Магическая мастерская регрессора укротителя ранга EX SE ONG Ли Рун — укротитель ранга S, чья работа была связана с государством. Однажды, проходя сквозь врата ранга S, он потерял даже тех спутников, что были с ним с самого пробуждения. В итоге он выбрал самоуничтожение. И тогда ему показалось, что это — конец... Но, придя в себя, он обнаружил, что оказался в дне, который предшествовал его пробуждению. Теперь он не укротитель, вынужденный отправлять дорогих спутников на гибель по приказу правительства, а алхимик. Перед Руном, избравшим этот новый путь, в воздухе висел один-единственный прозрачный кубический фрагмент. ==================== Мой последний питомец [Пролог] S-ранговый укротитель, потерявший последнего питомца, бросился к боссу, сжимая камень самоуничтожения. Ква-гва-ганг! 1 августа 2125 года. S-ранговый гейт Хеллтри, зал босса. Охотники на государственной службе были уничтожены. . . . А затем он регрессировал. --- [S-ранговое подземелье, зал босса Хеллтри] Ходили упорные слухи, что босс Хеллтри владеет самоцветом легендарного ранга. Члены отряда отчаянно хотели убить Хеллтри. Но зал босса был нашпигован бесчисленными ловушками, и перед магией окаменения Хеллтри никто не решался подойти ближе. Когда отряды, застывшие в ожидании, так и не смогли набраться смелости двинуться вперёд, кто-то обратился к Роуну: — Господин Роун, отправьте сначала своего питомца! — …Здесь слишком много ловушек. Сначала нужно пустить разведчиков. Когда Роун твёрдо отказался, во взглядах членов отряда проступило недовольство. — Жизнь вашего питомца важнее человеческих жизней? — Вот именно. Вы знаете, сколько месяцев мы добирались сюда? Так было всегда. В каждом рейде малышей отправляли первыми просто потому, что они были питомцами. Благодаря их жертвам подземелья легко покорялись, а члены отряда поднимали праздничные бокалы среди россыпей самоцветов и трофеев. Роун бесчисленное множество раз подавал прошение об отставке, но государство не собиралось так просто отпускать S-рангового укротителя. Только до конца этого года. Ещё один год… Так всё откладывалось год за годом, и в конце концов рядом с ним остался только Суранг. — Сначала проверка ловушек. — Да бросьте, господин Роун, подумайте рационально. Питомца всегда можно завести заново. Они думали о собственной безопасности раньше, чем о защите питомца Роуна. С того самого мгновения, как начиналась охота, питомцев считали не более чем инструментами. Под молчаливым давлением и прикрываясь волей большинства, Роун никак не мог защитить своего питомца. Пока холодные голоса продолжали давить на него, Суранг, до того тихо сидевший на месте, негромко мяукнул: — Мяу. — Не волнуйся. Я пойду. Видя, как товарищи прижимают Роуна к стене, Суранг осторожно припал к земле и рванул прямо в зону, усеянную ловушками. — Нет! Подожди, Суранг! Несмотря на попытки Роуна остановить его, Суранг прорывался вперёд сквозь лезвия и языки пламени, сыпавшиеся узкими полосами. Задача Суранга состояла в том, чтобы отключить барьеры, установленные за спиной босса. — Отлично, теперь продвигаемся! Следуя за Сурангом, члены отряда начали понемногу двигаться вперёд. Роун тревожно смотрел, как маленькое белое тело удаляется всё дальше. — Видите? Если отправить питомца, всё становится куда проще. И на зельях экономим. — Я слышал, внутри этой твари есть редкий камень. Очень жду, что выпадет. Ловушки, через которые проходил Суранг, одну за другой разбирали, и напряжённые лица членов отряда постепенно расслаблялись. Но обмануть глаза Хеллтри, у которого было три головы, вечно было невозможно. Ккири-рик! Одна из голов Хеллтри встретилась взглядом с Сурангом. — Мяу! Суранг мгновенно сковал голову Хеллтри мощным льдом, но в тот же миг его собственное тело начало каменеть. В него попала магия окаменения. — С-Суранг… Говорили, что в тот миг, когда магия окаменения Хеллтри достигает цели, сердце останавливается. Словно подтверждая эти слова, Роун почувствовал, как в груди со звуком «тук» оборвалось что-то, прежде связанное с ним тонкой нитью. — Прости. Ясные глаза цвета ледяной синевы постепенно мутнели. — Сейчас самое время. Добьём, пока окаменение не перезарядилось! Членов отряда не волновала смерть Суранга; при мысли о самоцветах, которые достанутся им, их губы изогнулись в улыбках. У Роуна перехватило дыхание. Он жалел обо всём. Искренне. Потеря питомца означала, что в сердце появлялась ещё одна могила. Каждый раз, когда непризнанная боль наслаивалась одна на другую, могилы становились выше, и ненависть к себе за то, что он не смог защитить даже Суранга, поглощала его целиком. — …Умрём вместе. Роун наконец решил погибнуть вместе с Хеллтри, убившим Суранга. Камень самоуничтожения, который он всегда носил при себе именно для такого мгновения. Прижимая его к груди и активировав, Роун бросился прямо к боссу. — …Что вы делаете, господин Роун?! — С дороги! Мы атакуем! Члены отряда на миг замешкались из-за внезапного безрассудного поступка Роуна, но… — Просто атакуйте! Вскоре в воздухе полетели магические удары и огненные стрелы. Я больше никогда не дам вам жировать на самоцветах, купленных жертвами моих детей! Смотрите же: охотники, заставившие Суранга пожертвовать собой, не получат вообще ничего. Он разнесёт всё вдребезги. Замороженный Хеллтри постепенно оттаивал. Нужно спешить! Скоро все ловушки восстановятся. Даже если тело разорвёт и взрывом разнесёт на куски, Роун один бежал к Хеллтри. Наконец он добрался до головы босса. Ква-кванг! В тот миг, когда он вцепился в три замороженные головы, прогремел яростный взрыв. Откуда-то издалека донеслись голоса членов отряда, в ужасе кричавших: «Мои предметы!» Кра-а-а! Следом перед глазами мелькнул последний вид: члены отряда, сметённые обезумевшими атаками Хеллтри. Это был миг, когда тела Роуна и Хеллтри разлетелись на бесчисленные обломки. — Тик, тик. В наступившей внезапно тишине у него в ушах прозвучал таинственный ход часов, и Роун потерял сознание. --- — Тик, тик. Когда Роун открыл глаза, перед ним возник знакомый потолок. На стене висело свидетельство об окончании обучения ученика-алхимика и аккуратно развешанные награды, а на витрине лежали разные игрушечные кубы — всех форм, без единой пылинки, блестящие как новые. Нет, это место… Озадаченный Роун приподнялся и медленно осмотрел комнату. Он подошёл к витрине и взял кубы в руки. Кубические, треугольные, круглые. От 2×2 до 20×20 — игрушки, с которыми он играл в детстве, были собраны здесь все как одна. Это моя комната. Роун подумал, не сон ли это, и изо всех сил ущипнул себя за руку, но даже боль от сжатой кожи ощущалась смутной, будто ненастоящей. … В этот миг Роун замер, услышав звук со стороны кровати. Мяу? Мьонг. Горячие слёзы хлынули из уголков глаз, когда Роун резко повернул голову. А-а?! Даже тот, кто до сих пор лежал тихо и не подавал голоса, спрыгнул с кровати, издав похожий на дельфиний крик: «А-а!» Котята прямо перед ним были первыми пробудившимися питомцами Роуна — Суранг, Торан и Соль. Пёстрым был Соль, котёнком с мордочкой, будто ровно поделённой пополам, и странным криком был Торан. А чисто-белый Суранг был тем самым питомцем, который оставался с ним до мгновения, когда он бросился на Хеллтри. — Подумать только, я снова могу встретить вас, пусть даже во сне… Пока Роун вытирал слёзы и смотрел на детей, болезненные воспоминания о том, как он потерял Торана и Соля, пронеслись перед ним словно панорама. Роун сидел неподвижно и пытался восстановить последнее воспоминание. Удар, с которым замёрзшая голова Хеллтри разлетелась на куски, и боль взрыва, поглотившего всё его тело, всё ещё были живыми. Неужели время отмоталось назад… В это было невозможно поверить. Но только такая возможность объясняла происходящее. Важнее другое: почему у Хеллтри был камень регрессии — вещь, принадлежащая исключительно божественным зверям? Если не считать того, что боссы S-ранговых подземелий роняли предметы легендарного класса, заранее узнать, какая именно магическая руда окажется внутри, было невозможно. Неуверенное ожидание: что же выпадет на этот раз? Именно этот редкий, необычный самоцвет и был радостью и прелестью охоты на босса. Но Роун никогда не слышал, чтобы из босса выпадало сокровище, принадлежащее божественным зверям. Разумеется, никто и не знал, что оно принадлежит им. Так или иначе, если я действительно вернулся в прошлое… Если это не сон, который исчезнет после пробуждения, а настоящая регрессия… Роун задумался, поглаживая юных божественных котов, теснившихся вокруг него. На этот раз я ни за что не стану жить как укротитель. Роун крепко обнял драгоценных малышей. Даже все трое вместе не дотягивали и до половины размера Бана, когда тот вырастал полностью. На этот раз вы будете не питомцами укротителя, а свободными божественными зверями. Даже если вы не станете великими божественными зверями, давайте проживём счастливо, очень-очень долго, до конца наших дней. Вдруг он вспомнил день, когда впервые встретил этих детей. Его отец, Ли Хак-су, был пробудившимся специалистом по выращиванию лекарственных трав. Неуклюжими руками он собирал лекарственные травы, а иногда подбирал осиротевших детёнышей божественных зверей. А затем, когда способности божественных зверей вот-вот должны были пробудиться, возвращал их в горы. В тот день было так же. Отец, Ли Хак-су, принёс в корзине для трав трёх котят божественных зверей, у которых ещё даже не открылись глаза. Когда они немного подрастут, ты снова вернёшь их на гору Нокма? Если они будут жить там… они ведь могут погибнуть. И всё равно, когда они смогут пользоваться божественной силой, им придётся жить, защищая гору Нокма. Божественных зверей нельзя легкомысленно приручать. Эта сила не принадлежит людям. Гора Нокма была местом, где духовная энергия переплеталась с демонической. Говорили, что люди остаются в безопасности потому, что божественные звери охотятся на демонических зверей, появляющихся в горах, густо пропитанных демонической энергией. А что будет, если приручить их? Тогда Роун спросил об этом уже с грустью: одна мысль о расставании с очаровательными котятами ранила его. Они теряют врождённые способности. …? Некоторое время спустя Роун пробудился. И тогда перед ним предстали два неожиданных выбора. [Статус] Алхимик: ранг ?? Укротитель: S-ранг Почему ранг отображается так? Ошибка? Роун недоумевал, но вскоре решил не переживать из-за этого. Каким бы высоким ни был ранг, алхимика в этой глуши всё равно в итоге считали бы чем-то вроде торговца: копай травы да продавай зелья. А вот укротитель получал обращение почти на уровне редкого класса. Если я стану укротителем, то смогу остаться с божественными зверями, верно? Не раздумывая глубоко, он выбрал путь укротителя. Из-за того мгновенного выбора он потерял семью и детей — всё. Год спустя демоническая энергия просочилась на гору Нокма. Всю деревню захлестнул мощный демонический яд. Роун, служивший на государственной должности, в это время прорывался через очередной гейт. К тому моменту, когда он вернулся, смертей уже было много. Среди погибших были и родители Роуна. На этот раз я не позволю вам умереть так. Он не знал, случится ли всё снова, но поклялся: на этот раз он как-нибудь это остановит. Роун коснулся маленького камня на столе. Он проверил дату, отображавшуюся в небольшом голографическом окне. …Завтра. Роун вернулся в день накануне своего пробуждения. И тут кто-то постучал в дверь его комнаты. — Тук-тук. — Сынок, пошли есть. Это была его мать, госпожа Сон Су-хи. Увидев молодое лицо матери впервые больше чем за десять лет, Роун почувствовал, как горло сдавило. — Ур-р-р. Зазвучали часы в животе Роуна. Если подумать, даже в подземелье он из-за напряжения не смог толком поесть. Да и после регрессии, с самого пробуждения, его разум был переполнен переживаниями. Он был голоден. — …Да, мама. Слова «я скучал по тебе» Роун проглотил. Он открыл дверь и вышел на прохладный деревянный настил. Перед глазами раскинулся широкий двор. Это был сельский дом, по которому он так тосковал. Идя на аппетитный запах похлёбки на соевой пасте, он увидел на деревянном настиле простую, но тщательно приготовленную еду. Густая похлёбка на соевой пасте с кусочком мяса, в которую была вложена мамина забота. И воспоминания о том, как он смешивал рис с салатом и водяным кимчи из листьев сои. В городе такого вкуса никогда не почувствуешь. Почему тогда мне так не нравилось это есть? Не то чтобы было невкусно — просто эта еда не притягивала его так, как мясо. Роун быстро сел и взял ложку. Он обмакнул лист сои в пасту, положил на рис и отправил в рот. Освежающая лёгкость и глубокая насыщенность одновременно разошлись по языку. Глаза сами собой закрылись. Это была мамина похлёбка на соевой пасте, которую он думал больше никогда не попробовать. — Сынок, жуй хорошенько. Мама сказала это, наливая воду в миску. Отец, до того молча евший, подвинул к Роуну стоявшую далеко тарелку с омлетом-рулетом. В этот миг Роун понял: время, когда он жил вот этой скромной повседневностью, было самым счастливым из всех. День, похожий на сон, прошёл, и наконец наступил день пробуждения. ---------- Новое начало Роун резко проснулся, испугавшись, что вчерашние события могли оказаться сном. В тот же миг вместе со знакомым видом комнаты он почувствовал, как рядом шевелятся мягкие, тёплые живые существа. Это были юные божественные звери — Суранг, Торан и Соль, ещё настолько маленькие, что у них даже цвет глаз не проявился. Значит, это был не сон. В груди у него поднялась волна чувств. Это были божественные звери, чьи способности, возможно, превосходили человеческие. Роун подумал, что после привязки к укротителю некогда безграничные способности божественных зверей, вероятно, оказались ограничены. Почему же тогда я был таким эгоистом? Он по одному осторожно погладил малышей размером с ладонь. — Кур-р-р. Их мутновато-голубые глаза смотрели на Роуна снизу вверх. Через несколько дней цвет глаз проявится. У белого божественного кота Суранга глаза должны были стать синими. Ровные чёрные полоски на лбу выглядели так, словно на голой голове у него была чёлка, поэтому Роун когда-то дал ему прозвище Чёлка. К сожалению, когда Суранг вырастет, этот милый узор полностью исчезнет. А ещё был длинношёрстный Торан. Его мордочка ровно делилась на жёлтую и чёрную половины, а глаза были необычайно большими, глубокого зелёного цвета. Соль, самый маленький из всех, обладал пятнистой шерстью и круглыми, чёткими чертами мордочки. Одного взгляда хватало, чтобы понять: этот малыш выглядел до того очаровательно, будто выпрыгнул прямо из мультфильма; глаза у него должны были стать светло-зелёными. Роун вспомнил, как у повзрослевшего Соля нос особенно краснел после даже недолгой пробежки, и посмотрел на его нынешний крошечный нос. И правда маленький. Снова захлёстнутый чувствами, он крепко прижал малышей к себе. — Ня-а-а-анг! Испугавшись, все трое одновременно лягнули его лапками. И именно в тот миг, когда Роун захотел, чтобы это мгновение длилось вечно, перед его глазами снова появились те же варианты выбора, что и в день пробуждения. [Система] Поздравляем с пробуждением. [Система] Пожалуйста, выберите профессию. [Статус] Выбор профессии — Алхимик [Выбрать] — Укротитель [Выбрать] В памяти Роуна вспыхнуло воспоминание о прошлом ошибочном выборе. Укротитель — профессия, которую он выбрал просто потому, что хотел быть рядом с малышами. Если бы он оказался всего лишь умеренным B-ранговым укротителем, возможно, его не вынудили бы требовать от детей столь многих жертв. Но после пробуждения он оказался S-ранговым. Тогда Роун был вне себя от счастья, однако мир не оставил ни его, ни его питомцев в покое. В этом не было никакого счастья. Даже будучи S-рангом, он не смог спасти семью и не мог свободно распоряжаться собственными питомцами, не сумев уберечь их от смерти. Так что, если ему даны только эти два варианта, он лучше будет тихо жить, делая зелья, чем снова станет тем ужасным укротителем. Укрепив решимость, Роун выбрал алхимика. [Система] Поздравляем. Вы пробудились как алхимик. [Статус] Профессия: Алхимик Ранг: EX-ранг Особенность: AI-магическая мастерская Роун долго смотрел на окно сообщения о пробуждении пустым взглядом. Шок и растерянность нахлынули одновременно. EX-ранг с особенностью «AI-магическая мастерская». Я слышал, что особенности алхимиков обычно делятся на что-то вроде изготовления и сбора… Он никогда не слышал и не видел случая, чтобы сама мастерская становилась особенностью. Пока Роун пытался разобраться, следом появилось ещё одно загадочное сообщение. [Система] AI-магическая мастерская разблокируется. Он широко распахнул глаза и огляделся. Мастерская? Где мастерская? Он видел только кровать и малышей. И в этот момент вдруг появился один прозрачный фрагмент в форме куба и начал кружить вокруг Роуна. Что это вообще такое…? Роун протянул руку и схватил прозрачный кубический фрагмент. Фрагмент вспыхнул, и перед глазами, словно в виртуальной реальности, развернулась картина маленькой мастерской площадью примерно в один пхён. Внутри помещения аккуратно стояли большие и малые витрины, явно предназначенные для хранения предметов. Что это? Миниатюрная мастерская? Роун внимательнее осмотрел маленькое пространство. Он ощутил бесконечную восстановительную силу, а когда повернулся в сторону, обнаружил, что пыль, приставшая к его воротнику, окуталась прозрачным светом и застыла в воздухе. …Время остановилось? Роун заворожённо смотрел на это загадочное зрелище. В глаза также бросились маленький котёл, странной формы перегонный аппарат и несколько колб. Вскоре загадочное пространство постепенно поблекло, и Роун вернулся в реальность. [Статус] Система: Пожалуйста, назовите мастерскую. — Корейский язык, около 10 символов, специальные символы исключены. Хочет, чтобы я дал имя той маленькой мастерской? Роун на миг растерялся, но вскоре решил спокойно принять происходящее. Ему сразу пришло в голову идеально подходящее название: кубик Рубика. Та самая игрушка-куб, с которой он играл в детстве. Тогда получается, это мастерская 1×1? В любом случае выглядело мило, и ему понравилось. — Назову её Рубикс. Стоило Роуну удовлетворённо произнести это, как текст «Особенность: AI-магическая мастерская» изменился на «Мастерская Рубикс». [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 1 Вклад: 0/10 ▷ Доступно изготовление : Все виды зелий низшего ранга ▷ Доступен сбор : Все травы и магические звери низшего ранга Хранение / Разбор Роун довольно долго моргал, глядя на сообщение. Он понятия не имел, каким образом этот маленький фрагмент должен заниматься изготовлением и сбором, но в любом случае способность наверняка была хорошей. К тому же у неё даже была функция хранения. Одно только владение такой редкой пространственной способностью уже делало её выдающейся. А ещё, раз у мастерской были уровни, значит, в дальнейшем она могла развиваться. Сообщения продолжили появляться. [Система] Система «Повышение уровня» мастерской «Рубикс» активирована. [Система] Достигните уровня 5 с уровня 1. А? Это что-то вроде обучения? Пробуждённые ростового типа часто получали повышение, увеличивая мастерство навыков, но о случаях с настоящими уровнями Роун никогда не слышал. Заинтересовавшись, он дождался следующего сообщения. [Статус] Доказательство владения мастерской «Рубикс» Успешно изготовьте зелья низшего ранга. Зелье лечения низшего ранга (0/10) Зелье восстановления низшего ранга (0/10) Противоядие низшего ранга (0/10) Ограничение по времени: в течение 5 часов При успехе: улучшение мастерской +1 При провале: ожидание следующей миссии. Увидев миссию, Роун раскрыл рот. Не может быть. Они хотят, чтобы я изготовил столько зелий за пять часов. Одна только сушка и подготовка лекарственных ингредиентов заняла бы несколько дней. Даже если ингредиенты уже подготовлены, их всё равно пришлось бы измельчать или перегонять. А тут пять часов — такого не смог бы даже S-ранговый маг-изготовитель. На миг Роун не удержался от мысли, правильно ли он вообще выбрал. Говорят, EX-ранговый алхимик, но это же никак невозможно… Но что он мог сделать? Пока что оставалось только попробовать. Для начала нужно пойти в мастерскую отца и поискать лекарственные ингредиенты. Роун выбрался из кровати и направился во двор. Как только он вышел за дверь, малыши засеменили следом. В одной стороне двора виднелась травяная грядка отца. Листья регенерации и цветы восстановления — ингредиенты для зелий восстановления низшего ранга. Поскольку травы, растущие в местах с обилием духовной энергии, трудно выращивать без первоклассного участка вроде горы Нокма, Роун чувствовал, сколько усилий отец вложил, чтобы довести их до такого состояния. Рядом с травяной грядкой стояла маленькая мастерская, служившая отцу и хранилищем трав, и рабочим помещением. В детстве Роун восхищался этой мастерской, полной загадок. Но после того как ровесники начали дразнить его, говоря, что отец всего лишь торговец зельями, он почему-то стал стыдиться её и отдалился. Тогда я правда был незрелым. Когда Роун уже собирался войти в мастерскую, он услышал внутри признаки присутствия людей. Заглянув в щель двери, он увидел, что с самого раннего утра пришли посетители. Судя по корзинам с травами, они из сборочной команды. Гора Нокма была местом, где редкие травы росли в изобилии благодаря смешению демонической и духовной энергии, но именно поэтому там повсюду таились опасные магические звери. По этой причине алхимики обычно формировали сборочные команды из боевых магов и магов с особенностями, связанными со сбором. Нужно проскользнуть внутрь и хотя бы взглянуть на ингредиенты. Но стоило Роуну потянуться к двери, как из мастерской донёсся раздражённый голос. — И что вы со всем этим делать собираетесь? Мы сегодня выходили на сбор и планировали забрать травы с собой. Нам нужно забрать их сегодня, чтобы успеть изготовить зелья к сроку поставки. — Мне срочно нужны деньги на лечение жены. Забудьте о травах — просто заплатите за испорченные зелья. Маги протестовали перед его отцом, Ли Хак-су. Что здесь происходит? Ли Хак-су использовал травы, которые выращивал или собирал сам, только как алхимические материалы. Иногда он бесплатно сушил травы для других, но никогда не брал за это денег, поэтому требования магов казались ещё более странными. Роун решил внимательнее понаблюдать за ситуацией через щель в двери. Его отец, Ли Хак-су, стоял перед магами с неловким выражением лица. — Мне правда очень жаль. Похоже, в мастерскую пробралась крыса и перегрызла все травы. Я как-нибудь найду травы, которые вы доверили мне на обработку. Судя по услышанному, сборочные команды поручили его отцу обработку трав. Работу, за которую вообще-то полагалась плата, он делал бесплатно. И теперь ситуация сложилась так, что травы съели крысы. Проклятье… Роун вспомнил покойную мать, госпожу Сон Су-хи, которая в прошлом ругала отца. Она говорила, что из-за бесплатной обработки трав люди принимают его за простака. Именно с этими магами она, сердясь, велела ему немедленно разорвать связи. На самом деле больше всех сейчас был растерян сам Ли Хак-су. В мастерской не было видно даже крысиной норы, и всё же что-то проникло внутрь и сгрызло все травы. Это было не дело мелкого воришки — скорее, полное опустошение. — Так что тогда с моими травами? Я же сказал, мне нужно забрать их сегодня?! Роун хорошо знал этих людей — тех, кто постоянно приходил к его отцу. Отец всегда сушил травы естественным способом на крыше мастерской или во дворе. Высушенные так травы почти не отсыревали, а их эффективность была куда выше, чем у обычных. Отец говорил, что, вероятно, дело в особой энергии горы Нокма. Но работа до самой сушки требовала огромных усилий. Покрытые землёй травы нужно было тщательно отмыть, не повредив, затем нарезать до подходящего размера и постоянно следить, пока они не высохнут как надо. Сначала нужно выгнать этих магов. Пока голоса, придиравшиеся к его отцу, Ли Хак-су, не смолкали, Роун распахнул дверь мастерской и вошёл. Роун из прошлого, юный и неопытный, не смог бы так поступить, но душа внутри него сейчас принадлежала охотнику средних лет, прошедшему через кровавые битвы. От его внезапного появления глаза магов расширились. — Р-Роун, почему ты здесь так рано утром? Увидев сына в такой неловкой ситуации, Ли Хак-су помрачнел. Роун заговорил твёрдым тоном: — Я пришёл, потому что мне нужны травы, но услышал крики, похожие на вопли коллекторов. — Ч-что? Коллекторов? Ах ты мелкий… Роун медленно обвёл взглядом членов сборочной команды. Знакомые лица. Двое магов, похожих на боевых, и трое — с особенностями, связанными со сбором. Это были те самые люди, которые задирали нос и таскали его отца с собой в качестве проводника по горе, будто у них была идеально укомплектованная команда. — Вы бесплатно оставили обработку трав моему отцу, а когда в мастерской случилась беда и отец тоже понёс ущерб, вместо хотя бы слова сочувствия требуете компенсацию за травы. Кто со стороны услышит — подумает, будто отец вас обманул. От гневного голоса Роуна маги на миг замялись. Их доходы выросли благодаря тому, что качество товаров, сделанных из трав, высушенных Ли Хак-су, стало выше. Но если признать это сейчас, они могли не вернуть полную стоимость трав. Поэтому они, наоборот, подняли голоса ещё сильнее и стали настаивать: — Что такого особенного в том, чтобы высушить их вместе со своими? — Вот именно. Если уж собираешься защищать отца, сначала разберись, о чём говоришь. Ты вообще знаешь, сколько стоили испорченные травы? У меня тоже денег уходит куда попало! — Если вы прямо сейчас не оплатите наши травы, мы подадим жалобу в центральное управление. Роун внезапно вспомнил времена до регрессии, когда его отец, Ли Хак-су, внезапно закрыл мастерскую. Он знал даже о том, что отец получил предупреждение. С высокой вероятностью именно эти люди преувеличили проблему и навредили его отцу. Роун узнал правду об этом инциденте только позже — к тому времени родители уже умерли. — Тогда разберёмся как следует? Все знают, что высушенные моим отцом травы высокого качества. Интересно, сколько вам заплатили за зелья, изготовленные с этими ингредиентами… Мне любопытно. — Что это ещё такое? Кто ты такой, чтобы задавать такие вопросы? — Вы ведь знаете, что для зелий, изготовленных под именем Гильдии алхимиков, нужно подробно записывать их вид, фактическую закупочную цену и эффекты, верно? — О-откуда ты это знаешь…? Маги потрясённо посмотрели на Роуна, который — как они думали — ещё даже не был пробуждённым, но заговорил о правилах управления производством. Алхимический производственный регламент требовал не упускать даже незначительные переменные, поэтому если ингредиент стоимостью миллион вон был куплен за пятьсот вон, его всё равно нужно было записать как купленный за пятьсот вон. — Мой отец записывал цену высушенных им ингредиентов как ноль? Их могли заменить другими ингредиентами — если только вы не подделывали цены ради прибыли. От точных слов Роуна маги дрогнули. На самом деле они рассчитывали стоимость ингредиентов, высушенных Ли Хак-су, по максимально возможной цене. Если это вскроется, их могут изгнать из Гильдии алхимиков. Но признаться сейчас они, разумеется, не могли. — М-мы ничего такого не делали. Просто на поиск заменяющих ингредиентов уходит много времени, вот мы и немного торопили его. Вы ведь все согласны, да? Один из магов тут же сменил тон, но Роун не собирался спускать это на тормозах. — Это можно выяснить проверкой. На слова Роуна один бестактный маг сорвался: — Мальчишка, ты совсем не понимаешь, что можно, а чего нельзя говорить перед взрослыми. И как ты собираешься это проверять, а?! — Ну, я тоже пробудился. Скоро пойду в центральное отделение гильдии, тогда и проверим. — …Что?! Пробудился? Только теперь маги, ощутив ману, исходящую от тела Роуна, замерли на месте. Т-тогда в этой семье два алхимика? Если Роун запросит налоговую проверку, гильдия непременно заподозрит неладное. А судя по наглости человека, который ещё даже не прошёл тест пробуждения… Он явно не был низкоранговым алхимиком. Слишком поздно поняв, что оказались в невыгодном положении, маги начали быстро соображать. Теперь не было смысла упрямиться — это привело бы только к потерям. Если всё пойдёт плохо, им, возможно, придётся выложить все деньги за травы, которые они тайком присваивали всё это время. Роун ясно видел мысли, мелькавшие в головах этих магов, которых он наблюдал с давних пор. — Кхм… Тебя ведь Роун зовут? Ты, наверное, решил, что мы ссоримся, потому что голоса повысились. Не пойми неправильно. Мы ничего себе в карман не клали. — … — Верно, парень. Просто поэтому мы немного поторопились. Ты ведь не подумал, что мы правда требуем денег? Даже если бы вы дали, мы бы не взяли. — Ну что вы, господа, разве сейчас это важно? Сын Ли Хак-су пробудился! Роун! Поздравляю с пробуждением. Говорили, что ты весь в отца, и в итоге ты тоже пробудился. — Ха-ха, точно. Два алхимика в одной семье — какое радостное событие! Увидимся позже в гильдии. — Эй, ты, не беспокойся о деньгах за травы. Мы сами всё уладим, так что в следующий раз пригласи нас. Маги, ещё мгновение назад вцепившиеся в Ли Хак-су словно голодные звери, начали медленно отступать. Роун смотрел им вслед с циничным выражением. Их реакция отличалась от той, что была до регрессии, но у него было дурное предчувствие: на этом всё не закончится. — Отец, думаю, лучше связаться с центральным отделением и запросить по ним налоговую проверку. Люди вроде них наверняка вернутся и что-нибудь ещё… Пока Роун оборачивался к Ли Хак-су, он вдруг не смог договорить. У отца покраснели глаза. — Отец? Что случилось? — …Поздравляю с пробуждением, сын. Голос Ли Хак-су дрожал. Его не волновали ни притеснения со стороны сборочной команды, ни ущерб мастерской; он был просто захлёстнут чувствами от того, что его сын пробудился, и крепко сжал руку сына. Он хотел спросить бесчисленное множество вещей, но горло сдавило, и ни слова не выходило. — …Отец. Увидев реакцию Ли Хак-су, отличавшуюся от той, что была при его прошлом пробуждении укротителем, Роун ненадолго задумался. Почему он растроган сильнее, чем тогда…? Он ведь ещё даже не раскрыл свой ранг. То же было и с матерью, Сон Су-хи. Она определённо обрадовалась новости о его пробуждении S-ранговым укротителем, но вместе с тем казалась немного встревоженной. Когда Роун перебирал воспоминания, ему внезапно пришла в голову миссия повышения уровня. Точно, там же ограничение по времени. Уже прошло двадцать минут. С непринуждённой улыбкой он сжал руку отца, Ли Хак-су, и сказал. ---------- Набор новых сотрудников Глаза Ли Хак-су расширились: спокойствие сына показалось ему странным. Его взгляд задержался на прозрачном кубическом предмете, покоившемся над рукой Роуна. Он сразу понял: способность сына была чем-то особенным. — Отец, я только что пробудился, поэтому мне нужно немного проверить свою способность. Нужны лекарственные ингредиенты низшего ранга. Очнувшись от этих слов, Ли Хак-су оглядел беспорядок из ящиков с лекарственными ингредиентами в мастерской. — Да, да. Целых ингредиентов осталось немного — этого хватит? — Думаю, если будут материалы, всё получится. После слов сына руки Ли Хак-су задвигались быстрее, пока он искал ингредиенты. На всякий случай он хотел найти как можно меньше повреждённые. Перед сыном он поставил деревянный ящик, наполненный пригодными лекарственными травами. — Вот, здесь есть немного трав низшего ранга. Нужно что-нибудь ещё? — Думаю, этого достаточно. Роун кивнул, глядя на деревянный ящик с разными травами низшего ранга. — Тогда… я немного займусь травяной грядкой, а ты располагайся и работай спокойно. Не желая мешать изготовлению сына, Ли Хак-су решил расспросить о пробуждении позже и отошёл. Больше всего ему хотелось рассказать жене, что их сын пробудился. В глазах Ли Хак-су, когда он обернулся на Роуна, ясно читалась гордость. — Да, отец. Я выйду, когда закончу. Дверь мастерской тихо закрылась. Роун осмотрел лекарственные ингредиенты в ящике. Материалов для зелий лечения и зелий восстановления низшего ранга было много. Тогда сначала попробуем сделать зелья лечения и восстановления. Материалы должны быть: стебли травы жизни, очищенная вода и… В тот миг, когда он вспоминал рецепт зелья, мастерская «Рубикс» отреагировала. [Система] Все материалы получены. [Система] Начинается изготовление зелья лечения низшего ранга. — Начинается изготовление?! Одновременно с появлением сообщения все материалы исчезли. Мастерская «Рубикс» сама поглотила необходимые материалы. Вскоре началось невидимое алхимическое изготовление. [Система] Изготавливается зелье лечения низшего ранга… (1/10) [Система] Изготавливается зелье лечения низшего ранга… (3/10) Ничего не видно — что это такое? Вздрогнув, Роун пристально сосредоточился на слабо светящемся фрагменте Рубикса. И тогда перед ним вновь возникла, словно в виртуальной реальности, картина маленького производственного помещения. — Буль-буль. — Ш-ш-ш-ш. Кипящий котёл и маленькие алхимические инструменты, выпускающие пар, двигались сами по себе. Роун от удивления приоткрыл рот. Не может быть. Уже так быстро готово? Не было ни обрезки трав, ни удаления примесей, ни процесса выжимки сока. Казалось, будто разыграли лишь представление, имитирующее изготовление, а затем всё вдруг завершилось в одно мгновение. Роун ошеломлённо уставился на капли зелья, плавающие в воздухе внутри шкафа. [Система] Если хотите поместить их в ёмкости, подготовьте ёмкости. …Ёмкости? Ах да, нужно же разлить. Придя в себя, Роун достал с полки в отцовской мастерской пустые флаконы и подставил их под мерцающие сферические капли. После этого капли зелья потекли в стеклянные флаконы, словно просачиваясь внутрь. Ого… В прежде пустом шкафу одна за другой появлялись маленькие капли зелий. Почти все зелья были готовы. [Система] Вы завершили 10 зелий лечения низшего ранга. (10/10) . . . [Статус] Доказательство владения мастерской «Рубикс» Успешно изготовьте зелья низшего ранга. Зелье лечения низшего ранга (10/10) Зелье восстановления низшего ранга (10/10) Противоядие низшего ранга (0/10) Ограничение по времени: в течение 5 часов При успехе: улучшение мастерской +1 При провале: ожидание следующей миссии. А? Ни одной травы для противоядия? Травяной вор чем-то отравился, что ли? Почему он сгрыз только всю «зелёнолистную спору»? Поскольку для завершения миссии Роуну оставалось лишь изготовить противоядия, он решил сам отправиться на гору Нокма и собрать траву. Роун быстро поднялся. Если выйти сейчас, к полудню я должен вернуться. Снаружи мастерской, во дворе, стояли отец Ли Хак-су и мать Сон Су-хи. — Закончил изготовление? — Сынок, пробуждение… поздравляю. Сон Су-хи подбежала к сыну и произнесла это взволнованным голосом. — Да, мама. Но я ещё проверяю способность… Мне нужно на гору Нокма. Когда вернусь, всё подробно объясню. Хорошо? — Вдруг — на гору Нокма? — Я скоро вернусь. Оставив Сон Су-хи, которая смотрела на него глазами, полными вопросов, Роун взял корзину для трав, висевшую во дворе. Она казалась тяжёлой, будто в ней лежали материалы, нужные для сбора. — Роун, ты собираешься собирать травы? — Да, отец. Мне не хватает ингредиентов. Я схожу только к подножию, так что не волнуйся. Сказав это, Роун сел на стоявший во дворе старый байк и завёл двигатель. — Не возвращайся слишком поздно. — Да, скоро буду! --- — Вр-р-рум! Роун ехал так быстро, как только мог. Дорога была неровной, поэтому разогнаться сверх меры не получалось, но в таком темпе он должен был добраться минут за двадцать. Вдалеке, под синим небом, во всей полноте проступила длинная протяжённая громада горы Нокма. Из-за размеров и величия она казалась близкой, но на самом деле расстояние до неё всё ещё было немалым. Пик горы был окрашен глубокой пепельно-серой демонической аурой, будто кто-то пролил чёрные чернила на огромную бумажную ширму в форме горы. Но ниже ослабевшая чернота постепенно бледнела и переходила в оттенок обычной горы. Это был загадочный пейзаж, где духовная и демоническая энергии переплетались между собой. А подножие, с бурой почвой и деревьями, только начинавшими давать побеги, издалека казалось синевато-зелёным. В это время демоническая энергия была слабой. До регрессии, спустя десять лет, пепельно-серые области горы Нокма спускались уже до середины склона. Но сейчас они бледнели, начиная примерно с нижней трети. В прошлом сосуществование двух энергий на горе Нокма казалось Роуну странно жутким, но теперь даже эта чужеродность ощущалась знакомой и прекрасной. Семья, которую он не смог защитить даже после того, как стал охотником на государственной службе, которым когда-то восхищались люди. Если возможно, в этой жизни он хотел защитить драгоценную семью и гору Нокма любой ценой. Наконец, миновав поля, он прибыл ко входу на гору Нокма, где проходила двухполосная дорога. Он успел сделать всего несколько шагов, припарковав байк, когда это случилось. — Мяу! Откуда-то донёсся слабый крик котёнка. Но, странным образом, звук будто шёл у него из-за спины. Вздрогнув, Роун заглянул в корзину для трав, висевшую за спиной. — Ах! Почему вы здесь?! Внутри корзины на него смотрели крошечные существа с сонными глазами. — Мя-я-ау! А?! Роун опешил, не понимая, почему они оказались там. Я ведь видел их во дворе, но… Когда они успели забраться? Заползли в корзину и уснули? Даже в прошлом им нравился запах корзины для трав, и они часто залезали туда полежать, но в этот раз Роун такого и представить не мог. Ничего не поделаешь. На этом этапе, если возвращать их назад, ему, скорее всего, не хватит времени на миссию, так что придётся осторожно взять их с собой. — Сидите в корзине тихо. Роун осторожно начал подниматься на гору Нокма. Запах трав, наполненных мягкой духовной энергией, щекотал нос. — Гурунг. Малыши высунули из корзины маленькие головы и с любопытством оглядывались. Он поднимался уже некоторое время, но ни одной зелёнолистной споры, которая растёт с весны до осени, не попадалось. Так было и в мастерской отца, и здесь, на горе Нокма. Странно. Божественные звери что, все разом чем-то отравились? Божественные звери порой срывали и ели травы восстановления или травы для противоядий в зависимости от периода, но не увидеть ни одного стебля было странно. — Мяу! Малыши вдруг начали мяукать и попытались выпрыгнуть из корзины. В тот же миг фрагмент мастерской «Рубикс» отреагировал и закружил вокруг Роуна. — Что такое? Там что-то есть? Как бывший укротитель, Роун не стал отмахиваться от реакции малышей и остановился. Посреди леса, где вокруг тянулись густые зелёные листья, в поле зрения попал лекарственный цветок, который притворялся сорняком и скрывал свою духовную энергию. — Это же… зелёнолистная спора?! Их было, кажется, не меньше десяти кустиков. Зелёнолистная спора была травой для детоксикации, которую называли лягушачьим цветком, потому что её споры раздувались, словно певчий мешок лягушки. Хотя это была трава низшего ранга, при достаточном мастерстве изготовления из неё можно было сделать противоядие среднего ранга; кроме того, внутри спор содержалась очищенная вода, поэтому применение у неё было ценное. Однако собрать зелёнолистную спору было совсем непросто. Если попытаться сделать это неумело, споры лопнут. Слегка напрягшись, Роун достал мотыгу и осторожно приблизился. И тут это случилось. — Мяу! Суранг, будто заявляя, что тоже будет собирать, тихо мяукнул и лёгким шагом направился к зелёнолистной споре. Роун попытался остановить его, но, увидев, как уверенно Суранг приближается, с некоторым ожиданием стал наблюдать. Когда Суранг осторожно поднял пушистую лапу, зелёнолистная спора, ощутив угрозу, заставила свои споры зашевелиться. Ух, сейчас лопнет… Прямо перед тем как она должна была лопнуть, Суранг отпрыгнул назад, припал к земле и завилял бёдрами. Выглядело так, будто он прыгнет, едва споры перестанут двигаться. Но именно в этот момент… — Мияонг! Соль, не сумев сдержать восторг от игры в сбор, распушил хвост и издал боевой клич. Роун подумал, что это нашло на такого робкого малыша, но всё вышло именно так, как и ожидалось. Споры, которые уже успокаивались, вздрогнули от крика Соля и снова раздулись, а сам Соль тут же поник и распластался по земле. — Курунг! Пока Соль сидел, спрятав когти, Суранг подошёл и лизнул его в лоб. — На зелёнолистную спору нельзя так набрасываться. Нужно успокаивать её маной во время сбора. Попробуешь ещё раз, когда немного подрастёшь. Когда Роун сказал это, Суранг моргнул, словно не понял его слов. И это было естественно. Малыши были ещё слишком малы, чтобы пользоваться духовной энергией. Тогда Торан, который до этого спокойно сидел и наблюдал за происходящим, вдруг бросился прямо к зелёнолистной споре. — А-а-а-а! Порывистый характер Торана не изменился даже после взросления, поэтому Роун, давно к нему привыкший, среагировал рефлекторно. — Ух! Поймал! Он быстро метнулся вперёд и одной рукой подхватил мчащегося Торана. Снова успокоившись, Торан широко улыбнулся в руках Роуна. Роун поставил Торана обратно на землю. — Подождите. Попробуем вот этим. Вспомнив, что среди функций мастерской «Рубикс» есть и сбор, Роун мягко направил один фрагмент к зелёнолистной споре. К счастью, зелёнолистная спора не восприняла фрагмент мастерской как угрозу. Прозрачный кубический фрагмент будто тихо завис над зелёнолистной спорой. Затем мягкое сияние, словно невидимое прикосновение искусного сборщика, начало осторожно окутывать зелёнолистную спору. …Её правда собирают? Зелёнолистная спора спокойно раскрылась, не оказывая ни малейшего сопротивления. Напротив, она будто стала ещё свежее. Вскоре появилось сообщение. [Система] Собрать зелёнолистные споры? — О! Значит, вот так это работает. Снова поражённый функцией фрагмента мастерской «Рубикс», Роун подтвердил сбор. [Система] Сбор зелёнолистной споры… 2 [Система] Сбор зелёнолистной споры… 3 . . . Всего растений зелёнолистной споры оказалось пятнадцать. Больше, чем он ожидал. Малыши пристально смотрели на происходящее; глаза у всех одинаково блестели. — Видели? Правда удивительно? — Мяонг! — Мионг! — А! Роун рассмеялся, глядя на малышей, отвечавших хором. Конечно, малыши никак не могли знать, что травы собрали фрагменты мастерской «Рубикс». Но они реагировали так, будто всё понимали, и от этого становилось смешно. Наверное, их просто поразило, что травы исчезли так чисто. Роун сразу активировал производственную область. — Сделай противоядие. На это мастерская «Рубикс» вспыхнула, сообщая о начале изготовления. Всего через несколько минут появилось сообщение о завершении. [Система] Вы успешно завершили первую миссию повышения уровня. [Статус] Доказательство владения мастерской «Рубикс» Успешно изготовьте зелья низшего ранга. Зелье лечения низшего ранга (10/10) Зелье восстановления низшего ранга (10/10) Противоядие низшего ранга (10/10) [Система] Начинается улучшение магической мастерской «Рубикс». — Треск. В этот момент на поверхности мастерской «Рубикс» начали появляться трещины. …Она ведь не ломается? Роун, думавший, что мастерская станет больше, увеличившись до деталей 2×2, вдруг ощутил тревогу при виде растрескавшихся частей. Впрочем, тревога длилась недолго: прозрачный фрагмент, бывший единым кубом, аккуратно разделился на две секции и по горизонтали, и по вертикали. О, она правда стала таким игрушечным кубом, как я и думал. У фрагмента мастерской «Рубикс» 2×2 нет центральной детали, так что всего деталей восемь. — Яо-о-онг! — Мяанг? Когда внешнее изменение мастерской «Рубикс» завершилось, возбуждённые малыши вдруг прыгнули к деталям. — А? Что такое? Вместе с криками малышей, которые будто о чём-то умоляли, появилось неожиданное сообщение. [Система] Получена новая заявка на найм. [Система] Нанять сотрудника 1? [Система] Нанять сотрудника 2? [Система] Нанять сотрудника 3? — А? ---------- Первый рабочий день (1) Найм сотрудников ни с того ни с сего. Роун склонил голову набок, встретившись взглядом с малышами. — Только не говорите… что это вы подали заявки? — Мяу! — Мионг. — А-а. Словно отвечая на слова Роуна, малыши протяжно закричали. Суранг забрался Роуну на плечо и мяукнул. Остальные тоже вцепились в него, будто торопили принять их. Ха, и что мне с этим делать?.. Сообщение о принятии заявки на найм всё ещё висело в воздухе. Роун невольно заколебался. Если считать их людьми, они всё ещё были младенцами — правда ли можно брать их на работу?.. До регрессии, пусть он и сам того не зная взял их как укротитель, их способности пробудились только после того, как они немного подросли. Хм, я же не собираюсь заставлять их охотиться, так что просто найму. В отличие от питомцев укротителя, найм сотрудниками мастерской не создавал отношений подчинения. Они подали заявки сами, значит, должно быть нормально. Решив так, Роун пока принял заявки малышей. [Система] Кошачий божественный зверь 1 стал сотрудником мастерской «Рубикс». [Система] Кошачий божественный зверь 2 стал сотрудником. [Система] Кошачий божественный зверь 3 стал сотрудником. [Система] Пожалуйста, назовите сотрудников. Имена сотрудников? Роун повторил имена, которые дал им прежде: Суранг, Торан и Соль. Он успел привязаться к этим именам, да и других толком придумать не мог. Затем, вместе с уведомлением о регистрации сотрудников, появились доступные им виды задач. [Система] Анализ способностей сотрудников. [Статус] Имя: Суранг Особенность: Вода — Водная сфера Lv. 1 — Божественная сила: F-ранг Имя: Торан Особенность: Земля — Бросок камня Lv. 1 — Божественная сила: F-ранг Имя: Соль Особенность: Ветер — Клинок ветра Lv. 1 — Божественная сила: F-ранг Бросок камня, похоже, был атакой, связанной с камнями, а Клинок ветра — атакующей магией с эффектом, похожим на лезвия ветра. А? Это отличается от того, как было, когда я был укротителем. Сами особенности были похожи на прежние, но форма магии казалась немного другой. Он ещё не знал, в чём именно разница, но даже названия магии изменились. И ранг божественной силы теперь тоже отображался. Если они уже F-ранга, это невероятно быстро. Когда у детёнышей божественных зверей начинала проявляться божественная сила, отец, Ли Хак-су, отправлял их обратно на гору Нокма, и тогдашние божественные звери были гораздо взрослее нынешних. Роун думал, что их особые способности пробудились из-за того, что они стали питомцами укротителя. Но, скорее всего, всё было наоборот. Способности детей, которые с самого начала были иными, проявлялись позднее именно потому, что их связали. На этом сообщения не закончились. [Статус] Льготы сотрудников мастерской «Рубикс» Эффект усиления: ВКЛ./ВЫКЛ. ▷ Базовое усиление: Барьер Lv. 1 — Расход маны: 5 — Длительность: 10 секунд — Дополнительные опции: нет Каждому сотруднику можно выдать один фрагмент мастерской «Рубикс». Когда эффект усиления «Барьер» был включён, он активировался автоматически, и, хотя имел заданную длительность, его можно было применять подряд. Расход маны 5 и длительность 10 секунд — маны уходило мало, а время действия было довольно долгим. Уровень Барьера можно было повысить за счёт вклада в мастерскую. Судя по строке с дополнительными опциями усиления, позже должны были добавиться и другие способности. Система льгот сотрудников показалась Роуну втайне привлекательной. Когда он был укротителем, то, желая защитить питомцев, чаще сам выходил вперёд, чем поддерживал их сзади. В итоге его умение обращаться с оружием выросло, но иногда эта чрезмерная опека даже мешала атакующим питомцам выполнять свою роль. В таких случаях, возможно, было бы лучше довериться питомцам и поддерживать их из-за спины. Но к тому времени, когда он это понял, он уже оказался в положении, где его собственных способностей поддержки не хватало. Именно поэтому эффекты усилений для сотрудников радовали его ещё сильнее. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 2 Доступные сотрудники: 3/3 Вклад: 0/10 ▷ Доступно изготовление : Все виды зелий низшего ранга Некоторые виды зелий среднего ранга ▷ Доступен сбор : Все травы и магические звери низшего ранга Некоторые травы и магические звери среднего ранга Хранение / Разбор ▷ Доступна доставка : Отключено Фрагменты (2) Она даже доставку умеет? То, что малыши смогут напрямую доставлять вещи с помощью фрагментов, было безумно удобно. Роун заглянул внутрь фрагментов мастерской. В одном фрагменте производственная комната и комната ингредиентов оказались разделены на разные фрагменты. Комната ингредиентов, в свою очередь, делилась на склад и сушильню для трав. Впечатляет. И тут голубоватый цвет глаз малышей начал становиться ярче. У Суранга они стали небесно-голубыми, у Торана — чисто-лесными зелёными, а у Соля — светло-зелёными, как жёлтый солнечный свет. Цвета чуть светлее, чем когда они полностью выросли. Вспоминая их облик до регрессии, Роун посмотрел на них новым взглядом. — Чварарак. Три фрагмента мастерской «Рубикс» отделились и начали кружить над головами малышей. — Няанг! Когда Суранг ударил кошачьим кулачком по фрагменту, который всё ходил за ним следом, отбитый фрагмент, словно неваляшка, отскочил обратно на прежнее место. — Суранг, если продолжишь, сломаешь. Соль неловко косился на фрагмент, а Торан сидел неподвижно и смотрел в пустоту, даже не поворачивая глаз, словно ему было всё равно, висит рядом фрагмент или нет. — Торан, ты опять завис? До регрессии Торан — самый крупный из них — имел привычку сидеть, наполовину прикрыв большие глаза, и уходить куда-то в себя. Когда он так сидел, то всегда напоминал сову, которая днём ещё толком не проснулась. В любом случае теперь сбор должен был пойти ещё быстрее, а усиления сотрудников мастерской будут нормально срабатывать даже тогда, когда они далеко от Роуна. Где бы немного отдохнуть? Проверив время, он увидел, что обед уже давно миновал. Он устроился на траве: собирался съесть ланчбокс, который дала ему мать, Сон Су-хи, ещё примерно час поиграть с малышами и затем уходить. И в этот момент появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Сгенерирована миссия повышения уровня мастерской «Рубикс». [Статус] Ужин сотрудников ◇ Истребление магического зверя, который станет главной причиной осквернения горы Нокма Задание: Вместе с сотрудниками собрать 500 магических зверей низшего ранга, зелёных лягушек, и устроить мясной пир. — Зелёная лягушка: 0/500 При успехе: улучшение рабочих способностей сотрудников При провале: повторная попытка То есть каждый раз, когда уровень мастерской растёт, связанные способности тоже улучшаются? Система выглядела довольно неплохо. Но всё-таки зелёные лягушки были магическими зверями низшего ранга — и при этом их называли главными виновниками осквернения горы Нокма… Роун, глядя на окно миссии, почувствовал лёгкое недоумение. Ну, если охотиться понемногу, за несколько дней я их соберу. У Роуна не было атакующих способностей, но с защитным барьером мастерской он рассчитывал справиться приёмами, к которым привыкло его старое тело. У зелёных лягушек был вязкий парализующий яд, но, если его не окружат, особой опасности они не представляли. Заодно проверю способности ребят и соберу немного мяса зелёных лягушек. Если как следует удалить демоническую энергию, на вкус оно будто напоминало курятину и пользовалось довольно большой популярностью. Но всё-таки охота в первый же рабочий день… Не слишком ли малыши устанут? Пусть они и были божественными зверями, но всё ещё оставались малышами, даже от бутылочек с молоком ещё толком не отвыкшими. Вопреки опасениям Роуна, глаза малышей сияли от восторга. Они выглядели так, будто были в восторге от новой игры в сбор. Похоже, всё, что связано с мастерской «Рубикс», передаётся и им. Ну что ж, раз уж мы здесь, поймаем хотя бы несколько, а потом уйдём? Роун пошёл вперёд и сказал: — Ребята, быстро сходим и вернёмся. — Грру? Малыши подняли хвосты и последовали за Роуном. Все четверо бодро зашагали и вошли в сырую низину. Влажный воздух коснулся кожи, под ногами зачавкала мокрая земля. Между камнями и деревьями, покрытыми зелёным мхом, в нос ударил затхлый запах сплетённых сырости и демонической энергии. Это было единственное влажное место в обширном высокогорье горы Нокма, и здесь в основном водились магические звери-амфибии. Малыши в корзине для трав принюхивались и оглядывали окрестности. Похоже, они искали добычу. И тут это случилось. — Мииинг… мииинг… Откуда-то донёсся слабый плач. Звучало так, словно животное стонало от боли. — Мионг! Соль, обладавший стихией ветра, первым уловил направление звука. Вскоре все малыши навострили уши и направились к одному месту. Роун поспешил следом. Совсем недалеко впереди Роун обнаружил нечто, свернувшееся тугим комком на влажном мху. Когда он подошёл ближе, под слоем зелёной слизи стала видна светло-коричневая шерсть с белыми пятнами. Не может быть, это же… Это был оленёнок. Его тело едва заметно дрожало, а дыхание казалось тяжёлым. — Мииинг… мииинг… Заметив Роуна и малышей, оленёнок издал слабый писк, но пошевелиться не смог. За ушами и вдоль спины у него облепились несколько зелёных лягушек. Это ведь зелёные лягушки? Суранг лизнул оленёнка в морду, убирая склизкий яд. Только тогда оленёнок поднял голову; его большие глаза наполнились слезами. — Квак! — Туд! Одна из зелёных лягушек, заметив Суранга, попыталась спрыгнуть с уха оленёнка, но улетела далеко прочь от удара маленькой лапы. Суранг бросил на кувыркающуюся зелёную лягушку острый взгляд, будто собирался сказать: пощады не будет. Затем в воздухе возникла тяжёлая масса воды, полетела к зелёной лягушке и ударила прямо сверху. — Хлюп! Гвек! Подавленная силой воды, зелёная лягушка мгновенно потеряла сознание. В тот же миг фрагмент мастерской, выданный Сурангу, мерцнул и отправил сообщение. [Система] Собрать магического зверя зелёную лягушку? [Система] Хранить / разобрать Хранить — значит сохранить как есть, а разобрать — автоматически разделить на разные побочные материалы и сохранить. — Давай разберём. Стоило воле Роуна передаться мастерской, как зелёная лягушка в мгновение ока исчезла. [Система] Получена слизь зелёной лягушки. [Система] Получено мясо зелёной лягушки. [Система] Получены глаза и язык зелёной лягушки. [Система] Получено масло зелёной лягушки. [Система] Получен парализующий яд зелёной лягушки. Ого… Роун невольно восхитился сообщениям перед глазами. Он не мог поверить, что мясо и алхимические материалы идеально разделились и были собраны. Желая увидеть это собственными глазами, Роун осторожно заглянул внутрь фрагмента, собравшего побочные материалы. Перед ним появилось новое пространство, похожее на лекарственный склад. Очищенное от костей мясо зелёной лягушки аккуратно лежало в большом контейнере, а в двух стеклянных флаконах находились прозрачная слизь и парализующий яд цвета мха. Мастерская «Рубикс» позволяла собирать цель, если та была оглушена или обезврежена, не требуя лишать её жизни. А значит, побочные материалы не повреждались и могли продаваться дороже. — Мионг! — Вжух. В этот момент Соль, набравшись храбрости, с помощью ветра стряхнул зелёных лягушек, облепивших тело оленёнка. Понимая, что если отбросить их слишком далеко, можно повредить материалы, Соль, похоже, очень старался лишь оглушить их. — Соль, всё в порядке — просто сдувай их. — Мияанг! Торан спокойно наблюдал, словно доверял Сурангу и Солю справиться самим. Роун посмотрел на капли противоядия, которые подготовил, чтобы вылечить оленёнка. Флакона, чтобы их поместить, нет… Пока он размышлял, как извлечь парящее противоядие, один из фрагментов мастерской «Рубикс», уловив его намерение, подлетел к оленёнку. Капли противоядия внутри полетели к пасти оленёнка и с тихим «понг» лопнули. Значит, это работает вот так. Было удивительно, что он мог использовать зелья, не помещая их во флакон. Эффект проявился быстро. Синюшная кожа оленёнка вернулась к своему обычному цвету под шерстью. Когда оленёнок встряхнулся, комья слизи сползли и упали. Хм? Божественный зверь? Слизь смогла соскользнуть потому, что по телу оленёнка струилась слабая очищающая сила. Оленёнок подошёл к Роуну и ткнулся к нему носом. Судя по тому, что он был здоров, его мать, похоже, находилась где-то неподалёку. — Возвращайся к маме. Поскольку Роуну нужно было идти охотиться на лягушек, он развернул оленёнка обратно туда, откуда пришёл. Оленёнок ещё несколько раз обернулся, а потом юркнул в лес. Следуя вдоль мха, они вскоре увидели небольшие водоёмы. Водоёмов становилось всё больше, и постепенно они росли. Если пойду дальше, будет опасно. Роун остановился и тихо огляделся. Тогда он услышал крики магических зверей, поджидающих добычу. — Ква-ква. Кваканье становилось всё громче и громче, ударяя по ушам. Тонкий, мелкий звук — это зелёные лягушки. Зелёные лягушки были магическими зверями размером с кулак, похожими на древесных лягушек, но из-за малых размеров их нельзя было недооценивать. Слизь, покрывающая их тела и выстилающая рты, содержала яд, способный парализовать даже крошечный участок тела. Если укусит одна или две, восстановиться можно быстро, но если они нападут роем — совсем другое дело. Ещё опаснее была лягушачья слизь. Мало того что её трудно снять, когда она прилипает, она ещё и перекрывает воздух. Если такая слизь хоть раз попадёт на нос или рот, избавиться от неё будет трудно, если не выжечь. Если он останется здесь, огромное число зелёных лягушек, пусть и маленьких, набросится сразу. Роун решил немного отойти и подождать. Я ещё не до конца знаю способности малышей, так что лучше выманю их и попробую охотиться так. Он не был уверен, блокирует ли барьер яд, но даже если нет — у него есть противоядия. А если дело пойдёт плохо, можно просто сбежать. Эти лягушачьи магические звери всё равно не смогут преследовать его далеко от своего места обитания. Роун вместе с малышами непринуждённо сел на поваленный ствол и стал ждать. — Ква-ква. — Ква-ква. Вскоре кваканье зелёных лягушек, заметивших малышей, стало громче. Группа лягушек начала прыгать к ним. — Мои ребята, приготовьтесь. Когда Роун позвал их так же, как когда-то, будучи укротителем, малыши всё прекрасно поняли и ответили. — Няанг! — Мионг! — А-а! Милые крики малышей эхом разнеслись по сырой болотистой местности. ---------- Первый рабочий день (2) На дружный крик малышей кваканье лягушек ненадолго стихло, но вскоре снова собралось вокруг Роуна и малышей. Стая приближалась всё ощутимее. В этот миг несколько зелёных лягушек отделились от остальных и бесшумно взобрались на деревянный столб за спиной Роуна. Лягушки подкрадывались хитро: они целились в дыхательные пути добычи. Стоило жертве потерять бдительность, как они молниеносно выстреливали языками и впрыскивали слизь в нос или рот, чтобы парализовать и задушить. Они охотились сообща, как муравьи или пчёлы, и были настолько сплочёнными, что ради поимки добычи спокойно шли на жертвы отдельных особей. — Ква-ква. Недооценив Роуна и малышей, лягушки двинулись волной. Малыши пригнулись и приняли охотничьи стойки. — Шлёп. Покрытый липкой слизью язык молнией метнулся к ним. Малыши, вздрогнув от внезапной атаки, быстро отпрыгнули. В тот же миг фрагменты «Рубикса» вылетели вперёд и сложились в прозрачный защитный барьер. — Хлюп. Язык прилип к барьеру, и лягушки, неловко покачиваясь, втянули его обратно. В глазах Суранга вспыхнул голубой свет. — Мяу! Суранг ударил белыми лапками по земле, и в воздухе появились маленькие водяные сферы. Плотные шары воды сорвались к лягушкам. — Квак! Квак! Лягушки, получившие прямой удар, перевернулись брюхом вверх. Когда строй рассыпался, задние лягушки снова пошли вперёд. — Ква! Ква! — Хлюп! Торан тоже не уступал: из чавкающей земли он создал мутные, но крепкие камни. Протяжно закричав «а-а-а», он швырнул их в лягушек. Те с коротким воплем проваливались в грязь и падали. — Шлёп! — Квак! Следом Соль выпустил маленькую острую ветровую атаку — Клинок ветра — и одним махом отбросил растерявшихся лягушек. Даже те, кто наблюдал издалека, под таким напором не решались приблизиться. — Отлично справились, мои хорошие! Малыши охотились быстро и действовали слаженно. Когда они были питомцами укротителя, вперёд обычно выходил крепкий Торан, но теперь Суранг взял на себя роль старшего: держал строй и водяными сферами перекрывал врагам подход. Стоило Сурангу веером разбить вражеский порядок, как Торан и Соль сметали противников с двух сторон. Построение держалось точно: не слишком глубоко и не слишком мелко. Малыши выглядели куда сильнее, чем в те времена, когда подчинялись укротителю. Даже на первой охоте они свободно пользовались магией своих особенностей и сами регулировали силу и количество магических форм. А удивительнее всего было то, что их магия всё ещё оставалась всего лишь первого уровня. Пока Роун с гордостью наблюдал за ними, с деревьев за его спиной прыгнули лягушки, целясь в дыхательные пути. Прозрачный барьер развернулся автоматически. — Хлюп. — Квак. Отбитые лягушки соскользнули в сторону. Роун быстро поднял с земли толстую ветку. Особых свойств оружия у неё не было, но ощущения, вбитые в тело до регрессии, сохранились полностью. Почувствовав, что ветка идеально легла в руку, он взмахнул ею по лягушкам. — Шлёп! — Квак! Получив прямые удары, лягушки квакали и кувырком отлетали прочь. — Вжух. В этот миг фрагменты «Рубикса» спокойно полетели к упавшим зелёным лягушкам. [Система] Собрать магических зверей — зелёных лягушек? — Да, собирай автоматически. — Тук! — Хлюп! — Квак! После того как они некоторое время усмиряли зелёных лягушек, во фрагментах мастерской «Рубикс» накопилось множество побочных материалов. Роун проверил улов. [Статус] Сбор с сотрудниками Задание: Вместе с сотрудниками собрать 500 магических зверей низшего ранга, зелёных лягушек, и устроить мясной пир. — Зелёная лягушка: 450/500 При успехе: улучшение рабочих способностей сотрудников При провале: повторная попытка Поймали больше, чем я думал. По сравнению с Роуном, который ловил их по одной палкой, малыши собрали куда больше. — Ква-ква. — Опять идут. Далеко за влажным горизонтом ощущалось угрожающее присутствие. Авангард был уничтожен, и теперь лягушки, похоже, собирались начать полноценную атаку. Роун подошёл ближе к их месту обитания и сказал малышам: — Осталось пятьдесят. Не переусердствуйте, ещё немного поиграем. — А-а-а! Обычно почти не реагирующий Торан, кажется, разволновался и громко закричал. Наверное, «вперёд»! Вот что он имеет в виду. Обычно он мало двигался и молчал, но тут вдруг рванул, как ракета. Он особенно любил охоту и часто выкрикивал что-нибудь вроде «В атаку! Бежим! Пошли!» — Ква-ква. Роун и малыши с лёгким сердцем направились к пруду. Вскоре они поймали всех зелёных лягушек. [Система] Зелёная лягушка: 500/500 Теперь остался только мясной пир, да? Роун хотел было пожарить мясо прямо здесь, но понял, что у них нет ни приправ, ни других ингредиентов. Чтобы поесть вкуснее, он решил вернуться домой. --- Примерно в это время в патрульной группе Бюро охотников прозвучал экстренный сигнал. [Оповещение] В районе восточного пика горы Нокма зафиксировано усиление ядовитой миазмы. Требуется немедленная отправка. Срочная передача сообщала, что в отдалённой зоне деревни Нокма быстро распространяется ядовитая миазма. — Кто готов сходить? Командир группы Бэк Ин-хо спросил, но все лишь проверили информацию на экране и отключили её. — Мне скоро к рейду готовиться. — А, я тоже какое-то время в поле выходить не буду. — Это даже не мой закреплённый район… а, точно, там вообще никого не было. Я пока пас. За маленькими отдалёнными районами вроде деревни Нокма сотрудников не закрепляли. Населения мало, серьёзных жертв не ожидалось, а источник миазмы находился в далёкой горе Нокма, поэтому никто не понимал серьёзности ситуации. На самом деле охотники избегали таких мест: монстры вне рейдов почти не давали награды. Под наградами здесь подразумевались магические камни или артефакты. — Да бросьте, считайте это прогулкой на свежий воздух. Сходите после патруля и сразу вернётесь — чем плохо? — Свежий воздух? Все знают, что это место появления монстров. Раз желающих нет, просто пропустим. Другая группа всё равно поддержит. И всё-таки нынешние пробудившиеся… Бэк Ин-хо мог бы назначить кого-нибудь приказом, но, устав смотреть, как все уворачиваются, вышел сам. Надев противогаз, он в одиночку поднялся на гору Нокма. Открыв карту на экране, перед ним появилась огромная карта горы Нокма с зоной, растянувшейся на тринадцать пиков. Скорость распространения слишком высокая. Проверив область, покрытую миазмой, он невольно застонал. Поражённая зона разрослась куда сильнее, чем всего несколько часов назад. Осознав опасность, он отправил текущую ситуацию в Ассоциацию охотников. Затем, чтобы выяснить причину, бросился к району распространения миазмы. — Ккирук! — Шурх. Время от времени ему преграждали путь уродливые монстры, но он легко расправлялся с ними и шёл дальше. Однако постоянное воздействие яда, словно дождь, незаметно пропитывающий одежду, в конце концов заразило и его. Ненадолго остановившись, он выпил взятое с собой противоядие. Но даже когда он попытался отдышаться, жар в теле почему-то не спадал. Чёрт, я недооценил это место, потому что оно считалось низкоранговой зоной появления монстров? Он решил, что у подножия Нокмы монстры слабые, а яд будет мягким, — и ошибся. Раз даже противоядие среднего ранга едва помогало, яд мог оказаться мутировавшим. Мутировавшие яды происходили от мутировавших монстров. Цк, но просто повернуть назад нельзя. Как командир охотничьей группы, за три года он так и не добился заметных результатов. Во многом потому, что его часто отправляли на такие участки, которых остальные избегали. Охотники слишком зависели от системы, где известность росла только за закрытие рейдов. Пусть это не отражало реальных навыков, люди придавали видимым показателям слишком большое значение. Такой человек, как Бэк Ин-хо, неизбежно отставал в карьере. Но тяжелее ранга было отношение на работе. Члены группы не боялись начальника, который давно не показывал результатов. Вслух о нём говорили, что он человек без амбиций и вообще молодец, но про себя исподволь смотрели сверху вниз. Раз уж он пришёл, нужно было хотя бы выяснить причину, чтобы сохранить лицо. Подойдя к центру распространения миазмы, Бэк Ин-хо заметил странность. Землю, камни и деревья покрывали слизистые остатки. Он собрал немного в стеклянную бутылочку. Это был образец, нужный для изготовления противоядий. На этом порученная миссия была выполнена. Он мог бы возвращаться, но дурное предчувствие заставило его исследовать дальше. Даже с образцом на создание противоядия ушло бы немало времени. Но если уничтожить монстров, производящих слизь, яд мог перестать распространяться. По крайней мере, нужно узнать, какое существо её производит. Он направился к области, отмеченной на карте густыми зелёными точками. Пробежав какое-то время, он почувствовал странность. Монстров нигде не было видно — откуда тогда яд? А он всё равно продолжал заражаться. Возможно, из-за пропитанного ядом воздуха жар усиливался, а зрение мутнело. Почувствовав, что ему не хватает воздуха, он снял противогаз. Влажный воздух сразу ударил в лицо. — Ха… без него немного легче. Тяжело дыша, он выпил последнее противоядие и посмотрел на ставший липким противогаз. — Так вот что такое этот яд. Выравнивая дыхание, он огляделся. Слизистые следы, которые тянулись по всему пути, исчезли, а воздух оказался удивительно чистым. Это область, не заражённая миазмой? Странно. Он ведь точно прошёл через зоны с высокой токсичностью. Даже целитель не смог бы вывести яд так быстро. К тому же яд был обнаружен по всей горе. Даже если бы появился охотник и мгновенно уничтожил монстров, производящих слизь, яд в их трупах всё равно должен был отображаться на карте. Иными словами, если только и яд, и монстры не испарились, такого быть не могло. Бэк Ин-хо снова включил экран и проверил карту. Его глаза расширились. Что вообще происходит? Яд ещё несколько минут назад распространялся… Точки миазмы, недавно тёмно-зелёные, полностью исчезли. Более того, даже гора, посеревшая от миазмы, возвращалась к обычному виду. Не веря глазам, он ещё раз коснулся экрана. Может, сбой? Сбитый с толку Бэк Ин-хо не мог найти другого объяснения. И тут это случилось. Издалека донёсся тонкий, но звучный рёв. — Ня-а-а-у-у-ун! — …?! ---------- Таинственная мастерская У Бэк Ин-хо по коже побежали мурашки от загадочного рёва, который он только что услышал. Магических зверей нигде не было видно, а влажная земля, по которой расползался яд, теперь была совершенно чистой. Разве мог слабый, но звонкий рёв не казаться странным в месте, где не осталось никаких следов? Что было источником этого крика? На охотника не похоже. Может, легендарный божественный зверь? Он слышал, что божественные звери живут на горах, где духовная энергия переплетается с демонической, — например, на горе Нокма. Но никто никогда не видел божественного зверя своими глазами. Теперь, когда животные исчезали, он думал, что всё это лишь иллюзия, рождённая тоской по старым воспоминаниям. Кто знает, может, это настоящий божественный зверь. Бэк Ин-хо открыл карту и посмотрел в сторону, где яд поредел. Тропа, с которой исчез яд, начиналась в заболоченной низине и вела к склону горы. Похоже, далеко он не ушёл… Сам Бэк Ин-хо находился ещё даже не на середине подъёма. Если поторопиться, он мог нагнать его до подножия. Бэк Ин-хо направился туда, где исчезал яд. Чем ниже он спускался, тем чище становился воздух, и противогаз уже не требовался. Однако часть яда всё ещё оставалась в теле, поэтому он не мог насильно заставлять ману циркулировать. Слабая духовная энергия, текущая по горе Нокма, похоже, слегка сдерживала распространение яда. Он вспомнил фразу о том, что у горы есть слабая очищающая сила. Из двух десятков пиков поглощены тринадцать… Информация, которую он мельком увидел перед выходом, задержалась в голове. Сведений о горе Нокма было мало, но существовало негласное представление: гора умирает. Возможно, этот пик тоже уже поглощали. Судя по яду, который только что расползался вокруг, такое было вполне возможно. С такой скоростью и этот пик мог оказаться под угрозой поглощения. А если даже противоядие среднего ранга не смогло полностью нейтрализовать яд… Сам Бэк Ин-хо, возможно, стоял на грани смерти. Началась мутация? Если низшие магические звери, живущие у подножия горы, мутировали, то выше середины склона… Силу магических зверей среднего ранга было бы трудно оценить. А если здесь откроется гейт… Гора Нокма вдруг показалась ему огромной бомбой замедленного действия. Стоило так подумать, и густая зелень с духовной энергией стала выглядеть зловеще. Он прибавил шагу. Тропа всё спускалась и спускалась, хотя он следовал карте. Чёрт, я попал в барьер. Он потерял бдительность у одного из обычных для горы Нокма барьеров и угодил внутрь. Когда сядет солнце, демоническая энергия станет гуще, а усиленные демонические звери сделают место ещё опаснее. К тому же остаточный яд в теле ночью будет распространяться быстрее. В этот момент он повернул голову на шорох. Напрягшись всем телом, он призвал в обе руки клинки. Движение было тихим, но убийственного намерения не ощущалось. Из кустов дёрнулись два ушка. Хм? Это был оленёнок, какого он прежде не видел. Оленёнок, встретившись с Бэк Ин-хо взглядом, повернул голову, будто звал его за собой. Нет, ночью появятся демонические звери. Бэк Ин-хо, тревожась, пошёл за оленёнком. Что, если внезапно выскочит демонический зверь и нападёт на него? Он напрягся даже сильнее, чем когда был один. Сам не заметив как, Бэк Ин-хо выбрался из барьера и оказался на склоне. Оленёнок посмотрел на него один раз — словно прощался. — А… эм… спасибо, малыш. На самом деле Бэк Ин-хо не мог понять, кто это: оленёнок, косулёнок или детёныш водяного оленя, — и рассеянно пробормотал «малыш». — Мииинг! Тогда оленёнок странно фыркнул и умчался в горы. Полностью спустившись с горы, Бэк Ин-хо пошёл по сумрачной тропинке между рисовыми полями. Это точно правильный путь?.. Кажется, оленёнок указал именно сюда; ошибки быть не должно. С заходом солнца яд в его теле распространялся ещё быстрее. Он шёл ещё какое-то время, и наконец далеко впереди появился дом. Но, судя по расположению, радоваться было нечему. Их смелости позавидуешь — построить дом в таком месте. Это было первое место, куда наткнулись бы демонические звери, если бы помчались вниз с горы Нокма. Для людей расстояние казалось большим, но для демонических зверей — будто дом стоял прямо рядом. Иными словами, это была глухая местность, где тебя легко могли сожрать так, что никто и не заметит. Страннее всего было то, что дом, словно полководец, охраняющий крепость, стоял гордо среди больших и малых деревьев и был обращён не к главной дороге, ведущей в деревню, а в другую сторону. Подозрительный дом. Но, чтобы хотя бы временно остановить яд, расползающийся по телу, ему нужно было отдохнуть. Тяжёлыми шагами Бэк Ин-хо направился к подозрительному дому. --- Роун вернулся домой на велосипеде. Во дворе стояли отец Ли Хак-су и мать Сон Су-хи. — Кур-р-р. Малыши выпрыгнули из корзины и побежали во двор. — Простите, что опоздал. Он ушёл после пробуждения без всяких объяснений и вернулся уже после полудня, поэтому, увидев родителей на улице, почувствовал себя виноватым. Вместо того чтобы засыпать его вопросами, Ли Хак-су молча подвёл сына к входу в мастерскую. — Посмотри сюда. На аккуратно сделанной деревянной вывеске было выгравировано название: «Мастерская Ли Роуна». — А? Но это ведь была папина мастерская. На самом деле Роуну отдельная мастерская была не нужна: у мастерской «Рубикс» была функция автоматического изготовления. — Если ты можешь заниматься изготовлением, я хочу сосредоточиться на выращивании трав. Я решил, что так и для тебя будет лучше. — Но, пап, мне не нужны никакие инструменты для изготовления. — Что ты имеешь в виду? Роун призвал мастерскую «Рубикс» и коротко объяснил. — У меня EX-ранг. От этих слов и мать, и Ли Хак-су застыли. До регрессии они тоже очень удивились, когда Роун пробудился S-ранговым укротителем, но сейчас реакция была совсем другой. На лицах родителей промелькнули сложные чувства. Роун почувствовал неловкость из-за внезапно ставшей серьёзной атмосферы. — Что такое? — Нет, ничего, сынок. Поздравляю, ты стал пробудившимся высокого ранга. Я так тобой горжусь. Но пока никому не говори, что у тебя EX-ранг. Понял? Ли Хак-су говорил спокойно, и Роун кивнул. Похоже, Ли Хак-су беспокоился из-за чрезмерного общественного внимания. До регрессии уже одного S-рангового укротителя хватило, чтобы весь мир обратил на него взгляд. Конечно, тогда он сам добровольно пошёл на государственную службу, но, даже если бы не пошёл, государство всё равно попыталось бы заполучить S-рангового пробудившегося. Его бы искушали всевозможными привилегиями и властью. — Понял. Я тоже не хочу связываться с лишними неприятностями. Услышав это, Ли Хак-су и Сон Су-хи с облегчением вздохнули и улыбнулись. Роун достал из мастерской «Рубикс» собранное мясо зелёных лягушек. — Смотрите. Если положить его в мастерскую «Рубикс», демоническая энергия, похоже, рассеивается. — О, это удивительно. — Тогда на ужин у нас будет блюдо из зелёных лягушек, которых собрал наш сын. Пробудившаяся повар Сон Су-хи ярко улыбнулась и направилась на кухню. Ли Хак-су с мясом зелёных лягушек в руках пошёл следом. Роун вошёл в мастерскую с новой вывеской. Мастерская, которую утром разворошили воры лекарственных трав, теперь была аккуратно прибрана. Наверное, настоящая мастерская — это тоже неплохо? Роун ощутил тихое довольство, словно у него появилось ещё одно личное пространство. Он начал заполнять пустые флаконы на витринных полках разными зельями восстановления и противоядиями. Если он собирался их продавать, лучше было держать запас побольше. Через некоторое время за главным входом послышалось движение. Суранг, старший из малышей, вздыбил шерсть и вышел вперёд. — Здесь… кто-нибудь есть? Человек? Покупатель? К их дому редко приходили гости, а в сумерках — тем более. Ли Хак-су вошёл во двор, поддерживая бледного мужчину с нездоровым видом. Он ранен? Роун удивился внезапному посетителю, но ещё сильнее озадачился: до регрессии в это время к дому никто никогда не приходил. — Роун, похоже, этому гостю нужно противоядие. Отец, Ли Хак-су, сказал это, отпустив незнакомого мужчину перед мастерской. Бэк Ин-хо перевёл взгляд на мастерскую во дворе. Мастерская Роуна? Обычно мастерские или лавки ставят там, куда чаще приходят покупатели… С подозрением он вошёл внутрь. Старые алхимические инструменты стояли без движения, а шкафы пустовали. Полы и стены блестели чистотой, будто мастерскую могли в любой момент выставить на продажу. Даже если здесь и было противоядие, на особую эффективность оно не походило. Но выбора не оставалось. Ему было нужно хотя бы такое противоядие, которое продержит его до города. — Пожалуйста, один флакон вашего лучшего противоядия. — … У Роуна были только зелья низшего ранга, поэтому он молча протянул одно из противоядий, которые только что приготовил. В тот миг, когда Бэк Ин-хо увидел потрёпанный флакон, вся надежда, какая у него оставалась, — размером с песчинку в пустыне, — исчезла окончательно. Флакон был из обычного стекла, а не из магического. Подняв голову, он заметил маленькую табличку, прикреплённую за спиной юного алхимика. «Принимаем пустые флаконы». Бэк Ин-хо повертел противоядие в руках. Он что, шарлатан? Возможно, почувствовав его тревогу, юный алхимик и помогший ему мужчина поддерживали его тёплыми взглядами. Когда их глаза встретились, Бэк Ин-хо словно поддался наваждению и выпил противоядие. — Бульк. — Ух… Несмотря на невольный стон, эффект проявился мгновенно. Жар и боль, будто выжигавшие внутренности, стихли, а кожа и дыхание, уже начавшие синеть, вернулись в норму. Ч-что это за зелье?! Это был мутационный яд, с которым плохо справлялись даже противоядия среднего ранга. Не могло противоядие от изменённого магического зверя подействовать так быстро… Противоядие высокого ранга? Он ощупал ставшее лёгким тело и спросил: — Пожалуйста, дайте номер счёта. Я сразу переведу деньги. Увидев, что мужчина готов заплатить, Роун подумал: это не обычный охотник. Обычные охотники часто расплачивались магическими камнями или товарами. — Сто пятьдесят тысяч вон. Роун вывел код счёта и назвал цену, и деньги сразу поступили. Но число оказалось немного длиннее. Было переведено один миллион пятьсот тысяч вон. Роун расширил глаза и поднял взгляд на Бэк Ин-хо, а тот, наоборот, склонил голову и спросил: — Разве зелье высокого ранга не должно стоить сто пятьдесят? — Но это зелье низшего ранга. Бэк Ин-хо уставился на алхимика. Это что, розыгрыш со скрытой камерой? В чём подвох? Он проверял действие на зверях по пути и ясно понимал: это не зелье низшего ранга. Но ему назвали цену низшего ранга. Бэк Ин-хо, для которого истина «в этом мире ничего не бывает бесплатно» была почти законом, напрягся. Он заплатил в десять раз больше цены низшего зелья. Роун был смущён не меньше. Но раз человек хотел дать столько, он решил принять. Раз я EX-ранга, оно, наверное, эффективнее обычного зелья. На самом деле он ещё ни разу не использовал своё зелье ни на ком, кроме оленя, которого встретил на горе Нокма, так что толком не знал, насколько оно сильное. Пока Роун и Бэк Ин-хо неловко смотрели друг на друга, снаружи раздался голос: — Все, идите есть. Это была его мать, Сон Су-хи. Вскоре дверь мастерской открылась, и внутрь потянулся насыщенный запах мяса. — Ур-р-р. Почуяв мясо, живот Бэк Ин-хо, который с полудня блуждал по горе и забыл о голоде, вдруг напомнил о себе. Смутившись, он быстро отступил в сторону. Сон Су-хи окликнула его: — Молодой человек! Куда это вы? Садитесь, поешьте! — Идите сюда, молодой господин. Раз уж еда готова, уйти сейчас было бы невежливо. — …Солнце уже село, так что не уходите. Поешьте сейчас, а уйдёте завтра. Вспомнив, что за зелье получил слишком много, Роун настойчиво звал его к столу. — Няу-ун! Котята, появившиеся откуда-то, подняли головы и мяукнули. Это… котята? Перед ним появились три кошки, каких он видел разве что в медиа, и его глаза расширились. Вскоре Бэк Ин-хо неловко сел за стол. — Нюх-нюх. Глядя, как жарится мясо, он то и дело шевелил носом. В аромате не было ни следа демонической энергии. Чем сильнее мясо подрумянивалось, тем сильнее густой мясной запах будоражил аппетит. Рядом с мясом лежали драгоценные травы. Это что… салат?! В поле зрения попали свежесорванные листья салата и разные травы. Тогда он заметил огород в одной стороне двора. Это не просто огород. Это был сад лекарственных трав. Но, будучи гостем, он не решался трогать драгоценный салат и только понемногу ел мясо. Мясо, очищенное от маны, было нежным и таяло во рту. Оно было таким вкусным, что он не жалел бы, даже если бы ел только мясо. И тут что-то поднесли прямо к его рту. — Попробуйте, молодой человек. Это свежесорванный салат, очень вкусный. Он случайно откусил от завёрнутого листа. Мягкий салат заполнил рот, и по мере того как он жевал, раскрывался насыщенный вкус мяса. Лёгкая приправа усиливала вкус, и сладость разливалась по языку. — Ну как, молодой человек? Вкусно? — Шмыг… это… правда вкусно. Вскоре в его глазах появилось глубокое волнение. Это был первый раз, когда он попробовал еду, приготовленную кем-то для него. Бэк Ин-хо потерял семью из-за демонических зверей, вырос в приюте, пробудился в юном возрасте и сразу стал госслужащим. Он работал самым молодым командиром группы в Ассоциации охотников, но давно забыл тепло настоящей семьи. Я и не думал, что такой дом ещё существует… Тепло, которое, как он считал, можно почувствовать только в охраняемых районах. На самом деле он не уклонялся от опасной полевой работы именно из-за воспоминаний о детстве, проведённом в неохраняемых зонах. Пусть они были бедны, он ясно помнил простые счастливые времена с семьёй. Бэк Ин-хо впервые за долгое время снова почувствовал вкус жизни. Рядом малыши радостно грызли мясо, издавая милые мяуканья. Когда он опустил взгляд, маленькое существо с белой шерстью и голубыми глазами мяукнуло ему. — Что оно говорит? — Кажется, вы выглядите хилым, вот он и говорит, чтобы вы ели больше. — …Правда? Бэк Ин-хо с удивлением взглянул на Роуна, а Роун усмехнулся. Насколько Роун примерно понял, это означало: «Чего уставился? Просто ешь свою еду». Бэк Ин-хо положил на лист салата мясо, откусил и принял решение. Он станет ответственным за деревню Нокма — место, от которого отказались все остальные. Вскоре Роун закончил ужин. И тогда появилось сообщение. [Система] Вторая миссия повышения уровня завершена. . . . В мастерской добавилась новая функция. ---------- Кот-доставщик (1) Как и ожидалось, мастерская разделилась на сетку три на три. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 3 Доступные сотрудники: 3/3 Вклад: 2/10 ▷ Доступно изготовление : Зелья низшего и среднего ранга, мази ▷ Доступен сбор : Травы и магические звери низшего и среднего ранга Хранение / Разбор / Поглощение Примечание: После поглощения отменить действие нельзя. ▷ Доступна доставка : Отключено Фрагменты (5) Стало возможно изготавливать мази, а в сборе добавилась функция поглощения. Поглощение означало извлечение энергии. О, обычно, чтобы извлечь энергию из собранных предметов, нужна техника очень высокого уровня… Неужели это можно сделать за один раз? Минус в том, что мясо или побочные материалы после этого собрать нельзя, но тут можно выбирать по обстоятельствам. А вклад увеличился на два. Усиления мастерской можно было повышать через вклад. Роун переживал из-за низкого уровня барьера, так что это было хорошо. [Статус] Эффект усиления: ВКЛ./ВЫКЛ. ▷ Базовое усиление: Барьер Lv. 3 — Расход маны: 4 — Длительность: 30 секунд — Дополнительные опции: Зелье лечения низшего ранга (2) Зелье маны низшего ранга (2) Противоядие низшего ранга (3) За каждым сотрудником можно закрепить один фрагмент мастерской «Рубикс». У барьера появился список дополнительных опций. Присмотревшись, Роун понял: опции, похоже, не открываются отдельно, а позволяют зарегистрировать изготовленные предметы. Цифры в списке опций означали количество зелий в наличии. Пока Роун изучал обновлённые функции мастерской, Бэк Ин-хо, закончив ужин, потягивал сладкий рисовый напиток, который принесла Сон Су-хи. — Кстати, молодой человек, как вы сюда попали в такое время? Судя по тому, что вы отравились, вы пришли с горы Нокма? Госпожа Сон спросила Бэк Ин-хо дружелюбно, почти как старшего сына. Бэк Ин-хо поставил чашку, вежливо поклонился и ответил: — Ах, я слишком поздно представился. Я Бэк Ин-хо, командир группы безопасности Корейского управления охотников. Ли Хак-су слегка приподнял брови и оглядел Бэк Ин-хо. Крепкое телосложение и спокойная манера держаться. Он производил впечатление ответственного человека. — Командир группы безопасности… И что привело вас в такую глушь? — Я услышал, что яд на горе Нокма стремительно распространяется, поспешил всё проверить и… угодил в барьер, а потом, блуждая, добрался сюда. — Что значит — яд распространяется? — Области, отмеченные как заражённые ядом, всё увеличивались. Но, может, датчики сломались: в какой-то момент всё полностью исчезло. — … Несмотря на объяснение Бэк Ин-хо, лицо Ли Хак-су осталось мрачным. Бэк Ин-хо, похоже, почувствовал его тревогу и успокаивающе добавил: — Не слишком беспокойтесь, господин. Если меня назначат сюда, за этим будут следить куда тщательнее. Ли Хак-су какое-то время молчал, словно его тревожило что-то ещё, а потом кивнул. Роун смутно почувствовал, что отец думает о проблеме не только с ядом. Корейское управление охотников — государственное ведомство. Значит, он чиновник. Гора Нокма была почти как отдалённый остров, до которого никому не было дела. Для обычных людей это была опасная местность, кишащая демонической энергией, а для охотников — малоценное охотничье угодье. Поэтому государство не считало её приоритетной: площадь, масштаб и сила зверей были велики, а людей, которых надо защищать, — мало. Даже до регрессии никто так и не понял, почему яд распространился по деревне у горы Нокма и почему там открылись гейты. Именно потому, что этот район всегда оставался без внимания. По этой причине появление здесь ответственного сотрудника было не таким уж плохим. По крайней мере, они могли рассчитывать хоть на какую-то защиту государства. После этого Бэк Ин-хо ещё долго рассказывал родителям Роуна о внешнем мире. Вскоре его проводили в гостевую комнату. — Большое спасибо за сегодняшний день. Всем спокойной ночи. И тон, и жесты у него были сдержанными и вежливыми. Сон Су-хи одобрительно кивнула Бэк Ин-хо. Вскоре Роун с малышами тоже направился в свою комнату. --- На следующее утро появилась миссия достижения четвёртого уровня. [Статус] Выполните первое поручение по доставке для новых сотрудников! Безопасно доставьте 20 зелий низшего ранга за отведённое время. — Цель: район горы Нокма Ограничение по времени: в течение 12 часов При успехе: сотрудник мастерской +1, вклад +1 Уже четвёртый уровень. Похоже, миссии поднимались только до пятого уровня. Эта не выглядела особенно сложной. Тип зелья не уточнялся, значит, можно было доставить любые двадцать зелий низшего ранга. Двадцать зелий — это две коробки. Однако в деревне у горы Нокма не было жителей, способных покупать зелья коробками… Значит, доставлять придётся по одному заказу. Но как принимать заказы? Поразмыслив, Роун решил спросить отца. Пусть он и не специализировался на изготовлении, но был единственным алхимиком в деревне у горы Нокма и время от времени делал и продавал зелья. Как раз в этот момент появился отец, Ли Хак-су. — Отец, есть место, куда можно доставить зелья? Роун спросил, покачивая в руке зелье, и Ли Хак-су посмотрел на него с озадаченным выражением. После короткого объяснения Роуна он вдруг громко рассмеялся. Нанять котов-божественных зверей сотрудниками — какая нелепая мысль. И ведь это были совсем юные божественные звери, которые только недавно открыли глаза. — Ха-ха, тогда отнеси три зелья восстановления выносливости соседу. Я как раз переживал: вчера травы испортили, и я не смог их доставить. — Соседу — вы про господина Пака? — Да. Он сказал, что утром пошёл добывать руду, но зелий у него совсем нет. — Да, отец. Роун позвал малышей, которые играли в куче лекарственных трав. Малыши, играючи, покатились к ногам Роуна. — Хорошо, идём на доставку. Сначала сюда. — Мяу! Роун присел и открыл вход в корзину для трав, а малыши наперегонки начали забираться внутрь. Увидев, как они уютно свернулись в корзине, Роун невольно улыбнулся краешками губ. Наблюдая за этим, Ли Хак-су тихо усмехнулся и заметил: — Сын, а в твоей лавке хозяин правда сам ходит на доставки с тремя сотрудниками? Уже и не поймёшь, кто владелец, а кто персонал. Сначала Роун не понял, что отец имеет в виду, но потом смущённо улыбнулся. — Ха-ха, это ведь первая доставка малышей. Я просто пойду с ними для практики. На самом деле он всё равно делал это ради миссии. Роун проглотил остаток фразы, слабо улыбнулся Ли Хак-су и тихо вышел за ворота. — Вр-р-рум. Под голубоватым предрассветным небом Роун поехал на байке к дому господина Пака. Хотя тот считался соседом, пешком до него было двадцать минут, а на байке — меньше пяти. Остановившись примерно в пятидесяти метрах от дома господина Пака, Роун слез с байка. Он поставил малышей на землю и спросил: — Кто из малышей пойдёт на доставку? — Мяу! Суранг лапу не поднял, но ответил первым. Роун положил три зелья восстановления выносливости во фрагмент Рубикса, который кружил возле Суранга. Способ был прост. Мастерская «Рубикс» двигалась сама, следуя намерениям Роуна. Когда он включил функцию усиления мастерской «Рубикс», вокруг малышей возник прозрачный защитный барьер и тут же исчез, потому что активировался эффект барьера. — Суранг, ты помнишь господина Пака, который раньше давал вам сушёное мясо? Отнеси ему эти зелья. — Няанг! Суранг ответил так, будто понял, и быстро побежал к дому господина Пака. Но двое остальных тут же бросились за Сурангом. — Нет, сейчас не ваша очередь! Назад, Торан! Соль! Роун крикнул, но эти двое не послушались и продолжили бежать. Он заволновался, выдержит ли барьер на таком расстоянии без фрагмента Рубикса. Тогда Суранг, поняв оклик Роуна, остановился и быстро повернул обратно. Как и ожидалось, наш Суранг соображает быстрее всех! На этот раз Роун разрешил отправиться на доставку всем троим. Он заново распределил зелья, положив по одному в каждый фрагмент Рубикса, и прозрачные фрагменты зависли над головами малышей, словно кусочки сахара-рафинада. Малыши с довольными выражениями подняли глаза на фрагменты над головами. Их восторг от первой доставки был очевиден. — Надо было с самого начала так сделать. Роун тихо рассмеялся. — Идите. По его словам малыши сорвались с места, мяукая и наперегонки вырываясь вперёд. Роун рассеянно смотрел в сторону дома господина Пака, где скрылись малыши. Господин Пак удивится. Хотя он знал малышей, если трое внезапно появятся и передадут зелья, он наверняка испугается. В окрестностях горы Нокма мало кто, кроме его отца, умел делать зелья. Большинство жителей были пробуждёнными, поэтому спрос на зелья никогда не прекращался, но из-за медленного темпа изготовления Ли Хак-су поспевать за спросом было трудно. И всё же жители особенно предпочитали именно зелья его отца. Даже если благодаря льготам пробуждённых они могли получить зелья быстрее, многие ждали зелий Ли Хак-су, чтобы купить именно их. Роун тоже слышал, что господин Пак упорно покупает только зелья его отца. Несмотря на популярность, Ли Хак-су больше сосредоточивался на уходе за садом. Это было понятно: его специализацией было выращивание трав, а не изготовление. Тем временем господин Пак, готовясь к добыче руды и проверяя снаряжение через мессенджер команды шахтёров, вздохнул. — Может, написать на платной доске, что куплю зелья восстановления выносливости? Поскольку на горе Нокма не было магической сети, связь через мессенджер не работала, но за плату можно было получить ограниченное количество сообщений. Однако для Пака, шахтёра E-ранга, эта плата была слишком высокой. Можно было ещё прийти на место и попросить других шахтёров продать ему немного зелий, но при их территориальной атмосфере сейчас был неподходящий момент. То же самое касалось групповых чатов. Даже если там появлялся кто-то, продающий зелья, Пака это не особенно радовало. Шахтёры имели привычку продавать ему дороже. Если покупать второпях, легко было потратить больше стоимости самих зелий и потом не окупить работу в шахте. Не могу же я просто отказаться от такой долгожданной работы… Шахтёры не могли забирать руду, пока не добудут установленный объём, поэтому эффективные и дешёвые зелья восстановления выносливости Ли Хак-су были для него необходимы. — Чёрт, и теперь ещё вор в складе трав? В этот момент он почувствовал пронзительный взгляд из-за порога. Как пробуждённый, Пак понял: это что-то необычное. Вздрогнув, он повернул голову и застыл. Три маленькие головы выглядывали внутрь, и их глаза встретились с его. — Ох! Напугали. Вы же те маленькие божественные коты, которых приносил алхимик? Увидев малышей, Пак перестал хмуриться. Малыши быстро запрыгнули на дощатый настил. — Мяу. Пак с изумлением посмотрел на малышей, которые аккуратно уселись перед ним. Над их головами висели прозрачные кубические фрагменты. — Это что? Стоило ему произнести эти слова, как перед кубами с хлопком появились флаконы с зельями. На мгновение он подумал о пространственных способностях, но тут же покачал головой. Он слышал, что только божественные звери могут свободно пользоваться пространственными способностями, а люди — лишь ничтожной их частью. Хотя малыши и были божественными зверями, он не думал, что они уже умеют пользоваться такой силой, поэтому решил, что это просто артефакты хранения. Похоже, Ли Хак-су зачем-то купил такие. Пак поднял висящие зелья и спросил малышей: — Это зелья восстановления выносливости, да? Вы пришли их доставить? Он знал, что божественные звери особенно хорошо слушаются Ли Хак-су. Но не ожидал, что они поймут достаточно, чтобы доставлять зелья. — Ну, то ли божественные звери такие умные, то ли Ли Хак-су их хорошо обучил… В любом случае это настоящее облегчение. Благодаря вам мне теперь не придётся переживать. Пак проверил три зелья на дощатом настиле. Это были зелья восстановления выносливости низшего ранга, которые он как раз хотел достать. Он порылся в ящике, вынул тяжёлый кошелёк и протянул три маленьких звенящих камешка. — Вот, оплата за зелья. Три сияющих камешка покатились по полу. Тогда один прозрачный куб подлетел к магическому камню на его ладони, и кубы тут же исчезли. — Ох! И правда удивительно. Какие умные малыши. Он по очереди погладил малышей по головам. Может, потому что он чуть не ушёл без зелий и не окупил бы работу, малыши казались ему ещё милее обычного. — Мионг! Соль потёрлась головой о его ладонь, и Пак расплылся в улыбке до ушей. Суранг застенчиво отвёл голову назад. Торан тихо сидел с закрытыми глазами. — Кур-р-р-рунг! Суранг первым выбежал наружу с низким урчанием, а за ним последовали остальные. — Хорошие малыши, после добычи куплю вам что-нибудь вкусное, так что ждите. Паку было умилительно, что они всё оглядывались, поэтому он проводил их до ворот. Роун ждал малышей на дороге. Наконец появилось сообщение, подтверждающее доставку. [Система] Доставка Суранга завершена. [Система] Доставка Торана завершена. [Система] Доставка Соли завершена. [Статус] — Дом шахтёра господина Пака — Зелья восстановления выносливости: 3 ▷ Плата за доставку — 3 кусочка селестона низшего ранга В качестве платы за доставку они получили три кусочка селестона низшего ранга. Хотя каждый был размером всего с ноготь, их ценность намного превышала цену зелья. Более того, если селестон со светлым атрибутом измельчить и сделать из него зелья на продажу, их можно было бы продать в несколько раз дороже. Чтобы бережливый господин Пак был так щедр… Что за случай? Поскольку господин Пак любил божественных зверей, он, вероятно, дал им чаевые. Даже после сообщения о завершении доставки малыши, которые медленно возвращались, наконец показались. У ворот господин Пак снова и снова махал руками, провожая их. Божественные коты высоко подняли хвосты и побежали к Роуну, время от времени оглядываясь. — Не мешкайте, быстрее. Казалось, будто они всё ещё видели улыбающееся лицо господина Пака издалека. — Суранг, Торан, Соль, вы все прекрасно справились. Потом дам вам что-нибудь вкусное. Роун сел на байк вместе с малышами и поехал домой. Когда он вернулся, отец и Бэк Ин-хо, выглядевший так, будто только что проснулся, стояли у ворот. Увидев байк Роуна, эти двое отошли в сторону. И тут откуда-то прилетела маленькая птица. Она легко опустилась на палец Ли Хак-су и защебетала ещё громче. — Пи-и-винг, пи-иинг. На этот раз он играет с птицей. Привыкший видеть Ли Хак-су таким, Роун завёл байк во двор. Въезжая, он вблизи заметил выражение лица Ли Хак-су. Обычно рядом с божественными зверями у него было светлое лицо, но сейчас оно выглядело серьёзным. Роун остановил байк и оглянулся на него. Не поворачивая головы, Ли Хак-су сказал: — Сын, от источника поступил заказ на зелья. — …Да? ---------- Кот-доставщик (2) Маленькая птица опустилась на палец Ли Хак-су и без умолку защебетала. — Ну что, как доставка? — Неплохо. Даже лучше, чем я ожидал. — Тогда доставьте и к источнику. И заодно соберите водные травы. — Пи-и-иинг, пи-иинг! Сидевшая на пальце Ли Хак-су птица громко закричала на Роуна. Задания на доставку ещё оставались. Раз вода в источнике была богата очищающей силой, водные травы стоило собрать заранее. — У источника кто-то ранен? — Наверное. Заказали противоядие, но лечебные зелья тоже понадобятся, так что возьми всего понемногу. Солнце только начинало подниматься, а на горе Нокма уже кто-то отравился? За ночь демоническая энергия должна была сгуститься. Как они вообще оказались в барьере и всю ночь страдали от яда? Уже одно то, что он выжил один, впечатляет… Но как папа получил этот заказ? Роун с любопытством переводил взгляд с бурой птички на пальце отца на Ли Хак-су. Эта птичка тоже божественный зверь. Он думал, отец подбирает только осиротевших птенцов божественных зверей, но, похоже, тот общался и со взрослыми. В этот момент за спиной послышалось движение. — Доброе утро. Бэк Ин-хо, выглядевший спокойнее, чем прошлой ночью, поздоровался. Вчера вечером он потерял семью в восемнадцать лет — и впервые после этого крепко спал. Может, из-за противоядия, может, из-за вчерашнего боссама, а может, из-за тепла семьи, он ненадолго почувствовал себя счастливым. — Хлоп-хлоп. При его появлении маленькая птица с пальца Ли Хак-су вспорхнула во двор. Малыши в корзине для трав следом выпрыгнули наружу. — Кур-р-рунг. — Ня-а-анг! Увидев внезапно появившихся малышей, Бэк Ин-хо отскочил. — Эти мелкие… почему они такие быстрые?! Разве коты могут быть настолько быстрыми? На миг он решил, что это демонические звери, и почти применил способность, но тут же расслабился. Он вырос среди демонических зверей и знал животных только такими, поэтому малыши казались ему странными и удивительными. После поступления на госслужбу он видел земных животных по старому телевизору, но эти юные коты производили совсем другое впечатление. Он какое-то время смотрел, как малыши прыгают вокруг, пытаясь поймать птицу. — Пи-и-иинг, пи-иинг! Птица кружила вокруг них и щебетала так, будто то ли дразнила, то ли играла. Пока Бэк Ин-хо стоял во дворе, Роун просканировал его маной. По опыту прошлой жизни, такой уровень маны примерно соответствовал пробуждённому A-ранга. Но для пробуждённого высокого ранга его мягкие, не покрытые шрамами ладони и беззащитный взгляд выглядели странно. Судя по крепкому телосложению, он точно был атакующим. Похоже, охотничьего опыта у него мало. Роун слез с байка и собрал малышей. — Хватит приставать к птице. Поедем доставлять и собирать травы. — Клак. Сон Су-хи открыла раздвижную дверь и вышла. — Нет, сынок! Ты опять на доставку? Услышав, что Роун едет на гору Нокма, она встревожилась. Бэк Ин-хо тихо сказал: — Я как раз хотел купить ещё одно противоядие… и, может, по одному лечебному зелью каждого вида… — О, я дам вам по одному. А на горе Нокма держитесь у подножия. Тогда яд вас не подхватит. — А, вот как. Вчера мне пришлось подняться выше, когда я проверял места, где яд быстро распространялся. Похоже, он шёл от какой-то склизкой субстанции, но в какой-то момент она исчезла. Склизкая субстанция… должно быть, яд зелёных лягушек. Он не думал, что яд демонического зверя низшего ранга может распространяться так быстро. Может, яд зелёных лягушек был связан с тем случаем до регрессии, когда яд распространился по деревне у горы Нокма? Он просто собирал лягушек ради миссии, но если миссия связана с горой Нокма, упускать её нельзя. Тогда я точно должен этим заняться. Роун сделал вид, что вошёл в мастерскую и вышел обратно, и передал зелья из фрагмента Рубикса. Бэк Ин-хо сразу перевёл столько же, сколько вчера. Почувствовав, что взял слишком много за зелье низшего ранга, Роун добавил бонусом лечебное зелье низшего ранга. — Это бонус. Глаза Бэк Ин-хо расширились. Его убеждение, что ничего бесплатного не бывает, снова подняло голову. — О нет. Я заплачу полную цену. Но с него уже взяли в десять раз больше настоящей цены. Роун знал, что его зелья эффективны, но постоянно брать за них цену зелий высокого ранга было неправильно. К тому же он всё ещё был незарегистрированным пробуждённым. Если бы Бэк Ин-хо оценил зелье, оно подтвердилось бы как низшего ранга. Незарегистрированные зелья, какими бы эффективными они ни были, официально ранжировались по уровню ингредиентов. Если он потом проведёт оценку и начнёт спрашивать, будет хлопотно. Роун схватил его за руку и силой вложил туда лечебное зелье. — Я ясно сказал: это зелье низшего ранга. — …… Собрав малышей, Роун снова сел на байк. Бэк Ин-хо последовал за ним и обратился к Ли Хак-су и Сон Су-хи: — Я пойду. Благодаря вам я вчера выжил. Правда, большое спасибо. — А? Ты бы позавтракал перед уходом. — Нет, матушка. Мне нужно скорее в управление. В следующий раз обязательно зайду! Бэк Ин-хо дружелюбно назвал Сон Су-хи матушкой. Она посмотрела на него, как на промокшего щенка, и ответила с сочувствием: — Ладно, ладно. Только приходи снова. И обязательно съешь тот обед, который сегодня пропустил. Понял, молодой человек? — Да, обязательно. Потом он замялся за байком Роуна. Бэк Ин-хо мог сам добежать до горы Нокма, но хотел сберечь силы и прокатиться. За всю жизнь он никого не просил об одолжении и никак не мог сказать, что хочет сесть сзади. — Врум, брра-а-анг. Роун заметил это, повернул ручку газа и сказал: — Садитесь. — Ага! Когда Бэк Ин-хо устроился сзади, малыши в корзине подняли на него глаза. Сердце дрогнуло, и руки сами потянулись к их головам. И как раз когда пальцы почти коснулись мягких макушек… — Шлёп! Белая хлопковая лапка решительно отбила его руку. Рука Бэк Ин-хо неловко застыла в воздухе. — Врум! Байк сорвался с места. Разочарование от того, что малыши его проигнорировали, длилось недолго. Байк мчался по дороге между рисовыми полями, и Бэк Ин-хо пришлось напрячься. Роун не объезжал ни одного мелкого препятствия, но байк не ломался — уже это было чудом. — Врум! Когда двигатель заглох у входа на гору Нокма, лицо Бэк Ин-хо стало белым. Ух… больше никогда. Он слышал об укачивании в машине и морской болезни, но о байковой болезни — никогда. Придерживая мутящий живот, Бэк Ин-хо слез с байка. — Если не знаете дороги, идите вплотную за мной. Роун сказал это, и Бэк Ин-хо кивнул, пустив по телу немного маны, чтобы успокоиться. Вообще-то он был уверен, что его умения обнаруживать барьеры позволят ему одному патрулировать опасную гору Нокма. Но прошлой ночью его поймал барьер, поэтому он молча пошёл за Роуном. Вскоре они дошли до места с барьером. Бэк Ин-хо собрал ману и просканировал его. Барьер был плотным со всех сторон и изменённым: не один тип, а сочетание нескольких. Не может быть. Такой сложный барьер. Неудивительно, что вчера я попался, стоило потерять бдительность. Чтобы снова не угодить в ловушку, нужно быть ещё внимательнее. Бэк Ин-хо поспешно окликнул Роуна, который приближался к барьеру: — Господин мастер! Там барьер… Но Роун уже вошёл внутрь. Он повернулся к запаниковавшему Бэк Ин-хо и быстро сказал: — Не сводите с меня глаз и идите за мной. Что?! Тон у него был совсем не как у человека, попавшего в барьер, и Бэк Ин-хо застыл. Роун начал подниматься по горной тропе так, будто барьеров не существовало. Что происходит? Он не обходит сложные барьеры… он просто прорывается сквозь них?! Барьеры не менялись и не деформировались. Просто там, где проходил Роун, они будто сами растворялись, открывая путь. Бэк Ин-хо следовал за ним, не отрывая взгляда, чувствуя, что стоит отвернуться — и соединяющая их тропа закроется. Невероятная картина продолжалась. Роун, проходящий сквозь паутинные барьеры, выглядел почти как сам горный бог Нокмы. Он точно не просто алхимик высокого ранга. Бэк Ин-хо захотел узнать его ранг, но спрашивать не решился — это было бы невежливо. И без вопроса он чувствовал: ранг Роуна, вероятно, выше его собственного. Даже противоядие высокого ранга, выпитое прошлой ночью, было необыкновенным. Если он алхимик, то как минимум A-ранга? B-ранг тоже возможен, но маловероятен. А учитывая, что он пытался снизить цену, называя зелье низшего ранга низшим, было ясно: настоящую силу зелья он раскрывать не хочет. Может, он даже пробуждённый S-ранга. Если он S-ранг, желание скрываться понятно. Без особых причин такие люди обычно состоят при государстве. Стать охотником на государственной службе — значит получить льготы и богатство, но взамен выполнять работу, которую требует государство. Позиция Управления охотников представляла интересы страны под вывеской национальной чести и выгоды. Сюда входили стратегии рейдов высокого уровня и артефакты. Проще говоря, это означало стать охотником-солдатом, заточенным под рейды. Среди пробуждённых самым желанным считался A-ранг. Пробуждённый из разряда «и мускулы, и магия» остановился. — Дальше можете идти один. К этому времени они перешли невысокий холм и дошли до развилки. Одна тропа вела туда, куда он ходил вчера. Другая, похоже, шла к источнику. — Невероятно… мы уже здесь… Место, где вчера он часами блуждал, оказалось меньше чем в тридцати минутах пути, и они уже полностью вышли из зоны барьеров. Бэк Ин-хо задумчиво смотрел на Роуна. Почему такой способный человек остаётся в незащищённой зоне?.. Может, по той же причине, что и я? Бэк Ин-хо сам, осознанно или нет, искал способы улучшить положение незащищённых зон. Но почти все пробуждённые были сосредоточены в защищённых районах. Если всё оставить как есть, незащищённые зоны неизбежно станут местами обитания демонических зверей. — Эм… вас ведь зовут Ли Роун? — Да… Бэк Ин-хо на миг замялся. Если Роун действительно S-ранг, он наверняка хочет избежать внимания. А значит, ему будет трудно пользоваться способностями в полную силу, и ограничений возникнет много. Бэк Ин-хо хотел помочь именно в этом — например, с незаметной торговой поддержкой… — Пробуждённые высокого ранга в незащищённых зонах — редкость. