Открыв глаза, я обнаружил, что меня держит крупный мужчина с дикими рыжими волосами, красными глазами и свирепым выражением лица, похожим на улыбку. Хотя с моей точки зрения это больше походило на оскал.

«Ха~!» Улыбка мужчины стала еще шире, когда он издал радостный звук, глубоким голосом, «Ты кажешься сильным ребенком! Надеюсь, в будущем ты станешь сильным соперником!» Он радостно сказал, тыкая и толкая меня одной рукой, а другой довольно небрежно держал за шею.

Я попытался пошевелиться. Я попытался заговорить. Но все, что я получил за свои усилия, было несколько бесполезных подергиваний и несколько булькающих звуков.

Я узнал этого мужчину. Дикие рыжие волосы, надменные красные глаза...Невероятное телосложение...Это Юдзиро Ханма, и, как бы желая доказать мне мою правоту, мужчина усмехнулся, закончив свои понукания.

«А теперь, как мне тебя называть?» Он, казалось, на несколько секунд погрузился в глубокое раздумье, прежде чем продолжил: «Ну, ты можешь продолжать семейную традицию, поэтому я назову тебя...Юкиро Ханма, сын демона, Юдзиро Ханмы...Какое прекрасное имя!» Он издал глубокий смех, от которого я затрясся, словно от ударной волны.

Господи Иисусе, этот парень очень силен... Даже его смех причиняет боль...

«Ты! Как ты смеешь возвращаться в этот дом?» Вдруг раздался голос с порога. Голос был женским, но в то же время невероятно раздраженным. Юдзиро казался невозмутимым от этого голоса и просто продолжал смотреть на меня. Я не мог повернуть голову и узнать, кто эта женщина, потому что продолжал смотреть в надменные глаза, самого сильного существа в мире.

Я чувствовал давление, исходящее от самого его естества, и чувствовал, как мои инстинкты кричат, вопят, что я должен приклониться или убежать от этого человека. Но...Что-то внутри меня не позволяло мне этого сделать.

Это было похоже на какую-то странную гордость, которая не позволяла мне склонить голову. Даже перед этим человеком.

Мы продолжали смотреть друг на друга, пока Юдзиро наконец не рассмеялся и не повернулся к женщине, которая подошла так близко, что оказалась совсем рядом с нами.

Она пристально посмотрела на Юдзиро, ее серые глаза горели огнем, который подпитывался гневом и ненавистью. Юдзиро повернулся к ней, улыбаясь и демонстрируя свои жемчужные зубы, которые больше походили на клыки, чем на обычные человеческие зубы: «Яэко, наш сын действительно талантлив! Он даже не дрогнул под моим пристальным взглядом! Я не могу дождаться, когда он окрепнет и мы сможем сражаться!»

Его слова и свирепая улыбка были встречены только одним:

Шлепок.

Но это, казалось, нанесло больше вреда самой женщине Яэко, которая, похоже, была моей матерью, чем Юдзиро, потому что его улыбка не дрогнула. На самом деле, казалось, что она стала еще шире. Во всяком случае, Яэко продолжала свирепо смотреть на него, прежде чем наконец заговорила.

«Ты меня изнасиловал! Ты сделал меня беременной, а когда мой муж узнал об этом, он бросил меня и моего ребенка! Убирайся из этого дома! Убирайся отсюда!» Она закричала, ее голос был тверд и полон гнева. Это было все равно, что слышать, как рычит тигр. Когда ее глаза обратились ко мне, я был готов к ее ненависти, к ее отвращению - в конце концов, я был ребенком, которого она зачала, будучи изнасилованной. Кто же полюбит такого ребенка? В обычном мире, такое случалось много раз. Не говоря уже о том, что я находился в этом сумашедшем мире, который, как я предполагаю, был миром Баки, где насильником был Юдзиро Ханма, который постоянно донимал ее.

Это было бы похоже на повторяющийся кошмар, наполненный травмами.

И все же ... Глаза этой женщины были полны нежности и любви, когда она смотрела на меня. Вся ее материнская любовь, была в этих серых глазах, и я почувствовал это... Я был любим. Для такой сироты из прошлой жизни, как я... Родительская любовь была тем, к чему я всегда стремился, и теперь она у меня была.

Яэко, или скорее моя мама, протянула руки и взяла меня из рук Юдзиро, а мужчина просто пожал плечами, услышав, что она кричала на него. Да и с чего бы ему реагировать на это иначе? Он- изнасиловал многих женщин, это не было чем-то новым для такого говнюка, как он.

Внезапно я почувствовал, как чья-то рука нежно гладит меня по голове, и тут же почувствовал, что гнев, закипающий во мне, утихает. Подобно огню, вспыхнувшему во время ливня, сопротивление было бесполезным, и вскоре я успокоился.

Глядя и говоря, как свирепая тигрица, мама впилась взглядом в Юдзиро, прежде чем выплюнуть следующие слова: «Он не возьмет твою фамилию, демон. У него будет моя фамилия. Его имя будет Юкиро Нисимия. Если я оставлю ему имя, которое дал ему ты, тебе это будет достаточно, чтобы уйти, да?» Ее слова были пропитаны ядом, но все, что она могла сделать, это уступить мужчине, стоящему перед ней. Он не был известен, как самое сильное существо без всякой причины, что она могла ему сделать, кроме, как уступить?

Юдзиро задумался на несколько секунд, прежде чем пожать плечами и беспечно улыбнуться: «Пока он достаточно силен, неважно, какая у него фамилия. Это может быть моя, это может быть твоя - это не имеет значения,» сказал он, прежде чем шагнуть к нам, заставив мою мать вздрогнуть, но он проигнорировал это и продолжал смотреть на меня, «Я знаю, что ты можешь понимать нас, Юкиро, твои глаза полны интеллекта, и ты слишком внимательный, чтобы быть еще одним безмозглым ребенком. Поэтому позвольте мне сказать тебе одну вещь: становитесь сильнее! Сильнее, чем кто-либо другой!» Его лицо теперь было рядом с моих, и выражение его лица было искажено маниакальным безумием, а красные глаза, казалось, светились багровым светом. В этот момент он выглядел в точности, как демон.

А потом он исчез. Я едва мог разглядеть красное пятно, но даже это казалось мне достижением само по себе. Может быть, во мне было больше, чем казалось?

Мои мысли, однако, были прерваны тем, что моя мать рухнула в беспорядочное сидячее положение, прежде чем рыдания, вырвались из ее, покрытого волосами лица. Она крепко обнимала меня и рыдала, как и ее лицо, ее волосы закрывали меня так же. Она дрожала и рыдала, и это продолжалось долгое время. Все, что я мог сделать, - это утешить маму, поглаживая ее волосы своими детскими ручонками.

Когда она поняла, что я делаю, она приблизила свое лицо к моему и посмотрела на меня сверху вниз серыми слезящимися глазами. Печальная, но радостная улыбка появилась на ее лице: «Такой хороший мальчик, утешающий свою маму, даже когда ты так молод...» Ее голос дрогнул, когда она сказала это, и она наклонилась, чтобы поцеловать меня в лоб.

Внезапно рядом с нами раздался скрип, и моя мать вскочила, ее поза стала напряженной. Очевидно, она все еще была начеку после встречи с моим отцом.

Но эта напряженная поза мгновенно исчезла, как только она увидела, кто это был.

С большим трудом я повернул голову и посмотрел на дверь. В дверном проеме, пошатываясь, стояла молодая девушка, которой было не больше двух лет. У нее были такие же каштаново-розовые волосы, как у мамы, но глаза были карие, а не серые, словно сталь, как у женщины, которая держала меня на руках. Кроме того, я увидел, что у нее были слуховые аппараты в обоих ушах, и пришел к выводу, что у нее были некоторые проблемы со слухом. Но в остальном, она была похожа на гораздо более молодую и уменьшенную версию моей матери.

«Шоко-тян, почему бы тебе не подойти и не поздороваться со своим младшим братом?» Она говорила медленным голосом, очевидно позволяя ребенку читать по губам ее медленно шевелившихся губах. Чтобы помочь еще больше, она подозвала ее жестом "иди сюда".

Брюнетка все поняла и взволнованно заковыляла к нам, глупо улыбаясь и глядя на меня. Когда она подошла достаточно близко, мама опустила меня достаточно низко, чтобы Шоко могла ясно видеть меня. Ее карие глаза пристально смотрели на меня, и я тоже посмотрел, в ее невинные глаза. Этот зрительный контакт продолжался еще несколько секунд, и мама мягко улыбалась, глядя на нас.

Наконец Шоко робко протянула руку, как бы желая коснуться моей щеки. Я позволил ей делать то, что она хотела, и она ткнула меня в щеку и хихикнула от этого ощущения. Я поднял руку и ткнул ее тоже, прижимая к щеке и возвращая ей хихиканье, хотя мое хихиканье больше походило на бульканье.

Шоко тоже хихикнула, и мы оба продолжили тыкать друг друга в щеки, смеясь. Я знал, что мне не нужно вести себя, как безмозглый ребенок, но все же самое меньшее, что я мог сделать, это веселить свою старшую сестру, верно? Каким бы я был младшим братом, если бы даже этого не мог сделать?

И вот так, началось мое появление в этот мир. Со счастливой семьей.

Пять лет. Целых пять лет. Именно столько времени прошло, прежде чем я понял что-то важное:

В этом мире есть и другие аниме. Не только Боец Баки. Почему я так считал? Потому что прямо сейчас, я наблюдал за маленькой блондинкой, избивающей трех уличных головорезов, в то время, как двое детей наблюдали со стороны.

Миу Фуриндзи. Кеничи Сирахама. Рюто Асамия.

Все персонажи из другого аниме о боевых искусствах, которое называется: "Сильнейший в истории ученик Кеничи." Что, черт возьми, происходит?

Я думал, что нахожусь во вселенной баки, а не в какой-то амальгамной вселенной! С этим дерьмом, просто стало намного сложнее иметь дело. Мало того, что мне приходится иметь дело с такими людьми, как Юдзиро, но теперь я должен беспокоиться о старике и других, в этом проклятом Додзе.

"Хеех… Что еще здесь есть, а? Ну же, Бог! Попробуй шокировать меня еще больше!"

Несмотря на то, что я сам напросился на это, следующее, что произошло... От этого у меня даже голова загудела...

«Ого! Ты такая сильная!» девушка с черными, как вороново крыло волосами бросилась к молодой блондинке, в которой я узнал Миу Фуриндзи, «Я никогда раньше не встречала такой сильной девушки, как я! Хочешь стать друзьями?!» Она встала прямо перед лицом Миу, ее необычные глаза сверлили бедную Миу, которая не могла говорить от шока, но в конце концов, кивнула.

«Я...Д-да, я ... Я бы не против быть твоим другом!» Она почти прокричала это, сильно запинаясь, ее глаза были полны слез, но она была счастлива и полна радости, но сразу же эта радость исчезла, когда она продолжила: «Н-но мне скоро нужно уехать с дедушкой, так что, я думаю, мы не можем быть друзьями...» Ее слезящиеся глаза стали еще более влажными, и она опустила взгляд на землю.

Честно говоря, она выглядела совершенно нормальным ребенком. Если бы только не полдюжины уличных головорезов, лежащих на земле вокруг нее и стонущих от боли, которую она им причинила.

Мое желание сражения сильно бушевало, но я подавил его и продолжал прислушиваться.

Девушка со странными глазами полезла в свою сумочку, которая выглядела ужасно дорогой для того, что принадлежало ребенку, и вытащила телефон-раскладушку. Она открыла раскладной телефон, прежде чем быстро ввести что-то в него. Как только она закончила, то сунула телефон любопытной Миу, которая вышла из своего уныния, увидев телефон.

«Вот, возьми этот телефон, и мы сможем разговаривать и переписываться, когда захотим! Я знаю, как одиноко бывает, когда я путешествую с дедушкой, так что я составлю тебе компанию!» С энтузиазмом воскликнула странная девушка. Похоже, у нее было не так уж много друзей, и она действительно излучала атмосферу "богатой девушки", так что я мог понять ее.

Миу попыталась отказаться от подарка, но в конце концов приняла его, и после того, как ей дали зарядное устройство и объяснили, как им пользоваться, она положила его в один из карманов, в своем тренировочном кимоно.

«Ой, чуть не забыла, мы ведь еще не представились, правда?!» Странная девушка улыбнулась, а потом приложила руку к груди, и мило улыбнулась. Я уже знал ее имя, но то, что она сказала дальше, только заставило мою голову онеметь от досады на мое прошлое "я", пытающееся насмехаться над Богом. «Меня зовут Карла Куре, я очень рада познакомиться с тобой!»

«М-Меня зовут Миу Фуриндзи! П-пожалуйста, позаботься обо м-мне!» Она очень официально поклонилась, но едва заметное покачивание ее плеч выдавало, насколько она счастлива или нервничает. Вероятно, смесь того и другого.

Карла не теряла времени впустую и просто притянула блондинку к себе в объятия, улыбаясь с глупым выражением радости на лице. Похоже, это тоже много значило для нее. Однако, когда они закончили обниматься, Карла снова заговорила:

«Кто эти три подглядывающие самца, Миу-тян?» она обернулась и посмотрела на Кеничи и Рюто… Подожди, трое?

Она проигнорировала Кеничи и Рюто, когда они убежали, и ее взгляд остановился на одном.

Мне.

Когда эти холодные белые глаза посмотрели на меня, я почувствовал дрожь возбуждения. Мысль о сражении с гением из клана Куре... Это было волнующе.

«Хооо~? Она довольно проницательна. Иди и подружись с ней, сопляк. Сильные люди нуждаются в сильных друзьях, с которыми можно сражаться,» раздался беззаботный голос позади меня, и я инстинктивно развернулся, ударив кулаком, как молотом, по человеку, который только что говорил.

