, под молодым человеком вспыхнул двухметровый овал золотистой энергии и начал быстро затягивать его внутрь.

И вот, когда тело Брутала погрузилось в портал почти по грудь, девушка надменно хмыкнула и не скрывая презрения в голосе, проговорила.

— Ещё увидимся. Герой.

Ни на миллиметр не сдвинув холодную маску на своём лице, юноша лишь искоса одарил Немию безразличным взглядом.

Угрозы этой дрожащей твари могут напугать лишь ей подобных. Но кое в чём мясной мешок оказался прав.

Теперь, она точно встретится с ним снова.

И вот, спустя несколько мгновений человек полностью скрылся в захлопнувшемся портале, оставив лолиту наедине с остывшим трупом богини удачи.

Посмотрев на тело изувеченной подруги, Немиа скривила губы.

— Значит, ты хочешь убивать? Хех... Что же, я по доброй воле дарую тебе такую возможность. Много возможностей. И не только тебе.

В неизвестной местности посреди густого леса внезапно вспыхнул янтарный портал, искрившийся золотистым сиянием.

И тотчас разлом буквально выплюнул из себя человека, запустив того в землю вниз головой.

Мгновенно сориентировавшись в пространстве, юноша сгруппировался и провернувшись в воздухе, мягко приземлился на ноги.

Едва привыкнув к новому положению, Брутал незамедлительно приступил к изучению окружающей его местности.

Герой находился между высоких елей, покрытых небольшими хлопьями снега. Промёрзлую землю усеивал тонкий слой инея, а в небе горело яркое, практически белое солнце, едва прогревавшее морозную природу.

В лесу стояла глухая тишина и лишь слабое завывание ветра нарушало идиллию замерзающей чащи.

Убедившись, что рядом не было врагов или иных опасностей, красноволосый юноша немного расслабился и взглянул на свою ладонь.

Кости, сломанные во время казни, полностью восстановились.

Проверив наличие серебряного кольца и уверившись в его целостности, Брутал окончательно успокоился.

С интересом воззрившись на небесное светило, закрытое грузными серыми тучами, молодой человек, казалось, на мгновение растерялся.

Но уже через секунду с лица юноши исчезло недоумение и герой принял свой обычный равнодушный вид.

Некоторое время Брутал продолжал с лёгким удивлением разглядывать холодные окрестности и совершенно непривычное пространство.

Этот мир разительно отличался от того места, в котором он получил свою первую физическую оболочку.

Как минимум, его до сих пор не пытались сожрать заживо и даже не переломали все кости.

Единственное, что немного мешало герою - это температура.

В прошлой жизни юноша крайне редко встречал подобный холод, куда привычнее для него были нестерпимый жар или огненные бури.

Наконец, утолив свой интерес, Брутал задумался над тем, куда ему идти дальше.

Во все стороны тянулись хвойные ряды сосен и елей, с крон которых изредка слетали комья снега и подхваченные ветром, уносились куда-то вглубь леса.

Землю покрывали колючие кустарники и низкая голубоватая трава, а в воздухе клубилась едва заметная белая пыльца.

Герой стоял посреди узкой тропинки, петлявшей сквозь лес в неизвестном направлении.

Недолго помявшись на месте, юноша решил просто довериться чувствам и пойти туда, где ощущался меньший холод.

Но едва Брутал сделал первый шаг, как в его голове прозвучал глухой писк и прямо перед ним выскочила опоясанная огнём таблица.

Молниеносно отскочив в сторону и уже приготовившись к битве, герой обнаружил, что странное явление медленно переместилось к нему, не пытаясь нанести вреда.

Настороженно всмотревшись в символы, мерцавшие на полупрозрачном квадрате, юноша, в целом, ничего не понял.

#Анализ души носителя... Ошибка. Отсутствие искомого субъекта!

Анализ тела и разума носителя... Синхронизация с разумом носителя... Синхронизация с телом носителя... Поверхностная настройка завершена.

Система приветствует пользователя!

Основной статус:

Имя — Брутал [#Ошибка. Недостаточно информации!#]

Раса — Человек [#Ошибка. Требуется более глубокий анализ носителя!#]

Характеристики:

1) Сила – 3

{Влияет на физическую мощь носителя}

2) Выносливость – 5

{Влияет на максимальное количество используемых физических сил, а также на естественную сопротивляемость организма носителя ко всевозможным угрозам и воздействиям}

3) Искра – 1

{Влияет на эффективность магических манипуляций и предельный запас волшебных сил носителя}

4) Ловкость – 6

{Влияет на точность использования, как магических, так и физических возможностей носителя}

Титулы и достижения:

1) "Что такое боль?"

2) "Гатс одобряет"

3) "Рождённый в...#

Небрежно отмахнувшись от системной таблицы, Брутал продолжил двигаться по лесной тропе.

Ему надо сражаться, а не разглядывать какие-то бесполезные закорючки.

И первым делом, необходимо выяснить силу местных врагов.

Лёгкая ткань плохо защищала юношу от пронизывающего ветра, поднимавшегося среди деревьев и несущего за собой потоки острых снежинок.

И хотя для него не было проблемой привыкнуть к мелким неудобствам, новое тело совсем не радовало героя.

Этот организм абсолютно непригоден для сражений. Попади Брутал в родной мир с такой оболочкой, не прошло бы и полминуты, как он умер.

Даже сейчас ему приходилось вручную управлять дыханием и движением каждой отдельной конечности, что заметно снижало общую концентрацию.

Когда он вырывал сердце у мелкого мясного мешка, то не смог в достаточной степени проконтролировать применяемую силу, сломав себе кости.

Отвратительный результат! Он обязан максимально быстро взять свою плоть под полный контроль!

Внезапно, впереди забрезжил довольно широкий просвет между деревьями.

И тут, юноша услышал нечто интересное. Издалека стали доноситься странные крики и неразборчивые возгласы.

Брутал рефлекторно ускорил шаг. Там определённо были они...

— Враги.

— Это моя доля! Никчёмный ты хлюпик!

Схватившись за рукоятку небольшого боевого молота, крепкий бородатый мужчина, в который раз громогласно заорал.

— Только и делаешь, что обсираешь штанишки, да зовёшь мамку, а требуешь зиолитовые горы?! Задница не порвётся?!

— Шы-та?! Ты в швоей мохне заптуталша шоль?! Я лишно разрубил двух уродин! – не отставал от собеседника худощавый, но жилистый мужичок, уже державший в руках по ржавому кинжалу.

— Ха! Избиение беспомощных тварей вы называете достижением? Ха-ха-ха! Блохастые бездари! – к беседе подключился молодой человек в сером балахоне и старым луком за спиной.

— Шо ты...

— А ну, быстро заткнулись, идиоты!

Вскочив с потёртого сиденья повозки, толстый мужчина тут же начал остервенело рявкать на каждого участника перебранки.

— Вы, дебилы, разве не понимаете, зачем мы едем через эти чёртовы дебри?! Чтобы оставаться незамеченными! Хватит горланить на весь лес, придурки! Тьфу!

Толстяк гневно плюхнулся обратно в сиденье и поудобнее укутался в походный халат из грубой коричневой шерсти.

По замёрзшей грунтовой дороге плёлся небольшой караван из трёх ветхих, но вместительных повозок.

Дорога явно использовалась редко и давно покрылась голубоватой травой, вперемешку с кустарниками.

Из-за этого телеги, запряжённые и без того не лучшими лошадьми, двигались ещё медленнее.

— Лана тебе, босс! Я не виновен! Это пугало зарывается на мой кусок от продажи дичи! – басисто проголосил неопрятный боец с молотом, указывая на клетки, закреплённые в двух задних повозках.

— Я щас тебе так вмашу, шо...

— Да умолкните же вы, кретины!

Покраснев от негодования, лидер мелкой банды мародёров уже начал искать что-нибудь, чем можно было кинуть в своих подчинённых.

— Осознайте своими пустыми кочерыгами, что в этот раз нам крупно повезло! Когда ещё мы наткнёмся на группу беглых зверолюдок? А?! Часто вам попадался караван, разбитый ледяными волками?!

— О! Это тот, в котором валялась та дорогушая змеюга, правда, бошш? – радостно закончил тощий мужчина, указывая на клетку в конце каравана.

— Не перебивай меня, дубина!

Толстяк всё же метнул в подопечного какую-то деревяху, заставив того ненадолго замолчать.

— Она - редкая зверолюдка! Да, уродлива, что ваша мамаша... Но деньги! И какие деньги! К тому же, нам попалась молодая особь, а за это доплачивают сверху!

Торговец жадно улыбнулся, поглаживая поручень старой повозки.

— Хотя, если бы вы, недоумки, не решили покромсать убегающий товар, мы бы получили больше!

— Эт-то, босс, мы не это...

— Заткнись, болван! Ох! – толстяк закатил глаза, выражая крайнюю степень скорби. – Милые богини! Какая же мука мне досталась! Управлять конченными кретинами!

Всего в караване расположилось восемь человек, каждый из которых совсем недавно выехал на поимку уродов, коими именовались любые существа, отличные от человека.

Но к их огромному везению, всего через пару дней пути они наткнулись на отряд монстролюдов.

Те были в крайне вымотанном состоянии и видимо, спасались бегством из собственного поселения, разоряемого наёмниками, бандитами или разбойниками.

Разумеется, их почти мгновенно схватили и заперли в клетках довольные работорговцы.

Всего пару-тройку недель назад все люди из этой шайки были обычными мародёрами, грабящими повозки мелких торговцев и путешественников.

Но вскоре, даже им стало ясно, что данное занятие слишком опасно и не приносит достаточной прибыли.

Поэтому, по решению своего главаря, они стали пробовать себя в новом, более перспективном деле.

Для Шаблониума рабы не просто норма, а целый бизнес, манивший предпринимателей довольно крупными доходами.

Работорговлей занимались несколько видов существ, но самыми активными, как по масштабу, так и по частоте были люди.

Кроме того, человеческая раса была единственной из всех, кто сделала эту деятельность легальной на каждом уровне власти.

Запрещалась лишь торговля людьми без их письменного согласия и продажа некоторых крайне редких особей зверолюдов.

С купленными слугами хозяин мог делать всё, что душе угодно, если это не несло прямого вреда окружающим гражданам.

За сотню лет подобной практики у людей даже стало крепнуть довольно странное отвращение к любым видам существ, не относившихся к их собственному.

Обычно, зверолюдов считали либо просто неприятными, как эльфов или фей, либо уродливыми, как гарпий, ламий и слаймов.

Рабам нередко находили применение в тяжёлых или опасных работах, например, в военной деятельности и магических шахтах.

Аристократы и иные богатые прослойки общества любили коллекционировать подобных созданий во имя эстетического удовольствия.

Однако, легализация работорговли несла в себе и некоторые неприятные последствия.

К примеру, и так не самые многочисленные расы монстролюдов иногда банально истреблялись работорговцами.

Естественно, такая активность привела к тому, что почти все народы Шаблониума ополчились против людей.

Но, несмотря на регулярные войны и кровопролития, последнюю сотню лет империя продолжала расширяться, занимая главенствующие позиции на суше и буквально сминая противоборствующие стороны.

По итогу, человеческая раса стала самой многочисленной из всех на ближайшую тысячу миль, даже сейчас завоёвывая всё больше земель и территорий.

Зверолюдам же, в свою очередь, пришлось селиться в укромных деревнях, пещерах, горах или густых лесах, нередко в мало пригодных для жизни условиях.

Однако, это не особо спасало их от набегов мародёров и работорговцев или банального истребления имперскими войсками.

И вот, одна из разбойничьих банд сейчас двигалась по дикому лесу, чтобы не попасться на глаза более серьёзным конкурентам и доставить товар до города.

Существовало множество больших и малых компаний, активно ведущих свой бизнес в отрасли работорговли.

Имели место быть и мелкие шайки совершенно неопытных дилетантов, вроде этих бандитов.

Каждый хотел первым урвать лакомый кусочек, из-за чего возникала большая конкуренция, иногда приводящая к массовой резне за дорогостоящих пленников.

— Умоляю, отпустите мою сестру! Я... Я заплачу своей...

Внезапно, в одной из клеток раздался прерывистый крик какой-то рабыни.

— Заткнишь, вонюшее шивотное!

Недовольно рявкнув, худощавый мужичок лениво пнул ржавую решётку.

— Кхи-и!

В страхе отскочив от металлических прутьев, девушка с замызганными кроличьими ушками споткнулась и упала на грязный деревянный пол.

— Сестричка!

К свалившейся зверолюдке быстро подбежала маленькая рабыня и со слезами на глазах прижалась к её руке.

— В-всё хорошо. Не бойся, Наки... Сестра не бросит тебя. – девушка обняла взволнованного ребёнка и нежно погладила его по голове.

— О, боги, меня сейчас вырвет... Заткните уже этих тварей! Контак!

Закинув в рот кусок сушёного мяса, толстяк хмуро уставился на человека в золотистой мантии.

Мужчина, сидевший на одной из клеток, молча вытащил из кармана небольшой прямоугольный камень со слегка мерцающей гравировкой и прошептал какую-то фразу.

— Нет! Пожалуйста! Только не... ХРА-А-А-А!!

В ту же секунду во всех клетках поднялся жуткий вой, а пленники покатились по полу, корчась от ужасной боли, разрывавшей их разум.

— Не так сильно, идиот! Не хватало мне ещё, чтобы они в овощей превратились!

— Хорошо...

Флегматично пожав плечами, маг вновь промолвил одному ему понятные слова.

— А-А-А-а-а... А-ах... А-а-а... Ха-а-ах... Хах...

Наконец, рабы перестали кричать и стали судорожно хватать ртом воздух, подрагивая от напряжения.

— Босс, а как фурычат эти самые... Арта... Артуевакты?

— Тебе какая разница, болван?! Я знаю только то, что для их работы нужен этот маг! Стал бы я иначе тратить на него такую кучу денег?!

— Дыа! Не шпрашивай того, што не шледует, дэбил!

— Чо ты вякнул?!

— Начальник, впереди кто-то есть! – вскрикнул один из бандитов, рассматривая нечто вдали.

— Чего? Кому взбрело в голову забредать в этот бурелом?! – прокричал уже заливающийся краснотой толстяк, воззрившись в ту сторону, куда указывал подчинённый.

Но к его удивлению, впереди, прямо из зарослей кустарников действительно выбрался странный красноволосый человек.

Худоватый незнакомец двигался вперёд, как ни в чём не бывало, словно находился не в Морозном лесу, а в тихом парке при дворце.

— Да это ведь какой-то юнец! К тому же, ещё и оборванец!

— Што он здешь делает? Траву шобирает? Или охотитшя?

— Ты правда настолько тупой или притворяешься? Ох! Даже не отвечай...

Вскинув руку, торговец быстро покрутил ладонью в воздухе.

— Всем приготовиться! Допросим доходягу! Возможно, где-то рядом есть разрушенная деревушка. Лишний скарб на продажу нам не помешает... Корт! После разговора, застрелишь его.

— Ха-ха! Так точно, начальник! Я запросто выпущу ему мо...

— Заткнись и готовься, недоумок!

Хотя толстяку и было немного жаль бредущего к ним паренька, он считал, что всё вполне закономерно.

В этом мире пировали сильнейшие. Слабые имели право стать лишь разменной монетой.

От юноши до каравана оставалось не более ста метров, когда бандиты заранее приняли расслабленные позы.

В то же время некоторые рабы с интересом выглядывали из-за прутьев клетки, стараясь увидеть медленно бредущего человека.

Пленникам было жаль беднягу, но они и сами находились далеко не в лучшем положении.

В свою очередь, парень спокойно шёл по замёрзшей дороге прямо к каравану работорговцев.

Казалось, его нисколько не смущали ни холодный ветер, ни колючая трава, произраставшая из грубой земли.

Он двигался так, словно вокруг не было ничего кроме трёх соединённых повозок, плетущихся ему навстречу.

Выждав нужный момент, разбойник в серой накидке будто невзначай снял лук и положил его на колени.

И теперь, шайка мародёров смогла разглядеть оборванца в деталях.

Лица большинства работорговцев быстро начали кривиться в удивлении и неприязни.

— Босс, он какой-то стрёмный...

— Тише ты.

Наконец, караван сблизился с мальчишкой на расстояние десяти метров и сразу остановился.

Юноша так же притормозил и моментально уставился прямо в глаза толстяку.

У мужчины на мгновение даже перехватило дыхание от внезапно нахлынувшего чувства опасности.

Но взяв себя в руки и немного отведя взгляд, работорговец натянул доброжелательную улыбку.

— Здравствуй, парень! Ты, случаем, не заблудился? Выглядишь паршиво... Может, случилось чего? – миролюбивым тоном проговорил толстяк.

В ответ юноша неторопливо обвёл глазами каждую повозку, осмотрел всех разбойников и наконец, уткнулся взглядом в ржавые клетки.

На секунду веки паренька недоброжелательно сузились, но уже скоро он вновь спокойно смотрел на торговца.

И только сейчас мужчина заметил, что незнакомец держал в руках две палки... Обыкновенные палки, оторванные от какого-то дерева.

— Кхм... Парень, ты в порядке? Ты ведь знаешь, что это опасное место? Ты из какой-то деревни? Возможно, на неё напали разбойники? Не нужна ли наша помощь?

Толстяк всеми силами пытался выведать нужную ему информацию, однако, молодой человек продолжал молча вглядываться в хозяина каравана, словно чего-то ожидая.

Но когда в разговор уже хотели вмешаться другие мародёры, в одной из клеток вдруг испуганно закричала рабыня.

— Н... Не трогайте его! Только не нападайте!! Прошу!! Этого ни в коем случае нельзя делать! Если... А-А-АЙ!! КХА-А-А-А!!

Тотчас пленница с длинными собачьими ушками и пушистым хвостом упала на доски, задрожав от боли.

— Тц... Грязное животное. Прости, парень, они ещё дикие, вот и не слушаются... Слушай, малец, скажи нам хотя бы своё имя.

Сколько бы торговец не старался завязать разговор, юноша просто стоял на месте, не сводя с него пронизывающего взгляда.

— Эх... – толстяк махнул рукой, подавая знак остальным. – Корт! Заканчивай, здесь не получится выпытать что-то полезное...

— Ха-ха! Прости, пацан! Такова судьба! Сильные жрут, а слабые приносят хавчик!

Мужчина резко вскинул старый лук и натянул тетиву, не слишком умело прицелившись в равнодушного незнакомца.

Лицо молодого человека оставалось столь бесстрастным, что торговец даже удивился его стойкости.

Хотя, возможно, он уже не хотел жить... Ну, значит, мы ему только подсобим!

— Н-нет... У... Умрём...

Рабыня с собачьими ушками из последних сил пыталась остановить мародёров, но было уже слишком поздно.

С гулким хлопком вылетев из лука, стрела помчалась к черепу юноши.

И лишь некоторые особо зоркие пленники смогли заметить яркий огонёк, вспыхнувший в глазах героя.

...

Тут же дёрнув головой на сантиметр в сторону, Брутал позволил стреле прочертить глубокую царапину на своей щеке.

И прежде чем бандиты успели удивиться, юноша сорвался с места, метнув одну из палок в лучника.

— А-ах-хв-в!! Мхой дос!

Завопив на всю округу, мужчина рефлекторно схватился за кровоточащий нос, откинув лук в сторону.

— Что за... Твою мать! Убейте паршивца! – в ярости прокричал толстяк, вскакивая с сиденья.

С ближайшей повозки быстро спрыгнул разбойник, но не успел он и приземлиться, как получил размашистый удар палкой в пах.

Брутал ещё не проверял слабые места мясных мешков, но эта точка показалась ему уязвимой, если судить по собственному телу.

Едва коснувшись твёрдой поверхности, мародёр выдавил из себя сдавленный стон и со слезами на глазах повалился навзничь.

К этому времени со второй телеги уже слезли двое других работорговцев.

— Убью!

Вскинув небольшой молот, бородатый мужчина с криком понёсся прямо к герою.

— Кишки вшпорю!

Однако, вперёд здоровяка стремительно выскочил нетерпеливый мужичок, целясь кинжалом в сердце юноши.

Тут же коротко замахнувшись, Брутал ударил палкой по кисти худощавого разбойника.

— А-а!? – от резкой боли мародёр сразу выпустил кинжал из руки.

Перехватив падающий клинок, герой мгновенно вонзил его в шею противника.

Выдернув окровавленное лезвие из глотки врага, юноша быстро пнул худощавого разбойника к несущейся бородатой туше.

— Аргх! Да чтоб... – здоровяк невольно замедлился, откидывая летящий труп.

Однако, вновь подняв взгляд на соперника, крепкий мародёр увидел лишь пустоту.

Не теряя времени, Брутал проскочил в ноги бандита, попутно воткнув кинжал тому в колено.

— А-А-АГХ!! Тва-арь! Порву!!

Упав на подкошенную конечность, бородач в ярости замахнулся молотом и начал прокручиваться всем телом, чтобы смести юнца.

Но внезапно, он почувствовал сильнейшую боль подмышкой и по какой-то причине его рука сама выпустила тяжёлое орудие.

И когда разбойник с воплем потянулся к кровоточащей ране, Брутал грубо обхватил голову здоровяка ладонью, одним рывком перерезав тому глотку.

В сторону незамедлительно брызнул целый фонтан крови, окропив сразу две повозки и нескольких рабов внутри них.

Заливаясь булькающими хрипами, крупное тело медленно повалилось на бок.

Неожиданно, чувства героя завопили об опасности.

Инстинктивно отскочив в сторону, юноша вместо стрелы в позвоночнике, получил лишь довольно глубокий порез на плече.

— Дха шхо этхо зха твхарь?! – в ужасе вскрикнул лучник, чудом удерживая оружие и вытирая глаза от наворачивающихся слёз.

— ГХРА-А-А!!

Неумело замахиваясь двуручным мечом, к Бруталу бежал ещё один грязный разбойник, исходившийся яростным воем.

Уличив подходящий момент, стрелок сразу принялся натягивать тетиву, с трудом выцеливая героя.

Быстро отпрыгнув от мечника, Брутал на ходу метнул в лучника вторую палку.

— Хкха! – отклонившись с траектории деревяхи, мужчина злорадно хмыкнул. – Тхы нхе возхьмхёшь мхеня этхим сновха!

Между тем, ухватившись за меч обеими руками, мародёр с криком опустил тяжёлый клинок прямо на юношу.

Немного пригнувшись, герой плавно отпрянул в бок, пропустив вражеское лезвие в миллиметрах от своего плеча.

И стоило разбойнику нагнуться за оружием, потянувшим его к земле, как Брутал резко выпрямился, по самую рукоятку вонзив кинжал в подбородок работорговца.

— Пхадхаль!!

Поняв, что юнец просто отвлекал его, лучник в ярости выпустил стрелу, боясь упустить момент.

Но перехватив падающего мечника со спины, герой просто закрылся агонизирующим телом врага.

Когда острый снаряд с тихим хлопком вонзился в содрогнувшегося разбойника, Брутал мгновенно оттолкнулся от земли, запрыгнув на вторую повозку.

— Нхет! Нхет!! Отхвахи!!

Мужчина, сидевший в первой телеге, даже не целясь, выпустил очередную стрелу, в ужасе глядя на приближавшуюся смерть.

Отпрыгнув от борта повозки, юноша отделался лишь рваным порезом на бедре.

— Н-не...

Мародёр пытался достать новую стрелу, но успел лишь поднять дрожащую руку.

Упав на первую телегу, герой без малейших раздумий всадил ржавый кинжал прямо в глазницу опешившему бандиту.

Шокированный лучник невольно потянулся к окровавленной рукоятке клинка, торчавшего из его черепа.

Однако, Брутал резко выдернул лезвие вместе с ошмётками глаза и соскочил с повозки.

В тот же миг грудь стрелка пронзил метательный кинжал, брошенный последним выжившим работорговцем с крайней повозки.

Перекатившись по земле, юноша сходу метнул свой нож в разбойника, пока тот начинал новый замах.

— Нгха-ах!

Клинок влетел в плечо мародёра, из-за чего тот с криком откинул собственное лезвие куда-то в сторону, случайно попав в одного из существ, внутри клетки.

Мощными рывками герой добрался до бандита, уже державшего окровавленный кинжал в одной руке, в то время, как вторая висела плетью.

Мужчина изо всех сил резанул ножом по широкой диагонали, надеясь хоть немного задеть этого монстра.

Но Брутал с холодным спокойствием прошёл под лезвием врага и не особо заморачиваясь, врезал локтем в подбородок противника, выбив тому несколько зубов.

— Бхох...

Моментально вылетев с повозки, мародёр грубо приложился затылком о землю и ушёл в глубокий нокаут.

Тут же подобрав валявшийся рядом кинжал, юноша встал в боевую стойку и осмотрел округу ледяным взором.

Однако, как оказалось, всего за полминуты, герой вырезал почти всю шайку работорговцев.

Прижавшись к последней, закрытой тканью клетке, в страхе дрожал флегматичный волшебник, а злобный толстяк куда-то запропастился.

И всё же, Брутал прекрасно чувствовал местонахождение вражеского главаря. Он ощущал его страх.

Осознав, что прямой угрозы больше нет, юноша вдруг, заметно поник и даже его огненный взгляд слегка потускнел.

И это всё...?

Но, внезапно, герой о чём-то вспомнил и немного приободрился, медленно повернув голову к основной повозке.

Он ведь совсем забыл про казнь!

— С-с... Сестричка... Н-наки... Наки... Нет... Н-не...

В одной из клеток раздавался жалобный вой, сотрясавший холодную природу леса.

Исхудалая рабыня с грязными кроличьими ушками испуганно трясла за плечи слабеющее тельце маленькой девочки.

С виска малышки толчками струилась тёплая кровь, капая на заледенелые доски.

Вяло цепляясь за старшую сестру, ребёнок пустыми глазами уставился в потолок ржавой клетки.

— Н-нет! Наки! Н-наки! В-всё б-будет хорошо! С-сестра не бросит... Н-нак... Нхк...

Заливаясь слезами, пленница гладила умирающую зверолюдку по волосам, отчаянно пытаясь закрыть рану ладонью.

Но уже через несколько секунд малышка слабо вздрогнула и окончательно обмякла.

Остальные рабы могли лишь отводить взгляды, когда окровавленная зверолюдка завывала над мёртвым ребёнком.

И только одно существо оставалось абсолютно спокойным в данной ситуации.

На замыкающей повозке возвышался юноша, одним взглядом разгонявший окружающий мороз.

Героя ни капли не трогали ни холод, ни полученные раны, ни, тем более, какие-то жалкие стоны.

По сравнению с его прошлой жизнью, происходящее здесь - цветущий рай с радужными пони и милыми ангелами, блевавшими на всех мороженным.

— И-извините... Вы... Герой?

Неожиданно, из клетки к молодому человеку обратилась одна из рабынь.

— Ос-освободите нас! Пожалуйста! В-вы же герой, правда? Только герои нападают на разбойников ради... Таких, как мы... П-прошу, помогите! – жалобно проскулила девушка с серыми волчьими ушками, глядя в спину юноши.

— Пожалуйста! Смилуйтесь, господин герой! – тут же присоединились к ней другие пленники, теснясь у прутьев и моля о свободе.

Наконец, юноша отреагировал на пылкие просьбы и медленно повернулся к рабам.

В ту же секунду караван накрыла могильная тишина.

Столкнувшись со взором их спасителя, все зверолюды, словно по команде замерли как вкопанные, стараясь не издавать даже шороха.

Многие пленники обладали улучшенными чувствами, у кого-то было прекрасное обоняние и слух, у других зрение и осязание.

Но имелись и те, кто с рождения мог похвастаться интуицией и ощущением опасности...

И подобные рабы безмолвно забились в самые глухие углы клеток с того самого момента, как Брутал подошёл к повозкам.

А особо чувствительные зверолюды и вовсе потеряли сознание от одного лишь присутствия молодого человека.

Окинув пленников презрительным взглядом пылающих глаз, юноша вновь отвернулся в сторону и неспешно последовал к дрожавшему магу.

В тот же миг все пленники тихо выдохнули. Чего не скажешь о волшебнике.

— Э-эй! Я-я ведь не при чём! Я н-не нападал н-на вас! В... Вы же н-не собираетесь убивать н-невиновного?!

— Лжец.

Брутал прекрасно чувствовал враждебные намеренья мясного мешка.

Однако, едва герой подошёл к магу, как вдруг, последний резко вскинул руку, из которой вылетел неизвестный предмет.

В юношу попала тонкая чёрная проволока, моментально обернувшаяся вокруг его шеи.

И по какой-то причине, Брутал никак не отреагировал на этот выпад, просто остановившись в метре от волшебника.

— Ха-ха-ха-ха! Не зря я тогда раскошелился!

Расслабленно выдохнув, маг растянулся в довольной улыбке.

— Вообще, я думал сохранить его для какой-нибудь дикой твари, но... Не думаю, что я сильно прогадал.

Спокойно выпрямившись во весь рост и отряхнув мантию, волшебник осмотрелся, после чего снисходительно взглянул на героя.

— Можешь не пытаться освободиться. Артефакт напрямую сковал твой разум.

Злорадно хмыкнув, чародей с неприязнью оценил тело юноши.

— Мде-е, и откуда тебя такого вытащили... Ох! Прости, забываюсь... Надо бы закончить начатое, ты же не против?

— Н-нет... Как же так...

Многие рабы ошеломлённо попадали на колени. Кому, как не им знать, что это был за артефакт.

Зачастую, его использовали маги сознания для многократного усиления контроля над целью.

Данный же экземпляр и вовсе автономно врывался в разум раба, лишая того воли и заметно упрощая работу волшебника.

Но, так или иначе, полноценное функционирование артефакта возможно, только когда человек владеет хотя бы основами магии сознания.

А талант к данному волшебству проявляется довольно редко, из-за чего работорговцам обычно приходиться нанимать чародеев из специализированных организаций.

— Ха! Молодчина! Не зря потратил на тебя деньги!

Неизвестно когда выбравшись из тайного отделения повозки, толстяк быстрым шагом приблизился к магу.

— Знаешь... Я думаю, что нам стоит поменять условия. Теперь, ты должен мне половину.

— Чего?! А ты не зажрался?!

— Оу? Ну, как пожелаешь. Значит, я могу освободить его? На время...

Достав из кармана маленький прямоугольный камушек, волшебник спокойно взглянул на торговца.

— Кх... Чёрт с тобой! Всё равно, выходит довольно много... Заканчивай с ним, и поехали дальше! У меня и без того проблем хватает!

Недовольно скрипнув зубами, толстяк отправился пинками поднимать выживших разбойников.

— Да-да... Ладно, надо бы войти в разум этого... Хм... Героя.

Молодой человек попрежнему стоял прямо перед чародеем, ни разу не шелохнувшись.

— Вторжение!

Громко вскрикнув активационную фразу, маг заставил нить на шее Брутала замерцать слабым светом.

— Чёрт! Эти ублюдки не приходят в сознание! Эй! Ты уже закончил? Мне нужны твои фокусы, чтобы разбудить этих недомерков!

Молча выставив ладонь, волшебник попросил не мешать ему, после чего невозмутимо продолжил свой ритуал.

Для полной власти над разумом юноши ему необходимо перехватить контроль сознания у души, а это далеко не самая простая задача, даже с артефактом.

— О-ох! Давай быстрее!

Толстяк уже минуту нетерпеливо крутился рядом с чародеем, нервно озираясь по сторонам.

Шли секунды, но маг продолжал безмолвно смотреть на героя, держа в руках маленький камушек.

Некоторые рабы недоумённо поглядывали на двух людей, понимая, что обряд уже должен завершиться.

Неожиданно, работорговец услышал какие-то тихие, едва заметные звуки.

Рефлекторно опустив голову, мужчина заметил маленькие красные капли, появившиеся под ногами волшебника.

Толстяк моментально схватил чародея за плечи и резко развернул его к себе.

— Э-эй! Ты что де...

Увиденное, заставило торговца вздрогнуть всем телом.

Закатившиеся глаза мага проливали алые слёзы, смешавшиеся с белёсой пеной, медленно вытекавшей из распахнутого рта волшебника.

На лице чародея застыла отвратительная гримаса ужаса и отчаяния, сквозь бледную кожу проступали вены, а из носа струилась горячая кровь.

Очень медленно, словно не желая этого делать, толстяк перевёл взгляд немного левее.

Мужчина в полной тишине молился всем известным богам, чтобы ничего не случилось.

Но уставившись в лицо неизвестному герою, торговец увидел два жутких огонька, направленных точно на его онемевшее тело.

Работорговец не мог пошевелить и пальцем. Впервые в жизни его тело полностью сковало ужасом.

— И-и-их!

Внезапно, рабы, воля которых вышла из-под контроля чародея, начали громко стонать и хвататься за ржавые прутья.

Некоторые зверолюдки бились в истерике, отползая как можно дальше от источника угрозы.

— Н-нет! В... Выпустите! Выпустите меня!!

Ноги толстяка беспрестанно дрожали, у него не получалось даже отвести взгляд от лица Брутала.

И вот, юноша, до того спокойно стоявший рядом с мёртвым волшебником, сдвинулся с места.

— О-о-отва... Ли! Н-н-н... Не... По... Уро... Д!

Мужчина судорожно попятился назад, чудом отцепив ладонь от плеча мага.

Но уже через секунду торговец почувствовал, как его правую руку сжали с такой силой, что конечность жалобно захрустела.

Быстро закрепив предплечье испуганного толстяка у себя подмышкой, герой замахнулся ладонью.

— С-сто...

С глухим треском рука хозяина каравана проломилась под неестественным углом.

— КХА-А-А-А!!

Завопив от неистовой боли, мужчина тут же попытался дотянутся до изуродованной конечности.

Однако, юноша резко провернул торговца вокруг своей оси и со всей силы пнул того в спину, из-за чего жирное тело с грохотом ударилось об решётку.

— Хи-и-и-и!

Увидев перекошенное болью лицо толстяка, рабыни с криком забились в дальний угол клетки, образовав там дрожащую кучку из множества трясущихся хвостов.

Моментально появившись рядом со стонущим мародёром, Брутал схватил вторую руку мужчины и завёл её назад, поставив свою ногу на затылок работорговца.

— Арха-а-а-а!! Не... Не надха-а-аА-А-А!!

Хозяин каравана отчаянно вырывался из стальной хватки мучителя, но герой продолжал с каменным лицом вдавливать голову бандита в решётку, медленно загибая его руку.

Вопящий толстяк уже буквально подпрыгивал от жуткой боли, когда юноша, наконец, зарычал и грубо дёрнул жирную конечность.

В тот же миг раздался оглушительный хруст и жалкие визги рыдающего мародёра залили всю округу.

Теперь и второе предплечье мужчины изогнулось уродливой загогулиной.

Почти все рабы вцепились в холодные прутья клеток и дрожали от ужаса, глядя на зарёванное лицо их похитителя.

Пленники молились, чтобы спаситель не добрался до них, а лучше и вовсе забыл про существование других людей.

Между тем, схватив толстяка за сальные лохмы, Брутал отбросил того на холодные доски, вырвав в процессе клок волос.

Работорговец упал прямо на сломанные руки и сразу же заорал от невероятной боли, скорчившись в судорогах.

Неторопливо приблизившись к задыхавшемуся мужчине, герой влепил тому смачную пощёчину и ударил кулаком в грудь, выбив из мародёра весь воздух и заставив того крутиться в удушливых спазмах.

Спокойно, даже с некоторым удовольствием взглянув на агонизирующего толстяка, юноша крепко обхватил ногу бандита руками и упёрся стопой тому в живот.

— Кхох... Нхие-ет! П-п... Пожалу-у-уУ-УА-А-А!!

Хозяин каравана брыкался со всей возможной неистовостью, но едва ли это хоть немного мешало Бруталу безмятежно заламывать жирную конечность.

Мародёр с каждой секундой всё лучше ощущал, как его нога, зажатая в мёртвые тиски, изгибалась в неестественном направлении.

Наконец, колено толстяка не выдержало, и по всей округе разнёсся смачный треск.

— КХА!! Буэ... Буэ-э-э... Уа-а-а-а-ах... Кха...

Мужчину вывернуло прямо на своё же лицо, а его сознание угасало от ревущей боли в раздробленной конечности.

Однако, герой хорошо знал своё дело и не собирался так просто заканчивать казнь.

Отпустив изломанную ногу, юноша быстро ударил торговца в пах.

Хозяин каравана тут же содрогнулся и выпучил глаза, вернувшись в сознание из-за жгучей рези.

Тем временем, Брутал вздёрнул последнюю целую конечность бандита и со всей силы врезал по колену мародера раскрытой ладонью.

— НХА-А! Бха... Кха-а-арх...

Вторая нога мужчины в одно мгновение переломилась пополам, в очередной раз заставив рабов вздрогнуть от жуткого хруста.

У торговца уже не хватало сил, чтобы кричать и он просто тихо подвывал, моля богов о быстрой смерти.

Тело хозяина каравана походило на человекоподобную каракатицу, конечности были вывернуты в ненормальном положении, а каждое движение отдавалось мучительной болью.

С опухшего лица мародёра беспрерывно лились слёзы, когда весь организм трясло в дикой агонии.

Но Брутал всегда старался придерживаться одного важного принципа - если убиваешь, делай это так, чтобы никто не захотел повторить судьбу твоего врага.

Спокойно обойдя содрогавшуюся тушу, герой залепил толстяку ещё одну пощёчину, дабы мясной мешок продержался в сознании до конца казни.

Мутные глаза работорговца наполнялись животным страхом, при одном лишь виде монстра в человеческом обличье.

На этот раз юноша решил не повторять ошибку, совершённую с богиней и бегло осмотрев бандита, достал ржавый кинжал.

Глаза мужчины мгновенно расширились от ужаса, он не знал, что сейчас произойдёт, но это чудовище доставило ему слишком много мучений.

Единственное, что могло обрадовать толстяка - быстрая смерть.

Однако, надеждам работорговца не было суждено сбыться.

Встав прямо над хозяином каравана, Брутал замахнулся ножом и тут же всадил его по самую рукоятку в грудь мародёра.

— Бхка... Кхак...

Жирное тело судорожно дёрнулось от боли, но вырвав лезвие из кровоточащей плоти, герой продолжил ритмично вбивать кинжал в грудь работорговца.

По поляне разносились глухие хлопки раздираемого тела, когда юноша вонзал холодное железо в трясущуюся тушу толстяка, выдирая из того ошмётки плоти и костей.

В морозном лесу стояла почти полная тишина, лишь мерные удары ножа и слабое кряхтение почти мёртвого работорговца, выделялись на фоне обычных звуков природы.

Наконец, Брутал всадил руку в уродливую рану на груди бандита и хладнокровно вырвал оттуда несколько рёбер вместе с кусками мяса.

Выкинув лишние ошмётки в сторону, герой без промедления схватил основной предмет для завершения казни.

Крепко сжав едва бьющееся сердце, юноша медленно и болезненно потянул его из тела толстяка, доставляя тому последнюю агонию.

И вот, всего через мгновение, Брутал резко выдернул слабо пульсирующую плоть.

Оставшиеся секунды своей жизни хозяин каравана туманным взглядом наблюдал за тем, как изуродованный юнец кусок за куском пожирал его тёплое сердце.

Лишь, когда герой полностью поглотил плоть мародёра, он размахнулся ногой и с глухим треском проломил шею работорговца.

Конечно, Брутал мог бы сделать всё быстрее и аккуратнее, но у него не было особых причин для спешки.

Однако, немного поразмыслив, юноша всё же решил, что на этом можно остановиться.

Через минуту герой собрал двух выживших разбойников, валявшихся без сознания, и кинул их к трупу работорговца.

Схватив за голову бандита с выбитыми зубами, Брутал одним рывком свернул тому шею.

По округе вновь пролетел тошнотворный хруст и вздрогнувшее тело разбойника тут же было выброшено с повозки.

И только герой собирался сделать то же самое со вторым бандитом, как тот внезапно проснулся и ошеломлённо воззрился на тело толстяка, остывавшего рядом с ним.

— Э... Эй... Чт... С-стой! У м-меня сын!..

Едва мародёр захотел вскочить на ноги, как почувствовал странное тепло на своей шее.

Опустив взгляд чуть ниже, он заметил руку, крепко сжимавшую его горло.

Не дав работорговцу и пискнуть, юноша ухватил подбородок мужчины и быстро перерезал ему глотку ржавым кинжалом.

— Кх-х-х-хк...

Глаза бандита распахнулись в удивлении, но в тот же миг Брутал одним движением скрутил разбойнику голову, переломав своей жертве шейные позвонки.

Наконец, последний мародёр, орошая кровью заледенелые доски, упал на бок и испустил дух.

Внимательно оглядев каждый труп, герой убедился в том, что никого не пропустил и ненадолго задумался.

А уже спустя несколько секунд юноша собирал кинжалы, вешая их на специальную перевязь, снятую с мёртвого разбойника.

В процессе обыска трупов, герой нашёл странные блестящие железки, однако, тут же выбросил их, посчитав металлические кругляши совершенно бесполезными.

Споро осмотрев других мертвецов и приватизировав некоторые полезные припасы, Брутал планировал выдвигаться дальше, но вдруг, остановился и медленно повернул голову, уставившись на рабов.

Почти каждый пленник видел всё от начала и до конца, хотя в сознании смогли остаться немногие.

Зверолюды, ещё недавно молившие о свободе, только заметив, что на них смотрел ОН, затряслись, как эпилептики.

— М-м-м-м... Мол... Лю... Н... Не... У... Не убивайте меня-я-я-я!! У-у-у-у...

Некоторые рабыни моментально отключились, лишь взглянув в пылающие глаза юноши, остальные же упали на колени и стали жалобно молить спасителя о пощаде, рыдая и заливаясь слезами.

Окинув пленников недоумевающим взором, Брутал начал размеренным шагом приближаться к клеткам.

— Нет!! Н-н-н... Не... По... Жалуй... С-ста...

Зверолюдки в ужасе сбились трясущейся кучкой у крайней стенки и закрыли глаза, в ожидании первого треска сломанных костей и отчаянных воплей.

Подойдя к старой решётке, Брутал уставился на дрожащую горку плоти и достал окровавленный кинжал.

Отчаянно прижимаясь к решётке, рабыни в ужасе смотрели на героя, безмолвно буравившего их тяжёлым взглядом.

Пленники с соседних повозок так же не смели расслабляться и сидели в полной тишине, ведь страшная участь вполне могла коснуться и их.

В свою очередь, Брутал спокойно стоял перед клеткой и с лёгким интересом разглядывал трясущихся пленников.

Юноша никогда прежде не встречал подобных существ. От них исходила странная аура - смесь звериного духа и вони мясных мешков...

Это немного заинтересовало героя, но ещё больше его интересовало другое.

— Где найти таких же?

Молодой человек громко обратился к толпе испуганных рабынь, указав на остывающие трупы разбойников.

— Г-господин...

Через несколько секунд молчания, Брутал услышал, как нему обратился чей-то робкий голосок.

Из дрожащей массы зверолюдок осторожно вышла одна, более или менее взрослая девушка с маленькими козлиными рожками.

Она и сама не знала, почему ещё не потеряла сознание, лишь чудом управляя онемевшими ногами.

— В-вы... – пленница запнулась, но вновь собралась с духом и продолжила говорить. – Вы убьёте н-нас?

Недоумённо дёрнув бровью, герой едва заметно качнул головой.

Какой смысл ему убивать этих ничтожеств? Они ведь даже в качестве пищи совершенно бесполезны. Слишком тощие.

— Я-я... Н... Нет... Мы п-просим вас проявить м-милосердие... Если мы п... Предоставим вам и-информацию, то вы...

— Быстрее. – холодно гаркнул юноша, сверля зверолюдку пламенным взором.

— И-их... – зажмурившись от страха, рабыня всё же не выдержала напряжения и резко повалилась на колени.

Брутала быстро раздражало столь длительное общение. В его родном мире подобные разговоры происходили очень редко.

Зачастую, он вообще старался общаться только короткими фразами и то, когда без слов было не обойтись.

А сейчас, какой-то жалкий кусок мяса не может просто указать ему направление.

— С-схак... Они ниссеко не с-снают.

Внезапно, из последней клетки, расположенной в конце каравана и закрытой плотной тканью, раздался тихий, но уверенный голос.

Почти все пленницы сразу же неприязненно поморщились, едва услышав неизвестную девушку.

Однако, герой лишь медленно повернул голову и с любопытством глянул на покрытую повозку.

— С-с-сах...

Звук, доносившийся из-за решётки, отдалённо напоминал змеиное шипение, вперемешку со слабым кашлем.

— Они ис клухих пос-селений... Кхас. Не с-снаю, кто ты, но ес-сли оссвопотишь меня... Сскха... Я укашу тепе путь.

Быстро добравшись до занавешенной клетки, Брутал одним движением сорвал плотную коричневую ткань.

— С-сакха! Яркхо!

В тот же момент раздался полный недовольства крик и герой смог разглядеть то, что сидело взаперти.

Длинные красные волосы из-за холода и грязи скрутились в неопрятные космы.

Худое тело усеивали маленькие царапины и недавно зажившие ранки. Но самое интересное находилось внизу.

Вторую половину незнакомки занимал шестиметровый змеиный хвост, обвившийся вокруг туловища рабыни.

Бордовый кончик длинной конечности нервно подёргивался всякий раз, когда ярко-жёлтые глаза девушки пересекались с огненным взглядом юноши.

Хвост пленницы покрывала гладкая алая чешуя, в некоторых местах переходившая в розоватый оттенок.

На вид зверолюдке было не больше шестнадцати-семнадцати лет.

— С-сто ссмотришь? Выпус-сти меня... Схас-с. Клющ у ширтяя...

Девушка настороженно посматривала на Брутала, ожидая его действий, однако, герой не сдвинулся с места.

— С-с-с... Я не с-стану покассывать путь, пока ты не выпус-стишь меня.

И хотя рабыня показательно упрямилась, в её шипящем голосе всё же промелькнула нотка неуверенности.

Вдруг, юноша резко взмахнул рукой и со всей силы ударил обратной стороной кинжала по ржавому замку.

Послышался жалобный металлический звон, после чего что-то тяжёлое с дребезгом упало на холодные доски.

— Схак?!

Вздрогнув от удивления, пленница тут же восстановила невозмутимый вид.

— Ес-сли пы я не пыла осслаплена... Ссхак. С-сама пы с-справилассь. – уверенно заявила зверолюдка, с опаской поглядывая на треснувший замок.

— Каас-с... Как ше стесь холотно...

Девушка начала неуклюже выползать из клетки, медленно передвигая задеревеневшим хвостом и растирая подрагивающее туловище ладонями.

Худое тело рабыни прикрывала лишь оборванная зеленоватая ткань в районе пояса и груди.

— Кхас-с. Э-это ше...

Пленница поражённо уставилась на тело хозяина каравана, превращённое в изломанную куклу.

Быстро осмотрев другие трупы, разбросанные по округе, ламия вновь нервно задёргала кончиком хвоста и с опаской взглянула на юношу, спокойно стоявшего неподалёку.

— Показывай.

Брутал не особенно верил зверолюдке, но ему, так или иначе, пришлось бы плутать по неизвестной местности.

К тому же, герой ощущал в ней лишь малую враждебность, вызванную скорее страхом, чем желанием навредить.

— Та... С-схак. Я не сснаю тощноко направления, но... Кхасс. Люти коворили, сто они етут в плишайший корот, в твух тнях пути. Это...

— Куда?

— Хс-с-са-а...

Девушка издала странный звук, похоже, выражавший её недовольство и немного подумав, вытянула руку, указав в сторону леса, из которого вышел юноша.

— Ес-сли итти в ту с-сторону, не своращивая с тороки, то мошно топраться то корота. Но... Э-э? С-стой!

Рабыня удивлённо окликнула Брутала, уже шедшего вдоль повозки на полной скорости.

— П-потошти! Ты с-сопираешься пойти отин?! Та потошти ше ты!

Ламия неуклюже подползла к молодому человеку и слегка обхватила его торс хвостом, пытаясь задержать героя хоть на секунду.

Не успела ламия и пискнуть, как перед её глазами уже проносились полотна серых облаков.

Сжав хвост рабыни, Брутал грубо дёрнул девушку на себя, одновременно прокрутившись вокруг собственной оси.

И когда пленница начала неуклюже заваливаться на спину, герой быстро подскочил к ней, схватив за шею и опрокинув на землю.

— Кхс-са!!

Моментально выплюнув из себя весь кислород, ламия широко распахнула рот и попыталась сдавить юношу хвостом.

Но в тот же миг рабыня заметила блеск кинжала, подлетавшего к её лицу и испуганно засипела.

— Нес-с!!

Зажмурив глаза, девушка рефлекторно отвернулась и закрыла голову руками.

На несколько секунд она даже забыла, что умеет дышать, ведь холод металла ощущался буквально в сантиметре от её виска.

Конечно, дополнительную лепту внёс и сам Брутал, крепко стискивая горло ламии и едва ли позволяя проходить кислороду.

— Кхесс... Кха-а...

Судорожно покашливая от нехватки воздуха, пленница сдавленно прошипела

— П-про... Шу... Н-не нато...

Всматриваясь в лицо рабыни холодным взглядом, герой задумчиво поводил челюстью.

— У-ухс-с...

Не выдержав столь близкого зрительного контакта с пронизывающим взором, девушка вновь закрыла глаза и невольно проронила пару слезинок.

— Я... Я не... Хотела... Пошалуйс-ста...

Желая показать, что она действительно не желала ему зла, пленница даже ослабила хвост на торсе юноши.

И стоило ламии освободить Брутала, как тот моментально отпустил рабыню и убрав кинжал в перевязь, продолжил невозмутимо двигаться к чаще леса.

— Кхас-с... Хас-с... П-потошти... А как ше караван?! С-с-с... Ты хоть с-снаешь какие опас-сности тепя штут вперети?! Сащем ты итёшь в корот?! Ос-становись ты хоть на с-секунту...

Полностью игнорируя выкрики девушки, юноша постепенно удалялся от застывшего каравана под обиженный взгляд змеиных глаз.

...

Последний раз глянув в спину неизвестному человеку, ламия медленно поднялась с холодной земли и отряхнулась.

"Этот парень... От него исходит просто ужасающая аура. У меня до сих пор в голове всё плывёт..."

Рабыня нервно задёргала хвостом, когда рядом с ней послышался смущённый голосок.

— П-простите...

Встревожено обернувшись на чей-то зов, девушка увидела пленниц, прижимавшихся к решёткам и с надеждой взиравших прямо на неё.

— А, тощно... С-сейщасс.

Осторожно приблизившись к изуродованному телу хозяина каравана, ламия с нескрываемым отвращением стала обыскивать толстяка, стараясь не дотрагиваться до засохшей крови.

Наконец, отыскав заветный ключ, рабыня подползла к решётке и отперла замок.

— С... Спасибо вам... – хором пробубнили запуганные пленницы, недоверчиво посматривая на качавшийся из стороны в сторону хвост своей спасительницы.

Девушка прекрасно знала, что они боялись её. Даже для зверолюдов ламии оставались довольно странными созданиями, о которых ходили различные небылицы.

Однако, рабыня вовсе не обижалась на пленниц, ведь она давно привыкла к существованию в качестве уродливой твари.

— Вот... Тальше с-сами.

Протянув ключи в дрожащие ладони зверолюдки с маленькими рожками, девушка отправилась копаться в закромах повозок.

Хотя ламия и получила долгожданную свободу, это мало улучшало её общее положение дел.

У рабыни не было ни дома, ни родственников... А с некоторых пор и друзей.

Ей некуда податься, а одна в этом лесу она не протянет и недели, попросту замёрзнув насмерть.

А даже если у неё каким-то образом получится выбраться отсюда, имперские солдаты не станут церемониться со сбежавшей пленницей.

Либо просто убьют, либо сдадут обратно работорговцам.

Девушка слабо представляла, что нужно делать теперь. Ни идей, ни целей... Хоть прямо сейчас сворачивайся на колючей траве и жди волков.

Но всё же, в голове ламии продолжала крутиться одна сумасшедшая мысль, которую та безуспешно старалась прогнать.

Наконец, через пару минут все рабы освободились из клеток и неуверенно переминались с ноги на ногу, также не зная, куда им податься.

Были и те, кто с ненавистью пинал трупы разбойников, как, например, рабыня с грязными кроличьими ушками.

Сестру этой пленницы уже вынесли из клетки, завернув в плотную ткань.

— М-мы отправимся в сторону Изумрудных лесов! Говорят, что эльфы ещё сдерживают натиск империи и даже принимают беженцев... Кто-нибудь хочет пойти с нами?

Немногочисленная группа, во главе с рогатой девушкой собрала провиант и другие вещи, планируя спасаться от людей в глухих лесах за границей страны.

— Простите... Я... Я должна отправиться к своему поселению и найти брата... Он точно выжил! Я уверена...

— Д-да. Мы тоже вернёмся в убежище! Есть шанс, что наши семьи укрылись от работорговцев... Нельзя бросать их!

Рабы принялись делиться на отряды и собираться в путь. Некоторые пленники даже предлагали воспользоваться запряжёнными лошадьми.

Однако, никто не умел управлять повозкой, да и это было бы слишком заметно.

— Эм... Госпожа ламия, а вы...

Внезапно, зверолюдка с маленькими рожками неловко обратилась к девушке, натягивавшей на себя как можно больше одежды и всеми силами обвязывающей хвост тканью.

— Не волнуйтес-сь са меня... Ссках.

Ламия задумчиво оглядела медленно плывущие свинцовые облака и начала пихать остатки провизии в небольшую сумку, добытую с трупа одного из мародёров.

— Н... Но... Куда же вы собираетесь идти? Для таких, как вы... И мы... В империи сейчас нет безопасных мест!

Рабыня напряжённо следила за тем, как их хвостатая спасительница зачем-то собирает блестящие монеты.

— С-сах. Это правта.

Красноволосая девушка завершила приготовления и, поудобнее укутавшись в несколько слоёв одежды, уставилась на лесную чащу.

— Т-тогда...

Пленница уже хотела пригласить ламию в свою группу, но та резко прервала её.

— С-скорее всеко, я совершаю ушас-сную ошипку, но... Мне нещеко терять.

— П-п-подождите! В... Вы же н-не соб-бираетесь...?! О-он ведь...! У-ум... Н-ну, что же... Тогда, прощайте.

Рабыня с жалостью посмотрела на уползавшую девушку и вдруг, вновь окликнула её.

— Позвольте хотя бы узнать, как вас зовут!

— Меня? С-сах... Шиасса.

Более не задерживаясь ни на секунду, ламия быстро выдвинулась в том же направлении, куда недавно ушёл странный юноша.

Шиасса ещё не представляла, за кем она решила последовать, однако, рабыня чувствовала, что сделала единственно правильный выбор.

Ведь женская интуиция никогда не ошибается...

"Наконец-то, я догнала его!"

Ламия уже больше получаса двигалась в одном направлении, но до сих пор не видела юноши.

И когда она уже начала волноваться, на горизонте замаячила знакомая фигура, стремительно шагавшая через лес.

Теперь, девушка старалась ползти на приличном расстоянии от героя, при этом не выпуская его силуэт из вида.

Мороз медленно пробирал Шиассу даже сквозь несколько слоёв одежды, а хвост и вовсе ныл от холода.

Но ламия не могла особенно жаловаться, когда видела парня, одетого только в рубаху да кожаные штаны...

Интересно, что ей вообще делать? Есть ли смысл скрываться? Может, догнать его и предложить свою помощь?

"Погоди-ка... Он остановился?"

Незамедлительно привалившись к ближайшему валуну, девушка осторожно выглянула из-за укрытия.

Человек просто стоял на месте и...

"Он смотрит на меня?!"

Сердце Шиассы забилось в бешеном темпе, однако, всего через пару мгновений юноша развернулся и продолжил идти по лесу, периодически оглядывая окрестности.

Сдавленно выдохнув, ламия настороженно поползла дальше, стараясь держаться ближе к булыжникам и деревьям.

"Почему он не идёт по дороге? Неужели, скрывается от кого-то?"

Девушка поёжилась от очередного порыва ледяного ветра и засунула ладони поглубже в карманы старой накидки.

— Кхас... Хас-с...

Закрыв рот, Шиасса постаралась приглушить кашель, но холод быстро ухудшал её самочувствие.

Растерев горло, она вновь взглянула на героя, однако, ламия с ужасом обнаружила, что того уже и след простыл.

"Где он?!"

Испуганно осмотрев замёрзшую чащу, девушка снова отыскала юношу, на всех порах несущегося вдаль.

"Почему он бежит?! Заметил меня?!"

Не желая упускать человека, Шиасса спешно поползла за героем, неуклюже огибая деревья, ямы и различные неровности, встречавшиеся ей на пути.

— Кьяхс-с!

Но не успела ламия преодолеть и сотни метров, как неожиданно, врезалась в какой-то высокий пень.

Тут же прокрутившись вокруг своей оси, девушка медленно завалилась на маленький и очень колючий куст.

— Ксрйя-я-а-ах!!

Пронзительный вопль моментально залил всю округу, прокатившись по лесу долгим эхом.

Кое-как выбравшись из уродского кустарника, Шиасса взволнованно уставилась вперёд.

Однако, юноша продолжал беззаботно бежать дальше, будто ничего и не случилось.

"Ну, теперь точно заметил..."

Растеряв всякую маскировку, ламия не стала нагружать себя лишними мыслями и торопливо последовала вслед за героем.

А уже через десять минут постоянных столкновений с деревьями и падений во всевозможные канавы, девушка признала: рождённый ползать - паршивый бегун.

В свою очередь, человек и не думал останавливаться, вынуждая вусмерть запыхавшуюся змею прокачивать выносливость.

— Нхрыа-а-а... Бхэ... Хэ... Хы-а-ас...

Выпуская в морозное пространство объёмные струи пара, Шиасса вяло цеплялась за ветки, пытаясь удержать себя от падения.

Ещё немного и она просто потеряет сознание...

"Да ты издеваешься надо мной?! Я же тебя не убить пытаюсь!! О, Ксаара, надо было сразу с ним поговорить..."

Внезапно, помутневший взор ламии уловил какое-то изменение.

И тут девушка поняла, что юноша уже пару минут стоял на месте, тогда как она, ломилась к нему сквозь бурелом, пыхтя на всю округу не хуже дикого вепря.

Даже не думая о скрытности, Шиасса чешуйчатым бревном свалилась в голубоватую траву в ста метрах от застывшего человека и принялась свирепо поглощать окружающий воздух.

Ещё немного и она бы просто столкнулась с ним...

Взирая на героя сквозь пелену слёз, ламия пыталась разглядеть происходящее впереди.

Лес оставался неизменным. Всё тот же холодный ветер, свинцовые тучи и стройные ряды высоких елей.

Юноша продолжал стоять на месте словно мраморное изваяние и казалось, ожидал чего-то.

И это что-то не заставило себя долго ждать.

Вскоре, по всей округе прокатился леденящий душу вой, заставивший девушку съёжиться от ужаса.

"О, боги... Нет. Пожалуйста, только не это..."

Ещё сильнее вжавшись в колючую траву, Шиасса в панике уставилась на героя, медленно повернувшегося на звук протяжного гула.

...

Успев заскучать, шагая по совершенно пустой территории, Брутал решил хоть немного разбавить тоску, и заодно получше проверить возможности нового тела.

Перейдя на лёгкий бег, юноша с некоторым любопытством поглядывал за тем, как чешуйчатый мешок пытался догнать его, сталкиваясь практически со всеми возможными преградами.

Как она смогла выжить с подобными способностями к передвижению? И зачем странная самка преследует его?

Но если ламия не представляла для него особой угрозы и потому не сильно волновала героя, то другая проблема периодически тревожила разум.

Для чего ему нужен этот бесполезный отросток, безвольно болтавшийся между двух нижних лап?

Юноша совершенно не мог контролировать данную часть плоти и это нервировало молодого человека.

С подобными размышлениями герой бежал по тихому лесу, иногда перескакивая через брёвна и камни.

Казалось, будто из неестественно тихой чащи давно сбежали все обитатели.

Однако, Брутал догадывался, что это только обманчивая иллюзия. И уже скоро, его предчувствия подтвердились.

Резко замерев на месте, юноша с лёгким напряжением посмотрел куда-то в сторону.

Лес по-прежнему отзывался лишь дуновением холодного ветра, словно доказывая, что ничего не изменилось.

Но столь примитивная маскировка не обманет закалённую интуицию героя.

Наконец, враги осознали, что скрываться дальше не было смысла, и в ту же секунду со всех сторон раздался протяжный волчий вой.

Своевременно. Брутал, как раз начал задумываться, где бы ему добыть пищу.

Бесшумно скрывшись в траве, Шиасса с волнением наблюдала за тем, как человека окружала небольшая группа ледяных волков.

Ламия насчитала всего пять молодых особей, выглядевших довольно потрёпано. Вероятно, этот отряд был лишь остатком большой стаи.

Взъерошенная звериная шерсть переливалась серебряным блеском, а в глазах хищников плескалось яркое ледяное сияние.

Движения волков выглядели немного урывисто, словно по их телам проходил невидимый электрический разряд.

Животные медленно кружили рядом с юношей и угрожающе скалили пасти, наполненные белоснежными клыками.

Однако, герой продолжал непоколебимо возвышаться в центре гипнотизирующего хоровода, игнорируя любые провокации.

Сжимая по кинжалу в каждой руке, Брутал неспешно обводил группу врагов пламенным взглядом.

Девушка хотела как-нибудь помочь человеку, но страх буквально придавил её к земле, сковав тело мелкой дрожью.

Шиасса не боец и не охотник. Она и оружие то в руках почти никогда не держала.

А ведь даже молодые особи ледяных волков достигали в холке полуметра ростом, представляя большую угрозу для обыкновенных людей.

Однако, лучшего момента, чтобы заслужить его доверие просто не придумать... Или же умереть, будучи разорванной на части.

И пока ламия мучительно раздумывала над тем, как ей поступить, животные, наконец, бросили попытки отвлечь жертву и перешли в наступление.

Один из хищников, оказавшись за спиной юноши, внезапно ринулся в атаку.

Оттолкнувшись от земли, зверь широко распахнул пасть, намереваясь в один укус разодрать человеческую глотку.

В то же время, двое его сородичей напали на героя спереди, занимая собой внимание противника.

Не выдержав подобного зрелища, Шиасса моментально выскочила из травы и уже хотела окликнуть Брутала.

Но вместо этого, девушка лишь застыла с открытым ртом, изумлённо глядя на вспыхнувшую битву.

Мгновенно пригнувшись к земле, юноша развернулся на сто восемьдесят градусов и нырнул под приближавшуюся тушу волка, одновременно вскинув ржавое лезвие.

С тихим хлопком вонзившись в плоть животного, кинжал прямо в полёте разрезал зверя от груди до таза.

Жалобно взвизгнув, вспоротый хищник тут же врезался в своих сородичей, временно обездвижив последних.

Между тем, герой быстро перекатился по колючей траве и вскочил на ноги, встретив сразу двух противников, атаковавших с правого и левого бока.

Перехватив кинжалы, Брутал напряжённо заскрежетал зубами и замахнувшись, вбил нож в глотку одного из волков.

Незамедлительно провернувшись всем корпусом, юноша тут же врезал локтем по челюсти другого зверя, когда тот уже почти вцепился в его шею.

Коротко рыкнув, оглушённое животное отлетело в сторону, но из-за сильной инерции, героя также опрокинуло на спину.

Улучив момент, к человеку моментально бросились разъярённые хищники, желая разорвать беспомощную дичь.

В этот момент сердце Шиассы защемило от ужаса, а её сознание покрылось туманом.

Ламия и сама не заметила, как сломя голову помчалась прямо в гущу безмолвного сражения.

Между тем, быстро перегруппировавшись и совершив обратный перекат через плечо, молодой человек избежал пасти ледяного волка.

Однако, второй зверь подобрался к герою слишком близко, чтобы тот мог увернуться или атаковать.

Юноша успел лишь выставить свою руку и позволить белоснежным клыкам со слабым хрустом вонзиться в мягкую плоть.

Не издав ни единого звука, Брутал моментально вонзил кинжал по самую рукоятку в висок рычащего хищника.

Пробив мозг животного насквозь, лезвие тут же оборвало волку жизнь.

Но даже после гибели челюсть зверя продолжала стискивать кровоточащую руку мёртвыми тисками.

Пытаясь прогрызть горло обездвиженной жертвы, на человека сразу набросился следующий хищник.

Однако, герой своевременно прикрылся трупом убитого противника, заставив его сородича потратить время на то, чтобы прорваться к шее увёртливой дичи.

Тем временем, по лесу сломя голову неслась ополоумевшая ламия, с громким треском снося все кусты и мелкие деревья, встречавшиеся у неё на пути.

Девушка видела, что юношу уже прижали к земле двое ледяных волков, и хотя она испытывала неописуемый ужас, останавливаться было поздно.

В свою очередь, выдернув кинжал из черепа мёртвого зверя, Брутал без промедления всадил окровавленное лезвие в раскрытую пасть монстра, тянувшегося к его глотке.

Со звонким хрустом проломив несколько хрящей, нож вошёл в мозг хищника.

Но несмотря на осторожность героя, лезвие всё же лопнуло от напряжения, а на руке Брутала остались небольшие борозды от клыков животного.

Молодой человек ещё не успел вытащить конечность из головы зверя, а на него уже накинулся последний выживший волк.

Тело юноши было слишком немощным, чтобы справиться с весом двух громоздких зверей, тем более в столь неудобном положении.

Не растерявшись, герой кое-как освободил свои ноги, прижал их к туловищу и грубо пнул подлетавшего врага.

Недовольно заскулив, обезумевший хищник свалился на землю, но тут же вскочил на лапы и вновь бросился к своей жертве.

Спешно вырвав руку из пасти погибшего волка, Брутал успел остановить подскочившее животное локтем.

Оставив над глазом юноши три длинных пореза, зверь всеми силами начал клацать огромными зубами перед лицом героя.

Белоснежный хищник, словно одержимый рвался к человеческому горлу, обильно забрызгивая Брутала слюной.

И когда юноша начал медленно выбираться из-под завала мёртвых тел, случилось то, чего не ожидал даже сам герой.

— С-СР-РА-А-А!!

Внезапно, слева от сцепившихся противников мелькнула алая полоса, и ледяной волк с жалобным завыванием буквально слетел с человека, врезавшись в ближайшее дерево.

Тяжело дыша, Шиасса приблизилась к юноше, девушка тряслась от перенапряжения и едва осознавала, что делает.

Она продолжала угрожающе стучать по земле кончиком хвоста, рассматривая волка сузившимися зрачками.

Страх и адреналин затмевали разум ламии, вынуждая её действовать практически на рефлексах.

Но стоило шоку закончиться, как девушка удивлённо заозиралась вокруг и наконец поняла, что произошло.

Шиасса с ужасом взглянула на уже поднимавшегося волка и слабо вздрогнула, понимая, что вновь совершила необдуманный поступок.

В то же время, зверь выбрал себе новую цель и теперь пронзал ламию свирепым взглядом, оскаливая белоснежные клыки.

— Ах! С-ссхас... Н-н-нет... Ххсс-сах... Н-н-не нато... С-ссхтой... Ссхьяяк! – девушка начала в ужасе отступать от дикого зверя, но уже через секунду неуклюже завалилась на спину.

Из испуганных глаз ламии невольно хлынули слёзы, Шиасса на трясущихся руках пыталась отползти от медленно приближающегося волка, но её тело словно задеревенело и отказывалось слушаться хозяйку.

И вот, когда разъярённое животное уже собиралось броситься на дрожащую ламию, по всей округе неожиданно распространился обжигающий кошмар.

Шиасса не могла назвать это как-либо иначе, казалось, будто по воздуху прошла крупная рябь, после чего, даже обезумевший зверь остановился в нерешительности.

Осторожно переведя взгляд чуть правее, девушка смогла заметить и сам источник угнетающего давления.

Медленно восставая из-под звериных трупов, окровавленный юноша вонзил в ледяного волка поистине ужасающий взгляд.

Шиасса вздрогнула всем телом, лишь единожды посмотрев в огненные глаза израненного человека.

Внезапно, зрачки юноши начали менять свой привычный рыжий окрас, в его взоре медленно проявлялось всё больше жутких тёмно-алых искр.

Казалось, будто внутри яростного пламени зарождались искры нового, тёмно-кровавого огня.

#Опасность! Разрушение первого ог...#

Неожиданно, юноша остервенело впился зубами в свою руку и закрыв глаза, начал тихо и протяжно рычать, безумно разгрызая собственную плоть.

Шиасса с ужасом взирала на действия этого монстра, сейчас его поведение и близко не походило на привычное спокойствие, казалось, будто юноша всеми силами сдерживал что-то поистине кошмарное.

Даже ледяной волк попятился в страхе, взгляд зверя постепенно начал приобретать нормальный голубоватый оттенок, а движения восстанавливать естественность.

Словно загадочный кукловод полностью утратил контроль над своей последней марионеткой.

Наконец, юноша перестал вгрызаться в собственную руку, а тёмно-алые искры начали медленно отступать перед ярко-рыжим пламенем в глазах молодого человека.

Не произнося ни единого звука, юноша, покрытый множеством кровоточащих ранений, резко сорвался с места, даже не снимая труп волка со своей конечности.

Всего за секунду молодой человек подобрался к ошеломлённому зверю и глухо рыкнув, начал поднимать свою руку вместе с мёртвым животным.

Последний выживший зверь окончательно пробудился от наваждения и с ужасом взглянул на юношу, но было уже поздно.

Жутко зарычав, молодой человек одной рукой вскинул тело мёртвого волка и буквально вмял его в живого сородича.

Всю округу заполнил отвратительный хруст и испуганный животный визг, израненный юноша впал в безумный транс, перестав обращать хоть какое-нибудь внимание на выворачивающиеся кости и рвущуюся плоть.

Молодой человек продолжал остервенело вбивать завывающего волка всё глубже в холодную землю, используя тело его мёртвого собрата, железной хваткой повисшего на руке юноши.

По морозному лесу разносился громкий треск, исходивший от трёх тел одновременно.

Полуживой волк уже едва вздрагивал, подвывая от непрекращающихся ударов человека.

Во все стороны разлетались ошмётки серебряной шерсти и брызги крови, быстро впитывающейся в заледенелую землю.

Наконец, туловище мёртвого зверя попросту оторвалось и улетело в сторону, приземляясь рядом с ошеломлённой ламией.

Теперь, на руке юноши оставалась лишь кровоточащая голова волка с торчащим из неё куском позвоночника.

Однако, молодой человек даже не думал останавливаться, перевернув уже погибшего волка на спину, он быстро достал новый кинжал.

Незамедлительно вонзив лезвие в грудь зверя, юноша начал буквально разрывать её, раскидывая во все стороны куски рёбер и ошмётки плоти.

С громким треском распахнув грудную клетку ледяного волка, юноша без промедлений вырвал ещё тёплое сердце и едва ли не сразу проглотил его, с наслаждением проталкивая свежую плоть в свой пищевод.

Закончив яростное убийство, молодой человек словно вышел из транса и в тот же момент с ледяным спокойствием взглянул на онемевшую ламию.

Девушка тряслась от ужаса, удерживаясь в сознании, только из-за того, что боялась отвести глаза от жуткого пламени.

Шиасса всей душой верила, что если она перестанет смотреть в горнило ревущего огня, то безумный демон незамедлительно порвёт её на куски.

Юношу покрывало множество небольших ранений, почти вся одежда измазалась в крови и порвалась в клочья, а рубаха и вовсе превратилась в грязные тряпки.

На теле молодого человека появились довольно заметные повреждения, оставшиеся после этого боя.

Лицо пересекали свежие следы от когтей, по правой руке петляли длинные алые полосы, нанесённые клыками ледяного волка.

На левой конечности продолжала болтаться окровавленная голова мёртвого зверя, да и сама рука неестественно вывернулась в нескольких местах.

Из-под сомкнутых челюстей волка до сих пор струилась горячая кровь юноши, спадая на заледеневшую землю.

Шиасса дрожала всем телом, не в силах даже отвести взгляд от этого чудовища.

Девушка не могла и подумать о том, чтобы нарушить гнетущую тишину, ведь тогда он может разозлиться.

Ламия вспомнила тот момент, когда она заметила в глазах юноши жуткие тёмно-алые всполохи.

На несколько мгновений девушке показалось, что тогда перед ней стоял далеко не обычный худоватый парень... Всего на секунду Шиасса увидела перед собой неукротимого, жестокого и безжалостного демона, готового превратить тела своих врагов в горячий пепел.

Наконец, молодой человек перевёл взгляд на свою одежду, несколько секунд он задумчиво смотрел на болтающиеся тряпки, но уже через мгновение сорвал с себя остатки рубахи, бросив их в голубоватую траву.

— Кса... – девушка не смогла удержать тихий возглас.

Ярко-жёлтые глаза Шиассы расширились от небывалого удивления, ламия даже забыла про свой страх.

Тело... Тело этого человека... Боги... Что могло сотворить такое?!

Девушка изумлённо смотрела на голый торс юноши и едва сдерживалась, чтобы не отвести взгляд.

Всё туловище молодого человека покрывали жуткие шрамы, каждый миллиметр кожи буквально исполосован невероятными следами былых ранений.

Шиасса даже почувствовала фантомную боль только от взгляда на эти кошмарные узоры.

Разнообразнейшие шрамы буквально извивались по коже юноши, словно сражаясь за власть над желанной плотью.

Казалось, будто молодого человека разрывали на куски и грубо сшивали вновь, после чего сжигали в огне и отдавали на съедение монстрам, а потом снова собирали его тело воедино и так повторялось тысячи раз.

Но даже среди этой ужасной вакханалии находились столь невероятные шрамы, что они выделялись из общей массы визуальной боли.

Чего стоило только огромное угольно-чёрное пятно, находившееся ровно в том же месте, где располагается человеческое сердце.

Клякса представляла собой идеальную окружность диаметром в пятнадцать сантиметров.

От неё по всему телу человека, словно уродливые щупальца расползались волнистые линии, образуя мистический рисунок, по форме напоминавший чёрное солнце, испускавшее тёмные лучи вдоль туловища юноши.

Мрачную звезду диагонально пересекал гигантский рубец, тянувшийся от правого плеча молодого человека до его левого бедра, после чего скрывался под штанами.

Края старого шрама выглядели столь неровно, что создавалось впечатление, будто юношу когда-то разрубали пополам.

Но даже эти ранения были лишь малой долей безумной картины, вырезанной из плоти молодого человека, чтобы пересчитать их всех, не хватит и часа.

Шиасса всегда была довольно эмоциональной ламией и такой ужасный вид просто не мог оставить девушку равнодушной.

Её губы слегка подрагивали, а на глазах наворачивались капельки слёз, она не могла поверить, что кто-то способен пережить такие жестокие ранения.

— Боссе, к-как ше так... Э-это... Кте ты... – у ламии не получалось подобрать нужные слова, она просто ошеломлённо смотрела на изуродованное тело юноши и старалась не сболтнуть лишнего.

Молодой человек проигнорировал такое пристальное внимание к своей персоне и отвернувшись от девушки, безмолвно последовал к одному из мёртвых волков.

В тот же момент Шиасса едва не потеряла сознание, ведь то, что творилось на спине юноши походило на кошмарный сон.

Среди тысяч шрамов, прямо на коже молодого человека был вырезан огромный тёмно-алый рисунок.

На нём была изображена жуткая шипастая цепь, обёрнутая вокруг уродливого черепа с длинными рогами.

Сам череп принадлежал, видимо, какому-то отвратительному монстру, с несколькими рядами острейших клыков и четырьмя длинными глазницами.

Неизвестно, кто это сделал, но шрам был вырезан глубоко в плоти юноши, из-за чего выглядел ещё более устрашающим.

Однако, поражало даже не это, весь рисунок крест накрест пересекали пять чёрных лучей, словно зачёркивая его.

Самое интересное заключалось в том, что это были те же щупальца тёмного солнца.

Они извивались на спине молодого человека и проходили над черепом монстра, останавливаясь в пяти разных точках, будто создавая клетку для чудовища.

И ведь это не учитывая ещё сотни и тысячи шрамов, петлявших по телу юноши!

Наконец, молодой человек спокойно подошёл к более или менее целому трупу ледяного волка и подхватив его относительно здоровой рукой, размеренным шагом побрёл обратно к Шиассе.

Ламия едва сдерживалась, чтобы не расплакаться, она чувствовала практически неконтролируемый страх перед этим человеком.

Но увидев жуткие шрамы, испещрявшие всё тело юноши, она не могла не почувствовать жалости.

Несмотря на все пережитые трудности, Шиасса оставалась обычной шестнадцатилетней девушкой, без семьи, друзей и какого-либо опыта жизни.

Всё, что она видела последние четыре года - это смерть близких и других рабов... Хотя... Нет... Всё же, был ещё один человек, о котором ламия больше никогда не хотела вспоминать.

Но при всём этом, Шиасса сохранила свой эмоциональный характер, из-за чего с трудом могла смотреть на такие кошмарные увечья.

— Т-ты... Кте ты полуссил такие р-раны?! – ламия забыла о страхе и почти рефлекторно спросила первое, что пришло в её голову.

Однако, юноша проигнорировал вопрос и просто остановился рядом с девушкой, разглядывая ту пылающим взором, но уже в следующее мгновение произошло нечто странное.

— Твоё. – молодой человек громко произнёс единственное слово и бросил труп зверя прямо на Шиассу.

— Х-хсса?! Кхьясс! Ссто ты... – ламия чудом успела поймать труп волка, но всё же не выдержала его веса и упала вместе с ним на землю. – Кхасс!! Э-это ше... КХЬЯЯСС!! УПЕРИ! УПЕРИ ЭТО!! КЬЯЯСС!! – девушка в ужасе начала спихивать с себя труп животного и заливать округу испуганным визгом.

Юноша несколько мгновений спокойно взирал на панику Шиассы, после чего просто развернулся и побрёл к остальным трупам.

Молодой человек более не обращал никакого внимания на брыкавшуюся ламию и её истеричное сражение с мёртвым волком.

Чешуйчатый мешок продолжал с криками отпихивать от себя тело волка, что немного забавляло молодого человека.

Оно испугалось еды? Странное существо... Как же оно питается?

Юноша не понимал действий своей преследовательницы, она испытывала к нему страх, но почему-то всё равно лезла к Бруталу.

К тому же, молодой человек ощущал в ней ещё одну загадочную эмоцию, которая казалась ему смутно знакомой.

Однако, юноша так и не смог вспомнить её значение, поэтому решил не тратить время на ламию, тем более он уже наградил эту девушку.

Хотя Брутал и не любил, когда в битву влезает кто-то другой, но в его принципах было место и для благодарности.

Если тебе помогли, желательно проявить уважение, даже когда о помощи никто не просил.

Именно поэтому он отдал чешуйчатому мешку заслуженный трофей в виде поверженного зверя.

Молодой человек старался возвращать цену, равную свершению, к сожалению в его родном мире крайне редко кто-то решался помочь своему союзнику, что уж говорить о незнакомцах.

Брутал всегда безжалостно карал врагов за малейшие проступки, но также он никогда не забывал возвращать долги тем, кто помогал ему.

Однако, сейчас у юноши появилась куда более важная проблема, в этом бою он едва не потерял над собой контроль.

Конечно, молодой человек успел остановить процесс разложения клейма, но даже факт того, что это могло произойти, являлся крайне плохой вестью.

Всему виной его новое тело, разум этого организма крайне слаб и нестабилен, на данный момент он совершенно неспособен выдерживать душу Брутала.

Казалось, будто эта немощная оболочка изначально была предназначена для совсем другого человека.

Стоит, как можно быстрее решить данную проблему, ведь если он полностью утеряет над собой контроль, то... Ужасная история повторится вновь и в этот раз Брутал может не сдержать себя.

Истинный воин должен быть холоден, а ярость и боль обязаны всегда находиться в крепких тисках разума, иначе любое сражение превратится в жалкую нелепость.

Хотя, боевой раж Брутала колоссально отличался от свирепой ярости его сородичей... Но уж лучше впасть в пьянящее безумие, чем то, что происходит, когда его клеймо слабеет.

Пока юноша раздумывал над проблемами нового тела, визжащая ламия, наконец, скинула с себя мёртвого волка.

— Кьясс! Скьях! Кса-кса-ксссах! – девушка быстро отползала от звериного трупа, пока не уткнулась спиной в ближайшее дерево.

Шиасса испуганно всматривалась в тело ледяного волка и периодически недовольно шипела, постукивая розоватым кончиком хвоста по мёрзлой земле.

В это же время юноша решал, стоит ли останавливаться на ночлег, ведь его новый организм требовал немедленного отдыха.

К тому же, нужно заняться ранениями, так как данное тело не могло излечиваться само, в отличие от его прошлого.

В итоге, Брутал всё же согласился с мыслью об отдыхе, всё равно он хотел устроить испытательную тренировку для нового организма.

Так как было решено остаться здесь на ночлег, юноша начал готовиться к отдыху.

Первым делом молодой человек поудобнее сел на одного из ледяных волков и достав более или менее прочный кинжал, начал что-то ковырять в звериной голове, прицепившейся к его руке.

Сейчас юноша абсолютно спокойно переносил боль, из-за которой нормальный человек уже мог бы потерять сознание.

И хотя новое тело стало куда чувствительнее и мягче прошлого организма, это нисколько не смущало Брутала, ведь для него боль давно не являлась чем-то стоящим, даже малейшего внимания.

Наконец, внутри звериного черепа что-то тихо хлопнуло и челюсти волка значительно ослабили хватку, после этого молодой человек беззаботно снял голову животного и выбросил её куда-то в сторону.

Рука юноши выглядела просто ужасно, плоть чуть ниже локтя была разорвана до кости, а в нескольких местах конечность слегка вывернуло под неестественным углом.

К счастью, до переломов не дошло, но и такие повреждения надолго выведут обычного человека из строя... Конечно же, это не относилось к Бруталу.

Тем временем, за юношей пристально наблюдала обиженная ламия, она совсем не оценила "щедрого" подарка молодого человека, который тот буквально скинул на неё.

Но девушка не собиралась так просто сдаваться, Шиасса любым способом должна заслужить его доверие!

Ведь, если догадки ламии верны, у неё может появиться шанс на выживание в этой проклятой империи... Надо предложить ему помощь и тогда...

Шиасса подползла к молодому человеку немного поближе и слегка поколебавшись, обратилась к нему тихим голоском.

— Ис... Исвените... Ваша рука... Сстопы вылессить такое, нусно отправхитьссся к волсепнику... Но то корота ессё талеко, поэтхому я моку... – и только девушка хотела предоставить юноше свою поддержку, как через секунду она услышала глухой треск.

Брутал закрепил израненную руку в коленях и начал грубое самолечение, медленно возвращая кости в нужное положение.

Каждый раз, как юноша вправлял определённую кость, по округе разносился отвратительный хруст.

Шиасса только и могла, что поражённо смотреть на действия этого удивительного человека, беспокойно махая кончиком хвоста.

Как такое возможно?! Мне хочется кричать от боли даже просто глядя на это, а он и бровью не повёл, вправляя себе руку!

Что должен пережить ребёнок, чтобы стать таким?! На вид этот человек даже младше меня! Хотя, стоит лишь единожды посмотреть в его глаза...

Шиасса пустым взглядом наблюдала за тем, как юноша спокойно крутил окровавленной рукой, проверяя исправность конечности.

О-он вообще знает, что такое боль?! Да как же так?! Чем я могу помочь этому монстру?!

Девушка в панике выдумывала любые варианты, которые позволили бы ей заручиться доверием юноши, но в голову не приходило ничего стоящего.

Брутал и вовсе не обращал никакого внимания на беспокойную ламию, рассматривая изувеченную конечность.

Убедившись, что его рука может относительно неплохо функционировать, молодой человек поднялся с мёртвого зверя и начал беззаботно собирать волчьи трупы в одну кучу.

Девушка молча смотрела на то, как Брутал скидывал животных под небольшое дерево и не понимала, что он собирается делать.

К тому же, наступает вечер, неужели этот человек планирует всю ночь идти по лесу?! Да у него же в руке нет куска мяса! Он хотя бы видит, что из раны до сих пор медленно льётся кровь?!

Кроме прочего, ламия понимала, что не сможет выдержать и часа, если придётся снова ползти за этим человеком в прежнем темпе, она надеялась лишь на благоразумие юноши.

Тем временем, закончив сбор трупов, Брутал задумчиво смотрел на серые облака, решая какой-то важный вопрос.

Но уже через мгновение он спокойно уселся на землю, прихватив одно из волчьих тел и достал кинжал.

Несколько секунд юноша просто тыкал лезвием в разные точки на трупе, словно выискивая интересующие его зоны.

Шиасса недоумённо взирала на странные действия молодого человека, стоя в десяти метрах от него.

Девушка боялась подойти ближе, так как она не хотела провоцировать этого монстра, но интерес так же не позволял ей отойти ещё дальше.

Единственное, что всё больше мешало ламии - это холод, на время сражения она забыла про него, однако, сейчас Шиасса вновь начала быстро замерзать.

И хотя на ней было несколько слоёв одежды, девушка едва заметно подрагивала от порывов морозного ветра, хуже всего то, что ночью может стать ещё холоднее.

Если она не найдёт источник тепла, то всё обернётся для неё большими проблемами.

В то же время, Брутал перестал ощупывать тело зверя и резко воткнул кинжал в мёртвую плоть, после чего начал медленно свежевать волка.

Из-за плотной шкуры появились некоторые трудности, но юноша делал всё довольно быстро и аккуратно.

Молодой человек отделял шерсть от мяса и осторожно складывал их рядом, а после вытаскивал внутренние органы.

Особенно трепетно Брутал относился к сердцам волков, откладывая их подальше.

Схожие манипуляции проводились над каждым звериным телом, за исключением волка, отданного Шиассе.

Ламия опиралась на большую ель и слабо подрагивала от холода, с волнением постукивая длинным хвостом.

Девушка не знала, что ей теперь делать, поэтому она смотрела на то, как молодой человек спокойно свежевал волков с мастерством заправского охотника.

Ламия хотела помочь с лечением кровоточащей раны на руке юноши, но боялась отвлекать его от важного дела.

Шиасса устало взглянула на аккуратно сложенные куски волчьего мяса и представила, как было бы хорошо сейчас поесть эти сочные...

Внезапно, по лесу разнеслось громкое урчание, Шиасса тут же испуганно вздрогнула и моментально покраснела до самых мочек.

Из-за большого смущения, ламия опустила голову и нервно заколотила хвостом по колючей траве.

Девушка и не помнила, когда в последний раз хорошо питалась, а за прошедшие двое суток она и вовсе ничего не ела.

Шиасса осторожно посмотрела на юношу, ожидая увидеть его порицающий взгляд.

Однако, молодой человек уже заканчивал свежевание последнего волка и не обращал никакого внимания на урчащий живот ламии.

Юноша и так дал ей самого целого зверя, поэтому если чешуйчатый мешок захочет есть, то может просто разделать тело этого животного.

Конечно, у Шиассы не было кинжала, но юношу совершенно не волновало, как она будет решать свои проблемы.

Наконец, Брутал распотрошил последнего волка и быстро выбросил лишнюю требуху, которую не сможет переварить его слабое тело.

И только молодой человек собирался приступить к долгожданной трапезе, как перед ним резко выскочила уже знакомая огненная табличка.

На этот раз, юноша не стал реагировать слишком бурно, так как знал, что данное явление не представляет угрозы.

Слегка заинтересовавшись Брутал начал спокойно разглядывать полыхающие символы.

#Система приветствует носителя!

Анализ носителя... Успешно!

Основной статус:

Имя — Брутал [Нак'Ра-Даш]

Раса — Человек [#Ошибка. Требуется время на определение#]

Состояние — Ослаблен, но готов рвать и метать!

Характеристики носителя:

1) Сила – 5

2) Выносливость – 6

3) Искра – 2

4) Ловкость – 6

*Замечание – За пожирание чужих сердец вы получаете дополнительную прибавку к характеристикам, однако, ваша связь со светлыми богами заметно слабеет.

*Важные упоминания:

– Ваша жестокость привлекает внимание тёмных богов, будьте осторожны!

– Ваша безудержная тяга к сражениям привлекла внимание Наг'Гара!

– Ваше клеймо начинает проявлять слабую активность, возможно привлечение отпрысков демонической крови!

Новые титулы и достижения:

1) "Под присмотром Кхорна"

2) "Кровный враг Гринписа"

3) "Альфа-самец в девственной оболочке"

4) "Уродливый красавец"

5) "Что такое страх?"

6) "Взор Дьявола"

Титулы и достижения [Старые]:

1) "Гуру агонии"

2) "Уничтожитель миллионов"

3) "Владыка о... #

Брутал, как и прежде, не заметил ничего интересного в этой светящейся штуковине и отмахнулся от неё, но в этот раз, пламенная табличка со слабым писком вернулась на прежнее место.

#Пропуск информации... Успешно!Переход к важным сообщениям носителя.

— Великий Наг'Гар предлагает вам стать его слугой и получить частицу силы Несокрушимого... Выберите свой положительный ответ:

1) Согласиться!

2) Согласиться с радостью!

3) Согласен, мой Повелитель!

4) Я уже ваш раб, Владыка! [Рекомендуется]

5) Умереть в клоаке. [Не рекомендуется]

#

Лицо Брутала оставалось непроницаемым, но в его глазах начал медленно разгораться жгучий огонёк недовольства.

Юноша повторно отмахнулся от надоедливой таблицы и собирался, наконец поесть, но в воздухе снова раздался тихий писк.

#Анализ ответа носителя... Завершено!

— Вы смели отказаться от милостивого предложения Великого Наг'Гара... Результат:

– Наг'Гар Великий заинтересовался вами

– Связь со светлыми богами усилилась

– Ожидайте бо... #

Юноша резко ударил по табличке кулаком, заставив её рассыпаться в яркой вспышке.

Брутала начинали раздражать эти бесполезные сообщения, поэтому он решил больше не отвлекаться на всякую чепуху и заняться делом.

Разложив сердца ледяных волков на их же шкурах, молодой человек начал размеренно поедать лакомство, смакуя каждую дольку свежей плоти... Хотя, куда большим деликатесом стало бы сердце могущественного противника, но юноша не смел жаловаться.

В его родном мире, зачастую приходилось есть настолько отвратительную пищу, что это сочная плоть, казалась ему довольно пристойной.

Брутал и не заметил, как в это же время неподалёку, едва удерживалась на своём хвосте ошеломлённая ламия.

Девушка замерла на месте, словно живое изваяние и на несколько мгновений даже перестала дышать, в её голове крутилась всего одна яркая мысль: "Неужели это правда... Получается, я не ошиблась... Он герой!"

Шиасса даже не обращала внимания на то, как израненный юноша безмолвно поедал волчьи сердца, измазываясь в свежей крови и не замечая ничего вокруг.

Ламия взволнованно стучала хвостом по голубоватой траве и радостно обдумывала увиденное.

Несколько секунд назад девушка лично заметила, как перед изувеченным юношей появилась летопись богов!

Конечно, она сильно отличалась от той, которую Шиасса уже когда-то видела, но ламия знала одно - это верный признак героя!

Ранее девушка ещё сомневалась в том, что столь кровожадный юноша может быть посланником богов, однако, теперь у неё отпали любые вопросы.

Почти каждое существо в Шаблониуме знало, что в этом мире появляются герои, ниспосланные богами для великих свершений.

И ламия не была исключением, даже более того, какое-то время она лично находилась в отряде новоявленного героя человеческой империи!

Однако, для Шиассы данный опыт закончился крайне болезненно, герой совершил поступок, оставивший глубокую рану на сердце девушки... Она до сих пор старалась не вспоминать эти неприятные моменты из её прошлого.

Разумеется, посланники богов в Шаблониуме появлялись не только у людей, часто они могли возникнуть и у других рас.

К примеру, точно известно, что у эльфов и некоторых видов зверолюдей не так давно появились свои герои.

Ходили слухи, что даже в королевстве демонов мог возникнуть собственный посланник!

Правда в человеческой империи его называют несколько иначе, но Шиасса уже не помнила, как именно.

К сожалению, по какой-то причине, большинство героев появлялось всё же именно у людей.

Как только о новоявленном посланнике становилось известно общественности, за ним тотчас высылали святых рыцарей, чтобы доставить его в столицу империи или в другие крупные города.

После этого каждый герой проходил загадочное тестирование, о котором знали только люди высшего положения.

Когда все формальности были решены, посланника богов зачастую наделяли различными привилегиями и в зависимости от результата тестирования, отправляли на какое-либо задание.

Так же, Шиасса слышала о вольных героях, которые не поступали на службу империи и вели свободный образ жизни.

Конечно, таким людям часто приходилось скрываться от святых рыцарей и прочих служителей престола.

Но иногда было и так, что герой по каким-то причинам не мог сдать тестирование, в этом случае его просто отпускали на волю или пристраивали на определённую работу.

Хотя, иногда встречались герои-ренегаты, как их называли в человеческой империи.

Такие посланники могли переметнуться на сторону эльфов или зверолюдей, воющих с людьми.

Однако, Шиасса слышала, что подобные случаи происходили всего несколько раз за десятилетия.

Зачастую герои разительно отличались друг от друга умениями, и всё же, у каждого из них была кое-какая общая способность.

Каждый посланник пользовался мифическими летописями богов, с помощью этого умения он мог получить знания и силы, не доступные обыкновенным смертным.

Хотя была одна вещь, несколько смущавшая ламию... Многие герои называли великие летописи богов - Статистикой или же Статами.

Девушка не понимала, зачем они дали божественным способностям такое странное наименование, но разве столь важно, как называется эта легендарная сила?

Данную информацию Шиасса в своё время почерпнула из уст новоявленного героя, в группе которого ей довелось находиться.

Конечно, есть вероятность, что всё изменилось, как-никак с того момента прошло уже где-то полтора года... Всё это время её перепродавали от одного хозяина к другому.

Лишь два раза за четыре года ламия продержалась в одном месте дольше трёх месяцев и второй случай был в команде того самого героя.

Девушка и раньше подозревала, что красноволосый юноша - герой, по одной довольно известной причине... Большинство посланников не видели в зверолюдях отвратительных уродов.

Как бы невероятно это не звучало, но зачастую герои относились к расам, отличным от человеческой, довольно положительно.

Никто не мог точно сказать, по какой причине посланники богов воспринимают рабов так спокойно.

Но в рядах зверолюдок даже ходили легенды о том, что существуют герои, способные полюбить таких, как Шиасса... Невероятная глупость! Конечно же, она сама не верила в этот смехотворный бред.

Такое ещё хоть как-то возможно, если речь идёт об эльфе или некоторых видах ушастых зверолюдей, ведь данные расы почти не отличаются от человеческой.

Иногда, даже обыкновенные люди могли завести отношения с эльфами или зверолюдьми, но во-первых, это происходило крайне редко, а во-вторых, данных личностей клеймили предателями или кончеными извращенцами.

В первом случае, тебя практически сразу казнили за измену родине, а во втором ты просто становился отбросом общества... Из-за чего к тебе относились не многим лучше, чем к рабам.

Однако, эти правила по какой-то причине не относились к посланникам богов.

Часто случалось так, что герои или героини воспринимали рабов не как пушечное мясо, а в качестве компаньонов для своих путешествий... К сожалению, именно это когда-то и произошло с Шиассой.

Но стоило разговору зайти о ламиях, гарпиях, слаймах, минотаврах или похожих зверолюдях... И даже посланники не могли воспринимать их, как...

Внезапно, Шиасса слегка покраснела, но уже через секунду она вспомнила героя, с которым находилась в одной группе и резко помрачнела.

Девушка крепко сжала кулачки и заскрипела острыми зубками, сдерживая подступающую горечь.

Взъерошенная ламия до сих пор не могла забыть то гадкое предательство, она полностью доверяла герою и всем сердцем желала отплатить ему за своё спасение, но этот человек...

Шиасса грубо шлёпнула хвостом по земле и тихо выдохнула, успокаивая себя.

Нужно держаться, ведь теперь у неё появился шанс вызволить свою жизнь из бесконечного круговорота перепродаж.

Девушка с надеждой в глазах посмотрела на юношу, ещё недавно поедавшего сердца зверей и не смогла удержаться от лёгкой усмешки.

— Ксхих... – ламия едва успела закрыть рот ладошками и сдержать смех.

Молодой человек сидел на волчьей шкуре и заинтересованно разглядывал красивое вечернее солнце.

Всё его лицо было столь обильно измазано в крови, что юноша походил на маленького ребёнка, не умеющего нормально принимать пищу.

В сочетании с невероятно серьёзным лицом молодого человека, получалась крайне забавная картина, если не вспоминать то, что произошло несколько минут назад...

Шиасса понимала, что смеяться над тем, кто пожирает сердца убитых животных совершенно ненормально, но она ничего не могла поделать, это выглядело слишком забавно.

К тому же, когда юноша так увлечённо рассматривал лучи заходящего солнца, ламии на мгновение даже показалось, что на его лице проявился отголосок печали.

Однако, стоило явиться внезапному порыву морозного ветра, как девушка моментально забыла о смехе.

Близилась ночь, из-за чего в зимнем лесу становилось всё холоднее и неуютнее.

Кроме того, девушка была сильно голодна и измотана, если Шиасса не предпримет хоть какие-нибудь действия, то может не пережить даже эту ночь.

Но что она могла сделать? У ламии не было средств для розжига костра, возможно, их забрали рабы, отправившиеся в Изумрудный лес... Даже не соизволили оставить немного для своих же "собратьев по кошмару".

Соответственно, девушка не могла использовать огонь для жарки мяса, более того, у неё не было и самого мяса.

Конечно, юноша отдал ей "вознаграждение", но ламия и близко не знала как нужно свежевать диких зверей.

К счастью, Шиасса успела прихватить немного провизии из каравана работорговцев.

Там было немного еды, которую к тому же поделили между собой рабы, да и сама пища представляла собой лишь кусочки вяленого мяса, разбавленный эль и чёрствый хлеб.

Запасов провианта может хватить от силы на полтора дня, если усердно экономить... Но еда была лишь малой проблемой для ламии, холод - вот её главный враг.

Шиасса всё чаще вздрагивала от потоков морозного ветра, она чувствовала, как хвост и кончики пальцев уже начинали неметь, а ведь ещё даже не ночь!

Но самое ужасное заключалось в том, что единственный подходящий источник тепла сейчас заворачивал куски сырого мяса в волчьи шкуры и аккуратно раскладывал их вокруг огромной сосны.

Видимо, юноша совершенно не боялся привлечь внимание других хищников столь пронзительным запахом крови, иначе давно бы выбрал другое место для отдыха.

Ламия взволнованно посматривала на неутомимого человека и надеялась, что он не собирается в путь, иначе ей точно придёт конец.

Наконец, израненный юноша завершил свои приготовления и просто сел под дерево на одну из звериных шкур.

Молодой человек за прошедшее время даже ни разу не посмотрел на вымотанную девушку, что немного обидело ламию, хотя и не понятно, чего она от него ожидала...

У Шиассы уже не хватало сил удивляться тому, как он мог спокойно поедать сырую плоть диких зверей, словно для него это было обычным делом.

Некоторое время ламия напряжённо смотрела на "героя", но уже через несколько секунд она выдохнула с облегчением.

Юноша принял странную позу, оперевшись спиной на толстый ствол дерева и молча закрыл свои пламенные глаза.

Это могло означать только то, что он не собирался идти дальше, а данный факт не мог не осчастливить измученную девушку.

Но хоть она и обрадовалась тому, что может временно расслабиться, всё же оставалась одна большая проблема... Где можно найти подходящий источник тепла?

Через пару минут, так ничего и не придумав, ламия обречённо вздохнула и начала устало расчищать землю под небольшим деревцем от холодного инея.

Свернув алый хвост так, чтобы на него можно было прилечь, Шиасса поудобнее закуталась в одежду и прислонилась к стройному древу.

После этого девушка вытащила свой скудный провиант и тихо приступила к поеданию вяленого мяса, запивая его слабым элем.

На вкус крайне пресно, но голод даже такую пищу мог сделать изысканным деликатесом.

Однако, в этой пище был заметный минус... Даже разбавленный алкоголь со временем может ослабить разум Шиассы.

По какой-то причине ламии обладали плохой сопротивляемостью к алкоголю, проще говоря, они напивались с поразительной скоростью.

В этом деле с ними могли поспорить разве что слаймы, но последние старались даже не приближаться к спиртным напиткам.

Однако, в данном случае, у неё не оставалось иного выбора, кроме как стараться пить горькую настойку маленькими глоточками, чтобы протолкать в себя чёрствый хлеб и не менее сухие полоски мяса.

Единственное, что радовало девушку - алкоголь немного согревал её тело, конечно, эффект был едва заметен, но это всяко лучше, чем ничего.

Некоторое время Шиасса безмолвно сидела под небольшой елью и медленно покусывала вяленое мясо, разглядывая тусклое вечернее солнце.

На морозный лес плавно опускалась мягкая темнота, и лишь редкие снежинки мерцали под лучами закатного солнца.

В зимней чаще витал приятный хвойный аромат, а стройные ели мерно раскачивались под дуновением колючего ветра.

Казалось, деревья вели загадочный танец, желая убаюкать души истерзанных путников.

Где-то вдали послышался загадочный вой, разогнавший мёртвую тишину холодного леса.

Дымчатые облака медленно плыли по тёмному небу, словно корабли по мрачному океану, обгоняя друг друга или соединялись в единое полотно.

С приближением темноты колючая трава начинала тускло светиться, укрывая земную гладь голубоватым сверканием.

Сумрачный лес заиграл сиянием ледяной красоты, разнося по тёмной округе мерцание бескрайней зимы.

Какой путешественник не отдал бы свою душу, чтобы лицезреть столь манящие картины природы?

Любой смертный желает попасть в мир несметных фантазий, где нет места печалям и страхам.

В этих краях всякие мысли утонут в хороводах безграничных мечтаний, оставив все тяжбы в пучине мёртвых стенаний.

К несчастью, наша участь остаётся всё той же - двигаться к великим желаниям, сквозь плотный туман бесконечных страданий.

И только одна душа не знала покоя в царстве холодных стенаний, умирая безмолвно в потоке ледяного дыхания.

Шиасса тряслась от любого порыва морозного ветра, алкоголь едва согревал немеющее тело, зато успешно обволакивал её разум пеленою сладкой дремоты.

Золотистое солнце практически скрылось за высокими деревьями, и лишь мрак планомерно овладевал просторами молчаливого леса.

Один только юноша мог безмятежно выдерживать холод, казалось, молодой человек и вовсе не замечал угрюмых морозов, постепенно срастаясь с высокой сосной.

— Ссс-сскахс... Ссс-ссак-ссас... Ксс-саас... – девушка пыталась окружить себя алым хвостом, но он уже почти не слушался обледеневшую ламию.

С каждой секундой Шиасса всё хуже осознавала, что происходит вокруг, она не чувствовала большую часть своего хвоста, её ладони немели, а всё остальное тело дрожало, словно в предсмертной агонии.

Девушка пустыми глазами взирала на столь тёплого юношу... Если обнять его, то станет теплее... Ведь, будет теплее?

Ламия уже не могла вспомнить, почему же ей нельзя обнять источник приятного жара.

Веки Шиассы тяжелели всё больше, она едва держалась в сознании, пытаясь не свалиться замертво прямо под елью.

Одежда не помогала, а хвост жутко болел... Хотя и эта боль медленно исчезала, сменяясь неестественным жаром.

Словно во сне, девушка попыталась подняться, но её тело слишком сильно ослабло.

Бедная ламия просто упала ниц в голубую траву, не успев даже выставить замёрзшие руки.

Она не могла больше терпеть, сознание Шиассы неуловимо ускользало из-под контроля души.

Девушка, словно в трансе ползла к теплоте, её разум бессильно тянулся к столь приятному жару.

Ламия едва двигала онемевшим хвостом и руками, всеми силами желая доползти до блаженства раньше, чем её сознание окончательно поглотят холода... Страшная и безликая тьма.

Шиасса медленно забывала, почему так усердно хочет доползти до тепла, возможно, она уже умерла?

Из ярко-жёлтых глаз покатились горькие слёзы, девушка совсем не хотела погибнуть... Ламия не желала, чтобы бесконечная пустота нагнала её раньше, чем она достигнет жара огня... Пожалуйста... Я не хочу умирать!

Внезапно, сквозь стену забвения прорвались необычайно приятные волны тепла, наполнившие замерзающий разум пламенем жизни и волей огня.

Ламия всем телом прижалась к источнику жара, её организм трепетал в приступе величайшего счастья.

Шиасса чувствовала, как холодная тьма уступает место ласке тепла, а ещё недавно умиравшее тело, наполнялось спасительным жаром.

От необыкновенного удовольствия девушка начала буквально тереться об источник святого огня.

И лишь на окраине сознания что-то настойчиво мешало девушке наслаждаться пылающим жаром.

Надоедливая мысль упорно лезла в водоворот удовольствия, не давая Шиассе сосредоточиться на манящем тепле.

Сознание ламии блуждало в забвенном экстазе, но девушка желала получить больше огня и постаралась обвить хвостом источник мощнейшего жара.

Шиасса бы и дальше наслаждалась столь блаженными чувствами, если бы не ощутила на шее загадочный холод.

В первое мгновение девушка не хотела понимать, что это такое, но уже через секунду в её голове что-то щёлкнуло.

Мысль, так усердно сверлившая её затуманенный разум, наконец прорвалась сквозь пелену удовольствия и Шиасса словно пробудилась от сна.

Первое, что увидела перед собой ламия, едва разлепив тяжёлые веки - два ярко-рыжих огонька, полыхающих буквально в нескольких сантиметрах от её лица.

Находясь в сладкой полудрёме, девушка рефлекторно попыталась осмотреться во мраке ночи, но что-то больно кольнуло её в шею.

Шиасса вяло перевела взгляд чуть ниже и заметила руку, покрытую ковром из разнообразнейших шрамов.

Ламия до сих пор ощущала мистический холод на своём горле, но она не могла осознать, что происходит вокруг.

Спустя длинное мгновение девушка вновь задумчиво посмотрела на два испепеляющих огонька, направленных точно на её покрасневшее личико.

Наконец, что-то замкнулось в разуме ламии, после чего ярко-жёлтые глазки моментально преисполнились неведомым страхом.

После того, как Брутал приготовил запасы пищи на дальнейший путь, он решил, что первым делом стоит дать отдых немощному телу, иначе последнее может просто отключиться в дороге.

Выбрав идеальное положение для внезапной атаки и удобной обороны, он прислонился к высокому древу и впал в состояние лёгкой прострации.

В его родном мире полноценный сон - невероятная роскошь, ведь во время отдыха ты почти беспомощен.

А для Брутала сон и вовсе был чрезвычайно опасен, так как помимо врагов рядом с ним могли находиться и возможные предатели.

По этой причине он давно разучился нормально спать, вместо этого юноша погружался в состояние, которое люди данного мира обычно называли медитацией.

Хотя, это всё же не совсем правильное определение, но максимально приближенное к действительности.

Во время медитации у Брутала значительно улучшались слух, обоняние и чувствительность к вибрациям, однако, физические способности заметно ослабевали.

К сожалению, из-за нового тела юноша не мог даже пошевелиться, но в данном случае не оставалось иного выбора, кроме как терпеть беспомощность, пока дряхлая оболочка не получит достаточного отдыха.

Чтобы не терять время впустую, молодой человек начал детально анализировать свой новый организм, дабы осознать все тонкости управления мясным мешком.

Приятной вестью стало то, что Брутал уже научился рефлекторно ходить и дышать, из-за чего ему больше не приходилось постоянно следить за этим, даже во время боя.

Но нашёлся и заметный минус - кровь в этом организме сворачивалась крайне медленно, да и сам состав алой жидкости казался юноше довольно непривычным, хотя и немного знакомым.

Скорее всего, какое-то время, после каждой битвы ему придётся использовать сторонние средства для заживления ран, иначе выздоровление будет проходить слишком долго.

Молодой человек не собирался тратить мгновения, которые можно провести в битве или тренировке, на постоянное зализывание жалких царапин.

Стоит разузнать, что в этом мире способно излечить его беспомощную оболочку, но данную проблему можно решить и несколько позже.

Неожиданно, во время медитации, юноша уловил очередную волну сильных эмоций, исходящих от трясущейся ламии.

Брутал знал - преследовавшее его существо вскоре должно умереть, он не ведал точной причины, но подозревал, что хилое тело чешуйчатого мешка не способно выдерживать холод.

Первое время молодой человек и сам чувствовал себя некомфортно в зимнем лесу, но немного привыкнув к новому телу, он научился терпеть мороз, используя сердце более полноценно.

Видимо, не все создания данного мира умеют манипулировать своими возможностями... С каждым часом Брутал всё больше разочаровывался в обитающих здесь существах.

Даже звери по какой-то причине стали обходить его стороной, как только он замечал вдалеке отблески их страха.

Так как иных дел не появлялось, юноша продолжал спокойно медитировать в тишине морозного леса.

За прошедшие часы Брутал смог проанализировать своё тело почти до основания и с некоторой радостью обнаружил, что оно ещё не совсем бесполезное.

Несмотря на всю слабость, организм мясного мешка обладал прекрасной совместимостью со странной энергией, наполнявшей всё окружающее пространство.

Самое интересное заключалось в том, что с помощью этой материи можно усилить данное тело, проигнорировав почти все физические пределы.

Конечно же, Брутал решил, что теперь будет делать в своих тренировках упор на поглощение невидимой энергии.

Внезапно, размышления юноши прервались, так как его сознание сообщило о небольших колебаниях, возникнувших рядом с ним.

Существо, вызвавшее суматоху в разуме юноши, находилось на грани смерти и Брутал успел забыть про него, но по какой-то причине чешуйчатый мешок сейчас полз к нему.

От ламии не исходило никакой угрозы, лишь непривычно тёплые эмоции, поэтому молодой человек решил ничего не делать и узнать, что же предпримет эта девушка.

Обессиленная ламия дрожащими ручками цеплялась за холодную землю и с тихим шипением ползла к Бруталу.

Ярко-жёлтые зрачки девушки вытянулись в тонкую щель, а сам взгляд не содержал в себе ни капли сознания.

Казалось, будто её разум находился в ином пространстве, тогда как тело движется по собственной воле.

Периодически ламия ослабевала и просто замирала на месте, юноша чувствовал, что в эти мгновения она находилась на грани смерти.

Но буквально через секунду девушка будто оживала и тут же продолжала упорно ползти вперёд.

Наконец, ламия из последних сил протянула хладную ладонь к юноше и кончиками пальцев дотронулась до тёплой руки Брутала.