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, просто скажите. Мои официальные обязанности засекречены, но кое-что я могу сделать и неофициально. Роун наклонил голову, заинтересованный внезапным предложением. — Хм… интересно, почему госслужащий говорит мне такие вещи. Бэк Ин-хо серьёзно встретил его взгляд. — Я сам из незащищённой зоны, поэтому хорошо понимаю ситуацию. Например, сделки на чёрном рынке… А? — Я понимаю, почему такой пробуждённый высокого ранга, как вы, живёт здесь, на окраине, и продаёт такие сильные зелья. Я понимаю ваше положение. Роун слегка растерялся. Его вдруг приняли за пробуждённого высокого ранга, который торгует зельями на окраине. В общем, это было не совсем неверно — но пробудился он всего день назад. И всё же чёрный рынок — это слишком… Увидев его замешательство, Бэк Ин-хо, уверившись в своей догадке, повысил голос: — Раз я распознал ваши способности, я понял и ценность зелий. Обычные люди ни за что бы не догадались. — Вы про зелья низшего ранга, которые я делаю? — Зелья низшего ранга? Ни в коем случае! Вам нельзя так их называть. — …… Роун выслушал его, усмехнулся и спросил: — То есть… вы предлагаете мне торговать на чёрном рынке? Бэк Ин-хо смутился и замахал руками. Прозвучало так, будто он подстрекает к незаконной торговле. — Нет, вовсе нет! Я просто хотел сказать: если вам понадобится помощь, только скажите. Роун легко улыбнулся. — Я думаю так же. У жизни нет рангов. И если будете часто заходить, сами узнаете: на горе Нокма есть немало пробуждённых, кроме меня. Так что с зельями я разберусь сам. Сейчас важнее было пройти проверку пробуждения, чем продавать зелья. Стоит получить удостоверение охотника — он сможет зарегистрировать зелья и даже сходить в охотничий универмаг. Срочной нужды в деньгах с чёрного рынка у него не было. Бэк Ин-хо на миг удивился. Большинство пробуждённых уезжали в защищённые зоны. Почему же об этих никто не знает? Роун шутливо добавил: — Я запомню вас, подпольный торговец Бэк Ин-хо. Бэк Ин-хо несколько мгновений стоял ошарашенный, потом встрепенулся и кивнул. — …Да! Обращайтесь когда угодно! Роун улыбнулся и направился к источнику, а Бэк Ин-хо воодушевлённо помахал рукой. — Тогда до следующей встречи, господин! Бэк Ин-хо почувствовал себя спокойнее, чем когда-либо. --- Когда они вошли на горную тропу к источнику, уши защекотал мягкий звук текущей воды. Обрадованные водой малыши полезли по гладким камням и раз за разом поскальзывались. Каждый раз срабатывал защитный барьер мастерской. — Эй! Барьер не для этого! Смотреть, как малыши играют с барьером, было мило и забавно, но если это войдёт в привычку, будут проблемы. И всё же он не мог просто отключить его полностью. Роун решил, что в следующий раз усадит всех троих и как следует предупредит. Тогда откуда-то послышался тихий плач. — Ми-иинг… ми-иинг… Из-за камня выглянул оленёнок. Тот самый, которого он раньше спас. ---------- Хранитель божественных зверей Малыш-оленёнок, что было необычно, пробудился, ещё не достигнув зрелости, и унаследовал уникальные способности оленьих божественных зверей. Способности оленей относились к категории исцеления. Их очищающая сила была в несколько раз выше, чем у других божественных зверей. Сила малыша-оленёнка пока была слаба, но от восторга он в одиночку бродил по лесу. Демоническая энергия, отступи! Он бесстрашно пересекал землю, отравленную демонической энергией, подняв очищающую силу до предела. Зайдя туда, куда друзья не могли за ним последовать, он почувствовал себя непобедимым. Когда он добрался до влажного места, малыш-оленёнок наткнулся на липкую зелёную слизь, пропитанную ядом. Ерунда какая. Сначала её было совсем немного, примерно с ноготь, и силы оленёнка хватило, чтобы очистить её. Ослепительно-белый свет окутал малыша-оленёнка и полностью испарил слизь. Воодушевившись, оленёнок шагнул глубже в лес. Пробежав ещё немного, малыш-оленёнок остановился: ноги стали тяжёлыми. К четырём ногам толстыми комками прилипла слизь, застрявшая в грязной земле. Я попал в место, где живут лягушки. — Ква. Словно подтверждая это, крики магических зверей низшего ранга становились всё ближе. Чтобы защитить тело, божественная сила малыша-оленёнка продолжала испускать очищение, и мана стремительно иссякала. Силы постепенно уходили. — Ми-иинг! Ми-иинг! Он звал маму, но она, похоже, была слишком далеко. Яд проник в тело и мешал мане восстановиться. Нужно было двигаться, чтобы выбраться, но ноги совсем ослабли, и он рухнул на землю. Ми-иинг! Надо было слушаться маму! Почему такое случилось всего через день после пробуждения? Перед глазами мелькнули гордые лица родителей и божественных зверей горы Нокма, которые радовались появлению божественного зверя высшего ранга с исцеляющей силой. Ми-иинг… Простите… такая способность не подходит кому-то вроде меня. Даже когда смерть подступала всё ближе, малыш-оленёнок думал, что зря растратил свой талант. Когда слизь закрыла глаза и даже слёзы не смогли пролиться, вдали показались маленькие тени. — Мяу! Это были маленькие кошачьи божественные звери. Оленёнок громко заплакал — и от радости, и от тревоги. Вскоре два маленьких кошачьих божественных зверя приблизились. Не подходите слишком близко! Он попытался подняться, но тяжёлая слизь, покрывавшая тело, придавила его к земле. И всё же надежда оставалась. Если здесь маленькие кошачьи божественные звери, значит, Кошачий бог рядом. Тогда с этими магическими зверями низшего ранга быстро разберутся. Среди божественных зверей высшего ранга горы Нокма Кошачий бог был сильнейшим. — Мяу! Кошачьи божественные звери слизнули яд со лба малыша-оленёнка и спросили: — Почему ты здесь? — Мяу, ты… потерял маму? — Ми-иинг, ми-иинг! Нет! Я просто заблудился! Малыш-оленёнок, ещё плохо владевший языком божественных зверей, ответил неловкими звериными криками. Почувствовав, что со стороны, откуда пришли кошачьи божественные звери, приближается ещё кто-то, малыш-оленёнок перестал плакать. К ним медленно подходил странный человек. Кто это? Почему здесь нет Кошачьего бога? Может, этот человек пришёл вместе с детьми Кошачьего бога? Оленёнок посмотрел на человека снизу вверх — с любопытством и осторожностью. Человек недолго смотрел на него тёплыми глазами, а потом вынул что-то похожее на прозрачную коробку. Из этой коробки текла особая энергия горы Нокма. Странно. Почему от этой коробки пахнет нашими божественными зверями? Только тогда малыш-оленёнок почувствовал, что человек перед ним не обычный. Принюхавшись к знакомому запаху, он подумал: Неужели этот человек — хранитель божественных зверей? Нет, он пахнет не так, как хранитель, которого я видел в детстве. После пробуждения способности я бы точно не ошибся. Мама говорила, что на горе Нокма остался только один хранитель божественных зверей. Оленёнок снова посмотрел на человека. Добрый на вид, но запах почему-то едва заметно отличался от запаха старого хранителя. — Кошачьи божественные звери! Кто этот человек?! Немного придя в себя, божественный зверь спросил на их языке. Белый кошачий божественный зверь ответил: — Это наш босс. — Ми-иинг?! Малыш-оленёнок от удивления раскрыл рот, и в него упала маленькая капля. А?! Удивительно, но жар в теле улёгся, а силы постепенно вернулись. Мана быстро восстановилась, и вскоре малыш-оленёнок смог встать. Он стряхнул с тела липкую слизь. — Здесь опасно. Быстрее возвращайся к маме. Человек сказал это мягко. — Ми-иинг! Ми-иинг! Малыш-оленёнок хотел ещё побыть с человеком и маленькими божественными зверями, но, вспомнив о родителях, которые наверняка искали его, повернул назад. --- На следующий день один за другим всё больше божественных зверей заражались ядом. Инстинктивно они собрались у источника — места с самой сильной очищающей силой. Малыш-оленёнок, который вчера тоже отравился, с гордостью рассказывал отдыхающим божественным зверям о своём приключении. Когда малыш-оленёнок упомянул, что рядом с местом обитания зелёных лягушек попал под действие яда, лица друзей застыли. Они переглянулись с удивлением и тревогой. — Р-р-р, ты один ходил в такое опасное место? Если бы взрослые божественные звери узнали, тебе бы конец. Но всё равно впечатляет. — Согласен, ты правда божественный зверь высшего ранга. Но это было опасно. Если бы ты пострадал, нам всем было бы грустно. Пип! — Ты чуть не умер, так что нечем тут гордиться! Если бы не тот человек, тебе бы конец. Твоя мама такого не простила бы! Услышав это, оленёнок заплакал, пытаясь остановить их, а сова, которую яд разбудил от дневного сна, приоткрыла полусонные глаза и пробормотала: — Тише! Кто этот человек вообще? Кого он спас? Почему там были маленькие божественные звери? — Кар! Похоже, появился ещё один хранитель божественных зверей. Сова раздражённо снова закрыла глаза, а остальные божественные звери продолжили щебетать. Лиса, лежавшая рядом и слегка ослабевшая от яда, подняла голову и сказала: — Так почему бы нам не попросить этого хранителя божественных зверей вылечить яд? Мы уже давно отдыхаем у источника, а всё ещё не исцелились. Божественные звери согласно закивали. — Р-р-р, кто пойдёт к дому того человека? Я не могу, я отравлен. Енот, раздражённый ядом, снова и снова тёр голову. — Я видел маленьких кошачьих божественных зверей у дома нашего хранителя. Заодно проверим их, пока пойдём. — Кар, но почему здесь нет Кошачьего бога? После вопроса вороны наступила тишина. — Пё-рон, н-неужели… он умер? — А как же гора Нокма? — Не может быть. Он наверняка где-нибудь дремлет! — Точно, если бы божественный зверь высшего ранга умер, мы бы узнали. — О, и правда… Если бы божественный зверь высшего ранга, охраняющий пик горы Нокма, исчез, это стало бы огромной проблемой. Но сейчас главным было вылечить яд. — Ладно, сначала найдём божественных зверей, которые ещё не заразились. Рыжая лиса оборвала бесконечный разговор. И в этот момент маленькая бурая птица, пившая воду у источника, подпрыгнула к ним. — Пи-иинг! Я спрошу у папы и вернусь! В детстве эту птицу вырастил человек — хранитель божественных зверей, — и она называла его папой. — А, здесь есть воробей? Пожалуйста. — Пи-иинг, пи-иинг! Воробьиха радостно защебетала и стремительно взмыла в небо. Вскоре вернувшаяся птица доложила малышу-оленёнку, который всё ещё не был заражён: — Маленькие божественные звери Кошачьего бога и кандидат в хранители божественных зверей принесли зелья! — Что? Кто? Малыш-оленёнок склонил голову набок, вспоминая человека, который спас его вчера. — Ми-иинг? Кандидат в хранители божественных зверей? Но кошачьи божественные звери называли того человека «босс»? — Босс? Что это? В любом случае, оленёнок, потом сходи с ними познакомиться. --- Тонкие ноги малыша-оленёнка двигались всё быстрее от предвкушения новой встречи с кошачьими божественными зверями и тем человеком. Грубая горная тропа для божественных зверей была всё равно что ровная дорога. Наконец он заметил Роуна, стоявшего неподалёку от источника. Глаза оленёнка засияли. Нашёл. Босс… нет, наш кандидат в хранители божественных зверей! Когда Роун пришёл к источнику, он сразу узнал в стоявшем перед ним оленёнке того самого, которого встретил в лягушачьем месте обитания. — Это тот оленёнок. Ты нашёл маму? Выглядел он намного здоровее, значит, с матерью, похоже, воссоединился. Но Роун не понимал, почему он снова один. Оленёнок какое-то время смотрел на Роуна, а потом постучал передними копытцами по земле. — Что такое? Когда оленёнок повернулся к источнику и побежал, Роун последовал за ним. Он вёл Роуна по тихой тропе, похоже, короткой дорогой через лес. Роун добрался до источника. Погоди, оленёнок пришёл за мной? Едва он прибыл, в воздух ударил густой ядовитый запах. [Система] Защитный барьер: ВКЛ Защитный барьер мастерской сработал автоматически, и четыре противоядия низшего ранга, которые Роун назначил дополнительными опциями, начали расходоваться сами. Что происходит? Это ядовитый барьер? Источник был священным местом, которого не касалось демоническое загрязнение, и владением божественных зверей. И всё же здесь был ядовитый барьер. Такого Роун не ожидал. Обычно барьеры ставили, чтобы отпугивать монстров и нарушителей… но ядовитый барьер? Роун внезапно вспомнил время до регрессии, когда деревня у горы Нокма была закрыта. Говорили, что причиной стал контроль заразной ядовитой миазмы. Роун замер и задумался. Миазма мутировавших лягушек и этот неизвестный ядовитый барьер… Может, это связано с тем случаем? До регрессии Роун прошёл экзамен пробуждения и подал заявку на желанную должность в государстве. На следующий день Национальное управление охотников прислало человека, и Роун был вынужден переехать в защищённую зону, даже как следует не попрощавшись с родителями. Это была бесчеловечная мера государства, которое хотело как можно быстрее использовать охотника S-ранга. В то время божественные коты были ещё слишком малы, поэтому вместо них он приручил других пробуждённых животных. И вспомнил тех, кто стал его первыми жертвами. Тогда он должен был сразу сбежать. Роун покачал головой. Теперь это всего лишь прошлое будущее, которого не случится. И как раз когда мысли становились всё тяжелее, он услышал знакомый птичий крик. — Пи-и-юнг, пи-иинг! Маленькая бурая птичка, что летала к его отцу, Ли Хак-су, кружила вокруг Роуна. Следуя за птицей, Роун замер перед чёрным туманом, расползавшимся в центре источника. — Кииинг, кииинг! — Бяяак, бяяак! Божественные звери низшего ранга горы Нокма столпились у источника и пытались очистить миазму. Не справляясь с ней, они продолжали выпускать вокруг себя тёмно-синий дым. — Нет, вы же…! Роун поспешно приблизился к ним. Еноты тёрли морды и головы, пытаясь очистить миазму, а птицы клювами перебирали друг другу перья, мучаясь от неочищенного яда. Некоторые божественные звери остановились и подняли на Роуна глаза. Всё плохо. Сначала надо разрушить барьер? Пока он оглядывался в поисках камня барьера, Суранг выбежал вперёд и начал доставлять противоядия божественным зверям низшего ранга. — Няонг! Торан и Соль последовали за ним. Роун внезапно вспомнил задание по доставке зелий. — Чирик-чирик! — Ккороронг! Роун и коты кормили обессиленных божественных зверей противоядиями и зельями восстановления. К счастью, одного зелья хватало, чтобы быстро поставить их на ноги. То, что зелья Роуна низшего ранга хорошо действовали даже на мутировавшую миазму, конечно, доказывало силу производства мастерской «Рубикс», но свою роль сыграли и травы, которые он собрал для очищения мутировавшей миазмы. Это означало, что ранее собранные травы почти не помогли бы против мутировавшего яда. Если катастрофу до регрессии вызвала мутировавшая миазма, все вопросы получали ответ. Даже если бы снаружи изготовили противоядия, они бы не сработали. Из-за усиливающейся миазмы он не смог бы подняться на гору Нокма и потому не смог бы собрать травы. Оленёнок, глядевший так, будто тоже хотел помочь, засиял белым светом и выдохнул магию восстановления на упавших товарищей. Значит, у оленя способность исцеляющего типа? Роун слышал, что исцеляющие способности редко появляются у божественных зверей низшего ранга, и это было поразительно. — Пи-иинг! Тут бурая птичка, летавшая к его отцу, принесла белую птицу, заражённую миазмой, и защебетала так, будто просила вылечить её первой. Белая птица была похожа на бурую почти во всём, кроме цвета. Роун взял одну каплю противоядия и отправил её в клюв белой птицы. Клюв был слишком маленьким, так что часть зелья расплескалась. Поняв, что сил у птицы почти не осталось, он дал ей ещё и зелье восстановления выносливости. Пока малыши бегали вокруг, Роун из оставшихся трав изготавливал зелья и продолжал лечить, пока они не закончились. Он уже думал выйти наружу, чтобы собрать ещё трав, когда заметил, что божественные звери смотрят на него ясными, сияющими глазами. К счастью, все вроде восстановились. Роун улыбнулся милым божественным зверям низшего ранга, и появилось сообщение о завершении задания доставки. [Система] Задание «Первая доставка нового сотрудника» выполнено! [Система] Сотрудник мастерской +1, вклад +1 получены. [Система] В качестве внезапной награды даруется титул «Защитник горы Нокма». [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Ур. 3 ◇ Титул: Защитник горы Нокма ― Иммунитет к миазмам +10% Доступные сотрудники: 3/4 Вклад: 3/10 А? Защитник горы Нокма? Неплохо. А с иммунитетом к миазмам при контакте с ядом можно будет экономить противоядия, что тоже выгодно. Пока Роун проверял награды, божественные звери вдруг все разом собрались вокруг него. — …… В тот же миг посыпались заявки в сотрудники, заполняя окно сообщений. [Система] Получены новые заявки на найм. [Система] Нанять Сотрудника 1? [Система] Нанять Сотрудника 2? [Система] Нанять Сотрудника 3? [Система] Нанять Сотрудника 4? . . . — ……?! ---------- Требования к сотрудникам мастерской Окружённый божественными зверями, Роун на мгновение растерялся. — Ого… Неужели вы все хотите стать сотрудниками мастерской? Но нынешний лимит сотрудников мастерской составлял всего четыре места. — Пи-и-иинг! Пи-инг! Роун не знал, что делать с внезапно хлынувшими заявками, и тут сидевшая на ветке бурая птица громко закричала, привлекая его внимание. — Подождите! Прежде чем подавать заявку, нужно сначала проверить условия. Там было сообщение, что те, у кого есть родители, не могут подать заявку! После слов бурой птицы божественные звери начали проверять требования. В правилах значилось, что божественные звери, которые получают или дают защиту — благословение — другого божественного зверя, не подходят. — Кр-р-р? Что это значит? Благословение дают родители. Тогда я не могу подать заявку? Раздосадованный енотёнок пожаловался, и мать-сова на ветке тоже недовольно ухнула. Похоже, несправедливость была ещё и в том, что те, кто давал благословение, тоже считались неподходящими. Среди них выглянула маленькая белая птичка, похожая на комочек ваты, и спросила, считается ли благословение дяди, но после выговора от других божественных зверей опустила хвост. Перед фрагментом мастерской поднялся настоящий хаос: звери наперебой кричали и спорили о требованиях к кандидатам. — Всё равно попробуй. Терять-то нечего. Подбодренная бурой птицей, маленькая белая птичка-комочек запрыгала вперёд и встала в очередь на подачу заявки. И тут, словно только этого и ждали, сообщения об отмене заявок от других божественных зверей посыпались одно за другим. [Система] Сотрудник 1 отменил заявку на найм. [Система] Сотрудник 2 отменил заявку на найм. . . . Что… что сейчас происходит? Роун, ничего не понимая, посмотрел на бурую птицу. Стоило бурой птице крикнуть, божественные звери притихли, а вслед за этим подозрительно появились сообщения об отмене заявок. Теперь осталось только одно сообщение о заявке на найм. [Система] Получена новая заявка на найм. [Система] Нанять Сотрудника 1? Бурая птица указала крылом на маленькую белую птичку-комочек и защебетала, будто торопила его скорее принять её. Белая птица рядом с ней тоже звонко зачирикала. — Вы, случайно… не шайка какая-нибудь? Роун тихо спросил это, подумав, не заставила ли бурая птица остальных божественных зверей отменить заявки. — Пи, пи-иунг?! — Шайка? Нет, ничего подобного! В этот момент внезапно появилось ещё одно сообщение о заявке, и воздух сразу напрягся. [Система] Получена новая заявка на найм. [Система] Нанять Сотрудника 2? Хм? Вместе с сообщением Роун увидел оленёнка, гордо стоявшего перед мастерской «Рубикс». Оленёнок, ещё недавно слабый и весь покрытый слизью зелёных лягушек, теперь выглядел необычайно решительным. — О, ты?! — Пи-иунг?! Бурая птица распушила перья и впилась взглядом в оленёнка. — Пи! У тебя есть родители, тебе нельзя подавать заявку! Обычно кроткий оленёнок упрямо поднял голову и настоял на своём. — Ми-иинг! Там сказано, что подача заявки — по желанию. — Кандидату в хранители божественных зверей это мешает. — Именно, немедленно отмени! Другие божественные звери пытались отговорить оленёнка, но тот не уступал. Он просто смотрел на Роуна без тени сомнения. Роун невольно рассмеялся. Для него малыш-оленёнок выглядел просто как ребёнок, который изо всех сил делает вид, что он серьёзный. Роун немного подумал. Маленькая белая птичка-комочек была очень милой, но её врождённая способность оставалась неизвестной… У оленёнка же было преимущество: он относился к исцеляющему типу. Если он станет сотрудником мастерской, то сможет дальше развивать врождённые способности, а возможности применения навыков исцеляющего типа окажутся невероятно полезными. Но ведь должна быть причина, по которой бурая птица убедила остальных божественных зверей рекомендовать именно птичку-комочек. Хм, такое решение боссу не стоит принимать в одиночку. Надо выслушать мнение сотрудников. Наконец Роун позвал малышей. — Эй, малыши! На счёт раз, два, три встаньте перед тем божественным зверем, которого хотите видеть своим младшим сотрудником. Поняли? — Няонг! — Мионг! — А-а-анг! Малыши ответили с сияющими глазами, словно каждый уже выбрал божественного зверя. — Бяк! Кошачьи божественные звери, пожалуйста, выберите меня. Я соберу все травы! — Нет, ты один не справишься. — Сбором займёмся мы. — А-а! — Кошачьи божественные звери! Я ничего делать не буду. Пожалуйста, выберите меня. Я просто покажу, где травы. — Ладно, тебя и выбираем. — Мионг, согласна. — А-а! Кошачьи божественные звери обошли оленёнка кругом, а потом запрыгнули между его ног. Почувствовав угрозу, маленькие птицы слетели с веток и уселись оленёнку на спину, подняв переполох. — Пи-иунг! Пи-иинг! — Пи-пи-пи-пи! — Пи! Что такое, олень жульничает! — Нарушение условий! Но Роун, не понимая их слов, принял решение. — Хорошо, оленёнок, ты принят! Когда Роун подтвердил заявку на найм, перед ним всплыло неожиданное сообщение. [Система] Божественные звери, получающие защиту (благословение), не могут быть наняты. — ……Что? На мгновение растерявшись, Роун перечитал сообщение. И тогда появились величественный олень и лань. — Мы пришли, потому что услышали, что яд распространяется, но, похоже, все в порядке. — Какое облегчение. Мы задержались, очищая другие места. Олень и лань приблизились к оленёнку и коснулись его носами. Только теперь Роун понял, что «защита» означает родительскую опеку. Божественные звери, у которых есть семья, должны расти под руководством родителей. Роун молча посмотрел на малышей. При виде этих осиротевших божественных зверьков, которые без родителей рано пробудили способности, его захлестнули чувства. Хорошо. Теперь критерии найма понятны. Роун надеялся, что эффект баффа мастерской будет доставаться осиротевшим божественным зверям, которые не могут получить родительскую защиту. Такое правило, наоборот, было кстати. — Ничего страшного. Я найму тебя, когда ты ещё немного подрастёшь. Когда оленёнок вырастет, его можно будет нанять сотрудником. К тому времени число доступных сотрудников наверняка значительно увеличится. — Ми-иинг, ми-иинг! Оленёнок кивнул. На самом деле уже того, что он уверенно подал заявку и не поддался давлению взрослых божественных зверей, было достаточно. Это было маленькое проявление упрямства, но для него — важный вызов самому себе. Тем временем маленькая белая птичка-комочек, находившаяся под благословением дяди, в итоге тоже не прошла требования. Бурая птица не расстроилась — скорее, испытала облегчение от того, что её благословение передалось племяннице. Роун оглянулся, беспокоясь, не расстроились ли малыши. Но малышей, которые ещё недавно стояли между ног оленёнка, видно не было. А? Куда они делись? Чуть поодаль он заметил их: задрав хвосты, они лавировали между божественными зверями. — Как же кошачьи божественные звери могут все выглядеть такими куколками? Ху-ху. Сова, которая даже после исчезновения яда выглядела сонной, впервые ясно раскрыла глаза. Енот-подросток заговорил с завистью: — Кр-р-р! Кошачьи божественные звери уже пробудили способности? Невероятно! — Именно. С сегодняшнего дня я фанат кошачьих божественных зверей! — Растите быстрее и защищайте гору Нокма! А до тех пор мы будем защищать вас! Когда божественный зверь-белка помахал лапкой, Суранг в ответ завилял хвостом. — Няонг! — Мионг! Пока божественные звери осыпали их похвалой, Суранг ходил вокруг и мяукал, а Соль с закрытыми глазами наслаждалась тем, как разные божественные звери вылизывают ей шерсть. Торан сидел на ветке, свернувшись рядом с матерью-совой и её дочерью. — Торан, когда ты так сидишь, ты совсем как член совиной семьи. — Ху-ху! Мать-сова согласно кивнула вместо Торана, словно была довольна. Роун с радостью смотрел, как божественные коты ладят с другими божественными зверями. — Малыши! Теперь идём собирать водяные травы! На зов Роуна Суранг, сидевший на камне, обратился к божественным зверям. — Няонг! — Раз уж мы уходим, отдайте плату за зелья, мяу! Божественные звери зашушукались между собой. — Что нам дать? Трав хватит? — Травы повсюду разбросаны… — Ми-иинг! Ну те, которые охранял мой папа! — А, они подойдут. — Пи-и-иинг! — Пи-пи! После слов оленёнка божественные звери закивали и засуетились. Когда они разбежались, Соль и Торан радостно побежали следом. — Эй, вы двое куда?! — Мионг! — А-а! Пошли их провожать? Решив, что малыши не хотят расставаться с божественными зверями, Роун спокойно стал ждать на камне. Вскоре исчезнувшие божественные звери начали возвращаться один за другим. — А? Почему вы вернулись? Цепочка божественных зверей-белок спустилась с веток и положила на землю два больших листа. Бурая птица и белая птичка-комочек принесли по два листа размером почти с их собственные тела. Когда Роун протянул руки, маленькие божественные звери один за другим вложили листья ему в ладони. Это же… листья чхонхвачхо? Проверив листья в руках, Роун удивлённо раскрыл глаза. Чхонхвачхо растёт только на земле, где задержалась демоническая энергия, и постепенно очищает окружающую миазму. Там, где остаточной демонической энергии нет, оно не растёт, а вероятность прорастания крайне низкая. Это редкая трава, которую в основном используют для изготовления противоядий высокого класса, и добыть её, как известно, очень трудно. — Спасибо, что принесли такие ценные травы. Роун бережно убрал травы в мастерскую, подошёл к божественным зверям и погладил каждого по голове. Под пальцами чувствовалась разная мягкость и пушистость, и улыбка сама расплылась по его лицу. — Новый хранитель божественных зверей гладит! Скорее получайте! Первой после поглаживания крикнула белка. — Что?! Он же только кандидат, когда это успело случиться?! — Тогда получается, теперь хранителей духов двое? — Нет, разве их не трое? — Один из них сбился с пути. — А, точно. — Эй, а что хорошего в том, что тебя гладят? — Получаешь бафф Хранителя духов. Не знал? — О, я первый! Я первый! Роун растерялся, когда божественные звери внезапно стали наперегонки подсовывать ему головы. — Ах вы умники! Ещё и очарование пускаете в ход. Роун рассмеялся и мягко гладил их, словно перед ним были просто милые зверушки. Бурая птица взъерошила перья и потёрлась клювом о руку Роуна, а белка взобралась ему на руку. — А! Меня тоже, меня тоже! Кролик, прибежавший поздно, положил лист чхонхвачхо и настойчиво сунул голову под ладонь Роуна. — Ха-ха, у меня всего две руки. Услышав смех Роуна, божественные звери всей гурьбой облепили его и защебетали, будто соревнуясь друг с другом. И в этот момент позади него легла большая тень. А? Что это?! Испугавшись, Роун обернулся. ---------- Понижение По огромной тени тихо расползлись тонкие, похожие на ветви очертания. Обернувшись, Роун увидел, что эта громадная тень принадлежала оленю и лани. Олень стоял словно хозяин леса; его сильная, прекрасная осанка невольно притягивала взгляд. От спокойных глаз, будто оглядывавших окрестности, исходила величавая аура. Роун инстинктивно понял: перед ним был вожак божественных зверей низшего ранга. Пока Роун любовался внушительным видом оленя, лань изящно подошла ближе и вытянула голову. А? И олень, и лань держали во рту аккуратно зажатые листья чхонхвачхо. — Ми-иинг! Ми-инг! Откуда-то прибежал оленёнок; в его крошечной милой пасти тоже была маленькая горсть листьев чхонхвачхо. Что? Здесь столько редких трав? Удивлённый Роун осторожно принял листья чхонхвачхо, которые предложили ему божественные звери. В этот момент появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Собрано чхонхвачхо…… 2 [Система] Собрано чхонхвачхо…… 4 . . . [Система] Собран Серебряный лист…… 1 Соль и Торан, последовавшие за божественными зверями, собирали чхонхвачхо и Серебряные листья. Серебряный лист использовали для нейтрализации демонической энергии; применяли его не так часто, но добыть его было труднее, чем чхонхвачхо. Цена могла в несколько раз превышать цену трав высокого ранга. [Система] Собраны семена чхонхвачхо. О, семена! Можно отнести их отцу. Хотя для выращивания чхонхвачхо требовалась почва, пропитанная демонической энергией, Роун знал: отец, искусный в культивации лекарственных трав, всё равно обрадуется. К этому времени листья чхонхвачхо, принесённые божественными зверями, уже перевалили за сотню, а чхонхвачхо и Серебряные листья, собранные Соль и Тораном, насчитывали ещё несколько десятков. Когда Соль и Торан вернулись, Роун спросил: — Молодцы, ребята. Но вы ведь не собрали всё подчистую? Эти травы очищали демоническую энергию, и если собрать слишком много, можно было нарушить баланс демонической и духовной энергии. — Миооонг! — А-а-а! Соль и Торан с широкой улыбкой ответили с явной гордостью. Коротко попрощавшись с божественными зверями, Роун направился к центру источника. — Жур-р, жур-р. Чем ближе становился звук чистой воды, тем яснее проступал источник, высеченный в камне. Вода, текущая из трещин в скале, образовывала маленькие заводи, а рядом с прозрачным источником обильно росли пропитанные влагой синие водяные травы. Водяные травы. Это были ценные травы, из которых добывали чистую очищенную воду. Взгляд Роуна остановился на каплях, лежавших на круглых листьях. Прозрачные капли сверкали в солнечном свете, подчёркивая свежесть трав. — Мяонг! Суранг, заметив водяные травы, прыгнул вперёд. Его маленькие белые лапки хлопали по водяным травам, разбрызгивая капли, а Соль ворочала листья ветром. [Система] Собраны водяные травы. Торан с энтузиазмом присоединился к сбору вместе с Соль и Сурангом. Роун поручил мастерской «Рубикс» автоматически поглощать водяные травы. [Система] Получено 100 мл очищенной воды. [Система] Извлекается энергия свойства чистой воды. [Система] Извлекается сила очищения. Как и ожидалось, благодаря малышам всё идёт гладко. Обычно водяные травы было трудно собрать, не повредив, но с помощью мастерской «Рубикс» их можно было сохранить идеально. Проверка собранных водяных трав показала: из одной травы извлекалось 100 мл очищенной воды. Извлечённая вода безопасно хранилась в мастерской «Рубикс», и запас быстро дошёл до двух литров. Ничего себе… Два литра — это ведь объём, ради которого обычно пришлось бы кропотливо собирать десятки трав… Малыши собрали меньше десяти водяных трав, но за какие-то десятки секунд получилось столько. Потрясающе. Водяные травы со временем обычно теряли силу или испарялись, но при хранении в мастерской «Рубикс» эта проблема исчезала. Поистине надёжная мастерская. Утолив жажду у заводи, Суранг покатался по земле и довольно замурлыкал. — Плеск, плеск. В ответ капли подпрыгнули из источника, и когда красноватый солнечный свет отразился в падающей воде, вокруг рассыпались сверкающие брызги. — Мя-а-анг! Соль встряхнулась, стряхивая попавшую на неё воду, и высушила себя ветром. Торан покосился на Соль, но сушиться не стал и снова и снова опускал передние лапы в воду, чтобы попить. Красный закат вокруг источника окрашивал прозрачные волны. Роун слабо улыбнулся, наблюдая, как малыши беззаботно играют. В этой жизни я надолго останусь рядом с ними. Подав малышам знак спускаться, Соль закружил ветер. — Мионг! Мокрая шерсть Суранга и Торана быстро высохла. На обратном пути Роун собрал немного трав для зелий восстановления низшего ранга. Мастерская «Рубикс» начала автоматически изготавливать из собранных трав зелья низшего ранга. О, из этого хотя бы коробка должна выйти. Сегодня был большой день добычи. Довольный Роун завёл байк. — Врум. Малыши, поняв, что едут домой, запрыгнули в корзину для трав. Как только они вернулись домой, Роун сразу отправился в мастерскую. Малыши, сбившись кучкой в корзине для трав, уже что-то бормотали во сне. Роун осторожно поставил корзину на стул и вошёл в мастерскую. Нужно заранее заполнить бутылочки зельями на продажу. Сначала он разлил зелья восстановления, а затем достал семена чхонхвачхо, чтобы отдать их отцу. Тем временем Ли Хак-су, почувствовав присутствие сына, вышел наружу и задержался перед мастерской, поглядывая на окно мессенджера сообщества «Союз хранителей божественных зверей». [Система] Одобрить регистрацию хранителя божественных зверей в качестве ассоциированного члена? Ли Хак-су гордился тем, что сын, как он и ожидал, стал хранителем божественных зверей. Но из-за внутреннего конфликта он на некоторое время отложил одобрение. Если сын вступит, его ранг станет известен руководству. Ещё более серьёзная проблема заключалась в том, что эта информация дойдёт до государства. S-ранг уже привлёк бы внимание государства, но EX-ранг… Как мне вообще это скрыть… Пробудившиеся выше S-ранга, как правило, по негласному правилу должны были поступать на государственную службу. Они могли вступить и в другие гильдии, но если это была не крупная гильдия и не было особой связи, государство предлагало подавляющие льготы и мягкое давление, чтобы человек выбрал именно его. Если речь шла об EX-ранге, ситуация становилась ещё сложнее. Даже представить не могу, как государство обойдётся с моим сыном. Если бы у сына была профессия, способная ходить в рейды, ему пришлось бы всю жизнь жить как государственное оружие. Конечно, выгоды были бы велики, но абсолютное подчинение и свободный выбор — совсем разные вещи. Даже обладая невероятной силой, нельзя назвать её по-настоящему своей, если ты не можешь пользоваться ею свободно. Если же сын окажется алхимиком EX-ранга, предугадать, как государство начнёт им распоряжаться, было невозможно. Для Ли Хак-су, который считал алхимию божественным даром человечеству, мысль о том, что сын окажется привязан к государству и сведён к изготовлению одних только редких зелий, была совершенно неприемлемой. Было очевидно: его невинный сын окажется перед жадностью власть имущих. И если сын, не понимая этого, сам захочет вступить на государственную службу… Если бы он пробудился с другой особенностью, не связанной с алхимией, и выбрал путь охотника, Ли Хак-су не стал бы его останавливать. В конце концов, рейды сами по себе означали риск жизнью. Пока жив, пользоваться большими льготами — не так уж плохо. Но подчиняться государству в качестве алхимика было недопустимо. Экзамена пробуждения сыну всё равно было не избежать. Незарегистрированных пробудившихся считали нарушителями закона, и даже мелкий спор мог обернуться неприятностями в полицейском участке. Ли Хак-су принял смелое решение. Что бы ни случилось, он скроет ранг сына. Он посмотрел на сына и заговорил твёрдым голосом, полным решимости. — …Твой ранг нужно сохранить в тайне. — …Что? Как? Роун удивлённо моргнул от неожиданных слов отца. И в этот момент появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Создана миссия мастерской «Рубикс» 5-го уровня. [Миссия] Пройдите экзамен пробуждения! ◇ Получите на экзамене пробуждения ранг не выше S. Система: Мастер! Для бесперебойной работы мастерской и стабильной защиты горы Нокма попробуйте получить ранг не выше S! Ограничение по времени: 2 дня При успехе: улучшение мастерской Ранг не выше S? Это была неожиданная миссия. Роун до последнего откладывал экзамен пробуждения, не желая столкнуться с последствиями раскрытия своего EX-ранга. Но как мне получить ранг не выше S? Пока Роун хмурился, глядя на окно миссии, Ли Хак-су молча подошёл к укромному углу мастерской. Он отогнул кусок обоев и вытащил старую пергаментную книгу. — Если это EX-ранг, ты должен суметь сделать вот это. Роун взял книгу, похожую на древнюю реликвию. Когда он открыл её, текст оказался размазанным и выцветшим, почти нечитаемым. — Стертые части придётся расшифровать, но пока тебе достаточно знать вот это. На страницах, которые открыл Ли Хак-су, была странная алхимическая формула. — Пони… жение? Разве это не зелье, снижающее способности? Роун вздрогнул. Он слышал о редкой магии «понижения» ещё до регрессии. — Да, это древняя алхимическая формула. На экзамене пробуждения мы снизим твой ранг и обманем их. — …Но если изготовить плохо, они заметят. — Ты сможешь. Роун был ошеломлён действиями Ли Хак-су: они сильно отличались от того, что было, когда до регрессии он пробудился укротителем. В этот момент фрагмент мастерской «Рубикс» замерцал и отозвался. [Система] Обнаружено: реликвия горы Нокма, древняя книга. [Система] Поглотить? Роун заколебался. Он не знал, что случится, если поглотить древнюю книгу. Но в таком виде прочитать текст он всё равно не мог. Интуиция подсказывала, что лучше поглотить её. — Отец, ты ведь отдаёшь мне эту книгу? — …Да, теперь она твоя. Ли Хак-су серьёзно кивнул, и Роун, улыбнувшись, выбрал поглощение. [Система] Поглощается реликвия горы Нокма, древняя книга. [Система] Расшифровка запечатанной алхимии… 10% Фрагмент мастерской «Рубикс» всплыл над книгой, и древняя книга полностью исчезла. Увидев, как расширились глаза Ли Хак-су, Роун спокойно улыбнулся. — Отец, это тоже одна из моих способностей пробуждения. Роун коротко объяснил отцу магическую мастерскую «Рубикс». Ли Хак-су не мог поверить, что древняя книга у него на глазах была поглощена. Он подумал, что способность сына представляет собой сочетание пространственной и временной магии. Но такая магия, как известно, была областью высших монстров или божественных зверей и далеко превосходила магическую ёмкость, которую мог выдержать человек. Люди могли использовать пространственную магию только при жёстких ограничениях или с помощью сложных магических кругов. А его сын выполнял такую магию без малейшего усилия. Похоже, способность сына была более сложной и продвинутой формой магии. Как я и думал, моё решение было верным. Решимость не отдавать сына государству окончательно укрепилась. Затем Роун посмотрел на кубические фрагменты и сказал: — Сначала покажи мне рецепт «Понижения». По команде Роуна мастерская «Рубикс» расшифровала и вывела рецепт понижения. [Рецепт] Понижение ― Экстракт Серебряного листа 30 мл ― Порошок целестона 10 г ― Очищенная вода 10 мл ― Нейтрализатор маны 5 мл Изготовление Добавить экстракт Серебряного листа и порошок целестона в кипящую очищенную воду и перемешать до однородной смеси. Уварить смесь для концентрации, затем охладить. Добавить нейтрализатор маны, герметично запечатать в вакууме и выдерживать один месяц. Меры предосторожности ― Время действия: 10 минут, можно использовать повторно ― Во время действия отменить эффект невозможно — Что ты видишь? — Вижу рецепт. Когда Ли Хак-су спросил, Роун вслух перечислил рецепт понижения. — Действительно удивительно. Я думал, понижение — это просто иллюзорная магия, а оно на самом деле снижает способности, управляя маной. — Да, это трудное духовное зелье. Роун слышал о похожих зельях ещё до регрессии. Такие зелья были полезны против обезумевших или пришедших в ярость противников. Разница между ними и зельем «Понижение», похоже, заключалась в наличии силы очищения. — Но, отец, нейтрализатор маны нужно изготовить отдельно, и, судя по рецепту, для него требуется десять ингредиентов. Роун сказал это ровным голосом, потому что некоторых ингредиентов на горе Нокма не существовало. — У меня есть одна бутылочка. Ли Хак-су достал флакон с зельем из-за тех же обоев, где лежала древняя книга. А? Откуда у отца такое зелье? Роун удивился. Нейтрализатор маны был не тем, что мог бы изготовить отец с его навыками, не специализировавшимися на производстве. Ли Хак-су небрежно передал флакон и спросил, не хватает ли ещё каких-нибудь ингредиентов. Экстракт Серебряного листа можно было сделать из травы Серебряного листа, которую божественные звери собрали вместе с чхонхвачхо. — Да, теперь всё есть. — О, вот и хорошо. Роун внезапно вспомнил вора трав, который когда-то съел все детокс-травы в мастерской Ли Хак-су и поднял переполох. — Кстати, отец, ты поймал вора трав? ---------- Экзамен пробуждения Хотя Ли Хак-су передал мастерскую Роуну, в одном углу всё ещё лежали груды необработанных сушёных трав. И вот травяной вор снова появился и погрыз травы. Когда Роун спросил об этом, Ли Хак-су почесал затылок и ответил: — Ну, понимаешь… отверстий нигде не было. — Отверстий? — Да. И сломанных мест или следов, будто что-то прогрызли, тоже не видно. Роун озадаченно нахмурился. Если отверстий нет, значит, вор вошёл через дверь, но двери мастерской были защищены так, что посторонние не могли их открыть. Следы погрызенных трав были, а вот следов самого вора нигде не осталось. Судя по следам зубов, это было маленькое животное, но понять, откуда оно вошло и куда вышло, было невозможно. — Отец, способ немного старомодный, но давай попробуем вот так. Роун нашёл муку и рассыпал её по полу. Белый порошок мягко осел, покрыв поверхность тонким слоем. Затем он положил сверху несколько сушёных трав, которые приготовил Ли Хак-су. Это были листья камёпса, сладковатые на вкус, если их жевать. — Судя по тому, что он в основном грыз травы с детокс-свойствами или сладкие на вкус, он либо точно заражён демоническим ядом, либо просто любит сладкое. Он обязательно вернётся поесть снова. Отец, Ли Хак-су, отлично разбирался в божественных зверях и животных, так что даже по слабым следам на муке смог бы догадаться, кто виновник. Вскоре солнце село, и начала опускаться темнота. Под уютным светом ламп комнату наполнил аромат свежеприготовленной еды, и вскоре на столе появился тёплый ужин, приготовленный с заботой матери, Сон Су-хи. Сегодня это был пибимпап с горными овощами. Пибимпап из трав, выращенных Ли Хак-су, обладал очарованием, совсем не похожим на жареную зелёную лягушку. — Ешь побольше, сынок. — Да, мама. Роун собрал горные овощи и травы в один большой кусок и отправил его в рот. — Хруст, хруст. Хрустящая свежесть овощей и тонкий аромат трав смешались, разнося по рту освежающий вкус. Усталость, накопившаяся за день скитаний по горе Нокма, растаяла в тот миг, когда он попробовал мамину еду. Ах, вот оно какое — счастье. Роун заново понял: иметь рядом человека, который готовит вкусную еду специально для тебя, — настоящее благословение. После потери любимых питомцев еда для него была лишь средством поднять характеристики или помочь восстановлению. В ней не было ни утешения, ни счастья. Почему я в прошлой жизни воспринимал такое счастье как должное? — Очень вкусно! Мама, ты лучшая! Роун поднял большой палец, и Сон Су-хи ярко улыбнулась. Тем временем малыши получили от Сон Су-хи сырые блюда. Это была еда только для божественных зверей: мясо зелёных лягушек и разные травы, которые принёс Роун, смешанные без каких-либо приправ. Ничего себе, это даже выглядит вкуснее лягушатины, которую я сам жарил. Ну конечно: всё-таки готовила повар C-ранга, и вкус, усиленный её навыком, нельзя было сравнивать с его собственным. — Нянг-нянг-нянг! Малыши зарылись носами в миски и с увлечением ели, издавая мяукающие звуки. Ли Хак-су молча наблюдал за ними с улыбкой, находя эту сцену милой. После ужина Роун вернулся в комнату, лёг на кровать и начал изготавливать зелья понижения. [Система] Зелье понижения завершено. Получилось два флакона. А ещё… [Система] Расшифровка запечатанной алхимии…… 20% Для поглощения древнего текста требовалось время. Поскольку это была книга с рецептом изготовления понижения, похоже, метод несколько отличался от обычной алхимии. Малыши прижались к Роуну. Суранг устроился у него на животе, Соль — у головы, а Торан прижался к боку. Окружённый мягким мехом, Роун медленно закрыл глаза. --- На следующий день Роун посадил малышей в корзину для трав и сел на байк. Он собирался доехать на байке до города, а там пересесть на автобус. — Удачной дороги. Езжай осторожно, а если кто-нибудь за пределами деревни станет задираться, ни в коем случае не дерись… Хотя это был всего лишь путь на экзамен пробуждения, мать Сон Су-хи хлопотала вокруг него, словно провожала ребёнка в дальнюю дорогу. Отец Ли Хак-су тоже несколько раз повторил Роуну номера автобусов и места пересадки. — Сынок, когда выйдешь из деревенского автобуса, не забудь перейти дорогу и сесть на следующий. Внимательно смотри, где выходишь, а если ошибёшься — просто возьми такси. — …Да, да, я понял. Роун уже знал все хорошие места в пределах защищённой зоны, но в глазах родителей он всё ещё был двадцатилетним сыном, который ни разу не покидал гору Нокма. Несколько часов спустя Роун, окончательно оставив гору Нокма позади, вошёл в защищённую зону. В отличие от незащищённой зоны, здесь была транспортная система, похожая на старый мир. Разница была в том, что улицы теперь заполняли магические экипажи, а также автобусы и машины, покрытые артефактами. Магическая инженерия ещё не продвинулась настолько, чтобы радикально изменить внешний вид транспорта, но магические возможности уже обеспечивали полное удобство. Получив от Бэк Ин-хо щедрую плату за зелья, Роун сразу поймал такси. Едва он откинулся на сиденье, которое оказалось просторнее, чем выглядело снаружи, как в нос ударил яркий запах. Это был сладкий аромат яблок. — Отвезите меня, пожалуйста, в штаб-квартиру алхимии. — Да, господин. На экзамен пробуждения едете? Таксист, знавший, что все экзамены пробуждения проводятся в штаб-квартире алхимии, спросил это как нечто само собой разумеющееся. — Да. — Тогда заранее поздравляю. — …Заранее спасибо. Таксист заинтересованно покосился на корзину для трав в руках Роуна. — Господин… а это в корзине не кот? — Да, кот. — Вот удача… Вы, случайно, не с горы Нокма? — Как вы узнали? — Я жил там в детстве. — А, раз вы это знаете, значит, давно. — Да, да, очень давно. Я часто поднимался на гору собирать малину, и плоды с Нокмы были несравнимо сладкими и вкусными по сравнению с нынешними. — А тогда как далеко доходил миазм? — В те времена его почти не было, поэтому гора Нокма стояла зелёной. Немного оставалось только у вершины, но издалека это едва замечалось. Там жило и много божественных зверей. Поднимешься на гору — и время от времени обязательно увидишь кого-нибудь. Таксист украдкой посмотрел через зеркало заднего вида на корзину Роуна. — Значит, вы оттуда. — Зелёная гора Нокма… должно быть, она была по-настоящему прекрасной. От слов Роуна таксист кивнул, вспоминая прошлое. — Скучаю по ней… По зелёной горе Нокма. Ох, посмотрите на меня, я ведь так небрежно еду на дорогом такси. Теперь доставлю вас отсюда быстро и безопасно. Не успел таксист договорить, как такси с Роуном поднялось в воздух. Это было современное такси, оснащённое артефактами. Ого, надо было посмотреть на это до того, как садиться. Плата за современное такси была в несколько раз выше. Такси направилось к штаб-квартире алхимии, перелетая дороги и здания. Божественные звери выбрались из корзины и прилипли к окнам. Их глаза сияли, когда они смотрели на уменьшающиеся здания, облака в синем небе и машины, ползущие внизу словно насекомые. Вскоре показалось здание штаб-квартиры алхимии. С высоты оно выглядело величественным и загадочным. Изящное серебряное строение с плавными линиями грандиозно взмывало вверх, окружённое пышной зеленью трав. Оно казалось серебряным полумесяцем, зависшим над зелёным полем. Так вот почему штаб-квартиру алхимии называют «Садом Луны». Роун наконец понял смысл этого прозвища. Такси мягко приземлилось перед штаб-квартирой алхимии. Когда Роун собрался расплатиться и выйти, водитель протянул ему визитку. — Надеюсь, экзамен пройдёт хорошо. И если вам когда-нибудь понадобится помощь — звоните. Счастливого пути! — … Роун молча улыбнулся, взял визитку и вышел из такси. Водитель широко улыбнулся и помахал рукой, а Роун слегка кивнул в ответ. Роун направился прямо к комнате экзамена пробуждения алхимиков и стал ждать в вестибюле указаний сотрудника. Хотя это был не первый его экзамен пробуждения, он нервничал — наверное, потому, что ему предстояло использовать зелье понижения. Насколько уменьшатся его способности, зависело от нейтрализатора маны, который изготовил отец, Ли Хак-су. Если он получит C-ранг, люди будут относиться к нему прилично, но при этом постоянно сомневаться в зельях, которые он сделал. Как сказал отец, в идеале для продажи зелий нужен был A-ранг. Проблема возникала, если он получит S-ранг. До сих пор единственным пробудившимся S-ранга, не состоявшим на государственной службе, был глава гильдии. Причина, по которой государственные гильдии сохраняли власть в этой ранговой системе, заключалась в том, что у них было больше всего высокоранговых пробудившихся. Чтобы продолжать жить на горе Нокма, ему было достаточно не получить S-ранг. Пока он погружался в мысли, дверь экзаменационной комнаты открылась. — Ли Роун, пожалуйста, входите. Роун вошёл в комнату с молитвенным настроем. — Положите руку на сферу маны и подождите. После слов сотрудника, который отошёл в сторону, Роун быстро достал из мастерской «Рубикс» каплю зелья понижения. — Тук-тук. Он проглотил разноцветную каплю зелья. [Система] Начинается понижение. . . . [Система] Магическая сила и показатели мастерской быстро падают. . . . [Система] Способности магической мастерской «Рубикс» понижаются. [Система] Функция автоматического смешивания отключается. [Система] Функции визуальной настройки ограничиваются. [Система] Некоторые функции временно приостановлены. . . . [Система] Понижение завершено. [Система] EX-ранг → S-ранг А? S-ранг? Немного удивлённый Роун, не имея времени тянуть, со странным чувством положил руку на сферу маны. Сфера маны обнаружила его силу и ярко засветилась, выводя магический экран. [Статус] Класс: Алхимик Ранг: S Специализация: Игрушечная мастерская Игрушечная мастерская ▷ Предоставляет рецепты изготовления ▷ Обнаружение и хранение трав ▷ Найм сотрудников (3/1) ▷ Алхимия: Lv. 1 ▷ Сбор: Lv. 1 Когда название мастерской изменилось, функции автоматического изготовления и сбора исчезли, а вместо них появились уровни алхимии и сбора. Прозрачная мастерская «Рубикс» исчезла, а на ладони Роуна остался один кубический фрагмент, похожий на настоящую игрушку. В этот момент божественные звери, высунувшие головы из корзины, широко раскрыли глаза и посмотрели на игрушечную мастерскую. — Мяу? — Мяу?! Похоже, божественные звери чувствовали трансформацию мастерской. Когда Суранг и Соль мяукнули, Роун спокойно успокоил их. — Всё в порядке. Мастерская не разрушилась, так что не волнуйтесь. Подождём немного — и она вернётся. Одно утешало: хотя найм сотрудников был ограничен одним местом, божественные звери не были уволены и оставались сотрудниками. Без баффов мастерской они бы встревожились. — И правда превратилась в игрушку. Игрушечная мастерская могла парить в воздухе, но, в отличие от мастерской «Рубикс», лишилась самостоятельного движения и способности к суждению. Ха, такая разница всего из-за смены ранга? Даже на S-ранге она превосходила человеческие возможности, но по сравнению с изначальной мастерской «Рубикс» разница бросалась в глаза. Подавив чувство опустошения, Роун вышел из комнаты экзамена пробуждения. До него донеслись возбуждённые голоса сотрудников. — По-поздравляем! Пробудившийся S-ранга! — Все, аплодисменты! — Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп! Вместе с преувеличенно бурными поздравлениями сотрудников появилось сообщение о завершении миссии. [Система] Миссия экзамена пробуждения завершена. ---------- Игрушечная мастерская Роун уже видел такие преувеличенно торжественные сцены раньше, поэтому особо не смутился и спокойно вышел в вестибюль. Все сотрудники бросили дела, выстроились в ряд и склонили головы. — Поздравляем! — У нас уже очень давно не было S-ранга в Алхимической гильдии. Для нас большая честь. Пока сотрудники продолжали поздравлять его, всплыло сообщение от мастерской «Рубикс». [Система] Улучшение мастерской «Рубикс» задерживается из-за статуса понижения. Эффект зелья длится около десяти минут, значит, скоро закончится. Роун прошёл мимо сотрудников, вернулся в вестибюль и недолго подождал, пока ему выдадут свидетельство пробудившегося. Он повертел в руках Игрушечную мастерскую. Когда уровень вернётся в норму, он уже не сможет так трогать мастерскую «Рубикс», и вдруг захотелось сложить цвета, как на игрушке, которая была у него дома. Стоило повернуть одну грань, как перед ним появились способности алхимии и сбора, которых раньше не было видно. Хм, неужели мне придётся каждый раз крутить куб, когда я использую эти способности? [Навык] Сбор: Lv. 1 • Сбор трав • Сбор монстров ― Доступный инструмент: серп ― Можно использовать и другие инструменты: ножи, луки и т. п. — Значит, у неё была и такая функция. Он и так собирался купить оружие для сбора, а теперь оказалось, что внутри уже есть встроенный навык сбора. Возможность развивать любую способность была даже лучше идеала. Мастерская «Рубикс» EX-ранга просто пропускала показ этих навыков сбора? Впрочем, раньше мастерская «Рубикс» сама собирала всё автоматически, так что Роуну не приходилось пользоваться навыком сбора лично. Теперь мастерская была понижена, функция автоматизации исчезла, и навык сбора Роуна проявился наружу. Иными словами, разница была лишь в том, будет ли Роун сам повышать уровень навыка или мастерская автоматически справится за него. По сути, это был универсальный помощник. В любом случае свидетельство пробудившегося что-то задерживается. К этому времени руководители уже должны были выйти и проводить его в VIP-комнату. И в этот момент к нему кто-то подошёл. — Пожалуйста, не задерживайтесь здесь. Мы проводим вас в другую комнату. Роун кивнул и естественно поднялся. Комната, куда его привели, была знакома ему ещё по прошлой жизни. Стоило ему сесть на мягкий диван в центре, как руководители начали перечислять различные льготы. — Во-первых, для вас предусмотрена скидка пятьдесят процентов в универмаге для пробуждённых и годовой бесплатный пропуск для алхимиков. Кроме того, на ваше имя будет предоставлен высококлассный офистель, а травяные материалы B-ранга и ниже будут поставляться бесплатно для помощи в изготовлении. Также вы получите приоритетное право покупки и скидки на редкие травы и все прочие травяные материалы. Роун спокойно слушал: после регрессии он уже проходил через всё это. Но он знал, что все эти льготы — приманка, чтобы подвести его под контроль государства. Увидев безразличное выражение Роуна после таких ошеломительных условий, руководители слегка растерялись. — И это всё? — Простите? — Вы правда думаете, что такими вещами сможете заставить меня войти под государство? — …Ах, прошу прощения. Если вы желаете чего-то ещё, пожалуйста, не стесняйтесь сказать. Мы сделаем всё возможное. — Я хочу создать гильдию. Руководители не смогли скрыть удивления. Только что пробудившийся человек внезапно хочет создать гильдию? — Простите, но для основания гильдии нужно выполнить определённые условия. Минимальное число участников, требования к капиталу и период рассмотрения обязательны. Но Роун уже знал эти условия. В деревне Нокма хватало пробудившихся, чтобы выполнить требование по числу участников. Капитал можно было быстро заработать сбором. При наличии прежних достижений была возможна даже гильдия из одного человека. Если он какое-то время останется один, расходов станет меньше, а государство не сможет вмешиваться. Или, может, набрать божественных зверей? На горе Нокма божественных зверей было предостаточно. Роун усмехнулся, вспомнив божественных зверей, которых встретил у источника. — С этим я разберусь сам, так что подготовьте документы. Роун сказал это твёрдо. — А, да… принесу как можно скорее. Приняв улыбку Роуна за давление, руководители вспотели и поспешно принесли документы. — Сначала вам нужно заполнить несколько пунктов и выбрать способ оплаты регистрационного взноса. Зарегистрированных участников можно отправить через магический мессенджер. Срок регистрации… Роун внимательно изучил бумаги. В обязательных полях нужно было указать название и тип гильдии. Хм, как назвать гильдию? Раз она нужна, чтобы избежать государственного надзора, ей не обязательно иметь цель, но в будущем гильдия могла продолжить работу. Значит, ей понадобятся результаты. Чем можно заниматься с удовольствием? Разумеется, сбором. Тип гильдии, понятно, будет «сбор»… Он наспех вписал название и протянул документы руководителям. Руководитель, держа бумаги, удивлённо посмотрел на Роуна. — О… гильдия сбора? Довольно необычно. И название созвучно вашему имени! «Полезный сбор»! Ха-ха, очень остроумно! Роун усмехнулся. Слова руководителя напомнили ему друзей детства, которые поддразнивали его именем. Но намерение вроде бы было добрым, и он пропустил это мимо ушей. Когда во взгляде Роуна на миг мелькнула острота, руководители тут же перестали смеяться, склонили головы и пробормотали про себя: Что я наделал перед пробудившимся S-ранга?! Даже в мире, где ранг был законом, непробудившемуся было трудно добраться до такой должности. И теперь всего одним словом Роун мог обрушить всё это. — П-прошу прощения! Простите меня хотя бы на этот раз… — Тогда я пойду. Роун поднялся с невозмутимым лицом, и руководители в ужасе попытались его остановить. Даже если бы они вернулись с намерением убить его, закон встал бы на сторону пробудившегося S-ранга. — Ах! Подождите! Пожалуйста, примите это как мои искренние извинения! Умоляю, возьмите! Руководители поспешно вытащили из нагрудного кармана несколько купонов. — …? Это были купоны на бесплатные покупки в универмаге для пробуждённых. Покинув штаб-квартиру алхимии, Роун сразу направился в универмаг для пробуждённых в соседнем здании. Покупать ему было особенно нечего, да и денег у него пока было немного, но он решил осмотреться — хотя бы ради старых воспоминаний. До регрессии он был одержим артефактами, но теперь почему-то не хотел ни одного. Одних усилений мастерской хватало настолько, что он не завидовал и десятку лучших защитных артефактов. А с магическими способностями малышей и возможностями сбора мастерской «Рубикс» оружие ему тоже было не нужно. К тому же, когда малыши вырастут, они легко превзойдут по силе большинство магов, так что он не чувствовал необходимости покупать что-то для усиления атаки. В прошлом Роун выбрал путь собственного усиления, чтобы защитить питомцев, которых носил с собой, но теперь всё было иначе. Собирая материалы, он сам естественно станет сильнее, а малыши со временем вырастут. И всё же воспоминания о том, как до регрессии деревня у горы Нокма была заражена миазмой, оставляли тревогу за будущее. Но по сравнению с адскими днями расставаний с питомцами казалось, будто мирские заботы исчезли. Теперь у него была надежда, что он сможет изменить ситуацию. Пока Роун рассеянно выходил из здания, малыши высунули головы из корзины для трав. [Система] Время применения «Понижения» завершено. Вокруг Роуна закружились прозрачные фрагменты мастерской «Рубикс»: функция вернулась в норму. [Система] Начинается улучшение мастерской «Рубикс». Прозрачный фрагмент мастерской разделился на пять частей по горизонтали и вертикали. [Статус] Мастерская «Рубикс» Lv. 5 ◇ Титул: Защитник горы Нокма ― Иммунитет к миазмам +20% Доступные сотрудники: 3/4 Вклад: 5/10 ▷ Доступно изготовление : Зелья низшего/среднего ранга, мази, сладости Духи и диффузоры низшего/среднего ранга ▷ Доступен сбор : Травы и звери низшего/среднего ранга Руды низшего/среднего ранга Хранение / Разбор / Поглощение ▷ Доступна доставка : Отключено По фрагментам (10) [Система] Обучение завершено. [Система] Желаем вам блестящего развития вместе с мастерской «Рубикс». Похоже, новых миссий больше не появится. Немного жаль. Достижение пятого уровня расширило возможности изготовления и сбора. Теперь он мог делать духи на продажу, а сбор руды среднего ранга выглядел заманчиво. Ещё и регистрационный взнос за гильдию платить… может, спросить у господина Пака сведения о добыче руды. На рудниках после выполнения нормы оставшуюся руду выдавали как оплату, поэтому заработок сильно зависел от личного навыка. Нужно ли вступить в команду добычи, чтобы собирать руду в рейдах? Один он в рейды войти не мог. Хотя Роун и создал гильдию, до самостоятельного проведения рейдов было ещё далеко. Может, сходить просто попробовать? Пока Роун размышлял, он добрался до универмага для пробуждённых. Всего у него было четыре бесплатных купона. То ли руководители обладали хорошей интуицией, то ли простое совпадение, но купонов оказалось ровно четыре — и это было кстати. Каждому малышу можно было купить по игрушке, а на оставшийся купон — что-нибудь для себя, чтобы развлекаться во время скучных походов за сбором. Роун сразу направился в оружейный отдел. На стенах аккуратно висели луки, копья, длинные мечи и другое оружие. — Вы ищете что-то конкретное? Сотрудник вежливо спросил. — Не особенно. Что-нибудь, что понравится. — Да, осматривайтесь спокойно. Роун взял длинный меч и топор, которыми часто пользовался до регрессии. Хотя характеристик уже не было, ощущение в руке оставалось знакомым. По сравнению с прошлым это казалось немного непривычным, но он решил, что скоро привыкнет. Затем Роун повернулся и взял лук. В этот раз меня тянет к луку. Поскольку дальность магии малышей была не очень большой, оружие дальнего боя подходило лучше. Иначе, если малыши случайно коснутся добываемого материала, на нём останутся только царапины. — Мяу. Пока Роун осматривал луки, Суранг в корзине для трав тихо мяукнул, глядя на что-то. Проследив за его взглядом, Роун увидел большой деревянный лук. — Тебе этот нравится? Ещё до регрессии оружие, которое малыши выбирали для него, ни разу не подводило. Роун сразу сказал сотруднику и поднял лук, чтобы рассмотреть. От лука по его руке прошла волна духовной энергии и очищения. Лук, наполненный очищением, будто сама гора Нокма, — идеальный для охоты на демонических зверей. Но такие вещи стоили невероятно дорого. Обычно цена доходила от сотен миллионов до десятков миллиардов. Лимит бесплатного купона, полученного от руководителей, составлял пятьдесят миллионов за штуку. Если объединить четыре купона, возможно, этого хватило бы, но тогда он не смог бы купить игрушки малышам. Придётся выбрать что-то другое. И как раз когда Роун уже собирался отойти, ему на глаза попалась ценовая бирка на витрине. Что? Двадцать миллионов? Слишком дёшево. Когда Роун удивлённо посмотрел на цену, сотрудник вышел вперёд и объяснил: — О, этот лук сделан из последней уцелевшей древесины горы Чхонгон. В нём всё ещё сильная духовная энергия, но зачаровать его невозможно, поэтому мы берём только за работу мастера. Гора Чхонгон была одной из десятков гор, поглощённых миазмой. То, что лук нельзя зачаровать, означало, что его нельзя продать за полную цену, но пользоваться им было можно, поэтому его и выставили. Даже без духовной энергии хватало предметов, наполненных магией. Роун решил купить этот лук. — Вы уверены? Есть более дешёвые луки с зачарованиями. — Да, беру этот. Если использовать зачарованный лук на охоте, тела демонических зверей будут повреждены. А для точных выстрелов или приманивания этот лук, наполненный духовной силой, подходил идеально. — Хорошо. Осматривайтесь не спеша. Мы упакуем для вас лук и колчан. Суранг в корзине для трав посмотрел на Роуна так, словно хвалил его. — Ну что, теперь пойдём покупать игрушки малышам? — Мяу! — Мио-он! На слова Роуна малыши вытянулись и приготовились выпрыгнуть. ---------- Покупки с малышами Роун вошёл в отдел только для питомцев и огляделся. Никого нет. Укротителей было мало, а если они и приходили, то в основном оформляли индивидуальные заказы, поэтому здесь стояла тишина. Когда он подошёл к витрине для маленьких животных, перед глазами оказались милые аксессуары, подходящие для крошечных тел малышей. Роун поставил их на пол и сказал: — Выбирайте, что понравится. Малыши тут же начали обнюхивать всё вокруг, изучая каждый артефакт, который привлекал их внимание. Роун вдруг вспомнил, какими они были до его регрессии — тогда, когда оставались ещё обычными тиграми. Суранг с детства любил милые вещи, Соль — приятные запахи и всё блестящее, а Торан обычно спокойно носил то, что ему давали, поэтому Роун когда-то одел его в доспехи. Теперь, оглядываясь назад, он думал, что после этого Торан, возможно, сам назначил себя танком. Может быть, именно с тех пор бегать ему стало тяжело и хлопотно, и он начал просто идти напролом. Мне немного жаль. Отныне Роун решил позволять малышам самим выбирать всё, что касается их вещей. Даже игрушки стоило выбирать по тому, что им нравится. — Можно брать и дорогие. Продадим зелья и ещё вернёмся. Пока просто пометьте то, что хотите. Роун смотрел вниз на малышей, которые бродили между артефактами и всё обнюхивали. Через некоторое время Суранг подбежал к нему, неся что-то размером с собственную мордочку. — Что это? Когда Роун протянул руку, Суранг уронил предмет. — Кукла? Это была маленькая, совершенно обычная подушка-кукла в форме полумесяца с улыбающимся лицом. У такой куклы не было никаких способностей. Подобные вещи покупали десятками, чтобы использовать для отслеживающей или взрывной магии, а потом выбрасывали. — Ты хочешь купить это… чтобы спать на ней как на подушке? — Нянг! Суранг мяукнул так, будто говорил: хочу. — … В детстве Роун, наверное, выглядел для матери именно так, когда она не давала ему купить что-нибудь в магазине. Пытается взять бесполезную вещь. Но Роун передумал, улыбнулся и сказал: — …Хорошо, куплю. Только нельзя пару раз поиграть и сразу выбросить. Всё равно она была недорогой. Главным было само желание. — Деге-ррр. Когда Роун уверенно отвернулся, к нему подкатил сверкающий предмет, который толкал Соль. Роун быстро подбежал и поднял его, испугавшись, что тот разобьётся. — Это флакон духов. Проверив функцию духов, он понял, что это всего лишь средство для спокойного сна. — Ты выбрал его потому, что флакон красивый? — Мио-он! Похоже, Соль отвечал, что ему нравятся и флакон, и запах. Малыши и так засыпали мгновенно, едва ложились. Почти весь день они спали в корзине. Зачем им вообще средство для сна? Подавив желание снова спросить, зачем он это покупает, Роун улыбнулся и сказал: — …Красивый. Глаза Соля засияли, и он мяукнул. Торан любил бросаться на вещи, так что, скорее всего, выбрал бы что-нибудь полезное для сбора. С его бросковой способностью было бы хорошо, если бы он взял артефакт, усиливающий урон. И как раз в этот момент раздался голос Торана, который обычно почти не кричал. — А-а! Роун молнией рванул на звук — и остановился, уставившись на Торана. — А-а?! Торан сидел перед зеркалом размером почти с себя и смотрел на отражение так, словно кричал: «Ты кто такой?» Он постучал по зеркалу передней лапой, потом обошёл его сзади и проверил обратную сторону. Торан имел привычку зацикливаться на чём-то, пока не разберётся до конца. Будь это обычная игрушка, её можно было бы носить с собой и часто доставать для игры, но это было зеркало. Если взять его куда-нибудь и разбить, Торан мог так расстроиться, что у Роуна даже характеристики упали бы. — …Ты хочешь, чтобы я купил зеркало? — А-а! Торан резко повернул голову, посмотрел на Роуна и мяукнул с совершенно ясным смыслом: купи сейчас же. Если влить в зеркало ману, оно отражало владельца в виде, который его удовлетворял. Похоже, это была вещь чисто для развлечения или снятия стресса. Роуну оставалось только взять зеркало. Интересно, сколько всё это стоит? Для игрушек питомцев, наверное, хватило бы одного купона. Раньше Роун покупал только доспехи для питомцев или атакующие артефакты, поэтому такие игрушки были ему в новинку. Он стал искать ценник и понял, что его нет: вероятно, потому что вещи были маленькими. Ладно, просто куплю. Усадив малышей в корзину для трав, он направился к кухонному отделу, чтобы купить несколько принадлежностей для матери, Сон Су-хи. Это была личная роскошь Роуна: так он сможет вкуснее есть. О вещах для отца спрошу потом. Для отца всё, что касалось здоровья, можно было решить зельями или сбором трав, так что Роун не знал, что ему купить. У стойки сотрудница универмага уже заранее упаковывала игрушки, которые выбрали малыши. — Сколько стоят игрушки для питомцев? Роун подошёл и протянул два купона. — Да, кукла — тридцать миллионов вон, духи — семьдесят миллионов, зеркало — пятьдесят миллионов, а набор сковород — двадцать пять миллионов вон. Цену сковород Роун знал, но, услышав стоимость игрушек, не поверил собственным ушам. — Почему игрушки такие дорогие? Он объяснил, какие характеристики игрушек ему известны. Сотрудница доброжелательно улыбнулась и сказала: — Господин, вещи, о которых вы говорите, действительно считаются игрушками, но артефакты, которые вы принесли, практичны и поддаются улучшению. В них можно вложить способности, поэтому, пожалуйста, посмотрите разницу. Сотрудница показала небольшой экран с характеристиками артефактов. Она была права. Способности были похожи на те, что Роун знал, но эти вещи можно было улучшать и добавлять к ним другую магию для синергии. — Да, беру. — Спасибо. Приходите ещё! Сотрудница забрала четыре купона и вернула ему пять миллионов вон сдачи. Выйдя из универмага для пробуждённых, Роун стал ждать такси, чтобы быстрее вернуться домой. Такси с противоположной стороны улицы рвануло прямо к нему. — Хорошо сдали экзамен пробуждения?! Роун слегка замялся при виде роскошного такси, но водитель улыбнулся и поприветствовал его. Это было то самое такси, на котором он уже ездил. Роун молча сел внутрь. — Пожалуйста, отвезите меня ко входу в защищённую зону. Таксист, который, как Роун ожидал, будет приставать с расспросами о результатах, на этот раз вёл машину молча. Такси поднялось выше прежнего, и огромные очертания горы Нокма вдалеке казались маленькими. Пока Роун смотрел на гору, водитель заговорил: — Когда я был ребёнком, больше половины горы Нокма когда-то почернело. — …Больше половины? Роун переспросил, не веря ушам. Раньше водитель рассказывал, что в его детстве гора Нокма была почти вся зелёной. Теперь же он утверждал, что больше половины горы когда-то почернело, и в это было трудно поверить. Даже если оставить это противоречие в стороне, поверить всё равно было нелегко. Если гора, испорченная демонической энергией, могла так просто восстановиться, заброшенные горы вообще не появлялись бы. Роун смотрел на затылок водителя, а тот продолжил: — Однажды божественные звери начали исчезать один за другим, и демоническая энергия, стекавшая с горы Нокма, заразила миазмой всю деревню. — Всю деревню? Роун вздрогнул. До регрессии он не смог вернуться домой именно потому, что деревню закрыли на карантин из-за массового заражения. — Да, больше половины горы Нокма почернело. Было страшно… я думал, все умрут. — Значит, гора потом снова позеленела? Сейчас демоническая энергия покрывала только примерно треть горы. Если слова водителя были правдой, значит, существовал способ восстановить испорченную гору. — Удивительно, но однажды демоническая энергия внезапно остановилась, и зелёная сила горы Нокма начала возвращаться. К сожалению, она остановилась прямо перед самой вершиной. — Почему демоническая энергия остановилась? — Ну… точно не знаю, но с того дня люди не могут безрассудно подниматься на гору Нокма. Если пытаются, то плутают или едва не погибают, будто одержимые. — … Барьер над горой Нокма существовал ещё до рождения Роуна. Но сам Роун, как ни странно, никогда его на себе не испытывал. В детстве он иногда думал, что люди просто оправдываются, потому что им стыдно признаться, что заблудились. Он лишь мельком думал: «Значит, барьер всё-таки есть…» — но глубоко об этом не размышлял. Если подумать, это странно. Если там, где барьера не было, он вдруг появился, значит, кто-то поставил его намеренно. Вскоре такси приземлилось у входа в защищённую зону. — За проезд не нужно. Давно я не встречал кого-то из родных мест, было приятно. — Нет, всё равно… денег у меня достаточно. Возьмите. — Ай, не могу же я взять, когда маленькие божественные звери сзади так на меня смотрят. Отец говорил: «С хранителя божественных зверей деньги не берут». — …Простите? Что вы имеете в виду? — Если божественных зверей становится меньше, то и хранители духов рождаются редко. А тут появился молодой хранитель духов? Значит, и божественных зверей стало больше, верно? Как я могу взять деньги с такого человека? Роун лишь слушал, как таксист, узнав кошачьих божественных зверей, говорит без остановки. Термин «хранитель божественных зверей» Роун слышал и раньше, но настоящего хранителя никогда не видел. Если так называли человека, который хорошо общался с божественными зверями, в деревне у горы Нокма действительно был кто-то, кто подходил под это описание, — его отец. Однако хранители божественных зверей должны были обладать особыми способностями, а навык отца заключался лишь в выращивании низкоуровневых трав. Не может быть. Близость к божественным зверям сама по себе не делает человека хранителем. Роун и его мать, Сон Су-хи, тоже дружили с божественными зверями, да и господин Пак, шахтёр, часто ладил с ними. Роун покачал головой и вышел из такси. — Берегите себя, господин! Если снова приедете, обязательно звоните! — Да, мне тоже было приятно с вами встретиться. До свидания! Стоило ему выйти из защищённой зоны, как густой, неприятный воздух, наполненный маной, ударил в лёгкие — словно он вернулся из другой страны. Ощущение было такое, будто он находился в месте с очищенным воздухом, а потом внезапно вдохнул мелкую пыль. Здесь воздух не такой хороший, как на горе Нокма. И всё же с точки зрения безопасности этот район был лучше других незащищённых зон. Транспортная система здесь напоминала старый мир, и люди в основном пересаживались на автобусы. Автобус до дома идёт! Божественные звери в корзине для трав узнали деревенский автобус и начали мяукать, подгоняя Роуна. Роун погладил божественных зверей и сел в автобус. — Добро пожаловать. Водитель бодро поздоровался, но в салоне больше никого не было. — Вы из защищённой зоны, да? Какой-то вы другой. От вас приятно пахнет. — А, от меня? Роун наклонил голову и понюхал одежду. Не думаю, что пахнет чем-то особенным. Наверное, на нём остался аромат диффузора из универмага и такси. Роун кивнул и уже собирался пройти дальше, но водитель снова заговорил: — Вы по делам в деревню у горы Нокма? — Нет. Я живу в деревне у горы Нокма. — А, вот как. Водитель, который смотрел на Роуна так, будто тот был глупцом, с жалостью и удивлением, завёл автобус. Когда они приблизились к деревне у горы Нокма, божественные звери, прилипшие к окнам, оживились. Они выглядели так, будто готовы выпрыгнуть из автобуса, как только он остановится. Глаза Роуна начали закрываться. Почему-то я устал сильнее, чем когда ходил на гору Нокма, хотя всё время сидел. Откинувшись на спинку сиденья, Роун смотрел в окно и тихо повторял про себя слова таксиста. Раньше барьер почти восстановил гору Нокма — так почему теперь миазма спустилась ещё ниже? Может быть… барьер слабеет? Внезапно в голове всплыл образ растущей стаи зелёных лягушек и Бэк Ин-хо. Из-за влияния демонической энергии зелёных лягушек стало намного больше, чем раньше. Их слизистая субстанция местами распространилась даже за пределы их обычной среды обитания. Появление мутировавших монстров означало, что неопознанные мана-токсины постепенно расползаются по деревне у горы Нокма. На лице Роуна легла тень тревоги. До регрессии он понял природу мутировавших мана-токсинов только после того, как гора Нокма уже оказалась захвачена маной. Невидимые, но исподволь проникающие через кожу и дыхательные пути. И тут он внезапно вспомнил запах диффузора, который ощущал в защищённой зоне. Мысли мгновенно прояснились. Понял… нужно сделать диффузоры с противоядием. ---------- Поставка зелий Роун сразу вспомнил ингредиенты, нужные для диффузора. И тогда мастерская «Рубикс», прочитав его намерение, нашла подходящий рецепт и вывела его перед ним. [Рецепт] Диффузор с противоядием среднего ранга ― Корень зелёнолистной споры 1/3 ― Лист чхонхвачхо 1 ― Очищенная вода 10 мл ― Порошок серебряного камня 1 г Ингредиенты в рецепте были рассчитаны ровно на один флакон зелья. Иными словами, из одного корня зелёнолистной споры можно было сделать три зелья-диффузора. Чхонхвачхо было достаточно — благодаря божественным зверям, которых Роун встретил у источника. Сначала он решил попробовать сделать диффузор из тех материалов, что были под рукой. Чтобы добавить аромат, потребовались бы дополнительные ингредиенты, поэтому он сделал его без запаха. [Система] Изготавливается диффузор с противоядием среднего ранга…… (1/30) О, можно сделать до тридцати флаконов. Пока он не знал, хватит ли этого. В зависимости от концентрации противоядия в диффузоре могло понадобиться больше или меньше. Вскоре автобус прибыл на остановку деревни Нокма. — Берегите себя, господин. Будьте осторожны. Миазма становится всё сильнее, так что, если что-нибудь случится, я советую поскорее переехать. — Ха-ха, да… спасибо за беспокойство. Роун чуть улыбнулся и вышел из автобуса. Он сел на велосипед, оставленный у остановки, и направился домой. --- Едва он остановил велосипед во дворе, малыши выпрыгнули наружу. — О, сынок! Экзамен пробуждения прошёл хорошо? Отец, Ли Хак-су, и мать, Сон Су-хи, встретили Роуна. — Да, и какой результат? — Я получил S-ранг. И… Роун вывел родителей во двор и объяснил, что по практическим причинам открыл гильдию. Затем достал из кармана заявление на регистрацию гильдии и протянул его им. — Мне нужна ваша помощь. Минимальное число участников для подачи заявления — трое. Ли Хак-су и Сон Су-хи растерянно переглянулись. Прочитав заявление, Сон Су-хи заговорила первой: — Сынок, я ведь из кулинарной сферы, значит, не могу написать, что я сборщик? Не поставишь же мне должность «сбор кухонным ножом». — Просто напиши «кулинария». Ты же не только собираешь, чтобы продавать? Как в суповой: нужно готовить из того, что собрала. — О, верно, сынок! Тогда напишу, что отвечаю за питание. — А я? Как выращивание трав связано со сбором? — Связано, отец. Помнишь, я раньше дал тебе семена? Напиши, что собираешь семена. — А-а, вот как… Напишу «сбор и исследование семян». Ли Хак-су кивнул и пошёл за письменными принадлежностями. — А средства на открытие гильдии у тебя есть? — Их мы теперь заработаем. — Что? Сынок, я думала, ты унаследовал нерешительность отца, а ты, оказывается, решительный мужчина. Но одной решительности мало, если не умеешь доводить дела до конца. — Мама… Как ты могла так смотреть на своего единственного сына? Я из тех, кто делает, если сказал. Деньги? Это… Роун вспомнил, как до регрессии свободно тратил деньги. Сейчас заработать деньги проще, чем когда я был укротителем S-ранга, мама. — О, да. Знаю. Твоя решимость впечатляет. Сон Су-хи озорно улыбнулась и продолжила: — Помнишь, когда ты был маленьким? Ты смело ворвался в мастерскую отца, чтобы провести эксперимент, и взорвал одну её сторону. Не знаю, почему твоя смелость проявляется только в мастерской. — Э-э… это было… Роун, честно говоря, не мог точно вспомнить, зачем вошёл в мастерскую и как она взорвалась. В памяти смутно всплывали только испуганные лица родителей. Увидев смущённого сына, Сон Су-хи весело рассмеялась. В этот момент Ли Хак-су вернулся с письменными принадлежностями. Пока родители заполняли заявление, Роун достал из мастерской «Рубикс» набор магических сковород. Когда Сон Су-хи закончила писать и подняла голову, она ахнула от удивления. — Ох, что это?! — За открытие гильдии мне дали купоны. Я подумал, что твои кулинарные способности пропадают на старых сковородах, поэтому подготовил это. В следующий раз куплю что-нибудь подороже. — Вот именно! Только мой сын! За всю жизнь в этой деревне я ни разу не могла позволить себе такую роскошь. Сколько же лет прошло с тех пор, как я пользовалась магическими кухонными инструментами… Когда её глаза увлажнились, Ли Хак-су тихо сказал: — Сынок… а тебе самому ничего не хочется? — …Нет. Я не знал, что тебе подарить. Если что-то понадобится, пожалуйста, напиши. Отец Роуна сделал вид, будто сердито смотрит на него. Ему хотелось попросить у сына что-нибудь, но ничего конкретного в голову не приходило. И всё же, если у него и было желание… То это здоровые травы для него и семьи, чистый воздух и жёлто-бурая земля, свободная от демонической энергии. Такое нельзя было купить. Это мог обеспечить только сам Ли Хак-су. — Хм, если вспомню, чего хочу, напишу. Ли Хак-су ответил так, глядя на сына с восхищением. — Ня-о-о-он! — Мио-о-он! И нам тоже дай! Малыши на полу били лапками по мастерской «Рубикс» и мяукали. — Хотите, чтобы я достал игрушки? Сейчас достану. Роун собирался зайти в мастерскую и вынести их осторожно: он боялся, что зеркало Торана разобьётся. Открыв дверь мастерской, он увидел, что мука, рассыпанная вчера, немного потревожена, но следов не было. Осторожничают. Он рассыпал ещё немного муки, а затем по одному выдал малышам их игрушки. — Куррунг. Суранг сразу схватил мягкую плюшевую игрушку в форме полумесяца и унёс её в корзину для трав. Соль поднял лёгкий ветерок, распространяя запах по мастерской. Ох, это правда эффективно. Стоит вдохнуть — и сразу клонит в сон. Глаза Роуна наполовину прикрылись. Торан тихо сидел перед зеркалом. Роуну стало любопытно, что оно показывает, и он тоже заглянул. Но в зеркале Роун был не один. Его окружали бесчисленные божественные звери, и он счастливо улыбался. Среди них были существа, похожие на земных животных, которых он когда-то создал как укротитель до регрессии. Воспоминания о зверях, потерянных в прошлой жизни, болезненно кольнули в грудь. Но он решил: на этот раз такого не случится. В этот момент появилось сообщение: зелье-диффузор было готово. [Система] Диффузор с противоядием среднего ранга завершён. (30/30) Роун вынул одну каплю зелья, чтобы проверить состояние диффузора. От маленькой мерцающей сферической капли веяло тонким свежим ароматом. Каплю можно было использовать и так, но на всякий случай он налил около десяти штук во флакон. Назначение этого диффузора — очищать миазму, распространяющуюся по деревне. Не могу же я просто разбрызгать его по земле? Если с таким трудом сделанное противоядие загрязнится, его эффект быстро исчезнет, поэтому нужна была среда, которая надолго удержит аромат. Похоже, придётся сходить в город и разобраться. Перед выходом из мастерской он достал зеркало Торана и поставил перед участком, посыпанным мукой. Осторожный травяной вор мог так увлечься собственным отражением, что оставил бы следы. В этот момент Ли Хак-су позвал Роуна. — Сынок, из Главной больницы горы Нокма пришёл заказ на зелья. У них заканчиваются противоядия. Как единственный алхимик в деревне, Ли Хак-су часто получал из разных мест просьбы поставить зелья. Но в последнее время воры пробирались на склад трав, и изготовление стало невозможным. Роун кивнул, увидев тревогу на лице Ли Хак-су. — Хм, посмотрим… Если разлить оставшиеся капли противоядия по флаконам, кажется, выйдет две коробки. — О, правда? Тогда отвези их. Не забудь проверить своё имя в списке заявок на поставку. — Да, отец. — Сынок! Уже время еды, куда ты опять собрался? — Отец попросил, я по поручению. Скоро вернусь. Когда Роун завёл велосипед, малыши подбежали и запрыгнули в корзину для трав. — Липучки мелкие… теперь уже автоматически, да? — Няу! — Мио-он! --- Добравшись до города, Роун пошёл по улицам, восстанавливая в памяти старые воспоминания. Улицы со старомодными машинами и уличными лавками выглядели почти так же, как в его детстве. Большие впечатляющие супермаркеты и современные квартиры, которые когда-то казались огромными, теперь для Роуна, вернувшегося из будущего чуть больше чем на двадцать лет вперёд, походили на смутное изображение на старом чёрно-белом телевизоре. — Кья-а! Я думала, это куклы, а это настоящие котята! Когда малыши выглядывали из корзины для трав, прохожие порой удивлённо смотрели на них, но Роун лишь слабо улыбался и шёл дальше. ~Главная больница горы Нокма~ Едва он вошёл через вход первого этажа, путь ему преградил мужчина средних лет, похожий на охранника, и спросил, как он сюда попал. — Я принёс зелья. — Ох! Правда?! Мы отчаянно ждали, потому что зелья закончились. От какого вы поставщика? — Из мастерской Ли Роуна. Охранник проверил название поставщика в журнале и удивлённо поднял глаза. — А, точно… у алхимика ведь есть сын? А-а, его зовут Роун. Зная, что Ли Хак-су — единственный алхимик в деревне, охранник проверил список поставок. — Вам заказали доставку зелий низшего ранга. Сколько вы привезли? — Две коробки. Проверив содержимое зелий анализатором компонентов, охранник наклеил на коробки синюю наклейку с пометкой «низший ранг». — Быстрее несите их. Даже низший ранг сейчас редкость и нарасхват. Он обвёл имя Ли Хак-су и поторопил Роуна. Внутри приёмного покоя персонал двигался суетливо: крики с распоряжениями смешивались со стонами пациентов, и напряжение здесь было совсем иным, чем в рейде. — Дададададак! — Дорогу! Везут пациента с отравлением миазмой! С громким топотом по коридору промчалась каталка с пациентом. Тело пациента уже распухло и покраснело, а из ран сочилась густая слизь. — Разорванный живот заражён миазмой. Внутренние органы стремительно разрушаются! Миазма напрямую соприкасалась с ранами. Слизистый магический яд лип, как пиявки, и, коснувшись кожи, вгрызался внутрь. Хуже того, он постепенно растворял всё, к чему прикасался. Хм, яд зелёной лягушки? Но они ведь уже должны быть уничтожены. Место обитания зелёных лягушек Роун зачистил и очистил, не оставив ни одной. — Целитель! Ещё один случай отравления миазмой. Целительница обернулась на крик, вытирая пот со лба; её руки дрожали. — Исцеление не действует на миазму. Нужны противоядия. — Но, похоже, миазма становится устойчивой; противоядия уже не так эффективны. — Тогда лейте больше! Из-за того что на каждого пациента сразу выливали по несколько флаконов, запас противоядий в больнице почти иссяк. Медики, чувствуя, как жизненная сила пациентов угасает, беспомощно переглянулись. — Целитель! Используйте исцеляющую магию! — Не могу. Сначала противоядия! Органы растворяются; если сейчас заживить только раны, это может быть опасно. Нужно было либо восстановить органы достаточно, чтобы нейтрализовать яд, либо убрать его с помощью противоядия. Однако её исцеляющая магия действовала только на внешние раны, а не на внутренние органы. Оставалось лишь продержаться до сегодняшней поставки зелий, но к тому времени половина пациентов погибла бы. И в этот момент, словно луч надежды, прозвучал голос: — Я принёс заказанные зелья! Кто здесь ответственный? — ……! ---------- Рынок разделки зверей Роун не мог пройти внутрь из-за перекрытого прохода, поэтому поднял коробку с зельями над головой и крикнул. Глаза медиков, застывших в напряжении, вспыхнули при этих словах. — Что?! Поставка зелий?! — Противоядие! Противоядие прибыло! В критический момент целители и медицинский персонал двинулись одновременно. Подгоняемые отчаянным желанием спасти пациентов, за которых отвечали, они бросились к Роуну. — Быстрее, дайте противоядие! — Сюда сначала! Нам нужны противоядия и лечебные зелья! Медики облепили Роуна, наперебой пытаясь взять зелья, которые он держал. Целитель, схвативший противоядие, молнией метнулся к пациенту. В тот миг, когда он влил противоядие между расплавленных органов, эффект проявился сразу. Всего несколько капель — и слизистая миазменная отрава, покрывавшая раны, полностью исчезла. Даже расплавленные ткани начали подрагивать и восстанавливаться. — Н-не может быть! Повреждённые органы восстанавливаются сами! Среди поражённых медиков целитель спокойно закончил накладывать исцеляющие заклинания. Пациент, которого уже считали обречённым, постепенно задышал ровнее. Одного флакона противоядия хватало почти на десять пациентов. Наконец по успокоившейся палате прокатился вздох облегчения. В эту минуту тихого облегчения целитель, пришедший в себя, сжал пустой флакон и подозвал медиков. — Обязательно выясните, кто изготовил это противоядие! Оно… невероятно эффективно. Один из медиков, рассматривая флакон, озадаченно спросил: — Простите? Разве это не просто зелье низшего ранга? — Даже среди зелий одного низшего ранга разница огромна. Вид трав, пропорции смеси, мана алхимика… из таких отличий и рождаются подобные чудеса. Все кивнули, слушая объяснение целителя. Они не могли отрицать то, что только что увидели собственными глазами. Один из медиков поймал охранника и спросил: — Вы помните алхимика, который поставлял зелья около двух часов назад? — Ну… тогда в больницу приходило несколько человек… А, подождите, кажется, мог прийти сын мастера Ли Хак-су. Но я точно не помню. — Сначала проверьте список алхимиков, которые приходили примерно в это время. Вернувшись в приёмное отделение, охранник показал целителям и медикам журнал посетителей. — Зелья Ли Хак-су хороши, но не до такой степени. Это, должно быть, сделал другой алхимик. Медики много раз пользовались зельями Ли Хак-су, единственного алхимика деревни Нокма. — Тогда кто это?! Кто мог доставить зелья в такую опасную закрытую зону ровно в нужный момент? Медики даже представить не могли, что сын Ли Хак-су уже пробудился. Неизвестное противоядие тихо всколыхнуло больницу. Целитель решил немедленно доложить об этом директору больницы. --- Тем временем Роун, покинув больницу, направился на рынок. Сегодня был ежемесячный рыночный день, когда открывался рынок разделки зверей. Он собирался продать мясо зелёных лягушек и заработать денег. Продать всё, но оставить столько, чтобы хватило поесть. Едва он вошёл на рынок, как смешанные запахи разных ингредиентов и лекарственных трав ударили ему в нос. Каждая лавка была забита всевозможными товарами, а крики торговцев и гул покупателей наполняли рынок. — Мяу?! — Мионг, миооонг! Суранг, который спал, поднял голову, а Торан и Соль не могли скрыть возбуждения от запаха мяса. — Подождите совсем немного. Я продам мясо лягушек и куплю вам что-нибудь вкусное. Когда Роун прошептал это, малыши облизнулись и свернулись в корзине. — Свежее волчье мясо, от головы до хвоста! Уже готово к разделке! — Купи вот это, молодой человек! Свежепойманный кокобич! Отдам дёшево! Торговцы, готовившие разделочные доски с большими ножами, выкрикивали у столов для разделки. На стене с крюков свисали освежёванные туши зверей. Некоторые, казалось, ещё сохраняли тепло тела и пусто смотрели в пространство. Роун прошёл мимо крупных зверей и направился к малой разделке. Он остановился перед лавкой, где торговали мясом самых мелких зверей. — Мясо зелёных лягушек. — Выкладывайте сюда. Роун достал мясо лягушек из мастерской «Рубикс» и передал его торговцу. В этот миг взгляд торговца изменился. Лягушки, сложенные перед ним, были в поразительно идеальном состоянии. Ни капли крови, почти никаких ран — и они даже сохраняли тепло, словно их только что поймали. Как такое возможно? От горы Нокма до рынка нужно добираться довольно долго. Как бы хорошо их ни хранили, сохранить такую свежесть невозможно. Но и это было не всё. Демоническая энергия тоже полностью исчезла! Такое не мог сделать обычный охотник. С тушами явно поработал мастер. Однако юноша перед ним выглядел совсем новичком. Он явно неопытен. Если бы он был охотником высшего уровня, у него хотя бы был бы артефакт. И он сам пришёл на разделку, чтобы продать мясо? Если бы он действительно был мастером, то доставил бы его клиенту. Если он не поймал их сам, значит, его отправили с поручением. Тогда можно сбить цену. Внутрь начала заползать жадность. Торговец, делая вид, что всё в порядке, назвал цену чуть выше рыночной для мяса, в котором ещё оставалась демоническая энергия. Если бы Роун не знал рыночной цены, он мог бы даже обрадоваться. Но неожиданно юноша сухо сказал: — Это слишком мало. — Ч-что именно? Растерявшийся торговец попытался разыграть, будто цена и так высокая, но почему-то рот не двигался. Что-то было не так. Инстинкты подавали сильный сигнал опасности, но жадность затуманила ему рассудок. Если я буду настаивать, что дал высокую цену, ему ведь придётся продать, верно? В этот момент корзина юноши шевельнулась, источая леденящую ауру. Торговец инстинктивно посмотрел туда и встретился с этими глазами. Синие глаза, совершенно неподвижные. Этот взгляд ощущался как взгляд высшего хищника, смотрящего на добычу сверху вниз. Дышать стало тяжело, будто он оказался в ловушке закона природы. — Н-неужели… божественные звери?! Эти глаза говорили: Тронешь нас — умрёшь. И это был не один зверь. В глубине корзины были ещё. …Т-трое. Только тогда торговец понял, кого он задел. Юноша перед ним был хранителем божественных зверей. Внезапно в памяти всплыл кошмар более чем десятилетней давности. Тогда торговцы попытались завысить цену бедно одетому мужчине. И мало того — попытались украсть зелья, которые он нёс. После этого из ниоткуда появились божественный зверь-тигр, медведь и гигантская сова и обрушились на рынок. Разделка мгновенно погрузилась в хаос, и весь рынок был перевёрнут вверх дном. Божественные звери смели всё звериное мясо на рынке. С того дня, стоило открыться рынку разделки, они появлялись и подчистую забирали мясо. В конце концов торговцам пришлось разыскать хранителя божественных зверей и встретиться с ним лично. Лишь после того, как они группами взобрались на гору Нокма, полдня простояли на коленях и поклонились, ситуация наконец успокоилась. С тех пор на рынке установилось строгое правило: Никогда не связываться с хранителем божественных зверей. Любого торговца, нарушившего это правило, изгоняли с рынка. И сейчас он едва не нарушил это табу. Ах… что же я натворил?.. Холодный пот хлынул по спине, дыхание сжалось. Теперь оставался только один выбор: немедленно извиниться. — П-простите, господин! Я ошибся! Я… я забыл, что демонической энергии больше нет! Ха-ха-ха… сто тысяч вон за штуку… нет, сто пятьдесят тысяч! Если и этого мало, двести тысяч! Рот нервного торговца двигался сам собой. И тогда произошло нечто ещё более поразительное. — Продам всё это по двести тысяч. В тот же миг, когда юноша ответил, сверху посыпались тушки зелёных лягушек. Рот мясника разинулся, как таз. Маленькие божественные звери в корзине все разом высунули головы и закричали. Роун примерно понял, что они говорили. Подожди… это же я поймал?.. Почему ты продаёшь нашу еду? Может, мне просто съесть одну?.. — Позже куплю вам что-нибудь вкуснее. Когда Роун легко прижал головы божественных зверят, они послушно вернулись в корзину. Тушки зелёных лягушек громоздились на прилавке и всё продолжали громоздиться. Когда, казалось бы, бесконечный лягушачий водопад наконец прекратился, Роун улыбнулся и сказал: — Всего четыреста. Потрясённый мясник покачнулся на ногах. — Ч-что?! Четыреста?! — Только посмотрите! Он в одиночку разделался с монстром, который плюётся слизью?.. — Да быть не может, это ведь подделка? Взгляды окружающих торговцев были прикованы к нему. — Тише, все услышат. Этот человек безумно силён, это точно. Звуки коротких вдохов наполнили рынок, и всё вокруг стихло. Мясник закатил глаза и начал шарить в кармане. Чтобы купить всё это… восемьдесят миллионов вон? У меня столько нет… Если откажусь, меня ведь не убьют? Максимум, что он мог заплатить прямо сейчас, — всего двадцать пять миллионов вон. Сказать ему продать где-нибудь ещё? Если скажу, что у меня нет денег… ничего серьёзного ведь не случится? В этот миг по спине пробежал холод. Мясник повернул голову к ледяному взгляду и встретился глазами с Сурангом. — Мяу? Не играй с нашей едой, мяу! — К-как?! Над головой синеглазого малыша-духа начал формироваться небольшой кусок льда. Дрожь прошла по всему телу мясника. Неужели этот божественный зверь умел читать мысли? Охваченный паникой мясник судорожно стал искать выход. Нельзя было их оскорбить. Нужно было найти что-то подходящее, чтобы покрыть стоимость… Найти — во что бы то ни стало. И в этот момент его осенило. — Да, точно! Предмет, который оценили как редкий, но который нельзя было продать, потому что у него не было цены. Позже он собирался отдать его дёшево, но покупатель так и не появился, и ценность вещи постепенно тускнела — один сплошной головняк! Ах, яйцо Пика Пламени! По словам оценщика, это было яйцо, которое охранял адский огненный монстр Цербер. Оно могло оказаться и яйцом другого монстра, оставленным на корм детёнышам, и яйцом божественного зверя, украденным ради пропитания. Проклятье… немного жалко, но сейчас у меня есть только это. Юноше придётся принять его вместо наличных. Мясник протянул яйцо с максимально возможной почтительностью и сказал: — Господин, общая сумма слишком велика… могу я рассчитаться этим яйцом? Роун молча посмотрел на розовое яйцо, которое предложил мясник. Оно было размером примерно с куриное. Выглядит точь-в-точь как куриное яйцо, только покрашенное в другой цвет. Когда юноша замялся, мясник поспешно продолжил: — Говорят, это яйцо охранял Цербер, босс Пика Пламени! Раз монстр босс-класса пытался его защитить, разве это не невероятная вещь? Даже слухи ходят, что Цербер сам снёс это яйцо вместо детёныша… — …Честно говоря, мне очень жаль его отдавать, но вам, господин, я уступлю его за шестьдесят миллионов вон. Если вычесть стоимость тушек лягушек… наличными останется двадцать миллионов. Что скажете? Роун смотрел на мясника, не дрогнув даже бровью. За кого он меня принимает, пытаясь продать крашеное яйцо за шестьдесят миллионов вон? Пусть это и называли яйцом босс-монстра, в нём не чувствовалось ни демонической, ни духовной энергии. Похоже просто на мёртвое яйцо. До регрессии Роун никогда не сталкивался с таким мошенничеством, поэтому немного опешил. Мясник, прочитав выражение лица Роуна, робко заговорил: — Ну… если оно вам не нужно, я могу достать деньги… если только вы немного подождёте… — Не надо. Я просто продам в другом месте. Когда Роун холодно провёл черту, мясник поспешно шагнул в сторону и перегородил ему путь. — Господин! Пожалуйста, хотя бы прикоснитесь к нему один раз. Даже оценщики сказали бы, что это редкость… Роун равнодушно отвернул голову. Он достал мастерскую «Рубикс», чтобы забрать мясо зелёных лягушек. — Дзынь. Один фрагмент остановился на ладони мясника. Словно что-то почувствовав, он начал кружить вокруг яйца, которое протянул мясник… А затем появилось сообщение мастерской. [Система] Получено: яйцо феникса Пика Пламени. [Система] Сохранить / Поглотить — Что?! ---------- Старик с цветочной тележкой [Система] Получено: яйцо феникса Пика Пламени. [Система] Сохранить / Поглотить Хм… это яйцо феникса? Роун, освоивший «Кодекс зверей», лучше кого-либо знал, насколько редко встречается такое яйцо и какую ценность оно имеет. Но что-то было не так. Почему я совсем не чувствую огненной энергии? Божественные звери Пика Пламени от природы рождаются с сильной огненной стихией. Особенно на действующем вулкане у самой вершины, где постоянно кипела лава. Фениксы, рождавшиеся из этой лавы, были существами, которые раз за разом воскресали — словно затухающий уголёк, снова вспыхивающий пламенем. Их называли бессмертными. Не может быть, чтобы от такого сильного огня я ничего не чувствовал… Или… это мёртвое яйцо? Но мёртвым оно не было. Если бы в нём не осталось духовной энергии, мастерская «Рубикс» вообще не стала бы его собирать. Роун на мгновение задумался. Если поглотить это яйцо, он сможет извлечь сущность бесконечно рождающегося пламени и свободно создавать материалы огненной стихии. А ещё — делать с помощью огненной энергии мощные разрушительные вещи. Для Роуна, чья собственная боевая сила была невысока из-за того, что малыши-божественные звери ещё малы, это был идеальный шанс восполнить слабое место. И всё же он легко покачал головой. Нет. Так нельзя. Божественные звери размножаются куда более ограниченно, чем обычные животные. Они оставляют потомство только тогда, когда детёныш способен полностью унаследовать их уникальные способности. Именно поэтому малыш божественного зверя — самое драгоценное существо. Если мать этого яйца жива, она наверняка его ищет. Но до Пика Пламени было слишком далеко, а гора кишела зверями, так что подняться туда было невозможно. И всё же, если хранить яйцо в мастерской «Рубикс», для него остановится время. Когда позже появится способ, он сможет достать его оттуда. Приняв решение, Роун сказал: — Хорошо. Вычтите стоимость яйца, а остальное отдайте наличными. — Да, господин! Прекрасное решение! Для вас это точно не будет убытком. А насчёт наличных… перевести на ваш счёт? — Да, так будет лучше. Роун поместил яйцо феникса в мастерскую «Рубикс» и получил на счёт пробудившегося двадцать миллионов вон. Как-то сейчас зарабатывать деньги проще, чем тогда, когда я был S-ранговым укротителем. По сравнению с охотой в команде до регрессии это было в несколько раз эффективнее и легче. Полностью очищенное мясо, аккуратное хранение туш, высокая скорость сбора — всё это стало возможным благодаря мастерской «Рубикс» и малышам-божественным зверям. Когда Роун, завершив сделку, повернулся уходить, торговец-мясник слабо улыбнулся и сказал: — До свидания, господин! Я безмерно благодарен, что человек вашего положения пришёл в такое скромное место… но в следующий раз советую воспользоваться более дорогим рынком только для охотников. В этот низкоуровневый рынок больше не приходите… И в этот миг: — Мяу! Суранг высунул голову из корзины. Голос мясника мгновенно оборвался, едва он встретился с двумя голубыми глазами. Ай, напугался! Напряжение, которое только что отпустило, снова нахлынуло: маленький божественный зверь смотрел на него и направлял духовную энергию. Соберись. Нельзя недооценивать детёныша божественного зверя. По сравнению с огромными божественными зверями, которые когда-то разнесли бойню, он был ещё маленьким и милым. Но в нём чувствовалось слишком сильное давление, чтобы видеть в нём только милоту… К тому же тигр, защищающий потомство, куда страшнее разъярённого тигра. Нужно произвести хорошее впечатление. Мясник глубоко поклонился Роуну и несколько раз закивал. — В следующий раз я позабочусь о вас лучше! И пули подготовлю, и редкие товары. Пожалуйста, ждите этого, господин! Глядя на него, Торан и Соль тоже высунулись из корзины, сияя глазами. Словно гордились своим вкладом, они задрали головы и посмотрели на Роуна снизу вверх. Роун, глядя на малышей, тихо рассмеялся и пошёл вдоль улицы рынка разделки. — Ну что, теперь купим что-нибудь вкусное. При этих словах малыши в корзине радостно замяукали, начали тереться друг о друга и перекатываться. Купи мне то, что я люблю! И мне тоже. Я хочу то, что люблю! Я буду есть первым! Роун вспомнил, какими шумными они были до регрессии, когда стали огромными, и рассмеялся. Эти трое правда были громкими. А теперь даже их крошечное мяуканье казалось ему просто очаровательным. Роун остановился перед лавкой по разделке кокобичей. Кокобич был зверем, похожим на курицу. — Четыре, пожалуйста. Для малышей это мясо было бы первым, но до регрессии оно считалось их любимым. Цена за четыре тушки составила один миллион двести тысяч вон. Это была цена свежего мяса без демонической энергии. Мясо, из которого демоническую энергию уже удалили, стоило в несколько раз дороже, но у Роуна была мастерская «Рубикс». Если положить мясо в мастерскую, она сама удалит демоническую энергию. Малыши в корзине прижались головами друг к другу, облизывались и неотрывно смотрели на мясо кокобича. Мясничка, узнав божественных зверей, неловко сказала: — С вас… можно брать деньги? Раз уж это первый раз, я отдам как угощение. — Простите? Нет, госпожа, зачем же… Роун настаивал на оплате, а растерянная женщина всё равно набила пакет лапками кокобича так, что он едва не лопнул. — Пожалуйста, не отказывайтесь от этого. — А… что ж… спасибо. Удивлённый неожиданным угощением, Роун вспомнил мать, Сон Су-хи, и принял пакет. Мама любила куриные лапки. Пусть это были не куриные, а лапки кокобича, он ясно помнил, как в детстве смотрел, как она ловко их ест. В прошлом привычные всем куры и утки стали животными, которых трудно разводить. С появлением гейтов и частыми нападениями зверей земные животные могли выжить только на зерне, свободном от демонической энергии. Из-за этого животноводство резко пришло в упадок, и даже домашних питомцев стало невозможно держать, если ты не богат. В конце концов людям пришлось есть мясо зверей, содержащее демоническую энергию, но вкус у него был слегка рыбным и неприятным. К тому же риск отравления демонической энергией и болезней был высок. И всё же жители деревни Нокма были в сравнительно лучшем положении. Пусть они не были богаты, у подножия горы Нокма можно было добывать овощи без демонической энергии. Особенно Роун: благодаря особенности отца, связанной с выращиванием трав, он мог постоянно есть полезные травы, злаки и овощи. Уже одно это делало его довольно здоровым и хорошо питающимся человеком для незащищённой зоны. Впрочем, значило ли это, что Нокма — хорошее место для жизни? Вовсе нет. Там всё равно приходилось жить под угрозой нападения зверей. — Зелья закуплены, вкусная еда куплена. Может, теперь домой? — Мио-оонг! Роун посмотрел на малышей в корзине и спросил, но почему-то первым ответил Соль. Скорее домой и мясо! Мясо! До регрессии Соль больше всего любил блюда из кокобича. Пусть они ещё ни разу их не пробовали, инстинкт уже заставлял его тянуться к этому мясу. Роун погладил Соля по маленькой голове. Когда он вошёл на площадь и направился к парковке, ему на глаза попалась странная, но почему-то знакомая картина. Что это за цветы? Приглядевшись, Роун увидел старика, который раздавал цветы перед тележкой. Удивлённый, он повернул к тележке. Мимо человека, который раздавал почти исчезнувшие земные цветы, он пройти не мог. Тележка была полна разноцветных весенних букетов — свежих, будто только что сорванных; от стеблей тянуло запахом влажной травы. Жёлтая форзиция, розовые цветы вишни, белые магнолии — разные цветы показывали свою красоту и притягивали взгляды прохожих. — Добро пожаловать! Подходите, берите по цветку! Хриплый голос старика был наполнен мягким теплом. — Ого, это бесплатно? Молодая женщина спросила это с радостным удивлением. — Конечно, конечно. Посмотрим, какой цветок вам подойдёт… Ах, да. Вот этот. Он прямо как маргаритка. Старик улыбнулся и протянул ей белый цветок с несколькими соцветиями на одном стебле. — Ой, какой красивый. Спасибо. Любуясь маленьким букетом маргариток, она счастливо улыбнулась. — Эй, посмотри! Какие красивые цветы. К цветочной тележке подошла женщина, громко восхищаясь, а мужчина рядом с ней с невозмутимым лицом спросил: — Сколько стоит тюльпан? — Их раздают бесплатно. Возьмите по одному! Старик протянул паре красный и жёлтый тюльпаны и добавил добрые слова: — Пусть ваша любовь будет такой же прекрасной и вечной, как эти тюльпаны. — Спасибо, дедушка. Женщина весело ответила. Мужчина, уже отвернувшийся, протянул ей жёлтый тюльпан; она вцепилась в его руку и, сияя от радости, вприпрыжку ушла вместе с ним. Старик проводил их довольной улыбкой. Затем он предложил цветок мужчине средних лет, который устало брёл после тяжёлого дня. — День был трудный, правда? И всё же надеюсь, что этот цветок хотя бы раз заставит вас улыбнуться. Мужчина средних лет, нахмурившись, принял цветок из рук старика — и его лицо расслабилось в широкой улыбке. — Ах, вы делитесь такими драгоценными цветами… спасибо вам, дедушка. Так, почти без остановки, старик раздавал цветы из тележки, полной бутонов. Те, кто получал цветы, смотрели на них растроганно. От детей до пожилых — на губах у каждого появлялась маленькая радостная улыбка. Площадь наполнилась счастьем людей, наслаждавшихся ароматом цветов. На площади, где разливался цветочный запах, уже не было видно лиц, ожесточённых монстрами и суровой реальностью. Казалось, вся деревня стала теплее и мягче от маленького подарка старика. Он что, умеет выращивать земные цветы? Даже Ли Хак-су, пробудившийся с выращиванием трав, говорил, что вырастить земные цветы трудно. То, что кто-то бесплатно делился такими редкими цветами и ничего не ждал взамен, трогало. Но… почему?.. Если ему удалось вырастить столь редкие земные цветы, правильнее было бы посадить их в землю и дать им естественно распуститься и увянуть. Земные цветы должны оставаться там, где они расцвели. Если старик вырастил их сам, он должен был беречь их ещё сильнее. И всё же он срезал так много цветов и раздавал их прямо на улице. Более того, от стариковых цветов исходила какая-то чрезмерно свежая и чарующая аура. Смешав любопытство с подозрением, Роун медленно подошёл к цветочной тележке. И тут малыши в корзине для трав вдруг замурлыкали и завертели головами, будто только что нашли игрушку. В этот момент старик заметил Роуна, широко улыбнулся и внезапно протянул ему цветок. — И молодому человеку я тоже хочу подарить цветок. Пусть ваш день будет таким же прекрасным и счастливым, как этот цветок. Когда Роун протянул руку, чтобы принять его, Соль, любивший ароматы, подпрыгнул. Цветок коснулся передней лапки Соля, и мастерская «Рубикс» вывела сообщение. [Система] Собрать звериную траву «Беллато Арома»? — ……Что?! ---------- Беллато Арома (1) Роун нахмурился, увидев сообщение перед глазами. Это звериная трава Беллато Арома? На первый взгляд Беллато Арома выглядела как обычный цветок, но на самом деле была опасной звериной травой среднего ранга. В её аромате содержался крайне летучий демонический яд, который через воздух просачивался в дыхательные пути и кожу людей. Попав внутрь, демонический яд разносился по крови и постепенно разрушал внутренние органы. Он мог повредить не только лёгкие и печень, но и мозг с кровеносной системой. И где бы ни возникло поражение, итог был катастрофическим. Истинная природа этого ядовитого растения раскроется намного позже, поэтому сейчас никто не знал, насколько оно опасно. Зачем такой хрупкий старик раздаёт настолько опасную звериную траву? Взгляд Роуна скользнул к тележке старика, доверху нагруженной букетами. Беллато Арома росла в природе только в средней части горы Нокма, так что легко перевезти такое растение было невозможно. Даже если кто-то просто отдал его старику, результат был бы тем же. Яд этого цветка смертелен; он мог убить любого, кто попытался бы перенести его. Роун ощутил концентрацию демонического яда, расползавшегося по площади. К счастью, пока не всё серьёзно. Он испытал облегчение: токсичность травы ещё не успела слишком сгуститься. Старик, раздававший траву, выглядел лишь немного бледным; значит, он отравился не так давно и пока не был в серьёзной опасности. И всё же, если бы сегодня здесь не оказался Роун, старик не продержался бы и дня — демонический яд одолел бы его, и появились бы ненормальные симптомы. Повезло тебе. Роун решил, что должен остановить распространение яда, пока не стало поздно. Не спрашивая старика о причинах, он сразу начал собирать травы. — Шуа-рук. Фрагменты мастерской «Рубикс» рассыпались по тележке. В этот миг малыши высунули головы из корзины и запрыгнули на тележку. — Мяу! — Мя-а-анг! Будто вызываясь помочь со сбором, малыши зарылись среди цветов. Над их головами фрагменты мастерской «Рубикс» легко опустились на цветы. И тогда, без всякого предупреждения или признака, звериные травы на тележке исчезли так, словно их стёрли ластиком. Старик потрясённо раскрыл рот. Даже цветы в его руках исчезли, и он задрожал так, будто потерял драгоценность. — Ч-что происходит?! Мои цветы… мои цветы… Они не могут исчезнуть. Нет… нет… Роун спокойно спросил у дрожащего, готового расплакаться старика: — Где вы взяли эти цветы? — …… От внезапного вопроса Роуна старик поднял глаза, полные отчаяния и обиды. Потом увидел, как малыши невинно играют в тележке, и сдался, опустив голову. — Выходит, цветы, которые я сорвал, были звериной травой. Если бы это были обычные земные цветы, вы, как хранитель божественных зверей, не стали бы их уничтожать. — ……Что вы имеете в виду? — Если подумать, странно. На горе Нокма вдруг расцвели земные цветы… Я так обрадовался, что сорвал их, чтобы показать другим. Старик пустым взглядом уставился в тележку. И он тоже называет меня хранителем божественных зверей. Когда старик употребил тот же титул, что и таксист, встретивший его в защищённой зоне, Роун рефлекторно захотел возразить. Но сильнее его беспокоило другое: на горе Нокма расцвели земные цветы. — Господин, где именно на горе Нокма вы увидели эти звериные травы? — Кажется, перед самым источником… Я подумал, что снова вижу земные цветы, и так обрадовался… Старик вздохнул и обмяк, прислонившись к ограждению. Источник находился недалеко от среднего склона — места, по которому часто ходили божественные звери низшего ранга. Хм, это подозрительно… В той зоне вероятность появления звериных трав была низкой, так что старик мог дойти туда один, но кое-что всё равно казалось странным. Как старик вообще собрал столько звериных трав в одиночку? Это вызывало вопросы, но старик не продавал травы за деньги, поэтому Роун решил сразу подняться на гору Нокма. К тому же его тревожили божественные звери низшего ранга. Он ведь только недавно лечил божественных зверей низшего ранга, отравленных слизистой миазменной отравой. Если, как сказал старик, там расцвело столько Беллато Арома, божественные звери низшего ранга снова могли оказаться в опасности. Сначала поднимусь на гору Нокма, а старика проверю после. Оставив угрюмого старика позади, Роун поспешил к горе Нокма. --- Добравшись до горы Нокма вместе с малышами, Роун быстро пошёл по тропе к источнику. Нижняя часть горы всё ещё была территорией божественных зверей, полной сочной зелёной листвы. Воздух, как обычно, был чистым. Если бы там действительно было так много звериных трав, воздух должен был стать слегка мутным, но всё выглядело нормально. И всё же он решил ничего не предполагать, пока не убедится, что божественные звери в безопасности. Лишь когда они почти дошли до источника, он заметил звериные травы, замаскированные под земные цветы. Их было немного, но достаточно, чтобы насторожиться. Роун и малыши быстро собрали травы. Наконец добравшись до источника, он увидел божественных зверей, сбившихся в кучку. К счастью, они не выглядели заражёнными ядом, как в прошлый раз. Но, увидев, что малыш-олень использует исцеляющую магию, Роун поспешил к ним. — Вы ранены? — Мяу?! Когда появились Роун и малыши, божественные звери одновременно повернули головы. — Пи-иинг! Пи-иинг! Бурые и белые зяблики, сидевшие на тонких ветках, вспорхнули в воздух. Испуганная белка выглянула из укрытия. Малыши первыми подошли к божественным зверям, принюхиваясь. Божественные звери низшего ранга, кажется, расслабились, завиляли хвостами и приблизились к Роуну. Когда Роун присел рядом, енот осторожно протянул лапу со свежесорванным листом. Это… трава Серебряного листа? Трава среднего ранга, растущая на среднем склоне горы. Но лапа енота была вся в царапинах. Они поднимались на средний склон? Раны енота, похоже, появились от столкновения со зверями во время поисков; у других божественных зверей тоже тут и там виднелись повреждения. Неужели положение было настолько срочным, что даже юным божественным зверям пришлось помогать? Но тяжело раненных среди них не было. И всё же один малыш-олень не мог исцелить всех. — Я помогу. Роун поднял в воздух фрагменты «Рубикса» и капля за каплей нанёс низшие зелья лечения. Когда зелья коснулись тел божественных зверей, красные раны начали медленно затягиваться. — Всё будет хорошо. Подождите немного. Взгляд Роуна сместился выше, туда, откуда, вероятно, пришли эти раны. Выше по тропе от источника, на среднем склоне, по земле раскинулось поле белых цветов. Семена одуванчиков здесь? Подул ветер, и семена одуванчиков легко разлетелись. Одно за другим они поднимались в воздух и плыли вдоль горного хребта, как снежинки. Но что-то было не так. Божественные звери страдали от демонического яда, а семена одуванчиков здесь так буйно цвели? Картина перед его глазами внезапно показалась блестяще скрытым предвестием беды. В тот же миг фрагменты мастерской «Рубикс» и малыши, похоже, обнаружили цель. Чёрт, Беллато Арома замаскировалась под семена одуванчика. Пыльца цветов приняла вид семян одуванчика, чтобы её было легче переносить, — жутко точная маскировка. Пока семена не улетели дальше, Роун отправил фрагменты «Рубикса» вперёд. [Система] Собрано: семена «Беллато Арома»…… 126 В то же время маленькие божественные звери быстро собрали выросшие цветы Беллато Арома. Ха, звериный цветок, а любопытный. Даже размножаясь, он меняет облик. Роуну вдруг стало интересно, как выглядит его изначальная форма. Из любопытства он достал один из только что собранных цветков Беллато Арома. Он выглядел точно так же, как прямо перед сбором. То же самое было и со звериными растениями, которые он собрал с тележки старика. Исчезла только ядовитая эссенция, и теперь цветок выглядел как обычный земной. Когда яд пропал, запах стал уже не манящим, а едва уловимым. Постой… может, у него вообще нет изначальной формы? Роун на мгновение задумался, но решил, что сейчас это неважно, и поспешил дальше. Он вспомнил случай у источника, когда божественные звери массово заразились ядом. После того как он зачистил место обитания зелёных лягушек, Роун думал, что с божественными зверями всё будет в порядке… Но происходили вещи, о которых до регрессии он даже не подозревал. Так оставлять нельзя. До регрессии гора Нокма была поглощена демонической энергией и превратилась в руины. Сначала, вернувшись, он думал покинуть деревню, но теперь всё было иначе. Теперь он знал: если падёт самая очищенная гора Нокма, исчезнет и будущее с божественными зверями. Когда шаг Роуна сбился, Суранг, шедший впереди, зарычал и оглянулся. Соль тоже остановил вихрящийся вокруг тела ветер и тихо встретился с ним взглядом. — Суранг, Соль, Торан. В этот раз давайте жить счастливо на родине. Я защищу гору Нокма. В этот миг Торан, отставший позади, радостно крикнул «А-а!» и помчался вперёд. Ух ты, я первый! Голос Торана весело пронёсся на ветру. Когда они поднялись выше, среди этой суеты Роун ощутил в воздухе демонический яд. Защитный барьер мастерской «Рубикс» активировался автоматически, а низшее противоядие добавилось в список доступных опций. Благодаря тому что оставшийся вклад заметно поднял уровень щита, противоядие расходовалось куда меньше прежнего. Похоже, с ростом уровня улучшались все базовые функции. Когда они добрались до чуть более пологого склона, перед ними открылось неожиданное зрелище. Среди божественных зверей стоял олень. Священный свет, расходившийся от кончиков его рогов, сиял волнами и мягко опускался на тела божественных зверей. Роун сразу понял, что это родня малыша-оленя, которого он встретил у источника. Но атмосфера почему-то была напряжённой. Вокруг оленя собрались не только божественные звери. Перед ними тесной группой сидели маленькие, с виду милые скунсы, готовясь к броску. Что? Как скунсы вообще забрались сюда? Роун нахмурился, наблюдая за ситуацией из-за камней. Ещё страннее были взгляды божественных зверей, защищавших животных горы Нокма: все они были прикованы к скунсам. Не зная, что Роун наблюдает, олень выкрикнул на языке божественных зверей: — Не обманывайтесь их внешностью! Эти монстры съели Беллато Арома и мутировали. Мы не можем позволить этим уродам добраться до среднего склона. Во что бы то ни стало, их нужно уничтожить. Голос оленя был твёрд, и божественные звери оживились от его присутствия. В тот миг благодаря реакции мастерской «Рубикс» Роун понял, что скунсы действительно были монстрами. — Не оставляйте ни одного! Убейте всех! Олень снова выкрикнул приказ. Вперёд вышел божественный зверь-кабан. Глядя сверху вниз на группу скунсов, он усмехнулся и фыркнул. — Не беспокойтесь, старейшина. Таким монстрам среднего ранга с нами не справиться. Даже если их станет больше, ваша исцеляющая магия защитит нас. Чего тут бояться? — Верно. Кроме маскировки у них нет настоящей силы. Когда божественный зверь-горный козёл поддержал его, среди зверей прошёл расслабленный смешок. Пока они смотрели на группу монстров свысока и презрительно фыркали, глаза скунсов внезапно вспыхнули. — Сссскользь. Их маленькие тела разом искривились. В одно мгновение конечности вытянулись, а из спин проросли чёрные шипы. Раздувшиеся тела стали похожи на гигантских крыс, а чёрные хвосты, покрытые острой шерстью, источали зловоние. Сссшшшк. — Ядовитый газ! — Кья-а! Я не могу дышать! Пока божественные звери паниковали, монстры бросились вперёд. Они жестоко целились в глаза божественных зверей. Божественный зверь-лис с расцарапанным глазом пошатнулся, пытаясь ответить ударом, но яд уже распространился, и всё его тело дрогнуло. Он мгновенно потерял равновесие и заскользил назад; задние лапы почти достигли края обрыва. В этот миг рога оленя вспыхнули, и он шагнул вперёд. — Защита Белого Духа! Волна чистой белой энергии разошлась наружу. Зрение божественных зверей чудесным образом восстановилось. Придя в себя, они перешли в контратаку, но расслабляться было рано. Хотя атаки божественных зверей были сильнее, это была территория монстров. К тому же боевой дух божественных зверей уже заметно пошатнулся. Воспользовавшись этим, вперёд двинулась огромная группа монстров. Когда божественные звери ожидали очередного выброса ядовитого газа, монстры на этот раз выпустили влажный чёрный туман. Божественные звери оцепенели: перед незнакомой атакой они не могли даже сглотнуть. — Что это?! Лучше бы это был ядовитый газ. Его хотя бы можно исцелить. Чёрный дым сгустился в воздухе, как свернувшаяся масса, а божественные звери, не понимая, что происходит, били по пустоте. — Кап. С неба, словно роса, начали падать чёрные капли яда. Стоило им коснуться земли, трава сухо обугливалась. Кто-то тревожно закричал: — А-а-а, ядовитый дождь! — Наше очищение не действует! Все уклоняйтесь! Безжалостные ядовитые атаки монстров продолжались. Силы божественных зверей постепенно истощались: им приходилось очищать яд или уклоняться от него, одновременно атакуя. — Они что, мутировавшие?! — Ух… этот яд мешает мне нормально пользоваться силой. Кончики шерсти божественных зверей промокли от чёрного яда. Свет, исходивший от рогов оленя, постепенно тускнел, а широкомасштабный защитный барьер коробился и трескался, как стекло. Олень быстро отдал приказ на языке божественных зверей: — Мы должны продержаться, пока не придут божественные звери высшего ранга. Если не получится — уничтожьте столько, сколько сможете. Теперь у него оставалось маны только на одно последнее заклинание по области. Он должен был отдать приказ. Даже если это потребует жертв, уменьшить число мутировавших монстров было необходимо ради горы Нокма. Он наложил заклинание, чтобы облегчить им боль перед последним штурмом. — Божественные звери, если мы оставим их живыми, мутантов станет только больше. Даже если умрёте, каждый из вас должен сразить столько, сколько позволят ваши пальцы. Поняли? — Да, старейшина! Встретимся у Радужного моста! — Идите. Я останусь до конца и убью их всех. — Чёрт, если я умру раньше тебя, я встречу монстра, который меня убил, когда он тоже сдохнет. — Да! У меня нет передних пальцев, так что я убью столько, сколько позволит длина моего языка! Каждый из божественных зверей сказал своё с решительным видом. — Теперь в атаку… И ровно в тот миг, когда олень отдал последний приказ, — Мяу! — ……?! ---------- Беллато Арома (2) Когда Суранг вышел вперёд, глаза оленя, заметившего Роуна и малышей, расширились почти как фонари. Остальные божественные звери тоже застыли и уставились на них. — Разве это не малыш-кот? В таком месте… — А человек рядом с ним — тот хранитель божественных зверей, который потерял силу? — У него не такая аура. — Защитный барьер рушится! Малыш, нужно отойти! Олень, уже встречавшийся с Роуном, поспешно загородил малышей и сказал: — Малыш-кот, здесь опасно. Не подходите ближе. Пожалуйста, оставайтесь внизу. Решимость в его глазах перед последней атакой была тяжёлой и мрачной. А Суранг, напротив, шёл вперёд величаво и изящно. Соль последовал за Сурангом, а Торан держался на шаг позади. Малыши выступили смело, будто заявляя: «Зачем вы пришли в наш дом?» — Мяу! — Просто вырубите их. — Мы сами разберёмся. — А! Соль бодро крикнул, а потом смущённо спрятался за Роуна. Олень и божественные звери были изрядно ошарашены. Уже одно то, что малыши-коты осмелились выйти вперёд, поражало; но сказать — просто вырубить их… Понимали ли они вообще, что происходит? Все божественные звери были истощены. Лучшей стратегией было вложить последние силы и уничтожить как можно больше зверей. У самого оленя маны оставалось едва на одно исцеляющее заклинание. Он не мог потратить последние силы и ману на оглушение, которое продлится всего несколько секунд. Мне придётся ослушаться приказа малышей-котов?.. Олень ненадолго прикрыл глаза. Он вспомнил образ великого Кошачьего бога, которого теперь уже не было. Пышная шерсть, где смешивались белый и золотой. Коричневые отметины на кончиках ушей и глаза, сиявшие пересечением прозрачной зелени и синевы, будто они выходили за пределы времени и пространства. Все божественные звери горы Нокма знали: Кошачий бог когда-то остановил время вместе с людьми и спас гору Нокма. Он спас бесчисленное множество жизней. А потом этот Кошачий бог внезапно исчез, оставив после себя только троих малышей. Хотя власть над временем была исключительным даром рода Кошачьего бога, он исчез, так и не защитив её. Не вся эта сила могла перейти к детям, но кто-то из троих наверняка должен был её унаследовать. Возможно, один из них мог остановить или повернуть время вспять. Так вот почему они сказали просто вырубить их? Пусть они ещё малы, это не было невозможным. Даже его собственный ребёнок не сразу пробудил врождённую способность. Пожалуйста… пусть у них получится. Олень решил довериться малышам Кошачьего бога. Тем временем Роун смотрел на малышей и с трудом сдерживал улыбку. Как они могли так смело вести себя перед огромными взрослыми божественными зверями? Один удар — и их отбросит прочь. И тут это началось. В воздух поднялся густой зелёный туман. Звери, облепившие склон, выпускали ядовитый газ. — Следуйте приказу маленьких божественных зверей! — Обезвредьте зверей! Раскрылась священная область, одна из врождённых способностей оленя, и каждый божественный зверь применил свою силу, чтобы оглушить или обезвредить зверей. Когда зловоние сгустилось, олень прошептал последнее заклинание: — Формация Божественного духа. Это был магический круг, который должен был понемногу исцелять раны божественных зверей и не давать яду распространяться, пока малыши-коты использовали свои способности. А Роун тем временем спас лиса, цеплявшегося за край обрыва. Сработает ли противоядие, которое я сделал? Оно ведь всего лишь низкого ранга. Он открыл мастерскую «Рубикс», чтобы проверить ингредиенты для противоядия среднего ранга. К его удивлению, были доступны не только зелья низкого ранга — противоядия среднего ранга уже были изготовлены. А, когда я впервые пробудился, я поставил автоматическое изготовление, если ингредиенты будут собраны. Вот почему зелья низкого ранга едва-едва держались. К счастью, накопилось больше двадцати противоядий среднего ранга. Словно малыши уже начали сбор зверей, появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Собрать зверя Скунса Венцера? [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить Разберу. [Система] Получено: газовый мешок Скунса Венцера. [Система] Получено: ядовитый кристалл Скунса Венцера. [Система] Получено: мех Скунса Венцера. [Система] Получено: когти Скунса Венцера. … Ого, значит, эта знакомая морда была Скунсом Венцером? Среди зверей среднего ранга Скунса Венцера было сравнительно легко поймать, хотя этот экземпляр, похоже, мутировал. Роун вспомнил маленькую милую группу Скунсов Венцеров, которые сначала напоминали кроликов. Скорее всего, они мутировали из-за того, что питались в основном Беллато Арома. Малыши прыгали между обездвиженными Скунсами Венцерами и помогали собирать материалы. Когда изматывающая битва подошла к концу, божественные звери с изумлением смотрели на малышей. — Малыши-коты используют пространственную магию?! — Разве врождённой способностью Кошачьего бога было не управление временем? — Но посмотрите, они же используют стихийную магию! — Тогда что это значит? Врождённые способности малышей-котов ещё не раскрылись полностью… Может, это составная способность? В этот миг все божественные звери прониклись благоговением. Их глаза сияли восхищением. — Но одно ясно точно. Все трое малышей-котов уже несут ауру божественных зверей высшего уровня. — О, трое божественных зверей высшего уровня. Божественные звери были растроганы способностями малышей. А Роун, не понимая языка божественных зверей, видел лишь, что они страдают от ран и яда, и предложил противоядие. Противоядия среднего ранга он первым дал тем божественным зверям, которые сильнее всего мучились от отравления. Когда капли зелья попали им в пасти и клювы, божественные звери снова изумились. — Уо-о! — Кар! Кар! — Гур-р-р, гур-р-р! Птичьи божественные звери захлопали большими крыльями, не в силах сдержать радость. Роун огляделся. Беллато Арома больше не было видно с тех пор, как он в последний раз заметил семена, похожие на одуванчиковые. Не обнаружив ничего необычного, он решил пока спуститься. Когда солнце начало садиться, Сон Су-хи принялась отчитывать сына, который обещал выйти ненадолго, а вернулся только после наступления темноты. Роун протянул ей несколько больших пакетов. — Э-это… что такое? — Мясо кокобича и пирожки. Сон Су-хи взглянула на щедрые куски мяса, которые принёс сын, и широко улыбнулась. — Твой отец всегда приносил ровно столько, чтобы хватило зверям, так что мы почти и не видели мяса… А благодаря тебе теперь каждый день едим мясо. Даже когда муж ходил на рынок, он покупал мяса ровно столько, чтобы хватило божественным зверям. Поэтому Сон Су-хи ворчала: мол, надо бы купить и для себя. Пока Сон Су-хи радостно заглядывала в пакет, малыши, которые до этого тихо сидели, вдруг подпрыгнули и начали тыкаться в пакет. — Мяу-у-у! — Ой, мои малыши проголодались, да? Сейчас приготовлю и сырое, и готовое. Сами выберете, что хотите есть. Она сказала это с улыбкой, и малыши громко замяукали. Увидев, как довольна мать, Роун вдруг почувствовал озорство. — Мама, ты настолько рада? У тебя глаза так сияют, будто в них звёзды. Когда Сон Су-хи бросила на него сердитый взгляд, Роун вынул из мастерской «Рубикс» один цветок Беллато Арома и протянул ей. Это был жёлтый цветок в форме звезды. — О? Это… Глаза Сон Су-хи расширились, и она не могла отвести взгляд от распустившегося жёлтого цветка. Передав пакеты с мясом Ли Хак-су, который тихо подошёл ближе, она другой рукой осторожно взяла цветок. Медленно вдохнув его аромат, Сон Су-хи стала задумчивой. — Сынок, давным-давно один лжец подарил мне такой жёлтый нарцисс. — Что? Лжец? — Да. И сказал, что если заварить его как чай, можно снова стать молодой. Проблема была в том, что, по его словам, действие очень сильно зависит от того, как высушить лепестки, а он якобы почти лучший специалист в этом деле. — А-а… Наверняка речь шла о его отце, Ли Хак-су. Ранг пробуждения у отца был низким, зато техника сушки трав — выдающейся. Всё, что он сушил, в несколько раз усиливало природные свойства. Иногда даже скрытые лекарственные эффекты проявлялись. То, что Роун вырос почти без единой болезни, было заслугой отцовских трав. Сон Су-хи надула губы и продолжила: — А ещё он сказал, что собирается заваривать этот чай только женщине, которая выйдет за него замуж, так что, если кому интересно, пусть оставят контакт. — …Ну, раз я родился, значит, контакт он всё-таки получил. Роун сказал это вполне серьёзно. Но история Сон Су-хи оказалась другой. — Нет. Тогда я решила, что он совсем сумасшедший, просто забрала цветок и ушла. — Простите? Тогда кто мой отец? Неужели кроме отца существовал ещё один специалист по выращиванию трав? Она сказала — лучший специалист. Может, это был пробудившийся высокого ранга? Роун спросил с растерянным лицом, и Сон Су-хи весело рассмеялась. — Кто же ещё? Тот самый лжец, конечно. — А? Ли Хак-су, вернувшийся с пакетами мяса, внезапно вмешался: — Лжец? Это было потому, что земные цветы исчезли…! — А, ну тогда он правда мой отец. Когда Роун с облегчением это сказал, Ли Хак-су недоверчиво посмотрел на сына. — Но, Роун, откуда этот цветок? Он будто не совсем земной. Передавая семена, Роун рассказал отцу обо всём, что произошло с Беллато Арома. Лицо Ли Хак-су стало серьёзным. Беллато Арома была чудовищной травой, которую Ли Хак-су полностью уничтожил больше десяти лет назад. Её внешний вид очень напоминал земные цветы, поэтому он пытался её изучить, но так и не смог. Яд Беллато Арома проникал даже в семена. И хуже всего — божественные звери, съевшие эту траву, могли мутировать. Кто, чёрт возьми, размножил такую ужасную чудовищную траву? К счастью, Роун, похоже, остановил её распространение собственной способностью. Какой сообразительный парень. Даже Ли Хак-су, глава хранителей божественных зверей, не смог бы сделать это так легко. Он тепло улыбнулся сыну. — Попробую посадить. — Она не вырастет обратно в чудовищную траву? — Семена Беллато Арома почти не отличаются от земных цветов не только снаружи. Понимаешь, что это значит? — Значит, этот цветок изначально… — Да. Если моя догадка верна, раз маны уже нет, то при правильной сушке и замачивании в воде прорастут обычные ростки. Роун подумал, что догадка Ли Хак-су, скорее всего, верна. Это также объясняло, почему растение сохранило вид, который имело в момент сбора. Чудовищные травы, лишившись маны, должны были увянуть и вернуться к изначальному состоянию. Пока Сон Су-хи ушла на кухню, Роун достал зелье-диффузор с противоядием. Если дать эссенции диффузора впитаться в Беллато Арома, которая потеряла ману, аромат может держаться дольше. Вместо того чтобы разбрасывать противоядный аромат по всей деревне, лучше было использовать цветок как среду. Пусть Беллато Арома и не лекарственная трава, она могла пригодиться, потому что способна удерживать ману. Разбрызгивать противоядие прямо на чудовищную траву было необычно, поэтому он решил провести эксперимент. Роун капнул одну каплю диффузора на тычинку цветка. Мягкий цветочный аромат разлился по двору. Ощущалась слабая мана, но ни яда, ни остаточной демонической энергии не было. Похоже, работает хорошо. Перед сном сделаю ещё и завтра раздам. Поставив диффузор с противоядием на автоматическое изготовление, Роун вышел из ванной, и из кухни донеслись знакомый хаос и запах готовящегося мяса. — Малыши, нужно ждать спокойно. Не приставайте ко мне всё время. Обернувшись, он увидел, как малыши облепили Сон Су-хи и беспрерывно мяукают. Все трое одновременно выпрашивали еду, и растерянная Сон Су-хи торопливо металась по маленькой кухне. Ох, госпоже Сон, должно быть, нелегко. Роун улыбнулся, подхватил всех троих малышей и вышел во двор. Ли Хак-су уже был там. Увидев отца, Роун вспомнил о травяном воре, который недавно обчистил склад трав. Точно, я же рассыпал муку, чтобы выяснить, кто этот вор. Он не знал, сработает ли такой хитрый метод, но следы по крайней мере могли выдать преступника. К этому времени его уже должны были поймать. Что за необыкновенный вор мог не оставлять никаких следов и только обгрызать травы? Любопытство шевельнулось внутри. Роун встряхнул мокрые волосы полотенцем и спросил отца, Ли Хак-су: — Отец, что стало с вором со склада трав? Следы удалось поймать? — Хм? Да, поймали. — Тогда надо его арестовать. — …Мы уже арестовали. — …Уже?! ---------- У меня появился младший мяу Отец, Ли Хак-су, с невозмутимым лицом сказал, что поймал складского вора. Роун как раз собирался спросить, что это был за зверёк, когда из-за плеча отца вдруг высунулось что-то маленькое, светло-коричневое. — О? Эта крошка съела все те травы? Чёрные блестящие глазки-бусинки встретились с взглядом Роуна. Когда Роун уставился на него, зверёк вздрогнул и спрятался за плечом отца. — Это божественный зверь-полевая мышь. Заметив полевую мышь, малыши возбуждённо зашмыгали носами. Глаза Суранга заблестели, он мяукнул, и полевая мышь высунула голову, глядя на них сверху круглыми чёрными глазами. Роун ожидал, что полевая мышь испугается малышей, но вместо страха увидел любопытство и удивился. Даже если это божественный зверь, разве кошки и мыши не природные враги? Полевая мышь прыгнула с плеча отца ему на грудь и вцепилась в пальто. Потом склонила голову, словно спрашивая: «Что вы тут делаете?» или «Где мама?», и посмотрела вниз на малышей. Роун усмехнулся от неожиданного зрелища. Он инстинктивно почувствовал, что это не детёныш. — Отец, эта полевая мышь уже взрослая? — Ну… для взрослой она маловата, но младенцем я бы её не назвал. — Понятно. Но… может, норы были слишком маленькие, и потому их до сих пор не замечали… Хотя как она вообще пробралась внутрь? Ли Хак-су осторожно поставил полевую мышь на пол, а потом поднял небольшую корзину рядом с ней. — Нор не было. Ей они не нужны. — Э? Роун растерянно переспросил, и Ли Хак-су накрыл полевую мышь корзиной. — Чжик! Неожиданно оказавшись в ловушке, полевая мышь подпрыгнула, будто рассердившись, и уставилась на Ли Хак-су. Роун смотрел на неё с недоверием. — Не может быть… она просто проходит сквозь предметы. Такое вообще физически возможно? Если это не магия невидимости, Роун никогда не видел существа, которое могло бы пройти сквозь твёрдый предмет. — У божественных зверей иногда бывают способности, которые далеко превосходят способности обычных пробудившихся, — сказал Ли Хак-су и протянул ладонь. Полевая мышь несколько раз пошевелила носом, а затем юркнула ему на руку, словно говорила: «На этот раз прощу». — Кстати… эта малышка совсем не хочет возвращаться на гору Нокма и всё время липнет ко мне. Ты о ней позаботишься? Ли Хак-су бережно передал полевую мышь Роуну. Встав на задние лапки, она посмотрела на Роуна снизу вверх и тихонько пискнула. В этот момент появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Получена новая заявка на найм. [Система] Нанять этого сотрудника? …Что? Роун на миг растерялся. Как можно подать заявку через несколько минут после знакомства? Сотрудниками мастерской могли стать только те, кто находился под защитой божественного зверя, или сами божественные звери; иначе подать заявку было невозможно. Это означало, что у полевой мыши нет семьи. Что будет, если я откажу? Но если оставить её как есть, она настолько маленькая, что могла пострадать, даже просто сидя на плече отца. Став сотрудником, она получит усиления мастерской и будет в безопасности. — Хорошо. Я о тебе позабочусь. [Система] Полевая мышь стала сотрудником мастерской «Рубикс». [Система] Дайте сотруднику имя. А, нужно дать имя. Роун посмотрел на полевую мышь и на секунду задумался. Она крошечная, как боб… Может, назвать Конджи? Звучало немного как женское имя, но было мило, так что пусть будет Конджи. [Система] Анализируются способности нового сотрудника. [Статус] Имя: Конджи Особенность: Пространство Божественная сила: D-ранг 1. Перемещение на короткую дистанцию, этап 1: может сжать расстояние до 50 см и мгновенно переместиться. 