Мне было всего пять лет, но с моим... Своеобразное телосложение, я гораздо сильнее даже взрослых спортсменов. Я думаю, даже если мой отец - огромный мудак, он дал мне хорошую генетику.

Но кулак, который отправил бы нормальных людей в полет, либо лишил их сознания, а возможно даже довел до грани смерти, был небрежно пойман большой загорелой рукой: «Хороший прогресс, с прошлого раза. Может быть, мое избиение наконец-то дало тебе настоящую мотивацию?» Я поднял глаза на источник высокомерного голоса и увидел своего отца, Юдзиро Ханму, «Хотя должен сказать, что мышцы в 52 раза плотнее, чем обычно... Здесь есть действительно чем бить!» Он маниакально улыбнулся, сжимая мою руку, которая начала издавать скрипучие звуки, когда мои кости угрожали сломаться. Он рассмеялся и продолжил: «Суставы и кости, достаточно плотные и твердые, чтобы справиться с такой силой. Ты действительно один из лучших детей, которых я произвел, и это только твои физические способности...» Он улыбнулся еще шире, улыбка превратилась в оскал хищника, смотрящего на свою новую игрушку.

Я напрягся, пытаясь оттолкнуть его руку, но это было бесполезно...Как будто я пытался толкнуть неподвижный предмет. И все же я помню, что сказал этот старый ублюдок при нашей последней встрече...Я надавил еще сильнее. Я использовал каждую частичку энергии в своем теле, исключительно для того, чтобы сдвинуть руку этого человека хотя бы чуть-чуть. Даже тогда это было невыполнимой задачей, но мое сопротивление, казалось, забавляло моего отца, который садистски хихикал.

«А? Ты помнишь, что я сказал тебе в прошлый раз, когда мы встретились, сопляк? Что я убью твою глупую мать и твою жалкую глухую сестру, если ты не станешь достаточно сильным?» Спросил он вслух, и в его голосе слышалось презрение. Он хихикнул один раз, прежде чем оттолкнуть мою руку, заставив меня упасть на спину.

Гнев внутри меня кипел и бурлил, мои мышцы забурлили и слегка выпячивались, но я все же на мгновение остался лежать, а затем медленно поднялся и посмотрел на рыжеволосого мужчину, стоящего в нескольких футах от меня. На этот раз, говорить пришлось мне.

«Старик, ты же случайно не был тем, кто устроил все это, верно?» Спросил я, решив пока сохранять спокойствие. Постепенно мои выпуклые мышцы успокоились, а кожа сменила свой красноватый оттенок на загорелый, как обычно.

«Что ты хочешь этим сказать, сопляк?» Спросил он с легкой улыбкой, которая вывела меня из себя.

«Правнучка Эрио Куре, главы клана Куре, и внучка Хаято Фуриндзи совершенно случайно оказались в одном городе, в одном районе, на одной чертовой улице,» яростно выпалил я, «А теперь и ты здесь, и ты думаешь, что я не догадаюсь о твоем участии во всем этом?» Спросил я, мой голос все еще был резким, но в целом он был спокойным. Может быть, я и его сын, но если он разозлится на меня, то я серьезно влипну.

Услышав мои слова, Юдзиро снова улыбнулся, а затем пожал плечами и повернулся: «Ты слишком умен для пятилетнего ребенка, ты это знаешь, сопляк?» Он сказал это перед тем, как исчезнуть с моих глаз.

Однажды я выбью из него все дерьмо. Может быть, я даже убью его. Кто знает.

А пока я должен тренироваться, тренироваться, тренироваться и тренироваться. Тренироваться, пока я не упаду. Может быть, присоединение к Редзанпаку поможет мне в моем стремлении к силе? Если я собираюсь попробовать это, мне нужно выяснить, полностью ли уже готово Додзе. В конце концов, Миу все еще путешествует со своим дедушкой.

«Привеет~? Этот извращенец собирается показать себя или что~?!» Мелодичный голос произнес это нараспев, и я не мог ничего сделать, кроме, как вздохнуть и обернуться, прежде чем выйти из переулка, в котором находился. К счастью, они не заметили ссоры между отцом и мной. Если бы стало известно, что я сын Юдзиро Ханмы, кто знает, какой злобный ублюдок придет за мной.

Точка зрение - Карлы Куре

Когда я посмотрела в сторону переулка, в котором, как я знала, прятался какой-то чудак, я была удивлена, увидев мальчика примерно нашего возраста, выходящего из него. У него были светло-каштановые волосы и угловатое, четко очерченное лицо. Его брови были невероятно острыми, как две изогнутые сабли и острые зубы, но то что меня заинтересовало... Это были его глаза.

Кроваво-красные. Пронзительные, кроваво-красные. Подобно двум лужам красного огня, они мерцали тлеющим гневом.

Неужели то, что его разоблачили, раздражало его? Хм! И поделом ему, что он тогда был так заметен!

Надув губы при мысли, что он был несчастлив, увидев двух симпатичных девушек, таких как я и Миу-тян, я скрестила руки на груди, наблюдая за его приближением. Миу-тян, будучи самой милой подругой на свете, пряталась за моей спиной, застенчивая и робкая, при встрече с новым человеком.

Особенно, если это такой свирепый на вид мальчик.

Он был одет в майку и шорты, что позволяло мне видеть его атлетически сложенные руки, плечи и ноги. Он был похож на нас: либо из особой семьи, либо из Додзе, настоящих мастеров боевых искусств. Когда он подошел ближе, я почувствовала отчетливое впечатление о нем... Он казался большим и неподвижным. Как гора или невероятно большое животное, вроде слона.

Но больше всего я поняла, когда он подошел достаточно близко...

Он очень милый, правда?

---------------------------------------------------------------

Точка зрения - Юкиро Нисимия

Подойдя к этой паре, я успокоился, так как все еще был очень зол, после встречи со своим отцом. С момента, нашей последней встречи месяц назад, я доводил себя до предела тренировками, и все же, он по-прежнему, с лёгкостью одержал верх надо мной.

Позор.

Вот почему я решил использовать Миу, чтобы попасть в додзе Редзанпаку и получить там настоящее обучение у мастеров. Однако я сомневаюсь, что смогу стать учеником там, потому что я не верю в то, что нельзя убивать боевыми искусствами.

Я не из тех распутных убийц, которые убивают ради самого убийства или ради удовольствия, но я убью, если придется. Мой отец преподал мне этот урок. Если у вас есть силы что-то сделать, и это нужно сделать, сделайте это. Он вбил этот урок в моем теле, постоянно избивая меня, угрожая маме и Шоко-нисан.

Из-за этого отсутствия ограничений, когда дело доходит до убийства, я сомневаюсь, что смогу быть таким же, как Кеничи, и стать их учеником... Но это было не то, что мне нужно. Я искал место, которое могло бы помочь мне отточить свое тело до пика того, чего оно могло бы достичь.

Вскоре после моего рождения мама отвезла меня в больницу. Почему? Потому что я был невероятно тяжелым и ел и пил гораздо больше, чем следовало бы человеку моего возраста. Что же им удалось выяснить?

Вся ткань, из которой состояло мое тело, была невероятно плотной. Мои мышцы были самые плотные, в 52 раза больше нормы. Мои кости, суставы, сухожилия и связки были в 4 раза плотнее нормы. Мои нервы, также были сделаны из гиперпроводящего материала, что давало мне невероятно усиленные врожденные рефлексы.

Это тело было подарком, и я должен был полностью раскрыть каждый маленький потенциал, который только мог. Иначе это был бы бесполезный подарок, и я никогда не смог бы победить своего отца.

«Итак? Почему ты следил за нами?» Спросила Карла слегка высокомерным голосом, ее белые глаза, смотрели очень пронзительно из-за черной склеры.

Пожав плечами, я небрежно ответил: «Я не наблюдал за вами, я наблюдал, как она избивает этих головорезов,» сказал я, прежде чем подойти немного ближе к ним, не сводя глаз с Миу, «Ты ведь из Додзе, верно?» Я спросил, так нежно и вежливо, как только мог. К сожалению, черты лица, унаследованные мной от отца, придавали мне немного свирепый вид. Особенно мои звериные красные глаза.

Миу просто отвела взгляд, но все равно кивнула: «Мхм...» робко ответила она. Однако Карла, восприняла мое приближение, как агрессивный знак и встала, в своего рода, боевую стойку.

«Отвали, водорослеволосый! Ты заставляешь Миу-тян нервничать!» Она огрызнулась, и я почувствовал укол раздражения, когда она упомянула мои волосы.

Это не моя вина, что они дикие и взъерошенные! Я столько раз пытался сделать их ровными, но они всегда волнистые, как чертовы водоросли!

Стиснув зубы, я подавил злобный взгляд и продолжила смотреть на Миу.

«Ты можешь привести меня туда? Я хочу стать сильнее,» просто сказал я, но эта единственная фраза, казалось, испарила всю застенчивость Миу, когда ее детские голубые глаза загорелись, и она ослепительно улыбнулась.

Быстро кивнув, она вышла из-за спины Карлы и посмотрела на меня: «Да, я могу привести тебя туда!» Она быстро обернулась и посмотрела на Карлу. «Ты тоже хочешь пойти, Карла-сан?!» Ее энтузиазм, казалось, застал Карлу врасплох, но она справилась с этим и кивнула, хотя на ее лице появилось обиженное выражение.

«Зови меня Карла-тян! Не будь такой формальной со своей лучшей подругой, Миу-тян!» Карла повисла на Миу, как будто ей было больно или она не могла стоять, будучи такой же чрезмерной театральной, какой я помню ее из аниме, и бросила свою агрессивную позицию по отношению ко мне. Приоритеты, я полагаю?

Как только с этим фиаско было покончено, Миу повела нас к додзе, в котором я хотел тренироваться.

По дороге я решил задать несколько вопросов.

«Фуриндзи-сан, твое Додзе находится в этом районе?» Я задал вопрос, который не выходил у меня из головы все время, пока мы шли. Если он был в этом районе, то почему я никогда не слышал и не видел его? Мой первый ответ, был бы таким: мой отец не хотел, чтобы я его увидел. У него действительно была раздражающая черта характера, которая практически заставляла его преследовать своих детей и связываться с ними, пытаясь сделать их сильнее. Что ж, очень жаль для него, если он это сделал, потому что я сейчас иду туда.

Оглянувшись на меня, Миу улыбнулась и кивнула: «Мы с дедушкой путешествовали по Японии, но вернулись сюда, потому что ему, видимо, нужно было сразиться со своим старым другом... Интересно, за кем он вернулся?» Размышляла она про себя, а я уже знал ответ на ее вопрос, но не произнес его вслух.

Возможно, он вернулся, чтобы сразиться с моим отцом. Не удивительно, что он был в этом районе, он никогда бы не отказался от сражения с таким персонажем, как Хаято Фуриндзи.

Чуть в стороне, ближе к Миу, Карла посмотрела на нее с удивлением, написанным на ее лице.

«Не может быть! Вот почему мой прадедушка тоже здесь! Может быть, они сражаются друг с другом?» Она задумалась, с возбужденной улыбкой на лице. Похоже, ей нравилось сражаться.

Хотя, возможно, она ошибалась. Они оба, вероятно, сражались с Юдзиро, или же у них троих была общая драка. Кто знает, что происходит в их старых головах.

Пока эти двое разговаривали, они иногда втягивали меня в разговор с ними, пытаясь разузнать обо мне побольше.

Мое имя, как я жил с матерью и старшей сестрой, о том, что я не знал, кто мой отец, и так далее, и тому подобное. Последняя часть, возможно, была ложью, но это было лучше, чем пытаться объяснить обстоятельства моего рождения паре 5-летних детей. Обстоятельства моего рождения, связанные с темами, о которых 5-летние дети никогда не должны знать, и они, вероятно, не поймут этого.

Так или иначе, после довольно долгой, пустой болтовни и вынужденного обращения к Карле "Карла-тян", потому что теперь мы, по-видимому, были друзьями или кем-то еще, мы прибыли ко входу в Додзе Редзанпаку.

Я чувствовал множество аур, которые заставляли меня дрожать от возбуждения.

Если и есть что-то, что я унаследовал от своего отца и не испытывал ненависти, так это любовь к сражениям. Это очень поможет мне набраться сил.

И вообще, это делало драки веселыми, так что это должно быть, что-то хорошее, я полагаю.

Тем временем Миу постучала в большие двери Додзе, производя громкие хлопки, которые звучали так, как будто они исходили от большого мужчины, бьющего в дверь, а не от 5-летнего ребенка: «Открой, это я, Миу!» Она радостно завопила, и я увидел, что она очень рада показать мастерам Додзе, своих новых друзей.

«Ладно, ладно, подожди, Миу...» Послышался усталый голос из-за двери, сопровождаемый грубым смехом, по-видимому, над несчастьем собеседника. Я гадал, кто же это был, но когда дверь открылась, я увидел высокого и мускулистого загорелого мужчину, с короткими темно-фиолетовыми волосами, одна прядь которых свисала ему на лицо. На этом лице, поперек переносицы и под глазами, был горизонтальный шрам.

Сейчас он был без верха, но на нем была кожаная куртка, из-под которой выпирали его толстые мускулы.

Это Сио Сакаки.

Но он не должен быть в Редзанпаку, верно? Это примерно, за 10 лет до начала сюжета Самого сильного в истории ученика... И все же он выглядит на тридцать... Неужели история отклоняется от канона?

Мои мысли были прерваны, когда невысокий, но такой же крепкий лысый мужчина, улыбаясь, открыл другую дверь. У него было два шрама - один на правой щеке, а другой на левой, ближе к брови. У него была повязка на глазу, но он прикрыл ее парой затемненных солнцезащитных очков. Я знал, кто этот человек. Точно так же, как я знал, кто отнял у него глаз.