В тот же момент по телу девушки словно прошёл электрический заряд, после чего она всеми способами начала тянуться к жару юноши.

Молодой человек заметно ускорил сердцебиение, дабы противостоять усилившемуся морозу, поэтому сейчас его организм едва ли не испускал пар от разницы температур.

И хотя данный метод быстро истощал запасы нового тела, а в особенности сердца, Брутал не сильно волновался по этому поводу, так как не планировал задерживаться в жизни надолго.

— Сссхаааааасссяяя... – внезапно, ламия издала протяжный стон, наполненный блаженным удовольствием.

Девушка крепко обвила молодого человека руками и начала тереться об него всем телом, продолжая довольно шипеть.

Брутал уже собирался скинуть это забавное и крайне наглое существо, но внезапно, заметил странные отклики в своём организме.

Заинтересовавшись столь бурной реакцией нового тела, юноша решил пока что вытерпеть непонятные действия чешуйчатого мешка, дабы исследовать эти загадочные метаморфозы.

— Ньясааах... Сьяях! – ламия резко вскрикнула от удовольствия и буквально закрепилась на шее у Брутала.

Алый хвост девушки всё усерднее стучал по земле, выдавая необычайную радость своей хозяйки.

На всякий случай, молодой человек заранее достал кинжал, но пока решил не использовать его, лишь придерживая лезвие рядом с горлом чешуйчатого мешка.

Юноша совершенно не понимал, что происходит с его телом, казалось, будто вся система организма сбилась с заданной программы.

Сердце невольно стучало в бешеном ритме, на коже проступили капли пота, а разум метался от одной мысли к другой, не желая сосредотачиваться.

На данный момент, это был первый раз, когда Брутал не смог осознать ни точной причины нарушений, ни пути решения проблемы.

— Ссскьях! Ньяяясс-Ньясс! Ксяяссс... – тем временем ламия издавала всё более счастливые стоны и остервенело тёрлась щекой о шею Брутала, едва ли не покусывая его от удовольствия.

Внезапно, хвост Шиассы плотно обвил юношу, сжимая его тело в нежных тисках.

Сама девушка мягко прильнула грудью к плечу молодого человека и начала размеренно обтирать его спину тонкими ручками.

Из-за неописуемого удовольствия ламия высунула свой длинный язычок наружу и с блаженным личиком начала буквально облизывать шею юноши.

Очевидно, девушка получала колоссальное удовольствие от данного процесса, медленно погружаясь в нирвану... Чего не скажешь о Брутале.

Не в силах более терпеть совершенно невменяемую реакцию своего организма на странные действия чешуйчатого мешка, юноша слегка надавил кинжалом на горло ламии.

Пока что молодой человек не собирался убивать девушку, так как её действия не представляли вреда для него.

К тому же он хотел понять, что за мистическую силу применяет это существо, заставляя его организм чувствовать себя так некомфортно.

Ведь если не найти противодействие этой проблеме сейчас, то в следующий раз Брутал может проиграть битву только из-за недостатка опыта!

Однако, несмотря на то, что на шее ламии уже появились капельки крови, она всё продолжала извиваться на теле юноши, стараясь обхватить хвостом каждый миллиметр его тёплой кожи.

Молодой человек задумался, а не нарушит ли он свои принципы, если прямо сейчас перережет ей глотку?

К сожалению, чешуйчатый мешок изливал на него столь непривычную массу тёплых эмоций, что он просто не мог найти достойную причину для убийства этого существа.

В его родном мире, Брутал всего три раза чувствовал по отношению к себе подобные эмоции и все три случая в дальнейшем принесли ему огромную боль.

Задумавшись всего на секунду, молодой человек немного усилил давление на рукоятку кинжала, заставив девушку слабо вздрогнуть.

С шеи ламии потекла небольшая струйка крови, медленно скрываясь за несколькими слоями старой одежды.

Наконец, Шиасса перестала сладостно постанывать, а её раскрасневшееся личико замерло в нескольких сантиметрах от головы Брутала.

Медленно, словно не желая этого делать, она распахнула ярко-жёлтые глазки и сонно взглянула на молодого человека, продолжая стучать кончиком хвоста по его ноге.

— Кссяяяс...? – из девушки вырвался тягучий звук, чем-то похожий на вопросительный зевок.

Несколько секунд ламия пребывала в лёгком трансе, пытаясь осознать, где же она находиться.

При этом девушка непрерывно обвивала тело юноши хвостом и рефлекторно поглаживала его спину ладошкой.

Вяло осмотрев руку молодого человека, Шиасса спокойно перевела опьянённый взгляд на холодное лицо Брутала.

Ещё мгновение в морозном лесу стояла глухая тишина, нарушаемая лишь далёким звериным воем, но уже через секунду...

— Кьяяяяссс!! Сках... – внезапно, девушка завизжала столь пронзительно, что юноше пришлось сильнее надавить на кинжал и слегка надрезать её шею, дабы не оглохнуть.

В тот же момент ламия поперхнулась слюной и резко замолчала, с неописуемым ужасом взирая на молодого человека.

Шиасса, как по команде, начала дрожать с такой силой, будто она снова угодила в потоки ледяного ветра.

Из ярких глазок девушки тут же покатились крупные слезинки, она быстро осознала, что совершила непоправимую ошибку.

Ламия понимала - скорее всего, ей суждено погибнуть прямо сейчас, но она не хотела умирать от рук этого монстра... Шиасса не заслуживала столь мучительной смерти!

А уже через секунду девушка обнаружила, что её хвост плотно обёрнут вокруг тела молодого человека... Теперь, ей точно конец.

Несколько долгих мгновений продолжалась зрительная казнь, юноша буквально уничтожал душу ламии испепеляющим взглядом, не позволяя Шиассе даже моргнуть.

Но внезапно, Брутал немного ослабил давление клинка, словно позволяя девушке объясниться.

— Кхасс! Схасс! Ксаах... – ламия тут же закашлялась, одновременно пытаясь вымолвить хоть несколько фраз. – Я... Я... Кхссаа... Н-не... Н-н-не... Я... – Шиасса не могла связать и двух слов, постоянно вздрагивая от волн жгучего страха.

Не дожидаясь пока девушка соберётся с мыслями сама, юноша свободной рукой залепил ламии смачную пощёчину.

— Ай! Ксааассс... – по бледному личику Шиассы тут же прокатились маленькие слезинки, но она не стала плакать, лишь обиженно прикусив губу.

Однако, столь жестокий метод действительно помог девушке немного прийти в себя и придумать хоть какое-то оправдание её странному поведению.

— Я... Ксссах... Я пы покипла, есссли пы ты не... Кссаах... Не сссокрел меня сссвоим... Просссти... Я не мокла сссепя контролхировать... – сильно запинаясь, девушка выговорила первое, что пришло в её уставший разум.

Брутал продолжал спокойно разглядывать испуганные глазки ламии, проверяя лжёт ли это существо или нет.

В то же время Шиасса, внезапно, осознала, что столь подходящего момента для выполнения её цели может больше не появиться!

Если девушка сейчас попросит героя о помощи, то он либо согласится, либо она умрёт в луже собственной крови... Хотя, ламия так или иначе погибнет, даже если юноша не зарежет её сам, что крайне маловероятно.

— Э-э... Я хо... Кссас... Т-ты... Пошалуйссста... Помоки... Я... Ссах... – Шиасса всеми силами пыталась выразить свою мысль, но стоило ей посмотреть в пылающие глаза Брутала, как любые слова просто расплывались в её разуме.

Молодой человек недоумённо взглянул на дрожащую ламию, не понимая о чём она говорит.

Юноше постепенно надоедал этот затянувшийся разговор, ведь он уже понял, что данное существо не собиралось вредить ему.

Но так как новое тело ещё не успело восстановиться до минимально потребного состояния, молодой человек хотел узнать, зачем чешуйчатый мешок плёслся за ним весь этот путь.

Однако, с каждой секундой интерес Брутала угасал, а на его месте росло желание перерезать ламии глотку, несмотря на свои принципы.

Видимо, Шиасса смогла почувствовать гнетущие волны жестокости и постаралась сразу же выговорить всё, что только смогла.

— Т-ты... Ты веть итёшь в корот?! Я... Я... К-кссаах... Моку ли я пойти ссс топой?! Х-хотя пы то коротссских ссстен! Пошалуйссста! – выкрикивая последние слова, девушка уже начала задыхаться от волнения.

Юноша слегка удивился странной просьбе ламии, она и так преследовала его от места первой битвы, так почему же это существо спрашивает разрешения только сейчас?

Чешуйчатый мешок может хоть постоянно следовать за Бруталом, пока не пытается напасть на него или не проявляет враждебности.

Он уже собирался скинуть с себя надоедливую тушу, но девушка быстро осознала, что молодой человек совсем не понял её.

— С-ссстой! Кссас... М-моку я воссспольсоватьссся твоим... Теплом...? Т-толькхо, пока мы не тойтём то корота! Пошалуйссста... Инассе... Я покипну... Пошалуйссста... – ламия вложила в мольбу всю надежду, которую только смогла и даже постаралась жалобно заглянуть в огненные глаза Брутала.

Молодой человек вновь поразился бесподобной наглости этого приставучего существа.

Даже в родном мире юношу крайне редко просили о помощи, более того, зачастую с ним боялись контактировать, что уж говорить о таких прямых мольбах.

С другой стороны, его хилое тело до сих пор не пришло в норму, а значит у него не было причин для спешки.

Брутал решил по крайней мере узнать, что может предложить это наглое существо взамен.

— Плати. – ледяной голос юноши заставил и без того испуганную девушку затрястись от волны угнетающего давления.

Ламия боялась даже сделать лишнее движение, казалось, будто она заключает контракт с демоном, отдавая свою душу на растерзание вечному пламени.

Это точно посланник богов?! У светлого героя не может появиться такая жуткая атмосфера! Хотя, чем он вообще похож на светлого героя...

Девушка в панике перебирала любые варианты, которые можно предложить юноше в качестве достойной награды.

Однако, что она может предложить неутомимому демону, дабы это хоть как-то повлияло на его решение?!

В то же время, у Брутала кончалось терпение, ему надоело тратить свои возможности на бесполезный разговор.

К тому же, отдых по какой-то причине так и не принёс заметной пользы для нового тела.

— Я-я... Моку... Кхасс... Я оттам... Я... Э-это! Ссхак... Н-нет... Я... – Шиасса почти впала в истерику, её разум просто отказывался предложить нечто стоящее... Почему она не подумала об этом раньше?!

В критической ситуации ламия, как всегда, шла на поводу у своих чувств, но в этот раз, данная черта сыграла с ней злую шутку.

Девушка под напором бушующих эмоций не могла собраться с мыслями, и всё больше паниковала.

Шиасса испуганно водила глазками из стороны в сторону, выискивая среди темного леса заветное спасение.

Но Брутал и так потратил на неё куда больше времени, чем планировал изначально, а в данный момент, его терпение вовсе подошло к концу.

— Ты - никчёмна. – юноша не видел совершенно никакой пользы в чешуйчатом мешке, разве что в качестве пищи, но последней у него хватало в достатке.

Личико Шиассы тут же помрачнело, с ламией не раз обращались, как с мусором, но из уст юноши по какой-то причине это звучало слишком обидно, даже для неё.

Но чего ещё стоило ожидать от Брутала? Ведь он даже близко не представлял, что значит - говорить мягче.

Холодный голос юноши жгучими иглами ворвался в ранимое сердце девушки, заставив ту почувствовать свою жизнь абсолютно бесполезной.

Яркие глазки ламии мгновенно потускнели и как бы Шиасса не пыталась закусывать губу, ручейки слёз всё же оставили след на её щеках.

Девушка грустно опустила голову и даже неугомонный хвост перестал выбивать быстрый ритм по ноге молодого человека.

— Мне... Ксса... Нессеко претлошить... – Шисса обречённо расслабила тело и ожидала, что юноша сейчас же перережет ей глотку.

Но вместо этого, Брутал просто ухватил ламию за шею и грубо сбросил её на холодную землю.

— Скьях! – девушка вскрикнула от боли и сразу же начала растирать ушибленный затылок.

Юноша незамедлительно осмотрел своё израненное тело и понял, что всё куда хуже, чем он предполагал.

Изначально, Брутал считал, что некоторое время, проведённое в покое, должно помочь дряхлому организму хотя бы частично справиться с ранами.

Но он сильно переоценил возможности новой оболочки, хотя кровь и остановилась, данное тело работало уже на износ.

Жуткая рана, оставленная ледяным волком чуть ниже локтя, не могла зажить без сторонней помощи, из-за чего с каждым часом становилось только хуже.

На самом деле, если бы этим организмом управлял обычный человек, то он давно бы потерял сознание или вовсе умер.

Лишь стальная воля и практически идеальный контроль над телом позволяли Бруталу стоять на ногах и даже сражаться.

— Хаассаа... – Шиасса уныло свернулась калачиком на холодной земле и пустым взглядом смотрела на то, как юноша во мраке ночи медленно крутил раненной конечностью.

Девушка понимала, что теперь ей не выжить ни при каких условиях, она банально не вынесет ещё почти двух суток в пути, без поддержки этого грубого варвара!

Разумеется, ламия могла с самого начала отправиться в Изумрудный лес с остальными рабами... Но её первый караван шёл именно с этой стороны и она знала, что сейчас в том направлении свирепствуют имперские воины.

Шиасса, конечно, могла предупредить других рабов об опасности, но они бы просто не поверили ей, а если бы и смогли поверить, то это вряд ли спасло их жизни.

Ведь, куда бы они не пошли, их ждала одна и та же печальная участь, отличался лишь вид смерти.

Даже её план строился только на чистых догадках и хотя они подтвердились, ламия не смогла исполнить его до конца... Что же, видимо, такова её судьба - умереть от холода в забытом богом лесу.

И только девушка хотела поддаться унынию, как в разуме Шиассы промелькнула одна яркая мысль, буквально вырвавшая ламию из когтей мрака.

Внезапно, глаза девушки вновь засверкали радостным светом, а её печаль тут же отошла на второй план.

— П-поссстой! Я не песссполесна! У меня есссть то, ссто тепе нушно!

Девушка радостно колотила хвостом по обмёрзлой земле, взволнованно всматриваясь в спину молодого человека.

Юноша медленно повернулся к Шиассе и недовольно взглянул на энергичную ламию, прожигая её огненным взором.

И хотя девушка немного сжалась от напряжения, в глазках Шиассы продолжала сверкать твёрдая уверенность.

— Ксссаас... Я понимаю, ссто ты неопыссный сселовек и ссскорее всссеко мошешь вытершать, кута польше...

— Быстрее. – юноша не собирался снова разводить длительное общение, поэтому хотел сразу же узнать в чём суть дела.

— Хсссаас... Я вылессу твои раны, а всамен ты мне помошешь! – девушка бойко выкрикнула последние слова, стараясь всё же не смотреть на ревущее пламя в глазах молодого человека. – Э... А, с-сассем вам э-это? Скасс... – ламия напряжённо взглянула на кинжал, внезапно появившийся в руке Брутала, после чего невольно потёрла царапину на шее.

Юноша проигнорировал Шиассу и несколько секунд обдумывал это предложение.

С одной стороны, молодой человек пытался, как можно реже заключать контракты, чтобы не выполнять чужую волю даже за награду... Но с другой стороны, если он не вылечит некоторые раны, то его дряхлое тело может просто не выдержать будущих нагрузок.

Тем временем, девушка взирала на Брутала глазами полными надежды, нервно виляя алым хвостом из стороны в сторону.

Ламия заметила, что у молодого человека появились сомнения, а значит у неё есть шанс на успех!

— Условия? – неожиданно, юноша направил кончик лезвия на Шиассу и вонзил в неё не менее острый взгляд.

— Э... Кссаас? Ах! Т-та, с-сссекунту! Хссак... Я вылессю вассс, так хоросо, как сссмоку и... Ессё путу помокать вам в пути! – ламия решила дополнительно закрепить свою полезность, сложив на себя мелкие задачи в дороге, хотя пока и не знала какие именно. – А всамен, вы... – девушка никак не могла отделаться от привычки общаться с героем, как со старшим, нужно исправляться! – Ссхаасс... Ты расрешишь мне итти с топой и польсоватьссся теплом твоеко... Тела... То корота! – Шиасса едва сдерживала волнение, дрожащим голоском произнося условия договора, ведь юноша в любую секунду мог отказаться и тогда всему придёт конец!

Молодой человек ни разу не перебил девушку, внимательно слушая каждую фразу.

Для него слово - закон, если Брутал пообещал что-то сделать, то он не остановится, пока цель не будет исполнена.

Именно по этой причине юноша старался заключать любые договора, только досконально обдумав все условия.

Наконец, молодой человек перестал вертеть ржавым кинжалом и резко взглянул на дрожащую ламию.

Шиасса даже перестала дышать от нахлынувшего давления, единственное, что она могла сделать - испуганно отвести глазки и сжаться в комочек от томительного ожидания.

Ко всему прочему ламия вновь начала замерзать, так как ночью порывы холодного ветра значительно усиливались.

В темноте морозного леса, среди высоких сосен и елей со свистом продолжали гулять вихри колючей снежной пыли.

— Согласен. – неожиданно, Брутал громко произнёс всего одно слово, но ламия сразу же впала в ступор, несколько секунд переваривая услышанное.

— Т-та... Ссспасссипо! – девушка хотела подпрыгнуть от радости, несмотря на потоки морозного ветра.

— Лечи. – внезапно, юноша за долю секунды приблизился к Шиассе, заставив её побледнеть от страха.

— Кссах! П-прямо сссейссас...? Сскаасс... Хоросо... Сссекунту! П-присссять на утопное месссто... – ламия быстро осмотрелась и нашла свою сумку, лежавшую под елью.

Пока молодой человек спокойно усаживался на волчью шкуру, красноволосая девушка взволнованно рылась в глубоких подсумках, вытаскивая нужные предметы.

В то время как другие рабы уделяли больше внимания провизии, Шиасса забрала из каравана скудные запасы лекарственных эликсиров и некоторые медицинские приспособления.

Она хорошо понимала, что в столь опасном путешествии ей обязательно пригодятся подобные средства.

И хотя ламия не подкована в медицине, девушка успела получить минимальные знания, пока находилась в отряде героя.

— Всссё! Кссах... А сссейссассс, пошалуйссста, посволь всклянуть на твою руку... – Шиасса подползла к юноше, заранее приготовив все нужные материалы, и теперь желала выяснить, что требует лечения в первую очередь.

Несмотря на тёмное время суток, ни ламия, ни молодой человек не испытывали каких-то трудностей.

Брутал вполне мог двигаться хоть с закрытыми глазами, полагаясь лишь на свои отточенные чувства и умения, а девушка не просто так имела зрачки ярко-жёлтого оттенка.

Шиасса видела во мраке немного лучше обычных людей, конечно, ей не сравниться со зверолюдьми кошачьего вида, но и этого зрения вполне хватало, чтобы нормально ориентироваться в сумерках.

К тому же, колючая трава до сих пор мерцала тусклым голубоватым светом, добавляя ясности морозному лесу.

— Поше мой... В-вы... Ссах... Как вы мошете то сссих пор тершатьссся на ноках ссс этим?!– ламия взволнованно осматривала жуткую рану юноши, оставленную ледяным волком во время последнего сражения.

Чуть ниже локтя из руки был просто вырван кусок плоти, при желании можно даже увидеть кость!

По неизвестной причине кровь давно остановилась... И хотя это невозможно без сторонней помощи, но похоже, молодой человек каким-то образом смог контролировать данный процесс!

Девушка с жалостью посмотрела на израненного юношу, после чего осторожно приподняла его руку и положила окровавленную конечность на свой хвост.

Шиасса должна немедленно обработать эту рану, иначе появится вероятность заражения... Почему он ещё не умер от такого?

— Кссах... Пошалуйссста, потерпи немноко, сссейссас путет польно... – ламия старалась делать всё максимально аккуратно, но такой процесс не может пройти бесследно.

В то же время Брутал спокойно осматривал тёмный лес скучающим взглядом, ему снова хотелось сражаться.

Юноша совершенно не обращал внимания на какую-то смехотворную боль, если чешуйчатый мешок прямо сейчас подожжёт его заживо, Брутал даже не пискнет.

Это жалкое существо и близко не представляет, что значит испытывать непрерывно усиливающуюся агонию в течение нескольких лет, параллельно участвуя в кровопролитных войнах!

Брутал познал такое количество невыносимой боли, что просто разучился воспринимать её нормально.

Волшебники этого мира, скорее всего, назвали бы данный феномен - недосягаемым болевым порогом.

Однако, такое определение было не совсем правильным, ведь Брутал всё же может чувствовать боль, он просто игнорирует её.

— Т-таксс... Я-я уше опрапотала рану, осссталосссь только иссспольсовать эликсссир и перевясать... Эм... Кссаассс... Вам не ссслишком польно? – девушка взволнованно посмотрела на абсолютно спокойное лицо юноши, ожидая увидеть хоть какие-то эмоции.

Но молодой человек вновь проигнорировал Шиассу и лишь прикрыл глаза, чтобы лучше понять состав загадочной розовой жидкости, вылитой на его рану.

Ламия бережно придерживала конечность Брутала своим хвостом и небольшими порциями выливала разбавленный эликсир регенерации на повреждённые места.

К сожалению, работорговцы взяли с собой едва ли не самые низкокачественные зелья, но даже их должно хватить, если всё делать правильно!

Закончив обработку, девушка осторожно замотала рану несколькими слоями старых, но чистых бинтов... Хотя, это скорее не бинты, а просто тряпки, но всё же...

— Фуухссс... Я саконссила! Кссаас... Она не сашивёт сссрасу, но есссли вы поссстараетесссь не напрякать руку примерно четхверо сссуток, то всссё толшно вернутьссся к примлимому сссо...

— Быстрее. – юноша прервал девушку, не желая растягивать и без того долгий процесс, к тому же, он и сам знал, сколько времени уйдёт на полное выздоровление.

— Та... Конессно... Ссах... – слегка надувшись, Шиасса продолжила медленно обрабатывать менее важные раны на теле молодого человека.

В процессе лечения, девушка словно невзначай осматривала бесподобные шрамы Брутала.

С такого близкого расстояния они казались ламии ещё более ужасающими, чем раньше... Создавалось впечатление, будто юношу десятилетиями пытали самые жестокие демоны преисподней.

На его коже не было ни единого свободного места, где бы не нашлось следа от старого ранения.

А ещё это тёмное солнце... Выглядит так, словно из молодого человека когда-то вырывали саму душу!

В итоге, Шиасса не смогла и дальше рассматривать жуткие шрамы, так как ей стало не по себе.

Она впервые встречала человека, у которого даже ранения могли вселить в других людей неподдельный ужас.

Но несмотря на всё это, взгляд ламии постоянно утыкался в скучающее лицо Брутала, ведь среди прочих частей тела, его голова казалась почти не повреждённой.

Если не принимать во внимание огромный рубец и три свежих следа от когтей... И других мелких ран... То лицо юноши казалось девушке по своему... Милым?

Шиасса не могла сказать, что так привлекало её в этом грубом мужлане, но она всем нутром ощущала сокрушительную харизму, буквально переполнявшую молодого человека.

Даже просто стоя рядом с этим юношей, появлялось невольное желание подчиниться ему и сделать всё возможное, чтобы он получил...

— Ксссах? – внезапно, девушка почувствовала слабое шевеление и обнаружила, что она уже, как минуту назад завершила лечение.

На данный момент Шиасса просто застыла рядом с Бруталом и пустыми глазами смотрела вглубь тёмного леса, одновременно поглаживая плечо молодого человека.

Ламия настолько увлеклась этими приятными ощущениями, что даже не заметила, как попыталась обвить юношу своим хвостом.

Естественно, Брутал не стал дожидаться, пока девушка выйдет из транса и молча ушёл к запасам волчьего мяса, оставив Шиассу пускать слюну в одиночестве.

Бедная ламия моментально зарделась от смущения и немедленно заколотила хвостом по земле.

Да что же с ней такое творится?! Почему рядом с ним она совершенно не может себя контролировать?!

Пока девушка пыталась успокоиться, перебинтованный юноша беззаботно раскрывал часть запасённой пищи и с интересом рассматривал звериное мясо.

— О-он веть не сссопираетссся это... – Шиасса недоверчиво взглянула на молодого человека, но уже через секунду все её сомнения развеялись.

Брутал с ледяным спокойствием впился в кусок сырой плоти и начал остервенело разгрызать волчье мясо, вновь измазавшись кровью.

Из-за нового тела, юноше было довольно тяжело пережевать столь жёсткую пищу, но разве это остановит того, кто в давние времена питался черепами и костями чудовищ, когда был слишком голоден?

Однако, хоть для молодого человека данная трапеза и не выбивалась из нормы, ламия не могла лицезреть такое без отвращения.

Ранее девушка старалась не обращать на это внимания, так как была слишком взволнована, но сейчас она едва ли не сжималась от каждого чавкающего звука.

Но несмотря на лёгкое отвращение, Шиасса решила, что ей тоже стоит перекусить, только где-нибудь подальше от этого... Героя...

Собрав остатки медицинского снаряжения, девушка отползла к уже знакомой ёлке и достала собственный провиант.

Она сомневалась, стоит ли снова пить разбавленный эль, ведь ламии крайне быстро могли стать зависимы от алкоголя.

Но заурчавший живот и очередной поток ледяного ветра вынудил Шиассу использовать эту настойку, дабы запить чёрствую пищу.

Девушка не решилась предложить свою еду юноше, так как он скорее всего даже не посмотрел бы в её сторону.

Интересно, этот человек... Откуда он? В какой обстановке нужно расти, чтобы твой характер стал... Таким.

Ламия снова внимательно посмотрела на Брутала, словно желая взглядом раскрыть все его тайны.

В то же время юноша уже закончил быструю трапезу и вновь укладывал мясо по шкурам.

Пламенные глаза молодого человека, будто факелы выделялись из ночного мрака, постоянно блуждая по дебрям морозного леса в поисках угрозы.

Шиасса задумалась, а не заболеет ли юноша от поедания этого мяса, но уже через секунду отбросила столь глупую мысль.

Скорее всего, он не впервые ест сырую плоть, раз может так спокойно воспринимать её...

Наконец, ламия также доела последний кусок вяленого мяса и сделала маленький глоточек настойки, после чего сразу же почувствовала лёгкое головокружение.

Алкоголь уже подействовал? Слишком рано... И всё равно, он почти не защищает от этого проклятого холода!

В который раз девушка затряслась от беспощадных порывов морозного ветра, но тут же с ужасом обнаружила, что её тело снова начинает неметь, даже стремительнее, чем несколько часов назад!

Однако, в этот раз ламия не стала ждать пока смерть вновь постучится в двери сознания.

Прихватив свою сумку, Шиасса медленно, даже с каким-то напряжением поползла к Бруталу.

Тот, в свою очередь уже прислонился к толстому стволу многовекового древа и собирался отдохнуть.

— П-проссстите... Ссах... – ламия застенчиво обратила на себя внимание, постоянно выстукивая нервный ритм кончиком алого хвоста.

Юноша слегка приоткрыл веки и с ледяным спокойствием взглянул на трясущуюся девушку, заставляя Шиассу волноваться ещё больше.

Но алкоголь всё же немного расслабил ламию, из-за чего она смогла, по крайней мере, ограничить страх метавшимся из стороны в сторону хвостом.

— Э-это... Ксссаа... М-мне... Мошно покретьссся... У вассс? – девушка не знала, как правильно выразить свою мысль, поэтому, как обычно, сказала первое, что пришло на ум.

Брутал задумался всего на несколько мгновений, но уже через секунду едва заметно кивнул и сразу закрыл глаза.

— С-ссспасссипо! – крик Шиассы вышел каким-то уж слишком радостным, даже для неё, возможно, алкоголь начинал раскрепощать сознание девушки.

Ламия крайне взволнованно подползла к молодому человеку и с максимальной осторожностью прикоснулась к его плечу, словно проверяя, точно ли ей дали разрешение.

Не заметив от юноши какой-либо реакции, девушка, буквально вздрагивая от удовольствия, мягко прислонилась к плечу Брутала.

Почувствовав колоссальный приток тепла, Шиасса более не могла сдерживаться и с нескрываемым блаженством начала обвивать алым хвостом тело молодого человека.

Пока ламия самозабвенно ластилась к юноше, она и не заметила, как Брутал совсем немного поправил изорванный ремень с перевязью кинжалов.

Для девушки это казалось лишь едва заметным движением, но теперь молодой человек мог в любой момент вскрыть ей глотку буквально за несколько мгновений.

— Ньяссс... – из Шиассы невольно вырвался довольный стон, после чего она моментально покраснела, но всё же не стала убирать голову с плеча юноши.

Ламия наслаждалась приятным теплом и даже не пыталась сдерживать довольную улыбку.

Кроме того, её разум уже поддался алкоголю и сейчас девушка едва держалась в сознании, одновременно чувствуя сонливость, радость и лёгкую обиду.

Несмотря на то, что Брутал находился в нежных тисках неугомонного хвоста, на его лице не дрогнул ни единый мускул.

Какое-то время две фигуры, измазанные в грязи и крови, сидели в полной тишине, но Шиасса не способна молчать слишком долго, тем более под действием алкоголя.

— Нссяяя... Хяяссс... Ксс... Ох! Коссспотин... Нхеесс... Т-то есссть, ты... Эм... Схяяс... А, посвольте... Хи-хиссс... – девушка явно пыталась что-то спросить, но её разум уже покрывался сладкой пеленой забвения, мешая сформулировать хоть какой-то вопрос.

— Быстрее. – юноша, как и всегда, не горел желанием тратить время на разговоры.

— Ньхяяссаа... Тааа... А как вассс совут? Меня Шиасса! Кхис-кхис... – Шиасса крайне заинтересованно взглянула на спокойное лицо молодого человека, словно требуя немедленного ответа.

Несколько секунд Брутал сомневался, стоит ли отвечать, но всё же решил, что это ничем ему не навредит.

— Брутал. – юноша уверенно произнёс единственное слово и на этом решил закончить разговор, моментально впав в состояние медитации.

Ламия удивленно моргнула и не произнеся ни единого слова, прислонила свою голову к плечу Брутала, посильнее обвивая его тело хвостом.

— Скяясс... Снассит, Прутал... Прутяяя... Нксяяяссс... – наконец, девушка не выдержала давления сна и унеслась в серые облака вместе с резким порывом дремоты.

Первые лучи утреннего солнца едва заскользили по тёмному небу холодного леса, а юноша уже осматривал сумрачную местность своим пламенным взглядом.

Брутал посчитал, что его тело достаточно отдохнуло и хотя про тренировку пришлось на некоторое время забыть, у него вполне хватало сил, дабы отправиться в путь.

— Ксаааа... – тем временем, прямо под ухом молодого человека мирно посапывала довольная ламия.

Девушка нежно обернулась вдоль тела юноши, а розовый кончик длинного хвоста мерно стучал по колену Брутала.

Из приоткрытого ротика Шиассы неспешно стекала тягучая слюна, заливая плечо молодого человека.

Закончив осмотр тёмного леса и убедившись, что рядом нет врагов, юноша сразу же решил собираться в путь, однако, кое-что мешало ему исполнить желаемое.

Первое - это ламия, до сих пор гревшаяся на нём, а второе - доселе забытый отросток.

Если с первым аспектом вопросов не возникало, то вторая проблема смогла отвлечь внимание молодого человека.

Брутал, наконец, понял, как работает этот бесполезный кусок плоти! Он знал, что рано или поздно сможет управлять каждым миллиметром своего ничтожного тела!

Оказывается, чтобы активизировать отросток, нужен сторонний катализатор в виде другого мясного мешка!

Правда, молодой человек до сих пор не понимал, как использовать эту часть тела, да и оставалось загадкой, почему его организм отзывался только на хвостатое существо.

Возможно, для правильного функционирования нужно прикасаться ко всем созданиям, подобным данному телу?

Но почему отросток не реагировал на немощных воинов, которых юноша убил, впервые оказавшись в новом мире... Хотя, не столь важно.

Этот вопрос можно решить и позже, сейчас необходимо отправляться в дорогу, Бруталу уже надоело бездействовать в ожидании битвы!

Не проявив и тени сомнений, молодой человек быстро залепил девушке пощёчину.

— Кссах! Сссаах... – ламия тут же проснулась из-за смачного шлепка и сразу осмотрела сумрачный лес заспанными глазками. – Ссаааах... Мммсс... Есё темно? Охссс... Как се полит колова... Ксссааа... Нато поссспать... Сссааа... – Шиасса даже не захотела узнать, из-за чего она проснулась, мгновенно провалившись в блаженный сон и ещё крепче сжав алый хвост на талии Брутала.

Сначала юноша проявил безграничную мягкость, но столь наглое поведение чешуйчатого мешка не могло оставить его равнодушным.

Резко оттолкнувшись от дерева, молодой человек крепко ухватился за горло ламии и грубо опрокинул девушку на землю, навалившись на неё сверху.

— Ксах?! Кхас! А-а?! Ссто ссслуссилосссь?! Кса-кса?! – Шиасса попыталась осознать происходящее, но едва очнувшийся разум, позволил ей лишь вертеть испуганными глазками из стороны в сторону.

Однако, стоило девушке заметить перед собой два пламенных огонька, как она тут же расслабилась, освобождая Брутала из мягкого захвата.

Ламия уже привыкала к тому, что от юноши в любую секунду стоит ожидать совершенно непредсказуемых действий.

В такие моменты главное, не вести себя слишком агрессивно, иначе всё может закончиться очень печально.

Поэтому Шиасса просто ожидала пока молодой человек успокоится и отпустит её, что оказалось правильным выбором.

Как только ламия ослабила давление хвоста, Брутал практически сразу освободил шею девушки и выпрямился во весь рост.

— Кхас-кхас! Ссках... – Шиасса тут же закашлялась и посмотрела на Брутала недовольными глазками. – Есссли хотел осссвопотитьссся, то мок пы просссто попро... Хссм? Э-это... – неожиданно, девушка запнулась и уставилась на юношу, словно заметив на нём что-то необычное. – А... Э-это... Н-не... Э... Т-ты... Кс... Ссх... Ксьяяях!! – внезапно, ламия залилась густым румянцем и быстро прикрыла глаза ладошками.

Молодой человек недоумённо проследил за крайне смущённым взглядом Шиассы и понял, куда она смотрела.

Тот самый отросток до сих пор не желал успокаиваться и на данный момент находился в полной боевой готовности.

Но почему чешуйчатый мешок так активно реагирует на обычную часть плоти?

— У-у т-тепя... Кс-ксах... Э-это... Т-там... О-о-но... – несмотря на крайнее смущение, девушка продолжала разглядывать Брутала сквозь пальцы.

Ламия ожидала от героя практически любой выходки, однако, такого она предвидеть не могла... Ну что за животное?! Но... Е-если эта штука т-так... Это в-ведь значит, что... Я ему...

— Ксьяяя!! Нес-нес-нес! Кса-кса-ксах!! – внезапно, из Шиассы вырвались странные визги, после чего она резко замотала головой и моментально обвила себя хвостом, полностью скрывшись в импровизированном коконе.

Тем временем, юноша повесил на плечо волчью шкуру с небольшим запасом пищи и отправился в чащу морозного леса.

Брутал не собирался ждать, пока ламия закончит выть на всю округу, поэтому оставил её в одиночестве, двинувшись в путь.

Молодой человек решил не забирать большую часть еды, лежавшей у странного камня, так как он не видел смысла тащить с собой чересчур много пищи.

Огибая ещё один высокий камень, юноша задумался, почему местность данного пространства так разительно отличается от природы его прошлого мира.

И разумеется, под камнями Брутал имел в виду практически все окружающие растения... Дело в том, что молодой человек никогда прежде не видел деревьев.

В своём родном мире юноша ни разу не встречал растительности, за исключением давно погибших и уже окаменелых древесных гигантов.

Именно поэтому Брутал с таким увлечением рассматривал манящую природу холодного леса и иногда даже забывался, с интересом взирая на яркое солнце или мерцание голубоватой травы.

В эти моменты юноша с лёгкой ностальгией вспоминал картины родного мира...

Мрачные скалы, острыми пиками пронзали ядовитые испарения, витавшие над всеми живыми существами одним тяжёлым облаком, словно гигантское грязно-коричневое проклятие.

Из недр токсичного газа едва ли не каждые сутки изливались кислотные дожди, разъедая плоть и внутренности любого, кто не имел к ним достаточного сопротивления.

Не стоит и говорить о каких-то деревьях... Даже если растение сможет выжить в абсолютно мёртвой земле, оно банально не выдержит нескончаемые бури, способные вырвать из обугленной почвы многотонные валуны.

И это не учитывая орды уродливых тварей, непрестанно скитающихся по бескрайним пустошам.

Неутолимый голод монстров вынуждает их пожирать всё, что можно разгрызть, в том числе и своих сородичей.

Ко всему прочему, в этом мире солнце либо отсутствует, как таковое, либо его никто и никогда не видел... Так или иначе, и без того опасные земли постоянно укутаны в практически непроглядный мрак, который разгоняют лишь бесконечные всполохи монументальных вулканов.

Голодное пламя этих исполинов пожирает всех без разбора, выжигая тысячи километров угрюмого пространства, залитого океанами кроваво-серого пепла.

Конечно, Брутал понимал, что это одно из самых безопасных мест его родного мира, где находились только грязнокровы да жалкие слабаки.

Но он всё равно не мог забыть, как сложно было выживать в таком окружении немощному ребёнку... Если бы она тогда не позаботилась о нём... Его ждала бы жуткая гибель.

К тому же, Брутал не перечислил и малой доли опасностей, с которыми ему пришлось столкнуться в Пределе Ничтожеств.

Стоит лишь вырваться за границы Вечного Голода и добраться до Рабских Глубин, как ты попадал...

— Кхьяяяс!! – внезапно, глубокие размышления юноши прервались пронзительными криками запыхавшейся ламии. – П-поссстой! Ксссаассс... Потошти... Меня! Ссхак...

Девушка очнулась от смущения только, когда заметила, что вокруг стало слишком тихо, а после она обнаружила, что силуэт молодого человека находится уже на границе видимости.

Едва ли не подпрыгивая на хвосте, ламия моментально собрала свои вещи и на предельной скорости поползла за Бруталом, попутно врезаясь во все деревья, встретившиеся у неё на пути.

Через некоторое время Шиасса кое-как умудрилась догнать неутомимого героя, но теперь ей приходилось ещё и поспевать за ним, при том, что она уже чуть ли не падала от усталости!

Однако, злилась ламия не только из-за этого... Почему они вышли так рано?!

Предрассветные лучи утренней зари едва коснулись тёмных облаков, а этот варвар уже ломился через бурелом, словно тролль!

Подождите-ка, получается, мы поспали всего... Два часа?! Да что не так с этим демоном?! Он вообще имеет представление о нормальном отдыхе?!

Мало того, что я с самого пробуждения сражаюсь с жуткой головной болью и усталостью, так ещё и выдохлась в самом начале пути и всё из-за проклятого похмелья!

Хотя, что тут говорить, проснуться мне пришлось тоже далеко не самым приятным образом...

— Ксссаааассс... П-прутя... Т-то есссть... Ссхасс... Прутал... Просу... Хсссаасс... Хотя пы... Ксааа... Ссуть-ссуть... Метленнее... Я... Схасс... Сссейссассс... Умру...

Девушка всеми силами пыталась остановить молодого человека, но тот непреклонно двигался вперёд, едва ли не переходя на бег.

Каким-то чудом ламия, наконец, смогла поравняться с Бруталом и уже хотела придержать его, однако, вспомнив, чем подобное действие закончилось в прошлый раз, она решила не рисковать.

Сколько ещё Шиассе надо ползти за ним в этом темпе?! Он же не собирается пройти весь лес за один день?!

— Ксссааассс... Хсссааах... У... Умолхяю! Пр... Кхас... Прутал! Сссхаааассс... Я... Не моку... Польше... Нссааах... Поша... Луйссста... Скхаааа... – Шиасса даже не говорила, а скорее жалобно постанывала, чудом продолжая ползти на последнем издыхании за этим неугомонным монстром.

Но даже несмотря на высокую скорость передвижения, ламия вновь почувствовала, что её тело начинает сковывать холод.

Видимо, с течением времени, мороз оказывал всё более негативное влияние на организм девушки.

Шиасса не знала, как отреагирует её тело, если она пробудет в местности с низкими температурами слишком долго... Ведь большинство ламий старались даже не приближаться к таким местам, находя жилище в тёплых или жарких регионах.

Сама девушка, как и её семья, изначально проживала вблизи Изумрудного леса, так как рядом с исконным домом эльфов по какой-то причине всегда сохранялось тепло, независимо от времени года.

Но в данный момент Шиасса ползла по одному из самых холодных лесов человеческой империи, что явно не могло хорошо сказываться на её состоянии.

Девушка заметно покачивалась на ходу, и даже одного взгляда на неё хватит, чтобы понять - если ламия не отдохнёт хоть немного, то банально свалится в обморок.

Шиасса не представляла, сколько уже следует за юношей, но казалось, словно прошла целая вечность... Конечно, на самом деле, она ползла за молодым человеком не больше часа.

Однако, взгляд девушки уже был не в состоянии сфокусироваться хоть на чём-то, а любой вдох отзывался жгучей болью в неподготовленных лёгких, ещё несколько секунд и ламия банально умрёт от истощения.

Внезапно, Брутал словно по команде застыл на месте, но из-за жуткой усталости Шиасса просто не заметила этого и на полном ходу врезалась в юношу.

— Ксах! – Шиасса моментально уткнулась носиком в спину молодого человека и тут же бессильно повалилась на холодную землю. – Кссааааааах... Нсааааах... Хссааааа... Сссхаааассс... – девушка настолько вымоталась, что с трудом могла удерживать себя в сознании, одновременно вдыхая огромные потоки холодного воздуха, несмотря на опасность таких действий.

В то же время, Брутал спокойно развернулся к ламии и осмотрел её пронзительным взглядом.

Худенькое тело Шиассы покрывала крупная испарина, а изящная грудь девушки вздымалась с невиданной частотой, словно желая вобрать в себя весь окружающий кислород.

Длинный хвост ламии безвольным грузом распластался рядом с Шиассой, служа лишь дополнительным утяжелением для своей хозяйки.

Не нужно быть лекарем, чтобы понять - девушка находится на грани обморока, и в данный момент её состояние можно описать одним словом - плачевное.

Хотя, если бы она не укуталась в несколько слоёв одежды, то погибла бы уже в первый вечер такого похода... Однако, материалы работорговцев не предназначались для столь сурового климата, из-за чего пользы от этих накидок было не очень много.

— Нксааах... Хсааа... Кассс... С-сссек... Ссааах... Сссекунту... Просссто... Хассс... Не... Мноко... Кссаасс... Оттохну... – Шиасса безвольно распласталась на голубоватой траве, пользуясь каждым мгновением редкой передышки.

Брутал понимал, что ламия скорее всего не переживёт и нескольких часов в таких условиях без сторонней помощи, но остановился он лишь из-за того, что несколько сомневался в заключённом договоре.

По сути, юноша обещал только отдавать своё тепло, когда об этом попросит чешуйчатый мешок, однако, не было ни слова о том, что ему придётся помогать девушке чем-то ещё.

Проще говоря, если это существо погибнет по своей глупости или слабости, то он не нарушит договор... А значит, можно идти дальше, ведь никто не виноват в том, что она не предвидела данной ситуации.

Слегка посомневавшись, молодой человек спокойно развернулся и неспешно продолжил путь через хвойный лес.

— Ксссааах... Ах? Сс-ссстой... Ксак-ксах... Хссаааас... К-кута... Ты... Кхас... Схааасс... Н-не ухоти... – девушка с трудом разлепила тяжёлые веки и заметила, что юноша уже отправляется в дорогу.

Однако, ламия не могла и шевельнуться, казалось, будто из неё высосали всю энергию, оставив лишь невыносимую усталость.

Конечно, девушка сразу же попыталась подняться с помощью своего хвоста, но внезапно почувствовала, что её тело просто онемело.

Трясущиеся руки не выдержали нагрузки и Шиасса банально упала лицом в колючую траву, застыв в этом неудобном положении.

— Кхсах! Н-нет... П-потошти... Схас-схас... С-сссекунту... Кссах... Я... Сссмоку... Н-не ухоти... Н... Нес... Пр-прутал... – девушка изо всех сил пыталась хоть немного приподняться над землёй, но получилось лишь слегка пошевелить головой.

Брутал не успел отойти слишком далеко, поэтому до него ещё доносились тихие призывы Шиассы, вперемешку со слабыми всхлипываниями.

Но юноша не обещал помогать ламии в пути, по договору молодой человек должен иногда отдавать девушке своё тепло, и то если она будет поспевать за ним.

Он ведь не обязан подстраивать свой темп под это существо? Правильно, можно спокойно идти дальше, не обращая внимания на хвостатое создание... Оно само виновато в своей гибели... Сколько раз Брутал был слишком добр к другим... И чем это заканчивалось? Никому нельзя доверять, даже самым близким союзникам... Предатели... Рано или поздно, все предают... Идти... Только вперёд.

Неожиданно, алый камень, вкраплённый в серебряное кольцо на пальце юноши, замерцал кровавым пламенем, слегка обжигая кожу Брутала.

На холодном лице молодого человека тут же появилось недовольное выражение.

— Не нарушил. – казалось, словно юноша начал вести с кем-то диалог, и даже в его обычно безэмоциональном голосе на мгновение проявились на удивление мягкие нотки.

Безусловно, это означало только то, что молодой человек питал к невидимому собеседнику огромное уважение, иначе он даже не обратил бы внимания на мелкий раздражитель.

Заслужить настолько радушное отношение у Брутала за всю его жизнь смогли всего три существа.

И лишь одно из них было столь важным для юноши, что даже имело право оспаривать, принятые им решения и при этом ещё заставлять прислушиваться к своему мнению.

Поэтому, несмотря на недовольство, молодой человек всё же притормозил и недоумённо взглянул на кровавый камень.

Концентрированное алое пламя усилило своё сияние, буквально вырываясь мелкими кровавыми всполохами из кольца.

Казалось, словно некая сущность заботливо укоряла Брутала за его проступки.

Красноволосый юноша немного сжал кулак, после чего состроил ещё более недовольное выражение на лице, будто ребёнок, не желавший слушать советы матери.

— Бессмысленно, отказываюсь. – ясно видно, что молодой человек не хотел спорить со своим собеседником, но и не смел игнорировать его, а это показывало насколько дорог для него загадочный советник.

Однако, Брутал вновь неторопливо зашагал вперёд, стараясь не обращать внимания на загадочное серебряное кольцо, уже начинавшее слабо вибрировать на его пальце.

В то же самое время, девушка, наконец, с трудом подняла голову над зарослями колючей травы.

Но когда Шиасса не смогла обнаружить юношу среди множества высоких сосен и елей, разум ламии моментально начал заполняться холодным ужасом, вперемешку с горечью обиды.

— П-прутал... Ссхас... Т-ты к-кте... Пру... Тал... Кхас-кхас... Нес... Кхас... Нес... Ссхаас... Кс... Ксуууу... Хууусс... – наконец, измученная девушка не выдержала гнетущего страха.

Ламия совсем не желала погибнуть одна в богом забытом лесу, но всё, что она могла сделать - пролить несколько горьких слезинок и огласить местность глухими рыданиями.

Сколько бы испытаний Шиасса не пережила в прошлом, она не хотела умирать, тем более такой ужасной и глупой смертью.

Но, как только девушка поняла, что юноша бросил её погибать одну в этом проклятом лесу, все надежды ламии рухнули в одно мгновение.

Ослабленное тело Шиассы с каждой секундой немело от мороза, постепенно погружая сознание рыдающей девушки в недра уже знакомой темноты.

— Ууууссс... Нееесс... Пр... Тал... Кхас-кхас... Схууу... По... Ууууссс... По-помоките... Хсууу... Нееесс... Нес-нес-нееес... Ууусс... – ламия даже не могла пошевелиться, к тому же с каждым мгновением холод и страх всё сильнее сковывали её разум.

Вероятно, Шиассу не успеет настигнуть холодная смерть, ведь стоит Бруталу отойти на достаточное расстояние и ледяные волки сию же секунду направятся к своей жертве.

Девушка уже почти не чувствовала страха, её сознание постепенно окутывала загадочная и неприятная дымка, в то же время тело ламии начинало ощущать какое-то неестественное тепло.

Почему-то именно в такой момент разум Шиассы вновь начал заполняться невыносимыми воспоминаниями из прошлого...

"Шиа-сан... Как ты могла так поступить...? Я ведь тебе доверял... Неужели, ты и правда, хранишь такую ненависть к людям? Боги... Шиа-са... Нет, теперь ты не мой товарищ... Монстр, не смей попадаться мне на глаза, отныне я буду расценивать тебя, как обычное чудовище... Коим ты и являешься... Прости и... Прощай."

Внезапно, девушка почувствовала прилив горькой обиды, рыдающая ламия судорожно сжала колючую траву, из-за чего по её маленьким ладошкам потекли струйки тёплой крови.

Шиасса даже не пыталась сдерживать нескончаемые потоки слёз, затмевавшие взор мутной пеленой.

В сознании девушки поселилась единственная мысль, блуждающая по её разуму, словно яркий маячок: "Все... Все люди одинаковы... Они не ведают чувств... Не знают доверия и привязанности... А я лишь жалкий, никому не нужный монстр... Но всё же... За что..."

К сожалению, Шиасса не смогла завершить свою печальную мысль, очередной порыв холодного ветра окончательно погрузил сознание бедной девушки в пучины бескрайней пустоты.

Возможно, беззащитное тело ламии навсегда останется лежать в зарослях голубоватой травы и лишь высокие деревья станут безмолвными свидетелями её медленных похорон.

Заметка от автора:С этой главы начинается небольшая побочная ветка!

Если хотите узнать больше, то читайте вводный фрагмент!

"Холодно... Холодно и грустно... Где я?"

Именно этот вопрос родился внутри пучка розового света, зависшего посреди безграничной пустоты.

Но ответом ему послужила лишь молчаливая темнота, расползавшаяся во всех направлениях, словно волны мрачного океана.

"Я... Кто я...? Что происходит...?"

При возникновении какой-либо мысли, тусклый комочек начинал мерцать алым сиянием, испуская едва заметное свечение в пространство угрюмых туманов.

Но всеобъемлющая тьма моментально впитывала в себя каждый лучик света, отделявшийся от сиротливого пучка, одиноко левитирующего среди чёрных облаков.

"Нужно... Вспомнить... Своё... Имя? Моё имя... Да... Знаю! Но почему... Я... Где-то? Может... Я умерла?"

По какой-то причине Шиасса не испытывала страха или волнения, единственное, что она чувствовала - неестественный холодок и лёгкую печаль.

Казалось, будто её эмоции находились в совершенно ином месте, а до сюда добирались лишь их вялые отголоски.

Некоторое время девушка продолжала витать в полной тишине, обдумывая своё положение.

Но уже через секунду, Шиасса попыталась сдвинуться с места, однако, не смогла даже ощутить своего тела.

Да и куда она хотела пойти... Или полететь? Вокруг лишь плотный туман, нет ни верха, ни низа... Похоже, что у неё и туловища нет...

"Хотя, я чувствую... Нечто? Возможно... Надо вспомнить... Что было до этого? Но до чего именно...?"

Стоило Шиассе задать себе этот вопрос, как непроницаемая тьма перед розовой сферой начала медленно рассеиваться, сменяясь жгучими потоками солнечного света.

Из клубящейся мглы неспешно проступали силуэты пышных деревьев, уходивших ветвями в безоблачное небо.

Словно из ниоткуда возникали шумы лесной природы, среди которых особенно выделялось пронзительное щебетание птиц.

Тем временем, по небольшой лесной опушке, покрытой коврами ярких цветов и сочных трав, быстро ползли две девушки с длинными змеиными хвостами.

"Это же... Я! И мама... А это моя тётя... Что происходит? И почему я чувствую... Так странно..."

Шиасса спокойно наблюдала за движущимися фигурами с высоты нескольких метров, словно зависнув над ними.

Девушка не могла ни двигаться, ни говорить, но прекрасно осознавала всё, что происходило вокруг.

Шиассе казалось, будто она лично находится в данном месте, но что-то внутри неё уверенно сопротивлялось этому наваждению.

— Ссиа, онки нашли наск! – взволнованно крикнула девушка с гладким сиреневым хвостом и вьющимися фиолетовыми волосами.

— Мамосська, ссто птоисссхотит?! Поссему мы пессим ис терефни?! Кто те ссстранные люти?! – на руках у красноволосой женщины свернулась маленькая ламия с красивыми жёлтыми глазками, девочка испуганно переводила взгляд то на свою маму, то на её спутницу.

Позади уползающих девушек возвышался пышный лес, а где-то вдали, из-за древесных крон вздымалось множество столбов чёрного дыма, постепенно рассеивающегося в чистом небе.

Из густой чащи периодически доносились громкие человеческие крики, иногда переходившие в визги ужаса.

Под эту какофонию взъерошенные ламии изо всех сил ползли в направлении возможного спасения.

"Да... Я помню... Наше селение окружили толпы работорговцев... От ничем не примечательных оборванцев, до профессионалов своего дела... Как они нашли тайную деревню...? У нас не было и шанса на сопротивление... Но мама и тётя успели скрыться из поселения раньше, чем кольцо мародёров окончательно сомкнулось... Они спасали меня... Многие жители так же пытались сбежать... Потом... Что случилось потом?"

Сколько бы ни старалась Шиасса, она так и не смогла вспомнить продолжение истории, казалось, словно её память окутали склизкой пеленой.

Приложив немного усилий, девушка смогла представить мистическую материю.

Невольно, в ней появилось непреодолимое желание дотронуться до этой странной поволоки.

Но стоило Шиассе мысленно прикоснуться к липкой массе, как в ту же секунду картина окружающего мира резко всколыхнулась.

Девушку буквально подкинуло в небо, после чего вспышкой яркого розового света перенесло в иную местность.

На этот раз, действие сместилось с крохотной лесной опушки к большому зелёному полю, усеянному десятками вооружённых людей, постепенно стягивающихся к всё тем же девушкам.

Ламии выглядели довольно измотано и почему-то больше не стремились ползти в бурелом нового леса, располагавшегося прямо за их спинами.

С плеча фиолетоволосой девушки медленно стекала кровь из небольшой ранки, оставленной стрелой разбойника.

Женщина с прямыми алыми волосами и поразительно изящным личиком, злобно уставилась на мародёров, постепенно смыкавших цепочку вокруг их группы.

— Харе дрыгаться змеюги! Обежяю, не будите и дольше рыпаться, сильно бидь не бум! Хы-хы-хы... – крупный бандит с усмешкой разглядывал уставших ламий и медленно подступал всё ближе, держа на изготовке небольшую дубину.

— Товар нельзя повредить слишком сильно! Мне ещё нужно его продавать! Если потратить на лечение больше, чем... В общем, не переусердствуйте, иначе в ближайшем месяце будете жрать фекальные шишки огра! – нервно прокричал какой-то мужичок, суетившийся позади толпы.

— Дык, мы бдем агу... Аку... Мягки! Гы-гы... – злорадно просипел разбойник, посматривая на ламий, хвосты которых выстукивали угрожающий ритм, словно желая тем самым отпугнуть врагов.

— И дёрнуло меня сэкономить на наёмниках... – едва слышно прошептал уже знакомый работорговец.

Ухмылявшиеся бандиты всё сильнее сужали круг, в то же время у девушек кончалось пространство для отступления.

По какой-то причине ламии до сих пор не желали спасаться в густой чаще, возвышавшейся позади них.

Даже наоборот, девушки старались не подходить к лесу слишком близко, словно опасаясь переступать через невидимую черту.

— М-мамосська... М-мам... Ксууус... – маленькая ламия в ужасе прижалась к груди своей матери, крепко обвив её коротеньким хвостом и испуганно зажмурив яркие глазки.

— С-ссиа, сто накм делаксть?! Поскему онки не пускают наск?! – нервно вскрикнула девушка с ярко-фиолетовыми волосами, быстро переведя взгляд с тёмной чащи на свою сестру.

— Гофорить зсс ними безсполезсно... Они не зелаютс дазе зслушать меня, ушазстые уродзы! Презсатели! Чёртзс... – красноволосая ламия старалась вести себя относительно спокойно, несмотря на патовую ситуацию. – Озстаётся только сзразаться... – женщина нежно обняла свою единственную дочь и засверлила мародёров пронзительным взглядом, готовясь вступить в неравную схватку.

Наконец, один из разбойников подошёл достаточно близко, чтобы попытаться нанести неожиданную атаку по голове ламии с ребёнком.

Однако, вместо ожидаемого замаха дубинкой, он получил мощнейший удар хвостом, из-за чего череп бандита буквально вмялся в себя же.

Шея мародёра тут же громко хрустнула, а сам разбойник моментально отлетел в наёмников, стоявших позади него.

— Балядь! Брадва мочи их!! – остальные бандиты ненадолго опешили, не ожидая получить отпор, но почти сразу пришли в себя и с громкими криками понеслись на девушек.

— Стойте! Не убейте товар... Чёрт! – взволнованный работорговец попытался успокоить взбушевавшихся мародёров, но те уже ничего не слышали.

Однако, вместо жестокого избиения, произошло нечто странное... Один из разбойников внезапно остановился и слегка задрожал.

После этого, наёмник словно попав под чей-то контроль, неуклюже развернулся и не сдерживаясь вмазал дубинкой по голове бандита, находившегося рядом с ним.

— Э, шо ты... Бхак! Ёб твхою мадь! Пхидхрас, ды чхтхо двхоришь?! – мародёр тут же упал на спину с разбитым носом и без раздумий начал осыпать бранью своего товарища.

В то же время красноволосая женщина уверенно стояла на прежнем месте, слегка нахмурившись и прикрыв веки.

Даже не вооружённым глазом можно заметить, что она тратила все силы, пытаясь сосредоточиться на чём-то внутри себя.

Рядом безостановочно крутилась сестра девушки и как могла, защищала её от нападавших разбойников.

Каждый взмах сиреневого хвоста сопровождался очередным криком или звонким треском костей.

Ламия изящно уклонялась от частых ударов, постоянно контратакуя, разрывая врагам внутренние органы или просто откидывая их подальше.

Но наёмники были слишком многочисленны, чтобы всего три девушки могли долго выдерживать их натиск.

— Э! Ты чё делаешь?! Куда... Акх!

— Ах ты мгазь! Долю мою загодел?! Таг отхвади её!!

Внезапно, некоторые разбойники начали атаковать ближайших соратников, ритмично избивая последних дубинами и потеряв всякий интерес к запыхавшимся ламиям.

Мародёры двигались неуклюже, словно куклы, находившиеся под загадочными чарами.

В пустых глазах плескалось безумное сияние, сейчас они больше походили на послушных зомби, чем на разумных людей... В общем-то, как и ранее.

В стане бандитов незамедлительно начался хаос, озлобленные разбойники остервенело колотили друг друга, и не подумав осмыслить ситуацию.

Многие из них сразу же решили, что случилось предательство, ведь найти целое поселение ламий - равносильно обнаружению залежей Хардрима... А ведь продав пару кусков данной руды, можно обеспечить себе несколько лет беззаботной жизни!

"Я... Помню... Мама... Она сделала что-то... От неё исходила... Сила? Не знаю... Но из-за этого работорговцы сражались друг с другом... В тот момент у меня сильно заболела голова и... Я потеряла сознание... Не представляю, что произошло за это время, но... Когда очнулась... Мама... Мамочка..."

Внезапно, Шиассу вновь резко подбросило к небосводу, а пространство исказилось, покрывшись клубами плотного тумана.

Девушка видела, как яркое солнце медленно устилалось тёмными пятнами, погружая анархичную вселенную в бесконечный сумрак пустоты.

Каждая частица Шиассы дрожала от масштабных вибраций, исходивших из самого центра хаотичных просторов.

Наконец, когда окружающий мир перестал трястись в агонии, девушку снова опустило на землю, но теперь вместо шума ожесточённого сражения, стояла гробовая тишина.

Маленькая ламия, доселе лежавшая неподалёку от тела красноволосой женщины, постепенно очнулась от забытья и непонимающе покрутила головой.

Девушку, бившуюся с мародёрами при помощи мощного хвоста, покрывало множество ушибов и ранений.

Возможно, из-за этого она и потеряла сознание, буквально задушив своего последнего врага.

Малышка уже хотела подползти к ней, но тут взгляд девочки уткнулся в неподвижное тело женщины, над которой уже возвышался один из немногих выживших бандитов.

Из красивого носика ламии стекала горячая кровь, видимо, девушка обессилила от чрезмерного перенапряжения.

— Хххаа, тьфху... – разбойник смачно харкнул на лицо измученной женщины и сморщился от отвращения. – Угодливая мгазь... Парживая дварь... Ты убила Дреда... Брада... Моего брада... Сучга... Сгодина... Сдогни!! – окровавленный мародёр, словно в трансе занёс над головой дубинку и со свистом опустил её на беззащитную ламию.

— Нес! Мама!! Не... – девочка тут же бросилась на помощь своей матери, но опоздала всего на несколько мгновений.

Дубина с глухим стуком врезалась в голову бессознательной женщины, моментально разбив девушке бровь и содрав кусочек нежной кожи.

Работорговец предусмотрел некомпетентность своих наёмников и выдал им нелетальное оружие, поэтому одним ударом было сложно нанести критический вред, даже атакуя в слабые зоны.

— Нхесс!! Мама! Ссааах!! Нес-нес-нес!! Не тросай мамосську!! Нес-нес-нес!! – разрыдавшаяся девочка, не задумываясь, накрыла своим крохотным тельцем красноволосую ламию, но что может сделать обычный ребёнок против крепкого бандита?

— Отъебись, шваль! – разбойник в ярости пнул девочку в живот, даже не пытаясь сдерживать силу.

— Ксах! – ламия моментально отлетела на несколько метров и врезалась в труп одного из мародёров, едва не сломав себе позвоночник. – Хсак... Кха... Пхас... Нес... Хкас... Не трокай... – малышка тут же попыталась встать, но её слабое тело, будто скукожилось от удара, не позволяя девочке и шелохнуться.

— Гак тебе, шлюха?! Лови есчо! – в то же время бандит повторно саданул истощённую женщину по лицу. – Нгавидца, суга?! Нгавидца?! Падаль! Отгебье! – мародёр безостановочно вбивал голову красноволосой девушки в землю, нисколько не сдерживая себя в удовольствии.

— Нес... М-м-мама... М-ма... – дрожащая ламия всеми силами пыталась сделать хоть что-нибудь, лишь бы её маму больше не обижали, но хилый организм наотрез отказывался служить своей хозяйке.

При каждом ударе тело женщины слабо вздрагивало, и во все стороны разлетались ошмётки тёплой плоти.

Разъяренный бандит неустанно взмахивал окровавленной дубинкой, с глухим стуком разбивая некогда прекрасное личико девушки.

Наконец, в голове женщины что-то отвратительно хрустнуло, после чего её тело резко затряслось и окончательно замерло.

Мародёр продолжал яростно избивать уже мёртвую ламию, но внезапно, его руку перехватил недавно очнувшийся от транса бандит.

— Ты чё, идиот?! Это же товар... А... Подожжи... Чё здесь произошло... – разбойник неуверенно осмотрел изувеченное тело женщины и непроизвольно отстранился от взбесившегося мародёра.

— Эда дварь! Она... моего брада... Его... Э?

Неожиданно, оба бандита почувствовали на себе неприятное давление, исходившее откуда-то со стороны.

Одновременно развернув головы, они заметили, что с них не сводила взгляд маленькая ламия.

Девочка пустыми глазками смотрела на труп своей любимой мамы, и только слёзы непрестанно стекали с её бледного личика.

— Ма... Мосська... Нес... Сса ссто... Вы... Сса ссто... Маму... Ма... – маленькая ламия с трудом перевела неверящий взгляд на разбойников.

Мародёры застыли на месте, чувствуя на себе опасную концентрацию необъяснимой энергии.

Они не смели даже шелохнуться, пока малышка взирала на них своими гипнотизирующими ярко-жёлтыми глазами, из которых безостановочно лились горькие слёзы.

Но внезапно, что-то больно щёлкнуло в разуме девочки и её взор мгновенно заволокла всепоглощающая темнота.

Трясущаяся ламия бессильно повалилась на уже остывший труп бандита и практически сразу потеряла сознание.

Столь юный разум банально не вынес нагрузки, свалившейся на него всего за несколько минут.

"За что... Мамочка... Я их... Ненавижу? Не знаю... Не помню... Не понимаю... Не хочу понимать? Надо вспомнить... Что произошло после? Очнулась в клетке... Меня куда-то везли..."

Сумрачный мир уже привычно начал менять свои очертания, неспешно перекраивая зыбкие декорации в нечто иное.

И среди этой гармонии хаоса парила Шиасса, ожидая пока волны густой темноты закончат преобразования.

Девушка по-прежнему не испытывала особых эмоций, рассматривая столь знакомые картины, проносившиеся перед её взором.

Единственное, что немного тревожило разум Шиассы - это слабый холод и какая-то странная, даже неестественная тоска, пронизывающая девушку изнутри.

К счастью, не обошлось и без позитивных моментов - память Шиассы постепенно восстанавливалась, равномерно скрепляя маленькие и разрозненные обрывки историй в единое целое.

Хотя процесс и казался ей слишком медленным, но уж лучше так, чем витать в бесформенной пустоте, даже не понимая, кто ты.

Тем временем, перед девушкой наконец раскрылся очередной фрагмент её прошлого.

"Это же... Да... Рабы... Много рабов... Из моей деревни почти никого... Возможно, они попали в другой караван? Так или иначе... Всех без исключения везли на продажу в крупный город... Но мне было уже всё равно... В тот момент я не боялась что-то потерять..."

В огромной клетке, установленной на причудливое устройство, которое буквально парило над землёй, находилась маленькая измученная ламия.

Безжизненные глазки рефлекторно следили за десятками пленников, лежавших в одиночестве или сбившихся в кучки.

Иногда девочка равнодушно посматривала на толстые прутья, по которым проносились едва заметные символы, переливаясь зеленоватым сиянием.

В клетке изредка возникал тихий шёпот, но не более, так как всем рабам повелели не шуметь, пригрозив долгими пытками.

После этого каждому пленнику выдали по тонкому покрывалу и оставили в покое на время перевозки.

Так и продвигалась медленная процессия из нескольких волшебных устройств, плывших по неровной лесной дороге куда-то вдаль.

В то же время рабы пытались успокоиться и поспать, но все делали это по-своему.

Кто-то невнятно бормотал себе под нос разную чепуху, никак не свыкнувшись с мыслью о рабстве, другие старались хоть немного отдохнуть, поудобнее завернувшись в лёгкую ткань, но конечно, были и желающие вырваться на свободу.

Однако, загадочные руны, сиявшие на металлических прутьях, незамедлительно приводили в действие тонкий ошейник, закреплённый на каждом рабе.

Стоило какому-нибудь пленнику сделать чересчур резкое движение или применить магическую силу, как на него моментально изливалась порция чистой агонии.

После нескольких попыток бегства и жестоких наказаний с громкими визгами боли, никто не пытался сопротивляться или шуметь, выполняя любые указания работорговцев.

Хотя, маленькая ламия и не думала с кем-то конфликтовать, она просто смотрела на тёплые лучи вечернего солнца, пробивавшиеся через металлическую решётку.

Иногда, рядом мерцали силуэты охранников, сопровождавших длинный караван работорговцев, или пролетали цветастые птички.

Однако, перед взором измученной малышки до сих пор находилась лишь её мама... Беззащитная и ослабленная... Она нуждалась в помощи... Но девочка была слишком... Бесполезна... Ничтожна.

Ламия всей душой возненавидела людей, напавших на уже разрушенную деревню, но ещё больше девочка презирала себя.

Только из-за её слабости погибла мама, если бы она могла сражаться вместе с ней... Если бы...

Долгое время ламия просто лежала с открытыми глазами, отрешённо разглядывая испуганных пленников или убаюкивающую природу вечернего леса.

Но даже несмотря на множество дум, терзавших её разум, девочка не могла долго сопротивляться накопившейся усталости.

С каждой секундой веки малышки тяжелели, постепенно скрывая ламию от реалий жестокого мира.

Наконец, девочка перестала сопротивляться давлению сна и в тот же момент окунулась в царство вечных кошмаров.

"Мне снилась мама... Она звала меня... Тихо... Шептала... Не могу вспомнить... Сколько я спала? Слишком долго... И... Проснулась в какой-то... Темнице?"

Шиасса более не удивлялась резким завихрениям окружающего мира, она привыкла к тому, что после каждой её мысли пространство становилось крайне нестабильным.

На несколько мгновений пучок розового света вновь погрузился в непроглядный сумрак.

Но уже через секунду пред мерцающим комочком начал формироваться длинный коридор из плотного тумана.

Как и обычно, сквозь вязкую темноту медленно проступали различные выступы и препятствия, размеренно приобретая более чёткие очертания.

Однако, девушку сильно волновал постепенно нарастающий холод, который, казалось, желал прогрызть её разум.

Кроме того, горечь всё сильнее обвивала Шиассу своими гадкими щупальцами, незаметно ослабляя сознание девушки.

Но она не ведала, из-за чего происходят столь загадочные изменения, поэтому Шиасса решила пока что не обращать на это внимания.

Девушка могла лишь продолжить выпытывать осколки воспоминаний из своего разума, оформляя их в живые изображения туманного мира.

На этот раз, перед Шиассой возник широкий проход, в стены которого вмонтировали множество крепких дверей.

За одной из таких громоздких преград свернулась маленькая красноволосая ламия.

Девочка устало рассматривала тёмное небо через крошечный вырез в стене и представляла, как хорошо быть звездой... Порхать над миром и с улыбкой смотреть на проблемы смертных...

Совсем недавно ламия проснулась, обнаружив себя распластавшейся на холодном полу, кто-то бросил её в темницу вместе с покрывалом и просто ушёл.

Скорее всего, она упала не слишком удачно, так как руки до сих пор немного саднили.

Измотанная девочка не знала, сколько времени провела в этом месте, но пару раз она даже смогла услышать редкие возгласы надзирателей и тихие мольбы пленников.

Возможно, её собираются казнить... Малышка когда-то слышала, что люди не церемонятся с подобными ей.

Внезапно, издалека донёсся грохот массивной двери, после чего раздался немного сипловатый и грубый голос.

— Хэй, Кар, а ну заканчивай дрыхнуть! Веди новеньких к месту, аукцион начнётся через полчаса! Только бери помоложе! Коллекционеры в этот раз попались привередливые... Видите ли, им нужны свежие краски, а не засохший натюрморт! Тьфу! Аристократы... – последнюю часть фразы мужчина произнёс с особым недовольством.

— Ха-ха-ха, хоть ты их и не любишь, а платят они больше всех! Ха-ха-ха, не парься, ща всё будет! Недавно подвезли змеюк из какой-то дальней деревушки, аж несколько особей сразу! Жаль, народу было слишком много... Расхватали всех, не успел и пёрнуть! – второй голос был столь громким, что прорывался даже через плотные двери темниц.

— Ламий?! И не одну?! Хох... Давненько такого не было... Я даже подумывал, что они вымерли... Ладно! Давай быстрее! Подряди ребят сверху, пусть помогут! А то они больно расслабились в последнее время... И не забудь сковать товар! И ещё, приведи всех к надлежащему виду, а то ведь нашим бесценным аристократам нужен идеальный экспонат! Тьфу! Всё, у меня есть дела! Не опоздай, как в прошлый раз! – перед тем, как уйти, мужчина ещё несколько раз пробурчал что-то невнятное про местных дворян, после чего быстро удалился.

— Эх... Когда там обещали мой заслуженный отдых? Где же это видано... Ребёнок месяцами сидит без отца! Ха-ха-ха... Так, ну всё, подорвались!

На две минуты все шумы стихли, но уже через секунду ламия услышала, как за крепкой дверью начали раздаваться жалобные просьбы и громкие металлические клацанья.

Видимо, многие пленники ещё надеялись, что их освободят, стоит лишь хорошо попросить...

Однако, красноволосая девочка не проявляла ни капли волнения, она всё так же продолжала смотреть на крошечную щель вырезанную в шероховатой стене и вспоминать недавние события.

Но внезапно, массивная дверь позади неё сильно завибрировала и с грохотом распахнулась, открывая путь холодному воздуху.

— Эй, мелкий гадёныш, брысь на выход! – в темницу проник тусклый свет факела, а вместе с ним возник и один из надзирателей.

За крупным мужчиной в небольшую комнатку сразу же втиснулись два человека со странными нитями из чёрного металла.

Странные люди незамедлительно произнесли какие-то слова, после чего загадочные шнуры медленно потянулись к ламии.

Девочка не стала сопротивляться и просто вытянула ладошки, не сводя взгляда с яркого пламени факела.

Как только плотные нити обвили руки, хвост и шею ламии, надзиратель вывел её наружу и потащил по широкому коридору.

— Ведите змею к остальным... И не напутайте! Одно дело, когда обычных зверолюдок отправляют на убой в шахты и...

— Босс, не заморачивайтесь так! Всё будет чики-груки! В прошлый раз мы всего-то немножко перепутали знаки!

— Хера се, перепутали! Ха! Да вы чуть не спихнули демона на растерзание местным алхимикам! Хотя, он, итак, пошёл бы...

Некоторое время болтливые надзиратели тащили девочку через тускло освещённый проход, иногда поднимаясь на этаж выше.

С каждым уровнем рабов становилось всё больше, а вот их внешний вид заметно ухудшался.

Когда ламию вывели к первому уровню своеобразных катакомб, многие пленники уже походили на полумёртвых зомби.

На нижних этажах рабов запирали в отдельных камерах и даже немного следили за их здоровьем.

Здесь же "товар" просто сбрасывали кучами в грязные комнатушки, в которых и дышать то было сложно, что уж говорить об удобстве.

Почти все пленники ходили в замаранном рванье, а некоторые и вовсе без одежды, разумеется, о какой-то гигиене не было и речи.

Если раб погибал на данном уровне, то его даже не думали вытаскивать из помещений, оставляя труп гнить наедине с ещё живыми пленниками.

Хотя сомнительно, что этих бедняг вообще можно назвать живыми, в большинстве своём они выглядели, как жалкие тени былых себя.

"Тогда я ещё не знала... Редкий товар держали на нижних этажах, а чем ближе к поверхности, тем менее востребованными были рабы... Если товар не продавался слишком долго... Его ждала смерть, и для каждого она была своей... К счастью... А может и к сожалению, я считалась редким... Монстром... Меня привели к двум ламиям из моего поселения... Они так боялись, даже молили о пощаде... Пока их не наказали... Интересно, а выжила ли тётя... Кто-нибудь спасся? Хотелось бы верить... Да, помню... После этого нас повели на... Как его называли стражники... Аукцион? Точно... На них продавали лишь особо ценных и востребованных рабов... Однако... Дальше..."

Не успела Шиасса закончить свою мысль, как бесконечные коридоры и толпы измождённых рабов сменились яркой комнатой, заполненной множеством людей в богатых одеяниях.

Обширное помещение осветили искусными магическими лампами и специализированными рунами.

Весь зал переливался золотым сиянием, повсюду мелькали алые одеяния и дорогие вышивки на прекрасных костюмах.

Атмосфера богатства и роскоши ощущалась даже на уровне запахов, стоило лишь немного принюхаться и любой человек мог уловить ароматы дорогих парфюмов.

Создать качественные духи способны только опытные алхимики, коих в империи было не так уж и много, из-за чего данное удовольствие всегда обходилось заказчикам в большие суммы.

Однако, люди, посещавшие это заведение являлись далеко не бедняками и вполне могли позволить себе немного роскоши.

Но сейчас, каждый из них с интересом взирал на небольшую деревянную сцену, словно ожидая какого-то выступления.

— Ох! Господин Катар! Неужели у вас наконец появилось желание посетить сие мероприятие? – удивлённо воскликнул пухловатый аристократ, высмотрев в толпе старого знакомого.

— Хм? А, господин Никас'Ан...

— Ох! Пожалуйста, не нужно формальностей, просто Никас... Мы же давние друзья! Кстати, позвольте полюбопытствовать, что вы думаете о последних новостях?

— Новости? Прошу меня простить, вероятно, я не совсем понимаю вас... – задумчиво произнёс статный мужчина с седеющими волосами.

— Ох! Неужели, вы не знаете?! Что же, я с удовольствием просвещу вас... – пухлый аристократ слегка понизил тон и немного приблизился к собеседнику. – Говорят, на сегодняшних торгах должны появиться крайне занятные экземпляры... – мужчина постарался особенно заострить внимание на последнем слове.

— Занятные? Неужели, что-то действительно редкое?

— Ох! Да-да! Утверждаю! Ходят слухи, что это ламии... Но, конечно же, я принял решение посетить это благоприятное место не из-за обычных змей...

— Позвольте узнать... – статный мужчина заинтересованно взглянул на своего собеседника.

— Ох! Конечно-конечно! Один мой товарищ заверял, что с новой партией доставили экземпляр, не поверите... С красными локонами! – последние слова пухлый аристократ произнёс взволнованным шёпотом, стараясь удержать наползающую улыбку.

— Что?! Это же...

— Ох-ох! Спокойнее, господин Катар... Не стоит забывать - это лишь слухи.

— Кхм... И правда, прошу прощения за несдержанность... Но вы же сами понимаете, почему данные особи столь важны?

— Ох... А как иначе? Лишь очень узкий круг работорговцев и коллекционеров понимает, насколько важен внешний окрас у змеиного типа... К сожалению, выявить столь уникальное свойство можно лишь через довольно продолжительное время, хотя, тот маг, которого...

— Господин Никас, не хотелось бы вас прерывать, но мероприятие уже начинается, к тому же, не думаю, что подобные вопросы стоит обсуждать... Здесь. – складный мужчина окинул холодным взглядом шумную толпу и медленно перевёл спокойный взор на рабов, выходивших на сцену.

— Ох! Вы правы... Что же, не хотите посоревноваться? На этот раз я вам точно не проиграю! – энергично вскрикнул тучный аристократ, сменяя тему разговора.

"Самые интересные лоты ставили в конец... Как и меня... Но двух моих соплеменниц выпустили раньше... Интересно... Почему?"

Неожиданно, пространство рядом со сгустком розового сияния вновь заколебалось, слегка искажая золотистый свет, вытекавший из магических ламп.

Шиасса уже привыкла к непредсказуемым изменениям, поэтому дождалась, пока окружающий мир перестанет содрогаться и взглянула на новую картину, возникавшую перед ней.

Девушка почти сразу заметила, как на хорошо освещённый подиум выводят молодую, но утомлённую ламию с длинными кровавыми волосами.

На алом хвосте девочки, как и на её руках, мерцали тусклые руны, установленные ещё в темнице для сдерживания "товара".

Взгляд ламии оставался неизменно безжизненным, казалось, будто она до сих пор видела свет ярких звёзд, проникавший через крошечный проём в стене.

Перед аукционом девочку в обязательном порядке отмыли и нарядили в лёгкое красное платьице, закрывавшее человеческую часть ламии.

Зрители тут же начали активно переговариваться, а некоторые особо впечатлительные коллекционеры, даже привстали со своих мест.

В зале моментально поднялся гомон, многие участники мероприятия желали получить эту рабыню только из-за специфической внешности, но были и те, кто видел в ламии иную выгоду.

— Господа, прошу тишины! – ведущий с помощью специального устройства воспроизвёл пронзительный визг, после чего балаган сразу же прекратился. – Благодарю, итак, продолжим аукцион... В данном лоте мы предлагаем вам совсем молодую особь ламии из недавно захваченного поселения! Перейдём к описанию...

Внезапно, Шиасса почувствовала, как до этого едва заметный холодок, буквально пронзил её со всех направлений.

Потусторонний мороз начал зарождать в девушке непреодолимую скорбь, заставляя Шиассу ещё глубже погружаться в пучину уныния.

В то же время, пространство вокруг розовой сферы по какой-то причине вновь стало заполняться клубами сумрачных облаков, укрывая за собой и маленькую ламию, и золотое сияние аукциона.

"Х-холодно... Как же холодно... П-почему?! Я не виновата! Ничего не сделала... Помогите... Кто-нибудь... Мама..."

Стоило девушке окончательно утонуть в молчаливом тумане, как голодная тьма незамедлительно кинулась на беззащитный пучок света, безжалостно отгрызая от него кусочки алого сияния.

Казалось, словно безликая мгла превратилась в ненасытного монстра, наконец, отыскавшего свою жертву.

"Б... Больно! Н-не надо! Пожалуйста! Ааах!! Прекрати!!"

Шиасса чувствовала, как мороз буквально вгрызался в её разум, стремясь уничтожить саму сущность души.

Скорбь стремительно перерастала в огромный сгусток мрака, незаметно оскверняя сознание девушки.

Любые попытки Шиассы вырваться из цепких когтей тьмы, тут же пресекались сильнейшей болью.

С каждой секундой девушке становилось только хуже, но безмолвная пустота всё продолжала заглатывать в себя остатки тусклого свечения.

"Не... Помо... Гите... А... По... Мощь? Зачем? Кто... Я?"

Сознание Шиассы медленно растворялось в недрах бесконечного мрака, сливаясь с миллионами подобных душ.

В скором времени, девушка заполнит несметные ряды полых, навсегда утратив сияние жизни.

И вот, когда от маленькой сферы остался лишь крошечный фрагмент алого свечения, произошло нечто странное.

Рядом с последним отблеском розового сияния, внезапно загорелось яркое кровавое пламя.

Массивные потоки беспроглядной мглы, состоявшей из несметного количества падших душ, незамедлительно ринулись поглощать новоявленную опасность.

Но стоило ненасытному туману прикоснуться к бушующему пламени, как столб яростного огня буквально взорвался свирепой мощью.

Из ревущего катаклизма мгновенно разметались волны испепеляющего жара, сметавшего любые преграды, словно пыль.

Ни одна сумрачная душа более не смела подплывать слишком близко к центру неистового вихря, опасаясь превратиться в ничтожный пепел.

"Так... Тепло... Приятно... Я хочу... Туда..."

Жгучее пламя беспрестанно манило разрозненные осколки розовой сферы, вынуждая их медленно дрейфовать по направлению к пульсирующим искрам.

Сияние алого жара не только завлекало обломки изорванного сознания Шиассы, но и подпитывало их своей неконтролируемой энергией, ограждая последних от любой угрозы.

Ведь даже концентрированная тьма, витавшая в бесшовном царстве пустоты, не могла приблизиться к вихрю распылившегося огня.

Наконец, два мерцающих фрагмента добрались до хаотичного урагана искр и мгновенно коснулись яркого пламени.

В ту же секунду несколько сияющих осколков испарились без следа, едва притронувшись к потокам всепожирающего жара.

"Горячо! Б-больно! Больно!! Н-но... Чувствую... Хорошо... Если... Не слишком близко... Тепло..."

Малочисленные обломки розовой сферы, не успевшие погибнуть в недрах вязкого тумана, начали тускло мерцать, впитывая неисчерпаемые фонтаны огненной энергии.

При этом, некоторые из них принялись медленно скрепляться воедино, равномерно наращивая исходный объём.

"Это тепло... Оно... Кажется знакомым?"

Постепенно к Шиассе стала возвращаться утраченная память, с каждым мгновением её сознание наполнялось десятками смутно знакомых изображений и звуков.

К тому же, девушка больше не чувствовала привычного холода или грусти, казалось, будто рядом с алым цветком пламени испарялся любой недуг.

"Да... Нужно вспомнить... Больше... Лишь тогда пойму..."

Шиасса вновь заметила, как окружающий мир начал сжиматься, неспешно раскрывая перед девушкой зыбкое пространство воспоминаний.

Но из-за того, что мерцающая сфера ещё не успела восстановиться окончательно, преображения созидались довольно медленно и не могли вывести завершённый рисунок памяти.

Лишь благодаря танцующему огоньку, витавшему рядом с Шиассой, частичные изменения сумрачных недр протекали относительно стабильно.

А пламя, ещё недавно бушевавшее в яростных пируэтах, успокоилось и сейчас походило на умиротворённый огонёк свечи, парящий среди хладного марева.

Наконец, безликая мгла перестала исходить трясущейся рябью и показала девушке ясную картину.

"Это место... Да... Здесь хранил рабов тот, кто стал моим первым хозяином... Коллекционер... Именно он объяснил мне, что значит быть чьей-то вещью... В прямом смысле этого слова... Не более, чем аксессуар."

На этот раз, пучок розового света появился в довольно просторном зале с округлым потолком, к которому от самого пола тянулись широкие отполированные колонны, изготовленные из красивого бежевого камня.

Обширное помещение представляло собой сферический зал с множеством окон, раскинувшихся от основания комнаты и практически до её потолка.

Именно через эти длинные проёмы миновали яркие солнечные лучи, ниспадая на ровный настил, вымощенный резным мрамором.

К сожалению, Шиасса не могла осмотреть всё помещение целиком, так как волны клубящегося марева не исчезали полностью, обволакивая некоторые места густой пеленой.

Однако, внимание девушки привлекало не только богатое убранство помещения... За одной из крепких решёток, установленных вдоль стен зала, на толстой перине лежала маленькая ламия.

Клетки, заполнявшие внушительную комнату не являлись грубым куском металла и выглядели ничуть не хуже, чем сам зал.

Спиралевидные прутья выковали по заказу опытные кузнецы, а изящные руны начертили мастера своего волшебного ремесла.

И только рабов, прозябавших внутри истинных произведений искусства, никто не назвал бы довольными.

Одним из таких пленников, как раз и была красноволосая девочка, взгляд которой даже сейчас полнился глубокой тоской и унынием, но это всяко лучше, чем полное безразличие к жизни.

"Я была всего лишь частью коллекции... Аристократ скупал интересующих его особей на аукционах, после чего рабов отвозили в поместье... Этот человек был очень богат... Ему вполне хватило средств, чтобы построить для своих экспонатов отдельное помещение столь обширных размеров... И несмотря на то, что рабов воспринимали, как специфических зверей, их всё же не забывали регулярно мыть и кормить... Многие сказали бы, что это хорошая жизнь для зверолюдей... Но это не жизнь... Лишь существование."

Внезапно, чёткое изображение вновь размылось и слегка задрожало, после чего Шиасса на некоторое время погрузилась во тьму.

Умиротворённый огонёк по-прежнему согревал девушку, посылая ей волны спасительного тепла и не позволяя массиву падших душ подступать слишком близко к розовому сиянию.

Шиасса могла бы ещё долго самозабвенно рассматривать завораживающий танец кровавого пламени, однако, не прошло и пары секунд, как она узрела тот же зал, но с небольшими изменениями в декорациях.

Рядом с уже знакомыми клетками неспешно прогуливались несколько человек, увлечённо разглядывая рабов, запертых внутри.

— Говорите, данный экземпляр доставили вам прямо из Мглистых Скал? – удивлённым голосом проговорил мужчина в богатых одеяниях.

— Так утверждал работорговец, но я бы не спешил с выводами... Подозреваю, что эту ящерицу схватили вблизи гор, так как она имеет куда больше человеческих признаков, нежели звериных. – беззаботно высказался складный аристократ, поглаживая седеющие волосы.

— А ведь правда... Короткий изумрудный хвост, не слишком плотная малахитовая чешуя... Да и та распространилась лишь в некоторых областях... Думаю, вы не ошиблись, до драконидки этой особи ещё очень далеко... М? А это случаем не... – мужчина заинтересованно указал пальцем на красноволосую девочку, взиравшую на него недоброжелательным взглядом.

— Хм? Это? Ах, да, вы правы, она - та самая ламия, которую мне довелось приобрести на аукционе несколько месяцев назад.

— Вот как... Конечно, сей экземпляр выглядит довольно специфично, но... Господин Катар, вам не кажется, что она немного... Ну... Мрачновата? – задумчиво промолвил мужчина, уловив на себе зловещий взор рабыни.

— Ничего необычного, этот монстр просто до сих пор не принял судьбу подневольного зверя... Подобное часто случается с новоявленными экспонатами... Но не пройдёт и трёх месяцев, как она привыкнет к своей роли обыкновенного аксессуара... А если нет, то рано или поздно, она мне надоест и я спокойно перепродам её кому-нибудь другому. – задумчиво протянул статный аристократ.

— И то правда... Погодите-ка, неужели, это золотой слайм?! – восхищённо вскрикнул мужчина в богатых одеяниях, тут же переключив своё внимание на другую клетку.

— Хех, не спешите так, у нас хватает свободного времени для полного осмотра выставки... Пройдёмте, я покажу вам кое-что интересное.

"Разумеется... Все рабы - не более, чем причудливые предметы для выставок... Позднее их можно выбросить, как обесценившуюся вещь... Долгое время моя жизнь состояла лишь из приёмов пищи, омываний и сна... Но я больше не могла влачить столь бессмысленное существование..."

Благодаря приятному жару, исходившему от яркого пламени, Шиасса быстро восстанавливала силы, постепенно восполняя пробелы в своей памяти.

Тем временем, пронизывающий холод более не мог навредить девушке, ведь огонь банально не позволял ему проникнуть дальше очерченной границы.

Розовая сфера практически вернулась к начальной форме и даже принялась испускать всё более яркое свечение, словно наслаждаясь беспрерывными потоками уютного тепла.

К тому же, в Шиассе незаметно просыпались былые эмоции и чувства, заставляющие её смотреть на мрачное пространство несколько иначе, чем раньше.

В данный момент, перед ней ускоренно выстраивалось одно из важных воспоминаний, сковывающее ослабленный разум девушки.

Сквозь заволакивающую мглу быстро проступали силуэты людей, стоявших посреди довольно обширной комнаты, вымощенной узорчатыми плитками.

В центре помещения находилась широкая ванна, вырезанная из гладкого тёмно-зелёного камня.

А рядом с купальней неспешно вели разговор несколько человек, заинтересованно наблюдая за тем, как горничные тщательно моют тело красноволосой ламии.

— Ох... Значит, и по сей день никаких признаков? – грустно задал вопрос пухловатый аристократ, изредка поглядывая на недовольную девочку.

— К сожалению... Честно говоря, мне кажется, что данная особь не обладает нужными свойствами... Жалко, конечно, ведь средства затрачены немалые... Но, как и говорил ваш знакомый маг, такое иногда случается... Да и перепродав столь редкий экземпляр, всё равно можно вернуть большую часть потерянных денег. – спокойно проговорил складный мужчина, печально покачивая головой.

— Ох... Но может быть, ещё остался шанс? Обычно, требуемые особенности проявляются через довольно длительные промежутки!

— Более чем за полгода никаких изменений... К тому же, у этой ламии крайне скверное поведение, она периодически хамит мне или другим людям... Иногда, даже пытается нападать, из-за чего приходится держать амулет активированным круглосуточно... И похоже, время не исправит сие дикое животное.

— Ох! Даже так? Занятно...

— Господа, вам не наскучило беседовать в одиночестве? – внезапно, к двум мужчинам подошёл кудрявый аристократ, недавно стоявший с группой людей неподалёку. – Я тут поднял новую тему, послушайте! Вы, должно быть, знаете, что так называемые герои довольно часто приобретают рабов?

— Посланники? Да, один работорговец поведал мне, что они не просто скупают их, а используют в качестве компаньонов!

— Ха! Вот именно, и даже более того, ходят слухи, что герои заводят... Хах... Не поверите... Романтические связи с этими тварями! – последнее слово кудрявый аристократ буквально выплюнул из себя, насмешливо взглянув на ламию.

— Ха-ха-ха! Боги... Господин Гариус, прошу, не смешите меня так... Фуф... Разумеется, я слышал, что многие посланники зачастую ведут себя... Несколько странно, но даже у них должны присутствовать мизерные критерии оценивания внешности... Или вы хотите сказать, что вот это... – мужчина указал на красноволосую девочку, внимательно слушавшую разговор, пока служанки обчищали её хвост щётками. – Хоть какой-то человек сможет назвать привлекательным? Ха-ха-ха! – аристократ вновь искренне рассмеялся, приложив руку к груди.

— Хах... Что вы... Мимолётного взгляда на этот уродливый отросток хватит, чтобы нормальному человеку моментально поплохело... Лично меня тошнит даже от одной мысли, что кто-то способен прикасаться к такому отродью без перчаток!

Пока прислуга активно домывала ламию, мужчины в строгих нарядах открыто рассуждали о том, насколько она отвратительна, даже несмотря на то, что рабыня находилась буквально в десяти метрах от них.

Поначалу девочка всеми силами игнорировала уже привычные для неё унижения и просто ждала, когда затянувшееся мытьё, наконец, окончится.

Но с каждым разом оскорбления становились всё более жестокими и колкими, а в ламии накапливался горький ком обиды.

Рабыня сжала кулачки и закусила губу, прикладывая максимальные усилия, чтобы удержать свою злобу, однако, аристократы даже не намеревались останавливаться.

— Ха-ха-ха, полностью согласен! К слову, господин Катар, хотелось бы услышать ваши мысли по этому поводу... Ведь, если я не ошибаюсь, вы приобретаете подобных чудовищ из-за каких-то визуальных качеств? – заинтересованно обратился кудрявый мужчина к статному аристократу, доселе молча следившему за омыванием девочки.

— Хм? Я? Ну, вы почти угадали... Скажем так, меня привлекает не сам внешний вид какого-либо экземпляра зверолюдей, а скорее определённые свойства их организмов, не думаю, что стоит уточнять, какие именно.

— Понимаю... Но всё же, что вы можете рассказать, например, о данном приобретении? – кудрявый аристократ вновь указал на ламию.

— Она? Хм... Ну, коли вы спрашиваете меня о качествах этого создания, именно в плане красоты... Возможно, я бы описал её примерно так: омерзительное чудовище, на которое без содрогания могут взглянуть разве что дикие пещерные гоблины, не встречавшие самок месяцами... Хотя, думаю, даже они скорее использовали бы эту нечестивую химеру только в качестве пищи.

— Ох! Довольно интересное высказывание, господин Катар! Но хотелось бы добавить, что особенно гадко данное существо выглядит на пересечении верхней и нижней части организма... Присмотритесь, там, где кожа переходит в змеиную чешую... Брр... Ох! А ведь я собирался перекусить после нашей беседы... Эх, аппетит совсем пропал! – с небольшими нотками подхалимства проговорил пухлый аристократ, вклинившись в разговор.

За полгода ламия множество раз терпела подобные обсуждения, едва ли не каждый день выслушивая одинаковые поношения в свою сторону.

Иногда, девочка замечала, что даже обычная прислуга между собой перешёптывалась о том, как противно им следить за грязными рабами.

Однако, сейчас несколько человек стояли рядом и уже почти десять минут откровенно глумились над ней, и не думая сдерживаться в выражениях.

Из ярких глазок ламии невольно хлынули едкие слёзы, а её тело задрожало от негодования.

Девочка была ещё слишком молодой и чувствительной, чтобы спокойно переносить такой беспрерывный поток оскорблений.

И даже закусив губу до крови, она не смогла удержать слабое всхлипывание, невольно вырвавшееся из неё.

В это же время служанки продолжали равнодушно обтирать ламию полотенцами, завершая стандартные процедуры для каждого раба в данном поместье.

— Ох! Взгляните, кажется, наш дружеский разговор несколько задел этого монстра! – удивлённо высказался пухлый аристократ, заметив тихое хныканье.

— Что? Не может быть... Аха-ха-ха! И правда, господа, посмотрите, да это животное оказывается способно плакать! Неужели, столь гнусная тварь действительно считала, что выглядит лучше затхлой кучи собачьих фекалий?

— Хм... Интересно, ранее, я не замечал за данным экземпляром такого поведения. – задумчиво промолвил складный мужчина, поглаживая свои волосы.

— Товарищи, мы собрались здесь, так как господин Катар и господин Никас желали обсудить какие-то вопросы... Но вам не кажется, что больше нет нужды находиться здесь? Давайте вернёмся в более благоприятное место для общения! А эта мерзкая помесь бешеного тролля и грязной змеиной матки не заслуживает даже наших взглядов! Пускай горничные отведут чудовище обратно, к подобным ей ничтожествам!

Стоило аристократу договорить, как ламия резко скрипнула зубками и затряслась всем телом.

Хвост девочки громко и угрожающе стучал по гладкому полу, а зрачки рабыни сузились до размера небольших щёлочек.

Ламия даже проткнула ногтями кожу на ладонях, едва сдерживая всю накопившуюся ярость.

Однако, кудрявый мужчина всё не желал униматься и непрерывно осыпал красноволосую девочку всевозможными оскорблениями.

Внезапно, небольшой амулет на шее ламии загорелся ярким изумрудным сиянием, а это говорило о том, что терпение рабыни окончательно истощилось.

Лучистое сияние магического ожерелья, конечно же, не осталось незамеченным для стороннего взгляда.

Заинтересованно посмотрев на ламию, некоторые аристократы удивлённо вскинули брови.

Этот дорогостоящий артефакт предназначался для контроля над нравом пленников и своевременного сдерживания последних без нанесения физического вреда.

Если подобный аксессуар начинает активно мерцать, значит, раб в данный момент планирует совершить что-то запрещённое его хозяином.

И это правило вполне подтверждала девочка, находившаяся на грани срыва.

Всего один маленький толчок мог окончательно лишить её контроля над своими эмоциями.

Сейчас, агрессию рабыни сдерживали только воспоминания о боли, которую она когда-то испытала во время активации кулона, висевшего у ламии на шее.

— Ох! Похоже, она хочет напасть на нас! – притворно изумившись, воскликнул пухлый дворянин, с лёгкой неприязнью поглядывая на оголённую девочку, вздрагивающую от злобы.

— И впрямь! Аха-ха-ха! Вот так дела, господа! Хвостатое отребье настолько взбесилось, что даже отважилось помыслить о чём-то подобном! Ха-ха-ха! Эй, чудовище! – мужчина обратился к рабыне, небрежно указав на неё пальцем. – Неужели, мы первые, кто открыл перед тобой истину? Ха-ха-ха... Боги, разве такой уродине ещё никто не сказал, что она выглядит страшнее любого дракона? Нет-нет, не смеши меня, хотя... Точно! – кудрявый аристократ радостно обернулся к своим собеседникам. – Видимо, шлюховатая мать этой змеи спаривалась с особенно воинственным орком, раз... – едва болтливый дворянин захотел высказать очередную крайне остроумную шутку, как его прервал пронзительный рык, смешавшийся с испуганными воплями служанок.

— Кссср-р-ра-а-ассс! – неистово шипя, ламия с яростью бросилась на слегка опешивших мужчин.

Обозлённая девочка из последних сил терпела непрерывные унижения, но услышав столь отвратительное изречение в сторону своей погибшей матери, она более не смогла удерживать гнев под контролем.

Однако, коллекционер предусмотрел подобные исходы, поэтому в момент атаки незамедлительно сработал золотистый амулет и мгновенно доставил рабыне огромную порцию агонии.

Аристократы злорадно ухмыльнулись, понимая, что сейчас безмозглая ламия начнёт кататься по полу и с воплями молить их о пощаде.

Подобное случалось не впервые и кто-то даже решил заранее выдумать испытание, через которое пройдёт девочка, чтобы загладить свою вину и остановить порывы неимоверной боли.

Однако, рабыня банально обезумела под напором клокочущих эмоций, перестав обращать внимание на что бы то ни было.

Единственное желание, оставшееся в затуманенном сознании ламии - разодрать в клочья этих уродов, выколоть им глаза и сорвать кожу с наглых физиономий!

Красноволосая девочка быстро сокращала расстояние между ней и дворянами, в то же время с лиц последних неуверенно сползал ехидный оскал.

— Сссхр-р-р-ра-а-ассс!! – из разъярённой ламии вылетел громкий звук, походивший на смесь рёва и шипения, после чего она без раздумий накинулась на одного из вздрогнувших мужчин.

— Э-эй! П-постой... Бхак! – кудрявый аристократ хотел закрыться от девочки руками, но не успел даже моргнуть, незамедлительно получив размашистый удар хвостом по лицу, после чего моментально шлёпнулся на пол.

— Хьяа-а-а-а!! – в ту же секунду по комнате разнеслись испуганные визги горничных, вжавшихся в стену купальни.

— Ч-что происходит?! О-остановите её! С-стража!! – перепуганные дворяне нерешительно отступали от упавшего мужчины и заворожено смотрели на то, как рабыня неустанно молотила кричавшего аристократа хвостом, словно желая вбить того в пол.

— А-а-а-а! Кхак! Н-не... Гха! У-умоляю... Аарх! Сп-спасите кт... Гхр! – кудрявый дворянин вопил от страха, всем телом ощущая тяжёлые удары взбешённой ламии.

— Кср-р-рах! Ксах! Сссах! Хр-р-ра-а-ас!!

На лице девочки красовалась безумная улыбка, а её глазки буквально светились от ненормального счастья.

С каждым взмахом алого хвоста на мужчине появлялись новые увечья, а его защита становилась всё более вялой.

Остальные люди молча смотрели на жестокое представление, даже не в силах осознать, что перед ними происходило.

— Кхьяа-а-ассс!! Рхра-а-асс! Тсаак! Схас... Хса... – наконец, организм рабыни сдался под давлением усиливающейся боли и ламия перестала яростно колошматить аристократа, вместо этого задрожав всем телом, словно только что получила разряд молнии.

Через несколько секунд у девочки закатились глаза, и она бессильно свалилась прямо на избитого мужчину, тут же потеряв сознание.

На короткое время в купальне повисла оглушительная тишина, прерываемая лишь слабыми всхлипываниями кудрявого дворянина и приближавшимся стуком от ботинок стражи.

— Му-у-ух... Кху-у-у... У-убехите э-это! Убехите! Нхет-нхет! У-у-угх... – покалеченный мужчина беспомощно вертелся под телом худенькой рабыни и жалобно постанывал, сглатывая сопли и слёзы вперемешку с кровью.

— Это... Д-да, помогите ему! – вскрикнул опешивший коллекционер, обращаясь к дрожащим служанкам, но те буквально приросли к стене, отказываясь приближаться к жуткому монстру.

Однако, уже через секунду в помещение ворвалась охрана, буквально выбив резные двери.

Рыцари в неполной золотистой броне незамедлительно осмотрели всех присутствующих, выискивая любую опасность.

Но заметив кудрявого аристократа, лежавшего с опухшим лицом, стража удивлённо посмотрела на коллекционера, словно вопрошая: "Что нам делать?"

— Чего встали, как Энты в сопоре?! Живо поднимите господина Гариуса и немедленно вызовите лучших целителей!! – громогласно закричал статный дворянин, пронзив командира рыцарей яростным взглядом.

— Т-так точно! Вы двое, слышали?! Выполняйте приказ!

Несколько стражников тут же кинулись к побитому мужчине и грубо сбросили обездвиженную ламию на пол, помогая аристократу подняться на ноги.

Всё лицо дворянина походило на причудливо набухший фрукт: из губы мужчины безостановочно сочилась кровь, нос и вовсе был сломан, вывернувшись на правый бок.

Также зарёванный аристократ получил множество мелких травм по всему телу в совокупе с разбитыми бровями и прочими ушибами.

Но сейчас это практически не волновало трясущегося дворянина, с ненавистью взиравшего на едва живую ламию.

— У-у... Убхить! Убхейте этху... Т-т... Тхварь! У-у... – покалеченный мужчина дрожащим пальцем указал на девочку, лежавшую без сознания посреди комнаты.

— Тише-тише... Господин, вам не стоит делать резких движений... Пройдёмте с нами, лекари быстро залатают эти раны...

Рыцари оперативно подхватили паникующего дворянина под руки и быстро повели его к лазарету, чтобы не дожидаться пока целители сами доберутся до нужного места с носилками.

— Что же мне в последнее время так везёт на разного рода... Эх... Охрана! Утащите этого зверя в клетку! И найдите человека, который изготовил защитный амулет! – коллекционер раздражённо кивнул в сторону золотого аксессуара, висевшего на шее красноволосой девочки.

— Будет исполнено, господин Катар! – командир рыцарей торопливо показал какие-то знаки одному из стражников, после чего тот незамедлительно сорвал ожерелье с рабыни, слегка разодрав её кожу, и моментально выскочил за дверь.

— И не забудьте повесить новый! Бес его дери... Он ответит за создание бракованного товара... Хм... – мужчина задумчиво перевёл взгляд на капитана охраны. – Для вас у меня есть личное поручение, как можно скорее отыщите господина Раута, мне нужно с ним поговорить. – немного спокойнее промолвил статный аристократ, утомлённо потирая висок.

— Выполняю! – рыцарь уважительно отсалютовал дворянину и быстро повернулся к своим подчинённым. – Ты, ты и ты! Идёте за мной! А вы двое, хватайте эту тушу и несите в клетку! Бегом! – несколько стражников во главе со своим командиром торопливо отправились исполнять приказ коллекционера, выбежав из купальни и захватив с собой бессильное тело ламии.

Теперь, в помещении осталась лишь небольшая группа рыцарей для защиты уцелевших дворян и своего прямого нанимателя.

— А ведь я уже почти оформил эту сделку... Ну почему же именно сейчас... – складный мужчина застыл посреди комнаты и немного раздражённо перешёптывался сам с собой, нервно поглаживая седеющие волосы.

— Ох... Товарищи, думаю, самое время нам разойтись по своим делам и не мешать господину Катару... – печальным тоном проговорил пухлый аристократ, с прямым намёком взглянув на других посетителей.

— Ах! Д-да... И правда, у нас ведь ещё м-много работы... Кхм... Пожелайте от нас скорейшего выздоровления виконту Гариусу... И благодарим вас за радушный приём... Господин Катар. – каждый гость спешно поклонился коллекционеру и под сопровождением охраны незамедлительно покинул помещение.

"Интересно... Почему я вижу это? Разве... Моё тело не унесли в другое место? Странно... Но не так важно... Главное, вспомнить, что было дальше... Что же... Точно... С этого момента должна начаться одна из самих тёмных полос в моей бессмысленной жизни... Примерно через день я очнулась в каком-то подвале... Не прошло и часа, как меня избили... И так ещё множество раз на протяжении суток... А потом коллекционер наказал меня на глазах у остальных рабов... Он не делал этого лично... Но я навсегда запомнила каждую секунду беспощадной агонии..."

Бесформенная тьма вновь начала осуществлять свои загадочные метаморфозы, хотя в этот раз всё происходило намного быстрее.

Шиасса связывала такое ускорение с поддержкой огня, парящего рядом с ней и непрерывно питающего девушку тёплой энергией.

При помощи алого пламени она даже научилась частично манипулировать клубами мрачного тумана, заставляя его двигаться быстрее или замедляться в нужные моменты.

И в данную секунду Шиасса решила приостановить мелькающие рисунки из фрагментов своей памяти, наконец заметив то, что когда-то крепко въелось в её разум.

Прямо в центре уже известного зала, обставленного искусными решётками, установили небольшой постамент, на котором прочно закрепили двое толстых деревянных столбов.

К этим брёвнам подвязали руки маленькой ламии и буквально закрепили её на высоте трёх метров, вынудив беднягу повиснуть на собственных кистях.

Болтающийся хвост, так же, на всякий случай, подвязали чёрной проволокой к одной из крепких опор.

В итоге, девочка замерла в трёх метрах над полом с широко раскинутыми руками и тянущимся к настилу алым хвостом, где тот и обвили вокруг основания столба.

Рабыню, видимо, уже не первый раз избивали, так как по всему её худенькому телу виднелись небольшие синяки и кровоподтёки.

По изящной спинке ламии стекали алые волны шелковистых волос и даже несмотря на то, что кровавые локоны слегка покрылись грязью за время, проведённое в подвале, они всё равно невольно привлекали чужие взгляды.

Небольшие повреждения хорошо выделялись на нежной коже девочки, особенно если учесть, что она была абсолютно голой.

К тому же, при наличии определённого опыта, можно заметить, что экзекуторы сдерживались, не желая нанести рабыне серьёзных повреждений, так как им повелели лишь немного ослабить волю ламии.

И это вполне обоснованно, ведь главное наказание девочка получит только сейчас.

В то же время, остальные пленники с жалостью взирали на рабыню из своих клеток, понимая, что ламию ждёт крайне болезненный опыт, если она вообще сможет выжить в процессе.

Кто-то даже пытался незаметно подбодрить её, сжимая руки в молитве, когда девочка проводила по ним истощённым взглядом.

Пока шли мелкие приготовления, рядом с побитой рабыней беззаботно общались коллекционер и несколько аристократов, некогда запечатлевших происшествие в купальне.

— Ох! Господин Катар, вам не жалко портить столь... Ценный экспонат? Она ведь... – неуверенно проговорил пухлый дворянин, разглядывая худенькое тело измученной ламии.

— Не волнуйтесь, господин Никас, всё в порядке... Во-первых, как её непосредственный хозяин, я обязан искупиться за подобную оплошность, а во-вторых, данная особь не несёт в себе той пользы, которую мы... Кхм... Я ожидал получить на протяжении почти семи месяцев... – стройный мужчина на мгновение запнулся, но тут же продолжил речь, неловко проведя ладонью по своим волосам. – Как всем нам известно, с бесполезными вещами нужно уметь расставаться. – коллекционер медленно очертил взглядом хрупкое тело девочки и задумчиво потёр подбородок.

— Ох... Что же... Возможно, вы и правы... – с печалью в голосе промолвил пухлый аристократ, не зная, что ещё ответить в противовес подобным аргументам.

Наконец, несколько человек в изумрудных робах завершили возню рядом с ламией и спешно подошли к складному дворянину в тёмном костюме.

— Господин, мы закончили установку сдерживающих артефактов, а также, как вы и сказали, надели на неё блокиратор! – торопливо проговорил маг, периодически осматривая клетки, расставленные по залу.

— Хм... Хорошо, а кнут? – заинтересованно спросил коллекционер, слегка нахмурившись.

— Разумеется! Он полностью готов: нанесены специальные руны, усиливающие поверхностную боль и послеоткатное жжение, а бонусом идёт нарастающее давление на нервные... Кхм... Проще говоря, рабыня почувствует, как будто на плеть нанесли толстый пласт соли! Ах, да... Киил, передай господину хлыст! – нервно вскрикнул маг, ожидая пока его помощник вручит кнут статному мужчине.

— Отлично... Хм... А она точно не погибнет от болевого шока? – удручённо вопросил аристократ, повертев в руках плеть из зачарованной кожи тёмного окраса.

— Заверяю вас! В блокиратор встроена руна, принудительно отключающая сознание рабыни, если боль становится летальной для её организма... Конечно, та же руна оповестит вас об этом ярким свечением и лёгким импульсом в хлысте!