2. Фазовый проход, этап 1: может проходить сквозь предметы или стены толщиной до 10 см. 3. Подпространственный карман: может хранить предметы в защёчном мешочке и переносить их в указанное место. О, значит, это пространственный божественный зверь. Ранг у неё был выше, чем у малышей, — D-ранг, да ещё и функция подпространства имелась. На первый взгляд не слишком впечатляюще, но со своим маленьким ртом она могла хранить для себя семена. — Мяу! — Мя-а-анг! Суранг и Соль радостно замяукали — у них появился младший, — а Ли Хак-су улыбнулся. — К счастью, похоже, малышам понравилась эта божественная полевая мышь. Роун сказал Ли Хак-су, что назвал её Конджи, и рассказал о поездке на рынок разделки. Через некоторое время Ли Хак-су удивлённо указал на Конджи, сидевшую на полу. Заинтересовавшись, Роун повернул голову. Что-то бормоча и надувая щёки, Конджи возилась с чем-то в лапках и начала вытаскивать предметы изо рта. Нет, вытаскивала всё больше и больше. Если бы Роун не знал о подпространственном защёчном мешочке, он мог бы подумать, что все эти травы вылезают у неё из живота. Он быстро объяснил поражённому Ли Хак-су про мешочек. — Значит, вот как она украла столько трав… Ли Хак-су цокнул языком и посмотрел на Конджи сверху вниз. Испугавшись, Конджи слегка отскочила назад, а потом застенчиво протянула Роуну траву с маленьким белым цветком. — Что это? Подарок в честь вступления? Когда Роун взял траву, мастерская «Рубикс» вывела сообщение. [Система] Получено: Серебряная липа (3). Серебряная липа росла на средней части склонов горы Нокма, и добыть её можно было только летом. Затем появился рецепт с использованием Серебряной липы. [Рецепт] Малая искра ― Электрический экстракт 5 мл ― Очищенная вода 10 мл ― Серебряная трава или Серебряная липа 2 корня Хм? Это магия электрической стихии. Создаваемые алхимиками зелья стихийной магии чаще всего не имели ранга; их сила менялась в зависимости от мастерства изготовления и вложенной магии. Так или иначе, если он получит электрический экстракт, то сможет сделать «Малую искру». Если добавить стихию к защитному барьеру, малыши будут ещё в большей безопасности. Однако за материалами для зелий усиления стихий приходилось подниматься выше средней части горы Нокма. Вчера божественные звери обездвижили монстров — демонических зверей, и потому их можно было собрать; но если встретить их целой группой, справиться всё равно будет слишком трудно. Даже с усилениями мастерской малыши могли проводить только одиночные атаки. Значит, буду собирать понемногу. На следующий день, когда Роун сел на велосипед, маленькие божественные звери вихрем примчались к нему. — Мяу! — Опять хотите за мной? Суранг, Торан и Соль забрались на велосипед и вцепились в штанины Роуна. — Если поедем, вам снова придётся сидеть в корзине для трав. Ничего? Маленькие божественные звери мяукнули и бросились к двери мастерской, где висела корзина для трав. Когда Роун взял корзину, — Мяу? внутри сидела Конджи. — Ух ты! Ты такая маленькая, что тебя почти не видно. Она и правда была крошечной, так что Роуну нужно было быть осторожным; но с включённым усилением мастерской он чувствовал себя спокойнее. Роун оставил статус усиления включённым. Так оно автоматически сработает, если на них нападут, и малышей не раздавит случайно. --- Добравшись до стоянки у площади, Роун активировал для маленьких божественных зверей все функции фрагментов мастерской: доставку, хранение и сбор. — Мы соберём Беллато Арома из каждого дома и раздадим заново выращенные цветы. Справитесь? — Мяу! — Мя-а-анг. — А-а! Едва Роун договорил, маленькие божественные звери схватили цветы в пасти и разбежались в разные стороны. Фрагменты мастерской «Рубикс» последовали за ними, мерцая и плавно расходясь по сторонам. — Чжик! Конджи попыталась взять в рот цветок с белым колокольчиком, но ничего не вышло. Она лишь всё мяла лепестки в защёчных мешочках. — Ты ведь не пытаешься его съесть? Тогда тебе придётся пойти со мной. Хотя Конджи была пространственным божественным зверем, её способности пока были слабы, поэтому Роун решил держать её при себе, пока она не подрастёт. К тому же он не собирался использовать такую крошку как рабочую силу. — Чаа-рук. Роун пошёл в противоположную сторону от той, куда побежали маленькие божественные звери, и рассыпал оставшиеся фрагменты мастерской, чтобы как можно быстрее собрать чудовищные цветы. Люди удивятся, что цветы вдруг исчезли, но лучше хоть немного сократить воздействие яда. Так прозрачные фрагменты мастерской замерцали по всей деревне, а малыши проворно бегали вокруг и разносили цветы. Вскоре из каждого дома, куда забегали малыши, раздавались крики и возгласы. — Мяу! — Отдавайте старые цветы, а мы дадим новые! Соль, забежавший в дом с чудовищным цветком, положил цветок, который нёс, и радостно мяукнул, растянув розовый рот в улыбке. Когда фрагмент мастерской собрал чудовищный цветок, он положил рядом новый цветок, опрысканный противоядием. — Кья-а! Мама, маленький котик оставил здесь новый цветок! Дети, поднявшие новые цветы, топали ногами и носились по дому, а их семьи вскоре оживлялись. Некоторые даже бросались за маленькими божественными зверями, чтобы сфотографировать их. — Они такие милые! Я обязана это снять! — Щёлк! Щёлк! Услышав звук камеры, Суранг повернул голову и уставился на человека, наведшего на него камеру телефона, будто спрашивая: «Что ты делаешь?» Выглядел он так, словно был готов выпустить ледяной шар. — Мяу! Когда Суранг один раз мяукнул, мужчина с камерой восторженно вскрикнул: — Такая милота…! Нет, этот человек… Даже животных нужно сначала спросить, можно ли их фотографировать. Роун неодобрительно посмотрел на фотографа, и люди рядом, державшие телефоны, тихо отступили. У наших малышей тоже есть право на изображение! Роун был не слишком доволен тем, что их фотографируют. Но вскоре он смиренно покачал головой. Ну, до регрессии мои малыши тоже были популярны… На самом деле к подобному вниманию он привык. Разница была только в том, что видеть фотографии детей, которые уже ушли, разлетающимися по интернету, было тяжело. Сбор чудовищных растений не представлял особой сложности. Единственная проблема заключалась в том, что, когда Роун сам раздавал цветы, он из-за смущения двигался немного медленнее маленьких божественных зверей. Вскоре все цветы-диффузоры с противоядием были розданы. Придётся время от времени делать диффузоры с противоядием и раздавать. Нет, подожди! Коммерческая партия готова, теперь надо их продавать. Пока Роун размышлял о цене продажи, маленькие божественные звери в корзине для трав дремали, уложив головы на спины и хвосты друг друга. Видеть, как они так спокойно спят, было по-настоящему умиротворяюще. Роун вдохнул мягкий цветочный аромат, распространявшийся по деревне, и направился к стоянке у площади. В этот момент один из фрагментов мастерской «Рубикс» чуть задрожал и начал трескаться. …А? Она повышает уровень?! Мастерская «Рубикс» начала улучшаться. Только теперь Роун понял: уровень мастерской повышается не только от простого изготовления и сбора. Он связан с энергией горы Нокма и меняется под её влиянием. --- [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 6 ◇ Титул: Страж горы Нокма ― Иммунитет к миазме +30% Доступные сотрудники: 4/4 Вклад: 3/10 ▷ Доступно изготовление : Зелья низшего/среднего ранга, мази, сладости Духи и диффузоры низшего/среднего ранга ▷ Доступен сбор : Травы и монстры низшего/среднего ранга Руды низшего/среднего ранга Хранение / Разбор / Поглощение Появилось новое сообщение. [Система] В магическую мастерскую «Рубикс» добавляются новые функции… 20% О, здесь снова добавляется функция. Он и так был вполне доволен, но теперь ему стало интересно, какая новая возможность появится. --- Проходя мимо приёмного отделения больницы горы Нокма, Роун остановился: дверцы скорой помощи раскрылись, и наружу поспешно вынесли пациента. Живот пациента потемнел. От рваной раны расползалась чернота; похоже, это был яд миазмы. Его где-то ударили ножом? Яд миазмы заражал через запах или дыхание, но симптомы сначала проявлялись на коже, так что распознать его было легко. Но… заражение началось с внутренних органов? Разве когда-нибудь был монстр, способный так глубоко пробить тело и внести яд? Рана выглядела как след от клинка. Озадаченный, Роун подошёл к пациенту. Он хотел рассмотреть его ближе, но медики быстро унесли пациента внутрь. Хотя сотрудники приёмного отделения всё ещё выглядели напряжёнными, атмосфера уже не была такой тяжёлой, как когда Роун пришёл сюда впервые. Скорее, она казалась спокойнее. Роун открыл мастерскую «Рубикс» и проверил количество противоядий. Противоядия среднего ранга закончились; осталось только около десяти низшего ранга. Нужно сделать ещё. Других материалов у него было много… Если раздобыть зелёнолистную спору, главный ингредиент противоядий, он сможет изготовить немало. Роун вошёл в приёмное отделение. В этот момент целитель заметил, что он мнётся у дверей, и обратился к нему: — Как вы сюда попали? — Я… я тот, кто поставил сюда зелья. Глаза целителя блеснули. ---------- Нелегальный игорный зал (1) Целитель последние несколько дней искал алхимика, который изготовил легендарное противоядие. И вот теперь перед ним появился незнакомый алхимик и заявил, что именно он доставил зелье. Целитель прищурился и окинул Роуна взглядом с головы до ног. Потрёпанный, простой ханбок без всякого чувства стиля, чистые, без единой царапины руки — будто они ни разу даже траву из земли не выкапывали. «Ну-ну… и куда это он собирается сбывать свои лекарства?» Ещё хорошо, если такими нежными руками он способен хотя бы травы перемалывать. Роун, заметив взгляд целителя, посмотрел мимо него в сторону приёмного отделения и спросил: — Эм… насчёт пациента с отравлением миазмой на животе, которого только что привезли. Вы знаете, где он получил ранение? Услышав это, целитель крепко сжал губы и посмотрел ещё подозрительнее. Но если это действительно был алхимик, который раздобыл зелье, полностью игнорировать его тоже нельзя. — Такие подробности нельзя раскрывать из-за правил больницы. Роун без особой реакции легко кивнул на твёрдо обозначенную границу. А затем нарочито серьёзным тоном добавил: — Я подумал, что знание пути заражения может помочь при изготовлении. Судя по ране того пациента с ядом миазмы, её нанесли оружием, загрязнённым ядом. Это не похоже на травму во время рейда; и одежда у него была не как у охотника… Глаза целителя слегка дрогнули. Совсем уж неверным это не было. И если такая информация поможет в создании лекарства, как её не раскрыть? — Ну… я не совсем уверен, но… Целитель огляделся, затем тихо подошёл к Роуну и прошептал: — Скорее всего, они пришли из недавно открывшегося игрового зала. Большинство пациентов с рассечённым животом, насколько сообщали, были из одного и того же места. — Из игрового зала, говорите…? — Просто место, где люди коротают время с маленькими ставками. Наверное, играют там на сущие мелочи, но странным образом количество пациентов из того района выросло. — Странно, но на это закрывают глаза? — Вы так думаете? Полиция уже несколько раз туда наведывалась. Но игровой зал цел. Может, кто-то нарочно оставляет там пациентов с ядом миазмы. — Где именно это место? Роун попытался расспросить ещё, но целитель пожал плечами и покачал головой. — Я знаю только, что оно возле трёхстороннего перекрёстка за площадью. Точного места не знаю — у меня никогда не было причины туда ходить. Затем целитель, словно потеряв интерес к дальнейшему разговору, развернулся и вошёл в приёмное отделение. Роун вздохнул и направился прочь. — Игровой зал… у них и правда есть такое на Нокме? До его возвращения распространение яда миазмы на Нокме нельзя было списать только на Беллато Арома. Скорость заражения Беллато Арома была постепенной, и до неконтролируемого уровня оно бы так быстро не дошло. Даже если Нокме угрожали мутировавшие звери, съевшие эти цветы, у жителей оставалось бы достаточно времени на эвакуацию. Значит, возможно, существовала ещё одна причина. Если пациенты с ядом миазмы продолжали появляться возле игрового зала, Роун понял: пока не стало слишком поздно, нужно выяснить причину. Но он не хотел, чтобы малыши снова стали жертвами, затянутыми в человеческую жадность. «Пока просто запомню место». Придя к такому выводу, Роун направился к площади. Красноватый солнечный свет уже разлился по площади. Ослепительный закат осветил пустую тележку старика, и взгляд Роуна невольно остановился на ней. Лицо старика было наполнено какой-то невыразимой пустотой. Малыши в корзине запрыгнули в пустую тележку. Старик, удивившись, что малыши обнюхивают каждый уголок тележки, поднялся. — Ч-что привело вас сюда?.. — Сейчас, говорят, открылся новый игровой зал. Я подумал, может, вы о нём знаете. Раз старик, похоже, жил в переулке за площадью, он мог знать, где это место. — А, вы про игорный зал? — Это игорный зал, а не игровой? Игорный зал. Для деревни Нокма эти слова звучали неуместно. Жители столько лет жили под постоянной угрозой зверей, что выживание было для них первым делом. Сам факт, что они прожили ещё один день, уже был причиной держаться друг за друга. Места для лишней жадности почти не оставалось. Хотя по сравнению с прежними временами деревня стала спокойнее, её всё ещё считали опасной зоной. Большинство давних жителей осталось на месте, и поколения существенно не сменились. Старый уклад не меняется за одну ночь. «Жители не так легко втянулись бы в азартные игры». В этот момент старик, который сидел безжизненно, поднялся так, будто давно ждал этого, и сказал: — Если хотите, я могу вас проводить. Роун кивнул: прежняя вялость старика сменилась заметным оживлением. --- У входа в переулок у трёхстороннего перекрёстка старик сказал: — Видите дверь, на которой написано «Locker»? Это и есть игровой зал. Хотите войти? — … Солнце уже садилось, и Роун покачал головой, собираясь только запомнить место. Но тут появилось неожиданное сообщение. [Система] Обнаружен звериный цветок пика Пламени — «Багровый лотос». — Что?! Роун едва мог поверить своим глазам. Хотя Багровый лотос был звериным цветком, он цвёл на вершине пика Пламени и использовался для изготовления зелий, связанных с душой. При умелом применении в алхимии он мог стать мощным духовным эликсиром, хотя его также использовали в чёрной магии и тёмных ритуалах. «Как такой редкий цветок мог оказаться в подобном месте?» Не было никакого смысла в том, что он расцвёл там, где не было ни подходящего климата, ни духовной энергии. Маленькие божественные звери заметили Багровый лотос и, сверкая глазами, уставились в щель двери перед стариком. «Хотят собрать его». Инстинкты алхимика в Роуне зашевелились, но вести маленьких божественных зверей в такое опасное место он не мог. И всё же уйти, когда Багровый лотос был так близко, он тоже не мог. «Можно вернуться завтра днём и собрать его? Или войти одному и просто забрать Багровый лотос?» Но это место никак не могло быть обычным игорным залом. Роун стал продумывать пути отхода на случай опасности. «Чёрт… и людей собрать не получится». Сейчас его единственным оружием был деревянный лук, который он купил, чтобы оглушать зверей. Но и его сейчас при нём не было. Чтобы сбежать, ему понадобятся способности маленьких божественных зверей. Тогда появилось давно забытое сообщение мастерской «Рубикс». [Система] В магическую мастерскую «Рубикс» добавляется новая функция… 40%. «Что это за способность такая, что её добавляют так долго?» Ему и нынешних возможностей казалось достаточно. Что ещё ей нужно? Может, она даже увеличиваться умеет? Роун представил себе миниатюрную мастерскую и склад внутри мастерской «Рубикс». В этот момент наблюдавший за ним старик заговорил: — Вы войдёте в игорный зал? Погружённый в мысли, Роун невольно улыбнулся. Старик принял это за согласие и широким шагом направился к игровому залу. «А?» Он пять раз постучал в дверь ровным ритмом. Вскоре мужчина, видимо служащий, приоткрыл дверь и спросил: — В какую игру пришли играть? — А какие игры здесь интересные? — В основном карточные игры, бросание мячей и лопание шариков. Роун внутренне усмехнулся. «Игровой зал, где одни детские ярмарочные развлечения». Он удивлялся, почему об этом спрашивают у двери, но со стороны это выглядело как обычный разговор посетителя и служащего. Старик, будто прочитав мысли Роуна, облизнул губы и спросил: — Я сегодня привёл ценного гостя. Не мелкие детские игры — есть что-нибудь поострее? Служащий тут же огляделся и понизил голос: — Если вам нужно такое, у нас есть большая игра с метанием дротиков. — О, звучит неплохо. «Хм? Большие дротики?» Клерк игрового зала, заметив Роуна, стоявшего за стариком с наклонённой головой, бросил на него взгляд и спросил: — Вы двое вместе? — Да, верно, — ответил старик, и только тогда клерк полностью открыл дверь. Игра в дротики, надо же. На миг напряжение Роуна ослабло. Так как это была зона без магической сети, он и не ожидал ничего вроде игры виртуальной реальности. Но чтобы захватывающая игра оказалась просто дротиками — не слишком ли мелко? «С тем же успехом можно было бы сходить в бильярдную…» Задумавшись, Роун на мгновение замешкался, но вошедший первым старик поторопил его. Роун мягко прижал головы малышей, выглядывавших из корзины, и сказал: — Не пищите и сидите спокойно, пока мы не найдём Багровый лотос. — Мяу! — Мио-онг! — Писк! Суранг и Соль смотрели вверх из мягкой корзины круглыми глазами и голосили, а Торан свернулся, перекатился и в конце концов устроился на устойчивом месте у края. Потом Конджи, зарывшийся среди малышей, показался наружу и устроился в пушистой шерсти Торана. — Скри-и. Железная дверь открылась, и перед ними показалась зона ожидания игрового зала. Вдоль одной стены стояли автоматы с конфетами, куклы и хватательные автоматы, а за столом перед торговыми автоматами лежали коробки, набитые разными игровыми игрушками. Странно было другое: окон не было, и нигде не было видно дверей. «И туалета тоже нет, что ли?» Повернув голову, Роун увидел вместо двери длинный коридор. Коридор тянулся вперёд, будто был единственным глотком воздуха в этом душном месте. Клерк с мягкой улыбкой указал на коридор, на который смотрел Роун, и сказал: — Следуйте за мной. Коридор был узковат для двоих, поэтому Роун пошёл за стариком. Не прошло и нескольких шагов, как он ощутил холодный сквозняк и влажный воздух. «Это путь под землю?» Он понял, что пол постепенно уходит вниз. Спуститься будет легко, но подниматься обратно — та ещё морока. Уклон стал таким крутым, что если кто-нибудь толкнёт сзади, можно будет мгновенно скатиться вниз. «Выход только один, и раз уж вошёл, выбраться будет непросто». Обогнув изогнутый проход, коридор наконец закончился и открылся в большой зал. Клерк и старик едва не споткнулись, выходя вперёд, но ожидавшие там сотрудники подхватили их. — Добро пожаловать! Сотрудники вежливо поклонились и поприветствовали их. Оглядевшись, Роун увидел за большими стеклянными окнами людей, наслаждавшихся играми. Пространство не было замкнутым; оно было достаточно широким, чтобы вместить несколько игр. Стен не было, только простые перегородки, разделявшие секции. «Игра, о которой говорил старик, должно быть, где-то в другом месте». Пока Роун осматривался, клерк за стойкой окликнул старика и его: — Гости! Пожалуйста, оставьте ценности у нас. Если внутри что-нибудь потеряете, мы не сможем это вернуть. Роун покачал головой, сказав, что у него ничего нет, и старик шепнул ему на ухо: — Это просто залог безопасности. В последнее время много тех, кто сбегает, не заплатив. — Откуда вы это знаете? Похоже, вы хорошо знаете это место, — спросил Роун. Старик прочистил горло и ответил: — Ха, ну… любой из задних переулков о таком знает. Роун некоторое время смотрел на старика, затем подошёл к стойке и достал самый дешёвый магический камень, который у него был. — Это целестон. У него всё ещё оставался один целестон, который он получил от господина Пака как плату за доставку малышей. Клерк сразу проверил его с помощью прибора, удовлетворённо кивнул и сказал: — Благодарим. Мы сохраним его в безопасности. Приятного вам времени! Клерк жестом подозвал сотрудницу, и к ним подошла девушка с холодным выражением лица, по-видимому, ответственная здесь. — Вы двое, за мной. Девушка повела старика и Роуна туда, где шум игровых зон стихал. В этот момент Суранг, не в силах сдержать любопытство, высунул голову из корзины с травами. — Мяу?.. Роун быстро прикрыл его рукой, но девушка, шедшая впереди, вдруг обернулась и остановилась. Увидев заострённые ушки, торчащие между пальцами Роуна, она распахнула глаза. — Ах! Это что такое?! Зачем вы принесли сюда этих малышей?! На холодном лице, казавшемся неизменным, наконец проступило чувство. — Это мои маленькие липучки. А что, они опасны? Роун спросил нарочито спокойно, не понимая, удивилась ли она их природе. — …Ничего страшного. Здесь все помешаны на деньгах; на вас и малышей им дела не будет. Но всё равно будьте осторожны, чтобы не устроить неприятностей. Лучше всего здесь сидеть тихо. Её взгляд на миг опустился на корзину с травами. Роун несколько раз кивнул, и к девушке вернулось холодное выражение. Наконец её шаги остановились, и, когда дверь открылась, вместе с криками наружу вырвался громкий рёв толпы. — Вааа!.. — Бросай! Бросай! — …?! ---------- Нелегальный игорный зал (2) Едва дверь открылась и Роун шагнул внутрь, в лицо ударили крепкий запах алкоголя и жар игровых столов. В тот же миг фрагменты мастерской «Рубикс» мигнули, но тут же затихли, будто что-то их заблокировало. «Похоже, где-то здесь есть Багровый лотос». Чем дальше он заходил, тем отчаяннее люди кричали в одну точку, и в их глазах горело безумие. Там, куда сходились взгляды, перед большой деревянной доской стоял мужчина средних лет. Похоже, он был знаком с работниками и перекидывался с ними словами. — Господин, вы правда собираетесь снова это сделать? — Конечно. Если переживу пять раундов, смогу закрыть весь долг, так что придётся. Что это значит? Они уменьшают игровые долги, если выполнить какое-то условие? Но мужчина казался странно знакомым. Подойдя ближе, Роун понял: это был человек, которого он знал. «Разве это не дядя Пак?» — Фух, в прошлый раз вам невероятно повезло. На этот раз правила игры изменили, и они стали ещё безумнее; вы правда можете плохо кончить! Каким бы пробудившимся вы ни были, если вас заденет клинок, покрытый демоническим ядом, вы не выживете. — Один удар я уж как-нибудь выдержу, так что хватит болтать, привязывай меня скорее! Если так волнуешься, сразу вызови скорую. — Почему бы вам просто не добывать руду, вместо того чтобы приходить в такое место?.. — Ха, вот же болтливый малый. Думаешь, шахтёрам достаточно просто копать? У таких шахтёров, как я, без связей даже нормальное место не получить. Нужно заработать денег на зелья, купить приличную мотыгу, вот тогда, может, и дадут нормальный участок. Так что я один раз сыграю по-крупному и завяжу, не волнуйся. Пак обменялся с работником ещё несколькими словами, а затем сам привязал свои конечности к доске-мишени. «Что? Дядя Пак, у вас ведь с добычей всё шло нормально, а теперь вы в это вляпались?» До регрессии Роун уже ушёл государственным охотником и потому совершенно не знал, что происходило в этой деревне. К слову, «большая игра с метанием дротиков», о которой говорил работник, оказалась человеческой мишенью. Кому вообще пришло в голову устроить такой игорный притон? Вероятно, тому, кто пытался выращивать Багровый лотос. Судя по атмосфере, речь шла не о паре цветков — их выращивали в больших масштабах. Если душевную траву Багровый лотос выращивать в таком месте, без духовной энергии, питая только жадностью и желаниями, её изначальная таинственная природа исчезает, а остаётся лишь демоническое растение, наполненное тёмной энергией. Тёмному магу это, может, даже понравилось бы, но… Он не мог позволить, чтобы такой драгоценный Багровый лотос, который даже прорастить трудно, испортили подобным образом. «Даже если я немного опоздаю домой, я обязательно соберу здешний Багровый лотос». Где-то в этом игорном притоне должен был быть сад, где его посадили. Похоже, Пак уже был готов. На доске-мишени, на которой он висел, через равные промежутки были нарисованы яркие цветы. Цветочные рисунки, расположенные между его конечностями, образовывали узор, а на одной стене висела таблица с суммами, соответствующими цветам на доске. Чем краснее цветок, тем выше сумма; чем синее — тем ниже. До десяти миллионов вон. Были и пустые участки. Вау!.. — Блондин! — Блондин! Когда откуда-то появился светловолосый мужчина, зрители оторвали взгляды от доски-мишени и разразились громовыми криками. Вскоре работники начали раздавать толпе бокалы алкоголя, наполненные золотистой пеной. Глаза Роуна расширились от внезапной выпивки. А старика, который, как он думал, должен идти следом, нигде не было видно. Пока Роун оглядывался в его поисках, к нему подошла девушка с холодным лицом и, подняв глаза, протянула бокал. — Что это? — В смысле? Вы что, не знаете «Золотой колокол»? Роун от неожиданности принял бокал прежде, чем успел отреагировать. Светловолосый мужчина поднял свой бокал и крикнул: — За всех, тост! Опьяневшая толпа завопила и залпом осушила бокалы. — Этот человек сегодня выиграл пятьсот миллионов. Пьёт вот так и снова собирается бросать… Интересно, чем всё закончится на этот раз… Девушка, сопровождавшая Роуна, пробормотала это себе под нос. Судя по вывеске, метатель должен был заплатить огромную сумму — три миллиона вон за пять раундов. А раз доска-мишень была окружена барьером, магию, похоже, использовать было нельзя. Если бросать в крутящуюся доску в таком пьяном виде, попасть не в человека будет трудно. — Ну же, пейте сколько хотите! А? Кто-то ещё не допил? Так вы мне бросок портите, допивайте уже! Светловолосый мужчина покачал верхней частью тела, обиженно высунув язык, и толпа загудела. — Чёрт, у него лицо жуткое. Смотреть больше не могу. Пейте быстрее! — Ха-ха, ладно! Буду пить всю ночь! Только не ной, как девчонка, из-за того, что проиграл стоимость выпивки! — Ещё бокал сюда! — Да-да! Иду! Когда толпа одним глотком выпила и затрясла пустыми бокалами, работник-мужчина быстро наполнил их снова. Через некоторое время из пьяной толпы раздался голос, требующий быстрее начинать. — Эй, Блондин! Крути уже! В этот миг светловолосый мужчина, казавшийся совершенно пьяным, остро провёл взглядом по толпе. Затем подал знак работнику у доски-мишени. Работник слегка кивнул. — Первая игра. Др-р-рек… Круглая доска, к которой был привязан Пак, медленно закрутилась. Светловолосый мужчина, пошатываясь, поднял кинжал. В этот момент Пак, висящий на большой доске для дротиков, закричал: — А, а-а-а! Эй! Бросай внимательно! Пак, который перед тем как его привязали держался смело, теперь вопил. Он больше боялся не того, что его ударит клинок, а того, что уже в первом раунде не сможет уменьшить долг. — Ах да. Чуть не забыл нанести это. Светловолосый мужчина ухмыльнулся и нанёс на кинжал чёрную жидкость. Затем прицелился в Пака, висевшего на доске. Пак сглотнул. Шлк! Тук! На миг наступила тишина: острый клинок вонзился куда-то в крутящуюся доску. Работник остановил доску. Кинжал оказался опасно близко к паху Пака. — Три миллиона вон. Уже после первого раунда Пака прошиб пот. Зрители отреагировали смесью вздохов и восторженных криков. — На этот раз — красный цветок! Ставьте на красный цветок! Наличные и разные магические камни полетели в вращающуюся корзину. Из-за барьера вокруг доски никто не мог защитить дядю Пака. Любое необдуманное действие могло всё испортить. — На этот раз ставлю крупно! Попади этому парню слева от головы! В сторону красного цветка! Один мужчина поставил большую сумму на красный цветок. — Вторая игра. Др-р-рек… Когда работник произнёс это, доска-мишень снова закрутилась. Роун шепнул девушке рядом: — Это и так опасно. Зачем покрывать клинок демоническим ядом? — Обычный кинжал скучен, и люди редко на него ставят. Когда они привыкают к игре, начинают искать что-нибудь ещё более захватывающее… а если наскучит и это, будут искать что-то ещё хуже. — Хм, но трупы в таком маленьком городке не пошли бы вам на пользу. — Здесь они не умирают. Поэтому им и привязывают к груди кожаную броню. Брови Роуна сошлись от её слов. — То есть…? — Они умирают в том месте деревни, где чаще всего появляются трупы. Роун вспомнил раны пациентов с демоническим ядом, которых привозили в приёмное отделение. На них не было снаряжения охотников, но раны от металлического клинка и демонический яд внутри явно совпадали с ножами здесь, в игорном притоне. — Не жалейте их. Они выживают и снова возвращаются. Девушка говорила спокойно, не отрывая взгляда от Пака, привязанного к доске. — Тот мужчина в прошлый раз тоже выжил, не получив ни одного удара, и теперь снова это делает. Удача не приходит так часто. Роун сглотнул. Если она говорила правду, немедленно спасти Пака не решило бы проблему. Сбежать, похоже, тоже было трудно. Сначала нужно было собрать Багровый лотос. Когда он исчезнет, одержимость и жадность к деньгам ослабнут. — Господин, будете ставить? Работник-мужчина протянул корзину для ставок на очередной раунд. — Нет. Этот раунд пропущу. Выпью ещё. Роун допил бокал и естественно отступил назад, делая вид, что идёт к бару. Он бросил взгляд на дядю Пака и пробормотал: — Потом спасу. Роун тихо отошёл, избегая людских взглядов. Когда шум поутих, малыши начали выглядывать наружу. Суранг, подёргивая носом, первым спрыгнул вниз, за ним Торан, Соль и Конджи легко приземлились на пол. Сердце Роуна на миг опустилось, но он ожидал этого. — Ребята, медленно! Он маленькими окриками бросился за малышами и Конджи. Конджи ориентировалась в сложном, похожем на лабиринт месте как рыба в воде. Используя способность пространственного шага, она мгновенно догоняла малышей, проходила сквозь стены и даже невозмутимо ждала в коридоре, куда Роуну и малышам приходилось добираться, дважды сворачивая. После нескольких повторов это начало почти раздражать. — Конджи, я знаю, что твоя способность потрясающая, так что веди нас прямо к Багровому лотосу. — Мяу! Малыши мяукнули Конджи, будто требуя немедленно их вести. Но Конджи только пищала и повторяла то же самое. Почувствовав неладное, Роун прямо спросил Конджи: — Почему мы не идём прямо туда, где Багровый лотос? Почему ты просто ждёшь нас? Разве ты не можешь сама пойти и собрать его? — Мяу! Чжик! От слов Роуна Конджи запрыгала на месте и запищала ещё возбуждённее. Он не понимал её слов, но смысл мог догадаться. «Там может быть барьер?» В конце концов, даже вокруг гигантской доски для дротиков был барьер, так что место с Багровым лотосом никак не могло быть без защиты. Если бы Конджи могла проникнуть в область Багрового лотоса напрямую, она бы уже стащила несколько цветков и притворилась невинной. В итоге Роуну нужно было идти самому. То, что барьер горы Нокма на него не действовал, ещё не означало, что с этим будет так же. Почувствовав тревогу Роуна, фрагмент мастерской «Рубикс» вывел сообщение: [Система] В магическую мастерскую «Рубикс» добавляются новые функции… 70%. «Всё ещё не завершено…» С каждой минутой тревога росла, и Роун уже собирался подумать о возвращении. В этот момент малыши вдруг со всех лап побежали куда-то, — Мяу-у-у! — Мяо-онг! — А-а-а! и закричали так, будто что-то обнаружили. Удивлённые Роун и Конджи молча последовали за малышами. Вскоре малыши резко остановились, а перед ними стоял мужчина с потрясённым выражением лица. Он посмотрел на малышей, потом встретился глазами с подошедшим Роуном. Мужчина сложил карту распределения демонического яда и заговорил: — Владелец мастерской?! Это был Бэк Ин-хо, тот самый, кто заразился ядом зелёной лягушки и приходил к дому Роуна. Похоже, он столкнулся с малышами, двигаясь с противоположной стороны. — Что привело сюда начальника службы безопасности? — Я был на задании. Недавно я стал отвечать за деревню Нокма. Исследуя область распространения демонического яда, я счёл это место подозрительным и решил войти. Но как вы, господин… Он посмотрел на Роуна взглядом, будто спрашивал: «Неужели владелец мастерской пришёл играть в азартные игры с маленькими божественными зверями?» Роун не удержался от смешка: мысли Бэк Ин-хо были слишком прозрачны. — Я тоже на задании. Пришёл собрать. — А… значит, причиной демонического яда здесь должны быть растения-монстры? Бэк Ин-хо широко улыбнулся, как ребёнок, который нашёл ответ, и продолжил: — Как раз вовремя. Я думал, как справиться с этим одному. Давайте найдём их вместе. — Что? Вы пришли сюда один? Роун ошеломлённо уставился на Бэк Ин-хо. Он бесстрашный или просто глупый? Когда до регрессии он заразился ядом зелёной лягушки, то уже должен был умереть. И теперь снова действовал в одиночку, безрассудно. «Да продлится его короткая жизнь…» — пробормотал Роун себе под нос. Тем временем Бэк Ин-хо развернул карту распределения демонического яда и сказал: — Больше этим никто не займётся. Все остальные идут в прибыльные охраняемые зоны или на поддержку рейдов. — … У Роуна было больше вопросов, но он решил отложить разговор. На карте демонического яда зелёные отметки сгрудились в одном месте. «Хм, это наверняка сад с Багровым лотосом!» Роун внимательно изучил область. — Он окружён тройными стенами. За стенами дорожки переплетались, как маленький лабиринт. — Да, и между стенами тоже установлены барьеры. Роун наконец понял, почему мастерская «Рубикс» и малыши всё время кружили вокруг одного места. Они пытались найти вход. Конджи могла проходить сквозь стены, но барьеры, похоже, пробить не могла и потому вернулась. — Но где именно вход? — спросил Роун. Бэк Ин-хо указал на неожиданное место. — Вот здесь. ---------- Нелегальный игорный зал (3) Место, на которое указал Бэк Ин-хо, находилось у стены, где дядя Пак висел на огромной доске для дротиков. А Роун с остальными стояли с противоположной стороны, в похожем на лабиринт коридоре. Значит, придётся возвращаться. Путь казался длинным, но если идти по карте, они могли добраться довольно быстро. Роун снова посадил малышей и Конджи в корзину. — Эти малыши ещё совсем крошечные. А рядом с ними есть ещё один, ещё меньше. Бэк Ин-хо протянул пальцы к малышам и Конджи. Тут над краем корзины поднялись три пушистых молоточка и яростно набросились на его пальцы. — Зззип! Конджи, выбравшись из суетливой корзины и взобравшись Роуну на плечо, пискнула так, словно спрашивала, что это за человек. Роун погладил Конджи по лбу и спросил Бэк Ин-хо: — Командир, а вы откуда вошли? Похоже, с противоположной от нас стороны. — О, я прошёл через служебный туалет. — Туалет? Всё это время я видел только один вход. Значит, туалет тут всё-таки был? — Ха-ха, босс, конечно, там, где живут люди, должен быть туалет. Но штука вот в чём: туалет находится внутри игрового зала. Если не начать игру, даже в туалет не попадёшь… примерно такая схема. Чтобы войти в игровой зал, нужно было внести залог под видом ценных вещей. Бэк Ин-хо сухо рассмеялся от абсурдности происходящего. А потом, увидев, что на лице Роуна всё ещё полно вопросов, продолжил: — Сначала было странно, что карта указывает на туалет, но в кладовке с уборочным инвентарём оказалась ещё одна дверь. Я открыл её, прошёл в узкое замкнутое пространство. Чем дальше шёл, тем сильнее нервничал. И вдруг ко мне прибежали малыши. Я так обрадовался и удивился… будто сама судьба. Бэк Ин-хо посмотрел на малышей влажными глазами. Роун без выражения спросил: — Командир, эта карта… она показывает всю территорию Нокмы? — О, эта карта… не совсем всю территорию, но что касается распределения демонического яда или демонической энергии, то да, возможно. Правда, требуется время. Даже если речь шла только о демоническом яде и демонической энергии, возможность показать всю область впечатляла. Обычно магическое устройство наблюдения выдавали в виде браслета, но Бэк Ин-хо носил его как ожерелье. Роун посмотрел на поблёскивающий предмет у него на шее и спросил: — Похоже на зеркало маги, но характеристики явно намного выше тех, что я знаю. — Это разведывательный артефакт, который выдают чиновникам опасных зон. То ли он мне хорошо подходит, то ли мне просто повезло, но его можно улучшать. — …У вас был талант к разведке? — Совсем нет. Как видите, я охотник атакующего типа. Бэк Ин-хо призвал в одну руку серебряный клинок. Роун заметил, что его меч был не просто магическим инструментом, а оружием на основе серебра. Серебро было единственным металлом, способным удерживать очищающую энергию, и от его меча исходила слабая очищающая сила. Однако никакой особенности, связывающей его с зеркалом маги, не наблюдалось. Размышлять об этом было некогда, и Роун снова сосредоточился на поиске входа в сад Багрового лотоса. — Там, где большая доска для дротиков, много людей. Это главный игровой зал. Роун коротко объяснил Бэк Ин-хо, который пока возился с малышами, опасные свойства Багрового лотоса и его возможную связь с тёмными магами. Бэк Ин-хо выслушал молча и твёрдо сказал: — Значит, есть вероятность, что этот игорный зал устроила группа тёмных магов. Если Багровый лотос такой цветок, его должен собрать именно кто-то вроде вас, босс. — Именно. Роун слегка улыбнулся, а маленькие существа в корзине замяукали, будто соглашаясь. Бэк Ин-хо тоже улыбнулся: малыши, выглядывающие из корзины и подающие голос, казались ему уморительно милыми. Вскоре показался коридор, по которому они пришли, и шум стал громче. А? Но атмосфера резко изменилась. Люди, только что разгорячённые алкоголем и играми, теперь вытаскивали ножи. — Лязг! — Вжух! Со всех сторон раздавались звуки выхваченных клинков. Испуганные малыши и Конджи спрятались в корзине. Светловолосый мужчина, который ещё недавно пьяно звонил в «Золотой колокол», теперь размахивал ножом, окружённым синей аурой, и кричал: — Ни одного не выпускать! Перекрыть выходы! Быстро! — Лязг! Один из полицейских вытянул обе руки, и из его предплечий выстрелили чёрные железные цепи. Они извивались, словно живые змеи, и цепляли за лодыжки убегающих людей. Люди вскрикивали и падали, а другой полицейский тут же подбегал и надевал на них наручники. В этот момент Бэк Ин-хо схватил Роуна за запястье и крикнул: — Пока бежим. Этот блондин — охотничья полиция. Появление охотничьей полиции в нелегальном игорном зале означало, что власти тоже решили: за этим местом стоят тёмные маги. — Охотничья полиция? Тогда зачем нам бежать?.. — Со мной всё будет нормально, а вот у вас, босс, возникнут проблемы. Этот парень упрямый: сначала попытается схватить всех без разбора. Даже если я буду рядом, он потом месяцами будет цепляться. В любом случае это означало, что им как минимум придётся побывать в участке. Роун не хотел упускать возможность собрать Багровый лотос, поэтому решил сначала двигаться. — Сюда. Роун и Бэк Ин-хо бросились по коридору, откуда пришли. Но ещё до поворота им пришлось остановиться: коридор, который они только что прошли, был перекрыт. — Схватить их! Сзади донеслись крики полиции. — Босс, что будем делать? Вход к Багровому лотосу только за стеной с доской, а в такой ситуации туда не пройти. Бэк Ин-хо спросил срочно, но у Роуна не было лучшего варианта. Чёрт, если поймают, может, просто пробить стену за доской и собрать его? Если Роуна заберут в полицейский участок, мать Сон Су-хи будет потрясена, но домой он сможет вернуться за день. Проблемой был Багровый лотос. Он вырос на жадности и желаниях, без духовной энергии, и нынешнее его состояние было неизвестно. Если неосторожно выставить его наружу, могли возникнуть непредвиденные опасности. Соберут они его или нет, сначала нужно было увидеть всё собственными глазами. И в этот момент завершилась та самая загадочная новая функция, о которой они думали. [Система] В магическую мастерскую «Рубикс» добавлена новая функция… 100%. [Система] Можно материализовать только выбранные фрагменты мастерской. [Система] Материализованные мастерские считаются безопасными зонами. [Примечание] Перемещение или изменение размера отменит эффект. Функция материализации? Роуну хотелось узнать о новой функции больше, но времени не было. Важным словом была «безопасная зона». — Командир, сможете пробить путь к доске? Бэк Ин-хо мог бы спросить, что Роун задумал, но времени не было. Роун предполагал, что Бэк Ин-хо — уважаемый алхимик S-ранга. Ему нужно было ответить только на один вопрос: возможно это или нет. — Конечно. Держитесь прямо за мной. Он призвал в обе руки серебряные клинки. Затем скрестил мечи и стремительно взмахнул ими. Движение напоминало не быстрый удар мечом, а танец, исполняющий заклинание. — Вжух! Серебряные клинки рассекли воздух и испустили ослепительно яркий свет. Люди, испуганные внезапной вспышкой, инстинктивно прикрыли глаза. Роун резко вдохнул, поражённый неожиданной способностью Бэк Ин-хо. — Сейчас! Бэк Ин-хо и Роун воспользовались моментом и быстро рванули вперёд. От коридора до доски было недалеко, и они добрались до неё в мгновение. Бэк Ин-хо отступил назад, прикрывая Роуна, словно щитом. Вскоре ослепительный свет угас, и раздался хриплый крик: — Кто там?! Бэк Ин-хо и блондин с синей аурой встретились взглядами. Встревоженный блондин подошёл ближе, явно недовольный. — …Разве вы не начальник службы безопасности? Тем временем Роун, уже у доски, призвал мастерскую «Рубикс». Мерцающие фрагменты появились и вывели сообщение. [Система] Выберите фрагмент для материализации. Роун смог сам выбрать пустой фрагмент. Хм, может, какой-нибудь из тех, что я редко использую… Фрагменты хранения и изготовления находились рядом с центральным, а фрагменты, отвечающие за сбор, в основном располагались снаружи. Роун решил материализовать фрагмент рядом с комнатой хранения, которым почти не пользовался. И тут что-то мягкое ударилось о его ногу. — Дядя Пак?! Он быстро посмотрел вниз и, как и ожидал, увидел рану на плече. Похоже, его задел меч, покрытый демоническим ядом. Чёртовы бездарные копы… даже деревянную доску с мечом нормально обработать не могут? Какая трата ауры. — Чаа-рук. В то же время фрагмент «Рубикса», который Роун только что назначил, начал расти. Роун не мог оставить дядю Пака в таком состоянии, поэтому накрыл его фрагментом. Окружающее пространство внезапно изменилось, и перед глазами раскрылась уютная комната. [Система] Материализация завершена. [Система] Время выхода: 07:00. [Система] Повторный вход: через 24 часа после выхода. Материализация не длилась бесконечно. Она должна была сохраняться примерно до семи утра, то есть около десяти часов. Особенно выделялось большое окно в деревянной стене. Сквозь него были ясно видны хаотичная сцена снаружи, спина Бэк Ин-хо и приближающийся светловолосый мужчина. Похоже, Роуна они не замечали. Будто смотришь гигантский телевизор через окно в пустой хижине. Оглядевшись, Роун вдруг кое-что понял. Это пространство перед ним было создано как отражение его подсознания. Если бы у него когда-нибудь появилась собственная мастерская, он хотел бы не современное помещение, а старомодную комнату с большим окном, куда льётся много солнечного света. Это пространство должно было сохраняться до времени выхода, если он сам не уменьшит или не отключит его. — Мяу…! — Мя-а-анг! Малыши, выглядывавшие из корзины, без колебаний выпрыгнули наружу. Даже робкая Соль двигалась активно, будто понимала, что они внутри фрагмента мастерской «Рубикс». — Цок! Цок! Цок! Цок! Конджи тоже покинула Роуна и засновала по комнате, используя телепортацию. Глядя на них, Роун едва не почувствовал головокружение от этой скорости. — Похоже, им тут нравится. Роун тихо усмехнулся и уложил дядю Пака в центре комнаты. Малыши обошли его кругом, принюхиваясь. Роун быстро достал по капле противоядия и лечебного зелья и по очереди нанёс их на рану. Тёмно-красная жидкость исчезла, а новая плоть начала затягивать повреждённое место. Дыхание дяди Пака постепенно стабилизировалось. — Мяу! — Мя-а-анг?! Суранг и Соль замяукали, глядя на Роуна, будто говорили: он полностью исцелён. Торан, которая бегала по комнате, ещё ускорилась. Торан и Конджи носились вместе, и у Роуна снова закружилась голова. Слова уже поднимались к горлу, но он рефлекторно проглотил их. Затем внимательно огляделся. Его взгляд зацепился за дверь напротив окна. Это сторона у стены за доской? Оставив спящего дядю Пака, Роун из любопытства осторожно толкнул дверь. Из пространства, которое должно было быть заперто, хлынул холодный сырой воздух. И затем… В длинном коридоре красный барьер тянулся по небу, словно занавес. Под ним по полу низко стелился похожий на туман красный свет. Как и думал, я оказался внутри барьера. Это явно был путь к саду, где рос Багровый лотос. Материализованный фрагмент мастерской неожиданно прошёл сквозь барьер. Он мог соединять пространства. Роун даже во сне не представлял такой функции. Он удовлетворённо кивнул и пробормотал: — Идеально! Тем временем Бэк Ин-хо слегка повернул голову назад и тихо спросил Роуна за спиной: — Что будем делать, босс? Не дать им подойти ближе? Но ответа не последовало. Почувствовав пустоту за спиной, он обернулся. — Б-босс?! От потрясения он окончательно потерял самообладание. Босс полностью исчез. ---------- Запретный рецепт (1) Тем временем Роун вышел из двери материализованных фрагментов мастерской. Он осторожно пошёл по тёмной цементной дорожке. На этот раз малыши и Конджи почему-то двигались в одном темпе с ним. Наверное, им было странно находиться внутри красного барьера, который мог поставить тёмный маг. То же самое чувствовал и Роун. До регрессии он разбирал подобные барьеры, но полностью входил в один из них впервые. Вскоре фрагменты мастерской «Рубикс», обнаружившие Багровый лотос, остановились перед каменной дверью. Но это был не барьер — дверь была заперта. Кто-то внутри? Роун приблизил глаз к замочной скважине. Внутри было тихо, словно в пустом офисе. — Конджи, сможешь войти и открыть дверь? — Ззиик! Конджи прошла прямо сквозь дверь, будто это было само собой разумеющимся, а назначенные ей фрагменты «Рубикса» последовали за ней. Заглядывая в замочную скважину, Роун вдобавок предупредил, что Багровый лотос есть нельзя. Перебравшись на другую сторону, Конджи взобралась на фрагменты «Рубикса» и встретилась с Роуном взглядом через отверстие. — Что ты делаешь? Открывай уже. — Мяу! Когда Роун сказал это, Суранг поторопила Конджи, словно говорила: хватит валять дурака, открывай. Но в ответ от Конджи раздалось: — Чик-чик! — Поверни ручку или потяни её… — Чик, чик?! Только тут Роун понял, что Конджи не знает, как открывают двери. — Мяо-он! Раздосадованная Соль поскребла дверь передними лапами, заставив её дребезжать. Да, понял. Полевая мышь никак не могла открыть дверь, а раз она проходила сквозь стены, ей вообще не было нужды учиться открывать двери. Роун стал смотреть в замочную скважину и одновременно двигал фрагментами мастерской «Рубикс». Судя по механизму, к счастью, ручка опускалась вниз. Он переместил фрагменты на ручку, и Конджи взобралась на неё вместе с ними. — Потяни вниз. Поняла она и потянула или нет — скорее, фрагменты мастерской «Рубикс», считывая волю Роуна, двинулись сами. — Щёлк. Наконец дверь открылась. Комната была тише, чем ожидалось, но это оказалось обманом. Стоило сделать ещё один шаг, воздух исказился, и маскировочная магия рассеялась. В сыром воздухе, словно водоросли, покачивались демонические растения человеческого роста. — Хлёст! Хлёст! Бах! Плотоядные растения беспорядочно били стеблями по защитному барьеру мастерской вокруг Роуна. Из широко раскрытых лепестков капала густая жёлтая пищеварительная жидкость. Роун слегка нахмурился. — Ша-рук. Летающие фрагменты мастерской «Рубикс» автоматически собрали демонические растения. [Система] Поглощается демоническое растение «Вита-лилия». [Система] Поглощается демоническое растение «Беджулю». [Система] Поглощается демоническое растение «Панда-роза». [Система] Извлекается тёмная энергия. [Система] Извлекается галлюциногенная энергия. В основном это были плотоядные растения и демонические растения, расшатывающие разум. Жадная Конджи не пыталась есть демонические растения — наверное, они были невкусными. Наконец комнату заполнил только красный цвет. Перед ними открылось чистое поселение Багрового лотоса. Вау, потрясающе… Наслоившиеся красные лепестки едва заметно сжимались и расширялись, испуская красный жар. Они покачивались так, будто вдыхали и выдыхали. Мешочки лепестков, удерживающие длинные красные тычинки, ритмично подрагивали, словно доказывая это. Роун на мгновение не смог не засмотреться на загадочный и прекрасный Багровый лотос. Золото, мерцающее по краям лепестков, напомнило ему детей, которых он отправил на смерть до регрессии. Если бы тогда у меня была более сильная власть… Даже если он снова потеряет детей, ему вдруг показалось: пока у него есть этот цветок, он сможет их защитить. В груди вспыхнуло жгучее ощущение. Ох… Глубоко вдохнув, Роун покачал головой. Благодаря защитному барьеру мастерской ментальная магия почти не влияла на него, но полностью заблокирована она не была. Багровый лотос — не просто цветок. Мысль, промелькнувшая в тот короткий миг, была сгустком желания и тоски. Если бы Роун до регрессии встретил Багровый лотос, он мог бы поддаться искушению. Нужно быстро собрать его. — Ша-рук. Как раз когда Роун собирался снова двинуть фрагменты мастерской, в красной заросли что-то шевельнулось. Тонкая рука внезапно выстрелила наружу и крепко схватила ближайший Багровый лотос. — Нет! Прозвучал резкий голос девочки. Это была та самая девочка, которая провела Роуна через игорный притон. — Не трогай! Это я их вырастила. Роун молча посмотрел на неё сверху вниз. Ребёнок, даже не тёмный маг, проявлял сильную привязанность к Багровому лотосу. Раз она сказала, что вырастила их, вероятно, она была культиватором демонических растений. Но находиться так близко было опасно. У культиваторов демонических растений была лишь небольшая устойчивость к демоническому яду; они не становились особо сильнее. — Ты их не выращивала. Они выросли из людской жадности. — Заткнись! Что ты вообще знаешь?! Хозяин может выращивать их как хочет. И… Девочка прожгла взглядом фрагменты мастерской «Рубикс» Роуна. — …Если ещё раз запустишь эту странную игрушку, я не стану стоять спокойно. Роун усмехнулся, и девочка, стиснув зубы, вцепилась в тёмно-синюю землю у своих ног. — Туд. Земля пошла волнами, и плотоядное растение, видимо посаженное как последний козырь, подняло голову. Безумие. Посадить такое здесь. Роун сразу узнал его. Это было одно из перворазрядных демонических растений Пика Пламени — Сильвенус. — Шшшвуууш! Огромные стебли, вырываясь из земли, выпустили из плотно пробитых отверстий тонкие волокна. Причина, по которой Сильвенус относился к первому разряду, была именно в этих нитях. Всё, что они обвивали, полностью высасывалось и высушивалось. Иными словами, это был крайне ценный объект. Бесчисленные белые тонкие нити ринулись, чтобы опутать Роуна и малышей. — Мяо-он! — Хлоп. Соль подняла порыв ветра и уклонилась, но летящих нитей было слишком много. Суранг водяной плетью отбила их все. — Шк-шк-шк! Малыши вздыбили шерсть на спинах и хвостах и лапами сбивали белые нити. Разъярённые плотоядные растения дрожали и брызгали пищеварительной жидкостью, будто пытались убить всё вокруг. Белые нити превращались в липкие, похожие на мёд пряди, словно засахаренная батата. Скоростная паутина облепила защитный барьер Роуна и малышей белым. Выдержал бы барьер, если бы его полностью опутали, — вопрос. Но на самом деле им повезло. Ход девочки уже был прочитан. Роун приподнял брови, глядя на неё, и пожалел её улыбкой. — Хватит играться, начинайте сбор. — А! Торан, которая наблюдала за игрой Суранга и Соль, рванула сквозь плотоядные растения. [Система] Собирается демоническое растение Сильвенус. [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить — Разобрать, а потом поглотить остальное. Роун выбрал сначала разбор, затем поглощение. Всё из-за нити Сильвенуса. [Система] …Поглощение. [Система] Получена Нить пожирания. [Система] Извлекается тёмная энергия. [Система] . [Система] . [Система] . [Система] Излишек энергии будет сохранён. Роун был доволен неожиданной добычей, но лицо девочки противоречиво исказилось. — Ах, плотоядные растения, которые я так старательно выращивала… Её зрачки сильно задрожали. Она всё ещё не могла поверить, что прозрачные куски в одно мгновение пожирают посаженные ею плотоядные растения. Она инстинктивно чувствовала: исчезнувших плотоядных растений больше не существует в этом мире. Это было по-настоящему страшно. Огромные плотоядные растения, которыми она дорожила, исчезали в одно мгновение. Это было куда ужаснее, чем видеть, как что-то раздавили насмерть. Жестокая смерть, не оставляющая времени ни для скорби, ни для злости. И одновременно в неё просочилось глубокое бессилие перед подавляющей силой. Девочка рухнула на землю. Что угодно. Только не Багровый лотос. …Я не могу отдать его вот так! Но она ничего не могла сделать. В конце концов кусочки мастерской «Рубикс», поглотившие её плотоядные растения, подлетели ближе. Девочка вздрогнула и прижала к себе полностью распустившиеся цветы Багрового лотоса ещё крепче. — Пожалуйста! — Отпусти. — Умоляю. Нельзя просто сделать вид, что ты их не видел? Ведь Багровый лотос, ставший растением-монстром, всё равно ничего не стоит. Если ты пришёл спасать жителей… я заберу Багровый лотос с собой. Этого ведь достаточно? — …Я не могу оставить Багровый лотос, превратившийся в растение-монстр. Если хочешь его выращивать, иди на Пик Пламени и выращивай правильно. Уже поглощённая жадностью Багрового лотоса, девочка яростно замотала головой, отрицая это. — Пик Пламени давно стал руинами. Здесь — последнее семя Багрового лотоса. Если ты уничтожишь их сейчас, Багровый лотос исчезнет из мира навсегда. Роун вздохнул. Девочка могла быть права, учитывая редкость Багрового лотоса. Но если оставить всё как есть, появится новая жертва жадности. Увидев, что Роун колеблется, девочка заговорила ещё отчаяннее: — Пожалуйста, умоляю. На самом деле у меня есть семья, которую я обязательно должна спасти. А для этого, сказали, нужно много Багрового лотоса. Как он и думал, тут были замешаны тёмные маги. Работа с душами была врождённой способностью божественных зверей. А те, кто использовал её неправильно, и были тёмными магами. — Я не собиралась использовать его во зло. Я просто хотела вернуть их к жизни… Девочка дрожащими руками сжала Багровый лотос. — … Роун понимал её чувства. До регрессии он пережил бесчисленные прощания, но даже ради любимого существа не желал, чтобы все возвращались к жизни. Чем больше пустота, тем сильнее это существо становилось частью жизни и смысла — и тем чаще человек повторял круг желания и смирения. — В наши дни у каждого есть тот, кого он отчаянно хочет вернуть. Особенно здесь, в деревне Нокма. Роун решил, что ей нужен не утешительный, а практичный совет. Может, поэтому слова вышли резкими. Он шагнул ближе и мягко спросил, пытаясь её образумить: — Тёмные маги правда сказали, что Багровым лотосом можно воскресить человека? При словах о тёмных магах лицо девочки застыло. Роун продолжил более мягким голосом: — Послушай. На горе Нокма живут божественные звери. Некоторые обладают невероятной силой. — …Божественные звери? — Если тебе очень-очень повезёт, можно встретить божественного зверя высшего уровня и загадать желание. Ну… наверное, можно воскресить того, кто умер буквально несколько секунд назад. Поэтому никто не станет связываться с тёмными магами, которые ради такой чепухи разбрызгивают кровь. Роун покачал головой, словно говоря, что она совершила глупость, и добавил: — Осторожнее. Если тебя здесь поймают, люди назовут тебя не злой, а дурой. — …Что?! Это ложь! Тогда почему никто не вернулся к жизни? Я всё проверила! Все способы вернуть их! Девочка закричала в ярости. Роуну было её жаль, но он говорил серьёзно. — Маленькая госпожа, на самом деле каждый здесь живёт с могилой в сердце. Просто живёт и скучает по кому-то. Ты могла бы встретить божественного зверя и загадать желание, но почему не делаешь этого?.. Потому что нельзя спросить ушедшего, хочет ли он вернуться или упокоиться. — …Спросить его волю? — Хочет ли он вернуться в этот суровый мир или спокойно остаться там, где сейчас. — Ч-что… что?! Такого быть не может! — Подумай. Воскрешение — в конце концов желание тех, кто остался жив, а не сердце умершего, который, может быть, где-то там живёт хорошо. Поэтому не крутись рядом с тёмными магами. Просто отпусти. — Нет! Моя младшая сестра, наша Ккотсуни… никогда… Роун говорил всё дальше, сам не вполне понимая, как долго объясняет. Ему хотелось утешить её, сказать, что даже в грустных прощаниях есть прекрасные мгновения, но слова почему-то выходили странно лёгкими. И всё же в них была сила убеждения. Девочка опустила упрямый взгляд, и слёзы покатились вниз. Роун рассыпал фрагменты мастерской «Рубикс» и посмотрел на малышей и Конджи. — Собираем. — Мяу! — Чик! Чик! — Шхааррк. [Система] Собрать цветок-монстр Багровый лотос? Даже если хранить цветы-монстры в мастерской «Рубикс», они завянут. Лучше было поглотить их и получить экстракты. — Поглотить. [Система] Извлекается энергия тёмного атрибута. [Система] Извлекается энергия пламени. [Система] Извлекается энергия мощной жизненной силы. [Система] Извлекается эссенция жадности. О, какие потрясающие экстракты. Пока Роун проверял извлечённые компоненты, мастерская «Рубикс» вывела странное сообщение. [Система] Поиск древних текстов. [Система] Открываются запретные рецепты… — Э?! ---------- Запретный рецепт (2) Тем временем Бэк Ин-хо оглядывался в поисках Роуна, но нигде его не видел. — Начальник службы безопасности, что привело вас в такое захолустье, где детишки просто играются? Светловолосый мужчина подошёл ближе, держа в одной руке меч, окружённый синей аурой. В его глазах стояли настороженность и недовольство. — Я пришёл расследовать демонический яд, который распространяется по этой области. А вы, полагаю, пришли разгонять нелегальный игорный зал? Светловолосый мужчина вздрогнул от вопроса Бэк Ин-хо. Внешне его задачей действительно было пресечение нелегальных игорных залов, но тайно ему приказали найти Багровый лотос. Он ни за что не мог раскрыть это, но Багровый лотос наверняка должен был находиться там, где демонический яд обнаруживался особенно сильно. — …Да, верно. Но откуда в таком месте демонический яд? Вы не ошиблись? Светловолосый мужчина нарочно усмехнулся, проверяя реакцию Бэк Ин-хо. Однако вопреки его ожиданиям Бэк Ин-хо беспечно пожал плечами и сказал: — Может, и ошибся. Здесь ничего нет. — Что?! Брови светловолосого на мгновение нахмурились. Бэк Ин-хо, которого называли ходячим детектором демонического яда, сказал такое? Это было тревожно. — Не надо так удивляться… все иногда ошибаются. — …Да, конечно. Все ошибаются. Светловолосый мужчина стиснул зубы: ему казалось, будто его мысли прочитали. Думаешь, я приму это за чистую монету? За дурака меня держишь? Он приказал подчинённым тщательно обыскать каждый угол игорного зала. — Немедленно докладывайте, если найдёте источник демонического яда, остатки яда или магические травы, и проверьте все документы. Его подчинённые начали дотошно прочёсывать игорный зал. Через некоторое время Бэк Ин-хо проверил карту распределения демонического яда. Как и ожидалось, карта была чистой. Так я и думал. Босс всё решил. Бэк Ин-хо снова поразился способностям Роуна, но вместе с тем ощутил необъяснимое облегчение. Удовлетворённый, он отправил отчёт о выполнении миссии. Каким бы ни был процесс, с демоническим ядом разобрались. --- [Система] Поиск древних текстов. [Система] Открытие запретного рецепта… 10%. — Э?! [Рецепт] Эссенция отпирания **** — 5 корней Экстракт Re** — * мл Мощный *** ** ** ** жадности . . . Эссенция отпирания? Багровый лотос — душевная трава. Если это называется «отпиранием», значит, должно быть связано с душой. Возможно, она не могла воздействовать на души ушедших, но, похоже, это было зелье, используемое для пробуждения по какой-то причине запечатанных душ. То, что из такой невероятной вещи можно сделать зелье… Роун снова восхитился алхимией. Он снова и снова тёр глаза, изучая сообщение. А девочка, напротив, сидела оцепеневшая, чувствуя, как её собственный красный мир исчезает один цветок за другим. — … Собирать Багровый лотос было правильно, но видеть, как радость и горе разделяются вот так… Всё, что Роун мог дать девочке, — это противоядия и зелья восстановления. Спустя некоторое время, когда девочка немного успокоилась, Роун спросил: — Маленькая госпожа, куда делись остальные тёмные маги? — …Наверное, замаскировались под гостей и тихо сдались. Так безопаснее, чем сопротивляться и раскрыть, что они тёмные маги. Когда их отпустят, они вернутся, чтобы перенести Багровый лотос. Девочка обняла колени и ответила. — Тогда разве тебе не будет опасно? Пойдём со мной. На слова Роуна она покачала головой. — Я уйду сама. Не ввязывайся из-за меня без причины. — … С этими словами девочка встала и, слабой походкой волоча ноги, вышла из комнаты. Багровый лотос уже исчез, но Роун беспокоился, что тёмные маги снова используют её. Пока тёмные маги сдались, должно быть нормально… Людей, способных выращивать магические травы, необходимые для их ритуалов, было мало, и тёмные маги не стали бы легко причинять ей вред. — Эй, если тебе некуда идти, приходи к дому у входа в деревню Нокма. Я дам тебе еды. Роун крикнул ей вслед. Ну, еду приготовила бы Сон Су-хи, но мясо он мог пожарить и сам. Девочка на миг остановилась и оглянулась. Она тихо посмотрела на трёх котят, сидевших рядом с Роуном, и на пухлую коричневую мышь, которая уже не казалась такой уж маленькой. Затем едва слышно пробормотала: — Правда… такие божественные звери… божественные звери высшего уровня правда могут жить на горе Нокма…? --- Роун вернулся с малышами и Конджи с помощью материализованного фрагмента мастерской. Дядя Пак, похоже, скоро должен был очнуться, а за окном никого не было видно. Может, теперь выйти наружу? Но щёки Конджи уже некоторое время выглядели странно. Они подозрительно раздулись, словно она стащила что-то съедобное. — Конджи, ты ведь не стала есть цветы с демоническим ядом? Если съела Багровый лотос, выплюнь. Тот Багровый лотос был опасен. Роун протянул вторую ладонь к Конджи, сидящей у него на руке. — Выплёвывай! Конджи лапками надавила на защёчные мешки и начала один за другим выкладывать что-то на ладонь Роуна. Это были длинные тёмно-красные семена. Сохранив их во фрагменте мастерской «Рубикс», он подтвердил, что это такое. — …! [Система] Получены семена душевной травы Багровый лотос… 3 шт. Роун на миг потерял дар речи, увидев красные семена, которые Конджи выплюнула. Много ли алхимиков в этом мире хотя бы раз в жизни видели семена Багрового лотоса? А теперь у него было три целых семени. Более того, как сказала девочка, это могли быть последние семена в мире. В руках Роуна оказалась судьба легендарного Багрового лотоса. — Нет, когда ты успела их украсть? Ты ещё ничего не съела, верно? Было поразительно и радостно, что среди них оказались семена, не тронутые демонической энергией. Конджи хитро стащила это драгоценное сокровище. Когда Роун поставил Конджи на пол, Суранг подошла и слегка стукнула её пушистым молоточком, будто говорила: вот сейчас босс тебя отругает. Конджи опустила голову, и четыре лапки под тяжестью живота подломились. — Тук. Она распласталась на полу, а живот расплылся по обе стороны. Соль, найдя это забавным, тоже легла пластом на пол. Даже Торан, обычно мало интересующаяся происходящим, подошла и ткнула Конджи носом. Она умерла? — Пиик! Конджи, будто возмущаясь, вскочила, забегала по комнате с помощью телепортации и взобралась на закреплённый за ней фрагмент мастерской «Рубикс». — Конджи, дома я дам тебе что-нибудь вкусное. А семена Багрового лотоса потом посадим в хорошую землю. Роун успокоил Конджи, перечисляя названия трав и орехов, которые могли ей понравиться. После нескольких десятков названий Конджи снова взобралась ему на плечо. Вскоре дядя Пак открыл глаза. К тому времени Роун уже развеял материализацию мастерской. Игорный зал затих: все, кто раньше суетился, ушли. Обстановка казалась странно незнакомой. — Ты… разве ты не Роун? Где я и почему лежал? Дядя Пак сел, его худое тело дрожало, а память постепенно возвращала последние дни, которые он провёл здесь, одержимый азартными играми. Он вспомнил и то, как висел на доске для дротиков, пытаясь уменьшить долг. Когда Багрового лотоса не стало, дядя Пак неверяще пробормотал: — Я сошёл с ума! Роун посмотрел на растерянного дядю Пака и сказал: — Но вы не пострадали, и это главное. Давайте на этом остановимся и пойдём домой. Роун вышел из игорного зала вместе с дядей Паком. До рассвета ещё было далеко, и всё вокруг тонуло в ночном тумане. — Дядя, я отвезу вас домой. Я приехал на мотоцикле. Роун направился к парковке на площади. Старые мотоциклы, если оставить их на улице, часто крали. Механическая промышленность остановилась, но исправные старые мотоциклы всё ещё были ценны. Для людей в незащищённых районах, которые не могли позволить себе магический транспорт, работающая старая техника была желанным имуществом. Подожди, а мотоцикл тоже можно хранить в материализованном фрагменте? Фрагменты мастерской «Рубикс» могли хранить только собранные предметы. Но, может, с материализованным фрагментом всё будет иначе… Если мотоцикл можно хранить, то и другие вещи, возможно, тоже. Потом надо проверить. Освещённая луной площадь была немного светлее нижних улиц. На противоположной стороне дороги к парковке одиноко стояла пустая тележка старика. Но вокруг неё появились слабые силуэты. Кто здесь в такой час? Воры тележек? Роун инстинктивно повернул туда, но силуэты тихо растворились в тенях. А затем… Шшш. Хлоп. Крошечный листок бумаги, будто выпавший у кого-то, покатился по ветру. Это сделала Соль. — Мяу! Соль держала листок двумя лапами и игриво подбрасывала его. — Соль, это разве не мусор? Роун взял бумагу без особых мыслей, но она не была похожа на обычную. Магическая бумага? А на ней была короткая запись: [Сообщение] Изменение расписания сделки. Багровый лотос… Сделка… что это?! В деревне Нокма, которая должна была быть мирной, продолжали происходить несчастья. Что-то в этом казалось необычным. — Врум! Роун промчался по тёмным улицам на мотоцикле, отвёз дядю Пака домой и сразу направился к собственному дому. Услышав мотоцикл, госпожа Сон и Ли Хак-су уже ждали во дворе. — Ах ты негодник! Ты сказал, что ненадолго выйдешь, так где тебя носило?! Мать Сон Су-хи говорила почти со слезами. — Почему так поздно? Ты ел? — Нет, я голоден. Когда Роун покачал головой на слова Ли Хак-су, глаза Сон Су-хи сверкнули, и она хлопнула сына по спине. — Сын! Где ты шлялся без еды? Даже если сам пропустил ужин, малышей-то голодными оставлять нельзя! — В этой деревне я бы далеко не ушёл. Если пошёл на гору Нокма, значит, собирать; если в деревню, значит, был где-то там. Сон Су-хи посмотрела на мужа с лицом, полным недоверия к нахальному ответу сына. — Что? Дорогой, ты слышал? Вырос — и уже матери нормально не отвечает, словами играет. — Достаточно того, что он вернулся. Хватит ворчать, лучше дай ему поесть. Ли Хак-су говорил грубовато, но в голосе слышалось облегчение, которое он сдерживал всю ночь. — Мяу! — Цок! Цок! Малыши и Конджи прильнули к Сон Су-хи, требуя вкусной еды. Она погладила их и высоким голосом сказала: — Ах вы маленькие боссы, ваш хозяин и вас не покормил? Негодник! Подождите немного, хорошие мои. — Мяу! — Мя-а-а-анг! Торан кружила вокруг Сон Су-хи с поднятым хвостом, а Конджи присоединилась к ней, попискивая. Когда Роун умылся, он увидел, как от стола поднимается пар. Миска супа, миска пушистого риса и яичный рулет из кокобичи с травами. — Хлюп. Ароматный мисо-суп мягко скользнул в горло. Как и ожидалось, мисо-суп Сон Су-хи был лучшим. Малыши и Конджи тоже суетливо ели из своих мисок, каждый что-то жевал. Наверное, сегодня они очень устали. Сбор был недолгим, но Роун, малыши и Конджи находились внутри зарослей Багрового лотоса. Выдерживать и очищать сильную демоническую ауру и испорченный яд было непросто. Роун разделил яичный рулет на четыре части и положил их в миски малышам и Конджи. Вдруг он вспомнил девочку, которая выращивала Багровый лотос. Была ли она высокомерной? Если бы он не вернулся в прошлое, возможно, сам сошёл бы с ума. В ту ночь Роун впервые долго ворочался без сна. Когда он проснулся, солнце уже ослепительно сияло — похоже, он проспал. Но малыши на его животе казались тяжелее обычного. Приподняв голову, он увидел, как Конджи, спавшая в его волосах, перекатилась между подушками. Суранг, как обычно, лежала у него на животе, Соль — рядом с подушкой, а Торан — между ног. Когда он потянулся затёкшим телом, малыши тоже потянулись. — …Что с вами такое? Глаза Роуна расширились: малыши заметно выросли, а за их четырьмя лапами виднелись тонкие маховые перья. Маховые перья, которые появлялись только при взрослении, уже выросли. В тот же миг перед глазами появилось сообщение: [Система] Анализ способностей сотрудников. ---------- Наш дом [Система] Анализ способностей сотрудников. Имя: Суранг Свойство: Вода (水) Божественная сила: E-ранг ― Водяной шар (水球), уровень 2 Имя: Торан Свойство: Земля (大地) Божественная сила: E-ранг ― Бросок камня (石擲), уровень 2 Имя: Соль Свойство: Ветер (風) Божественная сила: E-ранг ― Ветряной клинок (風刃), уровень 2 Конджи осталась прежней, а вот малыши повысили уровни, и их ранг божественной силы вырос на одну ступень. Роун поднял малышей, ставших примерно на пол-ладони выше. Теперь они ощущались в руках довольно увесистыми. Наконец держать их стало по-настоящему приятно. Уже маховые перья? Они растут очень быстро. Он потрогал торчащие маховые перья. Они были похожи скорее на длинную шерсть, чем на настоящие крылья. В любом случае, когда эти перья полностью вырастут, они смогут летать. До регрессии маховые перья появились только почти при полном взрослении, а сейчас они были куда длиннее первых перьев тогда. Малыши, похоже, заметили изменения в собственных телах: они трепетали маховыми перьями и подпрыгивали. Соль, верная своему свойству ветра, легко всплыла в воздух, словно пёрышко. Суранг и Торан сначала испугались, когда земля отдалилась, и растопырили пальцы, но вскоре описали широкие дуги, медленно поднялись и мягко опустились. — Потрясающе. Пойдём во двор и попробуем полетать. — Мяу! Роун, малыши и возбуждённая Конджи вместе пересекли этаж. — Что происходит? Удивлённый Ли Хак-су распахнул дверь и выбежал наружу. — У малышей выросли маховые перья! — Маховые перья? Ли Хак-су последовал за ним с озадаченным лицом. Когда Роун подошёл к перилам у края этажа, снизу, со двора, донеслись голоса — Сон Су-хи и незнакомые. — Др-р-рук. Роун медленно открыл дверь этажа, и Сон Су-хи обернулась с яркой улыбкой. — Сынок, поздоровайся! — …?! За спиной Сон Су-хи показалось знакомое лицо. — К счастью, вы дома, босс! Это был Бэк Ин-хо. Роун думал, чем всё закончилось после их расставания, и, похоже, всё обошлось. Они несколько секунд смотрели друг на друга, убеждаясь, что ничего плохого не случилось. Оба одновременно протянули друг другу что-то и заговорили. — Начальник службы безопасности, можете проверить это? — А, у меня как раз есть кое-что для вас. У Роуна была записка, которую Соль нашла прошлой ночью. Бэк Ин-хо протянул тонкий конверт. — Говорят, ночной рынок открывается сегодня. Вот приглашение. Бэк Ин-хо говорил, принимая записку Роуна. Роун развернул приглашение. Два вложенных листа содержали разрешение на продажу и правила ночного рынка. Правила ночного рынка 1. Входить в маске. 2. Не спрашивать об источнике вещей и личности участников во время сделок. 3. Сделки на ночном рынке можно проводить только за специальные монеты или предметы. 4. Личные конфликты запрещены, но если драка всё же началась, ни в коем случае не вмешиваться. 5. Приглашение действительно только для одного посещения. Читая, Роун понял: чёрный обмен, о котором говорил Бэк Ин-хо, и был ночным рынком. Он надеялся, что сделка с Багровым лотосом состоится сегодня, и, похоже, именно сегодня она и должна была пройти. Раз нового расписания сделки не доставили, если пойти на ночной рынок сейчас, можно будет встретить торговца. Тем временем Бэк Ин-хо, взявший записку Роуна, с интересом сказал: — Не могу сказать, как была одобрена сделка с демоническим растением, но распознать торговца будет нетрудно. — Хорошо. Я тоже получил приглашение, так что пойду. — Ах… я дал вам приглашение только чтобы вы осмотрелись и попробовали продать зелья. А теперь случайно заставил вас ещё и преследовать торговца Багровым лотосом. Бэк Ин-хо выглядел виновато, будто помешал отдыху Роуна. — Тогда так и сделаем. Я продам зелья и осмотрюсь. А торговцем демоническими растениями займётесь вы, начальник службы безопасности. Всё нормально, верно? Роун указал на Бэк Ин-хо. Бэк Ин-хо усмехнулся, вспомнив случай в игорном притоне. Опять делает вид, что оставляет это мне, а сам тихо разберётся. В памяти всё ещё ярко стояли мощная демоническая энергия и демонический яд, которые показал детектор. Их было больше, чем в местах обитания перворазрядных демонических растений, вовсе не мелочь. Даже пробудившийся высокого ранга не справился бы один; Бэк Ин-хо, должно быть, тревожился, ожидая внезапно исчезнувшего Роуна. А тот стёр всё и появился в одно мгновение. С ним и это закончится безопасно. — Я сделаю всё возможное, босс! Вскоре Бэк Ин-хо, которого Сон Су-хи уговаривала поесть перед уходом, отказался из-за рабочего времени и пообещал зайти снова. Перед походом на ночной рынок Роун решил ненадолго подняться на гору Нокма, посмотреть, как малыши летают, и собрать недостающие травы. Подножие горы Нокма было наполнено тёплой весенней энергией. Повсюду цвели яркие цветы, а густая зелень покрывала склон. — Гр-р-р! Чуть подросшие малыши выскочили из тесной корзины для трав и побежали впереди. Конджи металась вокруг плеча и головы Роуна, наслаждаясь видом. Роун шёл следом, тепло улыбаясь. Запах листвы коснулся носа. Где-то в сердце всплыло давно забытое обещание. Если сегодня я не взорву камень самоуничтожения, остаток жизни я проведу, восстанавливая гору Нокма. Если бы рейд закончился благополучно и Суранг не погибла, возможно, он терпел бы свою сломанную жизнь хотя бы ради того, чтобы похоронить ушедших раньше детей на этой ясной, полной жизни горе Нокма. Теперь же он чудом вернулся в прошлое. Мирный день прошёл словно ложь, но боль того времени пропитала каждую клетку и не забывалась легко. И тут вдруг появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Открытие запретного рецепта… 15%. Эссенция рецепта отпирания ― 5 Белых лотосов ― Экстракт Re** — мл ― Мощный *** *** ― Жадный ** *** ― ** ** *** — Что… так внезапно…? Это было то же сообщение, которое появилось, когда Роун собрал Багровый лотос. Мастерская «Рубикс», неверно считав намерение Роуна, похоже, показывала рецепты, связанные с душами. Судя по перечисленным ингредиентам, все они были труднодоступными. Хотя рецепт был запретным, Роун сначала заподозрил тёмную магию; но, увидев, что в него входил Белый лотос, наполненный духовной энергией, понял, что это не полная тёмная колдовская техника. Похоже, придётся делать это постепенно. Сейчас первоочередной задачей было производство противоядий и восстановительных зелий. А ещё подскажи мне какие-нибудь простые необычные рецепты, которые можно продать на чёрном рынке. Когда Роун спросил, мастерская «Рубикс» предложила несколько рецептов: восстанавливающие конфеты, мази, мыло и увлажняющие мист-спреи. Все их можно было произвести в качестве A-ранга. Большинство таких вещей по-настоящему продавались бы разве что в защищённых районах. Даже если делать и продавать только это, можно быстро разбогатеть. Но к деньгам он не был привязан. До регрессии он уже вдоволь попробовал богатство, но дорогие артефакты не смогли защитить детей, а уважительная поддержка людей была лишь видимостью. Ни одна роскошная трапеза, какой бы изысканной она ни была, не казалась вкуснее твенджан-чигэ и яичного рулета, которые мать Сон Су-хи приготовила прошлой ночью. Роун пробормотал, глядя на рецепт мази для ухода за кожей: Нужно сделать несколько и принести маме. Вдруг всплыли воспоминания о детстве с родителями. Хотя из-за барьера они редко ходили на гору Нокма, семья Роуна часто устраивала пикники у её подножия. Тогда его молодая мать, Сон Су-хи, иногда вдруг жаловалась отцу Ли Хак-су: — Дорогой, мы ходили в гости к подруге в защищённую зону. У них и пруд, и бассейн, и даже сад. Давай тоже переедем в такой дом. Отец Ли Хак-су мягко улыбнулся. — Зачем переезжать? У нас здесь вместо пруда — зелёные деревья и долина. И посмотри, какое красивое небо. Маленький Роун невольно поднял голову к небу. Под тёплым солнцем воздух был ясным и голубым, облака мягко расплывались в вышине. Сквозь просветы скользили горные птицы. Тогда он ещё не знал, что этот пейзаж, казавшийся таким естественным, может исчезнуть. Мать Сон Су-хи надула губы и пробормотала: — Ну и что. Моя подруга наслаждается всем этим, сидя дома. Отец Ли Хак-су тихо рассмеялся и взял её маленькую руку. Затем сказал шутливо, но так, будто давал обещание: — Хорошо, тогда всё это будет твоим. — …А? Оставив растерянную Сон Су-хи, отец Ли Хак-су указал на зелёные горы и небо. — Эти огромные горы, это высокое небо — у них нет хозяина. Значит, ты можешь забрать всё. Сон Су-хи недоверчиво рассмеялась и слегка хлопнула его по руке. А затем долго и молча смотрела на широкую гору Нокма и небо. Выражение, в котором она надувала щёки, само собой смягчилось. Роун тоже сидел тихо, слушая шелест листьев на ветру, солнечный свет, прозрачно ломающийся в долине, и чистые крики горных птиц. Всё это казалось куда ценнее пруда или сада, которым завидовала его мать у подруги. На её лице уже не было ни зависти, ни желания. Сон Су-хи посмотрела на Ли Хак-су глазами, сияющими как у ребёнка. Ли Хак-су мягко улыбнулся и ничего не сказал. Возможно, именно с того момента Роун по-настоящему поверил, что гора Нокма — их дом. --- — Мяу! Малыши бегали неподалёку, будто играли в прятки. Их хвосты подрагивали, подбрасывая землю, а когда они перепрыгивали через листья, фрагменты мастерской «Рубикс» начинали сбор. Теперь, умея летать, они даже срывали плоды с ветвей. Когда травы аккуратно накапливались внутри фрагментов мастерской, Роун настроил так, чтобы при достаточном количестве ингредиентов производство запускалось автоматически по рецептам. — Пойдём чуть выше. Стоило ему сказать, как малыши бросились вперёд. Бегали они хорошо. Их подросшие, окрепшие тела уже не так беспокоили на горной тропе. А с маховыми перьями не было риска свалиться в грязную канаву. Пока они поднимались по лесной дороге, за кустами его взгляд поймал спелые красные ягоды. — А! Роун воскликнул, и малыши, которые бежали впереди, поспешно повернули назад. — Мяу?! — Малина! Спелые красные ягоды густо висели на тонких ветках. Даже издалека казалось, что в воздухе разносится их кисло-сладкий запах. — Давайте соберём. — Мя-а-анг! Похоже, малыши впервые видели малину. Роун помнил, что в детстве её было много, но с годами он почти перестал её встречать. Перед сбором он сам попробовал одну ягоду и дал по одной Конджи и каждому малышу. Их глаза расширились от мягкой лопающейся мякоти, а рты окрасились красным. У Соль красными стали и нос, и рот. У Торана, несмотря на сок, следов почти не было видно. — Хлюп, хлюп, хлюп. То, как ела Конджи, впечатляло. Держа малину крошечными лапками, Конджи серьёзно жевала, полностью сосредоточившись на еде и ни на что не отвлекаясь. Казалось, даже одной ягоды хватило бы, чтобы насытиться, но она продолжала есть без конца. — Хватит есть. Они испортятся, так что не прячь их в защёчные мешки. Роун прижал палец к щеке Конджи. И в этот момент… Шорох. Из кустов у горной тропы донеслось чьё-то присутствие. Малыши и Конджи навострили уши и посмотрели туда. Роун тоже инстинктивно повернул взгляд. Одновременно по ветру донёсся низкий голос. — Без долгих разговоров. Отдавай. — Что ты просишь отдать? Похоже, рядом происходила перепалка. Забираться так высоко на гору Нокма только ради ссоры — неужели они не чувствовали опасности? Если здесь свернуть не туда, легко можно встретить монстров и умереть. Куда важнее было бы переживать, как безопасно спуститься, чем ругаться. Они, похоже, были пробудившимися, так что, наверное, сами как-нибудь справятся. Роун уже собирался не обращать внимания и вернуться к малине, когда услышал: — Верни Багровый лотос. …Что?! Он сейчас сказал «Багровый лотос»? Роун, сомневаясь в собственных ушах, тихо подошёл к двум стоявшим там мужчинам. Их окружала странная аура. Один стоял спиной к нему, лицом к другому. Его гладкая кожа головы едва блестела в тусклом свете. Напротив него другой мужчина сказал: — Почему ты просишь у меня? Он исчез, и это даже к лучшему. Пора отпустить свою привязанность. В этот миг в уши Роуна вонзился слишком знакомый голос. Он медленно перевёл взгляд, и лицо постепенно стало отчётливым. …Нет. Это был его отец, Ли Хак-су. ---------- Ккотсуни Мужчина, стоявший перед Ли Хак-су, выкрикнул: — Что? Легко же ты говоришь. Если бы умер твой сын или твоя жена, ты бы сейчас тоже так рассуждал? Ты был бы таким же, как я. Нет, сделал бы что-нибудь ещё хуже. Или, может… уже сделал? От его издёвки лицо Ли Хак-су на миг застыло. Коротко выдохнув в воздух, он тихо заговорил. Было жалко, что его друга поглотил Багровый лотос, питавшийся жадностью, но то, чего тот желал с самого начала, исполниться не могло. — Бон-сик, если уж сравниваешь, сравнивай как следует. Ты правда хочешь воскресить жену? Нет. Поросёнка, которого съел. — Что? Ах ты ублюдок…! Роун, подслушивавший издалека, затаил дыхание. Этот лысый мужчина — дядя Бон-сик? Это был друг Ли Хак-су из родной деревни, До Бон-сик, который когда-то прославился как пробудившийся высокого ранга. — Бон-сик! Приди в себя. Даже если Ккотсуни оживёт, став с тобой единым целым, разве она не будет всего лишь телом? Лицо Ли Хак-су оставалось серьёзным, но слова почему-то звучали как поддёвка, и раздражённый До Бон-сик протянул руку, чтобы схватить Ли Хак-су за ворот. Но Ли Хак-су легко уклонился. До Бон-сик тяжело дышал от злости. На самом деле Ккотсуни была поросёнком, которого Ли Хак-су растил на остатках сена после обработки лекарственных трав. Бон-сик забрал её, собираясь вырастить и заколоть ради своей единственной дочери, но дочь, Чом-сун, привязалась к ней, и в какой-то момент Ккотсуни стала частью семьи. Однако об этом знали немногие. Для людей, которым нечего было есть, Ккотсуни была не более чем едой. Никто не знал, что её растили как члена семьи. Пока Бон-сик отвёз Чом-сун в больницу, родственники, которые жили как попало, хоть сами ничего не имели, поймали Ккотсуни, бегавшую по двору. «Иди, поешь с нами». Только после того как он жадно наелся, гадая, что это за мясо монстра, он понял, что это была Ккотсуни. Этот шок и вина напрямую передались маленькой Чом-сун. И примерно через два года Чом-сун пробудилась как выращивательница монстрических растений, класс тёмной магии. Бон-сик тихо покинул деревню вместе с дочерью. Роун лишился слов. Семья, о которой говорила девочка, вырастившая Багровый лотос, тоже была Ккотсуни… Значит, эта девочка — Чом-сун?! Роун, хоть тогда и был маленьким, смутно помнил. Чом-сун, едва ковылявшая на ногах, потеряла мать из-за монстров и стала ребёнком, который почти не выходил из дома. В памяти отчётливо всплыл образ Чом-сун, бегавшей по двору и игравшей с поросёнком. — Если ей некуда возвращаться телом, я хоть животы родственникам вспорю и верну Ккотсуни. Когда До Бон-сик процедил это сквозь зубы, Ли Хак-су тут же ответил: — Тогда тебе придётся вспороть и собственный живот. — Заткнись. Тебе ведь всё безразлично, если это не божественный зверь? — Да… и зачем ты держал в комнате свинью, которую принёс, чтобы съесть? Бон-сик отвернул голову. Кто же знал, что свинья может быть такой милой и умной? — Ладно, ты тоже считаешь меня странным? Думаешь, Ккотсуни — это то, что по природе должно быть съедено? Ли Хак-су мысленно цокнул языком, но заговорил мягче, успокаивая его: — Идиот, в том, чтобы есть жизнь, нет ничего естественного. Это неприятно, но таков круговорот жизни, а мы просто живём внутри этого закона. Раз у тебя с Ккотсуни были хорошие воспоминания, чувствовать так — естественно. Взгляд Бон-сика дрогнул. — Не пытайся воскресить дорогого тебе кого-то с помощью тёмной магии или чего-то подобного. Благодаря тебе и Чом-сун Ккотсуни стала особенным существом. Кто знает, может, когда-нибудь она переродится божественным зверем. — …Что?! Она правда может переродиться божественным зверем? От слов Ли Хак-су глаза Бон-сика расширились. Ккотсуни ещё даже не переродилась божественным зверем, а в его глазах уже стояли слёзы. Ли Хак-су мягко кивнул. — Да, идиот. Так что отпусти уже. И что вообще делает пробудившийся высокого ранга? После короткого молчания До Бон-сик тихо сказал: — Говоришь так, будто тебя это не касается. А ты? Засел в горах — и что делаешь? Не то чтобы… у тебя где-то стало хуже, верно? — Не беспокойся об этом, займись лучше тем беспорядком, который сам устроил. И за Чом-сун присматривай. При упоминании дочери Бон-сик заговорил со сложным выражением лица: — …А, точно. В день, когда Багровый лотос исчез, симптомы зависимости Чом-сун от демонического яда полностью прошли. Мы едва сдерживали их противоядиями, но я не знаю, почему ей стало лучше. Ли Хак-су запнулся, словно что-то вспомнил, но потом отвернулся, будто передумал. И бросил: — В любом случае, сам разберись с мусором из игорного зала. Ты это начал. — …Я и сам знаю. Бон-сик вздохнул. Сказав это, он исчез, словно ветер, и Ли Хак-су тоже медленно ушёл. Роун тихо сглотнул за деревом. Глядя в спину отца, он снова и снова прокручивал в голове только что услышанный разговор. Почему дядя Бон-сик говорил об отце так, будто тот пробудившийся высокого ранга, и спрашивал, не случилось ли с ним чего? Его отец, Ли Хак-су, был всего лишь алхимиком низкого ранга. Если в нём и было что-то необычное, так это то, что он дружил с божественными зверями. Но Роун думал, что это просто потому, что Ли Хак-су часто поднимался на гору Нокма и жил ближе всех к ней. Как бы там ни было, отец ведь правда не болен где-то? Роун полулёжа устроился на ближайшем камне и думал об отце, Ли Хак-су. Тот никогда не казался особенно сильным, но и раненым или больным его тоже никогда не видели. Даже когда приходили новости, что монстры спустились с гор, он никогда не удивлялся и не пугался. Иногда люди пользовались его добротой, из-за чего мать, Сон Су-хи, раздражалась… Но детство Роуна, если учесть, что он рос в опасной зоне, было наполнено очень мирными днями. — Пи-и! В этот момент Конджи подошла и втолкнула Роуну в рот лесную землянику. Кисло-сладкий сок лопнул между зубами. Когда Роун приподнялся, он встретился взглядом с божественным зверем с большими круглыми глазами, который, похоже, уже какое-то время стоял рядом. Это был оленёнок, которого он видел раньше. — Хочешь земляники? Когда Роун протянул ягоды, оленёнок принял их и принялся жевать. Вскоре один за другим начали появляться и другие божественные звери. Две ласки выскочили и уселись на камень, за семьёй кроликов вразвалку пришёл енот. На ветке дерева сидели летяга и буро-белые длиннохвостые синицы, которых он видел раньше. Хм, все пришли есть землянику? Если подумать, вокруг здесь было полно земляничных кустов. Малыши и Конджи сновали между божественными зверями. ― Юный господин Кошачий бог, вы были здоровы? ― Юный господин Мышиный бог, вы тоже устроились там на работу? ― Как завидно. ― Пожалуйста, поешьте земляники и за меня тоже. Роун не понимал слов божественных зверей, но, похоже, они были рады видеть друг друга. Хорошо, что они ладят. Собрав только столько, сколько ему было нужно, Роун оставил остальное божественным зверям. Может, дать им что-нибудь ещё? На ум пришла хорошая идея. Роун решил сделать для божественных зверей угощение из оставшихся лекарственных ингредиентов. Желе только для божественных зверей. Прозрачные, разложенные по цветам, были ветряным желе. ― Примерно на один час тело становится легче и способно быстро двигаться короткими рывками. Красные были желе для защиты от холода. ― На один час после употребления повышает температуру тела. Позволяет действовать в холодных местах. Были и обратные им охлаждающие желе. А ещё желе сопротивления огню, желе сопротивления демоническому яду… Разложив желе на большом листе, Роун сказал: — Это угощение, которое я сделал для вас. Лучше всего оно действует, если съедать только одно в день, так что обязательно поделитесь как следует. Божественные звери посмотрели на желе сияющими глазами. Первыми подошли ласки и енот, взяли по одному, а белки тоже выбрали маленькими лапками понравившиеся желе. Птицы опустились вниз, немного помялись, затем взяли в клювы прозрачные желе и улетели. Раз ветряное желе пользуется самым большим спросом, перед уходом надо сделать ещё немного. Только ближе к вечеру Роун спустился с горы. Если он хотел зайти в город перед возвращением домой, нужно было поторопиться. --- Роун не стал оставлять байк на парковке в центре города, а доехал на нём прямо до входа на рынок. После этого он материализовал фрагмент гостиной мастерской и убрал туда байк. Это было удобно: не нужно каждый раз ехать до парковки, да и багаж можно было хранить. Вскоре приблизилось время открытия ночного рынка. Он медленно направился к отмеченному на карте входу. Подойдя ближе, Роун надел маску, которую заранее подготовил. Это была балаклава, оставлявшая открытыми только глаза. Затем он достал маски для малышей и для Конджи. Под цвет шерсти каждого он приготовил розовую для Суранга, тёмно-коричневую для Торана, светло-зелёную для Соль и оранжевую для Конджи. — Ладно, ладно, говорят, сюда нужно входить в маске. Роун по очереди взял маски и надел их на маленькие мордочки малышей. — Мя-я-яу……! Они яростно затрясли головами, словно в танце львиной маски. А Конджи, видимо, раздражённая слегка великоватым краем маски, начала грызть его передними зубами. — Хе-хе, ребята, посидите спокойно хоть секунду. Я же говорю, без этого нас внутрь не пустят, хорошо? Если войдём, я куплю каждому из вас то, что захочется. Так что потерпите немного и наденьте. Когда Роун продолжил упрашивать, они послушно оставили маски на месте. Чувствуя себя неловко, они прижали остро торчащие уши в прорезях масок и заморгали. Спустя немного времени у входа на ночной рынок один за другим начали загораться красные и синие огни. Свет расползался от каждого ларька, заранее освещая надвигающуюся темноту. Люди в масках начали собираться небольшими группами. Похоже, начинается. ---------- Бабах, грохот, ночной рынок (1) Открывшийся ночной рынок уже кипел всевозможными товарами. Тут были и броские артефакты, и редкие вещи непонятного происхождения, и даже предметы, от которых определённые расы пришли бы в ярость, вроде хвостов русалок. Глаза Конджи и малышей, которые до этого дулись под масками, заблестели. — Потом продам зелья и каждому куплю по одной вещи. Торговец звериной травой появится только после наступления ночи. Добравшись до назначенной лавки, Роун поставил сумку и достал разные эликсиры, зелья и сладости, которые приготовил в мастерской «Рубикс». Он щедро разложил сладости и мази по маленьким корзинам, которые принёс с собой, и написал на бумаге названия и цены. [Товар] Разные атрибутные конфеты Цена: 300 000 вон за штуку Примерно столько будет нормально? Подготовиться к продаже оказалось проще, чем он думал. Но по сравнению с другими лавками его место выглядело невзрачно, поэтому покупатели почти не обращали на него внимания. — Надо хоть что-нибудь продать, чтобы самому что-то купить. Когда Роун пробормотал это, Конджи и малыши закатили глаза и переглянулись. — Эй, младшая, сходи позови покупателей, ня. Суранг легко подтолкнул Соль в спину. Соль недовольно заворчала и уселась на угол прилавка. А потом робко мяукнула: — М-мяу… На слабый звук несколько человек повернули головы. Суранг, наблюдавший за этим, сел рядом с ней и тоже громко мяукнул. Торан последовала за Сурангом и с невозмутимым видом уселась рядом. — Мяу! — Мя-я-у… — А-а-а! После нескольких «а-а-а» Торан полуприкрыла глаза, а Конджи достал кусочек желе и продемонстрировал, как его едят. Эффект оказался мгновенным. Люди в масках повернули головы к лавке Роуна. — Смотри, котики в масках. — Что? Они же безумно милые. Когда заинтересованные люди подошли ближе, Роун быстро улыбнулся. — Добро пожаловать. Это атрибутные конфеты: исцеляют уже одним своим видом. Вкус отличный, эффект гарантирован. Покупатели, развеселившись, засмеялись между собой и взяли желе. — У каждого цвета свой вкус? — Конечно. И у каждого цвета разный атрибутный эффект. Покупатели говорили, что цена совсем низкая, и добавляли, что хорошо бы и рыночные зелья были такими вкусными. Поначалу конфеты и желе брали партиями по пять или десять штук, но как только людей стало больше, начали покупать целыми корзинами. Не упуская момент, Роун вынес фруктовые зелья. [Товар] Противоядие со вкусом клубники [Товар] Восстанавливающее зелье со вкусом клубники Было два класса: средний и низкий. Он поднял цену на сто тысяч вон от изначальной. Зелья раскупили в тот же миг, как он их выставил. Особенно противоядия исчезли ещё до того, как Роун успел как следует разложить их на прилавке. Что, где-то распространился демонический яд? Говорили, что на чёрный рынок впервые выпустили звериную траву. Кто-то, опасаясь зависимости от демонического яда, мог сразу смести все противоядия. Какой бы незаконной ни была эта торговая площадка, предметы вроде звериной травы, распространяющей демонический яд, изначально были запрещены — очевидно, чтобы скрыть торговлю Багровым лотосом. Похоже, вместе с ним выпустили и другие звериные травы. …Такое ощущение, что в любой момент что-нибудь рванёт. Делая вид, будто достаёт зелья из сумки, Роун без остановки держал производственную комнату мастерской «Рубикс» в работе и наращивал выпуск, сосредоточившись на противоядиях. Не успел он оглянуться, как длинная очередь стояла только у его лавки, а соседние торговцы бросали завистливые взгляды. — Эй, оно так продаётся из-за этих котов? — Ага… Только у нас котов нет. — У нас не то что котов, даже мышей нет. Роун нарочно игнорировал их взгляды и ловко продавал зелья. --- Тем временем Бэк Ин-хо, опираясь на сведения Роуна, направился прямо туда, где проходил ночной рынок. Изначально они должны были встретиться немного позже, но Бэк Ин-хо хотел разобраться с мелочами сам, пока Роун хоть раз спокойно наслаждается ночным рынком. Такие мелкие дела должен брать на себя я. У него был детектор демонического яда, поэтому найти торговца звериной травой оказалось не так уж трудно. У туннеля он заметил в темноте слабые очертания тележки. От чёрных ящиков, сложенных на ней, тянулась странная смесь демонической энергии и демонического яда. Перед тележкой топтался старик в потрёпанном плаще. Бэк Ин-хо широким шагом подошёл к нему. — Ты тёмный маг? Старик медленно поднял голову. — Нет. Мне лишь велели привезти товар и оставить его здесь. — Ты знаешь, что это за товар? Это звериная трава. Бэк Ин-хо грубо распахнул крышку ящика. Внутри слоями лежали звериные травы, вырванные вместе с корнями, и мягко покачивались. Из его пальцев вытянулся серебряный клинок. — П-подождите! — Шшх! Звериная трава, рассечённая клинком серебряного атрибута, быстро потеряла демоническую энергию и засохла. — Хрясь! Остальные он рубил вместе с ящиками. Это были всего лишь красные цветы, украшенные маскирующей магией, но он всё равно продолжал срезать их. — Ч-что вы делаете?! Звериная трава — законный товар, одобренный для торговли на ночном рынке! Старик возмущённо кричал, будто с ним поступили несправедливо, но Бэк Ин-хо не остановился. Детектор демонического яда показывал плотную концентрацию демонического яда. Среди них наверняка была звериная трава, распространяющая смертельный демонический яд. — Хрясь! Разрубленные ящики и звериная трава беспорядочно валялись на земле. Не выдержав, старик скрипнул зубами. А затем, словно предлагая попробовать, поднял один ящик. — Ну так попробуйте разрубить и этот! — Вспышка! Бэк Ин-хо всё равно собирался разрубить всё, поэтому не заподозрил ничего странного и ударил. В этот миг зелёные точки на детекторе демонического яда начали бешено двигаться. — Грохот. Из ящика посыпалось бесчисленное множество серых точек. Насекомые, вывалившиеся словно песчинки, расползлись по земле. …Проклятье. Это были стаи ядовитых клещей, выросших внутри стеблей звериной травы. Одновременно из других ящиков начали выползать уже вылупившиеся ядовитые клещи. Бэк Ин-хо поспешно замахал мечом, чтобы рассечь их, но они были слишком малы и многочисленны, и большинство он упустил. — Почему здесь ядовитые клещи… Бесконечный поток насекомых, выбирающихся из стеблей, просачивался в щели пола ночного рынка и исчезал. Тут дело не только в торговле Багровым лотосом. Кто-то явно намеренно поместил этих насекомых внутрь звериной травы. Он размахивал клинком как мог быстрее, но ничего не мог сделать с ядовитыми клещами, которые уже спрятались неизвестно где. Поняв, что в одиночку не справится, Бэк Ин-хо вспомнил Роуна и его просьбу выяснить, кто торгует звериной травой. В этот момент старик попытался сбежать, но Бэк Ин-хо прижал серебряный клинок к его шее и спросил: — Кто это был? Кто подложил этих насекомых? И кто торговец? Скажи правду — оставлю тебе жизнь. Старик недолго колебался, а потом, видимо, действительно не желая умирать, послушно открыл рот. — …Низкая цена за мою жизнь. Осторожно подойдя к углу тележки, старик достал маленькую деревянную вывеску и протянул её. На ней был нарисован красный цветок. — Если повесите эту вывеску, они сами придут к вам. А тот, кто поручил мне звериную траву… он был в маске, так что лица я не видел. Но это был молодой человек. Не сводя глаз со старика, Бэк Ин-хо спросил: — Это он положил внутрь ядовитых клещей? — Это… он сказал, что в ящике милые малыши, и велел оставить его открытым. Это всё, что я знаю. Когда дикая малина почти закончилась, Роун завершил продажу зелий. Он не мог продать до последней ягодки всё, что собрал. Часть он оставил, потому что хотел ещё поесть вместе с семьёй. Сладости распродались в одно мгновение, а вместе с ними и мази, которые он сделал из оставшихся лекарственных ингредиентов. Всего за пару часов он продал всё подчистую. Когда Роун пересчитал собранные монеты и магические камни, доход составил примерно сто миллионов вон. Сорвал куш. Может, в следующий раз немного поднять цены? Ночной рынок всё ещё кипел жизнью. Роун думал, что такое место для тайных сделок должно открываться и закрываться тихо, словно мышь, затаившая дыхание, но это было предубеждение. У входа на ночной рынок стоял барьер, а сам рынок работал всю ночь. И как раз когда он собрался повернуться в хорошем настроении, это случилось. Низкий плотный топот защекотал слух. — Шорох-шорох-шорох. Малыши и Конджи навострили уши и выпрыгнули из сумки. В тот же миг мастерская «Рубикс» вывела сообщение. [Система] Обнаружен мутировавший магический зверь — связывающий ядовитый клещ. Глаза Роуна вмиг стали острыми. Почему связывающий ядовитый клещ оказался в таком месте… Такой ядовитый клещ не просто распространял демонический яд. Демонические звери связывающего типа обладали навязчивой сцепкой, превосходящей любой барьер. Они не только обвивали объекты и парализовали конструкции, но и испускали демонический яд, разъедающий нервы. Если оставить всё как есть, люди, запертые в туннеле, погибнут, даже не сумев пошевелиться. Фрагменты мастерской «Рубикс», не успевшие собрать ядовитых клещей, проскользнувших в щели, беспокойно закружились. В этот момент люди, почувствовавшие неладное, бросились к выходу, но его уже перекрыла формация, созданная ядовитыми клещами. Если такая формация закрепилась, ничем её было не пробить. Такими темпами весь туннель превратится в тюрьму, запечатанную демоническим ядом. Тогда… — Торан, сможешь оторвать клещей, что прилипли к той стене? — А! Торан хлопнула передней лапой по земле, будто это пустяк, и раздалась тяжёлая вибрация, от которой стена туннеля едва заметно дрогнула. Люди, похоже, не почувствовали этого слабого толчка и всё ещё смеялись и болтали, толпясь у прилавков. — Пацзик. Пацзик. Не выдержав очистительной силы Торан, формация ядовитых клещей, спрятавшаяся в трещинах, обрушилась. Выглядело это так, будто внешний слой, покрывавший стену, треснул и отслоился вместе с оболочкой. Роун удивился маленькой сообразительности Торан. Он сам собой ожидал, что она ударит с силой, способной раздробить камень, но вместо этого она встряхнула саму стену. Вероятно, решив, что туннель может обвалиться, она разрушила только связывающую структуру. — Ого, а я и не знал, что наша Торан такая умная. Коротко похвалив Торан, Роун сразу отправил вперёд фрагменты мастерской «Рубикс». Как только формация нарушилась, ядовитые клещи, почувствовав опасность, начали выплёвывать мерцающее флуоресцентное вещество. — Швар-р-рек. [Система] Хранить / разобрать / поглотить Поскольку трупы клещей нельзя было есть, он выбрал поглощение. И тогда появился редкий материал. [Система] Извлекается мембранная жидкость связывающего ядовитого клеща. Мембранная жидкость была веществом, которое могло связывать жидкости в плёнку и образовывать конструкции. …Вот это удача. С её помощью можно даже барьер сделать? Фрагменты мастерской «Рубикс» один за другим вспыхивали и разлетались во все стороны, поэтому взгляды нескольких встревоженных людей естественно последовали за ними. Вскоре возле выхода у стены вспыхнули полосы света, как фейерверк. — Бах! Па-пах! — Вау, что это? — Кья! Это магическое шоу? — У них тут даже такие представления? Отлично! Люди вскоре ахнули от восхищения, глядя на ярко сияющий, словно фейерверк, выход. Тем временем Суранг заблокировал трещины в стене, раскрывшиеся от водяного шара, а Соль подняла порыв ветра и смела ядовитых клещей. Конджи проворно находил и собирал тех, кто спрятался в стенах и под землёй. Всё это произошло за короткое мгновение, и хотя выглядело красиво, люди, увидевшие мимолётное световое шоу, лишь разочарованно заохали. Мембранная жидкость накопилась в достатке, и фрагменты мастерской «Рубикс» один за другим возвращались на свои места. Тихо разобравшись с кризисом, Роун огляделся, проверяя, не пострадал ли кто-нибудь. К счастью, никаких побочных повреждений, похоже, не было. И как раз когда он выдохнул с облегчением, к нему подошли знакомые лица. Бэк Ин-хо и старик, которого он видел в игорном зале. Когда взгляд Роуна задержался на ящике со звериной травой на тележке старика, Бэк Ин-хо тихо заговорил: — Этот старик — торговец, отвечающий за проблемную звериную траву. Но пока я разбирался с травой, из-за меня вышло… Опустив голову, Бэк Ин-хо объяснил, что ядовитые клещи появились из-за его ошибки. — Не беспокойтесь. Формация разобрана, остатки тоже убраны. — Значит, те вспышки раньше были… В глазах Бэк Ин-хо появилось облегчение. Затем он коротко передал, что узнал от старика, и свои мысли. — Босс, как и с торговлей Багровым лотосом, тайно встраивать ядовитых клещей в звериную траву подозрительно. Очень похоже на работу тёмных магов, но я не могу понять, что они задумали. Роун кивнул. Он думал так же. Слишком много здесь было подозрительного для простой попытки вырастить и продать Багровый лотос. Если только они не полные идиоты, они не могли не знать, что Багровый лотос исчез. И всё же то, что они не остановили сегодняшнюю сделку, наводило на мысль: с самого начала их целью мог быть вовсе не Багровый лотос. — Возможно, они собирались уничтожить всех здесь и забрать товары… или хотели кого-то схватить. Туннели идеально подходят демоническим зверям связывающего типа для установки формации. Услышав слова «демонические звери связывающего типа», Бэк Ин-хо поражённо воскликнул: — Боже мой… Подумать только, это были не обычные ядовитые клещи, а мутировавшие демонические звери связывающего типа. Из-за моей небрежности едва не случилось нечто ужасное. Поистине счастье, что вы здесь оказались, босс. Роун и Бэк Ин-хо привели старика к назначенной торговой лавке и остановились перед ней. Повесив вывеску с красным цветком, они решили отойти на расстояние и наблюдать за происходящим. — Не вздумай выкинуть что-нибудь странное. На предупреждение Бэк Ин-хо старик повернул голову с глубокой улыбкой. — Приберегите свои тревоги. Я, знаете ли, тоже очень хочу, чтобы покупатель вывески с цветком поскорее появился. Словно ожидая того, кто придёт его спасти, старик снова и снова вытягивал шею, глядя к входу. И наконец кто-то появился. ---------- Бабах, грохот, ночной рынок (2) Бэк Ин-хо прищурился и посмотрел на свой серебряный клинок. Острие клинка тихо осело вниз. Его серебряный клинок мог обнаруживать тёмную магию и демонический яд. Но от стоявшего перед ним мужчины не исходило ничего подобного. Скорее наоборот — казалось, энергия серебряного клинка сияет ещё ярче. Кто этот человек на самом деле? Судя по реакции старика, именно он был торговцем красным цветком, которого тот ждал. Волосы у мужчины торчали гнездом, борода разрослась кустом, а весь вид был таким грязным, будто он только что вылез из-под моста. Но, в отличие от жалкой наружности, одни только глаза у него горели остро и подавляли всё вокруг. Когда старик подошёл первым, мужчина внезапно повысил голос и начал сыпать руганью. На первый взгляд, он злился из-за того, что продавец Багрового лотоса не появился. Когда же он запоздало заметил стоявшего позади Бэк Ин-хо, его лицо застыло. В тот же миг Бэк Ин-хо шагнул вперёд. — Зачем вы ищете Багровый лотос? — …! Мужчина мгновенно понял, что что-то пошло не так, и вместо ответа резко развернулся и бросился бежать. Бэк Ин-хо рефлекторно рванул за ним. Тем временем Роун, стоявший чуть в стороне, копался в корзине с травами и шептался с малышами. — Что купим дальше? Я куплю всё, так что выбирайте! — Как и ожидалось, Босс лучший! Теперь я буду выбирать ещё агрессивнее, ня. — Я тоже пока что-нибудь выберу. — Я точно возьму еду. — Писк! Я хочу орехов! Малыши положили передние лапки на край корзины с травами, и их глаза заблестели. Даже обычно робкая Соль широко раскрыла глаза и подняла хвост, а Торан, которая чаще всего просто смотрела в пустоту, напрягла усы и настороженно огляделась. Глядя на то, какие они милые, Роун широко улыбнулся. И в этот момент — грохот! От внезапного шума Роун поднял голову. Вдалеке кто-то отчаянно бежал, раздвигая толпу. А вот силуэт тени, стремительно нагонявшей его сзади, выглядел почему-то знакомо. А? Начальник охраны? Когда он успел убежать так далеко? Идти или нет? Пока Роун колебался, думая, что особой пользы от него, кроме сбора, всё равно не будет, Суранг в корзине с травами распушил хвост