Этот человек - Доппо Ороти, а тот, кто лишил его глаза, - мой отец, Юдзиро Ханма.

Канону полностью кранты или что?

-----------------------------------------------------------------------------------

Изменение точки зрения – от третьего лица

«Ха~!» Высокий, в высшей степени мускулистый мужчина, с дикими рыжими волосами сидел за столом, с двумя другими необычными мужчинами, испустив довольных вздох после того, как осушил чашку чая, в своей руке. Его глаза были в форме полумесяца, когда он поставил чашку обратно, явно наслаждаясь собой.

Один из мужчин, был невысокого роста и выглядел невероятно старым. Его кожа была сморщена и выглядела так же, как кора на дереве. У него были зачесанные назад, серебристые волосы и необычные белые глаза, с черными склерами. Хотя на вид он и не казался очень сильным из-за своего возраста, но вокруг него была мощная аура, которая говорила о его силе и власти.

Последним из этой троицы, был гигант с загорелой кожей, длинными светлыми волосами и густой светлой бородой. Казалось, он тоже был стар, так как на его лице, тут и там появились морщины, хотя и не в такой степени, как у предыдущего мужчины. Его глаза, казалось, были покрыты тенями и не были видны, но вспышки синего цвета время от времени давали подсказку, о цвете его глаз. Рыжеволосый мужчина был высок, но блондин был почти двухметрового роста и невероятно широкоплеч. Даже с таким внушительным телосложением, беззаботная улыбка на его лице, красноречиво говорила о том, что он был приятным и дружелюбным стариком.

Внезапно, рыжеволосый мужчина посмотрел на морщинистого старика, с самодовольной улыбкой на лице: «Старик Эриох, этот чай столь же хорошо, как и в прошлый раз, где ты его взял?» Спросил он невинным и насмешливо-искренним тоном.

Морщинистый мужчина, Эриох Куре, стиснул зубы, и чашка в его руке заскрипела, когда по ней расползлось множество тонких трещин. Свирепо глядя на него, он ответил рыжеволосому мужчине:

«Не испытывая мое терпение, Юдзиро! Это был чай, стоимостью бесчисленное количество иен, и все же ты украл его у меня, прямо перед свадьбой моих дочерей! Я обещал это как подарок, но все же выставил себя полным идиотом, когда не смог его подарить!» Закричал он в бешенстве, когда кровеносные сосуды, в его черной склере налились кровью.

Юдзиро, самое сильное существо, просто рассмеялся: «Ты всегда был слишком семейным человеком, старик. Если бы тебя не сдерживало это, держу пари, ты был бы еще сильнее,» задумчиво произнес он, прежде чем снова взять свою чашку и осушить ее, «Ах, какая это была бы забавная драка!» Он свирепо улыбнулся, но был прерван фырканьем Эриоха.

«Я сильный благодаря своей семье, сопляк. Не то чтобы ты, хоть что-то понимал в семье. Ты живешь только для того, чтобы сражаться,» покачал головой Эриох. Он бы не возражал против этого человека, если бы не его кровожадность и садизм.

Что ж, это ложь. Он не возражал и против этого. Некоторые из его родственников были такими же, и он все еще любил их. Но что ему не нравилось в Юдзиро, так это то, что этот человек не подпускал к себе никого, и не заботился о своей семье, в традиционном смысле. Вместо этого, он обычно усложнял им жизнь.

Юдзиро ничего не сказал, чтобы опровергнуть Эриоха, и это заставило старика вздохнуть.

«Кстати о семье, один из моих отпрысков, познакомился с вашими внучками,» сказал Юдзиро, отчего оба старика закашляли, выплевывая чай, с комическим видом. Гигантский мужчина наклонился над столом, его глаза были чем-то средним между любопытным и яростным взглядом, когда он смотрел на Юдзиро.

«Какой ребенок? Этот парень Баки?» Спросил он глубоким, подходящим его росту голосом, но в то же время, ровным.

Покачав головой, Юдзиро слегка улыбнулся: «Нет. Другой, его зовут Юкиро. Тот, на кого я возлагаю большие надежды,» Его голос стал диким, когда он говорил о своих надеждах на Юкиро, заставляя и Эриоха, и другого мужчину почувствовать жалость к ребенку. И все же их тревоги вскоре сменились более серьезными заботами.

«Он причинит вред Миу?»

«А он не обидит мою маленькую Карлу?!»

Два вопроса, но чувства были те же самые, и это заставило Юдзиро презрительно ухмыльнуться, прежде чем покачать головой.

«Этот ребенок? Он, вероятно, физически сильнее их, и его техника прогрессирует, несмотря на то, что она довольно грубая... Но он не причинит им вреда. Он знает, кто они такие, и не нападает на людей, которые его не провоцируют,» он перевел дыхание, наблюдая, как выражение лиц двух мужчин успокаивается, прежде чем злобно улыбнуться, «Но если он нападет на них, просто возьмите в заложники его мать или сестру, и он сдастся. Это его слабое место!» Он рассмеялся, прежде чем налить себе еще чаю.

Великан, иначе известный как Хаято Фуриндзи, дед Миу и одновременно старейшина додзё Редзанпаку, выглядел обеспокоенным тем, что только что сказал Юдзиро, главным образом потому, что он уже догадался, что Юдзиро сделал нечто подобное. «Юдзиро, ты ведь...?» Спросил он, надеясь, что ошибся.

Юдзиро ответил со смешком, похожим на фырканье, прежде чем широкая улыбка расплылась по его лицу: «Конечно, я это сделал!» Крикнул он, и в его голосе послышалось возбуждение, «Как только я сказал ему это, его сила начала стремительно расти! Защита других может служить прекрасной мотивацией... Месть может служить еще лучшей мотивацией... Но я доволен его успехами, так что не буду давить на него так сильно,» его улыбка стала меньше, прежде чем он снова начал потягивать чай.

«Юдзиро...» Начал было Хаято, но тут же осекся и сменил тему разговора. Он уже знал, каким был Юдзиро, он сражался с ним в течение последних нескольких десятилетий и хорошо знал самого сильного существа... Он мог только надеяться, чтобы этот ребенок, Юкиро, мог продолжать развлекать своего отца. «...Давайте покончим с этой дракой, мы уже достаточно поговорили,» сказал Хаято, прежде чем встать со стула.

Юдзиро снова дико улыбнулся, прежде чем убрать ноги со стола и встать, красная аура распространялась от него и искажала воздух.

«Наконец-то!» Крикнул он, прежде чем начать потягиваться всем телом.

Эриох только покачал головой, прежде чем поставить чашку и тоже встать.

Точка зрения - Юкиро Нисимия

Выйдя из Додзе Редзанпаку, я почувствовал себя совершенно опустошенным.

Эти два садистских ублюдка... Они действительно знают, как довести тело до предела, не нанося никакого ущерба. Во время упражнений на растяжку, я искренне чувствовал, что вот-вот умру.

"У тебя более высокий потенциал и более сильное тело, поэтому тебе нужно более интенсивнее тренировки!" Это было все, что они сказали, когда я спросил о методах обучения... Кучка придурков. Они правы, но это не значит, что тренировка не была болезненной. Боже, как же было больно.

Даже сейчас, я по-прежнему чувствую боль, в суставах и мышцах.

Однако конечный результат того стоил. Главным образом потому, что они придумали для меня способ тренироваться, даже когда я не был в додзё Редзанпаку.

Из-за плотности моих мышц, большинство обычных способов тренировки, просто не работали бы на мне, поэтому Акисаме и Курехе действительно пришлось напрячь свои гениальные медицинские ума, чтобы найти способ для меня, эффективно тренироваться. Но их не считали медицинскими гениями просто так, и вскоре они придумали способ, как правильно нагрузить мои мышцы:

Натравить их друг против друга.

Самым большим и трудным упражнением для меня, было заставить мои мышцы закалять друг друга, заставляя их толкать, молоть, тянуть и колотить друг друга, как дикие звери, практически превращая всю мою мышечную систему, в поле битвы. Мои мышцы будут расти в силе, и выносливости под постоянным давлением, которое будет со временем становиться больше, из-за того, что мышцы будут расти, заставляя их расти еще сильнее. Это был постоянный цикл.

Поскольку у меня, не было развитого мышечного контроля, чтобы делать это самостоятельно, поэтому Акисаме и Куреха придумали конкретные позы, которые могли бы помочь мне в этом. Это было что-то вроде йоги или гимнастики. Как только я принимаю эти позы, мне приходиться напрягать группу мышц, которые используются в этих позах, и пока я нахожусь в них, происходит закалка моих мышц.

Были десятки позиций, и каждая из них закаляла определенную группу мышц. Большую или маленькую, они закалились в одной из позиций.

Эти упражнения были также сделаны для того, чтобы начать процесс преобразования мышц моего тела в розовые мышцы, а не в белые или красные мышцы, которые у меня уже были. Красные мышцы, связанные с выносливостью, а белые мышцы, связанные с взрывной силой. Розовые мышцы были идеальным балансом.

Конечно, я не мог просто полагаться на эти необычные позиции, чтобы увеличить свою силу, мне все еще нужно было вернуться к другим видам обучения, которые могли придумать два садистских старика. Даже если обычные тренировки не могли действительно принести мне реальную пользу, их тренировки ни в коем случае не были обычными.

Я также должен был прийти сюда, чтобы получить свою специализированную диету от Курехи, так как еда, была строительным блоком для любого сильного человека. Во всяком случае, это его слова.

Хотя мне интересно, как я объясню это маме?

...Возможно, мне придется сказать ей, что я присоединился к додзё и что это диета, которую мне порекомендовали. Надеюсь, она не будет слишком паниковать. Я ненавижу, когда она паникует.

Отбросив эти мысли, я направился к своему дому, зная, что мне нужно вернуться, чтобы забрать Шоко с мамой.

--------------------------------------------------------------------

Возвращение домой, не заняло слишком много времени, особенно с учетом того, как быстро я восстанавливаю выносливость, у меня было достаточно энергии, пройдя всего половину пути, чтобы побежать домой.

«Ю-кун! Пошли, нам нужно забрать Шоко-тян!» Мама тихонько крикнула из коридора, и я встал, доедая бутерброд, который она сделала мне, когда я вернулся.

«Ладно, иду!» Крикнул я в ответ, прежде чем допить свой апельсиновый сок и побежать к входной двери.

Когда я добрался туда, то увидел, что мама смотрит на меня с улыбкой и нежностью в глазах. Когда я притормозил перед ней, она наклонилась, чтобы поднять меня на руки, но когда она попыталась поднять меня, то напряженно выдохнула воздух, подняв меня всего на несколько дюймов над землей. «Хаха…! Ю-кун, ты стал очень тяжелым, ты это знаешь?!» Сказала она напряженно, прежде чем окончательно сдаться, и опустить меня на землю.

Из-за моих плотных мышц и костей, я весил намного больше, чем обычный 5-летний ребенок. Я был до такой степени тяжелый, что нормальная работающая женщина, такая как моя мама, больше не могла меня поднять.

Притворно надув губы, я посмотрел на маму с недовольным выражением лица: «Это очень грубо, мама!» Сказал я, делая вид, что обиделся или что-то в этом роде.

Услышав меня, моя мама немного запаниковала, и попыталась исправить ситуацию.

«Ах! Прости, Ю-кун, я не это имела в виду... Может быть, мама просто слишком слабая, чтобы поднять Ю-куна...» она замолчала, увидев мою озорную улыбку, и ее собственная улыбка расцвела на ее лице, когда она вздохнула с облегчением. Вероятно, она действительно беспокоилась о том, что у ее сына может развиться комплекс по поводу его веса. Она посмотрела на меня, с притворным упреком и продолжила: «С каких это пор, я воспитала такого озорного мальчика, а?» Она задумалась, а потом встала, открыла дверь и подтолкнула меня к машине.

Улыбаясь, я направился к машине, сопровождаемый мамой. Мамой, которую я очень любил.

-----------------------------------------------------------------

Когда я сидел на заднем сиденье машины, возвращаясь из начальной школы Шоко, мне пришлось иметь дело с Шоко, обнимающей меня за руку, как будто я был каким-то плюшевым мишкой.

Я не возражал против этого. Я любил свою сестру. Однако... Иногда это было немного чересчур. Надеюсь, она из этого вырастет. Я не возражаю иногда обнимать свою сестру, в конце концов, она была маленьким комочком милоты, просто то, что это происходит все время, может быть немного раздражающим. Хотя я никогда не запрещу ей делать то, что она хочет. Наверное, это делает меня сестролюбом, а?

Внезапно передо мной появилась маленькая доска: «Что ты сегодня делал, Ю-кун?» Это была доска Шоко, через которую она общалась. В конце концов, она была глухой. Несмотря на то, что я постоянно говорил ей, что не возражаю против ее невнятной речи, она никогда не говорила. Даже когда я выучил язык жестов, она всегда пользовалась своей доской, говоря мне, что не хочет, чтобы я беспокоился.

Посмотрев направо, я увидел, что ее любопытные и невинные карие глаза, смотрят на меня с нетерпением. Улыбнувшись ей в ответ, я заговорил, одновременно записывая свой ответ.

«Я познакомился с ребятами моего возраста. У одного из них был дедушка, который владеет Додзе, поэтому мы все пошли туда в гости. Я познакомился с хорошими людьми, и у меня даже появился учитель боевых искусств,» сказал я, и тут же почувствовал, что машину слегка качает, потому что мама слишком сильно сжала руль. «Мама? Ты в порядке?» Спросил я, Шоко повторила за мной, с встревоженным взглядом, написала: «Ты в порядке?» На своей доске и на мгновение показала ее, нашей матери.

«Т-ты сказал, что хочешь изучать боевые искусства, Ю-кун?» Ее голос немного дрожал, и, насколько я мог видеть, ее кожа стала бледно-белой.