— Прекрасно... Оплату получите по завершению данного мероприятия... Разумеется, если оно пройдёт без огрехов, а пока, можете быть свободны.

— Благодарим вас! – наёмные маги поклонились дворянину и как по команде покинули зал в сопровождении двух стражников.

Несколько секунд мужчина с седеющими волосами отрешённо разглядывал свёрнутую плеть, изредка посматривая на подвешенную ламию.

Едва заметно нахмурившись, он сжал рукоятку кнута и слегка покачал головой в ответ своим мыслям, после чего неспешно подошёл к группе людей, общавшихся в ожидании жестокого представления.

Среди них активно жестикулировал тот самый кудрявый аристократ, которого полностью вылечили всего пару дней назад.

Высококлассные эликсиры, целебные мази и помощь опытных лекарей сделали своё дело, ведь на лице дворянина почти не осталось следов от побоев, не считая крохотного шрама на верхней губе.

— Господин Гариус, приготовления закончены, мы можем начинать по вашему желанию. – статный мужчина протянул аристократу тёмную плеть и слегка кивнул в сторону рабыни.

— Поэтому мы и не хотели... А? Ах! Всё уже готово? Секундочку... Господа, не хотелось бы прерывать столь интересный разговор, но мне придётся временно откланяться... Прошу меня простить! – дворянин принял хлыст из рук коллекционера и немного отошёл от толпы. – Ну что... Гнусное отродье... Настало время платить за свои преступления! – мужчина с ненавистью взглянул на беззащитную рабыню и противно улыбнулся, поудобнее перехватывая кнут.

Измученная девочка не пыталась огрызаться или сопротивляться, бессильно повиснув на прочных верёвках и уныло разглядывая узоры на гладком полу.

Последние три дня ламию морили голодом и периодически избивали, заставляя её кричать и плакать, пока она не сваливалась от усталости.

Так же, рабыне практически не давали времени для сна, вынуждая испытывать боль каждый раз, как истощённое сознание начинало погружаться в дремоту.

И вот, теперь, позади побитой ламии стоял человек, из-за которого всё это и началось.

Именно он без зазрения совести унижал девочку и её погибшую маму, но виновной оказалась только она... Конечно, а как иначе?

Если наглое животное укусило человека, то никто не будет разбираться, по какой причине это случилось, зверя обязательно накажут.

Вот и ламия перенесёт агонию лишь за то, что не вытерпела потока грязных оскорблений... Разумеется, это и называют справедливым человеческим судом, ведь ничтожный питомец не может покушаться на жизнь своих хозяев?

Наконец, кудрявый мужчина остановился в двух метрах от девочки и несколько раз громко ударил плетью по полу.

Стоило измождённой рабыне услышать эти жуткие звуки, как кровь в её теле буквально покрылась ледяной коркой, а сердце ламии на мгновение перестало биться, замерев от ужаса.

Ухмылявшийся аристократ ещё пару раз показательно хлопнул кнутом по гладкому настилу, но в этот раз уже немного ближе к девочке.

Рабыня невольно покрылась каплями холодного пота, а боль от стёртых запястий ощутимо усилилась.

"Нет ничего хуже, чем томящая неизвестность в союзе с ожиданием неизбежного" - когда-то её мама произнесла схожую фразу, но полностью осознать смысл этих мудрых слов у ламии получилось только сейчас.

— Хах! Всё, я достаточно разогрелся! Как считаешь, дрянь, не пора ли нам приступать? – насмешливо произнёс мужчина, занося руку с кнутом для удара. – Вот и я придерживаюсь схожего мнения! Ха-ха-ха, наслаждайся... Тварь! – кудрявый аристократ резко взмахнул плетью и по всему залу тут же разнёсся оглушительный хлопок.

— Ксьяа-а-а-ас!! – красноволосая ламия незамедлительно взвизгнула от пронзительной боли, вонзившейся в её тело. – А-а-аухсс... Кхссу-у... Ксух...

Хлыст высек тонкую кровоточащую полосу на спине девочки, в то время как магия рун начала обжигать кожу рабыни.

— А это не так просто! – увлечённо воскликнул дворянин, посмотрев на окровавленный кнут. – Хах! Интересно, каково быть палачом, иссекая по несколько человек на дню? – пробубнил мужчина, неторопливо разминая плечо и готовясь к новому выпаду. – Ну что, бестия, вижу, тебе понравилось? Ха-ха-ха, согласен! Мне... Тоже! – аристократ вновь размахнулся и безжалостно хлестнул ламию.

— Схьяа-а-а-а!! – из ярких глазок девочки моментально хлынули слёзы и срываясь с её милых щёчек, неспешно закапали на холодный настил. – Ксу-у-у... У-ус... У-у-у... – нестерпимая боль продолжала изгрызать плоть рабыни, отдаваясь клокочущим пламенем в сознании ламии.

Но несмотря на ошеломляющую резь, девочка изо всех сил сжала острые зубки и зажмурилась, не желая сдаваться монстру позади неё.

Хотя, если бы на месте дворянина находился профессиональный экзекутор, рабыня уже после первого удара не смогла бы даже помышлять о каком-то сопротивлении.

При желании, мастер кнута может казнить преступников всего тремя взмахами плети, разрывая мышцы жертвы и добираясь до костей или внутренних органов.

Поэтому, можно сказать, что ламии в каком-то смысле повезло, ведь кудрявый аристократ оставался профаном в пытках и наказаниях.

— Хух... А хлыстом пользоваться сложнее, чем кажется... – недовольно промолвил мужчина, покручивая кистью правой руки. – Хах! Вижу, ты по-прежнему желаешь противиться мне? Аха-ха-ха! Хорошо! Хорошо!! А как тебе это?! – аристократ резко замахнулся плетью и во время удара слегка наклонился всем корпусом, увеличивая и без того немалую скорость кнута.

— Пхос... – девочку пронзила столь ужасающая боль, что вместо крика она подавилась и лишь безмолвно распахнула ротик, вздрагивая всем телом. – Хсса-а-а-а... – однако, уже через секунду из горла рабыни всё же вырвался сиплый хрип, после чего ламия рефлекторно попыталась сбежать из плена крепких верёвок и разумеется, данная затея не продвинулась дальше бесполезных конвульсий. – Хсу-у-уссс... У-у-у-усс... П-польно...

Девочка по-прежнему старалась терпеть муки, но юный разум банально не был способен выдерживать настолько сильную боль, из-за чего рабыня буквально разрыдалась.Но она всё же старалась хоть немного заглушить стоны, со всей силы прикусив губки.

— Фух... Тяжеловато, но ничего... Ха-ха-ха, это стоило того! Прямо на душе полегчало! – радостно воскликнул дворянин, разглядывая всхлипывающую ламию. – Запомните, что случается с ничтожной грязью, которая смеет оскалить клыки на высших существ! – грозно крикнул мужчина, обращаясь к рабам, испуганно наблюдавшим за пыткой из своих клеток. – Ну что, готова продолжать, уродина? Тогда, как тебе понравится... Такое?! – аристократ со свистом ударил плетью по хвосту девочки, тем самым выбив несколько рубиновых чешуек, из-под которых тут же потекли тонкие струйки крови.

— СХА-А-А-А!! – рабыня завизжала так, что даже некоторые дворяне нахмурились из-за сильного шума и недовольно взглянули на вопящую ламию. – Ксу-у-у... Ма-ма-а-а... У-у-ухссс... Ма-а-а... – девочка буквально корчилась от нестерпимой агонии, нараставшей с каждым взмахом проклятого орудия пытки.

Красноволосая рабыня искусала почти всю нижнюю губу, пытаясь хоть немного отвлечься от жгучей боли, разрывавшей спину ламии словно плотоядные черви.

Измученная девочка продолжала громко скулить, в то время, как её тело содрогалось после каждого взмаха хлыста.

Рабыня успела несколько раз проклясть тот день, когда она впервые встретила людей.

Лишь незатухающая злоба сохраняла в ламии остатки сопротивления, удерживая трясущуюся девочку от того, чтобы начать молить о пощаде.

Но никто не говорил, что экзекуция закончится всего несколькими ударами плети...

— Ха... Ха-ха-ха-ха! Господин Катар... Фух... Вы не зря посоветовали мне наказать эту тварь подобным образом! – довольно высказался вспотевший дворянин, посмотрев на коллекционера, стоявшего неподалёку. – Хах... Прекрасно успокаивает нервы, советую попробовать! – кудрявый мужчина призывно показал кнут аристократу, но тот лишь слабо улыбнулся, знаком демонстрируя свой отказ. – Нет? Что же, значит, мне больше достанется... Эй! И не думай расслабляться, падаль!

Как только дворянин заметил, что стоны ламии практически затихли, он незамедлительно хлестнул её плетью.

Удар кнута буквально вспорол кожу на спине девочки, из-за чего во все стороны тут же разлетелись брызги крови, окропившие пол и деревянные опоры.

— КСА-А-А... Буэ... Ксоэргх... – хотя девочка ничего не ела в течение нескольких дней, из-за дикой боли у неё начались рвотные спазмы.

Однако, покалеченная рабыня выплёвывала только вязкие слюни, вперемешку с соплями и слезами, ведь большего у неё не было.

Едва ламия перестала ошалело содрогаться в приступах тошноты, как экзекуция продолжилась.

— Нсе-е-ес... Ухсу-у-у... По... П-пошалу... Ссста... Ссух... П-по... – девочка больше не могла терпеть интенсивные страдания и уже хотела взмолиться, но мужчина и не думал останавливаться.

— Хах... Умолкни!! – запыхавшийся аристократ яростно хлестнул рабыню кнутом, только та начала говорить.

— КСХА-А-А-А-АС!! – плеть ещё больше рассекла нежную кожу ламии, заставляя последнюю буквально выгибаться в конвульсиях. – А-а-аухс! А-аус! Нес-нес-нес!! Не нато! П-просу... У-у-ухсу-у-у... Ухсс... – девочка всеми силами пыталась освободиться от верёвок, но тем самым лишь раздирала себе запястья и усиливала боль.

— Хах... Ха-ха... Ещё!! – дворянин словно обезумев, ударил рабыню с таким остервенением, что выбил на хвосте ламии протяжную рану, из которой сразу же хлынули потоки крови.

— СХЬЯА-А-АС!! – девочка вопила и рыдала, чувствуя, как на её теле появлялись всё новые увечья, но жалость к рабыне испытывали разве что другие пленники.

— Фха-а-а... Ха-ха-ха! Ещё!! – мужчина несомненно получал большое удовольствие от данного процесса, беспощадно высекая из завывающей ламии небольшие ошмётки кожи или чешуи.

— ХСА-А-А-А... Кхас-кхас... Кху-у-у... – голос девочки начинал срываться, всё чаще переходя в глухое сипение. – Нес... У-у-ухс... Х-хватит... У-у-ус... Просу... – рабыня крупно вздрагивала, едва заслышав свист хлыста.

Ламия буквально ощущала, как её тело разрывалось от каждого взмаха кровожадной плети.

В то же время, кудрявый аристократ безустанно стегал агонизирующую девочку, попеременно выбирая целью алый хвост или переходя обратно к спине.

Периодически, дворянин ради забавы по нескольку раз бил в одно и то же место, сдирая с вопящей рабыни лоскуты плоти и обагряя окружающий интерьер брызгами свежей крови.

Однако, даже в столь невменяемом состоянии дворянин не мог долго размахивать плетью, не используя короткие передышки.

Пускай кнут и облегчили волшебством рун, но пользоваться подобным инструментом для пыток, куда сложнее, чем можно представить.

Поэтому изредка ламии всё же выпадали спокойные минуты на то, чтобы хоть немного перевести дух.

Естественно, после этого наказание продолжалось вновь, и градус жестокости лишь нарастал.

Магические символы, которыми зачаровывали хлыст, постепенно наращивали боль, вынуждая девочку страдать, куда сильнее, чем в начале пытки.

С каждым взмахом ненасытного кнута изуродованное тело рабыни тряслось в порывах опаляющих терзаний.

Маленькая ламия вновь и вновь извинялась, умоляя наконец пощадить её, но желание зверя не стоило ни капли внимания экзекутора и его зрителей.

В итоге, девочке оставалось только следить за тем, как кусочки чешуи или её собственной кожи шлёпались на гладкий настил под взорами рабов и дворян.

— Кс... Ксу-у-ух... У... У-у...У-у-у-ухсс... У-умо... Ляю... П-пошалуйссста... Я польше... Н-не путу... Я польше не путу... По... Пошалуйссста... Не нато... П-пошалуйссста... – рабыня из последних сил твердила уже заученную мантру, но жуткая пытка всё не заканчивалась, медленно окуная ламию в глубины отчаяния.

— Хаах... Ха-а-ах... Фха-а-ах... Поздно... Фуух... Гниль... Надо было... Хуух... Раньше думать... – мужчина разминал онемевшее запястье и старался отдышаться, параллельно вытирая пот со лба. – Кхах... Хах... Нет, стоит передохнуть... Фхуух... Уже рук не чувствую.

Взмокший аристократ ненадолго отошёл от измученной ламии, решив посоветоваться с остальными гостями по поводу его техники нанесения ударов.

Тем временем из покрасневших глаз девочки непрерывно вытекали солёные ручейки, прочерчивая путь по её бледному личику и спадая в лужицу из пота и крови, собравшуюся под ней.

Рабыня слабо подрагивала от перенапряжения и уже скорее по инерции рассматривала алые чешуйки, раздумывая над тем, почему они так хорошо сливаются с общей массой рубиновой жидкости...

Из-за того, что ламия постоянно вырывалась во время экзекуции, кисти девочки заметно разодрались и теперь шнуры натирали плоть рабыни, прибавляя к прочей агонии ещё и ужасную режущую боль.

Остальные пленники со слезами на глазах наблюдали за пыткой маленькой ламии, а особо эмоциональные рабыни даже отводили взгляды, не выдерживая столь противного зрелища.

Не всякий может беззаботно следить за тем, как из надломленной девочки буквально выбивают шматы кожи, заставляя её вопить от невыносимых мучений.

Разумеется, это не касалось нормальных людей! Ведь для них подобные существа были не более чем отвратительными монстрами.

Никто же не станет переживать за какое-то чудовище, пускай оно и не отличается от человека ничем кроме внешнего вида... Ведь так?

— Ху-у-ух... Совершенно верно, товарищи... Никогда бы не подумал, что это так сложно! Вернусь в поместье и первым же делом повышу жалованье палача... – устало проговорил кудрявый дворянин, массируя затёкшие плечи. – К слову, господин Катар, я где-то слышал, что у ламий очень чувствительная мочка хвоста, это так? – задумчиво вопросил мужчина, со странной улыбкой посматривая на змеиную часть рабыни.

— Вы хотите... Ясно... – на мгновение коллекционер состроил крайне недовольное выражение лица, но тут же осознал это и быстро смягчился. – Кхм... Что же, конечно, не совсем правильно... Но в каком-то смысле данная часть хвоста у ламий действительно, куда ярче реагирует именно на тактильные ощущения. – с некоторыми сомнениями промолвил статный аристократ, нервно поглаживая седеющие волосы.

— Вот как? Восхитительно... – на ухоженном лице кудрявого дворянина незамедлительно появилась широкая ухмылка. – Тогда, если позволите, я пожелал бы привести данное мероприятие... Хах... К кульминации. – с нотками загадочности проговорил мужчина, разминая плечи и лениво приближаясь к изувеченной ламии.

Девочка сразу же очнулась от лёгкого забвения, едва почувствовав мерзкую ауру позади себя.

— Н-нес... Пр... П-просу... Не нато... Не... Нато... Польше... Нес... У... Умоляю... Нес... – жалостливо вымолвила рабыня, невольно проронив несколько слезинок.

Ламия не проявляла даже намёка на какое-то сопротивление, девочка просто хотела, чтобы кошмарная боль не возвращалась снова, иначе она банально не выдержит очередных истязаний.

— Ха-ха-ха! Вот так заговорила! И всего-то немного поигрались... Хах... Ну уж нет, я заставлю тебя сожалеть о содеянном до конца твоей бесполезной жизни! А сейчас, постарайся насладиться каждой секундой эйфории... – аристократ ехидно оскалился, готовясь к заключительной части наказания.

Внезапно, дворянин остановил замах, ведь в его голову резко пришла одна интересная мысль, над которой он тут же задумался, продолжая рефлекторно покачивать хлыстом.

Наконец, мужчина слегка ухмыльнулся и опустил руку с кнутом, хитро взглянув на трясущуюся ламию.

— У меня появилась хорошая идея... Эй, отребье! Ты ведь желаешь искупить свою вину? Я прав или мы можем продолжать? – злорадно протянул аристократ, с удовольствием наблюдая за реакцией девочки.

— Я... Я шел... Я х-хоссю! Т-только... Хсу-у-усс... Пош... Пошалуйссста... Не нато польше... Н-не пе... Пейте меня... П-просу... – едва получив призрачную надежду на окончание пыток, рабыня не выдержала и сразу же тихо разрыдалась от волнения.

Истощённая ламия готова согласиться практически на любое условие, если её плоть, наконец, перестанет гореть шипящей болью!

Приглушённые всхлипывания замученной девочки могли тронуть сердце даже самого сурового воина... Если бы она была человеком.

— Ха-ха-ха-ха! – дворянин жутко рассмеялся и проведя пальцами по своему ухоженному лицу, громко обратился к рабыне. – Отлично! Тогда запоминай всё, что я сейчас скажу!

Мужчина слегка задумался над какой-то мыслью, после чего утвердительно покивал головой, словно подтверждая собственные размышления.

— Итак, внемли мне, отброс! Ты рождена исключительно для того, чтобы беспрекословно повиноваться людям, у тебя нет и никогда не будет права на волю! Ты обязана со всем усердием боготворить и лелеять человека, как своего владыку! Также ты непременно выполнишь любой приказ, сколь бы тяжёлым он тебе не казался... Хм... Ах, да! Ты с величайшим счастьем пожертвуешь свою абсолютно никчёмную жизнь по первому зову высших существ! И главное, ты никогда более не осмелишься перечить воле хозяина! – аристократ закончил благородную тираду и удовлетворённо оскалился. – А теперь, повторяй! Воспроизведи и навсегда запомни основной постулат своего ничтожного существования!

Со стороны, кудрявый дворянин сейчас походил на ярого проповедника, обучавшего новую паству.

Мужчина озвучивал речь столь воодушевлённо, что даже некоторые гости слабо улыбались, подметив энергичность молодого виконта.

Единственный человек, который оставался недовольным - это угрюмый коллекционер.

По какой-то причине он хмурился после каждого слова аристократа, хоть и старался не показывать этого, удручённо взирая на дрожащую ламию.

— М-моя... Ш-ши... Я-я рош... Р-роштена... – девочка крайне взволнованно пыталась выдавить из себя хоть несколько слов, но тут же неуверенно запиналась, словно забывая, как правильно разговаривать.

От тревоги, изнеможения и нескончаемой боли рабыня не могла даже шептать, её горло постоянно охватывали спазмы, а страх путал все мысли.

Естественно, маленькая ламия не вынесла такого давления и вновь приглушённо расплакалась, понимая, что если она сейчас же не продолжит речь, то агония вознесётся на новый уровень.

— Что-что? Не слышу!! – дворянин приметился и изо всех сил ударил кнутом по кончику хвоста девочки, чуть не оторвав от него целый кусок.

— Н-НЕС! Я... Кх... СА-А-А-А-А!! – тело рабыни тут же пронзила всепожирающая боль, а в глазах потемнело от пульсирующей рези.

Трясущаяся ламия едва не задохнулась, пока истошно верещала на весь зал, остервенело вырываясь из крепких пут.

Никогда прежде девочка ещё не испытывала таких колоссальных мучений, ежесекундно прогрызавших её разум.

Рабыня чувствовала, будто по всему организму перемещаются тысячи раскалённых игл, обжигая каждый миллиметр кожи и медленно царапая плоть изнутри.

— Ксу-у-у... У-у-у-ухссс... А-а-ау-у-уссс... Я-я... Я... Кхас-кхас... Я... Р-роштена... Сстопы... С-слуш... Кхас... Ссслушить... Л-лютям... Я... У-у-ухс... У м-меня... Н-н... Нес... Ксу-у-у-у... – ламия не вытерпела сильного жжения и снова начала всхлипывать, зажевав окончание фразы.

Девочка не могла говорить, когда её хвост едва ли не разваливался на мясные лоскуты от сильнейшей агонии.

Каково будет обычному человеку, если у него с ног сорвать кожу, осыпать плоть солью, а потом ежеминутно бить по этим конечностям?

— Ох-хо-хо, прекрасно... Прекрасно! Не хочешь говорить? Ах, не получается? Ничего-ничего, рано или поздно ты сможешь! Ха-ха-ха, я в тебя верю! – мужчина безумно рассмеялся и вновь яростно хлестнул рабыню по макушке хвоста, частично раздробив его окончание.

— А-А-АХСА-А-АС!! – ламия раздирала горло, завывая на весь зал, и одновременно вырывалась из верёвок с такой силой, что уже раздавался хруст костей.

Аристократ фанатично вбивал в хрупкую спину девочки заострённый язычок кнута, обратным рывком выдёргивая кусочки мышц и шматки некогда шелковистой кожи.

Иногда дворянин возвращался к высеканию алых чешуек или переламыванию кончика хвоста.

Мужчина даже не пытался сдерживать счастливую гримасу, до конца отдаваясь приятному действу.

Изуродованная рабыня билась в судорогах и сквозь хриплые вопли умоляла своего мучителя остановиться.

Ламия безостановочно кричала одну и ту же фразу, но стоило ей ошибиться хоть в одном слове, как из ободранного хвоста девочки незамедлительно вышибалось ещё несколько чешуек, оголяя нежную плоть рабыни.

Уже через пять минут, на ламию не могли взглянуть без отвращения даже некоторые гости коллекционера.

Вся спина девочки была раскурочена глубокими кровоточащими ранениями и буквально исходилась болезненными конвульсиями.

Теперь при каждом взмахе аристократа, рабыня лишь слабо подрагивала, мутным взглядом следя за тем, как рядом с ней падает очередной кусок её плоти или клочок рубиновых волос.

Ламия ещё не умерла от боли и не потеряла сознание только благодаря специальному руническому ошейнику, который удерживал разум девочки в активном состоянии и следил за общим самочувствием рабыни.

— Ха-а-ах... Чёрт... Больше... Хух... Не могу... Фхаа... Эй! Змеиная гниль... Ха-а-а... Повторяй! Я жду... Фух...

Аристократ обливался потом и пошатывался от напряжения, пытаясь отдышаться, пока ламия в очередной раз воспроизводила уже заученную фразу.

Голос девочки заметно осип, потеряв былую звонкость, и теперь больше походил на скрипящий шёпот.

— Я... Роштена... Кхас... – внезапно, рабыня сплюнула немного алой жидкости, но тут же продолжила говорить, чтобы не разозлить дворянина. – Исссклюсси... Тельно... Тля токо, сстопы... Пес... П-пессспре... Косссловно... Кхас... П-повиноватьссся... Лютям...

Последнее слово ламия невольно произнесла с такой ненавистью, что испугалась, не заметит ли этого мужчина.Однако, последний до сих пор восстанавливал дыхание, в пол уха слушая девочку.

— У м-меня... Скха-скха... Нес... И никокта не путет... П-права на в-волю... Я путу сссо всссем... У-усссертием... Кхас... Покотворить и ле... Л-лелеять селовека, как... Сссвоего влатыку... Кха-кха-кхас... – рабыня вновь подавилась кровью и зашлась в приступах конвульсивного кашля. – Я... Н-неприменно вы... Выполню... Люпой п-прикас... Сссколь пы тяш... Тяшёлым он не пыл... Я... Я...

— Хаа... Ну же! Говори!! – надрывисто вскрикнул аристократ, слабо ударив хлыстом по запачканному полу.

— Я... С велиссайшим сссассстьем... П-пошертвую сссвоей... Сках... Абсссолютно н-никссёмной шиснью... По п-первому сову... Высссших сссуссессств... Я... Кхас-кхас! Сху-у-у... Я... Я ни... Никокта не осссмелюсссь... П-перессить... Воле хося... Йна... Хсу-у-ух... – с трудом прошептав свою речь до конца, рабыня совершенно ослабла и безмолвно повисла на окровавленных путах.

— Пхах... Пха-ха-ха-ха! – взмокший дворянин злорадно расхохотался, наслаждаясь своим могуществом и полной беспомощностью ламии. – Ха-а-ах... Ну что же... Фхаах... Хорошо-хорошо... Ты заслужила ценное вознаграждение за свои... Хах... Старания... – мужчина немного отошёл от изморённой девочки и перехватил кнут поудобнее. – Ха-ха... Хах... А вот и финальный... Дар! – собрав последние силы и громко вскрикнув, аристократ взмахнул плетью и перед ударом даже взял короткий разбег.

Однако, последний выпад оказался не слишком удачным и попал рабыне в правое плечо, буквально выдрав кожу вместе с кусками мышц.

После этого кнут добрался до хрупкой кости ламии и тут же раздался отвратительный треск, который услышали все без исключения.

— А... Аха... Хса-а-а... – сначала девочка изумлённо открыла рот, чтобы заверещать от ошеломительной боли, но вместо дикого крика вырвался лишь сдавленный хрип, полный бесчеловечной агонии.

Наконец, на шее рабыни ярко засияли малахитовые руны, а кнут слабо завибрировал в руках дворянина.

В тот же момент глаза ламии закатились, после чего девочка незамедлительно потеряла сознание и обессилено повисла на окровавленных шнурах.

Подобные сигналы говорили о том, что ещё немного и рабыня банально погибнет от жутких мучений.

И это вполне можно заметить, всего один раз взглянув на некогда весёлую и жизнерадостную ламию.

Запястья девочки настолько сильно стёрлись за время экзекуции, что в нескольких местах даже оголились кости, создавая ощущение, будто ладони скоро и вовсе оторвутся.

Большая часть прекрасных алых волос рабыни изорвалась от безумных ударов плети, из-за чего они клоками валялись рядом с ламией.

На спине девочки почти не осталось живого места, всю плоть укрывали огромные неровные раны, испещряя кожу рабыни вдоль и поперёк.

На хвосте ламии выбили большинство маленьких чешуек, и теперь из этих ссадин неспешно вытекала свежая кровь, позже смешиваясь с остальными полосками рубиновой жидкости и скапливаясь в небольшую лужицу под девочкой.

Общее состояние рабыни было столь ужасным, что пленники, наблюдавшие за всем процессом из клеток, не могли долго сдерживать тошноту, взирая на искалеченное тело маленькой ламии.

— Господин Гариус, думаю, на этом стоит остановиться. – спокойно проговорил статный аристократ, со странной неприязнью поглядывая на запыхавшегося дворянина. – Я понимаю, что данная особь совершила непоправимую ошибку, но если вы просто убьёте её, ламия точно не сможет раскаяться. – высказался коллекционер, тревожно поглаживая волосы и разглядывая едва живое тело девочки.

— Ххаах... Да, вы... Фаах... Правы... Подождите... Хаа... Надо перевести дух... – примерно минуту аристократ неспешно прогуливался из стороны в сторону, пытаясь расслабиться и унять дрожь в руках. – Кхм... Что же, это уродливое существо получило заслуженное наказание! Теперь, вы вольны делать с ней всё, что пожелаете, она более не интересует меня! – уверенно воскликнул кудрявый дворянин, отдавая кнут подбежавшей прислуге.

— К сожалению, я более не нахожу пользы в данном экземпляре, поэтому заранее подготовил определённые мероприятия...

Статный мужчина задумчиво почесал подбородок и знаком подозвал стражу, охранявшую входы в зал.

— Мои целители немного подлатают раны ламии, после чего я собираюсь передать её знакомому работорговцу, чтобы тот продал эту особь на каком-нибудь низкосортном рынке рабов.

— Хах, значит, желаете избавиться от мусора? Здравая мысль! Но разве она не слишком редкий экземпляр вашей коллекции, чтобы просто выбрасывать её? – с лёгкой усмешкой спросил аристократ.

— Я часто обновляю свою выставку, так как со временем любая вещь имеет свойство приедаться... Хотя, в данном случае сложилась несколько иная ситуация... Понимаете, эта ламия обладает чересчур скверным поведением.

— Ха-ха-ха! Что правда, то правда! Но после нашего общения она, безусловно, станет куда послушнее! К тому же, вы можете просто обратиться к магам... – с лёгким намёком протянул дворянин.

— Мне не интересно наблюдать за безвольными куклами, ведь если сломить разум ламии, то останется лишь пустая оболочка... А по поводу наказания... Сомневаюсь, что это надолго исправит её поведение.

— Ха-ха-ха! Ну, не мне вас учить, господин Катар! Что же, прошу меня извинить, но я несколько увлёкся и похоже, опаздываю на одно важное собрание!

— Уже покидаете нас? Хм... Понимаю, тогда передавайте мои наилучшие пожелания графу Дириану. – слегка улыбнувшись, промолвил коллекционер.

— Ха-ха-ха, мой отец довольно занятой человек, но ради вас я постараюсь донести это сообщение! Ещё раз извиняюсь! Господа, приятно было пообщаться! – мужчина быстро откланялся гостям и в сопровождении нескольких стражников спешно отправился к выходу.

— Эх... Неужели, всё закончилось... – устало прошептал статный аристократ, поглаживая седеющие волосы.

Коллекционер спокойно взглянул на двух рыцарей, стоявших рядом с ним в ожидании указаний и слегка помотал головой, прогоняя тяжёлые мысли.

— Не стоите, как истуканы! Отнесите рабыню в лазарет, пока она не умерла и скажите целителям, чтобы не скупились на эликсиры... – с лёгким недовольством пояснял дворянин, удручённо рассматривая полумёртвую ламию. – Хм... И ещё, запретите им полностью излечивать шрамы, они должны стать для неё напоминанием... И не забудьте позвать сюда горничных!

— Так точно! – бойко вскрикнули стражники и переглянувшись, споро побежали к рабыне.

— Надеюсь, ты правильно используешь этот опыт... Лишь борьба дарует свободу... – тихо пробурчал аристократ, нервно поглаживая седеющие волосы.

Безжизненное тело маленькой ламии висело на двух окровавленных верёвках, её бледное личико покрывали засохшие ручейки слёз и маленькие царапины.

Рабыня потеряла слишком много крови, из-за чего находилась едва ли не в предсмертном состоянии.

Но имея достаточно средств и времени, в этом мире вполне можно спасти человека, стоящего на пороге гибели.

Рыцари оперативно развязали верёвки на изорванных запястьях рабыни, после чего она безвольно шлёпнулась лицом об пол, разбив себе бровь и миниатюрный носик.

— Бор, эльф тебя дери! Я же сказал, осторожнее! А если она отбросит... Этот, ну... Хвост?! – громким шёпотом проворчал стражник, с неприязнью хватая ламию за алые волосы и вытаскивая её из лужи собственной крови.

— Я не виноват! Чёрт... Как ты вообще можешь так спокойно трогать... Это?! – прошипел второй рыцарь, с отвращением держась за хвост девочки.

— Хватит болтать! Потащили уже!

— Не указывай мне! Я и сам знаю, что и как надо делать!

Двое стражников быстро понесли умирающую рабыню в лазарет, попутно заливая пол кровью и не прекращая периодически браниться друг на друга.

"Я помню эту отвратительную боль... Словно в тебя вонзают тысячи изогнутых клыков, и медленно растягивают плоть... В такие моменты любой человек, сколь бы непоколебимым он не был, превращается в настоящее животное, готовое подчиняться кому угодно... Становится идеальным рабом... Не знаю, сколько времени затратили целители, чтобы вылечить мои увечья, но проснулась я уже в клетке, полностью обмотанная бинтами... Как же зудела спина... Ещё несколько суток меня держали за решёткой в каком-то мрачном помещении... Одной в темноте было так тоскливо и... Страшно... Сколько раз я успела заплакать от безнадёжности? Не думаю, что кто-то считал... И всё же, меня перестали морить голодом и иногда приносили пищу... Интересно, с чего бы это? Хотя, не столь важно... Несмотря на то, что раны уже практически зажили, боль не исчезала ни на секунду, терзая моё ослабшее тело каждую ночь... Особенно, если учитывать, что сумерки для меня стали круглосуточными... Жизнь неуловимо превращалась в череду мучений и ненависти... Но кого я ненавидела? Всех людей или каких-то определённых? Не знаю, да и есть ли разница? Что может изменить это знание... И вот, однажды, рано утром в мою своеобразную темницу заглянул коллекционер, в сопровождении полноватого мужчины... Работорговца... Почему-то я хорошо запомнила взгляд моего хозяина... Он был таким... Печальным? Да... Будто ему было жаль... Скорее всего, показалось, ведь уже через несколько часов он продал меня, как ненужную безделушку... И с этого момента началась самая бесполезная часть моей жизни... Как же я не хочу вспоминать..."

Словно повинуясь молчаливому зову, угрюмая тьма начала формировать перед Шиассой грязные улицы и постройки из старого замшелого камня.

Между серых развалин суетилось множество хмурых людей в потрёпанных одеждах, а некоторые из них и вовсе обходились лишь заношенным рваньём.

В воздухе густился безостановочный гомон и ругань, всюду носились торговцы, с неутомимым рвением пытаясь хоть кому-нибудь продать своё барахло.

Часто в толпе оборванцев мелькали головы беспризорников, выискивающих момент, чтобы урвать какую-нибудь безделушку или еду.

Нередко воровство заканчивалось провалом и появлением новых синяков, но подобный опыт с каждым днём лишь закалял их характер.

В итоге, из маленьких грабителей вырастали чёрствые и побитые жизнью мародёры, наёмники или обычные убийцы.

Разумеется, это возможно, только, если они не умрут ещё в юношеском возрасте, что происходило довольно часто.

Девушка быстро вспомнила это неприветливое место - Квартал Нищих, хотя большинство жителей привыкло именовать данную территорию немного проще - Трущобы.

Схожие захолустья существовали практически во всех городах человеческой империи, изменялись только их названия.

Даже более того, эти гиблые участки с каждым годом расползались всё больше, но официальные власти по какой-то причине игнорировали подобные пристанища разнородного сброда.

Правительство, конечно, огораживало такие территории от иных частей города, однако, не вводило никаких мер противодействия... Возможно, они находили в этом свою пользу?

Так или иначе, но в Трущобах постоянно ютилась всевозможная чернь, а вместе с ней и люди, которые по каким-то причинам не имели права ступать в благочестивые края города.

Долго жить в этих притонах могли лишь головорезы, контрабандисты, да бедняки или проще говоря - преступники и бродяги.

Хотя, иногда сюда всё же забредали довольно известные личности, в поисках того, чего не встретить на легальных рынках.

И в данный момент Шиасса неспешно исследовала эти замызганные переулки и обшарпанные стены, созерцая бесконечную суету и толкотню.

Однако, уже через несколько секунд девушку почему-то заинтересовал очередной пыльный навес, установленный на краю неопрятного прохода.

Под изорванным тентом громоздилось несколько ржавых клеток, в тесноте которых томились понурые рабы.

Рядом с небольшими вольерами тревожно слонялся худоватый мужчина, всеми способами завлекая к себе людей, иногда чуть ли не силой подводя их к брезенту.

Но взгляд Шиассы уцепился не за надоедливого торговца, который с неистовой ретивостью пытался втюхать свой товар кому ни попадя.

Девушка задумчиво смотрела на одну из мрачных решёток, постепенно вспоминая какие-то моменты своего прошлого.

Тем временем, за кривыми прутьями уныло скрутилась красноволосая ламия, крепко прижав к себе алый хвост.

"Месяцами меня перевозили от города к городу... От места к месту... Не помню, чтобы я задерживалась где-то надолго... Если бы не статус особо редкого товара, меня давно бы отправили на работы в бездонные шахты или другие более подходящие места... Нужна ли разница в названиях, если ты всё равно умрёшь? Во всяком случае, людей подобное не слишком волновало... Со временем моя цена, как продукта, падала, к тому же шрамы заметно снижали востребованность... Возможно, на ухудшение интереса влияло и то, что я продолжала сопротивляться каждому владельцу... Мне совершенно не хотелось принимать судьбу безвольной куклы, из-за чего наказания от хозяев перестали быть для меня какой-то редкостью... А ведь тогда я действительно считала, что непреклонное упорство, рано или поздно, закончит эту проклятую вереницу угнетений... Естественно, со временем детская наивность сошла на нет... Но в итоге, всё свелось к тому, что я угадила в лапы к обнищавшему работорговцу... Сначала он не поверил своему счастью и тут же вознамерился продать меня в одном из самых гадких мест и без того нечестивого городка... Я даже не запомнила название этой скверной дыры... В любом случае, через несколько дней его постигло разочарование, а моя скудная жизнь вполне могла оборваться в ближайшее время... Ведь Трущобы банально не предназначались для нормальных покупателей... Что если тебя приобретёт какой-нибудь изверг, садист или безумный учёный? Хотя, такое часто случалось и на легальных рынках... Однако, я точно помню, что меня ждала иная судьба... Но какая именно?"

Внезапно, картина мира перед Шиассой встрепенулась, после чего девушка услышала громкий треск, схожий со звуком разрывания ткани.

Тем временем, небольшой огонёк, до этого спокойно витавший рядом с Шиассой, начинал агрессивно колыхаться, постепенно закручиваясь в тревожном вихре и увеличиваясь в размерах.

Пока девушка отвлекалась на зловещие метаморфозы, к порванному навесу подошла невысокая персона, облачённая в тёмный плащ с глубоким капюшоном.

"Ч-что происходит?! Не похоже на обычные изменения... Подождите... Этот человек... Он... Он кого-то мне напоминает... Кажется... Я где-то встречала его?"

Окружающее пространство трясло всё сильнее, многие постройки окутывал голодный туман, скрывая полуразрушенные дома за клубами бесформенной мглы.

Люди, бродившие по старым улочкам и площадкам, незаметно растворялись в тяжёлых потоках небытия, забирая с собой шумы и звуки угрюмых Трущоб.

Алое пламя подле Шиассы, словно чувствуя активность тьмы, бурно наращивало свой объём и одновременно посылало девушке волны горячей энергии.

"С-стойте! Я... Я хочу узнать, кто он!"

Шиасса всеми силами пыталась разглядеть лицо незнакомца в смоляной накидке, но плотный балахон не давал ей такой возможности, укрывая человеческий лик зыбкими тенями.

В то же время, загадочная личность подступила к одной из клеток, в которой молчаливо теснилась безрадостная ламия.

— Вах! Покупатель! Пожалуйста-пожалуйста, не стесняйся, выбирай! Я имею товар-р-р на любой вкус! А ещё, только сегодня и только для тебя, готов сбросить цену на двадцать процентов!! Да спалит меня дракон, если сбрешу! – работорговец тотчас завилял рядом с потенциальным клиентом, спешно описывая огромные плюсы каждого пленника и заоблачные перспективы своей лавки, в частности.

Неожиданно, человек в тёмных одеяниях заинтересованно взглянул на хмурую рабыню.

Последняя, в свою очередь, и не думала реагировать на присутствие сторонних людей, уныло поглаживая свежие шрамы на алом хвосте.

— Т-такая молодая, а уже... Кхм, девочка, как тебя зовут? – из-под надвинутого капюшона донёсся совсем незрелый голос, принадлежавший юноше возрастом не более четырнадцати лет.

"Я... Я точно когда-то слышала его! Не могу вспомнить... Но я уверена, что он важен для меня! Кто же ты..."

С каждой секундой туманную вселенную лихорадило всё активнее, повсюду распахивались пугающие бездонные щели, из которых медленно вытекал тягучий пар, растворяя память Шиассы словно едкая кислота.

Ещё немного и в бесконечной длани сумрака останется лишь один нетронутый пятачок живого пространства, где и находилась маленькая ламия.

— Эм... Извини, т-так ты не скажешь, как тебя зовут? – незнакомец вновь робко обратился к девочке, которая продолжала бессовестно игнорировать его, увлечённо ковыряя очередную иссохшуюся чешуйку.

— Гынидина! Сколь мне ещё с тобой мытарствовать?! А ну, немедля отчеканила господину! Иль хочешь снова испытать на себе мощь этого камушка?! – худощавый работорговец гневно закричал на ламию и тут же достал странную плитку, угрожающе покрутив ей перед девочкой.

Рабыня неохотно повернулась к торгашу и одарила того злобной гримасой, после чего безразлично перевела усталый взгляд на скрытного юношу, и бегло осмотрев его, наконец, решила ответить.

— Кс-с-са... Меня сссовут... Шиасса. – ламия равнодушно промолвила своё имя и уже хотела продолжить чрезвычайно увлекательное занятие, но невольно, обратила внимание на странные действия человека.

Юноша не спеша поднял руку и аккуратно стянул с головы капюшон, открывая взору девочки густую чёрную шевелюру и дружелюбную улыбку.

"Н-нет... Это же... О-он... Н-не м... Может быть..."

Красноволосая рабыня удивлённо смотрела в завораживающие ярко-голубые глаза молодого человека.

При всём желании ламия не могла перестать разглядывать их, казалось, будто они светились бесконечной добротой и пониманием.

— Шиасса?

Юноша вновь тепло улыбнулся и наклонившись поближе к застывшей девочке, протянул ей свою узкую ладонь через ржавые прутья.

После этого молодой человек застенчиво взглянул на ламию и промолвил мягким голосом.

— Очень красивое имя... Н-но ты не против, если я буду называть тебя Шиа-сан?

"О-он! Я вспомнила! Нобуо-сан!!"

Стоило девушке мысленно воспроизвести эту фразу, как в тот же момент, маленькую ламию, вместе с голубоглазым юношей и работорговцем заволокла первородная тьма, окончательно покорив этот неведомый мир.

"Н-нет! Нобуо-сан, не покидай меня!! Я... Я не убивала её! Это не я... Умоляю, поверь мне... В-вернись... Помоги..."

Шиасса понимала, что сейчас могильная тьма вновь начнёт разгрызать её душу, поэтому испуганная девушка заранее приготовилась к резким порывам агонии.

Но вместо жуткой боли, она почувствовала лишь волны уютного тепла, а сумрачная мгла буквально на глазах отступала, сдавая позиции свирепому жару.

Ревущее пламя безудержно испепеляло любые препятствия на своём пути, одновременно с этим охватывая Шиассу яркими огненными нитями.

Казалось, словно в никлом царстве Пустоты восходило алое солнце, освещая саму бездну обжигающим сиянием.

"Невероятно! Оно так... Прекрасно... Но почему мне кажется, что я помню его? Да... Этот жар... Столь ужасающая аура..."

Сознание девушки с ошеломительной скоростью наполнялось бесчисленными воспоминаниями, заставляя Шиассу буквально остолбенеть от резкого потока знаний.

В то же время, яростное пламя беспрерывно вырывало девушку из царства вечного забвения, не обращая внимания на жалкое сопротивление несметного множества падших душ.

Даже ледяная мгла бессильно расступалась пред жгучими лучами кроваво-рыжего солнца.

В сознании Шиассы мелькали сотни изображений её жизни, незаметно сливаясь в единую сферу внутри разума девушки.

"Это пламя... Оно такое... Жестокое... Но я не помню... Чьё же..."

Внезапно, в разум Шиассы ворвались залпы ослепительного сияния, привнося с собой десятки тысяч шумов и ощущений.

Девушка едва не закричала от невероятного количества информации, впитываемого её разумом.

Шиасса упорно пыталась разобраться в этом хаосе, одновременно сдерживая вопль, рвущийся наружу из глубин её сознания.

Наконец, какофония диких мерцаний завершилась и девушка с удивлением заметила, что может управлять своим телом.

Не раздумывая ни секунды, она распахнула свои веки, но тут же зажмурилась из-за обилия яркого света.

— Ахс-с-с...

Однако, временная слепота перестала быть главной проблемой Шиассы, когда она почувствовала, что её хвост обвился вокруг чьей-то тёплой фигуры.

В данный момент ламия не справлялась со своими ощущениями и не могла нормально ориентироваться в пространстве.

Но она вполне осознавала, что это туловище принадлежит человеку, а ещё оно двигается... И судя по всему, крайне сноровисто.

Кроме того, девушка улавливала рядом с собой приглушённые крики, но не придавала этому значения, ведь сейчас у неё хватало и других проблем.

В процессе тяжёлого пробуждения Шиасса не забывала следить за тем, как тело, от которого она питала тепло, совершало порывистые пируэты, словно очерчивая жгучий танец.

Казалось, будто этот человек делал всё по заранее продуманному ритму, не упуская даже самых малейших деталей и лёгких поступей.

На несколько мгновений ламия даже увлеклась ощущениями столь неистового, но одновременного такого манящего круговорота, забыв про остальные вопросы.

Однако, всего через несколько секунд девушка почувствовала до боли знакомые порывы холодного ветра.

Помимо этого, к Шиассе постепенно возвращались и другие способности, в том числе и слух.

— Н-н-нет!! Прости! Прости меня!! Нет! Я не хотел те... Бхар!!

Неожиданно, до ламии донёсся жалобный вопль, после чего совсем рядом, словно прямо под её ушами, раздался неприятных хруст и крик моментально оборвался.

Девушка усердно пыталась хоть что-нибудь рассмотреть, но глаза до сих пор не желали привыкать к чересчур интенсивному свету, показывая Шиассе лишь размазанные мелькания бесформенных силуэтов.

— К... Кир... К-кир! Кир!! Ф-фстафай! По... Ах? Н-ньэт... Н... Ньэт! П-постой! Секу... Кхох... Ньхэ-э-эт! Кххр-р-рох... Блькох...

Полусонная ламия больше не могла терпеть грызущего интереса и через силу всё же распахнула глазки, немного поморщившись из-за слепящего солнца.

Но уже через мгновение девушка поняла, что лучше бы она и дальше прозябала в неведении, ведь картина, которую запечатлела Шиасса, надолго отложится у неё в памяти, как самое жуткое пробуждение за многие годы.

В нескольких сантиметрах от головы ламии находилось лицо молодой беловолосой девушки.

Из её перепуганных глазок вытекали струйки слёз, а челюсть распахнулась с такой силой, что едва ли не трещала от напряжения.

Однако, самое неприятное заключалось в том, что ровно в сантиметре от носика Шиассы остановилось ржавое лезвие, насквозь пробившее затылок светловолосой девушки и вышедшее через её гортань.

В этот момент, течение времени для ламии словно завязло, она даже успела рассмотреть каждую капельку пота на искажённом от ужаса лице незнакомки.

Наконец, кинжал с громким чавканьем и треском провернулся в горле трясущейся девушки, раскрошив ей несколько зубов и разорвав мягкую плоть.

Повторив данную манипуляцию ещё несколько раз, кто-то грубо выдернул клинок из головы незнакомки и Шиассу мгновенно залило крупными брызгами крови.

Беловолосая девушка тут же зашлась в конвульсиях, продолжая рефлекторно цепляться руками за левое плечо ламии и попутно окроплять последнюю горячей влагой.

Шиасса изумлённо смотрела на то, как тело незнакомки с противными хрипами опадало на землю рядом с ней.

Светловолосая девушка ещё несколько раз вздрогнула в предсмертной агонии и наконец, издав последний булькающий вздох, погибла прямо на глазах у ламии.

Некоторое время Шиасса лишь ошеломлённо взирала на свежий труп неизвестной и старалась переварить случившееся, пустыми глазами осматривая кровавые разводы на своих руках.

Но не прошло и десяти секунд, как по утреннему лесу прокатился оглушающий визг, наполненный первозданным ужасом.

Мерно раскачиваясь из стороны в сторону, крепкие стволы елей и сосен орошали росой грубую землю утреннего леса.

Гулкие потоки холодного ветра неспешно огибали холмы и низины, словно проверяя, не поселилось ли на их территории чужеродное тепло.

Где-то вдали едва слышно подвывали Ледяные волки, сражаясь со своими же сородичами за право урвать кусочек от немногочисленной дичи этого сурового леса.

Казалось, ничто не способно нарушить вечный цикл дикой природы и вывести её систему из привычного равновесия... Если бы не одна маленькая чешуйчатая проблема.

— Кссьяа-а-а-а!! – по всей округе Морозного леса разливался истеричный вопль перепуганной ламии, привлекая внимание каждого зверя на расстоянии нескольких километров.

Шиасса визжала, что есть мочи, совершенно потеряв голову от ужаса, ведь девушка никак не ожидала искупаться в чьей-то крови, едва разлепив веки.

Ко всему прочему, от силы несколько секунд назад, прямо перед её носом находилось ржавое лезвие, едва не отправившее её в царство вечных снов и это явно не придавало ламии дополнительной храбрости.

В порывах паники Шиасса даже не заметила, как буквально впилась в плечи неизвестного человека, к тому же крепко обвив последнего своим алым хвостом.

Девушка могла бы ещё долго заходиться в истошных криках, оглашая длани некогда тихого леса, но...

— Заткнись.

Буквально в двадцати сантиметрах от правого уха ламии раздался громкий и уверенный приказ, не оставлявший даже малейшего шанса на пререкания.

Стоило Шиассе услышать всего одно слово, как в тот же момент она резко поперхнулась собственным визгом.

Голос, возникший совсем рядом с ней, казался настолько пронизывающим и неестественно спокойным, что у девушки даже пробежался острый холодок вдоль позвоночника.

Последний раз ламия испытывала подобное чувство, когда вместе с Набуо-саном и группой авантюристов случайно наткнулась на логово болотного Тролля... Сколько людей погибло в том бою... А если бы тогда не было Набуо-сана, то и она сама...

И вот, сейчас Шиасса вновь на каком-то подсознательном уровне понимала, что если она сию же секунду не исполнит приказ, то не пройдёт и мгновения, как ей придётся сильно пожалеть об этом.

Невольно сжавшись от напряжения, девушка крайне осторожно повернула голову чуть правее, желая увидеть обладателя этого ледяного голоса.

Но в который раз, ламия прокляла себя за излишнюю любознательность.

Ведь то, что узрела Шиасса, вызвало у неё, куда больший страх, чем какой-то безобидный восьмиметровый Тролль.

Всего в нескольких сантиметрах от лица девушки умудрилась расположиться миниатюрная преисподняя.

Два пылающих огонька, наполненных вихрями инфернального пламени, беспрестанно сверлили онемевшую ламию.

Шиасса чувствовала себя лишь жалкой слизью, неосторожно попавшей под стопу повелителя демонической армии.

Девушка боялась даже вздохнуть, не смея совершать какое-либо действие без приказа истинного властителя разрушений... Ламия безмолвно взирала на бесконечные потоки монументального пламени, понимая, что всего через несколько мгновений её душа и разум банально испепелятся, не выдержав и десяти секунд контакта с энергией высшей агонии... Но она желала до самого конца смотреть в завораживающие очи своего властелина... Она готова повино...

— Слезь.

Внезапно, разум ламии будто вырвали из океана незатухающего огня, вернув её к холодным реалиям.

— К... Кса?

Шиасса недоумённо затрясла головой, пытаясь вновь сфокусировать зрение на окружающем мире.

Казалось, словно всего мгновение назад она находилась в каком-то глубоком трансе и вместе с миллионами существ внимательно следила за действиями своего непоколебимого повелителя.

Теперь же, переведя слегка помутнённый взгляд чуть ниже, девушка во второй раз заметила, что её хвост полностью обвил голый торс красноволосого парня, стоявшего посреди небольшой полянки, образованной рядами стройных деревьев хвойного леса.

Ламия, в свою очередь, повисла на щупловатых, но довольно жилистых плечах юноши, всем телом прижавшись к его тёплой спине, будто детёныш виверны.

— Кся... Сках... Я... Я-я... Э-это... Слх-ся...

Стоило Шиассе осознать, кого именно она обвила хвостом, как из неё непроизвольно посыпались забавные звуки, похожие на блеющее шипение, вперемешку с редкой икотой.

Девушка в панике начала искать любые оправдания, даже забыв про ситуацию, в которой ей довелось пробудиться.

Но заметив, что юноша продолжал бурить её пламенным взором, ламия поняла - первым делом выполнить указание и только потом разговаривать.

Шиасса второпях ослабила давление уже задеревеневшего хвоста, из-за чего сразу же повалилась на спину.

Чудом смягчив падение, девушка окончательно сползла с Брутала и на всякий случай, даже отодвинулась на несколько метров от молодого человека.

— Кхас... Я... Н-не... Не хосела... Телать... Схас... Поссему ты... Это...

Ламия не представляла с чего начинать разговор, поэтому хотела узнать, что вообще произошло и почему она до сих пор жива, а не переваривается в желудках диких зверей.

Но хмурый юноша одним пронзительным взглядом вновь заставил её умолкнуть.

Несмотря на внешнее спокойствие молодого человека, Шиасса буквально на уровне осязания чувствовала, как от него волнами расходится сильнейшее недовольство и почти нескрываемая ярость.

Наверное, каждому взрослому жителю Шаблониума известно, что почти у всех видов зверолюдей есть своя уникальная особенность и "змеелюдки" не стали исключением.

Практически любая ламия может довольно точно распознать эмоции и чувства других существ, даже когда последние желают скрыть их.

Чаще всего, данная способность не приносит владельцам особой пользы, так как не была изучена даже на поверхностном уровне.

И по этой же причине с её помощью, получается распознавать лишь особо яркие и выделяющиеся эмоции.

Разумеется, иногда отдельные группы крайне бойких ламий пытались выяснить, каким путём можно совершенствовать подобное умение.

Но из-за полномасштабного геноцида, учиняемого человеческой империей, все исследования погибали ещё на стадии зарождения.

Лишь в редких случаях, у отдельных особей с большим талантом получалось хотя бы немного развить и понять эту расовую особенность в одиночку.

Одной из таких исключительных ламий, как раз и стала Ссиа - мать Шиассы.

К концу своей жизни она достигла заметных высот в использовании данной способности.

И хотя Ссиа крайне редко рассказывала дочери что-либо о своей силе, она всё же старалась обучить девочку контролю над её навыками, устраивая последней загадочные тренировки... К сожалению, Шиасса почти не запомнила их.

По какой-то причине, к окончанию упражнений она всегда теряла сознание, просыпаясь уже в собственной постели, в то время, как мама взволнованно крутилась рядом.

Но даже со столь скудными успехами, благодаря относительно регулярным тренировкам, красноволосая девочка, ещё до разрушения родного селения, владела своими способностями на уровне почти взрослой ламии... Хотя, как и говорилось ранее, толку от этого было не много.

И всё же, лишь с помощью данного навыка, сейчас Шиасса могла ощутить, как из юноши, стоявшего неподалёку, буквально вырывались волны едва сдерживаемой жестокости.

Конечно, девушка и раньше замечала в нём странные, даже инородные эмоции, которые совсем несвойственны людям.

Именно из-за этого, она так и не смогла полностью воспринимать его, как обычного человека.

Однако, если ранее ламия, в лучшем случае, могла нечаянно обнаружить тонкие нити приглушённой ярости, то после пребывания внутри того мистического кошмара, она куда лучше ощутила на себе... Это.

Шиасса не представляла, как охарактеризовать подобные видения словами, но аура Брутала сейчас не то что не похожа на человеческую... Даже с самой грубой натяжкой её вряд ли можно притянуть к ореолу живого существа!

Словно перед тобой возвышается чудовище, с трудом поместившееся в неудобную человеческую оболочку и теперь оно пытается вырваться на свободу.

К сожалению, ламия при всём желании так и не смогла понять большего, ведь у неё банально не хватало ни сил, ни опыта, поэтому она решила списать эти пугающие странности на собственную усталость.

Да и чем дольше Шиасса исследовала ауру этого... Героя... Тем хуже ей становилось... Интересно, почему боги решили послать именно его?

Наконец, почувствовав лёгкую тошноту, девушка решила остановить непреднамеренный анализ юноши.

Слегка помотав головой, она вновь посмотрела на молодого человека, ожидая увидеть, как тот уже отправляется в путь, бросая её в одиночестве.

Но к удивлению ламии, Брутал вместо того, чтобы, как обычно, срываться в дорогу и без устали нестись вперёд, тщательно пережёвывал какой-то маленький листочек ядовито-синего оттенка.

При этом юноша выглядел очень недовольным, постоянно нахмуривая брови... Хотя, Шиасса не совсем уверена, умеет ли он вообще радоваться.

Даже с повышенной чувствительностью к различным эмоциям, девушка ещё ни разу не замечала, чтобы этот герой излучал радость... Разве что, всего однажды ламия уловила слабую нить печали, когда тот увлечённо разглядывал солнце.

Неужели, он не способен испытывать счастье? Но это же невозможно... Ведь должно быть хоть что-нибудь интересное для него?

Поняв, что всё равно не найдёт ответа, ламия перенесла своё внимание на внешний вид молодого человека... И сказать, что он улучшился, не поворачивается язык.

Чем мог заниматься Брутал, пока я... Хорошо бы ещё узнать, что именно со мной произошло... Не висела же я на нём с того момента, как потеряла сознание?

И всё же, сколько времени прошло, если он умудрился так себя потрепать?!

Когда Шиасса в последний раз видела юношу, на его теле ещё не появилось такого количества новых ранок и царапин.

А бинты, которыми девушка обматывала израненную руку молодого человека и вовсе успели запачкаться и частично порваться, оголяя жуткое увечье, оставленное Ледяным волком.

Ко всему прочему кожа Брутала покрылась крупной испариной, а грудь, исполосованная множеством мелких царапин, часто вздымалась, ясно показывая, что его организм совсем недавно перенёс тяжёлые нагрузки.

Если тело юноши и дальше будет работать в таком жестоком режиме, то это может закончиться довольно плачевно.

Буквально за секунду в разуме девушки промелькнула мысль сомнения: "Смогу ли я заставить его помогать мне?"

Но стоило ей снова взглянуть на не самое лучшее состояние молодого человека, как за прошлой мыслью незамедлительно явилась и следующая: "А сможет ли он сам прожить дольше недели с подобным поведением..."

Несмотря на то, что ламия до сих пор не узнала о событиях, произошедших за то время, пока она находилась в кошмаре, Шиасса хорошо помнила, зачем отправилась вслед за этим посланником.

И после недавнего сна, девушка только сильнее уверилась в том, что обязательно настигнет свою цель... Однако, без помощи этого ненормального человека, ламия не сможет даже безопасно подступить к ближайшему городу, чего уж говорить о большем.

Проведя почти год в команде Нобуо-сана, Шиасса хорошо уяснила - практически каждый посланник ничего не знает о том месте, в которое попадает.

Разумеется, существовали и исключения, однако, в большинстве своём, герои вели себя диковато именно из-за того, что не владели какой-либо информацией... Хотя, поведение этого человека сильно выбивалось из нормы даже по меркам посланников... Но именно на его незнании девушка и построит свой план!

Так или иначе, у Шиассы оставалось не слишком много вариантов - либо она всеми возможными способами принудит этого странного героя помочь ей в поисках своей цели, либо... Умрёт.

Если она не сможет найти его и убедить в своей невиновности... У неё больше не останется какого-либо смысла в этой жизни... Она обязана доказать ему!

В этот раз Набуо-сан точно поверит мне! Ведь я не убивала эту отвратительную...

— Нет.

Внезапно, Брутал, доселе жевавший подозрительного вида листок, заговорил, чем не на шутку перепугал глубоко задумавшуюся девушку.

Ламия взволнованно посмотрела на молодого человека и посчитав, что тот, наконец-то обратился к ней, пожелала вытянуть из него все возможные сведения.

— Н-нес? Ссто... – едва Шиасса обрадовалась тому, что сможет получить хоть немного важной информации, как юноша вновь перевёл на неё свой опаляющий взгляд.

Девушка тут же прикрыла рот, хотя в этот раз не удержалась и с явным недовольством заколотила хвостом по холодной земле.

Повинуясь странному рефлексу, ламия надула щёчки и отвернула голову, тем самым выражая глубочайшую обиду грубияну, стоявшему неподалёку.

Почему она должна молчать?! Неужели, так сложно объяснить, что происходит?! Воспринимает меня, как... Пустое место.

Ко всему прочему, небольшие порывы колючего ветра вынуждали Шиассу в который раз сжиматься от противного холода, чем ухудшали и без того не слишком приятное настроение девушки.

Хотя, ламия всё же с лёгким удивлением подметила, что вокруг стало куда теплее, чем раньше, да и сам ветер теперь не казался настолько пронзительным, как до потери сознания.

Но в данный момент, это совсем не волновало Шиассу, ведь девушка, наконец набралась храбрости, дабы выразить Бруталу всё скопившееся негодование!

Ещё одна причина, по которой ламия крайне редко задерживалась у какого-либо хозяина дольше трёх месяцев - довольно эмоциональный и вспыльчивый характер.

Зачастую, Шиасса старалась вести себя тихо и со стороны даже могла выглядеть немного стеснительной.

Однако, так казалось ровно до того момента, как она накапливала в себе достаточное количество недовольства.

И в данный момент девушка уже собиралась устроить этому дикарю возмущённую тираду, но внезапно, взгляд ламии привлекло загадочное сияние на одном из пальцев юноши.

Шиасса с удивлением обнаружила, что на правой руке юноши находилось искусное серебряное кольцо, в которое вмонтирован крупный огранённый рубин тёмно-кровавого окраса.

Возможно, на девушку повлиял естественный интерес к украшениям, но ламия и думать забыла про какое-то недовольство.

Красочный аксессуар полностью занимал внимание Шиассы, увлекая молодую девушку своим ярким блеском и необыкновенным видом.

Сощурившись и приложив немного усилий, ламия даже разглядела на широкой серебряной шинке загадочные иероглифы.

К сожалению, Шиасса не смогла осмотреть их получше с такого расстояния.

Девушка хотела приблизиться к Бруталу, чтобы во всех деталях изучить это ювелирное чудо, но какой-то тихий шёпот настойчиво удерживал её от подобного действия.

Казалось, словно едва заметная, практически неслышимая речь проистекала в разум ламии прямо из загадочного кольца.

Шиасса с двойным интересом начала прислушиваться к слабому потустороннему голосу, ритмично постукивая алым хвостом по короткой траве.

Но не прошло и секунды, как шёпот немедленно пропал из её головы, будто лёгкий мираж.

Немного расстроившись, ламия вновь перевела всё внимание на удивительный аксессуар.

Даже Шиасса, практически не встречавшая украшений лучше, чем грубые металлические браслеты, понимала, что данное кольцо создано настоящим мастером своего ремесла.

А ведь девушка рассматривала его с немалого расстояния! Интересно, как оно выглядит вблизи...

Однако, стоило ламии вновь попытаться разглядеть сверкающие иероглифы, вырезанные на серебряной шинке, как её разум незамедлительно облюбовал пронзительный скрежет.

— Кхс-с-с-с... – Шиасса тут же недовольно зашипела и поморщившись, бросила затею с изучением символов.

Однако, прямо перед этим девушка успела заметить странный блеск, из-за чего не удержалась и снова посмотрела на необыкновенное кольцо.

От крупного драгоценного камня исходил едва заметный огонёк!

Если с такого расстояния взглянет обычный человек, то заметит лишь солнечный блеск, отражавшийся от чистого серебра.

Но ламия обладала отличным зрением и хорошо видела, как по ладони юноши расползался тонкий слой алого пламени!

— Она?

Внезапно, молодой человек с лёгким недовольством воззрился на девушку, заставив последнюю съёжиться от напряжения.

Минуту назад Шиасса хотела излить на юношу море недовольства, но сейчас чувствовала, будто её выворачивают наизнанку и сканируют каждый миллиметр организма.

Ярко-рыжие глаза Брутала быстро скользили по телу ламии, изредка останавливаясь на мелких шрамах или выцветающих чешуйках.

— С-сто? – девушка несколько смутилась такому вниманию и с плохо наигранным вызовом обратилась к молодому человеку.

Шиасса чувствовала себя крайне неловко, будто стояла перед юношей абсолютно нагой.

Хотя, кому есть дело до её голого тела... Но ведь в тот раз... Этот человек...

Нет! Тогда была лишь естественная реакция организма на утро! Набуо-сан однажды рассказывал про что-то такое... Да, она здесь не при чём... Даже Набуо-сан ни разу не проявил к ней какого-то... Нет-нет-нет!

Ламия спешно затрясла головой и в который раз за последний месяц попыталась выкинуть множество лишних мыслей из головы.

"Нельзя думать о нём! Он предал тебя! Он - предатель... Но... О-он ведь просто не смог выслушать меня, поэтому и... Да... Да! Если бы нам не помешала та остроухая стерва, то Набуо-сан точно поверил бы в мою невиновность!

К-конечно! Набуо-сан просто не знает всего, иначе он не стал бы..."

— Она - бесполезна. Отказываюсь.

Неожиданно, хаотичные мысли Шиассы прервались угнетающим голосом юноши.

Брутал категорично высказался невидимому собеседнику и тут же несколько раз взмахнул ладонью.

Не прошло и секунды, как алое пламя развеялось, словно его и не существовало, а серебряное украшение обрело вид ничем не примечательного кольца из потёртого металла.

К удивлению девушки, загадочные символы, будто пыль слетели с шинки, не оставив и следа.

В итоге, ещё недавно изумительный аксессуар полностью сменил свои очертания, приняв облик дешёвой безделицы.

Взъерошенная ламия совершенно запуталась в происходящем и глазами, полными вопросов и непонимания, воззрилась на человека, замершего среди высоких деревьев, словно живое изваяние.

Она безуспешно пыталась понять: "Откуда этот странный парень получил столь интересный артефакт и с кем он только что разговаривал?"

Кроме того, они обсуждали её? Если да, то почему этот грубиян так уверенно называл её бесполезной?!

Однако, Шиасса осознавала, что сколько бы она не мучилась пустыми догадками, самой узнать хоть что-нибудь, у неё вряд ли получится.

Девушка очнулась от силы пять-шесть минут назад, а уже накопила в себе столько вопросов, что начала забывать некоторые из них.

Но этот человек вместо того, чтобы хоть немного разъяснить ситуацию, не моргая разглядывал ламию, заставляя последнюю буквально изнывать от неудобства.

Наконец, юноша отвернулся от Шиассы и быстро зашагал к одному из мертвецов.

Подойдя к трупу, Брутал начал грубо обыскивать чьё-то тело, периодически забирая вещи, которые заинтересовали его.

Если предмет казался юноше бесполезным, то он просто выбрасывал его, как обыкновенный мусор.

В то же время, на девушку будто снизошло озарение, ведь только сейчас она вспомнила, что всего несколько минут назад Брутал сражался с какими-то людьми.

Ламия немедленно окинула местность вокруг себя беспокойным взглядом и тут же пришла в трепет от увиденного.

Несомненно, Шиасса знала, что юноша не такой слабый, каким может показаться на первый взгляд.

Он явно имеет некоторый опыт сражений, раз в одиночку победил работорговцев... И конечно, девушка знала, что Брутал не отличается большой сердобольностью, иначе ей не пришлось бы так осторожничать с ним.

Но даже удерживая всё это в своей памяти, ламия не могла не изумиться после того, как увидела, что он сотворил со своими противниками на этот раз.

Неподалёку от Шиассы расположились четыре трупа разной степени целости - трое мужских и женский... Однако, девушку удивило не столько наличие мертвецов, сколько причины их смерти.

Одну из погибших ламия уже видела буквально десять минут назад.

Беловолосая незнакомка умирала прямо у Шиассы на глазах, в то время, как Брутал раскурочивал первой затылок кинжалом.

Оказалось, девушка была зверолюдкой из рода волчьих... В целом, довольно распространённый вид, разве что настолько светлая окраска встречалась не часто.

Длинные ушки и белоснежный хвост, заляпанные грязью и кровью, до сих пор придавали ей забавный вид, хотя и было одно "но"...

Бедняга так и осталась погибать с отвратительной дырой в черепе, захлёбываясь собственной кровью и изворачиваясь в приступах агонии.

Судя по дешёвому ошейнику, зверолюдка пыталась добраться до своего хозяина, прежде чем умерла.

Однако, даже она погибла относительно безболезненно, по сравнению с другими незадачливыми путниками.

В нескольких шагах от мёртвой девушки распласталось тело крупного мужчины в поношенных, но всё ещё качественных доспехах из скреплений плотной шерсти и серого металла.

Похоже, что это и есть хозяин беловолосой зверолюдки, но сложно сказать, повезло ли ему больше...

Человек лежал на спине, в то время, как его пустой взгляд продолжал упираться в медленно плывущие облака.

Сквозь хмурые тучи пробивалось яркое солнце, лучи которого опадали на перекошенное ужасом лицо мужчины.

Приглядевшись, Шиасса обнаружила, что его горло было попросту разорвано в клочья.

Казалось, словно кто-то голыми руками вцепился в шею этого человека и буквально вырывал плоть кусок за куском... Через секунду Шиасса даже заметила ошмётки трахеи, лежавшие всего в метре от тела мужчины.

Девушка постаралась унять дрожь, пробежавшуюся по её позвоночнику, и медленно перевела взгляд на труп, который совсем недавно обыскивал Брутал.

Хотя ламия уже не первый раз видела мертвецов, она всё равно не могла заставить себя реагировать спокойнее.

Шиасса просто не понимала, как можно беззаботно воспринимать смерть человека... А уж про убийство и думать не хотелось.

Но самое противное заключалось в том, что именно в этом её и обвиняли... Какой же бред! Да она даже представить не может, какого это... Убивать людей.

И вот, девушка с лёгкой неприязнью смотрела на тело, принадлежавшее ещё одному мужчине в возрасте двадцати лет.

Мертвец был облачён в плащ светло-зелёного окраса, с висевшим на спине колчаном для стрел.

Переборов отвращение, ламия подползла к трупу и присмотревшись к нему получше, нервно заколотила хвостом по земле.

На запястье, высунутом из-под плаща, виднелась синяя эмблема, выведенная нестирающейся краской прямо на коже человека, проще говоря - татуировка.

Она изображала обычную снежинку и кинжал, воткнутый в её центр.

Шиасса прекрасно знала, что обозначают подобные рисунки... Эти эмблемы указывают на принадлежность человека к одной из многочисленных гильдий авантюристов.

Обычно, схожие татуировки наносят в нескольких местах сразу и дополнительно на одежду, так как иногда тела наёмников находят... Не в совсем целом состоянии.

Но для ламии сейчас не это играло важную роль... Ведь, если данные люди - местные авантюристы, значит город должен быть уже совсем рядом!

В разуме девушки моментально зародилось множество вопросов и самые главные из них: "Сколько времени прошло с того момента, как я потеряла сознание?", "Неужели, этот человек тащил меня на себе весь этот путь?!" и "Почему он напал на обычных авантюристов?"

Пытаясь найти хоть какую-то дополнительную информацию, ламия продолжила внимательно осматривать поле боя.

Тело мужчины в плаще валялось на боку, а из его шеи до сих пор толчками струилась горячая кровь, образуя внушительную алую лужу.

Шиасса немного нахмурилась и проследила за рубиновыми пятнами на голубоватой траве, идущими слегка в сторону от трупа.

Через секунду, девушка едва ли не вскрикнула от страха, после того, как её взгляд неожиданно уткнулся в чьё-то лицо.

Ламия уже хотела с воплями кинуться назад, но быстро поняла, что в низком кустарнике, находившемся в нескольких шагах от тела мужчины, лежала его же отрубленная голова... Остекленевшие глаза и распахнутый в изумлении рот, будто специально направили прямо на подрагивающую девушку.

Страх незамедлительно сменился отвращением и Шиасса поспешила отвести глаза в другую сторону.

И только девушка посчитала, что хуже быть не может, как её взгляд совершенно случайно наткнулся на тело последнего участника отряда... Ламия сразу поняла, кому здесь повезло меньше всего.

В двадцати шагах от места основной битвы расположился труп изувеченного паренька, возраст которого уже и определить толком не получится... Хотя, Шиасса не дала бы ему больше девятнадцати лет, если судить по строению тела.

Единственное, что до сих пор выглядело относительно целым на теле юноши - это длинные волосы слегка зеленоватого оттенка, которые продолжали развеваться вместе с порывами прохладного ветра.

Труп паренька был облачён в лёгкую кольчужную броню, с редкими шерстяными вставками и плотные кожаные штаны.

Но даже броня не спасла его от нескольких выломанных рёбер, пробивших одежду со спины и боков.

Кроме того, правую ногу юноши раздробили пополам с такой силой, что кости буквально порвали кожу и сухожилия.

Однако, не это заставило девушку поморщиться от лёгкой тошноты...

Кто-то с невероятной точностью вбил голову паренька в выпирающий из земли кусок поваленного дерева.

Авантюрист нанизался глазницей прямо на разветвлённый обломок древесины, который мгновенно превратил его мозг в кровавую кашу и столь же быстро пробил череп.

После этого древо на несколько сантиметров вырвалось из скальпа юноши, запятнав окружающие кусты и растения небольшими шматками плоти и осколками костей.

В итоге, тело молодого человека замерло в довольно нелепом положении, а по сухому дереву продолжала стекать тягучая кровь вперемешку с кусочками его мозга и впившимися в них опилками.

Перед смертью авантюрист явно пытался остановить падение, для чего и выставил перед собой руки, которые теперь свисали безвольной плетью, так и не достигнув пары сантиметров до земной тверди.

Вся эта жестокая картина вызывала у Шиассы далеко не самые приятные чувства и воспоминания, но девушка уже просто не представляла, куда можно отвести взгляд, чтобы не наткнуться на очередного трупа.

"Видимо, этот авантюрист умер, как раз перед гибелью беловолосой... Судя по всему, он пытался сбежать, но это не сильно обрадовало того, кто сотворил с ним подобное..."

Ламия никак не могла побороть в себе противоречивые эмоции, мешавшие принять ей окончательное решение.

С одной стороны - чем дольше она находится рядом с этим... Монстром... Тем больше страха и недовольства испытывает к нему.

Но с другой стороны - у неё нет возможности для выбора, ведь крайне маловероятно, что Шиасса отыщет другого героя, который сможет, а главное, захочет ей помогать.

Про обычных людей и речи быть не может, стоит им завидеть свободную ламию, как в лучшем случае, немедленно начнётся массовая охота.

Проще говоря, этот человек, в каком-то роде, её единственный шанс... Без его помощи Шиасса не сможет даже начать поиски Набуо-сана.

Немного нахмурившись, девушка быстро оглядела недавнее поле боя и вновь перевела задумчивый взгляд на юношу, заканчивающего копаться в последнем нетронутом трупе.

"Однако, если всё и дальше будет происходить подобным образом, то этот дикарь либо погибнет вместе со мной, либо привлечёт к себе слишком много лишнего внимания, а значит и ко мне тоже... О, всевышняя Кссаа!

Нужно решать! Шиа! Ты хочешь отыскать Набуо-сана или нет?! Тебе, так или иначе, придётся идти на жертвы ради этого!

Или же ты хочешь, чтобы та длинноухая, склизкая прошмандовка подставила и Набуо-сана, погубив его своей отвратительной ложью, как она сделала это с тобой?! Ты же помнишь? В тот раз эта улыбчивая тварь..."

Внезапно, Шиасса до боли сжала свои маленькие кулачки и с остервенением заколотила хвостом по сочной голубоватой траве, оставляя на холодной земле небольшие вмятины.

Зрачки девушки опасно сузились, а радужка засверкала хищным желтоватым оттенком.

Сейчас в ламии было куда больше от зверя, нежели от человека, из-за чего Шиасса напоминала голодную змею, отыскавшую свою жертву.

Девушка, сама того не замечая, слегка высунула свой длинный язычок и неосознанно облизала тёплые губки.

Ламия почувствовала внутри себя долгожданную уверенность... Она приняла решение и теперь будет следовать ему до конца!

"Эта большеглазая свинья ответит за свою грязную клевету... Она подставила меня и даже посмела покуситься на Набуо-сана!

Сейчас остроухая, должно быть, находится рядом с ним, притворяется верным напарником... Не беспокойся, Набуо-сан, я смогу доказать тебе! В этот раз, я найду подходящие слова... Ты точно поверишь мне и разрешишь вновь путешествовать с тобой и двумя сестричками-глупышками... Как раньше... И она больше не помешает мне! Но что, если эта бледнолицая стерва уже..."

— Кс-с-срррс-с-с... – Шиасса настолько глубоко ушла в свои мысли, что и не заметила, как невольно издала грозное шипение.

Наконец, девушка очнулась от неожиданного приступа жгучего гнева и вновь потрясла головой, приводя мысли в порядок.

"Спокойно, Шиа! Всё будет в порядке! Не накручивай себя, этого не могло произойти! Главное, найти их!

Но перед тем, как что-то делать, нужно всё продумать... И для начала, необходимо сдружиться с ним..."

Ламия неуверенно перевела взгляд на юношу, который уже закончил с мародёрством трупов и крайне увлечённо разглядывал какой-то продолговатый предмет, снятый с одного из мертвецов.

Присмотревшись, Шиасса обнаружила, что это стандартный обоюдоострый меч из обычного, дешёвого металла.

Девушка много раз видела такой, когда находилась в отряде героя и сама являлась в некотором роде наёмником, хоть и только формальным.

Подобное снаряжение выдавали всем новичкам, недавно поступившим на службу в одну из гильдий авантюристов, которые находятся практически во всех городах империи.

И хотя меч совершенно ничем не выделялся, казалось, что юношу сильно заинтересовало это оружие.

Брутал крайне внимательно ощупывал каждый сантиметр лезвия и периодически слабо помахивал им, словно взвешивая в своих ладонях.

"И с его-то помощью мне придётся разыскивать Набуо-сана... Если подумать, то я даже ничего о нём не знаю.

Как же можно повлиять на... Бру... Ат... Брутала? Какое странное имя... Нужно получше запомнить его... Итак, Шиа, что мы делаем в первую очередь?"

Ламия аккуратно отползла от трупов авантюристов и быстро разогрела онемевшее тело, сделав короткую зарядку.

Не успела Шиасса закончить разминку, как ей снова пришлось сжиматься от резкого порыва колючего ветра.

И хотя последний уже не казался столь острым и обжигающим, девушка всё равно не могла удержать крупную дрожь.

Потоки холода едва начинали стихать, а удручённая девушка уже задумчиво взирала на молодого человека, совершающего всё более странные манипуляции с клинком.

Несмотря ни на что, Брутал продолжал игнорировать присутствие ламии, словно неподалёку стояло обычное дерево, разве что с чешуйками.

"Нет, так дальше не пойдёт! Сначала, нужно показать себя с максимально полезной стороны, чтобы он перестал воспринимать меня, как обузу... Надо любыми способами разговорить этого человека и выудить из него хотя бы минимальную информацию!

И сделать это необходимо раньше, чем мы доберёмся до города!"

Шиасса понимала, что юноша всё ещё оставался новоявленным посланником, который практически ничего не знает о здешних правилах.

У него чересчур резкое поведение... Возможно, на его родине это норма, но здесь убийство жителей империи принесёт лишь множество проблем.

Хуже всего то, что убиты не простые горожане, а официальные авантюристы.

Рано или поздно, местная гильдия заинтересуется пропажей своих товарищей и работников.

А значит, у Шиассы будет не слишком много времени, чтобы отыскать нужную информацию и скрыться.

Конечно, девушка не желала лишних жертв, но ламия хорошо понимала, что её вынужденный напарник вряд ли будет выделяться излишней умиротворённостью...

К тому же, нужно учитывать один важный факт - человеческая империя старается, как можно быстрее выслеживать недавно прибывших героев.

За правдивый донос о местоположении новоявленного посланника даже установили хорошее вознаграждение.

Поэтому стоит кому-нибудь узнать о прибытии неизвестного героя и Шиасса моментально лишится единственного шанса на поиски Набуо-сана.

В самом лучшем случае, за Бруталом немедленно вышлют конвой святых рыцарей и отправят её вместе с ним... А в худшем, без неё.

Недолго думая, ламия решила, что необходимо, сколько это возможно выставлять Брутала обычным путником из закоулков империи.

Тем более, юноша не отличался особой разговорчивостью, если выражаться мягко... Поэтому случайная утечка информации маловероятна.

Однако, первым делом, нужно понять, как удержать его самого от сражения со всем, что попадается на пути... Ламию почему-то никак не покидало ощущение, что стоит Бруталу попасть в город, как он немедленно устроит там бойню.

И чем дольше Шиасса мысленно выстраивала свой план, тем больше осознавала, сколько проблем ей ещё предстоит обойти.

Но несмотря на то, что девушка уже создавала в разуме идеальные и выверенные схемы событий, она не учла самого главного... Её временный спутник далеко не тот, кого можно спокойно вписать в какой-либо план.

И всего через несколько секунд ламии выпадет возможность убедиться в этом.

В данный момент Шиасса напряжённо продумывала всевозможные пути решения проблем, забыв буквально обо всём вокруг.

Одновременно с этим девушка увлечённо рассматривала лесной настил, усеянный хвойными иголками и короткой голубоватой травой.

Но глубокие размышления ламии прервались, как только меч, ещё недавно находившийся в руках Брутала, со свистом воткнулся в землю, в сантиметре перед хвостом Шиассы.

— Кьяс!!

Ламия взвизгнула от неожиданности и не удержав равновесия, шмякнулась на спину.

— Сьяа-ай!

Чтобы окончательно подтвердить свою неуклюжесть, девушка с прицельной точностью ударилась головой об выпирающий корень дерева и незамедлительно схватилась за ушибленный затылок, оглашая лесные просторы жалобным стоном.

Однако, не прошло и секунды, как Шиасса вспомнила, что в её хвосте совсем недавно могло появиться дополнительное отверстие.

Тут же позабыв про боль, ламия с удивительной резвостью вскочила на свою чешуйчатую конечность и с истинно змеиной грацией скрылась за ближайшей сосной.

— С-са ссто?! – взъерошенная девушка метала в своего обидчика множество недовольных взглядов, при этом не высовываясь слишком далеко из надёжного укрытия.

В то же время, Брутал с непоколебимым спокойствием наблюдал за тем, как Шиасса осторожно выглядывала из-за ствола толстого многовекового древа.

Периодически ламия издавала тихое, но крайне грозное шипение, словно надеясь этим хоть немного поколебать абсолютное безразличие юноши.

Однако, крупная дрожь, как в теле, так и в голосе выдавали её страх с потрохами.

— Где твердыня мясных мешков?

Юноша, как и обычно, не отличался изящным красноречием, поэтому максимально кратко спросил то, что его интересовало.

Естественно, Шиасса едва ли смогла понять хоть что-то из его вопроса, но если бы магии системы не существовало, то она бы просто услышала родной язык Брутала... А это не самое приятное испытание для слуха и разума обыкновенных людей.

— К-какие есё мески?! Кссах! О-о ссём ты коворишь?! Мошет, наконесс, рассскашешь, ссто воопсе...

— Заткнись. – юноша грубо оборвал едва возникший поток недовольства и уверенно зашагал в сторону ламии.

— Ксих... – девушка невольно издала сдавленный писк и тут же скрылась за объёмным стволом высокой сосны, будто надеясь, что дерево сбережёт её от надвигающейся угрозы.

Брутал спокойно подошёл к мечу, торчащему из маленькой земляной кочки и ухватив оружие за рукоять, резко вырвал клинок из мёрзлой почвы.

В ярких глазках Шиассы тут же возник неподдельный ужас и девушка неосознанно заколотила кончиком хвоста по собственному исхудалому телу.

Но юноша даже не взглянул на ламию, обратив своё внимание на меч.

Медленно проведя пальцем по лезвию клинка, Брутал ледяным тоном изрёк всего одно слово.

— Отвратительно.

Юноша по-прежнему не мог привыкнуть к тому, насколько поразительно ужасное оружие используют воины этого мира.

В его родных краях от состояния твоего снаряжения зависела жизнь, и даже малейшие шероховатости могли обернуться неминуемой смертью.

Если подчинённый воин сообщал Бруталу или одному из его Верховодов, что какой-либо оружейник схалтурил или плохо выполнил своё дело, то последнего ожидала скорая проверка.

В случае подтверждения доноса, провинившегося тотчас отправляли с собственными творениями в логово Зраагров.

Там качество амуниции проверялось на практике и обычно, подобные испытания длились не слишком долго.

Но сейчас, юноша был вынужден держать в руках мерзость, которую в родном мире он и для отковыривания вражеской плоти со своей брони не посмел бы использовать.

Единственное, что хоть немного заинтересовало Брутала в этом металлическом мусоре - это состав и метод изготовления данного "оружия".

Юноша не мог вспомнить, использовал ли он нечто подобное ранее, но память говорила, что когда-то очень давно ему доводилось убивать врагов с отдалённо похожим снаряжением.

Однако, прошло слишком много времени, чтобы Брутал мог вырвать из своего разума чуть больше информации.

На несколько мгновений новоявленный герой даже слегка опечалился, вспомнив про своё последнее оружие, с которым ему пришлось расстаться, когда он умер.

Безусловно, ни один мастер так и не сумел сотворить нечто превосходящее его излюбленное орудие казни - Дэхе'Дез или как его называл сам Брутал - Дэхез.

Ещё немного покрутив меч в ладонях, юноша, наконец, вспомнил про существование ламии.

К этому времени Шиасса уже вновь набралась смелости и аккуратно выглянула из-за сосны, опасливо посматривая на клинок в руках героя.

Неспешно протянув кончик лезвия к трупу паренька в светло-зелёном плаще, Брутал заговорил с привычно холодной интонацией.

— Где го-ро-д?

Молодой герой едва ли не по слогам промолвил непонятное слово, вспомнив, что именно так Чешуя, когда-то называла место, в котором обосновались воины этого мира, скорее всего, возведя крепость или цитадель.

Разумеется, юноша не собирался сразу же штурмовать хорошо защищённый оплот, если не появится острой необходимости.

Хотя Брутал и тяготел к масштабным сражениям, он старался предварительно изучить своего врага.

В определённых случаях, битва могла даже не зародиться, коли противник своевременно подчинился.

А учитывая то, что юноша находился в совершенно новой местности и не ведал расстановки сил, верным решением было бы сдерживать нелепые порывы к быстрой смерти.

Поэтому некоторое время Брутал будет лишь отвечать на агрессию местных существ, не пытаясь первым устраивать битвы или захватывать территории.

Но как только он добьётся максимального контроля над новым организмом и в достаточной степени изучит окружающее пространство и основных врагов, начнётся полн...

— Т-так мясссные мески это...

Тонкий голос девушки вновь нарушил ход мыслей Брутала и он снова перевёл внимание на ламию, удивлённо разглядывающую изувеченные тела авантюристов.

С трудом уняв дрожь, Шиасса всё же решила ответить юноше, придав своему голосу уверенности и толику упрёка.

— Я-я не моку укассать тоссное рассстояние, пока ты не опъяссснишь мне, ссто происсошло! Поссему ты упил этих лютей и сссколько времени ты шёл от токо места, кте я... – внезапно, девушка неуверенно притихла, заметив, что Брутал по какой-то причине выдвинулся к ней с угрюмым лицом.

Обжигающий взгляд юноши разгорался всё сильнее, буквально испаряя в ламии остатки и без того небольшой уверенности.

С каждым шагом Брутала, Шиасса ощущала, как вокруг неё всё сильнее сжималось нечто зловещее.

И стоило девушке понять, что же это такое, как по её телу немедленно прошёлся крупный озноб.

Столь плотная и угнетающая энергия была всего лишь чистой яростью героя, которая наконец перестала скрываться и моментально сковала разум ламии.

Чем ближе подходил юноша, тем ярче в Шиассе загоралось неосознанное желание склониться перед ним.

Девушка и подумать не могла о том, чтобы двигаться, удушливая волна гнева банально вдавливала её в землю.

Казалось, ещё немного и кости начнут трескаться от напряжения, рассыпаясь в прах.

— П-поссстой...

Ламия с трудом отпустила хвойное дерево, попытавшись сделать хоть что-нибудь, но алый хвост, словно в одно мгновение набился ватой, из-за чего Шиасса тут же начала неуклюже падать на землю.

Однако, не успела девушка вновь удариться затылком о твёрдую поверхность, как её крайне обходительно подхватил Брутал... За горло.

Сцепив тонкую шею ламии мёртвой хваткой, юноша безо всяких сомнений грубо дёрнул Шиассу к себе.

— Кх-х-хос-с-с! О... Отп... Поссал... Кх-х-х... – из ярких глазок девушки моментально брызнули маленькие капельки слёз, а сама ламия ослабевшими ручками попыталась расцепить стальные тиски, обвившие её горло.

Из Шиассы будто за секунду высосали все силы, она не могла даже поцарапать ладони Брутала.

Тело девушки просто повисло безвольным мешочком в руках юноши.

Ламия больше не пыталась сдерживать нахлынувшие слёзы и лишь с мольбой смотрела на абсолютно беспристрастное лицо молодого героя.

Брутал равнодушно подтянул задыхавшуюся девушку максимально близко к себе и заглянул Шиассе прямо в глаза.

В этот момент ламии показалось, словно её пронзили острые языки голодного пламени, только и дожидавшиеся команды хозяина.

Девушка уже тряслась от боли, но она и не знала, что Брутал всё ещё сдерживал огромную часть своей ярости, иначе Шиассу ждала бы не самая завидная участь.

И разумеется, гнев клокотал в нём не беспричинно... Ведь юноша уже почти двое суток без единой остановки тащил на себе бессознательную ламию, словно чешуйчатый куль с мясом.

За это время новоявленный герой хотел убить или бросить девушку множество раз и если бы не принципы и не ЕЁ защита, то Брутал так бы и поступил.

"Нарушение договора...", "Потерпи немного, ты обязательно будешь доволен!", "Пощади её, она не виновата!" - и прочая чушь, которую юноша выслушивал, только потому что ОНА, внезапно, получила достаточно сил для разговоров.

К тому же, ещё ни разу ОНА не советовала того, что навредило бы Бруталу.

В итоге, так и не отыскав весомых аргументов, чтобы отказать, он продолжил дорогу вместе с чешуйчатым мешком, который со временем стал именовать просто - Чешуёй.

Каждый раз, когда в нём снова закипала ярость, ОНА начинала всячески успокаивать его и Брутал вновь выслушивал длинные монологи о доброте, милосердии, дружбе и прочем бреде.

Всё это совершенно не интересовало того, кто постоянно находился в битве и пережил столько предательств, что верить в истинную преданность уже почти не имело смысла.

Юноша пока не знал, как ОНА смогла восстановить свои силы и почему защищает Чешую, но стоило признать - Брутал всё же рад ЕЁ возвращению.

Молодому герою не хотелось, чтобы единственное существо, которое до сих пор было для него достаточно важным, вдруг исчезло навсегда.

Однако, если бы он вновь научился заглушать поток бесполезных разговоров, то обрадовался бы куда сильнее.

К сожалению, Брутал ещё не до конца разобрался в управлении окружающей энергией, поэтому иногда ему приходилось выслушивать пустую болтовню.

За двое суток на него множество раз нападали дикие звери, хотя юноша так и не понял, почему животные всегда атаковали поодиночке или парой.

Первое время, Чешуя, обвивавшая его новое тело, сильно мешала сражаться, но Брутал не был бы воином, если в кратчайшие сроки не привык бы к новому весу, центру тяжести и стилю боя.

К тому же, он даже нашёл в этом определённый интерес, так как дополнительные сложности привносили некоторое разнообразие в скучную битву.

Но примерно через день новоявленный герой столкнулся с очередными трудностями, которые преподнесло его хилое тело.

Юноша с лёгким удивлением обнаружил, что в организме, внезапно, начали зарождаться какие-то странные существа.

Брутал не представлял, откуда они появились и чем именно опасны, но интуиция говорила, что необходимо избавиться от них.

Ключ к решению проблемы подсказала ОНА, предложив съесть часть булыжника... Точнее, ОНА называла это - растением, но молодого героя не сильно волновали названия.

В итоге, юноша потратил несколько часов, дабы найти в этой местности что-то с подходящим воздействием.

И вот, после того, как Брутал проглотил кусочек странного синего растения, существа внутри него начали медленно погибать.

Но побочным эффектом стала едва заметная боль и лёгкая усталость, сковавшая его тело на короткое время.

Естественно, новоявленный герой не ведал, что поедает ядовитые листья, вместе с плодами не менее токсичного дерева.

Та боль, которую он назвал "едва заметной", заставила бы обычного человека умереть от болевого шока всего за пару минут.

А "лёгкую усталость" алхимики Шаблониума называют - длительным параличом организма с возможностью летального исхода.

Однако, столь грубый метод лечения действительно спас его от паразитов... Они банально не выдерживали подобных мучений.

Юноша даже решил запастись листьями и ягодами Стужённого дерева, так как "существа" внутри него умирали не сразу.

И если сам Брутал спокойно вытерпел бы и куда большие трудности, то его новый организм был абсолютно не подготовлен к таким смертельным нагрузкам.

Практически полное отсутствие сна, поедание ужасной пищи, колоссальные физические испытания и пополнявшиеся ранения привели к тому, что в данный момент тело юноши находилось в критическом состоянии.

И это не учитывая морозные ночи, которые герой проводил в пути и едва ли не голышом.

Но несмотря ни на что, Брутал даже умудрился получить некоторое удовольствие от всего происходящего, ведь ему нравилось испытывать на себе различные проблемы.

Преграды закаляют воина, а непроходимые преграды делают из воина - мастера.

К концу жизни в родном мире у него уже не было иных занятий, кроме приевшихся битв и стандартных тренировок.

Ничего из этого больше не составляло для него особого труда или интереса.

А если сложности всё-таки возникали, то Брутал довольно быстро решал их.

В данном же мире юноша с каждым часом узнавал что-то новое, чем хоть немного развлекал себя.

Ко всему прочему, совсем недавно молодой герой снова встретил созданий, населяющих данный мир.

В этот раз, Брутал хотел банально пройти мимо, так как хорошо понимал, что ожидать от них интересной битвы или чего-то полезного просто бессмысленно.

Юноше даже не нужно было смотреть на знакомых существ, одной ауры хватало, дабы осознать их никчёмность, как воинов.

Но мясные мешки решили иначе и сначала принялись донимать его глупыми расспросами, а потом и вовсе пригородили путь.

Некоторое время Брутал даже умудрялся каким-то образом выдерживать бесполезный трёп про "редчайшую ламию", "помощь с торговцем", "долю от продажи", "крупное везение", "показать город" и "присоединение к группе".

Юноша практически ничего не понимал из их речи, но прекрасно чувствовал, как с его молчанием в мясных мешках нарастала тревога.

Терпению Брутала пришёл конец, только когда одно из этих надоедливых существ решило напасть на него.

Стоит признать, что он всё же немного растерялся, так как не почувствовал и доли враждебности во время атаки.

Но юношу мало интересовали причины подобных странностей, ведь гигантский опыт без проблем позволил ему отреагировать на угрозу заранее.

И даже несмотря на то, что его движения по-прежнему сковывала Чешуя, битва оказалась куда легче, чем прошлая, из-за чего у Брутала ещё сильнее испортилось настроение.

Мясные мешки практически не сопротивлялись и в целом, вели себя крайне странно.

Одно из этих ничтожных существ и вовсе постоянно выкрикивало какой-то странный боевой клич.

Юноша не запоминал всю фразу, но в его памяти отложилось одно крайне странное слово - "Шутка".

Как бы Брутал ни старался, он так и не понял, что имели в виду мясные мешки.

А финал битвы напоминал скорее избиение беззащитных, нежели полноценное сражение.

Когда молодой герой, наконец, завершил этот отвратительный и крайне неестественный бой, пробудилась Чешуя и тут же стала вопить ему прямо в ухо.

Брутал уже тогда едва сдерживался, чтобы не уничтожить наглое чешуйчатое создание прямо на месте и не перерезать всё живое в округе.

Так ещё и ОНА, внезапно, очнулась и начала донимать его непонятными расспросами и не менее странными просьбами.

В тот момент герой лишь чудом удержал себя под контролем, постоянно вспоминая издавна закреплённые им принципы.

Только они уже множество лет не позволяли Бруталу превратиться в того, кем ему когда-то пришлось стать.

Однако, буквально недавно юноша обнаружил одну крайне неприятную весть.

Нынешнее тело с каждым часом всё хуже выдерживает его душу, из-за чего ярость постепенно сбрасывает оковы и вырывается наружу.

Даже в своём родном организме Брутал с трудом приучился к идеальному контролю над действиями, эмоциями и умениями... А эта дряблая оболочка и вовсе банально рассыпалась, словно горстка пыли.

Если он не победит свой гнев, клеймо может ослабеть и тогда на свободу вырвется то, что юноша столь долго тренировался контролировать.

Десятки тысяч лучших воинов Брутала пожертвовали своими душами для создания темницы, в которой до сих пор томится его вторая сущность.

И пока данная оболочка едва выдерживает натиск ярости, прошлое вновь готовится к безудержной жатве.

Но всё это остаётся лишь мыслями, ведь сейчас юноша стоял посреди того, что ОНА называет лесом и пытался не свернуть Чешуе шею.

Молодой герой так и не понял, зачем это раздражающее существо изначально последовало за ним.

Однако, раз эта наглая особь решила заключить договор с Бруталом, она будет его выполнять, как всё это время делал и он сам.

Юноша сделал даже больше, чем должен был и теперь не собирался тратить своё время, отчитываясь перед каким-то хвостатым недоразумением.

— Кх-хса-а-а-а...

Тем временем, девушка уже едва ли не теряла сознание от недостатка кислорода.

По её бледнеющим щёчкам стекали потоки слёз, а маленькие ладошки безнадёжно скользили по худощавым, но достаточно жилистым рукам Брутала.

— Не смей открывать рот без приказа.

Ужасающе спокойный голос юноши без проблем добрался до затухающего сознания Шиассы, будто раскалённым металлом вырезая каждое слово в её памяти.

Девушка более и помыслить не смела о том, чтобы снова начать пререкаться.

Из последних сил, стремительно бледнеющая ламия закивала головой, пытаясь всем видом показать, что она согласна на любые условия.

Но Брутал не спешил отпускать Шиассу, ведь юноше осточертело терпеть столь бесполезное существо, которое ещё и пыталось ставить ему условия.

Если Чешуя желает и дальше следовать за ним, то она, хочет того или нет, будет приносить пользу в оставшейся части дороги.

К тому же, новоявленный герой всё ещё желал получить плату за последние двое суток, которые тащил на себе полумёртвый чешуйчатый мешок.

— Ты проведёшь меня внутрь гор-ода.

Девушка едва заметно моргнула в ответ и в тот же момент, Брутал, наконец, освободил горло ламии.

Шиасса свалилась на землю, и незамедлительно огласила зябкий лес громким кашлем.

— Хса-а-а-а-а-а... – стоило кашлю закончиться, как Шиасса тут же с громким хрипом вдохнула в себя огромную порцию кислорода.

Девушка почувствовала, как её лёгкие с каждой секундой наполнялись обжигающим воздухом, всё больше насыщая организм жизнью.

Вцепившись ногтями в твёрдую землю, усыпанную хвойными иголками и редкими шишками, ламия некоторое время продолжала жадно поглощать окружающий кислород, постепенно приходя в себя.

— Кса-а-ах... Ха-а-а... – наконец, Шиасса смогла успокоить своё дыхание и сразу же приподняла голову, посмотрев на юношу, стоящего перед ней.

Невольно девушка вздрогнула всем телом, заметив огненные глаза, которые совсем недавно разъедали её изнутри.

Только сейчас ламия осознала, что сильно преуменьшала опасность и непредсказуемость этого монстра.

Шиасса и двух секунд не продержалась под взором пламенных очей юноши, со страхом отведя взгляд в сторону.

Она не желала вновь очутиться на пороге смерти, когда совсем недавно избежала этой участи.

— Встань.

В отличие от девушки, Брутал выглядел так, словно ничего и не произошло.

Юноша с ледяным спокойствием вертел в ладонях новый меч и просто ожидал, пока ламия неуклюже поднимется на свою чешуйчатую конечность.

Героя совершенно не заботило, как к нему будет относиться это бесполезное существо.

Чешуя сама решила следовать за ним и сама заключила договор, а значит, она была готова к последствиям.

Наконец, когда Шиасса выпрямилась и неуверенно взглянула на Брутала, он медленно вытянул свободную руку и указал пальцем на мёртвых авантюристов.

— Обыщи. Забери то, что потребуется.

Девушка удивлённо вскинула алые бровки и хотела было что-то сказать, но яростный огонёк в глазах юноши быстро остановил ламию.

Немного посомневавшись, Шиасса слегка сморщила личико и медленно поползла к трупам, попутно издавая тихое шипение.

Приблизившись к мертвецам, девушка с едва заметным отвращением начала выворачивать карманы и сумки погибших авантюристов.

Тем временем, Брутал неспешно отошёл к малозаметному холмику и присел на него.

Положив меч на колени, юноша осмотрел лес, в поисках возможной угрозы и ничего не обнаружив, медленно прикрыл глаза.

Брутал и сам успел обыскать трупы мясных мешков, но кроме оружия и чего-то отдалённо походящего на еду, он нашёл ещё множество странных и неизвестных ему вещей.

Новоявленный герой банально не представлял назначение большинства из этих предметов.

Однако, Чешуя, в отличие от него, давно живёт в этом мире и явно лучше знает, какие вещи могут пригодиться в пути.

Пока Шиасса всё более заинтересованно копошилась в пожитках авантюристов, Брутал усердно продумывал различные способы и техники сражений с мясными мешками.

Как и всегда, в его разуме проносились нескончаемые варианты будущих столкновений и их возможные исходы.

Хотя юноша и мог изредка вести себя немного пренебрежительно, но подобное происходило лишь, когда в битве ему становилось скучно, а враг был слишком слаб и неопытен.

Однако, если Брутал не знал точной силы и умений противника, он не смел относиться к сопернику снисходительно или высокомерно.

Враг может скрывать свою мощь и специально ослаблять бдительность, нельзя играться с противником, пока не поймёшь на что тот способен.

Даже в двух сражениях с мясными мешками Брутал не спешил нападать первым, хотя знал - битва была неизбежна.

Именно поэтому, сейчас юноша усердно анализировал окружающее пространство и одновременно воспроизводил в памяти картины недавних сражений.

Молодой герой в мельчайших подробностях запомнил стили боя каждого мясного мешка и при желании вполне мог досконально повторить их.

Естественно, это также означало, что он способен без особых трудов противостоять врагу со схожей техникой сражения.

В процессе битв Брутал внимательно наблюдал за движениями своих противников, за их дыханием и даже за мимикой и напряжением мускулатуры.

Хотя со стороны и могло показаться, что он просто бездумно вырезает своих оппонентов, но разум юноши ни на секунду не переставал работать над сбором информации.

И благодаря этой работе, Брутал теперь знал, как можно повлиять на психику большинства мясных мешков.

Их ментальная сила невероятно слаба, они нервничают даже в процессе боя, не имеют и минимальной концентрации, к тому же, ужасно сражаются в группе и не используют потенциалы своих и без того ничтожных тел.

При таких условиях, герой в скором времени может обучится ещё до начала битвы просто обращать врагов в бегство, ломая их хрупкую волю.

— Кхесс...

Внезапно, рядом с Бруталом раздалось неуверенное покашливание.

Юноша спокойно открыл глаза и взглянув на Чешую, заметил, что девушка успела облачиться в новое одеяние, скорее всего, позаимствованное у беловолосой зверолюдки.

Одежда представляла собой плотную шерстяную накидку с высоким воротом и широкими кожаными полосами, служащими лёгкой защитой от небольших порезов и слабых ударов.

Ламия стояла в трёх шагах от юноши и явно хотела что-то сказать, но не решалась этого сделать, периодически потирая свою шею.

— Говори.

Девушка повесила на себя две новые сумки, выбросив старую, так как она успела прийти в негодность.

Кроме прочего, ламия держала в руке какой-то странный мешок из плотной чёрной ткани.

Чешуя словно хотела протянуть его Бруталу, но в последний момент постоянно одёргивала себя, сомневаясь в правильности своих действий.

— Ксссах... Я ссаконссила... У авантюриссстов окассалоссь мноко полессных весей... – Шиасса задумалась на несколько секунд и указав на одну из сумок рукой, продолжила. – Еты хватит, сстопы топратьсся то корота и таше осстанетсся в ссапассе... Есссли тепе интерессно... – девушка вспомнила запах сырого мяса и слегка поморщилась, забавно дёрнув острым маленьким носиком, после чего перевела пальчик на вторую сумку. – У них нашлоссь сссретсство тля рассветения окня и хороший ссапасс лекарсств... Ксасс... Теперь, мошно пошарить мяссо и опрапотать твои раны... Ссснова.

И только Брутал задумался над тем, что означает "пожарить мясо", как Чешуя указала своим маленьким пальчиком, замызганным высохшей кровью, на довольно увесистый чёрный мешок, который она держала правой рукой и дополнительно подпирала хвостом.

— Эмсс... Стессь нахотятсся претметы, которые мокут прикотитьсся в пути, но я не сссмоку нессти и их... – последние слова Шиасса промолвила, посматривая на Брутала с лёгким намёком. – И... Э-это... – девушка неуверенно запнулась, будто не зная, как сформулировать предложение, но заметив пронзительный взгляд юноши, поспешила завершить отчёт. – В-в опсем... Поссле токо, как я опрапотаю твои раны... Ксссах... Тепе нушно отетьсся... Вот.

Договорив до конца, ламия аккуратно подползла ближе к молодому герою и поставив мешок на землю, быстро извлекла из него какую-то ткань.

Шиасса держала перед Бруталом одеяние, схожее с её шерстяной накидкой.

Разница была лишь в том, что одежда, которую она взяла в руки, выглядела плотнее и немного увесистее.

— Мошно пыло сснять проню с-с-с авантюрисстов... Ксах... Она кассесственнее и просснее, но... – девушка на мгновение замолчала и тут же вздрогнула, представив, как она снимает одежду с мертвеца, а потом и надевает её. – Коротсская ссстраша мошет ссапотоссрить нелатное... Хсас... Сапассная отешта путет...

— Хватит.

Брутал понял, что Чешуя вновь начинает говорить лишнее и быстро заставил последнюю притихнуть.

Ламия запнулась на полуслове и с лёгким недовольством заколотила хвостом по земле, но всё же не стала противиться, лишь аккуратно вернув облачения в мешок.

После этого Шиасса вопросительно взглянула на юношу, ожидая его дальнейших приказов.

Девушка и сама не заметила, насколько быстро стала привыкать к выполнению указаний Брутала.

Разум и душа ламии подсказывали ей, что этот человек просто создан для доминирования... Вероятно, когда-то он даже возглавлял небольшой отряд людей? А может и не один...

Шиасса не хотела снова начинать пустое гадание, да и сейчас она была бы не против устроить короткий привал и поесть.

Однако, у Брутала имелись другие планы... Сорвав с израненного тела остатки грязных бинтов вместе с запёкшимися корочками крови, юноша вновь ухватился за меч.

Немного подержав его в ладонях, герой спокойно взглянул на ламию и вновь произнёс всего одно слово.

— Лечи.

Шиасса удивлённо воззрилась на множество новых ран Брутала и как обычно, спросила первое, что пришло на ум.

— Ээхс... С-сейссасс? Т-то есссть... Охсс! – заметив вспыхнувшее пламя в глазах юноши, ламия тут же осознала свою ошибку и испуганно прикрыла ротик ладошками, ожидая сурового наказания.

Однако, герой не стал реагировать на этот мелкий проступок, лишь развернувшись спиной к Чешуе и молча ожидая, когда она начнёт своё дело.

Более ничего не спрашивая, девушка поставила перед собой одну из сумок и порывшись в ней, достала все нужные материалы.

Бегло осмотрев раны Брутала, Шиасса поняла, что большая их часть появилась там, где не было её хвоста и туловища.

При этом, на ней самой также отсутствовали значительные повреждения, не считая мелких ссадин и царапин.

Если юноша сражался с кем-то, пока она была без сознания... Неужели, во время битвы он старался защитить моё тело, подставляя себя под удар?

Как только Шиасса задумалась над этим, её захлестнули противоречивые чувства, но девушка резко помотала головой и приступила к лечению, не желая вновь испытывать терпение Брутала.

Примерно через пятнадцать-двадцать минут, ламия закончила обрабатывать раны эликсирами и мазями.

Шиасса перевязала сильно повреждённые места бинтами и дополнительно укрепила некоторые из них лёгкой тканью, чтобы последние лишний раз не пачкались и не рвались.

Снаряжение авантюристов оказалось заметно качественнее, чем у работорговцев, поэтому, если Брутал вновь не переусердствует и даст своему телу отдых, то повреждения заживут довольно быстро.

— Кхас...

Наконец, Чешуя с тихим покашливанием отползла от юноши, тем самым указывая, что её работа завершена.

Брутал незамедлительно поднялся с места и уже хотел куда-то пойти, как вдруг почувствовал слабый тычок в плечо.

Обернувшись, герой увидел, как хвостатое существо неловко протягивает ему то, что сама называет "одеждой".

Недоверчиво приняв странные вещи в ладони, юноша немного покрутил их в руках и с лёгким недовольством уставился на ламию.

— Как это использовать?

Шиасса, в который раз изумлённо вскинула брови, и даже на секунду приоткрыла рот.

Разумеется, девушка не знала, что Брутал приобрёл свою первую одежду с помощью магии богинь.

Одно дело - использовать чужое оружие, где всего-то и нужно понять каким местом наносится больший урон и другое - натягивать на себя подозрительные тряпки.

К тому же, его родной организм сильно отличался от нынешнего, из-за чего герой не мог сразу осознать, как облачаться в эти неизвестные материалы.

В прежнем мире, юноша издавна привык носить только крайне массивные и защищавшие большую часть тела доспехи.

При желании и должном умении последние вполне можно было применять даже, как оружие.

И это не говоря о том, что практически каждую броню вкрепляли прямо в плоть воина для максимального слияния.

Окончательное обмундирование Брутала и вовсе выплавляли буквально на нём, заливая его тело раскалённым металлом.

Поэтому, всё что не делалось из какого-либо сплава, раньше практически не представляло интереса для героя.

— Кхассс... Хоросо, я покашу... Эмсс... П-приссять... Пошалуйсста.

В итоге, Шиасса потратила несколько минут на объяснения, но к её удивлению, юноша понимал всё достаточно быстро.

Казалось, словно ещё мгновение назад этот человек впервые встречал подобные вещи, а сейчас уже оперативно натягивал новую одежду, периодически недовольно порыкивая... Конечно, не обошлось и без мелких проблем.

Один раз Брутал, неожиданно и без толики сомнений, просто сорвал с себя остатки старых штанов, которые едва ли не превратились в набедренную повязку.

Шиасса тут же смущённо пискнула и моментально отвернулась, зардевшись по самые уши.

И пока абсолютно голый юноша усердно сражался с новым врагом в лице "никчёмной брони", ламия рассматривала мерно покачивающиеся ели и сосны.

За то время, пока она находилась в странном кошмаре, погода и местные пейзажи успели заметно измениться.