и сверкнул синими глазами, будто заметил интересную добычу. — Гурунг?! По этому короткому звуку, словно по сигналу, Торан и Соль одновременно выскочили наружу. — Фью-у-ух. Соль взмыла в воздух на ветре и ускорилась, а Торан оттолкнулась от земли и с упрямым напором рванула следом. — Вы опять куда?! Роун поспешно побежал за ними. В этот момент Конджи, вцепившийся ему в плечо, срочно потянул зубами за воротник и быстро запищал: — Писк! — Беги, Босс! Бэк Ин-хо изо всех сил преследовал мужчину, бегущего сквозь толпу. Решив, что до далёкого выхода его всё равно догонят, мужчина внезапно сменил направление и скрылся в малолюдном проходе. Он искал Багровый лотос. Надо его поймать. Бэк Ин-хо, до этого бежавший прямо, поспешно повернул вслед за ним. И в тот миг мужчина внезапно остановился, один раз взмахнул рукой — — Бум! Перед глазами с взрывом расцвёл огненный шар с резким, зловонным запахом вулканического пепла. Бэк Ин-хо почувствовал летящий в него огонь в то же мгновение, даже вдохнуть толком не успел и рефлекторно поднял меч. — Бах! Пылающий жар врезался в плоскость клинка и отскочил. Но ощущение от столкновения клинка с пламенем было странным. Жар прошил кожу, впился в кончики пальцев, а следом пришла боль, будто ему обжигали кости. Бэк Ин-хо устоял и попытался оттолкнуть эту энергию. Но она, как неугасимый уголёк, вновь ожила и поползла по серебряному клинку. …Это не обычный огонь. Однако времени думать не было: из горла вот-вот вырвался бы крик. Но это был туннель. Он не хотел без нужды сеять тревогу на чёрном рынке. Бэк Ин-хо крепко стиснул зубы. Скрииии— И всё же, вопреки его опасениям, последовавшая боль оказалась ещё хуже. На миг, столкнувшись с невозможным, он застыл. Серебряный клинок, который он держал, будто раскалился, а затем растаял, словно мороженое. — …! От ощущения потери, будто ему отрубили одну руку, глаза Бэк Ин-хо заметались из стороны в сторону. В том, что огонь плавит металл, не было ничего необычного, но этот серебряный клинок не был простым железом. Для Бэк Ин-хо серебряные клинки ничем не отличались от собственного тела. Мужчина, который убегал, не упустил короткое мгновение, когда Бэк Ин-хо замер. Он резко развернулся и нырнул в толпу. И тут — — Мя-у-у! Внезапно перед мужчиной выскочили котята и перегородили ему путь. Суранг ловко подрезал его у самых ног, а Торан и Соль распушили хвосты и зарычали. — Если отдашь нам одно красное перо, мы тебя не съедим. — Я хочу два. — А-а-а! Я просто наброшусь! Глаза малышей игриво блестели. Словно они узнали знакомую ауру. — В-вы… вы с горы Нокма…?! Увидев малышей, мужчина на мгновение задрожал глазами, а затем в них выступили слёзы. Он поспешно отступил назад, потерял равновесие и зашатался. — У-у меня нет никаких п-перьев… — Почему нет? — Подозрительно, ня. — А-а-а! Давайте просто набросимся! — П-перья сейчас… то есть перья нашего владыки Огненной птицы сейчас… Он причмокнул губами и пробормотал это так, будто совершил преступление, но договорить не успел: прибыл Роун. А, что с ним вообще… Оказавшись лицом к лицу с мужчиной, Роун лишился дара речи от его вида. Весь в саже и чёрной грязи, с подпаленной тут и там меховой одеждой, он выглядел как птица, которую вытащили из мангала. Но во взгляде на его бродяжьем лице странно блестела влага. …Он сейчас выглядит так, будто плачет. Пока Роун недоумённо наклонял голову, мужчина, заметив его, поднял стену пламени. — Фуууш! В тот миг, когда барьер мастерской «Рубикс» уже собирался сработать против огня, смешанного с серным запахом и жаром, от которого, казалось, могло расплавиться всё тело, Суранг метнул огромный водяной шар. Удивительно, но массивная стена пламени бессильно погасла с шипением. — Ч-что?! Мужчина в ужасе резко развернулся, будто у него уже не осталось никакой воли к бою. Но тут же его нога попала под настойчивую атаку Торан каменными осколками, и он покатился по земле. — Дзынь. Вместе с ним из одежды на землю выскочил какой-то предмет. Мужчина поспешно вскочил на ноги и протянул руку, чтобы подобрать упавшую вещь, но в итоге порезал ладонь об острую ветряную атаку Соль. Выпалив малышам несколько слов, мужчина сбежал, оставив после себя взгляд, полный обиды. Малыши, потеряв интерес к игре, больше его не преследовали. Роун, не понимая почему, сначала повернулся к Бэк Ин-хо. Тот, наполовину потеряв рассудок, молча смотрел на свою руку с выражением человека, будто утратившего весь мир. — … Роун видел, как у Бэк Ин-хо расплавился меч, но не был уверен, что это действительно настолько шокирующее событие. Косо взглянув на него, Роун небрежно спросил: — Это был меч, которым ты очень дорожил? Он не выглядел таким уж дорогим, так что Роун был готов купить ему новый. Но затем — В тот момент, когда Бэк Ин-хо слегка сжал и разжал руку, серебряный клинок, который исчез, снова пророс из кончиков его пальцев. Точнее, выскочил прямо из руки. — Я думал, что нет ничего, что могло бы его сломать… а он растаял от одного огненного шара, как снег. …! Поражённый Роун невольно задрал рукав Бэк Ин-хо. Под кожей, словно чешуя, густо сидели клинкообразные осколки и серебристо поблёскивали. — …У тебя всё тело такое? Бэк Ин-хо неловко улыбнулся, как человек, чей секрет раскрыли, и снова опустил рукав. — Ну, примерно. Только тогда Роун как следует понял состояние Бэк Ин-хо. Те смутные, неуклюжие впечатления, несмотря на то что он был пробудившимся, использующим клинки. Всё потому, что он изначально был не мечником, а алхимиком атакующего типа. А причина, по которой его атакующая сила была слабой, несмотря на то что он был алхимиком, обращающимся с серебром, заключалась в перегрузке: внутри его тела смешались атрибуты железа и серебра. Если оставить всё как есть, клинки, покрывающие всё его тело, в конце концов пронзят сердце. Боже, да у этого парня и правда куча способов умереть. Роун мысленно цокнул языком. Обычно такую перегрузку можно было решить нейтрализующим средством, которое уравновешивает ману, но Бэк Ин-хо был исключением. Ему нужно было не равновесие, а усиление серебряного атрибута, обладающего очищающей силой. А для этого требовались материалы. — …Чтобы это вылечить, придётся сходить в место обитания Серпенсов и собрать материалы. Говорят, мясо Серпенсов отличное на вкус, заодно наберём побольше. От слов Роуна глаза Бэк Ин-хо постепенно расширились. Он не мог поверить, что кто-то говорит о походе в место обитания демонических зверей среднего ранга за середину горы Нокма так буднично, будто собирается на рынок за продуктами. Одного того, что существовал способ исправить состояние, для которого даже Гильдия алхимиков не нашла лечения, хватало для потрясения, но… из всех мест — место обитания Серпенсов. От одной мысли голова пустела. — Я в порядке, Босс. Тот мужчина, который только что расплавил мой клинок… если мы его найдём, я, может быть, попрошу его расплавить и клинки, растущие в моём теле… — Нет. Его пламя отличается от обычной магии. Только потому, что ты заблокировал его клинком, всё обошлось. Если бы оно коснулось тела напрямую, было бы по-настоящему опасно. — Но я не могу из-за себя отправить вас в такое опасное место. — Опасное место? Подниматься на гору Нокма — часть моего распорядка. Всё равно ему нужно было собирать ингредиенты для зелий, чтобы снабжать больницу, а ещё ему было любопытно, что происходит с божественными зверями среднего ранга, раз он в последнее время встречал низших. — Мяу! В этот момент Суранг подошёл, неся что-то круглое. Похоже, это был предмет, который уронил сбежавший мужчина. Приглядевшись, Роун увидел стеклянный шар, внутри которого слабо мерцал тёмно-багровый свет. Серебряные клинки Бэк Ин-хо слегка задрожали, предупреждая о тёмной магии. Почувствовав инстинктивную тревогу, Бэк Ин-хо едва заметно нахмурился. Дрожь клинков становилась всё сильнее. — Босс, похоже, это мощный артефакт тёмного колдовства. — Похоже. Улыбнувшись, Роун протянул предмет Бэк Ин-хо, который отвечал за обнаружение демонической энергии. Но Бэк Ин-хо, глядя на дрожащие клинки, продолжал качать головой. — Это не похоже на вещь, с которой может справиться кто угодно. Думаю, лучше будет, если вы сами уничтожите её, Босс. Бэк Ин-хо сказал это твёрдо. Даже если отнести его в службу охраны, он, очевидно, в итоге попадёт в Гильдию алхимиков. Бэк Ин-хо, который недолго там пробыл, знал их склонности лучше многих. Вместо того чтобы уничтожить настолько опасный предмет, они попытаются оставить его для исследований. И в процессе кто-нибудь наверняка попробует тайком им воспользоваться. Ходили даже слухи, что из-за этого экспериментаторского мышления они вывели из яиц демонических зверей, которые уже вымерли. — Уничтожить его нетрудно, но если тайком продать, можно выручить деньги. Уверен? — Да, Босс. От зловещих предметов чище всего избавиться. Роун кивнул. — Ладно, тогда. Он чувствовал, как внутри тёмно-красного шара слабо извивается какое-то присутствие. Что выйдет, если его поглотить? Роуну стало любопытно, но мастерская «Рубикс» не могла поглощать предметы, обработанные таким образом. Поглощение через сбор или предметы вроде древних книг, которые веками лежали нетронутыми и напитались особой маной, были возможны, но это — нет. Конечно, оставался способ намеренно сначала разбить шар, а потом поглотить его, но это почему-то казалось опасным. После короткого раздумья Роун достал из мастерской «Рубикс» белый моток нитей. Это была Нить пожирания, полученная при сборе демонического растения первого класса, — мощная нить, которая поглощала любую субстанцию, оставляя только оболочку. Попробуем так. Роун осторожно обмотал тёмно-красный шар нитью. Нить была не особенно тонкой, поэтому много времени это не заняло. — Фвош. Эффект оказался быстрее, чем ожидалось. Под свободно намотанной белой нитью чёрная стеклянная поверхность начала искажаться. — Босс, эта нить… она от демонического растения первого класса?.. Бэк Ин-хо не мог закрыть рот. Демоническое растение, которое он видел в детстве в незащищённой зоне, выпускало тонкие белые нити. В памяти вспыхнул ужас от того, как эти нити высушивали людей и даже крупных существ, превращая их в вяленое мясо. Крики того дня и иссохшие трупы. Сердце постепенно забилось чаще: казалось, этот страх разыгрывается заново. Но вскоре зловещая энергия, заключённая в шаре, плавно погасла, словно потушенное пламя. — …Уже всё? Увидев, что дрожь серебряных клинков, чувствующих тёмную магию, прекратилась, Бэк Ин-хо осторожно спросил. — Похоже. Роун использовал это впервые и сам не знал точного метода. Но поглощение, кажется, сработало, поэтому он убрал Нить пожирания обратно в мастерскую «Рубикс». И в этот момент… [Система] Получен экстракт Багрового огненного ядра. Глаза Роуна слегка расширились. Так вот что было внутри шара. Багровое огненное ядро изначально называли сущностью пламени, расцветавшего на Пике Пламени. Они что, хранили здесь оставшуюся искру Пика Пламени, который исчез после разъедания демонической энергией? Почему тот мужчина носил при себе такой шар тёмного колдовства? Или, может, тёмные маги украли его и запечатали, а эти ребята случайно заполучили? В голове мелькали разные вопросы. Искра Пика Пламени и Багровый лотос… И то и другое было наследием Пика Пламени. Почему же у него возникало ощущение, будто кто-то намеренно не даёт действующему вулкану восстановиться? До регрессии… что произошло после того, как действующий вулкан вместе с Пиком Пламени разъела демоническая энергия? На краю памяти что-то цеплялось, но ясно не всплывало. В то время, когда действующий вулкан поглощала демоническая энергия, Роун находился в рейде и узнал об этом куда позже. И как раз когда его мысли собирались углубиться — мимо них стражники ночного рынка потащили старика. — А, этот старик… Человек, который внезапно исчез из игорного зала, снова появился здесь, но Роун не стал спрашивать о подробностях. Он лишь подумал, что за этим наверняка стоит какая-то история; но видеть, как его тащат вот так, было неприятно. Старик тихо посмотрел на Роуна глазами, полными спокойного смирения, словно говорил ему не жалеть. От этого взгляда Роун закрыл рот. Он не знал, был ли старик жителем горы Нокма или кем-то, кто прибился сюда откуда-то ещё, но, каковы бы ни были его обстоятельства, Роун подумал, что тёмные маги могли использовать его. Они были особенно хороши в том, чтобы находить слабости людей и так или иначе втягивать их в нужные им дела. Роун с горечью смотрел на пошатывающуюся спину старика, которого уводили. Бэк Ин-хо тоже посмотрел ему вслед и тихо сказал: — Если он не совершил других преступлений, ничего серьёзного не будет. Это ведь была только попытка. Услышав это, Роун понял: правда. Если история с Беллато Арома и эта — всё, то обе закончились попытками. — Тебе правда повезло. Когда Роун негромко усмехнулся, Бэк Ин-хо молча отвёл взгляд. В его глазах проступило тяжёлое доверие. — Всё благодаря вам, Босс. Словно объявляя кульминацию ночного рынка, огни стали ещё ярче. Разноцветные огоньки вышивали воздух над головами, а смех и крики торговцев будто снова обрели живость. Только тогда Роун ослабил напряжение, засевшее в плечах. Оставшееся время он ходил по ночному рынку вместе с Бэк Ин-хо. И вдруг Бэк Ин-хо остановился и заговорил: — Босс. — …Да? — Хотите, я порекомендую игрушки, которые могут понравиться малышам? — Мяу?! — Мяанг! — Писк! Глаза малышей и Конджи заблестели. ---------- Привязанный предмет На слова Бэк Ин-хо малыши хором откликнулись. — Ха-ха, похоже, они понимают, о чём мы говорим. Ну, они же божественные звери, наверняка всё понимают, верно? Роун слабо улыбнулся и пошёл по шумной улице ночного рынка. Место, куда Бэк Ин-хо его привёл, оказалось не чем иным, как магазином товаров для питомцев. Там было много вещей куда необычнее, чем в охотничьем универмаге, но большинство из них были артефактами атакующего типа. Защитное снаряжение было ни к чему… — Босс, как насчёт чего-нибудь такого? Бэк Ин-хо улыбнулся и поднял ленту и шарф, а малыши потянули передние лапки к развевающемуся шарфу. Роун покачал головой. — Они не будут это носить. Сразу сорвут и раздерут в клочья. — А, понятно. Тогда как насчёт этого? На этот раз он поднял обувь для питомцев и игрушечную мышь. — Писк, это оскорбление меня! Конджи сердито запищал, и Бэк Ин-хо поспешно опустил игрушечную мышь. — А, простите… Я забыл, что вы здесь. Роун снова поднял её и положил игрушечную мышь рядом с Конджи. Конджи встал на две лапы и возмутился, будто спрашивал, что это должно значить. Роун слегка улыбнулся и сказал: — Ты милее. Когда Конджи взъерошил собственную шерсть на голове, Бэк Ин-хо рассмеялся и сказал, что он и правда милый полевой мышонок. — Но такие дорогие игрушки нам не нужны. Те, что я купил раньше, один раз потрогали и больше к ним не подходили. От слов Роуна малыши внезапно притихли. Конджи наклонил голову, будто задавался вопросом, правда ли у них уже были другие игрушки. В этот момент Соль неспешно выпрыгнула из сумки и мягко приземлилась на витрину. — Мяу-у. — …Хочешь, чтобы я это купил? Вместо ответа Соль лёгким ветерком подняла коричневое перо, на которое уже положила глаз. Перо, вставшее вертикально, медленно вращалось в воздухе, создавая лёгкий ветер. Затем вращение постепенно ускорилось, и ветер становился довольно сильным. Если не купить его побыстрее, Соль, похоже, была готова устроить истерику. — Что это за перо? Роун перехватил вращающееся перо кончиками пальцев и спросил. Торговец расширил глаза и ответил: — А, да, это перо совы Соль, божественного зверя горы Нокма. Вы можете не поверить… но если присмотреться к этому перу, почувствуете слабый след энергии ветра. — …Понятно. Судя по ауре божественного зверя, которую он чувствовал, это действительно было настоящее перо совы Соль. Правда, особого применения у него, казалось, не было, но Соль оно явно нравилось. Суранг и Торан, похоже, тоже захотели что-нибудь выбрать: они легко запрыгнули на тележку с аксессуарами, используя крыловые перья. — Мяу-у! Суранг деловито задвигал передними лапами, будто что-то искал, и вскоре взял в пасть круглое серебристое кольцо. — Гр-р-р. Чёрные зрачки стали широкими, глаза сияли так, будто он сорвал куш. Когда Роун осмотрел находку, это оказалось маленькое кольцо из прозрачного кристалла, с неровной внутренней стороной, напоминавшей мыльный пузырьковый обод. Для ожерелья оно было слишком большим, а на лапу надеть — слишком свободным. — Как с этим играть? Когда Роун спросил торговца, Суранг, словно только этого и ждал, подбросил кольцо в воздух. Передней лапкой он сформировал маленькую каплю и протолкнул её в кольцо; там возникла прозрачная водяная плёнка, образовав круглый пузырь, похожий на водяной шарик. — Мяу! Суранг радостно завилял хвостом. Что-то вроде кольца для пузырей? Но пузырь продержался недолго. С хлопком он внезапно лопнул, и — — Грр?! Испугавшийся Суранг широко распахнул глаза, а затем влил в кольцо огромное количество маны, будто решил сделать пузырь, который никогда не лопнет. — Ладно, куплю, так что делай это дома. Роун поспешно остановил его и спросил у торговца цену. Но теперь Торан, которая до этого вела себя спокойно, плюхнулась прямо на тележку, заваленную аксессуарами. Украшения разлетелись во все стороны, и торговец охнул, поспешно начиная всё собирать. — А, простите. Пока Роун склонял голову, Торан, казалось, ничуть не смутившись, подтянула к себе несколько игрушек с вырезанными в них углублениями. Увидев это, торговец сдержал смех и сказал: — Это набор формочек для игры с глиной. Ха-ха… Он даже договорить не успел: Торан призвала большой ком глины и уже собиралась положить его на тележку. — Эй, не здесь! Играй с этим дома! Роун быстро поймал глину обеими руками. Во всех игрушках, которые выбрали малыши, слабо кружились следы энергии божественных зверей. И ведь как они умудряются выбирать именно такое. Роун уже собирался расплатиться, когда Конджи, внимательно смотревший на игрушки с фрагмента мастерской «Рубикс», вдруг спустился вниз. Затем он засеменил туда-сюда по квадратной коробке и быстро запищал. — Тебе нравится эта коробка? Это была коробка, размер которой можно было увеличивать, потянув за обе стороны. Почему пространственный божественный зверь вроде Конджи зацепился за такую ручную коробку? Роун наклонил голову, а потом тихо фыркнул. Аналоговая атмосфера или что-то вроде того? Он сразу закончил оплату. Может, потому что это были игрушки, цены оказались не слишком обременительными. — Давайте сюда. Я уберу их в комнату отдыха мастерской. Но малыши почему-то упрямо вцепились в новые игрушки. И как раз когда Роун собирался потянуть сильнее, игрушки слабо засветились, превратились в крошечные частицы и впитались в тела малышей. — …А? — …Что сейчас произошло?! Роун, Бэк Ин-хо и даже торговец широко раскрыли глаза от удивления. — Ха-ха, только не говорите, что ваши питомцы привязали игрушки к себе? — Если бы я знал, что так будет, я бы рекомендовал артефакты получше, господин. Причина растерянности была понятна. Обычно привязанный предмет можно было иметь один за всю жизнь — максимум два. Но Роун лишь слегка улыбнулся, будто всё в порядке. Если малышам нравится, этого достаточно. На самом деле слишком сильные артефакты даже тревожили. Это означало, что однажды наступит день, когда эту силу придётся использовать. А тогда кто-нибудь может снова исчезнуть. Роун убрал в фрагмент комнаты отдыха мастерской только непривязанную игрушечную коробку Конджи. В этот момент откуда-то раздался звонкий крик петуха. — Ку-ка-ре-ку! Это был сигнал, объявляющий конец ночного рынка. За туннелем круглый мир, до того совершенно тёмный, медленно окрашивался рассветным светом. Огни один за другим гасли, и шумная толпа быстро расходилась. Когда люди повернули к выходам, Роун и Бэк Ин-хо тоже медленно влились в общий поток. И тогда — среди людей в поле зрения Роуна попал кто-то в большой маске демонического зверя-насекомого. Он смотрел прямо на Роуна. …Да какого чёрта, почему именно такая маска? Вымерший демонический зверь-насекомое, которого он видел в энциклопедии демонических зверей. Монстр из городских легенд, где говорилось: если он появляется в рейде, полное уничтожение гарантировано. В тот миг, когда Роун узнал его, по спине пробежал холодок. Когда он снова повернул голову, мужчина исчез без следа. …Показалось? Но ещё мгновение назад взгляд, который он почувствовал из-под той маски, определённо был направлен на Роуна. --- Роун и Бэк Ин-хо вышли с ночного рынка. — Ты всю ночь не спал. Сразу на работу? — А, да, Босс! Нужно сразу идти. — Не устал? — Один такой день — пустяки. Роун передал ему оставшееся восстанавливающее желе, которое не продал. Когда Бэк Ин-хо попытался отправить деньги, Роун остановил его рукой. — Ты как чужой. Мы достаточно близки, чтобы я мог подарить тебе что-то такое. Глаза Бэк Ин-хо дрогнули от глубокого волнения. — Понятно. Простите, если показался неблагодарным. Просто я впервые получаю настолько дорогую вещь. Роун мысленно цокнул языком. Подумать только: он стал высокоранговым пробудившимся, и всё же какую жизнь нужно было прожить, чтобы так тронуться из-за одного желе стоимостью примерно как низкоранговое зелье? — Заходи как-нибудь поесть. — Если вы пригласите, для меня это будет честью. Честно говоря, я всё время вспоминаю ту домашнюю еду, которую ел тогда. На лице Бэк Ин-хо мелькнула тоска. А за ней — спрятанная боль. Что это такое, слишком уж душераздирающе. Роун тоже когда-то пережил время, когда тоска по домашней еде стала печалью. Тоска, которую можно утолить, и тоска, до которой уже никогда не дотянуться, похожи, но это никогда не одно и то же чувство. Глаза Бэк Ин-хо сейчас были именно такими. Роун хотел спросить о семье Бэк Ин-хо, но остановил себя. Расставшись с Бэк Ин-хо, он направился в общую больницу горы Нокма. Он хотел передать заново изготовленные предметы и заодно проверить, нет ли людей, пострадавших от мутировавшего демонического яда. Возможно, из-за рассветного времени больница была тихой. Едва горел свет только в отделении неотложной помощи, а медперсонал выглядел явно измотанным, но ничего необычного, кажется, не происходило. Когда Роун передал зелья дежурному медработнику, тот тревожно заговорил: — Эм… детективы из исполнительного отряда всё время приходят и спрашивают, кто лечил пациентов, которых привезли из района игорного зала. Вы случайно ничего об этом не знаете?.. Роун не ответил. На мгновение встретился с медработником взглядом, а затем слабо улыбнулся. — Я ничего такого не знаю. С этим коротким ответом Роун вышел из больницы. Если зачистка игорного зала нормально завершится, на этом всё должно закончиться. Почему они ищут того, кто лечил демонический яд? Роун вышел из больницы. На раннем рассвете над улицами ещё слабо держались следы ночи. Он остановился перед мебельным магазином, который только что открыл двери и начал уборку. Изнутри тянуло тонким запахом дерева и мягким ароматом кожи. В уютном магазине ему в глаза бросился диван цвета слоновой кости — на вид очень мягкий. Роун вошёл через открытую дверь и небрежно сел. Облачное, уютно обволакивающее ощущение сиденья ему понравилось. Словно только этого и ждали, малыши запрыгнули на диван, а Конджи, будто его не интересовало ничего, кроме еды, тут же снова юркнул Роуну на руки. Эти ребята мягкое чувствуют прямо как призраки. Он выбрал ещё несколько мягких сидушек. Закончив оплату, Роун попробовал убрать диван и подушки в фрагменты мастерской «Рубикс». Когда он заглянул внутрь фрагментов, они аккуратно стояли именно там, где Роун и хотел. Продавец не мог закрыть рот, глядя, как вещи исчезают в одно мгновение, но Роун спокойно вышел из магазина. Следом он заглянул в соседний магазин хозяйственных товаров. Роун думал заменить корзину для трав, которая стала тесновата, на сумку побольше, но взгляд привлекла не сумка, а модульная кошачья башня с круглым домиком, гамаком и широкой обзорной площадкой на самом верху. В ней были собраны все элементы, от которых малыши наверняка пришли бы в восторг. — Ой, простите… это случайно не кошачья башня для котиков-божественных зверей?! Как раз когда Роун внимательно рассматривал её, раздался высокий голос. — Кя-а! Покупатель, вы берёте это для котиков-божественных зверей?! Обернувшись, Роун увидел молодую женщину, которая кричала с сияющими глазами. Это была владелица хозяйственного магазина. Похоже, она была пробудившейся плотницкого типа. — Боже мой, детёныши божественных зверей будут пользоваться кошачьей башней, которую я сделала, — это такая огромная честь! Посмотрев вниз на малышей, она шагнула вперёд с растроганным лицом и стала настаивать, что подарит кошачью башню собственной конструкции бесплатно. — Нет, правда, не нужно… Хотя Роун решительно отказывался, всё закончилось тем, что он неохотно принял скидочный купон для малышей. Но в мире не бывает совершенно бесплатных подарков. — Эм… можно мне один раз их потрогать? Владелица магазина спросила, сложив руки вместе. Роун пожал плечами и ответил: — Не у меня спрашивайте — у них. — Ня-нянг! — Мио-о-онг! Сообразительные малыши сразу принялись изображать максимум милоты перед растерявшейся хозяйкой. Разрешаю только чёлку. Пока разрешаю только носик. Суранг высунул голову и мяукнул, а Соль высунула розовый носик. Торан же, будто ей было всё равно, пристально смотрела только на кошачью башню. — Они такие милые. Можно сделать одну фотографию? Мягко гладя малышей, хозяйка подняла взгляд на них и на Роуна. Когда Роун кивнул, малыши выпрямили позы. После нескольких домашних фотографий они уже даже знали, как позировать. Тем временем Роун убрал детали кошачьей башни во фрагменты комнаты отдыха. Затем напоследок взял сумку-переноску в виде рюкзака. Поскольку в будущем они вырастут больше, он выбрал самый большой размер. — Это я вам просто подарю! Считайте платой за фотографии! Несмотря на попытки Роуна отказаться, хозяйка до конца настаивала и бесплатно вручила ему сумку. Ему было немного неловко, но подарок казался искренним. — Приходите ещё. Обязательно приходите ещё, покупатель! — Спасибо. Буду хорошо пользоваться, хозяйка. — Ня-о-онг. — Мяанг! Выйдя из хозяйственного магазина, Роун попробовал посадить малышей в новую сумку. Места было предостаточно, но раз они и в корзине для трав вели себя хорошо, он решил оставить крышку открытой. Когда будет время, надо будет зайти в комнату отдыха мастерской и спокойно всё обставить. Он собирался собрать кошачью башню и создать уютное место только для них. И как раз когда он удовлетворённо улыбался, думая, как украсить комнату отдыха мастерской, это произошло. За спиной раздался тяжёлый, резкий голос. — Ты алхимик Ли Роун? ---------- Осквернённый хранитель божественных зверей В то же время, расставшись с Ли Хак-су у горы Нокма, До Бон-сик направился к берегу реки. У реки, что текла под горой Нокма, стояла палатка, похожая на логово нищих. Дыры в ней были кое-как залатаны тряпками, а местами виднелись небрежно наклеенные следы зелёной ленты. До Бон-сик огляделся и вошёл внутрь палатки. Трое мужчин сидели, скрестив ноги, но энергия, исходившая от их тел, не была ни энергией божественных зверей, ни энергией демонических. Это было нечто искривлённое, промежуточное. Неестественное присутствие, будто бросавшее вызов законам природы, зарычало в сторону До Бон-сика. Выдержав эти тяжёлые ауры собственным телом, он тихо открыл рот: — Возвращайтесь. Багрового лотоса больше нет. На слова До Бон-сика глаза сидевших мужчин холодно потемнели. Тот, кто выглядел старше остальных, низко спросил: — Только не говори, что всё забрал тот ублюдок, который ворвался в игорный зал? — Я и сам этого не знаю. Но моя дочь сказала, что это был последний Багровый лотос. До Бон-сик медленно покачал головой. — И я тоже теперь умываю руки. Даже если мы добудем семена, второй раз я такого сделать не смогу. Тогда мужчина примерно одного возраста с До Бон-сиком недовольно спросил: — …С чего вдруг ты передумал? — Эй, а чем выращивание лекарственных трав, которые должны расти на духовной энергии, с помощью демонических зверей и подталкивание людей к жадности отличается от дел тёмного мага? Когда До Бон-сик сказал это со вздохом, вмешался молодой человек, с виду только-только достигший совершеннолетия. Это был Ким Хи-тхэк, один из младших хранителей божественных зверей пика Пламени. — А, дядя… это же почти закончилось. Всё уже было готово, и когда это завершилось бы, мы бы тоже закрыли игорный зал. П-почему вы вмешиваетесь сейчас? Там ведь ещё никто даже не умер. Стоило ему возбудиться, как за его спиной вспыхнули крылья из пламени. До Бон-сик покачал головой. — Хорошо, что всё закончилось до того, как кто-то умер. Иначе, думаешь, Ли Хак-су сидел бы сложа руки? До Бон-сик вспомнил Ли Хак-су, которого встретил на горе Нокма. Он чувствовал: его энергия меняется. Сила, которую тот потерял, защищая гору Нокма, возможно, постепенно возвращалась. Подняв глаза к потолку с тусклым выражением лица, он сказал голосом, в котором слышалась покорность судьбе: — …И Ккотсуни, должно быть, ушла в хорошее место. Я не хочу возвращать ребёнка, который в следующей жизни родится божественным зверем. Старший хранитель божественных зверей, молча слушавший до этого, взорвался: — Что?! До Бон-сик, сукин ты сын! Значит, ты встретился с Ли Хак-су у нас за спиной! — Эй, Бон-сик. Мы не можем, как ты, сидеть сложа руки и только молиться! Ты правда этого не понимаешь или просто несёшь чепуху? До Бон-сик и сам не был чужд их обстоятельствам. Хранители божественных зверей пика Пламени пошли на опасность и запечатали души божественных зверей в собственных телах. Если несовершенная техника печати внезапно разрушится, они не смогут гарантировать не только собственные жизни: души божественных зверей, уже превратившихся в нечистых духов, тоже исчезнут. — Безумцы, вам вообще не следовало их запечатывать. — Нет, дядя Бон-сик! Одно дело, что вы отступили, но это не значит, что можно говорить так безответственно. Наш владыка Ёмби в ярости! Вы знаете, как искренне я молюсь?! Вы правда хотите видеть, как у меня вот так разрывается сердце?! Чин Хон-а, самый младший на пике Пламени, снова и снова бил себя в грудь и кричал. До Бон-сик тихо отвёл взгляд. Он не мог принять весь их гнев, но и жалости к ним стереть не мог. — …Не знаю насчёт воскрешения, но я найду способ, чтобы души божественных зверей не исчезли. Так что пока возвращайтесь. — … До Бон-сик вспомнил старую книгу, которую Ли Хак-су когда-то спрятал. В ней были странные методы изготовления, похожие на запретную алхимию. В то время текст был так сильно размазан, что его невозможно было разобрать, но к настоящему моменту расшифрованная версия могла быть уже готова. Проблема заключалась в том, что Ли Хак-су ни за что ему её не покажет. Если его сила вернётся, он может не оставить хранителей божественных зверей пика Пламени в покое за то, что они нарушили законы природы. Но До Бон-сик пока решил об этом не говорить. В любом случае, если это Ли Хак-су, он наверняка уже расшифровал книгу и где-то спрятал её. Незаметно одолжу. В этот момент один из них, немного успокоившись, поднял голову — теперь уже с другим возбуждением. Красные огненные крылья вспыхнули над его плечами и тут же исчезли. — …А, точно! Сегодня на ночном рынке я видел род Кошачьего бога, который, как мы думали, погиб. Их было трое! Глаза старшего дрогнули. Он переводил взгляд с младшего на До Бон-сика и обратно и спросил: — Это правда? Ли Хак-су повёл детей Кошачьего бога в такое место? Но зачем? На эти слова молодой человек покачал головой. — Божественные звери были не у Ли Хак-су. Они были у кого-то примерно возраста нашего младшего. — Какая разница, у кого они были? Эй, Бон-сик. Кошачий бог — божественный зверь времени, верно? Если мы встретим его, разве не сможем повернуть время вспять? Но До Бон-сик вспомнил слова Ли Хак-су и горько сказал: — Очнитесь. Похоже, дети Кошачьего бога не унаследовали уникальную способность матери. — …Ч-что?! От этих слов лица всех потемнели. Надежда рухнула в одно мгновение, и воздух внутри палатки тяжело осел. Через некоторое время До Бон-сик твёрдо сказал: — Все возвращайтесь на пик Пламени и ждите. Чтобы успокоить души божественных зверей пика Пламени, им лучше быть рядом с родной землёй, а не здесь. Пусть это был действующий вулкан, захваченный демонической энергией, там всё ещё текла сильная энергия пламени. --- Покинув универсальный магазин, Роун обернулся на незнакомый голос, окликнувший его. — Вы алхимик Ли Роун? Увидев его, Роун слегка расширил глаза. Это был светловолосый рыцарь, который в игорном зале притворялся пьяным, а затем в одно мгновение подавил незаконное заведение, излучая ауру. По словам Бэк Ин-хо, он был детективом. Неужели искал меня? — …Да, верно. Тогда светловолосый детектив достал удостоверение и сказал: — Полиция. Мне сообщили, что вы производите зелья, лично собирая травы, но не зарегистрированы в Алхимической гильдии. Это правда? Роун, напрягшийся было от мысли, что тот пришёл из-за незаконного игорного зала, нахмурился. Вопрос оказался неожиданным. — Да, я всё делаю сам. Но почему вы спрашиваете об этом? Светловолосый детектив шагнул ближе и снова спросил: — Даже высокоранговые травы вы собирали сами? Когда похожий вопрос повторился, Роун слегка раздражился. На горе Нокма любой способный человек мог собирать травы, и с законом это не конфликтовало. Не то чтобы полиция должна была придираться к таким вещам. — Я же сказал: да. Вы проделали весь путь, чтобы спросить именно это? Когда лицо Роуна стало жёстким, поведение светловолосого детектива внезапно изменилось. Он опустил голову и вежливо сказал: — Я хотел бы поручить вам сбор. — …Что? — Поручение на сбор трав! От этой внезапной фразы Роун коротко усмехнулся. — Если хотите купить травы, обратитесь не ко мне, а в Алхимическую гильдию. — Я уже ходил туда, но у них не было Багрового лотоса. — …Что, вы сказали, вы ищете? — Пожалуйста, соберите Багровый лотос! На миг Роун потерял дар речи. Удивительно было уже то, что светловолосый детектив знал о существовании Багрового лотоса, но просить прямо собрать его… Это же абсурд. Если бы он понимал, что это за цветок, он бы о таком не просил. Похоже, детектив знал только название Багрового лотоса, но не его истинную природу. — Простите, но этот цветок растёт только на пике Пламени действующего вулкана. Сейчас это место полностью захвачено демонической энергией и миазмой, так что туда невозможно даже приблизиться, не говоря уже о сборе. Хотя Роун твёрдо провёл черту, детектив легко не отступал. — Прошу вас, умоляю! Я заплачу любую сумму за поручение! Всего один цветок… нет, подойдёт даже что-нибудь похожее, только, пожалуйста! Его поведение почти походило на отчаянную мольбу, и слушать он просто не желал. На этом месте Роун даже задумался, понимает ли тот вообще, что значит захваченная гора. — Откуда вы знаете о Багровом лотосе и почему так отчаянно его ищете? Кто вас послал? — Э-это… Светловолосый детектив замялся. Обычно он бы отрезал, что не стоит спрашивать об обстоятельствах клиента, но перед решительным взглядом Роуна промолчать не смог. Он вспомнил лицо начальника, который устроил истерику, не сумев добыть Багровый лотос в игорном зале. Вместе с неприятным воспоминанием он неохотно раскрыл правду. — Я получил тайное поручение от своего начальника, у которого хобби — коллекционировать демонические растения. Можете быть спокойны. Он не тёмный маг. Просто… слегка безумен… нет, в общем, достаточно одного цветка. Или чего-то похожего… Замолчав на полуслове, детектив почувствовал, как его захлестнули смущение и сожаление. Если ему сейчас откажут, он только зря проболтается о поручении, и во рту у него пересохло. Увидев это, Роун коротко вздохнул. Он правда ничего не знает и поэтому так себя ведёт? Ну, цветов с похожим видом было много. К тому же это не Багровый лотос, а раз просят что-то похожее, отказывать напрочь казалось немного холодно. Роун достал из хранившихся в мастерской Беллато Арома одну красную лилию, похожую цветом на Багровый лотос. Поскольку демоническая энергия была из неё вытянута, а аромат исчез, он капнул на неё одну каплю диффузора противоядия. Вскоре в воздухе распространился чистый и тонкий аромат лилии. — Дам вам это вместо него. Платить не нужно. Лицо светловолосого детектива мгновенно просияло, когда он принял цветок. — Нет! Я обязательно должен вас отблагодарить! Когда Роун повернулся, чтобы уйти, детектив торопливо схватил его и вытащил из кармана маленькую карточку, протянув её. — Пожалуйста, возьмите хотя бы это. — Что это? Это было разрешение на сбор в рейде. Когда Роун озадаченно посмотрел на неожиданный предмет, детектив быстро добавил объяснение: — При расследовании незаконного сбора часто бывают случаи, когда нужна помощь, поэтому я ношу его на экстренный случай. Пожалуйста, используйте свободно, когда понадобится. Разрешение на сбор в рейде… Пропуск охотника на вход в рейд и разрешение на сбор были разными вещами. Разрешение на сбор использовалось не только для сбора демонических зверей или лекарственных трав, но и для извлечения тел охотников или реликвий, и получить его могли только люди с соответствующей квалификацией. Раз он так спокойно отдаёт подобную вещь, значит, довольно высокопоставленный детектив. И всё же такой человек с таким глупым выражением искал Багровый лотос. Когда эта мысль мелькнула у Роуна, светловолосый детектив, казавшийся острым, стал выглядеть немного смешным. Ну, вреда от этого не будет. Хотя у Роуна было много плохих воспоминаний, связанных с рейдами, причин отказываться не было. Будь то сбор или добыча, рейды были местами, переполненными хорошими материалами. --- Расставшись со светловолосым детективом, Роун сразу достал велосипед и направился домой. Едва они прибыли, малыши спрыгнули во двор и начали играть со своими привязанными игрушками. Роун попытался достать и коробку, которую выбрал Конджи, но по какой-то причине её не было видно. — Конджи, куда ты спрятал свою коробку? — Пи-и! В этот момент он почувствовал, будто божественная сила сотрудников мастерской «Рубикс» поднялась, и перед ним появилось сообщение от божественных зверей. [Система] Анализируются способности сотрудников. [Статус] Имя: Суранг Особенность: Вода Божественная сила: D-ранг — Водная сфера, этап 2 Артефакт во владении — Кольцо синего водяного шара [Привязано] Может создавать водяные капли и наполнять их маной. Имя: Торан Особенность: Земля Божественная сила: D-ранг — Бросок камня, этап 2 Артефакт во владении — Набор земляных форм [Привязано] Может менять форму земли или укреплять её различными способами. Имя: Соль Особенность: Ветер Божественная сила: D-ранг — Клинок ветра, этап 2 Артефакт во владении — Сова Соль [Привязано] Может использовать силу ветра в различных формах. Имя: Конджи Особенность: Пространство Божественная сила: C-ранг ◇ Фрагмент «Рубикса» 1 Артефакт во владении — Бобовая коробка Ящик для хранения, соединённый через пространственную способность Конджи. — Ух ты, я думал, это просто игрушки, а они оказались артефактами?! Удивительно: видимо, благодаря артефактам божественная сила каждого малыша поднялась на один ранг. Необычным было то, что игрушечная коробка Конджи стала привязанной позже остальных, а ещё только Конджи получил отдельный фрагмент, а не фрагмент для сбора. Заглянув во фрагмент, он увидел лекарственные травы и семена, о сборе которых даже не знал. Там были даже аккуратно разложенные лесные ягоды. По внутренней структуре он понял, что купленная на ночном рынке игрушечная коробка была соединена с ним целиком. Эта коробка, что ли, была чем-то вроде органайзера? Раз туда помещалось больше, чем в защёчные мешочки, это было хорошо, но казалось, что у неё может быть и скрытая функция. Ну, когда-нибудь узнаю. В любом случае, на D-ранге уже не нужно было беспокоиться, даже если налетят низкоуровневые демонические звери. В таком случае осторожнее придётся быть только самому Роуну. Он достал из фрагмента, дарованного Конджи, лесную ягоду и положил её в рот. Свежий вкус разлился так, словно ягоду только что сорвали, — как и у тех, что хранились в мастерской «Рубикс». — Пи-и! Пи-и! Конджи, будто спрашивая, что он делает, куснул Роуна за воротник. Но почему дома так тихо? Обычно госпожа Сон первой выбегала встречать сына, который поздно возвращался домой. Даже Ли Хак-су, который делал вид, что это не так, всегда ждал во дворе, но сейчас его присутствия тоже не ощущалось. Странно. Родители никогда не спали так крепко… По спине скользнул холодок. Роун быстро пересёк двор и поднялся на деревянную веранду. ---------- Карта хранителя божественных зверей Едва он переступил порог и поставил ногу на деревянный пол, воздух в доме показался почему-то чужим. Затаив дыхание, он вошёл внутрь, и посреди пола в гостиной… На одеяле неподвижно лежал лисий божественный зверь. Между рыжими шерстинками чернели раны. Дыхание у него было рваным и неровным. Перед ним на коленях сидела Сон Су-хи: она доставала из котелка с кипящим лекарством круглую пилюлю и прикладывала её к телу лисьего божественного зверя. — Ёльгояк? Но это лекарство используют только тогда, когда нет противоядия высокого ранга… Это была лечебная паста, которую делал его отец, Ли Хак-су: ею вытягивали яд из тела. Однако в мастерской было приготовлено достаточно экстренных противоядий и зелий на случай, если Роуна не окажется дома. Причины доставать именно это лекарство не было. К тому же, несмотря на такое количество лекарственного состава, рана всё равно тревожила его до глубины души. Роун перевёл взгляд к кухне, ища Ли Хак-су. Отец, подрезавший лекарственные травы, шевелил губами и без конца что-то бормотал себе под нос. В отличие от обычного расслабленного вида, его плечи чуть дрожали. Конджи и малыши подошли к лису, лежавшему как мёртвый. — Мяу! — Приходи в себя, мяу! Ухо лисьего божественного зверя едва заметно дёрнулось. Когда его глаза встретились с глазами малышей-божественных зверей, он медленно снова закрыл их. — Ми-и-инг…! — Не болей! Суранг создала маленькие водяные капли и рассыпала их по морде лиса, а Соль подняла ветер, наполненный очищающей силой, и мягко провела им по ранам. Конджи достал орешки, которые незаметно приберёг, и, плача, осторожно положил их перед лисом. — Пи-и! — Съешь это и вставай. В отличие от остальных божественных зверей, ухаживавших за лисом, Торан сидела с полуприкрытыми глазами, словно молилась за умирающего. Суранг зачем-то подошла и слегка шлёпнула её пушистой лапкой. Только тогда Сон Су-хи заметила Роуна. — Ох, сынок! На её крик Ли Хак-су, бывший на кухне, поспешно вышел. — Ты пришёл как раз вовремя. Случилось то, с чем справишься только ты. Роун слушал объяснение, наблюдая, как малыши капают на лисьего божественного зверя противоядие и зелье восстановления. — В последнее время, когда демонические звери горы Нокма начали мутировать, похоже, и демонические звери пика Чистого источника стали свирепее. На теле лежавшего лисьего божественного зверя оставались глубокие следы укусов, будто от змеи. Ли Хак-су тихо продолжил: — Главная проблема в том, что обычные противоядия на мутировавший яд не действуют. Эффективным будет только противоядие из трав, которые выжили в демоническом яде. Роун слегка кивнул, словно уже знал это. — Значит, это можешь сделать только ты — тот, кто способен изготовить его на месте. Иди к месту обитания Серпенсов. — Доставить зелья? Ли Хак-су молча кивнул. Если речь о месте обитания Серпенсов, нужно было всего лишь подняться чуть дальше места, где жили Скунсы Венцеры. Расстояние было невелико, но демонический яд там, как говорили, настолько силён, что даже божественные звери низкого ранга почти не могут приблизиться. Хорошо. Мне всё равно нужно было собрать травы, да и ингредиенты для лечения Бэк Ин-хо я собирался добыть. В этот момент лисий божественный зверь, немного восстановивший силы, слабо взмахнул хвостом и уткнулся в руки Ли Хак-су. Увидев это, Сон Су-хи с облегчением улыбнулась и вытерла пот со лба и уголков глаз. Противоядие, которое рассыпали божественные звери, было низкого ранга, но оно было сделано из трав, выдержавших мутировавший демонический яд, поэтому подействовало. А вместе с правильной первой помощью Ли Хак-су и Сон Су-хи даже глубокая рана смогла быстро пойти на поправку. Через некоторое время Роун, последовав совету отца, решил подняться около полудня, когда демоническая энергия будет слабее всего. — Возьми это с собой. Пригодится. Ли Хак-су протянул ему длинный свиток, скрученный как календарь. Когда Роун принял его, на свитке, словно с чего-то скрытого сняли печать, проступил тусклый магический круг. В тот же миг мастерская «Рубикс» вывела сообщение. [Система] Обнаружена эксклюзивная карта хранителя божественных зверей. [Система] Поглотить? — А? Хранителя божественных зверей? Роун моргнул. Почему у отца была карта хранителя божественных зверей? Он и во сне не мог представить, что его отец, Ли Хак-су, был хранителем божественных зверей. Стоило подумать о хранителе божественных зверей, как в голове возникал образ храброго стража, защищающего горы и божественных зверей. Ну, исключения бывают всегда. Когда Роун сделал многозначительное лицо, Ли Хак-су кашлянул и сказал: — …Я всё уже выучил, так что делай что хочешь. Как с той древней книгой. Улыбнувшись, Роун выбрал поглощение. Лучи света разошлись в воздухе, и перед ним раскрылась подробная карта с большими и малыми вершинами горы Нокма. Чем сильнее область была захвачена демонической энергией, тем более бледно-серой она выглядела. Когда он приблизил вершину, куда собирался подняться, на карте подробно появились и уровень опасности, и даже места обитания демонических зверей. А начиная со следующей страницы, шли уже карты не горы Нокма, а соседних гор. Подумать только, у отца была такая вещь. Неудивительно, что он так хорошо знал горные тропы. Роун взглянул на Ли Хак-су изумлёнными глазами. В этот момент Сон Су-хи, вышедшая во двор, заговорила со слезами на лице. Лисий божественный зверь, похоже, ещё не ушёл и вышел следом за ней. — Сынок, ты ведь даже не спал, а теперь должен лезть в такое опасное место. Нельзя пойти завтра? Сон Су-хи не могла вынести мысли, что сын сразу после бессонной ночи полезет в гору. — Ай, что такого, если пробудившийся не поспит один день? Тем более сейчас такое срочное дело. Когда Ли Хак-су укорил Сон Су-хи — мол, неужели её сыновний недосып важнее жизней божественных зверей, — она вспыхнула. — Это моё сердце! У меня всего один сын, я и переживать не могу? — Вот именно… я же тогда говорил, что надо было родить ещё одного. Даже сейчас… — … — Врум. Решив, что в такой момент правильно только отступить, Роун завёл мотор велосипеда, оставив позади переругивающихся родителей. --- Лисий божественный зверь легко обогнал велосипед Роуна, оставляя за собой рыжий остаточный след. Лис время от времени оглядывался назад, словно улыбался, и малыши от этого только сильнее раззадоривались. — Мяу! Благодаря крыльевым перьям они могли бежать быстрее обычного, но перья ещё были маленькими, и управлять ими было трудно. И всё же Соль, уверенная в своём беге, почему-то почувствовала, будто её гордость задели. Она рванула ещё яростнее, но… — Фьюх, фьюх. Каждый раз, когда она пыталась обогнать, рыжая иллюзия лисьего божественного зверя ловко преграждала ей путь. — Ми-и-о-онг! — Это нечестно, мяу! Не выдержав, Соль призвала Сову Соль, купленную на ночном рынке. — Фью-у-у-ух. В этот миг глаза Роуна расширились. Разве Сова Соль, плотно окутанная ветром Соль будто бронёй, не начала постепенно увеличиваться? Такого результата он не ожидал. — Мяуанг! Один раз крутанувшись всем телом, Соль легко вскочила на Сову Соль и молнией перелетела над головой лисьего божественного зверя, обгоняя его. Её скорость была такой, что даже остаточный след лиса не успел за ней. — Кя-а-анг! Рыжий лис, бежавший с гордым видом, споткнулся задней лапой от неожиданности, когда Соль внезапно появилась у него над головой. В этот миг замешательства Торан исказила землю, а Суранг щёлкнула ледяными каплями. — Бах! В итоге лисий божественный зверь покатился по земле и жалобно заскулил. Роун, едва избежав обледеневшего участка, выдохнул с облегчением. Тем временем Конджи с сияющими глазами наблюдал за всей сценой сверху, на фрагменте мастерской «Рубикс». — Не взлетай слишком высоко. Роун, боясь, что бескрылый Конджи упадёт, крикнул ему спуститься, но Конджи и не думал этого делать. Быстро двигаясь и наблюдая, как малыши-божественные звери шумно носятся вокруг, они добрались раньше обычного. Рыжий лисий божественный зверь, будто указывая путь, поднялся вперёд, а малыши шли следом и по дороге трогали то тут, то там всё, что им хотелось. В самом конце Роуну становилось всё труднее поспевать за малышами, которые выросли ещё сильнее. Как и думал, проблема во мне. Даже выпив зелье ускорения, он едва держал их темп. Как пробудившийся, он обладал большей выносливостью, чем обычные люди, но по сравнению с собой до регрессии был довольно хилым. По пути им попадались маленькие божественные звери: полосатые белки, кролики и другие. Каждому Роун старательно раздавал по одному атрибутному желе. Затем шаги лисьего божественного зверя начали постепенно замедляться. Роун раскрыл карту, поглощённую через мастерскую «Рубикс». Место обитания Серпенсов было прямо перед ними. Это место с горным прудом когда-то было источником чистой энергии и обладало очищающей силой в десятки раз мощнее минерального родника. Но теперь, к сожалению, оно превратилось в одно из мест, где зарождалась демоническая энергия. Чем ближе они подходили, тем больше некогда пышный лес терял жизненную силу, а в воздухе всё гуще оседал влажный, едкий запах. Тут и там к небу беспомощно тянулись иссохшие ветви, не выдержавшие ядовитой энергии. Когда Суранг взрывала тут и там водяные сферы, наполненные очищающей силой, — Сссссс. Тёмно-синие ветви и земля возвращали себе первоначальный цвет почвы. — Похоже, мы пришли. Роун остановился и посмотрел на большой пруд. Словно здесь развернулась ожесточённая битва, повсюду были размазаны тёмно-красные следы крови, но странным образом вокруг не было ни одного трупа. …Плохо дело. То, что при таком количестве следов не осталось ни одного тела, означало: твари уже успели как следует поесть. Если Серпенсы многократно мутировали, поглощая тела демонических зверей и божественных зверей, они должны были стать несравнимо сильнее чего-то вроде Скунса Венцера. — Кки-и-инг! Рыжий лисий божественный зверь, будто напрягшись, тоже остановился и припал к земле. Судя по вставшей дыбом шерсти, он что-то почувствовал. Зверь до предела поднял огненную энергию и в одно мгновение создал четыре рыжих остаточных образа, похожих на себя. Роун молча смотрел на лиса. …Мы уже близко? Если так, бой начнётся в любой момент. Но фрагмент мастерской «Рубикс» всё ещё молчал. В этот миг взгляд Роуна на мгновение дрогнул. Ах, точно, убивать их — не главное… Чтобы собрать материалы, их обязательно нужно было вырубить. Но как ему это объяснить? — Сссссс. В этот момент из-за леса на другой стороне пруда группа Серпенсов, появившись быстрее, чем он ожидал, заскользила к ним, раскрываясь из чащи. Почувствовав их присутствие раньше Роуна, лисий божественный зверь крикнул на языке божественных зверей: — Я, Огнехвостый лис, разберусь с этими мерзкими тварями! Юный господин Мышиный бог и юные господа Кошачьего бога, пожалуйста, только наблюдайте! В тот же миг вокруг лиса взметнулись рыжие остаточные образы. Фигуры, летевшие в воздухе, будто меняли форму на лету, а затем превратились в остро отточенные рыжие клинки. Вместе с этими образами лис без колебаний бросился вперёд. — Вжух. — Тук. Зелёная кровь брызнула из щелей между чешуйками, и тяжёлые тела ядовитых змей были чисто разрублены. В одно мгновение группа Серпенсов рухнула на землю. — Шша-а-а! Десятки Серпенсов, учуявших кровь у пруда, вытянули тела волной, но божественный лис ничуть не удивился. Наоборот, он поднял ещё больше рыжей энергии и создал новые остаточные образы. — Сырк, сыр-рк. Бесшумные рыжие рассечения отсекли головы десяткам Нокс-Серпенсов. — Хуф… Увидев, как все Серпенсы разрезаны, Роун невольно сглотнул. Ах, какая жалость… Даже восхищаясь потрясающим мастерством лисьего божественного зверя, он думал только о том, как жаль испорченные туши. Целое тело Серпенса не только стоило дорого, но и пользовалось спросом. Неправильно поняв реакцию Роуна, лисий божественный зверь самодовольно распушился и поднял хвост, будто в этом не было ничего особенного. В этот момент Суранг крикнула на языке божественных зверей: — Не руби их! Вырубай, мяу! — Добыча испортится! Боссу это не понравится, мяу! — Гр-рнг, что ты имеешь в виду…? Растерявшись, лисий божественный зверь убрал рыжие остаточные образы и отступил назад. И тут в его памяти вспыхнуло воспоминание. Не так давно, в финальной битве со Скунсом Венцером, где сражались божественные звери среднего ранга, вожак-олень сказал ему кое-что. В отчаянный миг, когда магическая сила иссякла и оставалась только одна атака. Когда они сжигали последние силы, готовясь уничтожить хотя бы ещё одного врага перед полной гибелью, от юных господ Кошачьего бога поступил приказ: — Вырубить всех, мяу! Если бы он тогда проигнорировал этот приказ, его, вероятно, навсегда запомнили бы как глупого вожака, приведшего гору Нокма к гибели. Лисий божественный зверь прикусил губу и повторил: — Я… повинуюсь! Пока ядовитые змеи неслись на него, лисий божественный зверь внезапно убрал все остаточные образы и вместо длинного рыжего посоха создал форму длинной иглы. Подняв посох, окутанный пламенем, и изящно сведя передние лапы — будто в чёрных носочках — лис закрыл глаза, словно погрузился в медитацию. В тот миг, когда Нокс-Серпенсы свирепо ринулись на него, божественный лис слегка наклонил тело и мягко ушёл от атаки. А затем прямо снизу вонзил рыжую акупунктурную иглу в заднюю часть шеи ядовитой змеи. — Точка Токмун! — Здесь сходятся ядовитая железа и нервы. — Мяу?! — Если пронзить её, паралич распространяется по всему телу, и сознание ненадолго теряется. — Тук. Огромный Серпенс, поражённый в точку, беспомощно перевернулся брюхом вверх и рухнул. — Ми-о-онг?! — Шшш! Позади него ещё три Серпенса распахнули пасти и бросились вперёд. Божественный лис, будто у него были глаза на затылке, легко уклонился, а рыжий посох разделился на три ветви и одновременно пронзил груди Нокс-Серпенсов. Тук. Тук. Тук! — Точка Симхэ. — Точка, связанная с сердцем. Если пронзить её, дыхание на миг останавливается, а мышцы расслабляются. — Кек. Серпенсы, хрипнувшие так, словно им внезапно перекрыли дыхательные пути, обмякли. — Точка Чхонноэ. — Тандок-хёль. Лис выбирал неожиданные точки на разных частях тела и вырубал змей. Малыши были заняты тем, что следили туда-сюда за великолепно движущимся рыжим посохом и Нокс-Серпенсами, которые один за другим падали. Конджи, словно хваля лиса, встал на задние лапы, сложил передние и всё махал ими. Хм, как любопытно. Лис, практикующий боевые искусства. Роун тоже с интересом смотрел на эту сцену, пока не опомнился. Сейчас было не время просто стоять. Им нужно было закончить до того, как солнце минует зенит. — Давайте быстрее соберём. — Мяу! На слова Роуна малыши и Конджи полетели между поваленными Серпенсами. [Система] Собрать Нокс-Серпенса? [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить — Разобрать и сохранить отдельно. Если удалить демоническую энергию и зажарить мясо Серпенса целиком, текстура получалась мягкой и упругой, так что это был отличный ингредиент. Видя, как лежавшие на земле Серпенсы один за другим исчезают без следа, лисий божественный зверь задрожал хвостом от изумления. — О-о, так вот она какая, новая способность юного господина Кошачьего бога и господина Конджи, о которой я только слышал! — Это способность, которой владеют только сотрудники «Рубикса». — Наша особая привилегия. На слова Суранг Конджи и остальные малыши резко подняли головы, и их самооценка явно выросла. Лисий божественный зверь посмотрел на Роуна завистливыми глазами и гавкнул: — Кка-а-анг! — Пожалуйста, наймите меня в эту мастерскую «Рубикс» или как там её! Роун усмехнулся, глядя на лиса, который вдруг уставился на него жалобными глазами. Надо хотя бы дать ему что-нибудь вкусное в награду за хороший бой. — Подожди немного. Я приготовлю тебе что-нибудь вкусное. Оставив позади лиса, который наклонил голову и пошёл следом, он осторожно приблизился к краю почерневшего пруда. Он рассыпал фрагменты мастерской «Рубикс», но те лишь зависли над поверхностью воды и не достигли глубины, поэтому он ничего не почувствовал. Мы уже поймали всех до последнего? Демонические звери, которые за весь путь сюда даже носа не показали, и место битвы, будто всё вокруг было выметено подчистую. Неужели лисий божественный зверь действительно в одиночку справился со всеми тварями, которые эволюционировали, пожирая мутировавшие трупы? Конечно, причина, по которой лисьего божественного зверя раньше прижали, заключалась не только в нехватке силы, а по большей части в отравлении демоническим токсином. И всё же что-то казалось странным. В тот миг, когда в голове мелькнуло подозрение… — Буль-буль. Под мутной поверхностью, словно в воду пролили тушь, начали подниматься зловещие пузыри. ---------- Пик Чистого источника, очищающая вода снова течёт (1) — Буль, буль. Чёрные пузыри заполнили пруд и задрожали на поверхности. Роун вздрогнул и отступил. В ту же секунду под тёмной, густой как мутные чернила водой проступила громадная тень. — Шва-а-а! Две огромные змеиные головы взметнулись вверх. С острых клыков потекла зелёная отрава. [Система] Вы обнаружили демонического зверя «Серпенс Нага». Только теперь фрагмент мастерской «Рубикс» вывел сообщение. Так и знал. Босс всё-таки остался. Роун попятился, и лис за его спиной залаял: — Это босс! Все, осторожно! Лисий божественный зверь стремительно взмыл в воздух, сразу создал два рыжих жезла и рассёк ими воздух. — Вж-ж-ж. Жезлы точно ударили по жизненным жилам под обеими шеями Серпенса Наги. — Кья-а-ак! Серпенс Нага взвизгнул и выгнулся назад. Лис едва улыбнулся, но тут же обернулся на ледяную ауру позади, и у него перехватило дыхание. Серпенс Нага, который должен был рухнуть, всё ещё держался и скалил зубы ещё свирепее. Как он цел после удара по жизненным жилам? Пока лис, сбитый с толку, медлил, Суранг твёрдо вышла вперёд. — Мяу! Над её головой всплыл привязанный артефакт — Кольцо водяного нефрита. Синее сияющее кольцо медленно повернулось, словно отвечая на божественную силу Суранг, и создало две крупные капли воды. — Юная госпожа Кошачьего бога, что это за озорной артефакт?.. — Это моя игрушка. — Прошу прощения? Суранг гордо распушилась, но лис смотрел встревоженно. Сейчас не время играть. Две крупные капли, созданные кольцом, полетели к Серпенсу Наге. Лис с отчаянием смотрел на ненадёжную картину: казалось, капли лопнут от одного касания. Что делать… Он слишком расслабился. Серпенс Нага был достаточно силён, чтобы похитить силу прежнего Водяного бога. Решить, будто он с самого начала справится один с таким боссом, — какая глупость. Если всё пойдёт плохо, даже юная госпожа Кошачьего бога и малыш Крысиный бог окажутся в опасности. Лис больше не мог стоять в стороне. Он поднял божественную силу до предела и создал огромный огненный шар. — Кья-а-анг! — Фу-у-ух. За пылающим пламенем он подумал: Такого размера должно хватить, чтобы малыши успели сбежать. Но из-за резкого расхода божественной силы сам лис долго не продержался бы. Серпенс Нага оглядел вторгшихся, решил, что главным виновником гибели его подчинённых был лис, и сосредоточился на созданном им огненном шаре. Подкрадывающиеся капли воды его совсем не беспокоили. Вскоре к лису с шипением метнулась струя зелёной отравы. — Чва-а-ак! Огненный шар ещё не сформировался до конца, и внезапная ядовитая атака заставила лиса едва увернуться. В месте попадания земля почернела и расплавилась, будто её разъело. Безумие. Даже капля по касательной — и мне конец. Только теперь он понял, почему прежний Водяной бог пал жертвой. — Малыши, уходите первыми! Я задержу его и тоже отступлю! Лис крикнул спокойно, но твёрдо. И снова начал формировать чуть уменьшившийся огненный шар. Но атака Серпенса Наги не закончилась. Не дав ему вдохнуть, другая голова раскрыла пасть. И тогда две крупные капли медленно опустились на ничего не подозревавшие головы Серпенса Наги. Сначала это выглядело обычной шалостью. Но капли, словно живые, прилипли к змеиным головам и не падали. — Киек! Серпенс Нага раздражённо замотал двумя головами, однако капли лишь упруго раздувались, изгибались и липли ещё крепче. …Это не обычная вода. Глаза лиса изменились. Он узнал капли высокой чистоты, сгущённые из очищающей силы. Для демонического зверя это было всё равно что окунуть морду в воду, полную яда. — Кваддык. Всё тело Серпенса Наги скрутило судорогой. Очищающая сила из капель проникала в нос, пасть и каждую щель, будто яд стекал ему в дыхательные пути. — Кхе-ре-ре…! Из горла Серпенса Наги вырвался болезненный хрип. Вскоре зелёный демонический яд потёк из-под чешуи и превратился в прозрачную воду. Очищающая сила, разошедшаяся глубоко во рту, будто стекла по пищеводу и вымыла демонический яд из тела. — Кья-а-а-ак! Серпенс Нага яростно затрясся, уже не в силах нормально кричать, но чем сильнее он бился, тем глубже проникала очищающая сила. Он отчаянно извивался, не желая пасть, так и не использовав свои способности, но не выдержал силы, которую непрерывно вдыхал. Вскоре громадное тело обмякло и рухнуло. — …Нет. Лис и Роун, наблюдавшие за этим, моргнули и сглотнули. Очищенный яд, вытекший из тела Серпенса Наги, мягко впитался во влажную землю. Только тогда лис поспешно убрал огромный огненный шар. А ведь ситуация правда казалась опасной. Роун пробормотал это, глядя на лук из старого дерева, который даже не помнил, как достал. — Не малыши перестали чувствовать опасность. Это я. [Система] Собрать демонического зверя Серпенса Нагу? [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить Конечно, разобрать, а потом сохранить. [Система] Получены «Ядовитые клыки» Серпенса Наги. [Система] Получена «Чешуя» Серпенса Наги. . . . Лис всё ещё ошеломлённо смотрел на сияющее синевой Кольцо водяного нефрита. В кольце, наполненном синим светом, чувствовалась мощная божественная сила. Это точно аура Водяного бога. Но почему юная госпожа Кошачьего бога под защитой Водяного бога? Суранг использовала стихию воды, а не уникальную способность Кошачьего бога, и это не походило ни на одну известную лису магию. Очищающая сила была у каждого божественного зверя горы Нокма. Но одной этой основой так изящно и спокойно подавить Серпенса Нагу, который давно разъедал гору Нокма… Это было уже не просто удивительно, а чудесно. Одним лишь высшим рангом божественного зверя такое не объяснить. — Как и ожидалось от крови госпожи Кошачьего бога! Если это кровь Кошачьего бога, божественного зверя тысячи лиц, чьих мыслей никто не мог постичь, возможно, она унаследовала невообразимую способность. Он вдруг вспомнил историю о Кошачьем боге, исчезнувшем без следа. Уникальная способность божественного зверя изначально передаётся только одному потомку. Если её никто не наследует, её получает ребёнок следующего поколения. Но божественные звери не рождают потомство внахлёст. Они ждут, пока дети одного помёта проживут свой срок, и лишь потом рождается следующее поколение; поэтому те, кто не унаследовал уникальную способность, не должны оставлять потомства. Поэтому в тяжёлые времена, когда нельзя ждать долгой жизни божественных зверей… Пожертвовать нынешними детьми ради следующих становилось неизбежным выбором. Даже нынешняя гора Нокма пришла в такой упадок, что подобный выбор могли бы принять. И всё же Кошачий бог исчезла, оставив этих малышей живыми? Это было странно. Удивляло, что все трое обладали разными способностями, но ещё труднее было понять, как она могла исчезнуть, не заботясь о них. Среди божественных зверей бросить своих детей было невозможно. Поэтому среди высших божественных зверей о Кошачьем боге ходило много разговоров. Кто-то из малышей Кошачьего бога должен был унаследовать её уникальную способность. Или: По какой-то причине Кошачий бог внезапно исчезла, чтобы защитить малыша до проявления его способности. Или… Все трое могут быть обладателями двух способностей. Говорили и такое. Если первое верно, значит, один из них как раз… Вот как. Малышка Суранг унаследовала уникальную способность, но та ещё не закрепилась. Гордая Кошачий бог, должно быть, попросила Водяного бога защищать её, пока сила не созреет. Если это была она, божественный зверь времени, она могла предвидеть своё будущее и заранее принять меры. От этой мысли в груди лиса вспыхнуло горячее почтение. Он склонил голову перед Суранг и воскликнул: — Возлюбленное дитя Кошачьего бога. Я посвящу это тело вам и буду защищать вас до конца. — Не надо, ня. Меня защитит босс. Высоко подняв хвост, Суранг надменно подошла к Роуну. Для Роуна, который не слышал язык божественных зверей, всё выглядело лишь так, будто рыжий лис мило скулит перед очаровательной Суранг. Роун пожал плечами и снова посмотрел на пруд. Он уже рассыпал над ним очищающую воду, но этого было мало. На этот пруд наложена чёрная магия, превращающая духовную энергию в демоническую. Нужен нейтрализатор. Роун запросил у мастерской «Рубикс» рецепт высокорангового нейтрализатора, способного очистить сильную демоническую энергию. Сразу поделившись рецептом с Конджи и малышами, они вмиг начали собирать недостающие материалы. — Кка-а-анг! Лис бегал за малышами следом, и всякий раз, когда сверкающий фрагмент «Рубикса» пытался собрать траву, бросался вперёд первым: топал по земле или коротко лаял. Когда трава исчезала, он гордо вилял хвостом, будто сам совершил подвиг. Кто со стороны посмотрит — решит, что это лис всё собрал. Вид был настолько щенячий, что Роун рассмеялся. Когда высокорангового нейтрализатора получилось достаточно, Роун осторожно рассыпал его над прудом. Но эффект оказался временным. Откуда-то со дна всё ещё поднималась демоническая энергия. …Что делать? Роун открыл эксклюзивную карту хранителя божественных зверей. Он коснулся смутной отметки под прудом, и тусклые буквы медленно увеличились. [Система] Исток Водяного бога дремлет. Эта надпись появилась после победы над Серпенсом Нагой. Инстинктивно он понял: только вернув это, можно восстановить пруд. Мне придётся нырять?.. Заходить в воду, заражённую демонической энергией, было неприятно, каким бы прочным ни был защитный барьер. Поколебавшись, он всё же снял верх. Но тут… — Мяу! Суранг постучала лапкой по руке Роуна. Её глаза ярко блестели, когда она повернулась к пруду. — Это не игра. Там может быть опасно. Он попытался серьёзно её урезонить, но Суранг всё мяукала и крутилась у кромки воды. …Обычно она так не настаивает. Роун недолго подумал и кивнул. До регрессии Суранг была надёжнее всех. — Почувствуешь что-то странное — сразу поднимайся. Не терпи зря и не ныряй глубже из любопытства. Поняла? — Мяу! Суранг бодро мяукнула, словно ответила. Когда она осторожно опустила лапы в пруд, барьер мастерской «Рубикс» окутал её тело. Суранг осторожно поплыла вниз. Слабое сияние барьера отталкивало тьму, но глубокая чёрная бездна, похожая на морскую пучину, почти не отступала. Не было видно ни демонических зверей, ни малейших следов жизни. И всё же почему казалось, будто там кто-то есть? Суранг спускалась долго, но не могла понять, где дно. Не было даже признака демонического зверя, и это тревожило ещё сильнее. То, что вокруг никого нет, что жива и дышит только она одна, стало странным страхом. Суранг, всегда невинная и уверенная, никогда прежде не чувствовала такого. Мне страшно. Вдруг она вспомнила лицо Роуна. Тёплые, надёжные объятия, похожие на отцовские. Ей захотелось вернуться. Да, пока вернусь. Потом приду снова с боссом. И как раз когда Суранг собралась плыть вверх, откуда-то из глубины донёсся долгий низкий звук. Глубокий, печальный вздох, тянущий за собой длинный след. — Не уходи. — Останься… здесь… Голос дрожал, словно детский. Странный зов был таким жалким и отчаянным, что больно отозвался в груди. Но почему-то, услышав его, Суранг словно разом перестала бояться. Что это, ня, кто там так ноет! Ничего не понятно, когда так говоришь! Решив отчитать его, Суранг рассекла течение и рванула глубже. Пробираясь сквозь волны тьмы, она наконец увидела дно. Между треснувшими камнями слабо светилось что-то маленькое. Что это? Камешек? Суранг изменила направление и осторожно подняла маленький прозрачный предмет. — Фу-ух. В тот же миг над тёмной водой развернулась огромная иллюзия. Перед ней возник силуэт, похожий на саламандру: вместо чешуи у него была гладкая, волнистая кожа, а вдоль хребта поднимались маленькие драконьи рога. Это была лишь иллюзия, но существо всё равно подавляло размером и присутствием. Оно взмахнуло широкими плавниками, пошевелило короткими передними лапами и медленно повернулось к Суранг. Суранг, прежде не моргавшая даже перед высшими божественными зверями, под этим давлением вздрогнула и съёжилась. — Дитя Кошачьего бога. Оно заговорило, шевеля длинными усиками. — Ты жила хорошо и выросла здоровой. Дитя, в которое вложено течение Водяного бога. Суранг склонила голову. — В далёком будущем Кошачий бог доверила мне это течение, чтобы пробудить твою способность. Великое существо пошевелило пальцами и долго смотрело на Суранг, парящую перед ним. Затем продолжило мягким голосом, несомым течением: — Хе-хе-хе, вода помнит всё. Чем старше вода, тем глубже память, которую она хранит. Когда его огромное прозрачное тело поднималось и опускалось, течения вокруг рассеивались и снова собирались, словно послушная свита. Суранг снова наклонила голову, перекатывая голубые глаза. — Прошлое, спящее под поверхностью. Ты — дитя, которое наследует эту память. — …?! — Следуй течению. — И слушай голос воды. — Такова форма способности, что спала внутри тебя. Способность, которая спала? Он о маминой уникальной способности? Слова существа ударили куда-то глубоко в грудь Суранг. На самом деле Суранг и остальные малыши все чувствовали, хоть и не показывали этого, что могли не унаследовать уникальную способность матери. Возможно, поэтому эти слова проникли в самое сердце Суранг. Пока Суранг ошеломлённо парила в воде, иллюзия тихо исчезла, словно её никогда не было. Осталось только одно. Перед Суранг круглым прозрачным комком плавало нечто вроде лягушачьей икринки. Внутри тонкая жизнь извивалась, как нитяной червячок. --- В тот миг Ли Хак-су, поливавший огород, резко поднял голову. [Система] Сила Водяного бога пика Чистого источника разблокирована. Ли Хак-су долго смотрел в сторону горы Нокма, куда ушёл его сын Роун. В то же время маленький луч света просочился ему в лоб. [Система] Род хранителей божественных зверей: кровь Великого посланника откликается. [Система] Часть утраченной способности восстановлена. ---------- Пик Чистого источника, очищающая вода снова течёт (2) Над прудом Роун, Конджи, Соль и лисий божественный зверь неотрывно смотрели вниз, сквозь тёмную поверхность воды. Только Торан одна играла на размокшей земле с блестящими от восторга глазами. Своим привязанным артефактом она штамповала маленькие милые фигурки, похожие на печенье. — Сса-а-а. Через некоторое время Суранг неторопливо всплыла, прорвав водную гладь. Но выглядела она немного иначе. Перья-крылышки, торчавшие позади её лап, выросли на целую пядь, а водная энергия, исходившая от всего тела, стала глубже и тяжелее. — Мяу! — Я вернулась, мяу! Суранг подтолкнула к Роуну каплю воды, которую держала во рту. Внутри капли лежало маленькое прозрачное яйцо, похожее на бусину. — Ох, разве это не последняя сущность Водяного бога?! Быть заточённой в пруду столько долгих лет… как жалко… Лисий божественный зверь аккуратно сложил передние лапы, и его хвост задрожал, пока он смотрел на яйцо глазами, полными благоговения и сочувствия. Соль, будто ей стало любопытно, подняла лёгкий ветерок и слегка ткнула яйцо. Суранг передней лапой шлёпнула Соль по голове, словно велела не трогать. — Ми-онг! Соль коротко пискнула, прижала уши и заморгала, будто её обидели. Какое странное яйцо. От маленького прозрачного яйца исходила загадочная энергия. Роун хотел рассмотреть его внимательнее, но сейчас важнее было очистить пруд, заражённый демоническим ядом. Он рассыпал по поверхности воды только что сделанный нейтрализатор. На этот раз перемена стала очевидной. Стоило каплям коснуться воды, как почерневшая поверхность понемногу начала возвращать свет. Словно только что пробудившись от долгого сна, вода стала неправдоподобно прозрачной. Серебристая рябь расходилась кругами, и над мягко мерцающей поверхностью рассеивалось тихое сияние. Оно не било в глаза, но в этом слабом свете было что-то, успокаивавшее сердце. Земля вокруг пруда, почерневшая от яда, снова стала охристой, а семена, оставшиеся от погибших водных растений, начали впитывать воду. Напившись очищающей воды высшего качества, семена скоро должны были выпустить бледно-зелёные ростки. Некоторое время Роун и божественные звери молча смотрели на прекрасную картину. В этот момент тускло-серое изображение пруда на эксклюзивной карте хранителя божественных зверей стало чётким. Одновременно появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Пруд пика Чистого источника восстановлен. [Система] Энергия пика Чистого источника оседает в мастерской «Рубикс». [Система] Автоматически производится очищающая вода высшего качества. Глаза Роуна расширились от неожиданного сообщения. Производство очищающей воды означало, что теперь ему не придётся отдельно пополнять или извлекать очищающую воду, нужную для изготовления. И это было ещё не всё. Мастерскую «Рубикс» окружил сильный свет, какого она прежде ни разу не испускала. [Система] Уровень мастерской «Рубикс» резко повышается. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 10 ◇ Титул: Защитник горы Нокма > — Иммунитет к демоническому яду +60% > Доступные сотрудники: 4/5 > Вклад: 10/10 > ▷ Доступно изготовление > : Зелья высокого ранга, лечебные пасты, сладости > Синтез руды > ▷ Доступен сбор > : Травы и демонические звери высокого ранга > Руды высокого ранга > Хранение / Разбор / Поглощение > ▷ Доступна доставка > ▷ Количество материализуемых фрагментов: 1 > ▷ Функция дистанционной разведки > ▷ Функция распыления Фрагменты «Рубикса» выстроились ещё плотнее. Я думал, это предел, раз уровень мастерской не повышался, а тут такой резкий рост. Теперь один фрагмент мастерской можно было отправлять в дальнюю разведку на двадцать четыре часа. Кроме того, если разместить его в определённом месте или приказать следовать за целью, он мог обнаруживать демонический яд и объекты для сбора, а затем даже автоматически возвращать их. А что за функция распыления? Позже попробую. Роун обрадовался новой способности, появившейся после долгого перерыва. И тут у него внезапно возник вопрос. Но я ведь даже не хранитель божественных зверей. Почему энергия пика Чистого источника, где обитал Водяной бог, осела в мастерской «Рубикс»? Естественно, он вспомнил отца, Ли Хак-су. Может, из-за отца? Пусть немного неуклюже, но единственным человеком на горе Нокма, кого можно было назвать хранителем божественных зверей, был его отец — друживший с божественными зверями. Способности хранителей божественных зверей всё равно сильно различаются. Даже думая, что сам он никак не может быть хранителем божественных зверей, Роун вспомнил, как с детства рос среди них, и это уже не казалось таким странным. Даже если он что-то унаследовал от Ли Хак-су, удивляться было бы нечему. Ах, точно. Для особых хранителей божественных зверей, которые делят силу с божественными зверями, был отдельный термин. Как же он назывался? Название он вспомнить не мог, но в детстве господин До Бон-сик, живший неподалёку от их дома, рассказывал, что таких хранителей божественных зверей считали самыми страшными. Разумеется, ни он, ни его отец Ли Хак-су никак не могли быть такими существами. Роун улыбнулся, глядя на мастерскую «Рубикс», сиявшую ярче обычного. Ах да, надо ещё поднять функцию барьера. Использовав накопленные очки вклада, он повысил функцию усилений мастерской, а затем назначил зелье наделения атрибутом, о котором забыл. [Статус] Эффект усиления: ВКЛ./ВЫКЛ. > ▷ Базовое усиление: Барьер Lv. 20 > — Расход маны: 3 > — Длительность: 30 минут > — Дополнительные опции: > 〉 Зелья восстановления > — Различные зелья восстановления HP (-) > — Различные зелья восстановления маны (-) > — Противоядие низшего ранга (-) > 〉 Зелье наделения атрибутом > — Малая искра (12) > За каждым сотрудником можно закрепить шесть фрагментов мастерской «Рубикс». Глядя на зелёный пруд, полный очищающей силы, Роун почувствовал странное облегчение и гордость. Только теперь у него появилась возможность осмотреть маленькое прозрачное яйцо, которое принесла Суранг. Давным-давно отец Ли Хак-су как-то сказал: если часто сбрызгивать очищающей водой яйцо божественного зверя, оставшегося без матери, и не давать ему высохнуть, его можно вывести. К счастью, Суранг хорошо завернула его в свою каплю, так что такой необходимости, похоже, не было. И всё же брать с собой такое крошечное яйцо-бусину как есть было немного тревожно. Даже если с этим местом обитания разобрались, это не значило, что по дороге вниз исчезла опасность демонических зверей. — Суранг, как насчёт завернуть его в твою каплю и поместить внутрь фрагмента мастерской? «Яйцо» с пика Пламени, полученное раньше, находилось в собранном состоянии, поэтому его можно было хранить во фрагменте мастерской. Оставлять его снаружи было опасно, и его держали внутри фрагмента, где время остановлено. На этот раз яйцо, напитанное силой Водяного бога, не было объектом сбора, поэтому его нельзя было положить во фрагмент хранения, но, к счастью, пока оно оставалось яйцом, его можно было поместить во фрагмент гостиной мастерской. На слова Роуна Суранг низко заурчала, будто соглашаясь. Когда он положил яйцо Водяного бога во фрагмент гостиной мастерской, он перенёс туда и яйцо, полученное на пике Пламени. Поскольку то яйцо было на грани смерти, Роун подумал, что соседство с яйцом Водяного бога, сильным очищающей силой, может помочь ему восстановиться. После этого Роун огляделся. В траве росло множество маленьких демонических трав, но среди них он заметил разные лекарственные растения и несколько стеблей Серебросветной травы, каким-то образом уцелевших. Серебросветная трава была нужна, чтобы успокоить перегруженный поток маны Бэк Ин-хо. Больше, чем ожидал. Даже один стебель Серебросветной травы был редкой травой стоимостью с дом на окраине защищённой зоны, но из-за сложного способа обработки её редко использовали как духовное лекарство. В процессе сушки её нужно было долго выдерживать, чередуя высокую и низкую температуру, и за это время вся духовная энергия часто рассеивалась. И всё же стоила она так дорого потому, что была ингредиентом зелья повторного пробуждения. Если только удавалось превратить её в лекарственный материал, она продавалась мгновенно. Конечно, мастерской «Рубикс» не нужно было ждать сложного и утомительного процесса обработки: она могла собрать и сохранить траву в высшем качестве. — Ребята, сначала соберём травы, а потом поиграем. Вечером пожарим мясо Серпенса. — Туд-туд-туд. Стоило ему сказать это, глядя на малышей и Конджи, как малыши бросились вперёд, не дожидаясь друг друга. Сияющие фрагменты мастерской «Рубикс» последовали за ними, выводя сообщения об обнаруженных демонических травах и лекарственных растениях. — Демонические растения поглощать, а лекарственные травы только хранить. А когда материалы соберутся, изготовьте противоядия, лечебные зелья и воду Серебряной крови. Назначив автоматический сбор, Роун сел на камень и осмотрел мясо демонического зверя Серпенса. Они поймали больше шестидесяти особей. Мясо Серпенса стоило дорого, и пробуждённые кулинары искали его с горящими глазами. Стоило лишь удалить демонический токсин — и оно давало эффект повышения жизненной силы и иммунитета, становясь ингредиентом с ошеломляющей синергией. Побочные материалы, оставшиеся от босс-уровневого Серпенса, тоже торговались по немалым ценам. Особенно его чешуя — одновременно мягкая и прочная — была незаменимым материалом для изготовления высококлассной брони. Лисий божественный зверь, видимо устав гоняться за Конджи и малышами, неторопливо подошёл к Роуну. Когда Роун как бы невзначай достал желе, — Кьяханг. — Разве это не то самое желе, о котором ходят слухи?! Будто он каким-то образом понял, что оно вкусное, лисий божественный зверь радостно закружился на месте, издавая возбуждённые звуки. — Не крутись, ешь. По словам Роуна лисий божественный зверь мгновенно остановился. Он положил прозрачное красное желе в рот. Желе, меньше горсти, растаяло на языке в тот же миг, как попало внутрь. — Кюр-р-р! — Дай ещё одно! Он вытянул голову к Роуну, как щенок, и зажмурился. Из-за вытянутой формы глаз казалось, будто он улыбается глазами. Роун рассмеялся и протянул ещё одно желе. И тут… — Хлоп, хлоп. Вокруг очищенного пика Чистого источника начали собираться горные птицы. Птицы, напившись прозрачной воды, захлопали крыльями и расплескали её; казалось, солнечный свет рассыпался и разлетелся за поднявшимися в воздух каплями. Птицы, оказывается, тоже так любят воду. Впрочем, вода в горах была драгоценностью. Тем более у пика Чистого источника, где не было ни одного горного ручья. То, что демоническая энергия так быстро захватывала среднюю часть горы Нокма, могло быть связано и с заражением этого пруда. Через некоторое время собрались и другие божественные звери, пришедшие в поисках воды. Ласки и звери кошачьего типа. Насладившись прозрачной водой, они заметили Роуна и лиса, но уходить не спешили. Если подумать, выглядели они немного обессиленными. У всех, пусть и в разной степени, были явные признаки отравления демоническим токсином. Роун достал противоядие высокого ранга, мгновенно изготовленное в мастерской «Рубикс». Возможно, из-за изменившейся очищающей воды зелье стало куда прозрачнее и живее, чем раньше. Теперь выпейте это и поправляйтесь. Капли прозрачного светло-зелёного противоядия осторожно потекли к божественным зверям. Когда демонический токсин, оставшийся в их телах, очистился, в глаза постепенно вернулась жизненная сила. — И по одному желе тоже возьмите. К желе, положенному на его ладонь, первой приблизилась самая смелая горная птица. Когда она осторожно взяла одно желе клювом и улетела, остальные божественные звери, прятавшиеся в траве, выскочили разом. — Ого, сколько их собралось за такое короткое время. Вскоре лисий божественный зверь выстроил божественных зверей в очередь. — Кьяр-рэн! Когда Роун разложил на камне разные виды желе, лисий божественный зверь сам раздал каждому желаемый цвет. — Мне, пожалуйста, жёлтое желе! — А мне красное, прошу! Разумеется, для ушей Роуна это звучало лишь как урчание и щебет. Тем временем Конджи забрался на фрагмент мастерской «Рубикс» и плавал по воздуху, собирая мелкие плоды и тому подобное, а Соль оседлала свою перьевую игрушку «Сова Соль» и играла с горными птицами. На самом деле птицы в основном односторонне спасались бегством. Но выглядело это весело. Суранг носилась туда-сюда по пруду, полностью погрузившись в одиночные водные игры. Торан чуть поодаль копала землю куклами, выштампованными формочками. Роун смотрел на мирную картину и тихо усмехнулся. В прошлой жизни они тоже хорошо действовали сообща только на охоте; обычно каждый играл сам по себе. Когда группа Роуна покинула место обитания Серпенсов и уже приближалась к подножию горы, вдали показалась колышущаяся чёрная тень. Что это? Человек? — Свиш, свиш, свиш. Прежде чем Роун успел её распознать, тень в одно мгновение сократила расстояние и оказалась прямо перед ним. ---------- Величайший меч мира Роун уставился на существо перед собой, даже не успев испугаться. Существо, от которого исходило мощное давление, к счастью, оказалось человеком. Но очень скоро он поймал себя на мысли, что демонический зверь был бы лучше. Если бы это был демонический зверь, его можно было бы просто собрать — и дело с концом. Женщина в необычной одежде, похожей на чёрное боевое одеяние, одним только взглядом излучала свирепое давление и спросила глазами, будто готовыми рассечь его при малейшей провокации: — Что ты делаешь в таком опасном месте? И что это за коты? Раз она не узнала божественных зверей, значит, она, похоже, была не из деревни у горы Нокма. Даже когда Роун перебрал воспоминания до регрессии, ничего особенного о ней не всплыло. — Я-то спускаюсь после сбора лекарственных трав. А вы кто будете, раз забрались в такое крутое место? Роун непринуждённо чуть приподнял корзину с травами и мягко ответил. Женщина внимательно оглядела Роуна и божественных зверей, а потом без особых замечаний кивнула. — Значит, ты укротитель. Мы услышали, что в деревне Мотмори появился демонический зверь москитного типа, и патрулируем окрестности вместе с членами гильдии. Деревня Мотмори? Деревня к западу от горы Нокма, у подножия снежной горной цепи. Странное место, где погода часто менялась. Говорили, что давным-давно туда, верхом на метели, спустился белый кабан-божественный зверь и остался там, поэтому деревню и стали называть Мотмори. Но в месте с такими резкими перепадами температуры появился демонический зверь-москит — короткоживущий и слабо заразный? С ним хватило бы и самого низкого противоядия. Неужели ради такого стоило подниматься на эту коварную гору Нокма? Может, у них была какая-то другая цель? — К счастью, здесь их, похоже, нет. Тогда прошу меня извинить. — А, да… Подумав, что она поднимает шум на пустом месте, Роун ответил с неловким выражением лица. Возможно, именно поэтому, уже разворачиваясь, она добавила: — А если ты не состоишь в гильдии, приходи к нам. У нас тоже много укротителей. — Писк! Сказала она это, глядя на Конджи, который каким-то образом успел забраться Роуну на голову. — … Когда Роун молча остался стоять с непроницаемым лицом, женщина поднялась на небольшой холм чуть выше него. Теперь её взгляд естественно смотрел сверху вниз, и она нарочно наклонилась, чтобы оказаться с ним на одном уровне. Потом уверенно положила руку ему на плечо. — Не волнуйся. Наши гильдейцы никогда не считают их инструментами, какими бы незначительными ни казались питомцы. Так что никуда больше не ходи — приходи в нашу гильдию. Гильдия «Сентинел». Обязательно запомни. Понял? — …?! Сказав это, она лёгким движением пальца погладила Конджи по голове. Её игривый жест и сам по себе сбивал с толку, но в голове Роуна куда громче эхом звучало одно слово. Гильдия «Сентинел». Пробудившаяся редкой категории, первая в мире. Величайший меч Кореи. Легендарная выжившая, появлявшаяся и исчезавшая словно тень. Хан Сом-джин. Любой рейд с нулевой вероятностью выживания, где появлялась она, гарантированно заканчивался победой. Не было монстра, которого она не могла бы убить, а даже если она вела в рейд случайно собранную разношёрстную группу, ни один член её отряда никогда не погибал. Но примерно в это самое время она внезапно умерла. Неужели женщина перед ним и правда была той самой Хан Сом-джин? — В общем, берегись москитов. Она подмигнула и легко улыбнулась. А затем, стоило её носку едва сместиться, как она бесшумно исчезла, оставив после себя лишь слабый след. Роун моргнул. Не шелохнулась ни одна травинка, не осталось ни ветра, ни присутствия. Конджи и малыши оглядывались вокруг, разыскивая хоть какой-то след её исчезновения, но там, где она стояла, осталась только тишина. --- Немного спустя Роун положил перед лисьим божественным зверем несколько Серпенсов, из которых была удалена демоническая энергия. — Этого правда хватит? — Кьярэн, кьярэн! Роун собирался вернуться домой, отдать мясо Серпенса госпоже Сон Су-хи, а потом вместе с лисом пожарить его и съесть. Но лис почему-то за ним не пошёл. — Ты хочешь поесть с другими божественными зверями? Сырое? Когда Роун сам истолковал его поведение и спросил, лисий божественный зверь закивал, будто говоря, что сам разберётся, и издал звук «кьярэн». — Вру-у-ум. Роун сел на велосипед и вернулся домой. Положив очищенную тушу Серпенса на деревянное крыльцо, он крикнул: — Мама! Я принёс потрясающий ингредиент! При виде редкого ингредиента глаза Сон Су-хи расширились так, словно вот-вот выскочат. Они наполнились волнением, но тут же сменились тревогой, и она принялась его отчитывать. — Сынок. Только не говори, что ты сам это поймал?! Я просила тебя доставить зелья, а когда я просила ловить такое? Да ещё ты взял с собой Конджи и малышей. Что за опасными делами ты там занимался? Она ни разу не видела, как он ловит демонических зверей при помощи мастерской «Рубикс». Словно совершенно забыв, что её сын был пробудившимся S-ранга — нет, EX-ранга, — она всполошилась и стала проверять, не ранен ли он где-нибудь. — Не волнуйся, мама. Его поймал лис, а я только собрал материалы. Конечно, малыши тоже немного помогли, но лисий божественный зверь разобрался со всем в мгновение ока. Успокаивая её, Роун жестами показал, как лис пронзал жизненные точки зверя красной слюной и призванным посохом. — Т-так вот как? Боже, этот лис… После такой раны снова сражался? И всё же хорошо, что на нём ни царапины. — В любом случае, пожалуйста, пожарьте это вкусно. Мне самому готовить такой продукт слишком жалко. Ведь только когда его жарит пробудившийся повар, магическая энергия впитывается в блюдо. — Тогда, конечно, я пожарю его как следует. И, сынок, впредь береги себя, понял? Я всё вкусно приготовлю, а ты иди умойся. Её лицо снова просветлело. На одной стороне огорода лежали наполовину посаженные семена, а рядом валялась брошенная мотыга. Его отец, Ли Хак-су, был не из тех, кто оставляет вещи как попало, просто чтобы ненадолго отойти, и это показалось Роуну странным. — Кстати, куда ушёл отец? — Ох, он ухаживал за огородом, а потом вдруг спустился в деревню. Наверное, вернётся до ужина. Она сказала это спокойно и, взяв мясо Серпенса, направилась на кухню. Сев на крыльцо, Роун почему-то начал беспокоиться об отце и стал его ждать. Когда он открыл эксклюзивную карту хранителя божественных зверей, огромная гора Нокма выглядела так, будто её цвет немного изменился. Середина, где встречались демоническая и духовная энергия, смешалась, словно тушь с зеленью, и зелёная листва постепенно оттесняла тёмные оттенки. Но у самой вершины всё ещё лежала кромешно-чёрная демоническая энергия, готовая проглотить всё, что приблизится. Вскоре, пока он ждал Ли Хак-су, жареный Серпенс был готов. — Сынок, ешь первым. Мясо изначально было таким хорошим, что прожарилось прекрасно. А Конджи и малышам я нарежу отдельно. Сон Су-хи поставила перед Роуном еду: Серпенс был зажарен длинной полосой, почти как угорь. Каждый раз, когда ножницы разрезали его, между золотисто-подрумяненной мякотью растекалось прозрачное масло, и воздух наполнял густой мясной аромат. Стоило запаху ударить в нос, как Роун на мгновение забыл об отце, и у него потекли слюнки. Он взял пухлый кусок и положил в рот: пикантное масло разошлось по нёбу, а мягкая, но упругая текстура обволокла язык. Сначала хрустнула поджаристая кожица, а затем коллаген в мякоти распустился, будто нитями, и мягко растаял на языке. И в тот миг, когда разлилась сладковатая насыщенность, — чистый, прозрачный вкус умами взорвался во рту, словно родниковая вода, поднятая из глубокой бездны, не принадлежащей ни морю, ни горам. Одним укусом вся усталость тела растаяла, как снег, и его наполнила ясная энергия. — Хрусть. Он даже не сжал их сильно, но нефритовые палочки сломались пополам. — …?! — Боже мой, сынок! Зачем ты ломаешь палочки?! Сон Су-хи с расстроенным видом подняла сломанные нефритовые палочки. Это была единственная роскошная вещь, которую ей с трудом удалось достать из защищённой зоны. Роун неловко рассмеялся. — Мама, теперь я куплю тебе хоть целую коробку таких, так что не волнуйся. Как-нибудь вместе сходим за покупками. А, но главное… это лучшее жареное блюдо, которое я когда-либо ел! — Мяу! — Мио-о-у! — Писк! Писк! Когда Роун поднял оба больших пальца, Конджи и малыши подхватили его слова хором. На их тарелках уже исчезло больше половины мяса. Когда Роун и Сон Су-хи положили им ещё, малыши проявили невиданный прежде аппетит и принялись торопливо уплетать еду. Конджи даже отбросил орешки, которые до этого ел, схватил кусок мяса обеими лапками и жадно в него вцепился. И скорость, с которой они ели, и сила в движениях заметно огрубели. Разве эффект мяса Серпенса всегда был таким сильным? Роун осторожно взял другую пару палочек, стараясь контролировать внезапно усилившуюся хватку. Палочки задрожали друг о друга. Поведение сына показалось Сон Су-хи немного забавным, и она, усмехнувшись, сказала: — Когда переварится, всё вернётся как было. Эффект маминой готовки держится недолго. Но по вкусу я всё равно первоклассный повар. Роун кивнул так, будто знал это. Даже одними только умелыми руками его мать, Сон Су-хи, была знаменитой поварихой в защищённой зоне. По мере того как её блюда становились всё популярнее, несмотря на низкий ранг пробуждения, чужая ревность и зависть не прекращались. Возможно, устав от такой жизни, она и отдала сердце простодушному Ли Хак-су. Если бы она не встретила его отца, то, может быть, жила бы там спокойно, ни в чём не нуждаясь. Но их уютная трапеза ещё не успела закончиться, как небо за окном стало пепельно-серым. Когда Роун посмотрел на потемневшую погоду за окном, — — Бз-з-з-з. Откуда-то донёсся странный звук. Для обычного насекомого он был слишком резким и слишком длинным. И всё же глаз ничего не видел. — Гр-р-р? Суранг вдруг подняла голову. Остальные тоже среагировали: шерсть на их хвостах встала дыбом. — Что, москит? Говорили же, что поблизости появился демонический зверь москитного типа; возможно, это оказалось правдой. Если что-то такое подлетит близко, его можно будет прихлопнуть простым ударом. Он уже собирался спокойно снова взять палочки, как — — Бз-з-з-з-з! На этот раз звук был намного ближе. Он прозвенел так, будто царапал где-то глубоко внутри ушей. Одновременно все фрагменты мастерской «Рубикс» разом поднялись в воздух. Один фрагмент, кружа словно для осмотра дома, вывел сообщение. [Система] Обнаружен демонический зверь «Токсичная игла». Токсичная игла?.. Это название он слышал много раз. Пока Роун на мгновение перебирал память, по спине внезапно пробежал холодок. …Не может быть. Вымерший демонический зверь москитного типа? Как он появился здесь? Токсичная игла была не обычным демоническим зверем-москитом, а прозрачным убийцей в маске москита. Она незаметно приближалась и в тот миг, когда касалась кожи, впрыскивала яд ментального типа. Говорили, укушенные исчезали в местах, где их никто не мог найти, и умирали там в страшных мучениях, не оставляя следов. Даже если кого-то чудом находили, это ничего не меняло. Противоядия от её странных симптомов так и не разработали, а поскольку она была прозрачной и не оставляла присутствия, мало кто вообще видел достаточно ясно, действительно ли это демонический зверь москитного типа. — Сынок? Там что-то снаружи? Госпожа Сон Су-хи подошла и рассеянно положила руку на дверную ручку. — Бз-з-з. Через слегка приоткрытое окно жужжание крыльев Токсичной иглы стало громче. — Нет, мама! Голос сам сорвался на крик. Роун и малыши-божественные звери были бы в порядке, но Сон Су-хи без всякой защиты наверняка укусили бы. Роун почти броском вскочил и схватился за дверь. — Закрой, быстро. В тот миг, когда его рука захлопнула дверь, фрагменты мастерской «Рубикс» вспыхнули и поднялись в воздух. [Система] Из сохранённых материалов и экстрактов изготавливается спрей против демонических зверей москитного типа. [Система] Изготавливается низкоранговый репеллент от москитов… (1/24) Один флакон низкорангового спрея был готов. [Система] Назначьте фрагменты для распыления. [Система] Максимальное число назначаемых фрагментов: 10 Роун быстро назначил один фрагмент и осторожно приоткрыл окно, отправляя его наружу. Вскоре неприятное жужжание резко оборвалось. [Система] Собрать «Токсичную иглу»? [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить Похоже, спрей сработал хорошо. Мастерская «Рубикс», успешно обезвредившая зверя, вывела сообщение о сборе. С облегчённым вздохом Роун выбрал «Сохранить», а затем — «Поглотить». [Система] Получен побочный продукт «Токсичной иглы»: «Игла». [Система] Извлекается яд «Токсичной иглы». [Система] Извлекается кристальная эссенция. [Система] Извлекается энергия атрибута ветра. О, даже кристальная эссенция? Значит, её можно было извлечь! Кристальная эссенция была ценным материалом, из которого создавали прозрачные вещества. Но дело было не просто в редкости. Токсичная игла сама по себе была демоническим зверем, которого почти невозможно добыть. Призрачное существование, невидимо и без присутствия подлетающее к жертве и кусающее её, оставляя после себя только звук крыльев. Поскольку даже случайное касание её кожи грозило распространением смертельного яда, трогать её до полной смерти было безумием. Поэтому охотники сосредотачивались исключительно на убийстве и даже не мечтали собирать с неё материалы. А он извлёк кристальную эссенцию из такого существа. Иными словами, Роун фактически стал первым алхимиком, добывшим из неё побочные продукты. Как только эта мысль пришла ему в голову, напряжение мигом исчезло, сменившись восторгом. Но восхищение длилось лишь мгновение. — Бз-з-з-з-з-з. На этот раз через щель в окне донеслась не одна и не две вибрации, а приближение целого роя. Чёрт, тот раньше, значит, был разведчиком. Эффект спрея был отличным, но нужно было время, чтобы сделать достаточно репеллента и собрать столько Токсичных игл. И всё же проблемы не было. Нужно лишь немного подождать. Подождите чуть-чуть. Скоро я вас соберу. Роун пробормотал это, глядя на невидимых Токсичных игл за окном. Малыши и Конджи тоже прильнули к окну, пытаясь уловить незримое присутствие Токсичных игл. И в тот момент, когда всё внимание было приковано к улице, — перед главными воротами, словно разрывая тишину, появилась знакомая фигура. В руке у него был мешок, набитый дикими травами. Позади него тянулся низкий протяжный звук крыльев. В одно мгновение по всему телу Роуна разлился ледяной холод. — …Отец! ---------- Маленький Водяной бог Ли Хак-су вошёл во двор. Рой Токсичных игл, судя по всему, точно находился возле окна дома: вокруг него кружили фрагменты мастерской «Рубикс». [Система] Изготавливается низкоранговый репеллент от москитов… (7/16) Этого хватит? Этих существ нельзя было увидеть, так что Роуну хотелось изготовить как можно больше и разобраться со всеми разом, но времени не оставалось. Отец в опасности. Сначала нужно поймать хотя бы сколько получится. Он уже собирался отправить назначенные для распыления фрагменты, когда отец, Ли Хак-су, подошёл к деревянному крыльцу. — Отец, опасно! Прямо рядом с вами демонические звери Токсичная игла!.. — Бз-з-з-з. Роун распахнул окно и отправил фрагменты мастерской «Рубикс» наружу. Но по какой-то причине фрагменты полетели не туда, где стоял отец, а в противоположную сторону и начали распыление. …Что? Москиты не засекли отца? В тот же миг входная дверь открылась, и Ли Хак-су вошёл внутрь. — Ты благополучно вернулся? Он говорил со спокойным лицом, будто встречал сына из школы, и, похоже, даже не подозревал, что рядом были демонические звери Токсичная игла. Роун с лицом, на котором смешались облегчение и сомнение, посмотрел на сообщения, только что собранные фрагментами мастерской «Рубикс». [Система] Извлекается яд «Токсичной иглы». [Система] Извлекается кристальная эссенция. . . . Токсичные иглы предпочитали кровь пробудившихся, а не обычных людей. Они не были существами, которые отступят, когда перед ними добыча. И всё же Роун совершенно точно отправил фрагменты «Рубикса» в сторону, где стоял его отец, Ли Хак-су. Почему же тогда их обнаружили с противоположной стороны? Если вспомнить, как они разлетелись, казалось, будто они сбежали, словно от чего-то. Что вообще произошло? — …Ты уже дома? Попробуй жареного Серпенса, которого наш сын поймал. Вкус невероятный. Из кухни донёсся оживлённый голос госпожи Сон Су-хи. — Хм, Серпенс… Слышал, он хорошо восстанавливает силы. Пожарь мне завтра днём, перед тем как я пойду копать огород. Если съем после заката, глаза всю ночь будут открыты и заснуть не смогу. Ли Хак-су небрежно ответил и передал Роуну мешок, набитый дикими травами. Изнутри мешка распространялся густой аромат, будто сам заявлявший: «Я лекарственная трава», и подчёркивал своё присутствие. — Ох, это полынь? Глаза Сон Су-хи расширились. — М-м, как приятно пахнет полынь. Где ты достал такую драгоценность? — Где-где? В горе за домом накопал. Говорят, москиты нынче свирепствуют, вот и выкопал немного. Полынь изначально используют как средство от насекомых. От этих слов глаза Роуна вспыхнули. …Может, Токсичные иглы сбежали из-за этой полыни? Глаза Роуна расширились от открытия нового ингредиента. Полынь работает как репеллент. Роун, плохо знакомый с земными растениями, никогда раньше об этом не слышал. И всё же это странным образом складывалось. Кроме этой полыни, он не мог придумать ни одной причины, по которой отец вернулся невредимым. Я могу просто проверить, правда ли это. Роун тихо призвал фрагменты мастерской «Рубикс» вперёд. — Ш-шурх. Когда фрагменты опустились на сложенную полынь, появилось сообщение с вопросом, собирать ли её. Стоило выбрать хранение, как репеллент начал изготавливаться автоматически. [Система] Изготавливается низкоранговый репеллент от москитов… (3/8) [Система] Изготавливается высокоранговый репеллент от москитов… (1/30) Как я и думал!.. Как только полынь добавилась в ингредиенты, начал производиться высокоранговый репеллент. Значит, вот почему отца не укусили. Когда Ли Хак-су сел за стол, Конджи и малыши стремительно собрались вокруг него. — Мя-а-а! — Ми-и-онг! — Писк! Роун думал, что они бегут за добавкой мяса, но вместо этого они начали кружить вокруг Ли Хак-су. — Дедушка босса, это было опасно, мяу. — Хорошо, что ты цел, писк. Конджи ходила вокруг Ли Хак-су, осматривая его со всех сторон, а малыши зарылись ему в руки и долго не двигались. — Хм, что это с вами сегодня? Ли Хак-су рассмеялся и погладил малышей по головам, а те подняли на него широко распахнутые чёрные глаза. Они, наверное, инстинктивно почувствовали, что это было опасно. Если подумать, когда появился отец, они тоже застыли не меньше Роуна. --- Поздней ночью Роун не мог уснуть: события после полудня снова и снова всплывали в голове. С тех пор как он жил под горой Нокма, демонический зверь впервые проник в дом. Пусть это и были демонические звери москитного типа, самые слабые среди насекомоподобных, Токсичные иглы были особым видом, который нельзя было недооценивать. Демонический зверь, скрытый туманом, чья природа и экология так и не были как следует раскрыты. Чем меньше было известно о существе, тем глубже просачивался страх. Что бы случилось, если бы тогда отца укусили? От одной мысли по спине пробегал холод. И всё же это было странно. До регрессии ничего подобного не происходило. Ах, тогда я уже ушёл отсюда как государственный охотник. С тяжёлой головой Роун отбросил одеяло и подошёл к окну. Снаружи виднелся тонкий серп луны, будто готовый вот-вот сломаться, а рядом с ним держалась россыпь маленьких звёзд. Даже когда мир окрашивался демонической энергией, ночное небо оставалось неизменным, как прежде, а звёзды всё так же безошибочно уступали друг другу места и сияли. Я жил слишком беспечно? Это небо, в котором не чувствовалось ни угрозы, ни тревоги, сегодня казалось особенно далёким и холодным. Я снова почти не смог их защитить. Вдруг ему пришло в голову, что он всегда стоял в полушаге в стороне от любой опасности. Он ни разу не попадал в барьер горы Нокма, и демонические звери никогда первыми на него не нападали. То же самое было и до регрессии — в бесчисленных рейдах. Товарищи часто подшучивали над ним: мол, ему везёт или от него, наверное, исходит запах, который ненавидят монстры. Неужели это правда было просто везение? Вопрос надолго остался у него в груди. Роун вернулся к кровати и снова лёг. И тут, ощутив, как что-то придавило ему спину… — Мя-авк! Раздался резкий крик Суранг. Испуганный Роун резко сел. Его глаза встретились с глазами Суранг, занявшей подушку. — Ах, напугал. Тебе же даже больно не было. Чтобы кот-божественный зверь так кричал. Он ведь даже барьер не поставил. Успокаивая испуганное сердце, Роун схватил Суранг, которая каталась по кровати, будто её расплющили, и крепко обнял. Он уткнулся лицом в её живот, и мягкий тёплый мех защекотал щёки. В этот промежуток протиснулась и Соль, будто тоже просилась на руки. В тот же миг Торан, до этого спавшая неподвижно, тихо открыла глаза. Увидев, что Суранг поймана Роуном, она взлетела как стрела. — Па-па-пак! Вот он, момент! — словно подумала она, несколько раз ударила Суранг и тут же умчалась. Суранг, которую ударили ни с того ни с сего, прижала уши и сузила глаза, но в погоню не бросилась. — Ну вы и милые мелочи! Роун одновременно обнял Суранг и Соль. Мягкий и тёплый запах малышей успокоил его растревоженное сердце, а решимость защитить драгоценное поднялась в нём отчётливо и ясно. Пока в комнате звучали тихие крики малышей и зловещий смех Роуна, Конджи, должно быть, уже успевшая проснуться, подлетела к нему на фрагменте мастерской. — Писк! Будто что-то подгоняя, она издала короткий резкий писк. — Что такое? Роун напрягся, подумав, не появились ли снова Токсичные иглы. Конджи маленьким жестом указала на фрагмент гостиной, окрашенный голубым светом. …Яйцо Водяного бога? Роун тут же достал из фрагмента гостиной прозрачное яйцо, обёрнутое пузырём Суранг. Изнутри яйца что-то прозрачное пробивалось наружу. Показался пальчик, тонкий как нить. Затем — рука и длинная форма, похожая на хвост. Вскоре наружу высунулась круглая мордочка. Чешуйки возле головы немного напоминали драконьи. Тело у существа было таким же белым и прозрачным, как цвет, видневшийся снаружи яйца. Стоило голове выбраться наружу, как прозрачная плёнка, похожая на скорлупу, впиталась в пузырь Суранг и исчезла. Существо плавало внутри маленького пузыря, созданного Суранг, и смотрело на Роуна крошечными чёрными глазами, похожими на кунжутные зёрнышки. Похоже, оно благополучно вылупилось. Но оно было таким маленьким, что просто отпустить его в пруд в таком виде было нельзя. — Мне его вырастить? В этот момент мастерская «Рубикс» вывела новое сообщение о найме. [Система] Нанять этого сотрудника? Всё произошло внезапно, но Роун, вспомнив усиление мастерской, охотно согласился. [Система] Дайте ему имя. А, ему тоже нужно дать имя. Что бы подошло… Это был малыш Водяного бога, жившего в пруду пика Чистого источника, и выглядел он как дракон. Возьмём слог «хо» со значением «небо» и назовём его Ёнхо. [Система] «Ёнхо» стал сотрудником мастерской «Рубикс». [Система] Анализируются способности нового сотрудника. [Статус] Имя: Ёнхо Особенность: Водная иллюзия Божественная сила: ранг C I. Конденсация Чистого источника Lv. 1 Благодаря заключённой в нём силе воды Ёнхо собирает эффективность или магию, которой обладает цель, и сгущает её до «высокой концентрации», повышая качество. Одновременное количество конденсаций: 1 II. Обнаружение Чистого источника Lv. 1 Благодаря заключённой в нём силе воды Ёнхо способен обнаруживать любую влагу и водную энергию. Дальность обнаружения: в пределах 50 м Конденсация? Роун не сразу понял, что это значит, поэтому посмотрел на только что родившегося Ёнхо и спросил: — Ёнхо, попробуй один раз использовать свою способность. — Хыль-хыль-хыль… Издав звук, похожий на старческое посмеивание, Ёнхо вынул из фрагмента мастерской «Рубикс» две капли зелья. Это были низкоранговые репелленты, сделанные днём, и, что было абсурдно, он соединил две капли вместе. — Что, тогда разве это не просто получится зелье объёмом в две бутылки? Несмотря на вопрос Роуна, Ёнхо сосредоточился на каплях зелья. Вскоре капля как будто немного уменьшилась, а её энергия стала постепенно меняться. Когда Роун поместил её в мастерскую «Рубикс», чтобы проверить состав, появились сообщения. [Система] Конденсация: 1 раз [Система] Низкоранговый репеллент от москитов → среднеранговый репеллент от москитов — Ого, ранг зелья повысился! Отобразилось даже число конденсаций. — Хыль-хыль-хыль… Роун с восхищением посмотрел на существо размером с палец, плавающее в пузыре Суранг. После одного применения способности оно, похоже, устало и свернулось, как младенец в утробе. --- Минувшей ночью Роун так и не смог заснуть, и в итоге проспал. Солнечный свет, просачивавшийся через окно, уже нёс дневное тепло. Чешуя Ёнхо внутри водяной капли мягко мерцала в этом свете. Выйдя во двор, Роун сразу рассказал отцу, Ли Хак-су, о существовании Ёнхо. — Ты должен заботиться о нём, пока он благополучно не вырастет. — Но что это за божественный зверь? Похож на саламандру. — Кто знает. Я знаю лишь, что облик Водяного бога не постоянен. Водяной бог прошлого действительно напоминал саламандру, как ты и сказал. Ли Хак-су говорил так, будто сам видел прежнего Водяного бога, и заглядывал в Ёнхо, который всё ещё, будто устав, свернулся внутри водяной капли. — Этот может вырасти немного иначе. — Иначе? Неужели он не станет похож на вьюна? Роун вовсе не собирался унижать вьюнов, но для Водяного бога это, пожалуй, выглядело бы как-то хрупковато. Хм, милая саламандра — тоже неплохо. Роун приподнял уголки губ и снова посмотрел на Ёнхо. Ли Хак-су тихо заговорил: — Существо, которое держит в себе воду, следует потоку, а не форме. Никто не знает, куда оно потечёт. Хорошо о нём заботься. — Мяу! Суранг рядом подняла хвост и мяукнула, словно заявляя: это мой младший братик. — Может, потому что Суранг его спасла, а может, потому что ему нужна водная энергия… он всё время льнёт только к Суранг. — Он наверняка помнит энергию, которая его спасла. Хотя их атрибуты пересекаются, сама фактура у них совсем разная. Роун коротко объяснил способности Ёнхо, и глаза Ли Хак-су заблестели. — Возможно, эту способность он приобрёл за долгие годы, проведённые запечатанным в пруду. Его слова означали: в ситуации, когда печать ослабла и он мог умереть, Ёнхо до предела собрал убывающую очистительную силу и выдержал. Способность, выученная ради выживания. — Отец, тогда какой была врождённая способность прежнего Водяного бога? На мгновение Ли Хак-су посмотрел на Ёнхо печальным взглядом. Его глаза были мягкими, но в них словно осели старые воспоминания. Потом он вдруг ответил вопросом: — Ты знаешь, почему у божественных зверей горы Нокма такая сильная очищающая сила? Роун молча встретил его взгляд. — Всё благодаря тому, что Водяной бог делился с божественными зверями горы Нокма собственной способностью. Именно это и было изначальной силой Водяного бога. От этих слов Роун представил существо, которое отрывает от себя собственную силу и раздаёт её бесчисленным божественным зверям. Он не мог как следует вообразить это, но, когда в памяти один за другим всплыли божественные звери горы Нокма, в груди у него почему-то стало тесно. Вот почему на карте хранителя божественных зверей это было записано как «Источник Водяного бога». При мысли о рождении Ёнхо в нём поднялись чувства. Так этот малыш размером с палец унаследовал такую силу. Существо казалось небесным, добрым и достойным восхищения. Роун подумал: если однажды Ёнхо пойдёт этим путём, он возьмёт эту ношу на себя вместо него. Но прежде чем это чувство успело рассеяться, он ощутил перемену в далёком потоке воздуха. На миг воздух будто остановился, а затем начала подкрадываться влажная и липкая сырость. Это было знакомое и неприятное ощущение — энергия, которую он бесчисленное множество раз испытывал до регрессии. Зловещее предчувствие вскоре обрело реальность. За деревней тусклая поверхность воды пошла волнами. Сквозь образовавшуюся щель просочился голубоватый луч света, а затем она медленно разорвалась шире. — …! Открылся гейт. ---------- Хыль-хыль-хыль В небе плыл гейт, переливаясь синевато-зелёным светом. Вокруг него воздух был влажным, и липкая сырость ощущалась почти кожей. Так выглядело подземелье, где в основном появлялись демонические звери амфибийного или насекомого типа. — В деревне у горы Нокма открылся гейт… До регрессии Роун впервые увидел гейт уже после того, как начал работать охотником. Тогда он напрягся, не зная, какие грозные звери могут выйти, но существа, с которыми он столкнулся, казались слабее демонических зверей горы Нокма. Первый гейт, в который он вошёл, был, наверное, A-ранга. — Что это за гейт? Роун спросил так, будто удивился. Но Ли Хак-су ответил спокойно, словно ожидал этого. — Само собой. Говорили, появились москиты — похоже, это те, что вышли из гейта. Если босса не победить, высока вероятность, что откроется ещё один гейт со схожим атрибутом. От этих неожиданных слов Роун тайно удивился. …Откуда отец это знает? То, что при неудачной зачистке гейта наружу хлынет рой демонических зверей, было общеизвестно. Но факт, что подряд могут открываться гейты со схожими атрибутами, знали пока немногие. Такие случаи были редкостью. Обычно он мог бы отмахнуться и посмеяться: неужели даже с москитами не справятся? Но если противником был особый демонический зверь «Токсичная игла», всё становилось иначе. — Рейдовую группу уже назначили? — Они ждали открытия гейта ещё недавно, так что я сходил проверить. Похоже, его поручили гильдии «Сентинел», всемирно известной гильдии. Не волнуйся, его скоро зачистят. В его голосе звучало полное доверие к гильдии «Сентинел». Но в памяти Роуна гильдия «Сентинел» примерно в это время тихо исчезла без следа. Более того, весть о том, что редкоклассовая пробуждённая Хан Сом-джин погибла от «Токсичной иглы», была трудной для веры. Говорили, она способна полностью скрывать своё присутствие даже в тенях. Учитывая такую способность, скорее уж Токсичная игла должна была бежать первой. К тому же у Токсичных игл была смертельная слабость: ужалив, они умирали. Укус был смертелен, но, если заставить их потратить яд на приманку, их численность заметно сократилась бы. Так почему же гильдия «Сентинел» исчезла, не оставив даже следа? Внезапное сомнение мелькнуло в голове. Если судить по времени, Хан Сом-джин погибла именно в этом гейте. Если это правда, сразу после этого рои Токсичных игл должны были опустошить гору Нокма. Но тогда СМИ молчали. Значит, оставалась только одна возможность. Неужели… Хан Сом-джин умерла уже после зачистки гейта? Это было вполне возможно, если после победы над боссом она не сумела выбраться из гейта. Роун решил тихо пройти мимо и взглянуть на гейт. Конджи и малыши поспешили следом, будто не собирались отходить от него ни на миг. Конджи запрыгнул на выделенный ему фрагмент «Рубикса», а над головой Суранга плавала маленькая капля с Ёнхо внутри. Слишком уж мы бросаемся в глаза. Зрелище, где вместе собрались несколько малышей-божественных зверей, можно было объяснить только S-ранговым укротителем. А уж необычный вид Конджи, сидящего на прозрачном фрагменте рядом с существом вроде Ёнхо, которого вообще трудно было назвать питомцем укротителя, наверняка привлёк бы внимание. Роун оставил малышей-божественных зверей прямо перед линией контроля входа в гейт. — Видите всех этих людей? У меня нет сумок, так что, если вы туда пойдёте, на вас могут наступить. Поэтому тихо ждите здесь. Поняли? — Мяу! Суранг ответил первым и улыбнулся так, словно всё прекрасно понял. Делая вид, что просто прогуливается, Роун тихо направился к гейту. Вокруг были установлены временные палатки, а люди, похожие на членов гильдии «Сентинел», сторожили все направления. Внутри находились блокираторы обнаружения демонической силы и зелья фильтрации яда, но для Роуна, знавшего о Токсичных иглах, эта подготовка была полна дыр. Для Токсичных игл, которые скрывают не присутствие, а демоническую силу и атакуют мгновенно, такое снаряжение было бесполезно. В момент укуса времени принять противоядие уже не оставалось: их тела исчезали. Мысль о том, что Хан Сом-джин могла погибнуть, никак не уходила из головы, и Роун хотел собственными глазами увидеть рейдовую группу. И как раз в этот момент, среди гомона толпы, показалась рейдовая группа. Впереди шёл маг в тёмно-серой мантии. Рядом воин держал на левой руке щит поглощения урона, а в правой — молот усиления энергии. Следом шёл дилер с парными кинжалами на поясе, а за ним лучник, за спиной которого висело плазменное ружьё, созданное магической силой. — Ого, это рейдовая группа! — Гильдия называется «Сента»? Никогда не слышал. — Нет, гильдия «Сентинел». Но их глава — первая в мировом рейтинге. — А-а, та самая Хан Сом-джин! Я видел её по телевизору! Под взглядами толпы участники рейда один за другим взяли заранее подготовленное снаряжение. Роун слегка нахмурился. Нет, с таким снаряжением они не справятся. От картины будущего, словно увиденной заранее, по спине пробежал холодок. Токсичные иглы были прозрачными, и нужно было обнаруживать не демоническую силу, а присутствие, иначе они атаковали мгновенно. Одними блокираторами обнаружения демонической силы первую атаку было трудно остановить, а все охотники были одиночно-атакующего типа. Танк выглядел крепким, но неуклюжим; слабые места проступали в каждом движении. С таким составом справиться с рассыпавшимися Токсичными иглами будет трудно. Не было ни того, кто мог бы атаковать по площади, ни того, кто давал бы баффы. И главное — Хан Сом-джин, самая подходящая для этой миссии, нигде не было видно. Значит, она не в этой группе? Тогда выходит, она погибла не в этом гейте. Делать выводы было рано, но время и обстоятельства рождали вопросы, которые не собирались просто так исчезать. До регрессии, когда деревню