«Угу,» кивнул я головой. Ее кожа стала еще немного бледнее, прежде чем вернуться к своему обычному розовому великолепию.

«Не напрягайся слишком сильно, Ю-кун,» сказала она, мгновенно поняв, почему я занимаюсь боевыми искусствами, но продолжила, не останавливаясь: «Сколько я должна им заплатить?» Спросила она, возвращаясь к своему обычному состоянию.

«Ничего. Я показал им свою силу, и они приняли меня бесплатно, в качестве своего ученика,» солгал я, просто потому, что не мог сказать, что они знали, что я сын Юдзиро Ханмы, а тот, кто обучал меня, потерял глаз из-за Юдзиро, и что все это было из-за косвенной мести, не так ли?

Но прежде чем она успела ответить, я спросил ее кое о чем.

«Мам, а можно я возьму уроки игры на фортепиано?» Спросил я невинным тоном. Почему я хотел стать пианистом? Разве это не будет огромной тратой моего времени? Может быть, а может и нет. Но это было что-то вроде врожденного желания из моей прошлой жизни - уметь играть на пианино. Я не стану прикладывать к этому столько усилий, чтобы это мешало моим тренировкам по боевым искусствам или физической подготовке, но это было то, чем я хотел заняться.

В конце концов, хобби - это здорово. Я не могу, в конце концов, занимать только тем, что приблизит меня к мести и ненависти. Это бы меня быстро измотало.

Кроме того, одна из причин, почему я хочу заняться пиано, потому что Шоко действительно нравится ощущение/вибрация пианино. Из-за своей глухоты, она не получает большого удовольствия от развлечений, в которых используется звук, но музыка - это одна из вещей, которые она любит. Она не слышит ее, как таково, но чувствует вибрации и "слушает" ее таким образом. Это само по себе, является формой прослушивания. Классическая музыка является наиболее успокаивающей для нее, по сравнению с поп музыкой или роком, которые являются быстрыми и резкими.

Вот почему я хочу научиться играть на фортепиано.

Я - сестролюб. Можете подать на меня в суд.

«А? Уроки игры на фортепиано?» Растерянно спросила Мама, глядя на меня в зеркало заднего вида. Но ее глаза обратились к Шоко, которая тоже смотрела в ее сторону, и на ее лице вспыхнула любящая улыбка: «Интересно, каковы твои мотивы, Ю-кун?» Поддразнила она, и в ее глазах появился редкий случай веселья.

«Все, что угодно, лишь бы сделать ее жизнь более приятной,» сказал я тихо, но твердо.

Счастливая улыбка, на мамином лице, стала еще шире, услышав мой ответ. «Тогда все в порядке, но тебе лучше придерживаться этого. Я уверена, что твоя сестра будет очень горда тобой,» снова поддразнила она, но на этот раз я просто улыбнулся. Моя семья много значила для меня, так что вполне естественно, что их мнение обо мне имело такое же значение. Сделать так, чтобы моя сестра гордилась мной, или моя мама, если уж на то пошло, было лучшим, что я мог сделать. Это или стать сильнее, честно говоря.

Шоко, не будучи в состоянии следить за разговором, поднесла свою доску, перед моим лицом: «О чем вы двое говорите? Мама в порядке?» Ее карие глаза были полны беспокойства, и мне пришлось подавить желание взъерошить ей волосы за то, что она была такой чертовски милой.

Покачав головой, я улыбнулся и написал свой ответ: «Мама в порядке, Шоко-нисан. Мы только что говорили о том, что я хочу взять уроки игры на фортепиано,» закончил я, и глаза Шоко расширились, прежде чем она начала быстро записывать что-то новое, на своей доске.

«Уроки игры на фортепиано?! Я думала, ты берешь уроки боевых искусств? Ю-кун, ты уверен, что не будешь изнурять себя?» Ее беспокойство снова вернулось, но на этот раз по другой причине, и на этот раз я не смог сдержаться, и взъерошил ее волосы, заставив ее надуться и немного покраснеть. И все же она не отстранилась от моей руки, а вместо этого незаметно положила голову мне на ладонь.

«Со мной все будет в порядке,» сказал я. «Я справлюсь с этим. Мне нужно быть идеальным младшим братом, чтобы тебе не было за меня стыдно, Шоко-нисан,» подмигнул я, игриво подшучивая над ней, и ее красное лицо стало немного краснее, и она просто устроилась поудобнее и обняла меня за руку, не задавая больше вопросов.

И все же я увидел самое последнее предложение, что она написала на своей доске.

«Ты уже идеальный младший брат!»

Это вызвало на моем лице широкую улыбку.

-----------------------------------------------------------------------------

«Еще раз!» Крикнул грубый голос, и я подчинился, ударил рукой в узел бамбука.

*Трещина...*

Я почувствовал, как несколько мелких трещин пробежали по моим пальцам, и вытащил руку из связки бамбука, которая была специально обработана и теперь почернела, с легким металлическим оттенком.

«Еще раз!»

*Трещина...!*

Я снова подчинился и ударил рукой в пучок, похожего на металл бамбука. Трещины от последнего удара этой руки, чудесным образом уже начали заживать, но этот удар заставил трещины распространиться дальше. На моем лице появилось страдальческое выражение, но я все же высвободил руку, и бамбук рассек кожу.

«Последовательные удары! По пять на руку!» Голос снова взревел, и, несмотря на боль, которая я знал, будет адской, я все равно сделал это без колебаний.

Сомнениям не было места в драке.

*Трещина...!*

Один удар моей правой руки.

*Трещина...!*

Один удар для моей левой руки.

*Трещина...!*

Второй удар для моей правой руки.

...Это продолжалось до тех пор, пока я не сделал 5 ударов обеим руками. В результате мои пальцы слегка подрагивали, а кожа на пальцах и руках была полностью изрезана, и из порезов вытекало умеренное количество крови, капавшей на землю.

«Молодец, Ю,» раздался грубый голос, он положил грубую руку мне на плечо, и похлопал по нему, и в его голосе явственно прозвучало удивление, когда он продолжил: «Подумать только, что за год ты мог так сильно продвинуться...Обычно требуется от 5 до 10 лет, чтобы подняться до уровня Железного бамбука, но ты сделал это за один год. Твоя скорость тренировок абсурдна, хорошо, что ты мой ученик!» Он искренне рассмеялся и хлопнул меня по спине.

Человек с грубым голосом был Доппо, мой учитель. В течение последнего года, он обучал меня своему личному стилю карате, и я продвигался вперед с ужасающей скоростью. По крайней мере, по его словам. Для меня, это все еще было недостаточно быстро.

«Если вы так говорите, Доппо-сэнсэй,» небрежно произнес я, прежде чем посмотреть вниз на свои руки, которые были слегка израненные после получасового избивания бамбука, а затем снова посмотрел на Доппо, «Я пойду к Акисаме-сэнсэю и Куреха-сэнсэю, чтобы мне вправили мои пальцы, и они зажили перед возвращением домой, хорошо, сэнсэй?» Спросил я, но не стал ждать ответа и просто пошел, в сторону медицинского кабинета в додзё.

За последний год мои силы взлетели до небес, но самое большое достижение, которое я получил, было увеличение моей техники. Богатый опыт Доппо, когда дело касалось, как сражения, так и обучения людей, сделал его идеальным человеком для мою тренировок. Этот опыт был главной причиной того, что я мог так быстро продвигаться в плане техники, человек, который учил меня, всегда объяснял очень доходчиво.

Это и плюс мой природный талант, и я развивался гораздо быстрее, чем если бы я занимался этим самостоятельно.

Кроме того, я многое узнал о своем теле. Главное из этого то, что мой организм довольно быстро адаптировался к раздражителям. Он также продолжал заживать все быстрее и быстрее, после каждого небольшого повреждения, которое я получил. Это тоже было своего рода адаптацией моего тела. Эта адаптация также была причиной того, что моя физическая подготовка была такой быстрой.

Но я также обнаружил, что мои физические преимущества не удержат меня впереди, если я не буду выкладываться по полной на тренировках.

Даже с мышцами и костями более плотными, чем обычно, все еще были люди с более сильными телами. Акисаме - один из них. Он превратил все мышцы своего тела в розовые мышцы и тренировал их до совершенства, и даже с моими мышцами, которые в 52 раза плотнее, чем обычно... Я едва могу справиться с этим парнем.

Почему же это так? Потому что его мышцы, более эффективны используют энергию и идеально тренированы. Человек, который сделал свои мышцы в 52 раза сильнее и эффективнее, уже серьезный соперник для меня, не говоря уже о таких людях, как Акисаме или Юдзиро, которые натренировали свои мышцы, далеко за пределы этих границ.

Но то, что дает мне моя плотная мускулатура, - это преимущество. Мой потенциал, является этим преимуществом.

Подумайте об этом так: у каждого человека есть 100 баллов, которые они могут вложить в свою силу мускул, но они никогда не смогут вложить больше этого, они никогда не смогут превзойти 100 баллов. Но кто-то вроде меня, кто родился с мышцами в 52 раза плотнее нормы, может вложить гораздо больше баллов в свои мышцы, потому что они сделаны из лучшего материала и могут быть развиты сильнее. Каждая мышечная клетка в моем теле стоит 52 мышечных клеток обычного человека... Скажите мне, чья мышечная клетка лучше?

Ответ: Моя.

Мораль этой истории заключается в том, что мой потенциал выше, чем у других людей. Гораздо более высокий. Но потенциал и талант - это только одно, их нужно преобразовать в силу, что требует времени.

Наконец, я добрался до медицинского кабинета. Постучав в дверь, чтобы предупредить их о своем прибытии, я поморщился от боли и быстро вошел в комнату. Войдя, я увидел, что Кенсей находится в комнате, с Курехой и Акисаме.

«Ах, Ю, я полагаю, ты здесь из-за того, что Доппо снова заставил тебя тренировать руки?» Сказал Акисаме, слегка раздраженным голосом. Это было обращено не на меня, а скорее на Доппо, который заставлял меня ломать свои руки каждый раз, когда мы тренировались. Хотя я был совершенно не против этого, поскольку это делало меня сильнее, во многих отношениях.

Кивнув, я прошел вперед и поднял руки с невозмутимым лицом. Увидев мои руки, Куреха закатил глаза, прежде чем подойти ко мне, и приступить к вправкам костей.

Пока он это делал, я посмотрел в высокое зеркало перед собой, и оценил свою внешность. Я был выше, чем другие дети моего возраста, и с очень четко выраженными мышцами, плотно упакованными на моем теле, но я был довольно худым и атлетически сложенным. У меня были каштановые волосы и пронзительные красные глаза, а моя кожа была сильно загорелой, из-за множества тренировок, которыми я занимался под палящим солнцем. Это, вместе с приятной внешностью, которую я унаследовал от мамы, придавало мне экзотический вид. Я выглядел довольно симпатичным, честно говоря. Что-то вроде будущего дамского угодника, по крайней мере, так выразился Кенсей.

Единственным недостатком, были свирепые черты лица, которые я унаследовал от Юдзиро. Острые брови, растрепанные и взъерошенные волосы, острый подбородок и нос... Наверное, я выгляжу, как мужественный красавец? Или что-то в этом роде, по крайней мере...

Так или иначе, вскоре мои кости срослись и начали быстро заживать. Через несколько минут мои кости зажили и снова соединились вместе, сильнее и тверже, чем были раньше. Куреха присвистнул и с улыбкой покачал головой: «Я никогда не перестану удивлять твоей способности исцеляться, Ю... Это совершенно потрясающе.»

Акисаме и Кенсей оба кивнули головами, в знак согласия. В середине года, Кенсей присоединился к моей физической подготовке, и использовал свою китайскую медицину для развития моих внутренних органов, а также моего тела (мышц, костей и т. д.). Результаты были довольно хорошими, и наряду с тренировками и методами Курехи и Акисаме это помогло моей силе расти довольно быстро.

«В любом случае, я ухожу. Нам с Доппо-сенсеем еще нужно немного потренироваться, прежде чем я отправлюсь домой,» помахав им рукой, я вышел из клиники и побежал обратно на тренировочную площадку, где увидел массивную чашу с металлическим песком.

Железный песок...

Сделав глубокий вдох, я вышел во двор, где, без сомнения, вскоре снова пораню руки.

----------------------------------------------

Мне было 6 лет, и вы знаете, что это значит?

Я должен был начать ходить в школу. В начальную школу, если быть точным. Меня это вполне устраивало, потому что я мог проводить больше времени со своей сестрой, во время перерывов на обед, и я также мог убедиться, что она в порядке, и что никто не издевался над ней, из-за ее инвалидности.

Ведь не может же такого быть, чтобы начальная школа была трудной или хлопотной, не так ли? Я уже проходил это раньше, и я чертовски много учился, мой мозг просто впитывал информацию, которую я еще не знал, как губка.

Так зачем...

«Здравствуйте! Меня зовут Карла Куре! Не обращайте внимания на мои странные глаза, и давайте будем друзьями!» Чрезмерно радостная девушка, которую я слишком хорошо знал, практически прокричала это, ярко улыбаясь нашим одноклассникам, когда она представилась, во время нашего первого урока.

Карла Куре. За последний год, я часто виделся с ней, и мы стали друзьями. Они с Миу все время поддерживали связь, и всякий раз, когда она могла, Карла приезжала в Редзанпаку, чтобы провести время со мной и Миу. Естественно, поскольку она была моим другом, я заботился о ней... Но проблема была в другом... С ней было немного хлопотно иметь дело. Или, скорее, неприятные ситуации, преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла.

Следующим человеком, который представился, был сгусток нервной энергии. У нее были светлые волосы и голубые глаза, а ее светлые волосы свободно падали на плечи. Ее челка была закреплена на месте, несколькими заколками.