На верхушках деревьев практически не осталось снега, а иней, постоянно устилавший мёрзлую землю, превратился в обыкновенную влагу и капли росы.

Яркие солнечные лучи, проникавшие сквозь ветви и стволы хвойных великанов, казались намного теплее и интенсивнее, чем раньше.

В целом, окружающий лес всё больше напоминал привычную летнюю чащу.

Разве что порывы колкого ветра до сих пор приносили из глубин загадочного бурелома отголоски неестественного мороза и льда.

Но теперь Шиассе хотя бы не придётся думать, как не погибнуть от холода, к тому же новая одежда заметно лучше держала тепло.

Судя по расположению солнца, было ещё только раннее утро и хотя Брутал так и не рассказал ей ничего о произошедшем, девушка предполагала, что до цели оставалось совсем немного.

Если юноша двигался в приблизительно верном направлении, то возможно, к вечеру они уже дойдут до городских ворот.

И ведь это при учёте отдыха, который Шиасса планирует устроить, когда Брутал перео...

— Отправляемся.

Внезапно, буквально в десяти сантиметрах от ламии раздался безэмоциональный голос юноши.

Девушка тут же коротко взвизгнула и отскочила в сторону, нервно уставившись на молодого героя.

Оказалось, что Брутал успел не только одеться, но и понять, как использовать ножны для своего нового меча.

Юноша прицепил клинок к левому бедру и кроме прочего, снова приспособил для себя перевязь кинжалов, снятую с одного из трупов.

И в этот раз они не были столь ужасного качества, как у работорговцев.

В данный момент перед девушкой возвышался уже не юный оборванец, а человек, хотя бы немного походивший на воина или охотника.

Новоявленный герой облачился в плотные кожаные штаны серого окраса и довольно качественную для нынешней местности шерстяную броню.

Также снаряжение украшали небольшие шипастые наплечники из тонкого металла, а открытыми оставались только ладони Брутала.

Шиасса по-прежнему не совсем понимала, зачем обычным авантюристам подобная одежда.

Она больше подходила для местных лесников или разбойников, нежели наёмников.

Возможно, они брали её на запас... Однако, сейчас это не играло особой роли.

Ламия не знала, как юноша умудрился полностью одеться меньше, чем за минуту и почему она ничего не услышала, но сейчас её волновала немного иная проблема...

Некоторое время Брутал практиковался в вытаскивании меча и кинжалов, чтобы в критический момент максимально быстро отреагировать на угрозу.

После этого, он слегка пнул землю ботинком, привыкая к ношению обуви.

Юноша стащил её с трупа паренька в зелёной накидке, решив, что в бою у него не должно быть слишком заметных слабых зон в общей броне.

К завершению всех манипуляций, Брутал словно ни в чём не бывало подобрал чёрный мешок, подвесив его на плечо и быстрым шагом направился в сторону, откуда чувствовались потоки наиболее тёплого воздуха.

Юноша лишь мимолётно взглянул на слегка оцепеневшую Чешую и прошёл мимо, не дожидаясь, пока ламия очнётся.

— Э... Э-это... Ксс...

Шиасса попыталась что-то сказать про необходимость отдыха, но Брутал медленно окинул её угнетающим взглядом своих полыхающих глаз и девушка тут же притихла.

Резко погрустневшая ламия в последний раз осмотрела поляну с трупами авантюристов и поправив сумки, грустно поползла вслед за неутомимым героем.

Уже два часа Шиасса двигалась по лесу вслед за Бруталом и всё это время невольные компаньоны сохраняли полное молчание.

Лишь в начале пути девушка слегка исправила курс юноши и попросила его идти немного медленнее, но герой уже не обращал на неё никакого внимания, вновь приказав заткнуться.

И чем дольше они двигались в подобной обстановке, тем больший дискомфорт испытывала ламия.

Хоть и с трудом, но Шиасса всё же смогла привыкнуть к быстрому темпу Брутала, так как холод постепенно спадал и она чувствовала себя куда лучше, чем раньше.

К тому же, лес постепенно становился чище и просторнее, а количество деревьев медленно и планомерно начинало редеть.

А вот сама девушка безоговорочно уверилась в том, что между ней и Бруталом с каждым шагом росло какое-то неосязаемое напряжение.

Изредка, ламия пыталась отыскать тему для разговора, но потом вспоминала про недавние события и снова потирала ноющую шею.

Разумеется, сам юноша даже не задумывался о Чешуе, а несколько раз и вовсе забывал о существовании последней.

Правда, иногда ему всё же приходилось отвлекаться на это дурное существо.

Например, когда ламия врезалась в различные преграды или просто скатывалась в широкие канавы, вереща на всю округу словно агонизирующее чудовище.

Брутал совершенно не понимал, как данное недоразумение вообще умудрялось выживать столь долгое время?

Тем не менее, Чешуя всё-таки не являлась основной причиной напряжённости Брутала.

Его тревога возрастала из-за появления множества отголосков неизвестных аур.

Далёкие вспышки энергии заставляли героя постоянно готовиться к появлению вероятной угрозы.

Брутал практически каждую минуту замечал в ближайшей местности активность каких-то надоедливых и довольно юрких существ.

Но всё, что юноша мог сказать про этих созданий - по отдельности они не представляют опасности.

Скорее всего, именно поэтому данные особи и старались передвигаться группами.

К сожалению, из-за крайне слабого тела герой не мог узнать большего, однако, он решил продолжить слежение за возможными преследователями, пока те не исчезнут или не атакуют его.

Несмотря на все проблемы, были и хорошие новости, к примеру, Брутал постепенно начинал привыкать к жалкому куску мяса, в котором ему довелось застрять.

Ещё день назад юноша завершил анализ нового тела и теперь прекрасно знал крайние пределы своей оболочки.

Герой до мелочей изучил огромный скоп минусов этого организма и мог уверенно сказать, что в его родном мире подобный мешок с полудефектными внутренностями умер бы после трёх вдохов.

Говоря проще - Брутал ещё ни разу не встречал более хилого, незащищённого, отсталого и капризного тела, чем нынешнее.

Однако, даже учитывая великое множество слабостей, данная оболочка имела один интересный плюс.

С течением времени новоявленный герой всё лучше чувствовал странную энергию, витавшую по всему пространству нового мира.

Загадочная материя казалась Бруталу довольно знакомой и вполне вероятно, что он не первый раз встречает её.

Но важно другое - благодаря этой силе у юноши появилась возможность практически безгранично улучшать или модифицировать хлипкий сосуд, в котором поселилась его душа.

Разумеется, для подобного процесса нужно серьёзно изучить воздействие энергии и понять, как использовать её с максимальной выгодой.

Хотя, даже столь мизерная информация говорила о том, что его нынешняя оболочка была не столь бесполезна, какой показалась изначально.

К сожалению, сейчас новое тело нуждалось в немедленном отдыхе, иначе в скором времени Брутал банально умрёт от истощения.

Герой не просто так игнорировал большинство сигналов организма и максимально напрягал себя в последние дни.

Ведь познание физических пределов значительно упростит юноше путь дальнейшего развития, одновременно устраивая его телу подготовительное испытание.

В данный момент Брутал уже довольно неплохо представлял, как будет улучшать своё дряхлое тело.

Но перед этим он должен восстановиться до приемлемого уровня, чтобы начать долгожданные тренировки.

К тому же, с приближением к твердыне врагов, вероятность новых битв постепенно возрастает, а сражаться в таком состоянии просто непозволительно! Поэтому...

— Кхссах... Эмсс...

Внезапно, в трёх шагах позади себя Брутал расслышал странные звуки, явно исходившие от уже забытой им Чешуи.

Слегка повернув голову, юноша заметил, что ламия начала уставать, хотя и старалась не показывать этого.

Молодой герой не понимал, почему чешуйчатый мешок снова не может выдерживать его темп?

Он двигался куда спокойнее, чем раньше, дабы постепенно снизить нагрузку на организм, но выносливость этого существа всё равно сдавала позиции.

Однако, Чешуя продолжала умоляюще взирать на Брутала и юноша не сомневался, что она снова выпрашивает у него разрешение на очередную порцию доставучего трёпа.

Герой не особенно желал вновь отвлекаться на какую-то бессмыслицу, но в данный момент поблизости не было каких-то явных угроз или противников.

А иных дел у Брутала сейчас не имелось, поэтому он всё же решил узнать, что нужно болтливому созданию.

— Говори.

Юноша промолвил всего одно слово и сразу отвернулся, огибая подозрительный фиолетовый куст на расстоянии десяти метров.

Но от внимания молодого героя не скрылась довольная улыбка на лице Чешуи, ползущей за ним след в след.

— Эхсс... П-прутал, мошно... Кхасс... Итти ссуть метленнее, мне тяшело твикатьсся в таком...

— Нет.

Ламия хоть и ожидала подобного ответа от своего спутника, всё же не смогла удержать лёгкого недовольства, тихо прошипев что-то невнятное себе под нос.

Однако, девушка обрадовалась уже тому, что герой вообще среагировал на этот вопрос, а не проигнорировал её существование.

— Кхсах... Х-хорошо... Но...

На несколько секунд Шиасса замолчала, отлично понимая, что следующая просьба, вероятнее всего, даже не будет рассмотрена, но ламия всё-таки решила высказаться.

— Н-нам нушно усстроить привал... Хсах... Ты выклятишь сссильно усставшим, к тому ше...

— Верно.

— Нато... Кхсссах?! В-верно??

Девушка едва ли вновь не свалилась в очередную яму, услышав ответ Брутала, ведь она и думать не смела о том, что юноша в принципе способен согласится хоть с чем-то.

— Э-эхсс... Т-токта... Пошалуйсста, сссверни ссуть левее и твикайсся внисс по тому сссклону... Нхас... Я тумаю, мы ссскоро наткнёмсся на реку... Кссас... Это прекрассное мессто тля оттыха.

Брутал молча повернул туда, куда указала Чешуя, одновременно пытаясь понять, что такое река.

Юноша ощущал впереди несколько странное изменение в ландшафте, но не мог понять это ли имела в виду ламия.

Тем временем, Шиасса всё больше радовалась тому, что у неё хоть и медленно, но получается наладить минимальный контакт со своим крайне необщительным компаньоном.

Кроме прочего, девушка уже представляла, как сможет ополоснуться в прохладной речной воде.

Разумеется, ламия не первый раз обходилась без мытья по несколько недель, но сейчас она ощущала себя столь грязной, что становилось как-то неприятно.

А ещё час-два движения в подобном темпе и Шиасса банально выдохнется, поэтому лучшего времени для привала найти просто невозможно.

К тому же, девушка совершенно не хотела прийти к городским стенам потной и крайне уставшей.

На волне позитива ламия даже решила как-нибудь продолжить разговор с юношей, но теперь на более стороннюю тему.

Ведь для исполнения плана, Шиасса просто обязана максимально сблизиться с этим посланником.

Немного поразмыслив, девушка выбрала вопрос, который не потребует длинных ответов, чтобы Брутал не решил снова игнорировать её.

— Ахсс... Прутал, твои раны... Они полят?

Шиасса понимала, насколько глупо это сейчас прозвучало, но она банально не представляла, о чём ещё можно спросить человека, ответ которого редко содержит больше одного слова.

Кроме того, ламия действительно интересовалась, почему юноша практически никак не реагирует на столь серьёзные повреждения.

Раньше девушке приходилось участвовать в массовых облавах на логова гоблинов и других монстров, когда Шиасса ещё состояла в команде Набуо-сана.

И в подобных ситуациях авантюристы нередко получали ранения и травмы, схожие с повреждениями Брутала.

Но после такого, даже опытные наёмники вряд ли смогли бы двигаться по Морозному лесу в течение нескольких дней, не меняя своей скорости и не показывая признаков усталости.

Однако, этот юноша словно не замечал ни боли, ни преград, ни каких-либо трудностей.

Шиасса и вовсе подозревала, что герой уже несколько дней игнорирует сон, судя по слегка осунувшемуся виду.

А учитывая довольно эмоциональную натуру девушки, она просто не могла не волноваться за Брутала, ведь такими темпами, юноша может банально умереть!

— Да.

Неожиданно для ламии, новоявленный герой всё же ответил на последний вопрос, хотя этим заставил её нервничать только больше.

— Кхасс... Н-но, ессли это так... – на секунду девушка притихла, стараясь вновь не свалиться в канаву во время движения по узкой тропинке. – Поссему ты не проссил меня... Токта...

Шиасса по-прежнему хотела узнать, что же произошло, когда она потеряла сознание от холода и почему юноша вернулся за ней, если и сам был в столь ужасном состоянии.

Девушка ждала ответа почти минуту, но Брутал просто двигался вперёд, не издавая ни единого звука.

И когда ламия уже посчитала, что юноша снова игнорирует её, впереди раздался холодный и неестественно размеренный голос.

— Договор.

Молодой герой сказал всего одно слово, но Шиасса на мгновение впала в лёгкий ступор.

За прошедшее время, она успела забыть про существование того "контракта", неужели, Брутал помог ей только из-за него?

— Понятно... Схсасс... – по какой-то причине, девушка резко погрустнела и не удержав странный порыв обиды, спросила первое, что пришло в голову. – Прутал... Ксах... Я... Я тепе противна?

Всего за мгновение ламия поняла, насколько большую глупость она только что произнесла, но слова уже не вернуть назад.

Шиасса и так знала, что даже среди героев, которые относятся к зверолюдям куда лучше обычных жителей империи, ламии прослыли далеко не самыми приятными существами.

Это хорошо подтверждал и Набуо-сан, при всей своей доброте старавшийся не контактировать с Шиассой слишком близко.

А теперь девушка ещё и испортила, едва появившуюся, хрупкую связь с...

— Нет.

Ламия изумлённо вскинула голову и внимательно посмотрела в спину юноши, перелезавшего через огромную поваленную сосну.

Брутал практически не отвлекался на разговор, скорее всего, совершенно не воспринимая его всерьёз.

Но Шиасса на подсознательном уровне ощущала, что новоявленный герой сейчас не солгал ей.

К тому же, в его уверенном голосе ни на мгновение не проскользнуло и малейшей нотки фальши, которую девушка часто слышала в речи других людей.

Сама того не замечая, ламия почувствовала в груди давно забытое тепло и невольно на бледноватом лице Шиассы расползлась широкая улыбка.

И только девушка решила что-то сказать, как...

— Хватит.

Брутал слегка приподнял ладонь и тем самым пресёк дальнейший разговор, утомившись его бессмысленностью.

Ранее юноша ожидал, что ламия поведает ему хоть немного полезной информации, из которой герой смог бы почерпнуть дополнительные сведения о врагах или различных силах данного мира.

Но Чешуя, как и ОНА, просто донимала его разум маловажными или предельно банальными глупостями, поэтому Брутал решил закончить столь бесполезный процесс.

Тем более, вдали он заметил нечто подозрительное и хотел получше разглядеть непонятное явление.

Однако, сама Шиасса практически не обиделась на очередную резкость и лишь продолжала странно улыбаться, глядя в спину юноши.

Кроме того, девушка также увидела вдалеке заветную реку и мгновенно почувствовала прилив сил.

Ламия неуклюже пробивалась через плотные заросли и кустарники, следуя за героем и уже слыша тихое журчание воды.

Дополнительную радость Шиассе придавало знание о том, что города и селения, сильно отдалённые от центра человеческой империи, старались возводить ближе к рекам и озёрам.

В этих населённых пунктах банально не хватало материалов и волшебников, позволявших поставлять населению чистую воду с помощью магии.

Поэтому большую часть пригодной жидкости получали естественным образом, а значит, они на верном пути и до города оставалось всего несколько часов!

Наконец, Брутал и Шиасса одновременно прорвались сквозь очередной бурелом и едва не свалились прямо в бурный поток.

Перед путниками открылся вид на небольшую, но довольно мощную реку, пробивавшуюся сквозь лесные просторы.

Сам проток достигал в ширину всего пятнадцати-двадцати метров, иногда расширяясь или сужаясь по всей длине.

Водная гладь аккуратной дугой уходила обратно в морозную часть леса, скрываясь за холмами и нагромождениями хвойных деревьев.

Опомнившись от короткого транса, красноволосая девушка спешно отыскала глазами подходящий спуск к воде и взволнованно поползла к месту, где высота обрыва позволяла спокойно войти в реку.

Ламия также заметила, что за ней в полной тишине двигался крайне напряжённый юноша.

Шиасса буквально кожей ощущала, как аура Брутала нагнетается с каждым шагом.

Но девушка пока что не стала придавать этому особого внимания, желая, наконец, прикоснуться к долгожданной воде.

Вплотную приблизившись к краю берега, покрытого обычной, практически не отдающей голубым цветом, травой, ламия взволнованно опустила ладошку в журчащий поток.

Руку Шиассы мгновенно обволокло на удивление ласковой прохладой, и девушка невольно застучала кончиком алого хвоста по короткому травяному настилу.

Ещё немного покрутив ладонью в воде, ламия выпрямилась и быстро развернулась к Бруталу, стоявшему в трёх шагах позади неё.

— Кссах! Прутал, вота проссто ссамессательная! Попропуй... Ойсс!

Шиасса резко прикрыла рот ладошками, вспомнив про недавние события и возможное наказание.

Но к удивлению девушки, герой совершенно не обращал на неё внимания, крайне напряжённо всматриваясь своим пылающим взглядом в речные потоки.

Наконец, с заметным нежеланием Брутал отвёл глаза от бурного течения и с некоторой враждебностью посмотрел на ламию.

— Что это такое?

Не выдержав столь пронзительного взора юноши, девушка взволнованно застучала алым хвостом и опустила свой взгляд на землю, укрытую короткой зеленоватой травой.

Брутал смотрел на ламию с таким напряжением, что Шиасса почувствовала, как по её телу пробегается неприятная дрожь.

Девушка уже привыкла к тому, что юноша постоянно приносит ей всё новые сюрпризы, но в этот раз ситуация казалась ламии слишком странной.

— Эмсс... Ссто э-это? Н-ну... Это ше опыссная река?

Шиасса непонимающе поглядывала на холодное лицо героя, осторожно следя за его реакцией и одновременно пытаясь понять, что именно не понравилось Бруталу.

Однако, юноша всё так же недоверчиво переводил огненно-рыжие зрачки, то на журчащую воду, то на Чешую.

— Рек-Ка?

Брутал со странным, даже слегка рычащим акцентом выговорил неизвестное ему слово, но по-прежнему не спешил подходить ближе к шумному течению.

Внезапно, герой поднял с земли небольшой камушек и тут же бросил его в реку, внимательно наблюдая за состоянием летящей гальки.

Естественно, кусочек щебня просто ушёл на дно, издав при этом характерное бульканье.

В тот же момент, юноша слегка дёрнул правой бровью, что хорошо показывало его удивление.

— Хссах... Эссм... Прутал, неушели, ты никокта не вител рек?

Наконец, ламия нашла для себя возможную причину столь осторожного поведения того, кто с абсолютным спокойствием изничтожал целую стаю ледяных волков.

И Шиасса даже оказалась не слишком далеко от правды, ведь Брутал действительно ещё ни разу не встречал ни рек, ни даже обыкновенной воды.

В родном мире юноши любые источники жидкости представляли из себя либо протяжённые лавовые потоки, либо ещё более смертоносные кислотные болота.

За свою не самую короткую жизнь, Брутал успел встретить даже гигантские ядовитые моря, к которым не смело подступать ни одно живое существо, в том числе и он сам.

Уже на расстоянии сотни метров токсичные испарения начинали растворять практически любую плоть.

А если в саму жидкость попадёт какая-нибудь органика, то последняя буквально за секунду превратиться в бледный пар.

Ветхие шаманы обычно именовали подобные места Болью Скал или Кровью Земель, хотя существовало и множество других прозвищ.

Но независимо от названий, к кислотным источникам старались не подходить даже самые опасные монстры.

Именно поэтому Брутал со столь открытой враждебностью разглядывал бурлящую жидкость.

К тому же, юноша не до конца верил ламии, вполне возможно, что она планирует как-то обхитрить его.

И хотя герой лично видел, как Чешуя прикасается к этому подозрительному веществу, Брутал всё ещё не был полностью уверен в своей безопасности.

Тем временем, проанализировав эмоции юноши и взглянув на его странные действия, Шиасса окончательно уверилась в том, что герой и правда опасается обыкновенной воды.

Отыскав корень проблем, девушка слегка улыбнулась, глядя на крайне недоверчивое поведение Брутала и слегка хихикнув, поползла к краю берега.

— Не волнуйсся, это проссто вота! Сссмотри, она пессопассная!

С этим словами, ламия показательно опустила часть своего алого хвоста в прохладную гладь тёмных вод и принялась руками счищать с него мелкую грязь.

В тот же момент, враждебность в пламенных глазах юноши сменилась на едва заметный интерес, что вызвало необъяснимую радость у Шиассы.

По какой-то причине девушку забавляла столь малая осведомлённость героя.

Казалось, словно она обучает ребёнка... Кровожадного и опасного ребёнка.

— Витишь? Ниссеко плохоко не происсхотит! Ну ше, Прутал! Попропуй, тепе понравитсся! – ламия призывно похлопала ладонью по земле рядом с собой и продолжила тщательно отмывать свои рубиновые чешуйки.

Наконец, Брутал перестал сопротивляться любопытству и решил проверить субстанцию, к которой ранее не смел подходить ближе, чем на пятьдесят метров.

А на случай возможного предательства, юноша вытащил один из кинжалов и ухватил его так, чтобы максимально быстро метнуть лезвие в Чешую.

После этого, герой схватил ещё один камушек и осторожно подобрался почти вплотную к краю берега.

Вновь бросив гальку в журчащий поток и убедившись, что ничего плохого не произошло, Брутал медленно и аккуратно опустил палец в воду.

Внезапно, по всей руке юноши пронеслось крайне странное, но на удивление приятное ощущение.

Поняв, что его конечность не собирается испаряться, молодой герой резко зачерпнул холодную жидкость ладонью и поднёс её к глазам.

Брутал рассматривал обычную воду с таким увлечением, что Шиасса не удержалась и тихо засмеялась, видя настолько серьёзное выражение юноши.

Девушка, конечно, подозревала, что новоявленный герой прибыл из каких-то неблагоприятных условий, но если Брутал так активно реагировал на реку... Возможно, он жил в местах, похожих на пустыню?

На несколько мгновений, ламии даже показалось, что перед ней действительно сидит простой парень, а не хладнокровный убийца.

Однако, пока юноша заинтересованно проверял, не расплавит ли вода металл, Шиасса вспомнила, зачем они пришли сюда.

Вытащив хвост из прохладной реки, девушка отыскала подходящий пятачок под сенью пышной сосны и отправилась готовить место для короткого привала.

В то же время Брутал завершил множественные испытания по обливанию жидкостью всего, чего только возможно.

Можно сказать, что юноша даже успел немного помыться, пока занимался столь важным делом.

Окончательно убедившись в безопасности воды, герой хотел найти место для отдыха, но вдруг почувствовал слабое покалывание на пальце.

Лицо Брутала тут же исказилось едва заметным недовольством и он перевёл взгляд на серебряное кольцо, покрывшееся алым пламенем.

Поняв, что ОНА уже пробудилась и избежать надоедливой болтовни не получится, юноша заранее приготовился к нескольким часам жуткой агонии.

Однако, первая же просьба ввела героя в лёгкое недоумение своей нестандартностью.

К счастью, ОНА хотя бы не стала вновь рассуждать о "великолепной красоте леса" или "давно забытых человеческих лицах".

Но зачем Бруталу помогать какой-то неизвестной "бедняге", только из-за того, что: "Вскоре ты поймёшь насколько это верное решение!"

Не успел юноша обдумать полученную информацию, как кольцо снова всколыхнулось и герою выдали новые сведения.

— Бессмысленно.

Брутал и так знал, что ОНА никогда не советовала чего-то плохого, зачем упоминать об этом?

Когда ему приходилось совсем молодым, слабым и неопытным выбираться из Бездны Ничтожеств, ОНА была единственной, кто поддержал его волю.

Если бы не ЕЁ помощь, то юноша скорее всего умер бы в том гигантском каньоне от голода или когтей чудовищ, а может, его бы просто сожрали свои же сородичи.

Поэтому, несмотря на крайнюю доставучесть, герой всегда доверял ЕЙ, коли речь шла о чём-то важном.

Однако, сейчас ОНА предлагала совсем уж спорные действия, не давая при этом хоть сколько-то внятных объяснений.

И всё же, Брутал решил согласиться с просьбой, так как ОНА вела себя на редкость серьёзно и даже казалась несколько взволнованной.

Юноше крайне редко доводилось заставать ЕЁ в подобном состоянии и всякий раз это говорило о том, что в скором времени произойдёт нечто отвратительное.

Но герой так и не смог понять последнее высказывание: "Не упусти мгновения глубокой боли... И ты познаешь истинную преданность."

— Прутал! Потойти сссюта, пошалуйсста!

И только Брутал захотел узнать у НЕЁ, что именно он должен сделать, как до юноши донёсся звонкий голос Чешуи.

Обернувшись на крик, герой заметил, как из-за небольшого холмика поднималась полоса сизого дыма, просачивающегося сквозь ветви пышной сосны.

В тот же момент серебряное кольцо неожиданно погасло, тем самым, оставив Брутала без каких-либо ответов.

Хотя юноша был рад и тому, что в ближайшие два часа не придётся выслушивать ЕЁ болтовню.

По привычке взмахнув рукой, герой вставил кинжал обратно в перевязь и мельком взглянув на потоки тёмной воды, отправился к месту, откуда раздавались звуки какой-то возни.

Поднявшись на невысокий холмик, укрытый множеством сухих веток, Брутал прошёл вниз по настилу из шишек и иголок, после чего вновь осмотрелся.

Наконец, юноша заметил впереди маленькую полянку, окружённую хвойными деревьями и двумя огромными булыжниками.

Как раз посреди незаметного пяточка, между массивными валунами Чешуя и обустроила временный мини-лагерь.

Девушка уложила свои вещи на ближайший земляной бугорок и развела небольшой костёр, после чего продолжила усердно крутиться рядом с огнём.

Дождавшись, пока от пламени останутся только угли, ламия начала увлечённо жарить мясо неизвестного происхождения.

Периодически Шиасса доставала что-то из сумок и посыпала или обрызгивала этим готовящийся продукт.

В то же время Брутал следил за действиями Чешуи с полным непониманием, для него все телодвижения девушки выглядели, словно ритуалы безумных шаманов.

Они тоже любили ошалело скакать рядом с пламенем и постоянно бросали в него различные предметы, разве что ещё и завывали в процессе идиотского ритуала.

Однако, юноша всё же почувствовал лёгкое облегчение, когда впервые за долгое время узрел огонь.

За свою продолжительную жизнь герой успел сильно породниться с пламенем и относился к последнему с большим уважением, ведь оно не раз спасало его из самых патовых ситуаций.

Ещё немного посмотрев на танцующие огоньки костра, Брутал, наконец, решил подойти ближе к суетящейся Чешуе.

Девушка выглядела так, словно планирует сделать что-то поистине грандиозное, хотя в глазах юноши она походила, скорее, на умалишённую.

— Кссах! Есё ссуть-ссуть... Поссти котово!

Шиасса нашла у авантюристов несколько кусков заготовленного мяса и теперь в немного кустарных условиях пыталась сделать что-нибудь вкусное.

Конечно, она не подходила на роль отличного повара, но во время походов девушка практически всегда играла роль поддержки, поэтому успела довольно неплохо обучиться основам готовки.

А вспоминая то, как юноша с наслаждением вгрызался в сырую плоть волков, ламия подозревала, что герой и вовсе не пробовал чего-то лучшего.

Естественно, Шиассу гложил интерес, ведь девушка непременно хотела увидеть реакцию Брутала, когда тот съест нормальную пищу.

Тем временем юноша успел несколько раз перепроверить местность на присутствие врагов и даже немного пометать кинжалы в деревья.

А в данный момент новоявленный герой просто сидел под основанием крупной сосны и со скучающим видом смотрел на то, как Чешуя снимает с огня куски испорченного мяса.

Брутал совершенно не понимал, зачем это дурное существо держало пищу над пламенем, вместо того, чтобы сразу её съесть?

Но юношу не особо интересовало, чем занимается Чешуя, пока она не мешает ему восстанавливать организм посредством отдыха.

Поэтому герой спокойно взирал на плачевный результат действий ламии, неспешно расслабляя собственное тело.

— Котово! Толшно пыть вкуссно! Прутал, попропуй! Оссторошно, оно коряссее!

Шиасса с удивительной резвостью подползла к юноше вместе с ещё скворчащим мясом и тут же протянула герою небольшой кусок, насаженный на палку.

Девушка буквально переполнялась эмоциями, в ожидании того, как Брутал попробует приготовленную еду.

Хвост ламии крайне активно стучал по земле и несколько раз едва ли не задел костёр, глазки Шиассы светились искренней радостью, а странная улыбка не сползала с её бледноватого личика.

Вероятно, сейчас девушка и сама не смогла бы объяснить, почему она так волновалась.

Брутал с недоверием взглянул на чересчур энергичную Чешую и уже хотел приказать ей заткнуться и не мешать ему, как вдруг почувствовал довольно привлекательный аромат.

Разумеется, запах сочного жареного мяса не мог не привлечь внимание юноши, не евшего уже почти двое суток.

Немного поразмыслив, герой всё же протянул руку и с заметным сомнением принял короткую палку с едой.

Но перед тем, как приступить к трапезе, Брутал вновь дождался, пока Шиасса на себе подтвердит, что она не желает его отравить.

Посмотрев на Чешую, довольно жующую собственную порцию и убедившись в относительной безопасности пищи, юноша осторожно откусил небольшую часть от тёплого мяса.

— Н-ну как? Вкусссно?

Девушка с нескрываемым волнением взирала на героя, готовясь к любой реакции и последняя не заставила себя ждать.

Несколько секунд Брутал медленно пережёвывал еду, не проявляя особого энтузиазма, но уже через мгновение челюсть юноши просто застыла.

И когда ламия уже собиралась расстроиться, посчитав, что герою не понравилась её готовка, Шиасса заметила, как выражение на лице Брутала начало меняться.

Брови юноши невольно поползли вверх, а пламя в его глазах разгорелось с невиданной силой.

В мгновение ока герой буквально вцепился в кусок мяса, который ему принесла Чешуя.

Брутал со звериной жадностью проглотил свою порцию и с несвойственной для него активностью взглянул на девушку.

Впервые за долгое время в глазах юноши промелькнуло что-то отдалённо похожее на настоящий интерес, а не стандартную любознательность.

Ламия, в свою очередь, с огромным трудом сдержала широчайшую улыбку, разглядывая крайне серьёзное и в то же время по-детски увлечённое лицо героя.

Шиассе даже не нужно было переспрашивать, чтобы понять - угощение явно впечатлило Брутала.

— Ещё.

Ни капли не смущаясь, юноша просто потребовал добавки, ультимативно посмотрев прямо в глаза девушки.

— Понравилоссь? Хе-хе-хесс... Сссекунту.

Ламия, не скрывая своего удовлетворения от полученного результата, передала герою очередной кусок мяса и одновременно укусила собственную порцию.

Едва схватив добавку, Брутал чуть ли не давясь, начал буквально аннигилировать пищу.

Не прошло и пятнадцати секунд, как от еды не осталось и следа, а юноша уже смотрел на Чешую, догрызавшую только половину своей доли.

— У-уше?! Кссах... В-вот, но это посслетнее!

Ещё несколько минут назад Шиасса считала, что герой просто не способен хотя бы на какие-то эмоции, поскольку тот непрерывно ходил с одинаково угрюмым или крайне спокойным выражением.

Но сейчас девушка с радостью замечала, как на холодном лице Брутала изредка мелькало что-то похожее на удивление.

И это было вполне объяснимо, ведь за всю свою жизнь юноша ещё ни разу не пробовал ничего более вкусного, чем испорченное мясо!

Никогда бы он не подумал, что просто бросив пищу в огонь, можно сделать её вкуснее, чем раньше!

Стоило лишь распробовать первый кусок, как новое тело героя моментально отозвалось такой порцией удовольствия, что даже разум Брутала на мгновение впал в растерянность.

Наконец, сожрав, а иначе и не скажешь, свою порцию, юноша на несколько секунд перевёл взгляд на Чешую и о чём-то задумался.

Шиасса так же закончила трапезу и выпила из походной фляги немного воды, после чего заметила пристальный взор героя.

— Эхсс... А ссто теперь путем тел...

Но не успела девушка договорить, как Брутал приподнял ладонь, тем самым показав ей, что нужно молчать.

Ламия вновь оборвала фразу на полуслове и с лёгкой обидой шлёпнула алым хвостом по короткой траве.

Однако, Шиасса уже немного привыкла к такому поведению юноши, поэтому не стала говорить чего-то ещё и просто ожидала пока герой сам даст указания.

Тем временем, Брутал по привычке схватил кинжал в ладонь и немного подумав, начал покручивать его.

— Отдых.

В который раз юноша произнёс всего одно слово, после чего принял довольно странную позу, частично оперевшись на ствол сосны и тут же сомкнул веки.

Девушка не успела и моргнуть, как осталась в полной тишине, стоя перед медитирующим героем.

Сначала ламия хотела растормошить Брутала, но резко передумала и осмотревшись, подложила побольше сухих веток в костёр.

Потом Шиасса вновь упаковала все использованные предметы по сумкам и убедившись в окончании работ, спокойно поползла к берегу реки.

Добравшись до удобного спуска к воде, девушка положила рядом несколько свёртков ткани, взятых из чёрного мешка и на мгновение задержала взгляд на бурном потоке.

Слегка помотав головой и очистив разум от лишних мыслей, ламия начала неспешно снимать с себя шерстяную накидку.

Закончив с ней, Шиасса перешла к старой одежде, взятой ещё у работорговцев.

Когда девушка сложила всё снаряжение в аккуратную кучку, на ней осталась лишь длинная, но довольно тонкая майка бежевого цвета, доходившая до основания хвоста.

Немного посомневавшись, красноволосая ламия всё же стянула с себя последнюю одежду и сразу сжалась от колкой прохлады.

Худоватое, но стройное тело Шиассы быстро покрылось крупными мурашками и девушка спешно подползла к журчащему потоку.

Зачерпнув немного воды в свои ладони и вздрогнув от непривычной температуры жидкости, ламия приступила к мытью, начав с головы.

Полностью вычистив длинные алые волосы, Шиасса медленно спустилась к плечам и внезапно, наткнулась на старые шрамы.

На секунду замедлившись, девушка неосознанно провела маленькими пальчиками по длинным рубцам, ровными полосами шедшими по спине и даже шее ламии.

Сжав тонкие розоватые губки, Шиасса заметно погрустнела, и ещё несколько раз ощупав свои раны, вновь потрясла головой, сбросив блестящие капли воды с рубиновых локонов.

Постепенно опускаясь всё ниже, девушка провела влажными ладонями по гладкой, но слегка бледноватой коже.

Нежными движениями ламия слегка приласкала свою мягкую грудь, невольно оценивая упругость последней.

Скорее подсознательно Шиасса подумала о том, что её округлости уже перестают помещаться в ладони и не пора ли обматывать их тканью для удобства?

Со временем девушка добралась и до своей талии, в процессе обмывания заметив, что за последний месяц она довольно сильно потеряла в весе.

Фигура Шиассы по-прежнему оставалась довольно изящной, как и у большинства девушек её вида, но выглядела скорее исхудалой, нежели стройной.

Медленно спускаясь по изгибам собственного тела, ламия приблизилась к бёдрам и в тот же момент Шиасса почему-то вспомнила, как они вместе с Набуо-саном и сестричками посещали горячие источники.

Девушка ополаскивала себя прохладной водой и продолжала медленно скользить всё ниже по утончённым линям молодой фигуры, одновременно представляя лицо того, кто однажды вырвал её из ужасов рабства.

Сама того не замечая, ламия начала аккуратно касаться своей чувствительной зоны, прикрыв глаза от наслаждения.

Внезапно, в разуме Шиассы всплыло ясное и удивительно красочное изображение.

Яркий, суровый, опаляющий душу, но столь уверенный и буквально переполненный пылающей энергией взгляд был направлен точно на неё...

— Ньхяасс!

Неожиданно, из девушки вырвался громкий стон, и всё тело ламии содрогнулось от нахлынувшей волны удовольствия.

Наконец, Шиасса вернулась к реальности и тут же осознала, чем она сейчас занимается.

Резко завершив приятный процесс, девушка немедленно залилась краской до самых ушей и даже тихо пискнула от смущения.

Стараясь более не задерживаться в своих мыслях, ламия быстро ополоснула довольно крепкие бёдра и основание змеиной части тела.

После этого Шиасса спешно окунула собственный хвост в реку и шустро поползла к сложенной одежде.

Насухо обтерев себя тканью и намотав её на голову, дабы не переохладиться, девушка оделась, и взволнованно осмотревшись по сторонам, поползла обратно.

Вернувшись к временному лагерю, ламия не обнаружила каких-то изменений и подкинув хвороста в костёр, вытащила из мешка нечто похожее на плед.

Накрыв им свой хвост, Шиасса подобралась поближе к огню и только ощутив приятное тепло, смогла немного расслабиться.

Однако, уже через минуту девушка не удержалась и осторожно взглянула на красноволосого юношу, тихо сидевшего под сенью пышной сосны.

Ламия до сих пор не могла побороть некоторое смущение от того, что произошло на берегу.

Даже сейчас, глядя на абсолютно спокойное лицо Брутала, Шиасса испытывала какие-то странные и плохо объяснимые эмоции.

У девушки никак не получалось понять, что с ней происходит... Почему она... Нет! Хватит!

В неизвестно какой раз ламия затрясла головой и попыталась успокоиться, но получилось не слишком успешно.

Устало вздохнув, Шиасса вновь о чём-то задумалась и невольно воззрилась жёлтыми глазками на чарующий танец рыжего пламени.

Вместе со слабым дуновением лесного ветра, скользившего между высоких сосен и елей, так же доносились далёкие отголоски человеческих криков, а иногда и привычные звериные подвывания.

Медленно и незаметно веки девушки начинали смыкаться, а близкое журчание тёмных вод окончательно убаюкивало разум молодой ламии.

Так, на небольшой полянке, в окружении хвойных исполинов отдыхали перед последним рывком двое невольных путешественников.

И лишь тёплые солнечные лучи проникали сквозь кроны стройных деревьев, создавая яркие отблески на поверхности бурной реки.

— Прекрати дёргаться!

— Отвали! Я не пойду туда, они сожгут меня!!

*Автор изо всех сил брыкается, пытаясь укусить свою совесть за кисть*

*Автор получает смачную затрещину*

— Сам виноват! А если бы тебя не кормили месяц? То-то же, хватит ёрничать.

— Ты плохая...

*Автор обиженно бубнит о том, что снова недоспал*

*Совесть швыряет автора на пол, прямо перед поднятыми факелами и кольями читателей в кроваво-чёрных мантиях*

— Он ваш.

*Совесть скрывается в тумане*

— Р-ребят, мы же давно знаем друг др...

*Факелы и колья приблизились к телу автора*

— Понял-понял! Но можно же всё решить мир...

*Автора тыкнули копьём*

— Ай! Да знаю я, что плохой! Ау! Н-ну, ладно-ладно! Очень плохой... Ай-ай-яй! Всё-всё-всё! Знаю, что обещал! Но я совершил ошибку... Я рассказал другим о своих планах... А ведь знал, что так делать точно нельзя... Ничего не могу поделать, очень уж я болтливый, когда не надо!

*Автор получает очередной тычок*

— Хэй! Ну хватит уже! Я тебе не Винни-Пух!

*Потирает место укола*

— Ладно, вот вам моя речь... Очередная.

В общем, чего уж говорить, не умею я в регулярность... Уже всё перепробовал, а за полгода ничего так и не помогло сделать выпуск стабильным.

Мои раздолбайство и поистине колоссальная лень вместе с унынием способны буквально пронзить небеса, вытеснив даже естественные природные желания и любые планы со сколь бы то не было важными делами. (Чего только стоит моё отчисление из-за того, что я на три месяца забил на универ и просто ежедневно катался на автобусе по городу без какой-либо цели часов так по 5-6). [Это было давненько, где-то год назад].

Но всё же, как-то не хочется сдаваться... Поэтому у меня есть к вам предложение.

Было время, когда я выпускал главы довольно часто и своевременно - на момент зарождения Брутала. (С 1 по 10 главу).

И посмотрев на них сейчас, я понял, что эти фрагменты всегда были не особо большого размера, из-за чего писать и редактировать их не составляло великого труда. (Сейчас глава - минимум 2000 слов и часто больше 2400, раньше относительно стабильные 1к слов и редко, когда 1400-1500).

Так вот, почему бы ради эксперимента мне не попытаться снова выпускать главы по 1000-1400 слов?

Это не значит, что я начну специально писать фрагменты под этот размер, нет, просто уже готовый кусок текста буду делить на части данного объёма и выкладывать их.

Подобным образом, мне станет куда проще вовремя выпускать главы и не придётся писать на скорость, дабы успеть в срок. (А коли не успел, то уныние и новый недельный/месячный застой).

Естественно, цена будет соответствовать размеру, но при удачных обстоятельствах, возможно, наконец, появится стабильность.

Если не получится, то просто вернусь к привычному варианту... Поэтому отпишитесь в комментариях, как вы считаете, стоит ли попробовать?

На этом всё! И хватит меня тыкать!

*Отмахивается стулом от факелов*

=]

Сквозь толщу кровавого тумана судорожно прорывались мрачные скалы, походившие на уродливую лапу жуткого монстра, тянущегося длинными когтями за своей жертвой.

Острые гигантские утёсы, словно хищные звери, вгрызались чёрными пиками в тяжёлые и до отвращения грязные тучи, угрюмо нависавшими над пустынным миром.

На многие сотни километров совершенно мёртвую почву покрывал алый пепел, отдающий до тошноты мерзким ароматом горелой плоти и тлеющих костей.

Тёплый рубиновый покров состоял из невероятного количества пепла некогда живых созданий, канувших в испепеляющем пламени вулканических колоссов.

Изуродованные земли уже тысячи лет беспрестанно подпитывались всё новыми трупами различных существ и чудовищ, погибающих в бесконечной ярости и боли сражений.

Любая душа без капли сомнений умрёт в неистовых битвах, лишь бы хоть на секунду узреть последний оазис жизни в этом разлагающемся пространстве вечного смрада и тьмы.

Всюду, куда не бросишь взгляд, что-то визжало, ревело, цеплялось за ничтожную жизнь, лишая последней своего врага и тут же упокаиваясь в единой могиле сотен миллионов тел.

Каждый метр Алой Пустыни полнился удушающей гарью, застилавшей обожжённую землю кровавым дыханием фанатичной войны.

Но ничто не могло остановить свирепую бойню бешеных тварей, кроме полной аннигиляции одной из сторон.

И вот, поверх толстого слоя, скворчащей от жара, мёртвой плоти уже несколько месяцев сражались грозные воины, вырвавшиеся из самых глубоких кошмаров Пустоты.

Дикие монстры с оглушающим рёвом отрывали друг другу конечности, рассекали черепа и сдирали плотную, словно сталь кожу, выдавливали внутренности и в порыве всепоглощающего исступления дробили вражеские кости.

Ни одна из тварей не знала отдыха, ведь единственная возможность остановить битву - это смерть.

Над великим полем брани никогда не расходились мрачные тучи, а освещением служили лишь постоянные взрывы исполинских вулканов, превращающих гротескный танец смерти в театр бесконечных воплей и страданий.

Но даже самый изуверский и отвратительный хоровод смерти должен кто-то возглавлять...

В центре океана сгоревших останков высился холм, послуживший обширной могилой для десятков тысяч бесстрашных воинов.

С вершины прекрасной скульптуры войны, сотканной лишь из мёртвых тел, по-прежнему доносились холодящие кровь визги и крики.

На пике огромного трупного склепа возвышалось поистине могущественное существо, вселявшее ужас даже в чёрные скалы.

Разорвав пополам очередного противника, массивное чудовище издало неистовый рёв, громом отразившийся от монументальных гор давно павшего мира.

Жуткий гимн монстра сминал души врагов, дробя их волю и испепеляя малейшую веру в победу.

Даже союзники сжимались в трепете, едва расслышав угнетающую песнь их неудержимого предводителя.

Словно голодное пламя безумный демон остервенело врывался в гущи сражений, за секунды изничтожая сотни существ.

Дитя, рождённое битвой и живущее войной, без жалости и милосердия, без сомнений и страхов.

Оно с великим наслаждением пожирало сердца противников, раздирая ещё пульсирующую, тёплую плоть и окропляя воздух рубиновой взвесью.

Хрипя от кровавой эйфории, жестокая тварь одним видом возжигала дух своих слуг и подчинённых.

Каждый воин, находившийся поблизости с грозным чудовищем, мгновенно терял остатки разума, окунаясь в кипящие пучины беспробудного гнева.

Ненасытный зверь агонии с громоподобным кличем ярости сметал ряды врагов, уверенно приближаясь к долгожданной цели и не обращая абсолютно никакого внимания на нарастающее сопротивление.

Яростный воин с фанатичным рвением прогрызался сквозь огромные толщи мяса, рогов, костей, хвостов и прочих частей его врагов, разлетавшихся по кускам, словно жалкие насекомые.

А вслед за ним будто живая волна безумия двигались миллионы разъярённых тварей, считавших могучего демона своим полноправным повелителем.

Но для чудовища более не существовало ни друзей, ни союзников, ему было плевать на всех, оно руководствовалось лишь собственными желаниями и ледяной яростью.

С каждой секундой монстр неуклонно приближался к титаническим чёрным скалам, уходившим на километры ввысь, в тёмный небосвод.

В центре огромной горной цепи, казалось, созданной из самого мрака, высились грандиозные металлические врата, возведённые десятки тысяч лет назад мастерами, давно канувшими в забвение.

К несчастью для гигантских ворот, именно они стали преградой на пути у свирепого демона.

Там, где ступал он - пылали тела, там, где гремел его рёв - визжали враги, там, где вздымалось его оружие - пировала агония.

Исход многолетней войны за, возможно, последний клочок жизни в мёртвом мире находился в лапах одержимого чудовища.

Но монстра не волновала ни жизнь, ни смерть, ни своя, ни чужая, более ничто не сможет остановить его, ведь он уже видел заветную цель.

И лишь одно выделялось из плотной мглы бесконечных сражений.

Единственное, от чего мог ужаснуться каждый воин и зверь, враг и союзник.

Пылающий взгляд пожирателя боли являл собой истинный кошмар для любого живого существа.

Только яркое пламя из мёртвого льда способно прожечь густую тьму угрюмого мира несметных страданий, освещая своему зловещему хозяину путь сквозь гнев и отчаянье.

Ненасытная Смерть постоянно будет ждать от тебя всё новых жертв, а бесчисленные духи войны никогда не покинут твою обгоревшую сущность... Они взывают, о повелитель агонии, заклеймённый великим Кагаром, павшим от ненависти собственного зверя.

Потоки времён вновь разъедают твои громоздкие цепи, так низвергни же очередной мир в пучины страха, гнева и пламени! Разорви хлипкую клетку, о предвестник катаклизма, возродись, о...

— Прута-а-ал... Кса-а-а-а...

Внезапно, сквозь плотный гул давно минувшей битвы Брутал расслышал чей-то сдавленный хрип.

С большой неохотой юноша отвлёкся от прекрасных картин сражения и наконец, пришёл в себя, вновь почувствовав собственный организм.

Резко распахнув веки, герой узрел перед собой довольно странную картину.

По какой-то причине новое тело Брутала находилось совершенно не в том положении и месте, в котором он приступил к отдыху.

Но юношу больше интересовало, почему он держит на вытянутой руке задыхавшуюся Чешую.

Девушка обвила туловище героя алым хвостом и изо всех сил пыталась вырвать свою шею из постепенно сжимавшихся ладоней Брутала.

И судя по крайне активному брыканию Шиассы, возникла данная ситуация совсем недавно.

Быстро оценив обстановку, юноша понял, что ламия не нападала на него, а скорее защищалась.

Недолго думая, герой просто отпустил горло Чешуи, однако, резво дёргавшаяся девушка совершенно не ожидала подобного действия.

Неожиданно потеряв ориентацию в пространстве, ламия попыталась ухватиться руками за плечи Брутала, но юноша лишь слегка отпрянул с траектории ладоней.

Как можно было ожидать, Шиасса тут же с хрипловатым криком шлёпнулась затылком прямо о землю.

— Кьсяа-а-асс!!

Заверещав на всю округу словно раненый кобольд, Чешуя невольно ослабила давление хвоста на теле героя и тот, воспользовавшись моментом, спокойно выбрался из захвата.

Отстранившись от девушки на несколько метров, Брутал мельком осмотрел лес и не обнаружив чего-то опасного, равнодушно перевёл взгляд на ламию.

Жалобно постанывая от уже надоевшей боли в затылке, Шиасса начала неуклюже подниматься на свою чешуйчатую конечность, одновременно потирая многострадальную шею.

Наконец, полностью выпрямившись, девушка взглянула на юношу глазами полными обиды и непонимания.

В то же время герой продолжал молча взирать на Чешую, словно показывая ей, что ждёт объяснений.

— Сса сто?! Я веть проссто...

Ламия уже хотела накричать на Брутала, но заметив далеко не самый дружелюбный взгляд юноши, на мгновение запнулась.

Стерев с глаз несколько слезинок и недовольно ударив хвостом по земле, девушка успокоилась и продолжила говорить.

— Кс-с-сах... Ты вссё кромссе рыссал во ссне, вот я и решила расспутить тепя... С-с-схасс... Но как только я попыталассь тотронутьсся, ты...

Обиженно замолчав, ламия вновь потёрла свою шею и недовольно взглянула на героя.

Но Брутал уже не обращал никакого внимания на Чешую, поправляя амуницию и вспоминая некогда забытые события.

Почему он снова увидел это сражение? Ведь цитадель Единого Властителя была уничтожена ещё во времена его крайне необузданной молодости...

Постояв несколько секунд в тишине, юноша решил, что новое тело получило достаточно отдыха и вполне способно продолжать путь.

— Идём.

Дав короткую отмашку, герой вновь подхватил чёрный мешок и на мгновение задумавшись, выдвинулся в дорогу.

— Эхс?! Потош...

Брутал резко вскинул ладонь, тем самым запрещая Шиассе разговаривать, и тут же пошёл дальше.

Девушка недовольно заскрипела зубками и сжала кулачки, едва сдерживая своё негодование.

Однако, понимая, что ждать её точно не будут, ламия спешно набросила на себя заранее собранные сумки и поползла за юношей, тихо нашёптывая себе под нос какие-то неразборчивые проклятия.

Через несколько минут, получив разрешение, Шиасса немного скорректировала направление героя, после чего коротко объяснила, сколько ещё идти до города.

Путники шли по правую сторону реки, постепенно огибая бурный поток, а поскольку Брутал вновь заставил Чешую двигаться молча, то большую часть времени компаньоны провели почти в полной тишине.

Естественно, это снова беспокоило Шиассу, но на этот раз юноша так и не позволил ей говорить, если на то не было весомых причин.

Примерно час в подобной обстановке компаньоны пробирались сквозь Морозный лес.

Хотя от привычного холода уже практически не осталось и следа, а окружающее пространство с каждым шагом становилось лишь теплее.

Яркие солнечные лучи грели путешественников всё сильнее, некогда синеватая трава окончательно приобрела естественный зелёный оттенок, а иней и снег более не встречались ни на кронах елей, ни на рыхловатой земле.

Шиасса могла только гадать, чем вызвана столь резкая смена погоды, ведь ранее ей не доводилось находиться даже близко к этой части империи.

Девушка, конечно, успела подслушать некоторые рассказы работорговцев, но они так же владели лишь поверхностной информацией.

Хотя, именно у них ламия и узнала о некоторых лесных дорогах и основных угрозах морозной чащи.

Однако, Брутал ещё в родном мире получил привычку максимально тщательно исследовать местность, в которой он пребывает.

И за прошедшее время, юноша понял, что странный холод вызван далеко не естественными природными условиями.

Непривычный для героя мороз возник по вине энергии, которую Брутал только начинал изучать.

Проще говоря - он был уверен, что холод создан искусственно и это довольно сильно интересовало юношу.

Ведь то, что способно управлять подобной силой, может стать занятным противником!

Единственное в чём сомневался герой - есть ли у такого врага сердце, которое можно поглотить или ему придётся пожирать что-то другое?

Таким образом, путники продолжали довольно быстро двигаться по хвойному лесу, молча размышляя каждый о своём.

Но в один миг, компаньоны, сами того не заметив, выскочили из бесконечных рядов сосен и елей.

Резко застыв на месте, Брутал осмотрелся вокруг и вопросительно взглянул на ламию, так же выбравшуюся на местность, свободную от деревьев.

Заметив внимание юноши, девушка невольно покрутила головой, словно выходя из транса бесконечного движения.

Внезапно, ярко-жёлтые глазки Шиассы наполнились удивлением, а после и радостью.

— Это ше торока! Я уше и ссапыла про неё! Прутал, мы вышли на прямой путь то корота! Оссталось лишь итти по тропе и мы попатём тоссно к воротам!

Прошло всего пол дня, а девушка уже без слов понимала, когда её угрюмый спутник хочет что-то выслушивать, а когда желает тишины.

И в этом ламии сильно помогала, как оказалось, не самая бесполезная расовая способность.

Шиасса предполагала, что обычный человек вряд ли сможет долго продержаться рядом с Бруталом, не совершив какого-нибудь промаха... А любая погрешность, в данном случае, вполне могла закончиться не самой быстрой смертью.

И вот, сейчас девушка спешно объясняла юноше, что широкая полоса земли, поросшая травой и тянувшаяся сквозь лес в две стороны - есть не что иное, как нужная им дорога.

Ламия до сих пор не понимала, зачем герой изначально поплёлся через бурелом, вместо того, чтобы двигаться по тропе работорговцев.

Но сейчас это не играло особой роли, ведь они, наконец, получили точный ориентир и могли не тратить лишние силы на пробивание сквозь кустарники и поваленные деревья!

Но внезапно, Брутал по какой-то причине состроил недовольное лицо и молча посмотрел вглубь леса.

Всего на мгновение юноша нахмурился, после чего, будто невзначай положил ладонь на рукоятку меча.

Шиасса вопросительно перевела взгляд в ту же сторону, но не почувствовала ничего особенного.

Разве что, где-то внутри девушки появилось странное и слегка неприятное ощущение... Словно из-за густых кустарников за ними наблюдали десятки глаз...

Слегка встряхнув головой, красноволосая ламия заметила, что юноша уже двигался по тропе.

Быстро сократив расстояние до героя, Шиасса продолжила следовать за своим молчаливым компаньоном, периодически посматривая по сторонам.

Однако, неожиданно, девушка поняла, что Брутал так и не приказал ей молчать.

Естественно, ламия не могла не воспользоваться ситуацией и не разузнать побольше о юноше.

К тому же, возможно, именно общение поможет ей унять странную тревогу, появившуюся будто из ниоткуда.

— Эмсс... Прутал...

На секунду Шиасса замолчала, проверяя, действительно ли ей можно говорить.

И только когда девушка не заметила какой-нибудь ответной реакции, она осторожно продолжила.

— А ссассем ты итёшь в корот? Ссто-то исешь? Или коко-то? Ессли не хоссешь, мошешь не...

— Сражение.

Невольно ламия запнулась, переваривая сказанное и пытаясь понять, не послышалось ли ей.

Ведь не может всё быть настолько просто и одновременно странно... Или... Неужели, он идёт в город только, чтобы... Сражаться? Но с кем? И зачем?

— Э-эхс... А... А сс кем ты хоссешь ссрашатьсся? Воссмошно, я ссто-то сснаю...

И хотя Шиасса терпеливо ждала ответа, но его так и не последовало, ведь герой и сам уже давно не представлял, чего именно хочет получить от битвы и противника.

Брутал встречал десятки миллионов врагов: сильных, слабых, ловких, неуклюжих, хитрых, глупых, кровожадных, хладнокровных...

И сейчас юноша при всём желании не смог бы сказать, с кем будет сражаться, ведь он даже толком не представлял, зачем ему продолжать какую-то борьбу.

Герой совершенно не боялся смерти, да и какой смысл опасаться того, с чем встречался уже дважды?

Вот и получается, что Брутал не стремился как-то избежать своей гибели, к тому же, ему не требуется кого-то защищать от последней.

И хотя юноша не знал, как выразить всё это кратко, но люди давно придумали подобной проблеме хорошее название - абсолютная бесцельность.

Брутал скорее по привычке сражался с любым враждебным созданием, чтобы хоть немного заполнить своё существование смыслом.

В то время, как юноша молча двигался вперёд, изредка посматривая по сторонам, девушка, так и не дождавшись ответа, поняла, что нужно срочно поменять тему, пока герой снова не начал игнорировать её.

И только ламия открыла рот, чтобы произнести новый вопрос, как Брутал резко вскинул ладонь и остановился.

В ту же секунду Шиасса беспрекословно замерла на месте, стараясь не производить ни единого шороха.

Путники стояли в полной тишине посреди широкой лесной дороги, заросшей невысокой травой и различными колючками.

С одной стороны над компаньонами нависали статные деревья, издававшие едва заметные потрескивания, а с другой находилась небольшая полянка диаметром в пятнадцать-двадцать метров, окружённая всё теми же пышными елями и соснами.

Девушка не до конца осознавала, что происходит, но чувствовала, как ещё недавно привычное окружение медленно становилось всё более враждебным.

Ламии казалось, будто из каждой тени на них взирали маленькие злые глазки каких-то гнусных и опасных существ.

Даже солнечные лучи медленно теряли былую яркость, укрывая лес длинными полосами тусклого света.

Лишь слабые порывы душного ветра со свистом гуляли между хвойных стражей недружелюбной чащи.

С каждой секундой Шиасса всё больше ощущала, как вокруг густилось невидимое напряжение, а в ней самой нарастала тревога.

Не выдержав волнения, девушка начала тихо постукивать хвостом по земле, быстро переводя взгляд из стороны в сторону.

В какой-то момент ламия случайно посмотрела на Брутала и в тот же миг невольно ощутила ещё больший страх.

Юноша был до абсурда спокойным, словно он и вовсе находился в ином месте.

Шиасса буквально чувствовала, как и без того редкие эмоции ненормального человека полностью стихают, оставляя лишь абсолютную концентрацию и... Дикую, поистине всепоглощающую ярость.

По девушке тут же пробежалась крупная дрожь, ведь столь неестественные перемены просто невозможны для человеческого разума!

Но ламия не успела задуматься над этим, ведь всё вокруг, неожиданно, ожило.

Внезапно, герой с невероятной скоростью выхватил меч из ножен и на лету отбил нёсшийся в его голову камень, огласив лес пронзительным металлическим звоном.

Однако, булыжник не только отлетел в сторону, но и вернулся ровно туда же, откуда и вылетел.

Буквально через секунду из-за стены плотного кустарника раздался полный ненависти и боли крик, после чего на обозрение путников вывалился тот, кто издал и сам звук.

Существо ростом с семилетнего ребёнка, худощавое и покрытое множеством маленьких бородавок.

Морщинистая кожа светло-зелёного оттенка окрасилась обычной алой кровью, хлещущей точно из виска монстра.

Своими длинными и тонкими, но довольно жилистыми лапами тварь безуспешно пыталась остановить вязкую жидкость, постоянно прижимая ладонь с грязными когтями к своей зубастой морде.

Из-за неестественно длинных клыков, казалось, словно маленькое чудовище постоянно скалилось жуткой улыбкой.

И вот, этот монстр судорожно крутился по земле, оглашая лес противным визгом и заливая рыхлую почву кровью.

— Э-это ше коплин!!

Шиасса неосознанно воскликнула название существа, которое множество раз встречала за свою короткую карьеру авантюриста.

Данные монстры обитали практически во всех лесах и вообще везде, где могли вырыть себе глубокую нору, чтобы затащить в неё свою добычу.

Но сейчас девушку волновало совсем другое, ведь она прекрасно знала, что твари практически никогда не передвигались в одиночку.

— Прутал, пешим, с-с-сейссас ше! Ессли ссоротичи этоко коплина...

Не успела ламия закончить, как со всех сторон раздался громкий шелест, а после и множество недовольных рыков.

Вздрогнув от неприятных звуков, Шиасса испуганно осмотрела пространство вокруг себя.

Практически из-под каждого куста или неприметной ямки, начали выползать похожие друг на друга, как две капли воды монстры.

Гоблины скалили свои грязные зубастые пасти и довольно быстро заполняли все пути отхода.

А когда количество особей перевалило за второй десяток, девушка поняла, что считать дальше бесполезно, ведь ситуация уже переходила в разряд безысходных.

Два слабо вооружённых человека без поддержки мага или артефакта вряд ли могли что-то противопоставить многочисленной группе гоблинов, тем более в их родном лесу.

Осознав весь ужас ситуации, ламия почувствовала, как её тело сжималось от напряжения и отчаяния.

Всё, что могла предпринять Шиасса в окружении нескольких десятков голодных тварей - это медленно подползти вплотную к странному юноше, излучавшему неестественное спокойствие.

— П-прутал...

Девушка слабо представляла, что можно сделать в таком положении, ведь даже в её прошлых походах не происходило столь патовых случаев.

В то же время, сам Брутал сохранял на лице полное безразличие, будто ему вдруг стало ещё скучнее, чем раньше.

Казалось, словно попав в данную ситуацию, он наоборот смог немного расслабиться.

Выдохнув из лёгких часть воздуха, юноша плавно опустил лезвие своего клинка к земле, а второй рукой поднял из-под ног увесистый камень.

Доселе сдержанное пламя в глазах героя медленно закручивалось в бурлящие вихри животной ярости.

Гоблины с противными хохотками и шипящими хрипами подбирались всё ближе к путникам, готовясь резко схлопнуть капкан.

Ламия понимала, что у них нет выхода, поэтому с некоторой долей скептицизма и надежды наблюдала за действиями Брутала.

Наконец, юноша полностью выпрямился и слегка повернул голову к Шиассе, заставив последнюю вздрогнуть.

Девушка не первый раз видела удивительный взгляд героя, но сейчас он разительно отличался от привычного.

Глаза Брутала более ничем не походили на человеческие, а перед ламией возвышался монстр... Чудовище, которое могло без малейших сомнений оторвать ей голову.

От юноши резкими порывами исходила такая жажда крови, что даже гоблины невольно застыли на месте, начиная понимать, что здесь есть какой-то подвох.

— Сражайся.

— С-сто... Я не...

Не успела ошеломлённая ламия закончить фразу, как юноша начал действовать.

Показательно метнув увесистый камень в воздух, Брутал заставил практически всех гоблинов рефлекторно перевести взгляды на парящий предмет.

Монстры отвлеклись всего на секунду, но по окончании этого времени несколько зелёных тварей уже свалились на землю.

Чудовища издавали сдавленные хрипы и пытались закрыть кровоточащие раны на шеях, оставленные небольшими кинжалами.

Не теряя времени, герой в два широких прыжка ворвался в толпу гоблинов, холодно и методично срубая головы и конечности изумлённых существ.

Услышав громкие визги собратьев, твари, наконец, опомнились от неожиданной атаки и с гневными хрипами понеслись на путников.

Большая часть гоблинов незамедлительно ринулась на самое опасное, по их мнению, создание в виде Брутала, убивавшего монстров либо единичными порезами важных артерий, либо сразу отсекая руки и ноги верещавших тварей.

Оставшиеся же существа решили напасть на ламию, медленно и осторожно отползавшую от центра развернувшегося сражения.

Мелкие чудовища посчитали вздрагивающую девушку лёгкой добычей, видя её неуверенное поведение.

Но естественно, они не учли одной длинной детали...

— Н-нес... Н-не потхотите... Не потхотите! Нес!! Ксьяа-а-а-а!!

С резким притоком адреналина Шиасса начала бессистемно размахивать алым хвостом, совершенно не разбирая каких-либо направлений и целей.

Несколько особо удачливых гоблинов почти сразу попали под удар массивной чешуйчатой конечности и с оглушительным треском разлетелись во все стороны, со свистом впечатываясь в ближайшие деревья и камни.

И конечно же, девушка не забывала пронзительно верещать на весь лес, отпугивая любых зверей, хоть сколько-то чувствительных к резким звукам.

Тем временем, огромные массы хрипящих монстров изо всех сил набрасывались на юношу, скользящего среди маленьких тварей с нечеловеческой ловкостью.

Пламенные зрачки Брутала практически безостановочно перескакивали с одного существа на другое, молниеносно отмечая каждое движение пронырливых чудовищ.

Иногда, герой едва ли не вихрем проскакивал сквозь группы гоблинов, оставляя за собой лишь взлетавшие в воздух черепа и отрубленные конечности, вместе с брызгами вязкой крови.

Раненной рукой юноша периодически откидывал особо ретивых монстров, не забывая проламывать им глотки и разбивать кривые носы.

А прыгавших на него тварей, Брутал хватал за жилистые лапы и использовал, как живые снаряды, метая их в толпу собственных сородичей и привнося сумятицу в ряды врагов.

Другой рукой герой крепко удерживал окровавленный меч, то и дело со свистом разрубавший плоть уродливых существ.

Но, несмотря на почти безостановочные и точные движения, численный перевес оказался чересчур большим.

Да и юноша всё ещё не научился максимально эффективно пользоваться своим организмом, из-за чего, иногда мог замедляться.

Со временем, на одежде и теле героя появлялись небольшие порезы и ранки, а новые гоблины продолжали активно вылезать из нор и кустов, гудящими волнами наваливаясь на сражавшихся компаньонов.

Разумеется, основная масса агрессивных существ тут же неслась к Бруталу, не особенно следя за количественными потерями.

Шиасса до сих пор с криками раскидывала маленьких тварей, теснивших её со всех сторон.

Однако, девушка начинала постепенно уставать, ведь ей редко приходилось лично участвовать в битвах и она просто не привыкла подобным образом использовать свой хвост.

Но так как большая часть монстров игнорировала ламию, то Шиасса кое-как успевала отбиваться от них без заметных осложнений, чего не скажешь о юноше.

— П... Прутал! Нато пешать! Ссёрт!! Прутал!

Девушка видела, как на героя одновременно наваливались десятки уродливых существ, пытавшихся прокусить ему шею или вцепиться в конечности.

И хотя Брутал каждую секунду уничтожал по два-три гоблина, твари продолжали крайне активно и яростно прилипать к телу юноши.

Лишь крепкая шерстяная броня позволяла герою обходиться без серьёзных травм, но даже с ней, рано или поздно, монстры могли повалить человека толпой и изорвать в клочья.

— Н-нес... Прутал! Пеки!! Хватит! Кссах!!

Отшвырнув очередное назойливое существо хвостом, девушка быстро поползла в сторону Брутала, с трудом перебарывая желание сбежать.

Шиасса изо всех сил прорывалась сквозь толпу мельтешащих тварей, стараясь не дать чудовищам повалить и её саму.

Ламия уже видела, как некоторые монстры запрыгивали на израненного юношу, постепенно склоняя его к земле.

Но девушка не могла знать, что виной этому послужили совсем не гоблины, а процесс, которого так старался избежать герой.

— Прутал! Кр-расс! Проклясье!! Хсьяа-а!!

Внезапно, на ламию набросилось одно из чудовищ и зацепившись за шерстяную накидку, сразу же попыталось добраться своими гнилыми клыками до горла Шиассы.

В то же время, путь до героя незамедлительно начал забиваться множеством противно хрипящих существ, не позволявших девушке продвинуться и на метр вперёд.

А сзади упорно надвигались остальные твари, окончательно зажимая своих жертв в кругу голодных чудовищ.

— Нес! Нес!! Отвали! Ксьяа-а-ас!!

Не удержав равновесия, Чешуя неуклюже повалилась на землю вместе с голодным монстром, клацнувшим вонючей пастью прямо перед её лицом.

— Нес-нес-нес! Уйти! Нес... Пру... Тал...

Чувствуя, как в уставший хвост впиваются чьи-то клыки, а по остальному телу начинают возникать частые боли, ламия окончательно впала в истерику от ужаса.

По лицу девушки потекли слёзы, а исцарапанные руки едва сдерживали натиск дикого монстра уже оседлавшего её грудь и быстро орудовавшего своими когтистыми лапами.

Ко всему прочему, Брутал пропал из поля зрения ламии за стеной из маленьких тварей, всё ещё стекавшихся в одно место.

— Ксах!! Ай! Нес! А-а-ахс!! Пр... Хсах... Прутал! Н-нес...

Изображение перед глазами Шиассы постепенно смешивалось в одну мутную какофонию с громкими хрипами и визгами.

Ламия рыдала от отчаяния, из последних сил отбиваясь от беспрестанно наседавших гоблинов.

Но девушка понимала, что монстры скоро сломят её сопротивление, после чего тут же растерзают на месте.

Затем их изуродованные тела утащат в пещеру или нору, где станут медленно пожирать кусок за куском, отрывая кожу и скальп...

— Неехс... У-у-ухс... Нессх... Кхас!!

Неожиданно, когда ламию уже покидали остатки воли и разума, освобождая место лишь дикому страху и горечи, всё вокруг словно замерло.

Пространство и время для Шиассы будто резко увязли в густейшей магме, обдававшей девушку волнами жуткого жара.

Гоблины так же зависли на местах и очень медленно начали поворачивать уродливые головы в одну сторону... Туда, откуда толчками распространялась горячая, пульсирующая энергия.

Даже чудовище, недавно терзавшее ламию, забыло про неё и напряжённо вглядывалось в мощный источник невидимой силы.

Внезапно, на девушку обрушилась настолько плотная масса ярости и испепеляющего гнева, что Шиасса с трудом смогла удержаться в сознании.

Тело ламии словно одновременно пронзало сотнями молний, вся округа тряслась в диких конвульсиях, а уши девушки закладывало от непрекращающегося гула.

И когда Шиасса уже хотела завизжать от нестерпимой боли в голове и организме, пространство резко вернулось к прежнему состоянию.

Однако, казалось, будто на поле боя возникло что-то ещё... Что-то, от чего расползалась такая концентрированная ненависть, что даже воздух нагревался от неутолимой жажды кровавой бойни и лютого безумия.

И едва Шиасса смогла двигаться вновь, как в гоблина, сидевшего у неё груди, с оглушительным хрустом вмялся его вопящий сородич.

Не успела девушка опомниться, как из центра битвы раздались душераздирающие визги ужаса и животного страха.

А уже спустя несколько секунд зазвучал раскатистый треск лопающихся костей и разрывающейся плоти.

Сразу после этого, ещё несколько существ резко взметнулись в воздух, опадая на своих соплеменников с переломанными позвоночниками и пробитыми черепами.

С трудом осознавая происходящее вокруг себя, ламия чудом приподнялась на трясущийся хвост и слезящимися глазами взглянула в ту сторону, где должен находиться герой.

Но перед Шиассой мелькала только размытая и часто мерцающая картинка с непонятными силуэтами.

Девушка поняла лишь то, что гоблины почему-то перестали атаковать, а некоторые из них и вовсе медленно пятились назад, словно заметив опасного хищника.

Неуклюже протерев опухшие глаза и смахнув слёзы, вперемешку с мелкой пылью и кровью, ламия, наконец, смогла частично восстановить своё зрение и увидеть это...

В самой гуще битвы, скидывая с себя мёртвых гоблинов, поднимался Брутал.

Полностью укрытый слоями свежей крови, с изрезанной кожей и окончательно испорченной бронёй он медленно восставал с земли вместе с тремя монстрами, повисшими на его теле.

Но юноша едва ли обращал внимание на окружающих его чудовищ, герой выглядел так, будто из последних сил сражался с чем-то внутри себя.

Не особенно напрягаясь, Брутал схватил двух существ, сидевших на его плечах, и просто столкнул их друг об друга.

В ту же секунду, гоблины превратились во взорвавшиеся мешочки из мяса и хрящей.

Последняя тварь, узрев судьбу своих товарищей, незамедлительно попыталась удрать от юноши.

Но герой быстро перехватил монстра за тонкую шею и одним молниеносным ударом пробил чудовищу грудную клетку, буквально вышибив из неё сердце, вместе с кусками костей и ошмётками лёгких.

Когда последний гоблин упал с тела Брутала, забрызгивая сородичей и юношу тёплой и до тошноты вонючей кровью, герой окончательно поднялся на ноги и тут же резко вздрогнул, словно получив мощный удар током.

В полной тишине Брутал медленно поднял голову и взглянул прямо на Шиассу.

Руки девушки задрожали, а хвост едва не подкосился от страха, стоило ей увидеть то, что происходило с юношей.

В глазах Брутала неуклонно распространялось то самое жуткое тёмно-кровавое пламя, практически полностью вытеснившее отголоски ярко-рыжего огня.

Но ламию поражало другое... Буквально на всём теле героя, в том числе и на его лице начинали возникать мрачные, угольно-чёрные рисунки, казалось, совершенно непринадлежавшие этой вселенной.

Шиасса каждой частью своего естества ощущала до ужаса зловещую и неукротимую энергию, исходившую от гротескных рун, опоясывающих практически всю кожу Брутала.

К сожалению, девушка не могла разглядеть, что именно изображали тёмные символы, так как её зрение не восстановилось полностью.

Но чем больше проявлялись рунические надписи, тем яростнее и безумнее становились удушливые потоки гнева и ненависти.

С каждой секундой ламии становилось всё сложнее дышать и просто оставаться в сознании.

Даже полуразумные гоблины стояли в полной нерешительности, опасаясь и близко подходить к изменившемуся герою.

Но природные инстинкты так же не давали им поворачиваться спиной к источнику столь опасной и кровожадной силы.

Однако, их решение уже не имело абсолютно никакого значения.

Внезапно, до слуха Шиассы донёсся едва слышимый, продолжительный и очень низкий рык.

Подобный звук совершенно не был похож на тот, который может хоть как-то издать человек.

Скорее, это походило на наполненный жаждой чужой плоти и свежей крови зов изголодавшегося чудовища.

Медленно переведя, горящий тёмно-алым пламенем, взгляд на окружающих его существ, юноша тихо выдохнул заметную порцию странного красного пара.

Слегка сгорбившись и приняв неестественную для человеческого тела позу, Брутал сделал всего один шаг.

Ещё никогда гоблины так не ошибались при выборе своей добычи.

Шиасса напряжённо взирала на то, как юноша медленно и слегка подёргиваясь, делал короткие и неестественно рваные шаги навстречу застывшим в недоумении гоблинам.

При этом, герой выглядел так, словно абсолютно разучился управлять собственным телом.

Странная, слегка искривлённая поза Брутала даже могла показаться кому-нибудь забавной.

Но вот интуиция девушки вопила ей о том, что нужно немедленно уносить отсюда свой хвост, иначе уже через десять секунд его вырвут вместе с позвоночником.

Сердце ламии исходилось в бешеном ритме, глаза вновь застилала мутная пелена, а по уставшему телу проходила крупная дрожь.

Шиасса чувствовала, как от юноши медленно и с каким-то кровожадным удовольствием расползалось что-то жуткое, тёмное... Нечеловеческое.

Словно в глубинах мрачной расщелины ты, неожиданно, обнаружил, что на тебя направлен чей-то пронзительный взгляд.

С каждой секундой девушка ощущала, как её шансы на выживание тлели, вместе с шагами героя.

— Н... Н-не... Ахсс!

Неосознанно ламия начала отползать от эпицентра зловещей ауры, но столкнувшись со случайным гоблином, неуклюже повалилась на землю.

И в тот же момент позади себя Шиасса услышала тихое, пронизывающие до дрожи в руках, рычание.

Оно казалось едва слышимым, однако, девушку буквально перекосило от той ненависти, которую принёс за собой этот звук.

Ламия почувствовала, как чей-то неутолимый голод и глубочайшее презрение ко всему живому накрыли небольшую поляну одной массивной волной жуткого смрада.

Внезапно, Шиасса ясно осознала, что ей осталось жить всего несколько секунд.

Словно рядом с девушкой возникла сама Смерть, готовясь забрать очередную душу в царство мёртвой пустоты.

Уже в третий раз за последние три дня ламии приходилось ощущать этот пронзительный холод, касавшийся её сознания отвратительными иглами льда.

— С... С-ск... Сксьяа-а-а-а!!

Наконец, разум Шиассы не смог и дальше выдерживать колоссального давления и угнетающего страха.

Завопив от всепожирающего ужаса, девушка сорвалась с места, не разбирая дорог и направлений.

Вкладывая в бегство все возможные силы организма, ламия с визгами неслась сквозь ошеломлённую толпу гоблинов.

Однако, стоило этому произойти, как прямо позади Шиассы раздался глухой гортанный рык.

Не замедляясь и тем более не оборачиваясь ни на секунду, девушка сама того не заметив, вырвалась из кольца уродливых монстров.

Ламия ещё не знала, насколько правильное решение она приняла, но душераздирающие вопли гоблинов, возникшие где-то за спиной Шиассы, хорошо подогрели её мотивацию.

А всего через несколько секунд по округе уже разносились омерзительные хрусты костей и дикие крики маленьких тварей.

Но девушка более не обращала никакого внимания на окружающие шумы и события.

Единственной целью, занявшей всё сознание ламии было - сбежать.

Унестись, как можно дальше от этого места, чтобы спастись от настоящего чудовища... И Шиасса ползла... Ползла, как никогда не ползала.

Алый хвост девушки горел жгучим пламенем, а исхудавшее тело постоянно врезалось в деревья и кусты, обдираясь о колючие ветки и падая в глубокие канавы, заполненные водой или различным сором.

Ламия больше не слышала страшных воплей умирающих гоблинов и не чувствовала всплесков жуткой энергии, она даже не представляла, куда именно двигается.

Ко всему прочему, солнце продолжало активно слепить ей глаза, ухудшая и без того не лучшую видимость, а силы предательски покидали организм, заставляя Шиассу на последнем издыхании рваться вперёд.

Иногда, переутомлённой девушке даже начинало казаться, что она кружит на одном и том же месте.

Наконец, когда ламия уже едва ли могла ползти вперёд, не сваливаясь через каждый метр пути, перед ней возникла неожиданная преграда.

Словно появившись прямо из-под земли, рядом с пошатывающейся девушкой оказался тёмный расплывчатый силуэт, в который Чешуя благополучно и врезалась.

Медленно уткнувшись носиком в рослую фигуру, ламия слегка отпрянула назад и тут же обессилено рухнула на землю, чудом не потеряв сознания от усталости.

Единственное, на что у Шиассы ещё хватало оставшейся энергии - это изнемождённо валяться на рыхлой почве, покрытой мягкой зеленоватой травой, и пытаться хоть немного отдышаться.

В то же самое время, девушка смутно различала поблизости чьи-то неразборчивые голоса.

Какие-то люди активно переговаривались друг с другом, иногда громко обращаясь к полуживой ламии.

И конечно же, они не получали никакого внятного ответа, кроме вялого бормотания.

— М... Мосстр... В н... Нём... Мосстр... М-мосстр... О-он... Мосстр...

Возможно, Шиасса так и продолжала бы тихо бубнить что-то себе под нос, разглядывая длинные ветви елей, трепетавших на ветру.

Но, неожиданно, вместо тёплых лучей летнего солнца, на её лицо струёй потекла странная и довольно вонючая жидкость.

Девушка тут же закашлялась и с трудом подняла отяжелевшие руки, чтобы прикрыть лицо от потока неприятной влаги.

Однако, пахучая жидкость настойчиво продолжала выливаться на голову Чешуи, пока та всё же не смогла понять слова, обращённые к ней.

— Ау-у-у... Эй! Э-э-эй, ламия! Ламияа-а-а... Прекрати уже нести свой змеиный бред и начинай говорить по-человечески! Мне и так пришлось излить на тебя всю... Хах... Живительную влагу.

Как только чей-то насмешливый голос затих, Шиасса незамедлительно услышала множественный хохот и несколько поддерживающих фраз в сторону крайне остроумного шутника.

Кто-то даже попытался пнуть обессиленную девушку в бок, но был остановлен громким и слегка задиристым голосом.

— Хватит горланить! А ты, мой мочегонный волшебник, сворачивай магическую руну и отправляйся на поиски Карреловых трав, раз не способен на что-то более полезное.

На секунду хозяин голоса умолк, видимо, осматривая нежданную гостью, но после продолжил разговор с недовольной интонацией.

— Оставил вас всего на минуту, а вы уже поганите чью-то собственность... И как будете оправдываться перед хозяином этой неопрятной зверушки?

— Тэр, брат, ну чего сразу травы, да травы... От них воняет, что жуть... К тому же, ты и сам видишь - у ламии нет ни печати, ни татуировки, ни отличительных знаков, даже ошейника и того нет! По всем признакам - очередная беглая тварь.

Наконец, Шиасса смогла кое-как оттереть глаза от противной влаги, и смутно рассмотрела фигуры окружающих людей.

И если бы девушка могла плакать, то она точно сделала бы это прямо сейчас, ведь более неподходящего случая для встречи нового отряда авантюристов быть просто не могло.

В данный момент её окружало не менее шести человек с уже знакомыми синими эмблемами на плечах, изображавших кинжал, протыкающий снежинку.

Среди общей толпы выделялись два человека, громко споривших друг с другом, судя по всему, уже далеко не первый раз.

— Во-первых, я тебе не брат. Во-вторых, как часто за последний год ты слышал о ламиях? А о сбежавших или пойманных? Лично я - ни разу. Но даже если эта зверушка умудрилась смыться от работорговцев, какого хрена ты что-то делал с ней без моего приказа?

— Да ладно тебе, Тэр... Она несла какой-то бред и не отвечала на наши вопросы... Ну, не тратить же на неё воду, в самом деле?! Вот я и помочи...

— Чёрт, лучше умолкни, иначе сейчас точно схлопочешь по лицу, гений импровизаций. А вы чего лыбитесь? Почему не вразумили этого остолопа?

— Н-нес... Я... Не... Хасс...

И только Тэр захотел отчитать свою команду, как его внимание привлёк неуверенный бубнёж девушки, с огромным трудом пытавшейся подняться с земли.

Шиассу покрывало множество мелких царапин, ушибов и ссадин, особенно сконцентрированных на руках ламии, которыми она до последнего защищалась от атак гоблина.

Одежда девушки сильно повредилась и больше походила на взлохмаченные куски шерсти, слепленные воедино одноруким орком-инвалидом, приступившим к делу после бочки искрящегося эля.

Длинные алые волосы Шиассы и вовсе превратились в сборник разной грязи, листьев и пыли.

В целом, абсолютно измученный и крайне замызганный вид ламии говорил Тэру лишь о том, что она явно не просто так гуляла по одному из опаснейших лесов империи.

Вряд ли ей захотелось побегать в Морозном лесу, чтобы вдохнуть прекрасные ароматы ядовитых цветочков, потискать кровожадных волков или обледенеть из-за резких перепадов температур.

— Нда-а... Ну и что же мне с тобой делать, а, зверушка?

— Я... Я... Кс-ссах... Н-не нато... По-пошалуйсста...

Шиасса отлично понимала, что в данной ситуации авантюристы имели всего три явных выхода - убить её на месте, отпустить и самый логичный...

— Надо, зверушка, надо... Ничего личного, жить хочется всем, а жить хорошо и того большим. Зарий, ты же прихватил тот ошейник, про который я тебе говорил?

— Н-нес... С-сто укотно, т-только... Не это...

Ламия ужаснулась лишь от одной мысли, что ей вновь придётся погрузиться в нескончаемый круговорот тоски, угнетений и побоев.

Но что она могла сделать в подобной ситуации? Командир авантюристов перестал обращать на неё какое-либо внимание, активно раздавая указания своему отряду.

А остальные либо смотрели на Шиассу с откровенным презрением, либо просто игнорировали.

— Так, народ! Ввиду новых обстоятельств нам придётся временно отложить все свои дела, чтобы доставить ценную зверушку в город. Думаю, никто не имеет возражений, правда?

Разумеется, в ответ Тэр не услышал какого-то недовольства, а оно и понятно, ведь не каждый день им попадался живой клад.

К тому же, его отряд вышел из города совсем недавно и обратный путь не должен отнять у них и двух часов.

Да и регистрация раба с выставкой последнего на продажу не занимает особенно много времени.

Поэтому уже сегодня они вновь могут продолжить выполнение этих проклятых заказов от гильдии... Чтобы им пусто было, чёртовы скряги.

Мы ради них жизнью рискуем, а они бросают нам какие-то жалкие гроши...

Ничего-ничего, на этой неделе я точно смогу порадовать моих девочек походом за вкусняшками, даже без доли от ламии... Чёрт, как же давно я не видел их милые мордашки из-за работы... Всё! Хватит мечтаний, нужно закончить начатое, а потом расслабляться.

— Хорошо, раз никто не против, натягивайте на зверушку ошейник и двигаем обратно.

— Эй, бра... Эхм... Тэр, а разве эти примочки не работают только с помощью мага?

— Хэ-э-э... Мой юный мочегонец, если бы ты слушал меня при разборе плана, а не вливал в себя литры дешёвого пойла, то не спрашивал бы... А, гнолл с тобой... Данный артефакт работает автономно и имеет очень краткосрочный эффект, большего тебе знать и не нужно.

На несколько секунд Тэр замолчал, внимательно посматривая то на ламию, то на задиристого паренька и наконец, решил преподать последнему небольшой урок.

— Кстати, Келин, забыл упомянуть, до города приглядывать за зверушкой будешь ты.

— Ч-чё?! Почему?! За этой обоссаной змеёй?! Да, ни за что! Лучше уж...

— Это приказ. Выполняй, либо проваливай. Всё на твоё усмотрение.

Получив прямой ультиматум, Келин некоторое время усердно хмурился и что-то бормотал себе под нос, чем вызвал лёгкую улыбку у Тэра.

Но не найдя, что противопоставить решению командира, парень слегка кивнул, выражая своё согласие, и тут же метнул в ламию злобный взгляд.

Не став заострять на этом внимания, Тэр повернулся к ожидавшим его команды людям и быстро осмотрел каждого из них.

— Так, все готовы? – дождавшись, пока вся группа отзовётся, Тэр продолжил. – Хорошо. Зарий, активируй ошейник и веди зверушку в середину колонны. Остальным, построиться в линию. Келин, идёшь позади ламии. И не забудь - отвечаешь за неё своим пропитым кошельком.

— Так точно... Командир... – недовольно пробубнил насупившийся юноша.

Пока авантюристы вставали по своим местам, на Шиассу надели уже знакомый ей ошейник из странного тёмного материала с едва заметным руническим мерцанием.

Девушка не пыталась сопротивляться, да и не могла, так как сил для этого уже попросту не хватало.

Когда артефакт был закреплён, хмурый парень лет девятнадцати грубо вздёрнул ламию за руку, заставив её неуверенно встать на подрагивающий от усталости хвост.

— Надеюсь, ты сгниёшь в своей клетке...

Молодой авантюрист буквально прошипел Шиассе доброе напутствие и тут же словно невзначай наступил ей на кончик хвоста.

Девушка вздрогнула от пронзительной боли и до скрипа сжала зубки, не в силах даже закричать.

Но не прошло и двух секунд, как парень резко убрал ногу и спокойно встал позади ламии, удовлетворённо ухмыляясь своей короткой мести.

— Двигаемся чуть поодаль от дороги, в последнее время рядом с ней часто ошивается не самая приятная живность. Остальное без изменений. Варк, веди.

Наконец, группа авантюристов, вместе с едва двигающейся ламией, начала свой путь сквозь редеющий лес.

Шиасса уныло ползла вперёд, прикладывая все оставшиеся силы, чтобы просто удерживаться в сознании.

От изнеможения девушка каждые два метра пыталась поцеловать землю лицом или опереться на впереди идущего человека.

Но всякий раз падение ламии пресекалось юношей, наказывающим её болезненными тычками под рёбра или лопатки.

Находясь в полуобморочном состоянии, девушка невольно вспомнила, как тепло и удобно ей было на спине у загадочного героя.

И хотя ламия пребывала в сознании не слишком долго, воспоминание всё же оставалось достаточно ярким... Раньше никто даже и не подумал бы о том, чтобы носить Шиассу на себе, независимо от её состояния...

Возможно, последние трое суток оказались не такими уж и плохими...?

Да... И его глаза... Интересно, почему они столь... Манящие? Пламенные, яркие... Краси... Стоп! Нет-нет-нет!!

С большим трудом девушка пересилила странное наваждение, возникшее, стоило ей только представить пронзительный взгляд героя.

Казалось, будто одно упоминание об этом человеке заставляло что-то в разуме ламии вести себя иначе... Словно какая-то сила стремилась постепенно захватить её сознание.

Шиасса не представляла, чем это вызвано, однако, отрицать необъяснимую притягательность юноши было довольно сложно.

Но так или иначе, девушка понимала, что им, скорее всего, не суждено встретиться вновь.

Ламия не знала, чем закончилась та злополучная битва с гоблинами, однако, даже несмотря на ужасную ауру героя, монстров было в десятки раз больше...

Похоже, её судьбой навсегда останутся клетка и плеть, и сколько бы она не пыталась сбежать, от предначертанного не уйдёшь.

Однако, внезапно, Шиассу словно окатили ведром ледяной воды.

Девушка ошеломлённо замерла на месте и развернула голову, недоверчиво уставившись в одну точку.

Ламия пристально рассматривала ряды покачивающихся деревьев и со всей возможной концентрацией пыталась найти что-то среди лесной чащи.

— Эй! Ты чего встала? Мне помочь что ли?! Эй, ламия! Двигай уже своим чешуйчатым огрызком!

Несколько раз одёрнув застывшую девушку и не получив особой реакции, юноша не выдержал и пнул Шиассу по хвосту.

Однако, на этот раз ламия не только зашипела от боли, но и тут же окинула юношу ненавистным взглядом, явно намереваясь ответить на очередной выпад.

— Эй... Ты чего так пялишься? Тэр! Походу, твоя ценная хрень сломалась!

В итоге, всей колонне пришлось остановиться, так как молодой авантюрист безуспешно пытался справиться с обозлённой девушкой.

Шиасса практически не реагировала на какие-либо крики и команды, напряжённо переводя взгляд от леса к надоедливому пареньку и обратно.

— Ну, что у вас случилось?

Проследив за неуклюжими попытками юноши вывести ламию из транса, Тэр лишь устало вздохнул.

— Келин, хватит нагнетать животинку, видишь же, что не помогает. А ты, зверушка, перестань паясничать и следуй за нами.

Стоило Тэру договорить фразу, как на ошейнике ламии незамедлительно проявились тусклые символы розоватого оттенка.

Девушка тут же зашипела от неприятных уколов магической силы и с огромным нежеланием отвлеклась от сосредоточенного созерцания чащи.

Но даже повернувшись обратно, Шиасса продолжила взволнованно бегать глазками по кустарникам, словно выискивая потерянную вещь.

С каждой секундой девушка становилась всё более бледной, а её хвост бесконтрольно метался по земле, едва ли не сбивая Келина с ног.

Ко всему прочему, на лице ламии по какой-то причине выступили маленькие капельки пота.

Разумеется, Тэр не мог не заподозрить что-то неладное, однако, после внимательного осмотра ближайшей местности, он так и не заметил ничего особенного.

— Келин, я же предупреждал, что она твоя забота. Зверушка и без того еле живая, а ты, небось ещё и доконал её.

— Да я...

Не успел парень возмутиться, как позади колонны раздался громкий треск.

Все авантюристы моментально повернулись на звук и тут же приготовились к сражению.

И лишь побледневшая девушка не стала даже смотреть в сторону шума.

К удивлению отряда, их взору предстал одинокий юноша, возвышавшийся на небольшом холмике в семи метрах от группы.

Однако, вид незваного гостя заставил передёрнуться даже Тэра.

На теле молодого человека не было ни единого места, свободного от свежей крови или ошмётков чьих-то внутренних органов с кусками зеленоватой плоти.

Кроме того, всю кожу незнакомца испещряли поистине ужасные шрамы, казалось, являвшиеся отдельным существом, въевшимся в чужой организм.

Но не только из-за этого Тэр не мог протолкнуть ком, вставший у него посреди горла.

Неизвестный юноша держал свой немигающий взор прямо на нём.

И командир авантюристов мог поклясться, что ещё ни разу в жизни не встречал более пронизывающего и тяжёлого взгляда.

Кроме того, зрачки незнакомца в буквальном смысле этого слова были объяты пламенем!

Тэру хватило всего одного вида жуткого парня, чтобы понять - несмотря на человеческую оболочку, их гость точно не являлся таковым.

В самом лучшем случае перед ними стояла особь какого-то нового вида зверолюдей, а при худшем раскладе... Аура этого человека, чем-то напоминала демоническую.

Тэр чувствовал, как угрюмый взор юноши буквально сканировал его насквозь, вплоть до мелких трещин на костях и последнего съеденного хлебушка.

Интуиция командира без остановки твердила ему о том, что даже стоять рядом с этим существом уже было невероятно опасной затеей... А Тэр давно научился доверять своей чуйке.

К тому же, от странного парня исходила настолько угнетающая волна гнева, что двое молодых членов отряда и вовсе невольно попятились назад.

И командир не мог винить их за это, ведь даже он сам с огромным трудом выдерживал опаляющий взгляд незнакомца дольше десяти секунд.

С каждым мгновением жутких гляделок Тэр всё более чётко слышал в своей голове странные шумы.

Словно в его разум настойчиво проникали десятки тысяч яростных голосов неизвестных, но совершенно чуждых этому миру существ.

Казалось, будто непрерывный поток безумного шёпота уверенно приказывал Тэру подчиниться этому... Этому... Воину... Подчиняться... Истинному... Служить владыке выс...

Внезапно, один из молодых авантюристов споткнулся о камень и с шумом упал на задницу, чем случайно вывел своего командира из кратковременного забвения.

Тэр удивлённо замотал головой и с трудом свёл липкое наваждение, буквально затуманившее его разум.

Окончательно опомнившись, он заметил, что все вокруг стояли и молча пялились на зловещего юношу пустыми глазами.

— А ну, собрались!! Боевая готовность!!

Командир авантюристов изо всех сил заревел на своих подчинённых, заставив последних вздрогнуть от неожиданности.

Теперь Тэр не допускал даже малейшей мысли о недооценивании чужака, безмолвно стоявшего перед ним.

Судя по всему, другие члены отряда имели схожее мнение, так как с тревогой разглядывали незнакомца, стараясь при этом не смотреть в его глаза.

Разве что Келин вёл себя несколько странно, но Тэр пока что не мог, да и не собирался отвлекаться на этого задиристого дурака.

В отличие от всех остальных, сам юноша выглядел абсолютно спокойно... Настолько, что невольно начнёшь сомневаться, умеет ли он вообще проявлять какие-либо эмоции.

К тому же, несмотря на все попытки, Тэр так и не рассмотрел на лице чужака движение хотя бы одной мышцы.

Могло показаться, будто перед ними находилась живая кукла, но интуиция командира беспрестанно вопила ему о том, что секундное послабление может стоить им жизни.

И это сильно тревожило Тэра, ведь за всю карьеру авантюриста, ещё ни разу его чуйка не вела себя настолько необычно... Словно поблизости стоял не опытный воин или опасный зверолюд, а настоящий катаклизм во плоти.

Другие члены отряда, видимо, не чувствовали того же, но и они понимали, что шутить с данным существом нельзя.

Единственный, кто продолжал вести себя не совсем нормально - Келин.

Этот недоумок странно ухмылялся, глядя на незнакомца и даже поигрывал своим мечом.

Однако, самое плохое заключалось в том, что Тэр не мог даже приблизительно понять цель незваного гостя.

Чужак словно огромная грозовая туча возвышался рядом с взволнованными авантюристами и явно не планировал завести с ними душевный разговор.

И когда командир уже собирался подать голос, Келин, ещё недавно стоявший молча, резко обратился к незнакомцу.

— Чё ты здесь забыл, оборванец?! И кто ты вообще такой?!

От удивления, Тэр чуть не выронил собственный меч, а Зарий, его близкий друг, похоже едва удержался, чтобы не вмазать идиоту по лицу.

Командир не мог поверить, что этот придурок способен быть настолько тупым!

Даже если он по какой-то причине не ощущал невероятной опасности, исходившей от юноши... Как можно грубить неизвестному человеку, с ног до головы усеянному ошмётками плоти и залитому кровью?!

В то же время, полностью проигнорировав вопрос и оскорбление, чужак ещё раз пристально осмотрел небольшую толпу напряжённых людей и медленно перевёл пылающий взгляд прямо на Шиассу.

Побледневшая девушка тут же затряслась от ужаса и заплетающимся языком проблеяла имя незнакомца.

— П-п-пр-рутал... К-как...

Увидев переполненную страхом ламию, Тэр окончательно принял факт того, что человек перед ними явился сюда далеко не за милой беседой.

И судя по силе её дрожи, жутковатый парень получил все свои шрамы не на случайной попойке в баре... Если это возможно, желательно разойтись с ним миром.

— Что тебе нужно?

Подозревая, что чужак не слишком то любит лишний раз поболтать, Тэр сразу задал последнему прямой вопрос.

В ответ, юноша лишь окинул командира авантюристов суровым взглядом и немного нахмурился.

Тэр, прикладывая все возможные усилия, постарался не отводить глаза, но это далось ему крайне трудно.

По ощущениям, казалось, будто один только взор пронзает твоё сознание раскалённым металлом и выворачивает душу ледяными иглами.

Однако, внезапно, чужак молча поднял изрезанную длинными шрамами руку и указал ей на ламию, стремительно сжимавшуюся до состояния маленькой чешуйчатой точки.

— Это моё.

На несколько секунд в воздухе повисла глухая тишина, прерываемая лишь слабым треском покачивающихся деревьев.

И только сейчас Тэр заметил, что вся живность в округе полностью затихла.

Ни протяжного воя волков, ни заунывного гула Ищеек, даже постоянно щебечущие птицы пропали, стоило лишь появиться загадочному незнакомцу.

С каждой секундой Тэр всё более настороженно относился к жуткому парню, стоявшему неподалёку.

И особенно его внимание привлекали шрамы на теле юноши.

Казалось, словно от них изливается какая-то мрачная, гнетущая энергия, готовая утопить всякую жизнь в пучинах свирепой ярости.

А если взглянуть на раны боковым зрением, фантазия сразу же выстраивала из разрозненных следов сражений один зловещий рисунок.

Однако, у Тэра не было времени, чтобы и дальше рассматривать незнакомца.

— Это твоя ламия? – командир изобразил лёгкое удивление и показательно кивнул в сторону девушки. – Но где же опознавательные знаки?

Тэр не желал устраивать бойню с этим странным парнем, но и просто так отдавать дорогую зверушку он не мог.

Поэтому командир старался немного потянуть время, чтобы выведать хоть какие-то сведения о юноше.

Возможно, Тэр даже успеет придумать бескровный выход из ситуации, который удовлетворит обе стороны.

— Зверушка, ты действительно его собственность?

Командир внимательно проследил за реакцией ламии и незнакомца на вопрос, но результат его не особо обрадовал.

Шиасса всего на мгновение испуганно воззрилась на неизвестного, словно спрашивая его разрешения на ответ.

Тэр сразу понял, что если она и не рабыня юноши, то уж подчиняться ему точно привыкла.

А вот чужак и бровью не повёл, продолжая с ледяным спокойствием выжигать дыры в авантюристах своим до боли пронзительным взглядом.

— Сс-ксс... Я... Не... Кс-сах... Это...

Не успела девушка промямлить хоть сколько-то внятный ответ, как её перебил резкий выкрик Келина.

— Брат! Ты чё, серьёзно думаешь отдать этому пацану змеюку?! Да чё вы вообще переполошились из-за какого-то дохляка?! Он же едва на ногах стоит!

И едва Тэр хотел замахнуться кулаком, чтобы дать краткое пояснение на все вопросы соратника, как вблизи раздался тихий шелест травы.

Резко повернув голову на шорох, командир увидел, как незнакомец движется к ним.

Окровавленный юноша медленно, но уверенно сокращал расстояние до трясущейся девушки, полностью игнорируя присутствие других людей.

У Брутала и без того было далеко не самое радушное настроение из-за недавнего сражения.

Однако, бессмысленное растягивание времени мясными мешками окончательно исчерпало его безграничное терпение.

Он не собирался и дальше выслушивать жалкий лепет бесполезных созданий.

До окончания контракта, Чешуя - его собственность, а значит, никто не смеет даже касаться её без дозволения.

Любое существо, считающее иначе, может оспорить своё никчёмное мнение в сражении.

— Подожди секунду, мы...

— Пацаны! Намнём ему рёбра! Пускай знает, на кого нарвался!

Не успел Тэр договорить, как Келин с коротким мечом в руках и полной уверенностью в победе рванул наперерез Бруталу.

Молодой авантюрист возгорелся желанием перехватить авторитет своего командира.

Доказать всем остальным, что он не лыком шит и может сам управлять бандой!

Парень уже представлял, как будет посмеиваться, стоя над бессознательным телом соперника, попутно бросая колкости в сторону Тэра.

И больше его не посмеют недооценивать!

Никто из отряда ещё толком и не понял, что происходит, когда юноша уже почти приблизился вплотную к Бруталу, занося свой клинок.

И лишь командир успел заметить, как в руке незнакомца, словно из воздуха возник испещрённый кровью обломок меча.

В тот же момент Келин решил нанести чужаку размашистый диагональный удар.

— Келин! Сто...

И хотя Тэр уже собирался рвануть в сторону непослушного идиота, судьба последнего была предрешена.

Одним молниеносным движением Брутал воткнул кусок своего клинка в сжатую ладонь парня и слегка пригнулся.

Перед выпученными глазами Келина незамедлительно пролетели обрубки его собственных пальцев, оставляя в воздухе кровавые брызги.

Плавно увернувшись от выпавшего меча юноши, герой, используя свободную руку, врезал авантюристу в подбородок.

Голова парня тут же откинулась назад, издав подозрительный хруст.

Слегка развернув свой корпус, Брутал грубо вонзил обломок лезвия в живот Келина, попав в слабую зону шерстяной брони.

Перехватив сломанный клинок, герой с тихим рыком рванул меч вверх, буквально распарывая пузо ошеломлённого авантюриста.

Не давая врагу опомниться, Брутал резко ударил его ногой в колено.

По всей округе тут же раздался громкий треск, и юноша с хриплым криком начал заваливаться на землю.

Дрожащий парень с ужасом наблюдал за выломанной конечностью и даже пытался остановить выпадающие внутренности.

Но герой без малейшей жалости схватил голову парня и с омерзительным хрустом свернул тому шею, напоследок слегка пнув беднягу ногой.

Наконец, истерзанное тело Келина с глухим хлопком свалилось на спину, подняв небольшое облако взвеси и кровавой пыли.

Последнее, что юноша запечатлел перед своей смертью - совершенно безразличное лицо чужака и инфернальное пламя, медленно пожиравшее его душу.

Тем временем, немного понаблюдав за подёргивающейся оболочкой мясного мешка, герой спокойно перевёл пламенный взор на оставшихся людей.

В пяти метрах от Брутала безмолвно замерли авантюристы, для которых весь бой занял не больше нескольких секунд.

Тэр, стоявший впереди всех, вытянутой рукой останавливал свою группу от нападения, хмуро взирая на чужака.

Молча осмотрев изумлённых людей, герой на секунду о чём-то задумался, а затем, неспешно поднял меч, выпавший из ладони Келина.

В полной тишине Брутал встал над телом юноши и слегка замахнулся кончиком лезвия.

Внезапно, он резко вонзил клинок в грудь мертвеца, и с неприятным треском раздвинул рёбра последнего.

Лица всех присутствующих, в том числе и Тэра, тут же вытянулись в недоумении.

Неужели эта тварь собиралась ещё и издеваться над трупом?

И лишь затихшая ламия побледнела ещё сильнее, когда её посетила догадка о том, что именно планирует сотворить герой.

И Брутал полностью оправдал мысли Шиассы, с громким чавканьем выдернув сердце из развороченной груди Келина.

Сразу после этого, под ошарашенные взгляды авантюристов герой немного обнюхал ещё тёплую человеческую плоть.

Продолжая следить за возможными противниками, Брутал крепко впился зубами в свежую пищу, начав свою кровавую трапезу.

В тот же момент несколько молодых членов отряда с трудом выдержали рвотные позывы, прикрыв рты руками.

Их более стойкие соратники также сморщились от омерзения и даже невольно отпрянули на шаг назад.

И только Шиасса восприняла данную сцену относительно подготовлено, всего лишь отведя взгляд в сторону.

Однако, не прошло и полминуты, как герой уже сожрал сердце Келина и с лёгким интересом наблюдал за одним из неопытных авантюристов.

Взор Брутала словно говорил людям о том, что он совсем не против запастись едой на будущее.

Естественно, это, мягко говоря, не очень радовало, взмокшего от пота, юношу.

Но, наконец, гнетущую тишину прервал Тэр, не сводивший глаз с чужака.

— Ламия.

От неожиданности, девушка слегка вздрогнула, словно получив удар током.

— Кс... Сс... А?

— Ползи к нему.

Глаза Шиассы мгновенно расширились от ужаса, но не успела она что-то сказать, как на её ошейнике замерцали тусклые руны.

Несмотря на сопротивление, ламия медленно поползла в сторону Брутала, с трудом удерживаясь на трясущемся хвосте.

— Мы уходим.

Не дожидаясь пока девушка доберётся до чужака, Тэр знаком показал своей команде двигаться в сторону чащи.

Ненадолго задержав взгляд на Брутале, командир сморщился, вновь почувствовав следы странного наваждения и тут же начал неспешно отступать назад.

И лишь отойдя на относительно безопасное расстояние, он полностью развернулся и молча последовал за отрядом.

Какое-то время герой спокойно наблюдал за удаляющимися людьми, задумчиво покачивая своим новым мечом.

Наконец, когда авантюристы почти скрылись за кустарниками и стволами деревьев, Брутал медленно перевёл взгляд на Шиассу.

Сказать, что ламия была напугана - не сказать ничего.

Девушка буквально вибрировала всем телом, не зная, чего ей ожидать.

А пронзительный взор юноши и вовсе заставил Шиассу опустить глаза в землю и даже слегка пригнуться.

Ещё ни один рабовладелец не заставлял её испытывать настолько сильный ужас и смятение.

— Я... Кссах... Я н-не хотела... Я...

Девушка, как могла, старалась придумать любое оправдание тому, почему она сбежала и бросила героя в том бою.

Но слова путались в голове, а сильная усталость окончательно опустошала разум ламии.

Обречённо подняв взгляд на Брутала, Шиасса уже хотела просто извиниться, так и не найдя весомых причин.

Однако, вместо этого, девушка лишь вздрогнула и едва не повалилась на спину, увидев в нескольких сантиметрах от своего лица полыхающий взор.

— А... А... Сса...

Ламия только и смогла выдавить из себя несколько звуков, пока юноша с лёгким интересом смотрел прямо на неё.

Внезапно, герой потянулся окровавленной рукой к горлу Шиассы.

Девушка тут же зажмурила глазки и в который раз приготовилась к неминуемой гибели.

Тем временем, Брутал прикоснулся к артефакту, висевшему на шее ламии, и слегка нахмурился.

Неожиданно, кровь на руке юноши буквально закипела, с шипением впитываясь в его тело.

На изрезанной шрамами коже героя тут же начали выжигаться удивительные и одновременно устрашающие рисунки.

Мистические руны распространялись на большую часть руки Брутала, огибая её по спирали и размываясь ближе к плечу.

И так же, как и глаза юноши, татуировки испускали ярко-рыжее свечение, создавая ощущение того, что конечность героя окутывало ненасытное пламя.

Наконец, девушка с опаской приоткрыла один глаз и моментально распахнула рот от удивления.

Но едва ламия собиралась что-то произнести, как её шею охватила плотная волна жара, чудом не опалившая Шиассе кожу.

— Кса-а-а-а!! Ая-яй-яй-яй!! Хвасит! Хвасит!

Девушка хотела было отпрянуть от руки Брутала, однако, в то же мгновение, юноша сам убрал ладонь от горла ламии.

Неспешно отвернувшись от Шиассы, герой начал внимательно осматривать какую-то странную вещь.

Присмотревшись получше, девушка заметила, что Брутал держал её ошейник, хотя и слегка обгоревшего вида.

— Т... Ты с-смок деактивировась стершиваюший артефакт?! Прутал, н-неушели... Ты влатеешь макией?!

Ламия поражённо взирала на волшебный ободок, временно забыв про страх и усталость.

Ещё из рассказов Набуо-сана Шиасса помнила, что посланники крайне редко умели пользоваться магией сразу по прибытию в иной мир.

Зачастую, у героев уходило не меньше нескольких месяцев на изучение основ волшебства, только если они сразу не получали какой-либо дар от богов.

А так как ранее Брутал ни разу не использовал магию, девушка посчитала, что юноша появился здесь совсем недавно... Может, он имеет некую способность... Нет, вряд ли... А если...

— Идём.

Внезапно, мысли Шиассы прервались холодным голосом героя.

Вернувшись к реальности, девушка заметила, как Брутал вновь собирался в дорогу.

И лишь сейчас ламия поняла, что единственная одежда, хоть как-то сохранившаяся на юноше - это изорванные в тряпки штаны и более или менее, целые ботинки.

Да и сама она выглядела не намного лучше, разве что не была измазана кровью с ног до головы.

— П-потошти... Эхс... Ты...

На секунду Шиасса задумалась, а стоит ли ей продолжать начатый план?

После того, что она увидела за прошедшие несколько часов, девушка меньше боялась попасть в рабство, чем находиться рядом с ним...

Но ведь я делаю это только ради Набуо-сана... Нельзя допустить, чтобы... Да, я должна найти его, чего бы мне это не стоило!

К тому же... Герой... Вряд ли он позволит мне просто так уйти.

Словно услышав мысли ламии, Брутал хмуро взглянул на Шиассу, чем сразу вызвал у последней табун мурашек на спине.

— П-потошти... П... Сса-а-ах...

Девушка сделала глубокий вдох и выдох, чтобы хоть немного успокоить свою дрожь.

— Прутал, ты не мошешь пойти в корот... В т-таком вите... Тепе неопхотимо хотя пы смыть кровь... Та и твоя отешта... Т-тосснее, её отссутсствие, не оссопенно помошет нам пройти чересс сстрашу.

Ламия изо всех сил пыталась не показывать свой страх перед юношей и даже разговаривала с ним относительно уверенно.

Однако, герой лишь окинул её непонимающим взглядом, в котором читался всего один вопрос: "Зачем?"

Шиасса устало вздохнула и с лёгкой неприязнью посмотрела на истерзанное тело авантюриста, из-под которого выглядывала часть небольшого кожаного мешка.