у горы Нокма закрыли из-за заражения, Роун был в ярости, но ничего не мог сделать. Позже сведения о горе Нокма полностью перекрыли, и он даже не сумел узнать причины смерти своей семьи. Он задумался, не стали ли причиной Токсичные иглы. Отец, который даже ходил собирать редкую полынь, чтобы защититься от москитов… неужели он правда мог пасть так беспомощно? Пусть его ранг изготовления зелий был низким, при хороших ингредиентах он смог бы сделать хотя бы низкоранговый репеллент. Роун как раз собирался пройти мимо гейта, когда тень от палатки на земле дрогнула, словно марево от жара. Он уже хотел обернуться, решив, что это ветер, но… Туп. Что-то наступило на тень Роуна. По спине пробежал холод. Роун застыл от неожиданной засады. — Вот мы и снова встретились. В мгновение ока перед ним появилась Хан Сом-джин. Она стояла меньше чем в футе от него и говорила тихо, почти шёпотом. Вздрогнув, Роун рефлекторно отступил назад. — Ты решил поддержать гильдию? Её прямые чёрные волосы до плеч дрогнули на ветру, наконец раскрывая личность. — Нет, у меня уже есть гильдия. Когда она спросила, какая именно, он коротко объяснил свою сборочную гильдию. Считая Роуна укротителем, Хан Сом-джин естественно предположила, что малыши-божественные звери будут помогать со сбором. — Гильдия, которая с животными собирает травы и демонических зверей… звучит довольно весело. Значит, ты специализированный укротитель-сборщик? Роун посмотрел на её улыбку и, решив, что это не совсем неверно, естественно кивнул. — Тогда, если будет возможность, можно мне тоже присоединиться к рейду? — Если ради сбора, присоединяйся к группе извлечения или добычи. Так безопаснее, а рейдовая группа уже сформирована. Если войдёшь сейчас, твоё положение станет неловким. К тому же для участия посреди рейда нужно рейдовое разрешение. — Не беспокойтесь о моём положении. Я буду просто тихо идти следом, как вьючное животное, и собирать, не мешая. Роун показал разрешение на сбор в рейде, полученное от светловолосого детектива. Глаза Хан Сом-джин расширились, когда она увидела знакомую эмблему на карточке. Это было рейдовое разрешение, позволяющее внезапное участие в качестве группы поддержки. Хотя оно было для сбора, получить такое мог далеко не каждый. Разрешения выдавали только проверенным высокоранговым охотникам или людям с общественным доверием. Хан Сом-джин немного подумала, а затем медленно покачала головой. — Прости, но не сейчас. Я не могу пустить без подготовки человека, который не состоит в моей гильдии. Роун ожидал такого ответа и кивнул. Включать в группу человека, который не тренировался охотиться вместе с командой, было опасно. — Понимаю. Тогда в следующий раз я хотел бы сформировать команду с главой гильдии. Он знал, что до регрессии она якобы погибла в этом гейте, но теперь, увидев, что в этом рейде её нет, лишь сильнее ощущал загадку. Возможно, если однажды последовать за ней, удастся раскрыть неразгаданные тайны. — Хорошо. Я впервые буду охотиться вместе с котом и мышкой, так что мне даже немного любопытно. Она открыла гильдейский мессенджер и зарегистрировала гильдию Роуна в своём списке. Ах, точно. Члены гильдии могут общаться внутри рейда через мессенджер. Обычно он упустил бы это из виду, но теперь такая деталь казалась обнадёживающей. На горе Нокма не было магической сети, однако внутри рейда гильдейский мессенджер работал свободно. Поскольку телефоны блокировались, по сути, это был единственный способ связи. — В следующий раз пойдём вдвоём. Я найду хорошее место, так что жди с нетерпением. — ……Да? Хан Сом-джин подмигнула, улыбнулась и словно растаяла в тени на земле. На месте, где она прошла, колыхнулась лишь тень маленького камня. …Впечатляет. Роун медленно выдохнул и задумался. Свободно использовать такие высокие техники в повседневной жизни было невозможно одним лишь талантом. Возможно, она была сильнейшей пробуждённой из всех, кого он когда-либо встречал. --- Через несколько дней начала распространяться новость: рейдовая группа пропала без вести. — Знаменитая гильдия, а даже демонических зверей насекомого типа поймать не могут? Жители деревни у горы Нокма, среди которых было много пробуждённых, реагировали довольно цинично. Роун направился в Корейское управление охотников, чтобы передать средство Бэк Ин-хо — Серебряную кровяную воду. Однако Бэк Ин-хо там не оказалось. Ему сказали лишь, что Ин-хо присутствует на совещании по защищённой зоне. Если дело касается горы Нокма, он бы бросился туда без промедления, но его здесь нет… Будь это Бэк Ин-хо, он, оставив команды позади, попытался бы первым войти в гейт и лично провести расследование внутри. Даже если он куда-то отлучился, он бы примчался сразу, услышав, что гейт открылся. Но то, что он не появлялся уже несколько дней, вызывало у Роуна подозрение. …Бэк Ин-хо вообще знает, что гейт открылся? Роуну ничего не оставалось, кроме как отвернуться от сотрудника с бесстрастным лицом. Он спокойно перепроверил подготовленный репеллент от москитов. Токсичных игл, появлявшихся во дворе несколько дней назад, после открытия гейта больше не видели. Возможно, они кого-то ужалили и погибли сами. Если бы в горе Нокма кто-то пропал, слухи мгновенно распространились бы, так что, похоже, москиты, которых они тогда поймали, были всеми. — Хыль-хыль-хыль… Ёнхо внутри водяной капли достал из фрагмента мастерской «Рубикс» две капли низкорангового зелья и пустил их в воздух. Когда капли соприкоснулись, чистая энергия разлилась и слилась в одну. Закончив сгущение, Ёнхо свернулся креветкой и примерно на час погрузился в глубокий сон. Проснувшись, он захныкал как старичок — наверное, проголодался. Когда ему дали пилюлю размером с ноготь, сделанную из рубленого мяса, смешанного с травами, он начал грызть её, как муравей. Набив живот, он снова кружил внутри капли и повторял игру в сгущение. Через несколько дней его способность сгущения поднялась до второго уровня. Количество, которое он мог сгущать за один раз, стало равным трём, а радиус его «Обнаружения Чистого источника» вырос с пятидесяти до ста метров. Чем выше был ранг, тем дольше занимало сгущение зелья и тем больше он спал. Высокоранговый репеллент, изготовленный из полыни, после сгущения Ёнхо стал репеллентом высшего ранга. Зелья высшего ранга были редкими эликсирами, которые трудно достать даже за деньги. — Ёнхо, на сегодня хватит. Ты не слишком переусердствуешь? Роун, обеспокоенный тем, как быстро рос такой маленький малыш, перестал доставать новые зелья. Ёнхо снова и снова хныкал, как ребёнок, лишившийся игрушки, и Роуну пришлось успокаивать его питательными пилюлями. Перед гейтом лицо Хан Сом-джин было суровым, не таким, как прежде. Всего лишь C-ранговый гейт, а её гильдейцы пропали без вести. Они, должно быть, заблудились. Времени заново собирать команду не было. Если при открытии гейта наружу выйдет демонический зверь уровня босса, эту маленькую деревню у горы Нокма мгновенно сотрут с лица земли. С этого момента всё решит скорость. Я найду гильдейцев, а с боссом разберусь лично. И в этот момент подошёл Роун. За его спиной малыши-божественные звери, спотыкаясь друг о друга, крутились рядом. Внезапно она вспомнила его обещание пойти вместе ради сбора. Сначала она подумала, что надо отказать и сказать: «в следующий раз», но на миг заколебалась. Он говорил, что собирает и демонических зверей, верно? До какого ранга возможно? Вспомнив назойливых демонических зверей насекомого типа, она рассеянно спросила: — Ты когда-нибудь собирал москитов? Застигнутый врасплох, Роун едва заметно дрогнул глазами. Только не говорите, что она имеет в виду Токсичных игл… Даже когда они столкнулись с ними на горе Нокма, она, похоже, искала обычных демонических зверей-москитов, так что, вероятно, не знала, выходят ли из гейта Токсичные иглы. Конечно, сам Роун тоже не был полностью уверен. Но, учитывая обстоятельства, такая возможность была, поэтому он подготовил достаточно репеллента. — Конечно. — Если мы войдём в гейт, я, возможно, не смогу тебя защитить. Глядя на Хан Сом-джин, которая без всякого вступления сразу перешла к сути, Роун на мгновение собрал мысли. Она собирается войти одна. Хотя Роун не планировал входить в гейт немедленно, он решил пока последовать за ней и кивнул. — Вам не нужно меня защищать. Двигайтесь свободно. Мне нужно только собирать. Для первой в мировом рейтинге такая фраза могла прозвучать неуважительно, но она неожиданно ощутила в ней доверие. — Хорошо. Тогда я войду первой. Когда она исчезла в сыром мерцающем свете, глаза малышей-божественных зверей одновременно засияли. — Мы тоже идём. Услышав слова Роуна, обрадованные божественные звери громко ответили. — Мяуанг! — Мио-о-онг! — А-а! — Писк! — Хыль-хыль-хыль… ---------- Сбор насекомых (1) В тёмной пещере, влажной и затхлой, Роуна окутывала глубокая, мрачная тишина. — Вот, возьмите хотя бы это. Я хорошо вижу и в темноте, так что ничего страшного, если вам пригодится. С этими словами Хан Сом-джин протянула маленький светящийся камень. Но в такой тёмной пещере полагаться на один-единственный светящийся камень было смехотворно мало. — Хм, минутку. Роун открыл мастерскую «Рубикс» и поискал что-нибудь, что могло бы осветить окрестности. И тогда мастерская, словно прочитав намерение Роуна, ответила. [Система] Изготавливается светящаяся вода. [Рецепт] Светящаяся вода ― Экстракт светящейся энергии ― Очищенная вода 100 мл Мастерская «Рубикс» тут же выплеснула россыпь странно светящихся капель. Когда малыши подпрыгнули, чтобы поймать светящиеся капли, Роун сделал знак рукой. — Эй, пока не лопайте. Капли света потекли вдоль пальцев Роуна и, словно фонари, двигались туда, куда он шёл, освещая тёмные углы пространства. Что за… Этот человек маг? Глаза Хан Сом-джин расширились при внезапном появлении светящихся капель. Я думала, он простой сборщик, а он владеет магией. Однако странным было то, что она ни разу не видела, чтобы Роун произносил заклинание или делал жесты. Любопытство проступило на её лице, но сейчас было не время болтать. Она быстро вернула себе спокойное выражение и повела их дальше. Глядя на широко раскрытые глаза божественных зверей, впервые попавших в рейд, Роун улыбнулся, вспомнив старых товарищей. До регрессии, когда они впервые отправились в рейд, они были куда крупнее, чем сейчас, но реагировали точно так же. Любопытный Суранг, похожий на старшего среди них, шагал впереди Роуна; робкая Соль держалась рядом, не доставая «Сову Соль», и вскоре прыгнула Роуну на руки. Торан, наоборот, в рейдах становился необычно оживлённым, но стоило ему чем-то увлечься, как он бросался прямо туда и уже не мог отвести взгляд. Они правда всегда такие милые. Улыбающийся взгляд Роуна ненадолго задержался на Конджи и Ёнхо. Если подумать, тогда этих двоих ещё не было. Конджи, будто искал еду, обнюхивал всё вокруг, то вставая, то садясь на фрагменте мастерской, а Ёнхо забрался во влажное место и весело плавал кругами внутри капли воды. Пальцы Роуна сами собой погладили их обоих по головам. Это произошло сразу после того, как они сделали ещё несколько шагов. — Хлюп. Скользкая, вязкая масса поползла по подошвам. Роун рефлекторно попытался поднять ногу, но мягкая субстанция обвилась вокруг неё. Это был слизень. Малыши отреагировали мгновенно, но Хан Сом-джин оказалась быстрее. Она пнула слизня так, будто перед ней был досадный камешек на дороге. Слизень упал к стене, извиваясь, а другие слизни поблизости, почувствовав присутствие, начали сходиться. — Сквиии-и-и…! Хан Сом-джин выскользнула из рукава чёрный кинжал и совершенно незаметным движением поставила его в руке вертикально. Роун уже собирался сказать, что таким кинжалом слизня не разрубить. — Шшшш. Острый кончик клинка мягкой дугой прочертил воздух, и бросившиеся вперёд слизни раскололись точно по линии движения лезвия. Аккуратно рассечённые куски слизней потеряли вязкость и быстро высохли. Роун с открытым ртом уставился на подсыхающие куски. Мне показалось? Клинок ведь даже не коснулся их… Но разочарование, пришедшее следом за изумлением, оказалось сильнее. Похоже, собрать их уже не получится. Высохшая слизь ничего не стоила. Это был не особенно дорогой материал, но всегда сильнее всего хочется именно того, чего под рукой нет. Увидев Роуна, Хан Сом-джин решила, что он впечатлён её способностью, и небрежно пробормотала, будто речь шла о пустяке: — Это «Рассечение тени». — …? Она всего лишь взмахнула кинжалом в воздухе, и это, значит, была техника рассечения теней? — Что это за техника такая? Как можно так мгновенно разрезать? Роун моргнул и спросил, а Хан Сом-джин, мягко поглаживая свой кинжал, спокойно добавила: — Перед «Рассечением тени» бесполезны и толстая кожа, и мощная сила, и сильная магия. Слизень это или боссовый демонический зверь — тени всегда тонкие и хрупкие. Роун моргнул, так и не сумев до конца оценить глубину её способности. Чем больше он думал, тем менее понятной она становилась. Если вдуматься, ни одно существо в мире не способно вооружить собственную тень. К тому же тень у каждого всего одна. По спине пробежал холодок. Тогда… эта женщина может разрезать всё, у чего есть тень? Она выдержала короткую паузу и, словно забавляясь, рассмеялась. — Я люблю тени. Они справедливые. — … Вдруг Роуну пришла в голову мысль. Что было бы, останься она жива до регрессии? Мир был бы другим? Смогла бы она так же легко разобраться с тем Хеллтри, из-за которого мне пришлось самоуничтожиться? Один за другим потянулись бесчисленные вопросы и возможности. Почувствовав его взгляд, Хан Сом-джин неловко улыбнулась. — Ну вот… не смотрите на меня так, будто я какое-то чудовище. Я ведь не могу резать плоть. — …Не можете резать плоть? Роун озадаченно посмотрел на неё. Слизня только что разрезало на куски прямо у него на глазах — что она имела в виду? Она подняла кинжал вертикально, показывая его. — Он выглядит смертельным, но на самом деле чище, чем кажется. Капли крови он ни разу не касался. Говорят, клинок становится острее, если напоить его кровью демонического зверя, но я использую его только для «Рассечения тени», так что такого не было. Угольно-чёрное лезвие сияло так, будто его ни разу ничто не запятнало. От его кончика исходила необъяснимо острая аура, из-за которой разговоры о крови казались лишними. Роун, не в силах отвести взгляд от клинка, сказал: — Великолепный кинжал. Хан Сом-джин и группа Роуна углубились в пещеру. Всякий раз, когда Хан Сом-джин взмахивала кинжалом в воздухе, скрывавшиеся демонические звери один за другим падали. — Демонических зверей меньше, чем я ожидала. Обычно тут должны быть целые рои… Она тихо пробормотала. Роун думал о том же. Не только демонических зверей не было — даже трав, которые стоило бы собрать, почти не попадалось. Он ожидал чего-то в этом влажном гейте и потому слегка разочаровался. Они выбрались из узкой, влажной пещеры, и перед ними открылось чуть более просторное место. С этого участка ответвления путей путались между собой, как муравейник. Пространство между местами обитания казалось относительно безопасным, если только кто-нибудь не погнал зверей сюда намеренно. Пока Роун осматривался, Хан Сом-джин поставила на землю коробку с противоядиями. — Если я найду пропавших членов гильдии и принесу их сюда, вы сможете сразу дать им противоядие, господин Роун? На её лице, когда она задавала вопрос, было заметно беспокойство. На самом деле она уже немного жалела, что взяла Роуна с собой. Она думала, он точно окажется полезен, но теперь, когда он был здесь, за него приходилось слишком сильно тревожиться. Это был его первый рейд; осторожности у него не было, а когда его кошки попытались прыгнуть на слизня, он просто стоял рядом. Глядя на это, она почувствовала досаду. Будь он членом гильдии «Сентинел», она бы пнула его один раз. Какие бы ожидания она ни возлагала на него, он их не оправдал. …Может, у него вообще нет атакующих способностей? Она видела, как он использовал магию света, но это выглядело необычно и совсем не походило на высокоранговую магию. — У меня тоже есть противоядия. Не волнуйтесь, просто принесите их живыми. И берегитесь москитов. На его слова Хан Сом-джин коротко усмехнулась. «Берегитесь». Давно она такого не слышала. Она молниеносно умчалась искать тени членов гильдии. Ради быстрого спасения она скрыла своё присутствие в тенях и не стала разбираться с демоническими зверями. Её техника была настолько совершенна, что даже демонические звери с развитым чутьём не могли её обнаружить. И всё же, обыскав все ответвления, она не нашла ни следа членов гильдии. Чёрт, куда они все спрятались?! В раздражении она вдруг вспомнила описание Токсичной иглы из справочника демонических зверей. Укушенные инстинктивно прячутся в глубине и становятся носителями яиц Токсичных игл. Сначала она решила, что это абсурдное преувеличение, но сейчас всё слишком хорошо совпадало, и по спине пробежал холод. На обратном пути она невольно вздохнула. Если здесь действительно место обитания Токсичных игл… Вопреки решимости, с которой она вошла в гейт, сердце дрогнуло. Она думала, что сможет найти членов гильдии одна. Если повезёт, она, возможно, успеет отыскать их до закрытия гейта. Но проблема была в том, что времени на босса оставалось впритык. Как бы сильна ни была Хан Сом-джин, она не могла быть уверена, что за такое короткое время сумеет уклоняться и от босса, и от роя. И позволить гейту взорваться она тоже не могла. Вернувшись к исходной точке и так и не найдя членов гильдии, она увидела расслабленного Роуна и его питомцев, и её чувства стали ещё сложнее. Может, просто проводить его обратно к входу?.. Если она ошибётся, защитить Роуна и его питомцев вообще не сможет. Раскаяние резко поднялось внутри, но как раз когда она собиралась спросить, можно ли ей идти одной… — …Охотников я найду сам. После такого внезапного заявления она должна была спросить, как именно он собирается это сделать, но странным образом Сом-джин почувствовала спокойствие. Будто человек, заблудившийся в море, наконец увидел маяк. Едва Роун договорил, Хан Сом-джин мгновенно сократила расстояние, проехав по его тени, и подняла на него острый взгляд. Остывшее от разочарования ожидание снова разгорелось, но она, не показывая этого, спросила: — Как? Роун, вздрогнув от её горящих глаз, отступил на шаг. — А, ну… вообще-то не я. Их найдёт Ёнхо. Ёнхо, ты ведь сможешь найти пропавших здесь людей? — Хи-хи-хи… Когда Роун спросил, бледное, почти призрачное существо поплыло маленькими кругами внутри капли. Каждый раз, когда Ёнхо описывал круг, за пределы капли расходился тонкий поток воздуха. Воздух тонко сложился, и в просветах образовались мельчайшие частицы воды. На миг частицы собрались вместе, а затем, как песчинки, рассыпались по разным ходам. Активирована вторая способность Ёнхо — «Обнаружение Чистого источника». — Мяу! — Писк! — Удивительно! — Молодец, наш малыш. Конджи и малыши с гордостью смотрели на самого младшего, Ёнхо, проявившего свою способность. — Я сам найду их и дам противоядие, так что, глава гильдии «Сентинел», просто перенесите их сюда. Даже если их укусили демонические звери-москиты, после противоядия они всё равно не смогут двигаться быстро. Хан Сом-джин было трудно полностью поверить словам о том, что он найдёт членов гильдии, которых не смогла отыскать даже она. Но её интуиция снова шепнула: просто доверься ему. Пока она кивнула. — Шарарарк. Ёнхо и малыши пошли впереди, а фрагменты мастерской «Рубикс» последовали за ними, испуская маленькие огоньки. Роун и Хан Сом-джин тихо пошли следом. Сколько времени прошло? Малыши впереди вдруг одновременно остановились. Сразу же появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] С помощью «Обнаружения Чистого источника» обнаружен заражённый 1. [Система] …Обнаружен заражённый 2. [Система] …Обнаружен заражённый 3. Противоядия и репеллента уже было достаточно, но, похоже, пригодилось бы отдельное противоядие от Токсичных игл. Когда Роун проверил рецепт, понадобился немного особый ингредиент: очищающая противоядная вода Чистого источника с пика Чистого источника. [Система] Изготавливается противоядие специально от Токсичных игл… Поставив его на изготовление, Роун повернулся к Хан Сом-джин и сказал: — Глава гильдии «Сентинел», заражённые найдены в третьей пещере. Можете принести их сюда? От слов Роуна Хан Сом-джин прищурилась. Они ещё ничего не сделали, а он уже нашёл членов гильдии? И всё же, вопреки её ожиданиям, тело Хан Сом-джин стремительно двинулось. Проверить своими глазами было быстрее, чем ждать ответов на любопытство. В этот момент Роун, увидев, как тень Хан Сом-джин быстро удаляется, крикнул: — Как вы собираетесь найти их одна?! Он сказал только «третья пещера», но не дал точных координат. В таких пещерах, похожих на лабиринт, даже такая быстрая Хан Сом-джин не смогла бы найти крошечные капли Ёнхо. Подождать, пока она вернётся?.. Глядя на исчезнувший проход с недоумением, Роун вдруг вспомнил про гильдейский мессенджер. Он быстро отправил ей сообщение. [Система] Следуйте за Соль. Соль должна была вместе с фрагментами мастерской «Рубикс» преследовать водяные капли Ёнхо и найти заражённых. Хан Сом-джин, увидев сообщение, вернулась с неловким лицом. — А, я слишком торопилась. Но кто такая Соль? — Мяу! Соль мило мяукнула в ответ. Затем, будто показывая, что тоже умеет быстро двигаться, достала «Сову Соль» и оседлала её. — Фью-у-ух! По воздуху прошёл ветер, словно прочёсывая его гребнем, и Соль стремительно исчезла. Увидев это, Хан Сом-джин на миг улыбнулась. Потом быстро вернула себе спокойствие и помчалась за Соль. Вскоре Хан Сом-джин вернулась с заражёнными на руках и осторожно уложила их у входа. — Что делать?.. Они все застряли в странных местах… кажется, я могла сломать им пару костей, пока вытаскивала. Увидев лица членов гильдии, лежащих на земле, Роун тайно удивился. Обычно при заражении демоническим ядом лицо синело или серело, но эти члены гильдии выглядели совершенно нормально, будто просто уснули. …Значит, их просто использовали как носителей и обезболили. Хан Сом-джин, уложив членов гильдии, достала принесённое с собой противоядие. Роун протянул ей только что изготовленное противоядие. — Дайте им это. Противоядие специально от Токсичных игл должно было быстро удалить носителей внутри их тел. Хан Сом-джин внимательно изучила зелье и кивнула. В нём работала какая-то более глубокая энергия. — Спасибо. Она вздохнула, глядя на членов гильдии: даже после противоядия силы к ним сразу не возвращались. Если бы только она участвовала в рейде с самого начала… такой беды не случилось бы. Когда она и её гильдийцы прибыли в Корею, они сразу получили от государства запрос на зачистку C-рангового гейта. Но Хан Сом-джин надеялась, что первым гейтом, за который она возьмётся после приезда в Корею, будет хотя бы A-ранг, а лучше S-ранговый гейт. Тогда новость о её натурализации в Корее произвела бы больший эффект. Совершив эту первую ошибку, она и сейчас из-за гордости бросилась спасать пропавших членов гильдии в одиночку. Если бы Роуна не оказалось в гейте, спасение могло провалиться. А случись это, она, наверное, всю жизнь прожила бы с чувством вины. Она посмотрела на Роуна и сказала: — Благодаря вам ещё не поздно. Тела у них потрёпаны, но жизнь хотя бы на месте. Если они продержатся до прибытия высокоуровневого целителя… Не успела она договорить, как Роун достал из мастерской «Рубикс» капли зелья лечения среднего ранга и дал им упасть в рты охотников. Хан Сом-джин удивилась готовности Роуна свободно раздавать дорогие зелья среднего ранга, но останавливать не стала. Вместо этого она выразила благодарность единственным доступным ей способом. — Когда выйдем, я заплачу вам двойную цену за все зелья, которые вы здесь использовали. — …Не нужно настолько. Роун моргнул от внезапного предложения оплатить зелья. Уже одно разрешение на сбор позволяло не обращать внимания на стоимость зелий, но раз уж она предложила, отказаться было бы невежливо. Он вспомнил философию отца, Ли Хак-су: радуйся, когда отдаёшь, и радуйся, когда принимаешь. — Достаточно обычной цены. И ещё, в этот раз они в шестой пещере. Роун указал на вход в другую пещеру и продолжил: — Когда будете их вытаскивать, пожалуйста, не сломайте им шеи. Зелья воскрешения у нас нет. Роун улыбнулся, а Хан Сом-джин подмигнула, будто говорила, что всё будет в порядке, и двинулась прочь. В этот момент Роун почувствовал, как воздух со стороны, куда она исчезла, слегка задрожал. Присмотревшись, он заметил, что на влажной стене впереди водяные чешуйки дрожат неровно. …Там что-то есть? Прозрачные волны приближались к Роуну, отталкивая насыщенный влагой воздух. Хан Сом-джин возвращалась, неся члена гильдии, и тоже издалека уловила едва заметные изменения в воздухе. В тот миг интуиция резко предупредила её. Это Токсичные иглы. На этот раз она надеялась, что интуиция ошибается. В направлении их движения находились Роун и питомцы, у которых нет атакующих способностей, а также упавшие члены гильдии. Даже лёгкий укус Токсичных игл заразит их неизвестным демоническим ядом, который может внезапно исчезнуть. Чёрт, почему именно сейчас… Если укусят её, Роун окажется в опасности; если укусят его, членов гильдии уже не спасти. Ни один из них не мог позволить себе быть укушенным. Хан Сом-джин поспешно опустила подчинённых, которых несла, и бросилась прямо к Роуну. — Роун! На её срочный зов Роун посмотрел на Хан Сом-джин сквозь колеблющийся воздух. В этот момент фрагменты мастерской «Рубикс» обнаружили приблизившихся Токсичных игл. Перекрыв им путь, появилось сообщение. [Система] Собрать Токсичных игл? — Когда собираешь опасных зверей вроде Токсичных игл, можно не спрашивать. После слов Роуна мастерская «Рубикс» без промедления распылила репеллент. Когда воздушные пузырьки распространились в воздухе, рой Токсичных игл остановил движение прозрачных крыльев и беспомощно посыпался на землю. — Плюх, плюх. [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить — Обработай их так же, как раньше. Он добавил, что после максимально быстрого сбора нельзя упустить оставшихся зверей. [Система] Получен побочный продукт Токсичной иглы — «игла». [Система] Извлекается яд Токсичной иглы. [Система] Извлекается кристальная эссенция. [Система] Извлекается энергия атрибута ветра. Роун заглянул во фрагмент изготовления мастерской «Рубикс». Острые жала Токсичных игл были аккуратно уложены в коробки, а прозрачный яд и кристальная эссенция чисто разлиты по отдельным баночкам. Увидев идеально разделённые экстракты, Роун довольно улыбнулся. И сегодня повезло. В этот момент он почувствовал сбоку пристальный взгляд. Повернув голову, он увидел, как Хан Сом-джин молча приближается. Но на этот раз её лицо было бледным, словно она чем-то перепугалась. — Что… ты. Кто ты такой?.. Нет, забудь. Просто скажи, что это была за атака только что. Её обычно сильный голос слегка дрогнул. Живя среди пользователей редких способностей и видя бесчисленные навыки и магию, она всё равно почувствовала, как сердце забилось быстрее от магии Роуна, нарушившей все привычные представления. Это было больше, чем магия, — чистая загадка. Не было ни заклинаний, ни признаков обращения к мане. И всё же фрагменты света двигались вокруг него. А питомцы даже без указаний реагировали так, будто понимали его. Она чувствовала в этой связке что-то подозрительное, но из-за срочности отмахнулась. Теперь она не могла это игнорировать. Рой Токсичных игл, с которым даже ей, ранкеру номер один в мире, пришлось бы тяжело столкнуться лоб в лоб… был уничтожен без единого звука, не оставив даже обломка крыла. Она не могла поверить собственным глазам. Хан Сом-джин, потеряв дар речи, упрямо смотрела на Роуна. Роун пожал плечами, будто она неправильно поняла, и спокойно ответил: — Я не атаковал. Я их собрал. — …?! ---------- Сбор насекомых (2) Не атака, а сбор. Хан Сом-джин онемела от слов Роуна. Он уничтожил Токсичных игл в мгновение ока — и всё равно настаивал, что это был сбор насекомых. — Вы слишком шутите. Думаете, я не знаю, что такое сбор? Сбор — это обычно поймать что-то живым и поместить в раствор или поймать сетью… разве не так это делается? Но вы, Роун, всех их уничтожили. Какой же это сбор? Это просто… магия. Она выпалила всё одним скоростным потоком. Даже пока говорила, собственные слова странно не вязались с тем, что только что произошло. Как ещё это объяснить? Она ведь собственными глазами видела невозможное. И вдруг ей в голову пришла нелепая мысль. — Может быть… маг, который сам этого не осознаёт? — Похоже на магию? Но это правда сбор. Смотрите. Даже побочные продукты появились. Роун, словно доказывая её пробормотанную догадку, достал кое-что из мастерской «Рубикс». Это была игла — тонкая, как нить, и полупрозрачная. — Это… яд Токсичной иглы? Хан Сом-джин невольно шагнула вперёд. Игла, полностью очищенная от демонической энергии и яда, аккуратно лежала у него на ладони и мерцала странно прозрачным сиянием, словно смертельно опасный убийца, скрывающий острый замысел. — Если хотите, могу продать недорого. Роун улыбнулся, будто показывал товар и тут же предлагал его купить. Губы Хан Сом-джин приоткрылись — и снова сомкнулись. Её сильно потянуло к этой вещи, но она не была уверена, что именно сможет из неё сделать. А главное, сейчас было не время отвлекаться на побочные продукты. Остались члены гильдии, которых мы ещё не нашли. Она моргнула, пытаясь вернуть себе самообладание. В этот момент Роун указал в сторону и сказал: — Там ещё один. Там, где Соль. — Да! Хан Сом-джин, до этого стоявшая словно в тумане, отреагировала рефлекторно. Следы остальных членов гильдии они найти не могли, но определить, где находится Соль, было легко. Каждый раз, когда Роун указывал позицию заражённого, она молнией находила члена гильдии и безопасно переносила его в защищённую зону. — Ух… где это я? — …Разве на меня не напал демонический зверь? Спасённые заражённые постепенно приходили в себя. Увидев, что члены гильдии просыпаются и говорят связно, Хан Сом-джин тихо опустилась на место и перевела дух. С того момента, как она решилась одной идти против босса, она не могла быть уверена, что снова увидит их живыми, но теперь они правда выжили. — Г-глава гильдии! — Провалить даже C-ранговый рейд… простите, что выжил. Всхлип… Один за другим очнувшиеся члены гильдии хрипло обращались к Хан Сом-джин. Их тела всё ещё были слабы, зато рыдали они вполне громко. — Мяу! — Шумно, мяу! Суранг прижал уши, поднял лапки и создал маленькие водяные шарики. Когда малыши уже собирались швырнуть их мордочками, Роун погладил Суранга по крошечной спине, успокаивая заражённых. — Они приняли противоядие, так что теперь всё будет хорошо. Вокруг ещё есть демонические звери, поэтому побудьте тихо и полежите ещё немного. От мягкого голоса Роуна заражённые кивнули и снова спокойно легли. Но здесь что-то странно. После группы слизней у входа им почти не попадались демонические звери. Хан Сом-джин была сосредоточена на спасении и обходила зверей, но к этому моменту они уже должны были сбежаться. Однако по какой-то причине не было видно ни одного. Демонические звери горы Нокма становились сильнее, пожирая мутировавшие травы или более слабых зверей-вариантов, но здесь не было ни зверей-вариантов, ни мутировавших трав. Если звери внезапно перестали попадаться на глаза… Токсичные иглы использовали других зверей как носителей. Если её догадка верна, яйца Токсичных игл прятались и вылуплялись внутри мёртвых зверей. Благодаря молниеносной скорости Хан Сом-джин спасательная операция закончилась почти мгновенно. Роун оглядел заражённых и сказал: — Проверьте, чтобы никого не пропустили. Нужно было найти всех до того, как вылупятся яйца, и успеть дать противоядие. Пока Роун проверял количество противоядий именно от Токсичных игл, он заметил, что одного фрагмента «Рубикса» не хватает. В этот момент фрагмент, улетевший к Торану, прислал сообщение. [Система] Обнаружена коллекционная магическая руда. [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить …Руда? Роун вспомнил, что минералы тоже были в списке объектов для сбора. Если подумать, в этом рейде руды было куда больше, чем трав. Стоило выбрать сохранение коллекции минералов, как сразу появилось сообщение о получении различных магических камней. [Система] Получен магический камень водного атрибута. [Система] Получен магический камень земляного атрибута. . . . [Система] Получен миреллум. [Система] Получен аквелит. . . . Через мгновение фрагменты Торана вернулись. Роун проверил мастерскую «Рубикс» и медленно кивнул. О-хо… Пусть всё было низкого ранга, но после удаления примесей в мастерской «Рубикс» ценность заметно вырастет; особенно это касалось магических камней с атрибутом, которые из-за высокого спроса уходили быстро. По сути, он заработал маленькое состояние, даже не двигаясь с места. На лице Роуна расплылась довольная улыбка от неожиданной прибыли. [Система] Открыт новый навык «Техника зачарования». [Навык] Техника зачарования > Описание: Алхимия, наделяющая цель атрибутами при помощи экстрактов. > Длительность зависит не от вероятности успеха, а от качества и количества использованных экстрактов. Роун ненадолго задумался о Технике зачарования. Это была высокоуровневая алхимия, превосходящая усиление атрибутом, и в основе своей отличалась от магического зачарования. Поскольку магия отпечатывалась не через магический круг, а через свойства материалов, для освоения требовалось как минимум владеть энциклопедией трав. Кроме того, нужны были высочайшие навыки изготовления и управления маной. Из-за таких жёстких условий алхимиков, специализирующихся на зачаровании, существовало совсем немного. Даже если такой алхимик находился, навык трудно было применять эффективно, и его часто считали второсортным по сравнению с магическим зачарованием. Но у Роуна таких ограничений не было. Для него Техника зачарования была просто приятным новым навыком мастерской. Отлично, у меня как раз остались экстракты. Казалось, теперь он наконец сможет привести в порядок весь запас, скопившийся на складе. Роун не удержался и широко ухмыльнулся. Хан Сом-джин, покосившись на него, ощутила непонятный холодок по спине и потёрла руки. Роун решил проверить только что открывшуюся Технику зачарования на Токсичной игле. Он вспомнил, как Хан Сом-джин смотрела на иглу, будто загипнотизированная. Теневики тоже используют такие игольчатые инструменты? Мастерская «Рубикс» отреагировала на намерение Роуна. [Система] Открыт рецепт зачарования тёмным атрибутом. [Рецепт] Тёмная игла > ― Экстракт тёмного атрибута > ― Экстракт статусного эффекта «связывание» > ― Нейтрализатор 5 мл Метод наделения заключался в том, чтобы многократно осаждать жала Токсичных игл в подготовленных экстрактах, а затем накладывать на них определённую магическую частоту. Процесс оказался куда более тонким и рискованным, чем ожидалось. Если наложение распределится неравномерно и свойства станут нестабильными, все материалы разрушатся от столкновения магических сил. Зато при успешном завершении получится артефакт со стопроцентной активацией. Однако Роуну этот сложный процесс был ни к чему. Мастерская «Рубикс» выдавала только лучший результат — без неудач и переменных. Стоило начать наделение Тёмного жала, как фрагменты мастерской немедленно отреагировали. Удивительно, но пресловуто сложный процесс наделения завершился всего за несколько минут. Как раз когда Роун собирался достать Тёмные жала, несколько спасённых заражённых, шатаясь, поднялись на ноги. — Глава гильдии, здесь ещё могут быть демонические звери, так что мы пойдём с вами. Это сказал мужчина со спортивной стрижкой, похоже, танк. Он был полон уверенности, будто уже начисто забыл, что едва не умер от укуса москитного зверя. Хан Сом-джин покачала головой. — Нет. Вы идёте ко входу. Ваши тела ещё не восстановились полностью. — Но босс всё ещё там. — Это не то, с чем вы справитесь. Я закончу сама. Члены гильдии «Сентинел» знали её способности достаточно хорошо, чтобы больше не спорить. На их лицах ясно читалась вина за то, что они не могут помочь, но Хан Сом-джин заговорила легко, почти подталкивая их вперёд: — Заодно вызовите команду сбора. Демонические звери теперь почти не попадались, а Токсичные иглы вышли из той пещеры, так что у входа было скорее безопаснее. К тому же у танка со спортивной стрижкой были щитовые способности, и это немного успокаивало. Хан Сом-джин молча смотрела, как подавленные члены гильдии направляются ко входу. Остался только босс. Она крепко сжала кинжал и собралась с духом. Какими бы необычными ни были способности Роуна, он всё равно оставался магом, не понимающим собственных сил. Ему просто повезло вовремя их активировать. Босс же был совсем другого уровня. С парой маленьких питомцев с таким не справиться. Когда она оторвала взгляд от членов гильдии, которых могла видеть в последний раз, Роун и его питомцы играли с прозрачными, похожими на игрушки фрагментами. В рейде, рядом с жестокими Токсичными иглами, они выглядели до смешного невинно, и всё же странным образом вызывали желание защитить. — Идите ко входу вместе с моими людьми. Я по пути загляну ещё кое-куда. — Пойдём вместе? — Нет. Одна справлюсь. Не дав Роуну ответить, Хан Сом-джин быстро отвернулась. И почти инстинктивно взглянула в сторону, где исчезли члены гильдии. …Слишком тихо. Они с Роуном уничтожили всех демонических зверей, которые встретились им на пути, но территорию полностью не зачистили. Какие-то мелкие твари могли остаться, и всё же в тенях не чувствовалось ни малейшего движения. И действительно — — Крииик! Внезапно раздался резкий скрежещущий звук. Следом пришёл едкий запах, похожий на запах расплавленного металла, и крики членов гильдии. — А-а-а! Что это за твари?! Глаза Хан Сом-джин сверкнули. Что-то явно шло не так. Не медля ни секунды, она сорвалась с места. Роун и божественные звери ошеломлённо смотрели, как она исчезает, словно остаточное изображение. Всё равно потрясающе видеть это вживую. До регрессии он ни разу не видел, чтобы пробудившийся скоростного типа исчезал так чисто и быстро. В тот миг, когда она касалась тени, казалось, само её существование пропадало. — Дзик-дзик! Конджи, сидевший на фрагменте мастерской «Рубикс», раздувал нос. В воздухе стоял кисловатый запах — появился демонический зверь с кислотными свойствами. Если избегать кислоты, они не были особенно сильны. Хан Сом-джин справится. Её клинку даже не нужно было касаться кислоты, чтобы разрезать цель, так что она легко управится. Однако на спасение членов гильдии уже ушло время. Если она сначала зачистит тот участок и только потом пойдёт в зал босса, может быть слишком поздно. Хм, тогда с этим разберусь я… Роун улыбнулся. — Все, идём в зал босса. — Ня-аонг! — Хе-хе-хе… --- — Цуц-цуц-цуц-цуц. — Это пепельные жуки! Всем осторожно! Похожие на жуков насекомообразные демонические звери налетали, разбрызгивая кислотную жидкость. Твари, которых не было видно, когда они входили в эту зону, теперь ринулись роем, словно только и ждали, когда группа окажется в узком месте. — Веерное построение, по местам! Лысый танк, словно вырывая массивный тяжёлый щит из бетонной стены, призвал его и выкрикнул приказ. Члены гильдии рефлекторно заняли позиции. В центре стоял танк, за спиной была узкая стена, а маги и лучники разошлись веером; позади них целители и дальние бойцы держали длинные мечи и плазменные ружья. Защитный барьер немного смягчал урон от кислоты, но против непрерывного роя пепельных жуков этого было недостаточно. Неуклюже выпущенные из ещё не восстановившихся тел заклинания рассекали воздух, а тяжёлые удары мечей попадали лишь в пустой пол. Пепельные жуки даже протискивались в щели у щита и разбрызгивали кислоту, вызывая вторичный урон, который прожигал плоть охотников. — Чёрт… нас теснят низкоранговые демонические звери. На лбу лысого танка выступил пот. Он вращал тяжёлый щит, закрываясь от налетающих жуков, но взгляд его становился всё отчаяннее. Долго я не удержу. И в этот момент — — Скользь. Чёрная тень проскользнула сквозь рой. В мгновение ока строй пепельных жуков дрогнул. — Г-глава гильдии! — Отступайте! Можно было подумать, что демонических зверей крупнее резать сложнее, но размер не имел значения. Её кинжал мог рассечь тень одним скользящим касанием, даже не задевая саму цель. Хан Сом-джин подняла кинжал, и от его кончика вытянулся бледный луч света. Это был не свет, чтобы осветить врага, а свет, чтобы пробудить её собственную тень. Тень, растянувшаяся над полом как огромный меч, развернулась. Лезвие внутри тени рассекло скопившиеся силуэты пепельных жуков. — Шшик, хруст. В один миг летящие насекомые были разорваны. — Ш-ш-ш… Кислота стекала с их тел и въедалась в пол, но Хан Сом-джин изящно уклонялась от брызг. Однако возникла проблема. Она не могла наступать на расплавленный кислотой пол и была вынуждена искать другой путь. — Нет времени. Она бросила зелья членам гильдии, сидевшим на земле и сжимавшим руки. — Я пойду прямо в зал босса. Вы идите ко входу и ждите. Её голос, холоднее обычного, заставил танка и остальных членов гильдии глубоко опустить головы. — …Простите, глава гильдии. — Мы даже с этими пепельными жуками не справились… Они понимали, что времени на победу над боссом мало, и чувствовали себя виноватыми, что могут стать помехой. Танк заговорил решительно. Пусть остальные и слабее, но его железный щит мог помочь — именно они дольше всех продержались против москитных демонических зверей. — Глава гильдии, позвольте мне пойти с вами в зал босса. Благодаря тому алхимику у нас достаточно противоядий и зелий… — …Что? Слово «алхимик», произнесённое танком, внезапно напомнило Хан Сом-джин о Роуне. Чёрт, я оставила его позади! Когда они расходились, она сказала Роуну идти ко входу вместе с членами гильдии. Раз рядом не было его следов, значит, он ушёл куда-то один. Похоже, пепельные жуки прятались, избегая Токсичных игл, но теперь всё становилось серьёзно. Она оглянулась на путь, по которому пришла. В памяти мелькнуло беззаботное лицо Роуна и его маленькие питомцы. Нужно спешить! Она уже собиралась повернуться, оставив позади танка, который хотел пойти следом, когда — — Вииииинг! Между стенами протиснулся зловещий звук. — Ч-что…! — Э-этот звук… Он был пугающе похож на взмах крыльев москитных демонических зверей, недавно вселивших в них ужас. Члены гильдии застыли, высматривая источник звука в воздухе. Хан Сом-джин резко обвела взглядом тени в воздухе, но ничего не обнаружила. Это точно звук крыльев Токсичных игл. Она могла различать даже прозрачные тени Токсичных игл, и оттого происходящее казалось ещё более зловещим. И тогда — В щели стены она заметила застрявшую гротескную груду трупов. …Что это? Полупрозрачная плоть рвалась из панцирей и, как слизь, ползла через узкое пространство. Зеленоватая кожа, выпученные глаза и перепончатые лапы — всё это были тела демонических зверей, пепельных лягушек. — …Кажется, я поняла, почему пепельные жуки вдруг полезли роем. Они были естественными хищниками пепельных жуков и пепельных лягушек. Но теперь пепельные лягушки стали инкубаторами для Токсичных игл. Лицо Хан Сом-джин ожесточилось. Неудивительно, что демонических зверей почти не было видно… Неужели… они все стали носителями? Она резко вдохнула. Яйца Токсичных игл вылупляются примерно за три дня. Это совпадало с днём, когда открылся гейт. Если они начали использовать носителей с первого дня, многие яйца всё ещё не вылупились. — Глава гильдии! Но… что это такое?.. Члены гильдии, не знавшие их повадок, содрогнулись от разорванных тел, но Хан Сом-джин спокойно вдохнула и подняла кинжал. Времени на объяснения не было. Только что вылупившиеся Токсичные иглы, возможно, не пробьют толстую броню, но их число будет расти. Нужно было уничтожить хотя бы на одну больше прямо сейчас. Хан Сом-джин сосредоточилась на тенях существ. Едва заметные очертания мерцали, следуя за тёмными крупинками. — Шхк. В тот миг, когда она рассекла тень, бесчисленные полупрозрачные серые осколки рассыпались в воздухе. Даже на первый взгляд их были десятки, но этого было далеко недостаточно. Из щели в стене Токсичные иглы лились нескончаемым потоком. — Вииииинг! Сколько бы она ни резала, шум крыльев не стихал. Похоже, где-то в глубине подходили новые. Железный щит танка немного помогал, но беспорядочные заклинания и взмахи растерянных членов гильдии лишь усиливали хаос. …Так не выйдет. Потеряно слишком много времени. На бой с боссом уже не оставалось возможности. Она изменила план: уничтожить только Токсичных игл и тем самым свести урон к минимуму. Пока она их сдерживает, нужно как можно быстрее запросить подкрепление. — Я прорублю путь. Вы идите и запросите срочное подкрепление. — Глава гильдии, но…! Члены гильдии знали: это был её первый рейд после возвращения, её первая попытка покорить гейт. После славы в S-ранговых подземельях она собиралась отыскать свою семью. Позор редкого пробудившегося, который провалил обычное C-ранговое подземелье и допустил смерти, будет преследовать её всегда. — Идите и доложите о провале. Только так. Она на мгновение открыла путь. Если бы они упустили этот шанс, сама Хан Сом-джин оказалась бы в опасности, и потому члены гильдии, сдерживая всхлипы, побежали ко входу. — Вииииинг. Их шаги стихли. Пустое пространство заполнил лишь невидимый гул крыльев Токсичных игл. Хан Сом-джин решила не ждать и бить по только что вылупившимся особям. …Там. — Шррик! Её теневой кинжал снова и снова резал тени, ползущие по трупам. Жала новорождённых не пробивали её защитную ткань, поэтому она двигалась с невероятной скоростью. В таком темпе она, возможно, успеет найти все яйца Токсичных игл до того, как гейт рухнет. Но эта мысль продержалась недолго. — Укол. — …Кх! Она почувствовала резкую боль в плече. …Что только что произошло? Сквозь мутную пелену сознания проступили тени взрослых Токсичных игл. Проклятье, потеряла бдительность… Не почувствовать их совсем было глупой ошибкой, но ошибки в рейде необратимы. В этот миг она вспомнила Роуна и его маленьких питомцев. …Нужно убедиться, что они в безопасности. Они ведь не стали носителями? От этой мысли она закусила губу. Если я прямо сейчас срежу Токсичных игл, худшего сценария можно избежать. Время у неё ещё было. Но… они укусили меня. Дура. — Пух. Она удержала пошатнувшееся тело и вонзила кинжал в собственную тень. Технику «Фиксация тени», которую обычно применяла к демоническим зверям, она использовала на себе. Нога, куда вошёл кинжал, пульсировала болью, но именно эта боль едва удерживала её в сознании. По крайней мере, теперь она не уйдёт куда-то прятаться, чтобы стать носителем и умереть жалкой смертью. — Вииииинг! Она взмахнула руками по Токсичным иглам, слетавшимся к ней. Если уж умирать, она будет резать их, пока сможет опускать кинжал. Хан Сом-джин с детства была именно таким ребёнком. Даже когда её называли тёмным магом из-за пробуждения тёмного атрибута. Даже когда все её игнорировали, она яростно выживала. И закончить имя и честь, которые она сохранила, теперь, в родном краю, куда вернулась… Её мечта всей жизни была простой: снова попробовать кимчхи-тиге и чхонгукчан, тёплый стол и обычную жизнь. Даже такое скромное желание мне не позволено. — Вииииинг. Бесконечный шум крыльев. Она не видела их, но чувствовала. Рой Токсичных игл, нашедший идеального носителя, бешено носился вокруг. Она прижалась спиной к стене и села. Я не хочу быть носителем, но хотя бы умру на родине… Она выдохнула, словно утешая себя. И в тот миг, когда сознание начало гаснуть, — — Др-р-р-р! Земля резко содрогнулась. Демоническая энергия внутри гейта раскололась и рассеялась. Оглушительный до этого гул крыльев оборвался, будто всё было ложью. Токсичные иглы, внезапно лишившиеся сил, падали, как прозрачные обломки, и тихо кружились, словно снег. Кто-то… должно быть, разобрался с боссом… Сквозь мутнеющее зрение она смотрела на прозрачные фрагменты, сыпавшиеся с неба. Не веря сама себе, она подумала только об одном лице. Неужели… он?.. Едва удерживая сознание, она проглотила последнее противоядие, но веки уже тяжелели. На её чёрной форме накапливались сверкающие фрагменты Токсичных игл. ---------- Сбор насекомых (3) — Тат-тат, тат-тат! — Паф-пап! Каждый раз, когда прозрачные крылья ударялись о защитный барьер мастерской, во все стороны сыпались мелкие искры. Роун и малыши-божественные звери заворожённо смотрели на это зрелище. За барьером время от времени вспыхивали серые глаза, полные бесконечной жадности к добыче. Роун добавил Зелье Малой искры в опции защитного барьера. Король Токсичных игл, хотя его тело постепенно обугливалось, без колебаний снова и снова бросался вперёд. Вскоре… — Пап-пат, треск! Король Токсичных игл рухнул на пол. [Система] Получен побочный продукт Короля Токсичных игл — «Большое жало». [Система] …Получен яйцевой мешок. Яйцевой мешок? Опешив от неожиданного побочного продукта, Роун быстро заглянул внутрь фрагментов мастерской «Рубикс». В поле зрения попал мешок, набитый прозрачными яйцами, похожими на хрустальные шарики. . . . [Система] Извлекается ветровой яд Токсичной иглы. [Система] Извлекается кристальный экстракт. [Система] Извлекается энергия ветрового атрибута. От одного за другим новых экстрактов глаза Роуна расширились. Как в Короле Токсичных игл вообще оказался ветровой яд? Ветровой яд — паралитический токсин, который стремительно распространяется по воздуху и ветру; обычно им обладают демонические звери первого класса. Но боссовый демонический зверь, выделенный как особый из-за ментального яда, содержал ещё и совершенно другой тип токсина. Это тоже особенность мутировавшего демонического зверя? По способу передачи ветровой яд похож на Беллато Арома, но Беллато распространяется медленно и оставляет время на противоядие. А вот ветровой яд действует мгновенно, так что времени уже не остаётся. Не будь защитного барьера мастерской, группа Роуна постепенно окоченела бы, даже не поняв, что заражена. От этой мысли у него по спине пробежал холодок. — Тат-тат! Роун думал сэкономить репеллент, но, глядя на мерзкое упорство Короля Токсичных игл, который всё без конца бросался вперёд, окончательно пресытился. — Мерзость какая. Даже огненная моль так себя не ведёт. Как раз когда он собирался распылить репеллент, Король Токсичных игл с глухим стуком рухнул. Крылья у него обгорели, но ветровой яд, жала и кристальный экстракт уже были получены, так что добычи хватало. К тому же до закрытия гейта ещё оставалось время. Роун вспомнил о рудной жиле, которую отметил Торан. — Тогда пойдём добывать руду? Услышав это, Соль, любившая всё блестящее, вскочила на Сову Соль. — Мяу! — Да, Соль, веди. --- Роун старательно шёл за Тораном и Соль. Суранг бежал медленно, осторожно, чтобы не лопнула капля с Ёнхо, а Конджи летел над мастерской «Рубикс» и по дороге разгрызал орехи. Влажный воздух становился всё тяжелее, и где-то эхом разносился звук падающих капель. Вскоре пол пещеры сменился известняком. — Хе-хе-хе… Ёнхо, кажется, место понравилось: он легко летал между сталактитами, выросшими, словно сосульки. — Кап, кап. От падающих капель исходила странно яркая энергия. Каждый раз, отправляясь в рейд, Роун не переставал удивляться тому, что в местах, полных демонических зверей, встречались самоцветы, наполненные духовной энергией. Особенно если вспомнить, что травы горы Нокма едва могли выживать в местах обитания демонических зверей, это казалось ещё удивительнее. И тут на влажной стене пещеры его взгляд зацепился за блеск. Что-то неровно двигалось по стене. А? Это же… Круглый выпуклый панцирь испускал слабое сияние. Те самые, которых я видел в справочнике демонических зверей. Шайнкриты, которых ещё называют лунными жуками, — минеральные насекомые, питающиеся магической рудой. Их выделения дают высокочистую кристаллическую руду, пусть и в очень малом количестве. Если популяция разрастётся, они станут без разбора грызть руду, насыщенную духовной энергией, уничтожая препятствия, подавляющие распространение яда и демонической энергии; иронично, но этим они помогают демоническим зверям. Яда у них не было, а использовать их можно было как ингредиент. — Соберём их. — Мяу! Роун ожидал, что малыши, как обычно, мгновенно обездвижат насекомых, но странно — в этот раз они не бросились вперёд. Возможно, потому что эти существа отличались от всех демонических зверей, которых они видели раньше, малыши с любопытством разглядывали блестящих насекомых. После короткого наблюдения они, кажется, всё же решили, что это демонические звери, и стали прижимать каждого передними лапами, оглушая. Соль не сразу собирала оглушённых: она внимательно смотрела на них и ещё раз прижимала лапой, проверяя, двигаются ли они. [Система] Собирается шайнкрит. Мастерская «Рубикс» автоматически разобрала и сохранила лунных жуков. Когда Роун заглянул в хранилище, бесполезные части вроде лапок исчезли, и там аккуратно лежали только полусферические сверкающие тела. Немного позже Роун поручил Конджи, обладавшему способностью восприятия, искать руду высокого качества. — Низкосортные минералы не собирай. После нескольких попыток сбора он понял, что без собственных рук не обойтись. Минералы не были живыми существами, поэтому мастерская «Рубикс» не поглощала их автоматически, а для разделения или извлечения требовались дополнительные материалы вроде нейтрализаторов. С самого начала выбрать и собрать как следует было проще, чем возиться со случайно набранным хламом. К счастью, благодаря Конджи поиск качественной руды занял недолго. [Система] Получен аквелит. . . . Возможно, из-за влажности подземелья здесь было много магических камней земляного и водного атрибутов, а иногда попадались особые камни с собственными названиями. — Пи-пи! Конджи выскочил между рудными кусками. Его короткий высокий писк явно означал, что он что-то обнаружил. Ну, скорее всего, просто руда высокого ранга. Роун не стал отдельно ковырять каждый кусок руды: он собирал всё фрагментами мастерской «Рубикс» и, работая, сдвигал содержимое хранилища в сторону. Земля была рыхлой, и если сдвинуть всё разом, мог случиться обвал. Так выходило медленнее, зато выбирать руду высокого качества было проще. Однако по мере раскопки магических камней становилось меньше, и среди них начала попадаться чёрная земля. Что это за чёрная почва? Демонической энергии и яда в ней вроде не было, но чёрная земля, похороненная среди духовной энергии, выглядела странно. Ещё немного покопав, он увидел особенно гладкую синюю руду. Даже открытая часть излучала тонкую энергию, словно её намеренно туда вделали. Стоило Роуну коснуться её рукой, как тепло ушло прочь. Ощущение было неприятным — будто поток духовной энергии перерезали. Что за…? Не могу собрать. Раз мастерская «Рубикс» не распознавала её как объект для сбора, это, вероятно, был обработанный самоцвет или артефакт. Роун потянул изо всех сил, но камень сидел слишком глубоко и не сдвинулся. Судя по тому, что даже магия малышей не подействовала, кто-то мог сделать его неприкосновенным. В этот момент воздух в подземелье стал редеть, и в горле сдавило: признак того, что гейт скоро закроется. Оставить как есть?.. Но экспериментаторский дух алхимика не давал ему уйти. Роун на мгновение замялся, затем достал кое-что из мастерской «Рубикс». Точно, вот оно. Нить пожирания Сильвенуса. Он вспомнил, как чёрно-красная сфера, обронённая подозрительным человеком на ночном рынке, была поглощена, когда он обмотал её этой нитью. Роун поспешно взял тонкую чисто-белую нить и обмотал выступающий самоцвет. Открытая поверхность была узкой, поэтому он нажимал кончиками пальцев и наматывал как можно плотнее. Затем на поверхности появились трещины, и она постепенно начала искажаться. Чёрная магическая оболочка вокруг самоцвета медленно раскололась, словно сбрасывая кожу. Из-под неё тонкими прожилками потёк загадочный синий свет. Так и знал, он был запечатан. — Вспышка. Мощный свет на мгновение вспыхнул и полностью впитался в Нить пожирания. Когда сияние погасло и нить сняли, самоцвет, ещё недавно яркий, исчез; остался только тусклый камень, какой можно найти у дороги. Ни энергии, ни остаточного тепла. Осталась пустота, будто смотришь на сгоревшую золу. Даже для нити демонического зверя первого класса вся эта мощная духовная энергия, вероятно, была ей не по силам. Жаль, что вытащить не получилось. С лёгким сожалением Роун убрал Нить пожирания в мастерскую. И тут… [Система] Получен экстракт эссенции Вехи. Пока Роун недоумевал из-за незнакомого экстракта, он услышал крик Конджи. Повернув голову, он увидел, что тот летит прямо перед ним вдоль фрагментов мастерской. — Пи-пи! Казалось, малыш вытащил из мастерской игрушечную коробку и победно поднял её над головой. — Что такое, уже заскучал? После покупки на ночном рынке Роун ни разу не обращал на неё внимания — так почему именно сейчас? Когда он машинально взял коробку, появилось ещё одно сообщение. [Система] Вы изучили рецепт наделения «Коробки вехи». [Рецепт] Коробка вехи ― Тёмный экстракт 2 мл ― Нейтрализатор маны 10 мл ― Коробка, насыщенная пространственной эссенцией Роун замялся, а Конджи уже отчаянно махал лапками, будто подгоняя его: скорее сделай. — Ладно. Сделаем по дороге. Роун собрал малышей, увлёкшихся сбором лунных жуков, и Ёнхо, а затем быстро выполнил наделение при помощи материалов. [Система] Коробка вехи завершена. Когда Роун протянул её Конджи, коробка, как привязанные игрушки малышей, плавно слилась с ним. [Статус] Имя: Конджи Особенность: Пространство Божественная сила: B-ранг ◇ Фрагменты «Рубикса»: 2 Артефакт во владении — Коробка вехи [Привязано] Если положить в эту коробку семена, они резонируют со способностью Конджи. Когда такие резонирующие семена высажены в определённом месте, можно запомнить положение этого места и его поток. 一. Ближнее перемещение, уровень 2 Сжимает расстояние в пределах 100 см и позволяет мгновенно переместиться. 二. Фазовый проход, уровень 2 Позволяет проходить сквозь предметы или стены толщиной до 20 см. 三. Подпространственный карман Предметы, помещённые в карман, можно хранить в заданном месте. Став привязанным предметом, Коробка вехи повысила ранг божественной силы Конджи и улучшила его способности. — Пи! Пи! Теперь у него был привязанный предмет и два фрагмента для игры; Конджи радостно летал туда-сюда между ними. — Украденные травы туда не клади, пользуйся чисто. Роун крепко прижал голову Конджи пальцем. Но, возможно, из-за того что он коснулся самоцвета, вделанного в землю, воздушные волны искажались быстрее, чем ожидалось. Окрестности постепенно становились прозрачными. Если гейт закроется, они могли оказаться в мире, кишащем зверями, или вовсе исчезнуть — никто не знал. — Так не пойдёт. Уходим! Роун уже собирался сорваться с места, но вдруг резко остановился. Он вызвал мотоцикл, хранившийся во фрагменте комнаты отдыха, и запихнул малышей, Конджи и Ёнхо в дорожную сумку. — Мяу?! — Головы не высовывать, держитесь крепко! К счастью, мотоцикл завёлся с первой попытки. Он изо всех сил выкрутил ручку газа. — Вру-у-ум! Рёв двигателя бешено разнёсся по всему подземелью. Неровная земля давала такие удары, что защитный щит мастерской «Рубикс» включился автоматически. — Ня-а-а-а-анг! — Беги, котик! Из сумки доносились непонятные вопли малышей, но Роун смотрел только вперёд и мчался дальше. Сквозь расплывающийся пейзаж впереди постепенно сузился вход в гейт. В этот момент Соль, словно почувствовав спешку Роуна, создала порыв ветра и помогла ускориться. — Фу-у-ух! Наконец вход сузился настолько, что через него мог пройти только один человек. Мотоцикл скользнул к последней щели. — Уо-а-а! Перед самым закрытием гейта они едва успели проскочить через мимолётный просвет. Воздух изменившейся Земли хлестнул Роуна по лицу, как кнут. И как раз когда ощущение возвращения домой должно было электрическим разрядом пройти по всему телу, мотоцикл во что-то врезался и подпрыгнул. — Лязг! Казалось, его подбросило в воздух; гравитация исчезла. Роун в воздухе выкрутил руль, пытаясь восстановить равновесие. Малыши, Конджи и Ёнхо разом вылетели из сумки. Они несколько раз трепыхнулись в воздухе и один за другим снова попадали в сумку. Хотя могли бы полететь сами, почему-то инстинктивно вернулись именно туда. — Скри-и-и-ич! Тяжёлый, глухой мотоцикл описал полукруг и приземлился, шумно скребя землю, прежде чем наконец остановился. — Фух, успели. Роун выдохнул и поднял голову. На него были устремлены десятки потрясённых глаз. Впереди стояла крупная фигура танкового типа. Он держал бетонный щит размером почти с себя, и на щите отчётливо отпечатались следы колеса мотоцикла Роуна. Увидев эти следы, Роун неловко улыбнулся. В этот момент кто-то подбежал к нему сбоку — с покрасневшими глазами, тяжело переводя дыхание. И глубоким, переполненным чувствами голосом выкрикнул: — …Мастер мастерской! — Мяу! Это был не кто иной, как Бэк Ин-хо, ушедший в защищённую зону на собрание. ---------- Вечерняя примула Роун неловко посмотрел на лицо Бэк Ин-хо, который вот-вот готов был расплакаться. — Я не умер. — Мяу! — Писк! Конджи, малыши и Ёнхо вдруг выскочили из сумки Роуна, словно заявляя, что с ними тоже всё в полном порядке. При виде божественных зверей и спокойного тона Роуна слёзы, уже готовые хлынуть из глаз Бэк Ин-хо, быстро отступили. Сзади к ним, прихрамывая на одну ногу, подошла Хан Сом-джин. Она открыла рот, будто хотела сказать многое, но снова его закрыла. Она не сомневалась, что босса победил Роун, но вокруг было слишком много людей, и Хан Сом-джин сдержалась. Если он был редким обладателем способности вроде неё... Тем более он с самого начала пошёл с ними под предлогом сбора материалов, так что, возможно, не хотел раскрывать это. В этот момент, почувствовав тихий взгляд, Роун повернул голову. Его глаза встретились с глазами отца, Ли Хак-су. ...А? Для отца, чей сын чуть не оказался заперт в гейте, он выглядел странно бодрым. Седых прядей на лбу будто стало меньше, кожа тоже казалась глаже... почему он так помолодел? — Все ели? Ли Хак-су с мягкой улыбкой оглядел собравшихся и спросил. — ... Сразу никто не ответил, но стоило прозвучать слову «еда», как то тут, то там заурчали животы. Через некоторое время Ли Хак-су пригласил Бэк Ин-хо и членов гильдии «Сентинел» к ним домой. Бэк Ин-хо, уже несколько раз бывавший у Роуна, направился прямо на кухню, словно к себе. — Матушка, могу чем-нибудь помочь? Госпожа Сон Су-хи лучезарно улыбнулась ему. Вскоре во дворе на деревянном настиле поставили два больших обеденных стола. Роун носил рис и похлёбку, а Бэк Ин-хо раскладывал приборы. Тем временем члены гильдии «Сентинел» играли с малышами, размахивая удочками, которые непонятно откуда раздобыли. Конджи набивал защёчные мешки разными орехами, вяленым мясом и конфетами — аварийными пайками, которые охотники носили при себе, — и люди, похлопывая его по пухлому животу, разражались смехом. Ёнхо пользовался не меньшей популярностью. Когда члены гильдии «Сентинел» видели, как Ёнхо плавает внутри капли воды и моргает чёрными глазами, они от восторга притопывали ногами. — У нас тут ничего особенного, но ешьте как следует. Сон Су-хи и Ли Хак-су вынесли разные закуски и похлёбки. Стоило по двору разлиться мягкому аромату, как голод стал ещё сильнее. — ...Боже правый! Еда, о которой она только мечтала, теперь лежала прямо перед глазами. Хан Сом-джин восхищённо воскликнула. Приправленная зелень из редких лекарственных трав и тофу из лекарственных бобов. Листья салата и периллы, полные духовной энергии. Даже чхонгукчан, который она ела в детстве! А вдобавок ещё и варёное мясо Серпенса, из которого полностью вывели демоническую энергию. Насыщенный и душистый запах чхонгукчана, по которому она давно тосковала, защекотал нос. Хан Сом-джин зачерпнула ложку горячей охристой похлёбки и с шумом втянула её в рот. Вкус был глубже, чем у похлёбки на твендяне, но при этом не солёный, а скорее сладковато-ореховый, так что рука сама тянулась за следующей ложкой. ...На вкус как у мамы, когда я была маленькой. Нет, даже лучше. В конце концов она щедро смешала чхонгукчан с рисом и добавила туда всевозможные лекарственные травы. — Ох, эта молодая госпожа и правда знает, как правильно есть чхонгукчан. Сон Су-хи и Ли Хак-су улыбались, наблюдая, как она энергично перемешивает и ест. Вслед за Хан Сом-джин остальные тоже стали смешивать зелень и лекарственные травы, делая пибимпап. Чхонгукчан и закуски исчезли в мгновение ока. Когда миски с рисом уже опустели, Сон Су-хи вынесла жареные снеки из лунных жуков, которых поймал Роун. Горчично-жёлтые снеки хрустели, как рисовые крекеры, и обладали лёгкой сладостью. — Ух ты, разве это не премиальный продукт? Первый укус — хруст, а следом во рту расходился орехово-сладкий вкус. На лицах у всех появились улыбки, словно они окончательно расслабились. Малыши шумно хрустели снеками, Конджи понемногу обгрызал их с краёв, а Ёнхо медленно растворял свой снек внутри капли воды и так ел. --- Когда еда и десерт закончились, Хан Сом-джин заговорила: — Когда мы встретились впервые, речь шла о том демоническом звере москитного типа. Помните, говорили, что он впервые появился неподалёку от деревни Мотмори? Если судить по предполагаемому маршруту появления, казалось вероятным, что Токсичные иглы пришли со Снежной горы, но демонические звери насекомого типа обычно долго не выдерживали в холодных местах вроде снежных гор. Пока Роун размышлял о других возможных точках появления, рядом заговорил Бэк Ин-хо: — Придётся ехать и проверять на месте. Он мог бы отправить сотрудников, но, похоже, не собирался этого делать. Глядя на Бэк Ин-хо, Хан Сом-джин вопросительно покосилась на Роуна: кто это? Сообразительный Бэк Ин-хо представился сам. — Прошу прощения за позднее представление, глава гильдии «Сентинел». Я Бэк Ин-хо, охотник, отвечающий за район горы Нокма, и руководитель службы безопасности при секретариате. Увидев его добродушный и безобидный вид, Хан Сом-джин ослабила настороженность и поделилась всей информацией, которую узнала, обследуя район появления Токсичных игл. — Несколько жителей деревни Мотмори пропали. Мы думали, что их укусили и утащили демонические звери, но раз они исчезли внезапно, вероятнее всего, их ужалили Токсичные иглы. Роун, который и не думал, что даже у мутировавшего демонического зверя могут быть разные повадки, внутренне удивился. Тогда получается, правда, что они впервые появились на Снежной горе? — Нужно как можно скорее найти пропавших. Но что делать? Стоит пройти чуть дальше деревни Мотмори, и местность отрезана снегом, так что, наверное, наши поиски будут сильно ограничены. Бэк Ин-хо заранее изучил особенности Токсичных игл и тоже знал, что происходит после укуса. — Даже если мы их найдём, неизвестно, подействует ли противоядие. Яйца, отложенные в теле носителя, вылупляются примерно за неделю, так что времени впритык. Разве они не должны были принять противоядие хотя бы несколько дней назад? Хан Сом-джин говорила с серьёзным лицом. О специальном противоядии Роуна против Токсичных игл она ничего не знала. — Тогда выезжаем немедленно. Босс, подготовьте противоядие! Если её слова были правдой, могло быть уже слишком поздно, но Бэк Ин-хо поднялся с места без малейшего колебания. Роун молча смотрел на него. Это могло быть опасно, а он так безрассудно бросался вперёд. Роун счёл достойным уважения то, что Бэк Ин-хо, похоже, готов был рискнуть собой ради защиты деревни Нокма, но вместе с тем это казалось немного чрезмерным. Вскоре Хан Сом-джин и члены гильдии «Сентинел» тоже поднялись. Вероятно, им нужно было многое доложить о рейде и заняться другими делами. — Мы тогда пойдём первыми. И... сегодняшняя еда была по-настоящему тёплой. Хан Сом-джин виновато улыбнулась Роуну и Бэк Ин-хо, потому что не могла отправиться вместе с ними, а затем вежливо поклонилась Ли Хак-су и Сон Су-хи. — Ох, я ещё не видела такой красивой барышни — главы гильдии. Обязательно приходите ещё. Сон Су-хи говорила с ней особенно тепло. Почему-то температура её взгляда отличалась от той, с какой она смотрела на собственного сына. — А, точно. Подождите минутку. Словно что-то вспомнив, Роун побежал в мастерскую. Вскоре он вернулся, держа длинный футляр для игл. Внутри густо торчали иглы толщиной с волос. Это были Иглы Тёмного когтя, изготовленные методом зачарования. — Я сделал несколько от скуки. Если нужны, берите. Они тёмного атрибута, так что я подумал, что вы, возможно, сможете ими пользоваться. Стоило Хан Сом-джин рассеянно принять футляр и заглянуть внутрь, кончики её пальцев слегка дрогнули. ...Это. Одним из её навыков тёмного атрибута была [Фиксация тени]. Причина, по которой она не могла использовать его как следует, заключалась в отсутствии инструмента, совместимого с редким тёмным атрибутом. В экстренных случаях она бросала кинжал, но это было её единственное оружие, так что пользоваться им так просто было невозможно. А аура, исходившая от футляра с иглами, несомненно — идеально подходила её атрибуту. Подавив поднимающиеся эмоции, она спокойно спросила: — ...Сколько я должна заплатить? — Я просто отдаю. Их немного, так что не чувствуйте себя обязанной. Благодаря вам я смог собрать лунных жуков. Продать их всё равно не получилось бы, ведь это предметы особого атрибута, да и сделал он их только как эксперимент, поэтому Роун и не собирался брать деньги. Одного того, что удалось справиться с такой сложной техникой зачарования, было достаточно. Он говорил это, похрустывая лунным снеком. Её взгляд дрогнул. Как он может отдавать такой ценный артефакт, ничего не прося взамен? Может, у него есть какой-то другой зловещий мотив? Например, просьба об убийстве... За границей она получала такие тайные предложения, но всегда холодно их отвергала. Но разве его родители тоже не предложили еду без всякой платы человеку, которого только что встретили? Он вырос у таких родителей. Эта простая теплота казалась непривычной — и почему-то пугающей. Немного поколебавшись, она будто собралась с духом и холодно сказала: — Я не люблю брать вещи бесплатно. Я что-нибудь сделаю взамен. Ах, построю вам дом. Или вместо этого мотоцикла — не нужна ли вам зачарованная магией машина? Если нет, могу купить квартиру в защищённом районе... Роун некоторое время смотрел на Хан Сом-джин, а потом пожал плечами. — Дом мне не нужен. Просто оставьте отзыв, когда испытаете их. В гильдейском мессенджере. — ... После ухода людей из гильдии «Сентинел» на притихшем деревянном настиле остались только Роун и Бэк Ин-хо. Сидя на настиле, Бэк Ин-хо с любопытством смотрел на Ёнхо, которого вот так видел впервые. — Если я лопну эту каплю воды, это будет большая проблема, да? — Мяу! Когда Суранг преградил путь к Ёнхо, Бэк Ин-хо виновато улыбнулся. — Новости о том, что открылся гейт, ты получил довольно поздно, верно? От слов Роуна лицо Бэк Ин-хо потемнело. Он проигнорировал предложение закончить тренировку и помчался вниз сразу, как только услышал новости о гейте. — Да. Видимо, ситуация была недостаточно серьёзной, чтобы дойти до Управления охотников защищённого района. Тем людям нет дела до отдалённых мест вроде этого. Роун кивнул с равнодушным видом, будто и ожидал чего-то подобного. Скорее всего, политика властей заключалась не в том, чтобы охранять одну опасную зону, а в том, чтобы сосредоточиться на местах, которые они действительно способны защитить. — Простите, босс. Из-за того, что я приехал так поздно... вы чуть не оказались заперты в гейте... Роун махнул рукой. — Ты за всё извиняешься. Кто услышит, подумает, что деревню Нокма защищаешь ты один. Даже если бы ты пришёл раньше, ситуация была бы такой же. Даже если бы руководитель службы безопасности носил меч серебряного атрибута, Токсичные иглы не так просты. Тебя бы ужалили раньше, чем ты успел бы им взмахнуть. В этот момент малыши, глядя на Бэк Ин-хо, громко закричали. — Мяу! — Их нельзя резать! — Их надо вырубать. Но языка божественных зверей никто не понимал. Бэк Ин-хо, опустив взгляд на малышей, почему-то снова ярко улыбнулся и сказал: — ...Если подумать, босс, эти ребята тоже были рядом с вами. Они говорят, что всё было нормально, потому что они были здесь. Ха-ха, но всё равно на этот раз правда было близко. В его словах смешались облегчение и извинение, и Роун протянул ему заранее подготовленный флакон Серебряной кровяной воды. — Это лечебное зелье. Потрясённый Бэк Ин-хо растерянно посмотрел на Роуна. Не подавитель, а лечебное зелье. Если это правда, оно было ничем не хуже спасения жизни. — Оно хорошо подействует. Я сам его сделал. — ...Конечно подействует. Огромное спасибо. На серьёзную реакцию Бэк Ин-хо Роун едва заметно улыбнулся. Спустя некоторое время Бэк Ин-хо ушёл, договорившись на следующий день вместе с Роуном отправиться к Снежной горе. Сначала Роун планировал идти один, но с умением Бэк Ин-хо обнаруживать демонический яд всё должно было стать гораздо проще. Когда Роун, наслаждаясь отдыхом, растянулся на настиле, появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Запретный рецепт открыт. [Рецепт] Эссенция освобождения — 5 корней Белого лотоса — 5 мл регенерационного экстракта — 10 мл Мощной воды жизни — 50 мл Эссенции жадности — 2 мл ядра Багрового сердца — 1 плод цветка Багрового лотоса — 2 г порошка Лумимоса А? Это только что открылось. Но ингредиенты были до абсурда труднодоступными. Нет, возможно, даже невозможными. И без того было трудно заставить цветок распуститься, а тут он ещё должен был дать плод. А порошок Лумимоса? Разве это не вещество из вымершего демонического зверя? Даже если он каким-то образом заставит себя собрать ингредиенты, использовать это прямо сейчас было негде, да и продать было бы трудно. Роун решил думать проще. Ну, особой причины делать это у меня всё равно нет. И тут он заметил, что Ли Хак-су с мотыгой в руке направляется к заднему двору. Роун вскочил и окликнул его: — Отец, ты говорил, что собирался посадить семена Беллато Арома. Как с ними? — Хорошо растут на горе Нокма. — А? Правда? Роуну было немного трудно в это поверить. Он и так думал, что отец, должно быть, хорошо умеет выращивать травы, раз ловко растит всё, даже если ранг низкий. Но даже если из семян вытянули всю демоническую энергию, он не ожидал, что тот успешно вырастит семена Беллато Арома — цветов демонических зверей. — Помнишь полынь, которую я сорвал недавно? Она тоже выросла из семян Беллато Арома. Глаза Роуна восхищённо заблестели. Тогда он незаметно достал кое-что из кармана и показал. — А тогда, отец, как думаешь, эти ты тоже сможешь вырастить...? Это были семена Багрового лотоса. — Вырастить их нетрудно. Однако их свойства могут меняться в зависимости от среды, где они растут, так что я не могу сказать, какими они получатся. — Чом-сун сказала, что это последние семена. — Хм, вот как? Не переживай, я не дам им погибнуть. Затем Роун рассказал и о привязанной коробке Конджи. Он спросил совета, что стоит посадить в Коробке вехи. — Почему ты об этом беспокоишься? Я могу дать сколько угодно семян, но пусть Конджи сам решает, что посадить. — Конджи? Если подумать, привязанная коробка принадлежала Конджи. Роуну стало неловко от мысли, что он пытался сделать за него то, что тот мог решить сам. Ли Хак-су дёрнул бровями и протянул Конджи мешочек с семенами. — Вот, Конджи. Что хочешь посадить? Выбери любые семена, какие понравятся. — Писк! Конджи нырнул в мешочек, словно в воду. Он довольно долго набивал щёки, но всё равно не останавливался. Мешочек с семенами всё уменьшался, а Ли Хак-су только тихо улыбался. Мне его остановить? Его защёчные мешки были почти как подпространство: туда могло помещаться бесконечно много всего. Спустя какое-то время Конджи выбрался наружу с раздутыми щеками. — Если не хватит, скажи ещё. Раз уж делаем, надо посадить хорошие семена. Ли Хак-су сказал это, глядя на Конджи сверху вниз, и Конджи удовлетворённо кивнул. Роун слегка улыбнулся и повернулся к входным воротам. — ...Я быстро пройдусь по деревне. Токсичные иглы появились в деревне ещё до открытия гейта. Он не знал, по какой случайности они залетели именно к ним во двор, но, вероятно, это была последняя группа. Если бы в маленькой деревне Нокма пропали люди, об этом уже пошли бы новости. И всё же могли остаться тела, использованные как носители, поэтому Роун решил оглядеться. Хотя солнце уже садилось, вечерний воздух ещё не остыл. Похоже, погода стала теплее; возможно, приближалось лето. Роун проходил мимо пустого дома, где прежде жили господин Бон-сик и Чом-сун. Вдруг он вспомнил заплаканное лицо Чом-сун, стоявшей среди Багрового лотоса и демонических растений, которые она вырастила. Она даже вырастила первоклассное человекоядное демоническое растение, чтобы защитить Багровый лотос. Ему было её жаль, но, когда он вспомнил, что всё это росло прямо в середине деревни, его почему-то передёрнуло. А ведь она была совсем маленькой девочкой. Та маленькая и хрупкая девочка, которая выглядела так, будто могла переломиться пополам, пробудилась — и именно как культиватор демонических растений. С горьким чувством он заглянул в пустой дом. Но почему-то вместо ожидаемой жути там всё было наполнено жизненной силой жёлтых цветочных бутонов. ...Отец и здесь посадил Беллато Арома? Хотя Роун мало разбирался в земных цветах, он сразу понял: эти цветы посадил его отец, Ли Хак-су. Он подумал зайти внутрь и посмотреть, но ничего особенно странного не заметил и повернул назад. Когда вскоре он вернулся домой, за играющими во дворе малышами к нему прибежали Ёнхо, Конджи и Суранг. — Мяу! — Мы расстались всего на несколько минут. Вы настолько рады меня видеть? Роун погладил их по головам и вошёл внутрь. В гостиной Ли Хак-су перебирал ростки сои. — Отец. В пустом доме впереди... ты посадил цветы. — А, эти жёлтые? Дом так долго стоял пустым, что выглядел так, будто там вот-вот призрак появится, вот я и посадил немного по настроению. До горы далековато ходить и сажать. Ли Хак-су всегда хорошо умел придумывать правдоподобные отговорки. Хотя на самом деле ему просто не нравилось видеть, как дом старого друга приходит в упадок. Роун фыркнул с улыбкой. — Что это за цветы? На вопрос сына Ли Хак-су ненадолго задумался и ответил: — Вечерние примулы. --- В это время, когда красный закатный свет издалека окутывал деревню Нокма, мужчина с тяжёлым пластиковым тубусом сел в автобус, направлявшийся в деревню. Внутри тубуса вроде бы что-то было, но оно было плотно обмотано полупрозрачной белой тканью, и понять, что именно, было невозможно. Однако, если присмотреться, внутри прозрачного тубуса можно было увидеть что-то вроде мерцающих вертикальных линий, дрожащих так, словно они живые. — Что это? Такие вещи надо класть в багажное отделение. Водитель автобуса спросил молодого мужчину с недовольным видом. — Если то, что внутри, выскочит, у вас будут неприятности, господин. Безопаснее, если я понесу это сам, так что прошу понять. Мужчина говорил мягко, но в голосе звучала твёрдость. Прижимая пластиковый тубус к себе, словно обнимая, он направился к самому заднему сиденью. Почувствовав смутное беспокойство, водитель уже хотел что-то сказать, но остановился. Поняв, что пассажиров немного, он решил всё-таки трогаться. — Если уронишь и разобьёшь, я тут ни при чём. Не требуй с меня компенсацию! Когда автобус тронулся, мужчина осторожно положил тубус себе на колени. За окном краснел закат начала лета, но его глаза были прикованы только к тубусу. Он погладил его рукой и прошептал: — Потерпи ещё немного. Мы едем в единственный в этом мире ресторан. От его слов что-то внутри тубуса едва заметно дрогнуло. ---------- К Снежной горе (1) Перед сном капля воды, окутывавшая Ёнхо, вдруг лопнула. — ……! Малыши и Конджи одновременно повернули головы к Ёнхо. Ёнхо, теперь уже выросший размером с мизинец, парил в воздухе без водяной капли Суранга. На его плечах проклёвывались косточки крыльев величиной с ноготь. — Хе-хе… Ёнхо, игравший с новой каплей воды, которую Суранг сделал для него, снова нырнул внутрь, словно всё ещё не мог полностью покинуть воду. — Уф, напугал. У Роуна сердце ушло в пятки, когда капля лопнула, но, глядя, как Ёнхо кувыркается внутри водяной капли, он легко улыбнулся. Надеюсь, Ёнхо и малыши поскорее станут взрослыми. Роун уже собирался закрыть окно, но поднял глаза к ночному небу. Наверное, из-за низко нависших облаков лунный свет был тусклым. Звёзды едва виднелись. Если завтра идти на Снежную гору, надо лечь пораньше. Когда Роун улёгся, малыши и Конджи собрались у его подушки. Мысль о том, что вокруг деревни Нокма кризисы только множатся, мешала ему заснуть. Сколько ни закрывай одну проблему, тут же возникают новые. Почему до регрессии о существовании Токсичных игл ничего не было известно? Вскоре после того как гору Нокма взяли под контроль, её разъела демоническая энергия. Тогда о Токсичных иглах знали лишь то, что, выпустив жало, они вскоре умирают и что личиночной стадии у них нет. Нет, точнее, они вырастают сразу внутри яйца. Если бы они использовали людей как хозяев, то расплодились бы в бесчисленном количестве. Но тогда почему… Они исчезли без следа? Вопрос цеплялся за вопрос. Роун, решив, что так вообще не уснёт, ворочался с боку на бок. А потом вдруг, прислонившись к мягкой шерсти малышей, незаметно провалился в сон. --- — Ох, какие красивые. Вам так идёт. Сон Су-хи старательно повязывала малышам шарфы. Услышав, что они собираются на Снежную гору, госпожа Сон поспешила в универсальный магазин и купила их. — Когда я сказала продавщице, что это для малышей, она столько всего добавила в подарок. Я подбирала под цвет глаз этих крошек. — Зачем вообще было покупать такое? Роун смотрел, как Суранг и Соль мотают шеями туда-сюда, уже обмотанными шарфами. — Привыкнут — и всё будет хорошо. Видишь, Торан же сидит спокойно. — Ай, да сними уже. Когда Роун попытался потянуть за шарф, Сон Су-хи шлёпнула сына по руке и сверкнула на него глазами. — Ах ты негодник, злой начальник. Ты знаешь, что это за место — Снежная гора? И хочешь тащить туда таких крох голышом? Думаешь, это обычный шарф? Он знал, что шарф зачарован согревающей магией. Роун просто считал, что слишком беспокоиться незачем: барьер мастерской ведь есть. Надев меховую шапку ещё и на Конджи, она обмотала шею Роуна большим шарфом и сказала: — Сынок, нельзя быть самоуверенным ни в чём. Люди, которые считают себя лучшими, в отчаянии всегда перегибают палку. Понимаешь, о чём я? — …… Госпожа Сон, почему вы так одержимы шарфами? Даже зная способности сына, она всё равно так тревожится. Пока Роун смотрел на госпожу Сон, сегодня непривычно сверхзаботливую, он повернул голову на звук движения. Ли Хак-су, похоже, уже успел выйти наружу и теперь тихо расхаживал по двору, неловко выжидая подходящий момент. Вскоре прибыл Бэк Ин-хо. После коротких приветствий Роун усадил Бэк Ин-хо и всех божественных зверей на мотоцикл и направился к горной деревне. — Вру-у-ум. Они покинули район горы Нокма и въехали в западную область. До входа они ещё не добрались, но холод, пробирающий до костей, уже чувствовался. Весенние деревья были скручены, как иссохшие пальцы, а только пробившиеся ростки высохли, будто снеки сублимационной сушки. — Вот уж как назло: именно в день нашего похода, похоже, задул горный ветер. Бэк Ин-хо, сидевший сзади на мотоцикле, говорил, стуча зубами. Когда они добрались до края деревни, за мутной дымкой показались тесно сбившиеся дома. В ряд стояли каменные фонари, покрытые инеем, словно на них распустились снежные цветы. Роун остановил мотоцикл неподалёку. Бэк Ин-хо задрожал. — Холоднее, чем я ожидал. — Горный ветер на самом деле морозный ветер, пропитанный демонической энергией. Роун ещё крепче подтянул шарфы малышей. На этот раз даже Суранг, связанный со стихией воды, притих, будто понимал, что тепло важно. Роун также добавил в параметры барьера заранее подготовленное согревающее зелье. Из-за жуткого холода он добавил жар-траву, но холод она едва сдерживала. И всё же, если держать малышей на руках, было довольно тепло. Роуна беспокоил Бэк Ин-хо, у которого не было барьера. — Хотя бы положите это в карман. Грелка. Роун протянул ему бобовый мешочек с зачарованием. — А, спасибо. Жители горной деревни косились на незнакомых Роуна и Бэк Ин-хо, пока те шли к каменным фонарям. В каждом каменном фонаре стояла едва горящая свеча, а перед ними, кутаясь в зимнюю одежду, стояли сельчане со сложенными в молитве руками. Между их сомкнутыми ладонями вырывалось белое дыхание. Каждый раз, когда они молились, пламя свечей вспыхивало ярче, словно отвечало им. — Удивительно, что свечи не гаснут в такой холод. Когда Бэк Ин-хо пробормотал это, старик рядом ответил: — Это свеча Дынмён. Она помогает удерживать сознание, пусть даже едва-едва. Её зажигают, чтобы человек не заснул и не замёрз насмерть, а ещё она служит маяком, если кто-то заблудится. Увидев, что Роун и Бэк Ин-хо готовятся подняться на Снежную гору, жители постепенно собрались вокруг. Даже те, кто молился, подняли головы и перевели на них взгляд. Среди них вперёд вышла женщина средних лет, плотно закутанная в зимнюю шапку и шарф. В её глазах, когда она смотрела на отряд Роуна, смешались тревога и настороженность. Несколько дней назад сюда пришла женщина в чёрном боевом одеянии. Она выглядела необычной, и жители рассказали ей о пропавших людях. Та сказала какую-то нелепость — будто всё это дело комаров, — пообещала скоро прийти спасать пропавших и исчезла. С тех пор она так и не появилась. — Вы пришли вместо той женщины? После слов женщины вокруг на миг стало тихо. Даже люди у каменных фонарей перестали молиться и повернули головы. Та женщина… она, наверное, говорит о Хан Сом-джин? Если кто и мог приходить сюда, то она; к тому же именно она предположила, что это место было первой точкой обнаружения. Когда Роун неопределённо кивнул, женщина нахмурилась, помолчала и сказала: — ……Если уж вам обязательно подниматься, подождите хотя бы, пока горный ветер стихнет. Роун пожал плечами и сразу ответил: — Если мы хотим найти пропавших, времени нет. Свечи Дынмён ещё горят, но мы не знаем, когда они вдруг погаснут. То, что свечи Дынмён горят, означало: люди всё ещё живы. Но если те твари завершат период хозяина и разорвут плоть, выбираясь наружу, спасти их уже не получится. Женщина и жители деревни какое-то время молча смотрели на отряд Роуна. Ни благодарности, ни вопроса о том, как они собираются искать. Женщина снова открыла рот с суровым выражением лица. — Тогда хотя бы зажгите свечу перед уходом. В каменных фонарях оставалось ещё много пустых мест. Бэк Ин-хо, словно давно хотел попробовать, охотно взял свечу. Роун раздражённо махнул рукой, но жители принесли свечи и буквально вложили их ему в руки. И не одну, а сразу несколько. — Разве одной свечи Дынмён недостаточно? — Мы принесли и для малышей-божественных зверей. — Мяу! — Писк! — Хе-хе… Малыши оживились от чего-то нового. Конджи и Ёнхо тоже с любопытством кружили вокруг свечей и даже сами выбирали себе свечи. Вскоре это стало похоже на настоящий праздник свечей. Ну, если малышам нравится… Поставив свою свечу в каменный фонарь, Бэк Ин-хо сложил ладони с серьёзным выражением лица. И тогда его свеча необычно засветилась белым. Свет был не очень ярким, но в нём чувствовалась твёрдая и холодная энергия. Возможно, даже в свече Дынмён отразилась его серебряная стихия. Тем временем свечи Роуна и малышей горели обычным пламенем, но полыхали очень ярко. Когда огни внутри каменного фонаря заколыхались и затрепетали, вокруг постепенно стало теплее, а иней на других каменных фонарях начал таять, словно под весенним солнцем. — О! Давненько я не видела, чтобы свеча Дынмён горела вот так! Когда женщина изумлённо воскликнула, некоторые жители стали собираться рядом с каменным фонарём, чтобы погреться. Они протягивали руки, будто бережно удерживали свет в ладонях, и их застывшие выражения постепенно смягчались. Кто-то даже прикрыл глаза, разморённый теплом, которого давно не чувствовал. Через некоторое время отряд Роуна молча двинулся к Снежной горе. Женщина, заговорившая с Роуном первой, стоя совсем близко к каменному фонарю, помахала рукой. — Возвращайтесь живыми. Ещё недавно она смотрела на них так, будто они идут на смерть, а теперь даже улыбалась. Само собой, дальше на Снежную гору пришлось идти пешком. Бэк Ин-хо активировал магическое зеркало, а Роун развернул карту, предназначенную только для хранителей божественных зверей. Сама тропа была простой, но извилистые заснеженные дороги выглядели одинаково, и на них легко было потерять направление. Кроме того, под картой был отмечен подземелье неизвестного происхождения. — Если человека кусает Токсичная игла, он прячется в укромном месте, значит, сначала надо искать пещеры. И всё же надеюсь, они не замёрзли насмерть. Бэк Ин-хо сказал это с тревогой. — Найти пропавших, возможно, получится, но я не могу гарантировать, что мы сумеем вернуть их назад. Если, когда они найдут людей, яйцо уже вылупится, или если кто-то спрятался в странном месте и умер, они ничего не смогут сделать. Когда они полностью вошли на Снежную гору, капля воды с Ёнхо внутри слабо засветилась. Как свет, отражённый в аквариуме, она мягко разлилась вокруг. Сейчас Ёнхо улавливал ауру, где смешались яд Токсичной иглы и человеческие телесные жидкости, и отслеживал её местоположение. Потом он склонил голову и, словно плывя, направился куда-то. — Идём за Ёнхо. Когда они развернули карту, направление, куда двигался Ёнхо, оказалось рядом с далёким подземельем. Это было далековато, но настоящая проблема заключалась в другом: чтобы попасть туда, нужно было пройти через место обитания медведей Пригор. — Сколько там демонических зверей? — Хм, много. Столько, что тошно станет. Так и должно было быть. Кто посмел бы трогать демонических зверей Снежной горы? Даже если охотиться на них, заметно их не убавится, а горный вихрь может ударить в любой момент, поэтому никто даже не пытался — их просто оставили в покое. Здесь водились и божественные звери — морозные кабаны, но их было мало, и держались они в основном рядом с деревней. Если сравнивать с горой Нокма, это было всё равно что жить у подножия. Значит, демонические звери среднего и высокого ранга здесь должны были беспрепятственно размножаться. К этому времени они наверняка уже эволюционировали в мутировавших демонических зверей. До регрессии это место уже было перекрыто как опасная зона. Гораздо раньше, чем гору Нокма взяли под контроль. Тогда о существовании мутировавших Пригоров узнали только после того, как ситуация уже взорвалась. На этот раз нельзя было доводить до такого. — Если собираемся разобраться с ними до продвижения дальше, нужно поторопиться как можно сильнее. — Да, босс. Отряд Роуна быстро двинулся вперёд и дошёл до конца снежной тропы, тянувшейся вдоль хребта. Вскоре они добрались до места обитания медведей Пригор. В промежутках между покрытыми снегом скалами были вырезаны глубокие следы огромных когтей. Бэк Ин-хо вытянул из обеих рук серебряные клинки. Его клинки стали крупнее и длиннее прежнего и сияли ослепительным светом. — Благодаря вашему лекарству, босс, кажется, я полностью поправился. Он закатал рукав и улыбнулся. Открытое предплечье было гладким. Серебряные клинки, что прежде торчали из него, будто чешуйки, исчезли, словно их никогда не было. Роун тихо сказал обрадованному Бэк Ин-хо: — Половину на половину. — А? А, я обязательно заплачу за лекарство! — Не об этом. Оглушайте их, пожалуйста. Бэк Ин-хо на мгновение замялся. Его навыки были больше заточены на разрезание, чем на оглушение. Он недолго размышлял, как привести их в бессознательное состояние. Поморгав, Бэк Ин-хо вскоре тихо усмехнулся и убрал серебряный клинок. Затем, словно ему пришла хорошая идея, медленно вытянул руку, и вокруг одной его руки закружилась серебряная аура. Аура, расползшаяся по руке, сжалась, как броня, и образовала плотную серебряную пластину. — Эту технику я получил после того, как моё тело восстановилось. Подумать только, он мог так свободно обращаться с серебряной стихией всего через день после лекарства. Впечатляет. Роун впечатлился, но, увидев, как Бэк Ин-хо собирается голыми руками выйти против гигантских медведей Пригор, забеспокоился. Он спешно сымпровизировал желе, облегчающее тело, и протянул его. — Можете и убивать сразу. Их покрытые льдом шкуры всё равно не так-то легко разорвать. Стоило Бэк Ин-хо тихо шагнуть в снежные наносы, как из снега, рассекая его, вырвался медведь Пригор. Он напоминал белого медведя, но его шкура была покрыта ледяным растрескавшимся панцирем. — Кра-а-а! Он обрушил на Бэк Ин-хо огромную переднюю лапу с когтями, выросшими, как крюки. Бэк Ин-хо принял удар серебряной бронёй и тут же метнул клинок из другой руки в загривок медведя Пригор. Сражённый клинком серебряной стихии, медведь Пригор умер мгновенно. Вскоре один за другим начали собираться новые медведи Пригор. Когда Суранг создал большую водяную каплю и накрыл ею их головы, Соль подняла ветер и толкнула их так, что они столкнулись лбами друг с другом. С головами, погружёнными в капли, наполненные очищающей водой, они шатались, даже не успевая прийти в себя. Торан сидел тихо, как сова, поднимал промёрзшую землю, формировал ледяные копья и метнул их. Бэк Ин-хо двигался между ними и добивал зверей. Конджи и Ёнхо, паря рядом в воздухе, следили, сколько раз попал Торан. — Босс, оглушение завершено. — Да, чисто сработали. — Мяу! Сбор, если сравнивать с ужасной славой демонических зверей, прошёл вообще без напряжения. [Система] Получена Морозная шкура медведя Пригор. [Система] …Получено Глазное яблоко снежного света. [Система] …Получен Ледяной коготь. [Система] …Получено Снежное ядро. Снежное ядро могло усиливать морозную стихию, подобно тому как огненное сердце усиливало огонь; кроме того, из усиленного Снежного ядра можно было провести дальнейший сбор. Они собрали около пятнадцати штук. — Хе-у-хе-у… Ёнхо подал голос медленнее обычного, словно затаив дыхание. — Что такое? Нашёл что-то? Место, куда подлетел Ёнхо, оказалось поспешно вырытой ямой, похожей на кротовую нору. Внутри едва виднелась наружная шкура медведя Пригор. Она была закопана глубоко, будто кто-то намеренно похоронил её. …Что это? Почему труп под землёй? Не похороны же кто-то устроил демоническому зверю… Между трещинами разошедшейся шкуры что-то мерцающее зашевелилось. Там были маленькие тени размером примерно с Ёнхо — не больше пальца. В тот миг, когда Роун почувствовал недоброе… — Хлоп. Прозрачные крылья резко раскрылись и бросились на Ёнхо, который был рядом. Он попытался поспешно отступить, но Ёнхо, уже схваченный, не мог нормально взлететь, словно его окружил муравьиный рой. — Ёнхо! Всё произошло так быстро, что даже фрагмент мастерской «Рубикс» не успел отреагировать. — Бах! У Роуна перехватило дыхание: водяная капля, окутывавшая Ёнхо, лопнула. ---------- К Снежной горе (2) Мужчина нёс за спиной гроб, перекинутый наискось. Будь это обычный деревянный гроб, его можно было бы принять за гробовщика или торговца гробами. Но гроб, который он тащил, был слой за слоем обмотан тонкими бинтами. Скорее уж его странный вид вызывал подозрение у любого, кто его видел. К тому же у молодого человека с гробом была бледно-белая кожа и светло-каштановые волосы. Его чересчур утончённая внешность только усиливала ощущение несоответствия. Местом, куда он направлялся, была деревня Мотмори на западной окраине деревни Нокма. — Опять пришёл? Староста деревни, узнавшая его, поприветствовала мужчину. Когда она увидела его впервые, то решила, что он либо охотник, либо человек, ищущий пропавшего родственника. Но он ни разу не принёс обратно ни одного демонического зверя, да и в его глазах не было той отчаянной сосредоточенности, какая бывает у человека, ищущего близкого. А ещё больше её смущало другое. — Снова попробуешь зажечь свечу? — Нет. Она всё равно не загорится. То, что он не мог зажечь свечу Дынмён. Он не тёмный маг и не мертвец, но свечу зажечь не может… Почувствовав тревогу, женщина с недовольным выражением посмотрела на его гроб. — Тук, тук. — А что это за гроб? — Специально сделанная сумка. — Похоже, внутри что-то есть. — Это сумка, значит, конечно, внутри что-то есть. Мужчина ответил так, будто его раздражали вопросы, и сразу отвернулся. Он без всякого беспокойства пошёл сквозь морозный ветер, режущий плоть. Рука, сжимавшая гроб, уже покраснела и даже посинела от холода, но он и не думал её согревать. По промёрзшей земле впереди стала тянуться белая снежная тропа. Остановившись в конце заснеженного холма, перед огромным мохнатым трупом, занесённым сугробом, он достал из кармана маленький стеклянный флакон. — Нашёл. Словно посыпая перцем, он рассыпал прозрачный порошок над трупом. И тогда огромная поваленная фигура пробила снежный нанос и вскочила на ноги. — Кра-а-а-а! Снежный человек ростом в десять чи, будто способный пробить крышу. Он стряхнул густой мех на спине, словно носил два стёганых одеяла сразу. Разница в силе была подавляющей: одного удара снежного человека хватило бы, чтобы мгновенно раздавить мужчину. Но тот, не чувствуя никакой опасности, заговорил: — Выспался? — Гр-р-р! — Отвези меня в мою катакомбу. На его слова снежный человек послушно согнул руку, позволяя ему взобраться. --- Водяная капля, созданная Сурангом, ещё ни разу не лопалась от внешнего удара. И потому в миг самой большой беспечности… — Ёнхо! Роун тут же протянул руки к Ёнхо. Когда он поспешно обхватил Ёнхо обеими ладонями, прозрачные обломки крыльев, прицепившиеся к нему, быстро рассыпались и взлетели в небо. — Хе-хе… Ёнхо невинно склонил голову внутри защитного барьера мастерской. Только тогда Роун понял, что барьер мастерской уже стоит, и глубоко выдохнул с облегчением. [Система] Обнаружен демонический зверь «Токсичная игла». Лишь после этого фрагмент мастерской «Рубикс», последовавший за огоньками в небо, отреагировал. Что это? Неужели Токсичные иглы, нашедшие себе хозяина? Роун опустил взгляд на полузакопанный труп медведя Пригор. Один участок тела был жестоко разорван. Должно быть, он заметил Ёнхо сразу после вылупления и бросился на него. К счастью, Ёнхо, похоже, не был укушен благодаря барьеру мастерской. Роун поднял с белого снежного поля прозрачный обломок крыла — не больше ногтя младенца. И тогда мастерская «Рубикс» отреагировала. [Система] Собрать Токсичную иглу? [Система] Сохранить / Разобрать / Поглотить Похоже, жало, которое она однажды выпустила, исчезло, и в сбор попал только обломок крыла. — Мяу?! В этот момент Суранг подбежал и создал ещё одну водяную каплю, накрыв ею Ёнхо. Только убедившись, что Ёнхо в безопасности, Роун почувствовал: чего-то не хватает. Ах, Бэк Ин-хо! Роун поспешно повернулся к нему. — Папап! — Пак! В этот миг он усомнился собственным глазам. Токсичные иглы даже не могли приблизиться к серебряной ауре Бэк Ин-хо и вместо этого кружили на одном месте, словно одурманенные лекарством. Каждый раз, когда он рассекал воздух серебряным клинком, прозрачные крылья сыпались дождём и рассыпались по снежному полю. — Босс! Их трудно ловить глазами! — …… Роун сухо сглотнул, глядя, как тот так легко ловит Токсичных игл. Бэк Ин-хо делал это настолько непринуждённо, что по спине Роуна даже пробежал холодок. Даже Хан Сом-джин, редкая обладательница способности, ловила их только с полной концентрацией, а Бэк Ин-хо вырубал их неуклюжими взмахами меча. …Неужели серебро и правда было ответом? Золото и серебро считались драгоценными минералами, но из-за существования магических камней особой причины использовать их не было. О серебре знали только то, что оно кое-как сильно против нежити. К тому же, несмотря на дороговизну, оно было слишком мягким и потому не годилось ни для оружия, ни для доспехов. Поэтому прошло много времени, прежде чем серебряную стихию научились использовать по-настоящему. Затем мастерская «Рубикс» собрала Токсичных игл, упавших на землю. [Система] Собираются Токсичные иглы. Миновав место обитания медведей Пригор и перевалив через небольшой холм, они вышли к бескрайней равнине, покрытой белым снегом. Роун развернул карту, предназначенную только для хранителей божественных зверей. — Дальше долина Сольчам. — Похоже, там много чудовищных птиц. Обойдём? — Зачем обходить и упускать возможность? Когда мы ещё попадём в такое место? Раз уж пришли, надо собрать всё по пути. — Ха-ха, верно. Ну, будем надеяться, метели не будет. Сказал Бэк Ин-хо, выдыхая белый пар. — Метель сама по себе не так уж… Чудовищные птицы тоже не смогут нормально летать, так что неважно. — На самом деле страшнее метели — полная луна. Говорят, в ночь метели на Снежной горе всегда поднимается полная луна. Бэк Ин-хо цокнул языком. Роун кивнул. Полная луна в Снежных горах пробирала до костей. Давным-давно это место было лабораторией тёмных магов, и когда поднималась полная луна, наполненная энергией инь, выброшенные ими трупы тоже вставали. — С вашей серебряной стихией, разве рубить трупы не будет проще? С его очищающим клинком мертвецов, наверное, можно было разрубать так же легко, как пальцем провести линию по запотевшему стеклу. Бэк Ин-хо содрогнулся и ответил: — Проще? Даже думать неприятно — вонзать клинок в тело, которое уже умерло. В конце концов, этот клинок полностью выходит из моего тела. Когда они добрались до нижней части долины Сольчам, им в лица внезапно ударил неуправляемый яростный ветер. — Мя-а-а-у! Леденящий холод пробирал до костей и делал бесполезной даже согревающую магию. Даже Суранг, связанный со льдом и водой, прыгнул в сумку и свернулся клубком. Когда ветер полез под воротник, Роун усилил барьер. Если даже Роуну было так холодно, о Бэк Ин-хо можно было только догадываться. И точно: с белыми снежинками, замёрзшими на бровях, Бэк Ин-хо едва раскрыл рот. — Б-босс, тут… слишком холодно. Даже чудовищные птицы спрятались от режущего ветра, пропитанного демонической энергией. Вокруг долины Сольчам слышались лишь взмахи крыльев чудовищных птиц между причудливыми скалами да редкие пронзительные крики. Их место обитания было совсем близко, но идти туда сейчас было бы безрассудно. — У-у-у-у… В довершение бед снизу, из-под обрыва, поднялась метель. Белый вихрь в одно мгновение поглотил видимость. Такими темпами они не то что чудовищных птиц — не увидят даже пропасть в одном шаге. — М-может… ненадолго вернёмся? Осторожно сказал Бэк Ин-хо; его нос покраснел от холода, а зубы стучали. Если они около часа пройдут назад, то смогут покинуть долину Сольчам и переждать метель. — Нет, просто разобьём лагерь. — …Прошу прощения? Здесь?! — Мы не можем упустить полную луну. — П-полную луну… вы что, любоваться луной собрались? И вообще, как именно вы собираетесь разбивать лагерь здесь? Бэк Ин-хо огляделся в поисках подходящего места, будто прикидывая, не придётся ли выкапывать нору. Вместо объяснений Роун достал фрагмент гостиной «Рубикса» и вытянул его перед собой. Тогда фрагмент, зависший в воздухе, развернул прозрачную плёнку. Плёнка раздулась, словно её накачивали воздухом, и вскоре приняла квадратную форму, ничем не отличимую от настоящей комнаты. Бэк Ин-хо вздрогнул и отступил от подозрительной ряби пространства. Что-то явно произошло, но перед глазами ничего не было видно. — Заходим. — …А куда именно? Материализованный фрагмент сливался с окружающим пейзажем, и заметить его было трудно, если не присмотреться. Когда Роун открыл дверь гостиной, внутри показалась уютная комната. Словно дверь вела в другое измерение. Бэк Ин-хо, будто заворожённый, последовал за Роуном и вошёл внутрь. Диван и подушки стояли так же, как в прошлый раз, когда он здесь бывал. Разница была в том, что вокруг лежали мотоцикл и лук Роуна, а ещё игрушки малышей, купленные в универмаге для охотников. А на подушке, положенной на стул у столика возле окна, лежало одно розовое яйцо. — Ух ты, и правда как дом! За окном всё заволакивала метель, но внутри было уютно. Это место казалось пространством, отрезанным от мира. Внезапно оказавшись в тепле, Бэк Ин-хо лишился сил и рухнул на диван. Малыши занялись игрушками, которых давно не видели, а Конджи носилась по комнате размытой тенью, будто телепортировалась. Ёнхо кружил вокруг розового яйца — похоже, оно его заинтересовало. Бэк Ин-хо вдруг вспомнил, как Роун исчез в игорном зале. …Так вот где вы были. На групповую магию невидимости вместе с малышами это не походило, так что ему всё это время было любопытно. Хорошо, что я тогда не спросил. О такой особой способности, наверное, было нелегко говорить. Довольный, словно разделил один из секретов Роуна, он слабо улыбнулся. — Похоже, вам здесь нравится. Подождите немного. Сделаю кое-что огненное. Пока Бэк Ин-хо смотрел широко раскрытыми глазами, Роун начал доставать из сумки разные вещи. Роун принялся готовить огненную настойку, смешивая разные травы, фрукты и жар-траву, заготовленные накануне. Вообще для неё требовались соджу, мёд, имбирь и даже выдержка, но мастерская «Рубикс» пропустила все эти этапы. Недостающие ингредиенты были заменены экстрактами, и в одно мгновение получился один литр огненной настойки. Когда по комнате разлился сладкий и одновременно острый аромат, Конджи приблизилась, принюхиваясь. Пользуясь случаем, Роун разжёг небольшой костёр в жаровне, положил твёрдое топливо на круглую подставку и поставил сверху чайник. Как и ожидалось, старомодная атмосфера — лучше всего. Роун достал две миски малышей и с бульканьем налил в них огненную настойку. Малыши подошли, мяукая, но, поняв, что это не им, равнодушно подняли головы. — Пожарить вам мяса? Глядя на них, Роун начал жарить мясо Серпенса на приготовленном мини-гриле. — Выпейте, пока мясо готовится. Роун налил Бэк Ин-хо стакан. — …Огненная настойка, неожиданная роскошь. В мире, где зерна не хватало, алкоголь был ещё большей редкостью. А среди него огненная настойка считалась одним из лучших напитков. — Если придётся по вкусу, сделаю ещё. Бэк Ин-хо, держа чашку обеими руками, словно не смея поверить, подул на неё и сделал глоток. Стоило горячей огненной настойке пройти по горлу, как всё его тело разом прогрелось. Сладость и острота, будто выдержанные не меньше пятидесяти лет, разошлись во рту, создавая странную гармонию. Вкус напитка был мягким и чистым, но в тот миг, когда он миновал горло, внутри вспыхнул жар. — Кья…! Убойная вещь! Бэк Ин-хо, который до этого съёживался от холода, громко воскликнул. — Тело стало таким тёплым, что я прямо сейчас мог бы подняться на Снежную гору. Огненная настойка всегда такая? Словно одного глотка ему было мало, он пил снова и снова, и его лицо стало ярко-красным. — Вы впервые пьёте огненную настойку, верно? Не торопитесь. Господи, закусывайте тоже. Роун ворчливо наставлял неопытного пьющего и подвинул Бэк Ин-хо кусок хорошо прожаренного мяса. — Босс, а почему вы не пьянеете? Вы ведь выглядите младше меня. Услышав его любопытный вопрос, Роун про себя усмехнулся. Снаружи он был двадцатилетним юношей, но внутри — мужчина средних лет, переживший все тяготы жизни. Теперь, с желудком, укреплённым регрессией, и прибавившейся способностью пить, его темп с алкоголем отличался от темпа Бэк Ин-хо. Когда поднимается хмель, не заливай его дальше — смакуй. Когда хмель медленно отпускает, выпей ещё стакан. И тогда в какой-то момент сам собой вырывается вздох. С этого момента у каждого стакана появляется причина. До регрессии причиной Роуна были его дети. В муке от их потери он пил любой крепкий алкоголь, какой мог найти. Каждую ночь он цеплялся за спиртное, потому что не мог уснуть, и боль казалась бесконечной. Теперь те дни стали далёкими воспоминаниями, и он мог наклонить стакан с улыбкой. Может быть, именно поэтому этот миг казался ещё ценнее. С лёгкой улыбкой Роун сказал, будто цитируя где-то услышанную фразу: — Наверное, генетика. Бэк Ин-хо кивнул и посмотрел на него завистливыми глазами. Малыши, лишившиеся мисок, прижимали передними лапами большие куски мяса и старательно рвали их зубами. Жир размазался по их шерсти, но им было всё равно. — Писк, писк… Конджи, грызшая мясо, вдруг ни с того ни с сего протянула Бэк Ин-хо орешек. — Это мне? Растроганный, Бэк Ин-хо поставил стакан, из которого пил, и осторожно принял орех. Потом он хрустнул орешком, который дала ему малышка. Этот маленький тёплый жест согрел сердце и напомнил ему старые времена. Людей из незащищённой зоны, где еды всегда не хватало. Хотя в такой среде легко было ожесточиться, его семья и соседи опирались друг на друга и жили дружно. Пока не случился тот инцидент… И в этот момент он почувствовал, как где-то что-то с глухим стуком упало. Повернув голову, он увидел Конджи, распластавшуюся на фрагменте мастерской «Рубикс». — …А? Стакан Бэк Ин-хо был наполовину пуст, а рот Конджи — влажным. Ах ты мелкая, теперь ещё и алкоголь воруешь. Наверное, насыщенный аромат трав и фруктов не позволил ей устоять перед искушением. Среди этого покоя за окном всё ещё бушевала метель. Но в комнате было слишком тепло и мирно. — Треск, треск. Звук горящего костра расслаблял напряжение. Может, прикрыть глаза ненадолго? Сидя у дивана, Роун вытянул ноги и откинулся назад. Сытые малыши забрались ему на живот и замурлыкали. Бэк Ин-хо с завистливым взглядом протянул руку к Торану, которого оттеснили в сторону. Именно тогда. Вдруг он почувствовал на себе чей-то непонятный взгляд из-за окна. …?! Его сразу окатило неприятным холодом. Когда он повернул голову, в поле зрения всплыла большая круглая луна. И тогда сорвавшийся голос Бэк Ин-хо дрогнул: — …Полная луна. ---------- К Снежной горе (3) Полная луна излучала чуть ледяную ауру и освещала долину Сольчам, словно могилу. — ……Плохо дело. Бэк Ин-хо, мгновенно протрезвев лицом, посмотрел на полную луну. Малыши, Конджи и Ёнхо тоже собрались рядом и с любопытством подняли глаза. Под ярким лунным светом холодные сугробы стояли до жути неподвижно. Тишина была такая, будто даже звук и ветер затаили дыхание. Перед ними точно была та самая долина Сольчам, которую они видели раньше, но почему-то теперь она казалась чужой. И в этот момент… — Треск. Словно возвещая начало фильма ужасов, один снежный холм зашевелился. Послышался звук раскалывающегося гнилого льда, и нечто, погребённое под ним, подняло голову. Одно. Потом ещё одно. Из снега, разрывая собственную сгнившую плоть, поднимались не только демонические звери. Ржавое снаряжение и разорванная броня. Там были и трупы в охотничьей экипировке. Сколько же их здесь похоронено? Их было так густо, что казалось: дорога, по которой они шли до сих пор, проходила прямо через поле трупов. Тела, похоже, не замечали материализованную гостиную, но если у этих существ был разум, их обнаружение было лишь вопросом времени. — Босс, вы и такие вещи собираете? На невинный вопрос Бэк Ин-хо Роун тихо рассмеялся. — Нет. Даже демонические звери не едят гнилое мясо. Зачем оно мне? — Тогда, когда вы сказали, что мы ждём полной луны… — Нужно хотя бы отправить их на покой. И уничтожить демонических зверей. Отправить их на покой было просто. Нужно было превратить их в пепел, чтобы они, уже мёртвые, больше никогда не поднялись. — А… От этих слов глаза Бэк Ин-хо слегка дрогнули. Потом он тихо кивнул. — Сначала выйдем. Роун положил руку на дверную ручку. Дыхание Бэк Ин-хо застряло в горле. — Н-но! Он рефлекторно протянул руку. Безрассудно бросаться в эту массу трупов было всё равно что идти на самоубийство. Стоит им выйти — и их наверняка разорвут на части. Но, немного поколебавшись, Бэк Ин-хо всё же опустил руку: малыши, Конджи и Ёнхо спокойно смотрели на дверную ручку. Даже эти крошечные божественные звери не боятся… Ему стало стыдно, что он испугался, ещё даже не столкнувшись с ними лицом к лицу. Молча он крепко сжал серебряный клинок. Снаружи метель прекратилась, но ветер всё ещё резал острым краем. И всё же, как ни странно, холода не чувствовалось. Жар жаровни ещё не успел рассеяться. — Гр-р-р… Трупы, всё ещё не замечавшие отряд Роуна, бесцельно бродили вокруг. На пустых лицах без зрачков сквозь облезлую кожу проступала ледяно-синяя плоть. Руки и ноги были переломаны в суставах и кое-как приставлены обратно. — М-мне и в этот раз их вырубать? Хотя его мутило, Бэк Ин-хо заставил себя спросить. — Не нужно. Это уже мёртвые тела. Роун ответил легко. Словно поняв смысл этих слов, малыши по одному подпрыгнули к ближайшему трупу. — Гр-р-р! Трупы демонических зверей, заметившие малышей, зарычали и вывернули головы. Бэк Ин-хо тяжело сглотнул. В любой момент могут броситься. Сжимая серебряный клинок, он быстрым шагом приблизился к малышам. Но его защита оказалась не нужна — малыши совсем не боялись. Напротив, они легко шагнули вперёд. Вскоре фрагменты мастерской «Рубикс», распределённые малышам, начали реагировать. [Система] Собрать Снежного духа? — Просто поглотите их. [Система] Поглощение Снежного духа. [Система] Извлечение тёмной энергии. [Система] Избыточная энергия будет сохранена. Когда тёмная энергия вытекла, покойники и трупы рассыпались пеплом. Глаза Бэк Ин-хо расширились. Так легко отправить их на покой… Снежные духи Снежной горы не умирали, сколько бы их ни рубили. Даже если их разбивали на куски, сгнившие трупы оживали, грубо прирастая друг к другу, а если магия превращала их в пыль, останки снова собирались и принимали ещё более жуткие формы. Именно поэтому правительство отказалось отправлять их на покой. Нет, это ничем не отличалось от того, что Снежную гору попросту бросили. Ошеломлённо глядя на происходящее, Бэк Ин-хо снова сжал серебряный клинок и спросил: — Тогда что делать мне?.. — Пригони сюда Снежных духов. — Простите? Выражение Бэк Ин-хо на миг застыло. Он моргнул, словно спрашивая, не ослышался ли, а Роун протянул ему ветряное желе, повышающее скорость. — Можешь гнать их вдоль обрыва. Бэк Ин-хо долго смотрел на долину Сольчам, сплошь покрытую Снежными духами. …Почему-то кажется, что я справлюсь. Вскоре он убрал серебряный клинок, который держал в руке, и бросил желе в рот. — Сейчас вернусь! Он рассёк ветер и нырнул между Снежных духов. Снежные духи, заметившие его, один за другим подняли головы и двинулись следом. Их движения оказались медленнее, чем он ожидал, и к глазам Бэк Ин-хо, прежде напряжённым, понемногу вернулось спокойствие. Целых среди них почти нет. Снежные духи, прихрамывая, начали медленно идти за ним. С демоническими зверями он ещё мог смириться, но вид человеческих трупов сбивал его с толку. По одежде среди них явно были те, кто при жизни был охотником, а некоторые, скорее всего, пришли искать пропавших родных. С горьким выражением он пробормотал: — Пойдёмте. Пора вам спокойно отдохнуть. Когда он сменил направление, рой Снежных духов рванул за ним. — Кра-а-а! Иногда Снежный дух с целыми конечностями резко прыгал вперёд, и соседние трупы захлёстывало его инерцией: они валились на сугробы. Но вскоре, будто притянутые магнитом, обломки снова слипались в один спутанный ком. Бэк Ин-хо мчался по извилистой местности, запрыгивал на крупные камни, собирая Снежных духов, а затем скользил вниз вдоль стены ущелья, сгоняя их вместе. Когда рой начинал сбиваться в кучу, он нарочно замедлялся, чтобы подтянуть ещё больше. Стоило им спрессоваться в массу, он снова отскакивал к следующему камню. Изредка кто-то неуклюже имитировал способность, которой владел при жизни, но серебряно-стихийное тело Бэк Ин-хо они достать не могли. Когда спутанный рой Снежных духов уже не поспевал, он повернул к открытому участку. Этого должно хватить. Подстроив скорость, он направился к краю снежной долины. За немного сужающимся ущельем виднелись Роун и божественные звери. — Веду! На его крик малыши подняли хвосты и шагнули вперёд. Роун тоже подошёл к ним и рассыпал фрагменты мастерской. — Ш-р-р-р… Сверкающие фрагменты всплыли, словно зависли в воздухе, и рассыпались по рою Снежных духов. Те, кто был погребён и брошен в снегу… Без единого звука, без звона клинков, везде, где фрагменты проходили мимо, они превращались в пепел и рассеивались. Словно опилки, которые сдувает порывом из воздуходувки, они равнодушно разлетались прочь. У него и правда талант превращать всё во что-то до смешного простое. Каждый раз, работая вместе с Роуном, Бэк Ин-хо снова убеждался: всё заканчивается слишком легко, без единой раны. — Пригони заранее ещё. Когда осталось лишь несколько Снежных духов, Роун крикнул Бэк Ин-хо. И щедро передал ему ещё ветряного желе. — Да, босс! — Мяу! Малыши бодро крикнули Бэк Ин-хо вслед, будто желали безопасной дороги. Едва он отбежал, один Снежный дух, отделившийся от группы, начал медленно приближаться к Роуну. На нём была многослойная одежда из кожи и меха, не броня и не обувь. Он не казался охотником; возможно, это был торговец или охотник на демонических зверей. Словно при жизни он обращался с тяжёлым оружием, Снежный дух взмахнул замёрзшей ногой — кто знает, где та отвалилась, — как топором. — Кра-а-а-а! Взгляд Роуна особенно зацепился за кулон на шее Снежного духа. Крышка была наполовину открыта, и внутри виднелась одна мутная фотография, размытая влагой. …Семья? Человек, чьего имени и истории он не знал. И всё же у женщины на фотографии было лицо, словно она всё ещё ждала его даже сейчас. Когда фрагмент мастерской «Рубикс» коснулся тела Снежного духа, тот рассыпался пеплом, даже не вскрикнув. Роун поднял холодный кулон, закрыл крышку и осторожно положил его в карман. Тем временем Бэк Ин-хо без устали гнал к нему новые группы. Лишь после трёх или четырёх таких заходов Снежные духи в нижней части долины Сольчам почти исчезли. Когда пепел осел, в долине едва слышно отдавался только звук ветра, омытый лунным светом. Роун снова провёл пальцами по кулону в руке. Наверняка есть и другие такие вещи. Когда жители деревни Нокма поднимались в гору, они часто брали с собой хотя бы один предмет, который мог оставить след от них, даже если их съест демонический зверь. Люди из деревни Мотмори ничем не отличаются. Вместе с Бэк Ин-хо Роун стал разгребать сугробы и собирать разбросанные памятные вещи. Трупов демонических зверей было куда больше, чем людей, поэтому найденных вещей оказалось меньше, чем ожидалось. Наконец пепел последнего Снежного духа, отправленного на покой, рассеялся в холодном