«Привет... Меня зовут Миу Фуриндзи,» она сделала паузу, нервно сглотнув, прежде чем продолжить с невинной, но все же нервной улыбкой, «Пожалуйста, позаботьтесь обо мне!» Сказала она, прежде чем поклонилась.

Миу Фуриндзи. Как и с Карлой, за последний год, я очень подружился с этой невинной блондинкой. Она была милой, нежной, заботливой и блестящим спарринг-партнером. На самом деле, я бы даже сказал, что мы с Миу были лучшими друзьями, чем с Карлой. Она была мне, как сестра.

Но когда она была с Карлой, она была втянута в такое количество глупых схем, что просто представляя себе годы, которые мне предстоит прожить в начальной школе... От одной только этой мысли у меня началась сильная мигрень.

Теперь была моя очередь представиться.

«Меня зовут Юкиро Нисимия, давайте поладим,» поклонился я, стараясь говорить коротко и четко, прежде чем снова сесть. Может ли этот дуэт стать еще хуже? Какие планы придумает Карла, а Миу слепо последует за ней?

Следующий человек встал и представился: «Саэко Бусудзима.» Назвав только свое имя, она снова уселась.

Но от этого короткого вступления у меня закружилась голова, и я посмотрел налево, удивляясь, как это я не заметил эту девушку.

Прямые и блестящие фиолетовые волосы длиной до бедер с треугольной бахромой спереди... Голубые глаза... И самое бросающее в глаза... Боккен в портфеле... Эта девушка - Саэко Бусудзима, из школы мертвецов...

Мне нужно закрыть, свой широко открытый рот.

Моя голова повалилась на руки, которые лежали на столе. Я мог только надеяться, что она не подружится с Карлой и Миу. Но когда учитель позволил нам встать и немного поболтать друг с другом, Карла и Миу направились прямо к Саэко.

...Иисус Христос.

«Эй! Ты такая же, как и мы, верно?» Карла оптимистично улыбнулась, словно нашла еще одного возможного друга. Миу, стоявшая прямо за ней, тоже с надеждой посмотрела на пурпурноволосую девочку рядом.

Пурпурноволосая девочку, в которой я узнал Саэко Бусудзиму, просто посмотрела на Карлу, вопросительно подняв бровь: «Что значит, такая же, как вы?» Спросила она с неподдельным смятением, что, в свою очередь, смутило и меня, и остальных двоих.

Неужели она не знала, что в мире есть и другие мастера боевых искусств? Это кажется маловероятным.

«Бойцы, мастера боевых искусств, нас называют по-разному - разве ты не практикуешь боевые искусства?» Спросила Миу, невинно склонив голову набок. Услышав Миу, Саэко, казалось, что-то пыталась увидеть на их лицах, прежде чем снова посмотреть на них с растерянным видом.

«Тогда где же ваши мечи или оружие?» Она спросила, и тогда я все понял. Саеко была частью вооруженной фракции мира боевых искусств, а Карла, Миу и я - частью невооруженной фракции. В значительной степени одна сторона верит в превосходство оружия, в то время, как другая считает, что их тела - это оружие, которое дала нам сама природа, и единственное оружие, которое мы должны использовать и тренировать. Я твердо принадлежу к невооруженной фракции. Тело - идеальное оружие, если его достаточно натренировать.

Мой учитель Доппо сказал мне в самом начале моих занятий под его руководством, что каратисты оттачивают свои руки и ноги, чтобы стать оружием. Что в течение умопомрачительного долгого времени, мы тренируем единственное, что нам нужно в бою.

И я польностью согласен с этим.

Одним своим телом и неестественной силой, я мог гнуть сталь, а дерево было практически, как картон передо мной - ломать его или разрывать на части, не было ни сложно, ни трудно.

Если вы используете оружие, вы постоянно находитесь в невыгодном положении. Если вы потеряете свое оружие, все ваши тренировки бесполезны. Хотя мне нечего терять, кроме рук и ног, но даже тогда я мог бы сражаться коленями и локтями. Впрочем, перерезать мои кости и мышцы, оказалось бы довольно сложной задачей, учитывая их естественную прочность.

«Ох! Ты ведь член фракции оружия, верно?» Карла сказала с таким же пониманием на лице, как и я, «мы часть безоружной фракции, поэтому мы не используем оружие,» сказала она, с оттенком гордости.

Лицо Саеко выглядело немного растерянным, когда она посмотрела на двух девочек. «Но отец сказал, что я могу быть настоящим воином только тогда, когда использую оружие - вы, ребята, не настоящие воины или что-то в этом роде?» Спросила она невинно, без злобы, она была искренне просто в замешательстве.

Хотя Карла, казалось, не видела этого в таком свете. Она пристально посмотрела на нее, прежде чем на ее лице появилось презрительное выражение: «Мы лучшие воины, чем люди, которые полагаются на глупое оружие,» сказала она по-детски, высунув язык, пытаясь разозлить Саэко, потому что она разозлила ее, намекая, что она не настоящий боец.

«Карла...Не будь такой злой!» Сказала Миу, бросив извиняющийся взгляд на Саэко, а потом с упреком посмотрела на Карлу.

Решив, что я должен вмешаться, прежде чем начнется бой, я посмотрел на Саеко: «Твой отец, никогда не рассказывал тебе о двух фракциях, в мире боевых искусств?» Саэко удивленно посмотрела на меня, не зная, что я тоже мастер боевых искусств, или того, что я участвовал в их беседе. Однако я проигнорировал ее удивление, когда она покачала головой, и продолжил: «Есть две фракции: те, кто использует оружие, как ты, и те, кто полагается только на свое тело. Есть преимущества у обеих сторон, и какой из них лучше, было спором с тех пор, когда боевые искусства и оружейные искусства появились. Или по крайней мере, так говорит мой сэнсэй,» я пожал плечами, прежде чем протянуть руку, «Ты, вероятно, уже слышала мое представление, но вот более личное: меня зовут Юкиро Нисимия, ученик Доппо Ороти, основателя Синшинкай каратэ. Очень приятно с тобой познакомиться.»

Увидев мою руку, Саэко, казалось, заколебалась, но все же крепко пожала ее, демонстрируя свою сильную хватку: «Саэко Бусудзима, наследница стиля владения мечом Бусудзима. Мне также очень приятно познакомиться с новыми людьми, и расширить свой кругозор,» она склонила голову. Ее речь была не такой, как у любого другого шестилетнего ребенка, которого я когда-либо встречал. Она казалась гораздо более зрелой, чем Карла и даже Миу. Это была приятная смена темпа, честно говоря.

При моем вмешательстве Карла, казалось, успокоилась, став похожей на ту, какой она обычно была рядом со мной, этакая "кроткая младшая сестра" и она также представилась, как Карла Куре, правнучка главы клана Куре. Миу тоже представилась, зайдя так далеко, что пригласила Саеко на спаринг в ее додзё.

Эта последняя часть, заставила глаза Саэко вспыхнуть от возбуждения.

Эх~? Еще один боевой маньяк? Она могла бы стать интересным спарринг-партнером, теперь, когда я думаю об этом.

В таком относительно нормальном мире, как мир школы мертвецов, Саэко демонстрировала блестящее боевое мастерство с мечом. Представьте себе, какой она может стать в этом мире, который позволяет людям выходить за пределы "нормальных" человеческих границ? Довольно грозной воительницей, если ее талант был так же высок, как в аниме.

Эти трое продолжали разговаривать. Ну, когда я говорю эти трое, я в основном имею в виду Карлу и Миу, а Саэко только отвечала на вопросы, непосредственно заданные ей. Большую часть времени, она с любопытством поглядывала на меня. Казалось, что через некоторое время, она уже больше не могла сдерживать свое любопытство, и решила задать мне тот вопрос, который был у нее на уме.

«Нисимия... Это ведь не твоя настоящая фамилия, правда? Ты напоминаешь мне человека, который навещал моего отца, несколько месяцев назад. У тебя такие же глаза,» невинно сказала она, но я уже был полон раздражения. Я знал, о каком мужчине она говорит.

Юдзиро Ханма... О моем отце.

Но то, что меня раздражало, это то, что меня узнавали за те черты, которые я ненавидел больше всего.

Я ненавижу свои красные глаза. Я ненавижу свои растрепанные волосы. Я ненавижу угловатые и резкие черты лица, которые я получил от "него", несмотря на то, что они были несколько оттеснены красивой внешностью моей матери. Я ненавидел все, что было во мне от "него".

Напоминание об этом только усилило эту ненависть. Это раздражение. Приводящие в бешенство воспоминания об "этом" человеке.

«Нисимия - единственная фамилия, которую я признаю своей собственной. Тот человек, которого ты видела, вероятно, имел только сходство со мной, не более того, Бусудзима-сан,» сказал я небрежно, пытаясь скрыть свое раздражение. Но по едва заметной дрожи, которую испытывало большинство нормальных детей, и даже по дрожанию учителя, я понял, что моя аура вспыхнула из-за моего гнева.

Я закрыл глаза, успокаивая дыхание в соответствии, с медитативными техниками, которым меня научил Доппо-сенсей. Это успокоило мое бешеное сердцебиение до нормального, только тогда я открыл глаза и снова посмотрел на Саеко, которая выглядела так, словно собиралась продолжить.

«Пожалуйста, просто оставь это, Бусудзима-сан,» спокойно сказал я, хотя в моем голосе тоже звучали резкие нотки. Рука Саеко придвинулась еще ближе к боккену, который лежал в ее сумке.

Прошло несколько неловких секунд, прежде чем Карла заговорила о другой случайной игрушке, которую она видела в рекламе по телевизору, а Миу смотрела на нее и думала о игрушке с блестящими глазами, которые кричали: "Я хочу ее!". Наверное, потому, что это была игрушка на кошачью тематику.

Саеко продолжала поглядывать на меня, но больше не задавала никаких вопросов, вежливо оставляя меня в покое.

Слава Богу.

Мое расслабленное состояние длилось недолго, когда ко мне подошли еще мои одноклассники, с любопытством в глазах. Когда они встали передо мной, никакой вежливости не было, они просто перешли прямо к своему вопросу, как могли только 6-летние дети: «Ммм, ты сказал, что тоя фамилия Нисимия, верно?» Они невинно спросили, но я видел, что они спрашивают со скрытым мотивом.

«Да, это так,» кивнул я, с безразличным выражением лица, задаваясь вопросом, что это было, но я быстро понял, почему.

Шоко.

Зачем еще спрашивать мою фамилию? Конечно, это было сделано для того, чтобы выяснить, был ли я братом Шоко или нет. Словно желая доказать правильность моих мыслей, девочка с черными волосами, продолжила свои расспросы.

«У тебя ведь есть старшая сестра?» Она спросила, с легким презрением, «Глухая по имени Шоко, верно?»

«Да, у меня есть старшая сестра, и ее зовут Шоко,» я старался сохранять спокойствие, зная, что имею дело с детьми, а дети в большинстве своем глупые, невежественные, маленькие засранцы. Во всяком случае, большую часть времени. Хорошие дети, обычно получаются странные, такие, как Саеко, Миу, Карла и, конечно, моя сестра Шоко, но большинство детей - сопливые говнюки.

После моего ответа, к девушке подошли еще несколько человек, и все они посмотрели на меня снисходительно.

«У нас у всех, есть старшие братья, и сестры в ее классе - они говорят, что она действительно странная и говорит смешно. Разве это не странно - иметь сестру, которая глухая?» Спросила меня главная девочка, и я только закатил глаза, хмурый взгляд медленно пополз по моему лицу.

Конечно, я знал, кто моя сестра и кто моя мать. Это были персонажи аниме. Из манги / анимационного фильма под названием "Тихий голос" или "Коэ но Катачи", и кажется, что сюжет этого фильма... Сейчас будет разыгрываться. Или уже разыгрывается. Я... Я позволил своей сестре страдать от издевательств, и все же она никогда не говорила мне об этом. Хотя я и знал, кто она такая, но никогда не спрашивал. Умышленное невежество.

Мысли о том, что она назвала меня идеальным младшим братом... Теперь эти слова, жалили меня сильнее, чем когда-либо.

Я был ужасным братом.

«Нет, совсем не странно иметь глухую сестру. Она моя старшая сестра, и я очень люблю ее,» сказал я, едва сдерживая первобытное рычание, «Она совершенно нормальная, и причина, по которой она говорит смешно, заключается в том, что она глухая. Как насчет того, чтобы вы сказали своим старшим говняным братьям и сестрам, чтобы они были более внимательны к другим людям и их сложившимся обстоятельствам, а?» Сказал я, наконец немного потеряв самообладание, и резко выговариваясь.

Дети, казалось, на мгновение замялись, не ожидая такого жестокого ответа. Особенно когда, они превосходили меня числом 4 к 1. Их крошечные мозги не могли понять, как ребенок может отвечать им так грубо, несмотря на то, что у них были более высокие цифры. Начальная школа - это место, где тот, у кого были более высокие цифры, является более крутым и сильным.

Но я переверну это правило с ног на голову, если они нападут на меня.

«О-ой, кто ты такой, чтобы говорить такие гадости о моем Нии-сане?!» Пухлый мальчик, который был немного больше остальных, нагнулся над моей партой и выплюнул эти слова мне в лицо, его лицо было красное от гнева.

«Кто я такой?» Я ответил вопросом на вопрос, прежде чем поднять свою руку примерно на уровень его глаз. «Я сильнее тебя, так что я могу говорить, все что захочу,» сказал я, прежде чем ударить его по голове с достаточной силой, чтобы отправить его на задницу, но не настолько, чтобы навредить ему.

Впрочем, не сказать, чтобы это было не больно.

Парень доказал это, когда поднес руку к своему красному лбу, и начал всхлипывать. Всхлипывания вскоре перешли в тихое рыдание. Прежде чем тихое рыдание перешло в вой.