— Латно... Потошти немноко... Восмошно, я ссто-нипуть притумаю.

Пока Брутал проверял ближайшие окрестности на признак дичи или врагов, девушка с трудом подползла к мертвецу.

Сморщив исцарапанный носик, ламия осторожно положила ладони на труп молодого человека.

Использовав все оставшиеся силы, Шиасса, забавно покряхтывая, перевернула того на живот, стараясь не смотреть на вываливающиеся органы.

Закончив нехитрые манипуляции, девушка аккуратно взяла в руки вещевой мешок, измазанный кровью бывшего хозяина.

Но покопавшись в маленькой котомке, ламия лишь печально вздохнула и окинула мертвеца осуждающим взглядом.

Внутри его сумки лежал один только алкоголь, да сухая закусь к последнему.

Эх... Если бы она и Брутал не потеряли свои вещи из-за недавней битвы, то всё было бы куда... Хм...

— Прутал... А... Кс-с-с... А ты сслуссайно не ссохранил такой ше мешоссек, только попольше... Помнишь? Он...

Не успела Шиасса договорить, как герой просто отвернулся от неё и быстрым шагом пошёл к кустам, из которых не так давно и вышел.

Несколько секунд юноша скрывался за листвой, но уже в следующее мгновение в девушку летел увесистый чёрный предмет.

Единственное, что успела сделать переполошившаяся ламия - это выставить руки и тут же свалиться на спину вместе с сумкой.

— Кса-я-яй... П-прутал! Нато ше претупрештать! У-у-ус...

Постанывая от боли и недовольно бормоча, Шиасса кое-как поднялась на дрожащий от усталости хвост и воззрилась на мешок, брошенный Бруталом.

Девушка изначально не питала особых надежд на то, что герой смог сохранить хоть какие-то вещи... Поэтому ламия решила даже не думать о том, как юноша вытащил сумку из той бойни.

Что же, по крайней мере, теперь у нас будет чем заменить нынешнее рваньё!

С лёгким воодушевлением Шиасса распахнула чёрный мешок и сразу же просунула внутрь ладонь, ухватившись за первую попавшуюся вещь.

К тому времени рядом уже стоял юноша и равнодушно следил за действиями девушки.

Наконец, ламия вытащила из котомки какой-то влажный материал и взглянув на него...

— КССЬЯА-А-А-А-А!!

С дикими воплями Шиасса выбросила распахнутый мешок и в панике отползла от него на несколько метров.

Девушка с неописуемым ужасом взирала на изувеченный череп гоблина, валявшийся рядом с заляпанной кровью сумкой.

Ламия и в мыслях не могла представить, что открыв котомку, она тут же ухватится за чью-то оторванную голову.

— П-п-п-прутал!! С-сто это такое?! П-поссему это т-там?!

Запинаясь от страха, Шиасса пристально смотрела на героя, требуя от того незамедлительных ответов.

Беззаботно взглянув на девушку, Брутал неспешно подошёл к мешку и просто перевернул его верх дном.

Из сумки сразу же вывалилось ещё четыре в клочья изодранных черепа и несколько шматов плоти и кожи, шлёпнувшихся о землю.

В ту же секунду ламия прямо-таки задрожала от негодования и отвращения одновременно.

— П... П... Прутал!! Т-ты... Ксс... К-как?! Э-э-это... Прутал!!

Хвост Шиассы выбивал гневную тираду, едва ли не проминая рыхлую почву своими ударами, а личико девушки раскраснелось от избытка, несомненно, радости и счастья.

Сжав ладошки и издавая странные, короткие, но частые пошипывания, ламия крайне недовольно взирала на абсолютно спокойного юношу.

Не обращая никакого внимания на готовую взорваться от эмоций Шиассу, Брутал равнодушно взглянул на череп гоблина и с невозмутимостью дракона пнул его в девушку.

— П-прутал! Ты меня сслу... Сьях?! А... Это...

Рефлекторно защитившись от летевшего предмета, ламия поймала изуродованную голову монстра и на несколько мгновений застыла в недоумении.

Но уже в следующую секунду жители хвойного леса вновь затряслись от пронзительного визга перепуганной девушки.

В ужасе откинув склизкий череп подальше в кусты, Шиасса, заикаясь от злобы, уставилась на совершенно умиротворённое лицо героя.

Тот, в свою очередь, совершенно потеряв интерес к едва ли не изрыгающей пламя ламии, просто выдвинулся в сторону города, игнорируя яростный стук алого хвоста и крайне устрашающий взор жёлтых глаз.

Брутал уже и без всяких проводников ощущал местонахождение цитадели мясных мешков.

И кое-что в этой твердыне довольно сильно привлекало его внимание.

— Пру... По... С-сстой! Поша... Луйсста...

Слегка замедлив шаг, юноша обернулся и увидел запыхавшуюся девушку с каким-то тёмным свёртком в руках.

Шиасса с огромным трудом продвигалась вперёд, явно не выдерживая даже столь медленную походку героя.

— Кхса-а-а-ах... Остано... Хсаах... Отень... Это...

Резко замерев на месте, Брутал дождался, пока девушка из последних сил доковыляет до него на трясущемся хвосте.

Наконец, ламия остановилась рядом с юношей и недовольно бурча, протянула герою странную чёрную тряпку.

Вернее, для героя предмет являлся обыкновенным тряпьём, а вот Шиасса назвала бы его...

— Плащ... Ксса-а-ах... Влакосстойкий... Ха-а-асс... Отень... Ксах... Ссеку... Нту...

Кое-как отдышавшись, девушка настойчиво передала одеяние Бруталу.

— Окасалоссь, ссто ты выпроссил не вссе вещи ис... Ссах...

Заметив абсолютно незаинтересованный взгляд юноши, ламия устало приложила ладонь к лицу и тихо пробормотала.

— Проссто, натень это...

Дождавшись, пока герой неохотно укутается в длинный чёрный плащ, Шиасса оценивающе оглядела Брутала и неосознанно потянулась хвостом к его голове.

В то же мгновение юноша ухватился за рукоятку нового меча, вставленного в ножны Келина, и с недоверием взглянул на девушку.

— П-прутал... Я... Я только хотела поправить кое-ссто...

Пристально осмотрев сжавшуюся от страха ламию и немного посомневавшись, герой всё же позволил Шиассе совершить неизвестное действие.

Осторожно подцепив капюшон плаща кончиком хвоста, девушка крайне аккуратно накинула его на голову Брутала.

Почти полностью скрыв огненные глаза и алые волосы юноши под защитой теней, ламия, наконец, завершила напряжённый ритуал переодевания героя.

И невольно Шиасса задумалась... Неужели, он настолько сильно не доверяет мне, что готов убить за случайное движение?

Однако, Брутал не собирался ждать, пока девушка переварит свои мысли и уже развернулся, чтобы вновь продолжить путь до цитадели.

Но внезапно, позади раздался одновременно смущённый и жалобный звук, чем-то похожий на смесь шипения и покашливания.

С лёгким недовольством повернув голову, юноша одним глазом выглянул из-под нависшего капюшона и увидел, как ламия взволнованно хлопает хвостом и нервно потирает свой локоть.

— Эмсс... Пр-рутал...

— Быстрее.

— Т-та... Я... Ссах... Я... – собравшись с духом, Шиасса на удивление уверенно произнесла. – Я польше не ссмоку прополссти и ссотни метров пес оттыха.

И девушка не лгала, ведь за последние три дня она лишь единожды смогла относительно нормально восстановить силы, которые потом сразу же и истратила.

А сейчас ламия и вовсе была готова просто свалиться на землю и моментально уснуть.

— Тавай сстелаем хоть непольшой при... Хсса? Э... Эмс... Ссто ты... Кьяс?!

Едва Шиасса начала что-то предлагать, как герой молча подошёл вплотную к озадаченной девушке, из-за чего последняя тут же нервно съёжилась.

Без каких-либо вопросов Брутал ухватил пискнувшую ламию за талию и с лёгкостью закинул её к себе на плечо.

— С... П-пру...

— Умолкни.

У юноши не было ни времени, ни желания выслушивать жалобы Чешуи, и уж тем более он не собирался останавливаться для очередного привала.

Так или иначе, как только чешуйчатый мешок проведёт его в стан возможных врагов, их контракт закончится.

И герою больше не придётся следить за тем, чтобы это немощное создание не сдохло раньше времени.

Скорее для приличия Шиасса слегка побрыкалась, после чего поняла, что сопротивление бесполезно и почти сразу успокоилась.

Обвив алый хвост вокруг туловища Брутала и устроившись так, чтобы не мешать юноше двигаться, девушка надёжно закрепилась на его плечах и молча рассматривала местную природу.

Но не прошло и нескольких минут, как ламия, сама того не заметив, банально уснула под натиском усталости.

В то же время, юноша, перейдя на лёгкую трусцу, быстро продвигался сквозь стремительно редеющий лес.

Хвойные здоровяки всё чаще сменялись молодыми елями и невысокими соснами.

И даже вездесущие кустарники вытеснялись довольно высокой травой.

Но внезапно, прямо перед лицом Брутала возникла его старая знакомая, вспыхнувшая в воздухе, словно она была там всегда.

Однако, в этот раз пламя, опоясывающее системную таблицу, выглядело слегка ярче и даже испускало некоторое тепло.

Так же по всей площади огненной плитки появились небольшие пульсирующие трещины, чем-то походившие на артерии живого существа.

Естественно, юноша, не особенно задумываясь, врезал в доставучую преграду кулаком и тут же продолжил путь.

Но, похоже, система уже знала о нраве своего пользователя и вместо того, чтобы разбиться вдребезги, табличка лишь временно рассеялась на множество маленьких искр и сразу собралась вновь.

Резко притормозив, герой окинул светящуюся плиту суровым взглядом, желая поскорее избавиться от надоедливого явления.

#Система приветствует но... Ошибка, обнаружена неизвестная активность#

*Попытка анализа...*

Неожиданно, прямо из таблицы в Брутала вылетела нить концентрированной белоснежной материи, тут же пожелавшей проникнуть в огромный угольно-чёрный шрам на его груди.

Но едва полоса энергии коснулась поверхности жуткой раны, как она незамедлительно отскочила от тела юноши, словно задев раскалённый металл.

Однако, на небольшом кусочке нити успело закрепиться крохотное смоляное пятнышко, впитавшееся в таблицу вместе с ярким лучом света.

#Ошибка, обнаружена крайне опасная инородная материя#

*Попытка занесения в общую базу данных...*

#Ошибка, полная идентификация невозможна#

*Попытка присваивания классификации...*

#Ошибка, существо превосходит класс "Кронос"#

*Попытка... |``||•••... Пр... ^|`||°°°...*

#Ошибка, несанкционированное изменение внешних параметров системы#

*Аварийная блокировка внутренних алгоритмов от чужеродного воздействия... Успешно*

*Попыт...

#Ошибка, преобразование информационных модулей#

#Ошибка, внесистемное вторжение#

×Активация автоматического механизма защиты... Срочное отсоединение пользователя от общей сети системы... Временный перевод носителя в автономный режим... Успешно×

*Преобразование внешне-визуального поля...*

В то время, как пламенную скрижаль буквально трясло от неизвестных метаморфоз, Брутал с лёгким интересом обнаружил, что перед ним высветились довольно знакомые символы.

И хотя рунические знаки казались юноше крайне грубыми и обрывчатыми, он всё же смог узнать в них самый простой из возможных вариантов своего родного языка.

Но внезапно, огненная плитка перестала содрогаться и рядом с Бруталом, словно из воздуха раздался глухой механический голос.

— Ar'N... Ad... Gr'Zar... Ver'Xar...

Выслушав произнесённую фразу, юноша слегка нахмурился, ведь его слух нещадно резануло столь грубым и неумелым произношением.

К тому же подобную речь в родном мире героя использовали в основном рабы, грязнокровы и отребья.

А при рождении Брутал получил все три титула одновременно, что сделало тогда ещё совсем маленькое и безобидное дитя одним из самых презираемых существ на многие сотни километров.

Но система и без того совершила невероятный подвиг, каким-то чудом синхронизировав поверхностную часть языка героя с таковым в Шаблониуме.

Ранее, даже для того, чтобы юношу могли понимать другие жители этого мира, системе приходилось не просто переводить его родной язык, как это обычно происходило с иными существами, а форматировать мыслеобразы в слова.

Данный процесс отличался высочайшей трудоёмкостью, особенно учитывая личность носителя, поэтому если бы Брутал не имел привычки говорить максимально кратко, его речь могла бы превратиться в белиберду.

Но, наконец, юноше надоело выслушивать поистине невыносимый язык системного голоса и герой просто ударил таблицу кулаком.

В тот же момент полыхающая плита задумчиво подвисла и резко высветила новое сообщение.

*Требуется подтверждение личности носи...*

Раздражённо взглянув на доставучую табличку, Брутал медленно протянул к ней ладонь, на которой уже воспламенялись жуткие руны.

Быстро прикоснувшись к поверхности магической скрижали, юноша вновь нетерпеливо посмотрел на левитирующую плиту.

×Личность утверждёна... Преобразование системы под носителя частично завершено... Требуется дальнейшая синхронизация×

*Активация аварийных режимов... Вывод укороченного механизма интерфейса... Успешно*

#Ka'Raz De Saraz Ta Baal Nez Bru'Tal.

Статус:

Имя — Брутал [Nakh'Ra-Dah] {#Требуется дополнительная синхронизация с языком носителя#}

Раса — Человек [Предвестник] {#Требуется полный анализ носителя#}

Характеристики:

1) Сила – 8

2) Выносливость – 12

3) Искра – 4

4) Ловкость – 10

5) Ярость – 1/100

(В связи с частичным разрушением клейма, ваш безудержный гнев начал постепенно вырываться наружу, захватывая сознание носителя.

Варианты сдерживания: Спасение нуждающихся из бед, служение светлым богам, поддержка нищих и обездоленных, распространение добрых дел, помощь угнетённым.

Как можно меньше злитесь, не вредите слабым, не грубите и ни в коем случае не участвуйте в сраже...)

*Аварийная перестройка системы под носителя... Успешно*

(Единственный способ сдерживания - Зверские убийства.

Уничтожайте, рвите, кромсайте, жгите, давите ваших врагов сотнями и тысячами.

Лишь постоянные сражения спасут вас от окончательного безумия).

*Заметка - Система будет автоматически сообщать вам, когда уровень Ярости приближается к критической отметке.

+ Важное:

— На вашем жертвенном клейме появился скол, отпрыски демонической крови пробуждаются ото сна, есть мизерный шанс, что они выдвинутся в вашем направлении.

— Приблизительно 67% богов системы обратили на вас своё внимание... Поздравляем! Носитель преодолел прошлый рекорд в 56%!

(*Совет - Будьте осторожны, повышенное внимание богов нередко приводит к смерти пользователя.)

— Ваша связь со светлыми богами заметно ослабела, возможно повышенное внимание Ангелов и существ, в чьих жилах течёт их кровь.

(*Совет - Будьте осторожны, одним из частых вариантов проявления подобного внимания может быть агрессия)

— Внимание! В ближайшей к вам местности может находиться один или несколько носителей системы!

(*Заметка - Большинство жителей мира "Шаблониум" именуют пользователей системы "героями")

[*Намёк - За убийство носителя даются дополнительные награды, но так же и увеличенные штрафы]

*Передача основной информации завершена... Возобновление процесса синхронизации*

#

Наконец, мерцающая таблица резко исчезла во вспышке пламени, не дожидаясь, когда Брутал решит уничтожить её сам.

Не издав ни единого звука, юноша спокойно размял шею и неспешно продолжил свой путь.

Но не прошло и тридцати минут, как герой вновь остановился.

Однако, на этот раз причина оказалась для Брутала куда интереснее, чем светящаяся доска с отвратительным подобием его языка.

Стоя на высоком холме, поросшем короткой травой и маленькими деревьями, юноша пристально разглядывал то, что находилось далеко за многочисленными кронами сосен и елей.

Где-то на границе видимости размашистые поля опоясывали длинные крепостные стены, уходившие на многие сотни метров в стороны.

Огромные пространства вблизи защитных сооружений переливались золотистыми и изумрудными полотнами растений, среди которых активно мелькали какие-то крохотные чёрные точки.

В некоторых местах из-за крепких городских стен слегка выглядывали крыши особо размашистых домов и пики башен, расставленных по всей площади ограждения.

Едва Брутал увидел размытые пейзажи поселения, как в его глазах вспыхнуло яркое пламя, а тело наполнилось новой силой.

Более не упуская ни единой секунды, юноша буквально сорвался с места, чуть ли не переходя на спринт.

Всего за несколько минут герой спустился с природной возвышенности и тут же побежал в сторону долгожданной цитадели.

Брутала немного волновало лишь то, что твердыня выглядела слишком маленькой и хлипкой, больше походя на какой-то перевалочный лагерь.

Но юноша решил не делать чересчур поспешные выводы до того, как рассмотрит всё поближе.

Кроме прочего, чувства героя стали всё чаще засекать стремительное увеличение количества разнообразных живых существ.

Большинство сигнатур принадлежало уже надоевшим Бруталу мясным мешкам, но были и совершенно отличные от них нити энергии, чем-то отдалённо напоминавшие ауру Чешуи.

К сожалению, пока что юноше не удалось найти среди этих созданий ни одного достаточно интересного противника.

Спустя довольно продолжительное время, Шиасса с тихим постаныванием разлепила веки, желая понять, почему её так сильно трясёт.

Но первое же, что девушка увидела сразу после пробуждения - еловая ветка, хлестнувшая ламию по лицу, когда та зевала.

— Кссьях! Птфусс...

Сплюнув мелкие иголки, Шиасса ошеломлённо огляделась и поняла, что они куда-то бегут... А точнее, он.

— П... Прутал, ссто сслусилоссь?! Поссему ты так сспешишь?! Мы...

— Гор'Род.

Наконец, холодный голос Брутала заставил сонный разум Чешуи работать и девушка тут же удивлённо вскинула брови.

Но только ламия собиралась что-то сказать, как сначала в её глаза резко ударил солнечный свет, а после Шиасса незамедлительно получила шлепок очередной еловой веткой.

— Птсха... П-прутал!! Акку... О-о-охс...

Издав протяжный вздох, наполненный искренним удивлением, девушка просто распахнула ротик, да так и замерла в этом положении.

Вместе с юношей, ламия выскочила на самый край огромного поля, заполненного потоками удивительного ярко-жёлтого света.

Но немного присмотревшись, путники обнаружили, что всё это лишь одна восхитительная природная иллюзия.

Высокие стебли неизвестного растения отражали лучи тёплого вечернего солнца, укутывая всю округу волнами мягкого янтарного сияния.

И даже Брутал, слабо интересовавшийся чем-то кроме еды, оружия и сражений, заворожено взирал на бескрайнее озеро трав, переливающихся приятным золотистым блеском с каждым дуновением прохладного ветра.

С трудом отведя взгляды от сияющего поля, компаньоны узрели, как по всей округе росло бесчисленное количество похожей флоры.

Всё ближайшее пространство было усеяно шелестящими волнами изумрудных, алых и даже лазурных трав.

Каждый подобный участок разделяли лишь дороги, змеями петлявшие к гордой крепости, возвышавшейся над этим растительным морем.

И хотя людей было не так много, как в дневное время, по дорогам даже сейчас неспешно тянулись одинокие телеги и небольшие группы путников, желавших найти себе надёжный ночлег.

Однако, больше всего на Шиассу подействовал вид мощных каменных стен, достигавших в высоту не менее двенадцати метров, не учитывая глубины земляного рва, окружающего всё сооружение.

— Порассительно...

Девушка восхищённо водила глазками из стороны в сторону, не зная на что обратить своё внимание в первую очередь.

В то же самое время Брутал с лёгким удивлением взирал на внезапно открывшиеся ему виды и пытался хоть как-то выяснить функции всех этих вещей.

Разум юноши ежесекундно рождал и тут же отбрасывал поистине великое количество догадок.

Герой совершенно не понимал, зачем кому-то нужны эти поля и почему по ним снуют мясные мешки с каким-то странным оружием? И оружие ли это вообще?

Почему абсолютно каждое существо вокруг ведёт себя так, словно совсем не видит в окружающих возможного противника?

Почему никто не сражается? Почему за стенами твердыни не слышно рёва солдат, готовящихся к очередной войне?

Где бесчисленные отряды стражей, защищающих эту ничтожную заставу?

Почему в воздухе не чувствуется стойких ароматов крови и безумия? Почему...

Брутал даже немного растерялся от того, как быстро его ожидания превращались в прах с каждым мгновением пребывания в данном месте.

Впервые заметив настолько недоумённый взгляд юноши, девушка не удержалась и тихо рассмеялась, стараясь не злить и без того опешившего героя.

Но, к сожалению или к счастью, путникам не дали долго размышлять о городских красотах.

— Эй, вы! Выход на поле разрешён только рабочим! А ну, быстро вернулись на дорогу!

— Тэр, заканчивай играть в шпиона, куда мы бредём?

Широкоплечий мужчина в плотном кольчужном комбинезоне нетерпеливо обратился к своему командиру, нарушив растянувшуюся на целый час тишину.

— Если я не ошибаюсь, то скоро сами увидите. Потерпи, Зарий.

Небольшая группа авантюристов быстрым шагом двигалась по лесу, следуя за высоким и крепким, но немного худощавым человеком.

Постоянно высматривая что-то на рыхлой почве, Тэр изредка поправлял свои тёмные волосы, короткими волнами спускавшиеся к его плечам.

Командир отряда был облачён в плотный балахон пепельного окраса, из-под которого выглядывала лёгкая пластинчатая броня, защищавшая корпус мужчины.

— Хм? Шибас, это же...?

Остановившись у небольшой канавки, заваленной кучей гнилых веток и разного сора, Тэр вопросительно взглянул на одного из молодых участников отряда и указал на какой-то предмет.

— Это... Ох... – немного поморщившись от запаха трупного разложения, юноша продолжил. – Гоблин, зелёный... Семейство карликовых, плотный череп, но довольно хрупкое тело, для атаки обычно использует острые когти... Разум трёх-четырёхлетнего ребёнка, агрессивный, охотится группами... Инстинкт самосохранения развит слабо, при сильном голоде может напасть даже на Тролля.

Закончив краткое описание монстра, авантюрист зажал нос и с интересом подобрался поближе к мёртвому существу.

Через полминуты вернувшись к отряду, юноша задумчиво помял светлые кудри волос и выдал своё заключение.

— Занятно... Данная особь спасалась от кого-то бегством, но её догнали и просто разорвали пополам, после чего отрубили ногу и ей же проломили череп... А ещё, не похоже, чтобы это сделал какой-либо зверь... Ну, разве что, Лесовик защищал свою территорию... Но он обитает ближе к глубоким частям Морозного леса, так что...

— Так что это сделал человек?

— Я лишь предполагаю... Ты ведь не хочешь сказать, что тот...

На несколько секунд вся группа авантюристов загалдела, обсуждая между собой вероятного убийцу гоблина, но внезапно, их командир подал голос.

— Тихо! Зарий, скажи ка мне кое-что. Вон там...

Тэр дождался, пока широкоплечий мужчина обратит на него своё внимание и протянул руку в сторону плотных кустарников.

— Это мне кажется или...?

Внимательно присмотревшись в указанном направлении, Зарий изумлённо закашлялся и снова взглянул на своего командира.

— Знаешь, я бы предпочёл, чтобы это была всего лишь массовая галлюцинация... Но думается мне, что такой вариант тебя не устроит?

Ухмыльнувшись своему помощнику, Тэр подозвал к себе остальную команду и вместе с ней спешно направился к густой растительности.

Через некоторое время, весь отряд продрался сквозь бурелом и с руганью выбрался на широкую дорогу, поросшую коротковатой травой.

— Пресвятой медведь Йонне...

— Интересные дела...

— Ох... Ч-что... З... За... Б... Буэ-э-э... О-о-ох...

Пока несколько молодых авантюристов усердно вскармливали сухую почву своим обедом, Тэр вместе с более опытными соратниками ошарашено разглядывал умиротворённую идиллию природы.

Перед небольшой группой людей находилась обыкновенная лесная полянка, но вот то, что её заполняло...

По всей округе были разбросаны сотни изуродованных тел гоблинов, при чём, в большинстве случаев, далеко не в полном комплекте.

Кроме того, почти с каждой ближайшей ветки свисали зеленоватые кишки монстров, которые, видимо, собирались использовать вместо гирлянд.

А на некоторые деревья насадили и самих хозяев подобных украшений.

Медленно осмотревшись, Тэр подметил, что убийца совершенно не ограничивался в методах умерщвления чудовищ.

Гоблинов рвали на куски, ломали пополам, вырывали им головы, сдавливали глазницы, забивали насмерть собственными конечностями, пронзали сердца, превращали в фарш подручными предметами... А кое-кого и вовсе душили чужими потрохами, одновременно используя беднягу, как снаряд.

Буквально каждый метр окровавленного пространства был завален горами изувеченных трупов и обрубленных конечностей.

Но самое ужасное зрелище предстало глазам авантюристов в центре жуткой поляны.

Нервно сглотнув слюну, Тэр и вся его команда взирала на мрачный трёхметровый тотем, полностью сотканный из останков мёртвых тел.

Основой и главной составляющей уродливого памятника являлись с корнем вырванные лапы гоблинов, каким-то причудливым образом соединённые между собой внутренними органами монстров.

А у основания гниющего изваяния аккуратно сложили грубо соскобленные черепа чудовищ, кои так же были воткнуты и на вершину сооружения.

Кроме того, Тэр заметил, что по какой-то причине к монументу смерти до сих пор не подобрался ни один падальщик, хотя в Морозном лесу их хоть отбавляй.

Но ощущая холодящую кровь волну ужаса и смрада, исходившую от этого омерзительного строения, командир и сам терял желание приближаться к тотему даже на несколько шагов.

Если немного задуматься, данная... Скульптура... Чем-то напоминает мне... Магическую печать?

Нет, но что-то похожее... Может, алхимическую руну? Не совсем, скорее... Пентаграмму.

Удовлетворённо кивнув своей догадке, Тэр ещё раз осмотрел поле боя и вдруг обнаружил, как из-под небольшой кучки мёртвых гоблинов выглядывает кусочек материи.

— Хм... Зарий, присмотри за молодняком, мне надо кое-что проверить.

— Да они вроде и не торопятся никуда... – с лёгкой усмешкой произнёс плотный мужчина, глядя на подёргивающихся в спазмах молодых авантюристов.

Осторожно подойдя к крайне вонючей горке трупов, Тэр заткнул нос и ухватился за часть какого-то предмета.

С некоторым усилием мужчина вытянул его из-под завала благоухающей плоти.

И к удивлению командира, ему в руки попала обыкновенная походная сумка, хоть и изорванная в клочья.

Но когда Тэр проверил её содержимое, то не смог удержать изумлённый смешок.

— Зарий, Шибас! Подойдите.

— Ох... Нет... Я не вынесу... Ох... Я отдам все деньги, только не...

— Двигай, давай, не ной! В логове огров успеешь нанюхаться и чего поароматнее! Ваха-ха-ха!

Дождавшись, когда к нему приблизятся двое галдящих соратников, Тэр с хмурым лицом показал им маленький кусочек ткани, на котором была вышита одна единственная снежинка.

— Постой-ка, Тэр, а это случаем не...?

— Именно так. Он прятал подобные нашивки везде, где только мог.

— Хах, Кир постоянно твердил, что они защитят его от холода смерти.

— Ну, от холода то может и защитили...

На несколько секунд над поляной воцарилась неприятная тишина, прерываемая лишь мелодичным журчанием чьей-то рвоты.

Но, наконец, командир громко хлопнул себя по колену и строго взглянул на своих подопечных, вновь поправив чёрные волосы.

— Не знаю, как вам, но мне кажется, что продолжать поход - не лучший выбор.

Дождавшись, пока вся группа ответит ему вялым одобрением, Тэр спрятал кусочек ткани за пазуху и отдал новую команду.

— Так, народ, сейчас немного осмотрим окрестности, может ещё чего найдём...

Задумчиво хмыкнув, командир посмотрел в сторону города и слегка нахмурился.

— А после, возвращаемся домой. Нужно доставить Норду новость о пропаже Кира, а возможно и всей его команды... Но, главное - похоже, что в наши и без того необычайно мирные края наведался демон.

Обернувшись на окрик, компаньоны увидели, как к ним приближается довольно крепкий мужчина в лёгкой металлической броне, поверх которой была привязана тонкая шерстяная ткань.

По какой-то причине ламия тотчас переполошилась и резво сползла с юноши, встав слегка позади него и немного опустив взгляд.

— Оглохли что-ль?! Я кому говорю?! Здесь ведутся работы по сбору посевов! Проваливайте или платите штраф!

Стражник, вооружённый длинным изогнутым кинжалом и небольшим арбалетом, висевшим у него спине, сурово взирал на двоих путников, ожидая, когда те выполнят приказ.

Почувствовав практически неприкрытую агрессию, Брутал не особенно задумываясь, потянулся к рукоятке своего клинка, одновременно делая шаг навстречу мужчине.

Но не успел герой вытащить оружие, как взъерошенная ламия уже стояла между ним и стражником, обращаясь к последнему звонким голоском.

— Просстите насс! Мы сс хосяином уше ухотим, коспотин сстрашник! Веть так, хосяин? Хосяин...?

Сохраняя всё ту же милую улыбку, Шиасса повернулась в сторону Брутала, собираясь намекнуть тому, что нужно уходить.

Но едва девушка взглянула на героя, как в сантиметре от её виска с глухим свистом пролетел увесистый камень, который юноша запустил в полёт одним резким пинком ботинка.

— Эй, что ты... Гхак!

В следующую секунду позади ошеломлённой ламии раздался болезненный вскрик, а после и звуки падающего тела.

Неуверенно оглянувшись на шум, Шиасса с ужасом обнаружила бессознательное тело стражника с разбитым подбородком.

Не меняя улыбчивого выражения на лице, девушка снова посмотрела на юношу.

— Прутал...

Ламия даже не злилась, она просто разглядывала героя, не зная, как донести до него всё своё недовольство.

Тем временем, Брутал спокойно пересёк крайне взрывоопасную зону, эпицентром которой являлась Чешуя и подошёл к лежавшему стражнику.

Перевернув того на живот, юноша немного поборолся с наспинными креплениями и снял с мужчины заряженный арбалет, вместе с некоторым запасом болтов.

— Кс-с-сах! П... Прутал!! Т-ты... Ты-ы-ы... Та, как ты...

Продолжая игнорировать громкие вопли разъярённой девушки, герой неспешно рассматривал новое приобретение, с интересом ощупывая каждую деталь неизвестного оружия.

Наконец, удовлетворённо кивнув самому себе, Брутал молча направил арбалет в сторону разбушевавшейся ламии и нажал на крючок.

Со звонким щелчком сработал спусковой механизм и в ту же секунду в Шиассу на огромной скорости полетел смертельный снаряд.

Девушка даже не успела моргнуть, перед тем, как арбалетный болт со свистом прочертил небольшую царапину на её щеке и срезав клок алых волос, понёсся дальше.

Без каких-либо криков ламия просто замерла на месте, моментально превратившись в чешуйчатое изваяние.

Однако, потребовалось всего несколько мгновений, чтобы личико Шиассы начало стремительно бледнеть, а ладошки затряслись от осознания произошедшего.

Между тем, юноша с лёгким интересом посмотрел на арбалет и в полной тишине зарядил его новой стрелой.

Неторопливо зацепив оружие у себя на плече, герой с ледяным спокойствием взглянул на белую словно мел Чешую.

— Заткнись.

В ответ ламия только слабо кивнула, боясь даже моргать без разрешения Брутала.

Ещё раз смерив перепуганную девушку равнодушным взором, юноша одним рывком закинул тело стражника к себе на плечо и быстро осмотрелся.

Найдя в нескольких метрах от поля заросли колючего кустарника, герой бесцеремонно сбросил туда охранника и неспешно вернулся к ламии.

Так как мясной мешок не пытался причинить ему вред, то и отнимать у него жизнь Брутал не стал, лишь слегка наказав за грубость.

Убедившись, что арбалет прочно держится на плече, Брутал вновь взглянул на притихшую ламию и медленно указал пальцем на крепостные стены.

— Веди.

Кротко кивнув юноше, Шиасса тут же поползла к ближайшей дороге, между делом стараясь успокоить крупную дрожь во всём теле.

Тем временем, герой беззаботно следовал за напряжённой девушкой, продолжая анализировать окружающее пространство и тех, кто его населял.

И хотя Брутал по большей части разочаровался в этом месте, как в источнике интересных сражений, здесь всё же оставались вещи, которые до сих пор привлекали его внимание.

Конечно, юноша ощущал поблизости ауры сильных противников, но если бы он искал битвы с равным по мощи врагом, то не стал бы погибать в своём родном мире.

Ведь всегда найдётся тот, кто превосходит тебя по способностям и почти всегда такого соперника можно повергнуть с помощью его же слабостей или иных уловок.

Поэтому Брутал желал найти что-то новое, что-то выходящее за рамки обычного боя.

Но пока, ему придётся следовать за этой чешуйчатой формой жизни и тщательно запоминать каждую деталь вражеской местности.

Не подозревая, о чём в данный момент размышлял юноша, Шиасса старалась просто не думать о том, что за ней идёт непредсказуемое существо с взведённым арбалетом.

Девушка едва отошла от недавнего шока и теперь судорожно перебирала любые возможные варианты, которые позволят им пройти в город, не вырезая всех окружающих стражников.

Однако, не успела ламия осадить свои мысли, как она выползла на широкую грунтовую дорогу, ведущую прямо к городским воротам.

Единственное, что хоть немного радовало Шиассу в данный момент - это малое количество людей, направляющихся к крепости.

Но даже так, практически каждый человек, проходивший мимо, удивлённо пялился на неё, словно заметив живого трупа, выползающего из могилы на вечерний променад.

А жутковатая фигура в чёрном плаще, шагавшая слегка позади ламии, совсем не уменьшала интерес случайных зрителей.

Девушка, как довольно редкий раб и раньше не была обделена вниманием со стороны человеческого общества, но сейчас это выглядело слишком странно... Возможно, она что-то пропустила за полгода скитаний от одного хозяина к другому?

И всё же, несмотря на пристальные взгляды и тихие перешёптывания, компаньоны постепенно подбирались ко входу в город.

На удивление Шиассы, юноша вёл себя довольно спокойно, почти не реагируя на окружающих людей.

Разве что, иногда герой неотрывно смотрел на других путников, вызывая у последних неосознанный холодок в районе спины.

Однако, девушку радовало уже то, что он не пытается кого-нибудь убить.

Наконец, владения бескрайних полей завершились и двое спутников выбрались на свободную от обширной растительности землю.

До крепостных ворот оставалось не более пятидесяти метров, когда ламия заметила небольшую очередь, тянувшуюся от самого входа в город.

И как бы хорошо Шиасса не готовилась к этому моменту ранее, сейчас её тело сжималось от напряжения и страха.

Ведь оставалось пройти всего один рубеж, не устраивая лишнего шума и тогда большинство их проблем будет решено!

Незаметно пристроившись в конец колонны, девушка знаком показала Бруталу, что нужно немного подождать и тут же забыла о юноше, активно прокручивая в голове будущий диалог со стражей.

Но увлёкшись планированием, ламия совершила небольшой промах.

Шиасса немного запамятовала про то, что её спутник не отличался ни терпением, ни человеческими нормами приличия.

И естественно, такое странное понятие, как - очередь, банально не существовало для того, кто умел ждать лишь окончательной смерти врага.

Внезапно, услышав чьи-то недовольные возгласы, девушка вышла из лёгкого транса и заметила, что вся колонна людей обсуждала какого-то "придурка", полезшего ко входу вне очереди.

Интересно, кто мог додуматься до такой глупости? Хотя, нам же лучше... Пока стража и остальные отвлекаются на нарушителя, нас могут пропустить без лишних разговоров!

Однако, какое-то слабое беспокойство настойчиво мешало ламии сосредоточиться на своих мыслях.

Казалось, словно она упускает из вида неизвестную, но очень важную деталь...

Наконец, во взволнованном разуме Шиассы возникла ужасающая догадка, которая заставила девушку вновь побледнеть.

Медленно и осторожно обернувшись, ламия воззрилась на юношу, молясь всем богам, чтобы она ошибалась.

Но обнаружив позади себя лишь презрительные взгляды незнакомых людей, Шиасса поняла, что рождённый ползать, вполне может научиться и бегать.

А тем временем, Брутал с непоколебимой уверенностью двигался вдоль колонны возмущённых мясных мешков, направляясь прямиком к посту стражи.

*Внимание! Ваш уровень Ярости приближается к опасной отметке! Нынешнее значение - (71/100)*

Да пребудет с вами спаситель!

Когда Юппей решил что-нибудь почитать, после очень долгого перерыва.

Ожидание:

— Ну, думаю, за денёк осилю эту занимательную книженцию и успокоюсь... Надеюсь, не произойдёт того же, что и в прошлый раз... Нет! У меня всё же много дел! Одна книга и заканчиваю!

Реальность:

— Хмм... Юппей... Это ведь уже третья книга... Эм... Ю-юп, зачем ты взял четвёртую? О-отпусти её! Ты не спал уже два дня! Не трогай пятую!

*Несколько минут спустя, от лица Юппи*

— А? Что значит - "Ты выпал из мира и мы думали, что ты умер"? Я всего лишь немного зачитался... Ну и что, если я полторы недели никому не отвечал на звонки... Подожди, полторы недели? Только вчера же... Так вот почему у меня такая щетина отросла... Эм... Как питался? Иногда, вроде кушал пряники, наверное... Что? Как учёба? Какая учёба? Я где-то у... Ах, да-а-а, я ведь учусь... Кхм, потом нагоню... Как, отчислили? Что же, это несколько усложняет дело... Писать главу? Да-да, только дочитаю эту... Ай! Ладно-ладно! Иду я писать, иду... *Шёпотом* Как только дочитаю.

В общем, говоря кратко, как только я дотянулся своим взором до книг, моё сознание отключилось и в нём пробудился книжный червь... Очнулся только, когда меня начали искать.

(Вот поэтому я и стараюсь реже читать).

Ещё кое-какая мелочь - Я решил сделать последней главой в Арке "Спаситель?" 40-ую, а не 39-ую, но это так, заметочка.

Ах, да, небольшой вопрос, у меня тут в жизни появилось некоторое распутье, не поделитесь мнением?

Стоит ли мне браться за писательство всерьёз или так и оставить это поприще лишь, как хобби в свободное время?

(Сразу уточню, вопрос не в заработке, а ремесле, как таковом).

За сим оставляю вас, приятного чтения)

Осталось всего два часа... Всего два сраных часа и меня сменят... Главное, вытерпеть и я, наконец, смогу нажраться до беспамятства!

Стоя на очередном дежурстве, Рен угрюмо рассматривал людей, успешно прошедших досмотр перед входом в город.

С раннего утра и до позднего вечера он прохлаждается у крепостных ворот, отходя разве что в нужник, да перекусить.

И всё только из-за того, что я разбил нос какому-то недоумку, оскорбившему мою сестру... А что мне ещё было делать?!

Пожаловаться капитану на неуставное поведение в ротной казарме? Пхах! Бред...

В который раз Рен устало вздохнул и размял затёкшие стопы, поглядывая на проезжающие телеги и медленно бредущих путников.

Будто и того было мало, так нет же, они запихали меня на северный пост... И толку его сторожить то?

Опасная живность почти не вылезает из Морозной чащи, а большинство людей обходит этот проклятый лес стороной... Даже разбойники и те забредают сюда крайне редко.

Вот и остаются одни только безбашенные авантюристы, да двинутые торгаши.

И если первые приносят городу хоть какой-то прок, выполняя поручения гильдии, то вторые готовы полезть в нутро дракона, узнай они, что в нём есть золото.

И ведь начальство всё прекрасно понимает! Не просто же так был сокращён северный гарнизон?

Хотя, может, причина и не в этом... Сейчас в городе творится чёрти-что.

Большинство ветеранов и опытных вояк внезапно переправили на другой конец нашей драгоценной империи, а здесь оставили только салаг, вроде меня, да больных на голову отморозков... И кому прикажите следить за порядком?

Хрен бы я вообще попёрся на службу, если бы не бесплатные пайки, да какая-никакая крыша над головой...

В очередной раз сомкнув глаза от усталости, Рен прислушался к монотонной речи своего сослуживца, пропускающего в город тех, кто ещё не бывал здесь ранее.

— Мхм... Приветствуем вас в Янскеле - жемчужине западной части импе... Ува-а-а-ах... – смачно зевнув, стражник неохотно продолжил унылую процедуру. – Мхах... Так как вы здесь впервые и у вас ещё нет пропуска, нужно заплатить пошлину в размере...

Потеряв всякий интерес к тому, что он слышал несколько сотен раз за полнедели, Рен вяло приоткрыл тяжёлые веки и тоскливо взглянул на вечернее солнце, уже приближавшееся к закату.

О, святейшая Акина! Знаю, что никогда не молился тебе раньше... Но прошу, даруй мне хоть капельку удачи!

Богиня, я готов на стену зубами лезть, лишь бы случилось что-нибудь интересное...

И едва Рен собирался вернуться к разглядыванию своего копья, как до его слуха донеслись чьи-то недовольные возгласы.

Лениво повернув голову в сторону очереди у внешней стены, мужчина заметил, как вдоль небольшой колонны людей властно продвигался неизвестный человек в тёмном плаще.

Незнакомец полностью игнорировал недовольные крики и с упёртостью огра ломился прямо к посту.

К сожалению, лицо нарушителя скрывали тени от капюшона и единственное, что разглядел Рен - это острый подбородок с короткими полосками шрамов.

Довольно низкий рост, узковатые плечи... В целом, он напоминал стражнику обыкновенного подростка пятнадцати-шестнадцати лет.

Однако, смотря на этого человека, Рен испытывал крайне странные чувства... Словно... Словно окружающий его воздух нагревался, распространяя запах гари и... Выжженной плоти.

Немного встряхнув головой, мужчина решил, что отсутствие нормального сна давало о себе знать и вместо трактира, после дежурства стоит завалиться в постельку.

Тем временем, нарушитель почти добрался до входа в город и уже собирался пройти пост охраны, как внезапно, его окликнул старшина.

— Стоять! Вне очереди обслуживаются только персоны особого приоритета! А ты, уж извини, совсем не похож на важного человека. Вернись в конец колонны и жди своего времени!

К некоторому удивлению Рена и остальных стражников, после предупреждения незнакомец и не подумал замедляться.

Вся очередь тут же начала довольно перешёптываться, в ожидании скорого представления, а некоторые охранники положили ладони на рукояти своих мечей.

И лишь Рен по какой-то причине не мог прогнать странное беспокойство, терзавшее его сонный разум.

Но не успел нарушитель подойти к пункту охраны, как позади колонны людей раздался оглушительный крик.

— Х-хосяин!! Хосяин, сстойте!!

И в этот момент глаза Рена округлились, ведь за неизвестным человеком на дикой скорости ползла... Ламия?!

Длинные алые локоны волос буквально вихрились от невероятно активной работы красного хвоста, несущего девушку прямиком к нарушителю.

Едва Рен и остальные начали удивляться появлению крайне редкого раба, как ламия с громогласным шипением обогнала незнакомца и втесалась прямо между ним и старшиной.

— Ксах... Ксах... П-пошалуйсста, просстите моеко коспотина! О-он пришёл ис талёких краёв и ссовсем не снает месстных правил! Мы... Ссах?!

Внезапно, человек в плаще просто оттолкнул рабыню с дороги и спокойно продолжил идти в сторону входа.

— Ахсс...

Повалившись на землю, ламия вскрикнула от боли и тут же схватилась за ушибленный локоть, в панике обращаясь к своему хозяину.

— Н-нет! Осстановиссь! Не нато!

В ту же секунду Рен и ещё несколько человек изумлённо вскинули брови, ведь крайне редко личные рабы столь фамильярно обращались к своим владельцам... Разве что, у героев бывало иначе.

— Заткнись, тварь! А ты... – старшина хмуро взглянул на человека в тёмном плаще. – Сделаешь ещё шаг и по моему приказу в тебе появится несколько дополнительных отверстий.

Знаком указав лучникам приготовиться к стрельбе, начальник охраны вновь посмотрел на незнакомца и слегка ухмыльнулся.

В то же время Рен с интересом наблюдал за развернувшимся представлением, как и все участники очереди.

Неужели, богиня услышала мои мольбы и решила смиловаться, послав этого недоумка к воротам?

Однако, уже через секунду Рен заметил, что незнакомец немного приподнял голову, всего на мгновение открыв старшине своё лицо.

Ехидная улыбка начальника охраны в один миг сошла на нет, моментально превратившись в гримасу страха и отвращения.

— Т-ты... Т... Тревога!! Нелюдь! Он нелюдь! Схватить его, немедленно!!

Рен чуть не подавился от неожиданности, услышав приказ старшины.

Да и остальные стражники не спешили исполнять команду, с лёгким недоумением доставая оружие и вопросительно поглядывая друг на друга... Вот тебе и результаты сокращения дивизиона...

— Идиоты!! В атак... Бхрок!

Не успел начальник охраны повторить свой приказ, как неизвестный в мгновение ока возник рядом со старшиной и одним ударом ладони проломил последнему кадык.

И только, когда командир стражи с громким хрипом ухватился за горло и начал судорожно падать на землю, его подчинённые, наконец, опомнились.

Воздух тут же разрезал свист трёх острых наконечников стрел, направленных точно в тело незнакомца.

— Прутал!! – ужаснувшаяся ламия рефлекторно кинулась к человеку в плаще, желая оттолкнуть того в сторону.

Тем временем, Рен уже бежал к посту охраны с копьём наперевес, по-прежнему ощущая всё нарастающую угрозу.

И лишь одно существо сохраняло полную невозмутимость... Существо, чьи глаза медленно покрывались пеленой из алого пламени.

*Внимание! Ваш уровень Ярости достиг критической отметки! Нынешнее значение - (92/100)*

Не издавая ни единого звука, Брутал сорвался с места и схватил хрипящего врага за грудки, закрывшись его телом от летящих снарядов.

— Кха-ак! Ха-а-а...

Две стрелы моментально вонзились в спину стражника, заставив того закатить глаза от шока и боли.

В то же время, третий снаряд с дребезгом высек из брусчатки позади юноши сноп искр и отскочил в сторону.

Брутал с тихим рыком пнул мёртвого солдата в грудь, тут же поломав тому несколько костей.

— Твою мать!

— Осторож... Ахкр!

Трясущееся тело начальника охраны незамедлительно отлетело в трёх подбегающих мужчин, раскидав тех во все стороны.

В ту же секунду юноша развернулся на сто восемьдесят градусов, буквально прокручиваясь по древку копья, почти проткнувшего его спину.

— Э?! Какого...

Со звонким лязгом герой выхватил из своих ножен новый клинок и не останавливая стремительного пируэта, отрубил голову опешившего стражника, отправляя её ввысь, вместе с обильными брызгами крови.

— Стреляйте! Сука, стреляйте!! Огонь! Огонь!!

Вместе с чьими-то истошными криками, Брутал вновь услышал позади себя натяжение тетивы.

Между делом юноша мельком взглянул на приближающийся к его переносице наконечник копья и немного отклонил голову, пропуская холодный металл в сантиметре от своего лица.

С изумлением обнаружив, что атака не достигла цели, солдат тут же попытался вернуть оружие в исходное положение, одновременно замахиваясь для прямого удара ногой.

Так он сможет откинуть Брутала на удобное расстояние для использования пики и заодно подставит того под стрелы лучников.

Но юноша лишь слегка отстранил свой корпус с траектории пинка и крепко ухватил мужчину за лодыжку, тут же дёрнув его на себя.

— Б-бля...

Рефлекторно подавшись вперёд, чтобы не упасть на землю, стражник в панике попытался оттолкнуть героя древком копья.

Однако, Брутал незамедлительно нырнул под руки солдата и резким движением насадил того на остриё меча.

— Кхр-р-ра-а-ах...

Почувствовав, как стрелы вновь начали вихрем приближаться к его спине, юноша быстро потянул мужчину на себя.

Грубо раскурочивая лезвием внутренние органы вопящего стражника, герой с глухим рыком развернул того в сторону летевших снарядов.

В ту же секунду агонизирующее тело солдата несколько раз вздрогнуло от вонзившихся в него стрел, одна из которых так же оставила глубокий порез на бедре Брутала.

— Куда вы стреляете, дебилы?!

— Н-но он в-ведь закрывается нашими...

Не вынимая меч из живота содрогающегося стражника, юноша резко оттолкнулся от него, опрокидывая и себя, и мужчину на землю.

Тотчас, на месте, где только что находился герой, просвистело сразу два клинка.

Быстро перекатившись через спину и с силой оттолкнувшись руками от каменной дороги, герой снова вскочил на ноги.

— Д-да чтоб тебя, мразота увёртливая!

Едва Брутал принял вертикальное положение, как его уже окружало трое стражников, вооружённых короткими мечами.

— Сволочь, я тебя яйцами на стену подвешу! Пасть в анус вобью! Ты меня...

Юноша полностью игнорировал горланящих солдат, понимая, что те лишь растягивают время, давая лучникам вновь подготовиться к стрельбе.

Даже несмотря на то, что герой остался практически безоружным, они не собирались рисковать, видя, как тот, не особенно напрягаясь, расправился с их сослуживцами.

Однако, Брутал тоже не планировал просто стоять на месте, ожидая смерти.

Пришло время узнать, на что способно тело мясного мешка, после испытаний по доведению его до порога физического истощения.

По крайней мере, теперь оно не должно полностью выгореть изнутри или взорваться, если юноша использует свою силу.

Внимательно следя за состоянием нового организма, герой начал постепенно ускорять биение сердца, одновременно разгоняя практически каждую функцию своего тела до предельно возможного уровня.

Наконец, когда его оболочка достигла состояния близкого к предсмертному, Брутал тихо выдохнул порцию горячего алого пара и слегка согнул ноги в коленях.

Внезапно, на ладонях юноши с отвратительным шипением вспыхнули рунические надписи, спиралью уползавшие под рукава тёмного плаща.

Казалось, словно жуткие письмена буквально дрожали от переполняющей их энергии дикого пламени.

И в ту же секунду весь мир для героя будто погрузился в стазис.

Брутал ни на мгновение не ослаблял концентрацию, с большим трудом привыкая к использованию своей силы в нынешней оболочке.

И хотя он использовал лишь микроскопическую долю от запечатанной энергии, данное тело чудом сдерживало даже столь примитивный навык...

*Внимание! Активирована способность - "Предел Боли", срок жизни вашего организма начинает истощаться!*

Герой чувствовал, как его оболочка буквально трещала по швам, впитывая энергию, принадлежавшую совершенно иному миру.

Не теряя лишнего времени, Брутал неспешно закрыл глаза и спокойно потянулся к арбалету, висевшему у него на плече.

В то же мгновение окружающее пространство будто всколыхнулось, стремительно возвращая мир в естественный поток бытия.

— ... Вонючее отребье, я... Давай!!

Неожиданно, все три стражника перестали испускать ругательства и резко отпрыгнули от юноши, позволяя лучникам открыть прицельный огонь по герою.

— Прутал! Нес!! – перепуганная ламия уже практически добралась до Брутала, но время было не на её стороне.

Раздался громкий хлопок и стрелы со свистом ринулись к юноше, неся за собой лишь холод металлической смерти.

Но то, что случилось дальше, не смог бы предугадать никто из участников сражения... Кроме одного.

Герой широко распахнул глаза, изливавшиеся потоками кровавого огня и выхватив арбалет, сделал единственный выстрел.

В тот же момент над полем боя разлетелся оглушительный металлический звон, а после несколько глухих тресков.

И лишь спустя одно долгое и тягучее мгновение три человеческих тела с грохотом повалились на дорогу, заливая её горячей кровью из пробитых черепов.

— Ч-ч... Ч... Чего? А... О... Отбил...?

Трое лучников ошеломлённо взирали на их собственные стрелы, торчавшие точно из голов сослуживцев.

И даже двое стражников, только что прибывших на подмогу, застыли на месте, недоумённо разглядывая трупы своих товарищей.

Однако, кое-кто не собирался ждать, пока враги придут в себя.

— Пхар!

Внезапно, один из стрелков с коротким вскриком повалился на спину с арбалетным болтом, пробившим его шею насквозь.

И пока остальные лучники с трудом возвращали самообладание, Брутал схватил что-то с земли и на ошеломительной скорости подлетел к двум мужчинам, рефлекторно выставившим свои копья для защиты.

В ту же секунду блеснуло лезвие клинка и отрубленная кисть одного из солдат взметнулась в воздух, орошая каменную дорогу и второго стражника алым дождём.

— А-А-А-А!! ЁБАН... Бхох!!

Едва вопящий мужчина бросил оружие и схватился за свою кровоточащую культю, как его нос с отвратительным хрустом вмялся внутрь черепа от сильнейшего удара кулаком.

Не поворачивая головы, Брутал метнул короткий меч куда-то в сторону, одновременно с этим слегка пригибаясь к земле.

В ту же секунду чуть выше черепа юноши пролетела очередная стрела, а выпустивший её лучник с криком повалился на колени, держась за торчащую из его живота рукоятку клинка.

— Ё-ёб т-твою м-мать... Д... Да ч-что же ты за х-ху... Р-рен! Рен!! Б-беги!! Беги в штаб!! Я его задер... Кхах?! Э... Эт... О...

Не успел последний стрелок договорить, как в его бок с гулким свистом вонзилось длинное копьё, заставив солдата рефлекторно отшатнуться на несколько шагов назад.

Ошеломлённо выпустив своё оружие из ладоней, мужчина дрожащими руками ухватился за древко пики и с неверием взглянул на человека, медленно подбиравшегося к нему.

— Р... Рен... Б-беги... З-задержу...

Неспешно подходя к последнему лучнику, герой делал вид, будто совершенно не обращает внимания на убегающего врага.

Брутал так или иначе планировал оставить одного из противников живым, чтобы тот донёс своим владыкам информацию о его появлении.

Поэтому он лишь окинул улепётывающего на всех порах стражника скучающим взглядом и перевёл холодный взор на оставшегося солдата.

— Кхах... Кха... Т... Тварь...

К лёгкому удивлению героя, его враг не пытался бежать или молить о пощаде, как это делали все ранее встреченные им мясные мешки.

Более того, данная особь уверенно тянулась к небольшому лезвию, висевшему на бедре.

Замедлившись на пару секунд, Брутал слегка кивнул в ответ своим мыслям.

Юноша всё же питал какое-то уважение к существам, которые даже перед неизбежной смертью вели себя, как достойные воины, пускай и не обладая внушительной силой.

Только поэтому герой решил даровать своему врагу быструю смерть, хотя изначально желал провести на нём казнь.

Не дожидаясь, пока дрожащий стражник, наконец, вытащит кортик, Брутал сам взялся за рукоятку его кинжала и выхватил тот из ножен.

Не произнося ни единого слова, юноша замахнулся клинком и с мерзким хрустом пробил мужчине висок.

— Ах... Ты-ы... Ха-а-а...

Откинув окровавленное лезвие, герой тут же схватил солдата за подбородок и приоткрыл тому рот, свободной ладонью держась за верхние зубы умирающего стражника.

Постепенно усиливая напряжение в своих руках, Брутал с абсолютным равнодушием наблюдал за тем, как кожа на щеках мужчины начинает медленно рваться, создавая кривые кровоточащие раны.

Следом лопнули мышцы и хрящи лица, оглашая округу малоприятными звуками расползающейся плоти.

Наконец, едва слышно рыкнув, юноша буквально вырвал нижнюю челюсть стражника, попутно отломав тому несколько зубов.

Невозмутимо взглянув в угасшие глаза солдата, Брутал с лёгким интересом осмотрел безвольно свисающий язык мертвеца, с которого стекала тягучая жидкость розоватого цвета.

Недовольно нахмурившись, юноша выбросил кусок челюсти со свисающими с неё шматами кожи и крепко обхватил голову стражника ладонями.

Наступив ногой на плечо трупа, герой начал неспешно распрямляться и в тот же момент на руках героя вновь возникли слабые всполохи огненных рун.

Но не прошло и нескольких секунд, как раздался громкий треск и из шеи мертвеца хлынули потоки крови.

Не обращая внимания на усиливающийся хруст и постоянные хлопки разрывающихся костей и сосудов, Брутал с упорством бездушного голема продолжал тянуть на себя череп мужчины.

Однако, человеческая плоть имела свои пределы и в конце концов, голова стражника с омерзительным чавканьем отделилась от тела своего хозяина.

Вытянув вместе с черепом кусок позвоночника с ошмётками мяса и частями внутренних органов, юноша грубо пнул труп в грудь и повалил того на брусчатку, залитую лужами крови.

Протяжно выдохнув последнюю струю алого пара, герой аккуратно положил изувеченную голову стражника на его же грудь.

Закончив с привычными формальностями, Брутал удовлетворённо размял шею и немного осмотрелся.

Вокруг царила полная тишина, а у входа в город стояло лишь несколько брошенных тележек, наполненных различным хламом.

Люди, ещё недавно ожидавшие получения пропуска в крепость, казалось, провалились сквозь землю, не оставив даже следа своего существования.

И только одинокая ламия безмолвно вцепилась в ближайшую стену, словно пытаясь притвориться частью архитектуры.

Бледная, как молоко девушка тряслась то ли от ужаса, то ли от холода, изо всех сил пытаясь не смотреть на результаты произошедшей бойни.

Лишь сейчас она поняла, что натворила, согласившись привести этого монстра в мирный город, населённый множеством беззащитных людей... И почему-то только в данный момент её память услужливо напомнила ей, что не все герои прибывали в этот мир для защиты человечества.

Но внезапно, тяжёлые мысли ламии были прерваны едва заметным звуком шагов.

Осторожно подняв свою голову, Шиасса с ужасом обнаружила, что прямо перед ней возвышается чудовище, окутанное в саму тьму.

Пылающие демонической яростью глаза с нечеловеческим холодом уставились прямо на содрогающееся тело девушки.

Ламия хорошо помнила, как на неё смотрели рабовладельцы, принимая рабыню лишь за редкий предмет интерьера - аксессуар... Но взгляд этого существа был куда хуже.

Ведь одно дело стать для кого-то драгоценной вещью и совсем другое - являться куском мяса, не имеющим никакого значения.

Столь внезапное озарение заставило Шиассу понять, как же она ошибалась, легкомысленно создавая свои глупые планы.

Тем временем, скучающе осмотрев трясущуюся девушку, юноша неспешно взял в руку окровавленный кинжал стражника и молча прокрутил его в ладони.

За несколько секунд ледяной тишины сознание Шиассы успело испытать большее напряжение, чем за целый месяц рабства.

Но уже в следующее мгновение герой с пугающим спокойствием произнёс то, что заставило сердце девушки пропустить удар.

— Договор завершён.

Брутал ритмично покручивал в ладони небольшой кинжал, стянутый с одного из трупов стражников, и с лёгким недоумением поглядывал на дрожащую ламию.

Девушка продолжала судорожно упираться в каменную стену и медленно пятиться от юноши, обливаясь холодным потом.

Глазки Шиассы беспрестанно метались из стороны в сторону, а алый хвост ни на секунду не прекращал выстукивать нервную дробь по брусчатке.

— П... П-пос... Сстой... П-прутал... Я-я-я вс... Всё есё м-моку п-пыть п... Полесной! П-прошу, н-не н... Не... Н-не упивай меня! Я-я... С-смоку...

Внезапно, юноша слегка нахмурился, в след за чем, пламя в его глазах недоброжелательно вспыхнуло, осветив тени капюшона демоническим сиянием.

Отчаянное бормотание девушки тут же прекратилось, стоило лишь ей ощутить на себе пристальный взор героя.

Но не успела ламия и моргнуть, как кинжал, ещё недавно крутившийся в руках Брутала, со свистом устремился к её лицу.

В ту же секунду тело Шиассы буквально обмякло от ужаса, невольно съехав чуть вниз по стенке, что и спасло девушку от смерти.

Острый клинок с оглушительным звоном врезался в крепостную кладку в сантиметре от головы девушки и не достигнув своей цели, быстро поскакал куда-то в сторону по брусчатке.

Красноволосая ламия тут же резко вздрогнула всем телом и побледнела так, словно уже отправилась в иной мир.

Уставившись в пустоту немигающим взором, Шиасса намертво вцепилась в стену, боясь даже шелохнуться.

Тем временем, юноша, оборвав надоедливый шум, спокойно отвернулся от Чешуи и приступил к неспешному мародёрству мёртвых врагов.

Сдирая с тел стражников нужные ему предметы, герой периодически посматривал в сторону единственного спасшегося солдата, словно ожидая какого-то события.

*Внимание! Ваш уровень Ярости вернулся к безопасной отметке! Нынешнее значение - (36/100)*

Проигнорировав всплывшее сообщение, Брутал закончил распределять новое снаряжение и поправив подол своего плаща, скрыл всё оружие под тенями плотной мантии.

Несколько раз подёргав плечами и слегка прикоснувшись к арбалету, висевшему у него на спине, юноша удовлетворённо размял шею и спрятал руки во мраке тёмного балахона.

В последний раз осмотрев место недавнего сражения, герой неторопливо выдвинулся в сторону города.

Брутал так и не обратил внимания на девушку, которая столь отчаянно пыталась что-то сказать ему, но в итоге не осмелилась произнести ни звука.

Уже через несколько секунд юноша быстрым шагом пересёк крепостную стену и в тот же миг его взору открылся вид на огромное людское поселение.

Широкая каменная дорога ровной линией тянулась к первым жилым домам, находившимся на самой окраине большого города.

Доходя до построек основная тропа разделялась на три совершенно одинаковых пути, уходивших в разные части Янскела.

Притормозив всего на несколько мгновений, герой с заметным недоумением окинул взглядом человеческие жилища и единожды моргнув, уверенно выдвинулся по левой тропе.

На обширную крепость медленно наползала ночь и тусклые солнечные лучи едва ли задевали самые кромки домов и башен, погружая все улицы во мрак.

Из-за столь позднего времени Брутал практически не встречал людей на своём пути.

К тому же, низкая фигура в плотном тёмном плаще совсем не вызывала доверия у редких прохожих, плутавших по окраинам поселения.

Твёрдо ступая по ровному полотну брусчатки, герой с лёгким интересом осматривал ряды покосившихся двухэтажных домов, словно созданных по единому шаблону.

Нижние части построек, включая первый этаж, в основном состояли из странного округлого кирпича, похожего на огромное гладкое яйцо.

А вот вторые ярусы зданий переходили на крепкие брёвна, и всё это завершалось крышами из плотных голубоватых досок.

Хотя были и дома, которые выбивались из общей картины какими-либо достройками, высотой или разнообразными узорами на стенах.

Отведя равнодушный взгляд от человеческих жилищ, Брутал с плохо скрываемым недопониманием начал следить за действиями сонных жителей, постепенно отправлявшихся по своим домам.

Кроме прочих, рядом так же сновали и бедняки, которые укладывались спать прямо на улицах, замотавшись в грязные ткани и не обращая внимания ни на кого вокруг.

Некоторые нищие уходили в тёмные переулки в поисках крова или даже незаметно пролезали в чужие подвалы, скрываясь от холода и возможных патрулей.

Спустя несколько секунд пристального наблюдения за окружающими людьми, лицо юноши всего на мгновение исказилось едва заметной гримасой презрения.

Но уже в следующий момент герой вернул себе привычно холодное выражение и медленно обернулся.

Полупустынная улица позади Брутала оставалась всё такой же умиротворённой и лишь несколько бездомных продолжали бродить по ней, выискивая места для ночлега.

Однако, пламенные глаза юноши зловеще сузились, заставив случайных оборванцев невольно огибать героя по широкой дуге.

Внезапно, до Брутала донёсся слабо различимый шум и далёкие крики людей, постепенно приближавшихся к его местоположению.

Ненадолго задумавшись, юноша высмотрел рядом с собой небольшой зазор между плотной застройкой домов и неспешно свернул в узкий переулок.

Попав в тёмную подворотню, герой сразу же ощутил стойкий аромат затхлости и запахи каких-то отходов.

Но Брутал и бровью не повёл, продолжая быстрым шагом следовать в одному ему известном направлении.

Не создавая ни единого шороха, юноша настойчиво продвигался вглубь мрачных закоулков, которых добропорядочные жители города старательно избегали.

Но неожиданно, герой резко сошёл с узкой тропы и моментально растворился в тенях разрушенных построек, оставив после себя только всколыхнувшееся облако пыли.

Некоторое время лишь глухие вопли взбешённых стражников изредка достигали богом забытых районов Янскела.

Однако, всего через пару минут на том же самом месте неожиданно появилась неизвестная девушка.

Неуверенно застыв у ветхой развилки домов, женский силуэт опасливо покрутил головой, словно выискивая потерянную вещь.

Но так и не обнаружив искомое, незнакомка явно заволновалась, после чего рядом с ней раздалось глухое и немного нервное постукивание.

Наконец, девушка перестала беспокойно крутиться на одном месте и растерянно последовала вглубь старых переулков.

К тому времени, на Янскел уже практически полностью опустилась ночь, а сквозь сизые облака пробивались серебряные отблески лунного света.

К началу сумерек на главных улицах города традиционно разжигали факелы или использовали для освещения магические лампы.

Однако, в полузаброшенных районах и чахлых лабиринтах подворотен не утруждались установкой иллюминации.

Ведь какой нормальный человек станет ночью шляться по угрюмым, забитым грязью и различным сором проулкам?

Именно поэтому Шиасса двигалась практически в полной темноте, разгоняемой лишь тусклым сиянием луны и редкими отблесками волшебных фонарей.

Девушка неуверенно ползла по узким, обшарпанным закоулкам, постоянно утыкаясь в глухие тупики и рассеянно петляя от одного места к другому.

С каждой минутой ламия всё более взволнованно выискивала что-то или кого-то среди десятков разбитых тропинок и домов.

Но сколько бы Шиасса не бродила по мрачным подворотням, она не могла найти даже следа нужного ей человека.

И когда уставшая девушка в очередной раз остановилась на перекрёстке зданий, начав нервно осматриваться, до её слуха внезапно донёсся чей-то жалобный плач.

Встревожено оглянувшись, ламия на мгновение засомневалась, но всё же не удержалась и осторожно поползла к источнику тихих всхлипываний.

Медленно обогнув частично повалившуюся стену, Шиасса заметила в одном из глухих тупиков какую-то маленькую фигуру.

Стараясь не шуметь, девушка плавно подползла поближе к силуэту, издававшему горестные завывания.

И в тот же момент ламия с удивлением обнаружила, что на остатках разбитой дороги, у стены ветхого дома лежала девочка десяти, максимум одиннадцати лет, укутанная в несколько слоёв замызганных обносков.

Не сдержав интереса, Шиасса осторожно прикоснулась к рыдающему тельцу.

— Ссто происошло? Поссему ты пласешь?

Ламия мягко положила свою ладонь на плечо ребёнка, после чего тот резко вздрогнул и плач моментально утих.

Слабо всхлипывая, дитя, обмотанное старой тканью, опёрлось на коленки и нерешительно приподняло голову.

— Ахс! Так ты... Вот поссему...

Шиасса растерянно взирала на два неряшливых кошачьих ушка, торчавших на макушке ребёнка, дрожавшего то ли от страха, то ли от холода.

— В-вы... В-вы мяня не обидите?

Повинуясь странному порыву, ламия нежно погладила испуганную девочку по плечу и неосознанно улыбнулась.

— Конесно, нес! Как ты стесь окасалассь? У тепя ессть какие-нипуть трусья или ротсственники?

Едва начав разговор, Шиасса внезапно оглянулась, словно почувствовав что-то неладное, но уже в следующее мгновение недоумённо моргнула и задумчиво потрясла головой.

— У... У мяня есть две с-сестры...

— Отлисно! Ессли они есё шив... Кхсм... – на секунду запнувшись, ламия неловко закашлялась и сразу задала другой вопрос. – Ты не сснаешь, кте они?

— Позади тебя! Мряв!

Внезапно, в спину Шиассе упёрся какой-то холодный предмет, похожий на лезвие ножа или заточки.

— Не двигайся! Иначе, я за себя не отвечаю! Мряв!

Ламия тут же послушно замерла на месте и невольно попыталась осмотреться.

— Я сказала, не шевелись! Мр-ряв!

— Мося, может, не надо? Оня ведь тоже одня из...

— А ты молчи! Или найди кого-нибудь ещё, раз такая добрая! Мряв!

Поняв, что больше возражений не последует, одна из сестёр, державшая острие у спины Шиассы, вновь обратилась к последней.

— У тебя есть еда или лекарства? Мря.

Кое-как заставив себя успокоиться, Шиасса выдавила ответ.

— Н... Нес, я и сама...

— Замолчи! Тогда, давай свои деньги! Мряв!

— Н-но у меня нес...

— Не ври! Уж в чём-чём, а в этом меня не обманешь! Мряв! Выворачивай одежду!

— М-мося... М-может и прявда не н-надо...

— Ты тоже заткнись, Люма! Мрияав! Лучше по сторонам смотрите! Мр!

Пытаясь не делать резких движений, ламия, недовольно бормоча, начала осторожно расстёгивать изорванную шерстяную накидку.

— Люма! Осмотри! Мряв!

— Д-дя...

Ушастая девочка неуверенно подошла к Шиассе и стала довольно ловко ощупывать карманы и швы на её одежде.

Наконец, маленькая неко звонко мурлыкнула и быстро достала из небольшого шерстяного разреза мешочек с чем-то бренчащим внутри.

— Воть! А ведь упиралась! И денег то целая гора! Лгунья! Мряв! Видите! Она ничем не отличается от вонючих людей! Мря!

— С... С-с... Сто ты сскасала, мелкая воровка?! А ссами то...

— Замолчи! Мряв! Будешь кричать, убью! Люма, передай мешочек Кисе!

Дождавшись, когда робкая неко передаст увесистый свёрток своей сестре, Мося вновь обратилась к раздражённой ламии.

— Несмотря на то, что ты лгунья, мы отпустим тебя! Прости, но нам деньги нужны больше! Мряв! Сейчас, мы уйдём, а ты не двигайся с...

— С-с... С... Сестрица...

— Ну, чего тебе, Люма?! Не видишь, я занята! Мря!

— С-с-сзади... М-монстр...

— Какой ещё монстр?! Дурёна! Сколько раз тебе говорить, что...

Мося уже собиралась обругать свою младшую сестру за излишнюю пугливость, но слегка повернув голову, краем глаза нека заметила позади себя чей-то тёмный силуэт.

Не медля ни секунды, зверодевочка резко провернулась вокруг своей оси, собираясь нанести неизвестному противнику горизонтальный разрез.

Но внезапно, земля буквально исчезла из-под её ног и в следующую секунду Мося уже стремительно приближалась к поверхности брусчатки.

— Кхрр-мя!!

Тело девочки грубо шмякнулось об камни и молодая нека невольно вскрикнула от резкой боли.

Однако, едва Мося захотела подняться, как кто-то крепко придавил её к земле.

— С-с... Сестрица!!

— Мося! Т-ты... Отпусти её!!

— Прутал! П-посстой, она...

Не обращая никакого внимания на чужие призывы, мрачный силуэт неспешно оттянул правую руку зверодевочки за спину и удерживая брыкавшуюся неку на земле, коротко взмахнул ногой.

В тот же момент ветхие переулки заполнились омерзительным треском и дикими воплями Моси.

— МРИА-А-А-А-А!! БОЛЬХНО!! Больхно-о-о! А-а-аух!

Визжа от невыносимой боли, нека неистово извивалась под ногой незнакомца, всеми способами пытаясь выбраться из захвата.

Сильнейший пинок в одно мгновение сломал руку девочки пополам, буквально вывернув ту в обратную сторону.

Но не успела Мося и опомниться, как зловещая фигура резко ухватила вопящую неку за лодыжку и без особых усилий подняла ту в воздух.

— М... Мося!! Нет! Нет!! Отпусти её! Отпусти-и-и-и!!

— Сстой! Не потхоти к не...

Проигнорировав несущееся к нему существо, неизвестный человек широко размахнулся рыдающей девочкой и с грохотом приложил её тельце об ближайшую преграду.

— НЕ-Е-Е... Мхр!!

Мося с гулким хрустом влетела в ближайшую стену, выбив из последней несколько покрошившихся кирпичей.

Прямо на глазах у ошеломлённых сестёр, ушастая девочка издала сдавленные стоны и безвольной куклой повисла в тисках мрачной фигуры.

Две оставшиеся неки тут же, не раздумывая, понеслись к своей сестре, невзирая на опасность.

— Вшивец! Мрр-ря!!

Но несмотря на звонкие крики, жуткий силуэт продолжал равнодушно возвышаться среди ночной темноты, крепко удерживая в руке содрогавшуюся девочку.

Наконец, обратив внимание на приближавшихся к нему детей, незнакомец без раздумий вновь размахнулся Мосей и грубо бросил ту в рыдающих сестёр.

— Сестри... Кхаи!!

В следующее мгновение бессознательное тело неки влетело в двух перепуганных девочек и резко опрокинуло последних на землю.

Обе сестрички тут же ударились затылками и спинами об брусчатку, взвизгнув от жгучей боли.

— Мяух!! У-у-у... С-сестря... Сестря... О-о-очнись! С-сестря! Н-не...

Переборов жжение от ссадин, неки незамедлительно бросились тормошить израненную девочку, пытаясь привести ту в чувства, но всё было безрезультатно.

Они столь самозабвенно пытались помочь своей сестре, что слишком запоздало обнаружили, как перед ними нависла сумрачная фигура в тёмном плаще.

— Мя? Ах!! Н-н... Н... Не подход... Ди... Я... Мы б-будем... Н-нет...

Зверодевочки в панике уставились на зловещую тень, возвышавшуюся перед ними и тут же изо всех сил начали оттаскивать свою сестру подальше от опасности.

Однако, в следующее мгновение неки буквально онемели, обнаружив, что из-под глубокого капюшона на них воззрилось само пламя.

И без того не маленькие глаза двух зверодевочек моментально расширились от животного ужаса, а хрупкие тела затряслись в приступе неконтролируемой дрожи.

Но едва мрачный силуэт шагнул навстречу перепуганным некам, как у того на пути неожиданно встала красноволосая девушка.

— Прутал! П-прекрати! Они всеко лишь тети! Они не... Ксак!!

Внезапно, незнакомец молниеносно приблизился к ламии и резко ударил ту чуть выше живота.

Шиасса тут же ошеломлённо распахнула ротик и сжав ладони на груди, начала судорожно опадать на землю, исходясь удушливыми спазмами.

Однако, изрезанная шрамами рука мгновенно вцепилась в шею девушки и удержала последнюю от падения.

Пытаясь вдохнуть хоть немного кислорода, ламия остервенело дёргалась всем телом, словно рыба, выброшенная на сушу.

Но не дожидаясь, пока девушка опомнится, тёмная фигура с тихим рыком бросила Шиассу в сторону ближайшей перегородки.

— Кса-а-а-ах!! Бхас...

Ламия со сдавленным воплем влетела в толстую стену заброшенного дома и грубо приложилась спиной об каменную кладку.

Чудом не потеряв сознание, девушка выдавила из себя слабое сипение и моментально выгнулась дугой от жуткой боли.

Но уже через секунду, Шиасса медленно и грузно повалилась лицом на грязную брусчатку, подняв облако застоявшейся пыли.

И в то время, как ламия тряслась в конвульсиях, отчаянно скребя ногтями по растрескавшимся булыжникам, угрюмый силуэт спокойно обернулся к некам.

Паникующие зверолюдки изо всех сил оттаскивали свою сестру в безопасное укрытие.

Но заметив, что кошмарный взгляд, пылавший яростью и неудержимым гневом, вновь был направлен на них, неки просто застыли на месте.

Ноги юных созданий буквально окоченели от ужаса, а сами девочки задрожали, словно осиновые листья.

Не способные сдвинуться и на шаг, неки беспомощно следили за тем, как к ним медленно приближалась угрюмая тень, не сводившая с ушастых малышек взор огненных очей.

С невероятным трудом переборов сильнейший страх смерти, маленькие зверолюдки из последних сил сдвинулись с места и накрыли раненую сестру собственными телами.

Обе неки тут же слабо зарыдали и зажмурили глазки, невольно сжавшись в ожидании невероятной боли.

Однако, секунда текла за секундой, но девочки так ничего и не почувствовали.

Наконец, одна из сестёр не выдержала гнетущего напряжения и осторожно приоткрыла веки.

В то же мгновение нека едва ли не задохнулась от ужаса, ведь всего в шаге от неё возвышалась кошмарная тень, с нечеловеческим равнодушием взиравшая прямо на юных зверолюдок.

Но внезапно, в пылающем взгляде незнакомца всего на миг вспыхнула искра давно забытого прошлого, и в бурлящих вихрях ярости появился едва заметный отблеск тоски.

Казалось, прошла целая вечность, когда до мёртвенно бледных девочек донёсся тихий, леденящий саму душу голос.

— Проваливайте.

— А?

До смерти перепуганная нека только и смогла, что оторопело уставиться на жуткого человека, стоявшего прямо перед ней.

Девочка продолжала крепко прижиматься к изувеченной сестре, с трудом осознавая происходящее.

Но стоило незнакомцу с металлическим лязгом вытащить что-то из-под плаща, как пустой взгляд неки в мгновение ока наполнился светом разума.

— Ах! Д-ДЯ!!

Резко подпрыгнув от ужаса, ушастая девочка взвизгнула с такой силой, будто пыталась докричаться до самих стен.

— Л-л-люма! В... Вставай! Вставай!! Б-быстрее!!

Едва ли не сходя с ума от счастья и страха, Киса буквально оторвала свою младшую сестру от тела Моси и тут же остервенело потащила последнюю в сторону.

— Ч-что... А... Н-но... Оня же...

Маленькая нека до сих пор не понимала, что случилось, но видя, как её сестра спасается бегством, девочка обеспокоенно взглянула на красноволосую ламию и неосознанно остановилась.

— Н-нет! Дуря, сюда! П-помоги мне!! Б... БЫСТРЕЕ!!

Наконец, под отчаянными воплями неки, Люма сдалась и нерешительно побежала к своей сестре, вместе с которой потащила израненную девочку прочь от злосчастного тупика.

Тем временем, тёмная фигура спокойно провожала перепуганных нек холодным взглядом.

И только, когда юные зверолюдки спешно скрылись за ближайшим поворотом, мрачный силуэт медленно развернулся в сторону хвостатой девушки.

— Кссах... Хас... Хсах...

Жалобно постанывая, ламия из последних сил пыталась подняться с земли, вздрагивая всем телом и упираясь трясущимися рукам в каменное полотно дороги.

Неспешно приблизившись к Шиассе, незнакомец стал равнодушно наблюдать за действиями упёртой девушки.

— Кхас... П-прутал... А-я-яй!!

Но внезапно, Брутал грубо ухватил ламию за алые волосы и накрутив их на ладонь, резко вздёрнул Чешую на уровень своих глаз.

Не обращая никакого внимания на мольбы и жалобные крики девушки, юноша взмахнул ладонью и не сдерживаясь, ударил ламию по щеке.

Из жёлтых глазок Шиассы тут же хлынули слёзы, а с мягких губ потекла тонкая струйка крови.

— Ау-у-ухс... Н-нес, пошалуй... Ай!! Н-нес...

Девушка беспомощно скребла ногтями по руке героя, пытаясь хоть немного ослабить его хватку, но Брутал и не думал реагировать на какие-то мелкие царапины.

Вновь замахнувшись ладонью, юноша с ледяным спокойствием шлёпнул ламию по лицу.

В ту же секунду несколько алых капель сорвались с разбитой губы Шиассы и вместе с беспрестанно льющимися слезами, упали на грязную брусчатку.

Совершенно потеряв голову от ужаса, девушка неосознанно потянулась хвостом к торсу юноши, желая вырваться из мёртвых тисков.

Но, не сводя взгляда с заплаканного лица ламии, герой просто сжал кулак и рывком ударил Шиассу в грудь.

Из ротика девушки тут же вырвался сдавленный кашель, а алый хвост, едва добравшись до тела Брутала, мгновенно ослаб, безвольно свалившись у его ног.

Несколько раз судорожно вздрогнув, ламия вдруг начала стремительно бледнеть, медленно теряя сознание от удушья.

Но когда зрачки Шиассы уже закатывались под веки, в её покрасневшую щеку с гулким хлопком врезалась ладонь героя.

В ту же секунду, резко выгнувшись дугой, девушка остервенело вдохнула в себя огромную порцию кислорода.

Немного отдышавшись, взмокшая от пота ламия обессилено повисла на собственных волосах, не переставая тихо всхлипывать.

Тем временем, Брутал невозмутимо ожидал, пока Шиасса придёт в себя, продолжая сверлить её пронзительным взглядом.

Наконец, слабо шмыгнув носом, девушка воззрилась на юношу глазами полными слёз, обиды и непонимания.

— С-са ссто... Я... Я веть проссто... Х-хотела... Проссто... У-у-ус-с-с...

С трудом удержав подступивший к горлу ком горечи, ламия рефлекторно прикусила губу и тут же скривилась от боли.

По щекам Шиассы вновь протянулись две полоски солёной влаги, но девушка всё же пересилила себя и дрожащим голоском обратилась к герою.

— Я проссто х-хотела... Помоссь тепе... Поссему ты... Ай-яй-айс!!

Внезапно, рыжее пламя в глазах Брутала забурлило свирепым вихрем гнева, и юноша ещё сильнее скрутил красные локоны ламии.

Приблизив кричавшую девушку к своему лицу, герой могильным тоном изрёк всего одно слово.

— Ложь.

Не произнося более ни единого звука, Брутал с абсолютным безразличием отшвырнул Шиассу на грязную брусчатку и не раздумывая, отвернулся от девушки.

— Айхс! У-у-ус...

Упав на твёрдую поверхность, ламия тут же со стоном схватилась за ободранный локоть и саднящее плечо.

Некоторое время Шиасса лишь слабо всхлипывала, безвольно распластавшись на настиле из холодных камней, но уже через секунду...

— Кссср-р-ра-а-ах!!

Неожиданно, красноволосая девушка завопила столь громко, что крик услышали даже стражники, рыскавшие по всему городу в поисках убийцы.

Изо всех сил стукнув по булыжникам кулачком, ламия с отчаяньем и гневом уставилась в спину юноши.

— Пр-руталс! ПР-Р-РУТАЛ!! С-С-СТОЯТЬ!!

Разъярённая девушка буквально прорычала имя героя и не обращая внимания на жуткую слабость во всём теле, ламия на трясущихся руках поднялась с земли.

Выпрямившись во весь рост и немного пошатываясь, Шиасса с невиданной доселе уверенностью посмотрела на Брутала.

В свою очередь, юноша остановился и медленно обернувшись, пронзил девушку настолько яростным взглядом, что последняя невольно сглотнула вязкую слюну, моментально покрывшись крупными мурашками.

Всё тело ламии в одно мгновение похолодело от леденящего ужаса, но несмотря ни на что, Шиасса до скрежета сжала свои зубки и отведя взгляд от безразличного лица героя, продолжила упёрто стоять на месте.

— Ксср-р... Та... ТА, Я ВРАЛА!! Но... Но ссто м-мне осставалось?!

Истошно завопив, Шиасса более не смогла сдерживать нескончаемый поток горьких слёз и даже привычно звонкий голосок девушки задрожал от отчаянья.

— Я! Я... Всё есё м-моку... Пыть полессна тепе... Пошалуйсста... П... Прошу...

Невольно закусив губу до крови, ламия глухо всхлипнула и на последнем издыхании прошептала.

— Помоки мне...

Резко поникнув, Шиасса пустым взглядом уставилась на неровную поверхность брусчатки, не в силах более произнести ни единого слова.

На несколько мгновений в воздухе повисла неприятная, гнетущая тишина, однако, вскоре её нарушил негромкий, но уверенный голос.

— Нет.

Ответив девушке твёрдым отказом, Брутал спокойно развернулся и не обращая никакого внимания на оцепеневшую ламию, побрёл своей дорогой.

И лишь серебряное кольцо недовольно мерцало на пальце юноши, обволакивая ладонь героя тонким слоем алого пламени.

Наконец, Брутал бесшумно скрылся в темноте заброшенных районов Янскела, двигаясь к цели, известной лишь ему одному.

...

Тем временем, Шиасса продолжала безмолвно стоять во мраке пустых переулков.

Не издавая ни единого звука, девушка медленно прислонилась спиной к ближайшей стене и обвившись собственным хвостом, тихо зарыдала.

Тело ламии слабо вздрагивало в такт горестному плачу, а длинная алая конечность надёжно скрывала бледное лицо, искривлённое болью и унынием.

Шиасса изо всех сил старалась сдержаться, но глухие всхлипывания продолжали непрерывно вырываться из девушки, невзирая на её желания.

И только спустя несколько минут, судорожно сжав кулачки, ламия всё же смогла успокоиться.

Обречённо выдохнув, Шиасса крепко обняла алый хвост и зачем-то подняла правую руку на уровень глаз.

Печальный взор девушки тут же упал на внешнюю часть её ладони, где находилась едва различимая в темноте эмблема.

И хотя ныне было сложно определить, что изображено на коже ламии, она прекрасно помнила - некогда там красовалось яркое солнце, в центре которого билось рубиновое сердце.

Теперь же, на месте татуировки остался лишь уродливый шрам, буквально выжженный на ладони Шиассы.

— Напуо-сан... Я...

Внезапно, поблизости раздался громкий шум и множественные крики людей в один момент заполнили старые подворотни.

Красноволосая девушка со стоном поднялась на свой хвост и встревожено прислушалась.

К её местоположению медленно приближалась довольно большая группа людей, подгоняемая чьим-то громогласным ором.

Вновь уставившись на правую руку, Шиасса угрожающе зашипела и резко вытерла с лица остатки слёз.

— Ссама...

Жёлтые зрачки девушки инстинктивно начали преображаться в тонкую линию, сияющую хищным блеском.

— Я найту тепя... Только тоштись...

Уверенно прошептав последние слова, ламия подняла голову, и бегло осмотревшись, с удивлением обнаружила знакомый мешочек, мирно лежавший на земле.

Более не задерживаясь ни на секунду, Шиасса подхватила свёрток с чем-то бренчащим внутри и спешно поползла в противоположенную от человеческих криков сторону.

Лишь раз девушка взглянула на узкую улочку, по которой ушёл герой, и слегка погрустнев, бесследно исчезла в лабиринте зданий.

...

Уже через пять минут на место, где ещё недавно находилась ламия, прибыл отряд вооружённых людей в лёгкой металлической броне.

У каждого из солдат на левой груди имелась небольшая нашивка, свидетельствующая об их принадлежности к военным силам Янскела.

Неожиданно, из центра группы вышел крайне напряжённый мужчина, в два раза крупнее и массивнее, чем все остальные стражники.

Быстро оглядев глухой тупик домов, грозный воин резко зацепился суровым взглядом за слегка покрошившуюся от удара стену и громко хмыкнул.

— Ах, ты ж, надо же, съебались! Удивительно то как! Крайняя внезапность, сука, не правда ли?!

Все солдаты, стоявшие позади могучей фигуры, незаметно вздрогнули и виновато опустили головы, выслушивая громоподобную речь мужчины.

— А чего молчим то, солдатня?! Бравые защитники, ебать вас об врага!

— Виноваты, господин старший рыцарь! – дружно воскликнули сжавшиеся в страхе воины.

— Виноваты они, блять...

Продолжая рефлекторно изливать потоки брани, массивный рыцарь неспешно почесал короткую бороду и зычно хмыкнув, поднял что-то с брусчатки.

— Хлюпики, внимание, вопрос! Что это за ебанина?

Внимательно осмотрев странный чёрный комок в широкой ладони крупного мужчины, солдаты неуверенно переглянулись и один из них сдавленно произнёс.

— В-возможно, это ш-шерсть, г-господин старший рыцарь?

— Вуа-ха-ха-ха!!

Заливисто захохотав, рыцарь хлопнул по колену с такой силой, что несколько солдат даже подпрыгнули от ужаса.

— Браво! Браво, сука!!

Оглушительно закричав, высокий мужчина зааплодировал так, что от каждого удара его ладоней, по трясущимся стражникам били хлёсткие порывы прохладного ветра.

— Шерсть! А я то всё, блять, думал, что же это за такая неведомая поеботина в моей руке?! А оказывается, это самая, что ни на есть настоящая шерсть!! Да вы, сука, прирождённые следопыты!

Врезав гневный взгляд в дрожащих, словно осиновые листья солдат, рыцарь устало замычал и вновь вытянул ладонь с чёрным комочком.

— Это, дорогие мои зеленожопы, шерсть кошколюдки! Я свято верю, что вы не дегенераты и знаете, что эти, сука, милейшие животные не линяют!!

Проследив за тем, как вспотевшие стражники остервенело кивают ему в ответ, бородатый мужчина грозно фыркнул и немного побранившись продолжил орать.

— А что это значит?! Правильно! Значит, её кто-то отпиздил! А теперь, вопрос! Какого имперского отростка вы до сих пор ебётесь здесь?!

Заметив совершенно непонимающие и перепуганные лица солдат, рыцарь буквально забурлил праведной яростью.

— Ищите зверолюдок, недоумки!!

— Н-но, госпо...

— ЧТО, НО?! Какой-то пидорас вырезал целый пост стражи! ПОСТ, сука!! Да уже, блять, полгорода вверх жопой перевёрнуто, но никто даже волоска его не нашёл! Так какого членомохнатого вы ещё здесь?! Найти. Кошколюдок. С результатами - ко мне. БЕГОМ!!

— В-в-выполняем!!

Дождавшись, когда паникующие воины разбегутся по ближайшей округе в поисках свидетелей или улик, мужчина медленно достал из-за пазухи маленькую замызганную коробочку.

Вытащив из старой упаковки папиросу, рыцарь быстро щёлкнул пальцами и в ту же секунду на кончике сигары вспыхнуло слабое пламя.

Глубоко затянувшись, мужчина удовлетворённо выпустил густую струю дыма и громко хмыкнув, заговорил на удивление спокойным голосом.

— Чтоб тебя... Кругом одни молокососы... И к чему сейчас эта война, если даже жопу прикрыть некому? Эх, бля...

Вновь вдохнув в себя порцию сизого дыма и ухмыльнувшись краем рта, рыцарь задумчиво посмотрел на звёздное небо, ненадолго задержав взгляд на двух лунах.

— В городе пиздец, а он только и думает, как бы ещё кого-нибудь трахнуть... Воровство, убийства, грязь, болезни, беглые рабы, грабители, торгаши, шарлатаны, бедняки, да поебать, лишь бы дырка помясистее! Ваше превосхуительство, господин Корнелиус доволен?

Злобно сплюнув на брусчатку, мужчина усиленно затянулся папиросой и угрюмо воззрился на заброшенные здания вокруг себя.

— Был бы твой отец жив... Сука! Да даже долбаные авантюристы и работорговцы воют, аки мученики, куда уж глубже в понос?! Если так продолжится и дальше, император лично обратит на нас своё внимание, а это значит...

Вспомнив какое-то событие, старший рыцарь внезапно побледнел, и невольно вздрогнув, случайно выронил сигару на землю.

С трудом успокоив трясущиеся руки, мужчина грустно растёр папиросу ботинком и слегка нахмурился.

— Нет, лучше уж я запрусь в клетке с голодной Ищейкой, чем снова увижу его "Работу над ошибками"... Ох! Теперь ещё и какой-то ебантяй режет желторотиков прямо на постах... Да, к херам! Пока дождёшься этих членоногов, успеешь встретить бога!

Вновь вернувшись в привычно буйное настроение, крупный рыцарь начал оглушительно браниться, неторопливо отправляясь на поиски своих подопечных.

Спокойно шествуя по пустынным переулкам, Брутал периодически останавливался, ожидая пока очередная группа солдат с грохотом и шумом разгонит кучку бездомных бродяг.

Иногда, городские стражники находили среди нищих беспризорных зверолюдей и тут же скручивали последних, конвоируя их в темницы или временные стоянки.

Но с каждой минутой герой всё реже встречал отряды вооружённых людей, переворачивающих любую подозрительную помойку вверх дном.

А причиной тому послужило то, что военные постепенно перемещали поиски убийцы в иные районы.

Наконец, Брутал добрался до места, где планировал переждать ночь, дав организму время для восстановления и укрепления.

Завернув за неприметный угол между двумя покосившимися домами, юноша беззаботно присел в небольшом пространстве между толстыми стенами.

Несколько раз осмотрев окружающую местность пламенным взором, герой удовлетворённо размял шею и закрыв глаза, медленно погрузился в прострацию.

Время от времени, по лицу и рукам Брутала пробегали едва заметные вспышки огненных рун, петлявших по коже героя причудливыми узорами.

Кроме того, в теле юноши резко сокращались практически все мышечные волокна, что со стороны походило на обычные судороги.

И в подобных метаморфозах организм героя находился по крайней мере несколько часов.

Однако, когда бледные луны уже скрылись за горизонтом, а первые солнечные отблики слегка коснулись крыш домов, Брутал почувствовал, как к нему приближается живое существо.

В ту же секунду юноша полностью сосредоточился на нарушителе спокойствия, но поняв, что это очередной бесполезный кусок плоти, герой совершенно потерял к тому интерес.

Между тем, к Бруталу осторожно подошёл тощий мужчина в старой и давно заношенной одежде.

Бегло осмотрев замершего без единого движения юношу, оборванец аккуратно ткнул героя в плечо и не дождавшись какой-либо реакции, сухо засмеялся.

— Кхе-хе-хе, есчо один дохляк... Кха-кха! Кхе... Да мне прёт! А везь хозел просто вздремнуть здесь... Кхах... Так, шем у тебя можно поживица...

Убедившись, что поблизости нет ни единой души, бездомный радостно потянулся к телу Брутала.

Но не успела худощавая ладонь мужчины пройти и полпути до юноши, как герой крепко ухватился за руку оборванца и резко дёрнул того на себя.

— Э! А... Бркх!!

Изумлённо раскрыв рот, бездомный с громким треском врезался лицом в ближайшую стену и глухо крякнув, тут же потерял сознание.

Проскоблив по каменной кладке головой, тощий мужчина медленно съехал на брусчатку, оставив на булыжниках кровавые разводы из разбитого носа.

Тем временем, Брутал, полностью игнорируя распластавшееся перед ним тело, беззаботно поднялся на ноги и заинтересованно прислушался к окружающим его звукам.

Слегка склонив голову, юноша ненадолго задумался, после чего расслабленно повёл плечами и неспешно выбрался из своего ночного укрытия.

Солнце постепенно набирало силы, поднимаясь над Янскелом и проникая своими лучами даже в самые тёмные переулки города.

Размеренно двигаясь по узкой подворотне, герой неторопливо следовал в интересующее его место.

И чем дальше шёл Брутал, тем сложнее становилось избегать больших скоплений людей, обходя их тропами полузаброшенных районов.

Однако, юноша не собирался постоянно бродить по грязным подворотням.

Уверенно вышагивая по каменному настилу брусчатки, герой с каждой минутой всё лучше улавливал крики, споры и активные разговоры людей.

И когда бесчисленное количество человеческих голосов уже слилось в единый поток шума, Брутал, наконец, выбрался из бесконечных лабиринтов пыльных переулков.

Незаметно выскользнув из-за угла высокого и довольно протяжённого здания, юноша оказался на огромном свободном пространстве, где сновали толпы разнообразных людских фигур.

Сам того не зная, герой попал на одну из трёх главных рыночных улиц Янскела.

И теперь лишь сама судьба могла сказать, куда именно направится Брутал.

Окидывая бесконечную суету человеческого города недоумевающим взглядом, Брутал невольно впал в своеобразный ступор.

Стоя на краю широкой рыночной улицы Янскела, юноша с трудно скрываемым непониманием разглядывал великое множество лавок, стеллажей, навесов, торговых палаток и иных построек, созданных мясными мешками.

— Ах! Дорогой! Смотри, какая милая фигурка!

— Киа, ты видела её цену?! Да мне проще сразу весь магазин скупить!

— Быстрей! Давай-давай!! Мы задерживаем поставку!

— Я первый выбрал это яблоко!

— Говно моё первый подотрёшь! А ну, вернул на место!!

Мимо героя ежесекундно мелькали разнообразные человеческие фигуры и даже целые группы людей.

Все вокруг спешили по своим делам, покупали необходимую утварь или просто прогуливались по рынку, наслаждаясь его шумной атмосферой.

Время от времени, сквозь толпы народа медленно проезжали повозки и небольшие кареты, направлявшиеся в благородные районы Янскела.

И среди этого бесконечного гомона, криков и волн человеческих тел оторопело стояла фигура, полностью укутанная в длинный тёмный плащ.

Несмотря на довольно подозрительный вид, в таком месте Брутал практически не привлекал лишнего внимания.

Как-никак, на рынке собирались самые разношёрстные личности, многие из которых не желали открывать всем свой лик.

Между тем, юноша удивлённо моргнул и выйдя из лёгкого оцепенения, решил не торопить события, для начала исследовав столь непривычное место.

Вновь вернув себе холодное спокойствие, герой уверенно шагнул вперёд и сразу же влился в массивные потоки людей.

Однако, характер Брутала с самого рождения затачивался под что угодно, но точно не под нормальное существование в человеческом обществе.

— Аук... Хэй! Ты что творишь, идиот?!

— Ай! Смотри куда прёшь!! Деревенщина...

— Кхах! Твою мать! Ты чё, глаза в жопе потерял?!

Неторопливо продвигаясь сквозь плотные массы людей, юноша словно танк распихивал любого вставшего у него на пути.

В очередной раз вытянув руку, герой схватился за чьё-то плечо и просто отшвырнул незнакомого человека со своей дороги.

Свалившись на землю, бедняга тут же огласил ближайшую местность яростной бранью.

Стараясь защититься от случайных пинков, обычный проходимец заставлял ещё большее количество фигур с криками падать на брусчатку.

Сея за собой лишь хаос и неразбериху, Брутал преспокойно шёл дальше, уже привычно расталкивая каждого, кто посмеет преградить ему путь.

Разумеется, иногда люди пытались напасть на юношу, но почти сразу получали резкие удары в подбородок, грудь или пах, после чего мгновенно отправлялись в нокаут.

Однако, несмотря ни на что, в огромной человеческой толкучке действия героя оставались практически незамеченными и потому он продолжал невозмутимо двигаться вперёд с интересом крутя головой во все стороны.

— Курительные травы! Покупайте курительные травы!! Только у меня - редчайшие экземпляры с южных границ империи!!

— Резные черепа зверолюдей! Узоры на любой вкус! Пополните свою коллекцию черепом совершенно нового вида медведолюдов!! Качество и чистота оскабливания гарантированы!

— Зелья и эссенции - естественные враги хворей и ранений! Хотите долго жить? Приобретайте наши лекарства!

— Мясо! Свежее мясо!! Телячье, свиное, зверолюдское, волчье! Ещё тёплое, едва освежеванное! Хватай, не зевай!!

— Аксессуары и украшения! Нет лучшего подарка для прекрасных дам и девушек! Порадуйте своих возлюбленных, сегодня по сниженной цене!!

Упорно прорываясь сквозь нескончаемые толпы людей, Брутал в пол уха слушал множественные выкрики и зазывания торговцев.

Но несмотря на обширный ассортимент продаваемых вещей, юноша всё равно считал большинство из них лишь ничтожным хламом.

— Мямя, мамя! Смотли-смотли!! Стласный тядя!

— Не смотри на него, Зиа! А то заберёт с собой! Пойдём! Папа уже ждёт нас в ресторане!

Даже находясь в плотнейшем скоплении людей, герой умудрялся привлекать к себе внимание многих прохожих благодаря поистине варварскому поведению.

Хотя, активнее всего на Брутала реагировали те существа, чьи чувства были обострены с самого рождения.

— Хи-и-и!! М-монстрь! З... Здесь монстрь!! Н-нед! Нед!! Отпусдите меня! Я не хочу умирадь!! Не-е-е-ед!!

— Заткнись, мразь! Какого хера ты делаешь?! А ну, живо встала с земли!!

Девушка с короткими собачьими ушками и пушистым хвостом повалилась на каменную брусчатку и истерично визжала на всю улицу, не сводя с юноши отчаянного взгляда.

Судорожно отползая от героя, рабыня чудом не задыхалась от страха и тряслась так, словно уже стояла на грани смерти.

— Вонючее животное! Ох! Как же ты мне осточертело!! Вернёмся домой, будешь молить меня о быстрой смерти!

— У... Умрём! Умрём!! О-он... КРА-А-А-А!! Гха-а-а...

Наконец, хозяин девушки щёлкнул чем-то на ручке ошейника, прикреплённого к шее рабыни, и последняя тут же затряслась в жуткой агонии.

Но уже через несколько секунд зверолюдка послушно встала с земли и в полубессознательном состоянии поплелась за разъярённым мужчиной.

Многие рабы, даже не видя источника угрозы, впадали в безумную панику и срывались в бегство, заливая округу душераздирающими воплями.

— Буэ-э-э! Б... Буэ-э-э... К... К-конец... Это к... Коне... Буэ-э-э!! У-у-у-у... Буэ-э...

— Да чтоб тебя! Эй! Твоя блохастая тварь заблевала мне все штаны!!

— П-простите, господин! Я... Я не знаю, что с ней... Никогда такого... М-может, съела что-то...

Некоторые зверолюдки, едва почувствовав присутствие героя, моментально бледнели и падая на землю, начинали изрыгать на брусчатку всё содержимое своих желудков.

— Х-х-хозяйка!! Н... Н... Надо б-б-бежать!! Л-леди, ум-м-моляю в-вас, з... Здесь о-о-очень о-опасн-но! М-мы должн-ны...

Мужчина с большими лисьими ушами встревожено водил взглядом из стороны в сторону, будто в любую секунду на него мог напасть дикий зверь.

Безостановочно утягивая свою хозяйку, как можно дальше от проходившего рядом Брутала, зверолюд не убегал лишь потому, что боялся получить новую порцию боли.

— Акий, нахал!! Не лапай меня своей нечестивой плотью! Я сказала, прекрати!!

— Н-нет, х... Хозяйка, в-вы не понима... А-А-АКХ-Х-Х!!

В любом месте, где появлялся юноша, зверолюди попросту сходили с ума, из-за чего в и без того бурлящей толпе рождался ещё больший хаос.

Всюду раздавались визги и крики ошалелых рабов, которые всеми силами пытались избежать столкновения с героем.

А одна из девушек с особо редкой чувствительностью и вовсе упала на колени и начала остервенело биться головой об брусчатку, медленно разбивая лоб и беспорядочно бубня какую-то мантру.

И пока хозяева с горем пополам утихомиривали своих питомцев, а люди недоумённо обсуждали причины внезапного бешенства, Брутал спокойно следовал прежнему маршруту.

Рутинно отбросив в ближайшую торговую лавку очередной мешок плоти, юноша неожиданно остановился и взглянул куда-то вглубь рыночной улицы.

Взор героя тут же упал на молодую зверолюдку с длинными русыми волосами, среди которых заметно выделялось несколько белых локонов.

В свою очередь, девушка неотрывно смотрела на Брутала и хотя её большие глазки были наполнены невероятным изумлением, рабыня не впадала в отчаянье.

Длинный шелковистый хвост юной зверолюдки нервно метался позади девушки, двигаясь в такт с маленькими волчьими ушками.

Но не успела рабыня и моргнуть, как кто-то резко дёрнул её за ошейник и зверолюдка с жалобным писком побрела дальше.

— Скорее! Господин не любит ждать! Ты обязана...

Тихо прошипев что-то на ухо девушке, мужчина в дорогих, но сдержанных одеждах спешно повёл рабыню в сторону улиц, где проживали только богатые слои населения.

Тем временем, юноша вновь начал раскидывать каждого встречного человека, уверенно продвигаясь к своей цели и периодически подслушивая чужие разговоры.

— Хм? Ури... А чего это ты в последнее время такая нарядная? Неужели... Ты наконец-то, нашла себе кавалера?! Хе-хе-хе, если хочешь, могу посоветовать красивое бельишко для инти...

— Ч-что?! Н-нет, конечно!! Т... То есть, я хотела бы, но... Т-точнее... Ну... Разве ты не слышала о герое?

— О герое? Шутишь что ли? Да о них вся империя постоянно что-нибудь да говорит... Но как тебя то это...

— Да нет же! Ты не понимаешь!

Активно вскинув ладошками, девушка начала с энтузиазмом рассказывать своей подруге о последних известиях.

— В Янскеле недавно появился герой!

— Что?! Да быть того не может! Уже больше двух лет здесь не было ни одного посланника! С чего бы ему...

— Д-да! Я подумала так же! Но несколько дней назад это подтвердили официально!

— Как интересно... Но с какой целью сюда прибыл герой? В Янскеле редко случается что-то особенное...

— Ну... Говорят, что министерство Алхимии отправило его для сбора редких трав в Морозном лесу... Но...

— Ох! Подожди-ка! А не для него ли ты так вырядилась?

— Н-нет! Н-ну, точнее... Немного...

В процессе движения к центру города, Брутал всё чаще замечал, что количество мясных мешков рядом с ним стало постепенно редеть.

И причиной тому было то, что юноша подходил к концу рыночной улицы, где бесконечные торговые навесы уступали место элегантным магазинам и уютным витринам.

В подобных местах дозволялось торговать лишь с наличием официальной лицензии, которая показывала людям, что продавец заслужил достойную репутацию в своём деле.

Внезапно, взгляд героя упёрся в обширный двухэтажный дом, полностью сконструированный из уже знакомого Бруталу округлого кирпича.

Постройка довольно сильно выделялась своей простотой из ярких торговых павильонов и редких ремесленных мастерских.

Над входом в здание висела широкая деревянная вывеска, на которой вырезали всего два слова: "Воины снегов".

Однако, сам дом не вызывал у юноши никакого интереса, в отличие от предмета, находящегося внутри.

Неспешно подойдя ко входу в здание, герой недоумённо осмотрел двери, преграждавшие ему путь, и зачем-то постучал пальцем по деревянным створкам.

Слегка нахмурившись, Брутал вновь оглядел стены дома, но не найдя другого подходящего входа, продолжил нетерпеливо ощупывать двери ладонью.

По неизвестной причине юноша совершенно не обращал внимания на округлую ручку, торчавшую из преграды почти на уровне его пояса.

Некоторые люди вопросительно посматривали на странные манипуляции Брутала, а иногда даже незаметно посмеивались над озадаченным человеком.

Однако, уже через минуту безуспешных поисков, безграничное терпение героя окончательно иссякло, и он решил сделать единственное верное с его точки зрения действие.

Отойдя на несколько шагов от входа, Брутал немного разбежался и изо всех сил врезал ногой по двери.

В ту же секунду раздался оглушительный треск и одна из створок буквально влетела внутрь здания вместе с оторвавшимися петлями.

Под дикий грохот и ошеломлённые взгляды случайных прохожих, юноша тут же абсолютно спокойно вошёл в дом.

Немногочисленные посетители заведения, сидевшие в этот момент за маленькими столиками, изумлённо взирали то на низкую фигуру в чёрном плаще, то на недавно вырванную дверь.

Не произнося ни единого слова, герой невозмутимо осмотрел помещение, обитое резной древесиной и уверенно направился к стойке, у которой работала взволнованная девушка двадцати лет.

Но не успел герой сделать и нескольких шагов, как к нему подскочили двое крепких людей в плотных кожаных куртках.

На груди и рукавах мужчин красовалась небольшая эмблема, на которой изображалась снежинка с воткнутым в неё клинком.

— Ты нахрена дверь выбил, придурок?!

Даже не взглянув на двух мясных мешков, Брутал просто отпихнул их со своего пути.

Получив на свой вопрос лишь грубые толчки, охранники тут же рассвирепели от невиданной наглости.

— Т-ты... Те чё, жить надоел... Кхм... То есть, господин посетитель, пройдёмте, пожалуйста, с нами...

Один из мужчин с натянутой улыбкой схватился за плечо Брутала и уже собирался забрать того в подсобку для дружественного разговора по душам.

Но едва охранник коснулся юноши, как последний тут же слегка провернул своё тело и резко врезал кулаком тому в подбородок.

— Кхк!!

От прямого удара голова мужчины мгновенно запрокинулась назад, из-за чего в его шее что-то глухо хрустнуло.

Рефлекторно отпрянув от героя на несколько шагов, охранник немного пошатнулся и запнувшись, безвольно шмякнулся на пол.

— Гран!! Ну, всё! Пиздец тебе, тва... Хах!

И только второй мужчина собирался подойти к Бруталу, как в его лицо уже полетел кулак юноши.

Однако, в этот раз охранник тут же отбил руку героя локтем и мгновенно сделал ответный выпад в нос Брутала.

Но юноша лишь слегка отклонил голову, пропустив конечность мужчины в нескольких сантиметрах от своего виска.

Дождавшись нужного момента, герой резко приблизился к охраннику.

— Ты...

Не долго думая, Брутал просто взмахнул коленом и ударил мужчину в пах.

— Бхо-о-о!!

В ту же секунду раздался подозрительный хлопок, и глаза охранника закатились от невероятной боли.

И пока трясущийся мужчина медленно опадал на пол, юноша быстро схватил его за затылок и грубо толкнул вниз.

С громким треском вмазавшись лицом в каменную плитку, охранник слабо крякнул и окончательно потеряв сознание, распластался на холодном настиле.

Тем временем, герой беззаботно размял кисти рук и словно ничего и не произошло, подошёл к стойке регистрации.

— Э-э... А-ам... З-з-здрас-ствуйте... В-в-вы ч-чем... То н... Не д... Д-довольны?

Совершенно не обращая внимания на дрожавшую девушку, Брутал спокойно обогнул регистрационную стойку и направился к небольшой дверце, находившейся за спиной испуганной работницы.

Заметив, куда двигается юноша, девушка удивлённо распахнула глазки и на всякий случай отпрянув с дороги, неуверенно обратилась к герою.

— Ах! П-постойте... Эт-то место д-для... О... Особых л-лиц, вы не... Э... Эм, ч-что вы...

Продолжая полностью игнорировать паникующую работницу, Брутал подошёл к очередному проходу и вновь недовольно уставился на закрытую дверь.

Вспоминая недавний опыт, юноша снова собирался проломить вход ногой, но в последний момент его успела остановить ужаснувшаяся работница.

— П-п-постойте!! Э-эм... Я п-помогу вам...

Аккуратно дёрнув за округлую ручку, девушка быстро отворила дверь, чем несколько удивила героя, уже занёсшего ногу для удара.