лунном свете. Пока серый пепел не осел, Роун молился за души погибших, принесённых в жертву тёмной магии. И тут… — Хлоп. Над небом долины Сольчам медленно легла огромная тень. Стая чудовищных птиц, каждая ростом с человека, опустилась на скалу, словно падающий снег. Их длинные, журавлиные шеи одновременно сложились, а потом медленно поднялись; ледяные глаза скользнули вниз. Выглядели они спокойно, будто только что прибыли, но их взгляды уже были прикованы к отряду Роуна — словно они наблюдали за всем с самого начала. Теперь они? Роун задумался, стоит ли собрать чудовищных птиц. На дне ущелья земля была широко открыта, а сверху не было ни малейшего укрытия: если они ринутся со всех сторон, скрыться будет негде. У Роуна и божественных зверей были защитные барьеры, но Бэк Ин-хо оставался без защиты, и это было опасно. С другой стороны, если подняться на скалу, твари тут же взлетят и разлетятся, и собрать их станет ещё труднее. Если он неосторожно попробует схватить одну, всё мгновенно осложнится. Не будем зря тратить силы. К тому же мясо чудовищных птиц было жёстким и сухим, совсем невкусным. Конечно, побочные продукты вроде перьев и когтей иногда продавались, но эту цену легко покрывали другие демонические звери, которых было проще собрать. — Они не похожи на тех, кто отступит. Что будем делать? Бэк Ин-хо сказал это, поглаживая серебряный клинок с выражением человека, для которого неизбежное уже наступило. Роун молча развернул эксклюзивную карту хранителя божественных зверей. Хм, было бы хорошо просто забрать это. В месте, где сгрудились гнёзда чудовищных птиц, был отмечен Небесный самоцвет. Если самоцвет отмечен даже на карте, это наверняка не просто редкий минерал, а ключевой ресурс, формирующий место обитания. Если забрать только этот Небесный самоцвет, место обитания чудовищных птиц, вероятнее всего, автоматически очистится. — Конджи, видишь тот камень в гнезде на скале? Сможешь принести? — Пи! — Хе-хе-хе… На вопрос Роуна Конджи в ответ запрыгнул на фрагмент, а Ёнхо рядом моргнул чёрными глазами. Всё время, пока они собирали Снежных духов, Конджи не проявлял к таким вещам никакого интереса и выглядел скучающим без сбора. — Вы про гнездо…? Разве гнёзда чудовищных птиц не на скале? Бэк Ин-хо спросил, слегка нахмурившись. Он доверял способности Роуна к сбору, но, похоже, не верил, что тот сумеет сам карабкаться по отвесным скалам. И отправлять Конджи… а если его съедят? Роун улыбнулся так, будто видел мысли Бэк Ин-хо насквозь, и подал знак: не беспокойся. — Нужно лишь немного отвлечь их поблизости. Если Конджи тайком вытащит камень, на этом всё закончится. Роун улыбнулся и незаметно подал Конджи сигнал. Словно наконец случилось что-то интересное, Конджи тут же начал взбираться по скале. Правда, была одна проблема: чтобы добраться до скалы с гнездом, ему приходилось делать круг. На таком расстоянии птицы точно его заметят. Роун уже собирался позвать Конджи обратно, когда… — Кии-и-ек! Одна чудовищная птица бесшумно сорвалась со скалы вниз, прямо к Конджи. В следующее мгновение она схватила Конджи длинным клювом. — Ах! Бэк Ин-хо коротко вскрикнул. Он тут же призвал серебряный клинок, собираясь вспороть птице живот. В тот момент, когда он попытался прыгнуть, Роун схватил его за руку. Чудовищная птица, уже описывавшая дугу в воздухе, начала падать. — Бух! Птица внезапно рухнула на землю. Когда Бэк Ин-хо бросился к ней, между клювом чудовищной птицы мерцали голубоватые искры. [Система] Снежная гора: получено Перо чудовищной птицы. [Система] Снежная гора: получен Коготь чудовищной птицы. . . . …Вот и он. Одновременно с сообщением о сборе появился Конджи. Не пострадав ни на волосок и, скорее, даже развеселившись, он сразу снова полез по скале. Лицо Бэк Ин-хо побледнело. — К-как это возможно?! — Я наложил на барьер мастерской Малую искру, поэтому её ударило током в тот момент, когда она коснулась. Бэк Ин-хо облегчённо выдохнул, а затем нахмурился, словно спрашивая, почему тот не сказал об этом раньше. — Пи! Конджи пискнул в сторону Бэк Ин-хо и снова продолжил взбираться по скале. На самом деле, помимо барьера, у Роуна была ещё одна причина для уверенности: способность Конджи к проницаемости. Даже если его проглотят, он, возможно, сможет пройти сквозь тело и выбраться наружу. Если вспомнить, как свободно он проходил сквозь корзины с мясом и травами, хранившиеся на кухне, это казалось весьма вероятным. Потом надо будет спросить его об этом. — Хлоп. — Киии-ек. Когда сородичи то тут, то там падали и исчезали, чудовищные птицы почувствовали опасность. Одна сообразительная птица издала предупреждающий крик, хлопнула крыльями и поднялась в небо. Следом за ней взлетела вся стая. — Кажется, они летят к гнезду с Небесным самоцветом. — Да, подойдём ближе. Роун посадил малышей и Ёнхо в сумку. Не потому, что было опасно, а потому, что они могли выскочить, настаивая, что сами будут собирать чудовищных птиц. Напряжённый Бэк Ин-хо сжал в одной руке серебряный клинок и пошёл за Роуном. Гнездо на скале было окружено чудовищными птицами. Он чувствовал Конджи неподалёку. Конджи тщательно скрывался, проходя сквозь большие и малые камни. Наконец Конджи добрался до гнезда. [Система] Снежная гора: получено Яйцо чудовищной птицы. А? Но тут, неожиданно… Вместо того чтобы достать Небесный самоцвет, который ему велели найти, Конджи начал сгребать яйца чудовищных птиц. Птицы, заметившие Конджи, с сияющими глазами яростно клевали свежую добычу, которая сама закатилась к ним, но на этот раз она не так легко попадала им в пасти. Стая не обращала никакого внимания даже на приближение отряда Роуна. Они так увлеклись попытками поймать одного крошечного Конджи, что забыли: само гнездо уже разоряют. И обрушили на него всю атаку. В этом промежутке Конджи выскользнул из гнезда, проходя сквозь камень. Получилось? Роун посмотрел на Конджи снизу вверх с довольным видом. Но почему сбора не было? Может, это обработанный самоцвет? Роун раскрыл карту, чтобы проверить местонахождение Небесного самоцвета. Но что-то было странно. На пике Чистого источника, когда он получил Корень Водяного бога, отметка стала яснее. Сейчас же не изменилось ничего. Погоди… он что, просто схватил яйца и сбежал? — Ккирурук! Чудовищные птицы замерли, когда почувствовали, что Конджи исчез. Сначала они, похоже, решили, что потеряли добычу, и резко осматривали гнездо внутри и снаружи. Потом они обнаружили внизу скалы Роуна с божественными зверями и серебряный клинок Бэк Ин-хо. И только тогда поняли, что Небесный самоцвет исчез из опустевшего гнезда. Сотни — нет, тысячи — взглядов одновременно вонзились вниз. — ……! Решив, что виноват отряд Роуна, они испустили убийственные взгляды. На миг повисла тишина. — Киии-и-ек! — Киа-а-ак! Пронзительные крики, от которых задрожала скала, раздались разом. От одной лишь враждебности этих криков кружилась голова. Роун огляделся. На узком дне ущелья была только одна тропа. К несчастью, если их окружат здесь, выбраться не получится, и они застрянут на полдня. Он вспомнил, как когда-то часами мучился, оказавшись в окружении стаи самых низкоранговых демонических зверей — зелёных лягушек. Тогда он полностью выбился из сил, одну за другой оглушая их вместе с малышами. Теперь его объём и скорость сбора были куда выше, чем тогда, но цели были несравнимо крупнее. И всё же, если совместить сбор и создание предметов, оставался тонкий шанс выскользнуть. Даже если нас окружат, лучше выйти на более широкое место. Изначально он собирался тайком подойти к гнезду, извлечь только Небесный самоцвет и покинуть долину Сольчам, пока их не окружили, — но он оказался слишком самонадеян. — Киа-а-а! ---------- Осквернённый Небесный самоцвет — Кия-а-а-а-ак! Крики чудовищных птиц заполнили небо. Роун, почти прижавшись к стене, бежал вперёд. Прокладывая путь, он время от времени сверялся с картой. И вдруг отметка Небесного самоцвета исчезла. Что происходит? Разбираться было некогда. Тропа становилась всё круче, дыхание уже подступало к горлу, а впереди поднялся обрыв. Именно такой ситуации Роун хотел избежать больше всего. — Ха, нам конец. Выборов оставалось всего два: прыгать вниз или держаться здесь. Под обрывом уже кружила стая чудовищных птиц. Раз уж так вышло, спрячемся в гостиной. Даже если они нас заметят, внутрь попасть не смогут. Роун как раз собирался материализовать фрагмент, когда… — Сначала я возьму вон ту. Бэк Ин-хо крикнул это, указывая на особенно крупную чудовищную птицу, сидевшую на каменном выступе. Похоже, она была вожаком. Аура, исходившая от её тела, была совсем не рядовой. Даже увидев серебряный клинок Бэк Ин-хо, она не проявила ни капли страха. Что с ней такое? На мутировавшую она не похожа… В отличие от мутировавших демонических зверей горы Нокма, чудовищные птицы не испускали демонический яд, но к серебряному атрибуту были так же уязвимы. И всё же эта птица совсем не отступала. Для демонического зверя она слишком храбрая. Пока Роун пристально за ней наблюдал, карта, доступная только хранителю божественных зверей, мигнула, словно подавая сигнал. Слова «Небесный самоцвет» снова начали сиять. Но место, где они появились, совпадало ровно с тем, где стояли Роун и остальные. Что, Небесный самоцвет переместился? Конджи ведь даже не держит его, так почему он здесь… Роун перевёл взгляд с мигающей точки на карте на чудовищную птицу и обратно. Неужели… внутри её тела? Догадка была абсурдной, но положение совпадало идеально. Чёрт, если у неё в желудке Небесный самоцвет, значит, он уже осквернён демонической энергией… В отличие от обычных магических камней, самоцветы божественных зверей содержали живую эссенцию. Возможно, из-за сгущённой божественной силы они и отображались на карте хранителя божественных зверей, как яйцо Водяного бога. Но если существо, проглотившее самоцвет, погибнет, эссенция внутри драгоценного камня может разрушиться или рассеяться от удара. Водяной бог, к счастью, запечатал своё яйцо и оставил его так, что оно уцелело. Но если повредить божественный самоцвет, восстановить его будет трудно. В этот момент вожак чудовищных птиц широко расправил крылья и выступил вперёд, словно вызывая на поединок. Суранг уже вздыбила хвост, собираясь шагнуть первой, но Бэк Ин-хо опередил её на шаг. — Я разберусь. Гррк! Чудовищная птица коротко вскрикнула, будто насмешливо фыркнула, и внезапно рванула прямо на него. Фрррррр! Бэк Ин-хо быстро прыгнул вперёд, взмахнув серебряным клинком. Звяк! Когда клинок ударил по птичьему клюву, раздался острый скрежет. Кииек! Чудовищная птица, чей клюв рассёк меч серебряного атрибута, резко откинула голову. Словно не в силах поверить, она долго смотрела на свой срезанный клюв. И это было понятно: клинок Бэк Ин-хо обладал очищающей силой, куда более мощной, чем обычное серебро. Воспользовавшись этим зазором, Бэк Ин-хо уже собирался нанести второй удар… …?! Но резко остановился: вокруг тела чудовищной птицы закружился голубой свет, и, что поразительно, отсечённый клюв мгновенно восстановился. Бэк Ин-хо уставился на птицу, не в силах закрыть рот. Что сейчас произошло?! Демонические звери по своей сути несовместимы с такими атрибутами, как очищение или святость. И это не была грубая тёмная магия. Но как простая чудовищная птица могла пользоваться магией восстановления, которая относится к области божественного? Чудовищная птица щёлкнула полностью восстановленным клювом и взмахнула крыльями, словно насмехаясь над Бэк Ин-хо. — …Босс, вы видели? Демонический зверь со способностью лечения! В отличие от растерянного Бэк Ин-хо, Роун невозмутимо кивнул. — Думаю, Небесный самоцвет у неё внутри. — Небесный самоцвет? — Да. Даже если божественный самоцвет осквернён демонической энергией, его изначальная способность остаётся. — Тогда эта тварь… как она так прекрасно держится после того, как проглотила Небесный самоцвет? — Скорее всего… Потому что, когда она его проглотила, она ещё не была демоническим зверем. Но сейчас не было времени объяснять. Малыши были заняты тем, что сдерживали нападающую чудовищную птицу. Она легко отбила водяную каплю Суранга и брошенную атаку Торана. Даже ветровой клинок Соль не возымел эффекта. В лучшем случае слетало несколько перьев, а при первой же возможности раны тут же затягивались. Ккирюк, ккирюк. Остальные чудовищные птицы, наблюдавшие со стороны, окружили отряд Роуна, как зрители, и закивали головами. Они собираются поиграть с нами, а потом убить. Ощущение было такое, словно они оказались в ловушке без выхода. Так дело не пойдёт. Способность восстановления не была бесконечной, но даже если им повезёт и они сумеют её свалить, это тоже станет проблемой. Чтобы оживить павшее существо, эссенция Небесного самоцвета начнёт стремительно расходоваться. А значит, божественный самоцвет может быть повреждён. …И всё же продавить силой? В этот момент Конджи, будто приняв какое-то решение, ударил задними лапами по земле. В его глазах вспыхнула странно решительная аура. — Писк?! Прежде чем кто-либо успел спросить, что он делает, Конджи выстрелил в сторону чудовищной птицы, словно камень. — …! Вожак чудовищных птиц заметил Конджи. И без малейшего промедления проглотил катящегося Конджи целиком. — … — К-Конджи… Увидев, что Конджи на этот раз действительно проглотили, Бэк Ин-хо вдруг почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Конджи всегда держался особняком от котов. Почему-то этот его вид напоминал Бэк Ин-хо самого себя, и он невольно обращал на него внимание. Возможно, почувствовав это, тот тайком протягивал ему орешек всякий раз, когда Бэк Ин-хо пил хваджу. Он даже ни разу не успел погладить его всё ещё пухлый живот — всё время был слишком занят, следя за реакцией босса. Так бессмысленно быть съеденным…! В глазах Бэк Ин-хо вспыхнула ярость. Серебряный свет его клинка засиял ещё ярче. И в тот миг, когда его тело уже собиралось превратиться в серебряные доспехи… Кувэээк! Вожак чудовищных птиц судорожно задрожал, пошатнулся и с грохотом рухнул. Внутри его тела на миг вспыхнули слабые искры и исчезли без следа. Бэк Ин-хо, чья поднимающаяся боевая аура рассеялась в воздухе, опустил руку, уже превратившуюся в серебряную броню, и на секунду застыл. Вскоре мастерская «Рубикс» вывела сообщение о сборе побочных материалов. [Система] Снежная гора: получено Перо чудовищной птицы. [Система] Снежная гора: получен Коготь чудовищной птицы. . . . На месте исчезнувшего трупа чудовищной птицы стоял Конджи — в меховой шапке, которую на него надела Сон Су-хи, и с небесно-голубым самоцветом, аккуратно лежащим у него на голове. — Конджи! — Мяу! Роун выдохнул, глядя на Конджи, который стоял с сияющими глазами, будто всё это его развлекало. Он ожидал, что тот пройдёт сквозь тело птицы, но, увидев это собственными глазами, всё равно не смог не удивиться. Бэк Ин-хо, ничего этого не знавший, бесшумно бросился к Конджи. Конджи прошёл мимо него и забрался на ладонь Роуна. Тот сразу поместил принесённый самоцвет в мастерскую «Рубикс». [Система] Получен Небесный самоцвет Снежной птицы. …Снежной птицы?! Глаза Роуна расширились. Он знал, что Небесный самоцвет — это самоцвет божественного зверя, наполненный жизненной силой. Но не ожидал, что это окажется Небесный самоцвет Снежной птицы. Гррк! Грррк! Движения чудовищных птиц стали беспокойными. Они словно искали что-то потерянное: оглядывались по сторонам, а затем все разом повернули головы к отряду Роуна. Не было ни страха, ни враждебности, ни агрессии. Только странно тихая тишина. Ккиррурук! Тысячи ледяных глаз обратились к Роуну. Эти прозрачные, холодные взгляды медленно опустились. Словно кланяясь, чудовищные птицы склонили огромные крылья. И в этот момент появилось неожиданное сообщение. [Система] Снежная гора: вы стали вожаком чудовищных птиц. …Я? Роун недоверчиво моргнул. Он, живущий вместе с божественными зверями, — вожак демонических зверей? Это казалось неправильным. У божественных зверей снежных гор, как и у божественных зверей пика Пламени, действительно могла быть необычная внешность. Снежная птица исчезла давным-давно, и никто не знал, как она выглядела, но уж точно не в форме такой чудовищной птицы. И то, что даже мастерская «Рубикс» называла их «чудовищными птицами», лишь подтверждало это. Тогда почему они носили в себе осколок Небесного самоцвета? Может, Небесный самоцвет, осквернённый демонической энергией, естественным образом мутировал? Чудовищные птицы снежных гор не распространяли демоническую энергию и не заражали других демоническим ядом. Однако из-за крайне свирепого нрава охотники часто на них охотились. Роун думал, что они просто не нападают на одной лишь инстинктивной ярости, как другие демонические звери. Значит, вот в чём было отличие. Он достал Небесный самоцвет, с которого уже была снята демоническая энергия, — драгоценный камень, ясный и прозрачный, как небо. Внутри него мерцало тихое сияние, будто в лёд заключили россыпь звёзд. Попади этот самоцвет в человеческие руки, люди попытались бы расколоть, огранить и придать форму этой тайне. Но это было наследие божественных зверей, с которым люди не могли обращаться. Как кит не сможет жить в чаше только потому, что в неё налили морскую воду, так и этот самоцвет, стоит превратить его в артефакт, утратит свою изначальную божественную силу. Роун осторожно вернул Небесный самоцвет в мастерскую «Рубикс». Заглянув внутрь, он увидел, что хранилище заполнено яйцами, которые собрал Конджи. Яйца, которые вылупятся теперь, станут настоящими Снежными птицами. Оставалось только вывести их. Это не будет сложно: они не такие требовательные, как яйцо божественного зверя пика Пламени. — Мяу! — Гррр? Повернув голову на голоса малышей, Роун увидел, что они гордо сидят в ряд перед чудовищными птицами и принимают приветствия. — Я верховный божественный зверь горы Нокма! — И я тоже! — А-а! Чудовищные птицы склонили головы набок и уставились на крошечных созданий. Пора было уходить. Чем дольше они задерживались, тем ближе пропавшие жители деревни были к тому, чтобы превратиться в носителей. — Идём. Когда Роун двинулся, чудовищные птицы расступились, открывая путь. А потом тихо пошли следом. Они признали меня вожаком и собираются идти за мной? Роун проигнорировал их и ускорил шаг. Спустя довольно долгое время Бэк Ин-хо, всё это время оглядывавшийся назад, наконец сказал, словно больше не мог терпеть: — Они всё ещё идут за нами. Когда Роун обернулся, бесчисленные чудовищные птицы тянулись за ними гуськом, как утята. Уже невозможно было понять, где белое снежное поле, а где птицы. Их не одна и не две… это проблема. Оставить фрагмент с Небесным самоцветом в гнезде? Нет. Тогда яйца никак не вывести. Оставлять его вместе с яйцами тоже тревожно. Снова подниматься на снежную гору, чтобы проверить их, будет непросто. Незаметно для себя они вернулись к гнезду чудовищных птиц. Когда Роун собирался пройти мимо, Конджи, сидевший на фрагменте мастерской, легко прыгнул ему на плечо. Он тихонько пискнул у самого уха. — Писк! — …?! Роун моргнул и повернул голову, а Конджи вытащил свой привязанный предмет. Почему Коробка вехи? Когда он открыл фрагмент, внутри аккуратно лежало одно-единственное семя. --- Через некоторое время чудовищные птицы перенесли Роуна к обрыву, где располагалось их гнездо. Хотя их когти выглядели острыми, птицы подняли его так, что ни разу не царапнули кожу. Как только они прибыли, Конджи, используя телепортацию, засуетился вокруг и начал искать подходящую землю для посадки семени. Найдя подходящее место, он принялся разгребать покрытую снегом почву. — Конджи, это семя ведь может расти даже зимой? — Писк! На осторожный вопрос Роуна Конджи коротко ответил и снова взялся копать. Затем он аккуратно закопал толстое, крепкое семя. Значит… теперь можно будет телепортироваться сюда? Конечно, полной уверенности пока не было. Роун вместе с чудовищными птицами перенёс яйца обратно в гнездо. На краю обрыва ему бросилось в глаза большое гнездо, выглядевшее довольно удобным. Похоже, это было логово, предназначенное для вожака чудовищных птиц. В одном углу лежали мягкие перья, блестящие магические камни и украшения. Оставим здесь фрагмент «Рубикса». Роун поднял в центр гнезда один фрагмент, содержащий Небесный самоцвет. Так чудовищным птицам нужно будет лишь охранять яйца, как обычно. Он мог бы забрать яйца в мастерскую и вывести их там. Но рождённые таким образом Снежные птицы не смогли бы как следует взрастить свою божественную силу. К тому же… Снежным птицам, чтобы расти здоровыми, нужны холодные земли. Он собирался лично убедиться, не проявят ли чудовищные птицы враждебность к птенцам. Если что-нибудь случится, фрагмент мастерской «Рубикс» сообщит ему. Когда рассвело и ветер стих, чудовищные птицы, казалось, не хотели отпускать Роуна и остальных, но с Небесным самоцветом в гнезде больше не следовали за ними. — Эм, босс. Насчёт этого. Когда чудовищные птицы исчезли из виду, Бэк Ин-хо замялся и заговорил. Роун, которому было лень отвечать, повернул голову и стал ждать продолжения. — Мы ведь убили ту, что держала инкубационный камень… Может, это она откладывала тех чудовищных птиц? — …Что? Роун слегка приподнял бровь на его путаные слова. — Теперь, когда я подумал, может, она была не просто большой… Вдруг она носила яйца? Тогда мы могли убить их мать… — Пф! Сдерживая смех, Роун продолжил: — Что ты себе представляешь? Ты увидел в вожаке чудовищных птиц какую-то муравьиную королеву? — … — Эта тварь просто сама по себе была жирной и сидела в лучшем гнезде. Вокруг валялись груды вещей, которые она украла после убийства людей. Она ела, спала и правила. Жалеть её незачем. — А, как хорошо. Значит, я зря волновался… ха-ха. На мгновение мне показалось, что она могла быть божественным зверем. Было бы жаль, если бы они потеряли мать. Бэк Ин-хо неловко рассмеялся. Роун ощутил странный диссонанс: сейчас Бэк Ин-хо был совсем не похож на того, кто без колебаний рубил демонических зверей. — Мать, значит. Не думал, что ты будешь беспокоиться о таких вещах… В любом случае теперь, когда Небесный самоцвет получил правильную энергию, характер чудовищных птиц станет намного мягче. Роун на миг вспомнил, как чудовищные птицы склонили головы. Мысль о том, что они могли родиться Снежными птицами, почему-то заставила сердце потяжелеть. И когда это чувство уже начинало оседать в груди, малыши раскрыли розовые рты и закричали. — Мяу! — Мии-яу! — Босс — наша мама! — Нет, он наш папа! — А-а? Малыши, широко раскрывая розовые рты, переводили взгляды с Роуна на Бэк Ин-хо и обратно. Увидев это, Бэк Ин-хо улыбнулся. А затем, словно внезапно что-то вспомнив, сменил тему. — До точки назначения не видно ни одного демонического зверя. Если пойдём так, скоро доберёмся. — Да. Давай немного ускоримся. Конджи неспешно парил на фрагменте мастерской «Рубикс», а малыши, хотя и могли летать, прыгали по толстому снегу, как кролики. Старательно следуя за Ёнхо, группа Роуна вскоре добралась до точки, отмеченной на карте. Ёнхо кружил над покрытой снегом землёй. Он плавал кругами внутри водяной капли и, похоже, пытался на что-то их поторопить. Роун подошёл ближе и посмотрел на это место. — Здесь, под землёй, люди? — Хе-хе-хе… ---------- Скрытая катакомба Ёнхо парил над пустым снежным полем, словно плыл по воздуху. — Похоже, пропавшие люди под землёй. Услышав слова Роуна, Бэк Ин-хо удивлённо подошёл ближе, будто готов был тут же начать раскапывать землю. — …Так вот почему свечи Дынмён не погасли. С учётом времени, прошедшего с исчезновения, люди уже давно могли замёрзнуть насмерть, и Бэк Ин-хо как раз считал странным, что свечи Дынмён всё ещё горят. Говоря это, он ногой разгрёб залежавшийся снег. — Но где они вошли? Тут нет ни единого следа. — Хм, правда. Может, вход где-то занесло снегом. Роун начал искать Соль, думая, не сможет ли ветер смести снег. Но малыши, забравшиеся на большой камень, присели и заглядывали в трещину в скале. Они что, жука там нашли? И в этот момент из камня выскочила знакомая фигурка. — Писк! Конджи играл, проходя сквозь камень. Когда Суранг высоко поднял обе передние лапы и игриво бросился на него, Конджи тонко пискнул и подпрыгнул, словно велел не мешать. Соль, сидевшая на камне, молча смотрела на живот Конджи, который при каждом прыжке смешно подпрыгивал. Когда Соль наконец ткнула его передней лапой, Конджи достал из-за щеки орех и швырнул в неё. — Мяу! Торан, который обычно просто сидел с пустоватым видом, теперь катался по камню и играл. Похоже, этот камень им понравился. На миг губы Роуна слегка изогнулись, и он забыл о пропавших людях. Затем он подошёл к камню с нарочно серьёзным выражением лица. Гр-р-рохот! Земля вокруг задрожала, и снег, скопившийся рядом со скалой, с шумом обрушился вниз. Вскоре открылось большое отверстие — будто чудовище на краю земли распахнуло пасть. Под ним показалась красноватая лестница, уходившая вниз, словно длинный язык. Услышав тяжёлый грохот, Ёнхо и Бэк Ин-хо подбежали ко входу. — Я думал, это камень, а это оказался вход в подземелье. Бэк Ин-хо активировал магическое зеркало и быстро проверил, есть ли внутри демонические звери. — Что-то есть, но демонический яд не обнаружен. — Они неядовитые демонические звери, как гигантская птица? — Не уверен. Цвет немного бледный для демонических зверей. Босс, не взглянете? Когда Роун посмотрел в магическое зеркало, точки, которые должны были быть зелёными, сгрудились желтоватым оттенком. — …Спустимся и проверим. — А, подождите минутку, босс. Разве это не странно? Бэк Ин-хо поспешно остановил его. — Это может быть катакомба тёмных магов. Если так, здесь должен быть барьер, но она открылась сама. Вдруг это ловушка? Его, похоже, больше тревожило не присутствие демонических зверей внутри, а то, что барьер оказался снят. — Ну, раз вообще нет реакции, может, барьер сам рассеялся. Барьер, у которого заканчивалась магия, иногда рассеивался сам собой, так что Бэк Ин-хо больше не смог возразить. На самом деле Роун думал, что барьер мог развязаться в тот миг, когда он приблизился. На горе Нокма такое уже случалось несколько раз. Но уверен он не был. Бэк Ин-хо погладил подбородок и, не сводя напряжённого взгляда со входа, пробормотал: — Если он сам рассеялся, почему внешняя дверь была закрыта? И почему она вдруг открылась? — Писк! — Я открыл! Проходя мимо него, Роун равнодушно ответил: — Наверное, сломалась. — … — Мяу-мяу! Божественные звери выстроились за спиной Роуна. С сияющими глазами, как дети на экскурсии в музее, они последовали за ним внутрь. Немного поколебавшись, Бэк Ин-хо тоже кивнул и вошёл. Раз босс так говорит, значит, так и есть. Подземелье оказалось неожиданно тёплым. От стен исходило мягкое тепло, и, хотя освещения не было, темноты тоже не ощущалось. — Чувство такое, будто мы вошли в кафе. Бэк Ин-хо тихо пробормотал, идя следом. Когда Роун сделал несколько шагов и вышел из коридора, перед глазами открылись странные и роскошные демонические растения. Красные тычинки, набухшие стебли, сверкающие тёмно-розовые лепестки. Даже под землёй, в суровой и бедной водой снежной горе, разные демонические растения росли свежими и полными жизни. Для такого места это было удивительно. Приглядевшись, Роун понял: за исключением нескольких видов, большинство относилось к корму для демонических зверей насекомого типа. — …Похоже, это рассадник. — Рассадник? Они выращивают демонических зверей в таком месте? Тогда где сами демонические звери… Бэк Ин-хо, слегка оживившись и оглядываясь по сторонам, вдруг замолчал. Затем, словно что-то заметив, он поспешно поднял руку. — Там… что это? В углублении между камнями находилась большая конструкция, похожая на кокон. Её поверхность была соткана из тонких полупрозрачных волокон. Странным было то, что с одной стороны имелась дыра как раз такого размера, чтобы туда мог протиснуться человек. Они пригнулись и заглянули внутрь. Внутри показался чёрный шар, похожий на человеческую голову. — …Это человек. Бэк Ин-хо подошёл и кончиком клинка разрезал внешнюю стенку кокона. Шшик, шшик. Тонкие волокна разошлись, и внутри открылся мужчина, свернувшийся клубком. — …К счастью, он ещё дышит. Роун присел рядом с коконом и провёл пальцами по его поверхности. …На ощупь похоже на Нить пожирания. Просачивающаяся демоническая энергия была сопоставима с энергией Сильвенуса, так что он мог предположить: это кокон высокорангового демонического зверя на личиночной стадии. В отличие от Нити пожирания, этот кокон не обладал способностью поглощать, но по нему текла слабая демоническая энергия — достаточно, чтобы частично защитить от холода снежной горы. К тому же из-за запаха высокорангового демонического зверя большинство демонических зверей инстинктивно не стали бы приближаться. Для заражённого человека, ставшего носителем, лучшего убежища было не найти. — Как этот человек спустился сюда и спрятался внутри? Осторожно спросил Бэк Ин-хо. — Скорее всего, он пришёл не сам. Коконы, вероятно, подготовили заранее, а тех, кого инфекция полностью захватила, принесли сюда и поместили внутрь. Оглянувшись, Роун увидел, что белые коконы редкими пятнами лежат в каменных расщелинах и неглубоких впадинах. — Вон там есть ещё несколько. — Я всех вытащу. — Да, пожалуйста. Всего их было пятеро: трое мужчин, а среди женщин — одна пожилая и одна маленькая девочка. Когда их одного за другим вынули и уложили на землю, малыши поспешно достали капли противоядия и лечебного зелья. Как только капли зелья потекли им в рот, к лицам постепенно вернулся цвет, и послышалось ровное дыхание. Освободившись от состояния анабиоза, они теперь погрузились в настоящий сон. — Почему они не просыпаются сразу? Бэк Ин-хо, похоже, удивлялся, что даже после чудесного зелья Роуна люди не приходят в себя. — Если Токсичные иглы кусают человека и делают его носителем, восстановление идёт медленно. Роун коротко рассказал ему, как спас членов гильдии «Сентинел» из гейта. — Понятно. Хорошо, что всё так. Бэк Ин-хо выдохнул с облегчением. Тем временем Роун слегка наклонил голову. Раз здесь были даже коконы Сильвенуса, с большой вероятностью это место действительно было рассадником насекомых. Но почему тогда не видно ни одного насекомого? Может быть… — Оставим этих людей пока здесь и осмотрим глубже. На всякий случай он решил оставить с ними одного из малышей. Сначала — доброволец. — А-а-а! Торан, что было для него редкостью, громко подал голос, но Роун покачал головой и вместо этого посмотрел на Соль. Если оставить Торана, тот наверняка просто уставится в пустоту и ничего не сделает. — Мяу! — Хорошо, Соль останется. Стихией Соль был ветер, так что, если что-то случится, она сможет быстро подняться наверх. Роун взял с собой Торана, Суранга и Ёнхо, а Бэк Ин-хо вместе с Конджи пошёл осмотреть глубину. Когда они вошли в узкий проход, прежний мягкий свет померк. Свет тянулся только в другие ответвления, а этот коридор был тёмным, будто заброшенным. Они уже бессознательно собирались свернуть туда, где было светлее, когда Торан вдруг твёрдо остановился в тёмном коридоре. — …Иди сюда. — А-а-а! Тот, кто редко вообще кричал, теперь даже повысил голос. Упрямится, потому что я не оставил его раньше? Роун подошёл, собираясь его уговорить, но Торан вдруг достал глиняных кукол. Человечкообразные глиняные куклы с мягким стуком упали на пол, а потом поднялись на ноги. — Зачем ты их достал? Роун не успел договорить, как глиняные куклы сами засеменили в темноту. — Курунг! — Хы-хы… Суранг и Ёнхо возбуждённо последовали за глиняными куклами. — А? Вы куда? Роун уже собирался пойти за ними, когда Бэк Ин-хо, державшийся чуть поодаль, вернулся. Лицо у него было полно разочарования: он ничего не нашёл. Словно утешая его, Конджи забрался к нему на голову и мягко похлопал по аккуратно зачёсанным волосам. И тут в поле зрения Бэк Ин-хо попали Ёнхо и малыши, идущие цепочкой. Малыши легко шагали, глядя на глиняных кукол впереди, а Ёнхо плыл рядом в такт. — Похоже, малыши что-то нашли! Глаза Бэк Ин-хо заблестели, и он осторожно пристроился в конец процессии. Роун, следуя за ним, слегка покачал головой. Глиняные куклы остановились перед серой каменной стеной. Если не присматриваться, невозможно было даже понять, что там есть дверь, — она была идеально скрыта. Когда Бэк Ин-хо провёл рукой по стене… Тук. Едва его кончики пальцев успели её коснуться, как что-то оттолкнуло его назад. Чем больше силы он прикладывал, тем сильнее, казалось, из него вытягивалась магия. Глиняные куклы отважно бросились вперёд, но стоило им коснуться стены… Хруст. Они бессильно рассыпались на куски. Ни Суранг, ни Торан не могли пересечь барьер. Все магические атаки отскакивали обратно. — Писк! Словно признавая, что с этим барьером даже он ничего сделать не может, Конджи натянул шляпу пониже и забрался на фрагмент «Рубикса». — Босс, здесь мощные барьеры. Насколько я могу судить, есть блокировка, разряд и поглощение магии… Пока Бэк Ин-хо говорил серьёзным тоном, Роун молча подошёл ближе. Он посмотрел на стену, а затем небрежно положил на неё ладонь. — Э, босс, осторож—… В тот самый миг, когда Бэк Ин-хо поспешно потянулся к нему… Барьер без всякого сопротивления распустился, и поток воздуха изменился. Гр-р-рохот. Тяжёлая дверь, казавшаяся такой, будто никогда не откроется, медленно отворилась. — Мяу! Торан и Суранг, будто только этого и ждали, завиляли задами и прыгнули внутрь. Бэк Ин-хо произнёс с недоверчивым выражением лица: — …Барьер снялся? Роун взглянул на него и ответил: — Кто знает. Может, сломался. Когда они заглянули за дверь, Роун и Бэк Ин-хо на мгновение потеряли дар речи. Вместо железных клеток, где должны были бы держать демонических зверей, перед ними развернулась совсем другая картина. Между загадочными лепестками порхали огоньки, заполняя всё поле зрения, а откуда-то тянулся сладкий аромат. Роун протёр глаза и внимательно посмотрел на полупрозрачных светящихся насекомых. Их крылья переливались множеством цветов, словно витражное стекло. В энциклопедии демонических зверей они относились к особому рангу — виду, который целиком запечатали, потому что истреблять его было слишком хлопотно. …Так вот он, рассадник Лумимосов. Бэк Ин-хо зачарованно протянул руку к демоническим зверям Лумимосам. Группа Лумимосов, недолго покружившая вокруг его руки, тут же спряталась где-то. — О… бабочки меня избегают. — Это демонические звери Лумимосы. Странные существа, которые садятся на людей на грани смерти и крадут их последний вздох. — Крадут последний вздох? — Да, так написано в последнем томе энциклопедии демонических зверей. Если увидишь их — обязательно прогоняй. Если не хочешь, чтобы даже последний отблеск угасающей жизни забрал демонический зверь. — Но если человек на грани смерти, он ведь всё равно скоро умрёт? Разве не лучше, если это хотя бы немного облегчает боль? Бэк Ин-хо посмотрел на прекрасных Лумимосов и спросил так, словно не до конца понимал. — Хм… Можно сказать, у тебя забирают последний миг, который был тебе дан. Если в момент, когда жизнь угасает, ты хотел что-то сказать дорогому человеку, но внезапно лишился этого шанса, каково это будет? — … — Ту жизненную силу, которая вспыхивает в это краткое мгновение. Они её крадут. — …Теперь, когда думаю об этом, это жестоко. Наверное, они такие красивые потому, что живут за счёт украденной жизненной силы. — И всё же они пугливые, так что, если их прогнать, быстро улетают. По-настоящему страшно другое. Когда Роун ненадолго замолчал, Бэк Ин-хо сглотнул и стал ждать продолжения. — Порошок, который производят Лумимосы. — Порошок? — Да. О нём я тоже знаю немного. В энциклопедии записей нет. Перед Роуном малыши смотрели на него блестящими глазами, словно спрашивая, когда уже начнётся сбор. — Хорошо, собираем. Когда будете их оглушать, осторожнее, не повредите крылья. — Мяу! — Мя-яу! По словам Роуна Суранг поймал демонических зверей Лумимосов кольцеобразными водяными каплями. Торан, видимо, не был уверен, что сможет не повредить крылья, поэтому поднял и опустил призванный камень, быстро щёлкая зубами. В итоге собирали не Лумимосов, а демоническую траву, пышно цветущую в стороне. [Система] Собрать демонического зверя Лумимоса? [Система] Собрать демоническую траву Некта? Роун решил сохранить Лумимосов и поглотить демоническую траву. [Система] Получен Кровавый мёд. [Система] Получен демонический зверь Лумимос… . . . Рассадник Лумимосов опустел в одно мгновение. — Хы-хы-хы… Ёнхо, словно теперь и у него появилось дело, достал капли Кровавого мёда и попытался провести конденсацию. [Система] Конденсация — 1 раз. [Система] Кровавый мёд → Бронзовый мёд. А? Возможно, из-за очищающей силы Ёнхо слово «кровавый» изменилось на «бронзовый». Его можно есть? Пока Роун рассматривал светло-коричневую каплю, которая выглядела хорошо выдержанной, Бэк Ин-хо крикнул: — Босс, вижу дверь. Повернув голову, Роун увидел на стене, где исчезли густо разросшиеся внутри рассадника демонические травы, плохо сделанную дверь. Это была не каменная дверь, а грубая, будто кто-то где-то раздобыл дверное полотно и силой втиснул его в отверстие. Из этой комнаты распространялась тёплая энергия, как из теплицы. На ярко-зелёных листьях мирно грызли демонические листья пастельных оттенков шелкопряды. В отличие от коконов, в которых у стены держали заражённых, здесь то тут, то там висели маленькие мягкие коконы размером с палец. — Босс, это… должно быть, шелкопряды и коконы демонического зверя Лумимоса, да? Роун кивнул, осмотрел стену и заметил у её основания кучу полупрозрачного порошка. По ней расходился слабый пастельный оттенок. Может, это порошок Лумимоса? Он думал, что порошок осыпается с тел Лумимосов, как пыль с крыльев мотыльков, но это оказался порошок, который производили шелкопряды. Роун тут же поглотил порошок в мастерскую «Рубикс». [Система] Поглощение Некропыли. [Система] Извлечение крепкой жизненной силы. А? Некропыль? Он примерно догадывался, но, когда этот невероятный сбор удался, по всему телу Роуна пробежала дрожь. Подумать только, такой материал ещё остался в этом мире. Получить остатки запечатанных демонических зверей Лумимосов было всё равно что обнаружить где-то в мире спрятанный тайный манускрипт. Роун сразу открыл древний текст, чтобы проверить. Но там она упоминалась лишь как «посредник, восстанавливающий утраченную жизнь». Сохранились только фрагментарные записи, так что точное применение было неизвестно. Ну, узнаю постепенно. Уже одно обладание таким материалом было огромной удачей. Шур-шур. — Соберите и сохраните шелкопрядов и коконы, а демонические травы поглотите. [Система] Получены семена демонической травы Некта. [Система] Получен Кровавый мёд. [Система] Получен шелкопряд демонического зверя Лумимоса. [Система] Получен кокон демонического зверя Лумимоса. Вскоре и это место стало чистым и аккуратным. — Наблюдать за вашим сбором, босс, правда освежает. Ха-ха. Бэк Ин-хо восхищённо оглядел очищенный рассадник. В пустой теплице вдруг скользнул странно знакомый ветерок. Здесь ведь даже окон нет. Откуда ветер? В тот миг, когда Роун повернул голову вслед за ветерком, перед его глазами опустилось одно перо. Лицо Роуна слегка напряглось. Нет, это же… Это было перо «Совы Соль». ---------- Божественные звери Снежной горы Когда Роун осторожно взял Сову Соль, стоявший рядом Бэк Ин-хо удивлённо заговорил: — Разве это не перо, которым играла Соль? Что-то случилось? — Скорее всего. Раз она даже Сову Соль отправила в полёт, чтобы быстро позвать меня, значит, я там нужен. Малыши и Бэк Ин-хо побежали вперёд, а Роун последовал за ними вместе с Конджи и Ёнхо. Бэк Ин-хо думал: раз это подземелье под землёй, кишащее демонической звериной травой и насекомыми, там могло произойти что угодно. Он куда сильнее беспокоился о том, не столкнулась ли Соль с чем-то одна, чем о заражённых, и потому рванул вперёд как стрела. — Ккруунг! Суранг и Торан, не зная, почему Бэк Ин-хо так отчаянно ускорился, переглянулись и тут же сорвались с места. В глазах малышей, которые обогнали Бэк Ин-хо, сверкало проказливое веселье. Когда белые разрезанные обрывки коконов стали ясно видны, Роун заметил людей, приходивших в себя и вставших кругом вокруг чего-то. — Ах, какой хорошенький! Чей это котик? Пожилая женщина наклонилась вперёд, разглядывая Соль. Соль закатила глаза туда-сюда и осторожно уклонилась от руки, потянувшейся к её лбу. — Пятнышко, ты нас разбудил, да? Ты мой спаситель. Так что пойдём к нам домой! Я всю жизнь буду отплачивать тебе за доброту. Хорошо? Перед Соль опустилась на колени девочка с сияющими глазами. В руке она держала маленький демонический звериный цветок, который смело сорвала. — Погоди, малышка. По одному блеску шерсти видно, что у этого кота есть хозяин. Мужчина в кожаной броне скрестил руки на груди и попытался остановить девочку. Та надулась и села прямо. — Нет! Какой сумасшедший хозяин бросил бы такого кроху? Его точно бросили! — Эй, Е-соль, посмотри на дорогой шарф у него на шее. Он совсем новый, даже испачкаться не успел. Разве кто-то стал бы надевать на брошенного кота лоскут с магическим плетением? — Тогда почему он здесь? — Либо потерялся, либо его похитили, как нас. После слов молодого мужчины девочка молча уставилась на шарф Соль. В этом был смысл. Никто не выбросил бы такого маленького, дорогого и красивого малыша. — …Понятно. Значит, его похитили из богатой семьи. Но нас-то тогда зачем похитили? У нас есть только этот занесённый снегом дом. Невинный вопрос Е-соль на миг заставил всех замолчать. Молодой мужчина рядом с ней ответил с серьёзным выражением лица: — Наверное, они решили, что ты дочь богатой семьи. Сейчас у богачей все худые и бледнолицые. Похитители не знали, что ты такая только потому, что живёшь на Снежной горе, где мало солнца. Вот и перепутали. А нас прихватили бонусом. — Что?! Какая глупость. Даже если они ошиблись… То есть нас похитили из-за меня? Е-соль надула губы и прищурилась, но не стала спорить с тем, что её назвали богатой девочкой. Люди вокруг тихо рассмеялись. Мужчина в кожаной броне мягко сказал: — Хорошая девочка, пойдём поможем найти хозяина кота. — Хи-и, да… Но едва они собрались подняться, Е-соль увидела двух живых существ, мчавшихся к ним, и прикрыла рот. — Кья! Тут ещё похищенные! Её голос дрожал, но на губах уже появилась улыбка. За малышами показался Бэк Ин-хо. — Кто-нибудь ранен? Его короткий, чёткий голос привлёк внимание всех. Старик, до того молча стоявший в стороне, выпрямил спину и шагнул вперёд. — О, молодой человек, вы, должно быть, из спасательного отряда. Огромное спасибо, что спасли нас. Затем между ним и охотником в кожаной броне состоялся короткий разговор. После укусов демонических зверей-москитов люди потеряли память и даже примерно не понимали, где именно на Снежной горе находятся, и что место, где их держали, было под землёй. Когда они услышали, что были заперты в коконах, по лицам людей пробежал страх. В тот миг, когда взрослые замялись, не зная, как объяснить детям, что люди были носителями Токсичных игл, Роун неторопливо вошёл сзади. Е-соль, гладившая Суранга и Торана, вскочила, указала пальцем и громко закричала: — …А кто этот ребёнок на квадратной коробке? В меховой шапке! И в капле воды ещё ящерица, бабушка! Все взгляды сосредоточились на Конджи и Ёнхо. Молодой мужчина с широко раскрытыми глазами спросил охотника в кожаной броне: — Дядя, они… божественные звери, да? — Ты только сейчас понял? Грубоватый ответ изменил выражение лица молодого мужчины. Божественные звери были благородными существами, которых не мог держать рядом кто попало. Считалось, что хранители божественных зверей, способные общаться с этими легендарными созданиями и брать их в спутники, давно исчезли. И всё же перед ними стоял хранитель божественных зверей, путешествующий с таким множеством божественных зверей. Это было зрелище, в которое трудно поверить. Восхищение и страх естественным образом сместились с божественных зверей на Роуна. Э-э, что это за атмосфера? --- Снаружи резкий морозный ветер немного ослаб. — Ай! Как хо-о-олодно! Е-соль вздрогнула от внезапного холода и вцепилась в отца. Люди, которые ещё не были заражены и собирались подниматься на Снежную гору, были одеты легко. Роун обмотал девочку своим шарфом и раздал людям согревающие камни, наполненные магией тепла. — Ух ты! Этот камень такой тёплый! Кажется, теперь я выживу! Е-соль прижала маленький камень к груди и ярко улыбнулась. — Интересно. Сколько ни держи, он не раскаляется, но тело прогревается. Лучше мешочка с бобами. Бэк Ин-хо посмотрел на Роуна так, будто спрашивал: «Почему ты только сейчас это достал?» — Все камни под землёй были согревающими. Я наполнил их магией тепла, и эффект оказался хорошим. Если просто держать такой в кармане, он согреет всё тело. Похоже, в рассаднике Лумимосов Роун задержался потому, что подбирал эти камни. Бэк Ин-хо, будто получив надёжный артефакт, расправил прежде сгорбленные плечи и уверенно зашагал вперёд. Группа медленно последовала за ним к входу в долину у подножия Снежной горы. Когда они уже входили в горную долину, над обрывом показалась стая кружащих чудовищных птиц. — Чудовищные птицы! Люди вскрикнули от неожиданности, но птицы не проявляли признаков нападения: в клювах они несли крупную добычу, похожую на червей. — Они, наверное, охотятся. Демонические звери, живущие в земле, значит. Мужчина в кожаной броне пробормотал это, наблюдая за птицами. Пока все смотрели вверх, снежный нанос под Е-соль вдруг вздыбился. — Кья! Демонический зверь, такой же, как тот, которого укусила чудовищная птица, выскочил к Е-соль с раскрытой пастью. Бэк Ин-хо, оказавшийся в стороне от девочки, поспешно выхватил меч, но на долю мгновения опоздал. Прежде чем его клинок успел достать зверя, заострённая пасть подземного демонического зверя вцепилась Е-соль в ногу и потянула. И в тот же миг… — Ши-и-и-ик! Чудовищная птица метнулась молнией, схватила демонического зверя и взмыла прямо в небо. Благодаря тому что она подняла зверя за загривок, нога Е-соль сразу освободилась, и на ней не осталось ни раны. Мужчина в кожаной броне быстро помог упавшей Е-соль подняться, а бабушка тщательно ощупала её руками. — Ох, дитя моё, к счастью, ты не пострадала. Роун и чудовищная птица на миг встретились взглядами. С таким видом, словно спрашивала: «Я хорошо справилась?», птица взмыла над долиной. Роун подавил короткий смешок. — …Что сейчас было? — Может… они нам помогли? — Да быть не может. Это ведь всё-таки чудовищные звери. Услышав слова молодого мужчины и охотника в кожаной броне, Бэк Ин-хо поднял взгляд к птицам в небе. Глаза птиц, теперь улетавших прочь, казались мягче, чем прежде. Среди растерянных людей Бэк Ин-хо бросил взгляд на Роуна и улыбнулся. Опять делает вид, что ни при чём. Знакомый ему Роун всегда был таким. Даже обладая удивительными способностями, он никогда не выходил вперёд. Притворяясь равнодушным, он тихо решал ситуацию и исчезал вместе со своими божественными зверями. Он не искал ни награды, ни признания. Именно за это Бэк Ин-хо восхищался Роуном и уважал его. Малыши скакали по снегу, который был глубже их собственного роста, словно играли в прятки. Е-соль, зачарованная тем, как они без устали гоняются друг за другом, то и дело оглядывалась. Ближе к концу спуска со Снежной горы тонкий крик разрезал снежную тишину. — Мяу! — …?! Это был звук того, что кто-то нашёл нечто интересное. Каждый раз малыши срывались с места, словно пущенный мяч. Если они уйдут слишком далеко, будет опасно. Роун поспешно потянулся к Сурангу, но не успел их поймать. — Мяонг! — Ах! Как и ожидалось, малыши куда-то умчались. — Куда вы теперь?! — Эй, дети! Это опасно! Скорее назад! Роун и Бэк Ин-хо крикнули им вслед, но малыши без колебаний понеслись через снежное поле. Они вдвоём немедленно бросились за божественными зверями, а люди последовали за ними с испуганными лицами. Пробежав некоторое расстояние, они заметили, что снежная тропа постепенно выровнялась, кусачий морозный ветер ослаб, а из-под земли начал подниматься слабый жар. Если на снежных полях горы каждый шаг отдавался ледяным прикосновением, здесь всё было совершенно иначе. Даже без слов все почувствовали, что вошли в иной предел. Хотя холод отступил и телу стало легче, напряжение не исчезло. Мужчина в кожаной броне тихо сказал: — Матушка, кажется, я уже бывал здесь. Услышав его слова, бабушка тихо кивнула. — Ты помнишь, дитя. Давным-давно здесь дули тёплые ветра. В те времена, когда божественные звери охраняли Снежную гору, даже зима была мягкой. Цвели цветы, созревали плоды, и слышались песни горных птиц. Бэк Ин-хо и Роун невольно представили себе прежний пейзаж Снежной горы. Дикая малина среди снегов… должно быть, словно становишься бессмертным. От слов бабушки глаза Е-соль расширились. — Правда? Тогда… здесь жили белки и кролики? — Да, они тоже любили это место. Но теперь, когда морозные ветра несут демоническую энергию, они уже не могут вернуться. Бабушка с тоской посмотрела на далёкие горы. Шорох. С той стороны, куда убежали малыши, медленно выступил огромный силуэт. Он стряхнул снег со спины и, тяжело выпуская грубые клубы дыхания, шаг за шагом приблизился. Когда его очертания стали яснее сквозь падающий снег, с губ людей сорвались изумлённые вздохи. Густая чисто-белая шерсть покрывала всё его тело, а величие было таким, будто он дышал самим духом Снежной горы. С первого взгляда было ясно: это божественный кабан Снежной горы. — Этого… не может быть… Бабушка застыла на месте, не в силах сдвинуть ноги. Божественный зверь, которого она видела в юности, наложился на того, кто стоял перед ней. О том, что рядом с деревней живёт божественный зверь, когда-то только говорили; мало кто по-настоящему в это верил. И всё же он был здесь — живой, точно такой, каким она запомнила его в молодые годы. Слёзы медленно наполнили глаза бабушки. — …Ты вернулся. Ты правда вернулся. --- Тем временем мужчина, быстро добравшийся до своей катакомбы на спине йети, остановился. — Жди здесь. Я скоро выйду. Отдав йети приказ, он осторожно понёс гроб ко входу в катакомбу. Но каменная дверь, которая должна была быть занесена снегом, стояла полностью открытой, и даже установленный им барьер был снят. Появился незваный гость? Но беспокоиться было незачем. Внутри кишели человекоядные растения первого класса. Снаружи они выглядели нарядными, но стоило им почувствовать противника слабее себя — и они безжалостно превращались в настоящие людоедские растения. Он посадил только разновидности без демонического яда, чтобы было проще ими управлять. К этому времени их наверняка уже превратили в питательные вещества человекоядные растения, даже костей не оставив. Он спокойно вошёл в подземелье. Изначально этой катакомбой пользовались тёмные маги. Вскоре, поняв, что она заброшена, он сразу превратил её в рассадник насекомых. Для того, кто любил изучать редких насекомых, тайное место вроде катакомбы на Снежной горе было крайне привлекательным. Более того, оно идеально подходило для выращивания высококлассных человекоядных растений. Они служили кормом для насекомых и источником исследовательских материалов. Благодаря свирепым морозным ветрам подземелье никогда не зарастало чрезмерно. Случайно ему удалось восстановить демонических зверей Лумимосов. Рассадник, сосредоточенный только на Лумимосах, позволял человекоядным растениям размножаться самим при правильном управлении температурой, а шелкопряды производили нить и порошок. Время от времени он просто приходил и собирал порошок, который сделали шелкопряды. Но он не был тем, кто легко довольствуется достигнутым. Он был амбициозным алхимиком-энтомологом. Из добытых обломков он восстановил почти вымерших демонических зверей — Токсичных игл. Тук, тук. Голодная королева Токсичных игл и её солдаты в гробу снова начали хлопать крыльями. — Немного подождите. Внутри много вкусного мёда. Едва он шагнул внутрь, по воздуху пронеслось ледяное предчувствие. И точно: прекрасного сада перед ним нигде не было. Он исчез целиком. Никто его не повредил — он просто пропал. Не может быть… Я, должно быть, пришёл не туда. Но даже если бы кто-то украл сад, там должны были остаться хотя бы лепестки. Он остановился, прежде чем уйти. На самом деле не было никакой возможности, что он вошёл не туда. Он бросился к рассаднику Лумимосов. Хотя бы Лумимосы… Он долгие годы с огромным трудом восстанавливал несколько оставшихся демонических зверей Лумимосов. И теперь у него наконец была Некропыль… Пожалуйста! Увидев рассадник Лумимосов, он побледнел. Мало того что многослойные барьеры были разобраны, в воздухе над цветами не осталось ни одного Лумимоса, прежде летавшего там изящно. Даже шелкопряды в соседней комнате исчезли. Не осталось ни единой нити. Что, чёрт возьми, произошло? Если бы кто-то всё разрушил, было бы хотя бы кого обвинить. Но это… Это не могло быть делом человеческих рук. Ошеломлённый отчаянием, он ощупывал стену и бормотал: Должен быть какой-то трюк… какая-то барьерная магия… Он царапал каменную стену, словно безумец. И тогда… Тук, тук. Гроб, который он принёс, начал трескаться. ---------- Фонарь ожидания Покрытый шерстью дикий кабан осторожно приблизился к бабушке и остановился. Бабушка протянула к божественному кабану дрожащую руку. Божественный зверь посмотрел на кончики её пальцев и наконец мягко опустил голову ей на ладонь. Мягкое тёплое дыхание божественного кабана защекотало её ладонь. В глазах зверя словно поселилось знакомое спокойствие — будто он снова обрёл давно забытое прикосновение. — Мяу! Суранг, до этого тихо наблюдавший за сценой, подошёл к Роуну. Он потёрся маленькой головой о него и поднял взгляд, полный ласки, словно тоже просил погладить. Соль и Торан тоже вытянули головы вперёд, наперебой показывая своё обаяние. — Что это с вами… Обычно на людях они редко так ласкались, поэтому Роун сел на ближайший камень и стал по очереди гладить малышей по головам. Бэк Ин-хо, глядевший на это с завистью, тихонько подошёл ближе. Он молча присел рядом с Роуном, немного помедлил, а потом слегка протянул руку к малышам. Словно хотел, чтобы хотя бы кроха их ласки коснулась и его. — Ккурунг? Суранг склонил голову набок и чуть повернулся, а Соль не отвергла прикосновение Бэк Ин-хо, но взгляд всё равно держала на Роуне. Торан же, внезапно утратив интерес ко всему на свете, зевнул, развернулся и взмахнул пушистым хвостом. Потом медленно подошёл и сел рядом с божественным кабаном и бабушкой. Он принял позу, в которой вот-вот должен был уйти в прострацию. Божественный кабан подошёл к Роуну и осторожно потянул его за рукав зубами. — …Что такое? — Похоже, что-то случилось. Бэк Ин-хо посмотрел на Роуна с любопытством и произнёс это, а кабан потянул за рукав сильнее. Когда Роун поднялся, божественный кабан направился прямиком к густому лесу Снежной горы. Они дошли до границы Снежной горы, где дул холодный, резкий ветер. Это было место едва-едва за пределами территории демонических зверей. Зачем он привёл нас туда, где духовная энергия такая слабая? Для территории этого зверя энергия здесь была до смешного скудной, но причина вскоре стала ясна. — Крунг… На снегу лежало убогое гнездо, сложенное из обломанных сухих веток. Внутри, прижавшись друг к другу, дрожали детёныши божественного кабана. — Ох, боже…! В глазах бабушки снова набрались слёзы. Божественные звери обычно рожают там, где духовной энергии много. Но эта кабаниха свила гнездо в таком бесплодном месте… Похоже, она одна спустилась вниз, чтобы найти место, куда не доберётся демоническая энергия, и в конце концов родила здесь. — Дай мне на минутку осмотреть малышей. После слов Роуна божественный кабан отступил, словно давая разрешение. Маленькие кабанчики были слегка худыми, но в их дыхании чувствовалась чистая жизненная сила. Возможно, благодаря тому, что малыши поделились с ними частью своей духовной энергии, кабанчики дёргались от незнакомого запаха. Напоминает, как я впервые увидел малышей. И всё же они выглядели немного хрупкими. А? Приглядевшись, Роун заметил одного без шерсти. Он был самым маленьким и зарывался среди братьев и сестёр, поэтому только теперь попался на глаза. Даже божественному зверю с духовной энергией было бы трудно выдержать суровую Снежную гору без шерсти. Взгляд Роуна сам собой задержался на голом кабанчике. Люди осторожно приблизились, стараясь не тревожить мать-божественного зверя. Роун поднял руку, тихо велев им остановиться. — Ах, ему, наверное, холодно… Без шерсти он даже не похож на божественного зверя Снежной горы, просто поросёнок какой-то. Е-соль, увидев маленьких кабанчиков, поёжилась и заговорила. — Эм… господин Роун, у божественных зверей бывают мутации? Ничего, что он без шерсти? Мужчина в кожаной броне окликнул Роуна и спросил. Все с нетерпением ждали ответа Роуна. — …Не знаю, мутация это или нет, но, кажется, с телом этого маленького божественного кабана есть проблема. — Проблема… значит, он болен? Рождение драгоценного божественного зверя само по себе случалось редко, и даже один детёныш с изъяном мог быть плохим предзнаменованием. — Не болезнь… просто он, похоже, не может как следует усваивать духовную энергию Снежной горы. Роун покачал головой и снова проверил энергию маленького божественного кабана. Божественный зверь Снежной горы должен был поглощать особую энергию, чтобы выдерживать холодную магию, но этот малыш её отвергал. Будто хотел места потеплее и выпрашивал другую энергию. И всё же, родившись божественным зверем Снежной горы, он рано или поздно должен был принять здешнюю энергию, чтобы его способности развились полностью. Это как морская рыба, которая упрямо отказывается от солёной воды и настаивает, что будет жить в пресной. Упрямое отрицание собственной природы у маленького божественного зверя почему-то вызвало у Роуна улыбку. — Босс, мы можем забрать его с собой? Если оставить так, он ведь может замёрзнуть насмерть… Бэк Ин-хо осторожно спросил. Роун уже заботился о множестве божественных зверей. Понимая это и чувствуя неловкость, Бэк Ин-хо не договорил, не желая навязывать ответственность. Роун задумался. Мастерская уже была заполнена до предела. Даже если уровень мастерской поднимется и позволит принять больше сотрудников, божественного зверя, у которого есть мать, нельзя будет забрать как сотрудника. И главное — не было гарантии, что он сумеет вырастить его лучше матери. Лучше просто поставить защитный талисман на гнездо, пока малыш привыкает к духовной энергии. Если подготовить гнездо с помощью согревающих камней, малыш мог выжить. И тут: — Мяяянг! — Забери его скорее, мяу! Суранг громко мяукнул. Соль обвилась вокруг ноги Роуна и стала разворачивать его к маленьким кабанчикам. Даже Торан, обычно равнодушный, в этот раз не смог пройти мимо голого малыша и укутал его своей длинной шерстью. Конджи и Ёнхо мягко кружили вокруг маленьких кабанчиков. Увидев это, Роун сильно дрогнул сердцем. …Ну что ж, видимо, ничего не поделаешь. Одним ртом больше — одним меньше. Раз уж юные божественные звери сами включились в заботу, он не мог отвернуться. Когда малыша как следует откормят и у него снова вырастет шерсть, его можно будет вернуть на Снежную гору. — Я заберу его, хорошо? Роун сказал это, переводя взгляд с Бэк Ин-хо на божественного кабана. Мать в последний раз ласково лизнула малыша, словно прощаясь. Через мгновение Роун осторожно уложил маленького божественного кабана в сумку. — А это — в благодарность за доверие. И чтобы ты не волновалась. Где Конджи? Конджи летал на фрагментах «Рубикса», но всегда держался на расстоянии. Когда Роун позвал его, Конджи высунул голову из земли. Он глубоко закапывал в почву семена. А, он просто играл с землёй. Вскоре отряд Роуна и жители покинули снежный лес, проводив взглядом божественного кабана. Когда солнце склонилось над Снежной горой, по синевато-серому небу разлился красный свет. — Закат на Снежной горе фиолетовый. Бэк Ин-хо с восхищением поднял голову, но реакция жителей была совсем иной. Мужчина в кожаной броне напряжённо сказал: — Надо спешить. Теперь холод начнёт быстро усиливаться. Даже без полной луны ночи на Снежной горе было тяжело выдержать. К тому же с ними были маленькая девочка и пожилая женщина, так что задерживаться было нельзя. Где именно мы сейчас? Даже с картой хранителя божественных зверей из-за сложной местности было трудно оценить путь. Е-соль, крепко держа отца за руку, нервно оглядывалась. — Папа, темнеет, и мне страшно. Разве господин Роун не может магией разжечь огонь? — На территории демонических зверей нельзя бездумно разводить костёр. Просто крепко держи меня за руку. Мужчина в кожаной броне прошептал это дрожащей Е-соль. — Бабушка и старший Ён-чоль идут сзади, так что не волнуйся. Бабушка, с трудом переставляя ноги, успокоила внучку. Они молча шли вперёд, полагаясь на созданный Роуном согревающий камень. Что делать? До открытия гостиной мастерской ещё долго. И тут это случилось. Откуда-то к Роуну протянулся тёплый свет, словно звал его. Он повернул голову и увидел одинокий огонёк, расцветший, как незабудка, вдоль тёмной лесной тропы. …Что это? Увидев свет, Роун почувствовал, как сердце кольнуло. Это было похоже на фонарь, оставленный для него, на кого-то, кто ждёт его в Снежной горе. Глядя на него, он ощутил желание вернуться в тёплый дом. Отец, Ли Хак-су, который всегда встречал его руками, перепачканными землёй. Мать, Сон Су-хи, которая наполняла стол тёплым супом и заботой. Люди, которые молча тревожились за него и без жалоб ему доверяли. Когда он подумал о них, сердце заныло. …Я скучаю по ним. Бэк Ин-хо, божественные звери и жители, кажется, почувствовали то же самое: все повернули головы к свету, на который смотрел Роун. Наконец Роун узнал этот огонёк. Это свеча Дынмён. Свеча, которую староста деревни настойчиво велела ему зажечь перед уходом. Свеча, связанная с тем, кто её зажигает, и никогда не гаснущая. Свет обещания, оставленный в каменном фонаре как знак безопасного возвращения для тех, кто ждёт. Хорошо, что я её зажёг. Даже если бы он смог найти путь и без неё, само знание, что есть место, куда можно вернуться, приносило утешение. Вернувшись назад, Роун наконец подумал о сердцах родителей, которые всё ещё ждали сына. И эта мысль ответила на один вопрос, который мучил его после внезапного захвата горы Нокма. До того, как это случилось, у его отца, Ли Хак-су, наверняка был способ хотя бы раз с ним связаться. Но он этого не сделал. Он ни разу не попросил помощи у своего сына — государственного охотника S-ранга. К тому моменту, когда Роун уже метался в тревоге, гора Нокма была уничтожена чем-то, с чем не справились даже его отец и божественные звери. …Мои родители пытались защитить меня. Роун стиснул зубы, вспоминая чувства родителей и божественных зверей горы Нокма. Тут он повернул голову на тихие всхлипы рядом. — Хык… Е-соль вытирала мокрые глаза. А потом ясным голосом сказала: — Папа, мне теперь совсем не страшно. Когда мы вернёмся домой, мама и Каштан будут ждать. Я доберусь домой живой и здоровой! Просто пойду за этим светом! — Хм? Да, папа тоже скучает по маме и Каштану. Интересно, хорошо ли они едят… Давай поскорее вернёмся. Эти слова придали сил шагам бабушки и юноши, которых темнота Снежной горы уже немного подавляла. Роун едва заметно улыбнулся, услышав имя Каштан. Значит, имя собаки? Вдалеке слабое мерцание свечи Дынмён тихо вело их по тёмной дороге, будто они дрейфовали через тёмное море. Здесь есть фонарь, который ждёт тебя, так что не выпускай его нить даже во тьме. Даже когда кажется, что рядом никого нет, тепло, о котором ты не знал, всё ещё горит. Вернись живым, а потом — живи. Роун пошёл по следам малышей, убежавших вперёд. А затем тихо закрыл появившиеся окна сообщений. [Система] Вы собрали демоническую траву «Тёмное наслаждение». [Система] Вы собрали демонического зверя вампирического типа «Дракен». ---------- Пир замёрзшей деревни Вечер в горной деревне был тёмным, а ледяной ветер пробирал до дрожи. Когда Роун со спутниками и спасёнными людьми показался у деревни, в мрачных домах один за другим зажглись огни. — А, ты жив! — Ах, Е-соль, эта малышка всё-таки выжила… Жители выкрикивали имена и сбегались со всех сторон. Пока они проводили время в объятиях и встречах, Роун и Бэк Ин-хо тихо отошли в сторону. Они направились к каменному фонарю. Свечи Дынмён, которые ещё не догорели, продолжали гореть. Маленькие дрожащие огоньки, сжигая остатки фитилей, всё ещё излучали тёплую жизненную силу. Взгляд Роуна на миг задержался на этом свете. Интересно, о ком думал Бэк Ин-хо, когда смотрел на свечу Дынмён? Роун знал лишь, что тот вырос в незащищённой зоне и сейчас у него нет родителей. Где он жил и с кем общался, Роун не знал. Глядя на свечу, Роун негромко сказал: — Я всегда думал о свечах Дынмён просто как о ритуальных свечах… но в их свете увидел лица тех, кто ждёт меня. Бэк Ин-хо на мгновение покосился на Роуна, выдохнул и погасил свою свечу. Затем Роун задул и свою. — Свет свечи Дынмён… наверное, показал вам ваших родителей, господин. Бэк Ин-хо спросил это тихо, со спокойными глазами. — Да… но, руководитель службы безопасности… Роун запнулся и посмотрел на него. Свечи Дынмён пробуждали сознание, напоминая, ради чего нужно выжить и вернуться со Снежной горы. Роуну тайно хотелось узнать, кого увидел Бэк Ин-хо. Даже если у него не было родителей, может, любимого человека или родственника? Или, как Е-соль вспоминала свою собаку по имени Каштан, хотя бы домашнюю рыбку. Но ответ Бэк Ин-хо сделал все эти догадки бессмысленными. — Я увидел собственное лицо. — …Что? Холодный ветер скользнул по лицу Роуна, пока он молча смотрел на Бэк Ин-хо. — И ещё лица тех, кого должен убить. — …! Роун невольно уставился ему в лицо. Перед ним был вежливый и старательный человек, который добровольно взял на себя управление деревней у горы Нокма, хотя все избегали этого места, и первым бросался разбираться с деревенскими делами. И подумать только: под таким чистым лицом тлели такие угли… В голове Роуна промелькнула тысяча мыслей. Но он решил сосредоточиться лишь на одном: Бэк Ин-хо действительно дорожил горой Нокма. Если бы тот жил так же, как до регрессии, не было бы странно, если бы он уже погиб. Если огонёк, который он хранил, пока был жив, настоящий, значит, нельзя позволить ему погаснуть так же, как прежде. Идя по другому пути, не такому, как до регрессии, Роун почувствовал, что хочет присмотреть за этой маленькой переменной. — Если речь о горе Нокма, я помогу. От неожиданных слов глаза Бэк Ин-хо расширились. Человек младше него, чистосердечный юноша, любящий божественных зверей, предложил помощь тому, кто собирался убивать, даже не задав вопросов. Он хотел сразу отказаться, но не мог игнорировать способности Роуна и божественных зверей. — …Потом. Если я потерплю неудачу, тогда попрошу вас о помощи. Роун долго смотрел на спокойного мужчину. Не нравится мне это… Бэк Ин-хо всё время стоял у самой кромки смерти. Один только случай с гейтом Токсичных игл был тому доказательством. Без Роуна тот гейт уже открылся бы, выпустив демонических зверей. А до этого — чёрный рынок, где связывали зверей-насекомых, и даже игорный зал. Без Роуна Бэк Ин-хо, уклонившись от светловолосого детектива, пошёл бы за Багровым лотосом и в итоге оказался бы на пути, где его съели бы растения-людоеды. В конечном счёте он был человеком, который мог погибнуть ещё до того, как успел бы попросить Роуна о помощи. Нельзя просто оставить его одного. Этого парня. Роун решил подробно расспросить, кого он должен убить и почему. И как раз собрался заговорить, когда: — Эй, двое красивых молодых людей, идите сюда! Скорее! Староста деревни издалека энергично махала рукой. Она проводила их в деревенский дом собраний. Там готовили небольшое угощение, которое одновременно было и ужином. Для жителей, вернувшихся живыми, и для отряда Роуна. И ещё — пир для вернувшихся божественных кабанов. Под руководством старосты Роун, Бэк Ин-хо и малыши-божественные звери сели в ряд у края стола. — У нас немногое есть, но ешьте с удовольствием. Я принесла разного, чтобы вы могли выбрать по вкусу. Посмотрев на блюда, они переглянулись. — … Роун перебрал незнакомые коренья на тарелках. Сказали — разного. И правда разного… Все они были замёрзшими корнеплодами. Они каждый день выживали на этом? Он взял один кусочек и слегка надкусил. Это был не батат, не редька и даже не корень колокольчика — ничего знакомого. Ух… Одни были слишком горькими, другие — слишком острыми и едкими. От одного укуса будто зазвенело в голове. Это были горные травы, корни и стебли, высушенные, чтобы очистить демоническую энергию. Круглые, похожие на картошку, ещё можно было есть, но до сытости этого всё равно было далеко. Теперь это ощущалось скорее пыткой, чем праздником. Впрочем, на такой Снежной горе еды почти не было. — Чик-чик! Даже жадная Конджи пожевала один раз и отложила. Малыши и Ёнхо еду проигнорировали и играли в углу. Роун положил надкушенный корень обратно на тарелку, а Бэк Ин-хо, заметив бедность угощения, с недоумением спросил: — Господин, разве на Снежной горе мало пробудившихся? Даже пробудившийся C-ранга смог бы пережить несколько рейдов и не голодать. Мужчина в кожаной броне, сопровождавший их, тоже выглядел как минимум B-ранговым. Почему же они ели такое? Или это блюдо предназначалось для особых праздников? — Скорее всего, все ушли. Роун пробормотал это, и только тогда Бэк Ин-хо внимательно оглядел жителей. Пробудившихся почти не было. Большинство составляли старики и дети. — …А, понимаю. Даже по сравнению с такими же опасными регионами атмосфера здесь сильно отличалась от горы Нокма. У горы Нокма была надежда. Если выйти за барьеры, на склонах можно было найти травы, а божественные звери держали демонических зверей на расстоянии. Там было сравнительно безопасно. Климат различался по сезонам, и в нём ещё оставались следы прежней Земли. Но на Снежной горе, где всё пропитывала ледяная демоническая энергия, травы и плоды высохли, а божественные звери исчезли со своих территорий. Эта деревня была не более чем засыпанными снегом руинами. Особенно в ночи полнолуния, когда лютый холод становился как в Арктике без иглу. Само выживание уже было благословением. И всё же эти люди не могли уйти. По иронии, по законам этого мира жители незащищённых зон не могли свободно переселяться. Пробудившиеся могли переехать после сложных процедур, но обычным людям закрывали вход под предлогом, что среди них могут быть преступники или носители заразы. Их жизнь была почти тюремным заключением. До регрессии гору Нокма, вероятно, ждала бы такая же система контроля. Бэк Ин-хо слишком поздно понял, насколько необдуманным был его вопрос. По лицу скользнуло смущение, но настроение уже осело. Пытаясь спрятать чувство вины, он быстро взял корень с тарелки и, встретившись взглядами с жителями, громко сказал: — Ха-ха, спасибо за такую драгоценную пищу. Эти корни, напитанные энергией Снежной горы, — несравненное укрепляющее средство. Я с удовольствием съем. Хрум! Он начал есть энергично, будто перед ним было самое вкусное блюдо в мире. Еда — горькая и местами недоваренная — набивалась ему в рот, но он не мог скривиться. Глядя, как Бэк Ин-хо с лицом между смехом и слезами пытается проглотить коренья, Роун вдруг ощутил к нему нежность. По возрасту до регрессии тот был бы в начале двадцатых — едва взрослый. Такой молодой, а уже думает о других. Вырос парень. Как сказала госпожа Сон Су-хи, поневоле хотелось узнать, какая семья воспитала его таким хорошим. Даже ребёнок, который упрямо отказывался есть, увидев, как усердно ест Бэк Ин-хо, откусил кусочек. — …Вы и правда хорошо едите. Муж старосты сказал это с восхищением. Еда, слишком горькая, чтобы утолить голод, была подана лишь затем, чтобы хоть немного притупить пустоту в желудке. Но в ней всё же оставался слабый след магии, помогающий восстановлению, и её заботливо смешали и разложили… А он ел всё так хорошо. Откусив неизвестный корень, Бэк Ин-хо серьёзно произнёс: — Еду едят не только ради вкуса. Даже горький корень несёт в себе ветер Снежной горы и энергию промёрзшей земли. Когда мучает жажда, если выпить гнилой воды, не зная, что она гнилая, она кажется сладкой, разве нет? Это… вкус… духа, нет, самой жизни. …Что он несёт? В конце концов Бэк Ин-хо начал сдавать позиции. Роун криво улыбнулся, увидев растерянных жителей. Было достойно уважения, что Бэк Ин-хо, несмотря на молодость, заботится о других, но он казался слишком хрупким. В этом суровом мире одной доброты было недостаточно. Никуда не годится. Надо преподать ему пару вещей — как мужчина мужчине. И когда вот-вот должно было развернуться неловкое продолжение, Роун глубоко вдохнул и схватил Бэк Ин-хо за руку как раз в тот момент, когда тот собирался отправить в рот очередной корень. — Может, сделаем всё немного праздничнее? — …Да? Глаза Бэк Ин-хо расширились; он всё ещё боролся с тем, что было во рту. — В такие моменты должен звенеть золотой колокольчик. — …?! Роун достал мясо и хваджу, которые хранил в мастерской «Рубикс». Хорошо подготовленное мясо Серпенса, мясо медведя Пригора, пойманного на Снежной горе, а ещё салат-латук и листья кунжута, выращенные Ли Хак-су в саду. — Вау! М-мясо! — …И даже зелень! Словно увидев оазис в пустыне, люди с мутными взглядами вдруг ожили. Но вскоре они начали перешёптываться с разочарованными лицами. — Это мясо демонического зверя. Разве оно не почти безвкусное и ядовитое? Много есть нельзя, верно? — …Наверное? У растений-людоедов яда нет, но почему это мясо зверя выглядит таким аппетитным? Мякоть не чёрная, а красная, будто весь яд вышел. Роун слышал все слова жителей, но нарочно сделал вид, что не замечает. Жители, скорее всего, никогда даже не видели мяса, из которого полностью удалили яд. Пусть узнают на вкус. Шкварч, шкварч. Вскоре на стол поставили большую каменную плиту, и на ней начали жариться крупные куски мяса. Роун чуть дёрнул уголками губ, представляя реакцию людей, когда они попробуют мясо. Он достал разные незнакомые коренья, сохранённые в мастерской «Рубикс». Наконец горький и едкий запах исчез, сменившись душистым ароматом корнеплодов. Когда мясо прожарилось наполовину, он добавил к нему коренья и грибы. Стоило аромату жарящегося мяса и масла распространиться вокруг, как взрослые и дети одинаково сглотнули, глядя в предвкушении. Вместо соуса Роун посыпал мясо солью, сделанной его отцом, Ли Хак-су, и та идеально усилила вкус. — Готово! Он быстро разложил прожаренное мясо по тарелкам и сразу положил на плиту следующие куски. Жители, увидев мясо впервые за долгое время, могли бы поддаться жадному аппетиту, но только нервно смотрели и не решались взяться за палочки. Люди снежной деревни тратили все силы на то, чтобы выдержать холод, поэтому мясо с примесью демонической энергии было для них тяжёлым. — Кхм, хм…! В этот момент вперёд вышел муж старосты. Он был единственным человеком, который знал запах мяса, из которого почти полностью удалили демоническую энергию. Жена старосты едва заметно попыталась остановить его, но он мягко отвёл её руку. Подойдя к плите, он осторожно взял кусочек мяса, словно придворный чиновник, обращающийся с тончайшим блюдом, и положил в рот. Жевал, жевал. — Ах… это и правда…! После нескольких движений его глаза округлились, как фонари. Он едва мог говорить. — Оно тает во рту! — …! После его слов жители, которые до того колебались, один за другим потянулись за палочками. Те, кто прежде пробовал только твёрдые горькие корни, теперь ощущали тёплый, насыщенный аромат и вкус мяса и молча жевали, словно поражённые. — …И правда тает. — Мясо с демонической энергией никогда не может быть таким! Это… благословение богов. Жители обменивались восклицаниями, и их палочки двигались всё быстрее. Глубокий мясной вкус задерживался на языке, а когда нежные куски скользили в горло, отчаяние, оставшееся от голода, будто медленно растворялось вместе с тёплым мясом. — …Вкусно. Жители закрывали глаза, смакуя каждый кусочек, и тихо плакали. Некоторое время стояла тишина. Её нарушали только звук жарящегося мяса и редкие постукивания палочек. Лица детей посветлели: они впервые попробовали мягкое мясо без демонической энергии. Бульк. Роун тихо налил хваджу, пока мясо продолжало жариться. Одна чашка — Бэк Ин-хо. Одна — жене старосты. Бутыль с хваджу пошла по кругу. На лицах жителей появилось удивление и радостное волнение при виде горячего хваджу, от которого поднимался пар. Роун поднял свою чашку наполовину и громко сказал: — Все, выпейте горячего! — …Вау! Так вот что такое алкоголь! В замёрзшей горной деревне впервые за долгое время разлился оживлённый, весёлый смех. --- Утолив голод, дети смотрели на то, как едят малыши-божественные звери, и смеялись. — Я тоже хочу такого вырастить! — Глупый. Как ты вырастишь божественного зверя? Это тебе не обычные коты. — И-и, они такие милые… шерсть такая мягкая. Дети осторожно гладили Конджи и малышей по спинам. Ёнхо, прижавшись к боку Роуна, пил только что приготовленное молоко. Если каплю белого молока поместить в водяной шарик, он пил сам. Проблемой был детёныш божественного кабана. Больше молока оказывалось вокруг его рта, чем внутри. Не понимаю, получается ли его нормально кормить. Увидев это, жена старосты вошла внутрь и вернулась с детской бутылочкой. — Попробуй покормить его этим. Мой племянник пользовался ею до переезда, она почти новая. — Спасибо. Роун взял бутылочку, простерилизовал её внутри фрагмента мастерской, а затем налил молоко. Стоило соске коснуться рта маленького кабанчика, как тот захлопал ушами и начал сосать. — Чмок, чмок, чмок… Жители не смогли сдержать улыбки при таком умилительном зрелище. Немного погодя маленький кабанчик, насытившись молоком, уснул. Роун аккуратно уложил его в переноску, поднял голову и заметил, что Е-соль тревожно оглядывается. Её движения привлекли его внимание. Под столом она нервно заворачивала что-то в салфетку. Увидев это, кто-то нахмурился. — Эй, что ты делаешь?! — А, это… Я не сама буду есть, я беру на потом. Правда. — Что? Кого ещё тебе кормить? Ты с ума сошла? От слов женщины Е-соль вздрогнула, но мяса из руки не выпустила. Её тревожные глаза дрожали, и всё же она упрямо держалась. Глаза женщины расширились; она уставилась на ребёнка, словно поймала воровку. Она ударила ладонью по столу и закричала: — Эта девчонка совсем спятила! Сейчас же положи мясо обратно! В тот миг плечи Е-соль испуганно напряглись. — Ты хочешь отдать его Каштану? Голос Роуна, который тихо подошёл ближе, мгновенно привлёк все взгляды. Е-соль ахнула и спрятала салфетку за поясницу. — П-простите. Я знаю, это драгоценное мясо, но Каштан был дома один. Он голодал, пока меня не было… Её сдавленный голос на мгновение погрузил всех в тишину. — Хм, разве ты не говорила, что дома мама? Она сказала это, когда смотрела на свет свечи Дынмён. — …Мама умерла. Но дома остались её вещи. После этих слов упрямый взгляд Е-соль смягчился. Вероятно, дома были вещи, оставшиеся от матери. Увидев, как она поникла, Роун нарочно сказал достаточно громко, чтобы услышали остальные: — Понятно. Не переживай. Бери столько, сколько хочешь. Это для Каштана. Глаза женщины расширились: спорить она уже не могла, раз хозяин мяса дал разрешение. Даже без этого слова хранителя божественных зверей были законом. Ни один житель не мог ослушаться хранителя божественных зверей, который помог их деревне. Жители бросили взгляд на женщину, отругавшую Е-соль. К человеку, оскорбившему доброту хранителя божественных зверей, они уже не могли относиться благосклонно. Под суровыми взглядами жителей женщина закусила губу и отвернулась, не в силах есть мясо сама. Когда кто-то протянул Е-соль тарелку, она быстро вытерла слёзы и уверенно взяла мясо. Несколько жителей даже отложили для неё рёбрышки. Глядя на эту тёплую сцену, Роун вспомнил о долгожданном сообщении: [Система] Уровень мастерской «Рубикс» резко повысился. [Система] Теперь доступен выбор сотрудников мастерской «Рубикс». ---------- VVIP-гость Уровень мастерской, который Роун считал достигшим предела, снова резко вырос. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 20 ◇ Титул: Защитник горы Нокма — Иммунитет к демоническому яду +100% Доступные сотрудники: 5/6 — Руководитель группы сбора: не назначен Вклад: 15/15 ▷ Доступно изготовление : Все зелья, мази, сладости Синтез руды ▷ Доступен сбор : Травы высокого ранга и демонические звери Руды высокого ранга Хранение / Разбор / Поглощение ▷ Количество материализуемых фрагментов: 2 ▷ Функция дистанционной разведки ▷ Функция распыления ▷ Наделение Теперь можно было назначить руководителя группы сбора. Руководитель группы сбора мог сам принимать решения о сборе, хранении, разборе, поглощении и функции распыления, используя выданные фрагменты, без первичной команды Роуна. Нужно было выбрать того, кто умеет рассуждать разумно: не будет впустую тратить жидкости для распыления и случайно поглощать травы, которые следовало сохранить. Хм, Суранг умна, но иногда шалит, так что ей немного трудно доверять… Соль осторожная, за неё спокойно, но Суранг, будучи выше рангом, этого не примет… Торан не воспользовался бы должностью, даже если бы её дали, а Ёнхо всё ещё, по сути, новорождённый. Как и ожидалось, подходит только Конджи. Она была самой маленькой по размеру, но, похоже, самой старшей, и, если не считать аппетита, никогда не безобразничала. К тому же в последнее время она, кажется, перестала тайком таскать травы и фрукты. Роун назначил Конджи руководителем группы сбора. Конджи, поняв это, вскочила на задние лапки и прямо уставилась на Роуна. — Чик-чик! — Мяу?! Затем, используя накопленный вклад, Роун активировал все усиления мастерской. Обычно он включил бы их сразу, но в суматохе забыл. [Статус] Эффект усиления: ВКЛ./ВЫКЛ. ▷ Базовое усиление: Барьер Lv. 35 — Расход маны: 4.2 — Длительность: 1 час 10 минут — Дополнительные опции: 〉 Зелья восстановления — Все виды зелий восстановления здоровья (-) — Все виды зелий восстановления маны (-) — Противоядия низшего ранга (-) 〉 Зелья наделения атрибутом (-) За каждым сотрудником можно закрепить до восьми фрагментов мастерской «Рубикс». Количество фрагментов, закреплённых за малышами, увеличилось ещё на два для каждого. --- Перед уходом из деревенского дома собраний Роун выгрузил из мастерской «Рубикс» целую гору мяса медведя Пригора и привёл всё в порядок. Оставив часть Бэк Ин-хо и долю, которую нужно было забрать домой, он позвал старосту помочь с разделом остального. Даже один такой огромный демонический зверь мог кормить их месяц или два. Если продать его на рынке разделки, можно было бы заработать хорошие деньги, но для людей, защищавших Снежную гору вместе с божественными зверями, поделиться им было ценнее денег. На следующее утро Роун достал велосипед из гостиной. Он и Бэк Ин-хо были готовы отправляться. Пешком расстояние было слишком большим, так что ехать — пусть и тесновато — было лучше. Знал бы, надо было просто согласиться, когда Хан Сом-джин предлагала магическую машину. Роун усмехнулся, вспомнив её харизматичный взгляд и то, как она даже предлагала купить ему дом. В этот момент собрались староста и жители. — Берегите себя, хранитель божественных зверей! Благодаря вам мы правда наелись. — До свидания! Руководитель службы безопасности! Большое спасибо! — Оппа Роун! Приходи ещё. Обещаешь? Ладно? — Гав! Гав! Роун обернулся на непривычные звуки. Рядом с Е-соль маленький коричневый щенок со вздыбленной шерстью махал хвостом и лаял. Это был Каштан. — Мяу! — Мён? — Хе-хе-хе… — Посмотри на его шерсть, мяу. — Его будто взрывом накрыло, мяу! Когда малыши коротко прокомментировали Каштана, Ёнхо отозвался своим неповторимым криком. Роун и Бэк Ин-хо поклонились старосте и нескольким жителям, а потом в последний раз помахали Е-соль и Каштану. Оставив их тоску позади, они сели на малышей-божественных зверей и велосипед. Врум! Когда они полностью выехали из деревни, весенний солнечный свет растопил холод в их телах. Следы шин велосипеда длинной полосой тянулись по снегу, сверкая на солнце. Роун довёз Бэк Ин-хо почти до городка у горы Нокма. — Пришлите код счёта через мессенджер нашей гильдии сбора, я переведу оплату за тушу медведя Пригора. Бэк Ин-хо покачал головой, снимая шлем. Он отказывался, говоря, что ничего не сделал, но когда Роун в шутку пригрозил: «Если не примете, я больше не буду с вами подыгрывать», тот нехотя согласился. Передав шлем, Бэк Ин-хо сказал: — Я сам собираюсь запросить субсидии. Благодаря вам мы пока выживем, но оставлять всё как есть нельзя. Даже если божественные звери вернулись, Снежной горе понадобится время на восстановление. — Субсидии… это будет легко? Снежные горы — один из самых заброшенных опасных районов. Среди всех пробудившихся, которые ушли из деревни, разве был хоть один, кто не просил поддержки? Даже использовав все средства, они ничего не добились, поэтому им и оставалось только уйти. — Я подам отчёт, подтверждающий, что чудовищные птицы больше не нападают. На самом деле Бэк Ин-хо сам захотел что-то сделать после того, как увидел, как Роун своими способностями сильно утешил жителей. Но, как и подозревал Роун, это было непросто. Снежные горы стали опасными не только из-за полнолуния и горных зверей: стаи чудовищных птиц резко ухудшили ситуацию. В дни полнолуния всё просто: не заходи в горы. А пока звери оставались в своих местах обитания, проблемы не было. Но от чудовищных птиц было не укрыться. Они летали повсюду и нападали без разбора — на людей и зверей, словно беззаконные разбойники. Даже звери более высокого ранга собирались стаями и охотились. Несмотря на силу, они вовсе не защищали зверей, как можно было бы подумать. Чудовищные птицы заставляли горных зверей переселяться, и божественных зверей без территории становилось всё больше. Так что чудовищные птицы были одной из ключевых причин, расшатавших экосистему Снежной горы. Особенно потому, что это был единственный летающий горный зверь со стайным размножением, а его численность в последнее время заметно росла. Один только факт, что эти опасные чудовищные птицы перестали нападать на людей, был ясным зелёным сигналом. — Поверят ли они, что нападения чудовищных птиц прекратились? Роун всё ещё сомневался. — Сначала не поверят, но скоро поверят. Пока что не должно быть новых нападений, и нужно собрать свидетельства спасённых людей. Бэк Ин-хо добавил, что ничего не станет упоминать ни о божественных зверях, ни о Снежных птицах, чтобы никто не позарился на них. Роун почувствовал гордость за то, что Бэк Ин-хо подумал и об этом. О чём я думал в его возрасте? Вспоминая себя в начале двадцатых до возвращения, когда он стал охотником S-ранга, Роун никогда не думал помогать кому-то как сильный человек. Один и тот же возраст, а мысли совсем разные. Роун невольно улыбнулся, как дядюшка, провожая его взглядом. Когда он добрался домой, госпожа Сон Су-хи тихо вскрикнула при виде детёныша божественного кабана. Она тут же схватила кошелёк и исчезла из дома на велосипеде. У Роуна дома был ещё один транспорт. Электровелосипед с большой корзиной спереди, который забрала Сон Су-хи. Велосипед Роуна изначально принадлежал его отцу, Ли Хак-су, но теперь они ездили на нём по очереди. Через некоторое время она принесла одежду. Похоже, сходила в универсальный магазин. — У этой одежды есть магия изменения размера, так что она подойдёт надолго, пока он растёт. Должно быть, она стоила очень дорого. Роун с недоверием потрогал крошечные вещи. Лёгкие и тонкие, но мягкие. Полностью белые, с красной отделкой — аккуратные и стильные. — Если ему нравится одежда, ладно, но он же не будет носить одну и ту же, пока растёт, да и магическая одежда не нужна. Обычной хватило бы, разве нет? — Нет, сынок! Дорогие вещи служат дольше. Ткань прочная, так просто не порвётся. И посмотри, сколько он ест. Если он перерастёт обычную одежду, как ему будет неудобно? Госпожа Сон Су-хи, глядя на одетого детёныша божественного кабана, горячо оправдывала покупку. В тот вечер, когда семья пополнилась новым членом, в доме стало ещё оживлённее. Роун вдруг вспомнил образы родителей, отражённые в свече Дынмён. Те, кто был рядом с ним с самого рождения. Такие привычные, что он принимал их любовь как должное. Лишь потеряв их во время вторжения на гору Нокма, он понял: руки матери, которая заботливо вынимала для него кости из добытой рыбы; дыхание отца, который с тревогой всю ночь варил для него травы. Только эти двое дарили ему такую любовь. Среди оживлённого смеха Роун запечатлел их лица в памяти. Спасибо, что вы живы… --- После долгого глубокого сна Роун проснулся поздно на следующий день. Он поднял взгляд к ясному небу, ещё не до конца проснувшись. Но гора Нокма вдалеке почему-то выглядела зеленее, чем прежде. Чернильная дымка, расплывавшаяся по склону, теперь имела отчётливый зелёный оттенок. Не может быть… демоническая аура горы Нокма уменьшилась?! Глаза Роуна расширились от удивления, и некоторое время он смотрел на эту величественную зелень. В этот момент его отец, Ли Хак-су, вернувшийся с огорода, встретился с ним взглядом. Он бросил взгляд на гору Нокма и с улыбкой сказал: — Когда будет время, сходи отнеси желе к источнику. Только обязательно получи награду травами. А? Откуда отец знает, что я давал божественным зверям желе? Роун признал, что он хранитель божественных зверей, но не думал, что отец может понимать их слова так же точно, как человеческую речь. Когда раньше его отправили к источнику с зельями, он решил, что отец просто предположил: божественные звери ранены, и потому велел доставить зелья. Даже не будучи хранителем божественных зверей, можно понять многое по реакции зверей, с которыми связан. Ничего особенно необычного в этом не было. Но сейчас отец ясно сказал — отнести желе. — Сегодня я занят, так что пойду завтра. Ли Хак-су кивнул и бросил Роуну корзину, полную только что сорванного латука. — Я обойду окрестности и вернусь, а ты прибери латук. --- Роун отправился в город, к рынку разделки. Он собирался продать минералы, собранные в гейте, и побочные материалы демонических зверей, добытые на Снежной горе. Он пришёл к торговцу, знакомому Бэк Ин-хо. — Добро пожаловать. Слышал, вы побывали в весьма необычных местах; с нетерпением жду ваших товаров. Торговец, одетый в свободный официальный костюм — не как обычный торговец рынка разделки, но ему это удивительно шло, — поприветствовал Роуна. Взгляд у него был острым, но тон и манеры — безупречно мягкими. Когда Роун разложил побочные материалы чудовищных птиц и медведя Пригора, глаза торговца блеснули. А когда он показал шайнкрита, тот вообще не смог закрыть рот. — Это поистине удивительно. Шайнкриты теряют свет в тот миг, когда умирают, а эти сияют так, будто всё ещё живы. Более того, говорят, они слабы к магии, и якобы нет способа поймать их живыми… Он осторожно погладил стеклянную банку с лунным жуком и с восхищением рассматривал её. Роун сделал вид, что ничего не знает, и сказал: — Правда? Не уверен. Я просто собрал их как обычно. Не было нужды рассказывать, что малыши оглушили их мягкими молоточками. Или что после помещения в мастерскую «Рубикс» время останавливается, сохраняя их предсмертный вид. — Знаете, господин? Лунные жуки, потерявшие свет, стоят лишь как лекарственные насекомые, но лунные жуки, содержащие свет минералов, ценятся каждый почти как редкий минерал. И потому… Торговец говорил медленно, словно сделал паузу перед чем-то важным. Роун кивнул, будто подталкивая его продолжить. И тогда торговец внёс предложение: — Не хотите попробовать выставить их на аукцион? — …Аукцион? То есть открывается чёрный рынок? — В этот раз нет. Он пройдёт в крупном масштабе внутри защищённой зоны. Продажами займёмся мы, комиссия за аукцион через посредника — двадцать процентов. Если хотите посмотреть, мы также можем выдать вам билет покупателя. Крупный аукцион внутри защищённой зоны. Роун задумался, проводился ли примерно в это время до регрессии большой аукцион, но ничего не смог вспомнить. Значит, не такой уж это был крупный аукцион. Даже если он пойдёт, покупать там, вероятно, будет почти нечего… У малышей уже были привязанные предметы, а питательной еды, которую готовили Роун и госпожа Сон Су-хи, вполне хватало. Если добавить высококлассное мясо, добытое Роуном, и травы, выращенные Ли Хак-су, они могли вдоволь наслаждаться свежей едой. — Могу оставить билет покупателя у себя, даже если не пойду? — Конечно. Вы VVIP-гость! — … Роун, всё ещё слегка ошарашенный, получил билет и визитку. Название гильдии и сетевой код гильдии. Ниже было короткое стильное имя, написанное по-английски. Dark Han? Это имя он где-то уже слышал, но никогда не произносил вслух. Торговец по имени Dark Han продолжил: — Добавьте код гильдии, и если будут вопросы, оставьте их в мессенджере. Подробное расписание скоро опубликуют. — …Да, понял. Вскоре Роун получил оплату за мясо медведя Пригора и побочные материалы демонических зверей и вышел с рынка разделки. Он проверил значительно выросший баланс счёта и осторожно убрал билет и визитку в карман. Вспомнился опытный, острый взгляд высокого молодого торговца в аккуратном костюме. Но зачем использовать такой псевдоним? Он даже не был похож на обычное английское прозвище. И в этот момент в голове вспыхнуло одно имя. — …Может быть, тот самый Dark Han? ---------- Игра теней Тем временем в катакомбах Снежной горы Сиен едва цеплялся за ускользающее сознание и стоял, опираясь на сундук. После того как ему удалось поймать сбежавшую королеву Токсичных игл и её солдат, демонические растения, которые он так тщательно выращивал, исчезли без следа. Демонические звери Лумимосы и шелкопряды, которых он чудом восстановил. И даже Кровавый мёд — единственная пища Лумимосов — вместе с демоническим растением Некта, производившим этот мёд. Словно кто-то повернул время вспять — всё исчезло подчистую. Тук, тук! Голодные солдаты Токсичных игл постепенно становились всё свирепее. — С ума сойти можно. Мне нечем кормить Токсичных игл. Мёд демонического растения Некта, «Кровавый мёд», был не просто пищей. Это было единственное средство, способное успокоить Токсичных игл, бурлящих от инстинкта размножения, и хотя бы временно ими управлять. Токсичные иглы, выращенные на этом мёде, жили примерно столько же, сколько обычные комары, а их тела после смерти становились несравненным удобрением для демонического растения Некта. Шелкопряды, питавшиеся его листьями, производили ещё больше Некропыли. — Куда делся этот ублюдок-тёмный маг, и как всё вообще дошло до такого? Сначала Сиен решил, что это заброшенная катакомба, и превратил её в место разведения насекомых. А потом внезапно появился тёмный маг, заявивший, что он хозяин этого места. Поначалу Сиен собирался его прогнать, но, увидев Некропыль, маг изменил отношение. После этого он стал разбойником, притворяющимся деловым партнёром, и начал пользоваться Некропылью как своей. Одержимый нежитью, он задумал развести ещё больше Токсичных игл, считая, что после смерти они станут высококачественной подкормкой. И всё же Сиен не мог даже представить, что тот выпустит Токсичных игл наружу. — Чокнутый ублюдок… Сиен объехал всю страну в поисках сбежавших Токсичных игл и едва сумел поймать королеву с солдатами в одном южном городе. Но когда он вернулся с ними, его ждала вот такая картина. Стоя в оцепенении и опираясь на сундук, Сиен повернул голову на звук, с которым что-то ударяло по прозрачной стенке. Тук, тук. Тук, тук. Озверевший солдат Токсичных игл яростно бился о прозрачную трубку, бросаясь всем телом так, будто вот-вот вырвется наружу. Чтобы его успокоить, нужно было скормить ему Кровавый мёд, но в катакомбе не осталось ни единого листа. Треск! По трубке начала расползаться трещина. И при этом направление трещины тянулось только к Сиену. — …Только не говорите, что вы видите во мне, вашем создателе, еду. По спине пробежал холод. Для нынешних Токсичных игл существовали только голод и инстинкт размножения. Если так продолжится, в тот миг, когда рой разобьёт трубку и вырвется наружу, они высосут из него кровь и превратят в носителя. Инстинкты кричали, что нужно бросить трубку и немедленно бежать, но ноги не так легко слушались. — Я едва их поймал, намазав сундук Кровавым мёдом. Если оставлю их так и сбегу, возможно, больше никогда не поймаю. В конце концов он потащил трубку и перенёс её в камеру разведения Лумимосов. У этой комнаты внутренние стены были прочнее и толще, чем у других, без единой щели, — выбраться они не смогут. — …Если поймаю демонического зверя и брошу внутрь, они на какое-то время утихнут. Сиену совсем не хотелось, чтобы в такой ситуации Токсичные иглы размножались, но другого выхода не было. Стоит найти демоническое растение Некта, и всё решится. А до тех пор нужно выиграть время. Скрип. Сиен закрыл дверь камеры разведения Лумимосов. Пусть это и уступало многослойным барьерам, которые он поддерживал много лет, он наложил все барьеры, какие только мог. Бум, бум! Спустя некоторое время он велел йети за пределами катакомбы поймать демонического зверя и бросить его в рой Токсичных игл. Отослав йети, он достал из пальто маленькую коробочку. Когда он открыл крышку, в воздух поднялось маленькое белое круглое насекомое размером с монету, словно потягиваясь после сна. Это был насекомообразный демонический зверь Силит. Силит превосходно обнаруживал и отслеживал остаточную магию. Более того, он мог свободно менять цвет тела, как хамелеон. Сначала Сиен думал, что это маскировка, но позже понял: так Силит выражает эмоции. Правда, его мерила не совпадали с привычным человеческим восприятием цветов, а были целиком его собственными. Сиен понял это лишь спустя довольно долгое время. Например, красный означал не гнев и не смущение, а «сонно», а когда Силит пугался, то становился зелёным. Что-то в этом роде. Как бы там ни было, для насекомого он был удивительно эмоционален. — Ну-ка, понюхай. Сиен протянул Силиту маленькую бутылочку с белым порошком. — Найди остаточные следы пыли, что налипла на демонических зверей Лумимосов и демоническое растение Некта. Услышав слова Сиена, Силит один раз облетел катакомбу. Затем, словно готовясь начать поиски, окрасился небесно-голубым. Когда они вышли наружу, ждавший там косматый йети медленно поднял голову. — Идём за Силитом. --- Роун смотрел на визитку, которую получил от торговца-мясника, и рылся в забытых воспоминаниях. Dark Han, мастер кражи товаров и основатель Гильдии воров. Сейчас он был всего лишь торговцем чёрного рынка, но в будущем до регрессии станет легендарным вором, потрясшим весь мир. Когда его имя впервые услышали, товарищи Роуна фыркнули. — Какое ужасное чувство имён. Он что, считает себя каким-то дитём тьмы? Тогда Роун тоже мысленно кивнул. Но кто мог знать, что это имя вскоре станет синонимом ужаса? Сначала все думали, что это совпадение. Накануне рейдов неизменно исчезал какой-нибудь артефакт. Обычно пропадали вещи, которыми редко пользовались, но держали как последнюю страховку на случай опасного момента. И в день, когда такая вещь исчезала, рейд рушился слишком легко. Цена была слишком велика, чтобы списать всё на совпадение. Даже национальные сокровища под строжайшей охраной не могли уйти из его рук. И всё же по-настоящему странным было другое. Украденные сокровища нигде не всплывали. Не было ни следов передачи другим странам, ни слухов о продаже враждебным силам. В тот миг, когда они попадали к нему в руки, их словно стирали из мира. Роун тоже стал его жертвой. За несколько дней до входа в S-ранговый гейт, где появился Хеллтри, был украден артефакт, которым президент собирался наградить Роуна. Награждение отменили, и подготовка пошла наперекосяк. Но об этом знало не так много людей. Большинство считало, что это была просто почётная награда или что её отложили. К тому же, поскольку у Роуна был питомец, победивший S-рангового демонического зверя, никто не задавался вопросом, для чего предназначался тот шар. — Нельзя же перестраивать команду S-рангового гейта только потому, что у тебя пропал один артефакт, верно? Конечно, члены команды не придали этому большого значения. Возможно, кто-то даже испытал лёгкое удовлетворение от того, что Роун в итоге не получил дарованный предмет. Если бы я тогда получил тот шар… Суранг не бросился бы один. И Роуну не пришлось бы взрывать камень самоуничтожения. …Хотя благодаря этому я смог снова встретиться с малышами, так что теперь мне стоит быть за это благодарным? Когда Роун тихонько усмехнулся, малыши, шалившие и кувыркавшиеся в сумке, навострили уши. Ох уж вы, милые мои. Ёнхо, всё ещё заключённый в капле воды в кармане сумки, поднял на него чёрные глазки. Конджи, убедившись, что ничего не случилось, расколол и съел орешек. Вру-у-ум! Это произошло, когда байк уже приближался к дому. Вдалеке виднелся силуэт, застывший лицом к дому Роуна. Фигура стояла так прямо и неподвижно, что казалась настолько неуместной, будто её можно было принять вовсе не за человека. Когда расстояние сократилось, оказалось, что это женщина с коротким каре, одетая в переделанный ханбок, похожий на одежду Роуна. Гостья к нам домой? Поскольку в этой местности стоял только один дом, обычно это были гости отца. Жители деревни Нокма часто обращались к его отцу, Ли Хак-су, вместо больницы, так что внезапные визиты не были редкостью. Врум! Когда Роун сбавил скорость, глаза стройной фигуры блеснули. Она одним шагом рассекла поле его зрения и тут же преградила дорогу байку. — ……! Это была Хан Сом-джин. Глаза Роуна расширились. Без чёрного боевого одеяния и с полностью снятой маской она выглядела куда моложе, чем он ожидал. И подумать только: эта молодая женщина — та чудовищная охотница, которую он видел в гейте. Её взгляд и манера говорить заставляли думать, будто за её плечами как минимум десять лет рейдового опыта. Для возраста, на который сейчас выглядело это лицо, такое было просто невозможно. Он выключил двигатель байка и неловко спросил: — О-одежда… — ……Я купила комплект, пока была в городе. — А… В деревне Нокма было не так много магазинов одежды, и большинство продавали переделанные ханбоки. Жители, для которых выживание и безопасность были важнее нарядности, предпочитали удобную традиционную одежду. — Я пришла передать отзыв об Иглах Тёмного когтя, а ещё в знак благодарности хотела подарить вам небольшой подарок. — А, отзыв можно отправить через мессенджер… Он не успел договорить, как она смущённо протянула три маленьких чёрных листка. Все три были вырезаны в знакомой форме: острые ушки, четыре лапы и длинный хвост. Но затем чёрные листки вдруг начали извиваться и двигаться, словно исполняя волну. — …Что это? — Это теневые фигурки, сделанные из фрагментов Тени слизня. Я только освоила это, так что немного стыдно… но я постаралась сделать их похожими на малышей. От этих слов кончики пальцев Роуна едва заметно дрогнули. Скрытый навык пользователя теней. Она говорит о теневом плетении? Техника, связывающая тень демона и двигающая ею как двойником. До регрессии существование этого навыка было лишь кратко зафиксировано в записях; Роун и представить не мог, что кто-то действительно сумеет его воспроизвести. И теперь Хан Сом-джин вручала ему подарок, сделанный с помощью этого навыка. Роун осторожно влил магию сначала в верхний листок. Хлюп. Он дрогнул, словно ему сделали сердечно-лёгочную реанимацию, а затем поднялся вертикальными волнами. Пружин. Одна бумажная фигурка спрыгнула на пол и подошла к Суранг. Когда Суранг тронула её лапой, чёрная бумага мгновенно слилась с тенью Суранг и увеличилась в несколько раз. — Мяу? Тень растягивалась и сжималась как хотела. Когда шерсть Суранг встопорщилась, тень повторила её образ, став более крупным зверем. Когда она распласталась по полу, тень изогнулась, будто ей стало скучно. Когда Соль подошёл и тронул её лапой, тень разделилась надвое и озорно принялась задирать тень Соля. Гр-р-р! Когда Суранг спряталась за Роуна, тень вытянулась в противоположную сторону и продолжила шалить. Тень Торана, спокойно сидевшего на месте, колебалась в размерах, словно подгоняя его: двигайся уже. …Хаос какой-то. Роун по одному подобрал листки, которые как раз успокоились. Они вернулись к виду обычной бумаги, будто ничего не произошло. … Он молча смотрел на странные, завораживающие листки. Хан Сом-джин была человеком, которого до регрессии определённо не существовало. Тогда он даже не знал её лица, а теперь она была жива и дарила ему подарок. Так же, как Бэк Ин-хо, Ёнхо и Конджи. Связи, которых до регрессии не было, теперь находились рядом с ним. Сквозь чуть покрасневшие щёки Сом-джин зелень горы Нокма стала глубже по цвету. — Спасибо. Я буду беречь их. Услышав искренний голос Роуна, Хан Сом-джин неловко улыбнулась и добавила: — Когда малыши привыкнут к теневым листкам, вы сможете отпускать их от своих ног. Если они потускнеют или порвутся, принесите их снова. Я починю. — …Раз уж вы пришли так далеко, может, поедите перед уходом? Дом был совсем рядом, да и время как раз подходило к обеду. — О, может быть, в следующий раз. Я занята делами гильдии, так что… Смущение, с которым она вручала листки, исчезло; Хан Сом-джин снова холодно растворилась. Не дав возможности её остановить, она ушла как ветер, погрузившись в землю словно тень. Гр-р-р! Малыши, обрадованные новой игрушкой, катались по полу, прыгали и даже взлетали, явно возбуждённые. Конджи и Ёнхо тоже заинтересовались и последовали за тенями малышей. Когда они добрались домой, мать, Сон Су-хи, была на кухне, а отец, Ли Хак-су, дремал. Но дома было необычно тихо. Словно чего-то не хватало — ощущалась пустота. Роуна вдруг осенило, и он воскликнул: — Мама! Где маленький кабанчик? — А? Разве он не спит там, на полу? Сон Су-хи поспешно выбежала из кухни. Сколько она ни оглядывалась, в доме его не было. — Нет, куда подевался этот крошечный? Дорогой! Просыпайся. Почему ты оставил дверь открытой? Ох, ну что же это… Получив пощёчину от Сон Су-хи, Ли Хак-су сонно пробормотал: — …Правда, даже снаружи не проверила. Наверное, пошёл в сад. Он же любит цветы. Роун поспешно бросился в сад. Он обошёл края огорода и цветочные грядки, но следов не было, а тепло подушки на полу уже успело остыть. Маленького кабанчика нигде не было. Куда он мог уйти? У него ведь даже усилений нет, он не сотрудник мастерской. Забота о детёнышах божественных зверей была делом не одного и не двух дней, и допустить такую ошибку… Он представил кабаниху, которая доверила ему своего ребёнка, поверив Роуну. Увидев серьёзное выражение лица Роуна, Ёнхо выплыл вперёд. — Хе-хе-хе… Его крошечные глаза блеснули. ---------- Незваный гость Растерявшись из-за исчезновения маленького божественного кабана, Роун наконец вспомнил о способности Ёнхо. Обнаружение Чистого источника Ёнхо. С помощью силы воды эта способность могла чувствовать любую влагу и водную энергию. Как раньше он отслеживал местоположение заражённых Токсичными иглами, возможно, и сейчас получится. — Ёнхо, сможешь найти, где он? — Хе-хе-хе…… Ёнхо всплыл и медленно двинулся вперёд. Роун тревожился, но шанс появления демонического зверя поблизости был почти нулевым, поэтому он успокоился и тихо последовал за ним. — Ня-а! Малыши и Конджи, тоже явно обеспокоенные, оживлённо принюхивались вокруг, ища следы маленького божественного кабана. Роун молча шёл за Ёнхо. Вскоре Ёнхо остановился перед знакомой стеной. Это же… дом господина До Бон-сика? В этот миг… — Ккуул! За стеной, среди вечерних примул, попавших в поле зрения, маленький божественный кабан старательно обрывал лепестки. Малыши, прибежавшие первыми, присоединились к нему, и цветник уже был полностью разгромлен. — Эй! Как можно так разорять чужой цветник! Когда Роун подошёл чуть ближе, цветы оказались похожи на земные цветы, которые его отец, Ли Хак-су, вырастил из семян Беллато Арома. Тогда тем более нельзя дать им портить его дальше. Роун бросился остановить их, но вдруг вспомнил разговор, который его отец, Ли Хак-су, и До Бон-сик вели на горе Нокма после истории с Багровым лотосом. Историю о том, что Ккотсуни, возможно, переродится божественным зверем. Да ну… Роун покачал головой. Если бы речь шла о каком-нибудь другом животном, ещё куда ни шло, но домашняя свинья никак не могла переродиться божественным зверем. Будь всё так просто, божественных зверей в мире не становилось бы всё меньше. Отец, Ли Хак-су, говорил, что она любила цветы, так что, возможно, малыш просто пошёл за ароматом цветов, распустившихся во дворе. Даже если он и правда был перерождением Ккотсуни, сможет ли маленький божественный кабан встретиться с Чом-сун — совсем другой вопрос. До Бон-сик и Чом-сун, которые пробудились, уже должны были выписаться, но раз они не вернулись домой, ясно: они отправились куда-то ещё. Да и маленького божественного кабана тоже придётся вернуть кабанихе со Снежной горы, как только у него отрастёт шерсть. Особенно если он унаследовал уникальную способность. Он должен быть рядом с матерью. — Нён! Увидев, что Роун вошёл во двор, малыши коротко мяукнули, будто обрадовались. Роун подошёл к цветнику и присел на корточки. Маленький божественный кабан проигнорировал его и продолжил обрывать только жёлтые лепестки. Я переживал, сможет ли он привыкнуть после разлуки с матерью… а он всего за день уже набрал вес. Размер заметно увеличился. Божественные кабаны вообще так быстро растут? Роун кивнул, вспомнив кабаниху, которая была размером с тигра. --- Несколько дней спустя Роун во дворе с нежностью смотрел на того, кто так сильно подрос. После возвращения со Снежной горы Роун какое-то время отдавал всё внимание уходу за маленьким божественным кабаном. Несколько раз в день он купал его в воде, настоянной на отваренных лекарственных травах, и готовил ему питательные блюда. А ещё дал ему имя «Ккотним». Он особенно любил цветы, и среди нескольких имён вроде Малбок, Пунхони и Ккулькули откликался только на это. И хотя предположение было нелепым, если в прошлой жизни он действительно был Ккотсуни… Роун гадал, не узнает ли его Чом-сун, услышав это имя. — Ккуул! — Ня-а-а! Малыши по очереди играли с бодрым маленьким божественным кабаном. Конджи, разлучённый с Суранг и потому приунывший, подтолкнул орешек в каплю Ёнхо. Ёнхо издал своё характерное «хе-хе-хе» и замочил орешек в воде, после чего начал понемногу его грызть. Рост Ккотнима был поразительным. Казалось, даже за то короткое мгновение, пока Роун отводит взгляд, он успевает стать больше. Но, как ни странно, на его розовом теле не выросло ни единой пушинки. Если он просто такой пухлый, разве это не опасно? Госпожа Сон Су-хи одела его в одежду, пропитанную магией, поэтому, по крайней мере, он не выглядел обычной свиньёй. И всё же кто знает. Используя наделение, Роун достал магический кристалл размером с ноготь и сделал защитный камень. Затем распорол подкладку одежды маленького божественного кабана и вставил туда защитный камень. Придётся попросить госпожу Сон Су-хи зашить обратно. Если бы можно было, он наделал бы целую кучу таких защитных камней, но если божественные звери носят слишком много предметов, наполненных магической силой, это, наоборот, вредит им. Ухаживая за божественными зверями, он нашёл время сделать желе, которое собирался отнести божественным зверям горы Нокма. Ингредиентами послужили лекарственные травы, посаженные его отцом, Ли Хак-су, в огороде, и вещи, добытые Конджи, который получил руководящую должность. — Чик-чик! Конджи посадил Семя-ориентир рядом с горой Нокма и использовал это место как базу, чтобы быстро телепортироваться туда и обратно. Поначалу перемещаться в одиночку мог только Конджи, но, когда семена дали ростки, вместе с ним смогли двигаться и малыши, а после того как стебли начали расти, Роун тоже смог сопровождать их. — Ну что, отправимся? Закончив подготовку к доставке желе, Роун собрался во дворе вместе с божественными зверями. Он поставил на землю Ккотнима, который всё пытался пойти за ними, и предупредил: — Ккотним, пока я не вернусь, ни в коем случае не уходи из дома один. Без усиления мастерской безопаснее было оставить его дома. Ещё более серьёзная причина заключалась в том, что он плохо слушался, и в опасной ситуации им могло оказаться трудно управлять. — Ккуль-ккуль! Ккотним завилял крошечным хвостиком, похожим на мышиный, и ответил. — Я скоро вернусь. Стоило Роуну договорить, как Конджи достал фрагмент мастерской «Рубикс» и рассыпал его над их головами. Луч света, расходящийся от фрагмента, окутал Роуна и божественных зверей, опускаясь словно сценическое освещение. И появилось сообщение. [Система] Перемещение к координатам Семени-ориентира у минерального источника горы Нокма. Тем временем Сиен, сидя на плече йети, успокаивал ноющее сердце и оглядывался на удаляющуюся катакомбу. Мои дети, восстановленные после долгих лет исследований… Сиен был высокоранговым заклинателем насекомых, способным возродить насекомое даже по самому тонкому, нитевидному остатку. Хотя истинное общение было возможно только с первым поколением, следы Сиена, глубоко отпечатанные в их генах, передавались потомкам, и насекомые всё равно следовали за ним как за государем. Поначалу он был этим доволен. Но постепенно в нём пустила корни жадность. Мечта взять под свою защиту всех насекомых в мире. Но вскоре эта мечта ударилась о стену. Сопротивление энтомологического сообщества становилось всё ожесточённее, а его исследования снова и снова блокировали. В конце концов он сузил цель и решил восстанавливать только насекомых, исчезнувших или потерянных из-за экологических изменений и заражения демонической энергией. Так он вошёл в катакомбу. По остаткам, случайно найденным в одной гробнице, он, словно чудом, обнаружил следы демонического зверя Лумимоса. Это было особое достижение, впервые превратившее его вынужденно урезанную мечту в реальность. Возможно, именно поэтому. По крайней мере, Некропыль, добытая из шелкопряда Лумимоса, — он хотел, чтобы она полностью принадлежала ему. Стиснув зубы, Сиен вспомнил вора, ограбившего катакомбу. Ты хоть понимаешь, как я восстановил демонического зверя Лумимоса и демоническую траву Некта, которые считались вымершими, и смеешь их красть? Даже за игорным столом проигравшему дают утешительную долю. Даже если уж собирались украсть, следовало оставить хотя бы одного-двух Лумимосов и одно-единственное семя демонической травы. Но они не оставили даже волоска… По сравнению с тёмным магом, владевшим катакомбой, этот вор казался ещё более злобным. Когда Снежная гора закончилась, Сиен снова погрузил снежного человека в сон. — До следующего раза. Гр-р-р…… Этот йети был трупом, погибшим от укусов стаи Снежных духов в ночь полнолуния. Поскольку его конечности были относительно целы, Сиен в порядке эксперимента оживил его с помощью Некропыли, и тот стал послушным фамильяром, лишённым аппетита и желаний. Хлоп. Добравшись до места, где резкий ветер стихал, Силит расправил маленькое круглое тело и взлетел в небо. Следуя за Силитом, Сиен быстро оставил горную деревню позади. Он чувствовал, как взгляды жителей впиваются ему в спину, но не обращал на них внимания. Пройдя довольно долго, Сиен добрался до подножия горы Нокма. Он глубоко вдохнул густую зелень и чистый воздух. Где-то в его распухших лёгких будто что-то остывало. Так вот что значит свежий воздух. Если бы не вор, ограбивший катакомбу, он смог бы в полной мере насладиться этим ощущением. При мысли о потерянных демонических зверях грудь снова сжалась. Не зная о настроении Сиена, Силит радостно летал вокруг, меняя цвет панциря на яркие, разнообразные оттенки. Демонический зверь, которому нравится место, переполненное очищающей силой… непостижимое существо. Панцирь Силита, разведывательного демонического зверя, оставался ярко-оранжевым, полным жизни. Такой цвет он показывал, когда его охватывало неодолимое любопытство. Словно желая подняться на гору Нокма, Силит зависал возле гребня. А затем, будто внезапно вспомнив о задании, решительно сменил направление. Хлоп-хлоп-хлоп! — Вот так, правильно. Сначала нужно поймать вора. Сиен последовал за сосредоточившимся Силитом. Между заброшенными рисовыми полями и обычными полями он пошёл по узкой дороге, тянувшейся вперёд. Вскоре ему встретилось странное зрелище. Одинокий сельский дом, стоящий слишком естественно у этой опасной обочины. Какой безумец построил дом в таком месте? На первый взгляд он казался заброшенным, но, приблизившись, Сиен понял: это явно не так. Во дворе оставались тонкое тепло и магическая сила, а за домом смутно виднелся огород. Ворота были распахнуты настежь, словно дом гордо всё это демонстрировал. Дом был настолько мирным, что казался чужеродным — как камелия, цветущая в одиночестве посреди поля боя, наполненного присутствием демонических зверей. Будто только он один жил в другом времени года. За порогом казалось, словно где-то там может скрываться тепло, которое Сиен когда-то потерял. Но Сиен покачал головой. Подозрительный дом. Его раздражающе спокойный вид почему-то скреб ему нервы. Внутри шевельнулось желание разрушить его, но странное ощущение всё сильнее делало Сиену не по себе, и он решил просто обойти дом стороной. Однако, когда он попытался быстро пройти мимо незнакомого дома, ему против воли пришлось на мгновение остановиться. ……Дороги нет. Дом стоял точно на пути, ведущем к деревне, словно заявлял: чтобы пройти дальше, нужно пройти через него. Зачем строить дом так? Сиен нахмурился и уже собирался обойти его по узкой тропке вдоль гребня между полями, как вдруг… Бз-з-з-з! Словно что-то обнаружив, Силит издал тонкий, слабый писк и полетел к дому. Будто подгоняя, его крылья засияли ещё более ярким алым. — О-хо, значит, этот ублюдок там?! Из глубины широкого плаща Сиен вытащил маленькую коробочку. Как обычно бывает с ворами, они не станут послушно возвращать украденное только потому, что он потребует, особенно если речь не об обычной вещи. Сиен открыл крышку коробочки и слегка наклонил её к земле. Наружу выполз один коричневый муравей, напитанный сильным парализующим ядом, — «Немтора». Подняв большую голову, как муравей-солдат, он шевельнул усиками, будто спрашивая, что происходит. — Немтора. Войди в этот дом. Иди и кусай всё, что увидишь! Немтора повернул голову к дому. Несколько раз пошевелив усиками, он