В этот момент, остальные члены группы отступили назад. Им чертовски повезло, что они еще такие мелкие. Если бы мы учились в старших классах, я бы отлупил их за то, что они наговорили о Шоко.

Вскоре подошла учительница и спросила мальчика, что случилось. Конечно же, он настучал на меня, рассказывая учителю, как я ударил его по голове, но учитель просто посмотрел на меня разочарованным взглядом, прежде чем сделать мне выговор, и напомнила, что я должен хорошо относиться к своим одноклассникам. Такие учителя меня просто бесят. Они явно пытались запугать меня, но ведь она, только меня отчитала?

Раздражает.

Наверное, я буду проверять свою сестру, во время обеденного перерыва. Хотя, чтобы я ни увидел, я должен сохранять спокойствие. Это дети, и я буду в глубоком дерьме, если причиню им вред. По крайней мере, слишком сильно.

После этого начались уроки, и Карла с Миу смотрели на меня с беспокойством. Они также смотрели на детей, которые называли Шоко странной, главным образом потому, что за последний год они познакомились с ней, и они довольно хорошо ладили, честно говоря. Даже если Шоко немного ревнует, когда Карла или Миу обнимают меня слишком сильно. Но в остальном, они очень хорошо ладили.

----------------------------------------

В данный момент, я стоял перед классной комнатой сестры, стараясь держать свое психическое состояние ясным и контролируемым, чтобы не ворваться туда, как какой-нибудь бык.

Я отодвинул дверь в сторону, и никто не посмотрел в мою сторону. Я огляделся и увидел, что моя сестра сидит с девушкой. У нее были черные волосы, подстриженные в стиле сорванца, что ей очень шло, и светло-желтые глаза, которые излучали нежность. Она была примерно одного роста с моей сестрой и сидела рядом с ней, как будто спрашивая, как ей написать какое-то слово.

В отличие от моей сестры, которая была одета в розовый топ и пару джинсовых шорт, девушка рядом с ней была одета в более мальчишескую одежду, с длинным рукавом и джинсами. Конечно, это не очень походило на стиль пацанки, но большинство девочек в классе носили шорты или юбки, что выделяло ее на их фоне.

Но меня это совершенно не волновало. Она была очень мила с моей сестрой, поэтому могла носить все, что хотела.

Вскоре Шоко заметила меня, ее карие глаза расширились, она радостно улыбнулась и встала, прежде чем поскакать ко мне. Ее розово-коричневое каре подпрыгивало вверх и вниз, когда она прыгала ко мне.

«Ю-кун,» произнесла она все еще невнятным голосом, но достаточно отчетливо, чтобы я понял, что она говорит, «Поочеему т-ты здесь?» она встала, забыв взять блокнот, который лежал на парте, поэтому она решила полагаться на разговорный и жестовый язык в тандеме, чтобы донести свое сообщение. Слышать ее и видеть, как она счастлива... Отбросив все мое прежнее раздражение в сторону, я расплылся в улыбке.

«Чтобы увидеть свою старшую сестру, конечно,» ухмыльнулся я, взъерошив ее волосы, так как, несмотря на то, что она была старшей сестрой, я все еще был заметно выше ее, «Почему? Разве мне не позволено прийти к тебе?» Дразнил я ее, с игривой улыбкой на лице.

Но, несмотря на то, что это была шутка, Шоко сразу же выглядела очень обеспокоенной и быстро покачала головой, ее волосы, покачивались из стороны в сторону вместе с ее головой, «Угу,» быстро сказала она, прежде чем обнять меня, «Ю-кун м-может приходить ко м-мне когда угодно,» пробормотала она, когда ее голова была практически погружена в мою грудь. Я улыбнулся, смотря сверху-вниз, на свою милую старшую сестру.

Моя улыбка исчезла с моего лица, когда я посмотрел на остальную часть класса, ища лица некоторых детей.

Поиск их не занял много времени.

Шуя Ишида. Наока Уэно. Кадзуки Симада. Мики Каваи. Хулиганы, которые издевались над моей сестрой. Особенно эта сучка Наока. Она заставит эту девчонку-сорванца уйти из школы, потому что она дружила с Шоко. Шуя...он причинил боль Шоко.

Если они причинят вред Шоко, я причиню вред им. Мне все равно, будет ли это ребячество или незрелость, или даже если люди скажут: "Они просто дети, оставь их в покое!" Мне все равно. Шоко - одна из немногих настоящих членов моей семьи, кроме моей матери. Я никогда не буду стоять в стороне, и позволять ей страдать. Этот мир - тот, где поговорка "око за око, зуб за зуб" имеет первостепенное значение, и ее придерживаются все сильные мира сего.

Пока я достаточно силен, мораль того, что я делаю, не имеет значения. Этому меня научил Юдзиро.

Я хочу этой свободы, для себя и своей семьи. Свободы от всего, что могло бы причинить им боль.

«Хорошо, я буду приходить сюда, когда смогу, Шоко-нисан,» сказал я, все еще глядя на класс, и в моих глазах, несомненно, горел холод. Но эта холодность исчезла, когда я посмотрел вниз, отстранившись от Шоко, глядя вниз на ее лицо: «Почему бы нам не пойти к твоей парте, и ты сможешь представить меня своему другу?» Мягко спросил я.

Шоко, казалось, вспомнила о своей подруге, и тут же на ее лице появилась возбужденная улыбка, и она схватила меня за руку, увлекая к своему столу.

Наверное, ей не терпелось показать мне свою первую подругу. Я очень рад познакомиться с ней.

На этот раз, я изменю то, что должно произойти.

Прямо сейчас, я был в парке с Шоко, и ее новой подругой Миеко. У меня был всего час, до тренировки в Редзанпаку, но этот час я мог провести с моей сестрой и ее подругой, с которой я сейчас знакомился.

«Значит, ты согласилась выучить язык жестов ради Шоко-нисан?» Спросил я, с притворным удивлением, и склонил голову в легком поклоне. Я видел этот фильм, в своей прошлой жизни, так что я уже знал это. «Спасибо. Я бы не хотел, чтобы моя сестра была совсем одна в своем классе,» сказал я с улыбкой, и маленькая Миеко немного покраснела, прежде чем отвести взгляд.

«Да ничего особенного...» тихо сказала она, нервно сжимая свою руку, от чего я слегка нахмурился. В последнее время, нормальные люди, начинали нервничать от одного моего присутствия. Это было похоже на то, что их инстинкты, говорили им быть осторожными, рядом со мной.

Хотя я также мог сказать, что эта Миеко была по своей природе, довольно застенчивым и робким человеком.

Улыбнувшись прежде, чем кто-то из девушек, заметил мой хмурый взгляд, я продолжил разговор с Миеко: «Итак, какие у тебя хобби, Сахара-сан?» Спросил я небрежно, и даже Шоко внимательно посмотрела на Миеко.

Взволнованный вид Миеко, казалось, становился все хуже, от нашего с Шоко внимания к ней.

«Уххх... На самом деле у меня его нет... Мне нравится рисовать и проектировать одежду, но это все...» нервно сказала она, не встречаясь со мной взглядом и просто глядя на Шоко-нисан. Но в этом был смысл. Я бы тоже, не хотел смотреть в свои глаза. «А как насчет вас двоих…?» Спросила она, и Шоко уже начала быстро писать ответ. Хотя, похоже, она отвечала не о себе.

«Ю-кун занимается боевыми искусствами, и играет на пианино! Он сильный и крутой!» Шоко посмотрела поверх своей доски, с гордыми глазами и широкой улыбкой. Я не мог не покраснеть от ее похвалы; это немного неловко, когда моя сестра так искреннее хвастается мной, перед другими людьми.

Но Миеко, похоже, не смутил ее энтузиазм, и она просто посмотрела на меня с любопытством: «Ты умеешь играть на пианино, Нисимия-кун?» По какой-то причине, она пропустила мимо ушей часть про боевые искусства, что меня удивило. Большинство детей нашего возраста, полностью сосредоточены на подобных вещах.

«Мхм,» я кивнул головой, и глаза Миеко загорелись.

«Это довольно круто...» сказала она, получив одобрительный кивок от Шоко, прежде чем продолжить: «Ты участвовал в каких-нибудь соревнованиях?» Спросила она.

Я хотел ответить на это сдержанно... Но Шоко.....

«Да, он участвовал в соревнованиях! И он выиграл в них! Его учителя говорят, что он действительно очень талантлив с фортепиано!» Шоко улыбнулась, гордость в ее глазах поднялась до пугающего уровня, и я мог только вздохнуть, и попытаться прикрыть смущенный румянец на моих щеках рукой.

Мое физическое тело - не единственная адаптивная система во мне. Мой мозг также очень легко адаптируются и быстро учится. Я бы сказал, что это потому, что точно так же, как клетки, из которых состоят мои мышцы и кости, клетки, из которых состоит мой мозг, также очень быстро меняются, чтобы способствовать достижению любой цели, которую я поставил перед собой, как только возникает, в этом необходимость. Так что учиться играть на фортепиано, было довольно трудно, в течение первой недели или около того, но после этого мой мозг адаптировался, и это стало легче простого учиться, а затем и играть на пианино. Я преуспевал в это таком темпе, что большинство моих учителей больше не могли научить меня чему-либо уже через 5 или 6 месяцев, поэтому я начал участвовать в соревнованиях.

В основном в тех, в которых давали деньги в качестве приза. Все, что угодно, лишь бы помочь моей матери-одиночке. Могло показаться, что она легко со всем справляется, до сих пор, но на самом деле, ей очень тяжело и она работает на грани своих возможностей... Так что это было самое малое, что я мог сделать, с моими нынешними навыками.

Я, наверное, мог бы ограбить банк... Но я сомневаюсь, что она примет эти деньги. Так что мне придется, просто продолжать выигрывать эти фортепианные конкурсы. Кроме того, мне совсем не сложно делать это.

Но, прочитав то, что написала Шоко, Миеко потеряла всю свою нервозность и вместо этого посмотрела на меня, с уважением и благоговением. Должно быть, когда она впервые увидела меня, то подумала, что я какой-то необразованный зверь. И учитывая мою внешность... Я не могу винить ее за это. Они с Шоко продолжали говорить об увлечениях, и в конце концов, Шоко рассказала о своем хобби, которое тоже было рисованием. О, а также "слушать" музыку, или точнее, чувствовать ее, как она выразилась.

Пока они общались, я просто смотрел на них с улыбкой. Было приятно видеть свою сестру с другом, который не был мной или одним из моих друзей. Или лучше сказать - подруга ее возраста? В любом случае, это было приятно.

Но ничто приятное не длится долго, и я почувствовал на себе пристальный взгляд, с другого конца парка...

Посмотрев в ту сторону, я увидел пару красных глаз, встретившихся с моими собственными.

Юдзиро.

«Я вернусь через минуту, не уходите, вы двое,» серьезно сказал я, получив кивок от Миеко и любопытный взгляд от Шоко.

«Куда ты идешь, Ю-кун?» Она написала, и я быстро написал ей ответ.

Улыбаясь с притворным спокойствием, чтобы скрыть свой гнев на Юдзиро за то, что он появился здесь, я ответил: «Мне кажется, я увидел своего друга, так что я пойду и посмотрю, не ошибся ли я, хорошо? Я скоро вернусь, так что, опять же, не уходи,» я взъерошил ее волосы, заработав недовольную гримасу и сердитый взгляд, прежде чем побежал в сторону Юдзиро.

Когда я был достаточно далеко от Шоко и Миеко, я резко ускорился и практически телепортировался к Юдзиро, который держал руку на подбородке, кивая с улыбкой.

«Хорошо, ты действительно стремительно прогрессируешь после обучения у Доппо. Он сильный человек, надеюсь, он сможет подтолкнуть тебя к тем высотам, которые мне нужны,» задумчиво произнес он, беззаботным голосом, хотя в нем все еще чувствовалось высокомерие. Но после всех моих встреч с ним, это было нормально для него. Если бы он не казался высокомерным, я бы забеспокоился.

«Что ты здесь делаешь... Отец?» Я выплюнул это слово, не желая его произносить, но тем не менее вынужденный. Он становился очень агрессивным, если я не обращался к нему правильно.

Ухмыляясь моему гневу, он помахал своей рукой взад и вперед, отвечая: «Ну знаешь, я просто пришел проведать своего сына, сразиться с некоторыми сильными людьми, ну, ты знаешь, как обычно,» он свирепо улыбнулся, прежде чем продолжить, «Но приятно знать, что в отличие от Баки, ты по крайней мере углубляешься в более культурные вещи. Я был на некоторых твоих выступлениях, твой стиль очень репрезентативен для родословной Ханма. Быстрый и захватывающий, жестокий и агрессивный... Это очень интересно слушать. Это звучит, как музыкальная версия драки. Я пришел к тому, что начал вполне наслаждаться ею, если я буду настолько честен,» сказал он задумчиво, я мог только предполагать, но у него вроде была гордая улыбка.

Хотя такая гордая улыбка, вызывает у меня тошноту и злость.

«Ты смотрел мои выступления?» Я спросил, пытаясь держать свой голос ровным, «Я думаю, что это действительно так. В конце концов, на некоторых концертах, я чувствовал себя так, словно за мной наблюдает зверь,» язвительно заметил я, и часть моего гнева окрасила мои слова, несмотря на все мои усилия, «Пожалуйста, сделай все возможное, чтобы не приходить на мои концерты. Я устраиваю их для моей матери и сестры, а не для твоего досуга,» закончил я, отворачиваясь от него и глядя на Шоко, которая была на игровой площадке вместе с Миеко.

«О-хо~? У тебя действительно самый острый язык, из всех моих детей...Вот почему разговаривать с тобой очень весело,» радостно рассмеялся Юдзиро. «Теперь со мной, мало кто так разговаривает. Это освежает,» сказал он, в его голосе послышало легкое… Облегчение? «Но я должен спросить: зачем ты тратишь свое время на такого человека? Она всего лишь обуза для тебя, Юкиро,» спросил он, казалось, искренне озадаченный.