Не проявив и капли смущения, Брутал невозмутимо вернулся к своему прежнему положению и молча выдвинулся вслед за взволнованной работницей.

И когда две фигуры окончательно скрылись за деревянными створками, в регистрационном зале осталось лишь несколько ошеломлённых зрителей, продолжавших безмолвно сидеть за небольшими столиками.

Неосознанно переглянувшись, посетители дружно отложили в сторону различные бланки и пергаменты для заполнения, после чего осторожно встали со стульев и незаметно удалились из помещения.

Между тем, юноша вместе с работницей заведения попал в маленькую комнатку, заставленную разнообразными приборами и механизмами неизвестного назначения.

Однако, всё внимание героя сразу же привлёк большой хрустальный шар, достигавший сорока сантиметров в диаметре.

Брутал медленно осмотрел стеклянную сферу, покрытую различными руническими надписями и неспешно перевёл свой взгляд на плотный белоснежный туман, клубившийся внутри прозрачного сосуда.

— Н-на самом д-деле, в-вам н... Нельзя з-здесь н-наход-диться...

Отвернувшись от хрустального шара, испускавшего странную, слегка бледноватую энергию, юноша немного приподнял голову и тут же одарил девушку ледяным взором.

В ту же секунду вспотевшая работница заметила два пылающих огонька, с ненавистью поглядывающих на неё из теней глубокого капюшона.

Лицо девушки в один миг окрасилось в мертвенно-бледный оттенок, а тонкие ножки невольно подкосились, чудом удержав свою хозяйку на весу.

С трудом выдавив из себя отчаянную улыбку, работница с перекошенным от ужаса лицом вцепилась в массивный стол и стараясь хотя бы не терять сознания, обратилась к Бруталу сдавленным голоском.

— Д... Д... Д-для в-вас м... М-мы с-сделаем и... И... Исключ-чение! П-п-пожалуйста, д... Д-делайте, ч-ч-что п... Пожелаете!

Окинув до смерти перепуганную девушку равнодушным взглядом, юноша вновь повернулся к интересующей его стеклянной сфере.

Обратив внимание на взор героя, работница тут же спешно пустилась в объяснения.

— Э-этот аппарат - н... Новейшая р-разработка императорского дворца! О-он е... Ещё ни р-разу не и-испыт-тывался... К... К сожал-лению, я н-н-не знаю, к... Как он р-работает...

Пропуская мимо ушей всё, что бормотала паникующая девушка, Брутал спокойно исследовал загадочные руны, опоясывавшие поверхность хрустального шара.

Наконец, удовлетворённо кивнув самому себе, юноша просто положил ладонь на холодное стекло неизвестного механизма.

— Ах! А-ам... П-пожал-луйста... Б-б-будьте... Э... Ч-что эт...

Невольно запнувшись на полуслове, работница с удивлением наблюдала за тем, как белоснежная мгла внутри загадочной сферы начала медленно закручиваться в вихри сияющей энергии.

Так же девушка случайно заметила, что на ладони жуткого человека внезапно воспламенились полотна страшных, буквально пульсирующих злом рун.

И пока работница заведения изумлённо следила за происходящим, густой пар продолжал неуклонно наращивать скорость вращения, постепенно меняя свою окраску.

Но пройдя почти через все цвета радуги, некогда белоснежный туман вдруг резко залился угольно-чёрной тьмой.

Казалось, будто в хрустальном шаре поселилась сама бездна, пожиравшая любой свет, попадавший в неё.

— Ч-что проис...

Однако, не успела завороженная девушка произнести и слова, как сквозь беспросветный мрак, из центра сферы вырвалось несколько рыжих искр.

И всего за долю мгновения маленькие вспышки огня разразились рёвом дикого пламени, заставив стеклянный шар буквально вибрировать от напряжения.

— Г-г-господ-дин, ч... Что э-это?!

Полностью игнорируя любые раздражители, Брутал продолжал невозмутимо удерживать свою ладонь на поверхности хрустальной сферы.

Демонический взор юноши беспрестанно полыхал потусторонним жаром, словно пытаясь связаться с неистовым пламенем, бушующим внутри обширного сосуда.

Но внезапно, раздался гулкий звон и на стеклянном шаре появился маленький скол.

— Г-г-господин, э... Э... Это опасно!! Н-нужно бежать!!

Несмотря на отчаянные призывы работницы, герой и не думал уходить, с нечеловеческим холодом следя за тем, как на хрустальном шаре возникало всё больше длинных трещин.

Тем временем, поняв, что в данной ситуации она уже ничего не сможет изменить, девушка в ужасе выбежала из маленькой комнаты и незамедлительно начала звать на помощь.

Но когда на истерические крики работницы в здание ворвалось несколько случайных прохожих и пара стражников, произошло нечто необъяснимое.

Стеклянная сфера, ещё недавно трещавшая по швам от переизбытка чужеродной энергии, просто взорвалась под ладонью Брутала.

В ту же секунду, небольшое помещение, обитое резной древесиной, поглотил невиданной силы огненный вихрь, с жадностью пожиравший все приборы и преграды, попадавшиеся у него на пути.

Испепеляющий жар буквально прогрызал бревенчатое покрытие комнаты, без труда уничтожая даже внутренние перегородки стен, созданные из круглого булыжника.

И в тот момент, когда яростное пламя уже практически полностью захватило помещение, в него ворвалось несколько взъерошенных стражников, за спинами которых беспокойно крутилась молодая девушка.

— Ох, мать! Пожар! Пожар!! Тащите водные артефакты и зовите мага! Немедленно!!

— Ёпт... С... Слышали?! Быстрее! Быстрее!!

— П-подождите! В огне ч... Человек!!

Паникующая работница трясущимся пальцем указала на размытую фигуру, возвышавшуюся в центре бушующего ада.

И когда люди недоумённо всмотрелись в середину задымлённой комнаты, сердца всех присутствующих невольно содрогнулись.

Неистовое пламя, разрывавшее узкое помещение на куски, старательно огибало единственного человека, стоявшего посреди огненного урагана.

Голодные языки жара, словно дети, требующие заботы у своего отца, радостно обвивались вокруг всего тела Брутала, мягко облизывая лицо и ладони юноши.

Взглянув на руку, полностью объятую яростным пламенем, так и рвущимся сожрать что-нибудь из окружающего пространства, герой слегка коснулся неугомонного огня.

— Я тоже.

Казалось, впервые за всё время, проведённое в новом мире, привычно могильный голос Брутала наполнился совершенно несвойственными ему нотками мягкости.

Но уже через секунду от удивительного миража не осталось и следа, а юноша вновь вернулся к прежнему виду, испускавшему лишь враждебный холод и мрак.

— Э... Эй! С... Стой там, мы... Э-это... Какого...

Тем временем, закрываясь руками от невыносимого жара и удушливого дыма, люди взволнованно наблюдали за тем, как в самом сердце пожара возвышалась человеческая фигура.

Но когда один из стражников попытался докричаться до бедолаги, размытый силуэт вдруг начал неспешно приближаться к толпящимся зрителям.

Наконец, незнакомец спокойно вынырнул из бесчинствующих вихрей пламени и неторопливо осмотрел крайне ошеломлённые лица невольных наблюдателей.

Вся одежда на теле Брутала сгорела до последней нитки, даже перевязь с кинжалами и оружейные ножны остались плавиться на полу комнаты.

В руке юноша крепко удерживал единственный короткий меч, чудом сохранившийся в безумном танце огня.

Однако, люди, застывшие перед героем, совершенно не замечали клинка в ладони Брутала, изумлённо разглядывая его тело.

По всему туловищу героя безостановочно скользили хищные языки рыжего пламени, словно пытаясь защитить своего любимого хозяина от любых угроз.

Кроме того, каждый сантиметр кожи Брутала усеивали гротескные рунические письмена, изрыгавшие из себя странную, гнетущую энергию.

А некогда размытые символы на теле юноши постепенно приобретали всё более ясные очертания, стремясь соединиться в какое-то целостное изображение.

Но когда, казалось бы, жуткие руны уже окончательно приняли свою форму, их сияние резко погасло, одновременно затушив и пламя, метавшееся по туловищу героя.

Игнорируя окружавший его пожар и ошеломлённые взгляды людей, Брутал спокойно осмотрел своё тело и изрёк неоспоримый вывод.

— Мало.

И хотя озвученный результат явно был неутешительным, юношу без сомнения радовали произошедшие с ним изменения.

Более не задерживаясь ни на секунду, герой бесцеремонно растолкал опешивших зрителей и неспешно побрёл к выходу из здания.

— П... Пост... Тойте... К-куда же... Э... Э-это...

Не обращая никакого внимания на совершенно ошеломлённых спасателей, Брутал уверенно пересёк регистрационное помещение и тут же покинул полыхающее заведение.

— Э-э... К-какого э-это было... Э... Кхах! Ч... Чёрт! Кха! П-пожар!! Твою мать! Кх-Кхах... Т-тушите пожар!!

— А... Д... Да! Т-точно! Где вода?! Срочно...

В то время, как двухэтажное здание постепенно охватывалось безудержным пламенем, в общей суматохе из дымящегося дома незаметно выбрался голый красноволосый юноша.

Обдуваемый всеми ветрами города, неизвестный герой, с мечом наперевес двигался сквозь паникующие толпы людей.

Абсолютно не стесняясь своей наготы, Брутал устремился к новой цели, оставляя за спиной лишь хаос и разраставшиеся всполохи демонического огня.

*Внимание! Ваш уровень Ярости приближается к опасной отметке! Нынешнее значение - (63/100)*

— Э... Эм... Эльхира-сан, что-то случилось? Ты чем-то недовольна?

Черноволосый юноша пятнадцати-шестнадцати лет с лёгким волнением посмотрел на свою собеседницу, безмолвно сидевшую напротив него.

Яркие голубые глаза молодого человека буквально излучали искреннее сопереживание и незамутнённую доброту.

— Ууух... Сколько раз я просила тебя не называть меня так официально?! Хм!

В ответ на вопрос юноши, девушка с гладкими светлыми волосами показательно надула щёчки и резко отвернулась в сторону.

— Н-но... Я... Мы же ещё н-не... Э-эльхия-са...

— Хм!!

Поняв, что девушка не собирается отступать, молодой человек неловко почесал затылок и обречённо выдохнул.

— Эх... Х-хорошо, Эльхи-тян...

Едва выговорив последние слова, юноша тут же смущённо кашлянул и уставился в открытое окно, пытаясь скрыть небольшой румянец.

— Ах! Н-набуо-сама! Ты наконец-то смог назвать меня... Кья-я! Набуо-сама!

— Э... Эльхи-т... П-подо... А-а-а!!

Едва ли не сияя от счастья, семнадцатилетняя девушка тотчас ринулась с визгами обнимать до крайности растерянного молодого человека.

В свою очередь, юноша, не имея возможности выбраться из крепких тисков, начал в панике взывать на помощь.

— Р-радер-сан! П... Пожалуйста!!

На звуки отчаянной мольбы тут же среагировала молчаливая фигура, доселе спокойно сидевшая на стуле, в углу помещения.

— Госпожа, прошу меня простить.

Неторопливо подойдя к молодому человеку, высокий мужчина двадцати двух лет беззаботно ухватил буйствующую девушку под мышки и с некоторым усилием отцепил её от несчастной куклы для обнимашек.

— Р... Разер! Н-наглец! Не мешай мне!

— Извините, госпожа, но такова воля Набуо-доно... И меня зовут Радер. За полгода наших общих странствий даже столь сложную информацию вполне возможно запомнить... Кроме того, разве так себя ведут эльфийские леди?

Невозмутимо оттащив от юноши активно брыкавшуюся эльфийку, мужчина с короткими русыми волосами укоризненно взглянул на девушку, злобно кусавшую его руку.

— Тьфух... Да как смеешь ТЫ рассказывать что-то о МОЕЙ расе?! Ты всего лишь никчё...

— Эльхия-сан!

Заметив недовольство героя, эльфийка моментально притихла и опустила голову, обиженно бурча себе под нос какие-то грубости.

Но уже через секунду девушка рефлекторно поправила длинные волосы, щекотавшие её остроконечное ушко и взглянула на юношу большими и слегка влажными от слёз глазами.

— П-прости, Набуо-сама... Я не хотела...

Мгновенно смягчившись под напором жалобного взора, добросердечный юноша слегка потупился и протяжно вздохнул.

— Э-эх... Ничего, я... Я понимаю... Ты говорила, что вам не нравится, когда кто-то касается темы вашего... Э... Происхождения.

На несколько мгновений в просторной комнате повисла напряжённая тишина.

Все хранили молчание, не зная, как вернуть разговор в более мирное русло.

— Т... Так... Радер-сан, как поживает ваша сестра?

— А? Микли? Ну...

Ненадолго задумавшись, мужчина в элегантной металлической броне печально улыбнулся.

— Сейчас она играет с двумя негодницами и мне очень приятно видеть её радость...

Отведя взгляд от собеседника, темноволосый юноша рефлекторно почесал затылок и неловко закашлялся.

— З-значит, Микли-сан по-прежнему не рассказывает...

— К сожалению... Но лишь благодаря вам, мы до сих пор здравствуем и ни в чём не нуждаемся. Ещё раз спасибо, Набуо-доно!

Низко поклонившись, высокий и достаточно складный мужчина тихо брякнул продолговатым мечом, висевшем у него на бедре.

— Н... Не стоит!! Р-радер-сан, н-не нужно кланяться!

Быстро замахав ладонями, молодой человек в который раз смутился от чересчур уважительного обращения к своей персоне.

— Я в-ведь просто не мог оставить вас в подобном положении!

— Хмех... Разер, а вот я по-прежнему кое-чего не понимаю...

Внезапно, в разговор вмешалась эльфийка, на лице которой растянулась едва заметная ухмылка, наполненная холодным ехидством.

— Эльхи-тян... Т-только не снова...

— Почему ты называешь этого ребёнка своей сестрой, она ведь просто не может быть...

— Э-эльхиа-сан!

— Ууу... Набуо-сама, почему ты защищаешь его?! Ууухм... Хорошо, раз ты этого хочешь, я не буду объяснять Разеру очевидные вещи... Пускай и дальше упёрто считает, что когда-то она была чел...

— Эльхия-сан.

Услышав мрачный голос героя, девушка, наконец, замолчала, хотя и продолжила сверлить невозмутимого рыцаря недобрым взглядом.

И едва в комнате вновь возникла гнетущая атмосфера, как входные двери с грохотом распахнулись, и в помещение ворвалось два маленьких и крайне непоседливых тела.

— Нани! Это мой камушек!! Отдай! Отда-а-ай!!

— Ха-ха-ха! Неа-неа! Догони!! Аха-ха-ха!

Стоило детям с шумом влететь в апартаменты, как всё напряжение словно ветром сдуло.

Но взамен, в комнате начал бушевать настоящий смерч из гвалта, криков и разрушений.

— Пини-сан, Нани-сан! А ну, перестаньте крушить гостиную!

Вскочив с кровати, юноша было попытался успокоить неугомонных малышек, однако, последние ни на секунду не останавливали свою беготню, едва ли не карабкаясь по стенам.

— Это всё Нани виновата! Она не даёт обратно мой волшебный камушек!!

— Нани?!

— Omae wa... Кха-кха... То есть, Нани-сан, хватит паясничать! Верни сестрёнке её вещь!

Чудом помирив сверхактивных сестёр, голубоглазый герой устало присел на диван, продолжая периодически поглядывать на непоседливых детей.

И лишь небольшие медвежьи ушки, да мягкие помпончики хвостов выдавали в энергичных девочках зверолюдок, которых так ненавидели практически все люди Шаблониума.

Между тем, когда два вопящих тельца перестали с грохотом носиться по всему помещению, в комнату медленно и неуверенно пробралась третья гостья.

Осторожно выглянув из-за дверной створки, малышка десяти лет от роду забавно дёрнула лисьим ушком покрытым бурой шёрсткой и вопросительно взглянула на спокойного мужчину в металлической броне.

— Микли! Не бойся, иди сюда!

Неожиданно, привычно благородный и несколько прохладный вид рыцаря буквально испарился.

Мягко поманив ладонью пугливую девочку, высокий мужчина тут же начал излучать нескрываемую нежность, щедро дополненную родительским теплом.

Немного посомневавшись, малышка забавно поджала ушки и стремительно пробежала через всю комнату, моментально вцепившись в ногу рыцаря.

— Ну-ну, Микли, здесь некого бояться...

Произнося последние слова, коротковолосый мужчина неосознанно перевёл враждебный взгляд на эльфийку, но тут же опомнился и резко отвернулся.

Погладив по голове сжавшуюся от волнения девочку, рыцарь слегка щёлкнул ту по носику, из-за чего сразу же поймал на себе её недовольный взор и не удержавшись, растянулся в глупой ухмылке.

— Хм.

Девушка в лёгком белоснежном платье на мгновение окинула стеснительную зверолюдку равнодушным взглядом и недовольно хмыкнув, обратилась к герою.

— Набуо-сама, когда мы уже отправимся исследовать то непонятное явление? Этот город тако-о-ой скучный! В нём нет ничегошеньки интересного! Даже вокруг одни только грязные чащи!

— Кстати об этом, Набуо-доно, а что именно нам нужно найти?

В один момент попав под перекрёстные взгляды двух компаньонов, юноша озадаченно почесал затылок и неловко улыбнулся.

— Н-ну... Официально, мы по-прежнему отправляемся за травами... Однако, Министерство магии запросило у нас поиск... К-как бы это сказать... Некоего магического волнения.

— Волнение? И как мы найдём это... Нечто?

Взмахнув ладошкой, эльфийка обрисовала в воздухе что-то бесформенное.

— Секунду.

Отвлекшись от разговора, юноша спешно открыл сумку, всё время лежавшую рядом с ним.

И хотя с виду вещевой мешок не выделялся чем-то примечательным, немного покопавшись в последнем, герой достал из него небольшой посох с круглым набалдашником из плотного, мутноватого стекла.

— Когда мы приблизимся к источнику волнений на расстояние двухсот метров, этот посох начнёт испускать яркое свечение... В-во всяком случае, мне так сказали...

Удерживая жезл на уровне глаз, юноша периодически осаживал скачущих сестёр, всячески пытавшихся отнять у него интересную палочку.

— Предположим... Но что потом, Набуо-доно?

— Н-ну... Э... Эм... Ч-честно говоря, я не совсем понял объяснения господина Нивероса... Он сказал, что мы должны поставить посох в центре э... Энергетической син... Синху... Синхр... Эх...

Обречённо вздохнув, юноша неосознанно почесал переносицу, но так и не вспомнив нужной информации, кисло улыбнулся.

— Ха-ха... Ниверос-сэнсэй выражался довольно сложными терминами... Кхм... Единственное, что я понял - надо воткнуть посох рядом с источником волнения и дождаться, пока тот перестанет светиться...

— П-подожди, Набуо-сама, ты ведь не хочешь сказать, что нам придётся всё это время бродить по местным буреломам?!

Резко вскочив с дивана, взволнованная эльфийка напряжённо выпрямила ручки и сжала ладони, уставившись на юношу удивлённым взглядом.

— Ха-ха-ха, тише-тише, Эльхи-тян...

— Уууу... Нет! Не хочу-у-у... Там ведь грязно! А ещё холодно! И скучно! Хмпф...

Угрюмо насупившись, девушка раздражённо плюхнулась на диван и стала тихо проклинать кого-то на непереводимом эльфийском наречии.

— Н-ну... На самом деле, министерство магии запретило нам приближаться к внутренним зонам Морозного леса... Поэтому, думаю, что в худшем случае мы потратим на поход неделю... К... К тому же мы знаем примерное направление...

— Ууу... Целых семь дней в какой-то промозглой дыре!

— Госпожа, прошу, будьте терпеливее. Мы должны поддерживать Набуо-доно, а не...

— А ты не указывай мне! Если бы не желание моего Набуо-сама, я бы и с места не сдвинулась!

— Что правда, то правда... В клетке, должно быть, сложно разгуляться?

Подтянутый мужчина состроил невинные глазки и с добрейшей ухмылкой взглянул на озлобленную эльфийку.

— А... Ч-что ты сказал?! Какая-то жалкая блоха с металлической зубочисткой смеет...

— Радер-сан, Эльхи-тян! Н-ну, хватит уже! Почему вы никогда не можете поладить...

Примирительно вскинув ладони, юноша попытался успокоить своих компаньонов, но спор уже начал распыляться.

— Набуо-сама, я не виновата в том, что этот грубиян всячески пытается меня оскорбить!

— Что же, не спорю, возможно, я был немного не обходителен с вами. Но последние спутницы Набуо-доно неплохо ладили со мной и никто из них не называл меня непочтительным...

Мужчина в элегантной металлической броне, недобро сузил глаза и с едва заметным подозрением взглянул на возмущённую девушку в хлопковом платье.

— Р... Радер-сан, не стоило...

— О-о-ох! Так-так-так! И что же ты хочешь этим сказать, мой непорочный защитничек? После предательства той змеиной бестии, все девушки, которые пытались втиснуться к нам в доверие, оказывались хитрыми пронырами... Неужели, кто-то вроде ТЕБЯ обвиняет МЕНЯ в ИХ грязной натуре?

В ответ на колкие намёки рыцаря, эльфийка, наконец, перестала сдерживать желчь и язвительность, которую она старательно скрывала в присутствии юноши.

— К сожалению, я не был лично знаком с ламией, когда-то сопровождавшей вас и Набуо-доно. Но, насколько мне известно, она, как и все девушки после неё, плохо ладила с госпожой. И по странному стечению о...

— Да что ты об этом знаешь?! Хвостатая мымра зверски убила нескольких человек и была поймана мной с поличным! А после всех злодеяний она ещё и попыталась напасть на Наб...

— Хватит!!

Внезапно, пронзительный крик героя резко оборвал едва зародившуюся ссору, принудив распылившихся соперников нехотя умолкнуть.

Но несмотря ни на что, и рыцарь, и девушка продолжали открыто пронзать друг друга тяжёлыми взглядами.

— Радер-сан, я не хочу снова обсуждать эту тему и... Прошу, Эльхия-сан, более не упоминай при мне о... О ней.

Неосознанно сжав кулаки, молодой человек и сам не заметил, как на его лице проступило выражение неприязни и обиды.

— Прошу меня простить, Набуо-доно. Я был слишком неосмотрителен в вашем присутствии.

— Ууу... Н-набуо-сама, ты обиделся на меня?!

Молниеносно вскочив с дивана, взволнованная девушка ловко примостилась на колени опешившего героя и тут же игриво заёрзала стройными бёдрами.

— Господин герой, я так сильно провинилась... Вы должны наказать меня со всей строгостью и усердием...

Глядя прямо в расширившиеся от удивления глаза юноши, светловолосая эльфийка мягко потянулась к талии молодого человека, сохраняя при этом свою невинную улыбку.

— Э-э-эльхи-тян! П-постой! З... Здесь же дети! И... И... И мы ещё н-не так б... Близки, ч... Чтобы...

Невольно покраснев, герой в панике схватился за плечи нежно прижимавшейся к нему девушки и бестактно отдалил её от себя.

— Ах! Ууу... Набуо-сама, вот всегда ты так... Неужели, я тебе не интересна?!

— Э... Э... Н-нет... Ч-что ты... Т... То есть... Я... Просто... Эм... Кхм! Т-так! З... Завтра утром нам нужно выходить!

Зардевшись по самые уши, юноша резко скинул с себя пышущую желанием девушку и спешно поднялся с дивана.

— Кхм-кхм... В-вы все должны хорошо подготовиться к походу! Л... Ложитесь спать пораньше!

Изо всех сил игнорируя разочарованный взгляд эльфийки, молодой человек продолжал свою наставительную речь.

— И... И ещё... Брать детей в Морозный лес слишком опасно, поэтому господин Дорг согласился присмотреть за ними, пока мы будем отсутствовать.

— Хм... Господин старший рыцарь? Да, повидавшись с ним лично, я уверился в том, что он человек слова...

Заботливо осмотрев маленькую зверодевочку, всё ещё цеплявшуюся за его ногу, мужчина в доспехах задумчиво произнёс.

— Хотя и... Немного порывистый.

— Ба! Порывистый?! Да он самый большой мужлан из всех, кого я встречала!

Резко встрянув в разговор, явно чем-то неудовлетворённая девушка громко фыркнула и злобно отвернулась к окну.

Не обращая внимания на грубости недовольной эльфийки, рыцарь продолжил спокойно общаться с героем, иногда поглядывая на двух сестричек, настойчиво пытавшихся поиграть с Микли.

— Набуо-доно, хотел ещё кое-что спросить. Вы уже знаете об убийце, который вырезал почти весь северный блокпост стражи? Мне кажется, он может представлять угрозу городу...

Задумчиво почесав подбородок, черноволосый юноша вдруг о чём-то вспомнил и неосознанно посмотрел в открытое окно, за которым на Янскел уже опускалось тусклое вечернее солнце.

— Дорг-сан сказал, что городская стража сама разберётся с данной проблемой... Всё же, это их работа... К тому же, у нас совсем мало времени... Невирос-сэнсэй упоминал, что следы магического волнения постепенно стираются из... Эм... Пространства.

— Значит, так... Ясно. Что же, Набуо-доно, думаю, самое время нам послушаться вашего приказа. Мы с сестрой отправляемся в личные апартаменты.

— Д-да, конечно, Радер-сан, спокойной ночи! Микли-сан, добрых снов!

— Благодарим вас, Набуо-доно. Микли, идём!

Низко поклонившись герою, мужчина без труда подхватил ушастую девочку на руки и спокойно покинул комнату под пристальным взором эльфийки.

Проводив рыцаря до выхода, темноволосый юноша расслабленно улыбнулся и тут же обратился к девушке, молча сидевшей на диване.

— Что же, Эльхия-са...

— Хмпф!

Резко отвернувшись от молодого человека, эльфийка сложила руки на груди и полностью игнорировала неуверенные попытки героя заговорить с ней.

— Э... А... Ах, да! Э... Эльхи-тян, п... Прости, думаю, нам тоже пора отдыхать... Мне ещё нужно уложить Пини-сан и Нани-сан, иначе они всю ночь будут шуметь...

— Ууух... Набуо-сама! Когда мы будем спать вместе?!

— Пхох...

От удивления подавившись собственной слюной, опешивший юноша тут же испуганно забегал глазами по всей комнате в поисках чьей-нибудь помощи.

— Э-э-э-эльхи-т-тян... Д... Думаю, с-сейчас не лучшее в... Время д-для подобных... Эм... Р-разговоров...

Молодой человек незаметно указал эльфийке на подозрительно притихших сестричек, которые сразу же навострили пушистые ушки, едва услышав про совместный сон.

— К... К тому же, м-мы ещё н-не... О... О-обруче...

— Ом!

Не дав герою закончить нервную тираду, девушка неожиданно поцеловала его в щеку на глазах у двух малышек и тут же направилась к выходу из комнаты.

В последний момент, уже открывая дверь, эльфийка медленно обернулась и подарила юноше кокетливую улыбку.

— Набуо-сама, после того, как вы уложите детей в постель... Если пожелаете...

Прервавшись на полуслове, девушка словно невзначай приподняла подол своего шёлкового платья и оголила верхнюю часть манящей ножки.

— Пожалуйста, навестите мои одинокие апартаменты... Ночью, в этом богом забытом городе так холодно находиться одной... Без чьей-то заботы...

Хитро улыбнувшись, эльфийка послала молодому человеку воздушный поцелуй и неспешно покинула помещение, будто невзначай покачивая небольшой, но упругой попой.

С трудом опомнившись от наваждения, герой дрожащей рукой достал небольшой платочек и аккуратно стёр две полоски крови, невольно вытекших из его носа.

Дождавшись, когда с лица спадёт стойкий румянец, юноша вновь повернулся к неугомонным сестричкам.

— Фу-у-уф... Ха-ха-ха, Эльхия-сан такая активная... Хм, она говорила, что ей холодно? И ещё что-то о заботе... Ах! Точно! Наверное, она хотела, чтобы я попросил служанок принести ей второе одеяло!

Согласно кивнув самому себе, молодой человек вдруг вспомнил про неугомонных девочек.

— Кхм... Так! Пини-сан, Нани-сан! Хватит бегать по комнате! Все укладываемся спать!

— Нани?!

— Что за ересь... Ох...

Сморщившись от резкой головной боли, седеющий мужчина схватил со стола большой гранёный стакан, и быстро опрокинул в себя неизвестную тёмно-рубиновую жидкость.

И хотя возраст хмурого человека недавно перешёл отметку в шестьдесят лет, его внешность часто обманывала непосвящённого зрителя.

Ведь для своих годов старик выглядел довольно подтянутым и жилистым, а весь его вид можно было описать не иначе как крепким.

— Хух...

Коротко вздохнув, мужчина с лёгким раздражением осмотрел двух человек, смиренно стоявших перед ним.

Тихо похрустев пальцами, старик, сидевший за широким дубовым столом, рефлекторно перевёл суровый взгляд на молодую девушку.

Но заметив, что его посетительница буквально тряслась от волнения и дискомфорта, угрюмый мужчина несколько смягчился.

— Девочка, ты уверена, что всё рассказала правильно?

— Д-д... Да! Я... Е... Если н-надо, я... Я м-могу снова...

— О, нет-нет! Ты, должно быть, устала? Отдохни пару дней, а позже тебя переведут в другой филиал. Благодарю за содействие.

Вспомнив, как он битый час по крупице выдавливал из паникующей девушки всю возможную информацию, старик резко пресёк новый виток мучений.

— Н-нет, я ещё м-могу...

— И постарайся не гулять по окраинам города.

— Х-хорошо, н... Но я...

— Уже стемнело, попроси кого-нибудь из охраны проводить тебя до дома. Доброй ночи.

— Э... Эм... Д-да... С... Спасибо, г-господин Норд!

Неуклюже поклонившись главе гильдии, девушка растерянно застыла на месте, словно желая что-то сказать.

Но уже через секунду, работница неуверенно повернулась к выходу и в спешке покинула кабинет, резко захлопнув дверь.

Скривившись от очередного приступа мигрени, коротковолосый мужчина вновь отпил подозрительной жидкости из своего стакана.

— Ты со всеми дамами ведёшь себя столь обходительно? Такими темпами всю жизнь будешь прозябать в одиночестве.

Медленно осмотрев человека, оставшегося в его кабинете, кряжистый старик раздражённо помассировал виски, пытаясь успокоить пульсирующую боль.

— Тэр, заткнись.

Примирительно вскинув ладони, авантюрист в облегающей шерстяной куртке невинно улыбнулся и произнёс наигранно высоким голосом.

— П... Простите меня, д-дедушка Норд!

Устало вздохнув, мужчина в просторном кожаном жилете облокотился на массивное деревянное кресло и ненадолго прикрыл глаза.

— Щенок, мне сейчас не до смеха. Едва я вернулся со встречи с Доргом и его господином, как вы мне на мозги капать удумали.

— Оу! Неужели, общался с самим милордом Корнелиусом?

— Перестань ехидничать. Мне тоже не сильно нравится то, во что он превращает Янскел.

Молча осмотрев просторный, но ничем не примечательный офис, глава гильдии вновь взглянул на авантюриста, уже присевшего на табурет возле его стола.

— В последние годы убийства и разбои перестали быть дикостью в этом городе. Но чтобы с такой наглостью и размахом...

Неспешно отпив своей настойки, мужчина заметно похолодел и заговорил угрюмым голосом.

— Странная смерть целой группы авантюристов, почти полное уничтожение блокпоста стражи и этот пожар... Ты знал, что кроме нашего филиала, сгорело ещё три торговых павильона, ремесленная мастерская и два жилых дома?

Слегка удивившись, Тэр дотронулся до подбородка и почесав короткую щетину, нахмурил тонкие брови.

— Если мне не изменяет память, филиал находился на краю рыночной улицы. Почему огнеборцы добирались туда так долго?

— В том и дело, что маги и спасатели прибыли туда примерно через десять минут, после начала пожара.

— Тогда...

Авантюрист недоумённо склонил голову, ожидая продолжения истории.

— Даже трое огнеборцев общими усилиями не смогли потушить огонь.

На этот раз Тэр удивился заметно сильнее и с интересом взглянул на хмурого старика.

— Чтобы потушить схожий пожар обычно хватало и одного мага.

— Я сам знаю не многое. Со слов огнеборцев, это был какой-то необычный огонь.

Тихо постучав по столу, крепкий старик задумчиво провёл грубыми пальцами по опустевшему стакану.

— Только, когда прибыла поддержка из ещё трёх магов, они с трудом начали теснить пламя.

— Вшестером?!

Изумлённо дёрнув бровями, авантюрист даже немного приподнялся со стула.

— Именно. Кроме того, любой человек, коснувшийся огня, умирал без шанса на спасение.

Не задавая вопросов, Тэр молча уставился на главу гильдии, ожидая пока тот расскажет подробности.

— Сколько бедняг не тушили, всё без толку. Пламя буквально пожирало своих жертв изнутри, оставляя только пепел, да костяную шелуху.

Налив в бокал новую порцию неизвестного напитка, Норд похрустел костяшками пальцев и беззаботно взмахнул ладонью.

— Количество жертв неизвестно. Но из-за состояния останков, не факт, что кто-то вообще узнает точное число погибших.

— Я так понимаю, господин старший рыцарь был не очень рад таким новостям?

— Хох.

Едва заметно ухмыльнувшись, морщинистый старик насмешливо проговорил.

— Не очень? Да после того, как гонец ворвался к нам прямо во время разговора, Дорг едва не поднял все военные силы Янскела, собираясь учинить локальный геноцид.

Удовлетворённо постучав по мутновато-тёмной бутылке, возвышавшейся на его столе, мужчина с гордостью в голосе заявил.

— Только с помощью чуда и моего напитка я усмирил этого барана!

— Э? Твоей бурдой? Да от неё ведь медведь сдох, чего уж про человека говорить.

Вонзив в авантюриста злобный взгляд, глава гильдии резко хлопнул по столу широкой, но несколько иссушенной ладонью.

— Щенок! Тебе ли знать о настоящей выпивке?! И... – на мгновение смутившись, старик выпалил. – Тогда я испытывал только начальные реагенты!

С лёгкой улыбкой слушая очередной бубнёж коротковолосого мужчины о его любимой настойке, Тэр поспешно выставил ладони, признавая поражение.

— Хорошо-хорошо. Значит, трое зверолюдов тоже умерли от реагентов. Или у них было несварение... А кровью их рвало из-за испорченного хлеба?

Расплывшись в ехидной ухмылке, авантюрист с издёвкой взглянул на опешившего старика.

— Ох, наглец... Ничего ты не понимаешь в алкоголе!

Скрыв своё недовольство, бормочущий мужчина вновь нахмурился от рези в голове и рефлекторно выпил абсолютно безопасной жидкости.

— Кхм. Вернёмся к делу...

Поправив воротник жилета, глава гильдии снова принял серьёзный вид.

— Недавние события не на шутку взбудоражили общественность. Уже сейчас ходят слухи о "Призраках леса", "Огненных мародёрах" и "Восстании зверолюдей"... Люди даже нападение демонов сюда приплели.

— А чем тебя так не устраивает последний вариант?

Вперив в авантюриста пронзительный взор серых очей, Норд крепко сжал кулак и на несколько секунд буквально посерел от гнева.

Наконец, угрюмый мужчина сдавленно выдохнул и расслабил ладони.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь. Тебе встречались только беспризорные демонические звери и...

— Мне вполне хватило.

Перебив старика, Тэр заметно погрустнел, вспомнив дни, когда он ещё был авантюристом в одной из крупнейших гильдий империи.

— Хватило, говоришь? Дикие и неразумные, одиночные особи... Хочешь сравнить?

— Я понимаю...

— Сомневаюсь.

Продолжая хмуро разглядывать своего собеседника, глава гильдии отпил немного тёмно-рубиновой жидкости и промолвил холодным голосом.

— Щенок, ты не участвовал в войне против Демонического Царства.

— Она закончилась, когда я ещё использовал палку вместо меча.

— Вот и не болтай о том, чего не знаешь. Последний раз демоны нападали на империю пятнадцать лет назад. Да и назвать ту глупость войной у меня не поворачивается язык.

Горько ухмыльнувшись, Норд осушил бокал крепкой настойки.

— Значит, демоны никак не могут быть причастны к происходящему?

— Некоторые отродья того времени и ныне встречаются в определённых регионах империи. Однако, они лишь безмозглые твари, потерявшие своих хозяев.

— Но, то чувство...

Казалось, Тэр никак не мог смириться с тем, что его интуиция дала сбой.

— Хватит пустой болтовни.

С лёгким раздражением постучав по столу, глава гильдии продолжил изначальный разговор.

— Пока что старший рыцарь не может действовать слишком грубо. Но зная Корнелиуса, он просто скажет Доргу разобраться со всеми проблемами, а сам отправится нежиться в компании каких-нибудь блудниц.

— Я так понимаю, ничего хорошего из этого не выйдет?

Вновь налив себе самодельного алкоголя, седеющий мужчина на мгновение задумался.

— Если произойдёт ещё хоть один случай, подобный недавнему пожару, Дорг тут же устроит в городе такую шумиху, что даже столица не сможет этого игнорировать.

— А разве нам нужно бояться вмешательства со стороны?

Холодно хмыкнув, старик выпил крепкой настойки и взглянул на авантюриста.

— Щенок, если местными делами заинтересуются столичные управленцы, значит, об этом прознает и сам император...

Неосознанно сглотнув слюну, Норд поёжился от дискомфорта и тихо промолвил.

— А методы его величества крайне... Кхм... Ощутимы.

Подавив едва заметную дрожь в ладонях, мужчина вновь поморщился от головной боли.

— Ох... В общем, если Дорг натворит лишнего, с Янскелом может произойти то же, что и с Анкаром.

Удивлённо вскинув брови, Тэр почесал подбородок и недоумённо уставился на старика.

— Так к тому, что случилось с Анкаром, причастен им...

— Цыц!

Резко хлопнув по столу, старик опасливо осмотрел собственный кабинет и заговорил с Тэром громким шёпотом.

— Даже я могу лишь строить догадки! Расскажи об этом кому-нибудь в шутку и на следующий же день очутишься в очень тёмном и холодном месте.

Ненадолго замолчав, авантюрист немного покрутил локоны своих волос и с лёгким интересом пробурчал.

— А ведь все до сих пор считают, что город опустошили зверолюди... В то время они активно противостояли восточному фронту. Некоторые даже поговаривали про демонов, настолько ужасные послед...

— Закроем эту тему.

Вылив из бутылки остатки настойки, глава гильдии посмотрел в высокое окно.

— Так или иначе, если не придержать Дорга от излишней активности, быть беде.

Обречённо вздохнув, Тэр облокотил голову на ладонь и со скучающим видом произнёс.

— И что же нам делать, босс?

— Твоя ирония здесь не к месту, щенок.

— Прости меня, дедушка.

Раздражённо поиграв желваками на лбу, мужчина всё же сдержал гнев и снова потёр виски, ослабляя пульсирующую боль.

— Ох... Необходимо отыскать виновника недавних убийств и разрушений. И сделать это надо раньше, чем за дело возьмётся Дорг. Но так как о цели нам известно слишком мало, сначала нужно раздобыть информацию.

Внезапно о чём-то вспомнив, авантюрист заинтересованно посмотрел на угрюмого старика.

— Ты ведь говоришь о той зверушке?

Утвердительно кивнув, Норд продолжил объяснять ход событий.

— Пока что ламия единственная зацепка, которая может пролить свет хотя бы на часть событий.

— Но с чего ты взял, что она ещё жива? А если зверушка уже продана в рабство или давно сбежала?

Раздосадовано вздохнув, слегка захмелевший мужчина покрутил ладонью, словно говоря, что это пустяк.

— Дорг за разговором сообщил мне, что во время поисков он повязал трёх кошколюдок, лично столкнувшихся с ламией.

— И что же?

— Судя по сбивчивым объяснениям пленниц, они умудрились даже повидаться с человеком, похожим на твоего "демона". Да и с описанием девочки сходится.

В который раз отпив настойки, глава гильдии начал постепенно расслабляться.

— Хох... Одну из кошколюдок допросить не удалось. Погибла от множественных переломов, внутренних кровоизлияний и сильного сотрясения.

— Хм... А что с остальными?

Невольно, в мыслях авантюриста всплыли воспоминания о недавно погибшем новичке из его команды.

— Чего-чего, выдавили все возможные сведения, да продали на какие-то опыты министерству магии... А что там с ними делают эти полоумные старикашки мне не интересно. Кхе-хе-хе...

Сухо рассмеявшись, пьянеющий старик опрокинул в себя ещё немного горячительной жидкости.

— Хох... Наш дорогой старший рыцарь узнал кое-что о ламии. Она почти полностью подходит под описание твоей, хех... Зверушки.

— Не томи, дедушка.

— Хак ты меня назвал, щенок?! Мне всего шестьдесят! Ещё вся жизнь в... Да я тебе!

Немного приподнявшись из-за стола, Норд с крайне серьёзным выражением погрозил своему собеседнику пальцем.

— Шестой десяток, а пить не научился...

— Ох... Какой-то щегол мне будет указания давать... На вот, посмотри лучше!

Слегка вальяжным движением замлевший мужчина достал из-под стола большой лист бумаги и вручил его авантюристу.

— Пришлось сильно потратиться, но мои хорошие "знакомые", как и всегда, с лихвой окупили любые затраты! А вот вы...

Игнорируя пьяное бормотание, Тэр быстро пробежался взглядом по написанному и удивлённо вскинул брови.

— Как они выяснили... Столько? Да ещё и так быстро...

— Пхех-хе-хех... А тебя холышет? Они не новички... Хум... Давно имеют связи по всей империи. Да и хак оказалось, наша змея не такая уж и безызвестная животинка!

— Хм, здесь написано... Бывшая спутница героя? Неплохо. Ещё... По заверениям некоторых работорговцев, является редким видом даже среди ламий?

В очередной раз отпив настойки, старик хлопнул ладонью по столу и громко запричитал.

— Зачем ты читаешь эту хрень?! Смотри дальше! Дальше!!

На мгновение закатив глаза, Тэр осуждающе помотал головой и продолжил исследовать лист.

— Ранее была обвинена в убийстве трёх мирных граждан Лутилена. Герой отказался выдавать ей свою защиту. Ламию подвергли наказанию, после чего сдали местным властям, а позже продали в рабство...

— Хо-о-о... Слепой щенок! Вот! Вот!!

Огласив кабинет басистым криком, глава гильдии резко постучал пальцем по какому-то месту на листе.

— Понял-понял, хватит барабанить... Хм... В настоящее время собирает всевозможные сведения о герое, с которым некогда состояла в одном отряде. Причины поиска информации неизвестны. Последний раз была замечена в восточном районе Янскела...

Прервав чтение, авантюрист со слабым недовольством обратился к старику.

— Это, конечно, важная информация, но не думаю, что она сильно облегчит нам поиски.

Пренебрежительно фыркнув, сильно захмелевший мужчина окинул Тэра помутневшим взглядом.

— Щенок! Когда ты уже станешь псом?! Тьфу... Чтоб ты знал! Кхех... Именно в этом районе остановился недавно прибывший герой со всей своей свитой!

Внезапно вскочив с кресла, глава гильдии резко выпрямился во весь рост.

И теперь перед Тэром стоял не просто пьяный старик, а бывалый воин, закалённый в многочисленных боях и длительных путешествиях.

— Хох... Она смогла найти героя! И очень схоро попытается добраться до него! Нам абсолю... Т... Ох... Нам не важно, нахера она это делает... Кхех... Главное, в этот момент находиться рядом! Ты понимаешь меня? Понимаешь, щенок?!

Неосознанно нахмурившись от громких воплей, авантюрист немного отодвинулся от пошатывающегося Норда.

— Но что делать, если наш новый знакомый опять устроит разруху?

— Кха! А вот на этот случай есть Дорг! Наше дело - ламия! Его благород... Ст... Кхе-хе-хе. Этот баран по пьяни проболтался, что нынешним утром герой выдвинется в Морозный лес!

Оглушительно хлопнув по столу, глава гильдии вместе с криком выпалил в Тэра и аромат своей настойки.

Едва почувствовав пронзительный запах крепчайшего спирта и каких-то ядовитых трав, авантюрист уже ощутил приятное головокружение.

Выпей он хоть один бокал этой бурды и без лекаря бы не обошлось...

— Бва-ха-ха! Более удобного момента для змеи просто и быть не может!

Уныло почесав щетину, Тэр вздохнул и растянулся в кислой улыбке.

— Судя по всему, момент придётся ловить и мне...?

— А иначе нахер я это тебе рассказывал?!

— Понял... Чувствую, с семьёй я увижусь не скоро... Эх... Мне понадобятся кое-какие люди и...

— Бери, що надо и выполняй! Хо-о-ом... Мне нужен результат!

Заметно пошатываясь, Норд начиркал что-то на вырванной бумажке и буквально всунул её авантюристу.

— А хак только захончится эта хуе... С... Суета... Кхех... Получишь вознаграждение! И отдыхай потом схолько угодно!

— Да-да, верю... Хм...

Взглянув на лист в своих руках, Тэр недоумённо посмотрел на главу гильдии.

— Ты же просто написал: "Дать ему всё, що просит или огребёте."

— И що тебя не ус... Траивает? Им хватит! Угм-м-м... Всё, щенох, на сегодня достаточно. Я и тах собирался отдохнуть, а не возиться со всей этой чепухой... Кхе-хе... Дай дедушке расслабиться.

— Мда... Ладно, тогда я пош...

Едва Тэр собирался попрощаться со стариком, как в кабинет с грохотом ворвался взмокший мужчина.

Спешно подбежав к столу, гонец резко остановился, всеми силами пытаясь отдышаться.

— О-о-ох... Ну, чего опять?!

Раздражённо закричав, глава гильдии выпил остатки настойки и громко стукнул бокалом об стол.

— Г... Г... Г-господин Н... Норд... С... С-срочно!!

— Да говори ты уже! Харэ мямлить!!

С трудом выровняв своё дыхание, подрагивающий мужчина сообщил Норду несомненно радостную новость.

— В... Вас н-немедленно вызывает г... Господин старший рыцарь! Д... Д-дело крайней в-важности!! П-получено од-добрение милорда Ко...

— Да мать его на пику!!

Гневно выругавшись, старик ударом ладони едва не проломил дубовый стол и тут же перевёл раздражённый взгляд на авантюриста.

— Ты знаешь свою задачу! Чтоб завтра у меня!

— Да.

— Чёрт бы их через жопу порвал... О-ох... А ты чего пялишься?! Свободен!

— Е... Есть!

Проводив выбежавшего гонца угрюмым взглядом, глава гильдии вновь скривился от головной боли и начал собираться на выход.

Казалось, словно всё опьянение мужчины исчезло без следа.

— Разбалованный малец уже переложил все заботы на Дорга... Быстрее, чем я рассчитывал. А этот баран догадывается о том, что я знаю больше него.

Натянув на себя тяжёлое шерстяное пальто, старик подошёл к небольшому стеклянному шкафчику и достал оттуда бутылку с уже знакомой настойкой.

— Я, сколько смогу, потяну время и постараюсь удержать Дорга от поспешных действий. Но без змеи это лишь отсрочит бурю.

— Не волнуйся, дед, я не подведу.

— Удачи тебе, щенок.

Не теряя времени, Тэр вышел из кабинета, оставив внутри лишь главу гильдии, устало разглядывающего бутыль в своих руках.

— Ох... И почему же мне так неспокойно?

Рано... Слишком рано... Оно не должно пробуждаться сейчас...

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к опасной отметке! Нынешнее значение - (78/100)*

По темноте пыльного переулка стремительно шествовал постоянно хмурящийся юноша.

Пронзая мрак предрассветного города огненным взором, герой всё чаще раздражённо стискивал рукоятку обоюдоострого меча.

Несколько минут назад Брутал был вынужден немедленно покинуть временное убежище, где его новое тело пыталось усвоить большой запас чужеродной материи.

И у юноши действительно получилось приспособиться к силе, позаимствованной из примитивного хранилища мясных мешков.

Однако, вскоре после этого, хлипкий человеческий организм преподнес ему крайне неприятный сюрприз.

Оказалось, что нынешний разум героя совершенно неспособен совладать с управлением массивными потоками энергии, из-за чего последняя начала остервенело вырываться наружу.

И хотя Брутал всё же смог удержать своё тело от полного разрушения, по какой-то причине его жертвенная печать в ту же секунду стала стремительно ослабевать.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (80/100)*

И чем сильнее разлагалось клеймо, тем больше юноша ощущал яростное влияние сущности, заключённой внутри магической темницы.

Если в самое ближайшее время он не найдёт способа укрепить печать, далёкая история повторится вновь, а его многолетние усилия по сдерживанию твари пойдут прахом.

Герой больше не мог ждать, ему необходимо срочно вступить в битву с владыками этого жалкого лагеря.

Только у них есть призрачный шанс утолить голод беспрестанно нарастающей ненависти.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (81/100)*

Судорожно стиснув челюсти, Брутал изо всех сил старался удерживать себя в руках.

Но несмотря ни на что, гнев запечатанной сущности без проблем проникал в его разум.

Юноша и сам не замечал, как все мысли быстро заполнялись лишь одним желанием - желанием убивать.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (82/100)*

Наконец, взъерошенный герой выбрался из очередного переулка и спешно продолжил следовать к своей цели по довольно оживлённой улице.

— О, боже! Н... Неарт! Н-неарт!!

— Ну, что случилось? Ты снова хочешь перекусить?

— Д-да нет же! С... Смотри!

— Гм? Какого... Эй, придурок! Хотя бы прикры... Й-йопт... И-и-извин-ните!

— Неар...

— Уходим! Быстрее-быстрее!

Стоило Бруталу появиться в людной местности, как его фигура тут же приковала к себе внимание почти каждого прохожего.

И не удивительно, ведь не каждый день можно встретить абсолютно голого парня, невозмутимо вышагивающего по шумной улице с мечом наперевес.

— Мам! Мам! Мама!! А у дяди Евглифа такая же штучка есть!

— А? Ч... М... Мири! О-откуда ты... Т-то есть, б... Быстро отвернись!

— Ай! Ай-яй-яй!! Но ма-а-ам!

— Н-никаких но! Этот человек... О-он... Болеет!

— П... Правда?! А дядя Евглиф тоже болеет?! Это из-за этой висюльки он болеет? Мам? Мам! Мама!!

— Т-тише, Мири!

— А если отрезать эту штучку, дядя Евглиф выздоровеет?

Если на рынке юноше приходилось постоянно расталкивать толпы людей, чтобы пройти вперёд, то в этот раз большинство прохожих почему-то сами испуганно отскакивали с дороги героя.

— Ох! Боже, куда смотрят стражники... Даже в благочестивых районах завелись эти грязные крысы...

— Ни стыда, ни совести! Может ещё опорожнишься прямо на дорогу?!

— Чёрт побери! Эй, придурок! Ты вообще-то наход... Ишься... О... Ой... Э-это... П-прос... Тите... Я о-ошиб-бся...

Разумеется, некоторые пешеходы пытались остановить Брутала или даже затолкать его в ближайший закоулок, принимая за сумасшедшего или бездомного.

Однако, едва они замечали огромное количество уродливых шрамов, испещрявших всё тело юноши, как всякое желание контактировать с последним моментально испарялось.

Ко всему прочему, сейчас практически каждый сантиметр кожи героя усеивали неровные ряды мрачных готических рун.

Казалось, словно остроконечные и слегка расплывчатые символы буквально полыхали на теле Брутала, периодически меняя свою изначальную форму и плавно передвигаясь с места на место.

Естественно, от такого впечатляющего вида большинство пешеходов тут же с тихими перешёптываниями расползались по сторонам, освобождая дорогу жутковатому человеку.

Тем временем, сам юноша с огромным трудом заставлял себя просто двигаться вперёд.

С каждым шагом герою становилось всё сложнее контролировать свои поступки и даже его мысли начинали путаться под действием бурлящего гнева.

Брутал не обращал никакого внимания на ошарашенные взгляды мясных мешков и с тем же успехом игнорировал удивлённые переговоры за своей спиной.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (83/100)*

Внезапно, юноша застыл на месте и едва заметно пошатнувшись, выдохнул небольшую струю загадочного красного пара.

Заметив ненормальные метаморфозы героя, к нему осторожно подошёл один из пешеходов и тихо поинтересовался.

— Извините... Господин, с... С вами всё в порядке?

Однако, вместо ответа, мужчина в ту же секунду поймал на себе безумный взгляд пылающих глаз.

Не успел прохожий и пикнуть, как Брутал резко вцепился в его горло и без особых усилий поднял того над землёй.

— Ха-а-а... Кха... Ч... Кх... Чт... Кхах... Э... Кхох... О... Отпу... Кха...

Некоторое время юноша просто удерживал хрипящего и отчаянно брыкавшегося жителя в своей ладони, продолжая сверлить того свирепым взором.

— Стража! Стража!! Убивают!! Человека убивают!!

— Монстр! Чудовище! Кто-нибудь, помогите!!

— Да где же эти вояки, когда они так нужны?!

Неожиданно, поблизости начали раздаваться чьи-то перепуганные крики и призывы о помощи.

И на удивление, именно панические мольбы смогли выдернуть героя из кратковременного транса.

С трудом восстановив контроль над своим разумом, Брутал, не раздумывая, отбросил почти задохнувшегося мужчину в небольшую группу прохожих.

Не обращая никакого внимания на возмущённые крики и ругательства, юноша пошатывающейся походкой побрёл дальше по улице.

Но не успел герой пройти и десятка метров, как перед ним раздались громкие крики и сквозь столпотворения людей прорвалось трое взъерошенных стражников, тут же вперивших изумлённые взгляды в голого паренька.

— Э... Это стража!

— Господа стражники! Вот этот негодяй! Он пытался задушить мужчину!

— Щеголяет по улице, в чём мать родила! Это незаконно!

— Засадите его в морозную яму! Пускай знает, как разводить бардак, где не следует!

С заметным ошеломлением осмотрев нагое тело медленно бредущего человека, стражники перекинулись недоумёнными взглядами, и старший из них воскликнул.

— Секундочку... Это ведь... Да! Это про него говорилось в докладе!

— Разве? Хмх... А ведь точно! Красные волосы, голый, с мечом!

— Эй, ты, лицом в землю! Быстро!!

Как только мужчины поняли, что перед ними находится преступник, которого разыскивает сам старший рыцарь, они сразу же воодушевились.

А вместе с солдатами обрадовались и многие прохожие, откровенно боявшиеся жуткого парня с искорёженным телом.

— Кому сказано?! Бросай оружие и лицом в землю! И без лишних движений! Это последнее предупреждение!

Однако, уже через несколько секунд в сердцах стражников зародилось необъяснимое волнение.

Их цель даже не думала слушать приказы, всё так же медленно бредя прямо на них со слегка опущенной головой.

Наконец, старший из мужчин быстро достал свой меч и не столь уверенно произнёс.

— Э-эй... Сказано же... Сто...

Но не успел воин договорить, как неприглядный паренёк резко изогнул спину в совершенно неестественной для человека позе и до хруста распрямил свои руки.

— Э... Т-ты чё...

Наконец, опешивший стражник рефлекторно подступил чуть ближе к крайне странному юноше и в тот же момент, последний будто ожил.

С мерзким треском вернув спину в прежнее положение, герой одним рывком сократил расстояние до недоумевающего воина

— А...

И едва мужчина смог осознать происходящее, как меч Брутала с ошеломительной скоростью взметнулся вверх, со свистом отрубив голову солдата.

Несколько раз прокрутившись в воздухе, череп стражника громко шлёпнулся на брусчатку рядом с толпившимися прохожими, забрызгав их некогда чистые одежды кровавыми разводами.

С полнейшим недоумением проследив, как обезглавленное тело их товарища безвольно повалилось на землю, оставшиеся воины только и смогли, что рефлекторно потянуться к своему оружию.

— КЬЯА-А-А-А!!

Под оглушительный женский вопль опешившие стражники, наконец, достали мечи, а случайные прохожие начали в панике разбегаться в стороны от места убийства.

Но едва один из мужчин вынул оружие, как его броню с отвратительным скрежетом пробил чей-то клинок.

В ту же секунду пошатнувшийся воин почувствовал в своей груди противный металлический холод.

Ошарашено взглянув на торчавшее из него лезвие, стражник хотел было потянулся к чужому мечу.

Но юноша без малейшей жалости провернул клинок внутри раны и с омерзительным треском раскурочил кровоточащую дыру.

— Кха...

— М... Миран! Н-нет... Нет!! А-а-а-аргх!!

Увидев, как прямо перед ним погибает его соратник, последний стражник тут же рассвирепел и не раздумывая рубанул по юноше широким горизонтальным ударом.

Однако, Брутал не сделал и шага, лишь немного сменив положение мужчины, насаженного на клинок.

В ту же секунду раздался глухой металлический лязг и ещё одна отрубленная голова повалилась на брусчатку, заливая всё вокруг алыми брызгами.

— Да! Я... А...?

Едва разъярённый стражник хотел обрадоваться тому, что меч пронзил вражескую плоть, как его лицо исказила гримаса отвращения и страха.

— Н-нет... Ах, ты су...

Не давая мужчине опомниться, герой моментально отбросил в того обезглавленного мертвеца.

— Блять...

Увернувшись от летящего трупа, стражник с трудом удержал равновесие и попытался снова встать в боевую стойку.

— Мразо... КХУ-У?!

Крепко ухватив опешившего воина за кисть, Брутал резко ударил того коленом в живот с такой силой, что тело вскрикнувшего стражника даже слегка оторвалось от земли.

Тут же обессилено рухнув на колени, трясущийся мужчина с выпученными глазами судорожно распахнул рот, из которого потянулась вязкая нить розоватой жидкости.

Спокойно обойдя содрогающегося воина со спины, юноша мягко положил свою ладонь на голову стражника и издав тихий рык, с гулким треском вбил череп мужчины в брусчатку.

Игнорируя сдавленные всхлипывания солдата, герой равнодушно наступил тому на спину и замахнувшись, одним рывком вонзил свой меч в шею воина, с глухим хрустом раздробив тому позвонки.

Несколько раз крупно вздрогнув всем телом, стражник из последних сил попытался подняться, но смог лишь выдавить из себя жалобное сипение и окончательно застыть в луже собственной крови.

Слегка оскоблив каменную поверхность дороги, Брутал резко вырвал меч из развороченного горла мужчины.

Даже не взглянув на трупы солдат, юноша с нечеловеческим спокойствием побрёл дальше, словно только что избавился от надоедливых комков грязи, прилипших к его ногам.

К этому моменту вокруг уже не было ни души, и только из окон некоторых зданий и дальних углов подворотен на героя с ужасом взирало множество испуганных глаз.

Проследив за подобной сценой от начала и до конца, люди больше и в мыслях не смели приближаться к Бруталу.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (84/100)*

Несмотря на убийство трёх ничтожных мешков плоти, юноша не получил ни капли удовлетворения от их никчёмной смерти.

Гибель жалких кусков мяса лишь ещё больше распылила его ненависть и голод.

С каждой секундой Брутал всё сильнее ощущал, как то, что когда-то было запечатано внутри клейма, вновь оживало, постепенно пробуждаясь ото сна.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (85/100)*

Внезапно, юноша застыл, будто молнией поражённый, он вдруг понял: "Что-то идёт не так, как должно."

Стоя посреди опустевшей улицы, герой напряжённо хмурил брови, словно пытаясь уцепиться за какую-то нить внутри своего сознания.

Почему он не идёт дальше? Почему не ищет сильных врагов?

Брутал ведь хорошо помнил - необходимо любым способом предотвратить разложение жертвенной печати.

Сущность всегда стремится вырваться на волю... Если это произойдёт, история повторится вновь... История повторится...

Да... Жертва десятков тысяч его лучших воинов... Они отдали свои души... Жертва... Ведь так говорил Великий Шаман?

Говорил... Но... Почему не помню... Что за история?

Неожиданно, глубокие раздумья юноши были прерваны громкими криками приближавшихся стражников.

Удивлённо моргнув, герой недовольно дёрнул губой и казалось, впервые за всё время нахождения в этом мире, проявил неуверенность.

Брутал никак не мог понять, почему с каждой секундой он всё меньше хотел остановить пробуждение существа, заточённого внутри него.

Юноша по-прежнему был уверен, что обязан сделать это, однако, никак не мог вспомнить зачем...

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (86/100)*

Так и не отыскав мысль, настойчиво терзавшую его сознание, герой раздражённо отмахнулся от сомнений и наконец, продолжил путь.

В то же время по всей коже Брутала практически без остановки вспыхивали мрачные летописи гротескных рун, постепенно накапливающих силу для какого-то неизвестного события.

И вместе с тем, по обширному угольно-чёрному шраму на груди юноши проходила загадочная, едва заметная рябь.

Создавалось ощущение, словно тёмные щупальца, выходившие из этого угрюмого ранения, начинали слабо извиваться, медленно сбивая с себя спесь многолетней дремоты.

Периодически выдыхая постоянно увеличивающиеся объёмы горячего красного пара, Брутал из последних сил сдерживал клокотавшую в нём ярость.

С трудом передвигая ногами, юноша продолжал в полубессознательном состоянии следовать к цели, в которой сам же начинал сомневаться.

И с каждым шагом герой всё сильнее ощущал, что он совершает ужасную ошибку, пытаясь остановить процесс разложения клейма.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (87/100)*

Двигаясь по довольно широкой городской улице, Брутал иногда замечал, как мясные мешки, едва завидев его фигуру, сразу же куда-то сбегали или прятались в своих жалких постройках.

Однако, пройдя от силы несколько десятков метров, юноша вновь услышал приближавшиеся голоса очередных кусков плоти, непременно желавших пополнить список убитых им врагов.

Наконец, остановившись в двадцати шагах от героя, стражники пригородили тому дорогу и не раздумывая, достали оружие.

— Это он, Гар!!

— Не ори ты! И так вижу!

— Такого н... Не было в о... Описании...

— Сам знаю! Сука, что за херь...

Поражённо осмотрев тело Брутала, один из пятерых мужчин вышел вперёд и подавив гримасу отвращения, обратился к юноше.

— Эй, ты меня понимаешь?

Заметив, что герой даже не подумал взглянуть на них, мужчина вновь прокричал.

— Я к тебе обращаюсь! Ещё шаг и отхватишь по самое не балуй!!

Так и не получив какой-нибудь ответной реакции, солдат недовольно сплюнул на землю и задумался, а не зря ли они вообще сюда пришли?

Всего десять минут назад их служба заключалась в уже привычной прогулке по городу, которую остальные гордо называли патрулированием.

Но вдруг, ни с того ни с сего из соседнего проспекта вывалилась толпа людей, неистово орущих о каком-то красноволосом убийце.

Не успел он с ребятами опомниться, как перепуганные жители чуть ли не силой потащили их к этому "головорезу".

По описанию паникующих горожан, он ожидал увидеть массивного амбала, способного одной рукой свернуть ему шею.

Однако, сейчас молодой стражник с недоумением разглядывал какого-то голого парня весьма тощего телосложения, двигавшегося к ним шатающейся походкой.

Мужчина бы и не поверил, что такой доходяга может кого-то убить, если бы не окровавленный меч в руке подростка.

Ко всему прочему всё тело этого оборванца усыпано какими-то странными следами... Зараза, поедающая плоть? И что это за светящаяся хрень на его коже?

— Г... Гар... М-может н... Не надо? О-он меня пугает...

— Заткнись уже! Тебя всё время что-то заставляет сраться!

— Н-но...

— Отвали! Я же ск...

Едва Гар повернулся к одному из сослуживцев, чтобы вновь отчитать последнего за надоедливость, как по его спине пробежался могильный холодок.

Буквально подавившись собственной слюной, стражник медленно повернул голову в сторону красноволосого паренька и в ту же секунду вся храбрость мужчины попросилась выйти наружу.

— Г... Г... Г-г-гар?

В пол уха слушая отчаянный бубнёж сослуживца, Гар в полнейшем ступоре смотрел на два тёмно-алых огонька, направленных прямиком в его глаза.

А ещё он по какой-то причине ощущал странный жар немного выше пупка.

Но не успел стражник опустить свою голову, как весь мир закружился, а перед взглядом оказалось ярко-голубое небо.

Не дожидаясь, пока изумлённые солдаты придут в себя, Брутал резко надавил на меч, воткнутый в живот мужчины, и одним движением разрубил того от груди до паха.

Юношу тут же с ног до головы окатило крупными брызгами тёплой крови, а на брусчатку с мерзкими шлепками выпало несколько кусков рассечённых внутренностей.

— Г... Гар!! Гнида!!

Оставив изогнувшийся от давления клинок торчать в агонизирующем теле воина, юноша мгновенно перевёл яростный взгляд на атакующего стражника.

Слегка отклонившись в сторону, герой быстро перехватил летевшее к нему копьё и грубо дёрнул его на себя.

— А...

Рефлекторно подавшись вперёд вместе со своим оружием, опешивший мужчина хотел что-то предпринять, но в следующий миг его горло уже смялось под ударом локтя.

Издав громкий клокочущий хрип, воин сразу же в ужасе потянулся к проломленной шее, однако, Брутал резко ухватил вздрагивающего стражника за шиворот и с нечеловеческой силой бросил того в остальных солдат.

— В... В сторону!!

— Аргх!!

Один из мужчин не смог уклониться и тут же с громким криком отлетел в сторону, сбитый массивным телом агонизирующего соратника.

Ещё двое воинов успели кое-как отпрыгнуть с траектории полёта будущего трупа, но за неимением достаточного опыта, всё же потеряли равновесие.

И юноша не упустил момент, в ту же секунду оказавшись рядом с пошатнувшимися стражниками.

— Н-нет! П... Пого...

Не позволив своим врагам вымолвить и слова, герой молниеносно ударил одного из них в подбородок, взмахом кулака раскрошив солдату несколько зубов.

Мгновенно провернувшись всем корпусом, Брутал резко пнул второго мужчину по колену, разломив ногу бедолаги пополам.

Полностью игнорируя болезненные визги и тяжёлое сопение раненых стражников, юноша неспешно подтащил обоих солдат друг к другу и спокойно сжал свои ладони на основании их затылков.

Слегка приподняв брыкавшихся мужчин над землёй, герой медленно развёл руки и выдохнул небольшую струю алой дымки.

Ещё не пришедшие в себя воины только и смогли, что расширить глаза от ужаса, да попытаться остановить неизбежное.

— Н-нет! Н... Не... А-А-А... Кхр!!

Глухо рыкнув, Брутал резко столкнул головы двух стражников.

— Гхак!! У-у-угх... Гхвати... А-АГРХ!!

Не обращая внимания на жалобные крики, юноша методично вдалбливал черепа визжащих и хрипящих воинов друг в друга.

Удар за ударом, взмах за взмахом, носы мужчин с хрустом ломались и искривлялись, скулы трескались, вспарывая кожу щёк, а лбы покрывались кровоточащими ссадинами, заливая глаза бедолаг их же кровью.

Из раза в раз юноша с ледяным упорством разводил свои руки и тут же быстро сводил вновь, выбивая из орущих мужчин осколки костей, ошмётки кожи и куски плоти.

— Брльдх!! У-у-угх... Бхр!! Крлкх... Бхлрх!!

И хотя изуродованные солдаты отчаянно сопротивлялись, казалось, это лишь ещё сильнее распыляло их экзекутора.

Полностью игнорируя случайные удары воинов, периодически попадавших по его телу, герой с нечеловеческим упорством продолжал размеренно сталкивать головы стражников.

И уже спустя полминуты из челюстей мужчин начали со звонким постукиванием вылетать раскрошившиеся зубы, осыпаясь на залитую кровью брусчатку, словно осколки стекла.

Наконец, кости солдат не выдержали постоянных ударов и их лбы буквально вмялись внутрь черепов, разорвав и без того множество раз сотрясённый мозг.

Однако, Брутал и не думал останавливаться, с каждым столкновением раскидывая во все стороны шматки мозга, вперемешку с вонзившимися в них кусками хрящей.

И только когда от голов обоих стражников осталась лишь отвратительная кроваво-костная каша с редкими обрывками волос, а на юноше не было места, чистого от розоватой жижи, казнь подошла к своему завершению.

Не проявив и капли уважения, герой резко взмахнул руками и беззаботно отбросил от себя изуродованные трупы мужчин.

Один из мертвецов тут же свалился на землю, в то время как другой проломил окно ближайшего дома и с грохотом влетел внутрь.

— А-А-А-А-А!!

Из здания с выбитым стеклом незамедлительно раздалось два отчаянных женских вопля, вслед за чем послышался шум падения каких-то предметов и внутри снова воцарилась гнетущая тишина.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (88/100)*

В который раз выдохнув изо рта объёмную массу кровавого пара, Брутал резко повернулся к последнему воину, неуклюже выползавшему из-под трупа своего соратника.

Рука и нога стражника сломались во время неудачного падения, из-за чего тот ненадолго потерял сознание.

Когда же солдат очнулся, он увидел, что какое-то чудовище с пылающим взглядом яростно раскалывало головы его друзей словно те были лишь мясными игрушками.

И вот, заметив, что к нему медленно приближалась тварь, которую он не назвал бы человеком, даже под пытками, мужчина панически вскинул руки и тут же взмолился о пощаде.

— П-прошу!! Н... Н-не н-надо! Д-дочь... М... Моя маленькая... Она останет... Кхр-р-р... Х... ХРА-А-А-А-А!!

Совершенно не обращая внимания на жалкие завывания надоедливого куска плоти, юноша без промедления пнул стражника в пах и неторопливо завис над его телом.

— Аух... А-а-аух... Н-неет... Нх... А-аух...

Широко размахнувшись рукой, герой до хруста напряг ладонь, на которой мгновенно вспыхнули спирали хищных рун, и с оглушительным треском вбил свой кулак в грудь стонущего стражника.

По всей округе незамедлительно разнёсся громкий булькающий вопль, а в теле мужчины появилась рваная, кровоточащая дыра.

— Кх... Ха... Ха-а-а... М-мия... Н... Не...

Инстинктивно проскребывая по брусчатке целой ногой, агонизирующий стражник из последних сил держался за тусклые блики надежды.

Стремительно бледнеющий солдат уже видел, как из-за поворота с громкими криками выбегали отряды военной поддержки.

Но за десятки лет бесчисленных сражений Брутал осознал, что щадить своих врагов - лишь бессмысленная трата милосердия.

Крепко сжав ладонь, юноша издал тихий рык и резко выдернул из трясущегося тела стражника всё ещё бьющееся сердце, хотя и смятое от сильнейшего удара.

Не медля ни секунды, герой остервенело вцепился в пульсирующую плоть воина и за два грубых укуса буквально проглотил свою пищу.

Игнорируя окружающую панику и суету, Брутал со звериным удовольствием начал облизывать окровавленные пальцы, казалось, окончательно утеряв остатки разума.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к критической отметке! Нынешнее значение - (89/100)*

Однако, внезапно, юноша буквально впал в ступор, на некоторое время перестав даже дышать.

Герой снова уловил крайне важную мысль, терзавшую его бушующий разум.

И в тот же момент, в сознании Брутала с удвоенной силой начали возникать странные мысли, казалось, совершенно ему не присущие.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (90/100)*

Обязан предотвратить разложения клейма... Иначе всё повторится вновь... Твои лучшие воины... Да... Так сказал Великий Шаман... Сказал?

Неожиданно, юноша слабо вздрогнул, а в его пылающем взгляде появилась толика недоверия.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (91/100)*

Опасная сущность... Не должна освободиться... История... Но... Почему не помню... Кого заперли внутри?

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (92/100)*

Внезапно, все рунические писания на теле юноши перестали пульсировать жарким пламенем, и в один миг потянулись к бездонному угольно-чёрному кругу на груди героя.

В ту же секунду уродливые символы начали стремительно соединяться в остроконечную пентаграмму, плотно окружавшую сумрачную кляксу.

Казалось, загадочные письмена на последнем издыхании сдерживали всё усиливающиеся пульсации, исходившие от жуткого шрама.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (93/100)*

Запечатанная сущность... Мерзкая тварь... Но... Почему Шаман не говорил... Кто внутри клейма... Клеймо?

Вдруг, пошатывающийся юноша что-то вспомнил и с заметным недоумением опустил свой взгляд на яркие всполохи пентаграммы, сияющей на его груди.

И в то же самое время рядом с ним раздался множественный топот тяжёлых сапог, а вместе с тем и удивлённые возгласы.

— Нашёл!! Это здесь!!

— Сюда! Сюда!! Быстрее!

— Мы нашли и... Ох, блять!

— Мать моя...

Наконец, до местоположения героя добрался отряд из нескольких десятков стражников и трёх магов.

Бегло осмотрев изувеченные трупы солдат, люди тут же уставились на нагого парня, с ног до головы залитого свежей кровью.

— Ч-что э... Это?

— Э... В-вроде, человек...

— Хватит болтать! Рассредоточиться! Изготовка к стрельбе!! Господа маги, обеспечьте защиту!

Выведя группу из кратковременного ступора, капитан военного сквада быстро отдал команды и внимательно осмотрел фигуру, усердно разглядывавшую свою грудь.

Прекрасно понимая, что перед ним находится совсем необычный парень и возможно, даже не человек, командир отряда громко обратился к жутковатому юноше.

— Сдавайся и останешься жив! Сопротивление карается смертью!

Внезапно, герой перестал недоумённо рассматривать собственное тело и резко перевёл взгляд прямо на капитана сквада.

В ту же секунду по спине командира и всех участников группы пробежалась крупная дрожь.

Каждый из них видел, как из узких зрачков худощавой фигуры вырывался тёмно-алый огонь, буквально скользивший по бровям и лбу юноши.

Казалось, стоит расслабиться хоть на секунду, и яростное пламя испепелит твою душу, оставив лишь шелуху телесной оболочки.

Неосознанно отступив на несколько шагов, капитан понял, что ни о каких договорах и речи быть не может.

Не сводя глаз с безмолвной цели, командир взволнованно закричал.

— О-огонь!!

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (94/100)*

Стоило воинам услышать приказ, как в воздухе незамедлительно раздались множественные щелчки, и арбалетные болты со свистом полетели в беззащитное тело героя.

Даже не пошевелившись, юноша спокойно принял в себя каждый выстрел, увернувшись лишь от тех, что направлялись в его голову.

Рефлекторно отшатнувшись на несколько шагов назад, Брутал обессилено повалился на колени и тут же изрыгнул невероятное количество алого пара.

— П-попали?

— Н... Ну, д-да...

— Молчать! Заряжай!!

— Е-есть!

Спешно исполняя приказ, солдаты начали вставлять новые снаряды и вновь брать свои арбалеты наизготовку.

Тем временем, тело юноши, утыканное десятками стрел, замерло без малейшего движения.

Любой человек, посмотревший на героя со стороны, мог уверенно сказать, что тот не жилец, ведь в одно только сердце парня вонзилось сразу два болта.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (95/100)*

Брутал абсолютно пустым взглядом наблюдал за тем, как размытые фигуры мясных мешков снова направляли на него свои оружия.

Но юноша и не думал предпринимать каких-либо действий, изо всех сил пытаясь закончить расплывчатое воспоминание, ревущее в тёмном пространстве его сознания.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (96/100)*

— Целься!

Герой чувствовал - он непременно должен вспомнить что-то, имеющее для него абсолютную важность.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (97/100)*

Клеймо... Почему... Почему Шаман назвал жертвенную печать... Клеймом? Ведь клеймо выжигают только на...

— Огонь!!

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (98/100)*

И в тот момент, когда тело Брутала уже едва держалось за остатки угасающей жизни, красноволосый юноша вдруг изумлённо распахнул глаза и тихо промолвил.

— Звере.

*Внимание! Уровень вашей Ярости приближается к пиковой отметке! Нынешнее значение - (99/100)*

Стоило единственному слову сорваться с губ героя, как окружающее пространство буквально замерло, вслед за чем все руны на теле Брутала моментально испарились, словно унесённые самим временем.

И в ту же секунду, по угольно-чёрному шраму прошла сильнейшая рябь, заставившая пробудиться одно из пяти тёмных щупалец, пересекавших рогатый череп на спине героя.

Издав слабое жужжание, загадочный рисунок резко вздрогнул и со вспышкой рыжего пламени втянулся в смоляную кляксу, из которой изначально и выходил.

Несколько мгновений после этого юноша ошеломлённо взирал в пустоту безжизненным взглядом.

Брутал, наконец, осознал, кого именно держали взаперти в течение десяти лет...

— Предатель.

В следующий миг Янскел озарила мрачная вспышка тёмно-кровавого огня, возвестившая мир о пробуждении того, чей гнев не смогла остановить даже смерть.

*Внимание! Ваша Ярость достигла предельного значения!*

*Поздравляем! Первый ограничитель клейма Пожирателя Агонии разрушен!*

*Внимание! Активирована способность - Дарующий боль*

В преддверии жатвы

— Набуо-сама, ты не забыл взять кристаллы Жара?

— Д-да, взял... Эм, Эльхи-тян, я хотел...

— А дополнительный набор для разделки?

— А... Ам... Д... Да, но я...

— Камень Искры?

— К-конечно... Н-но, Эльхи...

— Отлично. Разер! Ты сложил утеплённые палатки?!

— Они упакованы в Эфирную сумку, как и просила госпожа.

— Ну, хоть для чего-то сгодился... Хмх... Набуо-сама! Всё готово! Я перепроверила каждую вещь!

— Э... Эх... С-спасибо, Эльхи-тян...

Неспешно ступая по ровному настилу городской брусчатки, вдоль широкой улицы Янскела шествовал небольшой отряд из пяти человек.

Чуть впереди остальных шагали двое стражников, периодически осматривавших окрестности на предмет угроз.

А вслед за солдатами шли трое людей, облачённых в броню, хорошо подходившую для холодной или даже заснеженной местности.

— Кхм... Господа стражники... М-мы благодарны за вашу заботу, н... Но вы действительно можете не волноваться за нас...

Застенчиво почесав затылок, черноволосый юноша взглянул на стражников, заявившихся к ним ни свет ни заря для сопровождения в пути.

Герой по-прежнему не видел причин для такого сильного попечения, ведь он даже потратился на специальное снаряжение, чтобы не умереть по глупой случайности.

Набуо ещё на выходе из гостиницы облачился в крепкую металлическую броню с плотными шерстяными вставками, поверх которых так же нацепили небольшие железные пластинки.

И это не учитывая довольно массивных наплечников и толстую подкладку, надевавшуюся под сами доспехи.

А довершал весь образ тёплый меховой плащ, прикреплённый к плечам юноши.

— Господин герой, простите, но старший рыцарь лично отдал распоряжение - сопровождать вашу группу до северных врат.

— Так точно. Господин посланник, мы не можем ослушаться приказа самого старшего рыцаря.

— П-понимаю... Н... Но...

— Не волнуйтесь, господин герой. Это нужно лишь для того, чтобы вас не отвлекали по пустякам.

— Да, господин посланник, мы здесь только для решения мелких проблем с другими военными или назойливыми горожанами.

— Н-ну, раз так, то хорошо... Ничего не поделаешь...

Обречённо вздохнув, герой вместе со своим отрядом продолжил неторопливо идти сквозь полумрак предрассветного города.

Утреннее солнце только начинало выползать из-за горизонта, проливая на Янскел тусклые лучи тёплого света.

И даже местные жители едва пробуждались ото сна, готовясь к предстоящей суматохе.

Именно поэтому обширные улицы поселения до сих пор оставались такими просторными и спокойными.

Разве что редкие прохожие лениво брели по своим делам, не особенно обращая внимание на странную компанию в сопровождении двух солдат.

И только сейчас Набуо понял, почему старший рыцарь так настойчиво рекомендовал им выдвигаться, как можно раньше.

Ведь, когда юноша впервые попал в Янскел, его тут же облепила толпа из восторженных горожан, попросту не дававших ему пройти и нескольких метров.

Лишь один участник команды героя остался доволен такому вниманию...

— Набуо-сама-а-а!

Недовольно насупившись, девушка с длинными светло-золотистыми волосами рефлекторно сложила руки на небольшой груди, выделявшейся из-под одежды едва видными холмиками.

— Мм... А? Э-эльхиа-сан? Что сл...

— Хмпф!!

Громко фыркнув, эльфийка на ходу отвернулась от юноши, всем видом показывая тому своё недовольство.

— Ах! Т-точно! Прости, Эльхи-тян...

— У-у-ух! Когда ты уже запомнишь, Набуо-сама?!

— Ха-ха-ха... И... Извини...

— Хмх... Хорошо! Лучше скажи, как тебе...?

— К-как мне... Что?

— Набуо-сама!

Грозно надув щёчки, девушка сердито указала на элегантную броню, мягко облегавшую её талию.

Подобная одежда не только согревала своего хозяина благодаря наружной обшивке из шерсти, но и неплохо защищала от лёгких ранений с помощью плотного кожаного корпуса.

Между тем, ноги эльфийки прикрывались довольно узким меховым платьем с длинными вырезами для удобного передвижения.

— Н-ну... Оно красивое...

— Просто красивое? И всё?

— Э... Н... Нет! Т-то есть, оно великолепное! Тебе очень идёт!

— Хи-хи... Набуо-сама, ты знаешь, как польстить девушке... А вот и заслуженная награда...

Резко приблизившись к юноше, девушка вцепилась в его руку и тут же крепко прижалась к локтю героя своей маленькой грудью.

— Э-э-эльхи-тян!!

Подскочив, как ошпаренный, Набуо хотел было вырваться из объятий эльфийки, но та продолжала с довольной ухмылкой удерживать взволнованного юношу.

— Не в этот ра-а-аз... Хе-хе-хе... Набуо-сама, я подарю тебе свой поцелуй...

Стоило герою услышать последнее слово, как тот чуть ли не впал в панику, пытаясь отыскать любую отговорку, лишь бы избежать "подарка" девушки, уже тянувшейся к его лицу.

Тем временем, два стражника и личный рыцарь посланника лишь незаметно ухмылялись, изредка подсматривая за миниатюрным представлением.

Но наконец, что-то резко вспомнив, Набуо едва не закричал от счастья.

— Э-эльхи-тян! Т... Ты же х-хотела купить настойки и эликсиры!!

— Ох!!

Моментально отпрянув от покрасневшего юноши, девушка слегка хлопнула себя по лбу.

— Точно же! Набуо-сама, я должна срочно зайти в алхимический магазин!

Уставившись на героя серьёзным взглядом, эльфийка явно показывала, что это безотлагательное дело.

— Если вы ищите лавку алхимика, мы можем провести вас. Хозяин магазина, должно быть, уже работает.

— Да, господин герой, это не далеко. Нужно только сделать небольшой крюк.

— Набуо-сама!

— А... Э... Да-да! Р-разумеется!

Несколько опешив от такого напора, Набуо примирительно помахал руками и неловко улыбнулся.

— Отлично! Вы двое! Ведите нас к алхимику!

— Кхм... Следуйте за нами.

Немного нахмурившись от грубоватого отношения девушки, стражники всё же сдержались, не желая злить героя, и просто свернули на другую улицу.

И уже через десять минут весь отряд прибыл к небольшому бревенчатому зданию, от которого исходил сильный аромат диких трав, а так же запах спирта и каких-то неизвестных концентратов.

Остановившись перед самым входом, эльфийка повернулась к юноше и быстро проговорила.

— Набуо-сама, мне нужно всего десять минут! И не волнуйся, я не забыла про поцелуй!

Девушка игриво приблизилась к черноволосому герою, но тот лишь отступил поближе к солдатам и нервно почесал затылок.

— Э... Эльхи-тян, н-не стоит торопиться... Ты м... Можешь з-задержаться, если н-нужно... Ха-ха... Ха...

— Хмф! Даже не думай отвертеться, до-ро-гой.

Чётко выделив последнее слово, эльфийка кокетливо улыбнулась и зачем-то поправила свои волосы.

— Э... Эльх... И... А...

— Не скучай! Хи-хи...

Более не задерживаясь у дверей, девушка резво влетела в магазин, оставив раскрасневшегося юношу наедине с его смущением.

— Набуо-доно, разрешите ненадолго покинуть вас? Мне требуются некоторые мази для лечения ран и специальные оружейные масла...

— Ам... Д... Да... Да! К-конечно, Радер-сан! Не нужно спрашивать о подобном! Покупай всё, что считаешь необходимым!

— Благодарю вас.

Поклонившись юноше, рыцарь в утеплённой и довольно тяжёлой броне спокойно открыл дверные створки и неспешно прошёл в торговую лавку.

И лишь когда оба его компаньона скрылись внутри магазина, герой смог облегчённо выдохнуть.

А чтобы не мешать другим посетителям, Набуо вместе со стражниками отошёл чуть в сторону от входа.

— Господин герой, не сочтите за грубость... Это правда, что вы когда-то победили настоящего горного огра?

— Э-эм... Н... Ну, да... Но тогда я был не оди...

— Дурень! Да как ты можешь задавать такие вопросы господину посланнику?! Ты сомневаешься в его способностях?!

— Что?! Да ни в жизнь! Я просто хотел лично услышать это от истинного героя!

— Ха-ха... Я ещё совсем новичок в сравнении с другими призв... Кхах...

Резко закашлявшись, Набуо вдруг вспомнил об одном важном указе и тут же перефразировал свои слова.

— Т-то есть... Я имел в виду - в сравнении с другими посланниками! Д-да... Ха-ха-ха...

Продолжая изредка поддерживать разговор двух солдат, юноша с лёгким интересом разглядывал окружающие его постройки и проходивших мимо горожан.

За два года, проведённых в этом мире, герой до сих пор так и не смог окончательно поверить в то, что он действительно попал в земли, наполненные волшебством и необъяснимыми явлениями.

Ведь только недавно Набуо был всего лишь обычным хикки, который целыми днями сидел дома и зависал в онлайн играх, пока его не сбил огромный трансвес...

— Хм?

Внезапно, юноша всем телом ощутил на себе чей-то пристальный взгляд.

Тут же обернувшись к солдатам, герой застал тех в самом разгаре общения.

В процессе активного спора, стражники даже не вспоминали о Набуо.

Озадаченно почесав затылок, юноша начал тщательно осматривать широкую улицу, пытаясь найти источник столь неотрывного внимания к своей персоне.

Наконец, глаза героя остановились на малозаметном проулке, находившемся между двух высоких домов.

Некоторое время Набуо лишь недоумённо разглядывал обычную подворотню, стараясь понять, что же не даёт ему покоя.

И всего через несколько секунд юноша с удивлением заметил, как из-за угла довольно ветхого здания прямо на него взирал какой-то человек в тёмных одеяниях.

Однако, едва неизвестная персона осознала, что её раскрыли, как та резко юркнула за стену, в темноту пыльных переулков.

Не в силах сдержать свой интерес к подозрительному наблюдателю, юноша сразу же обратился к стражникам.

— И-извините, эм... Мне нужно отойти...

— Да сколько можно?! Не трахал я того раб... А...? Ах! Прошу меня простить, господин герой, увлёкся. Кхм... Вы собираетесь посетить какое-то место? Куда мы направляемся?

— Нет-нет! Н-не волнуйтесь! Я отойду буквально на несколько минут! Мне нужно кое-что проверить...

Переглянувшись, солдаты с некоторым сомнением осмотрели героя, после чего слегка пожали плечами.

— Что же, раз таково ваше желание...

Поблагодарив стражников, Набуо тут же последовал на противоположенную сторону улицы, аккуратно продвигаясь сквозь постепенно увеличивающийся поток городских жителей.

Уже через десять секунд юноша подошёл к заветному переулку и осторожно повернул за стену дома, с интересом оглядев пустынную подворотню.

— Никого?

Не обнаружив ничего, кроме нескольких мешков какого-то мусора, разочарованный герой хотел было вернуться к стражникам, но внезапно, до него донёсся слабый шум, а после и...

— Кссах!

Лишь раз услышав чей-то странный возглас, Набуо сильно вздрогнул и тут же начал с завидным остервенением выискивать источник до боли знакомого звука.

Однако, не прошло и пары мгновений, как юноша обнаружил, что некто пытается быстро скрыться в небольшом проёме между зданий.

— Э... Эй! Стой!

Окликнув неизвестного человека, герой, не задумываясь, рванул за незнакомцем.

— Кссьяах!!

Но когда Набуо уже почти догнал странного наблюдателя, последний с пронзительным визгом полетел на землю, видимо, споткнувшись об обломки камней.

Не успев вовремя остановиться, юноша случайно задел ногой какой-то толстый провод и слабо вскрикнув, всем весом повалился на цель своего короткого преследования.

— Аух!!

— Кьясс! У-у-ухс... П-польно...

Рефлекторно растерев ноющий лоб, герой слегка отслонился от неизвестного человека, так же постанывающего после столкновения головами.

Кое-как придя в себя, Набуо виновато потупился и взглянул на лицо незнакомца.

— П... Простите, я не х-хотел... Просто, вы напомнили мне... А-А-А-А!!

Завизжав на весь переулок, юноша буквально за долю мгновения слетел с тела недавнего наблюдателя и стремительно отполз от него на несколько метров.

Ошеломлённо выпучив глаза, герой с нескрываемым изумлением взирал на фигуру в тёмном плаще.

Однако, когда Набуо заметил тот самый "провод", о который ему довелось споткнуться, юноша окончательно выпал из реальности.

Распахнув рот от удивления, герой трясущимся пальцем указал на длинный алый хвост, выходивший из-под плотного балахона незнакомца и воскликнул дрожащим голосом.

— Ш... Ш... Ш-ш-шиасса?!

— ГХРА-А-А-А!!

— Кха... Да помоги... Хрх... Ему, наконец!

— Н-но о... Оно н... Не тушится! Не могу потушить!!

— С-с-сука... Что за хрень?! Маги?!

С трудом опомнившись после грубого падения, командир группы кое-как приподнялся на локтях и тут же отыскал людей в серых мантиях.

Осмотрев магов слегка помутневшим взглядом, капитан заметил, что один из них лежал без движения в собственной луже крови, а тело второго с голодным шипением поглощал тёмно-алый огонь.

Закашлявшись от удушливого дыма, мужчина смахнул навернувшиеся слёзы и наконец, увидел единственного выжившего волшебника, так же приходившего в себя после взрыва.

— Маг! Я тебя спрашиваю!! Какого хера здесь происходит?!

— Бхах... Крах... Ч-что?! Н... Не слышу!

Сжимая сломанную ногу в дрожащих ладонях, маг смотрел на командира сквада с плохо скрываемым отчаяньем.

— Хках... Э... Э-это очень п-плохо! Кха... З-здесь крайне опа... Бхор-кхох... Нужно б-бежать!

— Ч-чёрт... Всем выжившим! Забирайте раненых и отходим! Кх... Отходим!!

Плюнув на попытки что-либо выяснить, капитан встал на ноги и заметно пошатываясь, осмотрел окружающее пространство.

Но лишь раз взглянув на последствия загадочной вспышки, командир сквада тут же пришёл в смятение.

Повсюду бушевали обширные очаги чёрно-кровавого огня, одинаково быстро пожиравшего, что живых, что мёртвых солдат.

Ввысь, словно пепел пробудившегося вулкана поднимались плотные завесы удушающего дыма.

А ближайшие дома, независимо от материала, из которого те были возведены, так же охватывало жуткое пламя, стремительно распространявшееся на соседние постройки.

Каждое мгновение откуда-то раздавались отчаянные людские вопли и надрывные мольбы, смешивающиеся со звоном лопающегося стекла и грохотом падающих стен.

— Д-да что же это... Кх-х... Эй, держись за меня!

— Бхах... А?! Н-не слышу... Ч-что? О... Осторожнее!

Подавив нарастающий страх, капитан отряда крепко стиснул зубы и подхватил раненого мага на плечо.

Кое-как отыскав неясный просвет в стенах густого марева, командир уже собирался отправиться к выходу из миниатюрного ада.

Но не успел мужчина сделать и нескольких шагов, как в его спину ударила волна горячего воздуха, вместе с которой на солдата опустился пронизывающий, могильный холодок.

И в ту же секунду до слуха капитана донёсся гулкий протяжный рёв, наполненный каким-то странным, нечеловеческим удивлением.

Невольно пропустив вдох, командир группы тут же замер на месте и медленно обернулся.

— М-мама...

— Кхах... К-капитан? Почему... Хкха... Встали?

Чудом не повалившись на землю, капитан сквада вдруг задрожал всем телом и проигнорировав вопрос контуженого волшебника, уставился в пучины яростного катаклизма.

Из самых недр мрачного пламени к ним неуверенной поступью шествовало существо, с ног до головы объятое хищным пламенем, буквально скользившим по телу неизвестного создания.

Ноги человекообразной твари подкашивались при каждом шаге, а спина постоянно изгибалась в неестественном положении.

Даже руки чудовища свисали безвольными плетями, едва ли не касаясь поверхности разбитой брусчатки.

И в то же самое время изо рта монстра беспрерывно доносилась зловещая мантра, совершенно не похожая ни на один из языков системы.

От всякого звука, с глухим рыком вырывавшегося из глотки ненормального существа, окружающая местность увядала прямо на глазах.

Небольшие поросли зеленоватой травы стремительно теряли жизненные силы, опадая на брусчатку иссушенными нитями бледной соломы.

Человеческие трупы, попадая под воздействие угрюмой речи, тут же вспучивались пузырями гнойной желчи и вонючей слизи.

А каменная кладка домов исходилась десятками трещин, постепенно осыпаясь на землю под гнетущей волей тёмного наречия.

Между тем, богопротивная тварь, приложив немалые усилия, подняла трясущиеся ладони к своему лицу и осмотрела их так, словно впервые увидела собственные руки.

А уже в следующее мгновение чудовище издало мерзкий гортанный вой, при этом напрягая все конечности до конвульсивной дрожи.

Казалось, будто монстр поражён чем-то до глубины души, если у того вообще имелась последняя.

Но внезапно, ревущее существо полностью затихло, словно почуяв рядом нечто интересное.

Несколько секунд иномирное создание лишь внимательно вслушивалось в окружающую местность, всё лучше ощущая манящий аромат чьей-то боли.

Вдруг, застывшая тварь провернула голову с такой скоростью, что её шея отозвалась гулким хрустом.

И в ту же секунду капитан отряда почувствовал, как по его ноге потекло что-то тёплое и малоприятное.

— Н-нет... Н... Нет...

— Кхах... Что... Ч-что случилось? К... Командир? Хках...

Командир сквада усердно игнорировал едва живого мага, не смея и пошевелиться.

Ведь сквозь пелену удушливой мглы на мужчину пристально взирало два пылающих огонька, полных чистой ярости и нечеловеческого голода.

Тем временем, само чудовище не пыталось что-либо предпринять, лишь неотрывно удерживая свой безумный взгляд на побледневшем солдате.

Капитан был абсолютно уверен - сделай он хоть малейшее движение и его жизнь оборвётся сию же секунду.

Так бы и продолжались жуткие гляделки, если бы раненый волшебник не внёс последнюю лепту в смертельную игру.

— К... Капитан! Бхах... М-мы же сгори... Мхмх?!

Грубо дёрнув мага за рукав, командир сквада в ужасе заткнул рот брыкающегося чародея ладонью.

Однако, было уже слишком поздно, ведь над полыхающей улицей пронёсся тихий рык человекоподобного монстра.

Существо, ещё недавно чудом стоявшее на ногах, словно полоумное рвануло к своим жертвам, двигаясь совершенно ненормальным для человеческого организма образом.

Казалось, этому созданию было проще перемещаться резкими и мощными скачками, нежели привычным бегом.

Безумная тварь неслась к опешившим людям с таким остервенением, что всё тело чудовища буквально трещало от напряжения.

— А... А-а... А-А-А-А!!

Наконец, выйдя из ступора, капитан отряда в панике отбросил от себя оглушённого волшебника и тут же побежал в случайном направлении.

— А-аргх!! К-к-коман-ндир!

— Нет... Нет... Нет, нет...

Отчаянно бубня какую-то несуразицу, солдат изо всех сил рвался вперёд, не думая ни о чём, кроме жуткого сипения, непреклонно приближавшегося к его спине.

— Н-нет... НЕ... КХР-Р-РА-А-А!!

Внезапно, до разума командира донёсся оглушительный хруст, а его взгляд подёрнулся мутной взвесью.

По какой-то причине окружающий мир незамедлительно завертелся калейдоскопом мрачного пламени, уносившего сознание мужчины в вихрях бесконечной агонии.

Последнее, что запечатлел бывший капитан ныне уничтоженного отряда - как неизвестная тварь со счастливым хрипом рвала его обезглавленное тело на куски голыми руками.

С остервенением вдыхая в себя весь окружающий кислород, побледневший юноша неотрывно рассматривал худоватую фигуру молодой девушки в тонком меховом плаще.

Тем временем, взволнованно захлопав по брусчатке кончиком алого хвоста, ламия неуклюже приподнялась с земли и застыла на месте, не зная, как поступить дальше.

Все слова и фразы, которые она так долго заготавливала для этого разговора, банально испарились из её разума, оставив Шиассе лишь пустое беспокойство.

— Н-напуо... Ссан...

С трудом выдавив из себя пару слов, девушка подрагивающими руками стянула с головы капюшон и вновь посмотрела на опешившего героя.

Сам же юноша, словно завороженный разглядывал ярко-жёлтые глаза ламии, в которых мягким сиянием плескалось нескрываемое волнение.

Маленький носик Шиассы периодически подёргивался в такт едва слышимым всхлипываниям, а бледноватые руки ни на секунду не прекращали елозить по исхудавшему телу, показывая всё напряжение своей хозяйки.

Не сводя пристального взгляда с красноволосой девушки, Набуо кое-как попытался встать на ватные ноги и промолвил сиплым голосом.

— Ш... Ш-шиасса... П... Почему ты... Э-это...

Так и не найдя нужных слов, юноша пролепетал какую-то несуразицу и вновь уставился на Шиассу поражённым взором.

Но в отличие от ошеломлённого героя, девушка уже едва ли могла остановить свои эмоциональные порывы.

— Н-нашла...

Приложив дрожавшие ладошки к груди, ламия сама не заметила, как по её щекам покатились тонкие полоски слёз.

— Я... Хссу-у-ух... Н-напуо-сса-а-ан!!

Не в силах и дальше выдерживать напряжённую атмосферу, Шиасса быстро вытянула трясущиеся руки и лишь чудом не разрыдавшись, поползла к герою, желая немедленно заключить того в объятья.

— Н... Н... Н-не подходи!

Заметив, что к нему несётся девушка с чуть ли не фанатичным блеском в глазах, Набуо тут же запаниковал и не придумал ничего лучше, чем оттолкнуть ламию.

— О-отстань!

— Кхьяс!!

Однако, из-за волнения юноша не рассчитал свою силу и грубо отбросил едва прикоснувшуюся к нему Шиассу.

В ту же секунду, девушка с коротким визгом отлетела в сторону и даже ненадолго оторвалась от поверхности дороги.

— Угхсс!!

С криком шмякнувшись на брусчатку в нескольких метрах от юноши, ламия тут же отбила себе локти и болезненно приложилась плечом.

— У-у-усс... А-ай...

Моментально свернувшись в чешуйчатый калачик, Шиасса начала жалобно постанывать от боли, баюкая кровоточащие ссадины и ушибленную руку.

— А... П... Прости! Я... Н-не специально! Т... Ты, просто...

Осознав, что он натворил, юноша хотел было подойти к девушке, дабы успокоить её, но в последний момент передумал, так и застыв в нерешительной позе.

Между тем, неловко утерев навернувшиеся слёзы, ламия слегка потрясла головой и пошатываясь, поднялась на свой хвост.

— Кссух... Н-ниссеко... Я ссама виновата...

Поправив разодравшийся балахон окровавленными ладошками, Шиасса с лёгкой обидой взглянула на героя.

Но уже через мгновение девушка грустно улыбнулась и заговорила более спокойным тоном.

— Я... Я немноко увлеклассь, проссти...

— Н-нет! Т-то есть, это... А... Эм...

Окончательно растерявшись, Набуо только и смог, что выдавить из себя единственный вопрос.

— К-как ты оказалась... З... Здесь? Т-ты ведь была... Ну...

Сам не зная почему, юноша отвёл взгляд от Шиассы и стыдливо почесал затылок, не решаясь продолжить свою фразу.

— Пыла в рапстве?

Заметив смущение героя, девушка немного нахмурилась и рефлекторно потёрла старый шрам, выжженный на внешней стороне её ладони.

— Не волнуйсся... Я не виню тепя в этом...

— Ч-что?

Осмотрев ламию непонимающим взглядом, Набуо уже хотел что-то сказать, но Шиасса не дала ему такой возможности.

— Эта осстроухая ссвинья польссовалассь твоей топротой! Но теперь...

— С... Стой-стой-стой! Я... Я с-совсем запутался!

Резко растрепав свои волосы, и кое-как приведя мысли в порядок, юноша вздохнул и снова посмотрел на девушку, не спускавшую с лица странную улыбку.

— Т-так, для начала... Что ты здесь делаешь? Т-ты ведь не сбежала из-под...

— Напуо-ссан! Не вашно, как я ссюта попала! Клавное - то, ссто я толшна сскасать!

— Э... Л-ладно... Но...

Опешив от напора встревоженной ламии, герой недоумённо почесал затылок, ожидая дальнейших объяснений.

— Я... Я не упивала лютей в том трактире!

— Шиасса, если т-ты опять о...

— Нес! Посслушай меня!

Вскрикнув от волнения, Шиасса даже неосознанно подползла чуть ближе к Набуо, чем сразу заставила того немного понервничать.

— Н-напуо-ссан, потумай! Та тлинноухая ссук... Кхасс... Т-то ессть...

Забавно поморщив носик, девушка издала недовольное шипение и проговорила с заметной неприязнью.

— Эльфийка ше коворила, ссто я упила вссех киншалом... Так-с?

— Н-ну... Дочь хозяина таверны ты сначала п-пыталась задуш...

— В... Всспомни! Я веть никокта не умела опращатьсся с орушием!

Перебив юношу, ламия в порыве эмоций даже замахала рукой, пытаясь изобразить что-то отдалённо похожее на атаки мечом.

— Д-да, но к... Какое это имеет з...

— Каштый ис них пыл упит отним утаром ноша!

— Шиасса! Н-на тебя указывало множество д-других улик! К... Кроме того, я ведь лично видел, как ты пыталась у-убить Эльхию-сан!

Несмотря на то, что юноша по-прежнему относился к красноволосой девушке с предубеждением, он и сам не заметил, как в нём зародились сомнения.

И ведь действительно... Все люди, погибшие в том трактире, получили довольно точные удары клинком, который Набуо в то время подарил Шиассе.

Однако, вспоминая способности девушки к фехтованию... Стоило холодному оружию попасть в её руки, как под угрозой оказывалась только сама ламия.

Первое время Шиасса и вовсе наотрез отказывалась касаться кинжала, пока юноша не убедил девушку в том, что это нужно лишь для самозащиты.

Но сколько бы герой не обучал ламию владению клинком, та не всегда могла попасть даже по статичной цели... А тренировка считалась успешной, если она просто не обрубала собственный хвост.

В итоге, дошло до того, что Набуо банально запретил Шиассе использовать оружие без крайней необходимости.

Теперь же юноша не понимал, почему он не задумывался об этом раньше?

— П-пусскай, тепе этоко нетосстатосно! Н... Но ссасем мне упивать влательца трактира и еко ссемью?! Они веть таше не общалиссь ссо мной!

Взъерошенная девушка энергично захлопала хвостом, словно пытаясь тем самым подтвердить верность своих слов.

— Э... Это... О-они с неприязнью относились... К тебе...

Ещё больше запутавшись в собственных воспоминаниях, герой невольно нахмурился, понимая, что его доводы звучат слишком неубедительно.

— Напуо-ссан, я не первый рас ссталкивалассь с потопным отношением! Неушели, ссья-то неприясснь мошет сасставить меня упивать?

— Н-ну... Т-тогда... З... Зачем ты напала на... Эльхию-сан...?

Заметив явные сомнения юноши, красноволосая девушка невольно начала успокаиваться, терпеливо подводя Набуо к мысли о своей невиновности.

А чтобы окончательно стереть напряжение, витавшее между ними, ламия осторожно поползла к опешившему герою, продолжая разговаривать тихим и даже несколько завораживающим голосом.

— Напуо-ссан, эта лшивая эльфийка ссапутала твой рассум... Но теперь я стессь, и она польше не ссмошет сскрывать от тепя правту.

Неторопливо приблизившись к юноше, Шиасса аккуратно протянула руки к шее застывшего героя и мягко прошептала...

— Ты таше не претсставляешь, как я волновалассь о тепе...

Но когда ламия уже собиралась обнять Набуо, поблизости, внезапно, раздались чьи-то быстрые шаги.

В ту же секунду из-за стены ближайшего дома спешно выбежала взъерошенная девушка с длинными остроконечными ушками.

Тщательно осмотрев узкую подворотню, эльфийка с удивлением заметила фигуру героя и мгновенно запричитала на того крайне недовольным голосом.

— Набуо-сама!! Я себе места не нахожу, а ты шляешься по каким-то грязным захо... Ха? А что это за шл... ТЫ-Ы-Ы?!

Едва увидев Шиассу, светловолосая девушка тут же выпучила глаза от изумления и запнулась о какой-то камушек, чуть не шлёпнувшись на землю.

— Э... Эльхиа-сан? А... Ох!

Тем временем, пронзительный крик эльфийки вывел юношу из ступора и тот моментально отскочил от ламии, как от раскалённого металла.

— Кс-с-срах...

В свою очередь Шиасса так же не осталась равнодушной к появлению столь ненавистного ей существа.

Издав грозное шипение, ламия резко приподнялась над землёй, используя свой хвост.

Тем самым девушка заметно увеличила собственный рост, пускай и лишь визуально.

Зрачки Шиассы тут же рефлекторно сузились до хищных щелей, а весь её вид выражал крайнюю враждебность.

Даже кончик алого хвоста не остался в стороне от гнева хозяйки, выстукивая остервенелый ритм по поверхности брусчатки.

— Н-н-набуо-сама! Ч... Что здесь делает это дикое животное?!

Невольно попятившись в сторону от взбешённой ламии, эльфийка сразу же попыталась нащупать небольшой кортик, закреплённый на поясе шерстяного доспеха.

— А... Э-эльхи...

— Кррс-с-сах... Ссаткни ссвою пассть, осстроухая с-с-свинота...

— Ш-шиасса... П... Подож...

— К... КАК ты меня назвала?!

Удивлённо вскинув тонкие бровки, светловолосая девушка моментально пришла в ярость и наконец, достав кинжал, уверенно выдвинулась к Шиассе.

— Ах, ты тварь... Да я сейчас твой чешуйчатый обрубок запихну тебе же в пиз...

— Хватит!!

Закричав на весь переулок, юноша кое-как успокоил зарождавшуюся бойню и лишь мельком взглянул на подоспевших стражников и его личного рыцаря.

— Набуо-доно, в чём д... О! Неужели, это та самая...

— Ламия?! Ого, а я думал, что они уже вымерли!

— Господин герой, она тоже ваша спутница?

— С... Спутница? А... Н-ну, не то чтобы...

Слегка опешив от наплыва новых лиц, герой и не заметил, как девушки решили возобновить жаркую дискуссию.

— Нет! Она не одна из нас! Эта тупорылая змея всего лишь грязная убийца, которая каким-то образом сбежала из рабства и теперь пытается отомстить нам!

— Кс-с-срр... Мне не нушна мерсская нетоэльфийсская туша! Я пришла, только сстопы сспассти Напуо-сана от твоих косней! Так ссто ссахлопниссь, плосскогрутая пссина!

— Чё ты вякнула, шлюха?

— Да прекратите вы уже!!

Резко вклинившись между двух девушек, вновь направлявшихся друг к другу, чтобы устроить яростную мясорубку, герой устало вздохнул и тихо прошептал.

— Почему же вы никогда не ладили...

Раздражённо почесав затылок, Набуо вдруг о чём-то вспомнил и с некоторым сомнением взглянул на взбешённую эльфийку.

— Эльхия-сан... Мне... Мне нужно кое-что спросить у тебя... Э-это касается того случая в трактире...

— Н-набуо-сама, т-ты... Что эта паршивка успела тебе наговорить?!

Обнаружив странные перемены в поведении юноши, встревоженная девушка уже хотела снова начать перепалку, как вдруг поблизости раздался чей-то спокойный вопрос.

— Извините, вы же господин Набуо?

Едва услышав незнакомый голос, все участники разговора тут же воззрились на источник шума.

С нескрываемым подозрением осмотрев группу наёмников, герой с удивлением заметил маленькие эмблемы, пришитые к экипировке каждого воина.

Немного поколебавшись, Набуо шагнул чуть вперёд и обратился к мужчине с чёрными волнистыми волосами, вероятно, выступавшим за главного в этом отряде.

— Д-да, это я... Эм... Вы же авантюристы?

— Верно. Господин Набуо, не хотелось бы отнимать ваше время, поэтому перейду сразу к делу. Мы получили приказ схватить вот эту зверушку.

Вытянув ладонь, авантюрист указал на Шиассу, после чего беззаботно уставился на Набуо, словно ожидая его решения.

— З-зверушка? Э... Это вы про Шиассу?

— Ши... Аса? Так у зверушки есть кличка? Хех...

Слегка нахмурившись от небрежных манер наёмника, герой сложил руки на груди и с сомнением взглянул на ламию, почему-то буквально сжавшуюся от страха при виде новых лиц.

Остальная часть группы Набуо так же недоумённо посматривала то на авантюристов, то на хвостатую девушку.

— Кхм... Но зачем Шиасса понадобилась... Э... Вам?

— Ох! Запамятовал. Меня зовут Тэр. А насчёт зверушки...

С лёгкой улыбкой воззрившись на побледневшее лицо Шиассы, мужчина спокойно проговорил.

— Она является сообщницей жестокого убийцы, вырезавшего множество городских стражников, а так же устроившего пожар на рыночной улице. – почесав подбородок, наёмник добавил. – В огне заживо сгорело больше двух десятков людей, в том числе и дети.

На несколько мгновений над узким переулком повисла гнетущая тишина и только слабый смешок эльфийки единожды нарушил общее безмолвие.

Но внезапно, взволнованная ламия обратилась к авантюристу с довольно странным вопросом.

— А... С-с... Сто сслусилоссь с ссамим подшикателем?

Ненадолго потеряв привычную невозмутимость, Тэр с интересом уставился на встревоженную девушку.

— Хм... Ну, это мы и хотим выяснить с твоей помощью.

Сама не понимая почему, Шиасса ощутила заметное облегчение от слов наёмника, пока не вспомнила о герое, молча стоявшем напротив авантюриста.

— Н-напуо-ссан...