Мне не нужно было спрашивать, кто такая "она". Он явно говорил о Шоко.

«Потому что она моя семья. Потому что я люблю ее,» сказал я, с улыбкой, наблюдая, как Шоко раскачивается на брусьях, в нескольких сотнях метров от меня, «Потому что она – моя причина становиться сильнее. Потому что мне нужно защитить ее от таких людей, как ты, от людей, которые считаю ее неполноценной и смотрят на нее свысока, из-за ее инвалидности,» сказал я, искоса взглянув на Юдзиро, но увидел, что он смотрит на меня с серьезным лицом. Но я проигнорировал это и продолжил: «То же самое касается и моей матери. Ты сломал ее, и другие люди, подобные тебе, будут продолжать пытаться сделать то же самое, и я не позволю этому случиться снова. Я "трачу" свое время на них, потому что они значат для меня больше, чем что-либо другое.»

Тишина.

Вот и все, что было после того, как я это сказал. Пока Юдзиро не начал тихо смеяться. Затем тихий смех перешел в громогласный смех, который, казалось, сотрясал все вокруг.

Все, кто был рядом с нами, медленно попятились - то ли от страха, то ли от растерянности.

«Вот и хорошо! Просто отлично!» Юдзиро хлопнул в ладоши, прежде чем присесть на корточки и поднять камень, «Тогда давай посмотрим, сколько мотивации я смогу выжать из тебя! Ю-КИ-РО!» он взревел, и у меня упало сердце.

Еще не успев понять, что происходит, я уже бежал обратно к Шоко со всей возможной скоростью. Я заставлял свои мышцы работать сверх их пределов, я толкал свои суставы до предела их прочности, и я чувствовал, как мои сухожилия и связки напрягаются и стонут под действием силы. Я услышал, как мимо меня пронесся свистящий выстрел.

Это был тот самый камень, который подобрал Юдзиро.

Место назначения? Шоко.

Мысль о том, что случится с Шоко, если этот камень хотя бы задел ее... Это разжигало во мне злость. Мои мышцы вздулись, а кожа слегка покраснела. Я не знал, были ли это просто мои уши, слышащие бурление крови, текущей по моим венам, но мне казалось, что я также слышал какой-то кипящий звук. Как вода, которую кипятят, превращая в пар.

Моя скорость резко возросла, и я увидел камень перед собой, раскалывающий воздух и разрывающийся на части, под действием собственной силы и скорости. Мир двигался в замедленном темпе, моя врожденная скорость реакции, которая за последний год еще больше возросла, была доведена до предела.

Я почувствовал, как у меня лопнули вены на глазах, но не обращал на это внимания. Я почувствовал, как рвутся мышцы моих ног, но не обращал на это внимания. Я почувствовал, как кровь капает с моих губ и глаз, но не обращал на это внимания.

Все мое внимание было приковано... К камню, летящему в мою сестру.

Теперь он был всего в десяти метрах от Шоко, а я - примерно в метре позади него. Я был на своей максимальной скорости, нет, я был даже выше нее. Адреналин подтолкнул меня за ее пределы, активированный моей яростью и тревогой о том, что случится с Шоко, если она будет ранена.

Я не смогу догнать его... Если только я не приму на себя риск.

У меня не было времени думать, и я должен был действовать прямо сейчас, поэтому я вложил каждую частичку силы своего теля, в свою ногу и когда я наступил ею на землю... Я прыгнул на камень.

Я чувствовал, как бесчисленные маленькие трещины расползаются по всей моей ноге, сила была слишком велика, даже для моих сверхплотных костей. Но мне было все равно, потому что я догонял камень.

Я протянул руку и наконец ухватился за камень. С камнем в руке, я ударил обеими ногами в землю, делая бесчисленные трещины в костях ноги еще хуже, и добавляя те же трещины к моей здоровой ноге.

Из-за моей резкой остановки, произошел взрыв, когда мои ноги зарылись в грязь и песок, которые были на игровой площадке. На моем пути остались две траншеи, грязь и песок выглядели так, словно в них врезались два метеорита. Песок был поднят в воздух, как дымовая завеса, и я приложил дополнительную силу к ногам, когда почувствовал, что турник быстро появляется в поле зрения. Но все эти дополнительные усилия были направлены на то, чтобы убедиться, что я не слишком сильно ударюсь о металлическую раму.

* Бах!*

Я столкнулся с металлом и почувствовал, как дрожат мое тело и кости. Обычно удар по металлу не причинял мне боли, даже если я бил его изо всех сил и голыми костяшками пальцев. Но прямо сейчас... Я двигался слишком быстро и с очень большой скоростью, поэтому меня не удивило, когда я почувствовал, что маленькие трещины распространились по большей части моих ребер.

Что уже было хорошим результатом. Большинство людей были бы раздавлены, как обычный жук, если бы они испытали то, что только что испытал я.

Но травмы меня не беспокоили. С Шоко все было в порядке. Я слышал, как она возится на вершине паутины для лазания. Вероятно, она пыталась спуститься вниз, чтобы выяснить, что ударилось о турник.

«Ю-Ю-кунн?» Я слышал ее голос, взволнованный и озадаченный, это было ясно даже сквозь ее невнятную речь.

Ну, похоже, она уже выяснила, что попало в раму для лазания.

Взглянув на нее с улыбкой, я увидел, как ее глаза расширились от ужаса при моем появлении. Я действительно перенапряг свое тело, и сейчас мои глаза и рот были в крови. Наверное, я выглядел ужасно. Но я все равно начал отвечать, на языке жестов, но увидел состоянии руки, которым схватил камень, поэтому я мог только говорить медленно и ясно, чтобы она поняла меня.

«Эй, Шоко-нисан...Мне нужно, чтобы ты пошла домой и сказала маме, чтобы она забрала меня из моего додзё, хорошо?» Я напрягся, чтобы выдавить эти слова, мои легкие и горло, вместе с остальной частью моих внутренних органов, на самом деле, ощущались так, словно они были в огне.

С этими словами, я повернулся туда, где оставил Юдзиро, ненависть и намерение убить, немедленно заполнили мои глаза.

Рыжеволосый мудак просто стоял там, засунув руки в карманы. Он рассмеялся, гордо улыбаясь, а потом повернулся и исчез.

Кипящий звук вернулся вместе, с моим гневом, и именно в этот момент я понял, что это был я. Я весь кипел. Моя кожа была красной, и от меня шел пар. Но я не обращал на это внимания, не обращал внимания на свои раны, и просто помчался в додзё Редзанпаку.

Мне определенно нужна была медицинская помощь.

«Он бросил камень... И вот что произошло?» Куреха-сэнсэй посмотрел на мою перевязанную руку. Даже с моим исцеляющим фактором, рука все еще была в основном искалечена.

Когда я поймал камень, он взорвался в моей руке, и осколки камня действовали, как шрапнель, разрывая и вгрызаясь в плоть моей руки. Это вообще не было похоже на камень, я словно держал в руке осколочную гранату. Кости были в основном в порядке, только два моих пальца были сломаны. Это была плоть и мышцы, которые получили большую часть повреждений.

К тому времени, как я добрался до Редзанкпаку... Ну, по крайней мере, кровотечение прекратилось. Это же хорошо, верно?

Кивнув головой, я заговорил хриплым голосом: «Он просто бросил его, как будто пытался заставить камень прыгать по воде... И вот что случилось, когда я его поймал. Он чудовище до мозга костей,» мой голос был полон едва остывшего гнева и ненависти, которые другие в комнате не считали возможным услышать от шестилетнего ребенка.

Странная реакция начала повторяться снова, моя кожа медленно краснела, а жар моего тела поднимался. Бумажный веер, ударил меня по голове.

«Успокойся, Ю. Мы не знаем, как эта... "Форма" воздействует на тебя. Ты можешь навредить себе, приняв ее, так что успокойся,» раздался голос Акисаме, у меня за спиной. Куреха кивнул головой, прямо передо мной.

«Послушай его, Ю. Тепло твоего тела намного выше нормы, и оно даже вполовину не такое горячее, как было, когда ты впервые попал сюда. Я удивлен, что твое тело все еще функционирует. Большинство ферментов и химических реакций в твоем теле должны были бы прекратиться, даже при такой температуре, и все же, насколько я могу судить, ты все еще нормально функционируешь...» Задумчиво пробормотал Куреха, закончив перевязывать мне руку.

В этот момент, дверь кабинета распахнулась, и появилось встревоженное лицо моей матери. Она оглядела всех обитателей комнаты, прежде чем ее налитые кровью глаза остановились на мне.

Несмотря на мои невероятные рефлексы, она появилась передо мной прежде, чем я успел даже поприветствовать ее. Она притянула меня к себе, и крепко обняла, и из-за моих ран мне показалось, что два питона окружили меня и пытаются задушить.

Но... Это два питона, за которых я охотно умру. Я обнял маму в ответ, слыша ее рыдания.

Каждый ее всхлип причинял боль больше, чем раны. Больше, чем искалеченная плоть, больше, чем бесчисленные трещины в моих костях, больше, чем внутренние повреждения... Это цена моей слабости.

Слабость ранит не только вас, но и тех, кто вас окружает. Если бы я был достаточно сильным, моя мама не плакала бы сейчас. Я бы тоже не был в таком жалком состоянии.

Эти мысли бесконечно кружились в моей голове, подпитываемые рыданиями матери.

Гнев, который я испытывал раньше, исчез, сменившись холодной, твердой решимостью.

Весь прошлый год я старался изо всех сил, тренируясь до мозга костей. Но этого было недостаточно. Я должен приложить еще больше усилий. Еще дальше уйти за свои границы. Это выходило за рамки того, чтобы просто быть достаточно сильным, чтобы защитить их... Я хотел быть достаточно сильным, чтобы они никогда не волновались. Речь шла о том, чтобы быть достаточно сильным, чтобы им никогда не пришлось проливать обо мне слезы.

Я почувствовал, как еще одна пара рук обняла меня. Они были значительно ниже ростом, чем моей матери, и я сразу понял, кому они принадлежат.

Шоко-нисан.

Она увидела мои раны и тоже начала тихонько всхлипывать, уткнувшись головой мне в плечо, словно надеясь, что ее слезы облегчат мои раны. Слезы не помогали, но забота, которую я чувствовал от этих двух женщин (ну, женщины и девочки)... Это было похоже на анестезию, которая подавляла боль и укрепляла мою решимость стать сильнее.

Наверное, я просто больше не могу позволить себе быть таким слабым, да?

Плач продолжался некоторое время, и Акисаме с Курехой дали нам немного уединения, так что к тому времени, когда они остановились, я уже мог должным образом объяснить маме, что произошло. Пришло время рассказать ей, почему я так много тренируюсь.

«Что случилось, Юкиро?» Спросила она серьезно, ее голос был тверд, но покрасневшие глаза, красноречиво говорили о том, как она беспокоилась обо мне, «Кто сделал это с тобой?» Ее голос из серьезного превратился в резкий, и я не мог не улыбнуться тому, какой свирепой моя мама могла быть, когда дело касалось меня и Шоко.

«Это...» Я сделал паузу на секунду, но продолжил после того, как увидел ее настойчивые, нет, умоляющие глаза: «Это был "он", мама. Он пытался причинить вред Шоко-нисан, поэтому я вмешался, и вот что произошло,» я указал на свою руку и другие раны на моем теле.

При упоминании "его" мама побледнела, ее глаза расширились от страха. Такой страх разозлил меня, но я сохранил спокойствие, вспомнив слова Акисаме и Курехи о моем гневе и той странной форме, в которую я вхожу, когда достаточно сильно напрягаюсь или сильно злюсь.

Но, к моему удивлению, ее страх был мимолетным и сменился гневом. Чистая ярость. Ее глаза снова покраснели, но на этот раз не от слез: «Как он посмел!» Она взвизгнула, стиснув зубы, «Как. Он. Посмел!» она говорила сквозь стиснутые зубы, ее голос сочился ненавистью. Шоко выглядела обеспокоенной, но я схватил ее за руку, и она немного успокоилась, хотя все еще смотрела на нашу маму с беспокойством. Чего и следовало ожидать. Она слишком молода, чтобы понять, через что прошла наша мама.

«Последние два года или около того он угрожал вам обоим, чтобы я стал сильнее,» сказал я ровным голосом, но хмурый взгляд говорил о том, как я был расстроен внутри, «Я боюсь, что это только усугубится...» Я не осмеливался говорить дальше, боясь сглазить это как-нибудь.

Услышав то, что я сказал, Мама была выбита из колеи своим гневом, и только тупо смотрела на меня. Она подняла руку и погладила меня по щеке, ее глаза были полны беспокойства и извинений.

«Мой маленький мальчик...» Она слабо произнесла, когда прежняя ярость исчезла и рассыпалась в прах: «Ты ведь так много чего плохого пережил, не так ли?» Спросила она, и ее печаль снова вернулась, «И все из-за твоей слабой матери...» Я оборвал ее, прежде чем она успела продолжить.

«Нет!» Я решительно опроверг ее слова, «Это не из-за тебя. Это все из-за "него"!» Я говорил напряженно, моя ненависть и убийственное намерение лились из моих слов и глаз, «Никогда, и я имею в виду никогда, не извиняйся передо мной, мама. Тебе не за что извиняться. Ты привела меня в этот мир, ты вырастила меня, когда имела полное право ненавидеть меня... Я всегда буду в долгу перед тобой и сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Тебя, и Шоко,» Я крепко сжал руку Шоко, почему-то боясь отпустить ее.

Услышав меня, мама снова разрыдалась, и слезы хлынули из ее глаз, когда она крепко обняла меня. Со стороны было бы трудно сказать, кто был ребенком, а кто - родителем.

Я не возражал против этого и просто гладил маму по спине и по ее волосы, успокаивая ее.

Увидев, что мама снова расплакалась, Шоко присоединилась ко мне, и тоже начала гладить маму по спине и волосам, и вскоре мама уже смотрела на нас обоих и улыбалась: «Что я такого сделала, чтобы заслужить таких замечательных детей, а?» Спросила она хриплым от рыданий голосом.

Даже если она не понимала, что происходит, Шоко быстро записала что-то, прежде чем показать это маме.

«Ты самая лучшая мамочка!» Даже если это не имело особого отношения к ее вопросу, было ясно, что Шоко пытается поддержать нашу маму. Это было также чувство, которое я искренне разделял.

«М-м-м, знаешь, мама, Шоко-нисан права.» Добавил я, с ослепительной улыбкой.

Мама быстро начала вытирать глаза, а потом посмотрела на нас, слегка надув губы: «Нехорошо заставлять свою маму плакать, знаешь ли?» Спросила она, и хотя это прозвучало, как выговор, счастье в ее глазах показало нам, что она просто шутила. «Мы даже можем купить мороженое по дороге домой!» Сказала она с блеском в глазах, который говорил о ее волнении.

...Моя мама и сестра любили мороженое. Это передавалось по генам, потому что я тоже люблю мороженное. Что за семья, правда?

«Даааа!» Шоко-нисан громко вскрикнула от радости, и быстро забыла о серьезной атмосфере, как только поняла, что мама сказала: "Мороженое". Хотя это только заставило меня улыбнуться. Моя сестра иногда очень милая.

«Хорошо, я за,» сказал я, с улыбкой на лице, хотя перед тем, как продолжить, посмотрел на маму, «Только мне нужно пойти и поговорить с Доппо-сенсеем, так что ты можешь подождать меня в машине, хорошо, мама?» Сказал я, и как только мама кивнула, я направился к Доппо-сенсею, а они вышли из додзе.

Я обнаружил, что сэнсэй пинает очень тяжелый на вид мешок с песком. Я быстро поклонился ему, когда он заметил мое присутствие.

«Прошу прощения, но я пропущу сегодняшнюю тренировку, Доппо-сенсей!» Сказал я громким и ясным голосом. Больше всего Доппо-сенсей ненавидел тех, кто бормотал что-то невнятное. Я действительно сильно сомневаюсь, что смогу учиться у него карате, в моем нынешнем состоянии.

Все, что я услышал, был искренний смех, прежде чем грубая рука легла мне на плечо: «Не беспокойся об этом, Ю. Акисаме и Куреха рассказали мне о том, что произошло - ты успешно остановил атаку Огра! Хахахаха! Ты сделал меня очень гордым учителем, малыш!» Он начал смеяться еще громче, и все, что я мог сделать, это тупо уставиться на него.

«А?»

«Когда ты поправишься, мы еще больше увеличим интенсивность твоих тренировок! Акисаме и Куреха, тоже согласились сделать то же самое! О, и тебе придется показать мне свою краснокожую форму; может быть, это и к лучшему! Хахаха! Зная твой талант, это, скорее всего, хорошо!» Он много раз хлопал меня по плечу, и каждый раз я вздрагивал, но не мог не улыбнуться.

«А я-то думал, что вы будете слегка раздражены... Я только камень остановил, сэнсэй,» беспомощно сказал я, но Доппо-сэнсэй фыркнул, прежде чем ответить.

«Да, камень, брошенный Юдзиро Ханмой! Это не то, чем многие могут похвастаться,» сказал он с широкой улыбкой. «Ты можешь гордиться этим, Ю!» Он взъерошил мне волосы, прежде чем вернуться к своей тренировке, «А теперь проваливай, мне нужно тренироваться!»

Покачав головой этому эксцентричному учителю, я повернулся и вышел из Додзе.

Я действительно чувствовал на себе две пары глаз, все это время, но не обращал на них внимания. Скорее всего, это были Миу и Карла, и хотя мне было любопытно, почему они не подошли ко мне, я знал, что у них, вероятно, были свои причины, поэтому я просто ушел.

В конце концов, меня ждало мороженое.

-------------------------------------------------------------------

Точка зрения – Карла Куре

Когда я увидела уходящего Юкиро, я повернулась к Миу: «Нам нужно больше тренироваться, Миу,» сказала я, с серьезным лицом.

Люди обычно думают, что я слишком эксцентрична и слишком беззаботна, но... Когда речь заходит о двух моих друзьях, Юкиро и Миу... Я буду настолько серьезна, насколько это возможно.

И видеть, что Юкиро больно, было... Больно.

Я была потрясена еще больше, когда узнала, что именно его отец, причинил ему такую сильную боль. Хотя он казался невероятно сердитым, когда они упомянули, что это был его отец. Я видела только его маму и старшую сестру, так что, может быть, у них есть проблемы друг с другом? Я не знаю. Юкиро не слишком много говорит о таких вещах.

«Мхм...» Миу кивнула, с несколько печальным выражением лица. Люди обычно думают, что она довольно наивна и, ну, немного глупая, но Миу обманчиво умна и довольно проницательна.

Похоже, она понимает, насколько серьезна вся эта ситуация.

Почему это так серьезно? Потому что Юкиро, вероятно, самый сильный человек в нашем поколении, которого встречала либо я, либо Миу. Даже мой двоюродный брат Райан, бледнеет по сравнению с Юкиро, даже с его активированным режимом отрешения. Раньше я думала, что эта техника делает нас, членов клана Куре лучше, чем всех остальных, кроме Юкиро... Его физическая сила непреодолима даже тогда, когда я использую технику отрешения.

«Давай найдем твоего дедушку, он может помочь нам тренироваться. Если мы этого не сделаем, то слишком сильно отстанем от Юкиро...» Сказала я, не скрывая тревоги в голосе.

Я не хотела потерять одного из своих первых друзей, потому что была слишком слабой.

Миу кивнула, и мы встали, чтобы пойти и найти ее дедушку. Мысль о том, как Юкиро вошел в додзе весь в крови, с искалеченным лицом ... Рукой... Казалось, это ранило нас обоих. Я не хотела, чтобы это повторилось снова.

Точка зерния - Юкиро (от третьего лица)

Сидя в темной комнате, Юкиро сидел, скрестив ноги. Он дышал как-то странно, и если не приглядываться, то можно было подумать, что он просто медитирует.

Но если бы у человека был достаточно острый глаз, он бы увидел, что четко очерченные и плотные мышцы, составляющие тело Юкиро, энергично трясутся, расширяются и сжимаются, снова и снова, как будто их закаляют молотком.

Слышался также тонкий скрежет костей, и казалось, что он был вызван его вибрирующими мышцами.

Это был следующий шаг после стоек и положений, чтобы полностью закалить его тело. Вся его мускулатура была преобразована в супер-ткань, известная, как розовые мышцы, и теперь он оттачивал эти мышцы к совершенству. Хотя это требовало больших усилий из-за плотности его мышц, и самой прочности розовых мышц. Это было похоже на тяжелую битву, хотя Юкиро продолжал толкать себя к границам возможного, его дыхание ускорялось и замедлялось в соответствии с мышцами, вибрирующими быстро и медленно.

Прошло уже пять лет с тех пор, как его отец, Юдзиро, бросил тот камень в Шоко, его старшую сестру, и, как сказал ему Доппо-сенсей, его тренировки действительно продвинулись дальше по интенсивности.

Каждый бит потенциала, был выжат из тела и разума Юкиро, толкая его вперед, как в физической силе, так и в технике. Если бы Юкиро пятилетней давности попытался бороться с Юкиро сейчас, он был бы раздавлен, как жук. Даже пятеро старых Юкиро, не смогли бы победить нового.

Его физическая сила, стойкость, выносливость, скорость реакции, техника - все в нем претерпело радикальные изменения.

Несмотря на то, что ему было всего 11 лет, Юкиро выглядел на 14 лет, как ростом, так и внешностью. Его мускулистое тело, также добавляло много, к его зрелому виду.

Его внешность, изменилась не только в росте и мускулатуре. Большая часть, если не весь детский жир на его лице исчез, оставив на нем красивые и угловатые черты. Его и без того загорелая кожа, теперь была светло-коричневой от времени, которое он провел, тренируясь под палящим солнцем, а его темно-каштановые волосы, немного посветлели из-за сильного воздействия солнца. Вместе со своим атлетическим телосложением он выглядел невероятно красивым, настолько, что большинство девочек средней школы, которые видят его, влюбляются в него.

Это его постоянно раздражает. И его старшую сестру Шоко, которая не хочет, чтобы ее младшего брата украли какие-то лисицы, как она выразилась. Даже его мать раздражена тем вниманием, которое он получает, не желая, чтобы ее маленький мальчик рос слишком быстро.

Глаза Юкиро открылись, показав его рубиновые глаза, которые сверкали, как кровь на солнце. Его лицо расплылось в улыбке, обнажив жемчужно-белые зубы и слегка заостренные клыки.

Встав, суставы Юкиро издавали хлопки и трещины, когда он растягивал их. На его губах появилась приятная улыбка, когда он потянулся и зевнул: «Ах, это была хорошая тренировка... Я должен быть очень близок к тому, чтобы разблокировать Доу Ки,» размышлял он, глядя вниз на свой кулак, когда он сжимал и разжимал его, чувствуя, как сила течет через него и по его команде, почти, как энергия течет через него.

Это было Ки, и Юкиро это знал. Он знал, что существуют два типа Ки - Доу и Сэй-Ки. Он знал, что у него есть потенциал в овладении и тем и другим, и знал, что это означает. Но все было по-другому, если сравнивать с Ки из аниме. Ки нужно было пробудить через тренировки, а не просто получаете его после того, как вы некоторое время практиковали боевые искусства.

Ки присутствовало в каждом мастере, боевых искусств. Однако чтобы пробудить его, нужно было почувствовать его, и затем научиться использовать.

Доу Ки должно было быть использовано, как взрывчатка, взрываясь гневом и инстинктами, чтобы разорвать своего противника, в то время, как Сэй Ки должно быть спокойным и холодным, используя свой острый ум и мастерство, чтобы медленно разорвать своего противника.

Юкиро уже разблокировал Сэй Ки. Это было не слишком трудным для него. В конце концов, он был врожденно талантлив.

А вот Доу Ки, был для него довольно трудным. Несмотря на весь гнев внутри него, казалось, что был какой-то блок, который оказалось слишком трудно убрать. Даже сейчас, когда он был на грани пробуждения Доу Ки, он просто не мог заставить его вырваться наружу.

Юкиро подумал, что это как-то связано с тем, что его Сэй Ки был слишком мощным, но, зная, что у него есть потенциал владеть и тем, и другим, он подумал, что это не совсем решение его проблемы.

Как раз, когда Юкиро думал об этом, в комнату вошел лысый мужчина с повязкой на глазу, и с ухмылкой на лице: «Не повезло разблокировать Доу Ки, а, малыш?» Его грубый голос был полон насмешки, когда он смотрел на Юкиро, своего ученика.

Это был, конечно же, Доппо Ороти.

---------------------------------------------------

Точка зрение - Юкиро (от первого лица)

Подняв глаза от кулака, я криво улыбнулся Доппо-сэнсэю: «Нет, пока нет, сэнсэй. Хотя я чувствую, что он близок к пробуждению,» я пожал плечами от этой мысли, прежде чем подойти к сэнсэю, «Так какая у меня будет сегодня тренирока?» Спросил я, с возбужденной улыбкой. Я чувствовал, что грядет прорыв, и мне хотелось подтолкнуть его, как можно сильнее.

Но, к моему удивлению, сэнсэй ответил мне то, чего я не ожидал услышать.

«Нааах~!» Он вздохнул, почесывая затылок, «Ты уже на уровне эксперта, парень. Кроме спарринга, я ничем не могу тебе помочь. Отныне ты должен сам выбирать свой путь, вот почему я пришел поговорить с тобой о плане, который мы придумали несколько лет назад,» Сказал он с улыбкой, которая была одновременно грустной и гордой.

Услышав его, я почувствовал, что моя возбужденная улыбка немного ослабла, прежде чем я вздохнул: «Итак, я должен отправиться в путешествие, верно?» Спросил я, на самом деле, не желая этого делать, но зная, что если я хочу продвинуться вперед, то должен это сделать.

Кивнув головой, сэнсэй ответил: «…И не просто какое-то путешествие. Если ты хочешь продвигаться и развиваться, как боец, тебе нужно испытать мир, Ю. Мы уже решили этот вопрос, с твоей матерью, помнишь? Так что тебя ничто не остановит,» он усмехнулся, «И не волнуйся, другие мастера, и я будем присматривать за твоей семьей, пока тебя не будет, хорошо?» Он хлопнул меня по плечу, прежде чем повернуться, чтобы уйти. «Пошли. Нам нужно провести спаринг, прежде чем ты уйдешь.»

С этими словами, Доппо-сенсей вышел из комнаты и направился во двор.

Я вздохнул. Я знал, что это будет неизбежный шаг, но все равно боялся, что в мое отсутствие Юдзиро причинит боль моей матери и сестре... Но этот шаг, был необходим именно по этой причине. Надеюсь, это путешествие позволит мне развиваться и расти, чтобы стать достаточно сильным, и защитить то, что было мне дорого.

Подойдя к углу моей личной комнаты, я взял полотенце, прежде чем вытереть пот с моего идеально вылепленного тела, и вымыть лицо и руки водой.

В последний месяц или около того, я перешел на уровень эксперта по технике, но мое телосложение уже было на уровне мастера. Наверное, это и есть преимущество моего ненормального телосложения, а? Но этого было недостаточно. По крайней мере, не для того, чтобы сражаться с моим отцом. Этот человек был грубой силой и блестящим мастерством. Мне понадобится и то, и другое, чтобы подавить его.