Резко обернувшись к юноше, ламия хотела было что-то сказать, но тот сразу прервал её.

— Это правда?

Невольно сжимая кулаки от напряжения, Набуо удерживал на девушке мрачный взгляд, ожидая немедленного ответа.

— Н-нес, это не...

Побледнев ещё сильнее, Шиасса попыталась оправдаться, бубня о чём-то заплетающимся языком, но...

— У нас есть множество свидетелей. И один из них - единственный выживший стражник северного поста. А если вы сомневаетесь в наших словах, господин Дорг может лично предоставить вам нужные сведения.

— Ясно... Значит, снова...

Буквально посерев от разочарования и злобы, юноша стиснул зубы и гневно воззрился на Шиассу.

— А ведь я почти поверил тебе... Лживая змея...

Едва ли не выплюнув последние слова, обозлённый герой уверенно воскликнул.

— Забирайте эту преступницу! И проследите, чтобы она получила максимальное наказание!

— Так быстро? Кхм... То есть, разумеется, господин Набуо... Зарий, ошейник!

— Н-н... Напуо... П... Потошти... Я...

Понимая, что ситуация начала стремительно ухудшаться, красноволосая девушка попыталась хоть как-то объясниться перед Набуо.

Но юноша лишь пренебрежительно отвернулся от ламии и напоследок бросил ей единственную фразу.

— Лучше бы я тогда оставил тебя в клетке...

— Н-нап... Уо...

Услышав столь жестокие слова от близкого человека, Шиасса изумлённо распахнула глазки, из которых тут же пролилось несколько горьких слезинок.

Закусив губы до крови, девушка буквально сжалась от обиды, но всё же решительно поползла к герою, желая любым способом вернуть его доверие.

— А ну, стоять!

Однако, внезапно, на пути у ламии возникла светловолосая эльфийка.

Окинув Шиассу презрительным взглядом, девушка растянулась в широкой ухмылке и с нотками гордости произнесла.

— Не смей касаться моего Набуо-сама! Я не позволю какой-то хитрой прошмандовке вновь глумиться над его доверием!

— Э... Эльхи-тян...

— Кс-с-ср-рх...

Заметив язвительную улыбку на лице эльфийки, ламия мгновенно затряслась от ярости, только чудом удержав себя под контролем в присутствии черноволосого юноши.

В то же время, к Шиассе начал подходить один из наёмников, расслабленно покручивая в ладонях странный предмет, похожий на толстую чёрную проволоку.

— Ламия, не сопротивляйся, иначе будет неприятно и мне, и тебе.

— Нес... Нес! Н-напуо, посслуш... Ай...

Не успела ламия договорить, как эльфийка злорадно хмыкнула и крепко обвила руку героя, прижавшись к тому всем телом.

— Набуо-сама... Ты в порядке? Может, сходим куда-нибудь после задания? Если хочешь, я помогу тебе снять напряжение...

— Э-э-эльхи-т-тян, с... Сейчас н-не время...

Увидев, как светловолосая девушка настойчиво ластится к покрасневшему юноше, Шиасса на мгновение словно отключилась от мира, не обращая внимания ни на что вокруг.

Однако, уже в следующую секунду глаза ламии вспыхнули жёлтым сиянием, а всё тело напряглось до судорожной дрожи.

— Кс-с-срррах!!

Громко скрипнув зубками, Шиасса издала хищное шипение и с рёвом взметнула свой хвост в сторону застывшей эльфийки.

— Набуо-доно, в сторону!!

— Ч-что? А...

— Оп!

В тот момент, когда герой только услышал встревоженные оклики, Тэр уже подскочил к ополоумевшей ламии и резким взмахом ладони ударил её по шее.

— Ахс-с-с!!

Зрачки Шиассы тут же закатились под веки, а хвост обмяк всего в нескольких сантиметрах перед застывшей эльфийкой.

— Хс-са-а-а...

Неуверенно пошатнувшись, ламия обессилено повалилась на землю и с тяжёлой отдышкой упёрлась руками в брусчатку, стараясь хотя бы не потерять сознание от боли.

С трудом приподняв свою голову, Шиасса посмотрела на удивлённую эльфийку настолько пронизывающим взглядом, что последняя даже невольно скрылась за спиной юноши.

— Т-ты умр-р-рёшь... Хса-ах... С-с-стохнешь...

Буквально прожигая светловолосую девушку потоками ненависти, ламия вновь начала подниматься на трясущийся хвост.

С трудом контролируя сдавленное дыхание, Шиасса из последних сил потянулась к ошеломлённому герою, пытаясь снова почувствовать хоть долю его прежней доброты.

— Н... Напуо...

— Н-набуо-сама, в... Видишь! Я же г-говорила, что она настоящее чудовище! У-у-у...

— Э-эльхи-тян?!

Резко уткнувшись в плечо юноши, эльфийка вцепилась в одежду героя и тут же начала слабо всхлипывать.

— Э... Н... Ну-ну... Н-не волнуйся... Э-эльхи-тян, всё хорошо... Тише-тише...

Периодически вздрагивая в нежных объятиях героя, светловолосая девушка слегка повернула голову, незаметно взглянув на ламию.

— Н-нес...

В то же время, Шиасса с отчаяньем смотрела на гнусную улыбку "плачущей" эльфийки.

При этом ламия совершенно не замечала, как по её собственному лицу беспрестанно скатывались слёзы, опадая на холодную поверхность брусчатки.

— На... Пуо... Н-нес... У... Умоляю...

— Тэр! Да помоги мне уже, наконец, приспособить эту хрень! Иначе, сам будешь настраивать долбаный артефакт!

Почувствовав, как на неё вновь надевают до боли знакомый ошейник, ламия окончательно сломалась.

Тихо всхлипнув, Шиасса беспомощно зарыдала, и из последних сил протянула ладошки к единственному человеку, за которого она была готова отдать свою жизнь.

— Напу-у-у... У-у-ухсс... Несс!!

— П-пойдём, Эльхи-тян... Здесь больше нечего делать...

Последний раз взглянув на тщетные попытки обессилившей ламии доползти до его ног, юноша нахмурился и в обнимку с затихшей эльфийкой побрёл к своей группе.

Тем временем, трясясь от горестных завываний, Шиасса хотела вновь подняться на дрожащий хвост.

Но внезапно, её тело будто заковали в булыжник и девушка безвольно шлёпнулась лицом на брусчатку, тут же разбив носик и получив ещё больше новых ссадин.

— Тэр, готово!

— Поаккуратнее нельзя? Я, итак, с трудом понимаю эту зверушку, а теперь её ещё и допрашивать надо... Ладно, поднимайте это чудо и отправляемся. До встречи, господин Набуо.

— А? А... Да... К-конечно...

Заметно погрустнев, герой невольно отвёл взгляд от ламии, к которой подошли двое авантюристов и схватив девушку за волосы, грубо подняли с земли.

Несмотря ни на что, Набуо было неприятно смотреть, как с побитого лица Шиассы на дорогу падали небольшие капли крови, вперемешку со слезами.

К тому же, в отличие от остального тела, глаза ламии всё ещё оставались под её контролем... И юношу смущала та немая мольба и отчаянье, с которыми она смотрела прямо на него.

Естественно, эльфийка не могла упустить из виду подобного отношения героя.

— Н-набуо-сама... Н... Неужели ты всё ещё сочувствуешь этой... Этой твари?

— Н-нет... Просто... А?

Неожиданно, когда авантюристы уже начали неспешно покидать пыльные подворотни, над городом прогремело длинное эхо мощнейшего взрыва.

Обе группы людей удивлённо переглянулись и тут же, не сговариваясь, выбежали из узкого переулка, мгновенно уставившись на небо, куда взирали и перепуганные жители Янскела.

— Ч-что это?

— Хм...

Напряжённо хмыкнув, Тэр получше всмотрелся в плотный столб грязно-чёрной мглы, поднимавшейся высоко к облакам.

По какой-то причине угрюмый дым и не думал рассеиваться в пространстве, лишь увеличивая массивную завесу удушливого газа, через который с трудом проникал даже солнечный свет.

— Господин Набуо, с моей стороны некрасиво просить о подобном у посланника, но...

— Н-но?

— Не могли бы вы помочь нам?

— П... Помочь?

Встревожено разглядывая всё нарастающее облако мрачного дыма, Тэр чувствовал, как его беспокойство усиливалось с каждой секундой.

— Скорее всего, это дело рук убийцы, сообщницей которого и является зверушка.

— Т-так это снова он?!

— Я почти уверен. И с вашей поддержкой у нас должен быть шанс, по крайней мере, задержать его до прибытия старшего рыцаря.

— К... Конечно, я помогу вам!

— Но, Набуо-сама... Как же задание...

Взглянув на напряжённую эльфийку с заботливой улыбкой, юноша уверенно произнёс.

— Пока я сомневаюсь, умирают беззащитные граждане! Как герой, я не могу бросить их в беде!

— Раз вы согласны, прошу, следуйте за нами. Времени в обрез.

— Д-да, ведите! Э... Секунду, а как же...

Неуверенно осмотрев ламию, уже стоявшую на своём хвосте без поддержки авантюристов, юноша задумчиво почесал голову.

— Она идёт с нами. Не волнуйтесь, сдерживающий артефакт активирован. Зверушка не сбежит.

— Т... Тогда, хорошо... Отправляемся немедленно! Я заставлю этого злодея расплатиться за свои преступления!

Наконец, герой вместе со своей группой спешно направился вслед за авантюристами, уже побежавшими к месту мощного взрыва.

В то же время, обессилено взирая на полотна удушливого марева, Шиасса безмолвно последовала за остальным отрядом.

Издав тихое, но несколько натужное сопение, Брутал с глухим треском вдавил череп солдата в промежуток между его же сломанными рёбрами.

Закончив столь нехитрое действие, юноша придирчиво осмотрел голову капитана, торчавшую из общей массы оскобленных костей и разорванных внутренностей.

И лишь убедившись, что грубо ободранный череп командира идеально дополняет общий вид угнетения и страха, герой посчитал своё новое творение завершённым.

Из развороченной выбоины на поверхности каменной дороги к угрюмому небу гордо тянулся небольшой тотемчик, сотканный из конечностей и внутренностей недавно выпотрошенного солдата.

Казалось, миниатюрный памятник мясного искусства всем своим видом старался доказать, что настоящая красота человека скрыта глубоко внутри него, а не зациклена на одной лишь внешности!

А красочным фоном к гротескной картине служила разбитая брусчатка, заваленная обугленными трупами стражников, мирных жителей и обломками домов.

И конечно, посреди живописной работы возвышался сам художник, оглядывавший собственное произведение недовольным взглядом.

В который раз вернув постоянно сползавшие кишки солдата на положенное им место, юноша, наконец, завершил активную творческую деятельность.

Моментально позабыв про созданный тотем, герой с некоторым трудом выпрямил спину и слегка пошатнувшись, взглянул на своё тело.

Множество ранений, оставленных арбалетными болтами, уже прижигались тёмно-алым пламенем, но Брутал обнаружил, что одна стрела до сих пор торчала из его бедра.

Без малейших сомнений схватившись за древко болта, юноша резко выдернул стрелу из ноги, окропив землю брызгами крови.

Не проронив ни единого звука, герой просто отбросил стрелу с ошмётками собственных мышц в сторону.

В ту же секунду на кровоточащую рану набросилось чёрное пламя, принявшееся стремительно опалять разорванную плоть.

И хотя обгорающее мясо испускало отвратительный запах, а его человеческое тело переносило жуткие боли, на лице Брутала не дрогнул ни единый мускул.

В полном безмолвии осматривая пылающие улицы Янскела, юноша с каждой секундой становился всё мрачнее, источая буквально осязаемую ненависть ко всему окружающему пространству.

И лишь на лице Брутала по-прежнему сохранялось абсолютно холодное выражение, казалось, хранившее в себе всё презрение и угрюмость этого мира.

Наконец, перестав угнетать всё вокруг волнами гнева, юноша, внезапно, скрипнул зубами.

В этот момент даже привычно активное пламя на теле героя притихло, ощущая угрожающе низкое настроение своего хозяина.

Огонь хорошо знал - в подобные моменты лучше не привлекать к себе внимание владыки и притвориться маленькой, незаметной искоркой.

Между тем, Брутал резко повернулся в сторону одной из улиц, заполненных удушливым маревом грязно-чёрного дыма и похоже, что-то почувствовал.

Недовольно хмыкнув, юноша быстро подошёл к очагу тёмно-алого огня и уверенно протянул руку к языкам жара.

В ту же секунду хищное пламя с какой-то детской радостью потянулось к герою, словно желая полностью обвить того потоками испепеляющей любви.

Проигнорировав пылкие обнимашки, Брутал дотронулся до демонического огня и махнул ладонью в направлении заинтересовавшей его улицы.

И едва юноша закончил странные манипуляции, как по всей стене пламени прошла крупная рябь, словно рядом возник резкий порыв ветра.

Однако, на этом изменения в поведении мрачного жара закончились, а сам герой уже выдвинулся куда-то по разбитой дороге.

Но не успел Брутал пройти и двадцати метров, как внезапно, в потоке яркого пламени перед ним вспыхнула уже знакомая таблица.

Статус:

Имя — Nakh'Ra-Dah [Bru'Tal]

Раса — Пожиратель

Характеристики:

1) Сила – 13

2) Выносливость – 18

3) Искра – 8

4) Ловкость – 14

Важное:

— Внимание! Вам доступны новые способности...

Даже не взглянув на огненную табличку, Брутал на ходу протянул к ней свою руку и положил ладонь на поверхность магического полотна.

*Внимание! Ваши действия могут привести к... #Ошибка#

В ту же секунду раздался пронзительный скрежет и по всей округе разлетелся гигантский сноп искр, осыпавшихся на каменное полотно сотнями рыжих вспышек.

Между тем, юноша с непоколебимой уверенностью продолжил путь, словно ничего и не случилось.

Двигаясь по дороге, заваленной обугленными мертвецами и полыхающими обломками зданий, Брутал преодолевал метр за метром, не обращая никакого внимания на окружающие разрушения.

Но внезапно, нога юноши запнулась о какую-то ткань, вынудив его на мгновение остановиться.

Быстро взглянув на землю, герой увидел под собой обгоревшее тело маленькой девочки в милом розовом сарафане, в который и упёрлась стопа героя.

Некогда длинная золотистая шевелюра малышки изжарилась до состояния сморщенного комка дымящегося скальпа и точащих из него волосинок.

А дорогое витиеватое платье ребёнка и вовсе почти полностью сгорело, оголив ранее нежную кожу девочки, ныне бугрившуюся мерзкими гнойными пузырями и множественными ожогами.

Но удивительнее всего то, что малышка до сих пор была жива, ведь тёмно-алое пламя не давало ей умереть бесполезной смертью.

Огонь медленно пожирал скворчащую и буквально расползавшуюся плоть агонизирующего ребёнка, высасывая из последнего столь аппетитную боль.

Плотоядный жар знал - его обожаемый хозяин любит питаться чужими мучениями... А пламя всегда хотело сделать своего повелителя довольным... Оно желало вновь получить внимание владыки!

Поэтому сейчас, сотни жалких, беспомощных существ страдали в приступах конвульсивной агонии, отдавая свою ничтожную энергию во имя силы хозяина!

Тем временем, никак не отреагировав на полумёртвую девочку, безмолвно переносившую колоссальную боль, юноша резко выдернул застрявшую ногу из-под свернувшегося платья.

Небрежно наступив пяткой на затылок умирающей малышки и вдавив обгоревшую голову в брусчатку, герой равнодушно переступил через маленькое тельце.

Оставив тлеющего ребёнка в изорванном сарафане на съедение безумному огню, Брутал стал немного чаще посматривать под ноги, дабы не задеть очередной мешок горелой плоти.

В тот же момент, на одном из пальцев юноши едва заметно сверкнул тусклый алый огонёк, совсем чуть-чуть оттеснив массивное тёмное пламя, скользившее по всему телу героя.

Не заметив крайне слабой активности серебряного кольца, Брутал продолжил стремительно следовать в неизвестном направлении, заставляя окружающий жар буквально расступаться на своём пути.

С каждым шагом движения юноши приобретали всё более заметную уверенность, плавность и даже агрессию.

Нелепые пошатывания быстро сменились звериной порывистостью, а ещё недавно искривлённая спина приняла прямой и подозрительно расслабленный вид.

Даже мышцы на теле юноши практически перестали вздрагивать от внезапных напряжений, а натужное дыхание превратилось в тихое сопение.

И лишь в некогда пылающих рыжей яростью глазах героя разгоралось алое пламя, таившее в себе далеко не самые радушные желания.

*Внимание! Второй ограничитель печати разру... Ша... Опасность... Внимани...

#Ошибка, отторжение системы#

#Ошибка, отторжение системы#

#Ошибка, отторжение системы#

#Ошибка, отторже...

Полностью проигнорировав сбивчивый голос системы, Брутал неожиданно замер на месте и молча уставился на что-то впереди себя.

— Кхах... Арргх...

Неуклюже подтаскивая за собой сломанную ногу, по разбитой дороге медленно полз раненый маг.

Старательно перебирая практически онемевшими руками, измождённый волшебник всеми силами старался не смотреть на жуткое пламя, казалось, имевшее собственное извращённое сознание.

Ведь ещё недавно у чародея был шанс сбежать из этого хаоса... Но вдруг и без того странный огонь, будто по команде начал обрезать ему пути спасения!

— Кх-х... Ч-чёрт!

Заметив, как пламя в очередной раз перекрыло дорогу к выходу, маг буквально почувствовал незримую усмешку тёмного жара.

Раздосадовано стукнув кулаком по брусчатке и устав сражаться с непонятным явлением, волшебник неуклюже перевернулся на спину и решил хоть немного отдохнуть.

Но едва чародей распластался на земле, как его глаза невольно зацепились за какое-то движение.

— К... Какого...

Посчитав, что он надышался дымом, маг слегка приподнялся на локтях и прищурился, вглядываясь в стены удушливого марева.

Однако, даже это не убрало из поля зрения волшебника гордую фигуру человека, объятого непонятной тёмно-алой рябью.

Рефлекторно переведя взгляд чуть выше, чародей неосознанно оцепенел от ужаса.

Из-за тонкого слоя угрюмой дымки за магом пристально наблюдало два кровавых огонька, излучавших совершенное презрение к самому факту существования волшебника.

— Ч... Что...

Наконец, достаточно хорошо рассмотрев своего гостя, маг изумлённо уставился на тело молодого парня, по коже которого беспрестанно вихрился тот же огонь, что шаг за шагом испепелял город и всех его жителей.

Мгновенно осознав, в каком положении он оказался, волшебник тут же побледнел и распахнув обсохшие губы, промямлил.

— О... Отс... С-стань...

Практически не задумываясь над собственными действиями, чародей вытянул трясущуюся ладонь по направлению к Бруталу и дрожащим голосом промолвил короткое заклинание.

В ту же секунду от руки мага отсоединился небольшой водяной сгусток и лишь на мгновение задержавшись перед чародеем, резко выстрелил в юношу.

Однако, герой банально отклонил голову чуть в сторону и с лёгким недоумением проводил взглядом магический снаряд, пролетевший мимо него.

Уже через секунду Брутал вновь вспомнил о волшебнике и направил на того пронизывающий взор.

Казалось, юноша всем своим видом буквально приказывал перепуганному чародею повторить глупое действие и снова плюнуться забавной соплёй.

Между тем, сжав челюсть до хруста в зубах, маг с трудом сдержал панику и снова создал магический снаряд, заранее направив ладонь на тело героя.

В этот раз водяной сгусток выглядел более массивным и плотным, чем его предшественник.

Сконцентрировавшись на заклинании, волшебник напряг руку и...

— С-сдохни!!

Со свистом вылетев из руки чародея, жидкостная сфера тут же устремилась к сердцу Брутала.

Но ещё до того, как чародей запустил снаряд в героя, последний уже сместился с прежнего положения, без проблем предугадав действия мага и траекторию водяного шара.

В очередной раз осмотрев каждую капельку жидкости, пролетевшую рядом с ним, герой перевёл свой взгляд на взмокшего мага.

И в этот момент ошарашенный волшебник мог бы поклясться, что в пылающих глазах Брутала он увидел явный приказ: "Ещё соплю!"

Не в силах произнести ни звука, побелевший чародей судорожно схватился за собственную грудь и резко сорвал с шеи какой-то предмет.

Тут же вытянув трясущуюся ладонь, маг быстро направил на Брутала сверкающий амулет и сбивчивым голосом прокричал новое заклинание.

— Гхра-а-а!!

Вместе с отчаянным воплем волшебника из его ожерелья с глухим хлопком выскочил длинный водяной хлыст, на дикой скорости помчавшийся к юноше.

И едва в испуганном взгляде чародея успели зародиться проблески радости, как в один момент все они сменились животным ужасом.

Молча выставив перед собой ладонь, герой просто схватил магический хлыст, словно тот действительно был какой-то волшебной слизью.

Тут же позабыв про осунувшегося и мгновенно поседевшего мага, Брутал стал со странным интересом разглядывать жидкостный сгусток, послушно витавший в нескольких сантиметрах над его рукой.

Но внезапно, тёмное пламя, до этого неспешно скользившее по телу юноши, буквально набросилось на водяную сферу.

С неистовым рвением испаряя магическую жидкость, разъярённый огонь аннигилировал даже малейшие остатки чужеродной энергии.

Между тем, невозмутимо игнорируя свирепую ревность полыхающего жара, герой продолжал безмолвно крутить над ладонью уже закипевшую воду.

И когда от волшебного хлыста осталась лишь половина былого объёма, Брутал вдруг пренебрежительно хмыкнул и расслабленно взмахнул ладонью.

— А...

Не успел чародей промолвить и слова, как магическая сфера с пронзительным свистом прошибла ему череп, разметав ошмётки взорванного мозга по всей дороге.

Рефлекторно всколыхнувшись, волшебник неуверенно потянулся к дыре в своей голове и медленно, словно не веря в собственную смерть, повалился на развороченную брусчатку.

Ещё несколько раз вздрогнув в предсмертной агонии, маг окончательно застыл посреди пылающей улицы.

Тем временем, юноша с некоторым интересом осмотрел кровоточащее отверстие в черепе волшебника и уже собирался пойти дальше.

Но прежде, чем герой успел сделать хоть шаг, он почувствовал на своей руке слабые уколы жара.

Недоумённо взглянув на зудящую конечность, Брутал заметил, как тёмно-алый огонь осторожно, но довольно настойчиво прижигал некоторые зоны на его коже.

Казалось, глубоко оскорблённое пламя показывало Бруталу всю обиду за то, что последний решил воспользоваться какой-то ничтожной магией, вместо столь восхитительного и абсолютно преданного огня!

Раздражённо посмотрев на возмущённый жар, юноша пробубнил что-то на богомерзком наречии, чем невольно заставил окружающую местность на несколько секунд погрузиться в гнетущую тишину.

Так же, будто услышав сердитое бурчание своего хозяина, несчастное пламя ещё сильнее потускнело и даже скукожилось до размера спичечного огонька.

Бросив взгляд на труп мага, уже начинавшего гнить от его губительной речи, Брутал отошёл от разлагавшейся плоти на пару шагов.

Ненадолго о чём-то задумавшись, юноша издал недовольное фырканье и неохотно потянулся к унылым язычкам мрачного пламени.

Проявив всю возможную мягкость, герой с максимально неуклюжей нежностью провёл ладонью по поверхности горевавшего огня.

И не успел Брутал завершить странное движение, как ещё недавно грустный жар замер, словно поразившись столь невероятному событию.

Однако, уже в следующее мгновение тёмно-алое пламя взорвалось мощнейшими волнами испепеляющего счастья, превратив собственного хозяина в живой факел, а все ближайшие дома в угольную пыль.

Тут же гаркнув какую-то фразу на неизвестном языке, Брутал окончательно добил и без того полностью выгоревшую местность, осквернив последнюю своей речью.

Но едва услышав приказ юноши, разбушевавшийся огонь моментально ослабил силу горения, перестав испарять остатки кислорода.

Исполнив волю хозяина, абсолютно счастливое пламя сию же секунду заметалось по телу Брутала, с диким рвением нарезая радостные виражи.

Проследив за тем, как гиперактивный огонь в порыве эйфории разбрасывал во все стороны опаснейшие снопы чёрных искр, юноша лишь тихо хмыкнул и вновь осмотрелся.

После выходки ревнивого пламени, герой оказался в обширном кратере с землёй, выжженной до состояния угольной корки.

К тому же, все постройки и трупы в радиусе десяти метров попросту аннигилировались от мощнейшего жара.

Недолго думая, герой выбрался из пылающей ямы и неторопливо подошёл к одному из обширных очагов тёмно-алого огня, сразу же прикоснувшись к последнему.

В очередной раз проигнорировав ещё более активно ластившееся пламя, Брутал, на время выпал из реальности, застыв на месте и даже остановив собственное дыхание.

Но уже спустя несколько секунд юноша резко повернул голову в сторону, казалось бы, совершенно пустой улицы Янскела.

Слегка прищурив глаза, герой негромко прорычал что-то на мрачном наречии и провёл рукой по тёмным языкам пламени.

В ответ на это, огонь вздрогнул и затрепетал, словно попав под порывы сильного ветра.

Между тем, серебряное кольцо на пальце Брутала вновь вспыхнуло кровавым сиянием, освободив ещё немного пространства от угрюмого огня.

По-прежнему не замечая странной активности магического украшения, юноша молча выдвинулся в сторону очередных целей, а если говорить точнее - жертв.

Быстро вышагивая вдоль домов, охваченных неистовым пламенем, герой лишь изредка сворачивал с намётанного пути, чтобы обойти многочисленные трупы, коих становилось только больше с каждым метром.

Люди встречали свой конец под завалами обвалившихся зданий, выпрыгивали из окон и даже насаживались на ржавые штыри и обломки досок, лишь бы спастись от беспощадного огня.

Попадались даже мертвецы, разрубленные пополам упавшими вывесками или банально затоптанные насмерть.

Однако, чаще всего, жители просто сгорали заживо, оставляя после себя лишь угольно-чёрные, иссохшие корки кожи.

Но подобные картины умирающего города, как и прежде, не вызывали в Брутале никакого отклика.

И возможно, юноша бы ещё долго обходил кучки тлеющих трупов, если бы не произошло нечто неожиданное.

Где-то впереди, на пути героя раздались надрывные детские рыдания.

Услышав заливистые стоны, Брутал и бровью не повёл, сохраняя прежнюю скорость движения.

Даже не думая скрываться, юноша быстро добрался до источника раздражающего шума и увидел довольно странную для него ситуацию.

Русоволосый мальчик шести-семи лет в изорванной и частично обгоревшей рубашке пронзительно рыдал над трупом молодой женщины.

— С... Сес... С-сест... С...

Проглатывая собственные сопли и с трудом выговаривая отрывки слов, ребёнок отчаянно пытался оттащить окровавленное тело мёртвой девушки в сторону от неуклонно приближавшегося огня.

Однако, массивный металлический штырь, буквально пригвоздивший женщину к брусчатке, несколько осложнял спасение трупа.

Надрывно рыдающего мальчика так же не слишком смущал развороченный живот девушки, из которого активно расползалось буро-кровавое месиво, некогда являвшееся человеческими внутренностями.

Какое-то время пронаблюдав за горестными завываниями ребёнка, Брутал быстро потерял всякий интерес к происходящему.

Мгновенно забыв о мальчике, юноша просто пошёл дальше, оставив того наедине с трупом девушки.

Однако, к своему несчастью, ребёнок всё же смог сквозь слёзы заметить расплывчатый человеческий силуэт, после чего тут же ринулся к нему в поисках помощи.

— П-п... Помог... Сес... Рра... Пом-мог...

Заливаясь соплями и другими малоприятными жидкостями, отчаявшийся мальчик, едва ли понимая, что происходит вокруг, побежал к герою, спотыкаясь и падая на каждом шагу.

Но заметив, что Брутал не останавливался, ребёнок посчитал, что тот просто не увидел его.

Поэтому малыш, не особенно раздумывая, с пронзительным рёвом ухватился за ногу юноши.

— Сест... Рра! Она... Т-там!! Помо... Се... Тра...

Попытавшись остановить героя, мальчик упёрся короткими ножками в расколотую брусчатку и изо всех сил потянул Брутала на себя.

Не желая тратить время на убийство столь слабого существа, юноша дал мальчику шанс и молча пнул того ногой, отбросив ребёнка в сторону.

Однако, рыдающий малыш, казалось, даже не заметил своего падения и уже через несколько секунд снова вцепился в героя, начав ещё яростнее тянуть того к мёртвой женщине.

Но неожиданно, всё тело мальчика сжалось от дикого, буквально глубинного ужаса, возникшего прямиком из проснувшегося инстинкта выживания.

Невольно замерев на месте, трясущийся ребёнок впервые решил осмотреть своего будущего спасителя немного внимательней.

Но почему-то, вместо долгожданного героя, ребёнок увидел мрачное небо, закрытое плотным настилом грязно-тёмного дыма.

А уже через секунду, мальчик с удивлением обнаружил, что его тело стремительно приближалось к массивному металлическому штырю.

Вонзившись в тело ребёнка, металлический штырь мгновенно вспорол нежную кожу мальчика и с омерзительным хрустом раздробил тому ребро, после чего продолжил стремительно вгрызаться в детскую плоть.

Уже через секунду ржавая арматура насквозь пробила лёгкое малыша и пронеслась мимо позвоночника, выворачивая хрупкие кости ребёнка.

Наконец, на спине мальчика взбучился уродливый бугор и всего спустя мгновение он взорвался кровавыми ошмётками, оросив воздух алой взвесью.

Выпучив глаза от шока, малыш моментально вывернулся дугой, сотрясаясь в приступах конвульсивной дрожи.

С трудом испустив сдавленное сипение, ребёнок трясущимися руками схватился за холодный штырь и изо всех сил попытался поднять собственное тело.

Однако, окровавленные ладошки сразу же соскользнули с металлической поверхности и мальчик лишь ещё глубже насадился на арматуру.

Неожиданно, малыша снова скрутило болезненной судорогой и тут же вырвало объёмной массой буро-кровавого месива на лицо женщины, лежавшей под ним.

С ужасом наблюдая за тем, как его тело медленно сползало к трупу собственной сестры, ребёнок издал отчаянный вопль.

Но из посиневших губ вылетел лишь тщедушный стон, сопровождаемый очередной порцией мерзкой рвоты.

Неуклонно теряя всё больше сил, мальчик чувствовал, как его грудь буквально разрывалась на части от нестерпимой боли.

Тихо зашипев от гнева, малыш направил безумный взгляд на своего убийцу, однако, лицезрел лишь стремительно отдалявшуюся спину новоявленного героя.

Разумеется, Брутал не собирался тратить время, ожидая смерти ничтожного зверёныша.

Закатив глаза в предсмертной агонии, мальчик на последнем издыхании напряг ручки, попытавшись хоть немного остановить собственное тело, неуклонно скользившее вниз по проклятому штырю.

Однако, сознание малыша уже теряло связь с окружающей реальностью, а трясущиеся ладони ослабевали, попросту размазывая кровь по поверхности ржавой арматуры.

Наконец, ребёнок сдался.

Расслабив побелевшие руки, мальчик окончательно сполз к основанию железного стержня, лоб в лоб соприкоснувшись со своей сестрой.

Сквозь пелену слёз малыш на удивление ясно увидел остекленевшие глаза мёртвой девушки и на мгновение ребёнку даже показалось, что женщина с искренней печалью заглядывала прямо в его душу.

В бессильной ярости исторгнув очередной хрип, умирающий мальчик вновь вздрогнул от жуткой боли и тут же уронил голову на окровавленное лицо погибшей девушки.

Уткнувшись губами в щеку женщины, ребёнок подарил своей сестре мёртвый поцелуй и навечно замер среди пылающих улиц.

Тем временем, Брутал продолжал, как ни в чём не бывало бежать вдоль улицы, охваченной сумрачным пламенем, превращавшим путь юноши в дорогу к самой преисподней.

От каждого здания в небосвод вздымались густые столбы смоляного дыма, закрывавшего Янскел тяжёлыми, свинцово-чёрными тучами.

Казалось, будто из всякого закоулка, подвала и чердака к герою с мучительными стонами тянулись души всех существ погибших в жутком пожаре.

Искажённые болью и злобой, уродливые силуэты мертвецов разрывали тело и душу Брутала, желая покарать его за свои страдания.

Но юноша по-прежнему сохранял мрачное спокойствие, с нечеловеческой силой отталкиваясь от выломанных булыжников и кусков брусчатки.

Герой уверенно перескакивал через горы обугленных руин и тлеющих мумий, неуклонно приближаясь к новой цели.

И уже через несколько минут Брутал, наконец, выбрался из лабиринта разрушенных улиц, тут же замедлив ход и быстро оглядевшись.

Юноша оказался на краю небольшой площади, вероятно, ранее служившей своеобразным перекрёстком, соединявшим большинство городских путей.

Ныне же весь квартал был окружён плотной стеной пылающих домов, преображавших местность в подобие огненного Колизея.

Внимательно осмотрев горящие здания, Брутал ненадолго задержал свой взгляд на массивной, но почти развалившейся трубе из каменной кладки.

На мгновение о чём-то задумавшись, юноша взмахом ладони отдал тёмно-алому огню неизвестный приказ.

В тот же момент, руины, на которых и держался дымоход, частично затухли.

Завершив странные манипуляции, герой решил, что это место вполне подойдёт для битвы с теми, кто так яростно рвался к нему.

Но Брутал не хотел просто стоять на месте, ожидая, пока две группы мясных мешков, наконец, доковыляют сюда.

Прислушавшись к окружающему рёву пламени, юноша за несколько секунд выделил из общего шума чьи-то приглушённые крики.

Недолго думая, герой тут же направился в сторону человеческих голосов.

Спустя пару минут Брутал вошёл в узкую улочку, примыкавшую к площади, и сразу заметил небольшую группу мирных жителей и стражников, активно бранившихся на всю округу.

— Тяни... Хах... Тяни, блять, сильнее!

— Кха-а-а! Хра... К-куда... Куда сильнее то?! У него сейчас нога оторвётся!

— Су-у-ука... Заткнись... И тяни!!

Обливаясь потом, двое вымотанных военных изо всех сил вытаскивали едва живого человека из-под завалов обрушившегося здания.

В итоге, буквально вырвав окровавленное тело из лап смерти, взмокшие солдаты моментально повалились на землю, чтобы перевести дыхание.

Между тем, рядом с ними встревожено крутились помятые и оборванные горожане, за которыми присматривали трое магов в уже знакомых мантиях синего окраса.

А за окружающей обстановкой следили ещё двое стражников, с ног до головы вымазанных в саже и чужой крови.

Мирные жители не переставали настороженно взирать на тёмно-кровавый огонь, опасаясь отходить от солдат даже на несколько шагов.

Военные, в свою очередь, выглядели крайне измотанными и видимо, за прошедший час успели пережить столько бед, сколько не испытывали за всю службу.

Ухудшало ситуацию и то, что из-за войны в Янскеле осталось слишком мало опытных стражников.

Молодые бойцы банально не представляли, как правильно и быстро реагировать на окружающий хаос.

Кое-как отдышавшись, двое солдат спешно подняли беднягу, спасённого из-под завалов, и схватили того под плечи, собираясь продолжить путь.

Однако, не успел старший по званию отдать приказ к дальнейшему отступлению, как один из военных вскрикнул.

— Эй! Там человек!!

— Чего? Ещё выживший?!

— Ну... Э... Не совсем...

— Чё?! Не совсем?! Я спрашиваю - выживший или... Что это, блять, за ересь?!

Наконец, каждый присутствующий обратил своё внимание на странного юношу, молча разглядывавшего их группу с обширной кучи полыхающего хлама.

Быстро осмотрев жуткую внешность красноволосого парня, командир отряда невольно сжался под давлением звериного взгляда.

— К-кто ты?!

Ожидаемо получив в ответ лишь угрюмое молчание, старший по званию не стал медлить с решением.

— Камил! Уводи выживших! Остальные - в боевую позицию!

Едва капитан раздал приказы своему отряду, как боковым зрением он уловил странную вспышку.

Но повернув голову в сторону юноши, стражник заметил лишь пылающую цепь, с пронзительным свистом летевшую в его лицо.

Между тем, Шиасса активно двигала хвостом, стараясь не отставать от впереди идущего авантюриста.

Безмолвно сверля черноволосого юношу недовольным взглядом, девушка отвлекалась разве что на наёмника, периодически толкавшего её в спину.

Изредка ламия пыталась рефлекторно покрутить головой, чтобы осмотреться, но магический ошейник быстро пресекал любое своеволие.

Поэтому, всё, что оставалось Шиассе - это безропотно следовать за группой людей, спешивших к обширной зоне пожара.

Взирая на угрюмые тучи, застилавшие городской небосвод непроглядным барьером из грязно-бурого марева, девушка и на секунду не усомнилась в виновнике катастрофы...

Возможно, ламия даже снова испытала бы угрызения совести за то, что привела этого монстра в Янскел, если бы всё её внимание не занимал герой и его остроухая спутница.

Но хотя Шиасса и злилась на Набуо, она понимала - в произошедшем виновата и она сама.

К тому же, сколько бы юноша не твердил о преступлениях, девушка хорошо помнила, что Набуо в любой ситуации старался помочь всем нуждающимся.

Даже когда ламию арестовали за убийство, герой единственный поддержал "презренную зверолюдку", выступив за смягчение приговора... Он упоминал, что без защиты статуса посланника, её бы попросту казнили.

Поэтому Шиасса никак не желала терять веру в последнего человека, который вселял в её жизнь хоть какой-то смысл.

Неожиданно, мысли девушки были прерваны резкой остановкой группы.

Даже не подумав о причинах внезапного отдыха, взмокшая ламия тут же начала восстанавливать сбитое дыхание.

И лишь немного отдышавшись, Шиасса рассмотрела отряд солдат, возникший на пути авантюристов и героя.

Но если большинство стражников Янскела в лучшем случае походили на вооружённых подростков, то эта группа выглядела... Внушительно?

До предела сконцентрировавшись на слухе, ламия смогла расслышать короткие обрывки разговора Тэра и неизвестного командира.

— ... Запрещено... Частичная эвакуация...

— ... Люди Норда... Посланник...

— ... Военное положение... Приказ... Старший рыцарь...

— ... Место... Демон... Время...

О чём-то пообщавшись с Тэром, предводитель стражников вдруг махнул рукой и отдал приказ своей группе.

В то же мгновение солдаты начали позвякивать металлическими пластинами брони, выстраиваясь ровными шеренгами позади отряда авантюристов.

Закончив перестановку, капитан военных и сам встал рядом с Тэром и героем.

Дождавшись пока командиры перекинутся несколькими фразами, заметно увеличившийся сквад без промедления отправился дальше.

Не прошло и нескольких секунд, как ламия уже почувствовала на себе три десятка заинтересованных взглядов.

Стараясь привычно игнорировать лишнее внимание, девушка заметила, что группа постепенно приближалась к границе катаклизма.

Стремительно пожирая дом за домом, ненасытное пламя всего за пять минут охватывало целые кварталы, в буквальном смысле выжигая Янскел с лица этого мира.

Прислушавшись к эмоциональному фону, Шиасса ясно ощутила сильный дискомфорт, исходивший от авантюристов.

Даже стражники с нескрываемым напряжением смотрели на огромные очаги угольно-алого пламени, завлекавшего новых гостей хищным танцем.

Но если обычные люди испытывали лишь необъяснимый страх, то ламия каждой чешуйкой своего хвоста чувствовала, как за ней следило нечто огромное, злое и... Живое.

Внезапно, девушке показалось, будто огонь заметил её испуганный взгляд и незамедлительно растянулся в невидимой ухмылке.

Тут же задрожав от волнения, Шиасса попыталась предупредить об опасности окружающих людей, но не смогла даже пошевелить пересохшими губами.

Кроме того, каждый раз закрывая глаза, ламия ощущала, как сквозь жуткое пламя протекали волны отвратительных эмоций, гигантским вихрем устремлявшихся в едином направлении.

По какой-то причине Шиасса не могла перестать сравнивать весь этот катаклизм с огромным... Жертвоприношением.

Девушка была уверена, если они пересекут границу пожара - им конец.

Но не успела ламия осознать масштабы трагедии, как вдалеке раздались чьи-то многоголосые крики.

Вырвавшись из водоворота чужой боли и отчаянья, Шиасса обнаружила, что её группа замедлилась примерно в сотне метров от границы пожара.

Однако, из-за спины авантюриста девушка смогла увидеть лишь чьи-то разрозненные фигуры, с воплями несущиеся в их сторону.

И пока ламия напрягала зрение, пытаясь понять причину очередной остановки, поблизости прозвучал зловещий скрежет металла.

В ту же секунду, авантюристы, до этого молча наблюдавшие за Шиассой, спешно отволокли её в сторону одного из домов, загородив девушку от остального сквада.

И теперь ламия, наконец, поняла, кто бежал к ним наперерез...

К отряду наёмников и солдат, сломя голову и заливаясь паническими воплями, мчались разрозненные группы зверолюдов.

В Янскеле проживало большое количество беспризорных рабов, скрывавшихся в тени заброшенных районов и узких катакомбах, проходивших под городом.

И естественно, что они так же, как и обыкновенные люди спасались от беспощадного пламени, способного достать любое живое существо, где бы то не находилось.

Будто обезумевшие, зверолюды сбивали друг друга с ног, расталкивали собственных сородичей и буквально бежали по чужим телам, не обращая внимания ни на что вокруг.

И когда до толпы рабов оставалось не больше ста метров, остолбеневшая девушка услышала взволнованный голос героя.

— Э... П... Почему все д-достали оружие?! Т-тэр, что происходит?! В-вы же не...

Однако, командир стражников не дал Набуо договорить, прервав его громким криком.

— Истреблять всех, у кого нет рабской метки!

Едва ламия осознала слова предводителя солдат, как несколько десятков военных моментально рассредоточились по улице, создав живой барьер.

— С-стойте! О... Они же п-просто спасаются о... От огня! З-зачем вы...

— Молчать!!

Заорав на оторопевшего героя, командир стражников окинул того угрюмым взглядом и медленно проговорил.

— По законам военного положения всякий беспризорный зверолюд подвергается уничтожению.

— Н-но! Я... Мы...

— Не мешайте исполнению приказа. Господин герой.

Перестав скрывать своё презрение к Набуо, военный с усмешкой посмотрел на перекошенное злобой лицо темноволосого юноши и добавил.

— Или же мне расценивать ваше недовольство, как измену империи Ояшон?

— Кх... В-вы...

— Да как ТЫ смеешь так разговаривать с МОИМ Набуо-сама?! Тупоголовая мразь! Напялил на себя ржавое ведро и возомнил чёрт...

— Госпожа Эльхиа, достаточно! Набуо-доно! Нам стоит уступить... Вы прекрасно знаете, чем это чревато.

Ухватив покрасневшего героя за локоть, Радер мягко, но настойчиво отвёл Набуо и его разбушевавшуюся спутницу подальше от передовой линии военных.

Проводив юношу и вопящую эльфийку холодным взглядом, командир солдат лишь слабо хмыкнул и невозмутимо вернулся к управлению своим сквадом.

В то же время, Шиасса с напряжением следила за тем, как зверолюды стремительно приближались к первым рядам стражников, казалось, даже не замечая угрозы.

Наконец, когда скопище рабов находилось всего в десяти метрах от её группы, ламия услышала оглушительный крик.

— В атаку!!

Взмах меча и тонкий свист лезвия. Вот и всё, что уловил слух ламии прежде, чем череп старого зверолюда с глухим хлопком отделился от тела своего хозяина.

Описав красивую дугу над выстроившимися стражниками, голова раба со смачным шлепком приземлилась в нескольких метрах от одного из авантюристов.

Но эта смерть была лишь сигналом к началу настоящей резни.

— Кхра-а-а-а!!

Толпа вопящих зверолюдов на полном ходу влетела в строй молчаливых солдат и сию же секунду нанизала себя на холодную сталь.

В воздух мгновенно взвились отрубленные конечности рабов, мясным дождём опадая на всех, кто стоял позади военных.

А пронзительный крик зверолюдов превратился в отчаянную какофонию животного рёва и агонизирующих визгов расчленённых рабов.

Методично размахивая окровавленными клинками, стражники искусно кромсали любое существо, попадавшееся на пути их лезвия.

Однако, обезумевшие зверолюды изо всех сил старались прорваться сквозь заграждение солдат, не обращая никакого внимания на вспоротые животы, отсечённые руки или сломанные ноги.

Со всех сторон раздавались надрывные вопли, а в воздух беспрестанно поднималась алая взвесь, но стражники продолжали уверенно сдерживать натиск толпы.

Ошеломлённая ламия в смятении наблюдала, как одна из молодых кошкодев неслась вперёд даже под непрекращающимися градами ударов.

С каждым шагом лишаясь куска собственной плоти, изрубленная зверолюдка пыталась спасти крохотное дитя, рыдавшее на ещё не отсечённой руке девушки.

Но внезапно, очередной взмах клинка обрубил и вторую руку рабыни, из-за чего ушастый малыш грубо шмякнулся на каменную брусчатку, всё ещё находясь в объятиях кровоточащей конечности.

Под шокированным взором Шиассы, практически расчленённая кошкодева на одной ноге бросилась к упавшему ребёнку.

Казалось, даже не заметив, как её спину рассекло сразу три меча, зверолюдка просто повалилась на рыдающее дитя.

Однако, солдаты, обученные лично старшим рыцарем, отличались от обычных стражников Янскела тем, что хорошо знали своё дело.

Не произнеся ни одного лишнего слова, двое военных моментально вонзили мечи в спину изуродованной рабыни.

Вспоров и без того раскуроченное тело кошкодевы, клинки быстро пробили череп и грудь малыша, оборвав его короткую жизнь.

Между тем, из-за большого количества беглецов, стражникам становилось всё труднее удерживать напор зверолюдов и к ним начали присоединяться некоторые авантюристы из отряда Тэра.

Безмолвно наблюдая за развернувшимся геноцидом, Шиасса не могла даже закрыть глаза дольше, чем на пару секунд.

Девушка была вынуждена смотреть на то, как рабы, один за другим падали на землю, заполняя узкую улицу душераздирающими криками.

Всюду витал устойчивый запах металла и ламия не знала, был ли то аромат клинков или всему виной стала кровь, ручьями стекавшая вниз по дороге, в сторону усмехавшегося огня.

Неожиданно, какой-то глухой стук вывел Шиассу из короткого транса.

Вернувшись к реальности, девушка обнаружила, что в двух шагах перед ней, на брусчатку с мучительным воем свалился израненный подросток с длинными волчьими ушками и короткими волосами сероватого оттенка.

Шелковистый хвост юноши был обрублен почти под основание и теперь из трясущейся культяпки хлестал небольшой кровавый фонтан, забрызгивая окружающих стражников и саму ламию каплями тёплой влаги.

Заметив скованную и ошарашенную, но всё же невредимую зверолюдку, подросток тут же потянулся к Шиассе когтистой лапой.

Взирая на девушку глазами полными слёз, ужаса и отчаянья, юноша взмолился.

— У меня есть хоз-зяйка!! С... Скажи им!! Ск-кажи!! Н... Нет!! Пож-жалуйста!! Хозяй... Кгр-р... Хр...

Не успел зверолюд договорить, как на его шею со свистом опустился топор авантюриста, охранявшего ламию.

В ту же секунду дрожащее тело Шиассы в очередной раз окатило чужой кровью, обагрив её мёртвенно-бледную кожу.

Между тем, встретившись взглядом с одним из стражников, наёмник молча кивнул, словно выражая свою поддержку, после чего быстро вернулся на исходную позицию.

И пока солдаты с авантюристами без устали кромсали толпу зверолюдов, спокойно убивая даже тех, на ком были рабские метки, ламия медленно перевела пустой взор на героя.

В покрасневших глазах девушки теплились последние остатки веры в человечество, так отчаянно трепыхавшиеся внутри её души.

Шиасса до конца надеялась, что он, обладающий силой, благородством и безграничным сочувствием, наконец, остановит этот кошмар.

Однако, то, что увидела ламия, вновь пошатнуло её разум, ведь Набуо застыл без малейшего движения, крепко удерживаемый за руку личным рыцарем.

Прикусив губу, побледневший герой опустил глаза в землю и старался прикрыть своим телом эльфийку.

Сама же Эльхиа вжималась в спину юноши и казалась не менее напуганной, чем ламия, видимо, впервые лицезрея подобную сцену.

И лишь Радер по-прежнему выглядел довольно бесстрастно.

Внезапно, Шиасса заметила, как рыцарь резко сжал локоть героя и взволнованно проговорил что-то тому на ухо.

Ещё сильнее осунувшись, Набуо расслабил сжатые кулаки и продолжил молча следить за тем, как дорога под его ногами окрашивалась в алые цвета.

К тому времени большинство зверолюдов уже погибли и военные попросту вылавливали самых ретивых особей и добивали раненых.

По всей улице были разбросаны отрубленные конечности, выпотрошенные внутренности, отсечённые головы и изуродованные тела рабов.

Даже солнце не желало и дальше следить за жестокой расправой, медленно скрываясь за плотными стенами угрюмого дыма, наползавшего на город, словно гигантское чудовище.

И лишь угольно-алое пламя с ехидным треском подбиралось всё ближе к свежим трупам зверолюдов, предвкушая будущий пир.

Наконец, последний раб лишился своей жизни, и окружающее пространство тут же огласил чей-то крик.

— Господин младший рыцарь! Приказ на истребление выполнен!

В ответ на короткую реплику, раздался безмятежный голос одного из командиров элитной стражи Янскела.

— Результаты.

— Есть! Общее количество убитых зверолюдов - приблизительно семьдесят особей. Четверо рабов скрылись. Трое имели при себе сдерживающие артефакты. Среди личного состава потерь не наблюдается! Двое солдат получили лёгкие ранения!

Молча выслушав отчёт, старший по званию недовольно цокнул языком и прокричал.

— Выдрать бы вас за такие результаты! Но это ещё успеется... А пока - перегруппировать личный состав и выдвигаемся! Выполнять!!

— Есть!

В ту же секунду десятки военных, с ног до головы измазанных в крови и грязи, начали быстро возвращаться в строй позади авантюристов и героя.

И лишь двое раненых солдат, получив первую помощь, отправились с выжившими рабами в безопасную зону, дабы потом вернуть их хозяевам.

Наёмники, в свою очередь, хоть и выглядели заметно более уставшими, под предводительством Тэра так же заняли положенные им места.

Вскоре, вся группа уже приобрела тот же вид, что и десять минут назад.

Казалось, что никого и самую малость не смущали остывающие трупы зверолюдов, кои в огромном множестве валялись прямо под ногами сквада.

Наконец, бегло осмотрев отряд, командиры вновь отдали приказ к выдвижению.

Получив грубый толчок в спину, Шиасса была вынуждена ползти вперёд, даже несмотря на плачевное состояние.

Передвигаясь прямо по расчленённым, выпотрошенным и изрубленным трупам рабов, девушка всей длинной хвоста ощущала всё ещё тёплые тела и конечности мертвецов.

Ламия не теряла сознание лишь благодаря сдерживающему артефакту и банальному шоку.

Обливаясь холодным потом и не имея возможности даже стереть с себя кровь, Шиасса кое-как пересекла место бойни и сразу взглянула на стену огня.

За то время, пока солдаты вырезали рабов, мрачное пламя успело преодолеть не менее пятидесяти метров пространства, почти вплотную подобравшись к их отряду.

Сейчас только один миг отделял Шиассу от перехода из одного ада в другой.

И вот, на мгновение прикрыв глаза, девушка вместе с остальными преодолела пылающий рубеж, оказавшись внутри зоны обширного пожара.

И уже в первые секунды ламия ощутила на себе невероятное давление, казалось, исходившее сразу со всех сторон.

Тут же побелев от страха, Шиасса чудом не повалилась на землю, продолжая следовать за авантюристом.

Девушка изо всех сил старалась не обращать внимания на невидимую сущность, уже заманившую их в свою клетку.

Но несмотря на сопротивление, инфернальное пламя будто бы заглядывало прямо в её душу, проверяя последнюю на вкус.

Внезапно, ламия почувствовала быстрый и довольно болезненный укол, сначала в районе затылка, а потом и шеи.

Рефлекторно издав тихое шипение, Шиасса тут же поползла дальше, не придав случившемуся особого значения.

Однако, уже через секунду в разум девушки закралось осознание произошедшего.

Продолжая безмолвно ползти вперёд, Шиасса не переставала изумляться произошедшему.

Всего минуту назад она едва сдерживала жуткое давление на свой разум, как вдруг, внутри неё будто лопнул перетянутый нерв.

И хотя девушка чуть не отправилась в бессознательное состояние от резкой боли, последняя быстро ушла на второй план, когда ламия поняла, что влияние сдерживающего артефакта каким-то образом ослабло!

Пускай и всего на мгновение, но магический ошейник точно потерял контроль над её волей!

Шиасса совершенно не понимала, как это случилось, однако, она успела почувствовать странную, едва заметную энергию, появившуюся в момент освобождения.

И конечно же, теперь девушка с остервенением пыталась повторить недавний опыт, напрочь позабыв и о резне, и о Набуо.

Но к сожалению, за прошедшие несколько минут ламия смогла воспроизвести лишь головную боль.

Однако, Шиасса так же отметила, что все эти мысленные надрывания чем-то напоминали уроки, которые раньше с ней проводила мама...

Подумав о занятиях матери, девушка вдруг засомневалась: "Интересно, а могут ли те упражнения как-то повлиять на..."

Внутренне усмехнувшись глупости своей затеи, ламия всё же решила выкопать из недр памяти крайне расплывчатые и обрывочные наставления по детским тренировкам.

"Как там правильно... Закрыть глаза, расслабиться... Потом... Сконцентрировать сознание в маленькой точке... И... Резко расширить её до..."

— Хм? А... Э?! Какого бухого?! Э... Эй! Т-тэр! Тэр, мать пивную!!

Услышав взволнованные крики авантюриста, весь сквад тут же остановился и с интересом посмотрел на источник шума.

А уже спустя пару секунд, из передних рядов спешно вышел и сам предводитель наёмников.

С лёгким раздражением взглянув на двух мужичков, крутившихся вокруг ламии, словно перепуганные блохи, Тэр обратился к ним недовольным тоном.

— Ну и что вы с ней сделали? Я ведь предупреждал - не трогать ошейник!

— М-мы и пальцем ничо не тыркнули! Чес слово! Змея катилась-катилась вперёд, а... А потом, бах! И просто грохнулась о земь... И... И вот!

Внимательно осмотрев бессознательное тело девушки, плашмя упавшей на грязную брусчатку, Тэр аккуратно перевернул её на спину и не выдержав, испустил усталый вздох.

— В саже измазалась, так ещё и нос разбила... Вот дурной зверь.

— М... Мы не при чём! Чес слово!

— Тэр-сан, почему оста... Ах! Ч... Что случилось с Шией-с... С Шиассой...

— Нет повода для волнения, господин посланник.

— Н-но...

— Наёмник! У нас мало времени! Нужно идти. Немедленно!

Раздражённо цокнув языком, Тэр провёл ладонью по своим волосам, после чего тихо пробормотал.

— Долбаный солдафон...

В одиночку подняв обмякшую ламию за плечи, авантюрист быстро вручил её двум растерянным мужчинам.

— Несите.

— А... Ч-чо?! Да ты чего, командир?! Это...

— Не обсуждается.

— Н... Но... У-ух... Е-есть...

Скорчившись от отвращения, наёмники брезгливо приняли Шиассу из рук Тэра и тут же стали огрызаться друг на друга, выбирая, кто потащит человеческую часть твари, а кто зверолюдскую.

Наконец, разрешив все вопросы, угрюмые авантюристы заняли исходную позицию и вместе с остальным отрядом продолжили путь по пылающей улице.

А вскоре и сама ламия вернулась в сознание, с удивлением обнаружив, что её уже куда-то тащат.

Кое-как собравшись с мыслями, девушка вдруг почувствовала неприятное жжение в носу, но не смогла и пальцем шевельнуть, дабы выяснить причину боли... Что произошло?

Ещё секунду назад она повторяла простейшее упражнение и наконец, ощутила долгожданную энергию... А потом... Всего на мгновение потеряла концентрацию...

Молча обругав свою впечатлительность, Шиасса осознала совершённую ошибку и тут же приступила к новым попыткам освобождения.

Однако, внезапно, по всему отряду прокатились тихие перешёптывания, которые не могли не заинтересовать ламию.

— Боже... Эти т-трупы... Тэр-сан... О-они же...

— Это здание было детским приютом. Не стоит задерживаться, господин посланник. Вы уже ничем не сможете им помочь.

— Кх...

Скрипнув зубами, герой вдруг прокричал на всю улицу.

— Я... Я, как герой, л-лично покараю этого демона! О-он поплатится за свои преступления! Даже если придётся использовать силу... Справедливость восторжествует!

Услышав последние слова Набуо, Шиасса едва не подавилась от возмущения, а если бы не сдерживающий ошейник, то девушка и вовсе расхохоталась бы в голос.

"Значит, вид мёртвых людей вызвал в тебе порывы рьяного благородства... А наблюдая за истреблением каких-то жалких рабов, ты не подумал спасти хоть кого-то?! Там ведь тоже были дети! И что ты делал тогда?! Лицемер!!"

Внутренне сжавшись от гнева, ламия неожиданно подловила себя на мысли, что она впервые за всё время не только поставила слова Набуо под сомнения, но ещё и насмехалась над ними...

Даже привычно бойкая эльфийка отреагировала на речь героя довольно неуверенной поддержкой.

Весь же остальной отряд и вовсе продолжил молча двигаться вперёд, просто игнорируя юношу.

Но не успела Шиасса вновь погрузиться в раздумья, как где-то вдалеке прозвучали взволнованные крики, явно обращённые в их сторону.

В ту же секунду девушка услышала громкий приказ командира солдат.

— Опустить оружие! Это выжившие!

И пока сквад начинал сближаться с неизвестной группой людей, ламия решила вернуться к повторению упражнений.

Даже несмотря на то, что с каждой попыткой её голову донимала всё более сильная мигрень, девушка не собиралась так просто сдаваться.

Между тем, отряд выживших уже добрался до авантюристов и военных.

Оставив запыхавшихся горожан немного позади, вперёд спешно выбежал молодой стражник в порванной и обгорелой броне.

Кое-как подавив отдышку, измождённый солдат со множеством мелких порезов и ожогов по всему телу высмотрел в толпе военных младшего рыцаря и тут же воскликнул.

— Г... Господин Нарен!!

Едва ли не бросившись в ноги к командиру, юный стражник моментально затараторил.

— Г-господин Н... Нар-рен! У-умоляю, с... С... Спасите их!! О... О... Они остались там!! П-прошу! Они сдер... Рживают это... Э-э-это... У... Умоляю! Я п-пытался...

— Молчать!!

Гаркнув на перепуганного парня, младший рыцарь дождался, пока тот полностью замолкнет и спокойно промолвил.

— Говори кратко и по делу.

Кое-как уняв крупную дрожь, молодой стражник немного отдышался и собравшись с мыслями, вновь заговорил.

— Мы... Наша патрульная группа выводила выживших жителей из этого... Места... Но...

— Ближе к делу.

— Эм... Д-да... Потом... Потом на нас напало чудовище! Демон! И...

— Как он выглядел?

— А... Н... Ну... Он похож на обычного парня... Н-но! У него всё тело в шрамах! И... И по нему ползает этот гадкий огонь... Будто живой... Я не лгу!

— Детальнее.

— Е-есть... Ещё, я помню... Короткая причёска... Красные... Нет... Кровавые волосы! Да! И глаза... Его глаза... О-они... Они горят!

Услышав о человеке с алыми волосами и пылающим взглядом, ламия тут же навострила уши и перевела внимание на трясущегося стражника.

— И это всё?

— П-простите, господин... Я... Я едва смог выбраться оттуда живым и спасти жителей... Помню приказ командира, а потом... Яркая вспышка... Меня и нескольких солдат отбросило назад... Я сразу побежал...

— Где это произошло?

— А? А... Ну, это... Неподалёку от третьего рыночного перекрёстка...

Потеряв интерес к дальнейшему общению военных, Шиасса задумалась о том, для чего Бруталу нужен весь этот хаос.

Но стоило девушке вспомнить о "грубом монстре", как по телу невольно пробежалась волна радости, а в разуме снова всплыл пронзительный взгляд огненных глаз.

Мгновенно смутившись столь бурным эмоциям, ламия даже не заметила, что её сняли с чужих плеч и поставили на разбитую брусчатку.

Толком не успев выйти из лёгкого транса, Шиасса смогла лишь тупо пялиться на человека, пытавшегося с ней о чём-то поговорить.

— Демон... О нём знаешь... Зверушка... Эй... Эй, ламия!

Наконец, раздражённый крик Тэра заставил девушку мысленно встрепенуться.

Посмотрев на длинноволосого мужчину относительно осознанным взглядом, ламия услышала его недовольное бурчание.

— И ведь не работает... Ошейник что ли бракованный подсунули? Как бы у зверушки мозги не спеклись... Не хватало только хвостатый овощ за собой таскать.

— Наёмник! Долго ты будешь допрашивать это животное?! У нас нет времени!!

— Уже закончил!

Вновь окинув Шиассу недоверчивым взором, Тэр негромко пробормотал.

— Позже разберусь...

В очередной раз приказав авантюристам тащить на себе "Сломавшуюся зверушку", Тэр не стал выслушивать их возмущения и сразу направился к началу отряда.

А уже через несколько секунд вся группа с удвоенной скоростью выдвинулась в сторону небольшой площади, на которой по словам молодого солдата и развернулась битва.

И пока весь сквад стремительно преодолевал разрушающиеся кварталы Янскела, Шиасса по-прежнему пыталась вырваться из оков ошейника.

У девушки даже получилось несколько раз выплеснуть неизвестную энергию по собственной воле.

И если бы не жуткая боль, пронзавшая её голову изнутри от каждой новой попытки, ламия могла бы порадоваться успехам.

В то же время, к несколько помрачневшему герою молча приблизился Тэр, казалось, желая что-то сказать.

— Хм? Тэр-сан, это вы...

Обратив на себя внимание Набуо, авантюрист не стал медлить и сразу проговорил.

— Не забудьте, если мы найдём демона, ваша задача - отвлечь его, пока остальные займут выгодные позиции. Ни в коем случае не провоцируйте демона на бой, если он сам не проявляет агрессии!

— Но ведь...

— Понимаю, вы злитесь. Но нам необходимо только потянуть время до прибытия Дорга и подкрепления.

— Я не злюсь! То есть... Немного! Однако...

— Господин Набуо, я прошу вас. Займите его внимание и ничего больше. Открытая конфронтация - крайняя мера. Вы меня понимаете?

— Я... Да, понимаю... Тэр-сан.

Получив согласие героя, наёмник без лишних слов вернулся на прежнее место, оставив Набуо в ещё более угрюмом настроении.

Однако, не прошло и нескольких минут, как где-то поблизости раздался душераздирающий вопль.

— Откуда кричали?!

— Это... Это с той улицы!

— Все туда! Быстро!

Стоило человеческому крику затихнуть, как ламия почувствовала, что её тащат куда-то в сторону от изначального направления.

Не имея возможности разглядеть хоть что-нибудь, кроме дороги под ногами авантюриста, Шиасса могла лишь ждать окончания суматохи.

Но внезапно, весь отряд застыл на месте, а девушку без предупреждения скинули на землю, кое-как поставив на затёкший хвост.

Мысленно огрызнувшись на наёмников, ламия быстро осмотрела новую местность и в ту же секунду её тело охватил лёгкий озноб.

Перед входом на небольшую городскую площадь, уже превратившуюся в пылающие руины, были хаотично разбросаны изуродованные трупы людей.

И первыми, на кого упал взгляд Шиассы, оказались трое мёртвых магов, облачённых в синие мантии.

От тела одного из мужчин остались лишь обрывки одежды да обугленный скелет, пожираемый тёмно-алым пламенем.

Второму чародею так же повезло немногим больше... Ведь маловероятно, что разряженный арбалет, по рукоятку вбитый в пятую точку волшебника, мог доставить тому много удовольствия.

Труп же третьего мага лежал в огромной луже крови, смешанной с потоками обыкновенной воды.

По всей видимости, последний чародей был разрублен пополам собственным заклинанием, оставившим на двух кусках его плоти ровный, практически идеальный разрез.

С трудом выйдя из ступора, ламия перевела взгляд чуть выше и заметила искорёженное тело военного, буквально пригвождённого к брусчатке собственной алебардой.

А неподалёку от этого места лежал солдат с выжженным лицом, едва ли не до упора вмятым в череп от мощнейшего удара неизвестным оружием.

И наконец, среди всех мертвецов возвышалась безмолвная фигура Брутала, удерживающего в руке последнего живого стражника.

— У-у-ухф... Ньхэт! Профу, хфафит! М-мольху!! Бх... Ргха-а-а!!

Отчаянно вертясь в стальной хватке юноши, мужчина забавно дрыгал по колено оторванной ногой и видимо, даже не замечал длинный меч, воткнутый глубоко в его живот.

Между тем, Брутал ритмично и с нескрываемой скукой вбивал кулак в обезображенное лицо вопящего солдата.

Взмах за взмахом, юноша методично выбивал зубы из обезумевшего стражника, сохраняя настолько тоскливое выражение лица, что казалось, будто его заставляли тыкать пальцем в навоз.

Брутал старался не прикладывать к ударам и малейшей силы, ведь иначе эта никчёмная туша сдохнет слишком быстро и тогда прервётся хоть какое-то развлечение.

А он и так уже слишком долго изнывает от скуки, дожидаясь, пока сюда приползут остальные отбросы.

Но в конце концов, божественное терпение юноши было вознаграждено, когда по округе разнёсся писклявый крик, преисполненный крайней степенью возмущения.

— Т... Так это ты тот демон?! Немедленно отпусти этого человека!

Неторопливо и даже несколько лениво повернув голову в сторону шума, Брутал обнаружил многочисленный отряд авантюристов и военных, уже ринувшихся окружать его со всех сторон.

И разумеется, именно в первых рядах стоял источник тонкоголосого шума.

С абсолютным безразличием осмотрев низкую фигуру темноволосого героя, юноша лишь небрежно шмыгнул носом и спокойно вернулся к прежнему занятию.

Брутал попросту не желал тратить время на каких-то сморкачей, которые начнут вопить от боли ещё до того, как он коснётся их нежной плоти.

Лучше уж и дальше ковырять скулящую кучу испражнений, пока сюда не доберётся кто-нибудь поинтереснее.

Тем временем, заметив пренебрежительную реакцию юноши, Шиасса не удержалась от безмолвного смешка... Ну, хоть кто-то не изменился с их последней встречи.

Однако, задержав взгляд на теле Брутала подольше, ламия тут же смутилась... Почему он голый?!

— Т-ты... Ты не услышал меня?! Демон! Я приказываю тебе отпустить его!

Уже размахнувшись кулаком, юноша вдруг остановился и снова посмотрел на визгливого сморчка.

Немного посверлив Набуо хмурым взором, Брутал на мгновение о чём-то задумался и вновь ударил рыдающего солдата по лицу.

— А... Ах, т-ты... Я повторяю в последний раз, чудовище! Отпусти человека, и ты не пострадаешь!

Показательно оттянув руку для следующей атаки, юноша направил на героя предельно невинный взгляд и словно спросил у того: "Что-что? Я бью слишком слабо?"

— Стоп! Хватит!!

Взмах. Из сломанного носа брызнули кровавые сопли, а улицу огласил хриплый вопль стражника.

— Я сказал - прекрати!!

Перепуганный солдат в ужасе посмотрел на Набуо, будто моля того о помощи.

— Ещё раз и я применю силу!!

Удар. И вместе с глухим стоном, изо рта военного вылетело несколько расколотых зубов.

— Не смей...

Продолжая удерживать на герое чистый, буквально ангельский взор, Брутал медленно занёс кулак...

— Остановись, немедленно!! Я приказываю тебе!!

Челюсть стражника с хрустом выбилась из суставов, заставив того извиваться в приступах сильнейшей боли.

И когда юноша уже собирался совершить новый удар, Набуо внезапно завопил.

— Хватит, хватит, ХВАТИТ!! Я говорю, ПРЕКРАТИ!! Ты - грязное животное!! Вонючий монстр!! Мерзкий демон!! Только и можешь убивать слабых?! ДА?!

Едва услышав гневные выкрики героя, к нему тут же подскочил Радер в попытке успокоить своего командира.

— Набуо-доно! Помните о нашей цели! Он опаснее, чем...

— НЕТ!! С меня довольно!!

Отпихнув личного рыцаря, Набуо в ярости уставился на Брутала и закричал, что есть мочи.

— Я - герой!! И я не собираюсь терпеть издевательства нечестивого демона!! Как избранный самой богиней Отваги, я поклялся искоренять всякое зло! И сейчас... Я исполню данное обещание!!

Окончательно уйдя в раж, герой полностью потерял контроль над языком и указав пальцем на голое тело юноши, прокричал.

— ТЫ!! Да - ты!! Отпусти его и сразись со мной!! Хоть раз сразись с тем, кто сильнее тебя! Или... Или ты боишься проиграть?! А?! Всё правильно! Трус!! Я разобью тебя!!

Наконец, выплеснув весь гнев, скопившийся за последние дни, Набуо немного успокоился и начал восстанавливать дыхание.

Но внезапно, герой заметил, что вокруг повисло гробовое молчание и только младший рыцарь смачно шлёпнул себя ладонью по лбу, промычав неразборчивые ругательства о посланниках и их богинях.

Однако, едва Набуо хотел извиниться за вспыльчивость, как его и остальных людей окатила волна жгучего воздуха.

Грубо выдернув окровавленный меч из живота полумёртвого стражника, Брутал одним движением отрубил ему голову и тут же схватил последнюю за подбородок.

Слегка размахнувшись, юноша небрежно швырнул череп солдата в воздух и дождался пока он шлёпнется о брусчатку, прямо у ног Набуо.

Демонстративно бросив клинок на землю, Брутал смерил застывшего героя уничижительным взглядом и неторопливо, так, чтобы это видел каждый присутствующий, развёл руки в стороны.

Ехидно дёрнув бровью, юноша пронзил Набуо насмешливым взором и всем своим видом будто бы сказал тому: "Попробуй"

На некоторое время вокруг воцарилась полная тишина, прерываемая лишь беспрестанным треском тёмно-алого пламени.

Никто из присутствующих не представлял, как нужно реагировать на внезапную выходку посланника.

И только Шиасса едва ли не дымилась от напряжения, всеми силами пытаясь освободиться от магических оков, чтобы остановить Набуо.

Девушка знала - будучи героем, тот обладал немалыми способностями и даже мог противостоять опасным монстрам в одиночку...

Однако, убийство огромного, но совершенно безмозглого тролля - это не повод для сражения с чудовищем, без проблем испепелившим половину города!

Между тем, уставившись на отрубленную голову стражника, валявшуюся у его ног, Набуо медленно перевёл оторопелый взгляд на Брутала.

Но заметив абсолютно расслабленную позу юноши, стоявшего в окружении десятков врагов, герой скрипнул зубами и побагровев от ярости, потянулся к рукоятке меча.

— Нет! Набуо-сама! Н-не нужно! Милый, успокойся!

В ту же секунду к молодому посланнику подскочила перепуганная эльфийка и в панике уцепилась за локоть возлюбленного.

Благодаря своей родословной, Эльхиа могла почувствовать, как демон чуть ли не из воздуха впитывал в себя колоссальные объёмы неизвестной магической материи... Эта омерзительная энергия буквально сочилась отчаяньем, злом и нечеловеческим голодом.

И даже привычно дерзкая девушка поняла, что они столкнулись с существом, по опасности превосходившим всех, с кем им приходилось иметь дело ранее.

— Эльхиа! Прочь! Это моя клятва! И мой бой!!

Сдержано оттолкнув эльфийку в сторону, герой сразу попытался схватиться за эфес, но его запястье тут же перехватил Радер.

— Набуо-доно. Господин, прошу, успокойтесь. Это не наш уровень сил.

— Орокамоно!

Выкрикнув какую-то фразу на неизвестном наречии, разгорячённый посланник окинул взволнованных компаньонов холодным взглядом и промолвил.

— Как вы не понимаете? Это - мой долг! И я приказываю вам не вмешиваться!!

Грубо отдёрнув свою руку, герой освободился от хватки рыцаря и наконец, вцепился в рукоять меча, одновременно пронзив Брутала гордым взором истинного воина.

Однако, демон уже потерял интерес к вопящему кулю фекалий и со странным любопытством смотрел куда-то в сторону.

Рефлекторно повернув голову в том же направлении, Набуо увидел мёртвенно-бледную ламию, казалось, готовую скукожиться в чешуйчатый комок от одного лишь внимания чудовища... Так она и правда его сообщница?

Замерев на месте от нахлынувшего гнева, герой растянулся в кривой улыбке и медленно вытащил из ножен клинок, доселе висевший на его плече.

Переливаясь тусклым голубоватым сиянием, прямое и обоюдоострое лезвие чуть больше ста сантиметров в длину хищно воззрилось на голое тело демона.

Удерживая оружие на вытянутых руках, Набуо промолвил слегка подрагивающим от злобы голосом.

— Этим мечом... Я покараю тебя!!

Смерив клинок героя таким взглядом, будто тот в лучшем случае годился для ковыряния в заднице у трупа гоблина, Брутал вновь уставился на посланника и разве что не зевнул.

Тихо скрежетнув зубами, Набуо молча завёл меч за спину и приготовился к атаке.

В то же время, к предводителю авантюристов спешно подошёл взъерошенный командир военных и шёпотом прорычал.

— Какого хера творит этот эльфоёб?!

С грустной улыбкой воззрившись на разъярённого рыцаря, Тэр уныло промолвил.

— Нам ведь нужно потянуть время... Почему бы и не подобным образом... Заодно, узнаем, на что способен демон...

Едва не убив наёмника на месте, Нарен просверлил того суровым взором и вдруг сплюнул на брусчатку, просипев.

— Если этот дебил помрёт, я буду только благодарен той твари.

Более не произнеся ни слова, младший рыцарь покинул Тэра, на ходу раздавая новые приказы своему отряду.

В итоге, все решили не спешить с действиями, проследив, к чему приведёт бой необычайно храброго посланника.

Как раз в это же время, герой поудобнее перехватил оружие и немного пригнувшись, опустил клинок к земле.

Внезапно, Набуо без предупреждения сорвался с места и на огромной скорости понёсся к юноше.

В свою очередь, Брутал до сих пор находился в прежней позе, будто собираясь поймать врага в распростёртые объятия.

И разумеется, желая не просто убить соперника, но и сделать это максимально красиво, герой не мог справиться с подобным соблазном.

Покрепче сжав рукоятку меча и приблизившись почти вплотную к демону, Набуо невольно расплылся в зловещей ухмылке, представив, как в воздух взлетает отрубленная конечность юноши.

Слегка проскрежетав остриём клинка по поверхности брусчатки, герой издал напряжённый рык и резко взметнул клинок к небу, выбив из камней сноп белых искр.

Тут же шагнув навстречу противнику, Брутал быстро замахнулся левой рукой и смачно врезал Набуо по лицу, вбив кулак в нос улыбающегося подростка.

Тотчас до слуха молодого посланника донёсся тихий хруст, а перед глазами взорвалась тёмная пелена, отправившая героя в приятную невесомость.

Несколько секунд пронаблюдав за радужными пони и гаремом из маленьких эльфиек, Набуо очнулся, неожиданно обнаружив себя в воздухе с запрокинутой головой.

Кое-как перегруппировавшись, подросток моментально шмякнулся спиной и затылком об камни, после чего прокрутился по брусчатке, разбрасывая во все стороны угольную пыль и мелкий сор.

Наконец, остановив болезненное скольжение, герой незамедлительно вскочил на ноги, но сразу пошатнулся, с трудом удержав равновесие.

— Набуо-сама!! Дорогой!!

— Набуо-доно!

Глаза незадачливого посланника беспрестанно заливались слезами, а в разум впивались чьи-то голоса, с каждым звуком доставляя ему глухую боль.

Встряхнув головой, Набуо рефлекторно стёр с носа какую-то тёплую жидкость и внезапно, зашипел от жгучей рези.

Глупо уставившись на окровавленную ладонь, герой по-прежнему не мог поверить в происходящее.

Нахмурившись от неприятной пульсации в висках, ошеломлённый подросток вновь посмотрел на Брутала, ожидая увидеть глумливый взгляд наглого демона.

Но вместо этого, Набуо внезапно отступил на шаг назад и даже невольно покрылся мурашками.

Размеренно ступая по выжженной земле, к герою приближалось существо, в леденящем взоре которого не читалось и малейшей доли игривости.

Лишь звериная ярость и абсолютное презрение ко всему живому пронизывали пылающие очи чудовища.

Почувствовав, как сердце начало уползать к пяткам, а ладони вспотели от волнения, Набуо до хруста в пальцах сжал меч и вдруг завопил.

— Я не страфусь зла! Я - избрафнник Валоры!!

Начисто проигнорировав эльфийку и рыцаря, попытавшихся остановить его, герой снова завёл оружие за спину и сделав глубокий вдох, с силой оттолкнулся от брусчатки.

В пару скачков приблизившись к демону, подросток взревел и замахнувшись клинком, грубо рубанул им по широкой горизонтальной дуге.

Молниеносно подпрыгнув в воздух, Брутал прижал колени к груди и пропустив длинное лезвие под собой, резко выпрямил ноги, вбив их в голову героя.

— Бхпрх!

Одним мощным пинком отправив посланника богини в далёкий полёт, юноша ловко опустился на дорогу и перекатившись в сторону, вернулся в привычное положение.

В то же время, промчавшись несколько метров над землёй, Набуо с грохотом врезался в брусчатку.

Выронив меч и едва не сломав шею, подросток дважды приложился лбом и затылком об камни, прежде чем остановился.

— Н-набуо!! Разер, немедленно ЗАЩИТИ ЕГО!!

Рявкнув на слегка опешившего рыцаря, Эльхиа моментально перевела гневный взгляд на военных и авантюристов.

Получив приказ "Ждать", последние с интересом наблюдали за представлением, даже не думая ввязываться в сражение и рисковать жизнями.

— Чего встали?! Вы солдаты или кто?! Атакуйте демона, идиоты!!

В пол уха слушая разъярённые вопли эльфийки, Набуо зашёлся в судорожном кашле и сплюнул на дорогу сгусток крови вместе с осколком зуба.

Засопев от праведной ярости, храбрый посланник с рыком оттолкнулся от земли и уже хотел броситься к противнику, как вдруг, повалился на колени от резкого головокружения.

Почувствовав странное неудобство в районе переносицы, герой осторожно прикоснулся к лицу и с изумлением обнаружил, что его нос был полностью выломан в сторону.

Задрожав от шока, Набуо через силу поднялся на ноги и не обращая внимания на приближавшегося рыцаря, доковылял до упавшего оружия.

Схватив меч, подросток крепко прижал клинок к правому боку и направил острие точно на демона.

— Набуо-доно, достаточно! Остановитесь!

Между тем, Брутал окинул своего соперника безразличным взглядом и начал заранее подбирать новую жертву для развлечений, так же периодически поглядывая на Чешую с каким-то странным любопытством.

— Хр... Хра... Хр-р-ра-а-А-А-А!!

Не выдержав столь надменного поведения врага, герой грубо отпихнул Радера и с диким рёвом понёсся к юноше, удерживая меч на манер копья.

В ту же секунду клинок Набуо начал покрываться тонким слоем голубоватого тумана, создававшего ощущение, будто лезвие окутывало полупрозрачное марево.

Наконец, посланник вновь подбежал к демону и внезапно, затараторил.

— Ухдар-р бескхонечной остхроты...

Слегка пригнувшись к дороге, герой вдруг отпрыгнул от брусчатки и буквально выстрелил в Брутала колющим ударом меча.

— ... Пр-ронзхающхая...

В свою очередь, юноша вскинул правую руку над головой, немного отклонил корпус влево и шагнул навстречу летевшему сопернику.

— ... Суперскхоростхная...

Пропустив мерцающий клинок в сантиметрах от своей подмышки, Брутал слегка согнул колено, замахнулся поднятым кулаком и...

— СТРЕЛ... ГХПРФ!!

Врезал по лицу Набуо с такой силой, что ноги последнего моментально взметнулись вверх, а череп издал жалобный хруст, ненадолго застыв в воздухе.

Выдохнув небольшое облако алого пара, Брутал до предела напряг мышцы и с тихим рыком надавил на голову подростка.

Тело героя тут же устремилось к поверхности дороги, а сияющий меч со свистом полетел в группу авантюристов.

С оглушительным треском вбив затылок посланника в каменные плиты, и разметав во все стороны осколки разбитой брусчатки, юноша незамедлительно прижал Набуо коленом.

Игнорируя вопли бросившихся к нему людей, Брутал взмахнул рукой и резко обрушил кулак на изувеченное лицо подростка.

Лопнув от чрезмерного давления, губа героя мгновенно окропила предплечье демона брызгами крови.

Тут же рубанув локтем по челюсти Набуо, юноша вышиб из неё треснутый зуб и сразу вскинул свободную руку для следующего удара.

Не проявляя и намёка на эмоции, Брутал безжалостно вминал окровавленную голову посланника в брусчатку, ритмично выбивая из трясущегося тела сдавленные хрипы и слабые стоны.

Однако, в то же время огненные глаза демона постепенно тускнели от неизмеримого уныния... Жуткая скука.

Разрушив часть клейма Великого шамана, Брутал, кроме собственной памяти, вернул и небольшую долю заблокированных способностей.

Но какой в этом толк, если он не мог использовать свою силу, не превращая мясных выблевков в кучу дымящихся испражнений?

Неожиданно, юноша прервал тоскливые размышления и словно по заранее выученной схеме, спрыгнул с Набуо, перекатившись в сторону от подрагивающего организма.

И в ту же секунду, над местом, где только что сидел Брутал, просвистел клинок Радера.

Не достигнув желаемой цели, рыцарь быстро загородил обмякшее тело героя и закричал.

— Эльхиа, оттащи господина! Быстрее!!

Бросив приказ паникующей эльфийке, мужчина дождался, когда та подбежит с лечебными эликсирами и не теряя времени, кинулся на юношу.

Поняв, что дальше тянуть нельзя, солдаты и наёмники так же напали на демона, окружая того со всех сторон.

Однако, Брутал лишь раздражённо дёрнул верхней губой и перевёл взгляд на мрачное пламя, буквально молившее его отдать заветный приказ.

Издав едва слышное хмыканье, юноша решил всё же побаловать крайне неугомонного духа и слегка приподняв руки, просто хлопнул в ладони.

В тот же миг, по всему телу демона пробежалась плотная воздушная рябь, а окружающий огонь разразился ужасающим треском, больше походившим на потусторонний рёв неизвестного монстра.

Наконец, получив от драгоценного хозяина частичную свободу, до фанатичности преданное пламя со всей возможной ненавистью бросилось на опешивших людей с крыш пылающих руин.

Не успели авантюристы и военные отреагировать на внезапно оживший жар, как последний с хищным шипеньем осел на нежную плоть тварей, посягнувших на жизнь его любимого господина.

Жалкая мерзость угрожает повелителю... Превратятся в пищу... Владыка будет доволен... И даже... Похвалит меня?!

Визжа словно резаные свиньи, ещё недавно суровые стражники ползали по земле, с отчаяньем сдирая со своих тел шматы пузырящейся кожи и куски расплавленной брони.

Вспыхнувшим солдатам казалось, будто с них срывали лоскуты скворчащей плоти, насаживая на оголённое мясо сотни извивающихся личинок, пропитанных кислотным соком и усеянных маленькими костяными шипами.

Заливая окружающее пространство кипящей кровью, живые трупы с оглушительными воплями бились головой об камни, отгрызали себе конечности и даже перерезали глотки мечами.

Но сколько бы жертвы не пытались умереть, трудолюбивое пламя выжимало из них всю боль, не упуская и малейшей доли агонии для столь обожаемого хозяина.

И разумеется, огню было совершенно наплевать на любых существ, кроме его возлюбленного повелителя.

Владыка - есть абсолют. Остальное - пища и отбросы.

Тем временем, возвышаясь среди вихрей бушующего жара, Брутал спокойно наблюдал за суматохой наёмников и военных, спасавших более неудачливых соратников.

И хотя с обугленных тел уже сползало горелое мясо, а кости трескались под натиском хищного пламени, мученики продолжали хрипеть от нечеловеческих страданий.

Однако, остальные люди с упорством бросали на бедняг различные ткани или засыпали их всевозможным сором, стараясь потушить стонущих мертвецов.

И лишь сам зачинщик окружающего хаоса едва ли не изнывал от безделья, равнодушно посматривая на агонизирующих солдат.

Брутал настолько привык к подобным сценам, что впервые за всё время, проведённое в этом ненормальном пространстве, даже испытал настоящее расслабление.

Данный мир был чересчур дружелюбным, безопасным и умиротворённым для существа, рождённого войной и для войны.

Внезапно, юноша перестал задумчиво пялиться на умирающих людей и схватив с земли им же брошенный меч, провернулся всем телом, одновременно замахнувшись клинком.

В ту же секунду в воздухе разразился металлический звон, а на расколотую брусчатку осыпались рыжие искры, сорвавшиеся от столкновения двух лезвий.

Моментально отскочив в стороны друг от друга, Брутал и Радер встретились взглядами и без лишних слов приняли боевые стойки.

Слегка пригнув спину, рыцарь выставил перед собой запястье, облачённое в плотный металлический наруч, второй ладонью удерживая изогнутый и довольно узкий клинок немного выше бедра.

К некоторому удивлению Радера, его противник практически не поменял беззаботную позу и казалось, даже не думал отвлекаться от глубоких размышлений, поглядывая на соперника скорее ради приличия.

Не став тратить время на лишние домыслы, мужчина резко оттолкнулся от земли и в два рывка подскочил к демону.

Тотчас вскинув правую руку, рыцарь мгновенно рубанул по юноше диагональным ударом.

Невозмутимо взмахнув собственным лезвием, Брутал отразил выпад Радера и тут же отбросил вверх оружие последнего.

Временно выбив врага из стойки, юноша шагнул вперёд и быстро резанул мечом по шее противника.

Цокнув от недовольства, рыцарь спешно подставил укреплённый наруч под атаку и с глухим звоном отклонил клинок соперника.

Без промедления подняв правую руку, мужчина попытался повторить неудавшийся приём.

Но в ответ Брутал лишь ещё немного сблизился с Радером и коротко размахнувшись кулаком, врезал тому по лицу.

Провернувшись вокруг собственной оси, рыцарь сразу же разорвал дистанцию с юношей и незамедлительно принял защитную стойку.

Однако, мужчина с удивлением заметил, что демон и не собирается атаковать, уставившись на него скучающим взглядом и будто бы говоря: "Давай ты убьёшь себя камнем?"

Почувствовав лёгкий укол гордости, Радер стёр кровь с разбитой губы и ухмыльнувшись, сорвался с места.

Одним скачком приблизившись к Бруталу, рыцарь совершил простейший горизонтальный выпад мечом, направив острие к груди демона.

Но когда лезвие уже почти достигло цели, Радер вдруг изогнул кисть, и резко опустил клинок вниз.

В то же время, сдвинув левую ногу с траектории удара, юноша от нечего делать начал бесстрастно осматривать приближавшийся меч, оценивая качество оружия.

Избежав лезвия врага, Брутал так же для приличия взмахнул клинком, будто бы намереваясь отрубить рыцарю голову.

Без проблем отбив столь банальный удар наручем, Радер воодушевился неудобной позицией соперника и молниеносно полоснул мечом по горлу демона.

Слегка пригнув колени и отклонив корпус назад, юноша пропустил острие клинка вблизи от своей шеи и задумался о том, почему единственный любопытный куль плоти идёт сюда так долго?

Сейчас Бруталу приходилось максимально сдерживать себя, пренебрегая правилом о недооценивании врагов, ведь он не хотел снова оборвать хоть какое-то развлечение.

А если бы ему не потребовалось восстановить силу, затраченную на разрушение клейма и сохранение физической оболочки, юноша уже ушёл бы из этого унылого места.

Однако, пока Ка'Ра собирала энергию, Бруталу не оставалось ничего иного, кроме как забавляться играми с мясными недоносками.

И пока демон предавался тоскливым размышлениям, рефлекторно уклоняясь от любых атак, рыцарь со всем усердием теснил своего противника.

Но сколько бы Радер не размахивал мечом, его не покидало ощущение, будто что-то идёт не так.

Мужчине казалось, словно он сражается с самим собой, ведь за пару минут боя, ему не удалось даже поцарапать юношу!

Не имея другого выхода, рыцарь стиснул зубы и вновь набросился на демона, пытаясь хоть как-то вывести того из равновесия.

В который раз со звоном заблокировав вражеское лезвие, Брутал внезапно почувствовал угрозу и краем глаза заметил слабый металлический блеск.

С силой оттолкнув меч Радера, и временно выбив последнего из опоры, юноша тут же прокрутился на сто восемьдесят градусов и схватил за рукоятку летевший в него нож.

Завершив пируэт, Брутал плавно развернулся к мужчине и с пронзительным скрежетом отклонил клинок рыцаря новым кинжалом.

Не давая Радеру опомниться, юноша резко схватил того за шиворот и потянул на себя.

Невольно фыркнув от столь варварского приёма, мужчина сразу попытался ударить демона кулаком, но тот неожиданно отпустил его, лишь поменявшись позициями.

И в этот момент рыцарь понял, что им воспользовались в качестве преграды от дальних атак.

Однако, не успел Радер и шевельнуться, как ему пришлось обороняться от вражеского удара.

С трудом отпарировав выпад юноши, мужчина с удивлением обнаружил, что противник в разы усилил натиск своих атак.

Тут же попытавшись разорвать дистанцию, рыцарь наотмашь рубанул мечом перед собой, но демон не позволил ему отступить.

С противным дребезгом скрестив мечи с Радером, Брутал резко взметнул оба клинка над головой.

Потеряв равновесие, мужчина издал недовольный рык и торопливо выставил запястье для блока.

Однако, юноша просто поднял ногу и с размаху врезал пяткой в живот рыцаря, не обратив внимание даже на пластинчатый доспех последнего.

— Бхоэ!!

Едва не выплюнув желудок от удара нечеловеческой силы, Радер моментально согнулся пополам и отлетел на несколько метров в сторону.

С шумом повалившись на брусчатку и сбив одного из паникующих солдат, мужчина кое-как остановился и тут же попытался встать, но внезапно, до его слуха донеслось громогласное...

— КР-Р-РА-А-А-А-А!!

На ходу занося меч над головой, наспех приведённый в сознание герой, нёсся вперёд, словно разъярённый боров.

Улучив подходящий момент, рыцарь пересилил боль и кинулся в атаку на демона.

В тот же момент, откуда-то со стороны к юноше сорвался Тэр, удерживая в обеих руках по ножу.

Мельком взглянув на каждого из противников, Брутал повёл плечами и спокойно дождался первого удара.

Быстрее всех приблизившись к демону, Радер без промедления резанул клинком по горлу юноши.

Однако, Брутал мгновенно заблокировал его лезвие кинжалом и одновременно взмахнул второй рукой, по касательной столкнув свой меч с оружием Набуо.

И когда Тэр уже почти пронзил спину демона прямым выпадом ножа, сверху на него обрушился клинок ревущего героя, который лишь чудом не отрубил ему ладонь.

Не желая терять столь хорошей возможности для победы над врагом, Радер резко поднял ногу и повторяя движения юноши, попытался пнуть того в живот.

Но Брутал незамедлительно прижал к груди согнутую руку и немного отклонив корпус, принял мощный удар ботинком.

Отлетев в сторону и закрутившись от полученного импульса, юноша не растерялся и с разворота врезал локтем по многострадальному лицу Набуо.

Едва восстановив баланс после неудачного нападения, темноволосый герой моментально отправился в уже четвёртый за день полёт, заодно чуть не сбив с ног Тэра.

Громко выругавшись, авантюрист кое-как уклонился от вопящего тела и незамедлительно попытался вернуть твёрдую опору.

Однако, закончив импровизированный пируэт, Брутал тут же метнул в наёмника меч и без промедления бросился к упавшему герою, проигнорировав Радера, уже бежавшего вдогонку.

В последний момент среагировав на летевший в него кусок металла, Тэр с трудом успел отогнуть голову, тем самым избежав смерти.

Но просвистевший клинок высек на лице авантюриста глубокий разрез, распоров кожу наёмника от подбородка до виска.

Взревев от резкой боли и потока хлынувшей крови, Тэр выпал из боя, в то время, как Брутал уже приблизился к Набуо.

Так и не оправившись от сильнейшего удара, чуть не выбившего ему челюсть, герой стоял на четвереньках, сплёвывая на дорогу очередной расколотый зуб.

И естественно, молодой посланник не заметил, что в его спину вот-вот вонзится кинжал.

— Господин!!

С отчаянным криком влетев в тело Набуо, Радер буквально снёс того в сторону, в спешке даже выронив собственный меч.

Мгновенно воспользовавшись ситуацией, Брутал грубо врезал коленом в подбородок рыцаря и тут же прижал последнего к земле, приставив лезвие к горлу оглушённого соперника.

Издав сиплый стон, мужчина вяло протянул руки к небу, рефлекторно пытаясь спихнуть с себя врага.

Однако, Брутал без малейших колебаний вдавил клинок в шею Радера и грубым рывком перерезал тому глотку, залив своё тело брызгами крови.

Не обращая внимания на предсмертные судороги рыцаря, юноша быстро перехватил нож и с коротким размахом пробил мужчине висок.

С мерзким хрустом провернув лезвие в черепе Радера, Брутал изрубил мозг агонизирующего рыцаря и выдернул кинжал из его головы, вызвав усиленный напор красно-розовой жижи.

Напоследок, взглянув в угасающие глаза противника, юноша отбросил мёртвое тело на грязную брусчатку и поднялся на ноги, тут же приготовившись к дальнейшему сражению.

Тем временем, немного придя в себя, Набуо, пошатываясь, восстановил вертикальное положение и посмотрел на Брутала мутноватым взором.

И тут, герой заметил, что перед демоном, в луже собственной крови валялось безвольное, но до боли знакомое тело.

Моментально побледнев от осознания произошедшего, подросток трясущимися ладонями сжал рукоятку меча и тихо промямлил.

— Р... Ра... Дер...?

Невольно отступив на шаг назад, юный посланник поднёс дрожащую руку к лицу и начал задыхаться от шока.

— Р-ра... Рахд-дер... А... Ах... А... Н-нехт...

Между тем, юноша пронзил Набуо угрюмым взглядом и тихо фыркнув, проскоблил ногтем по окровавленному лезвию кинжала.

Лучше бы он сразу уничтожил весь этот жалкий сброд и продолжил избивать скулящий кусок плоти, ожидая появления относительно приемлемого врага.

Бруталу осточертело возиться с каким-то ничтожным мусором, распускавшим нюни прямо во время битвы.

Нытьё - удел рабов. Жизнь не терпит слабости, а боль дарует могущество лишь сильнейшим.

Сражайся, либо сдохни.

Не желая и дальше смотреть на то, как рыдающий отброс глотает сопли и трясётся от ужаса, юноша пошёл на отчаянный шаг в бою с собственной скукой.

Подцепив с земли увесистый булыжник, Брутал немного размахнулся и...

— Р-рахдер... Н-не... У... Ар-ркх!!

Словив в голову кусок брусчатки, бледный герой с шипеньем ухватился за кровоточащий лоб и уставился на виновника трагедии безумным взором.

Но взгляду посланника в очередной раз предстала непоколебимая фигура демона, возвышавшегося среди толп паникующих солдат и наёмников, словно владыка преисподней, наблюдавший за грешными душами.

И несмотря на множество продолжительных стычек с разнообразными врагами, Брутал выглядел так, будто всё это время лепил песочные комочки, попутно тыкая палкой в пылающий труп.

Впервые в жизни испытав прилив настолько яркой ненависти, Набуо до хруста в ладонях сжал рукоятку клинка и буквально прорычал.

— Твар-рь...

Внезапно, лезвие героя вспыхнуло ослепительным лазурным сиянием, а по всей поверхности меча стали проявляться странные рунические надписи.

Медленно заведя светящийся клинок за спину, герой растянулся в кровожадной ухмылке и вдруг, с огромной силой рванулся к Бруталу.

"Дурак! Спасайся! Зачем ты нападаешь?! О, всехвостая Кссаа!!"

С ужасом наблюдая за действиями разъярённого героя, насквозь пропотевшая ламия боролась с жуткой головной болью, раз за разом высвобождая невидимую энергию.

Шиасса отчаянно пыталась сломить сопротивление ошейника, руны которого мерцали и вздрагивали от упорного давления со стороны пленницы.

— Сюда! Подхватывай!!

Неожиданно, девушка почувствовала, как её схватили за плечи и тут же бесцеремонно поволокли в неизвестном направлении.

И пока кто-то грубо тащил ламию сквозь завесы смоляного марева и бушующие вихри алого пламени, она невольно следила за окружающим хаосом.

Среди руин обрушенных домов, спотыкаясь о камни и дымящиеся доски, взъерошенная эльфийка в панике убегала от волн свирепого жара.

А где-то в стороне, командир военных с пронзительным воплем отрубал собственную руку, останавливая распространение плотоядного огня по своему телу.

И в придачу к общей неразберихе, мимо ревущих очагов инфернального пламени носились солдаты и наёмники, непременно отдавливая хвост обездвиженной ламии.

Но наконец, изнурённую девушку донесли до выгоревших развалин некогда обширного здания и просто бросили на опалённую землю.

Испустив болезненное шипение, Шиасса тут же заволновалась, что её потуги к освобождению раскроются.

Однако, двое авантюристов, с ног до головы вымазанных в саже и засохшей крови даже не взглянули на ламию, надрывно перекрикивая друг друга.

— Чё тормозишь?! Ебём отсюда!!

— Да куда ты прёшь, мудень?! Всё вокруг пылает, как сушёное говно!

— Ну и хуле теперь?!

— А мне откуда знать?! Радуйся, что ещё не сдох!

— Тогда, нахер мы пёрли это?!

Кое-как отдышавшись, один из наёмников окинул Шиассу холодным взглядом и проговорил.

— Это ведь ламия! Их щас днём с огнём не сыщешь!

— Т-то есть...

— Ну! Слупим её за полцены и отхватим себе пару лет безбедной жизни! Надо только перебздеть пожарище и...

— Дать по съёбам!

— Тише ты!

В пол уха слушая порывистые рассуждения авантюристов о продаже её чешуи первому попавшемуся алхимику, Шиасса едва заметно шелохнулась, быстро перевернувшись на бок.

Спустя почти целый час непрерывного сражения с магическим артефактом, девушка, в конце концов, смогла немного ослабить его давление на собственную волю.

И пускай, она способна совершить лишь короткие телодвижения, это уже говорило о том, что ошейник начинает выходить из строя!

Главное, снова не потерять сознание, иначе, всё пойдёт насмарку...

С некоторыми трудностями осмотрев ближайшую местность из неудобного положения, ламия обнаружила, что наёмники утащили её примерно на шестьдесят метров от развернувшегося сражения.

Но взирая на один из центральных районов Янскела, девушка лицезрела лишь тлеющие пустыри улиц, да тёмные тучи, нависавшие над всполохами бесконечных взрывов кровавого пламени и далёких воплей агонии.

Большинство окрестных зданий и вовсе превратились в догорающие руины, практически сравнявшись с землёй.

И ко всему прочему, в воздухе стояла тошнотворная вонь горелой плоти, а дыхание сдавливал сильнейший жар, осушавший горло после каждого вздоха.

Шиасса уже начинала сомневаться, не погибла ли она, незаметно попав в змеиный ад, где её душу будут вечно истязать чешуйчатые палачи.

И будто подтверждая данную теорию, в нескольких местах, из-под холмов грязно-коричневого пепла и чёрной сажи выглядывали обугленные кости людей и животных.

Всего за каких-то пару часов Брутал превратил большую часть города в подобие столь привычного и родного ему мира, в котором царил лишь нескончаемый хаос войны.

Задумавшись о произошедшем, ламия вдруг вспомнила, что всякий раз, когда она использовала новоизученную силу, юноша моментально впивался в неё пронизывающим взглядом, сбивая всю концентрацию.

Девушка не могла отделаться от ощущения, будто с их последней встречи Брутал немного изменился... Словно его аура утратила былую ярость, но при этом стала куда более мрачной и гнетущей.

И хотя Шиасса не до конца осознавала происходящее, она понимала - если не успокоить бывшего компаньона, то разрушением Янскела дело не завершится.

Кроме того, несмотря на последние действия Набуо, ламия всё ещё не желала, чтобы этот дурак умер от собственной гордости и наигранного благородства!

В девушке по-прежнему теплилась надежда, исправить героя... Нужно лишь как-то убрать с дороги остроухую шваль и вновь поговорить с ним!

В то же время, пока Шиасса упорно боролась со сдерживающим артефактом и строила далёкие планы, Набуо в который раз подскочил к Бруталу, заливаясь хриплым рёвом.

Проскоблив мечом по изрезанной брусчатке, подросток натужно зарычал и резко взметнул сияющий клинок к небу, попытавшись разрубить демона пополам.

Без особых проблем уклонившись от уже поднадоевшего удара, юноша с небольшим интересом проследил за тем, как из лезвия героя вырвалась лазурная волна энергии.

Вновь завопив от гнева, Набуо ещё сильнее сжал вскинутый меч и без промедления обрушил на соперника волшебный клинок, будто тот был обычным бревном.

Но внезапно, Брутал шагнул навстречу посланнику и отклонившись от просвистевшего оружия, шлёпнул подростка по лицу наружной стороной ладони, после чего быстро вернулся на прежнее место.

Тотчас, на щеке героя вспыхнуло слабое пламя и всего через мгновение потухло, оставив на коже Набуо странный ожог.

Однако, освирепевший посланник даже не обратил на это внимания, снова замахнувшись мерцающим мечом.

Продолжая невозмутимо уворачиваться от атак, Брутал с лёгким любопытством разглядывал потоки магической материи, исходившей из лезвия подростка при каждом его ударе.

Преодолев несколько метров пространства, одна из таких линий энергии в очередной раз выбила из дороги осколки брусчатки.

И хотя, юноша мог бы ещё долго наблюдать за пленительным сиянием вражеского оружия, военные и авантюристы уже начинали собираться в группы, видимо, желая вкусить свою порцию агонии.

Тем временем, Набуо едва ли не брызгал слюной, с упрямством орка размахивая клинком и не замечая ничего, кроме вёрткой фигуры противника.

Посылая во все стороны изогнутые линии синеватого свечения, герой несколько раз даже чуть не убил случайных солдат.

Окончательно ополоумев от усталости, боли и нечеловеческой ловкости демона, подросток вдруг замер на месте, широко расставил ноги и завёл меч за спину.

Взревев, словно раненый медведь, Набуо изо всех сил замахнулся клинком и рубанул лезвием по широкой горизонтальной дуге.

Сразу отскочив от соперника, Брутал дождался, когда вопящий посланник не сможет справиться с импульсом собственного клинка и согнул руку перед грудью, судорожно скрючив пальцы.

В то же мгновение всё предплечье юноши затряслось от напряжения и внезапно, покрылось алым пламенем.

Тотчас, человеческая конечность начала искажаться в худощавую когтистую лапу, объятую плотным слоем хищного огня.

И не успела лазурная волна энергии долететь до Брутала, как тот взмахнул преображённой рукой, словно собираясь ударить по земле невидимым хлыстом.

Неожиданно, по округе прокатился раскатистый металлический лязг, а из ладони демона вместе с бушующими языками жара вырвалась массивная шипастая цепь.

Врезавшись в поток волшебного сияния, огненная плеть с оглушительным звоном разбила магию героя и тут же обрушилась на брусчатку, с грохотом запустив в Набуо россыпь дымящегося щебня.

Извиваясь, словно разумное щупальце, пылающий кнут выскабливал из булыжников снопы белых искр, приковывая к себе всё внимание опешившего посланника.

Не дожидаясь, пока подросток выйдет из ступора, Брутал быстро дёрнул рукой, заставив раскалённую цепь со скрежетом и вихрем пламени взметнуться над дорогой.

Опомнившись от наваждения, Набуо сразу же попытался закрыться мечом, но инфернальный хлыст с дребезгом искривился прямо в полёте и врезался в колени героя, мгновенно сметя того с ног.

— Н-нет!! Ст... Хках!

Крепко стиснув уродливую лапу, Брутал за долю секунды оплёл железной плетью обе голени упавшего посланника и вдруг, резко потянул того на себя.

— А... Ах?!

И едва подросток выдавил из себя сиплый вопль, как его тело оторвалось от земли, буквально вытянувшись в струну от силы натяжения.

Ухватившись за пылающий хлыст двумя руками, демон выдохнул уже привычное облако красного пара и напряжённо провернулся всем корпусом, утягивая за собой ошеломлённого героя.

Выпучив глаза от изумления, Набуо с ужасом наблюдал за стремительно приближавшейся поверхностью дороги.

Наконец, Брутал с оглушительным треском каменных плит вбил подростка в брусчатку, с шумом разметав по округе строительные обломки и крупные брызги крови.

Не теряя времени понапрасну, юноша вновь подкинул стонущего посланника в воздух.

Бултыхаясь, словно раненый червь, изувеченный герой со сдавленным воплем врезался в землю, тут же услышав, как жалобно хрустнула каждая кость его позвоночника.

Сохраняя невозмутимое выражение лица, Брутал ритмично поднимал Набуо в воздух, уже через мгновение вминая того в россыпь булыжников или остатки брусчатки.

Отважный посланник, будто тряпичная кукла, с грохотом бился о каменные плиты, раскидывая во все стороны осколки зубов и шматки содранной кожи.

А не будь у подростка выносливости призванного героя, его жизнь оборвалась бы сразу после первого столкновения с выжженной почвой.

Внезапно, в очередной раз вмявшись головой в брусчатку, Набуо обильно сблевал кровью, из-за чего в следующем полёте одарил окружающую почву месивом из переваренной пищи и мерзкой розовой жижи.

В тот же момент Брутал перестал колошматить посланника об землю, начав неспешно раскручивать того вокруг себя.

Сбивая куски стен и сметая изувеченной тушкой всех мертвецов, валявшихся поблизости, едва живой подросток беспрестанно оглашал улицу треском сломанных костей.

И вот, когда безвольное тело героя достигло нужной скорости, юноша быстро развеял огненную цепь.

Воспарив в небеса словно уродливая, но несомненно, свободная птица, Набуо отлетел от земли на добрых десять метров в высоту.

— Н... Набуо-са... Н-набуо!! НЕТ!!

Тотчас, где-то в стороне раздался женский визг, переполненный искренним ужасом и отчаяньем, а после, из-за обширной кучи чадящего мусора выскочила вопящая эльфийка.

Позабыв про любую опасность, девушка, будто обезумевший зверь бросилась в сторону порхающего подростка, без зазрения совести снося попадавшихся на пути солдат и наёмников в очаги тёмного пламени.

Между тем, герой, пролетев довольно внушительное расстояние, с диким шумом обрушил стену выгоревшего дома и ввалился внутрь хлипких развалин.

Брутал знал, что писклявый куль мяса не должен умереть от подобных повреждений, ведь он и не собирался убивать это ничтожество.

Существо нагло бросило ему вызов и даже высмеяло его боевые навыки, фактически, унизив.

А за подобные грехи, юноша вполне мог удостоить врага казнью Боли.

И теперь, даже если жертва попытается сбежать, он найдёт её, в какую бы нору та не зарылась. И дарует заслуженную агонию.

Но это случится позднее. А сейчас, Брутал резко провернулся вокруг своей оси, дабы встретить "неожиданную" атаку ещё одного настырного отброса.

Шипя от жгучей рези в щеке и прикрывая залитый кровью глаз, Тэр хотел незаметно пробить затылок демона кинжалом.

Однако, обнаружив, что нападение было раскрыто, авантюрист не растерялся и тут же взмахнул ножом, метясь в глазницы юноши.

Быстро отклонив туловище, Брутал уже рутинно пропустил вражеское лезвие мимо своего лица и шагнул навстречу наёмнику.

— С-сука...

Сразу же замахнувшись второй рукой, Тэр попытался вонзить кинжал в бок демона, но последний вдруг отогнул голову и врезал лбом по носу авантюриста.

Закряхтев от боли, наёмник неосознанно закрыл уцелевший глаз, ненадолго потеряв ориентацию в пространстве.

Моментально схватив пошатнувшегося врага за плечо, Брутал без промедления ударил пяткой в колено мужчины.

И в ту же секунду, нога авантюриста с гулким хрустом переломилась пополам, вывернувшись в неестественном положении под весом собственного хозяина.

— КХА-А-А-А!!

Взвыв на всю округу, Тэр рефлекторно облокотился на демона, но всего через мгновение почувствовал, что на его лицо опустилась чья-то ладонь, а тело окутала пугающая лёгкость.

Грубо надавив на голову противника, Брутал опрокинул наёмника с ног и рывком вмял затылок мужчины в брусчатку.

Но не успел авантюрист потерять сознание, как юноша уже вступил в бой со стражником, напавшим на него из-за спины поверженного врага.

Отскочив на шаг назад, Брутал вдруг стал разворачиваться, одновременно сгибая правую руку на уровне головы.

И внезапно, всего в нескольких сантиметрах от рёбер юноши пронёсся наконечник копья, чуть не пробив его насквозь.

Увернувшись от скрытного выпада, Брутал завершил короткий пируэт и с размаху врезал локтем по лицу второго солдата.

— Кхр-пх!!

Мгновенно схватившись за древко вражеского оружия, юноша выдернул копьё из ослабевшей хватки стражника и тут же бросился вперёд.

Пригнувшись к пике, Брутал пропустил лезвие меча над своей головой и молниеносно взмахнул копьём.

— Н-не... Ак! Х-ха...

Всадив металлический наконечник в глазницу первого солдата, демон насквозь пронзил мозг бедняги, после чего со смачным хлопком выдернул из черепа копьё вместе с нанизанным на него глазом.

Сразу отступив назад, юноша слегка опустил окровавленное острие к земле, вытянул руки и...

— Бхраг!!

Резко вбил древко пики в подбородок военного, едва оправившегося от недавнего удара локтем.

И пока побледневший стражник с сиплым стоном падал на землю, Брутал быстро перехватил новоприобретённое оружие, выставив то перед головой.

Тотчас, в середину копья с приглушённым звоном врезалось лезвие третьего бойца, моментально застряв в плотной древесине.

Незамедлительно повернувшись к военному и не давая ему выдернуть клинок, юноша поднял ногу и врезал ей по животу солдата.

— Кха...

Лишь благодаря хорошей броне, мужчина отделался от мощнейшего пинка только острой болью, утратой оружия и непродолжительным полётом.

Но стоило стражнику свалиться на дорогу, как в его шею с тихим хрустом вонзилось копьё, мгновенно пригвоздив ошеломлённого бойца к земле.

И пока военный хрипел в предсмертной агонии, извиваясь в куче грязи и пепла, юноша небрежно отбросил чужой меч и уставился на группу подступающих противников.

Всё хуже сдерживая гнев разочарования, Брутал презрительно дёрнул губой и без малейших сомнений выступил навстречу отряду из не менее, чем десяти солдат.

Ему до омерзения надоело ковыряться в толпах убогих выродков, которые не способны пережить даже обычные удары.

А от самого простейшего колдовства мясные мешки и вовсе начинали беспомощно носиться по округе, превращаясь в скворчащие комки фекалий... Брутал жаждал настоящего сражения!

С оторванными конечностями, сломанными костями и начисто выпотрошенными внутренностями, истекая кровью, сквозь порывы безумных мучений ползти к полному сил врагу, лишь для того, чтобы клыками разорвать его жалкую плоть!

Испепелить ревущую душу и отринув смерть, сожрать вожделенную агонию непобедимого соперника... Что может быть лучше?

Но где... Где она, забытая сладость боя... Где миллионные армии?! Где достойные враги?! Где полчища неистовых тварей?! Почему он возится с какими-то нечистотами?!

*Внимание! Ваш организм переполнен неизвестной энергией! Высока вероятность разрушения телесной оболочки!*

*Внимание! Второй ограничитель Клейма Зверя крайне нестабилен! Возможны вспышки ярости, непроизвольные выбросы магической силы и смерть*

#Прикреплённое сообщение из внешних сетей системы Шаблониума: "Как тебе на вкус такая удача, а, геройчик? =D"#

Резко застыв на месте, Брутал вдруг взглянул на своё плечо и увидел, что татуировка в виде изогнутой улыбки со множеством заострённых зубов впервые за долгое время проявилась на коже.

Более того, рисунок испускал слабые пульсации, словно пытаясь запустить какой-то странный механизм.

Однако, юноша никак не отреагировал на магические волнения, ведь если та мелкая погань думала обдурить его своим смехотворным контрактом клятвы и подчинения, то она сильно просчиталась с целью.

К тому же, как выяснилось, за половину жизни в родном мире Брутал так и не углядел куда более хитрого и опасного врага. Предателя... И наставника.

А раз жертвенное клеймо пяти владык всё ещё сковывало его душу, значит, Великий Шаман жив. И рано или поздно, он явится сюда, чтобы закончить начатое.

И тогда, каждое существо в этом никчёмном мире познает истинный лик бесконечной агонии!

Буквально источая звериную жестокость, юноша и сам не заметил, как перестал ограничивать собственную ауру, угнетая окружающее пространство волнами демонической скверны.

В то же время, ощущая едва ли не осязаемые волны нечеловеческой ярости, военные быстро растеряли всякое желание сражаться с чудовищем, которое одним лишь присутствием вызывало в них дрожь.

Интуиция, будто заведённая вопила стражникам: "Пока не поздно, перережь себе глотку или убейся об стену!"

И всё же, кое-как переборов бушующий страх, солдаты начали с осторожностью окружать демона, выискивая лучший момент для атаки.

Но наконец, достаточно приблизившись к небольшой группе бойцов, Брутал резко взмахнул обеими руками.

И тотчас, ладони юноши преобразились в уже знакомые когтистые лапы, из которых с раскатистым звоном низверглись полыхающие цепи.

Опешив от удивления, военные даже толком не успели отреагировать, когда демон склонился вперёд и рывком вскинул массивные хлысты.

С грохотом проскоблив по расколотой брусчатке, огненные плети высекли из последней объёмные снопы алых искр и тут же взвились в воздух.

Разразившись оглушительным дребезгом, шипастые кнуты одним попаданием раскроили головы сразу двух стражников, осыпав позади стоящих солдат осколками развороченных костей и ошмётками мозга.

Оторопело проследив за тем, как трупы их сослуживцев, покачнувшись, упали на землю, залив последнюю потоками крови и полужидкой массы, вывалившейся из располовиненных черепов, военные, не сговариваясь, попятились назад.

Бойцы прекрасно понимали, что им нечего противопоставить неизвестной магии, даже если они навалятся всей толпой.

Между тем, выпустив небольшое облако алого пара, Брутал вдруг сорвался к следующим жертвам, на бегу наматывая инфернальные цепи на собственные предплечья.

За пару скачков оказавшись рядом с остолбеневшим солдатом, юноша тут же заблокировал его клинок замотанной рукой и моментально взмахнул свободной конечностью, резко вбив её в живот стражника.

В тот же миг по всей округе разлетелся глухой металлический звон, а за ним и мучительный вопль.

Пробив дыру в железной броне, Брутал незамедлительно выжег кожу и часть внутренностей мужчины, остановившись лишь у позвоночника визжащего бойца.

Не обращая внимания на дымящееся мясо и выпадающие органы, демон схватил солдата за опалённый хребет и спокойно поднял того над землёй, сразу отведя ладонь для нового удара.

И едва остальные военные кинулись на помощь соратнику, как юноша взрезал по груди трясущегося стражника.

С треском проломив доспехи и рёбра агонизирующего воина, Брутал вцепился в пульсирующую плоть и быстро вырвал её из тела мужчины.

Грубо отбросив изуродованный труп военного в его же сослуживцев, юноша на глазах у ошеломлённых солдат, с жадным чавканьем вгрызся в кровоточащее сердце павшего врага.

Пожирая куски тёплого мяса, и обливаясь алой жидкостью, демон медленно направил угрюмый взгляд на побледневших стражников.

Мгновенно покрывшись испариной от ужаса, военные рефлекторно выставили оружие, дабы создать хоть какую-то иллюзию защиты.

Однако, уже через несколько секунд Брутал полностью поглотил сердце врага и не стирая с подбородка капающей крови, неспешно побрёл к оставшимся бойцам.

Боясь даже приблизиться к демону, солдаты на подрагивающих ногах стали отступать к очагам плотоядного жара.

И когда отчаявшиеся воины практически смирились со смертью и были готовы кинуться в свою последнюю битву с адским отродьем, юноша, неожиданно, замер на месте и слегка нахмурился.

Внезапно, Брутал резко пригнулся к земле и изо всех сил отпрыгнул в сторону от паникующих стражников, прикрыв лицо и голову скрещенными предплечьями.

В ту же секунду, на брусчатку, где ещё недавно находился демон, с громоподобным взрывом врезался неизвестный предмет.

Раскидав по округе огромное количество каменных обломков и подняв плотную завесу из сажи и пыли, массивный снаряд создал неглубокий кратер, достигавший целого метра в диаметре.

Окончательно выпав из реальности, ошеломлённые солдаты осторожно взглянули на непонятное явление, чуть не убившее их ударной волной и градом щебня.

Тем временем, получив несколько ушибов и ссадин от вылетевших булыжников, Брутал так же воззрился на причину волнений.

— Э-это же... П-принадлежит г... Господину...

Вздрогнув от удивления, военные недоверчиво воззрились на короткий, но крайне тяжёлый молот, погрузившийся в разбитую дорогу почти по рукоятку.

В свою очередь, мельком оценив металлическое орудие смерти, обрамлённое тускло мерцающими рунами, юноша уставился за спины изумлённых бойцов и вдруг, удовлетворённо хмыкнул... Наконец-то. Он здесь.

— ПИЗДУЙТЕ ОТТУДА, ЕБЛАНЫ!!

Неожиданно, по всему кварталу разразился настолько громкий и яростный рёв, что ещё недавно стушевавшиеся стражники, затряслись, словно осиновые листья, осознав, кто именно прибыл на поле боя.

— Я, блять, плохо выразился?! УЁБЫВАЙТЕ!!

Даже не оглядываясь на командующего, перепуганные солдаты похватали раненых соратников и беспрекословно понеслись в направлении жуткого ора.

Напрочь позабыв о демоне, бледные, как мел воины с максимально возможной скоростью бежали прямо по трупам и горам обломков, огибая лишь тёмно-алое пламя, постоянно тянувшееся к их телам.

— Стрелки - по флангам!! Чароёбы - в тыл!! ДВИ-ГАЙ-ТЕ ЖОПАМИ!!

И пока несколько десятков новоприбывших стражников, магов и арбалетчиков спешно занимали позиции под рыки старшего рыцаря, Брутал спокойно сотворил на кончике пальца небольшой огонёк.

Не обращая никакого внимания на общую суету, юноша начал беззаботно прижигать множественные порезы и царапины, оставшиеся на его теле за время последних боёв.

Ка'Ра практически завершила ритуальную жатву в цитадели мясных мешков, собрав приблизительно достаточное количество эссенции боли.

Теперь, Бруталу нужно лишь дождаться, когда поглощённая сила усвоится новой оболочкой и тогда, он сможет приступить к следующей стадии освобождения.

Но прежде, чем это случится, юноша желал, наконец, сразиться с противником, способным убить его нынешнее тело.

Наконец, все подчинённые старшего рыцаря распределились по заданным позициям и замерли в ожидании приказов.

В то же время, сам Дорг внимательно оглядел место недавнего сражения и неторопливо выдвинулся к своему молоту.

Размеренно ступая по выжженной земле, мужчина изредка посматривал на обугленных мумий, разбросанных почти на каждом метре улицы.

Вокруг некоторых из таких трупов даже можно было увидеть остатки расплавленной брони, выдаваемой большинству стражников Янскела.

Ненадолго задержав взгляд на странном пламени, без остановки пожиравшем трупы солдат, рыцарь перевёл внимание на демона и вдруг вскинул правую руку, закричав.

— Бойцам - оцепить местность! Близко к вражине не лезть!

Раздав короткие приказы, мужчина махнул ладонью, после чего все военные, кроме магов и стрелков тут же кинулись окружать разрушенную площадь.

Между тем, Дорг молча добрался до застрявшего молота и тихо хмыкнув, ухватился за рукоятку массивного орудия.

Одним рывком выдернув из расколотой брусчатки кусок металла, способный намертво придавить обычного солдата к земле, рыцарь спокойно закинул увесистый молот себе на плечо.

Размяв затёкшую шею, мужчина почесал короткую бороду и вновь хмуро уставился на демона, стоявшего неподалёку.

Ростом в два с половиной метра, обтянутый буграми мышц, выпиравшими даже из-под тяжёлой шерстяной брони, обшитой прочными железными пластинами, Дорг смотрелся настоящим великаном на фоне юноши.

Хотя Брутал и обладал нечеловеческими способностями, внешне он оставался обычным пятнадцати-шестнадцатилетним парнем с довольно худощавым телосложением и слегка осунувшимся лицом.

А если бы всю кожу героя не усеивало огромное количество жутких шрамов, ситуация и вовсе выглядела бы так, словно рыцарь собирался убить обычного подростка.

— Чароёбам и стрелкам - хреначить по приказу!

Бросив подчинённым краткий указ, рыцарь уверенно воззрился на своего врага и обратился к тому беззаботным тоном.

— Давненько я не махался с демонами... Где ж ваша братия ебалась аж пятнадцать лет? И почему меня не позвали? Я ведь так скучал! Уах-ха-ха-ха!!

Не особенно рассчитывая на ответ, Дорг начал хохотать, словно умалишённый, зачем-то похлопывая себя по груди.

Но внезапно, Брутал разомкнул губы, изрезанные старыми ранениями и в ту же секунду округу огласил мерзкий шум, отдалённо напоминавший смесь гортанного рыка и прерывистого хрипа.

А всего через пару мгновений юноша вновь замолчал, ввергнув улицу в могильную тишину, посреди которой даже горячий воздух отдавал мёртвой прохладой.

Едва заметно побледнев, старший рыцарь сморщился в отвращении и приглушённо скрипнул зубами, после чего медленно повёл челюстью и задумчиво промолвил.

— Гхрм... Знакомая гадость... Проклятие? Неужто, ты черножопник? Ну или как там вас правильно кличут...

Снова стукнув ладонью по груди, Дорг удивлённо воскликнул.

— Однако ж! Я уже, как лет тридцать колдунов не видел, с того мочилова под Изумрудными лесами... Ах-г, сраная ностальгия!

Растянувшись в зверином оскале, старший рыцарь внезапно перехватил массивный молот обеими руками и прорычал.

— Всё!! Заебало! Даруй мне бой, пиздёнышь!!

Заорав с такой силой, что даже руины сгоревших домов содрогнулись от вибраций, мужчина, будто многотонный боевой таран помчался к демону, каждым своим шагом сотрясая окружающую землю.

Тем временем, порядком заскучав от бессмысленной болтовни, Брутал незамедлительно бросился навстречу рыцарю переростку.

На бегу пнув рукоятку меча, лежавшего у трупа одного из солдат, юноша быстро подкинул клинок в воздух и сразу схватил его ладонью.

Тут же замахнувшись новоприобретённым оружием, герой сходу метнул лезвие в приближающегося врага.

— Пфех...

Мгновенно сместившись в сторону, Дорг без особых проблем увернулся от пролетевшего клинка и тотчас завопил.

— Вa-a-a-aгх!!

С разбегу оттолкнувшись от земли, рыцарь неожиданно взметнул свою тушу в воздух и зарычав будто разъярённый тролль, поднял увесистый молот над головой.

Почувствовав неладное, Брутал резко затормозил и пригнувшись к дороге, изо всех сил отпрыгнул назад, пытаясь максимально разорвать дистанцию с ревущим исполином.

Однако, несмотря на прыткость юноши, стоило тяжелейшему молоту врезаться в брусчатку, как окружающее пространство буквально разорвалось волной сжатого воздуха.

В один миг, из-под орудия Дорга низверглась огромная масса булыжников и обломков каменных плит, с раскатистым грохотом разлетевшихся во всех направлениях, словно пушечные ядра.

В конце концов, взрывная энергия столкнулась и с Бруталом, моментально сметя того с ног и подкинув к небосводу, как плюшевую игрушку.

— МОЧИ-И-И!!

Внезапно, по всему кварталу пронёсся громоподобный крик старшего рыцаря, заставивший вздрогнуть даже людей, находившихся далеко от места сражения.

И в ту же секунду из-за спины Дорга с множественными хлопками выстрелили потоки водных заклинаний, вслед за которыми к парящему демону устремились десятки арбалетных стрел.

Между тем, оказавшись в нескольких метрах от земли, Брутал вдруг выдохнул плотное облако кровавого пара и сразу же услышал звонкое сообщение системы.

*Внимание! Предел Боли активирован!*

Неожиданно, магические снаряды, едва не поразившие падающее тело юноши, резко замерли в одной точке, словно столкнувшись с невидимой стеной.

Но уже спустя мгновение, слегка уменьшившись в размерах, жидкие сферы закружились рядом с телом героя и начали блокировать арбалетные болты, со свистом вонзавшиеся в уплотнённую воду.

Безостановочно двигая ярко пылающими зрачками, Брутал быстро приближался к поверхности дороги, за доли секунд отслеживая и перенаправляя вереницы заклинаний и вражеских стрел.

Наконец, когда до брусчатки оставалось всего два метра, юноша молниеносно сгруппировался, и едва коснувшись земли, смягчил падение грубым перекатом.

Ловко оттолкнувшись руками от каменных плиток, герой вновь подскочил в воздух и сделав несколько кульбитов, кувырком встал на ноги.

Однако, в тот же миг, Брутал заметил, что в него с громкими завываниями летит огромный булыжник.

Незамедлительно взмахнув ладонями, юноша запустил три водяных шара в несущегося к нему рыцаря и моментально отпрыгнул в сторону от массивного снаряда.

Не дожидаясь, пока гигантский кусок дороги промчится мимо него, Брутал вскинул руку и плавно вывел в пространстве перед собой какой-то невидимый знак.

Тотчас, все захваченные сгустки жидкости и застрявшие в них стрелы нацелились на отряды солдат и чародеев, после чего, будто по команде выстрелили во врагов.

Смертельным градом обрушившись на военных, плотные сферы с громкими шлепками пробивали черепа стражников, отрывали руки арбалетчиков и выбивали шматы плоти из волшебников, не успевших защититься от собственной магии.

Но кроме заклинаний, в выживших бойцов так же с ужасающей точностью вонзались десятки стрел, пробивая глазницы и колени неудачливых солдат.

Со всех сторон в небо взмывали рваные обрубки тел с торчащими из них рёбрами и лоскутами внутренностей, а на брусчатку вместе с кровавым дождём опадали раздробленные конечности и выбитые органы.

Но не прошло и нескольких секунд, как улицу заполнили отчаянные вопли военных и чародеев, на которых будто из ниоткуда накинулось тёмное пламя, добивая и без того чудом уцелевших людей.

В то же время, Брутал начал падать на спину, сгибая ноги и изо всех сил прижимая подбородок к груди.

И вдруг, в считанных сантиметрах от макушки его черепа с мощнейшими завихрениями воздуха пронёсся увесистый молот, едва не превратив голову героя в алую изморось.

Мгновенно перекатившись через спину, юноша тут же отпрыгнул от земли и мелкими скачками разорвал дистанцию с Доргом.

Быстро вернувшись в боевую стойку, Брутал уставился на своего соперника неподвижным взором.

Однако, обнаружив, что враг не собирается атаковать, юноша сразу перевёл внимание на крайне недовольное пламя, пытавшееся аннигилировать всё живое, мёртвое и просто существующее в радиусе нескольких километров.

"Хозяин дважды пренебрёг моим ласковым, верным и очень-очень полезным огнём... Он опять использовал эту мерзкую, низкопробную энергию... Н-неужели... Владыка недоволен Ка'Рой?! Ка'Ра расстроила господина?! НЕТ!! Нужно немедленно обрадовать повелителя!! НУЖНО БОЛЬШЕ ОГНЯ!!"

Между тем, пока Брутал усмирял обезумевшее пламя, всячески рвавшееся испепелить округу на радость хозяину, Дорг угрюмо осмотрел сильно поредевшие ряды своих подчинённых.

Раздражённо цокнув языком, старший рыцарь возмущённо запричитал.

— Вот юркая падаль! Вроде дрыщ, а гарцует, как ёбаный эльф!

Недовольно взглянув на демона, объятого потоками разъярённого огня, мужчина с удивлением услышал внутри собственного разума странный, потусторонний шёпот.

Тут же отведя глаза от Брутала, Дорг закинул молот на плечо и вдруг поднял ладонь к небу, покрутив ей в воздухе и заорав.

— Всем выжившим - валить в районы эвакуации!!

Вскользь посмотрев на недавно вызволенное из-под завалов тело Набуо, над которым уже крутилась ошалелая эльфийка, Дорг добавил.

— Четверо бойцов тащат с собой посланника! БЕГОМ!!

Едва затих голос старшего рыцаря, как немногочисленные отряды уцелевших солдат начали спешно перегруппировываться, подбирая раненых и с криками разбредаясь по разным направлениям.

Так же, по приказу Дорга несколько военных прибыло к развалинам, где находилась ламия, дабы унести изувеченного героя в безопасное место.

Но стоило стражникам подойти к Набуо, как на них обрушились потоки отборной эльфийской брани.

Из общей какофонии яростных воплей и указателей в места их дальнейшего путешествия опешившие солдаты поняли только то, что посланник пребывает в слишком тяжёлом состоянии для переноски и нужно ждать.

Тем временем, Дорг внимательно воззрился на демона, игравшегося со сгустком странного пламени, энергично петлявшего по всему телу юноши, словно выражая тому величайшее негодование каким-то событием.

Нервно дёрнув губой, рыцарь громко сплюнул на землю и убедившись, что в ближайшей округе нет его подчинённых, на удивление спокойно обратился к врагу.

— Так это твой духовный элементаль?

Не успел Дорг закончить фразу, как в привычно равнодушном взгляде юноши на мгновение промелькнула искра слабого интереса.

Пожалуй, это был первый раз, когда мясной мешок вызвал у Брутала хоть какие-то чувства, кроме скуки и рутинного разочарования.

— Хех, опыт не высрешь... И ты ведь не демон, да? Схожий гад, но нет. Я даже предположу, что... Мм... Вероятно, ты посланник проклятых.

Ненадолго задумавшись, рыцарь почесал седеющую бороду и промолвил.

— Из столицы как раз прибыл слушок о какой-то магической залупе в нашем милом лесочке. Да и вон...

Мотнув головой в сторону руин, где лежал израненный герой, Дорг продолжил.

— Даже смертника заслали, чтоб почву прощупал. И ведь в самую глушь империи! Не ты ль их заинтересовал?

Смерив рыцаря скучающим взглядом, Брутал вдруг молча вытянул руку и поманил мужчину ладонью, ясно демонстрируя своё желание.

— Гхо-хо-хо... И то верно! Чего языком трепать, когда можно пиздиться?!

Ухмыльнувшись собственным мыслям, Дорг без лишних слов перехватил молот обеими руками и моментально сорвался к юноше.

В ответ, Брутал лишь развеял необычайно ревнивое пламя, пока то окончательно не уничтожило всё вокруг из-за "Грязной измены".

Ка'Ра уже начала передавать его телу эссенцию агонии и теперь необходимо просто следить, чтобы нынешняя оболочка не сгнила заживо.

А в то время, как солдаты и маги отправлялись в зоны эвакуации, Шиасса обливалась потом, безостановочно вздрагивая всем телом.

К этому моменту девушка смогла ослабить контроль ошейника почти на половину.

Но после огромного количества попыток, ламия истощилась практически до предела и лишь чудом не падала в обморок.

Сейчас Шиасса даже не пыталась скрывать свои действия, ведь за ней банально никто не наблюдал.

Ещё недавно рядом с девушкой постоянно отирались авантюристы, но потом, будто из ниоткуда появился здоровенный мужик и с рёвом отправил наёмников выполнять какое-то неизвестное поручение.

И с тех пор, к ламии был приставлен всего один стражник, который так ни разу и не взглянул на свою пленницу...

В очередной раз заскрипев зубами, девушка напряглась до такой степени, что из её носа брызнули тонкие струйки крови, а на лбу выступили вены.

Перед глазами покрасневшей ламии ежесекундно мелькали раздражающие полосы света и всё тело ломило от ужасных конвульсий.

Иногда Шиассе даже казалось, что она теряет сознание, особенно, когда на мир опускалась жутковатая тень, закрывавшая собой любые звуки и окружающие объекты.

Однако, девушка чувствовала, как невидимая стена внутри её разума медленно прогибалась и трещала под натиском неизвестной силы.

Вложив в последний рывок всю оставшуюся энергию, насквозь промокшая ламия выжала из себя сиплое шипение и задрожала в приступах судорожной боли.

Но внезапно, до слуха Шиассы донёсся тихий, почти незаметный щелчок.

И возможно, девушка даже не обратила бы на него никакого внимания, если бы не одна маленькая деталь...

В ту же секунду, на ламию обрушилось столько свободы, что она и пискнуть не успела, прежде чем безвольным кулем грохнулась на обугленную землю.

— Кх... Кха-Кхрас! Кхас! Пхас... Кха... Хас...

Зайдясь в надрывном кашле, Шиасса с трудом перевернулась на бок и тут же принялась яростно поглощать окружающий кислород, несмотря на то, что каждый вздох опалял её высохшее горло.

Ещё не до конца осознавая происходящее, сквозь жуткую мигрень и сильнейший озноб девушка попыталась подняться на трясущийся хвост.

Но кое-как переборов головокружение, ламия, неожиданно ощутила быстро подступающую тошноту.

— Б... Бхорсс! Хсс... Пхорсс! Схр-р... Касс...

Мгновенно скрутившись в приступах рвоты, Шиасса выжала из своего обессиленного тела вязкую слюну вперемешку с горькой желчью.

И лишь когда её организм перестал содрогаться в болезненных спазмах, изнурённая девушка вновь позволила себе немного отдышаться.

С тихим стоном облокотившись на почерневшую стену разрушенного дома, ламия рефлекторно окинула ближайшую местность помутневшим взором.

Где-то в отдалении маячило два размазанных человеческих силуэта, рядом с которыми постоянно возникали яркие вспышки света, сопровождаемые оглушительным грохотом и дикими криками.

А взглянув на собственное укрытие, девушка вдруг обнаружила, что на месте охранявшего её солдата появилось четыре новых стражника.

Однако, казалось, ламия абсолютно не интересовала военных, ведь те были заняты защитой каких-то людей от развернувшегося сражения.

Получше присмотревшись к незнакомым фигурам, Шиасса с изумлением узнала в светловолосой девушке остроухую тварь, возившуюся с окровавленным телом Набуо.

Периодически заливая в обездвиженного посланника лечебные эликсиры, хмурая эльфийка применяла странную магию, изумрудным сиянием исходившую из её ладоней.

Ламия встречала подобные заклинания и раньше... Насколько она помнила, это волшебство часто использовали целители, дабы ускорить действие восстанавливающих зелий.

Устало протерев опухшие глаза, Шиасса сморщилась от головной боли и наконец, решила осмотреть себя на предмет ранений.

Но лишь раз взглянув на своё тело, девушка тут же скривилась в измученной улыбке.

Даже её хвост превратился в чешуйчатый кусок угля, усеянный множеством мелких порезов и ссадин, чего уж говорить об остальном...

От плаща ламии и вовсе остались только оборванные лохмотья, с трудом скрывавшие замызганную кожу хозяйки.

Кроме того, пускай Шиасса и раньше была худощавой из-за частого недоедания, однако, сейчас общий вид девушки без проблем можно назвать истощённым.

Постоянный стресс, обморожения, длительный поход по ледяному лесу и другие трудности привели к тому, что ламия отощала ещё сильнее обычного.

Единственной радостью во всей этой ситуации для девушки оказался лишь расколотый ошейник, дымившийся на обломке камня неподалёку от неё.

Приложив столько усилий, чтобы разрушить сдерживающий артефакт, Шиасса хотела прыгать от счастья, но в столь плачевном состоянии она могла разве что жизнерадостно шлёпнуться в обморок...

Витая в мешанине спутанных мыслей, ламия и сама не заметила, как неосознанно уставилась на спину эльфийки.

Между тем, закончив хлопотать с медикаментами, Эльхиа напряжённо следила за сражением между демоном и гигантским мужланом.

Ей было абсолютно наплевать, кто выйдет победителем из бессмысленной битвы, главное, дождаться подходящего момента и вынести Набуо-сама из этого проклятого места!

В то же время, хотя Шиасса и волновалась за Брутала, она прекрасно понимала, что ничем не сможет ему помочь.

Тем более, девушка совсем не горела желанием лезть в битву, где любой удар мгновенно превратит её в змеиное филе.

Однако, ламия так же не собиралась просто сидеть на хвосте и упускать идеальный шанс для решения крайне важной проблемы.

Нужно как-то привлечь внимание бледнолицей твари и не вспугнуть стражников... Эта свинья явно не будет поднимать тревогу, теряя столь соблазнительную возможность...

Уже привычно повинуясь порыву эмоций, Шиасса без долгих раздумий подобрала с земли небольшой кусок щебня и пошатнувшись, бросила его в эльфийку.

Но благодаря природной меткости и нечеловеческой ловкости девушка метнула камень только на половину желаемой дистанции.

И всё же с глухим стуком упав в нескольких метрах от Эльхии, маленький булыжник выполнил свою роль.

Вздрогнув от неожиданности, эльфийка недоумённо повернула голову в сторону шума и изумлённо приоткрыла рот.

— А...

Заметив в паре десятков метров от себя взъерошенную ламию, неуклюже уползавшую куда-то вглубь пылающих кварталов, Эльхиа ошеломлённо моргнула и уже хотела что-то воскликнуть, но её прервал сипловатый голос стражника.

— Эй, ты... Кхм, это, как там... Госпожа спутница посланника... Герой уже готов к переносу? Э... А на что вы смотрите?

Нервно дёрнув краем губы, эльфийка взволнованно прикусила кончик пальца и на мгновение задумавшись, вдруг заголосила возмущённым тоном.

— Я же сказала! Набуо-сама необходимо пребывать в покое, пока не усвоится зелье регенерации! Каким местом ты меня слушал?!

— Гхрм... Нам нужно...

— Хватит болтать!! Мне надо срочно отойти на пару минут! Защищайте Набуо-сама! И не смейте касаться его без крайней необходимости!!

— Стой! Нельзя... А, чёрт!

Раздражённо сплюнув себе под ноги, солдат хмуро уставился на спешно удалявшуюся девушку и бубня что-то себе под нос, вернулся к наблюдению за боем.

Тем временем, быстро огибая кучи сгоревшего хлама и руины домов, Эльхиа остервенело рыскала взглядом по мрачным пустырям улиц.

На этот раз она точно поквитается с этой длиннохвостой глистой, чуть не поругавшей все её старания...

Наконец, эльфийка заметила вдалеке слабые отблески алых чешуек и на милом личике девушки тут же расплылась хищная ухмылка.

###

Здесь глава завершается.

Однако, ради интереса, я выложу этот же фрагмент, но без редактуры.

В общем, примерно вот так выглядят мои главы сразу после написания.

###

Наконец, перестав гонять подчинённых, старший рыцарь молча выдвинулся к своему оружию, лишь мельком взглянув на Брутала.

На ходу осматривая место недавнего сражения, Дорг вдруг заметил множество обугленных мумий, вокруг которых до сих пор можно было разлечить остатки брони, выдаваемой страже Янскела.

На мгновение задумавшись, старший рыцарь вполоборота прокричал.

— Бойцам ближнего боя оцепить территорию! В сражение не лезть!

Быстро раздав приказы, Дорг неторопливо добрался до застрявшего молота и тихо хмыкнув, ухватился за рукоятку оружия.

Одним рывком выдернув из земли кусок железа, способный одним лишь весом намертво придавить обычного солдата к земле, старший рыцарь закинул массивное орудие себе на плечо и молча уставился на демона.

Ростом в два с половиной метра, обтянутый стальными буграми мышц, выделявшимися даже из-под тяжёлой шерстяной брони, обшитой плотными металлическими пластинами, Дорг выглядел великаном на фоне юноши.

Конечно, Брутал обладал нечеловеческой выносливостью и запредельными способностями, но внешне он оставался пятнадцати-шестнадцатилетним парнем с довольно худощавым телом и слегка осунувшимся лицом.

И если бы не бесконечное полотно самых разнообразных шрамов, изъедавших абсолютно всё тело героя, то ситуация выглядела бы так, словно рыцарь собирался избить обычного подростка.

— Чароёбы и стрелки, атаковать по приказу!

Бросив короткий указ, Дорг перекинулся с Бруталом холодными взглядами и спокойно проговорил.

— Давненько я не махался с разумными демонами. И где же ваша братия пропадала аж пятнадцать лет?

Старший рыцарь не особенно рассчитывал на ответ, но, внезапно, Брутал разомкнул изрезанные ранениями губы и изрёк жуткий шум, отдалённо напоминавший помесь гортанного рычания и прерывистого хрипа.

И хотя, всего через пару секунд юноша вновь замолчал, Дорг едва заметно побледнел, болезненно скрипнул зубами и сморщился от отвращения.

На несколько мгновений всю округу окутала могильная тишина и казалось, даже воздух погрузился в тяжёлую атмосферу гибельного мрака.

Неспешно поведя челюстью, старший рыцарь заметно напрягся и медленно промолвил.

— Знакомый эффект... Проклятие? Неужто, чернокнижник? Охереть. Я вас лет тридцать не встречал, с того мочилова под Изумрудными лесами... Ах-г, ебучая ностальгия!

Расплывшись в хищной ухмылке, Дорг перехватил массивный молот обеими руками и вдруг прорычал.

— Ну что же! Даруй мне бой, сучёнышь!!

Без лишних слов сорвавшись с места, рыцарь, словно боевой таран понёсся к демону, каждым шагом сотрясая землю.

Казалось, выкрик Дорга несколько поднял того в глазах Брутала и последний, не заставляя своего противника ждать, тут же кинулся навстречу мужчине.

На бегу пнув рукоятку валявшегося на земле меча, юноша быстро подкинул его в воздух и сразу ухватил оружие рукой.

Замахнувшись клинком, герой сходу метнул лезвие в приближающегося противника.

— Пфех...

Мгновенно отклонив голову с траектории меча, Дорг без особых проблем уклонился от пролетевшего лезвия и проорал.

— Не игр-райся!!

Внезапно, рыцарь с разбегу отпрыгнул от дороги и подскочив в воздух, взметнул тяжёлый молот над головой, зарычав будто разъярённый тролль.

Почувствовав неладное, Брутал моментально застыл на месте и изо всех сил оттолкнулся от земли, пытаясь разорвать дистанцию с орущим великаном.

Однако, несмотря на скоростную реакцию юноши, стоило тяжелейшему молоту врезаться в брусчатку под дополнительным весом и силой Дорга, как от места столкновения распростронилась мощнейшая взрывная волна.

С оглушительным рокотом из-под орудия рыцаря вырвались массивные обломки булыжников и толстых плит.

И наконец, ударная энергия долетела до Брутала, в один миг сметя того в воздух и закрутив, словно юлу.

— ОГОНЬ!!

Неожиданно весь квартал накрыло раскатистым воплем старшего рыцаря.

И в ту же секунду из-за спины Дорга вылетели целые потоки водных заклинаниний, а вслед за ними к парящему демону устремились и десятки арбалетных стрел.

По-прежнему находясь высоко над землёй и с дикой скоростью ракручиваясь во всех направлениях, Брутал вдруг выдохнул невероятно плотное и объёмное облако кровавого пара.

*Предел Боли активирован!*

Внезапно, одно за другим, заклинания, практически пронзившие падающее тело юноши, будто врезались в невидимую стену, стремительно отлетая в ряды солдат и магов.

Некоторые из водных снарядов наоборот закручивались вокруг демона и впитывали в себя арбалетные болты, со свистом вонзавшиеся в плотную жидкость.

Безостановочно двигая ярко пылающими зрачками, Брутал за доли секунд отслеживал и перенаправлял десятки магических атак, при этом продолжая быстро приближаться к земле.

Наконец, юноша резко перегруппировался и едва коснувшись брусчатки частично смягчил падение грубым кувырком, после чего мощно оттолкнулся от дороги руками.

Ещё несколько раз перевернувшись в воздухе, Брутал вновь упал на землю и сделав очередной перекат, вскочил на ноги.

Однако, в ту же секунду, герой заметил, что в него, словно пушечное ядро летит огромный кусок брусчатки.

Резко дёрнув ладонями, юноша запустил два водяных снаряда в несущегося к нему Дорга и моментально отпрыгнул в сторону от массивного булыжника.

Плавно взмахнув руками, Брутал в один миг направил все оставшиеся сгустки жидкости и застрявшие в них стрелы в отряды врагов.

Градом обрушившись на военных, водяные снаряды с громкими хлопками пробивали черепа солдат, отрывали арбалетчикам руки и буквально разрубали пополам магов, не успевших защититься от своей же магии.

А в качестве завершения в выживших бойцов, с нечеловеческой точностью вонзались десятки стрел, будто каждую из них направили так, чтобы принести максимальный вред.

Во все стороны отлетали куски тел с торчащими из них рёбрами, на землю кровавым дождём падали оторванные конечности, а улицу заливали множественные вопли агонизирующих людей.

Но неожиданно, Брутал с максимально возможной скоростью начал падать на спину, изо всех сил вжав подбородок в грудь.

И в тот же момент в сантиметрах от макушки его черепа с мощнейшими завихрениями воздуха пронёсся тяжелейший молот, едва не превратив голову героя в кровавое месиво.

Молниеносно перекатившись назад, юноша несколько раз отолкнулся от земли, прыжками разорвав дистанцию с Доргом.

Вновь твёрдо встав на ноги, Брутал мгновенно приготовился к бою, спокойно уставившись на своего врага.

— Юркая падаль! Вроде тощий дрыщара, а скачешь, аки трижды ёбаный эльф!

Внимательно осмотрев демона и несколько секунд поборовшись с ним взглядами, Дорг с удивлением услышал внутри собственного разума странные, потусторонние голоса.

Отведя глаза от Брутала, старший рыцарь вдруг закинул молот на плечо и поднял ладонь к небу, покрутив ей в воздухе и заорав.

— Всем выжившим чароёбам - отправляйтесь на эвакуацию внешних районов!

Мельком взглянув на недавно вызваленное из-под завалов тело темноволосого героя, над которым крутилась безумнаы эльфийка, Дорг добавил.

— Четверо бойцов тащат героя! Другие - в помощь чароёбам! Выполнять!!

Дослушав приказ старшего рыцаря, немногочисленные отряды военных и магов начали спешно перегруппировываться и беспрекословно разбредаться в разных направлениях.

И лишь несколько солдат прибыли к развалинам, где находилась ламия, чтобы унести посланника от места боя.

Но едва стражники подобрались к герою, как эльфийка обрушила на них потоки брани, из которых военные поняли только то, что Набуо недостаточно излечен для переноса и им придётся ждать.

Тем временем, Дорг угрюмо воззрился на демона, пока тот невозмутимо игрался со сгустком странного пламени, попутно прижигая мелкие ранения на своём теле.

Раздражённо дёрнув губой, рыцарь сплюнул на землю и убедившись, что в ближайшей округе нет его подчинённых, внезапно, на удивление спокойно обратился к врагу.

— Ты ведь и впол силы не бьёшься? Играешься в ожидании чего-то?

Казалось, после слов Дорга в привычно равнодушном взгляде юноши на мгновение промелькнул слабый интерес к противнику.

Пожалуй, это был первый мешок мяса, который вызвал у Брутала хоть какие-то чувства, кроме рутинного разочарования.

— Хах. Опыт не пробухаешь... И ты не демон. Схожий гад, но нет.

Ненадолго задумавшись, Дорг со всей серьёзностью обратился к герою.

— Что тебе надо?

Смерив рыцаря равнодушным взглядом, Брутал молча вытянул руку и поманил Дорга ладонью, со всей ясностью показывая своё желание.

— Хех. Не из болтливых, значит. Ну, погнали!

Ухмыльнувшись собственным мыслям, рыцарь вновь ухватил молот обеими руками и с тихим рыком понёсся к недодемону.

В ответ, Брутал лишь моргнул и развеяв игривое пламя, стал ждать, когда большой кусок мяса сам доберётся к нему.

Ка'Ра уже начала передавать в его тело энергию агонии... Теперь, нужно следить, чтобы нынешнюю оболочку не разорвало на куски.

В то же время, пока солдаты и маги отправились эвакуировать город, а Брутал и Дорг вновь сошлись в битве, Шиасса вздрагивала всем телом, безостановочно обливаясь потом.

К этому моменту, даже не имея понятия, как правильно пользоваться неизвестной ей энергией, девушка смогла ослабить контроль ошейника почти на половину.

Но после огромного количества попыток, ламия истощилась практически до предела и лишь чудом не падала в обморок.

Сейчас, Шиасса даже не пыталась скрывать свои действия, ведь за ней банально никто не следил.

Если недавно за девушкой наблюдали авантюристы, то после, будто из ниоткуда появился какой-то здоровенный мужик и с ужасным рёвом отправил угрюмых наёмников выполнять неизвестное поручение.

С тех пор, к ламии был приставлен всего один стражник, который так ни разу и не взглянул на неё, казалось и вовсе забыв о пленнице.

Поэтому Шиасса перестала сдерживаться и с остервинением срывала сдерживающий артефакт.

Заскрипев зубами, побагровевшая девушка вложила в последнюю попытку остатки своих сил и напряглась до такой степени, что из её носа потекли тонкие струйки крови, а на лбу вызбучилось несколько вен.

Ежесекундно в череп Шиассы будто вбивали железные прутья, разрывая мозг судорожно трясущейся ламии на куски.

Перед глазами девушки постоянно мелькали раздражающие полосы света, всё тело ломило от режущей боли и иногда ламия даже на мгновение теряла сознание.

— Крррс-с-с...

Буквально чувствуя, как невидимая стена внутри её разума начинает прогибаться и трещать, Шиасса выдавила слабое шипение и последим рывком выплеснула из себя всю имеющуюся энергию.

В ту же секунду до слуха девушки донёсся тихий щелчок и на ламию обрушилось столько свободы, что она моментально отключилась, безвольным кулем свалившись на обугленную землю.

Несколько минут пролежав без сознания лицом в куче сажи и горелого мусора, Шиасса стала задыхаться от вдыхаемого пепла.

— Кхас... Пхас... Кха...

Зайдясь в конвульсивном кашле, девушка с трудом перевернулась на бок и начала яростно поглощать окружающий кислород, несмотря на то, что её гороло опалялось горячим воздухом от каждого вздоха.

Едва не потеряв сознание вновь, ламия сквозь жуткую мигрень и сильнейший озноб попыталась подняться на дрожащий хвост.

Кое-как переборов головокружение, Шиасса приняла вертикальное положение, трясущейся рукой опираясь на почерневшую стену разрушенного дома.

— Б... Бхорсс... Хсс... Кхосс...

Ощутив подступающую тошноту, девушка мгновенно скрутилась в приступах рвоты, но из обессиленного тела ламии вышла лишь вязкая слюна вперемешку с горькой желчью.

Собрав волю в кулак, Шиасса умудрилась не упасть в лужицу собственных выделений и снова облокотилась на руины здания, полностью вымазавшись в угле.

Немного отдышавшись, изнурённая девушка осмотрела поле битвы помутневшим взглядом.

Где-то в отдалении маячили две размазанные фигуры, рядом с которыми постоянно возникали яркие вспышки энергии.

Медленно оглядев ближайшую округу, ламия вдруг обнаружила, что охранявшего её солдата уже нет рядом, но вместо него появилось четыре стражника.

Однако, военные, казалось, даже не знали о существовании Шиассы, закрывая двоих людей от развернувшейся битвы.

Присмотревшись, девушка с изумлением заметила остроухую шлюху и Набуо, окровавленного и лежавшего без сознания в напрочь изорванной броне.

На мгновение запаниковав, ламия с облегчением поняла, что герой ещё жив, так как эльфика периодически заливала в того лечебные эликсиры, перевязывала ранения и использовала странную магию.

Протерев опухшие глаза, Шиасса сморщилась от головной боли и наконец, осмотрела собственное тело.

Скривившись в измученной улыбке, девушка обнаружила, что она превратилась в чешуйчатый кусок угля и даже от её плаща остались лишь оборванные лохмотья.

Единственной радостью во всей ситуации для ламии оказался расколотый ошейник, дымившийся на обломке камня рядом с Шиассой.

Она смогла разрушить сдерживающий артефакт... Девушка хотела визжать и прыгать от счастья, но ужасное состояние и окружающая обстановка не давали ей такой возможности.

Внезапно, ламия уставилась на эльфийку, которая уже закончила возиться с медикаментами и теперь устало следила за сражением между гигантским солдатом и демоном.

Хотя Шиасса и волновалась за Брутала, она прекрасно понимала, что в данном случае ничем не сможет ему помочь, ведь в бою от неё и так мало проку, а в нынешнем состоянии и подавно.

Однако, девушка так же имела практически идеальный шанс сделать кое-что не менее важное - окончательно разобраться с бледнолицей шлюхой.

Нужно лишь привлечь внимание твари и не потревожить стражников... Почему-то ламия чувствовала - эльфийка не станет поднимать тревогу.

Вновь повинуясь порыву эмоций, Шиасса, пошатываясь, подбрала с земли небольшой камень и хотела бросить его в Эльхию.

Однако, из-за природной меткости и невероятной ловкости девушка смогла метнуть булыжник лишь на половину нужного результата.

Но несмотря на то, что щебёнка с глухим стуком упала неподалёку от эльфийки, требуемый эффект всё же был достигнут.

Хмыкнув от неожиданности, Эльхиа недоумённо повернула голову в сторону шума и вдруг увидела в паре десятков метров ламию, неуклюже уползавшую куда-то вглубь пылающих улиц.

Удивлённо распахнув глаза, эльфийка уже хотела что-то воскликнуть, как её прервал солдат.

— Эй... Кхм, госпожа спутница героя... Что-то случилось? Посланник уже готов к переноске?

Нервно дёрнув краем губы, Эльхиа на мгновение о чём-то задумалась, после чего ответила возмущённым тоном.

— Я же сказала, что Набуо-сама необходимо находиться в покое, пока не усвоится зелье регенерации! Каким местом вы меня слушаете?!

— Но...

— Хватит! Мне нужно отойти на пару минут! Внимательно следите за Набуо-самой! И не смейте трогать его без крайней нужды!!

— Стойте! Нельзя... А, чёрт.

Раздражённо сплюнув под ноги, стражник хмуро взглянул на удалявшуюся спину эльфийки и с интересом продолжил наблюдать за неверояным по его меркам боем.

Тем временем, спешно двигаясь по руинам квартала, Эльхиа невольно растянулась в широкой ухмылке, увидев вдалеке долгожданный змеиный хвост.

В то время как Эльхиа гналась за ламией, сражение Брутала и старшего рыцаря сместилось на окраину небольшой площади.

Вновь отпрыгнув от Дорга, юноша подскочил к трупу стражника и с мерзким хлопком выдернул из мертвеца алебарду, вместе с повисшими на ней обрывками внутренних органов.

Тут же ринувшись навстречу врагу, герой сходу метнул в мужчину новоприобретённое оружие и создал на своей ладони сгусток алого пламени.

Между тем, с кряхтением отбив секиру набалдашником молота, рыцарь заметил, как демон замахивается пылающей рукой.

Почувствовав неладное, Дорг рефлекторно закрыл голову предплечьями, что и спасло его лицо от огненного шара, с гулом влетевшего в выставленный блок.

— Гхра-а-а!!

Зарычав от опаляющего жара, мужчина невольно отступил на несколько шагов, практически уткнувшись в стену из полуразрушенных зданий.

— Ах, ты опёздышь!!

Неожиданно, рыцарь размашисто шлёпнул себя ладонью по груди, и всё пламя тотчас слетело с его тела, словно унесённое ветром.

В ту же секунду Дорг направил на демона свободную руку и резко выстрелил в того небольшой, но плотной волной сжатого воздуха.

Едва успев схватить с земли упавшую алебарду, Брутал моментально столкнулся с потоком невидимой силы и отлетел от врага почти на десять метров.

И пока юноша вскакивал на ноги, после того, как грубо приложился спиной о брусчатку, мужчина выставил молот перед грудью и начал торопливо проговаривать какое-то заклинание.

Казалось, отозвавшись на волю хозяина, руническое оружие слегка завибрировало и испустило из себя поток прозрачной энергии, больше походившей на воздушную рябь.

Наконец, завершив странные манипуляции, рыцарь взглянул на молот, письмена которого мерцали ярко-серебряным светом и с грустью промолвил.

— Э-эх... Бедный молоточек, не переживёшь ты такого насилия... Радуйся, нечисть! Это твоя заслуга!

Полностью проигнорировав выкрики соперника, Брутал продолжил медленно двигаться в сторону Дорга, поскрёбывая лезвием алебарды по каменной плитке.

Мельком осмотрев покосившуюся печную трубу, закреплённую на одном из домов позади рыцаря, юноша внезапно надавил секирой на брусчатку и с противным скрежетом высек из последней сноп алых искр.

И едва лезвие оторвалось от земли, как на острие алебарды вспыхнул небольшой язычок кровавого пламени.

А уже через мгновение, всю поверхность секиры вплоть до ладони Брутала заволокло слоем извивающегося огня.

Удивлённо воззрившись на инфернальный жар, плавно перетекавший по вражескому оружию, Дорг недовольно цокнул языком и пробубнил.

— Вот же проблемная хероёбина...

Неожиданно, оба противника, словно по команде сорвались с места и помчались навстречу друг другу.

Крепко сжав рукоять молота, рыцарь быстро взмахнул массивным орудием, высвободив объёмную волну незримой энергии, поднявшей в воздух целую груду булыжников и различного мусора.

Мгновенно пригнувшись к земле, Брутал тут же вскинул свободную ладонь и вдруг, в нескольких метрах от него, прямо из земли вырвалась трёхметровая стена огня.

С рёвом перемалывая камни и обломки дороги, алый жар прикрывал юношу, в то время, как тот закрутился в пируэте и резко взмахнул алебардой в сторону Дорга.

Тотчас, с поверхности секиры сорвалась линия пламени и с шипением разрезав пространство над головой рыцаря, устремилась куда-то к крышам разрушенных домов.

В свою очередь, заметив, что изогнутый поток жара пронёсся мимо него, мужчина слегка ухмыльнулся и сразу же занёс молот для очередного удара.

Но внезапно, где-то сверху раздался грохот камней, моментально заставивший Дорга остановиться.

Тут же сдвинувшись чуть в бок, рыцарь чудом успел убрать голову с траектории булыжников, свалившихся на его руки и плечи.

Сбив атаку воина и оставив на нём несколько ушибов и ссадин, массивные обломки так же помяли металлические пластины на шерстяной броне Дорга.

Воспользовавшись тем, что враг потерял концентрацию, Брутал мгновенно подскочил к рыцарю и попытался проткнуть его глотку алебардой.

— Гра-а-а!!

Заорав на всю улицу, мужчина кое-как принял устойчивое положение и спешно подставил под удар собственную руку, в которую незамедлительно вонзилось острие секиры.

Почувствовав, как лезвие пробило доспех и частично раздробило его плечевые суставы, рыцарь скрипнул зубами и уже хотел взмахнуть молотом.

Но вдруг, пламя покрывавшее алебарду стремительно накинулось на тело Дорга.

Завопив одновременно и от гнева, и от жуткой боли, мужчина с громким хлопком высвободил из молота волну сжатого воздуха, моментально сбросив с себя тёмно-алый огонь.

Сразу же замахнувшись массивным оружием, рыцарь изо всех сил полоснул им перед собой, едва не размозжив голову демона.

Быстро выдернув из плеча Дорга потухшую алебарду, Брутал отпрыгнул назад, пропустив тяжёлый набалдашник рядом со своим лицом.

Тем временем, дёрнув рукой, мужчина развеял остатки тёмного пламени и не задумываясь, врезал молотом по брусчатке, высвободив огромный поток энергии.

И пока юноша уклонялся от новой кучи булыжников, рыцарь спешно разорвал дистанцию с врагом.

Хмуро осмотрев небольшие сколы, возникшие на поверхности рунического орудия, Дорг снова цокнул языком и перевёл взгляд на потрёпанную броню.

Многие металлические пластины его доспеха попросту оплавились, а шерсть и вовсе практически выгорела, оставив после себя только чёрные катышки.

Осторожно ощупав своё лицо, мужчина так же обнаружил, что кожа частично опалилась и даже обычное прикосновение вызвало немалое жжение.

— Мдэ... Херовый макияж...

Спокойно воззрившись на демона, уже шагавшего к нему навстречу, рыцарь смачно харкнул на землю и немного подвигал раненым плечом, тут же сморщившись от боли.

Неторопливо вытащив из подсумка на поясе какое-то зелье, Дорг залил в себя розоватую жидкость и слегка вздрогнул.

Скривив губы в отвращении, мужчина покрутил головой и внезапно, бросил в юношу пустую склянку, после чего резко сорвался с места.

Но по какой-то причине Брутал не стал разбивать бутыль, вместо этого аккуратно подкинув её в небо лезвием алебарды.

Между тем, дождавшись, когда демон отвлечётся на флакон, рыцарь метнул тому под ноги странный амулет и заметно ускорился.

Однако, стоило неизвестному предмету коснуться брусчатки, как юноша отпрыгнул от дороги и зачем-то прижал ноги к животу.

И в ту же секунду, из упавшего ожерелья вырвалась плотная волна сжатого воздуха, мгновенно подкинув Брутала к небосводу.

А пока герой парил в десятке метров над землёй, рыцарь быстро навёл дрожащий молот на тело юноши и начал скапливать энергию для новой атаки.

Но внезапно, Брутал дёрнул предплечьем и в один миг создал уже знакомые огненные цепи.

Сразу же взмахнув пламенным хлыстом, герой со звоном расколол падавшую бутыль и тотчас на Дорга осыпался дождь из кусков пылающего стекла.

Недовольно рыкнув, мужчина моментально прикрыл лицо рукой и вынужденно замедлил подготовку к заклинанию.

Тем временем, несясь прямо на рыцаря, Брутал резко взмахнул ладонью, запустив в того огненный шар.

Не желая вновь попасть под действие смертоносного жара, Дорг крепко стиснул рукоять молота и высвободил плотный магический поток до его полного накопления.

С гулом высвободившись из рунического оружия, массивная волна энергии столкнулась с алым пламенем и тут же сдула огонь в сторону, после чего врезалась в демона.

Выкашляв порцию крови, юноша незамедлительно отлетел от рыцаря, взмыв ещё на несколько метров над землёй.

Но не успели рассеяться порывы ветра, как Брутал уже замахнулся раскалённым хлыстом, направив инфернальные цепи в пошатнувшегося врага.

Обнаружив, что к нему мчится огненный кнут, мужчина успел лишь выставить здоровую руку и позволить раскалённой плети опоясать своё предплечье.

Натянувшись до состояния струны, шипастая плеть вынудила Дорга покачнуться и по инерции сделать несколько шагов вперёд.

Между тем, рывком притянув себя к рыцарю, Брутал сразу же взорвал цепи ослепительными снопами белых искр, на мгновение оглушив врага.

И в то время, как противник судорожно щурил веки, юноша обеими руками ухватился за алебарду, направив её острием вниз.

С дикой скоростью обрушившись на опешившего соперника, Брутал тотчас снёс того с ног.

И когда герой уже почти пронзил сердце рыцаря, последний вдруг отклонил лезвие секиры молотом, из-за чего та с треском вонзилась в ключицу Дорга.

Не упуская момента, юноша быстро воспламенил плечо упавшего врага, в один миг покрыв корпус воина кровавым огнём.

Однако, взревев от боли, мужчина повернул грудь к демону и вдруг, его нагрудник попросту взорвался, молниеносно отбросив Брутала в сторону.

Пролетев пару метров над землёй, герой совершил несколько кувырков и затормозив, незамедлительно встал в боевую стойку, уставившись на противника ожидающим взглядом.

Тяжело дыша и обливаясь потом, Дорг поднялся на ноги и взмахом ладони сдул с себя остатки пламени.

Заметив, что левая рука повисла плетью и с трудом могла двигаться, мужчина мрачно осмотрел множество новых трещин, возникших на его молоте.

Вновь переведя взор на демона, рыцарь увидел, как тот невозмутимо вправлял вывихнутое плечо, казалось, не испытывая и малейших неудобств после нескольких часов сражений.

— Да что ж ты за хуебесина такая?

Получив в ответ лишь равнодушный взгляд пылающих глаз, Дорг, наконец, понял, что он сражается не с монстром и не с демоном.

Это существо не безумная тварь, как иные отродья хаоса, но и не разумное создание зла.

Всё до ужаса банально - Оно просто хочет битвы. Никаких мотивов, целей, желаний... Только бой.

Живой механизм не жаждущий уничтожить мир, завладеть властью, внести себя в легенды или поработить кого-либо... Нет.

Лишь разрушение ради разрушения. Боль ради боли. Ничего лишнего.

Бездушная машина катаклизма, готовая без малейших сомнений испепелить миллионы жизней, дабы повторить то же самое вновь.

И подобное чудовище было куда хуже любого владыки тьмы, ведь у последних есть хоть какие-то амбиции, кроме бесконечной резни...

Ненадолго задумавшись, Дорг вдруг расплылся в довольной ухмылке и достал из-за пазухи небольшую мерцающую плитку.

Тут же раздавив прямоугольный камушек, рыцарь посмотрел на пурпурное сияние, разлившееся по его ладони, и когда магический свет угас, с грустью промолвил.

— Не так уж и плоха твоя бурда...

Расслаблено выдохнув, мужчина взглянул на тёмное небо, устланное клубами тяжёлого дыма, и на миг прикрыл глаза.

Неожиданно, Дорг ухватил свой молот относительно целой рукой и зачем-то прижал его к груди.

В ту же секунду, рыцарь вздрогнул всем телом, а набалдашник увесистого оружия испустил светло-голубое сияние, просочившееся сквозь трещины металлической поверхности.

И наконец, не произнося ни единого слова, мужчина бросился к демону, на ходу проговаривая какое-то заклинание.

Ощутив не до конца ясную угрозу, Брутал нахмурился и сразу же взмахнул пылающей алебардой, выпустив в Дорга изогнутую линию пламени.

Но рыцарь даже не попытался увернуться от атаки, лишь немного замедлившись, когда огненное лезвие расплавило его броню и с шипением вспороло туловище от бедра до подмышки.

Не сбавляя скорости, мужчина замахнулся трясущимся молотом, явно собираясь в который раз ударить им по земле.

И только в этот момент Брутал осознал, что именно задумал Дорг, казалось, на долю мгновения даже испытав толику уважения к мясному мешку.

Тем временем, обнаружив, что демон уже раскрыл его план, рыцарь растянулся в ехидной улыбке и незамедлительно подпрыгнул в воздух, заорав на весь квартал.

— Во имя света, сука!!

Изо всех сил обрушив сияющий молот на брусчатку, Дорг с печалью в глазах проследил за тем, как наконечник рунического орудия с глухим звоном раскололся на части, испустив ослепительное сияние.

Внезапно, пространство огласил мощнейший рокот, а от фигуры старшего рыцаря под ужасным давлением распространилась белоснежная сфера священной энергии.

За несколько секунд до столкновения с чужеродной силой, Брутал успел броситься на землю, окутав собственное тело плотным слоем тёмно-алого пламени.

А уже через мгновение магический купол разросся до двадцати метров в диаметре, начисто снеся всё на своём пути.

И хотя юноша смог избежать града камней с помощью огненной брони, последняя всё же не выдержала гравитационную волну, оторвавшую Брутала от дороги вместе с тоннами мусора.

Взмыв высоко в небо, герой, словно пушечный снаряд на ошеломительной скорости помчался куда-то вдаль, пролетая над рядами выгоревших построек и пылающих руин.

Не выпуская из рук алебарду, юноша преодолел не меньше ста метров, прежде чем с жутким грохотом пробил стену одного из домов.

Моментально снеся все каменные перегородки и даже деревянные настилы полов, Брутал тут же вылетел с другой стороны здания, врезавшись в следующую преграду.

Проломив ещё пару развалин, герой грубо ввалился в руины некогда обширной постройки и незамедлительно рухнул на последний этаж, разворотив собой полдома.

И только обрушив на себя целые пласты строительных обломков, домашней утвари и различных предметов, юноша, наконец, остановил смертельный полёт.

В итоге, всю улицу заволокло гигантским облаком сажи и пепла, а округу поглотила напряжённая тишина, которую нарушал лишь взволнованный треск алого пламени.

Несколькими минутами ранее, под укрытием обугленных стен послышался слабый человеческий стон.

Устав выслушивать чьи-то громкие крики, Набуо с трудом разлепил тяжёлые веки и резко перевернулся на бок.

Но в ту же секунду тело героя пронзила настолько острая боль, что тот мгновенно замер на месте, распахнув рот в безмолвном вопле.

Медленно выпустив воздух из лёгких, подросток стиснул зубы и осторожно вернулся в исходное положение, решив немного повременить с подъёмом.

А чтобы не валяться без дела, Набуо прислушался к голосам, которые и вывели его из тревожной полудрёмы.

— Ну и где эта дура?!

— Да забей ты на неё! Она и в хер нам не упёрлась! Приказ был какой? Вытащить отсюда героя!

— А если с нас потом спросят за пропажу рабов?!

— Да кого сейчас вообще ебут эти животные?!

— Хватит балаганить! Берём посланника и валим к чёртям! Класть на эту стерву! Раз сама упёрлась, пускай и делает, чё хочет!

И хотя разговор стражников не блистал особой информативностью, герой понял, что те явно находятся здесь из-за него.

К тому же, подростку удалось вспомнить, почему он вообще оказался в подобном месте и в таком плачевном состоянии.

Собравшись с силами, Набуо упёрся подрагивающими руками в остатки брусчатки и с болезненным кряхтением оторвался от земли.

— Эй, ребята... А парень то, кажись, шевелится!

— Да не пизд... О! Господин герой!

Тут же переполошившись, солдаты спешно подбежали к юноше и помогли тому сесть, впихнув в ладони героя флягу с водой.

Почти рефлекторно отпив живительной влаги, Набуо осмотрелся и не обнаружив поблизости своей спутницы, немного запаниковал.

— А... А г-где Эльхиа-сан? О... Она жива?!

Быстро забыв про боль, подросток уже хотел встать на ноги, но был остановлен стражниками, которые кратко изложили посланнику общую ситуацию, после чего рассказали тому и об эльфийке.

— Она оказала вам первую помощь, а потом... Ну... Мы бы и хотели что-нибудь узнать, но эльфийка сбежала, не сказав ничего о том, куда и зачем она направляется.

Немного успокоившись, герой ненадолго задумался и вдруг, встрепенулся, вновь оглядев ближайшие окрестности.

Однако, не обнаружив искомого, Набуо обратился к военным слегка нервным тоном.

— Э-эм... А ч-что случилось с Шиа-с... С Шиассой.

Недоумённо переглянувшись, стражники нахмурились и переспросили.

— С кем?

— Н-ну... Ламия... К-красный хвост, длинные волосы... О... Она была с нами...

Казалось, о чём-то вспомнив, один из солдат почесал подбородок и неторопливо промолвил.

— Когда мы только прибыли сюда, пара наёмников отиралась рядом с какой-то зверолюдкой... Но больше я её не видел. Её либо убили на месте, либо она просто сгорела в демоническом огне.

Более не проронив ни единого слова, стражник лишь невозмутимо пожал плечами, будто разговаривал о пропавшей собаке.

Но герой подозревал, что всё было не так просто, особенно, когда речь шла об этих двоих...

Удручённо пошлёпав себя по набедренным карманам, юноша к собственному удивлению обнаружил в тайном подсумке какую-то склянку, бережно завёрнутую в зеленоватый платок.

Недоумённо осмотрев случайно найденное зелье, подросток сразу вернул то на место и торопливо пробубнил.

— И-извините, м... Мне н-нужно идти... С-спасибо вам за помощь!

— Ч... Чего?! Постой! Одно дело рабыня, но тебя приказано доставить в безопасное место!

— Э... Н-но я ведь очнулся! А з-значит, вам больше не нужно переносить меня?

— Ну... Точных указаний по этому поводу не было, но...

— С... Сейчас необходимо спасать жителей Янскела! З-зачем тратить время на того, к-кому не требуется помощь?! Я н-найду своего компаньона и тут же присоединюсь к эвакуации!

Потратив некоторое время на уговоры стражников, Набуо, наконец, смог удостоверить последних в том, что ему не требуется помощь.

И пока солдаты спешно удалялись в зоны эвакуации, чтобы поддержать соратников, герой вновь достал эликсир и быстро выпил горькую жидкость.

Моментально сморщившись от тошноты, подросток постучал себя по груди и сдавленно просипел.

— Гху-у-у... Почему все стимулирующие зелья такие гадкие?

Понимая, что алхимическая настойка работает недолго, да ещё и обладает тяжёлыми последствиями, Набуо неуклюже встал на ноги и покрутив головой, увидел свой меч, валявшийся неподалёку.

Подхватив клинок с земли, герой зацепил тот на спине, после чего вытащил из небольшой выемки в штанах тускло светящуюся плитку с изображённым на ней солнцем и алым сердцем по центру небесного светила.

Поводив странным предметом из стороны в сторону, Набуо выбрал направление, в котором артефакт сиял наиболее ярко и без сомнений выдвинулся туда пошатывающейся походкой.

Прижимая ладонь к ноющему боку, подросток старался двигаться, как можно быстрее.

По какой-то причине герой никак не мог усмирить непонятное волнение, всё сильнее терзавшее его душу... Набуо был уверен - вскоре должно произойти что-то нехорошее.

Спешно проползая мимо догорающих построек, Шиасса цеплялась взглядом за каждую тень, отбрасываемую светом алого пламени.

Со всех сторон из земли торчали почерневшие руины домов, взиравших на ламию зияющей тьмой обугленных ставен, сквозь которые до сих пор выходил густой дым.

Из некоторых окон свисали тлеющие трупы тех, кто не успел выбраться из помещения раньше, чем их коснулось колдовское пламя.

— Ахс!

Не в первый раз, с тихим вскриком отпрянув в сторону, девушка еле увернулась от обломков массивной двери, вырванной из проёма внезапным взрывом жара.

Тотчас над головой ламии с хищным шипением пролетела шрапнель из расплавленного металла, рыжим дождём опав на пепел, устилавший землю всего квартала.

Шиассе уже казалось, что этот проклятый огонь намеренно запугивал её, словно издеваясь над беспомощностью загнанной зверушки.

И только далёкие вопли людей, погибавших в жуткой агонии, напоминали измождённой девушке о том, где она находилась.

Но всё же, несмотря на опасность, почти месяц без нормального отдыха давал о себе знать, незаметно затуманивая разум и притупляя реакцию.

Уже заворачивая на следующую улицу, ламия всего на секунду отвлеклась на обугленный детский череп, валявшийся у входа в сгоревший сарай.

И вдруг, краем глаза Шиасса заметила какой-то тёмный выступ, возникший словно из ниоткуда.

Девушка успела лишь повернуть голову, прежде чем с разгону врезалась плечом в накренившуюся стену.

— Ксьях!

Тараном выбив из истончившейся преграды несколько чёрных булыжников, ошалевшая ламия тут же закрутилась вокруг своей оси.

Бездумно хватаясь руками за воздух, Шиасса быстро запуталась в собственном хвосте и с перепуганным криком вылетела с дороги, повалившись на землю.

И вот, представительница одной из самых гибких и ловких рас Шаблониума уже кубарем неслась по горе дымящегося мусора, поднимая в воздух завесу из красновато-серого пепла.

Многие ламии превосходили людей в проворности, ведь сильные и крепкие хвосты позволяли им контролировать движения даже в самых невероятных положениях.

— Ха-а-ас-с-с!!

Однако, чешуйчатый шар, с отчаянным визгом мчавшийся сквозь разрушенную улицу, раскидывая повсюду потемневшие кости и горелые куски плоти, мало чем напоминал эталон ловкости.

— Гхос!!

Резко вмазавшись в кучу обломков, ламия тут же выплюнула из себя короткий стон, вместе со всем воздухом и наконец, замерла.

Слабо посипывая, девушка рефлекторно загребала ладонями горсти праха, наблюдая за диким вращением окружающего пространства.

— Тс-с-сух... Ух... Ус-ус-ус-с...

Дождавшись, когда восстановится дыхание и на неё перестанет осыпаться летевшая вдогонку труха, Шиасса кое-как поднялась на локтях и утёрла лицо исцарапанным предплечьем.

— Какая ше... Кхас... Мерсость...

Закашлявшись от переполнявшей её горло пыли, девушка бегло осмотрелась и неловко встала на подрагивающий хвост.

Как она умудрилась скатиться в какой-то тупик, сплошь заставленный приземистыми домами?

Все проходы и пути из странной улочки были завалены пылающими обломками, а единственный выход находился за спиной ламии.

Неожиданно, где-то позади раздались громкие шорохи и повернувшись на шум, девушка застыла на месте, увидев на верхушке холма движения знакомой фигуры.

Понимая, что бежать дальше уже не было смысла, Шиасса решила действовать по обстоятельствам.

"Я не смогу одолеть эту травоедку сейчас... Я слишком слаба... Нужно как-то быстро оглушить её или..."

— Ах, ты линяющий опарыш! Ху-ух... Бегать за тобой по всему кварталу... Да я тебе кишки в матку затолкаю... Хм?

Скептично осмотрев осунувшееся и вымазанное в грязи тело бывшей компаньонки, Эльхиа с отвращением дёрнула губками и небрежно повела рукой перед сморщенным носиком.

— Божечки, да у тебя талант становиться всё омерзительнее с каждой нашей встречей.

Тихо зашипев, Шиасса нахмурилась, одарив эльфийку презрительным взглядом золотистых глаз.

Неосознанно стерев тонкую полоску крови с края губ, ламия криво улыбнулась.

— Ес-сть с-с кого прать пример.

Недобро ухмыльнувшись, Эльхиа начала неторопливо спускаться к Шиассе, проговаривая детским тоном.

— Хих. Это сс-тозе, наса змейка ехидниссяет?

Случайно кинув быстрый взор на шею ламии, эльфийка невольно вскинула бровки.

— Избавилась от ошейника... Значит, дело лап того демона? Или это привычный навык для матёрой рабыни?

Заметив, как лицо Шиассы на миг перекосилось, Эльхиа лишь коротко хихикнула и сжала тонкие губки.

— И как слабоумная морда вроде тебя связалась с демоном? Что ты ему пообещала? Душу? Хах... Да кому она нужна... А может, твой чешуйчатый обрубок? Я слышала, он довольно ценен на рынке, ха-ха-ха!

Внезапно, эльфийка осеклась, и помрачнев, достала из кармана какой-то камушек, испускавший слабый фиолетовый свет и изредка подрагивающий на ладони девушки.

— Блин, слишком быстро...

Тихо пробубнив себе под нос, Эльхиа убрала вибрирующую пластинку и вновь взглянула на ламию, напряжённо прикусив пальчик.

"Эта дура должна наброситься на меня... Её не сложно спровоцировать, но желательно не переборщить.

Змея совершенно не умеет сопротивляться, но в тупой ярости наглухо лишается рассудка... Тварь, похоже, так и не вспомнила, как удушила тех прошмандовок."

— Ладненько, неважно.

Небрежно отмахнувшись ладонью от Шиассы, Эльхиа повысила тон.

— Я не раз предупреждала тебя, хвостатая мразь. – слегка приподняв голову, Эльхиа уставилась на ламию надменным взором и произнесла едва ли не по слогам. – Не лезь к МОЕМУ мальчику.

Удивившись резкому переходу в настроении эльфийки, Шиасса заколотила хвостом и мрачно промолвила.

— Твоемус-с?

Прищурившись, Шиасса сжала кулачки и с отвращением прошипела.

— Такс-с, ты тумаешь, сто протекающей с-сщели полувековой с-старухи хватит тля Напуо?

Невольно дёрнувшись от слов девушки, Эльхиа ощерилась и чуть ли не выдавила из себя.

— Что ж... Может, я и немного старше моего любовника, но...

Показательно осмотрев заметно исхудавшее, покрытое множеством мелких ран, немытое и подрагивающее от усталости тело Шиассы, эльфийка угрюмо усмехнулась.

— Мне хотя бы есть чем привлечь его внимание. Что-то не припомню, чтобы мой мальчик хоть раз смотрел на тебя с... Интересом.

Расплывшись в злорадной улыбке, эльфийка с нескрываемым удовольствием смотрела на исказившееся от злобы лицо ламии.

— Этот добрый, наивный юноша ещё слишком молод, дабы понять, что он уже мой.

Медленно вытянув из-за пояса продолговатый, изогнутый кинжал, на лезвии которого искрились отблески странной жидкости, Эльхиа ещё немного приблизилась к Шиассе.

Одного взгляда на кислотные переливы зелёной смазки ламии хватало, чтобы почувствовать себя неуютно.

— А вот ты для этого слишком тупа. Но, признаю, в сравнении со своими предшественницами, ты оказалась куда более живучей, настырной и опасной.

— Опассной? Ссто ты нессёшь?

— Ой, да брось. – вновь хихикнув, эльфийка остановилась в четырёх шагах от напряжённой до предела ламии. – Ты же маньячка, психопатка. Думаешь, я просто так наспех сбагрила тебя в рабство, вместо того, чтобы избавиться навсегда? Забыла, как чуть не сломала меня пополам своим мерзким отростком?

— Брет, я никокта... Ахс!

Внезапно, Эльхиа без предупреждения сорвалась с места и в пару прыжков добралась до ламии, коротко замахнувшись кинжалом.

Тут же испуганно отпрянув назад, Шиасса только и смогла инстинктивно выставить хвост, защищаясь от удара.

— Кса-ах!!

Резким выпадом, вспоров алую чешую, эльфийка оставила на теле девушки неглубокий разрез, из которого сразу же хлынула кровь.

Но вместо того, чтобы продолжать атаку, Эльхиа лёгким движением отскочила назад под ошеломлённым взглядом Шиассы.

— Ох, не смотри на меня так.

Игриво крутанув кинжал в ладони, эльфийка обратилась к ламии.

— Сомневаюсь, что ты выманила меня сюда для глупой болтовни. Так что? Сдохнешь от яда, как и подобает трусливой гадине или перед смертью позабавишь меня?

— Кср-р... Ах...

Застонав от ненормального жжения в ране, ламия немного отпрянула от Эльхии, стараясь сдерживать клокочущий страх.

Быстро взглянув на кровь, обильно стекавшую из разреза на хвосте, Шиасса поняла - это не обычное увечье.

"Эта свинья... Она... Если бы не она, то ничего этого вообще бы не случилось.

Я была бы рядом с Набуо, поддерживала его, была бы нужна... Хоть кому-то... Но она, эта эльфийская шваль испортила его, она разрушила всё... Почему?

Почему всегда я? Почему я постоянно должна куда-то бежать и прятаться? Почему меня просто не оставят в покое? Я ведь никого не трогала... Я просто хотела быть рядом... Но эта... Остроухая мерзость."

Шиассе вдруг померещилось, что окружающий огонь, будто живой, приплясывал в такт её сердцебиению.

В ушах нарастал пугающий шёпот, постепенно переходивший в безумное бормотание.

Казалось, словно голос врезался в разум ламии отовсюду, каждая искра несла в себе противный звук. Но оно не общалось с ней, оно... Она? Этот голос... Огонь... Говорил?

С трудом поддерживая себя в осознанном состоянии, девушка с удивлением поняла, что слышит нечто. И это нечто было везде.

"Мало... Пищи. Н-не могу найти ещё... Он... Он расстроится? Бросит?! Ка'Ра... Бесполезна?! Нет! Нет-нет-нет!! Найду!! Я найду больше!! БОЛЬШЕ для хозяина!!

Да! Да-а-а... Просто... Просто, найти больше существ... Для него... Нужно... Нужно больше ОГНЯ!! Для него!! Он... Похвалит! Он похвалит?! КА'РУ?! ВЛАДЫКА?! НУЖНО БОЛЬШЕ БОЛИ!!"

Отдаваясь гулким эхом, инфернальный вой заполнял всё сознание Шиассы истеричными волнами, буквально разрывая её голову даже своим существованием.

Тем временем, остановившись в нескольких шагах от ламии, Эльхиа взволнованно наблюдала, как змеелюдка мерно покачивалась на месте, будто впав в полуобморочный транс.

— Эй. Эй, ты чего удумала? Уже помираешь? Чёрт, неужели, перебор?

Прикусив губу, эльфийка нервно оглянулась. Она не должна умереть сейчас... Ещё рано. Рано, дрянная ты стерва! Опять этот червяк поганит мои планы!

Но вдруг, Эльхиа заметила, как зрачки ламии резко сузились, а кончик хвоста поднялся вверх и стал угрожающе раскачиваться из стороны в сторону.

Тут же почувствовав неладное, эльфийка поудобнее перехватила кинжал и настороженно прищурилась.

— Хо-хо, знакомый взгляд... На этот раз ты держалась дольш... Брмф!!

Внезапно, в лицо Эльхии с размаху врезалось что-то тяжёлое, мощным ударом выбив из миниатюрного ротика крупные брызги крови и моментально оторвав девушку от земли.

Гулко хрустнув, челюсть эльфийки почти вылетела из пазов, а голову Эльхии развернуло так, что её шея едва не провернулась вокруг собственной оси.

Пролетев несколько метров над дорогой, девушка с шумом врезалась в обломки какой-то будки и проломив горелые доски, мясным мячиком проскакала по земле ещё пол десятка метров.

— Угх! У-урх... Кх...

Закашлявшись, эльфийка сплюнула в пепел несколько сгустков крови и быстро подняла голову, изумлённо уставившись на Шиассу.

Испуская дикое шипение, ламия стремительно приближалась к Эльхие, вперившись в девушку безумным взглядом золотистых глаз.

Тут же оттолкнувшись от земли, эльфийка спешно вскочила на ноги и только хотела броситься на Шиассу, как её разум буквально смяло волной неизвестной силы.

Пошатнувшись, Эльхиа неосознанно закатила глаза и чудом не потеряла сознание, окружающее пространство исказилось, а картина мира поплыла.

В голове девушке сразу же всплыли не самые приятные воспоминания о подобных эффектах.

"Э-эта тварь... Владеет магией разума?! Неужели, тот демон лишь её марионетка?!"

Однако, расплывчатые мысли эльфийки прервались хлёстким ударом хвоста, тараном врезавшегося в её живот.

Тяжело дыша, Набуо бежал по разрушенному кварталу, напряжённо всматриваясь в дальний конец улицы.

Камень отслеживания вибрировал всё сильнее, напоминая ему о том, что Эльхиа должна быть совсем близко.

Стимулирующее зелье уже работало в полную силу и герой почти не чувствовал усталости, хотя боль во всём теле не давала ему полноценно использовать свои возможности.

"Г-где же ты?"

С каждой секундой Набуо ощущал, как росло дурное предчувствие... Если он не поспешит, то может случиться нечто непоправимое!

"О, богиня, почему, когда они сходятся вместе, всегда происходит что-то плохое?!"

Шиа-сан и Эльхи-сама опять поссорились, так случалось и раньше... Но теперь... Шиа-сан... Она изменилась.

"Я по-прежнему не могу поверить, что она способна кого-то убить, но... Она ведь была моим другом... Я, я не знаю... Я должен поторопиться и узнать!"

Вновь мотнув головой, Набуо отогнал лишние мысли и вдруг, заметил странный сгоревший сарайчик с вывороченным углом, будто по тому ударили кувалдой.

Подбежав ближе, герой обнаружил приличной длины след, уходивший вниз по горе из мусора и горелых останков.

"Ощущение, что здесь кого-то тяжёлого волокли по земле... Хм, что это за звуки?"

Подняв взгляд, юноша увидел небольшой закоулок, окружённый пылающими завалами и обломками горевших домов, в центре которого кто-то двигался.

Но немного прищурившись, Набуо едва удержался на резко ослабевших ногах, ведь он, наконец, нашёл то, что искал.

— Н-нет... Н... Не может...

Не медля ни мгновения, герой сорвался с места, спешно сбегая с холма и на ходу пытаясь вытащить меч.

Руки юноши дрожали словно в припадке, пальцы не слушались, а разум отказывался верить зрению, но глаза продолжали отчётливо транслировать ужасную картину.

— Кс-срас! Кхр-рас!!

Красноволосая ламия, всё тело которой было усеяно кровоточащими порезами с животной яростью вбивала обмякшее тело эльфийки в землю.

Размахнувшись Эльхией, Шиасса изо всех сил ударила девушку головой об камень, разметав во все стороны ошмётки разбитых губ.

Вновь подняв соперницу в воздух словно мешок с отходами, ламия тут же пригвоздила девушку к дороге, оставив в пепле несколько раскрошенных зубов и кусочки оторванной кожи.

Будто отбивая шмат мяса, Шиасса ритмично обрушивала эльфийку на булыжники, не забывая иногда пользоваться и окружающим декором.

Раскрутив светловолосую девушку на манер булавы, ламия с диким шипением вбила Эльхию в небольшую тлеющую лачужку.

С громким треском тело светловолосой эльфийки проломило истлевшие доски и буквально разнесло маленькую постройку, раскидав по округе ворох углей и деревянных обломков.

Продолжая сжимать в хвосте изуродованную соперницу, будто та была какой-то куклой, Шиасса с безумием молотила Эльхией по всем окружающим сооружениям и предметам, отбивая тело девушки до состояния фарша.

От каждого удара повсюду разлетались клочки волос, куски скальпа, выбитые зубы и окровавленные лоскуты кожи, а кости эльфийки хрустели, как сухие палки, лишь чудом не разрывая мышцы хозяйки.

В какой-то момент ламия стала методично долбить Эльхию об один и тот же камень, видимо, пытаясь окончательно раскроить последней череп.

— Отпусти её!! Отпусти-и-и!! А-А-А-А-А!!

Но когда голова эльфийки уже почти превратилась в ободранное месиво, к месту битвы, наконец, подоспел взъерошенный герой.

На миг опешив от истеричного вопля Набуо, ламия, казалось, даже частично пришла в себя, немного ослабив хватку на туловище Эльхии.

Помутневшими глазами уставившись на приближающегося юношу, Шиасса с отстранённым удивлением взглянула на изломанное тело эльфийки, словно впервые увидела последнюю.

— Н... Нап... Уо? Этос-с...

Однако, не успела девушка промолвить и слова, как заметила, что подбежавший герой уже замахнулся мечом.

Даже не до конца осознавая происходящее, ламия рефлекторно отклонилась назад, испуганно выставив ладони перед собой.

— П-потошти!! Она! К...

Слова Шиассы оборвались, стоило лишь магическому лезвию пройти сквозь её плоть.

Ламия не ощутила боли, даже когда меч героя словно старую ветку обрубил её правую руку по локоть.

А если бы девушка не попыталась уклониться, то, возможно, и вовсе уже была бы рассечена пополам.

Шокировано наблюдая за тем, как её кисть отлетала в сторону, очерчивая в воздухе кровавую дугу, Шиасса сразу же подумала, что попала в кошмар.

"Да... Да. Огонь, чудовища, демон, смерти, рабство... Сон.

Набуо-сама убивает меня? Пха-ха-ха! Какая чушь! Я ведь даже не чувствую боли! Конечно, это дурной кошмар! Сейчас... Сейчас меня разбудит Набуо-сама и... И скажет, что я опять проспала! Ха-ха-ха..."

Шиасса даже успела слабо улыбнуться, прежде, чем клинок с едва слышным свистом вонзился в её плечо.

С глухим хрустом разрубив ключицу девушки, лезвие героя без проблем рассекло рёбра ламии, после чего тут же вспороло её живот и врезалось в булыжники, выбив из брусчатки снопы искр.

Продолжая глупо ухмыляться, ламия пошатнулась и с непониманием взглянула на выпадающие из неё внутренности, которые с мерзким чавканьем шлёпались в тёмно-алый пепел под хвостом Шиассы.

Судорожно выблевав порцию крови, девушка увидела, как юноша вновь заносит клинок.

Разум ламии почему-то решил, что обрывки её собственных кишок довольно забавно отлетали в сторону, когда герой замахивался оружием.

"Ха-ха-ха! Набуо-сама выглядит так мило, когда злится! Т-такой грозный! К... Как реалистично! Когда я расскажу ему про сон, он разозлится на меня за мою глупую фантазию!"

Продолжая толчками сплёвывать кровь, девушка с улыбкой взирала на то, как герой с безумным воплем разрубил её хвост пополам.

Едва оторвавшись от своей хозяйки, чешуйчатая конечность тут же взорвалась фонтаном алых брызг, заливая кровью всё в радиусе трёх метров.

Больше всего Шиассу развеселило то, что отрубленный кусок её тела продолжал дико извиваться в пепле, словно расчленённый земляной червь.

Грубо оттолкнув ламию обеими руками, герой с лёгкостью опрокинул девушку на землю и без промедления рванул к отсечённой части хвоста, где лежала обездвиженная эльфийка.

Повалившись на спину, Шиасса тотчас едва не подавилась собственной кровью.

Не в силах остановить конвульсивный поток тёплой жидкости, вырывавшейся из её рта, девушка кое-как перевернулась на бок.

Сама не понимая зачем, ламия единственной рукой загребала свои внутренности в раскуроченную дыру, из которой те и вываливались мерзкой бордово-розовой волной.

Шиассу даже несколько раздражало то, насколько её органы были скользкими и мягкими, они просто выпадали из ладони!

"Во сне не должно быть боли? Или должна? Ха... Ха-х... Я ведь чувствую её... Но почему я ещё не проснулась?"

Переведя ошалелый взгляд на героя, ламия обнаружила, что тот резко отшвыривает всё ещё дёргающийся кусок хвоста в сторону.

— Э-эльхи-с-сама, д-держись! Я... С-с-сейчас... С-сейчас! Э-эльхи... В-всё будет х-хро... Хорошо!

Трясущимися руками копаясь в медицинской сумке эльфийки, юноша в панике выбрасывал на землю всё, что, по его мнению, имело хоть сколько-нибудь восстанавливающий эффект.

"Эль... Эльхи?"

Отрешённо наблюдая за тем, как Набуо вливал в девушку множество зелий и остервенело покрывал ту целительными лосьонами, Шиасса даже перестала обращать внимание на кровь, хлеставшую из обрубка хвоста.

Единственная рука ламии всё более вяло засовывала горячие внутренности обратно в живот побелевшей хозяйки, а с синих губ девушки срывались лишь хрипы и судорожное бульканье.

Опаляющая боль волнами прокатывалась по агонизирующему телу Шиассы и пробиваясь сквозь завесу шока, частично отрезвляла рассудок ламии.

Между тем, закончив экстренное врачевание, герой взволнованно посмотрел на приближавшееся со всех сторон пламя и выругался на неизвестном девушке языке.

Крайне осторожно подхватив изуродованную эльфийку на руки, Набуо уже хотел со всех ног бежать к городской ратуше, но тут его взгляд задержался на Шиассе.

Не сводя с героя полубезумного взора, ламия на одной руке ползла в сторону юноши, буквально впиваясь пальцами в тлеющую грязь и медленно подтягивая тело вперёд.

"Н-набуо-сама... Хах... Т... Ты забыл... Хех... Про меня... Я... Я ведь здесь! Э-эй... З-заметь меня... Набуо... Подожди..."

На мгновение в глазах героя промелькнул ужас, когда он увидел, во что превратилась милая девушка, которая когда-то была его верным союзником и компаньоном.

Оставляя за собой протяжённый кровавый след из тянувшихся за ней кишок и розоватых потрохов к нему упорно приближалась мертвенно бледная тварь.

Алые волосы спутались в грязные лохмотья, закрывая часть осунувшегося лица ламии, а кровоточащий обрубок хвоста быстро дёргался из стороны в сторону, помогая своей хозяйке двигаться вперёд.

Сильно отощавшая, измазанная во всевозможных помоях и нечистотах, с мерзкими, светящимися желтоватым блеском змеиными зрачками, абсолютно обезумевшим взглядом на героя уставилась нечисть.

"Набуо... Спаси..."

Вздрогнув от омерзения, юноша нерешительно попятился назад, опасливо поглядывая, то на Шиассу, то на огонь, уже перекрывавший последний выход из ловушки.

— Н-не... Не приближайся! У-уйди!

Сам не понимая, зачем, Набуо несколько раз отмахнулся от полумёртвой ламии рукой, будто бы пытаясь избавиться от бешеной собаки или жуткого видения.

Видя, что его действия никак не влияют на девушку, с одержимым упорством подползавшую к нему, юноша в полном смятении замахнулся ногой и пнул горку пепла перед собой.

Попав под град из грязи, пыли и щебня, с глухим стуком врезавшегося в её голову, ламия всё же остановилась, вперившись в юношу не верящим взглядом.

— П-прости меня!

Даже учитывая, что его бывшая спутница превратилась в сумасшедшего монстра, Набуо был не в силах добить её. Он просто не мог этого сделать... Сам.

Зажмурив веки, герой быстро развернулся спиной к едва живой девушке и с тяжело раненой эльфийкой на руках помчался к выходу, на бегу выкрикивая лишь одно.

— Прости! Прости! Прости меня! Прости-прости-прости!

Более не в силах даже сжать ладонь, ламия совершенно пустым взором наблюдала за удаляющимся человеком.

Не было ни слёз, ни стонов, ни мольбы, ни ненависти. Лишь мерзкая кровавая рвота, конвульсивная дрожь, запах пепла, горелого мяса и бесконечная, всепожирающая боль.

"Помоги мне..."

Всколыхнув огромную гору пылающего мусора, из-под обломков дома с грохотом вырвался человек, сплошь покрытый слоями грязи и сажи.

Со всего тела юноши свисали ободранные шматы кожи, сквозь кровоточащие лоскуты которых выглядывали оголённые мышцы и пульсирующие внутренности.

Мощным толчком спихнув с себя булыжники и догорающие доски, раненый подросток пошатнулся, но удержал равновесие.

Через силу выпрямившись во весь рост, парень окинул улицу мрачным взором и... Упал.

Обдирая плоть о заострённые камни и металлический лом, подросток скатился к основанию завала и на несколько мгновений замер в неестественно изломанной позе.

Однако, уже в следующий миг, вздрогнув всем телом, изувеченный юноша словно заведённый начал подниматься на ноги.

А вернее - на ногу, ведь одна из нижних конечностей парня выглядела так, будто она взорвалась изнутри.

В нескольких местах раздробленные кости насквозь пробили мышцы бедра и распоров кожу, выпирали из ноги человека белёсыми иголками.

Поверхностно осмотрев собственное тело, юноша презрительно дёрнул ободранной скулой и свободной рукой сжал алебарду, от которой остался лишь покорёженный металлический стержень.

На месте второй руки парня красовалось по локоть оторванное предплечье, мясной оглоблей торчавшее из его туловища.

Наконец, приняв устойчивое положение, молодой человек тут же перевёл взгляд в сторону и казалось, уставился в пустоту.

Но словно почувствовав чужое внимание, в том месте, куда смотрел подросток, ярко вспыхнула системная таблица.

На всю ширину пылающего полотна раскинулись пока что неизвестные этому миру символы, впервые доставив Бруталу информацию так, как он любил - максимально кратко.

*Вы - мертвы*

Брутал успел лишь моргнуть, прежде чем окружающее пространство резко исказилось.

Пылающие развалины, выжженную землю и угрюмое небо вмиг заволокло непроглядной бездной и всего через пару секунд юноша уже парил один в полной темноте.

Только огненные зрачки героя пылали во мраке, плавно переползая из одной точки в другую.

Шевельнув пальцем, Брутал создал небольшой шарик пламени, который быстро слетел с его ладони и завис рядом с лицом своего хозяина.

Свет огня тут же выхватил из черноты две серые поверхности, тянувшиеся бесконечно далеко в кромешную тьму.

Гигантские стены, выложенные из старых человеческих черепов, казалось, произрастали из пола, усеянного полотном потемневших костей.

И лишь едва заметный сквозняк гулял по узкому коридору могильного туннеля, донося до юноши звуки далёких стонов и заунывного плача.

Бесстрастно скользнув взглядом по стенам из древних скелетов, Брутал переместил внимание на собственное тело, освещённое сгустком пламени.

Каким-то образом его плоть излечили от всех повреждений, не учитывая старых шрамов.

Немного пошевелив конечностями, герой вновь посмотрел вглубь бескрайнего коридора, возведённого из истлевших костей.

Раздражённо фыркнув, Брутал шагнул к одной из гигантских стен и коротко замахнувшись, врезал по той кулаком.

С треском пробив трухлявый череп, юноша тотчас впустил в образованную дыру мощный поток кровавого огня.

И всего за несколько мгновений ревущее пламя словно ветхую тряпку окутало угрюмые кости, заполнив окружающее пространство очагами ревущего жара.

Под огненным натиском монументальные стены начали оплывать, будто сделанные из масляных красок.

Тем временем, удручённо нахмурившись, Брутал спокойно стоял посреди вихря пламени, дожидаясь, пока жар поглотит чью-то бездарную иллюзию.

И когда огонь, наконец, утих, герой обнаружил себя в огромном зале, центр которого занимал обширный круглый постамент.

От гладкого каменного пола ввысь уходили толстые колонны, упиравшиеся в обширный купол, сложенный из угольно чёрных плит.

Ближе к своду гранитные столбы освещались фиолетовыми огоньками, медленно витавшими внутри старинных подсвечников.

А в самой верхушке зала, через щель в потолочных блоках пробивался длинный луч солнечного света, уходивший к концу холла, откуда и донёсся томный женский голос.

— Добро пожаловать, моя дорогая заблудшая душа.

Моментально оторвавшись от разглядывания гигантского помещения, Брутал метнул взгляд на источник звука.

В нескольких десятках метров от него, на троне из белоснежных, гладко отполированных черепов восседала молодая девушка в готическом платье чёрного покроя.

Удерживая на великоватых ей по размеру подлокотниках двухметровую косу, женщина расслабленно прикрывала веки, запрокинув голову к солнечному свету.

— М-м... Я чувствую на тебе след... Немии, верно?

Мягко погладив пальчиками тёмно-лазурный металл изящного оружия, девушка растянула губки в ласковой улыбке.

— Боюсь, поддержка этой противной девчонки отныне будет для тебя бесполезна.

Плавно вытянув бледную ручку, женщина щёлкнула пальцами и в тот же миг, татуировка на плече Брутала стала медленно стекать с его кожи.

Вскользь посмотрев на рисунок хищно оскаленной улыбки, ныне оплывавшей кровавыми красками, юноша вновь уставился на грациозную девушку.

Оценивающе пройдясь взглядом по притягательным изгибам стройного тела, Брутал моргнул и молча отвернулся от самки.

Уверенным шагом потопав куда-то вглубь помещения, герой изредка поглядывал на стены, заполненные узорами из незнакомых рунических письмён.

"Почему я не умер?"

Как и в прошлый раз, он должен был попасть в истоки гибели, откуда однажды уже ворвался в этот мир, поглотив чью-то тщедушную сущность и заняв её место в новом бесполезном теле.

Тогда шаман просто уничтожил его физическую оболочку и этого вполне хватило для переноса в царство Вечной.

Однако, сейчас Брутала по неизвестной причине занесло в какую-то нору к очередной бешеной самке, активно действующей ему на нервы.

В свою очередь, "бешеная самка" с минуту просидев в полной тишине, нетерпеливо заёрзала на троне.

"Не слишком ли долго герой молчит... Неужели, он столь впечатлительный?"

Тихонько приоткрыв одно веко, бледнокожая женщина незаметно осмотрелась, после чего тут же распахнула глаза.

Уставившись на пустой постамент удивлённым взором, в глубине которого плескалось ярко-лиловое сияние, незнакомка невольно подалась вперёд.

Прошелестев тонкими чёрными одеяниями, нежно облегавшими её тело, девушка немного прищурилась и вдруг, слабо пискнула.

"Это ещё кто такой?!"

Изумлённо вытаращившись на совершенно голого подростка, с ног до головы исполосованного гротескными шрамами и татуировками, женщина похлопала глазками и тихо пробубнила.

— Так, спокойно...

С лёгким волнением вскинув руку, девушка направила её на юношу и поводив пальцем в воздухе, щёлкнула ноготком по пустоте.

Внезапно, и без того напряжённое личико незнакомки стало бледнеть.

"Что значит, нет души?!"

Ошарашено отпрянув на спинку трона, женщина нервно пригладила длинные чёрные волосы.

Нет, правильнее сказать, она ощущала слабое присутствие души, но... Но не в этом человеке.

Чей-то почти угасший дух либо находился рядом с ним, либо был привязан к нему.

А вот в жутковатом госте девушка различала лишь какую-то неопределённую... Массу? Нечто похожее на сосуд, заполненный чем-то... Чем-то.

Большего она сказать не могла. Абсурд.

Слегка прикусив губу, женщина проследила за тем, как странный юноша сошёл с постамента и зачем-то приблизился к ровному краю обрыва, которым оканчивался обширный зал.

Невозмутимо заглянув в непроглядную тьму рукотворного каньона, герой увидел внизу тысячи полуразмытых силуэтов, бесцельно плутавших во мраке.

Так эта падальщица собирает остаточную энергию у трупов?

Жалкие потуги.

Слабое существо опять пыталось завладеть неподвластной мощью, считая, что отобрав силы у самой гибели, оно избежит платы за одолженную мощь.

В который раз Бруталу приходилось видеть, как дрожащие твари желали получить истинное могущество, боясь отдать хоть что-то взамен.

Бесполезные слабаки. Ничтожества, рождённые стать прислужниками или рабами.

И всё же, стоит признать, что некоторые шаманы его родного мира тоже не брезговали отнимать силу у мертвых.

Даже он сам в наиболее трудные времена использовал схожее колдовство, дабы не проиграть там, где жизнь ему могла даровать лишь смерть.

Однако, Вечная всегда забирала то, что ты отнял у неё. И в куда большем размере.

Кроме того, пожирать плоть ещё агонизирующих врагов намного приятнее и эффективнее, чем грызть гнилую дохлятину.

— Кхм... Дорогой, будь осторожен. Озлобленные духи могут навредить обычному смертному. Не стоит туда...

Отвлёкшись от рассматривания призраков, Брутал вполоборота развернулся к говорившей девушке и холодно воззрился на последнюю, одним взглядом бросив: "Закрой рот. Тебя не спрашивали."

— ... С-смотреть...

На мгновение у женщины даже спёрло дыхание от столь чистой и неприкрытой ненависти, пылавшей в глазах героя.

Казалось, будто даже сам воздух сжался вокруг её тщедушного тельца, брошенного на растерзание голодному зверю.

Покрывшись мурашками с головы до пят, девушка вжалась в спинку трона и поспешно отвела взгляд.

Тревожно нахмурившись, незнакомка начала увлечённо изучать, как оказалось, на удивление интересные стены собственного убежища.

"Д-да ведь это даже не человек! Но... Но система ведь предупреждала, что ко мне должен попасть герой!

Так, какого чёрта здесь делает... Этот... Этот кто?!"

Глубоко вздохнув и незаметно выдохнув, девушка кое-как вернула на личико ласковую улыбку и перестав тарабанить пальцами по косе, открыла ротик, собираясь что-то сказать.

Но женщина так и не успела выдавить из себя ни звука.

"Когда...?!"

Оказавшись всего в паре десятков шагов от девушки, Брутал неотрывно буравил последнюю взглядом, не выражавшим ровным счётом никаких эмоций.

"О-он ведь только что был...!"

Сама того не заметив, женщина буквально вцепилась в подлокотники престола и сжавшись всем телом, натянуто скривила губы.

Похолодев от маниакально пристального внимания, незнакомка начала быстро прокручивать в голове успокаивающую мантру, стараясь игнорировать совершенно немигающий взор героя.

"Так! Так, тихо! Ты же богиня, в конце то концов! Он так или иначе, не причинит тебя вреда! Да...

Но... Бессмертная! Что с ним не так?! Мне даже просто смотреть в его сторону тяжело..."

— М... М-милый мой, п-позволь узнать, откуда ты...

— Кто ты?

Слегка вздрогнув от неожиданности, женщина невольно сглотнула слюну и беспокойно почесала переносицу.

"Его голос... О, смертоносная. Да ледяная глыба и та теплее звучит... Он точно был живым существом?"

Неуверенно улыбнувшись, девушка кое-как выпрямила спинку и попыталась расслабленно усмехнуться, но явная дрожь в голосе превратила грациозный звук в сиплое карканье.

— О-ох... М-милый, не глупи.

Встрепенувшись, богиня немного выставила грудь и пикантно приложила к ней раскрытую ладошку.

— Неужели, ты не узнал саму смерть?

Не без усилий вернув своему взгляду снисходительные нотки, женщина посмотрела на юношу сверху вниз.

Однако, стоило глазам девушки напрямую столкнуться с абсолютно невменяемым взором героя, как её внимание быстро соскользнуло обратно на стены зала.

За пару секунд зрительного контакта богиня ощутила, словно её душу успели оценить на вкус и едва не попробовали на зубок.

Изогнув губы в угрюмой гримасе, Брутал одарил женщину крайне враждебным взглядом.

Эта трупоедка насмехалась над ним или просто лгала? Да в её седалище смерти больше, чем в ней.

Она самозабвенно жрёт давно сгинувших мясных мешков и других презренных отродий этого убогого мира, а после смеет заявлять ему, что является Вечной? Она пытается оскорбить его?

Впрочем, какая-то никчёмная гниложорка мало интересовала юношу, ведь он уже осознал, что не вернётся в свой мир тем же путём, которым попал в этот.

Он знал и другой способ добраться до предавшего его шамана, но тот требовал куда больше времени и жертв.

Если Брутал сам не мог попасть в родной мир, нужно просто заставить мир прийти к нему.

Но, всё же, даже подобное предательство от единственного наставника имело приятные стороны, хоть и заставило Брутала десять лет просуществовать в виде марионетки.

Великий шаман имел шансы на некоторое время избавить его от бесконечной скуки, ведь тот оказался достаточно сильным и вероломным врагом.

Возможно, он даже потенциально способен даровать ему интересный бой, где Бруталу не придётся постоянно сдерживать себя?

Он, наконец, снова сможет... Как и когда-то давно...

Выслеживать жертву. Рвать плоть врагов, пока их муки не сольются с его болью в единое пламя агонии...

Медленно, со сладким наслаждением казнить страдающую добычу... Упоенно пожирать её... А потом воскресить. Воскресить и снова сражаться... И снова убить... И...

Ощутив внезапный прилив давно забытого азарта, Брутал моментально остудил жар, поднявшийся из глубин его тела.

Ещё не время. Не сейчас.

Он не должен так легко терять разум, иначе не получит полного удовольствия от процесса охоты. Он, итак, позорно потерял над собой контроль в цитадели мясных мешков.

Пока юноша молча буравил богиню тяжёлым взглядом, сама девушка с возрастающим страхом посматривала на незваного гостя.

На короткий миг женщина почувствовала рядом с собой вспышку настолько жуткой ауры, что у неё до сих пор не разгибались пальцы.

Это был лишь мимолётный след, но ощущение такое, будто её обдало волной горячего смрада из распахнутой пасти какой-то древней плотоядной твари, унюхавшей свежее мясо.

С трудом уняв безудержно вздрагивающее тело, девушка суматошно решала, что ей делать дальше.

По привычной схеме, она, как одна из младших богинь смерти должна полностью очистить душу погибшего и отправить ту в общий резервуар, где произойдёт дальнейшее распределение.

Да вот только, её интуиция неистово твердила, что самым подходящим выбором будет притвориться огрызком интерьера и лишний раз даже не думать о ненормальном госте.

"Кто он такой? И как попал в мой личный резервуар?

Даже с поддержкой богов, души героев должны пройти Лабиринт Стенаний, прежде чем попасть ко мне или зависнуть в забвении, дожидаясь своей участи...

Может, он послан лично моей покровительницей? Нет, тогда она бы меня предупредила... Подожди-ка...

На нём ведь была метка Немии! Опять эта лисица что-то вытворила?!"

Боковым зрением следя за стоявшим перед ней героем, богиня вдруг заметила какое-то странное движение.

Вновь сфокусировав взгляд, женщина посмотрела на юношу, который повернулся к ней боком и... Воткнул указательный палец себе в грудь.

Глупо хмыкнув, девушка в панике забарабанила пальцами, когда от кожи героя взвилась струйка алого дыма.

Не удержавшись, богиня вскочила с трона и закричала.

— Э-эй! Что ты делаешь?!

Не получив от юноши даже мимолётного взгляда, женщина изумлённо воззрилась на то, как Брутал с противным хрустом разрывал свою грудную клетку, обеими руками выворачивая белёсые рёбра.

Рутинно отбрасывая случайно оторванные куски костей, герой словно бы не замечал крупные брызги крови, заливавшие его туловище и каменный постамент.

Наконец, нащупав искомую плоть, юноша крепко стиснул остановившееся сердце в ладони и рывком выдернул то из тела на глазах у опешившей женщины.

Не в силах вымолвить и слова, богиня вдруг почувствовала, как вблизи чужака стала уплотняться какая-то мерзкая энергия, которую ранее она приняла за ту самую "массу".

Чувство, будто из каждой щели повеяло тошнотворной вонью застарелой гари, смешанной со сладким душком недавно сгоревших трупов.

И теперь, когда Брутал начал использовать эту эссенцию, девушка поняла, почему ей было так трудно определить природу этой силы.

"Это человеческие души?!"

Женщина в ужасе наблюдала за тем, как из тела героя резко вырывались десятки людских духов, изуродованных потусторонним страхом и дикими муками.

Рыдая, корчась в неистовой боли и издавая нечеловеческие вопли, смазанные силуэты изо всех сил сбивали с себя призрачное пламя, словно обезумевший пёс вгрызавшееся в их фантомную сущность.

"П-погоди... Быть не может. Почему... Почему я чувствую их искры душ... Они ведь есть только у... Живых."

Некоторые духи, не выдерживая безумной агонии, пытались накинуться на юношу, спокойно стоявшего в окружении пылающих мертвецов.

Но мимолётно брошенный взор их узурпатора незамедлительно давил воющих призраков к земле, заставляя тех биться в панических припадках.

"Эти фантомы, н-нет. Это не духи... Это живые души! Н-но... Но как?! Если тело мертво, то душа умирает! Т... Только, если..."

Не в силах отвести взгляд от завораживающей картины, богиня крепко схватилась за косу, максимально анализируя происходящее.

По всему телу героя прорезались кровоточащие рунические знаки, из которых вырывались столь плотные волны гнева и необузданной ярости, что у девушки поплыло в глазах, а дыхание стало прерываться.

"... Только если не вырвать души насильно. Ещё при жизни."

Одной рукой удерживая остановившееся сердце, другой Брутал быстро схватил блуждающего духа за глотку.

Тут же безвольно повиснув в мёртвой хватке своего владыки, призрак, казалось, радостно всхлипнул, желая, как можно скорее получить долгожданную гибель.

Лицо юноши, покрытое слоями грубых шрамов и длинных остроконечных рун походило на безжизненную маску из плоти, неуклюже натянутую на человеческий череп.

"Это невозможно... Нереально. Никто не может вытащить душу из живого тела! Даже попытка совершить подобное приводит к нечеловеческим болям... Нужно остановить его, немедленно."

Однако, когда женщина уже хотела прервать жуткий ритуал, всё вдруг резко оборвалось.

Быстро стиснув ладонь, Брутал беззвучно переломил фантому шею.

Издав душераздирающий вопль, призрак моментально вспыхнул кроваво-тёмным пламенем, тут же забившись в столь диких конвульсиях, что богиня смогла физически ощутить его муки.

А всего через секунду и остальные духи огласили зал пронзительными визгами, начав метаться по залу, пожираемые кровавым огнём.

Не выдержав пронзительных криков боли, богиня закрыла уши ладонями, сморщившись от противного звона в голове.

Тем временем, фантомы один за другим превращались в маленькие сгустки огня и повинуясь безмолвному приказу спешно окутывали сердце Брутала пламенным ореолом, всасываясь в горевшую плоть.

Наконец, когда призрачные вопли утихли, богиня почувствовала, как огромное напряжение в один миг исчезло, словно пепел осевший на каменный пол.

Встряхнув головой, женщина убрала ладони от ушей и ошарашено взглянула на героя, стоявшего с таким выражением, будто он усиленно поковырялся в носу.

И в этот момент, девушка увидела, что мёртвое сердце юноши быстро билось прямо в его ладони. Оторванное сердце. Бьется.

— С... Стой...

Но едва богиня вытянула руку, чтобы заблокировать движения Брутала, как позади него с громоподобным гулом разверзся огромный пылающий разлом.

Мощнейшая воздушная волна мгновенно смела женщину обратно на свой трон, болезненно пригвоздив её к спинке престола.

#Внимание! Рядом с вашим расположением возникла брешь в полотне мироздания!

Возможны необратимые последствия для строения вашего мира!#

Вскрикнув от невероятного давления, девушка с трудом прикрыла глаза рукой, пытаясь разглядеть героя сквозь ослепительный свет рыжего пламени.

Однако, силуэт юноши уже растворился в порывах неукротимого жара, оставив после себя только трёхметровую дыру в пространстве прямо посреди зала.

Неожиданно, и без того поражённая богиня ощутила нечто кошмарное - тысячи душ, хранившихся в её личных резервуарах, пришли в движение.

В панике воззрившись на бездонный каньон в конце гигантского зала, женщина побелела.

Массивные потоки духов, которых она копила не меньше столетия, разом потянулись в сторону громыхающего разрыва.

Призрачные силуэты буквально всасывались в пылающий портал какой-то неведомой силой.

Ошарашено выпучив глаза, богиня тут же схватилась за косу, и кое-как поднявшись с трона, навела трясущееся орудие на портал.

— ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ, НЕДОМЕРОК?!

Истерично завопив, девушка размашисто взмахнула косой и когда последняя испустила сияющий фиолетовым светом дымок, резанула ей в сторону огненной дыры.

С громким шипением из вибрирующего оружия вырвалась густая волна тёмно-пурпурной энергии.

Врезавшись в гудящее пламя, сиреневая материя лишь немного сдвинула огонь с места, никак не помешав тому неистово поглощать в себя сотни духов.

— Нет! Не может... Стой! Прекрати!!

Задрожав от ужаса, богиня изо всех сил воткнула косу в камни и сцепила на ней руки, напрягшись до вздувшихся вен.

Сконцентрировано зачитывая неизвестное заклинание, женщина прислонилась головой к своему оружию, после чего по всей длине металла пробежал тихий звон.

В ту же секунду, двухметровое орудие испустило из себя несколько извивающихся линий крайне плотной энергии.

С оглушительным скрипом пронзив пламенный портал, тёмные полосы словно гигантские нити принялись стягивать разрыв.

И наконец, вместе с разрушительным взрывом, снёсшим несколько окружающих колонн и расколовшим каменный постамент, огненный раскол схлопнулся.

Духи, не успевшие отлететь от закрывшегося портала, были сразу же испепелены порывом пламени, опалившим даже отдалённые стены зала и подступы к трону.

#Внимание! Брешь в пространстве закрыта!#

Попав под чудовищной силы волну воздуха, богиня с треском снесла трон из белоснежных черепов и врезалась в стену, моментально покрывшуюся глубокими сколами.

Чудом устояв на подкосившихся ногах, богиня оттолкнулась от крошащихся камней и опустошённо уставилась на то место, где ещё секунду назад бушевало инфернальное пламя.

Переведя дыхание, девушка в ярости сжала холодный металл косы и сдавленно промолвила.

— Если это твоих рук дело... Немия... Ты их лишишься.

Усилием воли сдерживая загоравшийся в ней гнев, женщина медленно провела тёмным лезвием по воздуху и тут же, в обозначенном месте открылся аккуратный овал портала, мерцавшего спокойным фиолетовым светом.

Она должна немедленно доложить о случившемся своей покровительнице.

Мало того, что младшая богиня смерти потеряла половину всего запаса своих духов, так ещё и позволила им вырваться в открытый мир.

Но девушка не винила себя в нерасторопности, ведь нечасто в её личное пространство вламывалось какое-то бездушное создание, использующее неизвестную и крайне опасную магию.

Всё, что поняла женщина - в появлении тёмной сущности замешана Немия. И хуже всего, то, что существо было способно применять силу, выходившую за пределы системных ограничителей.

А на это, из подходивших вариантов, были способны либо тёмные боги, либо твари хаоса.

В обоих случаях создание подлежит заточению или уничтожению.