быстро пополз внутрь. --- Роун и его спутники мгновенно переместились к минеральному источнику горы Нокма. Семя-ориентир обладало свойством расти в форме, похожей на окружающие растения, поэтому сейчас оно росло в виде водяной травы, проросшей возле источника. Синий стебель, вытянувшийся ещё на ладонь, поднимался так, словно обвивал водяную траву. — Ккюрур! Ждавший их красный божественный лис навострил заострённые уши, выказывая радостное приветствие. — Как вы тут? Роун мягко погладил по голове знакомого красного божественного лиса. Шорох. Вскоре, словно по заранее оговорённому сигналу, к источнику один за другим стали собираться другие божественные звери. Среди них особенно выделялся божественный опоссум, которого он раньше не видел. На спине матери цеплялись малыши божественных зверей с белыми мордочками и чёрными как смоль глазами. Они держались и не падали, и вид был настолько удивительный и милый, что взгляд сам собой тянулся к ним. Вскоре за матерью, попискивая, потянулись малыши божественные белки. Сегодня особенно много детёнышей божественных зверей. Поскольку часть демонической энергии, разъедавшей склон горы Нокма, отступила, похоже, расширились и их места обитания. А раз распространялось весеннее тепло, должно быть, пришло самое подходящее время спокойно заводить потомство. Роун внимательно осмотрел источник — не осталось ли где-то одинокого детёныша божественного зверя. К счастью, все они либо находились в объятиях матерей, либо играли со своими семьями. — Юные господа Кошачьего бога! Малыш Водяной бог! И господин Конджи! А, и…… наш Босс, здравствуйте! Красный божественный лис, которого только что гладили, завилял хвостом и поднял шум. При этих словах малыши, охранявшие Роуна спереди, недовольно заворчали и выступили вперёд. — Наш Босс? С каких это пор он стал твоим боссом, мяу. — Как ты смеешь зариться на нашего Босса, какое бесстыдство, мяу! Божественный лис быстро опустил хвост и поспешно исправился: — А, н-нет, я имел в виду босса желе, которое мы ели! Затем он тявкнул в сторону Роуна. — Тяф-тяф! — Босс, Босс! Благодаря желе, которое вы сделали, оно сильно помогло вернуть место обитания демонических зверей. Все божественные звери благодарны! Услышав слова лиса, стоявшие рядом высокоранговые божественные звери слегка склонили тела в знак согласия. — Ох, так вы настолько хотите желе? Подождите минутку. Решив, что они выпрашивают угощение, Роун поспешно достал желе из фрагмента мастерской «Рубикс». Он разложил их на листьях согласно атрибутам. Когда божественные звери столпились ближе при виде желе, Конджи, до этого тихо сидевший, вдруг взлетел на фрагменте мастерской «Рубикс» прямо в центр группы. Затем громко пискнул: — Пи! — Смотрите! Он вытащил что-то из фрагмента мастерской «Рубикс» и высоко поднял над головой. Когда большой когтеобразный предмет сверкнул в солнечном свете, тут и там раздались восхищённые возгласы. — Ого! Разве это не коготь медведя Пригора? — Господин Конджи, должно быть, победил демонического зверя Снежной горы! — Но подождите, разве божественный лис не говорил, что доставать вещи из этого фрагмента может только босс желе……? — Точно, фрагмент мастерской принадлежит боссу желе. Божественные звери зашептались, глядя на Конджи и фрагмент мастерской «Рубикс». Для божественных зверей с врождёнными способностями найти артефакт, идеально подходящий их силе, было почти невозможно, поэтому они не могли скрыть зависти к Конджи, управляющему магическим фрагментом. Наслаждаясь их взглядами, Конджи надулся от гордости на фрагменте и заявил: — Я заслужил доверие Босса! От его тонкого, но ясного голоса глаза божественных зверей расширились. — Что? Господин Конджи заслужил доверие босса желе?! — Даже превзошёл малышей Кошачьего бога?! Правда?! — Если подумать, врождённая способность господина Конджи и правда идеально подходит этому магическому фрагменту. — Как и ожидалось от единственного внука Пространственного божественного зверя! Наш господин Конджи! Лучший! Некоторые божественные звери, горячо следовавшие за малышами Кошачьего бога, на миг растерялись, но Конджи тоже был потомком великого верховного божественного зверя. Как тот, кто унаследовал уникальную способность Пространственного божественного зверя, он вполне был достоин доверия босса желе. В этот момент среди божественных зверей промелькнуло одно белое перо. Оно пролетело рядом с Конджи и легко опустилось на ветку дерева. Это был белый божественный воробей. С чёрными как смоль глазами, полными недовольства, он резко зачирикал: — Пиюнг! Пиинг! — ?! ---------- Саламандра, несущая золотые яйца При появлении белого воробья морды всех до единого божественных зверей дёрнулись. Белый воробей, который в последнее время быстро рос, был колючим, как девочка-подросток. Стоило кому-нибудь неосторожно сказать не то слово — и, казалось, он мог сорваться в настоящий бунт. Белый воробей раз встряхнул крыльями и сердито покосился на Конджи. — Ппии-юнг! Ппи-инг! — Я тоже хочу работать в мастерской! Я уже сама ем, хорошо ловлю жуков и сильнее дяди! Я практически сирота! Услышав это недовольное чириканье, коричневый воробей поспешно подлетел к нему и задрожал перьями. — С-сирота?! Я ведь так заботливо тебя растил! — А что ты вообще для меня сделал?! Жуков ловишь меньше, чем я, и слабее меня. Если не можешь как следует вести себя как опекун, это всё равно что его нет! От этих слов у божественных зверей отвисли челюсти. В его глазах и правда читалось желание бросить собственного дядю и вступить в компанию. После дерзкого заявления племянницы гладкие перья коричневого божественного зверя вдруг поблёкли и стали ломкими на вид. — Ппии-юнг! Ппиии-инг! Даже Конджи, который только что игриво важничал, теперь покачал головой: мол, так не пойдёт. — Если у тебя есть семья, нельзя. Вспомни, как ты впервые вылупилась из яйца. Когда даже глаза открыть не могла и только принимала пищу. От торжественных слов Конджи клюв белого воробья на миг сомкнулся. Конджи понимал: он единственный божественный зверь, который может отчитать божественного зверя высокого ранга, — но даже ему было трудно справиться с воробьём-подростком. Он тихонько достал из-за щеки красную ягоду, сунул её коричневому воробью и прошептал: — Ты хорошо потрудился. Дальше я сам, подожди там. — Ппии-юнг…… Коричневый воробей понимал, что если сейчас вмешается, то только сильнее разожжёт бунт, поэтому по словам Конджи решил пока отступить. Медленно моргая чёрными глазами, он взял ягоду в клюв и тихо отошёл в сторону. Конджи знал, что белый воробей искренне хочет стать сотрудником, но что тут поделаешь? По правилам компании нельзя иметь семью. Кроме того, он отлично понимал, через какие трудности прошёл коричневый воробей. Заботиться о божественном звере, рождённом с уникальной способностью, обычному божественному зверю почти невозможно. — Ничего не изменится. Вместо того чтобы капризничать, приходи к нам домой в гости. Я поделюсь орехами, которые приберёг. После равнодушных слов Конджи белый воробей как раз собирался снова высказать недовольство, но… — Мяу! Суранг, не в силах больше смотреть на это, выступила вперёд. — Хватит, ня. Ты не подходишь для работы сотрудником, ня. От одной этой фразы воробей дрогнул и напряжённо поднял хвост. Среди трёх малышей-богов кошек Суранг была самой харизматичной, и после её слов воробей поднял хвост, но клюв сомкнул. Ведь он был поклонником Суранг, такой же белоснежной, как он сам. — Быть проводником горы Нокма важнее, чем быть сотрудником, ня. Божественный зверь, который, как ты, видит далеко и указывает путь другим божественным зверям, — большая редкость, ня. Когда малышка Суранг впервые произнесла такую длинную речь, божественные звери горы Нокма слушали её с благоговейными лицами. Некоторые даже прослезились. — Наш малыш-бог кошек стал так красноречив. — Если бы Богиня кошек увидела эту сцену… как бы она обрадовалась. Всхлип… Конджи не поддался общему волнению божественных зверей и, соглашаясь с Суранг, продолжил: — Писк! — Именно. Я слышал, твоя способность проводника сильно помогла расширить эту территорию. Ты глаза и уши горы Нокма. Под градом похвал от божественных зверей высшего уровня белый воробей глубоко опустил голову. В одном уголке сердца у него медленно поднялось чувство вины. Потому что он знал: прежде чем его способность пробудилась, всё это в одиночку тянул на себе дядя. Словно понимая сердце юного воробья, Конджи мягко сказал: — Такие воробьи, как ты, издавна служили посланниками вместе с хранителем божественных зверей. Однажды и ты сможешь общаться с нашим Боссом. Суранг легонько похлопала воробья розовой передней лапкой. — А до тех пор расти как следует, ня. Подбодрённый Суранг, белый воробей почувствовал, как грудь сжалась от волнения. Госпожа Суранг велела мне набраться сил. — Да, госпожа Суранг. Я буду тренироваться ещё усерднее и стану лучшим проводником! Когда колючий белый воробей снова защебетал ангельским голоском, лица остальных божественных зверей наконец смягчились. Глядя на это, Роун тихо усмехнулся. Конджи, похоже, хвастался клыками пригорского медведя, а Суранг выглядела так, будто просто гладит воробья по спине и успокаивает: мол, он не станет его ловить. Сварливая атмосфера, свойственная подростковому возрасту, прошла, и вокруг источника снова разлился мягкий покой. — Гррунг? Когда внимание божественных зверей вновь собралось на ней, Суранг изобразила застенчивость и призвала один лист чёрной бумаги в форме кошки. Бумага зигзагом прокатилась по ветру, а затем коснулась тени Суранг. Увеличившаяся тень Суранг завертела чёрным хвостом, словно обладала собственной волей, и принялась демонстрировать себя. Соль и Торан, не желая уступать, тоже вывели свои тени напоказ. — Вах! Малыши-боги кошек, что это за тени? Божественные звери широко раскрыли глаза и заворожённо уставились на шевелящиеся тени. Тёмный атрибут, но не чёрная магия — необычная аура. Для божественных зверей это было чем-то совершенно незнакомым. — Это подношения от подчинённой, которая следует за нашим Боссом. Суранг важно выпятилась, вспомнив, как Хан Сом-джин застенчиво передала Роуну теневую бумагу. — Вау, человек, который сделал такую удивительную штуку, — подчинённый желейного босса? — Наш человеческий Босс невероятен! Взгляды божественных зверей сами собой обратились к Роуну. А он с невозмутимым лицом доставал желе из фрагмента «Рубикса». — Няанг, тени получили только наши божественные звери Бога кошек. — Именно. — А! Когда Суранг, говоря это, скосила взгляд на Конджи, Соль и Торан ловко подхватили. — Хе-хе-хе…… Ёнхо, который ещё не умел говорить на языке божественных зверей, моргнул крошечными чёрными глазами внутри капли воды. Конджи, будто его совершенно не трогали эти тени, достал из фрагмента орехи и гордо ими помахал. В этот момент из земли высунулась голова кротового божественного зверя. Увидев тени, он разинул рот. — Малыши-боги кошек! Тени двигаются сами по себе! — Всё хорошо, мяу. Это моя игрушка. Высоко подняв хвост, Суранг изменила форму тени, превратив её в образы других божественных зверей. — Превращение в белку! — Ва-а-а! — Хлоп-хлоп-хлоп! Соль, не желая уступать, расправила острые крылья и создала тень в форме орла. Затем тень Соль отделилась от её лап и полетела над травой, словно земля была небом. Удивлённые Суранг и Торан тоже придали своим теням форму вороны и воробья. Чёрные тени в форме орла, вороны и воробья суматошно летали над поверхностью источника. — Вау, как хорошо они летают! — Тени такие классные! Головы божественных зверей мотались туда-сюда, следя за траекториями теней. Роун разложил желе на больших листьях и равномерно распределил их по стволам деревьев и расселинам скал, чтобы звери могли брать и есть в любое время. Он тихо наблюдал за божественными зверями, чьи глаза сияли куда ярче, чем когда они играли сами по себе. Им весело. И правда, и людям, и божественным зверям наверняка нужны друзья. В следующий раз стоит привести Ккотним и дать ей поиграть вместе с ними. К тому времени, когда он поведёт её на Снежную гору, она, возможно, станет послушнее. И тут он вдруг подумал о яйцах со Снежной горы. Интересно, они уже вылупились? Время вылупления, похоже, было близко. Он также вспомнил о Семени-ориентире, посаженном в гнезде чудовищной птицы. Даже в таком свирепом ветре оно проросло? Роун рассеянно огляделся, ища Конджи, но того нигде не было. Куда этот малыш опять убежал? В последнее время Конджи исчезал всё чаще. Так было с тех пор, как он стал руководителем, а особенно после того, как к нему привязалась «Коробка вехи». Словно восхищённый тем, что может свободно собирать любимые лекарственные травы и плоды, он в любой момент удирал куда-нибудь. И каждый раз, когда находил понравившийся плод, похоже, тут же сажал его семя. Из-за этого Роун не мог точно понять, где именно Конджи посадил Семена-ориентиры. Хм, пора бы это упорядочить. Когда стебли вырастут, он сможет телепортироваться, так что лучше знать заранее. Роун как раз собирался тайком заглянуть в Коробку вехи Конджи, когда от фрагмента, оставленного им на Снежной горе, всплыло неожиданное сообщение. [Система] Собран магический зверь — солдат Токсичной иглы. [Система] Получена игла солдата Токсичной иглы. [Система] Получено крыло солдата Токсичной иглы. . . . А?.. Роун какое-то время смотрел на сообщения, приводя мысли в порядок. Собран солдат Токсичной иглы? Фрагмент мастерской «Рубикс», который он оставил один на Снежной горе, не мог сам использовать рассеиватель. Но сообщение даже не спросило, собирать ли, а просто заявило, что сбор уже выполнен, и это ошеломило его. Чтобы его можно было собрать, он должен быть в беспомощном состоянии… Кто с ним разобрался? Как они поймали прозрачную Токсичную иглу без рассеивателя? Один и тот же вопрос снова и снова крутился в голове. В этот момент перед ним появился Конджи, с головы до пят покрытый снегом. — …Только не говори, что ты один ходил к гнезду чудовищных птиц?! Наконец все вопросы соединились в одно. Конджи распылил рассеиватель и собрал Токсичных игл. — Писк! Стряхнув с тела снежинки, Конджи невозмутимо подошёл ближе. Роун как раз собирался отчитать его за то, что он один отправился в такое опасное место. Шр-рк. Фрагменты мастерской «Рубикс» подняли Ёнхо, малышей и самого Роуна в воздух. …?! Прежде чем он успел спросить, что происходит, пространство вокруг резко искривилось, и картина перед глазами внезапно сменилась. Фьууууух. Обжигающе-холодный ветер хлестнул по лицу. …Это гнездо чудовищных птиц? Стоило лютому холоду, от которого немело лицо, обрушиться на него, как барьер мастерской активировался. Но полностью отсечь жестокий холод Снежной горы он не смог. В морозном воздухе Роун, стуча зубами, уставился на Конджи. — Эй, Конджи! Что ты творишь, что за внезапное перемещение? — Мяуонг? Малыши и Ёнхо, испуганно оглядевшись, вскрикнули. Роун быстро добавил к барьеру мастерской заклинание тепла. Затем стремительно создал согревающий камень, чтобы поднять температуру. Когда видимость понемногу прояснилась, в снежной буре под гнездом открылась зловещая картина. Киииек! Одна чудовищная птица, пошатываясь, разрывала небо. Остальные чудовищные птицы выстроились вокруг неё кольцом, кружили и изо всех сил пытались сдержать одну-единственную птицу. На снежной земле ещё несколько чудовищных птиц бешено хлопали крыльями. Они тоже, окружённые стаей, били клювами и когтями по своим же сородичам. Все чудовищные птицы были покрыты ранами. И нападающие, и те, кто их удерживал, были залиты кровью, но глаза атакующих птиц выглядели особенно странно. Их взгляд блуждал в пустоте, головы мотались из стороны в сторону, а глаза будто чего-то жаждали. …Похоже, их укусили Токсичные иглы. Один лишь инстинкт выживания — стать носителем. Стоит им спрятаться где-нибудь в пустом месте, и их тела постепенно парализует. Поскольку стая не убивала заражённых сородичей, а только защищалась от них, она односторонне получала раны. Конджи, как-то разобравшись в ситуации, пытался в одиночку проводить сбор и распылять рассеиватель, а в конце концов привёл сюда и Роуна. Роун гадал, почему тот так спешил, — оказалось, низкоранговые противоядия закончились. Не зная, использовать ли высокоранговые противоядия или особое противоядие против Токсичных игл, Конджи решил вместо этого привести Роуна. Роун спокойно проверил противоядия внутри мастерской. Но, к удивлению, особых противоядий против Токсичных игл, которых было всего одно или два, стало целых двадцать. …Когда ты успел столько сделать? Если посмотреть и на остальные зелья, похоже, Ёнхо сгущал всё, что мог, всякий раз, когда выдавалась свободная минута. Благодаря этому не только противоядия, но даже зелья восстановления все поднялись до высокого ранга. Способность Ёнхо «Сгущение» уже выросла до третьей ступени, а число зелий, которые он мог сгущать одновременно, увеличилось на пять. Похоже, способность росла вместе с мастерством. …Ну ты даёшь, малыш. Неужели сгущать настолько весело? Ты ведь не пристрастился к этому, как к навязчивой привычке? Испытывая и гордость, и тревогу, Роун молча погладил крошечную голову Ёнхо указательным пальцем. Под пальцами скользнуло гладкое и мягкое ощущение. — Хе-хе-хе…… Впрочем, наверное, сгущение — единственная игра, в которую может играть Ёнхо. Он не увлекался охотничьими играми, как малыши, и не был гурманом, как Конджи. Раз Ёнхо, любящий воду, живёт внутри водяной капли Суранг, ему, пожалуй, и правда больше нечем особенно заняться. Надо потом сводить его к реке или горячему источнику. Киииек! Услышав крики чудовищных птиц наверху, Роун быстро поднял фрагмент мастерской. Фрагмент влетел в стаю и в тот самый миг, когда заражённая птица в безумии раскрыла клюв, точно бросил туда каплю противоядия. — Киииек! Реакция была мгновенной. В дрожащие глаза птицы вернулся фокус, а яростно мечущиеся крылья вскоре безвольно опустились. Обычно заражённый Токсичной иглой после противоядия теряет сознание, пока погибает носитель… Но птица, которая, как ожидал Роун, должна была рухнуть от изнеможения, наоборот выглядела бодрой. Что, я дал не то зелье? Подумав, что по ошибке дал зелье восстановления, Роун быстро проверил информацию о высокоранговом противоядии. У высокорангового противоядия появился дополнительный эффект. Не только мгновенное обезвреживание яда, но и сопротивление яду на некоторое время. Это было не просто повышение ранга — сама эффективность эволюционировала. Ещё больше удивляли ингредиенты. Обычно для всех зелий высокого ранга требуются редкие или высшие травы. Но зелья, улучшенные «Сгущением» Ёнхо, переродились в высококачественные без единого такого ингредиента. Этот малыш… да он, оказывается, саламандра, несущая золотые яйца? Истинная ценность Ёнхо снова всплыла в голове. Как раз когда улыбка Роуна уже готова была растянуться от уха до уха, вокруг собрались чудовищные птицы. Кииииек! Киек! Стая затрясла перьями и склонила головы вниз. Это ощущалось не как покорность владельцу Небесного самоцвета, а как искренняя благодарность. Раз уж он оказался здесь, Роун решил проверить, целы ли яйца. Поскольку он поместил Небесный самоцвет внутрь фрагмента мастерской, его беспокоило, получают ли яйца духовную энергию. Он оглядел склон под утёсом, но разбитых яиц видно не было. Из-за скользкого и крутого склона подойти близко было трудно. Может, зацепиться за чудовищных птиц, чтобы добраться туда?.. Пока он размышлял… Треск! Из ближайшей каменной расщелины донёсся звук раскола. Думая, что обваливается камень, он проверил только окрестные скалы, но затем заметил ниже по утёсу одно яйцо, которое медленно трескалось. По его скорлупе, твёрдой как камень, поползли паутинные трещины. …Оно вот-вот вылупится? Но оно явно отличалось от остальных яиц. В отличие от белых круглых яиц снежных птиц, это было немного желтоватым. Я ещё никогда не переносил такое яйцо… Ошибиться он никак не мог. По цвету и фактуре оно совершенно отличалось от снежно-белых яиц снежных птиц, похожих на комья снега. Роун вопросительно посмотрел на стаю, словно спрашивая: что это? В ответ чудовищные птицы одна за другой взмахнули крыльями и горячо загомонили. — Киек, киек! — Ккудук, ккукку! Они щебетали разными криками, но понять их он не мог. Умеренно возбуждённые жесты, любопытные взгляды к вылупляющемуся яйцу и вместе с тем едва заметная настороженность. И всё же привязанность, заставлявшая их охранять яйцо и не бросать его. Сложив все эти признаки, Роун пришёл лишь к одной правдоподобной ситуации. — …Вы подобрали его, решив, что это ваше яйцо? — Киек, киек! — Ккудук, ккукку! Он не знал, где они его подобрали, но, похоже, они положили его в гнездо, думая, что оно своё, и заметили странность только перед самым вылуплением. Хорошо, что обнаружили рано. Если бы они поняли, что это не их птенец, уже после вылупления, они могли бы его убить. Роун посмотрел вниз на яйцо, опасно лежащее у края утёса. Доставать его самому выглядело опасно. Но был способ безопаснее. — Соль, сможешь поднять это яйцо? Похоже, оно может упасть. — Ми-онг! Прекрасно поняв намерение Роуна, Соль коротко мяукнула. Затем призвала Соль-сову и забралась на неё. Фьуууух. Одним рывком она пролетела между утёсами и легко приземлилась рядом с яйцом. — Быстрее, принеси его. Роун ожидал, что Соль погрузит яйцо на Соль-сову. Но Соль на миг подняла на него круглые светло-зелёные глаза, а потом крепко обняла яйцо своим маленьким телом. — А?! ---------- Малыш-бог ветра Роун сухо рассмеялся, увидев, как Соль вдруг принялась высиживать яйцо. Поменяв позу так и этак, она свернулась боком, как аммонит, и крепко обняла яйцо. — …Соль? Ты должна поднять его ветром. Что, если оно так упадёт? Но Соль лишь моргнула одним глазом и, полностью поглощённая высиживанием, потёрлась мордочкой о яйцо. Боже… Похоже, яйцо ей очень понравилось. До регрессии они провели вместе долгие годы, но вкусы Соль всё равно оставались загадкой. Он думал, ей нравятся ароматные или блестящие вещи, но кто бы мог представить, что она проявит интерес к такому невзрачному, твёрдому как камень яйцу? В конце концов Роун решил оставить яйцо Соль. Место выглядело ненадёжным, но если что-нибудь случится, Соль, скорее всего, поднимет яйцо. Даже если она его уронит, странные птицы вокруг не станут просто стоять и смотреть. — Тогда я проверю остальные яйца, а ты хорошенько о нём позаботься. Он хотел лично убедиться, что яйца нормально вылупляются в снежных птиц. Ккииек! Когда Роун спускался по наклонной тропе вдоль утёса, несколько странных птиц летели в небе, сопровождая его. Оставив уходящего Роуна позади, Соль не сдвинулась с места. Причиной была слабая энергия ветра, просачивавшаяся из треснувшего яйца. Этот ветер был таким тонким, что казалось: ещё мгновение — и суровый морозный поток сметёт его и развеет. Когда барьер мастерской отсёк холодные течения, тепло тела Соль накрыло яйцо. Становясь сонной, Соль медленно закрыла глаза. Ослепительно-белый лес Снежной горы. Фьюююинг. Соль с трудом летела сквозь холодную метель. Сильный ветер — это ещё ладно, но выдерживать ледяной воздух было больно. Когда силы начали понемногу уходить, откуда-то донёсся ритмичный звук. Ду, ду, ду, ду. Что это за звук? Она навострила уши, вслушиваясь в низкий и странный резонанс, который просачивался сквозь щели меркнущего сознания. Необычный звук внезапно оборвался, и что-то бесшумно проскользнуло между покрытыми снегом ветвями. — Мионг? Всё произошло так быстро, что Соль успела увидеть лишь, как с ветки осыпалась кучка снега. Но она почувствовала: огромный ветер в одно мгновение оттеснил метель. Оглядываясь, она встретилась с парой круглых глаз, будто видевших всё насквозь. На толстой ветке сидела птица с серовато-бурыми перьями. — Что это? Эта птица создала такой сильный ветер? На вид она была совсем немного крупнее самой Соль. Решив, что такого быть не может, Соль отвернулась. И в этот миг… Фьюююююинг…! Снова налетел ветер, накрывший всю Снежную гору. Соль быстро призвала Соль-сову, чтобы закрыться от него, и будто в ответ на этот вызов вперёд хлынуло течение куда сильнее прежнего. Неизмеримый ветер поднялся горой и погнал метель. Казалось, окружность этой ветровой горы, раскинувшейся перед ней, не имеет конца. Пути для бегства не было, и единственный выход — перелететь через эту гору. Но лёгким это совсем не выглядело. Одно прикосновение к бушующему ветру уже казалось достаточным, чтобы её затянуло внутрь. — Миоонг! — Что?! Страшно! Ветровая гора волна за волной надвигалась на Соль. Если выдерживать её вот так, она будет раздавлена или унесена прочь. Ветер свирепел, и ни усиление мастерской, ни барьер ничем не помогали. Такого страха она не испытывала с самого рождения. Несмотря на ужас, Соль подняла скорость до предела и рванула вверх. Едва она преодолела одну гору, гигантский ветер рассеялся позади. Но не успела она перевести дух, как появилась ещё более высокая и массивная ветровая гора. Снова идёт! Соль выжала все силы и сумела уклониться. Но вскоре на неё обрушилась новая гора — ещё выше и больше. От её громадности перехватывало дыхание. — Мияонг! Если не могу перелететь… пробью насквозь! Используя Соль-сову как огромный меч, Соль сосредоточила силу ветра в одной точке. И как раз когда ветер Соль должен был столкнуться с ветровой горой… — Мой ветер не отталкивает силой. Он скользит по потоку. Из центра ветровой горы донёсся ясный голос. В тот же миг тело Соль окутал ветер, и её начало закручивать вокруг огромной ветровой горы по спирали. Словно на аттракционе, мягкое течение плавно понесло её вверх. Это… просто текущий ветер? Страх исчез из глаз Соль, уступив место любопытству. Когда она добралась до вершины, ветер стих, и вокруг стало тихо. Серебряный свет солнца засиял, оседая на белоснежной Снежной горе. Ду, ду, ду, ду. Снова прозвучал странный звук. Внутри этого резонанса зазвучал более ясный язык божественных зверей. — Дитя Бога кошек, ты получила дыхание Бога ветра. Но сможешь ли ты ухватить ветер этого мгновения? Голос, одновременно чуть колючий и расслабленный, отозвался в сердце Соль. Соль на мгновение задумалась над глубоким вопросом, а затем, притворяясь совсем взрослой, громко ответила: — Ветер нельзя ухватить. Он задерживается, а потом уходит. Хлоп. Маленькая серовато-бурая птица приземлилась рядом с камнем на вершине. Та самая птица, которую она видела раньше. — Тогда сможешь ли ты ухватить время, за которое он задерживается и уходит? — Время? — Мимолётные мгновения и есть само время. Твой ветер не просто течёт; он схватывает это мимолётное мгновение. — Что ты имеешь в виду? Как можно ухватить ветер? И какое это имеет отношение ко времени? Соль склонила голову. Она ничего не понимала, но сердце отчего-то бешено колотилось. Слова звучали так, будто означали: часть способности её матери есть и в ней. Но вскоре Соль покачала головой. — Мне нравится текущий ветер. Даже если бы я могла ухватить ветер, я бы не стала. Ду, ду, ду, ду. Когда Соль сказала это с новой серьёзностью, серовато-бурая птица слегка кивнула. — Не бойся. В тот миг, когда ветер внутри тебя станет неподвижным, время тоже остановится, чтобы перевести дух. Оставив после себя слова, которые до конца оставались непонятными, тело птицы постепенно рассыпалось ветром. Когда Соль открыла глаза, яйцо, которое она держала, уже раскололось. Испуганно подняв голову, она встретилась взглядом с маленькой птицей, покрытой пушистым белым пухом. Её круглые золотые глаза были точь-в-точь такими же, как глаза той птицы, которую Соль встретила во сне. --- Муравей-солдат Немтора ещё ни разу не разочаровывал Сиена. Когда Сиен отдавал приказ, тот всегда шёл вперёд и идеально со всем справлялся. И на этот раз Сиену тоже оставалось просто войти в дом. Если понадобится, он собирался выпустить и других насекомых. Насекомые, которых он лично восстановил, были ментально связаны с ним, и стоило кому-то хотя бы коснуться его пальцем, они инстинктивно бросались в атаку. Так или иначе, он подождёт, а затем, когда все окажутся парализованы, заберёт демонических зверей Лумимосов и демонические цветы Некта. Уже должно быть закончено, верно? Неторопливым шагом Сиен вошёл в дом. Как и ожидалось, путь, по которому прошёл Немтора, был тих, как всегда. Когда он углубился во двор, откуда-то донёсся тёплый аппетитный запах. Что это? Я уже где-то это нюхал, но не могу вспомнить. Демонические звери Лумимосы, вероятно, спрятаны где-то внутри дома. Сиен осторожно открыл дверь. Шшшшш! Вздрогнув от звука машины, выпускающей пар, Сиен случайно выдал своё присутствие. В этот момент раздался незнакомый голос. — Кто вы такой? Сиен, у которого вообще не было боевой силы, замер на месте. Он ведь ясно приказал Немторе кусать всё. Умный Немтора никогда не ошибался, выполняя приказы Сиена. Да и с его твёрдым экзоскелетом и небольшой способностью к регенерации он так легко не умирал. Если кто-то всё ещё не парализован ядом… Причина могла быть только одна. Неужели… Немтору убрали? Сиен с трудом повернул голову, застыв от злости. Одновременно он сжал в кармане коробку с первоклассными атакующими насекомыми. В поле зрения появились мужчина и женщина средних лет, сидевшие за обеденным столом. С виду они казались мягкими, но, должно быть, именно они были виновниками, устранившими Немтору. Глаза Сиена заострились. И на краю его рассеянного взгляда… На столе лежало нечто необычное, бледно-жёлтого цвета. Нет, это же… с вымершей Земли… Это был кабачок. Глаза Сиена расширились. Кабачок… ещё существует. Кабачок, который в детстве он ел всего несколько раз — приготовленный руками бабушки. На миг ему показалось, будто он вернулся в то время. Но почему в груди стало так тесно? Сейчас не время думать о кабачках. Сиен покачал головой и взял себя в руки. Он уже собирался достать коробку с первоклассными насекомыми, чтобы отомстить за Немтору. Но от другого невероятного зрелища его рука, тянувшаяся к коробке, замерла. На влажном жёлтом кусочке, блестевшем от сока, возле стола… Он увидел Немтору, крепко вцепившегося в него. Его усики и похожие на жвалы ротовые части двигались без остановки. …Неужели это батат? Часто моргая, Сиен не мог оторвать глаз от батата. Облегчение от того, что Немтора жив, длилось недолго; куда сильнее его потрясло то, что батат лежит прямо перед ним. Совсем недавно один знакомый купил ящик, который называли последним оставшимся в мире ящиком батата. Сиен купил у него три штуки за пятнадцать миллионов вон. Для него батат был не просто ингредиентом. Для него батат был самой бабушкой. Бедные, но добрые дни, их тепло. Морщинистые руки, которые дули на только что приготовленную фиолетовую кожуру, прежде чем очистить её для него. Все эти воспоминания жили в одном кусочке батата. Один в катакомбе, он один батат запёк, один сварил, а последний, посыпав сахаром, превратил в засахаренный батат. Делясь им с Немторой, Сиен той ночью беззвучно плакал. Я ведь так дорожил ими… Вместе с нахлынувшими воспоминаниями в голове промелькнули десятки вопросов. Почему такой драгоценный батат? Как? Почему здесь… у этих людей? В этот миг мужчина средних лет, увидев замешательство Сиена, улыбнулся и заговорил: — Ко мне заглянул незнакомый муравьиный божественный зверь, вот я и дал ему немного своей еды. Это тот, кого вы выращиваете? — …… --- Роун вместе с Конджи, Суранг и Тораном осматривал гнездо, зажатое в утёсе. Ккирук, ккирук. Яйца снежных птиц одно за другим трескались, рождая новую жизнь. Каждый раз, когда появлялся мягкий белый пух, влажный от влаги, загадочная аура расходилась по утёсу нежными волнами. Странные птицы возле гнезда вытягивали шеи и охраняли окрестности. Роун смотрел на рождение новой жизни глазами, полными восхищения. Фраза «дети — это надежда» сама собой всплыла в голове. Маленькие белые хлопочущие крылышки ощущались как весна, пришедшая на Снежную гору. Теперь, когда снежные птицы вернулись, снежных мертвецов тоже станет меньше? Вдруг он вспомнил историю о Снежной горе, которую рассказывал ему отец, Ли Хак-су. В прошлом, даже в полнолуние, иньская энергия Снежной горы не была такой сильной, как сейчас. Лунный свет был холодным, но его хватало, чтобы духи умерших могли ненадолго упокоиться. Снежные птицы были птицами-хранителями, которые защищали этот последний путь. Жители горной деревни верили: после исчезновения снежных птиц снежных мертвецов стало больше. И не без причины — снежные мертвецы были не просто движущимися трупами-нежитью, а существами, к которым был привязан осколок души. Поэтому люди бесчисленное множество раз пытались отправить их на покой, но результаты были ужасными. Чем сильнее повреждали тела, тем более гротескно они восставали в ночи полнолуния. Роун вспомнил Некропыль, которую когда-то собрал в катакомбе. Не может ли одной из причин появления снежных мертвецов быть тот порошок? В этот миг он, кажется, немного понял, почему труднодоступных демонических зверей Лумимосов намеренно довели до вымирания. Если бы это был просто порошок для создания нежити, всё свелось бы лишь к появлению ещё нескольких некромантов. Но если это материал, привязывающий осколки душ, тогда дело совсем другое. Кто-то должен был хотеть, чтобы сами демонические звери Лумимосы исчезли, чтобы такой материал больше не оставался на этой земле. Но если оставить это в стороне, почему иньская энергия полнолуния продолжает усиливаться? До регрессии Снежная гора уже стала территорией демонических зверей. Но сейчас ещё не поздно. Снежная гора всё ещё безопасна, и эти небольшие перемены явно показывали возможность что-то повернуть вспять. Поднимаясь по тропе на утёсе, Роун приготовил питательный тоник для птенцов. Он адаптировал способ, который использовал для Ккотним и Ёнхо, поэтому все необходимые ингредиенты уже были у него. Демонического мяса было достаточно, как и собранных им фруктов и лекарственных трав. Вместо Роуна Суранг и Торан летали вокруг гнезда, проверяя только что вылупившихся птенцов. — Пяк, пяк! Птенцы раскрывали рты, едва он подходил. Он кормил их питательным тоником и вылизывал их влажные перья досуха. Увидев это, Ёнхо достал из фрагмента мастерской капли питательного тоника. И в тот миг, когда три капли вот-вот должны были слиться в одну… — Не нужно сгущать тоник. Питания уже достаточно. Роун остановил его. — После сегодняшнего дня ты не сможешь увидеть птенцов, так что смотри сколько хочешь. — Хе-хе-хе…… Стоило Ёнхо сделать несколько партий тоника, как он наверняка выбился бы из сил и уснул, поэтому Роун остановил его, велев посмотреть на птенцов снежных птиц и заранее с ними поздороваться. Но Ёнхо был ещё робче и пугливее Соль. Без Суранг он только кружил вокруг Роуна и проявлял интерес разве что к фруктам или орехам, которые Конджи помещал в капли. Возможно, поэтому он иногда держался рядом с Конджи. Когда они спустились чуть ниже, от одного из гнёзд странных птиц на скале потянулась странная аура. В этом месте раньше было гнездо вожака странных птиц. Роун, спустившийся примерно до середины утёса, развернул карту, предназначенную только для хранителей божественных зверей. Ниже точки, где раньше был Небесный самоцвет, проступили бледные буквы. — …Что?! ---------- Пушинки Снежной горы По карте, доступной только хранителям божественных зверей, прежде скрытые буквы проступили, словно чернила, всплывающие сквозь намокшую бумагу. Это ещё что? Скорее всего, после очищения испорченного Небесного самоцвета высвободилась запечатанная информация. Похоже на разновидность связанной запечатывающей магии. Если вести взгляд по карте вниз, рядом с утёсом, в глубокой тени, проявлялось место, будто искусственно выдолбленное резцом. Всё вокруг было заполнено красным туманом. А за ним смутно показался вход в пещеру, которого раньше не было видно. — Кирурюк? Несколько чудовищных птиц сопровождали Роуна. Словно им не понравилось, что в их владениях существует такой барьер, они расправили крылья и бесстрашно приблизились. Роун не успел их остановить. Паджиджик! От входа в пещеру хлынула мощная волна. Отброшенные неизвестной силой чудовищные птицы рухнули прямо вниз, по другую сторону утёса. Ккиииек… ек! Ккуе… ек! Не в силах расправить крылья после сильного удара, чудовищные птицы протяжно закричали где-то под утёсом. Роун бросил к падающим птицам фрагмент мастерской. Но расстояние было слишком большим. — Конджи, дай каждой по зелью и возвращайся. — Писк! Конджи, которая каталась на фрагменте «Рубикса», ответила так, будто ей это надоело, и со свистом понеслась вниз верхом на фрагменте. Похоже, падение удалось остановить: сильного грохота не последовало. Ёнхо и оставшийся на месте Роун уставились на пещеру в красном тумане. Туман источал ещё более зловещую ауру и отталкивал Роуна назад. Барьер чёрной магии. Роун, который обычно игнорировал большинство барьеров и проходил прямо сквозь них, неожиданно отступил на шаг. От него исходила аура, похожая на барьер, наложенный на сад Багрового лотоса. Такой барьер проще не ломать силой, а разобрать, устранив то, что он защищает. Разница была в том, что на этот раз внутри хитро наслаивались малые заклинания — вроде отражающей магии, отбросившей чудовищных птиц. Что же там запечатали, раз всё обмотано так плотно? Барьер такого уровня практически наглухо запечатывал место, словно даже его создатель не собирался входить или выходить. Но у Роуна был свой способ. Он достал фрагмент гостиной мастерской «Рубикс». Фрагмент, материализовавшись, мог перескочить через пространство ещё до того, как барьер успеет его остановить. Если выйти через заднюю дверь, он окажется прямо внутри барьера. Шарарара. Когда фрагмент гостиной мастерской материализовался, диван, где яйцо феникса было укрыто от морозного ветра, миски малышей и жаровня появились на своих местах. — Хе-хе-хе… Ёнхо подплыл к миске малышей, которую использовал вместо чашки, и захихикал. В углу комнаты, на подушке, лежало одно розовое яйцо. Оно не было объектом сбора, поэтому его нельзя было сохранить во фрагменте мастерской; вместо этого яйцо хранилось во фрагменте гостиной. Роун знал, что внутри фрагмента мастерской время останавливается, но каждый раз, когда он материализовал гостиную, ему казалось, что там время течёт, и это его тревожило. С ним всё будет в порядке?.. Пока он осматривал яйцо, Роун почувствовал новую ауру. Жизненная сила, которая угасала, теперь наоборот постепенно восстанавливалась. Что происходит? Среда всё ещё не подходила для вылупления, но уже одно это восстановление было достаточно поразительным. Яйцо давно не выходило у него из головы, так что теперь стало немного спокойнее. Оторвав взгляд от яйца, Роун повернулся к задней двери. Ёнхо прижался к нему сбоку. Когда он открыл дверь, снаружи, как и прежде, лежал густой красный туман, но под защитой от ветра внутри было теплее, чем снаружи. — Ёнхо, держись рядом со мной. Без Суранг и Соль Ёнхо не мог быстро летать по воздуху один. Наверное, потому что теперь ему нужно было присматривать только за Ёнхо, Роун чувствовал особое беспокойство. Он заново понял: обычно Суранг хорошо о нём заботилась, поэтому самому Роуну почти не приходилось переживать. В неподвижном воздухе, где не было даже следа ветра, они двинулись вперёд, пробираясь сквозь холодную энергию, касавшуюся кожи. Стены, покрытые льдом, тянулись всё дальше, пока путь наконец не перегородила замёрзшая стена. Перед этой стеной, словно сердце пещеры, был вмурован один огромный синий камень. Каждый раз, когда камень пульсировал, из него ритмично вырывался холодный иней. — …Ух, холодно. Без защитного барьера мастерской Роун и Ёнхо, возможно, уже замёрзли бы насмерть. Когда он активировал карту хранителя божественных зверей, чтобы подтвердить место, слабые буквы стали чёткими. Лунный камень? Лунный камень был минералом, испускающим холодный иней. Большинство таких камней были маленькими: из них делали хладоэлементы или просто использовали в быту, когда трудно достать кондиционер. В целом — обычный минерал. Но тот, что был перед ним, содержал куда более мощную иньскую энергию, чем любой другой. Если это лунный камень, разве я не могу просто его собрать? Если это минерал, он должен был естественным образом поддаваться сбору. Роун попытался собрать его через мастерскую «Рубикс». [Система] Невозможно собрать. Если собрать нельзя, значит, камень уже прошёл через чьи-то руки. Это был обработанный лунный камень. …Кто сделал такое? Роун молча достал Нить пожирания и свободно набросил её на камень, вмурованный в стену. Стоило белой нити коснуться его, как по ней поползла ледяная энергия, похожая на иней. Но она не то что не поглотила её — нить в тот же миг промёрзла насквозь. Чёрт… Когда он отдёрнул нить, её осколки посыпались на землю. Так не получится. Холод, заключённый в лунном камне, был как отточенное ледяное лезвие. Даже Нить пожирания оказалась бессильна перед заморозкой. Если этот лунный камень — изготовленный камень, должен быть способ отделить или разобрать его. В этот миг, будто откликнувшись на мысль Роуна, мастерская «Рубикс» показала рецепт. [Рецепт] Нейтрализатор снежного нефрита ― Горсть углей действующего вулкана ― Нейтрализатор маны 3 л ― Корни Снежного цветка 200 шт. ― Очищенная вода 1 л Требовалось довольно много материалов. Снежный цветок можно добыть, если отправиться на сбор… Нейтрализатор маны придётся изготовить отдельно, но его можно получить на горе Нокма. Однако с одним ингредиентом возникала проблема: угли действующего вулкана. Роун ненадолго задумался. Угли действующего вулкана должны быть на вершине пика Пламени. Это место давно стало территорией демонических зверей. Даже с демоническими зверями горы Нокма всё ещё периодически разбирались вместе с божественными зверями; одному входить в полностью захваченный действующий вулкан было безрассудством. Но если только подняться на вершину и забрать угли… Пик Пламени не был особенно высоким. Это займёт время, но не будет невозможным. Проблема в том, что столкнуться с уже захваченной территорией — совсем другой уровень опасности. Плотность и сила демонических зверей там несравнимы. Сначала схожу и посмотрю. Это даже не за границей — добраться туда не так уж трудно. Чтобы спасти Снежные горы, ему всё равно придётся отправиться к действующему вулкану, а после оценки ситуации можно будет подумать о другом способе. Заодно вылуплю яйцо на пике Пламени. Когда Роун повернулся, чтобы уйти, Ёнхо задержался под лунным камнем. Пепельно-серые осколки, холодные, как камень, вмурованный в стену. От оставшихся обломков тоже исходил резкий холод. Может, это камни, оставшиеся после обработки лунного камня? Собрать их было нельзя, но он решил пока взять их с собой. Вместе с Ёнхо Роун вышел из пещеры через дверь гостиной. Конджи, верхом на фрагменте мастерской, сразу же подлетела к нему. Чудовищные птицы и малыши тоже ждали. — Мяу-у! — А-а! Суранг прижалась головой к ноге Роуна и замяукала так, будто ругала его за то, что он пошёл один. Торан, возможно, потому что они впервые разошлись, тоже громко заплакала — редкий случай. Но почему-то самая младшая, Соль, молчала. — Дду, дду, дду, дду. Откуда-то донёсся странный звук. Повернув голову, он увидел рядом с Соль что-то незнакомое. Серовато-белый пух, кругленькое тело, пустоватые глаза. Это выглядело то ли как птица, которую кто-то наспех набросал, то ли как Торан, только перенесённая в птичий облик и застывшая в рассеянности. Что это такое? На снежную птицу не похоже. Хотя Роун освоил энциклопедии магических зверей и трав, о земных птицах он знал немного. Он посмотрел на Соль, которая принесла неопознанную птицу. Может, это та самая, что вылупилась из жёлтого яйца, которое держала Соль? — Ми-онг! ---------- Фамильяры цветочного красавчика Роун протёр глаза, столкнувшись с беспрецедентной ситуацией. Её нельзя собрать?.. Бывало, что поглощение не срабатывало. Обработанные драгоценные камни или предметы с явным владельцем — вещи, которые мастерская «Рубикс» не признавала объектами сбора. Но это демонический зверь из Токсичных игл. Разве ещё до прихода на Снежную гору Конджи не собирала солдат Токсичных игл в одиночку? В этот миг в воздухе снова мелькнул прозрачный силуэт. Королева, ненадолго потерявшая сознание от спрея, снова поднялась. Роун нахмурился. Спрей точно подействовал. Тогда почему её нельзя собрать? Малыши разбегались во все стороны, преследуя королеву, но она скользила по воздуху так, будто лишь касалась его, исчезала и появлялась в другом месте. Послеобразы рассыпались ещё до того, как до них доходил свет. Пальцы почти задевали её, но хватали только пустоту. Чёрт… Невооружённым глазом её почти не видно, так что даже наступить не получится. Снежная гора тянулась бесконечно широко, а королева Токсичных игл была несравнимо мала. Проще было бы найти иголку в горсти песка. Но оставить её он не мог. Странные птицы были в опасности, а больше всего Роун беспокоился о птенцах снежных птиц и жителях горной деревни. В прошлый раз им повезло, и людей быстро спасли; но теперь, если кого-то укусит королева, неизвестно, какие появятся симптомы. Полагаться на удачу нельзя. — Ёнхо, где может быть эта москитная тварь? — Хеухеухеу… Ёнхо медленно двинулся, будто показывая: вон там. Роун осторожно взял водяную каплю Ёнхо рукой. — Слишком медленно. Пока мы доберёмся, она сбежит. Теперь, когда сбор был заблокирован и королеву приходилось ловить напрямую, он понял, почему люди боялись Токсичных игл. С их способностью обнаружения, почти похожей на предвидение, они отступали ещё до того, как магия успевала долететь. Раз они избегали даже атак божественных зверей с выдающимся чутьём на демонических зверей, об атаках других пробудившихся и говорить было нечего. Хан Сом-джин и правда была невероятна. Перед глазами вспыхнула сцена, где она чисто рассекала прозрачных Токсичных игл, наступая на их тени. Пока он так смотрел в небо, появился новый шанс. Паджиджик. Королева метнулась близко к Соль. Разлетелись электрические искры, и воздух с треском раскололся. Решив, что на этот раз попалась, Роун внутренне возликовал. На этот раз он применил к опции мастерской «Малая искра». Как бы быстра она ни была, удара током не избежит. Однако, в отличие от низших особей, королева в миг, когда вспыхнула искра, не потеряла сознание, а наоборот стремительно умчалась, словно уклонилась от молнии. Роун крепко сжал челюсти. Будет плохо, если она так улетит далеко. Такими темпами, чтобы поймать её, придётся покрыть спреем всю Снежную гору. Он вздохнул и проверил лекарственные ингредиенты. И именно тогда… Ду. Ду. Ду. Ду. Низкий короткий крик. Ттутту, маленький пуховый комочек, внезапно взмыл в небо. Он ещё даже летать не умел, но подпрыгнул в воздух так, будто оттолкнул сам ветер вверх. — Ттутту! Роун рефлекторно протянул обе руки. Забыв даже о барьере мастерской, он сначала двинулся телом. Но в следующий миг… Глоть. Маленький клюв щёлкнул в одной точке воздуха. В сухом воздухе отчётливо прозвучал звук проглатывания. Ттутту с глухим стуком упал прямо вниз. Когда Роун поднял Ттутту, тот, сидя у него на ладони, причмокнул и задрожал. — …Не может быть. Ты что, съел её? В этот миг пушистый пух Ттутту вздыбился, а вдоль его спины коротко проросли слабые бурые перья. Казалось, на нём появился ещё один слой внутреннего и внешнего оперения. Глядя на это изменение, Роун вдруг озадаченно подумал. Разве бывали случаи, чтобы только что родившийся божественный зверь рос так быстро? С детства он видел малышей божественных зверей, которых отец Ли Хак-су приносил домой, но в юном возрасте они обычно росли медленнее обычных животных или примерно так же. Иногда попадались случаи вроде его малышей, которые хорошо росли, но это было просто увеличение тела от обильной еды, а не настоящее взросление. Он сразу проверил способность сотрудника мастерской. …Пожирание воздушных потоков. Дело в этой способности? Только тогда всё сошлось. Токсичные иглы были демоническими зверями одновременно сырой энергии и ветра. Ему обязательно пожирать их? Проверив способность ещё раз, он понял: Ттутту слишком мал и просто проглотил её целиком. Если нужно лишь вобрать стихию, необязательно действительно есть их. Для демонических зверей, кроме насекомых, он сможет просто избирательно поглощать воздушный поток. Малыш отлично подкрепился. Роун волновался: если Ттутту слишком мал, ему может не хватить сил нейтрализовать демонический яд. Но первое «Пожирание воздушных потоков» завершилось благополучно. Возможно, из-за того, что это был демонический зверь уровня босса, способности «Ветровой мешочек» и «Ядро ветра» выросли на один уровень каждая. Ккиииек. Из-под утёса Снежной горы донёсся резкий крик. Вскоре Роун и божественные звери стояли там, где Конджи посадила Семя-ориентир. Сообразительные странные птицы приземлились вокруг Роуна. — Конджи, теперь возвращаемся. Несколько странных птиц, жалея о расставании, заворковали и потёрлись о него длинными белыми головами. Их прежняя свирепость исчезла; глаза были удивительно ясными и мягкими. — В следующий раз я снова приду. Держитесь. Ккудудук! Ккуку! Когда Роун махнул рукой, стая странных птиц ответила дружным криком. Из списка фрагментов мастерской, предоставленных ей, Конджи выбрала одно Семя-ориентир. Это было семя, посаженное дома. Чварррк. Фрагменты один за другим поднялись над головами Роуна и его группы. В следующее мгновение на том месте остались только слабые следы Роуна и его спутников. --- Тем временем Ли Хак-су, который даже не знал, что Роун отправился на Снежную гору, дремал, когда перед глазами появилось сообщение. [Система] Утёс Снежной горы: сила Бога ветра разблокирована. — …Бога ветра? Бог ветра был титулом высшего божественного зверя ветра, исчезнувшего очень давно. То, что его сила разблокирована, означало: его исток снова проявился в мире. Но почему она разблокировалась на утёсе Снежной горы? Хотя Бог ветра когда-то странствовал по миру, Снежная гора была покрыта демонической энергией и демоническими зверями — фактически их владения. Не может быть, чтобы яйцо божественного зверя вылупилось в таком месте, а даже если каким-то чудом вылупилось, его бы съели… Ли Хак-су нахмурил брови и погладил нижнюю челюсть. Тогда кто-то защищал исток Бога ветра? Неужели Роун? В это время он должен был доставлять желе на горе Нокма. Ли Хак-су видел, как он иногда телепортируется с помощью способности Конджи, но неужели он улетел аж на Снежную гору? Впрочем, кто знает. Его сын не всегда говорил, куда идёт. Если он всё-таки пошёл, хоть бы оделся потеплее… Поскольку Ли Хак-су всё это время был дома, он бы не пропустил, если бы Роун вернулся переодеться. Он знал, что способности сына особенные, но иногда переживал: не слишком ли тот перенапрягается. С тяжёлым вздохом Ли Хак-су поднялся. Рядом с ним, растянувшись, спал незнакомый молодой человек. Тонкие черты лица, напоминающие о смешанном происхождении, и исхудавшее тело. Он пробрался внутрь, как вор, и не мог отвести глаз от бататов, словно был зачарован, так что Ли Хак-су дал ему один. Вид того, как он вдруг расплакался, когда ел, был жалким. Особенно запомнились пальцы, сжимавшие батат: они были ярко-красными. Он долго был где-то на холоде? Даже мочки ушей у него покраснели, будто от обморожения. Ли Хак-су порылся в аптечке, нашёл мазь от обморожений и нанёс её. Тот, должно быть, был вымотан до предела: даже не пошевелился. Не знаю, где его носило, но парень жалкий. Такое чувство только усиливалось — словно он жил, полагаясь на одного-единственного муравья-божественного зверя. Вот ведь беда. Из всех возможных — ядовитый муравей-божественный зверь… Ядовитые муравьи-божественные звери были вымершими существами. Их конец был в какой-то мере трагичным. Во времена, когда противостояние с демоническими зверями достигло пика, парализующий яд, наполненный очищающей силой муравьёв-божественных зверей Немтора, был достаточно силён, чтобы легко валить даже демонических зверей уровня босса. Маленькие и быстрые тела, твёрдый панцирь и выдающиеся способности к засадам — им ничего не стоило вцепиться даже в крупных демонических зверей. Поэтому муравьёв-божественных зверей Немтора прославляли как героев, но их слава длилась недолго. Вскоре выяснился один факт. Их парализующий яд был смертелен и для божественных зверей. Если бы речь шла о простом параличе, это ещё было бы ничего, но яд Немторы не ограничивался первичным заражением. Стоило другому божественному зверю лизнуть демонического зверя, которого хотя бы раз укусили, или просто задеть его когтем — яд передавался без изменений. Когда всё больше божественных зверей погибало, даже не успев сразиться на поле боя, а божественные звери, ухаживавшие за их ранами рядом, тоже заражались, божественные звери постепенно начали воспринимать само существование Немторы как угрозу. Была и ещё более серьёзная проблема. Поскольку это был яд, изначально присущий божественным зверям, ни лекарственные травы, ни очищение на него не действовали. Невосприимчивыми к яду были только сами муравьи-божественные звери Немтора. Вместо того чтобы сражаться с демоническими зверями, Немтора в итоге нанесла ещё больший урон. В конце концов божественные звери снова были отброшены с территории, которую отвоевали. Осознав, что их способность опасна, муравьи-божественные звери Немтора изолировали себя. А затем в итоге выбрали добровольное вымирание. Муравей-божественный зверь с такой историей — и молодой человек, плачущий над бататом вместе с ним. Ли Хак-су не смог прогнать их. Чиииик! Как раз тогда из рисоварки поднялся пар, и рис доварился. Он добавил к обычно накрытому столу ещё одну ложку. Он и правда хорошо ел… Наспех набив желудок, молодой человек рухнул и уснул как был. Осторожно поднявшись, чтобы не разбудить его, Ли Хак-су вспомнил о лёгкой одежде сына там, на Снежной горе. Он пересёк двор и направился в мастерскую, которую передал сыну. Открыв аптечный шкафчик, он стал доставать драгоценные лекарственные ингредиенты, которые готовил несколько дней. Когда он вернётся, дам ему укрепляющий отвар. Сибирская купена, корень солодки, гриб пория. И немного экстракта, из которого был удалён порошок нефритовой руды. Травы успокаивающего типа: они смягчают нервы, потревоженные длительным воздействием демонической энергии, и мягко выравнивают циркуляцию магической силы. Силу они не увеличивали, но лучшего сочетания для медленного восстановления истощённого тела не было. Он налил воду в маленький алхимический горшок и утрамбовал туда горсть трав. Зажёг огонь и накрыл горшок деревянной крышкой; медленно поднимающийся травяной аромат наполнил мастерскую. Каждый раз, когда к ним прикасалась рука Ли Хак-су, энергия трав усиливалась и испускала слабое сияние. Дверь осталась открытой, и запах растекался по двору. Это был не броский, но искренний аромат, вываренный опытными руками. Ли Хак-су сел рядом с горшком и тихо вдохнул. И тут прямо перед главными воротами кто-то внезапно появился. Это были Роун и божественные звери. Но среди них затесался один незнакомый малый. Когда Ли Хак-су погасил лекарственный огонь и поднялся, раздался голос Сон Су-хи, появившейся неизвестно когда. — …Сынок! Где ты был? И что это за снег у тебя на одежде и обуви? Она стряхивала снег с одежды сына и вдруг остановилась, увидев Ттутту, сидящего на голове Соль. — Ой! А этот малыш кто? Похож на Торан? — А-а! Торан широко открыла рот и закричала, будто говорила: «нет». Ттутту склонил голову набок и посмотрел на госпожу Сон Су-хи. — Мама, я голоден. Сначала дай мне еды. — Да-да, сынок. Пойдём сначала поедим. Но что ест этот новичок? — Не знаю. Похоже, ему нравятся демонические насекомые… Именно тогда Роун, неуклюже переставляя усталые ноги, двинулся вперёд. Хруст. Он наступил на большеголового муравья, который тащил в дом кусочек батата. — …?! Показалось, будто что-то проскользнуло у него под ступнёй. С неприятным предчувствием он остановился. И в тот же миг раздался крик. — А-а-а! Тора! Из дома выбежал незнакомый молодой человек. Услышав звук, Торан, которая медленно плелась позади, всполошённо подбежала и остановилась перед молодым человеком. — Отойди! Отойди, я сказал! Неизвестный мужчина с тонким лицом схватил Роуна за ногу и закричал. Когда Роун поднял ступню, к ней дрожа прижимался большеголовый муравей. — То, Тора… Поспешно сняв муравья-божественного зверя с ноги Роуна, он осторожно поддержал его обеими ладонями. Отец, должно быть, опять принёс насекомого-божественного зверя. Но кто этот молодой человек? Сначала надо его успокоить. — Хм, от такого он не умрёт. Роун равнодушно пробормотал это и капнул одну каплю зелья восстановления на расплющенного муравья. Плюх. Получив душ из капли, муравей поднял обмякшее тело и принялся чистить усики. — …Ж-живой! Но прежде чем молодой человек успел крикнуть от облегчения… Хлоп! На этот раз вокруг Роуна надоедливо зажужжало насекомое с красным панцирем. Суранг вдруг прыгнула в воздух и поймала что-то передней лапой. Тхвак! На землю упало насекомое с красным панцирем. Что? Почему в доме демоническое насекомое?! Роун слегка нахмурился. Но мастерская «Рубикс» не отреагировала. Когда Суранг ткнула его носом, панцирь насекомого стал слабого серого цвета, и оно перевернулось на спину, неподвижное. — А-а-а! Силит! Молодой человек, держащий муравья на ладони, снова закричал. — …?! Роун на миг посмотрел на насекомое. Судя по тому, как Суранг охотилась на него, словно на игрушку, это не было опасным существом. И всё же мастерская «Рубикс» не реагировала. Недолго поразмыслив над всхлипывающим молодым человеком, Роун бросил каплю зелья восстановления в насекомое, которое тот держал. Плеск. — Фух, Силит… Молодой человек с облегчением вздохнул и похлопал себя по груди. Затем он уставился на Роуна дрожащими губами. Вид у него был такой, будто ему хотелось сказать целую гору всего. Однако Роун не проявлял к нему интереса; его больше занимало насекомое по имени Силит. Муравей, скорее всего, был не демоническим и не божественным зверем, а региональным божественным зверем, как божественный зверь Живого вулкана. Но насекомое по имени Силит точно было демоническим зверем — причём особенно специализированным на обнаружении и преследовании. Из-за его упорства, с которым оно до конца гналось за спрятанными божественными зверями, его избегали даже среди божественных зверей. Бесчисленные божественные звери из-за этого цепкого инстинкта потеряли территории, а в итоге и жизни. Если вспомнить духов старых божественных зверей, это присутствие никак нельзя было назвать желанным. Не удержав любопытства, Роун поднёс фрагмент мастерской «Рубикс» к Силиту. — Собрать. ---------- Папин мясной ссам [Система] Сбор невозможен. У королевы Токсичных игл реакция была такой же. Что теперь происходит? Минералы нельзя было собрать, если это обработанные драгоценные камни или предметы с владельцем. Но неужели то же правило распространялось и на демонических зверей? Пока Роун недоумевал, красавчик-юноша сердито заговорил: — Что ты сейчас пытаешься сделать с нашим Силитом? Сделать? Роун моргнул и посмотрел вниз, на насекомое по имени Силит. Силит быстро замигал то синим, то красным, водя усиками в сторону юноши. — А, испугался? Нет, тебя напугали? Всё в порядке. Я тебя защищу. — … Роун с озадаченным лицом смотрел на юношу, который говорил с насекомым на старинный, церемонный манер. И в этот миг ему в голову пришла мысль. Неужели модифицированный вид или зверь-компаньон? Роун сонно скользнул взглядом по красивому юноше. Если фамильяр был глубоко связан с хозяином, он мог жить почти как питомец. В мире, где фамильярами могли стать даже насекомые, при должной связи ничто не мешало существовать и насекомому-компаньону. Если это не обработанный драгоценный камень, но собрать его нельзя, то такое объяснение было самым правдоподобным. Кстати, королеву Токсичных игл тоже нельзя было собрать. Подождите, тогда… этот демонический комар тоже его? Роун тяжело сглотнул. Взять такую странную тварь фамильяром — это уже было нелепо… И что теперь? Ттутту её уже съел. Мысли Роуна на миг спутались, но он отогнал их. Если она была фамильяром, зачем нападала на людей в одиночку? Нет, на людей она не нападала — она только высасывала кровь у чудовищных птиц. Какой бы ни была причина, уничтожить королеву Токсичных игл было правильно. Когда он прибыл на Снежную гору, чудовищные птицы, укушенные солдатами Токсичных игл, уже страдали. Оставь он их без присмотра, они полетели бы к горной деревне и использовали людей как носителей. Всё равно подозрительно… но почему он у нас дома? Роун прищурился, глядя на юношу. Он вспомнил, что первым демоническим зверем, появившимся во дворе, была Токсичная игла. Он ясно помнил, как члены гильдии «Сентинел» и жители деревни едва не стали носителями. Мысль о том, что этот юноша может быть связан с Токсичными иглами, вызвала в нём ползучее беспокойство. В этот момент госпожа Сон Су-хи похлопала Роуна по спине и плавно раздвинула стеклянную дверь. — Сынок, сначала зайди внутрь и поговори. Я быстро приготовлю еду. — Мяу! Стоило прозвучать слову «еда», малыши тут же отреагировали. Они засеменили в главный зал вслед за госпожой Сон Су-хи. Роун, у которого настроение немного смягчилось от их живости, последовал за ними. Немного спустя Ли Хак-су, до того остававшийся во дворе, привёл Сиена внутрь. Все трое сели друг напротив друга за столом в гостиной. Между ног Ли Хак-су спокойно сидела Ккотним в белой одежде с красной каймой. …Хм? Отец Ли Хак-су выглядел немного иначе, чем обычно. Морщин у него было примерно столько же, но осанка будто стала прямее. В целом от него исходило более аккуратное, ухоженное впечатление. Обычно он ел одни овощи, а в последнее время пошли мясные блюда — помолодел, что ли? Каждый раз, когда Роун смотрел на него, отец казался чуть моложе. Пока госпожа Сон Су-хи готовила на кухне тёплую еду, Ли Хак-су представил Сиена сыну. — Он алхимик насекомых. В основном восстанавливает вымерших насекомых. — …Рад знакомству. Меня зовут Сиен. Образ, где он во дворе держал раздавленного муравья и демоническое насекомое и всхлипывал, исчез; теперь Сиен поклонился спокойно и достойно. — …Я Роун. Сын этого дома. Представление вышло довольно сухим и неловким, но ничего лучше в голову не пришло. До регрессии он бы величественно представился «национальным укротителем S-ранга», но теперь не было нужды подчёркивать, что он алхимик. Отец, Ли Хак-су, гордый тем, что они оба алхимики, уже всё объяснил. — Да, я много о вас слышал. Вы ведь алхимик? Роун чуть приподнял брови и коротко кивнул. Но на самом деле его занимало не это, а то, как спросить о королеве Токсичных игл. Тем временем Сиен сдерживал бешено колотящееся сердце. За короткое мгновение он едва не потерял сразу двух насекомых-компаньонов. Казалось, будто он успел побывать и в раю, и в аду. И всё же Силит не утратил чувства долга и настойчиво кружил вокруг Роуна, который невозмутимо сидел с котятами. Сиен не упустил эту сцену. Значит, вор — он. Слежка Силита никогда не ошибалась. Ему хотелось немедленно потребовать вернуть демонических Лумимосов, демонические растения Некта и Некропыль, но он стиснул зубы. Нельзя устроить скандал и испортить всё, что подготовлено. Наверняка они где-то это спрятали. Сиен собирался подождать, пока домочадцы ослабят бдительность, и обыскать дом. И тут кухню наполнил аппетитный аромат. — Ешьте побольше. Это медведь Пригор. Сиен на миг подумал, что ослышался, и уставился на мясо. Высокоранговый демон Снежной горы, медведь Пригор? Его сила была огромна, а ходил он стаями, так что даже опытным охотникам не удавалось его поймать. Более того, жили они глубоко в Снежных горах, где бесконечно гулял ледяной ветер. Уже одно то, что доберёшься туда и не замёрзнешь насмерть, было удачей. И вот медведь Пригор лежал на скромном деревенском обеденном столе. Не верю. Есть не буду. Сколько бы сладкого картофеля он ни съел, нельзя же бездумно поглощать подозрительное мясо. Но аромат щекотал нос, и Сиен всё время поворачивался к нему. Над хорошо приготовленным, блестящим мясом тонко струилась магическая аура. Для подозрительного мяса запах был удивительно свежим. Противостоять ему насильно было настоящей пыткой. Сиен быстро передумал. Нужно лишь убедиться, правда ли это мясо медведя Пригора. Он осторожно взял палочки. Жам-жам. Когда нежное мясо растаяло во рту, из него брызнул тёплый сок. С каждым укусом тонкий вкус стекал по горлу и посылал дрожь прямо в мозг. Такого вкуса он ещё никогда не испытывал. Пока он смаковал мясо, вдруг всплыло детское воспоминание. Бабушка, которая варила кашу из батата, когда ему надоедала рисовая. Она всегда сначала давала поесть ему, даже если сама оставалась голодной. Ах, как было бы хорошо, если бы бабушка смогла попробовать это мясо. Хотя бы один кусочек… Если бы я нормально ел, не капризничая, и пробудился чуть раньше… Слёзы навернулись на глаза. Наверное, мясо было слишком вкусным. Казалось, будто его сок добрался до самых глаз. — Ай, хватит! Будешь плакать за едой — живот заболит. — Не ешь одно мясо, запивай супом с твенджаном. Заверни вместе с овощами. Госпожа Сон Су-хи мягко уговаривала его, а Ли Хак-су положил много мяса и овощей на большие листья салата и периллы и протянул Сиену. Сиен вытер глаза и сунул ссам в рот. Глядя на это, Роун ощутил странное чувство. С каких это пор отец заворачивает ссам для меня?.. Это была не зависть — скорее неловкая непривычность. Он шутливо сказал: — А мне тоже сделаешь? На короткий миг повисла тишина. Сын, обычно резкий и совершенно не милый, вдруг попросил ссам. Как тут отказать? Госпожа Сон Су-хи радостно просияла и взяла лист салата. — Ах, да. Сынок! Я тебе сделаю. Роун слегка покачал головой. Затем молча уставился на отца, Ли Хак-су. Почувствовав этот взгляд, Ли Хак-су сказал: — …Кхм, ладно. Я сделаю. Прокашлявшись, он большими руками взял листья салата и периллы. Пользуясь случаем, он добавил туда самые разные травы, которые Роун обычно не ел. Роун слегка нахмурился. Вскоре был готов ссам размером больше королевского манду. — Сынок, открой рот. — … — Ой, он слишком большой! Ты подавишься этим ссамом. Переделай! Несмотря на ворчание Сон Су-хи, Ли Хак-су непоколебимо держал ссам. Роун тихо рассмеялся, глядя на грубо скрученный свёрток. До регрессии, в двадцать лет, он бы отказался и спросил, что это вообще такое; но теперь ему было просто приятно видеть отца с той стороны, которую он раньше не замечал. Роун раскрыл рот как можно шире, будто всерьёз решил съесть всё одним укусом. Сон Су-хи вытаращила глаза и упрямо переводила взгляд то на разинутый рот сына, то на ссам Ли Хак-су. — Ну, тщательно жуй. Глаза Ли Хак-су улыбнулись, когда он решительно запихнул ссам сыну в рот. Пока Роун прикрывал рот рукой и отчаянно жевал, Сон Су-хи хлопнула Ли Хак-су по спине. Он, ничуть не смутившись, только улыбался. Сиен бросил на семейную сцену взгляд, в котором мелькнула зависть. Роун всё ещё жевал с надутыми щеками и положил тонко нарезанный кусочек мяса в водяную каплю Ёнхо. Ли Хак-су осторожно кормил Ккотним кусочек за кусочком, усадив её между ног рядом с собой. Пока Сон Су-хи заботилась о малышах и Конджи, Сиен ухаживал за Немторой и Силитом. Конджи и малыши смотрели, как Немтора и Силит цепляются за мясо, словно карабкаясь по скале, а Ттутту облизывался. После тёплой трапезы, когда отец Ли Хак-су убрал со стола, Сон Су-хи подала чай с тонким ароматом. В чашке тонкие прозрачные лепестки расправлялись, будто плавающий лёд. — Сколько лет я уже не пила этот чай… Благодаря нашему сыну попробовала чай из Снежного цветка, которого даже твой отец мне не доставал. Лицо Сон Су-хи смягчилось, когда она обхватила чашку обеими руками. — Снежный цветок… тот самый, что цветёт в Снежных горах? Глаза Сиена чуть расширились. Кусочки мозаики наконец сошлись. Мясо медведя Пригора, Снежный цветок у мест обитания чудовищных птиц — это были не вещи, полученные по чистой случайности. …Он не просто обычный вор. Этот человек явно обладал умениями. Украл, чтобы стать сильнее? Бывают люди, которых волнует только собственная сила, а не то, как они её используют. Многие готовы рискнуть чем угодно, лишь бы стать сильнее. Знал о существовании Некропыли и украл её так безупречно — значит, он из таких. Сиен решил, что Роун тоже относится к их числу. И всё же было кое-что странное. Почему человек с такими способностями живёт в такой ветхой деревенской глуши? Да ещё и в деревне, объявленной опасной зоной. Называть его просто охотником на магических зверей было трудно. Полевые магические звери опасны и не приносят прибыли. Камни магической энергии добывают только из магических зверей и монстров, появляющихся в гейтах. Те магические звери, которых не удаётся покорить в гейтах, выбираются наружу, размножаются и постепенно мутируют, становясь сильнее. Поэтому полевые магические звери были непредсказуемыми, опасными и невыгодными. Он ведь должен это знать. Пока мысли путались, Сиен осторожно поднял чашку. И тогда Ли Хак-су заговорил: — Чай из Снежного цветка согревает тело и повышает сопротивляемость лёгким ядам. Попьёшь несколько дней — даже сильное обморожение полностью заживёт. Зрачки Сиена сильно дрогнули. Пальцы, мочки ушей, спина, икры — на его теле было несколько мест с обморожением. Должно быть, они болели, но ледяные ветра Снежной горы помогали терпеть. Холодный ветер, пронзавший плоть, фактически охлаждал жгучую боль. Теперь раны онемели настолько, что даже боль стала смутной. Ли Хак-су тихо поставил чашку и сказал: — Я хотел бы подробнее услышать о твоей технике восстановления насекомых. Конечно, если не хочешь, можешь ничего не рассказывать. Сиен коротко замялся. Может ли он действительно объяснять свою технику семье вора, ничего не потребовав взамен? Но… Впервые кто-то искренне заинтересовался его исследованиями. В этой непривычной тишине рот сам собой начал говорить. — Это возможно даже по небольшому фрагменту. Затем, уже более ясным голосом, он плавно объяснил технику восстановления. — …Неважно, прямой ли след остался от цели восстановления. Если сохранились жизненные отклики, оставленные при жизни, их можно отделить и восстановить. Глаза Ли Хак-су заметно углубились. — Тогда, возможно… это работает, даже если речь не о божественном звере или магическом звере? — Да, возможно. Однако для видов с крайне слабой духовной энергией, вроде насекомых старой Земли, это совсем не просто. На практике почти невозможно. Сиен осторожно подбирал слова, а затем добавил со странной улыбкой: — Конечно, до недавнего времени способ был. У меня был очень редкий материал, его можно было назвать чудом техники восстановления. Но… — Был, но теперь исчез? Или весь израсходован? Ли Хак-су спросил с сожалением. Сиен оборвал фразу и пристально посмотрел на Роуна рядом с ним. — …Кто-то украл его очень безупречно. — …? ---------- Мягкая игрушка-поросёнок Роун моргнул и уставился на него. …? Сиен на мгновение замолчал, затем осторожно сказал: — …К сожалению, его украли. — Вот же мерзавец. И вы поймали вора, который помешал таким ценным исследованиям? Брови Ли Хак-су резко взлетели вверх. Сиен едва заметно улыбнулся, стараясь этого не показать, и кивнул. — Пока нет, но не волнуйтесь. Похоже, Силит нашёл, где находится вор. — О, правда? Значит, вы пришли сюда, преследуя этого вора. Если я смогу чем-нибудь помочь, только скажите. — …Можно будет попросить вас о помощи позже? — Конечно. Чашки опустели несколько раз, и Роун с божественными зверями тихо вышел во двор. Почему этот парень всё так на меня смотрит? Я же даже спас насекомых. Не зная, что Сиен пришёл со Снежной горы, Роун думал, что тот смотрит так из-за попытки поймать его насекомых. Он наблюдал, как божественные звери впервые за долгое время играют во дворе. Глиняные фигурки из форм Торан зарывались в землю и катались по ней, а Суранг с озорным блеском в глазах выпускала струи воды и сбивала их. Ёнхо плавал в водяной капле, издавая своё «хеухеухеу», и смотрел на происходящее, а Конджи обнюхивал сад в поисках новых лекарственных трав. В небе Соль кружилась на Соль-сове, затем мягко приземлилась перед Ттутту, перевернулась на спину и принялась умильно выпрашивать внимание. Ттутту сонно моргнул и повернул только шею, а сидевший рядом Торан сделал такое же выражение. Увидев, насколько они похожи, Роун тихо рассмеялся. Тут сзади кто-то подошёл. — Сходи ненадолго в дом Чом-сун. Ли Хак-су протянул ему мясо, завернутое в бумагу. Роун склонил голову. — Зачем мясо в пустой дом? Там призрак появился или что? Это какой-то ритуал? Или церемония? Но, глядя на тяжёлый пакет мяса, он понял, что дело явно не в этом. Ли Хак-су на миг погрузился в мысли, крепко сжал свёрток с мясом и тихо сказал: — …Они вернулись. — … --- Роун вышел за ворота, держа бумажный пакет с мясом. — Мяу? Суранг мяукнул так, словно спрашивал, куда он идёт, и Конджи, остальные малыши, Ёнхо, Ттутту и даже Ккотним, которая до этого держалась рядом с Ли Хак-су, все последовали за ним. Тихая деревенская дорога быстро стала многолюдной. Интересно, маленькая Чом-сун тоже приехала? Роун пошёл знакомой дорогой вдоль забора. Ощущение, когда идёшь к пустому дому, и ощущение, когда идёшь, думая о ком-то внутри, были совершенно разными. Лозы и сорняки, ещё недавно казавшиеся унылыми, теперь выглядели как трава, выросшая свободно и вольно. Что случилось с Чом-сун и дядей Бон-сиком до регрессии? С тех пор как деревню у горы Нокма начали контролировать, никто не мог с ними связаться. Если они вернулись примерно в это время, то, возможно, потом уже не смогли снова выбраться. Не могли же они привезти маленькую Чом-сун в район на грани контроля. Но сейчас с деревней у горы Нокма всё было в порядке. Более того, демоническая энергия в средних ярусах уменьшилась, и жить здесь стало гораздо спокойнее, чем прежде. Только теперь они и смогли вернуться. Дом Чом-сун приближался. Из-за забора доносился знакомый запах энотер. В маленьком углу двора перед жёлтыми энотерами тихо сидел ребёнок. Лицо у неё стало худее, чем когда он видел её в игорном зале, а под глазами залегли глубокие тени. Чом-сун держала розовую мягкую игрушку-поросёнка, очень похожую на Ккотсуни. Её глаза, опущенные к лепесткам, ничего не говорили. Даже когда ветер разметал волосы по лицу, девочка оставалась неподвижной. Почему я должна быть выращивательницей демонических растений?.. Энотеры, беззаботно распустившиеся перед ней, раздражали. Лучше бы у меня была способность выращивать травы, как у дяди Ли Хак-су. Тогда я была ребёнком, и хотя бы папа мог бы… Тогда можно было бы выращивать рис и бобы и делиться ими с родственниками. Если бы еды хватало, не пришлось бы ловить Ккотсуни. Причина, по которой отец с дочерью вернулись в этот дом, полный болезненных воспоминаний, заключалась в том, что часть утраченной способности До Бон-сика вернулась. Ли Хак-су тоже почти потерял силу хранителя божественных зверей, но он хотя бы мог зарабатывать на жизнь выращиванием трав и алхимией. А у До Бон-сика осталось лишь тело, чуть сильнее, чем у обычных людей. Он перебивался тяжёлой работой и случайными подработками, пока наконец не принял предложение каких-то тёмных магов. Однажды тёмные маги передали Чом-сун одно розовое семя. Это было семя Багрового лотоса, способного призвать ушедшие души. Когда цветок распустится, Ккотсуни, по которой так скучала Чом-сун, сможет вернуться. Ему даже пообещали щедрую плату — достаточно, чтобы переехать в защищённую зону и безопасно растить маленькую дочь. Багровый лотос рос на жадности. Тогда До Бон-сик не знал, каким существом была Ккотсуни. Он просто выбрал игорный зал как подходящее место для выращивания жадности, как велели тёмные маги. Они мгновенно превратили нормальный игровой зал в притон азартных игр. До Бон-сик не смог их остановить. У него не было ни силы, ни основания для этого. Из-за этого Багровый лотос рос ещё лучше. …Курок уже был спущен. Вскоре До Бон-сик, поглощённый жадностью Багрового лотоса, отбросил вину. Всё, на что хватило остатков совести, — заставить цветы распуститься как можно быстрее, чтобы уменьшить ущерб. Лучшее, до чего он додумался, — прикрывать кожей жизненно важные точки людей, висевших на мишени для дротиков. К счастью, большинство жителей деревни Нокма были пробудившимися, так что этого хватало, чтобы выдержать. Когда Багровый лотос исчез и он освободился от ментальной магии жадности, к нему наконец вернулся рассудок. Но он всё равно должен был расплатиться за управление незаконным игорным залом. Поскольку он был пробудившимся, наказание назначили так, чтобы использовать его способности. Чом-сун поместили под защитный надзор, чтобы она не выращивала демонические растения, а До Бон-сика обязали помогать в управлении опасной зоной горы Нокма, день за днём возмещая ущерб. Поэтому До Бон-сик не мог окончательно вернуться домой, и там осталась только Чом-сун. Надеюсь, ничего плохого не случится… Чом-сун сидела перед садом энотер, погружённая в мысли о До Бон-сике, который ещё не вернулся. Она помнила, какой невыносимой была боль, когда сад Багрового лотоса исчез, но, когда не осталось ни единого лепестка, ей стало странно легче. Подавляющие эмоции исчезли словно по волшебству, оставив после себя неописуемое чувство освобождения. Позже она поняла, что эта пустая свобода была следствием того, что её пожирала жадность Багрового лотоса. Но покой длился недолго. Вскоре его сменило ещё более глубокое и тяжёлое самообвинение. Дело было не только в совести. В мире, где люди каждый день страдали от демонических зверей и миазмы и умирали, не понимая почему, вина была роскошью. Куда тяжелее, чем вина за то, что она подвергла кого-то опасности, было знание: редкий, наполненный духовной силой Багровый лотос, который должен был распуститься на вулканическом источнике, она собственной способностью вырастила, испачкав демонической энергией. Пусть она пробудилась как выращивательница демонических растений, губить травы она не собиралась. Травы были последней надеждой всего живого. Чом-сун крепко обняла игрушечного поросёнка. Даже его мягкое, пушистое тельце не облегчало одиночества. …Кровь не течёт. Кости, ощущавшиеся под податливой плотью, и тонкое тепло, разливающееся поверх них. Тепло, переходившее к ней и возвращавшееся обратно, ощущение живого существа, которое становилось тем яснее, чем крепче они держали друг друга… Этого здесь не было. Чом-сун изо всех сил стала рвать энотеры. Шур-шур. В этот момент за забором почувствовалось осторожное присутствие. Бледно-розовая кожа, чёрные глаза. Приближающиеся маленькие шаги. Чом-сун протёрла глаза. …Мне мерещится? На ней была белая одежда, будто кто-то сшил её специально, но это точно была Ккотсуни. Хотя девочка понимала, что это невозможно, в памяти промелькнула сцена из какой-то дорамы. Семья, встретившаяся после долгой разлуки. В тот миг, когда они звали друг друга по имени, звучала музыка, и они обнимались, всхлипывая. Дрожащие губы сами собой шевельнулись. Имя, услышав которое она, казалось, сразу побежит навстречу. — …Ккотсуни? — Ккуль?! Но сцена, на которую она надеялась, не появилась. Перед ней оказалась свирепая свинка. Она вовсе не была кроткой: фыркнула, рванула вперёд и лбом ударила сидевшую на корточках Чом-сун прямо по коленям. — Не трогай мою закуску, ккуль! — Ай! Ты что творишь, злая свинья?! Чом-сун, отлетев назад, закричала. Роун поспешно подбежал следом. Ккотним топтала землю передними копытцами, как боевой бык. Её ярко-розовый пятачок подёргивался, будто от злости. Ч-что?! Эта свинка похожа на Ккотсуни?! Поросёнок выглядел так, словно готов снова броситься в атаку. В этот момент Роун, находившийся у ворот, вспомнил, что мать Ккотним была высокоранговым божественным зверем Снежной горы. Магическую силу она ещё не использовала, но если попадёт, удар наверняка будет таким, что кости треснут. — Ккотним! Стой! Хрю-хрю! Роун одним движением подхватил Ккотним, которая гордо вскинула голову. — Прости. Она пришла сюда и начала есть энотеры, так что решила, будто всё здесь принадлежит ей. Глаза Чом-сун расширились при виде Роуна. …Почему этот человек здесь? Её взгляд застыл. Затем глаза Чом-сун переместились на божественных зверей, медленно собиравшихся вокруг Роуна. Она с любопытством посмотрела на Ёнхо и Ттутту, которых раньше не видела. — Это наш дом. Роун легко указал подбородком. Чом-сун повернула голову в направлении дома Ли Хак-су. Тогда этот оппа… Она смутно помнила, что у того мужчины, когда она была совсем маленькой, был сын. Чом-сун вдруг почувствовала себя неловко. То, что она пробудилась выращивательницей демонических растений и ради Багрового лотоса управляла игорным притоном. Одного того, что сосед знает о её прошлом, было достаточно, чтобы ей стало не по себе, а вдобавок это был соседский старший мальчик. Но зачем этот оппа пришёл? Может, он узнал, что она вернулась, и хочет выгнать её из деревни? Выращивательницу демонических растений никто не приветствовал. Куда бы она ни пошла, за ней следили, а кто-то даже вломился к ней, подозревая, что она тайно выращивает плотоядные растения. Воспользовавшись этим, некоторые украли деньги и вещи, которые она с трудом собрала. Чом-сун невольно отступила. В этот момент Роун внезапно протянул бумажный пакет. — Съешьте это. Отец сказал передать дяде Бон-сику. Внутри пакета лежали ценные куски мяса. — П-почему вы даёте мне такое ценное мясо… Да ещё так много. Разве деревня Нокма всегда была таким хорошим местом для жизни? То, как Роун небрежно и естественно протянул ей пакет, казалось непривычным. Ккотним, уже освобождённая из рук Роуна, зарылась в жёлтые энотеры и принялась жевать стебли. Не считая характера, это была маленькая свинка, точь-в-точь похожая на Ккотсуни. Даже имя — Ккотним. Почему именно… Чувства Чом-сун запутались. Она выглядела как питомец укротителя, поэтому Чом-сун не могла к ней приблизиться, а характер у неё, похоже, был настолько сильным, что подружиться будет трудно. И всё же девочка не могла не интересоваться ею — слишком уж та походила на Ккотсуни. Конечно, раньше она тоже видела поросят, похожих на Ккотсуни. После того случая До Бон-сик повсюду ходил с маленькой дочерью, снова замолчавшей, и искал места, где были поросята. Чом-сун, Ккотсуни ненадолго ушла повидаться с мамой. Может, тайком посмотрим, где они? Увидев множество поросят, Чом-сун покачала головой. Это не Ккотсуни. Наверное, она прячется. Пойдём в другое место. Иногда До Бон-сик показывал фотографии найденных поросят и говорил: «Они теперь хорошо живут, давай забудем». Но глаза маленькой Чом-сун ничем нельзя было обмануть. Ни один не похож. До Бон-сик не понимал, что у каждого поросёнка своя внешность. Глаза, нос, рот, даже крошечные выражения — у Ккотсуни было своё особенное лицо. И странно, но эта вредная свинка… Эти глаза, привычка зажмуриваться во время еды, довольное похрюкивание. Странно, но всё точь-в-точь совпадало с Ккотсуни из её памяти. Чом-сун резко отвернулась и закусила губу. Даже если это Ккотсуни, сейчас она ничего не могла для неё сделать. Потому что я выращивательница демонических растений. Чом-сун опустила взгляд на бумажный пакет с мясом, затем перевела его на Ккотним. — Это… ей нельзя есть. Ккотсуни не могла есть демонические растения. Роун небрежно пожал плечами на внезапные слова Чом-сун. — …Это энотера. Сказав это не подумав, Роун замолчал. Если присмотреться, среди энотер были рассыпаны ростки демонических растений. Они ещё не были ядовитыми, но относились к хлопотному вредительскому типу, который надо удалять до того, как он вырастет. Из-за риска распространения демонической энергии, если их запустить, обычные люди редко их использовали. Но Ккотним выдёргивала все эти ростки демонических растений и ела их. Чом-сун смотрела на Ккотним с разочарованием и растерянностью. Что делать?.. Сказать им, что она божественный зверь?.. Роун на миг забыл, что обычные животные заражаются демоническим ядом, если едят демонические растения, и его глаза забегали. Чом-сун посмотрела на него тонким взглядом, словно спрашивая, не скрывает ли он что-то. — Яда ещё нет, но демоническая энергия есть… Если она это съест, может умереть. Она замолчала, украдкой взглянув на Роуна, который не останавливал Ккотним. От этого взгляда Роун на мгновение лишился слов. Он не мог сказать ей, что Ккотним — божественный зверь. Он вспомнил, что сказал раньше в игорном зале: если загадать желание божественному зверю, даже мёртвый может воскреснуть за секунды. Это утверждение было наполовину правдой, наполовину ложью. Были божественные звери, способные восстановить жизнь… Но сила идти против порядка жизни дозволялась лишь божественным зверям высшего уровня, соприкасающимся с областью богов. Легендарным существам, чью тень почти невозможно увидеть, даже прожив целую жизнь. В любом случае перед ним была отчаявшаяся девочка, поглощённая Багровым лотосом и решившая воскресить ушедшего питомца. Если Чом-сун увидит божественного зверя прямо перед собой… она не останется спокойной. Роун ненадолго отвёл взгляд. Затем открыл рот. ---------- Новое исследование Роун поспешно пробормотал первое попавшееся объяснение. — …Просто у неё особое телосложение: она очень устойчива к демоническому яду. Я время от времени даю ей противоядия, так что всё в порядке. Произнося это, Роун и сам понял, что оправдание вышло довольно натянутым, и на лице у него появилась неловкая гримаса. В конце концов, перед ними была не взрослая свинья, а поросёнок едва ли размером со щенка. Чом-сун молча кивнула, но подозрение в её взгляде не исчезло. На самом деле Чом-сун снова и снова прокручивала в голове то, что недавно сказал ей отец, До Бон-сик. Он сказал, что Ккотним, возможно, на самом деле родилась божественным зверем. Божественные звери правда существуют? Конечно. Они есть на горе Нокма. До твоего рождения их было много. Снова увидев Роуна, она почувствовала, что слова отца могут быть правдой. Раньше она думала, что это просто милый поросёнок, и даже не представляла, что тот может оказаться божественным зверем. Маленькая мышь на плече Роуна, похожая на саламандру ящерица, плавающая в капле воды, и совёнок, будто только недавно сбросивший пух, кружили вокруг Роуна без малейшей настороженности. Даже человек, ничего не знавший о божественных зверях, понял бы, что это не обычные питомцы. Чом-сун уставилась на Роуна немного обиженным взглядом — словно ей было больно оттого, что он продолжает скрывать настоящую природу божественных зверей. Ккотним может быть Ккотсуни. Так сказал её отец, До Бон-сик, утверждая, что услышал это от друга, который служил божественным зверям дворецким — а точнее, почти отцом. Этот человек знал о божественных зверях всё и даже мог с ними общаться. Такой друг не стал бы говорить ерунду. Отец верил, что это правда. Но… почему она меня не узнаёт? Чом-сун смотрела, как Ккотним роется в клумбе, и лицо у неё было сложным. — Тогда я пойду. — …Спасибо за мясо, братец. Оставив Чом-сун со слегка склонённой головой, Роун пошёл домой. Конджи и Ёнхо тихо последовали рядом, а малыши и Ккотним бегали впереди и позади друг друга, будто устроили весёлые догонялки. Ттутту сидел на плече Роуна, полуприкрыв глаза и клюя носом. Да… бегайте побольше и растите быстрее. Он надеялся, что они станут достаточно сильными, чтобы справляться даже без усиления мастерской. И тут прозвучало гильдейское уведомление. [Система] Уведомление о расписании и месте проведения аукциона. Роун открыл окно гильдейского мессенджера и проверил сведения об аукционе. Ещё нескоро. Приглашение на аукцион выпадало нечасто. Даже когда он был охотником национального уровня, предложения из такого подземного мира до него почти не доходили. Честно говоря, ему было немного любопытно. Чёрный рынок ведь тоже оказался довольно весёлым. Вопреки ожиданиям, незаконная торговая площадка была похожа скорее на ночной рынок с диковинными товарами, чем на опасное место. Там у него даже остались приятные воспоминания: он раздобыл связанные предметы для малышей. А есть ли у меня что продать?.. Он решил подумать об участии позже, а пока поручить кому-нибудь заочные ставки. Вдруг Роун вспомнил демонических Лумимосов и шелкопрядов, которых недавно собрал. Надо сходить в мастерскую и пересадить их в банки. --- Тем временем Сиен сидел на корточках на заднем дворе и тихо шептал: — Немтора, где-то в этом доме может быть тайное место. Услышав это, божественный муравей Немтора поднял большую голову и щёлкнул жвалами. Красноспинный Силит мягко опустился Сиену на плечо. — Силит, будь то шелкопряды Лумимосов или демонические растения Некта, мы должны найти хотя бы что-нибудь. В этот момент Ли Хак-су, проходивший через двор от задней двери, остановился, увидев, как тот жалко сидит на корточках. Он подошёл с лицом, полным беспокойства, и спросил: — …Ты куда-то уходишь? — … Неожиданный вопрос Сиен встретил невозмутимо, но вскоре почувствовал себя подавленно. Он понял, что идти ему, по сути, некуда. Королева Токсичных игл и солдаты были заперты в катакомбах. Если он вернётся сейчас, они попытаются использовать его как носителя… Уйти он не мог, пока не обыщет весь дом. Глядя на Сиена, Ли Хак-су подумал, что, возможно, того где-то прогнали, и он забрёл сюда. Юноша неизвестной национальности, со странной манерой речи. Он пробрался в дом как вор, но не был похож на человека, который сделает что-то дурное. Умный и одинокий. Именно это божественный муравей Немтора первым прошептал ему. Сиен, не понимая намерений Ли Хак-су, всегда чувствовал себя неловко перед чужой добротой. Он слишком рано усвоил, что бесплатной благосклонности не существует. После смерти бабушки Сиена отправили в подготовительную школу для пробудившихся. Школой она называлась лишь формально; по сути это был приют для проблемных детей. Его броская внешность всегда становилась проблемой. Она легко привлекала лишнее внимание или делала его мишенью. После пробуждения ничего не изменилось. Никто не критиковал его открыто, но люди сомневались в его достижениях или отстраняли его. Терпя молчаливое презрение, он сосредоточился только на исследованиях. В какой-то момент он понял, что больше не хочет ни делиться с этими людьми результатами своих исследований, ни искать у них признания. В конце концов он вернулся на родину. Обследуя деревню диких кабанов, где в детстве жила его бабушка, он случайно обнаружил обнажившиеся катакомбы. — Если тебе некуда идти, можешь пока остаться у нас. — … Сиен отвёл глаза от взгляда Ли Хак-су. Но в следующую секунду одно слово старика пробило его железную оборону. — Хочешь попробовать восстановить вымерших земных насекомых? — …! Глаза Сиена вспыхнули страстью. Земные насекомые — от этих неожиданных слов его сердце забилось быстрее. Но очень скоро возбуждение угасло. Откуда могли сохраниться хоть какие-то следы? Он помнил, что для восстановления нужны биологические следы, и потому это заявление показалось ему слишком неосторожным. Прочитав выражение лица Сиена, Ли Хак-су чуть слабым голосом добавил: — Это слишком трудно? Я думал, что, если осталось хотя бы несколько следов, это возможно… Глаза Сиена резко дрогнули. Земные организмы быстро разлагаются и становятся почвой. Как бы хорошо они ни сохранились, время всё равно берёт своё. Даже если внешний вид едва уцелеет, уникальная земная энергия в них уже исчезнет. Но этот человек, который мгновенно распознал божественного муравья, не стал бы предлагать такое без причины. — …Конечно, хочу. Если это земные насекомые, я хочу попробовать восстановить их настолько, насколько смогу. В этот момент Силит шумно захлопал крыльями и взлетел. Сиен инстинктивно проследил за ним взглядом. — Силит, ты куда?! Сиен слегка поклонился, будто спрашивая разрешения у Ли Хак-су, и поспешил за Силитом к переднему двору. Силит прилетел к мастерской Роуна. Цвет его панциря мерцал между жёлтым и красным, пока он зависал в воздухе, не в силах скрыть возбуждение. Должно быть, там место с Некропылью. Сиен положил руку на дверную ручку. В тот миг, когда он заглянул внутрь, дыхание застряло у него в горле. В мастерской сидел Роун. Перед ним в банках находились шелкопряды Лумимосов и яйца, которые Сиен выращивал с таким трудом. А в другой банке рядом с ними была даже Некропыль. Сиен хотел закричать, но едва сумел прикрыть рот рукой. Даже если он сейчас заявит, что это его, у него нет ни доказательств, ни способа это показать. Если он вмешается необдуманно, Роун может спрятать их где-нибудь, где он никогда не найдёт. К тому же в доме было довольно много юных, но, похоже, сильных божественных зверей; особенно опасен был совёнок, который даже облизывал клюв при виде Силита. В лоб не получится. В любом случае без внезапной атаки шансов на победу не было. Если бы не убедительное предложение Ли Хак-су, он бы немедленно выпустил легионного муравья и изгрыз всю мастерскую. Но пока приходилось терпеть. Ради исследований. Ради славы первого учёного, восстановившего земных насекомых. В этот момент его взгляд встретился с глазами Роуна. Сердце Сиена ухнуло вниз. Увидев растерянность Сиена, Роун сразу понял: этот юноша и есть владелец племенной установки в катакомбах Снежной горы. Тот пытался сохранять спокойное выражение лица, но при виде бутылок с материалами глаза его неудержимо дрожали. — Это… я подобрал в каком-то подземелье. Там, кажется, было что-то вроде племенной установки. Говоря это, он нарочно взял в руку бутылку с порошком Некропыли. По-подобрал?.. Сиен внутренне задрожал. Ему хотелось крикнуть, что это его племенная установка, но следующие слова Роуна заставили его замереть. — Я спас там людей, которых вот-вот должны были сделать носителями Токсичных игл. Похоже, кто-то нарочно создавал коконы, чтобы заманивать их, или переносил туда тех, кто уже стал носителем. — …… Сиен заколебался: раскрывать ли, что он владелец этих катакомб. Этот чёрный маг… проклятье… Пока он охотился на королеву Токсичных игл и её солдат, чёрный маг, похоже, успел натворить что-то ужасное. Но куда сильнее Сиена сейчас интересовало другое. — ……Этот порошок — это всё, что осталось? ---------- Переносная кошачья башня Сиен тоже кое-что знал о повадках Лумимосов. Он собственными глазами видел миг, когда демонический зверь Лумимос забрал последний вдох его единственной бабушки. В ту секунду, когда рука бабушки, тянувшаяся к Сиену, бессильно упала в воздухе, великолепная бабочка, кружившая у её постели, словно вдыхая её дыхание, поглотила слабый свет. Казалось, сам предсмертный вздох перешёл к этому существу. Один вдох исчез, а он почувствовал, как другая жизнь вспыхнула ненадолго и ярко. Наверное, именно с того момента всё и началось. Он подумал, что когда-нибудь обязательно хочет снова увидеть эту бабочку. Когда в катакомбах он обнаружил остатки демонического зверя Лумимоса, радость, которую он испытал, возможно, была связана с желанием вернуть последние мгновения бабушки, которые где-то ещё могли сохраниться. Но он прекрасно понимал: это зверь, которого нельзя выпускать в мир. Поэтому он восстанавливал его тихо и тайно. Кроме того, он не знал, какие последствия будут, если учёный мир узнает, что он восстановил демонического зверя Лумимоса и Токсичную иглу. Слова Ли Хак-су, казалось, содержали смысл глубже, чем одна только эта причина. Сиен внимательно слушал, скрывая страх. Роун тоже наблюдал, как лицо Сиена постепенно каменеет, пока тот вслушивается в слова его отца, Ли Хак-су. Причина, по которой Лумимосов было трудно истребить, была проста. Их не только трудно найти, но и трудно убить. Их можно растоптать, разорвать на части — а они оживают, будто зомби. Они используют последние вдохи умирающих, чтобы усиливать собственную жизненную силу. Но если бы дело было только в этом, их не пришлось бы запечатывать. В мире хватало куда более опасных и жестоких зверей. По сравнению с тварями, которые пожирают живых или распространяют яд, какой вред в том, чтобы забрать дыхание у тех, кто уже даже не вполне жив и лишь близок к смерти? Возможно, существовала причина куда серьёзнее. Ли Хак-су медленно заговорил: — В одной истории о демонических зверях Лумимосах говорится… хотя я не могу быть уверен, что жизненную силу, которую они забирают у людей, они вдыхают во что-то другое. Случалось ли когда-нибудь, чтобы выражение «вдыхать жизненную силу» звучало настолько зловеще? Роун и Сиен моргнули и посмотрели друг на друга. — Это ближе не к «возрождению», а к «переносу». Давным-давно среди исследователей зверей ходила такая история. Зачем демонические звери Лумимосы собирают столько жизненной силы и зачем звери вторгаются во владения божественных зверей… Я подумал, что причина у этого может быть одна и та же. Роун полуприкрыл глаза и пробормотал почти себе под нос: — …Может быть, чтобы использовать что-то как сосуд для другого существа? Сиен повернул голову к Роуну, не ожидая такого замечания. Он вспомнил йети, которого воскресил. Иногда тот казался не просто трупом, а существом с какой-то личностью, но всё же это была лишь оболочка без души. Другое существо… Одной Некропыли для этого было бы недостаточно. — Ну… сейчас я не могу сказать наверняка. Но одно ясно: Лумимосы не должны выходить в мир. В низком голосе Ли Хак-су звучали и уверенность, и предупреждение. Услышав это, Сиен на какое-то время замолчал. — …Понял. Я не вернусь в катакомбы. Если восстанавливать демонических зверей Лумимосов без вольера, это лишь закончится тем, что они быстро погибнут или улетят куда-нибудь. Так или иначе королева Токсичных игл исчезла, и возвращаться в холодное пустое подземелье уже не имело смысла. К тому же, если туда вернётся тёмный маг, всё может стать ещё опаснее. Пока Сиен управлял вольером, маг не мог вмешиваться, но теперь неизвестно, что случится. Увидев, как Сиен поник, Роун почувствовал укол вины. Пусть тот выращивал зверей, которых нельзя выращивать, Роун не хотел осуждать его привязанность к насекомым и страсть к исследованиям. Роун молча взял кое-что из мастерской «Рубикс». Это была маленькая бутылочка с жёлтой жидкостью. — Держи на случай, если силы начнут падать. Сиен принял бутылочку с озадаченным выражением. — Это Кровавый мёд, из которого удалили демоническую энергию. Удалили демоническую энергию? Разве такое возможно? Когда он вообще прошёл такую очистку? В этот момент Сиен вспомнил, что не чувствовал демонической энергии ни в демонических зверях Лумимосах, ни в шелкопрядах. Щёлк. С подозрением он открыл крышку и вдохнул аромат. Насыщенный цветочный запах демонического растения Некта защекотал нос. Поддавшись притяжению, он капнул немного на кончик пальца и попробовал. Глаза его расширились, словно фонари. Сладость и глубокий аромат. Полностью очищенная сладость мгновенно стимулировала центральную нервную систему. Это было похоже на мёд, созданный только из самой изысканной сладости в мире. Сиен сразу понял, почему демонические звери Лумимосы, забыв свои обязанности, не покидали катакомбы. Они были одержимы этим вкусом мёда. — …Кровавый мёд, из которого полностью удалили демоническую энергию, имеет такой вкус? Поразительно. Если об этом вкусе узнают, кулинарное и ботаническое сообщества перевернутся с ног на голову. На лице Сиена было настоящее восхищение. Мёд, в котором оставалась демоническая энергия, употреблять было невозможно. В отличие от мяса, даже след остаточной демонической энергии в мёде мог оказаться смертельным. Привлечённая сладким запахом, Немтора подошла, подрагивая большими усиками. — Тора, ты тоже попробуй. Сиен предложил мёд, и Немтора взяла его клешневидным ртом, удерживая палец Сиена. Торан, сидевший рядом с Роуном, закатил глаза и покосился на Сиена. Роун, с интересом наблюдавший за божественным муравьём, протянул Сиену несколько бутылочек. Все это были материалы, собранные в катакомбах Сиена. — Можешь забрать их обратно. Сиен, молчавший до этого, взял только бутылку с высушенными шелкопрядами. — Я возьму лишь это. Если честно, ингредиенты меня не интересуют. Для восстановления мне достаточно даже остатков. Жадничать не стану. Сиен говорил спокойно. Сказать, что ему совсем не жаль, было бы ложью, но Лумимос был существом, переступающим все границы. Он не хотел создавать новые проблемы. На самом деле восстановить демонического зверя Лумимоса больше не было трудно. Первое восстановление оказалось непростым, но во второй раз всё было легко. Разумеется, при условии, что есть демонические растения Некта. Этот цветок был бонсаем, который он давно получил от одной девочки. Он никак не мог забыть её тихие глаза. Он знал: глаза, в которых живёт тоска, сияют особенно спокойно. Так смотрит человек, который бесконечно вглядывается в слабую звезду, боясь, что она исчезнет, и потому старается её не забыть. Вернув бонсай, Сиен никогда прежде не выращивал демонических растений, поэтому посвятил этому больше сил, чем когда-либо. Он остановил все исследования и сосредоточился только на том, чтобы сохранить демонические растения Некта живыми. Сначала нужно было сделать именно это, чтобы восстановить Лумимосов. Теперь я больше никогда их не увижу. Ту девочку и волшебные растения Некта. Тем временем Роун подумал, что, пока Сиен не пытается тайно восстановить Лумимосов ради какой-нибудь безумной цели, большой проблемы не будет. Куда важнее был Кровавый мёд. Если даже Сиен восхитился, значит, мёд и правда редкий. Он был вкусным, вызывал привыкание, а главное — быстро закончится. Конечно, лучше всего его съесть… но, может, попробовать выставить на аукцион? Даже если перелить всё в большие бутылки, получится примерно десять штук. Продам только одну бутылку. Приняв это решение, Роун решил найти Dark Han. А ещё ему нужно было подготовиться к походу к вулканическому источнику. Лунный камень на Снежной горе будет непрерывно испускать холод, так что затягивать было нельзя. В самом дальнем магазине рынка скота Роун встретился с Dark Han. Тот поднял к свету Кровавый мёд, который Роун ему передал, и прищурился. На его губах появилась довольная улыбка. — Увидеть такой мёд при жизни — честь для меня. Начальная цена должна быть восемьдесят миллионов. — Восемь тысяч вон? — Восемьдесят миллионов. Роун моргнул. Всего за стеклянную бутылку в пятьсот миллилитров — восемьдесят миллионов? И это стартовая цена. Dark Han протянул Роуну лист бумаги со скрытыми эффектами Кровавого мёда, очищенного от демонической энергии. [Предмет] Кровавый мёд — скрытые эффекты Эффект: Способствует восстановлению магической энергии и эффекту передачи. Эффект: Усиливает эффект магического наследования. … Роун некоторое время смотрел на бумагу. После подробного объяснения Dark Han всё свелось к одному: если употреблять этот мёд, повышается вероятность рождения пробудившегося ребёнка. — Значит, у него и правда есть такой эффект. Неожиданная польза одновременно удивила и рассмешила его. Он подумал было показать это демоническим зверям Лумимосам и Нуэ, но передумал. Лучше использовать мёд как алхимический материал, чем продавать. — О, кстати. У тебя есть материалы, которые помогут сделать зелья сопротивления жару? Услышав, что он собирается к вулкану, Dark Han провёл Роуна внутрь лавки. Снаружи всё выглядело как бойня, но внутри, как он и предполагал, были выставлены самые разные артефакты. Там аккуратно стояли магические камни сопротивления жару, зелья сопротивления жару и даже базовые добавки. Особенно удобно было наличие базовых зелий: с ними можно было готовить зелья, не собирая каждый ингредиент отдельно. Холод ещё можно вытерпеть, но жар лавы без подготовки будет невыносим. Когда он закончил приготовления и уже собирался выйти из лавки Dark Han, тот заговорил так, словно едва не забыл: — Ах, господин, одну минуту. Он вернулся внутрь и вышел, волоча за собой что-то, завёрнутое в ткань. — У меня есть подарок, который я подготовил заранее. Это небольшой знак внимания для VVIP-клиентов, так что, пожалуйста, не чувствуйте себя обязанным. Думаю, в долгом путешествии он вам пригодится. Когда он развернул ткань, перед ними появилась компактная золотисто-жёлтая тележка. И тележка была двухъярусной. Нет — если поднять складную секцию сзади, её можно было расширить до трёх ярусов. — ……Это мобильная кошачья башня? — Да. Из чистого золота. Роун ошеломлённо уставился на сияющую золотом тележку, а малыши пришли в восторг. — Мяу! Они сразу запрыгнули на тележку и начали играть между первым и вторым ярусами. Ттутту взлетел на ручку, чтобы осмотреться. Конджи взбирался по ручке вверх и вниз. — Хеухеухеу… Ёнхо смотрел на возбужденных малышей и удовлетворённо бормотал, словно дедушка, любующийся шалостями внуков. — Детям она очень понравилась. На лице Роуна, который уже чувствовал, что одной переноски недостаточно, расплылась улыбка. И правда, приятнее всего получать в подарок именно то, что нужно. — Рад, что вам понравилось. Тогда увидимся через месяц. --- На следующий день Роун решил одолжить свою мастерскую Сиену, который пока останется в гостевой комнате. В конце концов, Сиен приходил туда только тогда, когда нужно было разложить содержимое по пустым бутылкам; причин отказывать не было, особенно если это поможет восстановить земных насекомых. — Всё равно обязательно бери с него аренду. Сказал Ли Хак-су, переживая, что Сон Су-хи снова назовёт его мягкотелым. — И научи его зарабатывать на жизнь. По тому, как Сиен сидел взаперти в комнате, погребённый в исследованиях, всё было очевидно. Радость от исследований огромна, но разве в управлении деньгами нет другой формы удовлетворения? — Понял. Я всё устрою, не волнуйся. Сиен, уже переодевшийся в запасную одежду Роуна, вышел во двор. Может, дело было в фигуре, но даже невзрачный ханбок на нём смотрелся ярко. — В шкафу вся одежда такая… Я выбрал самое светлое, что нашёл. Сиен неловко поправил одежду. — В этой деревне только один магазин одежды, а у хозяйки сильный вкус, так что продаёт она одни повседневные ханбоки. Не то чтобы обычную одежду носить нельзя, но если тебе совсем не нравится, можешь сесть на автобус и купить нормальную… — Нет, мне очень нравится. Просто и элегантно, не броско, к тому же удобно. Именно в моём стиле. Сиен улыбнулся. Стоило красивому лицу улыбнуться, и человек, казавшийся мрачным, сразу выглядел куда светлее. — Мяу! Малыши облепили Сиена и начали его обнюхивать. Почему ты носишь одежду нашего босса, мяу! Они мяукали на него так, будто задавали вопрос. Ничего не понимая, Сиен осторожно гладил малышей по спинкам, словно впервые касался пушистого животного. Суранг и Соль тихо отступили назад, а Торан никак не отреагировал, даже когда его коснулись. Вскоре Роун и божественные звери, готовые отправиться к вулкану, собрались во дворе. И тут в голову ему внезапно пришла тревожная мысль. Но малышам тоже нужны билеты? Неужели их придётся сдавать в багажный отсек? ---------- Магический поезд В магическом поезде животные не могли ехать на обычных местах, если их владелец не был укротителем. Так предотвращали конфликты с нечеловеческими видами: поездами часто пользовались представители самых разных рас. Вместо этого существовал отдельный вагон только для питомцев. Он крепился к грузовому отсеку и часто делил с ним пространство, зато охрана там была выше, чем в обычных вагонах; некоторые даже говорили, что там безопаснее. Условия, в общем-то, не были особенно плохими, но мысль о том, что придётся ехать отдельно от божественных зверей, Роуну всё равно не нравилась. Когда он был укротителем, он мог везде ходить вместе с питомцами и получал множество льгот. Но теперь, как алхимик, он такими преимуществами пользоваться не мог. …Проще уж самому поехать в грузовом вагоне. Даже если он сядет в грузовой отсек, божественные звери и сами прекрасно справятся, но Роун на такое пойти не мог. Он сложил одежду и еду в один из отсеков зоны отдыха мастерской «Рубикс», а затем достал велосипед. Готовясь к дальней дороге, он никак не мог перестать думать о божественных зверях горы Нокма. Действующий вулкан уже полностью захватила демоническая энергия. Если относиться к нему как к обычному месту обитания монстров, пламя может его поглотить. Роун протянул отцу, Ли Хак-су, пакетик желе и сказал: — Пожалуйста, позаботься о горе Нокма. Ли Хак-су усмехнулся с чуть растерянным видом. Он посмотрел на желе в руке, потом мельком — на лицо сына. Сдерживая досаду оттого, что сам не может помочь, он пробормотал себе под нос: — Ты нанимаешь меня всего за один пакетик желе? Роун молча понаблюдал за дёрнувшимся Ли Хак-су, пошуршал в отсеке мастерской и вытащил кое-что ещё. — Нет, дам тебе три пакетика. — Как думаешь, сколько ртов мне придётся кормить? Этого хватит? Роун понял: если учитывать всех божественных зверей горы Нокма, одного пакетика не хватит даже на пробу. А если отец с его здоровым аппетитом съест один пакетик, останется совсем немного. Но других запасов у него не было, так что приходилось обходиться этим. — Если не хватит, просто поделись с божественными зверями. Тебе, отец, нужен только один. — Что… что? Ты предлагаешь мне выполнять такую серьёзную задачу за одну желейку? Лицо Ли Хак-су стало совершенно серьёзным, словно он спрашивал: «Ты правда это сказал?» Пока их перебранка становилась громче, во двор вышла Сон Су-хи с омрачённым лицом. За ней семенила Ккотним, у которой вокруг рта ещё белело молоко. — Сынок! И как далеко ты на этот раз едешь? Уезжать из такого хорошего дома… да ещё на несколько дней… — Ккуль…? Ккотним, будто сочувствуя оборвавшимся словам, подняла на неё глаза. Сон Су-хи коротко вздохнула и, взглянув по очереди на божественных зверей, выстроившихся рядом с велосипедом, сказала со слезами на глазах: — Все должны вернуться целыми. Без ран и со всеми лапами. Поняли? На её слова малыши прижали передние лапки и замяукали, а остальные божественные звери каждый по разу подали голос. Я запомню: все четыре лапы должны быть целы! У Ттутту только две лапы. А! Тогда вместо лап я буду беречь усы. Конджи будет беречь орешки вместо лап. Малышу Ёнхо лапы не нужны! Хы-хы-хы… А сколько лап у босса? — Не волнуйся, мама. Я вернусь со всеми конечностями на месте. Роун ответил с серьёзным лицом и сел на велосипед. Вру-у-ум. В боковом зеркале он увидел Ли Хак-су, Сон Су-хи и Ккотним, а позади них — Сиена с неловким видом. Вскоре, выехав из деревни у горы Нокма, Роун убрал велосипед обратно в отсек зоны отдыха мастерской. Он посадил малышей в переноску для питомцев и сразу поймал такси у обочины. Когда дверь закрылась, нос защекотал сладкий аромат яблочного диффузора. — До станции Хаволь, пожалуйста. С водительского места раздался бодрый голос: — О, кто это у нас? Снова встречаю земляка! Это был тот самый таксист, с которым Роун ехал на экзамен пробуждения. — Раз едете на станцию Хаволь, значит, садитесь на магический поезд? — Да. — Тогда высажу вас у заднего входа. Оттуда ближе до касс. Он улыбнулся Роуну в зеркало заднего вида; вид у него был необычайно спокойный. — Кстати, склоны горы Нокма в последнее время очень позеленели. Кажется, жизненная сила возвращается. Роун повернул голову к окну и слабо улыбнулся. — …Я тоже видел. Теперь там точно иначе, чем раньше. Водитель коротко улыбнулся. После недолгой тишины, когда они почти добрались до станции Хаволь, он снова заговорил: — Господин, вы слышали? Хранители божественных зверей горы Нокма возвращаются. Роун без особого интереса опустил взгляд — и вздрогнул. Ттутту, сидевший в переноске, уже забрался на самый верх. — …Хранители божественных зверей? Он осторожно вернул Ттутту обратно в переноску и переспросил. Водитель молча кивнул. — Да. Некоторые видели их собственными глазами… может, поэтому гора Нокма снова оживает, а люди, которые уехали, начинают возвращаться. — …Понятно. Роун не выдал никаких эмоций, но слова водителя задержались у него в голове. Большинство жителей деревни у горы Нокма были пробудившимися. Среди тех, кто ушёл, было немало высокоуровневых пробудившихся. Если они вернутся, смогут ли сосуществовать с божественными зверями и защищать гору Нокма? Место, которое они бросили, всё это время охраняли божественные звери. Когда Роун протянул плату, водитель попытался отмахнуться: мол, как же брать деньги с земляка. Но Роун молча отдал деньги, а в качестве небольшого довеска хитро добавил пакетик желе. Это была закуска для малышей-божественных зверей, отложенная отдельно. — Съешьте и будьте здоровы. Водитель молча принял желе и удивлённо кивнул. После этого короткого прощания Роун направился к вокзалу. Стоя в очереди у кассы, он обдумывал проблему поездки с божественными зверями. Я не вынесу, если нас разделят. И тут ему пришла в голову хорошая мысль. Скажу, что это в исследовательских целях. Если пробудившийся S-ранга настаивал, обычно это срабатывало, но всё равно нужна была законная причина, чтобы избежать жалоб. Роун спрятал слишком заметных Конджи, Ёнхо и Ттутту в сумке, а наружу достал только трёх малышей. — Два билета до станции Ёнгамхэсан, пожалуйста. Роун показал кассиру свой титул главы гильдии сбора и добавил, что возьмёт с собой пробудившихся питомцев. — …Все трое пробудившиеся питомцы? Роун кивнул и объяснил, что это питомцы, специализирующиеся на сборе лекарственных трав. Кассир недолго осмотрел малышей и проверил, что у всех троих течёт мана. — Если питомцы помогают со сбором, регистрация даёт им льготы вспомогательных членов гильдии. Роун недоумённо склонил голову. Обычно, чтобы пробудившимся питомцем мог пользоваться кто-то, кроме укротителя, требовалось специальное обучение между человеком, питомцем и партнёром. А тут их сразу признавали членами гильдии. Такая система существовала раньше? — Как служебные собаки? — Нет, совсем другое. Если они зарегистрированы как исследовательские питомцы, их признают членами гильдии, но отдельные надбавки за опасность или расходы на корм, как питомцам укротителя, им не выплачивают. Роун кивнул. Конечно. Гильдия сбора могла поддерживать исследовательские расходы натурой — например, травами или магическими камнями — в зависимости от числа участников. Тогда нет нужды официально нанимать людей членами гильдии. По крайней мере теперь он мог не беспокоиться о поездах, самолётах и жилье. Уже одно это успокаивало. — Пока забронирую два места. Потом обязательно зарегистрируйте их. — Да, пожалуйста. В тихом вагоне. — Если они зарегистрированы как исследовательские питомцы, вы можете пользоваться купе первого класса. Всё равно хотите ограничиться тихим вагоном на этот раз? Роун кивнул, и кассир без возражений выдал два билета. --- Платформа Ёнгамхэсана. Ёнгамхэсан был прибрежным районом ниже пика Пламени. Поскольку пик Пламени лежал в руинах, немногие садились на поезд в сторону Ёнгамхэсана. Целый вагон достался Роуну и божественным зверям: они могли сидеть, бегать или летать как хотели. Пейзаж в защищённой зоне напоминал старую Землю. Чистое небо, редкие птицы и спокойная земля под ним заставляли незащищённые районы казаться далёким другим миром. Но этот мирный вид продлился недолго. Как только поезд покинул защищённую зону, пейзаж резко изменился. Пепельно-серая земля и разрушенные здания. По улицам, которых не касались люди, ветер гонял осколки стекла и неизвестный мусор. Для тех, кто родился в незащищённой зоне, разрушенная серая земля казалась привычнее. Когда они вышли из защищённой зоны, до самого горизонта раскинулось огромное море, встречая Роуна и божественных зверей. Вместо чёрной линии горизонта перед ними сияло синее, ещё не тронутое магией море, сверкавшее словно гигантская серебряная чешуя. — Вау, синее море… — Мяу! — Чик-чирик! Роун восхищённо выдохнул. Море за окном было куда синее и прекраснее, чем он воображал. И главное — оно становилось ещё особенным потому, что рядом с ним были малыши, Конджи, Ёнхо и Ттутту. Три малыша прильнули к окну бок о бок. Конджи и Ттутту тоже смотрели на горизонт любопытными глазами. Даже Ёнхо, что было редкостью, перестал играть с конденсатом и кружил у окна, не скрывая восторга. Увидев это, Роун вдруг почувствовал, как сердце болезненно сжалось. До регрессии первое море, которое он увидел после пробуждения, уже было заражено демонической энергией и отливало серым. Песок был выжжен чёрным, а вместо водорослей к берегу выбрасывало трупы. Поэтому он само собой думал, что даже море этого времени уже далеко не целое. Но море, раскинувшееся за окном, было не таким. Оно всё ещё было синим и полным жизни. За горизонтом, где небо встречалось с водой, море мягко шептало, перекатывая волны. «Я всё ещё дышу». Словно доказывая, что оно живо, море бесконечно шевелилось. — Божественные звери моря были живы. Если бы он увидел это море раньше. Может быть, вместо того чтобы носиться по чужим приказам как пешка государства, он смог бы сделать что-то другое. И если бы так случилось, он не позволил бы горе Нокма погибнуть так легко. Малыши, которые до того возились и играли, остановились от его бормотания. Синие глаза Суранг тихо посмотрели на него снизу вверх. Но на мгновение — или ему только показалось? В этих синих глазах мелькнуло лицо Роуна средних лет. Будто он столкнулся с забытой памятью, всплывшей на поверхность воды. ……Что это? Роун моргнул, просунул руки Суранг под передние лапы и поднял её. Когда он приблизил лицо, Суранг чуть моргнула. Застывший в её глазах образ рассыпался, словно круги на воде. К этому времени поезд прошёл глубокий тоннель и начал замедляться среди тусклого пейзажа. За окном показался каменистый остров, поднимающийся посреди моря. Под гребнями растекался похожий на туман белый пар. На табло поезда высветился пункт назначения. [Ёнгамхэсан] Если бы это был обычный поезд, его смыло бы потоками демонической энергии ещё до того, как он приблизился к побережью. Но этот поезд был особым: на нём были выгравированы защитные заклинания. Они не очищали демоническую энергию, зато защитный барьер в определённом радиусе не давал ей разъедать вагон. Вскоре поезд медленно остановился у платформы. Двери открылись, и Роун со спутниками тихо вышел наружу. Это была маленькая обветшалая станция у моря. На платформе не было ни одной человеческой тени. Ну да, кто вообще поедет в такое место? Любопытные малыши обычно уже возбуждённо носились бы вокруг, но сегодня лишь тихо выглядывали из переноски. Суранг только принюхивалась изнутри сумки, а Конджи тихонько слез с фрагмента мастерской «Рубикс» и спрятался в карман Роуна. Заглянув в переноску, он едва разглядел Ттутту, съёжившегося в углу. — Хы-хы-хы… И только Ёнхо, как всегда, плавал вокруг и издавал свой привычный звук. Когда они вышли со станции, пространство перед ними внезапно раскрылось. Перед ними было синее море, какого они ещё никогда не видели. Плеск. Сильные волны и отсутствие других людей словно отодвигали спокойную воду в стороны, будто встречали только Роуна и божественных зверей. — ……Мяу?! Ттутту высунул голову, принюхался к морскому ветру и коротко крикнул. Вскоре Роун и божественные звери остановились перед пустынным пирсом, будто сошедшим прямо из страшной истории. ---------- Детёныш белухи (1) Роун на мгновение остановился и долго смотрел на синее море. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз видел море? До регрессии земные моря очень быстро загрязнились демонической энергией. Вскоре после того, как гора Нокма превратилась в руины, даже побережье начало терять синеву. Гейты в океане вырастали как грибы после дождя, а охотники, с трудом справлявшиеся с подводными боями, в конце концов были вынуждены отказаться от моря. Так океан очень быстро оказался захвачен демонической энергией. Хрупкое равновесие между демонической и духовной энергией начало рушиться всего через два года после пробуждения Роуна. Неужели шанс снова появился? Роун молча позволил морскому ветру обдувать себя. Вдали у причала стояли рыбацкие лодки. Подойдя ближе, он увидел, что основные суда, привязанные канатами, наполовину повреждены и кренятся набок. Они скрипели и качались, как призраки, потерявшие былую славу. В этот момент к Роуну кто-то подбежал. — Эй, охотник! Вы к Лавовому морю? Представившись капитаном, мужчина подошёл с яркой, приветливой улыбкой; похоже, он был рад гостю после долгого перерыва. Роун осторожно последовал за ним к лодкам. Среди них одна старая и более крупная лодка выглядела сравнительно исправной. Наверное, это лодка капитана. Потрёпанное судно мягко покачивалось на канатах, словно переводило дух. Снаружи оно выглядело обшарпанным, но казалось, что море выдержать ещё сможет. Выбора не было. Единственной лодкой, годной для выхода в море, оставалась эта старая. Когда Роун ступил на палубу, божественные звери легко взлетели и устроились на ней. Внутри лодка оказалась куда больше и чище, чем он ожидал. Там спокойно разместилось бы около дюжины человек. Судя по прошлому, это, вероятно, был скорее прогулочный катер, чем рыбацкая лодка. — Лодка старая, а ни одного сломанного места не видно. — Ха-ха, верно? Деньгами можно починить что угодно. Капитан подмигнул и сложил указательный палец с большим в кружок. — Но почему вы держите здесь лодку? Гостей у вас, наверное, почти нет. Роун спросил с подозрением, и капитан тепло улыбнулся. — Ну, это правда. Я уже собирался закрываться на сегодня, а тут появился гость. Ха-ха… тогда оставьте багаж здесь и отдохните внутри. Он указал на место за рулевой рубкой, похожее на каюту и грузовой отсек одновременно. Роун заглянул внутрь. Там были только диван-кровать и небольшой столик, но тесно не казалось; место выглядело уютным. — Да, вполне удобно. Оставив сумку и вернувшись на палубу, он увидел, что малыши-божественные звери уже исследуют всё вокруг и наслаждаются морским ветром. Наблюдая за ними, капитан подошёл с широкой улыбкой. — Какие умные коты. Вы укротитель? — …Это просто мои питомцы. Роун ответил расплывчато, но капитан, естественно, решил, что он укротитель. — Столько держите… Завидую. Шерсть у них такая мягкая, и раз они пробудившиеся питомцы, все такие красивые. Капитан восхищался малышами-божественными зверями. Кто-то за пределами горы Нокма вряд ли легко поверил бы в божественных зверей, так что принять его за укротителя было естественно — и, честно говоря, удобнее. — Мяу! В этот момент Суранг, сидевшая на поручне лодки, внезапно мяукнула. На её мордочке ясно читалось: «Руки от моей головы». Лицо капитана просияло. — Ой, какой милый «мяу». Приятно познакомиться, мяу~? — Мя-я-яу! Суранг мяукнула так, будто велела ему оставить лодку в покое и наконец трогаться, но капитан только весело рассмеялся, подражая кошачьей речи. Соль вообще избегала капитана и сидела подальше. Торан забрался на крышу каюты и, полуприкрыв глаза, дремал, глядя на море. Рядом с ним тесно сидел Ттутту, будто показывал, что они похожи. — Ха-ха, у каждого свой характер. Понаблюдав за божественными зверями ещё немного, капитан слегка замялся и медленно заговорил: — Вообще-то… на лодке есть один немного необычный. Хотите посмотреть? Роун заинтересовался, и капитан быстрыми шагами подошёл к одному месту на палубе, постучав по полу. Он ухватился за утопленную ручку и поднял крышку. Из открывшегося прохладного пространства пахнуло морской водой. Внутри стоял квадратный резервуар, выкрашенный синим и наполненный водой. Аквариум? Присмотревшись, он увидел на дне маленький круглый силуэт, лежавший без движения. Маленькая округлая спина и плавно изогнутая голова. Существо, казалось, спало, не шевелясь, и напомнило Роуну земное животное. Дельфин? Он припомнил слово для белого дельфина, хотя точно вспомнить не смог. — Оно плыло одно в море, вот я и спас. Было ещё живое. Но если выпустить, морские монстры могут сожрать. И оставить его здесь тоже нельзя… Капитан выглядел озадаченным. В этих краях, скорее всего, было нелегко найти целителя или зелье лечения, поэтому, даже желая помочь, он ничего не мог сделать. — Я поспрашивал, и кто-то сказал, что называется оно… Велода, кажется. — Белуха? — А, точно! Белога. — Не Белога — белуха. — Да, белуха. Роун, Суранг и Соль заглянули в резервуар. Белуха выглядела очень худой. — Когда вы её поймали? — Хм, дай подумать… дня три-четыре назад, может, около недели? Пусть Роун впервые сталкивался с дельфинами, по размеру и энергии она казалась только-только отнятым от матери детёнышем. Бедняжка… так она может умереть. Проблема была в том, что она казалась настолько слабой, будто уже почти отказалась жить. — В общем, посмотрите пока. Я сперва заведу лодку. Капитан поспешил в рулевую рубку, сказав, что из-за сильных течений нужно придерживаться времени отправления. Роун отправил в воду фрагмент мастерской «Рубикс». Он капнул детёнышу белухи в рот каплю зелья лечения. Это должно было помочь восстановиться телом и духом, но голод утолить не могло. Бульк-бульк. К счастью, зелье, похоже, подействовало: белуха поднялась к поверхности, чтобы вдохнуть. Роун встретился с ней глазами над водой. Затем Суранг перепрыгнула к ней и осторожно ткнулась своим носом в нос белухи. Конджи, сидевший на плече Роуна, с любопытством заглянул на белуху. Ты откуда? Я с горы Нокма! Фу-у, фу-у! — Чирик-чирик! Похоже, она ещё не понимает язык божественных зверей; с таким размером она, наверное, совсем малышка. Роун взял кусок мяса Серпенса, мелко нарезал и скормил оживившейся белухе. Та легко проглотила. — Мяу? Суранг и Ёнхо смотрели на неё с сияющими от любопытства глазами. Суранг брызнула в белуху маленькой каплей воды. Ёнхо выскочил из своего пузыря и поплыл к белухе, находившейся под водой. — Суранг, не играйся, она ещё слабая. И Ёнхо, вылезай. Суранг прекратила водяную игру, свернувшись «буханкой», а Ёнхо, издавая своё «хыыль-хыыль-хыыль», заскользил по течению. Суранг снова создала маленькую каплю воды для Ёнхо, плавающего в воздухе. — Хм… Ей бы лучше рыбу, а не мясо… Роун встал, облокотился на поручень лодки и посмотрел вниз, на море. Там, внизу… есть вообще рыба? — …Но как ловить рыбу? Он пробормотал это, глядя на белую пену у носа лодки. Лезть в воду опасно из-за морских монстров, а если использовать магию болта, чтобы выскочить, можно их спровоцировать. Так или иначе, проблема была в морских монстрах. Пока Роун пытался найти решение. — Мяу! Суранг бесстрашно вспрыгнула на поручень. — Эй, опасно! Спускайся! Роун протянул руку. Плюх! Что-то выпрыгнуло из моря. Небольшой серебристо блеснувший предмет прочертил дугу вниз. Суранг подпрыгнула с рычанием и схватила его. — Хм… В пасти Суранг была рыбка размером с палец. — Ух ты! Потрясающе! Как ты её поймала?! Притворившись удивлённым, Роун посмотрел на Суранг, которая уверенно направилась к белухе. Тук. Белуха высунула голову, словно каким-то образом поняла, что Суранг несёт рыбу, и проглотила её. Потом белуха снова открыла рот, будто просила ещё, но Суранг лишь просунула голову вниз через отверстие и посмотрела снизу вверх с видом: «Тяжело. Больше не могу». — Что, только чтобы с голоду не умерла? Роун засмеялся, а Суранг только с мрачным видом закатила на него глаза. Ну, поймать даже одну рыбку на таком огромном побережье было нелегко. Уже само существование земной рыбы можно было считать удачей. Роун легко погладил Суранг. Белуха была ещё маленькой, так что кормить её понемногу было нормально, и Суранг отлично справлялась. С помощью способности божественного зверя втягивать воду, возможно, было бы легче, но управлять самой водой было гораздо труднее. — Хы-хы-хы…… Ёнхо тихо смотрел на море и издавал свой особенный звук. Затем, словно направление морского ветра чуть изменилось, по прежде спокойной воде начали расходиться едва заметные круги. Это было не совсем обычное движение волн. — ……Что-то не так. Роун почувствовал под морем огромную энергию, даже не успев велеть капитану разворачивать лодку. Внезапно… Па-а-ат! У носа лодки взметнулся водяной столб. Чудовищное давление воды, словно водопад, рвануло вверх на десятки метров. Белая водяная мгла заслонила Роуну обзор. — ……?! За водяным столбом из-под поверхности распространились сильная демоническая аура и острая враждебность. Это было присутствие морского монстра. Глаза Роуна загорелись не страхом, а возможностью впервые собрать рыбу-морского монстра. У рыбы-морского монстра не было бесполезных частей. А существо такого размера дало бы огромное количество мяса, да и побочные материалы хорошо продавались бы. Когда водяной столб опал, снизу забурлили чёрные пузыри. Похоже, монстр был гигантский. — Как его нейтрализовать? На ум пришло зелье электрического шока. Роун тут же начал изготавливать его в мастерской «Рубикс». Он даже добавил экстракт усиления магии, чтобы повысить мощность. — С этим я смогу собрать его, не повреждая тело, верно? В этот момент капитан выбежал из рулевой рубки и закричал: — Что, чёрт возьми, происходит?! Увидев огромный водяной столб, он побледнел. И это было понятно: встретить настолько большую рыбу-морского монстра в открытом море означало оказаться совершенно беззащитным. Шу-у-ух! Из волн поднялась огромная белая форма, похожая на холм. Когда над водой показался гладкий спинной плавник, волны разошлись по сторонам, будто соскальзывая с обрыва. В одно мгновение перед лодкой возникла длинная белая дуга. Под этой громадой на судно сверху вниз смотрел один красный, пылающий глаз. Его холодный взгляд словно пронзал Роуну грудь. — …… Однако убийственное намерение, исходившее от этой огромной рыбы-морского монстра, отличалось от обычных морских монстров. Это был не голод, а гнев. Так или иначе, возможно, это был шанс. Будет большой проблемой, если эта тварь разобьёт лодку. Ш-ш-рик. В тот миг, когда Роун собирался отправить наружу осколок мастерской «Рубикс», его глаза расширились. — ……Не может быть. Снежно-белый лоб и линия спины были точь-в-точь как у детёныша белухи. Перед ним был не обычный морской монстр, а белуха, пережившая превращение в монстра. ---------- Детёныш белухи (2) Из тела белухи, чьё превращение в монстра ещё не завершилось, одновременно поднимались демоническая и духовная энергия. Холодная, сбивающая с толку аура. Что делать… такими темпами даже противоядие не сработает. Роун сразу узнал эту чужеродную энергию. До регрессии он видел бесчисленное множество животных, которые разрушались именно так. Духовная энергия смешивалась с демонической, тело менялось первым, а разум рвало на части от боли… И всё, что Роун мог им дать, — смерть на несколько секунд быстрее. Превращение уже началось… О существовании животных, превращённых в монстров, мир узнал тогда, когда охотники начали отказываться от подводных рейдов. Но обнаружить такое на столь ранней стадии… Роун не мог не оцепенеть. Шва-а-а! Гладкая голова чудовищно разросшейся белухи выстрелила над водой. Всё вокруг смело быстрыми волнами, срывавшимися с её белой головы. Судно мгновенно попало в бурлящую воду и резко закачалось из стороны в сторону. — А-а-а! Держитесь крепче! Капитан крикнул, бросился к штурвалу и быстро активировал защитную магию корабля. Но поднимающийся пар ещё сильнее ухудшил видимость, и тревога капитана только выросла. Тем временем малыши свободно плавали по палубе и, кажется, в полной мере наслаждались хаосом. — Мяу-у?! — Мя-а-анг! — А-а! Суранг и Торан скользили по полу каждый раз, когда судно кренилось то в одну, то в другую сторону. Соль и Ттутту шевелили ветер и играли, разбрызгивая капли воды. Ёнхо, голышом паривший под водяным фонтанчиком из пузыря Суранг, дрейфовал прямо под брызгами белухи. …Вау. Какой бардак. Роун криво усмехнулся, глядя на малышей. Нет, дети, вы бы хоть немного опасность почувствовали. Возможно, потому что они никогда по-настоящему не попадали в смертельно опасную ситуацию, никакого чувства кризиса у них не было. — Идите сюда. Посидите спокойно хоть минутку. Малыши умели летать, а значит, не свалились бы в море, но Роун всё равно перекатывался по палубе и ловил каждого, готовясь к любой неожиданности. И тут раздался крик капитана. — …О, она идёт! Держитесь! Качка ещё не успела стихнуть, а белуха-монстр уже неслась прямо к носу. На этот раз она, похоже, собиралась разбить корабль. Почувствовав опасность, капитан снова метнулся к штурвалу и активировал магическое поле. Ква-ханг! По морской поверхности прокатился глухой взрыв. Защитная магия сработала, но лишь поглотила удар настолько, чтобы корабль не развалился. Грубые волны беспомощно отбросили судно назад. — Смотрите, чтобы вас не снесло! На корабле была магия балансировки веса, но и она не была безупречной. Скри-и-ип. Капитан отчаянно выкручивал штурвал, пытаясь удержать равновесие. Он пытался вести судно по потоку, чтобы не дать ему перевернуться, но такими темпами, казалось, сам свалится раньше корабля. И тут, словно вмешались небеса, рывок белухи внезапно остановился. Когда движение судна стабилизировалось, капитан тяжело выдохнул и напряжёнными глазами стал осматривать море. Обессиленный Роун смотрел, как божественные звери уже по другой причине поднимают головы. Прямо перед кораблём возвышался огромный гладкий белый холм. В его центре горел ярко-красный глаз белухи-монстра. — … Она спокойно держалась на воде, будто поняла, что атаки неэффективны, и обводила корабль взглядом. По спине Роуна пробежал холод. Капитан, крепко вцепившись в штурвал, застыл и едва дышал. Монстры действовали инстинктивно. Они не колебались, прежде чем наброситься или разорвать добычу. Они не просчитывали слабые места. Среди монстров высокого уровня встречались те, кто мог выполнять простые стратегии — отступить, атаковать или устроить засаду, когда противник потеряет бдительность, — но настоящей хитрости в них не было. Даже животные, проходящие превращение в монстров, не могли преодолеть этот инстинкт. И всё же эта белуха-монстр явно осматривала их. У-у-у-уш. Она плавала над морем, как наглый задира, и вдруг издала низкий протяжный крик. Роун нахмурился, не в силах отделаться от дурного предчувствия. — Это… самый большой монстр, какого я когда-либо видел. Побледневший капитан вышел из рулевой рубки и оглядел судно. Убедившись, что оно цело, он с облегчением выдохнул. Потом покосился на монстра, частично скрытого под поверхностью, и криво усмехнулся, будто самому стало смешно. — …Всё будет нормально. Защитная магия корабля выдержит. Смотрите, монстр уже будто устал. Тело огромное, а атакующей силы не так много. Его губы улыбались, но пальцы слегка дрожали. — Мяу! — Этот корабль слабее нас! — Боится, что корабль сломается? — Не люблю плавать! Мои закуски промокли! — А, значит, вы так считаете. Раз вы пробудившиеся питомцы, чувства у вас должны быть острыми. Капитан, увидев, что божественные звери ничуть не боятся, убедил себя: может, и правда всё обойдётся. Но эта иллюзия разбилась всего через несколько секунд. В тот момент из-под воды постепенно показался огромный хвост. Разрезая волны, он поднялся, как гигантская змея, увлекая за собой массивное тело. Наконец белуха подняла чудовищный хвост… Медленно. Высоко. Ещё выше. За ним пошли громадные волны, и огромная дуга на миг перекрыла небо. Под тишиной будто напряглось само море. Ква-а-а-анг! Чудовищный хвост ударил прямо по кораблю. Скри-и-и-ич. С резким, похожим на молнию звуком по защитной магии пошли трещины. Разломы в потрескавшемся щите расширились, и сильные волны начали врываться на судно. Увидев это, капитан побледнел от неверия и лишился слов. Этот корабль один выжил, пока все остальные тонули под атаками монстров. Он верил, что однажды снова поведёт его к действующему вулкану. Даже когда люди ушли, он верил: кто-нибудь вернётся, чтобы спасти эту гору. Неужели этот день наконец настал? Он и представить не мог, что любимый корабль, дорогой ему почти как супруг, разобьют в одно мгновение. — …Нет. Этот корабль — всё моё состояние! Когда вода хлынула внутрь, капитан в панике попытался собственным телом закрыть пролом в защитном барьере. Но это было бесполезно. — Мяу! А малыши тем временем ликовали, словно оказались в бассейне, которому придали форму корабля. — Ми-о-онг! Соль, позвав Соль-сову, оседлала набегающие волны, будто занималась сёрфингом; бонусом у неё на спине сидел Ттутту. Торан взобрался на большой камень непонятного происхождения и, вылизывая шерсть, приводил промокший мех в порядок. Ёнхо носился по кораблю, как рыба в воде. Обычно медлительный, он так разошёлся, что двигался с невиданной для Роуна скоростью, и остановить его было невозможно. Глядя, как все они радуются, Роун только молча улыбнулся. Надо будет купить им корабль. Пока Роун отвлёкся на малышей, кричащий капитан куда-то сбегал и вернулся с чем-то в руках. — Я не позволю уничтожить его вот так! В руках у него был огромный гарпун. Без сомнения, магический гарпун. Верёвка, прикреплённая к рукояти, серебристо сияла, и каждая нить была пропитана полупрозрачным порошком. В верёвке содержались режущий порошок стихии ветра и клинковый песок. Даже если сам гарпун не попадёт, цель, обмотанная такой верёвкой, будет рассечена. У Роуна перехватило дыхание, и он попытался остановить капитана. — Господин, стойте! Это не обычный монстр. Это белуха, проходящая превращение в монстра. — Что? О чём вы? Не стойте столбом, помогите мне! Капитан, едва слыша его из-за ветра и волн, продолжал наматывать верёвку и не останавливался. — Её нельзя ранить. Если спровоцировать её, будет ещё опаснее. До регрессии государство пыталось проводить операции по очищению, чтобы не дать морским существам превращаться в монстров, но этого было недостаточно. В необъятном глубоком океане демоническая энергия распространялась быстрее, чем на суше. Если не удастся остановить даже эту одну белуху, они могут не защитить синее море. Капитан посмотрел на Роуна с растерянным лицом, словно спрашивая, как тот собирается вмешаться. — Я сделаю всё, что смогу, чтобы остановить её. Роун проверил количество очищающих зелий в мастерской «Рубикс». Оставалось больше сотни, но этого было недостаточно. Сейчас всё, что Роун мог сделать, — отправить фрагменты мастерской «Рубикс» к белухе и посмотреть, получится ли обратить превращение. Если бы пришлось проводить сбор, это был бы единственный путь. Фрагменты мастерской «Рубикс» облетели белуху. Считав намерение Роуна, мастерская вместо сообщения о сборе проанализировала состояние белухи. [Система] Монстр-белуха-мать находится под аномальной статусной магией «Берсерк». Берсерк, значит. Берсерки — редкие зелья, любимые воинами-берсерками, но почему… Сделать нужное средство было просто. Роуну нужно было лишь сварить зелье понижения, которым он пользовался прежде на экзамене пробуждения. Вот почему одних противоядий и очищающих зелий было недостаточно. Словно один слой тайны звериного превращения только что отслоился. Он снова просмотрел рецепт зелья понижения. [Рецепт] Понижение ― Экстракт Серебряного листа 30 мл ― Порошок целестона 10 г ― Очищенная вода 10 мл ― Нейтрализатор маны 5 мл Меры предосторожности ― Длительность 10 минут, можно использовать повторно ― Нельзя отменить во время действия Нужно было вывести существо из звериного превращения за десять минут. Не хватает нейтрализатора маны. Раньше он получил один от отца, Ли Хак-су, но теперь мастерская «Рубикс» могла сделать его за считаные секунды. Проблема была в том, как отменить превращение белухи. Если распылить на зверя огромное количество очищающего зелья, его легко можно убить. И в этот момент древняя книга как по заказу открыла рецепт зелья, способного обратить звериное превращение. [Рецепт] Обращение звериного превращения ― Корень лютика 10 г ― Экстракт синего шалфея 5 г ― Мощный очищающий экстракт 5 мл Все ингредиенты были собраны на горе Нокма. О, значит, неизвестные рецепты все в древних книгах. Как его отец, Ли Хак-су, раздобыл такие книги? Отодвинув эту мысль, Роун немедленно начал варку. Но белуха-монстр не стала ждать даже несколько секунд. Ветер изменился, и, подняв взгляд, Роун увидел, что белуха снова занесла огромный хвост. Чёрт… Защитный барьер корпуса уже рухнул, и на этот раз корабль действительно могло смести. В следующий миг огромный хвост рассёк воздух. Когда хвост белухи приблизился на опасное расстояние, до его ушей донёсся тонкий, хрупкий плач детёныша белухи, запертого в рыбацком отсеке. У-уш. На мгновение смертоносный хвост зверя застыл в воздухе. Алые глаза белухи дрогнули, услышав крик детёныша. Похоже, это была семья пойманного малыша. Фи-и-и-ик. Над морем раздался более громкий и сильный свист. В этот короткий миг Роун отчётливо увидел, как в её глазах мелькнуло колебание. Но на этом милосердие закончилось. Не выдержав ярости берсерка, она наконец обрушила огромный хвост вниз. И сразу же перед глазами Роуна вспыхнуло сообщение. [Система] Зелье понижения завершено. Он без промедления отправил фрагмент мастерской «Рубикс» вперёд. Даже очищающее зелье бесполезно, когда зверь находится в состоянии берсерка. Зелье обращения звериного превращения тоже могло сработать неправильно, поэтому сначала нужно было влить зелье понижения. Фрагмент полетел почти так, словно нырял прямо в пасть белухи. Сву-у-уш. Пока зелье падало, хвост снова рассёк воздух. Если он попадёт, корабль на этот раз и правда может разлететься. Не имея ни мгновения на раздумья, Роун голыми руками упёрся в хвост. И тут активировался защитный барьер мастерской. КВА-А-АНГ! Боль, будто кости крошатся? Её не было. Его просто отбросило назад чудовищной силой. — Мяу! Суранг, которая до того играла, всколыхнула воду и обвилась вокруг Роуна, словно поддерживая его. Неожиданно она даже яростно зарычала на белуху-монстра, на которую прежде не обращала внимания. — Как смеешь бить нашего босса, мяуонг?! Ттутту, Торан, Конджи и Ёнхо выстроились перед Роуном и встретили звериную белуху лицом к лицу. Увидев малышей-божественных зверей, красные глаза белухи на мгновение дрогнули, а возбуждение чуть спало. Роун попытался снова поймать равновесие и встать, но белуха-монстр, кажется, передумала: её красные глаза снова впились в них и начали источать смертельное намерение. Роун замешкался и шагнул назад. И в этот миг у его ног тяжело и мокро бухнуло что-то. — …?! Опустив взгляд, Роун почувствовал, как сердце ухнуло вниз. Детёныш белухи, которого ранее унесло волной, выпрыгнул из резервуара. ---------- Лавовое море (1) Детёныш белухи катался по палубе, где накопился неглубокий слой воды. Роун ожидал, что он запаникует и будет отчаянно биться, но, увидев, как малыш подпрыгивает играючи, будто шутит, наконец выдохнул с облегчением. — …Удивительно. Он и правда может дышать вне воды? И тогда начались изменения в теле белухи, превращавшейся в демонического зверя. Бушующая ярость, раздувшая её тело, постепенно стихала, а кроваво-красные глаза возвращались к естественному цвету. Большой угрожающий силуэт медленно уменьшался, словно оседал под поверхность, возвращаясь к прежнему облику. К счастью, зелье действовало. — Ч-что происходит?! Эта белуха?! Потрясённый капитан почти закричал. Вероятно, он впервые видел такую сцену. Однако белуха ещё не полностью вернулась к изначальному виду. Ш-ш-ш. Роун отправил ещё один фрагмент мастерской «Рубикс» и дал белухе дополнительное зелье против превращения. Должно сработать. Это могла быть семья детёныша белухи. Если так, она должна была прийти в себя. В море, полном демонических зверей, малыш едва ли выживет один. Когда зелье распространилось, глаза взрослой белухи стали ещё яснее, а напряжённые, дрожащие мышцы постепенно расслабились. Демоническая энергия рассеялась, и духовная энергия медленно поднялась. Не ожидал… но она и правда была божественным зверем. На сердце Роуна легла тяжесть. Божественные звери уже проходили превращение. Он подозревал, что демонический зверь с такой сильной аурой на самом деле может быть божественным зверем, но до последнего хотел это отрицать. Если признать это, значит, горы, которые сейчас разъедает демоническая энергия, и живущие там божественные звери тоже могли быть превращены. Убедившись, что божественная белуха полностью пришла в себя, Роун осторожно поднял детёныша. Его мокрая кожа была гладкой и странно мягкой. Для Роуна, привыкшего к зверькам с мехом, ощущение было непривычным, но держать его на руках почему-то оказалось очень мило. — Фи-и-ик, фи-и-ик! Детёныш белухи закричал в сторону взрослой белухи. Тронутая отчаянным криком, взрослая белуха посмотрела на палубу, и глаза её заблестели влагой. Наверное, мать. У тела было видно немного молока. Роун осторожно опустил детёныша белухи в море. Стоило его маленькому телу коснуться воды, как белуха-мать сразу приблизилась. Она медленно ощупала малыша носом, проверяя его состояние. Мирное воссоединение заставило и Роуна, и капитана глубоко выдохнуть. Спустя некоторое время, пока Роун с капитаном вычерпывали воду из лодки, детёныш белухи, уже вернувшийся в море, всплыл с чем-то во рту. Когда Суранг отправила водяную каплю, детёныш белухи донёс в ней ракушки и обломки раковин. Это были не обычные раковины. От их поверхности исходила особая духовная энергия божественных зверей. Может, они тоже были божественными зверями? Пока Роун рассматривал загадочные раковины, капитан, вычерпав часть воды из лодки, осторожно собирал гарпуны. Он обращался с ними крайне бережно, будто с ценностями. Глядя на это, Роуна вдруг осенило. Сделаю подарок с зачарованием. Он вытянул нити из куколок шелкопрядов Лумимосов в мастерской «Рубикс». Прозрачные светлые нити были наполнены богатой силой восстановления. Если вложить в них исцеляющую магию, эффект усилится. Скрутив нити вместе, он смолол ракушки в порошок и впитал его в волокна. Затем обернул их мягким желеобразным веществом, которое не царапалось. Через зачарование он наложил сопротивление демонической энергии и ядам вместе с исцеляющей магией, а потом окрасил их травяной водой. Он сделал две штуки — большую и маленькую, зелёную и тёмно-розовую. А ещё добавил «зачарование под рост», чтобы кольца естественно расширялись по мере взросления детёныша белухи. Но как их прикрепить? Единственным местом, куда можно было их повязать, казался хвост, а значит, Роуну нужно было войти в воду. Немного подумав, он снова посмотрел на детёныша белухи. Поймав его плавающую спину, Роун помахал только что сделанными кольцами. — Подарок. Я привяжу тебе. Кислородная маска не требовалась. Достаточно было добавить кислородное зелье к защитному щиту мастерской «Рубикс». Плеск. Роун прыгнул в море. Следом раздалось «ккурунг!». — …?! Плывя под водой, Роун широко раскрыл глаза. Малыши-божественные звери и остальные божественные звери последовали за ним в воду. Ёнхо двигался под водой свободнее, а Конджи оживлённо грёб короткими лапками, и глаза у него блестели. С малышами всё было понятно, но Ттутту оставался свернувшимся клубком внутри защитного щита, всё ещё с остатками пуха. Он сонно моргал и явно не собирался двигаться. А? Даже со щитом надо грести, чтобы двигаться вперёд. Щит, несущий Ттутту, дрейфовал по течению. …Зачем ты вообще полез в воду, если собирался спать? В конце концов Роун подхватил Ттутту и поплыл с кольцами к хвосту белухи-матери. Он протянул кольца белухе-матери, словно предлагая выбрать, и та, будто всё прекрасно поняла, ткнулась носом в тёмно-розовое. — Значит, это тебе больше по вкусу. Детёныш белухи постучал по зелёной нити, будто ему всё равно, что выберут. Роун свободно привязал кольца из нитей Лумимосов к хвостам белухи-матери и детёныша. В водном свете кольца мягко засияли. — Хорошо смотрится. Роун сразу вернулся на лодку, но малыши-божественные звери ещё какое-то время играли в воде с парой белух. Когда лодка приблизилась к области Лавового моря, белуха-мать и детёныш начали медлить. Дальше демонических морских монстров станет больше, и они могли оказаться обузой. — Берегите себя. Теперь вы в безопасности. И не ешьте что попало только потому, что вам дали. Божественные звери благодаря своей очищающей силе могли безопасно поглощать демонических зверей, но даже высокоуровневая божественная белуха подверглась превращению. Кто-то, вероятно, намеренно дал ей зелье берсерка и усилитель превращения. Фи-и-ик, фи-и-ик! Детёныш белухи защебетал Роуну. Белуха-мать плыла рядом, не отставая от игривого ребёнка. — Мяу…! Остальные божественные звери тоже не забыли попрощаться. Глядя вслед паре белух, капитан шмыгнул носом. В его глазах отчётливо смешивались облегчение и потрясение от превращения: он понимал, что белух спасли на волосок. Вскоре впереди, между чёрными утёсами, поднялся белый пар. Горячая лава непрерывно стекала в море между скалами. Они наконец добрались до «Лавового моря» — места, где лавовые потоки прямо вливаются в океан. Издалека раскалённая докрасна лава медленно текла по обугленным чёрным утёсам. Словно жилы действующего вулкана, лава скользила по трещинам в чёрной породе и встречалась с океаном. Там, где она соприкасалась с морской водой, раздавалось шипение, и поднимался белый пар. Сильный жар превратил всё побережье вокруг в чёрную вулканическую породу. Каждый порыв ветра поднимал серую пепельную пыль, будто песок. Даже дышать было тяжело и душно. Увидев это собственными глазами, Роун понял: демоническая энергия разъела не только самый высокий пик, пик Пламени. Ею было пропитано всё море. Когда обжигающий жар стал ближе, капитан заговорил: — Дальше лодку вести нельзя. Придётся привязать её здесь. Дело было не только в жаре, но и в демонической энергии. Лодку оставили далеко от скальной стены, и группа Роуна двинулась вдоль берега. Даже в обуви песок под ногами испускал невыносимый жар. Такими темпами подошвы могли расплавиться. Суранг прошла на несколько шагов вперёд и призвала холодную струю воды. Вверх с шипением поднялся слабый пар. — Мяу?! Словно обнаружив что-то весёлое, Суранг сверкнула синими глазами. Она быстро отправила ещё несколько струй воды, образуя круговую дорожку из водяных капель, похожую на каменную стену. Когда она поставила все четыре лапы на прозрачные капли, пар снизу мгновенно испарился. — Ккурунг! Суранг ловко прыгнула на следующую каплю, прежде чем вода исчезла. Глядя на неё, Торан и Соль тут же последовали за ней. Конджи тихо уселся на фрагмент мастерской «Рубикс», а Ттутту прицепился к плечу Роуна и сонно моргал. Ёнхо, несмотря на жару, кажется, наслаждался влажной средой и бодро плавал рядом. Для них это странное место, похоже, было просто новой площадкой для игр. Да, когда ты малыш, главное — хорошо есть и хорошо играть. Роун привычно тепло улыбнулся. Он лучше всех знал, как быстро проходят эти озорные дни. В душном жаре к ним медленно приближалось что-то. Изящный силуэт, небрежно идущий по раскалённому песку, показался почему-то знакомым. — ……Не может быть. Это точно была красная лиса, которую он видел на горе Нокма. На мгновение Роун нахмурился, решив, не видит ли галлюцинацию. — Почему ты здесь?! На выжженном солнцем пляже, у входа в вулкан, по которому течёт лава. Божественный зверь горы Нокма появился здесь — такое несоответствие казалось таким же нелепым и нереальным, как белый медведь, плывущий в тропическом лесу. Божественный зверь — сильнейшее существо на своей территории. Они редко покидали её границы, а самостоятельно входить в земли, поглощённые демонической энергией, было тем более исключительным событием. Как ты вообще сюда добралась? Пока Роун смотрел на неё со смесью удивления и тревоги, позади божественной лисы, раздвигая морской туман, появился ещё один силуэт. Странная, но знакомая одежда в стиле деревни горы Нокма — и лысая голова. — Дядя Бон-сик? — Ты прибыл. Я пришёл пораньше и ждал тебя. Красная лиса привычно стояла рядом с До Бон-сиком. Уже по одному их виду Роун понял: они давно вместе. Неужели дядя Бон-сик тоже хранитель божественных зверей? Роун знал, что только хранитель божественных зверей может так близко сопровождаться ими. Значит, было логично, что его отец, Ли Хак-су, и он сам — укротители божественных зверей. Но почему Чом-сун не знала о существовании божественных зверей? Истории он не знал, но, видимо, Чом-сун о них не рассказали. Раз уж его отец, Ли Хак-су, тоже прямо ничего не раскрыл, теперь это уже не казалось странным. Куда удивительнее было то, что сам дядя Бон-сик оказался хранителем божественных зверей. Внезапно Роуна кольнуло чувство вины. Ему стало жаль, что он скрыл от Чом-сун, что Ккотним — божественный зверь. Если она всё равно когда-нибудь узнает, можно было просто рассказать ей. И тут один из людей, стоявших рядом с До Бон-сиком и выглядевших сравнительно молодо, смело шагнул вперёд. Он сразу повёл себя фамильярно и заговорил без церемоний: — ……Эй, что за выражение лица перед человеком? Даже не поздороваешься? Думаешь о возлюбленной, которую оставил позади? Одежда была в стиле деревни Нокма, но лицо незнакомое. Кто это такой? Для Роуна, в душе человека средних лет, было странно слышать такую непринуждённую речь от молодого парня. Он успел забыть об этом, потому что Бэк Ин-хо и Хан Сом-джин всегда говорили вежливо, но по фактическому возрасту этот парень был примерно их ровесником. Горячий морской ветер растрепал ярко-рыжие волосы юноши. Открытый высокий лоб сиял, как зажжённая лампочка. Роун не удержался и фыркнул. Пользователи огненной стихии обычно выделялись, но этот был особенно заметным. Увидев улыбку, юноша на миг дёрнул бровью, а затем призвал из воздуха пушистый веер. Он был покрыт не перьями, а красным мехом норки, и уже один его вид казался невыносимо жарким. Спрятав лицо за пушистым веером, юноша серьёзно произнёс: — Ох, какой у тебя ужасно тёмный цвет лица. Это дело непростое. На твоём лице видны Три бедствия, а энергия полностью истощена. Посмотри внимательно. Разве вокруг тебя не одни женщины? Люди или божественные звери — все женщины. Такими темпами из тебя вытянут всю янскую энергию, и ты станешь сушёным кальмаром. Ах, оставить так опасно, поэтому я выпишу тебе талисман. И он действительно вытащил из рукава жёлтую бумагу и кисть-ручку. На плотной жёлтой бумаге, зависшей в воздухе, он обмакнул кисть в слюну и что-то нацарапал, уже собираясь передать Роуну. — Чин Хон-а, паршивец! Я ведь говорил тебе не торговать с другим хранителем божественных зверей?! До Бон-сик нахмурился и низким голосом отругал его. Погодите, он правда собирался мне это отдать? Пока Роун стоял ошарашенный, Чин Хон-а сложил веер и тихо отступил. Роун озадаченно склонил голову, и До Бон-сик наконец представил их друг другу. — А-а… познакомлю. Это сын Ли Хак-су, Ли Роун. — Чт…? Это… сын старосты? ---------- Лавовое море (2) Глаза Чин Хон-а расширились от слов До Бон-сика, и он переспросил: — Что?! Правда? Мужчина примерно одного возраста с До Бон-сиком тоже удивлённо посмотрел на Роуна. — Значит, сын Хак-су, которого он прятал глубоко в горах… так вырос… Самый старший из четверых осторожно оглядел Роуна с таким лицом, будто был тронут. Когда на нём разом остановились три взгляда, Роун невольно отступил на шаг. …Мой отец — какой-то глава? И чем он занимался на таких собраниях? Роун осмотрел мужчин, знавших его отца, Ли Хак-су. Выглядели они так, словно целый день провели под палящим солнцем и теперь мало чем отличались от бродяг. Верхняя одежда у них напоминала повседневный ханбок, купленный в деревне у горы Нокма, зато снизу были джинсы или хлопковые штаны. Загорелая, потемневшая на солнце кожа и жёсткие рыжие волосы. Стоило на них взглянуть, и Роуну становилось жарко, будто у всех троих были способности стихии огня. Заметив его нерешительное выражение, До Бон-сик слегка улыбнулся и сказал: — А вон те люди — хранители божественных зверей Пика Пламени. Их всех называют «садо». — …Садо? — Да. В каждой горе, наполненной духовной энергией, есть люди, которые разделяют силу божественных зверей. Тех, у кого есть такая способность, называют садо. Проще говоря, им доверена сила божественных зверей. Роун кивнул, и До Бон-сик на мгновение замолчал, а потом тихо добавил: — Есть ещё похожие, но другие существа. Они не заимствуют силу божественных зверей напрямую, а защищают их и направляют. Таких людей называют «синсу тэса» — буквально «посланники божественных зверей». Роун смутно помнил, что слышал об этом в детстве. Посланники жили с божественными зверями как семья. Они не пользовались их силой напрямую, а помогали зверям расти. И внезапно он подумал о своём отце, Ли Хак-су. О человеке, который кормил, купал и развлекал осиротевших детёнышей божественных зверей и даже готовил им лекарства, если они болели. О том, кто плакал, когда отпускал выросших божественных зверей обратно в дикую природу. …Разве это не просто… выращивать их? Объяснение До Бон-сика звучало величественно, но Роун только пожал плечами. Его отец, Ли Хак-су, никогда не заимствовал силу зверей. Каждый день он просто возился с садом или сушил лекарственные травы. Даже когда рядом были божественные звери, он толком не учил Роуна ни пользоваться их силой, ни понимать, что это за существа. Поэтому до регрессии Роун думал, что способности малышей исходят от того, что он сам укротитель, и почти не сталкивался с истинной силой божественных зверей. Так или иначе, садо перед ним — хранители божественных зверей Пика Пламени — все были связаны со стихией огня. В отличие от горы Нокма, где способности каждого божественного зверя отличались, большинство мест, наполненных духовной энергией, имело чётко выраженную стихию. Как божественные звери Снежной горы были ледяными, так божественные звери Пика Пламени были огненными. До Бон-сик продолжил представлять их, глядя на Роуна. — Тот, что там разговаривает без церемоний, — Чин Хон-а. Твой ровесник. В семнадцать он получил божественное благословение и стал шаманом. Оказалось, божеством был божественный зверь Пика Пламени. Теперь он садо, служащий летающему в пламени божественному зверю по имени Ёмби, похожему на куницу. Роун с любопытством посмотрел на него. Фух, неудивительно, что от него так выматывает. — А вон там, двадцать пять лет, Ким Хи-тэк. Он садо Огненной духовной птицы, которую на Пике Пламени называют «Цветком огня». До Бон-сик указал на мужчину, стоявшего к ним спиной, словно тот избегал взгляда Роуна. Огненная духовная птица была божественным зверем Пика Пламени, символическим существом, которое почитали среди пользователей огня почти как легенду. Говорили, что если приблизиться к ней с высоко поднятой головой, мгновенно превратишься в пепел. Ходили слухи, что никто, кто видел её истинный облик, не выжил. И всё же этот садо мог пользоваться её силой… значит, способность у него должна была быть огромной. В этот момент малыши, прыгавшие сквозь пар, заинтересовались садо Огненной духовной птицы и приблизились к нему. А потом вдруг ткнули его передними лапами и приняли охотничью стойку. Нет, что они собираются делать, если их поджарит?.. Защитный барьер мастерской был поднят, но полностью блокировать жар пока не мог. Роун уже двинулся, чтобы остановить их, когда мужчина вздрогнул и отступил. Он жестом отгонял их, но малыши с сияющими глазами запрыгнули ему на руку. — А-а! Они правда меня укусили! Мужчина всхлипнул и затряс рукой, на которой повис Суранг. Ккурунг! Суранг, спрыгнув на песок, нацелился на вторую атаку. Рядом Соль тоже выискивала удобный момент. Роун замер, наблюдая за малышами, и вдруг заметил что-то знакомое. А? Он уже где-то видел это лицо. Сам того не желая, он уставился на мужчину. …Где я его видел? В памяти мелькнул обрывок: знакомая внешность, суетливые жесты. Роун нахмурился. Это был тот самый парень, который тайком пытался купить Багровый лотос и которого тогда преследовали Бэк Ин-хо и малыши. Как… как он стал садо Огненной духовной птицы? Роун не мог понять, как человек, которому доверена сила божественных зверей, нашёл заражённый Багровый лотос. И это было ещё не всё. В тот день он оставил после себя инструменты тёмной магии. Зачем они вообще были у него? Тёмные маги издавна были врагами божественных зверей — одержимые тем, чтобы поднимать трупы божественных зверей как прислужников. Если такие люди оказались связаны с хранителем божественных зверей, закрывать на это глаза было нельзя. Роун объяснил ситуацию До Бон-сику. Поскольку До Бон-сик когда-то сам возжелал Багровый лотос, управляя игорным домом, он мог уже что-то знать. После короткого рассказа Роуна До Бон-сик произнёс: — …Ты видел его на чёрном рынке? Ты уверен? Кто бы посмел продавать там легендарный цветок вроде Багрового лотоса? Он недоверчиво покачал головой и впился взглядом в Ким Хи-тэка. Ким Хи-тэк, избегая взгляда До Бон-сика, мгновенно покраснел. Заметив это, До Бон-сик чуть заметно помрачнел от недоверия. И тут самый старший среди хранителей божественных зверей громогласно взревел: — Ким Хи-тэк, паршивец! Ты посмел торговать душой Огненной духовной птицы с тёмными магами?! Голос был таким мощным, что задрожали даже песчинки на земле. Даже игривые малыши мгновенно вздыбили хвосты. Ёнхо, Ттутту и Конджи тоже уставились на ругающегося хранителя широко раскрытыми глазами. Его каштаново-рыжие волосы, придававшие ему зрелый вид, свободно спадали вниз, а сам он опирался на толстый деревянный посох ростом с него самого. Из-за каменно-крепкой спины и мощного телосложения он казался ещё массивнее, чем был на самом деле. Когда он шагнул к Ким Хи-тэку с посохом, раскалённый песок волнами разошёлся в стороны. — Н-ну, на самом деле… а-а! Ким Хи-тэк только начал заикаться, но пожилой хранитель уже не сдержался и схватил его за ухо. — Быстро говорить не умеешь?! Ким Хи-тэк склонил голову и вместо ответа только беспомощно размахивал руками. Десятки минут перемежались звуки: До Бон-сик пытался их разнять, а Ким Хи-тэк отчаянно объяснялся. Наконец вымотанный До Бон-сик вздохнул и сказал: — Значит, ты услышал, что часть Багрового лотоса, который выращивала наша Чом-сун, могут украсть тёмные маги? Он пересказал объяснение Ким Хи-тэка и разложил историю по порядку. — Я собирался сказать заранее. Но боялся: если Багровый лотос повредят, исчезнет последний способ снять печати с божественных зверей… поэтому и не сказал… Как только прозвучали слова «последний способ», гнев на лицах вулканических божественных зверей постепенно сменился тревогой. Даже кричавший хранитель на мгновение застыл. Он прекрасно понимал, что этот цветок может быть единственным способом вернуть их прежнее состояние. Если собрать слова Ким Хи-тэка вместе, последовательность получалась примерно такой: Тёмные маги предложили ему заманчивые условия, потому что хотели Багровый лотос. Они пообещали передать все цветы, которые тайно вынесли из игорного дома. Условия были простыми. Выставить демонические растения на чёрном рынке как предмет обмена и поставить в качестве встречного товара магическую сферу, которой он владел. Сначала это не казалось сложным. Он думал, что сможет сделать вид, будто передаёт сферу, а потом утащить её обратно. Даже если что-то пойдёт не так, он верил, что справится. — И как ты уговорил этого непростого Dark Han? На вопрос До Бон-сика Ким Хи-тэк ответил с совершенно придавленным видом: — Сначала он наотрез отказался, но потом почему-то вдруг разрешил. Правда, добавил странную оговорку: сказал, что не поможет, если товары для сделки потеряются. Продавать демонические растения на чёрном рынке было почти безрассудством. Большинство посетителей там были богачами или высокоуровневыми пробудившимися, так что даже малейшую ошибку против тебя использовали бы сразу. Ким Хи-тэк в тревоге ждал тёмного мага. Потом Бэк Ин-хо поймал старика, пытавшегося перевезти Багровый лотос, и залёг на дно, а когда Ким Хи-тэк пришёл совершить сделку, его обнаружили, он сбежал, и план развалился. Выслушав всё до конца, Роун понял: Ким Хи-тэк полностью попался в ловушку тёмных магов. Как и говорил Бэк Ин-хо, в ящике, который нёс старик, изначально не было Багрового лотоса. Вместо этого в тот день на чёрном рынке выпустили высокоуровневые демонические растения сдерживающего типа. К счастью, Роун и малыши заметили их первыми. Если бы они опоздали хоть немного, весь чёрный рынок погрузился бы в хаос из-за роя демонических насекомых. Сбор решил всё слишком легко, и никто даже не успел понять, насколько опасен был момент, но по спине всё равно пробегал холод. Если тёмные маги правда хотели обменять Багровый лотос, они бы не тащили его на чёрный рынок. Они собирались использовать цветок как наживку, чтобы разорить чёрный рынок. Даже не продавая цветок, они получили бы идеальную возможность прибрать к рукам все редкие артефакты. Ким Хи-тэк, похоже, думал, что план провалился просто потому, что его поймали. — Но тогда на что ты должен был обменять Багровый лотос? От вопроса Роуна Ким Хи-тэк запнулся и не смог продолжить. Будто всплыло болезненное воспоминание: он крепко сжал губы и замялся. Почему он так медлит? Роун положил в сумку с ледяными пакетами начинавших вянуть Ёнхо, Конджи и Ттутту и стал ждать, когда тот заговорит. Наконец Ким Хи-тэк открыл рот. — Это было оружие, наполненное магией тёмного мага… на вид — багрово-чёрная сфера… Роун коротко нахмурился. Он вспомнил сферу, которую Бэк Ин-хо передал ему, чтобы разобраться с ней. Немного поколебавшись, он поглотил её Нитью пожирания. После недолгой паузы Ким Хи-тэк вдруг выпалил, не сдержав эмоций: — Н-но… Он замялся, а потом внезапно указал на маленьких божественных зверей и повысил голос. — В-всё из-за этих мелких божественных зверей! Из-за них я её потерял! Малыши, которые облизывали лапы, чтобы охладиться, одновременно подняли головы. — …Ня?! ---------- Апостолы Действующего вулкана (1) Ким Хи-тэк впился взглядом в маленьких божественных зверей, смотревших на него так, будто ничего не понимали, а потом, словно лишившись всех сил, отвернулся. И вдруг его взгляд метнулся к Роуну. — Погоди… ты ведь подобрал её? Чёрную сферу. Внутри… был ритуальный материал, из-за которого у тёмных магов глаза кровью наливались. В этот момент пожилой хранитель божественных зверей, который молча опирался на посох, дёрнул бровями и резко поднял голову. — …Что ты сказал? Ритуальный материал? Ты имеешь в виду ядро Багрового лотоса? На этот раз даже Чин Хон-а отреагировал резко. — Ты же не говоришь серьёзно, что собирался передать тёмным магам ядро нашего Действующего вулкана? — А, нет! Я только хотел забрать Багровый лотос и сбежать! Клянусь, господин! — И это, по-твоему, можно говорить… Пожилой хранитель божественных зверей поднял посох, напряг мышцы, и над его телом замерцал огромный силуэт багрового быка. Поднятый посох словно скрутился в пламени и превратился в два рога, готовые ударить Ким Хи-тэка. — Ах ты глупец! Я сделаю так, чтобы ты больше никогда такого не вытворил! — Я-я виноват! Господин! Ким Хи-тэк поспешно повалился на песок. — Тише, тише… успокойтесь, старик, а то Огненный бык выскочит. — Пожалуйста, господин, успокойтесь! До Бон-сик и Чин Хон-а бросились вперёд и схватили его за руки. Старик, стиснув зубы, глубоко вдохнул и наконец опустил посох; жар, сгустившийся в песке, рассеялся. Ким Хи-тэк сидел на земле и смотрел на Роуна почти плачущим лицом. Смелость, с которой он на ночном рынке пытался в одиночку обмануть тёмных магов, исчезла без следа. Теперь он выглядел как перепуганный цыплёнок. — …И что с ней?! Если она у тебя, можешь… пожалуйста, вернуть? Та сфера была последней эссенцией Действующего вулкана. Роун чуть отвернул голову, избегая отчаянного взгляда Ким Хи-тэка. Он уже поглотил её, так что вернуть не смог бы, даже если бы хотел. — …Она выглядела как инструмент тёмного ритуала, поэтому я её уничтожил. — …Что?! Лицо Ким Хи-тэка мгновенно побелело. Даже окружающий жар будто исчез, оставив в воздухе леденящую тишину. — Э-это же ложь, да? Это не такая сфера, которую можно легко уничтожить… как ты?.. Ким Хи-тэк заикался, не в силах принять услышанное. Роун пожал плечами. Объяснять, что дело было в Нити пожирания, не хотелось: от одной мысли болела голова. Миру было неизвестно, что Нить пожирания, полученная от демонического зверя Сильвенуса, обладает такой силой. — …Просто… ну. «Ядро Багрового лотоса» было эссенциальным материалом для отпирания. Но что именно можно было открыть с помощью этой эссенции, пока было неизвестно. Если учесть, что среди материалов значился порошок Лумимосов и прочие легендарные вещи, предмет точно не был обычным. Возможно, именно поэтому Роун ещё не решался что-либо изготовить. Ощущение было такое, будто это ключ к двери, которую нельзя будет закрыть обратно. Он не хотел говорить, что поглотил инструмент тёмного ритуала и ядро Багрового лотоса. Сначала нужно было понять, почему они хранили ядро с помощью тёмной магии. …Ещё рано. Пока Роун размышлял, До Бон-сик и хранители божественных зверей Пика Пламени тихо сбились лбами и заговорили между собой. До ушей Роуна из их разговора донеслось одно слово. — Аннигиляция. — Из-за тебя души божественных зверей… — Успокойтесь, господин. Нужно найти другой способ, пока они не исчезли. Если вы, как он, потеряете контроль, что тогда будет? Лицо Роуна постепенно затвердело, когда он осознал смысл их слов. …Души божественных зверей запечатаны внутри этих людей? Значит, их души могли вырваться наружу. Таков был побочный эффект насильного удержания душ тёмной магией. Если душа вырвется, она исчезнет полностью, без шанса на перерождение, как у Ккотним. …Они с ума сошли? Даже апостолы, использующие силу божественных зверей, не должны были пытаться удерживать их души таким способом. В этот момент кусочки вокруг Багрового лотоса наконец сложились для Роуна в общую картину. За ним охотились не только тёмные маги, возжелавшие Багровый лотос. Хранители божественных зверей Пика Пламени тоже стояли за этим, втянув До Бон-сика. …Значит, дядя Бон-сик пытался не просто воскресить Ккотним. Но у них была одна важная ошибка. Для изготовления Эссенции отпирания нужен был не сам Багровый лотос, а его плод. Красный плод появляется только на полдня перед тем, как полностью распустившийся цветок увядает. Багровый лотос, который собрал Роун, уже полностью распустился, но плода на нём не было. Иными словами, чтобы получить плод, им пришлось бы заново выращивать лотос с самого начала. И отсутствовал ещё один критически важный фактор. Найдётся ли алхимик, способный изготовить Эссенцию отпирания? Роун медленно заговорил — наполовину из любопытства, наполовину от недоверия. — …Если мы соберём все материалы, печать можно будет снять? И кто вообще сможет сварить такое зелье? Гильдия алхимиков, скорее всего, даже не взялась бы. Они горели современной наукой и экспериментами, но древняя алхимия их не интересовала. Даже из древних текстов, которые изучал Роун, это было ясно. Растения, наполненные и духовной, и магической энергией; легендарные ингредиенты на каждом шагу. Метод изготовления, построенный только из материалов, которые почти невозможно достать, — слишком нереалистично. Фактически они вытолкнули такие методы за пределы научного интереса. В ответ на слова Роуна хранители божественных зверей Пика Пламени переглянулись и замолчали. Потом они неловко начали коситься на До Бон-сика и Роуна. Роун посмотрел на них с недоумением. Короткое молчание прервал До Бон-сик, щёлкнув языком. — Я хотел попросить Хак-су. — …Что?! Почему моего отца? Он специализируется на выращивании лекарственных трав. К тому же он был пробудившимся низкого уровня и варил зелья просто как хобби. Он говорил, что продаёт их в деревне дёшево именно потому, что делает ради увлечения. — …Раз Хак-су довольно хорошо их готовит, они, наверное, решили, что он будет лёгкой мишенью. Доверить столь редкий метод человеку, который варит зелья ради хобби. Разве кто-то вообще добровольно взялся бы за изготовление уровня тёмной магии? …Даже без этого само запечатывание душ божественных зверей уже ничем не оправдать. Поэтому Роун решил не говорить о том, что может изготовить Эссенцию отпирания. Ещё не все материалы были собраны, и время для этого не пришло. Роун бросил на хранителей божественных зверей Пика Пламени недоверчивый взгляд. Даже после искренних извинений они лишь переглядывались и перекладывали ответственность друг на друга. И тогда произошло что-то странное. По телу Ким Хи-тэка заизвивался прозрачный красный контур. Он колыхнулся, как туман, пытаясь прорваться сквозь кожу, а затем из плеча выстрелило одно крыло с красными перьями и исчезло. Похожие формы появились на руках и груди других апостолов. Очертания, похожие на души божественных зверей, бились, пытаясь вырваться через невидимые барьеры. Увидев боль в их рвущихся движениях, Роун нахмурился и сглотнул. …Такими темпами они долго не продержатся. Печати были нестабильны, и любая вырвавшаяся душа вскоре исчезнет. Ради душ божественных зверей Роун больше не мог отворачиваться. Вернуть частично вырвавшиеся души на прежнее место было почти невозможно. Но это не означало, что выхода нет. Пока барьер не разрушен, их должно быть возможно перенести… Роун вспомнил фрагмент мастерской «Рубикс» в гостиной. Пока он не материализует его сам, время внутри стоит на месте. Живые существа войти туда не могут, но предметы, запечатанные связывающим барьером, должны подойти. Проблема была в том, куда поместили души и в чём они заключены. Если их запечатали глубоко внутри тела, хранить их в мастерской было бы невозможно и хлопотно. Но если их план заключался в возрождении душ божественных зверей, едва ли они запечатали бы их прямо в тело. — Случайно нет носителя со связывающим барьером, внутри которого заключены души? Вы ведь не запечатали души божественных зверей прямо в чьё-то тело? После слов Роуна укротители божественных зверей на мгновение переглянулись, и пожилой апостол заговорил за всех: — …Они проглотили бусины, окружённые запечатывающим барьером. Иначе это ничем не отличалось бы от обычной магии одержимости. Роун с облегчением кивнул. — Тогда их можно перенести. В мою мастерскую. — Это правда? Если так, то немедленно… До Бон-сик оживился, но реакция остальных хранителей божественных зверей оказалась холодной. — …Что? Ты собираешься хранить их в мастерской? Шутишь? Думаешь, души божественных зверей — это игрушки, с которыми можно играть, когда заскучаешь? Чин Хон-а провёл рукой по рыжим волосам и недовольно повысил голос. — Если бы их можно было перенести, зачем бы я пошёл на это безумие ради Багрового лотоса? Их души находятся в наших телах, и только поэтому мы можем сдерживать их. Стоит вынуть — они сразу выскочат и исчезнут. Ким Хи-тэк тоже повысил голос, раздражённый и злой. Пожилой апостол прищурился на Роуна, словно тот над ними издевался. И посреди всего этого Роун оставался спокоен. — Не волнуйтесь. Как только их вынут, я смогу сразу перенести. — Эй, отшельник! Ты так и будешь говорить, не думая? Думаешь, души наших божественных зверей — как кубики льда, которые можно по одному подцепить и переложить, а?! Это оскорбление божественных зверей. Наш Огненный божественный зверь до сих пор в ярости! Чин Хон-а с предупреждающим хлопком ударил сложенным веером по ладони. Пожилой укротитель божественных зверей тоже повернулся корпусом, но Роун не дрогнул. До Бон-сик выступил вперёд с серьёзным выражением. — …С чего вы так завелись? Думаете, Ли Роун стал бы говорить ерунду? Он обращается с божественными зверями лучше любого из вас и не станет делать с ними что попало. — Значит, дядя Бон-сик, ты ему веришь? — Вы сами видели. Сад Багрового лотоса полностью исчез. Ни одного цветка, ни одного листа не осталось. Это сделал Роун. По словам Чом-сун, всё произошло в одно мгновение. Если мне не верите, нашей дочери поверите? — … Повисла короткая тишина. Чом-сун обычно не шутила и часто казалась взрослее собственного отца. Она выращивала сад Багрового лотоса с предельной заботой. Не могла же она выдумать историю о том, как в одно мгновение исчез сад, где она даже высадила первоклассные хищные демонические растения. Так что им пришлось поверить. Роун молча вызвал фрагмент мастерской «Рубикс». На его ладони отчётливо появился прозрачный куб, сверкая. Увидев его, До Бон-сик и апостолы вспыхнули удивлением. — Ч-что это? Визуализация маны? Чаррк. Позабавившись их выражениями, Роун рассыпал фрагменты мастерской и снова собрал их вместе. Сотни фрагментов разошлись на равных промежутках, образовав над морем сверкающие волны света, а затем вновь сошлись в первоначальную форму. Роун шутливо произнёс название мастерской «Рубикс», под которым она была понижена в зале экзамена пробуждения. — Это моя Игрушечная мастерская. — … — Внутри время стоит на месте, пока я не вынесу объект наружу. Барьеры, состояние — всё сохраняется идеально. — …Время сохраняется? В этот момент Конджи, до сих пор тихо сидевший в сумке, выглянул наружу. Он легко приземлился на фрагмент мастерской и, топоча лапками, взлетел в воздух. Увидев это, укротители божественных зверей раскрыли рты от потрясения. ---------- Апостолы Действующего вулкана (2) На фрагменте, в несколько раз больше остальных кубических кусочков, Конджи легко уселась и поплыла в воздухе. При виде этого странного зрелища хранители божественных зверей невольно сглотнули. — …Старейшина, разве фрагмент, которому придали форму маной, должен становиться осязаемым? — Хм, не думаю. — Тогда как этот божественный зверёк-полевая мышь на нём едет? — Значит, это не форма, созданная магической силой. Фрагменты мастерской и правда были сформированы из магической силы. Разница состояла лишь в том, что прикасаться к ним могли только Роун и сотрудники мастерской; Роун не видел необходимости об этом рассказывать. Пока все смотрели на фрагмент мастерской «Рубикс», взгляд До Бон-сика был прикован к Конджи. Он знал, что сын Ли Хак-су приютил детей Кошачьего бога. Но втайне сожалел, что эти малыши, кажется, не унаследовали особых способностей. И вот перед ним оказалась потомок исчезнувшего пространственного божественного зверя. У этого ребёнка явно была врождённая особая способность. — Роун, эта полевая мышь ведь пространственный божественный зверь? — Кканг-кканг! Когда До Бон-сик спросил для подтверждения, к ним вмешался подошедший красный лисёнок-божественный зверь. Но всё его тело было в грязи. А? Оглядевшись, Роун понял: малыши вырыли в песке яму, налили туда воды и играли. Увидев это, До Бон-сик и Роун разинули рты. Малыши, облепленные грязью, превратились в каких-то грязевых монстриков; их настоящего облика почти не было видно. Различить их позволяли разве что круглые сияющие глаза. Роун молча зажмурился, глядя, как они катаются и играют грязными телами. Ух… и что мне теперь с этим делать? Чтобы смыть грязь, засохшую в шерсти, одного водяного фонтана Суранга не хватит: нужна чистая вода. От одной мысли об этом у него заболела голова. Однако Ёнхо почему-то не участвовал в грязевых играх. — …Где Ёнхо? Роун поспешно проверил сумку и, к счастью, нашёл Ёнхо: тот свернулся внутри водяного пузыря и крепко спал. Рядом Ттутту обняла крыльями пузырь с Ёнхо и тоже закрыла глаза. Глядя на прижавшихся друг к другу малышей, Роун не смог сдержать улыбку. Ах, какие милые. Оглядев мастерскую «Рубикс», он увидел, что все зелья были изготовлены в высоком качестве. Похоже, он уснул, пока играл в конденсацию. Даже у таких вариантов, как зелье защитного щита, похожее на «Малую искру», качество повысилось; значит, Ёнхо всю дорогу до Действующего вулкана полностью погрузился в конденсацию. Хранители божественных зверей Пика Пламени заметили Ёнхо и Ттутту, спрятавшихся в сумке. — Что вообще с этим парнем? Почему у него столько божественных зверей? Они там академию божественных зверей открыли, что ли? Пространственный божественный зверь, трое малышей-котов, малыши-боги Воды и Ветра. Теперь, когда они пригляделись, от всех исходила аура божественных зверей высшего класса. И среди этого окружения их взгляды постепенно изменились, когда они посмотрели на спокойно стоявшего Роуна. — Да ну, не может быть. Я десятилетиями пытался всеми способами войти в резонанс с нашим Ёмби, а он вообще кто такой! Лица ворчавших хранителей божественных зверей медленно сменились тяжёлым восхищением. Хранитель, способный общаться сразу со столькими божественными зверями, был редкостью. Главным примером такого человека был староста, Ли Хак-су. А если перед ними его сын, сомневаться было уже незачем. — Он, должно быть, полностью унаследовал талант отца. А может, даже превзошёл его… Роун напоминал Ли Хак-су, но в нём было и что-то совершенно иное. Особенно эти фрагменты мастерской — способность, которой больше ни у кого не было. Некоторое время наблюдавший за Роуном пожилой хранитель божественных зверей тихо склонил голову. — Я был груб, не распознав талант сына Ли Хак-су. Мы едва способны войти в резонанс с одним божественным зверем… простите, что не поняли. Следом за ним остальные хранители божественных зверей Пика Пламени медленно опустили головы. Те, кто всегда считал своих божественных зверей лучшими и гордился ими, тихо сжались перед подавляющими способностями Роуна. — Этот деревенского вида парень… был апостолом пространственного божественного зверя? — …Не думаю, что он правда апостол. Эти прозрачные фрагменты — не сила божественных зверей. — А? Точно… но, брат, похоже, в этих фрагментах можно хранить вещи. Если это правда, разве сила не безумная? Пространственная способность обычно врождённая у божественных зверей. — Раз может собирать, значит, может и хранить. Я слышал, он даже вырвал Багровый лотос прямо из игорного сада. — Ух ты… сколько у него вообще способностей? — Вот именно… я всё думал, почему староста вдруг исчез; оказывается, он не просто сына завёл, он создавал чит-персонажа. Чин Хон-а и Ким Хи-тэк смотрели на Роуна и фрагменты мастерской с растерянным смехом. Молча наблюдавший пожилой апостол, казалось, на мгновение задумался, а затем медленно произнёс: — …Теперь я понимаю, почему Ли Хак-су так старался скрыть талант сына. Роун от этих слов неловко отвёл взгляд, думая, не переоценивают ли его. Его отец не был человеком, который хвастается собой, тем более сыном. Когда тихое настроение затянулось, пожилой апостол заговорил так, словно принял решение. — Хорошо. Я доверюсь тебе. Он немного прошёл к морю, согнулся в поясе и коротко застонал. — Угх! — …! Ким Хи-тэк и Чин Хон-а, заметив это, последовали его примеру и согнулись. — У-у-угх…! — …?! От странного звука Роун нахмурился. Даже божественные звери, прервавшие игру, навострили уши и посмотрели туда. На ладонях повернувшихся хранителей спокойно лежали красные сферы. Это были ядра душ, связанные с божественными зверями. — Ух, тяжко было! — Это душа нашей Огненной духовной птицы. Быстрее сохрани её! Ким Хи-тэк протянул сферу, бережно держа её обеими руками. Шва-а-ах. Роун хотел бы сначала ополоснуть их в морской воде, но времени не было: он сразу достал фрагмент мастерской и сохранил сферы. Без предупреждения и лишних действий сферы исчезли. Ошеломлённые хранители божественных зверей посмотрели на Роуна тревожными глазами. — …Они сохранены? На вопрос Чин Хон-а Роун кивнул, показывая, что можно успокоиться. С этого момента божественная энергия, кружившая в хранителях Пика Пламени, начала заметно стабилизироваться. Они выглядели одурманенными, словно во сне, и рассеянно улыбались. — …Что произошло? Энергия Ёмби стабилизировалась. Такое чувство, будто он прямо здесь. — То же самое с нашей Огненной духовной птицей. Мы её не видим, но кажется, будто она правда вернулась живой. — Хе-хе… я всякую магию и силы божественных зверей повидал, но такое впервые. Над рукой пожилого хранителя возник огромный силуэт красного быка и тут же исчез. Он закрыл глаза, вдохнул, тихо опустил голову — и его глаза сразу покраснели. — Тебя ведь Роун зовут? Благодаря тебе наша Огненная духовная птица больше не страдает. Правда… спасибо. Роун, напротив, чуть склонил голову набок. Запечатанные души обычно сохраняли лишь минимальную энергию, как животные в спячке, но энергия внутри этих сфер была живой. …Тело ещё живо? Если так, зачем намеренно отделять душу и запечатывать её? Её забрали в спешке перед смертью или была другая причина? Хранители, ещё недавно полные настороженности, теперь смотрели на стабилизировавшуюся энергию божественных зверей искренне счастливо, с покрасневшими глазами. Наблюдая за ними, Роун вдруг почувствовал боль в груди. …До какого отчаяния нужно было дойти, чтобы держаться за души божественных зверей? Прежний Роун, возможно, осудил бы их, но он лучше кого бы то ни было знал желание спасти их. Когда-то он и сам скитался в поисках способа воскресить детей, которых отправил вперёд себя. Роун тихо выдохнул и сказал: — Расслабляться ещё рано. Я не знаю, как долго души смогут храниться в мастерской. Вам, вероятно, придётся найти более надёжный способ. Он удержался от слов, что лучше всего было бы отпустить их уже сейчас. …Мне нужно лучше понять ситуацию. В худшем случае Роуну, возможно, придётся безопасно освободить души божественных зверей, независимо от желания апостолов. После короткой тишины До Бон-сик нерешительно спросил: — Значит, ты пришёл за искрой, чтобы расплавить лунный камень, застрявший в Снежной горе? Он уже слышал, что Роун придёт, и знал причину. Ли Хак-су, беспокоясь о сыне, осторожно попросил его об этом как раз тогда, когда До Бон-сику самому понадобилось идти к Действующему вулкану. Про себя До Бон-сик думал, что Ли Хак-су зря волнуется. Роун кивнул и коротко объяснил, что обнаружил на Снежной горе. Чтобы сломать энергию полной луны, нужна искра Действующего вулкана, и эта искра накапливалась где-то на Пике Пламени. Услышав это, хранители божественных зверей Пика Пламени переглянулись, не сумев скрыть растерянности. Пик Пламени уже разъедали звери. Пожилой хранитель божественных зверей тяжёлым пальцем указал на чёрную часть горы. — Если тебе это, то оно вон там. Место было покрыто чёрным вулканическим пеплом, но в одной точке упорно собиралась красная, ещё не застывшая лава. Даже от одного взгляда на неё исходил жар, будто тело сейчас сварится. — Вы же не хотите сказать, что нам надо зачерпнуть эту лаву? Роун спросил недоверчиво. — Хе-хе, когда это я говорил, что её надо черпать? Возле лавы полно искр; доберёшься — взять будет нетрудно. Пожилой хранитель божественных зверей посмотрел на Роуна так, будто его удивляло, почему тот не тревожится о разъеденном Пике Пламени. — …Понятно. Роун развернул эксклюзивную карту хранителя божественных зверей и стал искать Пик Пламени. Будь у него магический компас Бэк Ин-хо, он, наверное, смог бы понять, сколько там демонических зверей, но карта показывала только горные тропы и скрытые реликвии. Взобраться на крутую каменистую гору будет трудно, но сам путь найти, похоже, несложно. Наверное, я мог бы пойти один… Он стал искать самый быстрый маршрут. Для этого пришлось бы пройти через несколько мест обитания демонических зверей. Пока Роун размышлял, пожилой хранитель божественных зверей вклинился: — Даже с божественными зверями высшего класса ты не доберёшься до Пика Пламени. Стихийная магия на вулканических демонических зверей не действует. Роун и сам это знал. Именно поэтому вулканических демонических зверей до сих пор никто не зачистил. Пламя вулкана невозможно погасить. Сильное пламя нужно поглощать ещё более сильным пламенем. Но божественные звери Пика Пламени исчезли, а соответствующих огненных чародеев было слишком мало. Пожилой хранитель продолжил: — Поэтому мы хотим помочь. Мы знаем маршрут, который обходит места обитания демонических зверей верхнего уровня. Он говорил твёрдо, как человек, хорошо знающий дорогу. Но, посмотрев на эксклюзивную карту хранителя божественных зверей, Роун покачал головой. Маршрут был слишком длинным, с множеством обходов. От одной мысли, что придётся несколько дней провести в этом жаре, ему хотелось бросить всё и вернуться домой. Внезапно он соскучился по прохладному весеннему ветру и минеральному источнику горы Нокма. К этому времени лепестки последних цветов, наверное, уже были разбросаны там и сям. Возможно, неверно поняв нежелание Роуна, пожилой хранитель божественных зверей мягко, почти уговаривая, сказал: — Пламя слишком сильное. Даже проход рядом с местами обитания демонических зверей верхнего уровня поджарит тебя. Такой жар выдерживают только наши вулканические апостолы. Роун знал, что в его словах нет ни капли преувеличения. Именно поэтому так много охотников отступали, когда раньше пытались взяться за вулкан. Но разве Роун пришёл за вулканической искрой вслепую? Он тихо улыбнулся самому себе. — Я не собираюсь поджариться. Я сделаю покрытие, которое блокирует жар. Услышав это, До Бон-сик и хранители божественных зверей Пика Пламени разом напряглись. Покрытие, способное заблокировать жар вулкана? Такое невозможно было представить. С таким палящим жаром могли справляться только апостолы. Будь это возможно, не только апостолы — обычные хранители божественных зверей тоже смогли бы без труда иметь дело с демоническими зверями. Тогда они не отдали бы вулкан и Пик Пламени демоническим зверям так легко. — …Прошу прощения, но если это правда возможно, мы можем взглянуть? Голос пожилого хранителя божественных зверей чуть дрогнул. Роун легко кивнул и проверил рецепт жаростойкого изоляционного покрытия. [Рецепт] Жаростойкое изоляционное покрытие ― Слизь магмового слизня 10 мл ― Холодный экстракт 5 мл ― Нейтрализатор маны 1 флакон ― Замороженная очищенная вода 5 мл Благодаря ингредиентам, купленным у Dark Han, у него было всё, кроме одного. Слизни? Несколько штук я по дороге легко соберу. Среди демонических зверей низшего уровня слизни быстро размножаются и встречаются везде, где есть влага. Особенно вулкан, где сочетаются море и жар, должен был быть идеальной средой для магмовых слизней. Роун был уверен, что их там будет столько, что о них можно споткнуться. — Если по пути поймаю несколько магмовых слизней, смогу сделать покрытие. Быстро поймаю и сам вам покажу. Стоило Роуну небрежно сказать это и уже шагнуть к Пику Пламени, как молча слушавший До Бон-сик растерянно произнёс: — Их здесь нет. — …Что? Роун остановился и обернулся. Что за нелепое утверждение? Магмовых слизней, которые живут в вулкане, нет на Пике Пламени? ---------- Гейт Действующего вулкана До Бон-сик, задыхаясь от жара, добавил как можно короче: — Низкоуровневых демонических зверей здесь нет. — Что?! Нет низкоуровневых демонических зверей? — Когда область полностью поглощена демонической энергией, так и бывает. Низкоуровневых демонических зверей уже сожрали. Обычно первыми плодятся мелкие виды вроде лавовых крабов, которые быстро размножаются; если же и они уничтожены, значит, всё вокруг будто нарочно было пожрано подчистую. Неужели… в Действующем вулкане уже в это время были мутировавшие демонические звери? До регрессии о существовании мутировавших демонических зверей стало известно только после того, как разъело гору Нокма. Поэтому слова До Бон-сика сейчас звучали ещё страннее и зловеще. --- Прежде чем обходить демонических зверей стороной, Роун решил подняться только к подножию Пика Пламени. По чёрному хребту, словно тонкие жилы, текли красные потоки лавы. Роун шёл по раскалённым чёрным камням вместе с хранителями божественных зверей. Склон пока оставался пологим, но жар сверху смешивался с поднимающейся снизу энергией, и дышать становилось почти невозможно. Одного-двух магмовых слизней мне хватит. Он уже не сомневался, что магмовые слизни исчезли. На горе Нокма Роун видел магических зверей, эволюционировавших в мутантов. Они становились сильнее, пожирая мутировавшие травы или низкоуровневых магических зверей. В такой области, как Действующий вулкан, давно поглощённой демонической энергией, сейчас невозможно было даже прикинуть, сколько там эволюционировавших мутировавших зверей. И всё же Роун не мог отказаться от изготовления жарозащитного покрытия. Нужно было подготовиться к любым непредвиденным ситуациям; к тому же было бы жалко пройти мимо, не проверив особые материалы, которые можно найти только здесь. — Кя-а-а! Роун и маленькие божественные звери были в порядке благодаря автоматически активировавшемуся защитному барьеру, но До Бон-сик и Ёмби постепенно выматывались от странного жара. На лбу До Бон-сика выступили капли пота, и он с трудом втягивал перегретый воздух. Лисёнок-божественный зверь, следовавший за ними, сначала вроде бы держался хорошо, но вскоре тоже задышал, высунув язык. Сжалившись, До Бон-сик нажал на точки Ёмби. — Хон-силь, стало легче? — Каанг! Тогда Хон-силь призвал тонкий красный жезл и сам стал нажимать Ёмби на точки. — Спасибо. Похоже, ты немного приходишь в себя. Однако одними нажатиями на точки с жаром было не справиться. В этот момент Суранг создал ледяные сферы и отправил одну Ёмби, а другую До Бон-сику. — Кланг-кланг! — Ах ты прелесть, спасибо, Суранг. Ёмби замедлил шаг, облизывая ледяную сферу, а До Бон-сик обнял свою с растроганным выражением. Соль тоже захотела помочь и призвала мягкий ветерок. — Мио-о-онг! Когда ледяные сферы и ветерок столкнулись в горячем воздухе, вокруг разлилась прохлада. Лицо До Бон-сика, до этого сморщенное от жара, сразу просветлело. — Ах, теперь я ожил! Милые вы мои! Соль, Суранг, спасибо. Наши малыши-божественные звери заботятся друг о друге, хоть и живут в одной местности. Его смех смешался с раскалённым ветром. Тем временем Роун приготовил очищающие зелья и капнул по одной капле на маленьких божественных зверей. — Ня-а-анг! Их шерсть, облепленная пепельной грязью, постепенно очищалась. — Ещё по капле! Это был не обычный песок, поэтому даже двух капель оказалось недостаточно, чтобы полностью их отмыть. Ёнхо, паривший рядом, призвал очищающие зелья и слил их воедино. Он бросил три прозрачные, как стекло, капли, и шерсть маленьких божественных зверей засияла мягко и пушисто. — О, вот это здорово! Молодец, Ёнхо. — Хе-хе-хе… Смутившись от похвалы Роуна, Ёнхо вытянул короткие белые прозрачные ручки и закрыл ими лицо, издавая свой особенный плачущий звук. Это совсем не походило на его обычную молчаливую сосредоточенность во время слияния. Роун расширил глаза: реакция была одновременно милой и непривычной. Разве он не должен был быть в образе старичка? Если подумать, Роун никогда по-настоящему не хвалил Ёнхо, когда тот выполнял слияние; он только велел ему остановиться. Может, он всё это время так усердно занимался конденсацией просто потому, что хотел признания? Роун постучал себя по лбу и снова посмотрел на Ёнхо — медленно, с полными нежности глазами. Внешность и способности божественных зверей меняются вместе с ростом и средой. Ёнхо часто уставал и засыпал после постоянной конденсации, и Роун, беспокоясь за него, лишь останавливал его. Подумать только, я именно в этом и не понимал чувств Ёнхо. Нельзя растить божественного зверя, жаждущего признания. Если воспитывать его так, он никогда не найдёт собственную силу и будет только выматываться. Но… Тогда что мне делать? Теперь засыпать его похвалой? Ах, не знаю. Вернёмся домой — спрошу у госпожи Сон. Сначала щедро уделять внимание, а остальное узнать у госпожи Сон. Пока Роун приходил к такому решению, Чин Хон-а, самый молодой из хранителей божественных зверей Пика Пламени, бесшумно подошёл и заговорил: — Эй, Роун. Ты не можешь делиться своими способностями с божественными зверями? Носишь с собой троих, а твои способности с их силами не связаны — интересно. — У тебя ведь то же самое. Шаманские способности — не способности Ёмби, верно? — Ну, верно, но у тебя несколько божественных зверей высшего класса, а ты всё равно не апостол. Жаль. Ладно, я буду щедрым. Дам тебе один талисман бесплатно. Чин Хон-а вытащил для Роуна жёлтый талисман с красными письменами. — Это талисман, который призывает янскую энергию. — …Сначала ты сказал, что мне не хватает янской энергии, а теперь он её призывает? — Равновесие инь и ян не достигается тем, что одна сторона просто сильная. Он призывает янскую энергию извне, не из тебя. Роун не до конца понял, но если слова Чин Хон-а о том, что он притягивает только женский пол, были правдой, тогда… Все наши малыши-божественные звери — девочки? Даже если маленькие божественные звери и правда такие, насчёт Конджи, Ёнхо и Ттутту узнать было невозможно. В любом случае талисман не был подделкой, и Роун решил оставить его. Когда он попытался небрежно сунуть его в карман, Чин Хон-а остановил его. — Эй, с талисманами так не обращаются. Носи при себе, спрячь и ни разу не доставай, пока энергия не впитается. Достанешь, постираешь вместе с одеждой или потеряешь — эффект исчезнет. Роун молча сложил талисман и убрал в угол фрагмента гостиной мастерской «Рубикс». — Ух ты, чем больше смотрю на этот фрагмент, тем он любопытнее. Чин Хон-а пробормотал это, раскрывая веер с красными перьями. — Эй, вы двое. Б-быстрее сюда. Ким Хи-тэк позвал Роуна и Чин Хон-а. Чин Хон-а легко подпрыгнул и обогнал Роуна. Его движения были лёгкими и быстрыми, словно у куницы. Роун впервые видел способность апостола и, заворожённо глядя ему в спину, поспешил следом. Лица хранителей божественных зверей Пика Пламени впереди казались куда живее. Будучи апостолами, они, похоже, сильнее зависели от божественных зверей и даже приветствовали жар. Роун посмотрел на Действующий вулкан. Магическая энергия, смешанная с жаром, была настоящим адом. Выше наверняка таились монстры, несравнимые с магическими зверями горы Нокма. Но, чтобы найти угли Действующего вулкана, ему нужно было добраться до вершины. После стабилизации душ божественных зверей он решил подняться вместе с хранителями. До самой вершины будет ужасно тяжело. А, нет нужды заставлять себя. Роун посмотрел вниз на Конджи. Достаточно, если пойдёшь ты, подумал он. — Чик?! Конджи резко развернулась, словно отказываясь. На фрагменте был виден только её круглый зад. Даже если сейчас посадить семена, они не прорастут сразу. Но раз они собирались подняться только к подножию и обойти опасность безопасным путём, если Конджи посадит семя на полпути, они смогут вернуться позже. Нет, одной Конджи может быть опасно. Чем выше они поднимались, тем сильнее, похоже, становился жар; отправлять её без жарозащитного покрытия было нельзя. Лучше отложить. Мы ведь не видели ни одного низкоуровневого магического зверя. По пути не мелькнуло ни одной движущейся тени. Как и ожидалось, экосистема Действующего вулкана напоминала перевёрнутую пирамиду: чем выше, тем больше хищников на вершине. Наверху уже могло быть поле бойни, где магические звери, набравшие полную силу, пожирают друг друга. Возможно, именно поэтому побережье уже оказалось поглощено. Когда жар стал почти невыносимым, пожилой хранитель божественных зверей остановился. — Выше идти опасно. Отсюда пойдём более безопасным путём. Никто не возразил. Отряд естественно сменил направление. На безопасном пути не было магических зверей, но местность оказалась более суровой. Хранители божественных зверей Пика Пламени взбирались по каменной горе почти как летучие рыбы, а До Бон-сик и Ёмби, хоть и страдали от жара, всё же не отставали. Маленькие божественные звери, Конджи и Ёнхо по-своему летели и перепрыгивали высокие камни, но Роун, физически самый слабый среди них, с трудом карабкался вверх по крутому склону. Когда они добрались до холмов и Чин Хон-а огляделся, он внезапно остановился. — Что это такое… чёрт, они перекрыли путь к нашим божественным зверям. Чуть ниже холма подул холодный ветер. До Бон-сик, измученный жаром, с радостью встретил освежающую прохладу, выпрямился и шагнул вперёд. — …Ха, вот это приятно. А? Почему здесь форпост? И камеры тоже. Хранители божественных зверей тоже спрятались за чёрными камнями и наблюдали за местом, откуда тянуло ветром. Один оператор снимал большой круглый гейт, мерцавший в воздухе. Вокруг форпоста выстроились люди в необычной одежде и с разным снаряжением; на их доспехах и оружии были гравировки артефактов высшего класса стоимостью в миллиарды. — Ух ты, это, наверное, камеры. Не знаю, что они снимают, но если останутся там, станут мишенью для магических зверей. Пожилой хранитель божественных зверей пробормотал это, указывая на расставленные тут и там камеры. До Бон-сик махнул рукой запоздавшему Роуну, подзывая его скорее. Хранители божественных зверей Пика Пламени озадаченно переглянулись. — Они что, хотят снимать магических зверей? Но если звери соберутся, нам тоже станет опасно… Ким Хи-тэк робко произнёс это, а Чин Хон-а, держа в руке жёлтые талисманы, надменно сказал: — Чувствую недоброе. Может, мне просто всё сжечь? И форпост, и камеры, всё. Тогда они сами уйдут. — …Мысль неплохая, но я боюсь, что Отряд огненных духов разойдётся. Ким Хи-тэк тихо ответил, глядя к подножию холма. Роун, слушавший их разговор, подавил смешок. Неужели эти люди впервые видят гейт? Как они могут не понимать, что происходит? Для Роуна эта картина была слишком знакомой. Иностранные журналисты, сотрудники трансляций и менеджеры гильдий стояли выстроенными рядами. Воздух застыл от напряжения. Слишком много людей для рейда… Одних камер было слишком много, и вся эта суета казалась чрезмерной для обычной операции у гейта. Причина могла быть только одна. И вскоре интуиция Роуна подтвердилась. Цвет волн у прозрачного входа в гейт медленно начал становиться красным. Люди перед холмом застыли, подавленные тяжёлой энергией, заключённой в этих волнах. Как и думал, S-ранговый гейт. И именно здесь, прямо под лавовым слоем, где, как говорили, спят божественные звери Пика Пламени. Появился гейт высшей сложности. ---------- Идём спасать их (1) Судя по атмосфере у гейта, всё шло совсем не гладко. Охотники огненной и ледяной стихий ждали с серьёзными лицами, а вокруг них в основном находились целители и люди с ожогами. Внутри гейта такой сильный жар? Даже огненным охотникам приходилось тяжело от чудовищной жары, и команды менялись одна за другой. Охотники земной стихии, похоже, действовали эффективнее, но пробуждённые высокого ранга среди них встречались крайне редко. Хранители божественных зверей Пика Пламени переговаривались возле гейта у подножия холмов. — Говорят, такую здоровенную дыру называют гейтом. В обычные времена божественные звери сами бы заделали подобные проломы... Пожилой хранитель божественных зверей пробормотал это с тоскливым видом, но его перебил вздох Ким Хи-тэка. — Верно, старейшина... Теперь я по-настоящему понимаю ценность наших божественных зверей. Раз Действующий вулкан разъедает, эти гейты, похоже, появляются как попало. К S-ранговому гейту они почти не проявляли интереса: все их мысли были сосредоточены только на спящих божественных зверях. В конце концов, Действующий вулкан и так кишел демоническими зверями среднего и высокого ранга, так что появление из гейта ещё нескольких мелких тварей мало что меняло. — И что теперь делать? Чтобы добраться до святилища божественных зверей, нам нужно пройти через это место... Напряжённый вход в гейт был перекрыт ранеными охотниками, целителями и прочими людьми. До Бон-сик, до того молчавший, с любопытством посмотрел вниз по склону. — Роун, похоже, ты понимаешь, что это такое. Как нам через него пройти? Чин Хон-а незаметно приблизился к Роуну и спросил. — Через гейт не «проходят». Его «зачищают». Если за определённое время не победить босса, звери внутри гейта вырвутся наружу. — Подожди, нам нужно победить босса? Это вроде зачистки пика? Он сказал это так буднично, словно появление зверей снаружи было чем-то естественным. «Зачистка пика» — обычное название для возвращения горы, разъеденной демонической энергией. — Рейд куда сложнее. Это безжалостный, кровавый лабиринт, где можно только идти вперёд и нельзя отступать. Гору можно было возвращать по одному месту обитания за раз; после победы над зверями энергия горы восстанавливалась, и очищенные области редко снова терялись. Но в рейде даже после победы над одной группой нужно было продолжать идти до босс-комнаты. И по дороге всегда оставалась вероятность засады. — Тогда там должно выпасть много сокровищ, верно, Роун? До Бон-сик, лишь смутно представлявший, что такое рейд, сразу подумал о сокровищах. Когда силы к нему в какой-то мере вернулись, ему захотелось немного развлечься. Треск. Чин Хон-а, щёлкнув искрами в воздухе и считывая знамения, расширил глаза и приглушённо произнёс: — Не может быть! Моё гадание говорит, что люди, добравшиеся до босс-комнаты, будут разбирать трупы божественных зверей! — ...Что это значит, Хон? — Дедушка, похоже, босс-комната соединена со святилищем, где держат божественных зверей. — ...Хм, Роун, гейты правда могут быть связаны таким образом? — ...Редко, но там может быть выход прямо к святилищу. Обычно вход и выход совпадают, но иногда точек две. — Как бы там ни было, моё гадание ещё ни разу не ошибалось. Тут и думать нечего — сначала нужно победить босса и перекрыть проход! — Если этот гейт — единственный вход, через который можно добраться до божественных зверей, я тоже считаю, что надо идти! Глаза До Бон-сика блеснули, когда он сказал это. Роун слегка нахмурился. Внутри он тревожился: жаростойкое покрытие ещё даже не было готово. — Подождите минуту. Роун повернулся к До Бон-сику. — ...Спешить не нужно. Если войдём сейчас, охотники посреди рейда нас заметят. Зайдём завтра. — Завтра? Но разве рейд к завтрашнему дню не закончится? — Ни один рейд не заканчивается за день или два. В любом случае мы пойдём следом за охотниками, когда они разберутся со зверями, а потом свернём на другой путь. В босс-комнату войдём, пока они будут заняты боем. Стоило Роуну договорить, как Чин Хон-а щёлкнул в воздухе искрами и развеял их рукой. — О, гадание говорит: быстро, решительно и тактически безупречно. С мелкими зверями не дерёмся — самый короткий путь. Тогда поступим, как ты сказал, а сегодня переночуем на пляже? До Бон-сик на мгновение замолчал, словно нехотя обдумывал это, а потом потёр живот и сказал: — Ладно, сначала поедим. Когда в голове каша, лучше всего помогает хорошая еда. Но вскоре по его лицу скользнула тревога. — Ах, только вот есть в таком месте... хм. Промокший от пота До Бон-сик огляделся. Стоило ему увидеть камни, от которых поднимался пар, как голод сразу пропал. Пожилой хранитель божественных зверей успокоил его: — Не волнуйтесь. Если немного спуститься, там есть короткий путь к пляжу. Он повёл группу вместе с хранителями божественных зверей Действующего вулкана по долине рядом с пляжем. Несмотря на пар, поднимавшийся от горячей воды, жара вокруг стала слабее. Снизу, из долины, подул прохладный морской ветер, и лицо До Бон-сика снова ожило. Он без колебаний прыгнул в воду и крикнул: — У-у-у! Освежает! Роун, ты тоже заходи! — ...Освежает? — Роун, попробуй. По сравнению с другими морями это скорее горячий источник, но после Действующего вулкана покажется прохладным. Не успел До Бон-сик крикнуть это, как малыши с плеском попрыгали в воду. Солнечный свет отражался в брызгах и рассыпался по шерсти детей, как осколки разбитого света. — Мя-а-а-у! — Хе-хе-хе... Ёнхо тоже лениво двинулся к кромке воды. Ттутту осторожно опустила ноги, а затем последовала за Тораном, когда тот прыгнул в воду. Глаза Торана раскрылись так же широко, как у Ттутту. Конджи, наслаждаясь прохладной морской водой, перебрался на фрагмент мастерской «Рубикс» и стал плескаться. Вскоре Роун тоже прыгнул в море. Конечно, никаких водорослей или ракушек видно не было. Ничего съедобного. Когда он уже начал разочаровываться, издалека донёсся свист. Роун и остальные подняли головы в сторону звука. — Ого, белуха-божественный зверь! Один из хранителей божественных зверей Пика Пламени громко воскликнул. Белоспинный кит приближался, рассекая поверхность воды. Это была пара белух — мать и детёныш. — Ф-ш-ш-ш. Сытый и полный сил детёныш белухи смотрел яркими, сверкающими глазами. Белуха-мать, держась чуть дальше, спокойно отдыхала и выпускала воду из дыхала. И тогда: — Мяу! Суранг прыгнул в воду так, будто только этого и ждал. Он быстро поплыл к паре белух, а за ним засверкали и последовали фрагменты мастерской «Рубикс». Затем: [Система] Получен звериный моллюск Селигон. [Система] Собрать звериную рыбу Карву? [Система] Собрать звериного краба Дракеля? [Система] ... [Система] Разбор / Хранение / Поглощение Похоже, пара белух принесла сюда еду. У них самих, вероятно, и так оставалось немного. Суранг послушно принимал добычу и собирал её. — ...Спасибо! В следующий раз вам не нужно ничего ловить. Мы сами накормим детёныша белухи! Ф-ш-ш! На крик Роуна Суранг рассёк волны и выпрыгнул над водой с большим гребешком в пасти. Пара белух, словно выполнив своё дело, выпустила струи воды и уплыла. — Что это? Раз он не собирался обычным способом, значит, это был обработанный предмет или фамильяр. Суранг постучал по гребешку лапой; тот задрожал и открыл створки. Катись. Изнутри выкатилась изумрудная жемчужина. При осмотре в ней обнаружилась чистая, незамутнённая энергия моря. — Мы правда можем оставить это себе? Роун спросил у гребешка, который несколько раз открыл и закрыл створки. Суранг решительно схватил гребешок и размахом отправил его далеко в море. Плюх. Почему-то казалось, будто гребешок недовольно ворчит. — Хе-хе-хе... Ёнхо молча приблизился и стал кружить вокруг изумрудной жемчужины. Конджи, сидевший на фрагменте, вспорхнул вниз и протянул обе лапки. — Чирик-чирик! Затем собрались Соль, Торан и Ттутту, и Роун решил сначала убрать жемчужину внутрь мастерской-гостиной. — Позже снова достанем. Сейчас сначала едим. — Мяу-ун! — А-а! — Тту. Тту. Тту... Чуть позже началось настоящее шоу по поеданию моллюсков и демонической рыбы. Роун раскрывал раковины, чтобы Конджи и малыши могли добираться до мяса внутри. Конджи, спустившись с фрагмента мастерской «Рубикс», схватил кусок мяса гребешка размером с собственную мордочку и принялся его разрывать. Роун протянул До Бон-сику и Ёмби по шампуру с рыбой. — Всё уже приготовлено. Ешь побольше, Ёмби. Его ведь звали Хоннё? — Хон-силь. — Ах, Хон-силь... тогда ведь должен быть ещё и Чхон-силь? — Думаешь? — ...Ешьте как следует. Роун положил перед каждым малышом по рыбине, а затем оторвал кусочки рыбьего мяса и вложил их в лапки Конджи. — О, поймать демоническую рыбу и сразу съесть... демоническая энергия полностью удалена. Это тоже твоя способность, Роун? Пожилой хранитель божественных зверей с восхищением рассматривал хорошо прожаренную рыбу. — ...Да. Роун лишь кивнул. — У тебя много завидных способностей. Где бы ты ни оказался, с голоду не пропадёшь. Ха-ха. Пожилой хранитель божественных зверей усмехнулся и положил в рот кусок моллюска. Ким Хи-тэк, утративший обычную робость, оживлённо вмешался: — Господин, если вы так говорите, мы будем выглядеть совсем жалко. Из всех его многочисленных способностей вы хвалите именно это? Неужели сын Ли Хак-су каждый раз, когда мы встречаемся, выглядит так, будто вот-вот умрёт с голоду... — Брат, а когда мы вообще нормально ели? Это лучшая еда, которую я пробовал за весь год. Честно говоря, я никакой другой способности и не завидую. Возможность поймать демоническую рыбу и тут же съесть — вот что самое удивительное. — Э-э, да... это правда. Но всё равно вкус невероятный, и само по себе потрясающе. Когда Ким Хи-тэк с восхищением закивал, До Бон-сик рядом с ним тепло улыбнулся. Морской ветер улёгся, и вокруг разнёсся запах горячей еды. — Если кто-то хочет добавки, говорите. Ещё много осталось. Роун высыпал оставшееся мясо, ракушки и очищенную воду в выдолбленный камень и сварил кашу с морепродуктами, совсем как это делала его мать Сон Су-хи. От выемки в камне исходил ровный жар, и каша готовилась сама собой, даже без помешивания. До Бон-сик первым зачерпнул ложку. — Ого, Роун, ты унаследовал вкус точь-в-точь от матери. Совсем её готовка! — Хм, ты о жене Ли Хак-су? Говорили, она пробудившаяся-повар... это правда? Хранители божественных зверей Пика Пламени тоже собрались ближе и попробовали. — Вам ведь предстоит жить по соседству и каждый день есть такую еду. Повезло вам, господин До Бон-сик. Каждый хранитель божественных зверей Пика Пламени откусил по ложке и оставил комментарий, и каша в котле исчезла в мгновение ока. Роун посмотрел в сторону гейта. У входа, похоже, стало немного шумно; приглядевшись, он увидел, как охотники, похожие на группу поддержки, суетливо перемещаются. Даже издалека было видно, насколько тревожная там атмосфера. По воспоминаниям Роуна до регрессии, проблема с этим гейтом не длилась долго. Хотя какое-то время вокруг него было шумно из-за S-ранга, неудачная стратегия и отсутствие поблизости деревень быстро похоронили это дело. После этого вулканическая область оказалась во власти демонических зверей среднего и высокого ранга, а также тварей, вышедших из гейта, и стала необитаемой зоной, куда никто не приближался. Возможно, морских демонических зверей стало больше именно из-за этого гейта. Пожилой хранитель божественных зверей, глядя на гейт, заговорил с чуть более серьёзным выражением: — Даже если войдём завтра, они спокойно нас пропустят? Если опоздаем, гейт может прорваться. А если это случится, море станет опасным. — Даже если просто войти так, чтобы те люди снаружи не заметили... может, попробовать выманить их огненными духами? — Не нужно. Роун, что будем делать? Подождём, пока они вернутся после провала стратегии? Или просто всех сожжём? Чин Хон-а уверенно растопырил десять пальцев и зажёг на их кончиках огонь, будто показывая, что сжечь всех — для него не проблема. — Хм, сжигать всех — это чересчур, да и камеры с людьми надо как-то обойти... может, мы с Хон-силем пойдём и проверим пути по меридианам? — Тогда попадёте в новости. Тебя и Ёмби сразу внесут в список террористов, а сцену, где ты нажимаешь точки на меридианах, покажут на всю страну. — ...Тогда что делать? Роун, глядя вниз на гейт, напряжённо задумался. Даже если они войдут, безопаснее всего будет сделать это тайно. В этот момент вперёд вышла Соль и мяукнула так, будто говорила: «Ты же знаешь ту штуку». Роун погладил Соль и вдруг вспомнил одну из её игрушек. ...Хм? ---------- Идём спасать их (2) У меня ведь есть сонный парфюм, который я купил в универмаге для пробуждённых. Роун решил перекомбинировать его в зелье сна высокого ранга. Мастерская «Рубикс» тут же вывела рецепт, считав его намерение. Нужно было лишь добавить к уже готовой основе сонного парфюма несколько ингредиентов и экстрактов. Сделать бы побольше, несколько десятков. С помощью Ёнхо около пятидесяти штук можно было быстро изготовить. На пробуждённых высокого уровня эффект, возможно, продержится недолго, но этого хватит, чтобы выиграть момент. Роун взял подготовленный сонный парфюм и обратился к группе. — Войдём так, чтобы они нас не заметили. — ...Что?! Метод был прост. Достаточно было провести фрагменты мастерской «Рубикс» между палатками перед гейтом и сбросить по одной капле сонного зелья. Через несколько мгновений вся группа уже сидела на корточках за камнем. Малыши-божественные звери и рыжий лис распластались по земле. — Начинаем. Все кивнули, и в глазах у них светилось любопытство. Шва-а-р-р-р. Десятки прозрачных фрагментов «Рубикса» разом пересекли территорию у гейта. Они были такими маленькими и чистыми, что, если не присматриваться, походили на дрожащий в воздухе жар. Прежде чем кто-либо заметил, что фрагменты сбросили капли, людей одолела сонливость; они зевали и один за другим падали без сопротивления. — Все спят. Пойдём. — А? Они что, распылили усыпляющий газ? Как это так быстро сработало? Когда Роун дал сигнал двигаться и пошёл первым, остальные, недоумевая, пригнулись и последовали за ним. Проходя между палатками, Ким Хи-тэк носком ткнул одного из спящих. — Эй, а если они проснутся? До Бон-сик легко хлопнул его по затылку и тихо сказал: — Нет, мне просто интересно, правда ли они все заснули... Всё ещё чувствуя себя несправедливо обиженным, Ким Хи-тэк указал в одну сторону. — Смотрите туда. Вон тот ещё не спит. Там, куда он показывал, закреплённая на треноге камера, вращаясь, мигала красным огоньком. — Роун, что делать? Там огонь идёт! Кр-р-рунг! Испугавшись мигающего красного света, Суранг распушил хвост. Затем, словно спрашивая: «Почему ты не спишь?», он метнулся вперёд и ударил камеру лапой. Когда огонёк камеры погас на полу, Суранг гордо посмотрел на Роуна снизу вверх. Роун поднял записывающее устройство. Если уничтожить его, возникнет подозрение, что сюда проникли посторонние, а удалять запись прямо сейчас времени не было. — ...Пока заберу. Позже он сможет стереть запись и избавиться от устройства в подходящем месте. С камерой в руках Роун двинулся к красновато светящемуся входу в гейт. Стоило ему войти, как по телу разлился обжигающий жар. До Бон-сик уже прослезился и застонал от боли. — Ах, может, мне лучше всё-таки подождать снаружи? — Ты единственный, кто может наносить физический урон, так что тебе нужно быть здесь. Суранг хорошо тебя защитит. Если пострадаешь, я сразу сделаю мазь от ожогов или зелья. Среди всей группы физическими атакующими были только До Бон-сик и лис. Внизу текла горячая густая красная жидкость, и защитный барьер Роуна активировался автоматически. Он сразу добавил к параметрам холодное зелье. Кр-р-рунг! Маленькие божественные звери предпочли лететь, а не касаться земли. Ёнхо прижался к Сурангу, от которого поднимался пар, а Ттутту, похоже уставшая от раскалённого воздуха, свернулась на плече Роуна. Хранители божественных зверей Пика Пламени, хоть и выглядели слегка утомлёнными, спокойно двигались вперёд. Казалось, от сильного жара они даже немного оживали. Суранг продолжал создавать лёд вокруг лап лиса и ног До Бон-сика, но со временем лёд таял всё быстрее. После нескольких почти-срывов Роун осторожно спросил: — Понести вас? Если До Бон-сик сядет Роуну на спину, он сможет пользоваться защитным барьером. До Бон-сик понимал это, но всё равно упрямо отказался. — Нет, тогда я буду чувствовать себя обузой. Пойду сам, даже если плоть расплавится. До Бон-сик редко принимал помощь, даже когда сам помогал другим. После случая в игорном доме он чувствовал себя обязанным Роуну, но не мог позволить, чтобы его тащили как багаж, пока он исполняет роль проводника. Роуну ничего не оставалось, кроме как поднять лиса-божественного зверя Хон-силя. Существо, которое должно было оказаться тяжёлым, оказалось лёгким, как пух. Кяанг! Хон-силь свернулся у Роуна на руках, словно спасался от жары в приятной прохладе. Глядя, как лис моргает вытянутыми глазами, Роун усмехнулся. Какая довольная морда. — Мяу! Суранг закрутился на месте и остановился. Встретившись взглядом с Роуном, он блеснул большими глазами и прыгнул на лиса. — Это моё место, мяу! Лис съёжился, как кот, на территорию которого вторглись, и жалобно заскулил. А потом посмотрел на Роуна таким несчастным взглядом, будто просил спасти. — Суранг, ты иди вперёд и защищай дядю Бон-сика. Почему ты здесь? Вопреки словам, Роун потёрся лицом о Суранга. Он уловил едва заметное изменение в воздухе впереди и поднял голову. Хлюп, хлюп. Густая масса жара медленно собиралась вокруг До Бон-сика. Словно волки, издалека заметившие самую слабую добычу, она понемногу сгущалась у его ног. — Ха, ха... почему земля стала такой вязкой? До Бон-сик, задыхаясь, посмотрел на землю. Почувствовав неладное, Роун замер на полушаге, услышав где-то под поверхностью бульканье. — ...? Хлюп. Защитный барьер Роуна отреагировал сильнее. Он добавил к параметрам барьера ещё одно холодное зелье, и раскалённая земля задрожала, словно ей надоело играть в прятки. Вскоре алая жидкая масса рванула вверх, пытаясь поглотить Роуна и остальных. Скрииии! — Это слизень! — Что?! Как они здесь оказались? — О-остались магмовые слизни! Крики садо заставили Роуна резко сосредоточиться. Появились магмовые слизни — ингредиенты для пиропокрытия. О, как хорошо. Слизни, которых не было на Действующем вулкане, сметённом мутировавшими магическими зверями, всё же остались внутри рейда. Но хотя они считались демоническими зверями низшего уровня, лёгкими они совсем не выглядели. Дряблые, липкие, красные, словно лава, слизни. От их тел поднималось марево жара. Глаза Роуна заблестели, как у ребёнка, заглядевшегося на вкусный торт, и он уставился на дрожащих слизней. — Эй, Отшельник. Отойди! Смотри, не касайся их. Даже лёгкое прикосновение даст смертельный ожог. Чин Хон-а крикнул это, раскрывая веер с красными перьями. До Бон-сик отступил, как будто уже понимал опасность. — Разве они не выглядят слишком горячими? Ты справишься? — Хм, низкоуровневого магического зверя я ещё никогда не ловил, но насколько это может быть трудно? Чин Хон-а пожал плечами. Молча следуя за ним взглядом, Роун вспомнил сведения о магмовых слизнях из справочника демонических зверей. Температура поверхности — около 1200 °C. Достаточно горячо, чтобы при прикосновении расплавить кости. Их было трудно ловить, потому что они эволюционировали, превращая поглощённую ману в тепловую энергию и раздуваясь; поэтому магические атаки только мешали. Командам впереди, должно быть, пришлось несладко. То, что такой огромный слизень появился уже у входа, поражало. Обычно чем глубже заходишь в рейд, тем сильнее встречаются демонические звери. Предыдущие команды, столкнувшись с подавляющим жаром, вероятно, продвигались, грубо расчищая только путь, а не разбираясь с каждым зверем. Когда хранители божественных зверей преградили Роуну дорогу, магмовый слизень растянул вязкое тело. — О? Они быстро идут, скорее блокируйте! Раздражённый Чин Хон-а ещё не воспользовался силами Ёмби. — Вспышка. Квак! Огненный шар Ким Хи-тэка пролетел по воздуху и врезался прямо в тело магмового слизня. Прозрачная жидкая масса яростно забурлила от мощного удара. ...Нельзя, чтобы он сгорел полностью. Оставьте хоть что-нибудь для сбора! Роун ожидал, что магмовый слизень либо сгорит, либо мгновенно расплавится, поэтому в спешке рванул вперёд. Однако это было недооценкой магмового слизня. Роун даже приблизиться не успел, как слизень целиком проглотил огненный шар размером с расплавленную лаву. Буль-буль. Слизень, став ещё краснее, раздулся почти вдвое; его вязкое тело шатко заколыхалось. С всё более расплывшейся формы магмового слизня стекала липкая лава. — ...Нет, хён, что ты делаешь, зачем атаковал его! — А, ты же сказал блокировать... — У дедушки есть широкий барьер, вот он и должен блокировать. — Ах, точно, я совсем забыл. Поскольку с вулканическими зверями низшего ранга всегда справлялись божественные звери, укротители растерялись довольно сильно. Даже на горе Нокма, если не считать случая, когда Роун собрал мутировавшую зелёную лягушку, никто особо не занимался низкоуровневыми зверями. Так или иначе, сейчас атаки укротителей божественных зверей не работали. Пожилой укротитель, неловко взглянув на Роуна и До Бон-сика, сказал: — Простите. Я не привык иметь дело с такой мелочью... До, чародей, похоже, вам придётся заняться этим. До Бон-сик и лис, оба залитые потом, обменялись взглядами и кивнули друг другу, словно говоря, что справятся. — ...Фух, жар адский, но попробуем. Давайте закончим как можно быстрее, господин. Пока пожилой укротитель создавал огромную стену огня, временно перекрывая движение магмового слизня, До Бон-сик и лис призвали по красному жезлу — большой и маленький. Магмовый слизень плавил и заглатывал огненную стену, будто сосал леденец. Если атака не удастся, его тело, вероятно, раздуется в несколько раз. — Готовьтесь. Похоже, шанс у нас только один. Ш-ш-ш-ш! Суранг наложил ледяную магию на красные жезлы, созданные лисом и До Бон-сиком. Хотя оба были огненной стихии, они без проблем приняли ледяной эффект от Суранга, божественного зверя горы Нокма. Кра-а-ап! Канг-канг! Два красных жезла, покрытые голубой ледяной оболочкой, закрутились и полетели к магмовому слизню, растянувшемуся вдоль огненной стены. Ккиек! Магмового слизня рассекло одним ударом. Однако две половины его тела, несмотря на мощную очищающую атаку, начали извиваться и снова сливаться воедино. Даже когда его рассекли ещё раз, частей лишь стало больше. Прошло несколько атак. — Ч-что?! Так мы его не уничтожим. Неужели здесь все звери такие? До Бон-сик пробормотал это побледневшим лицом. Представитель Пика Пламени прикусил губу. — Раньше, до того как они поглотили огненную силу божественных зверей, они не были такими сильными. Это были просто огненные шары, наполненные магией. Даже при одной и той же огненной стихии священная огненная сила божественных зверей была несравнима. Они не были им соперниками. Пожилому укротителю казалось, будто магмовый слизень украл силу вулканических божественных зверей, которых они потеряли из-за демонических тварей. Роун склонил голову набок. Божественные звери тоже пользуются магической силой, соединённой с врождёнными способностями, — как же они могли подавлять слизней? Пожилой укротитель продолжил с тяжёлым выражением: — В какой-то момент звери начали поглощать магию божественных зверей. Это странное явление и стало решающей причиной, по которой лавовые поля были пожраны. Роун задумчиво погладил подбородок. Поглощение, поглощение... Тем временем До Бон-сика вдруг пробрал холод от неожиданной силы вулканических зверей. Словно проверяя, он прижал жезл к фрагменту слизня, катившемуся по земле. Дёрг. Куски слизня мгновенно слиплись и поползли к основному телу. В нём медленно поднималось чувство беспомощности, которого он никогда в жизни не испытывал. Если пойдём глубже, будет ещё хуже, не легче. Пот без остановки стекал по его лбу. Рейд вообще не входил в его планы. Решив, что нужно перегруппироваться, он осторожно произнёс: — ...Так не пойдёт, господин. Нам стоит на время отступить. Нужно было уйти, пока снаружи не проснулись посторонние, и момент был именно сейчас. От внезапных слов До Бон-сика лица укротителей божественных зверей разом окаменели. — Господин, как вы можете просто предложить уйти?! Если не можем победить, обойдём. Предыдущие команды ведь сумели пройти, значит, были достаточно способными, верно? Не трусьте как слабак. Доверьтесь мне: моё гадание ещё никогда не ошибалось, просто идите прямо. Чин Хон-а говорил тоном, в котором смешались поддразнивание и уговоры. — ...Похоже, сегодня твоё гадание промахнулось. Посмотри на размер этого слизня. Он почти у самого входа. Что бы он ни съел, чтобы так разрастись, предыдущая команда пройти не могла. Мои волосы так говорят. До Бон-сик указал на едва заметный волосок на макушке и произнёс это совершенно серьёзно. На короткий миг между До Бон-сиком и вулканическими укротителями повисло безмолвное противостояние. Магмовый слизень снова зашевелился и принял агрессивную стойку. — А-а-а! — ...! ---------- Идём спасать их (3) Буль-буль. Магмовые слизни, захватившие пол и потолок, хлынули на них, словно сеть. Группа Роуна поняла это слишком поздно и попыталась отступить, но было уже поздно. Такими темпами кого-нибудь из них проглотила бы эта липкая лава. И в этот миг откуда-то раздался короткий, резкий крик: — А! …Это был Торан. Торан бросился к магмовому слизню, быстро поднял маленькую переднюю лапку и с силой метнул камень. Бух! Киииик! — Все назад! Ким Хи-тэк крикнул это, бросаясь к группе. Но, сделав несколько шагов назад и почувствовав неладное, он снова обернулся к слизню. Роун стоял перед огромной массой жидкости, соединявшей стену и потолок. — Э-эй, ты там! Быстро отходи! Ким Хи-тэк крикнул в панике, но Роун почему-то совсем не двигался. В этот момент спереди потекла вниз липкая жидкость. Кап. Кап. Жидкость, в которую попал камень Торана, отваливалась кусками. Ким Хи-тэк расправил крылья Огненной духовной птицы, чтобы заблокировать магмового слизня, но от удара тело слизня стало чуть крупнее. З-з-з-з. Липкие лавовые брызги, упавшие на землю, разлетелись во все стороны, и Ким Хи-тэк пришёл в себя. Он снова расправил крылья Огненной духовной птицы и побежал к Роуну. А затем резко остановился. Прозрачная багровая плёнка магмового слизня обвивала круглый защитный барьер Роуна. Внутри Роун не боялся — наоборот, его глаза сияли восхищением. …О-он что, с ума сошёл? То ли он так перепугался, что потерял рассудок? Ким Хи-тэк уже не понимал, что поражает его сильнее: прочность барьера Роуна или его спокойствие. Тем временем остальные, отступившие далеко назад, всё ещё были напряжены до предела. Внезапный камень помог им выбраться из опасности, но надолго этого явно не хватило бы. Они всего лишь выиграли короткий миг, чтобы уклониться. Расслабляться было нельзя. — Ха-а… нам правда придётся отступать? Они не ожидали, что магмовый слизень захватит даже потолок. Когда тело слизня снова зашевелилось, все инстинктивно оцепенели. И как раз в тот миг, когда пожилой хранитель божественных зверей поднял большой посох, собираясь поставить огненную стену… — …?! Магмовый слизень, который уже должен был соединиться обратно, странно затих. Если посмотреть вниз, багровая жидкость лишь извивалась, прижатая большими и малыми камнями. — …П-похоже, он не может двигаться? Люди осторожно всматривались, правда ли это тот самый магмовый слизень, который раньше выдержал огненные шары Ким Хи-тэка и удары посоха До Бон-сика. — Ха… подумать только, его придавило одними камнями. Это способность малыша-кошачьего бога? — …Но, старейшина, разве эти камни тоже не огненной стихии? Почему они не плавятся? До Бон-сик, произнеся это, склонил голову. Камни, которые метнул Торан, совсем не крошились, несмотря на чудовищный жар. Наоборот, они затвердевали, как керамика после обжига. — Ого, и цвета поменялись. Красиво. Хочу один поднять. Чин Хон-а всё любовался глиняными фигурками, ставшими синими и серебристыми. Роун тоже с восторгом следил за их изменениями. Торан мог использовать всю энергию, заключённую в земле. Например, люди с земной стихией плохо применяли способности в реках или море, но Торан был другим. Он мог управлять даже глубоким илом и песком под реками и океанами. Магмовый слизень, вероятно, не мог расплавить эти глиняные фигурки потому, что они были сделаны из окружающих камней, а содержащиеся в них кости и известь от жара обожглись и затвердели, как керамика. — А! Торан с широко раскрытыми от восторга глазами стал быстро штамповать глиняные фигурки, будто с помощью формы. Фигурки затопали вперёд и зарылись в магмового слизня. Они махали конечностями, словно занимались гимнастикой, катались туда-сюда и вымазывались липкой жидкостью. Чем дольше они это делали, тем светлее становился их цвет, а сами они твердели, превращаясь в хорошо обожжённые камни. Размер магмовых слизней заметно уменьшался. Когда они, потеряв большую часть магической силы, стали размером с ладонь, их удалось временно нейтрализовать. В этот момент мастерская «Рубикс» вывела сообщение. [Система] Собрать магмового слизня? [Система] Разбор / Хранение / Поглощение Роун выбрал разбор и хранение, чтобы сделать жаростойкое изоляционное покрытие. [Система] Получена слизь магмового слизня. [Система] Получен искажённый фрагмент божественного камня. . . . Среди материалов оказался такой, какого, казалось бы, не должно было быть в теле демонического зверя. …Почему из тела демонического зверя выпадает божественный камень? Роун задумался, но мастерская «Рубикс» не дала ни информации, ни рецептов. Впрочем, вряд ли вообще существовал рецепт с использованием божественного камня. Гораздо важнее сейчас было «жаростойкое изоляционное покрытие». Роун сразу начал производить как можно больше таких покрытий. Каждое зелье действовало сорок минут. Длительность стала меньше, зато объём получился довольно большим. Поскольку чем глубже они продвигались в рейде, тем сильнее мог становиться жар, Роун, как только несколько порций были готовы, добавил покрытие к опциям усилений мастерской. А потом щедро раздал его До Бон-сику, лису и хранителям божественных зверей. — Господин, нанесите это. И на лиса тоже нанесите, пожалуйста. Не обязательно слишком тщательно. До Бон-сик моргнул, принимая зелье. Когда он нанёс его на руку, его лицо просветлело так, будто он нашёл оазис. — Спасибо, Роун. Благодаря тебе я сегодня выживу. Он нанёс зелье и на божественного лиса, наверняка уставшего сидеть съёжившись. Красный лис радостно махнул хвостом и улыбнулся глазами. Хранители огненных посохов сначала поражались тому, как быстро исчезают слизни, а потом — зельям, которые будто создавались в одно мгновение. — Ух ты… Роун, ты правда делаешь какие угодно зелья? Если я потом попрошу, сделаешь и для меня? Считай это платой за тот талисман. Как тебе? Самый младший из группы огненных посохов, Чин Хон-а, спросил это с любопытными глазами. — Сначала скажи, что за зелье. — Потом скажу. Ты просто скажи, возьмёшь заказ или нет. Чин Хон-а покачал верхней частью тела из стороны в сторону, подгоняя его. — …Если смогу сделать, сделаю. Но никаких скидок. — Ладно. Как я и думал, характер у тебя хороший. Само изготовление — уже скидка. Подробности обсудим потом. Чин Хон-а широко улыбнулся. Среди хранителей божественных зверей он был самым молодым и имел меньше всего опыта охоты, зато зрение у него было самым острым, и видел он дальше всех, поэтому всегда шёл впереди. Если сравнивать с рейдовой группой, он выполнял роль проводника. После этого ещё несколько раз появлялись магмовые слизни разных размеров, но Торан, обрётший уверенность после подавления гигантского слизня, одним ударом раздавливал их сразу же, как только они показывались. Бух-бух-бух! Киииик. Их тут же собирали в тот короткий миг, пока они были оглушены. Роун производил покрытие сразу, как только накапливались материалы. Размер искажённых фрагментов божественного камня зависел от размера слизня. — Но посмотри. Почему камни этого наполовину белого котёнка такие целые? Будто они впитывают огонь. Ким Хи-тэк сказал это, подняв один из камней, брошенных Тораном. И правда, камни Торана становились всё твёрже. Роун уже знал, что они особенные. То, что раньше они затвердели, как керамика, тоже было результатом поглощения пламени магмового слизня. Камни Торана обладали таинственной способностью впитывать окружающие свойства и укрепляться за их счёт. Посреди неослабевающего жара из щелей между камнями выползла группа огненных магических зверей, похожих на ящериц. Их красные глаза блестели так, будто они в любой миг могли выдохнуть пламя. — Это демонические звери среднего ранга, Огненные ящерицы. У них огненный яд, осторожнее. Чин Хон-а крепко сжал свой пушистый веер, готовясь ударить. Огненный яд? Это был очень ценный ингредиент для алхимического огненного спирта. Если добавить огненный яд, напиток станет куда сильнее того, что Роун пил с Бэк Ин-хо в Снежной горе, но и тело будет согревать настолько, что можно выдержать ледяной ветер. Огненный яд, который у красного дракона мог бы выпасть из зверей среднего ранга, — не собрать его было бы просто невозможно. Ф-ух! Огненные ящерицы испускали пламя куда сильнее того, что видишь в обычных рейдах. Жар был настолько мощным, что мог игнорировать стихийное преимущество, заставляя даже опытных охотников медлить. Апостолы Действующего вулкана, которым раньше пришлось нелегко с магмовым слизнем, теперь уверенно вышли вперёд. — Огненные ящерицы — это ерунда. Устойчивые к пламени, они без труда сбивали их одной рукой. Чин Хон-а действовал веером, пожилой хранитель — посохом, а Ким Хи-тэк сражался голыми руками. — Чувство, когда по ним попадаешь, потрясающее. Неудивительно, что многие мастера боевых искусств в итоге начинают избивать людей. До Бон-сик, бывший мастер боевых искусств, усмехнулся. — Эй, Хон-а, если захочешь сменить профессию — скажи. Я обучу тебя так, что ты это руками никогда не забудешь. Божественный лис и До Бон-сик могли валить ящериц одним ударом, даже не пользуясь посохами. Строго говоря, Огненные ящерицы были сильнее магмовых слизней. Но раньше группа оказалась в опасности потому, что магмовый слизень заранее поглотил слишком много магии и чрезмерно усилился. Хранители божественных зверей это поняли и на этот раз вышли вперёд без страха. И всё же, чтобы полностью подавить ящериц, им требовалась помощь До Бон-сика и лиса. — Мяу! Суранг, в отличие от обычного, не мог сосредоточиться на сборе: он схватил ящерицу и игриво начал игру, больше похожую на пытку. Он снова и снова замораживал её и размораживал, не давая магическому зверю передышки. Огненная ящерица, бившаяся и поглощавшая ледяную магию, в конце концов замёрзла изнутри. Магия Суранга была слишком сильной, чтобы ящерица среднего ранга могла её поглотить. Ого, наш Суранг жесток. Хорошо, что на той стороне демонический зверь. Роун огляделся, чтобы посмотреть, что делает Соль. Ветряные атаки Соли были достаточно эффективны, но из-за робкого и легко отвлекающегося характера она больше интересовалась другим, чем охотой. Она обнюхивала кристаллы, рассыпанные по земле, собирала лапками осколки и играла с ними. Тем временем огненный яд продолжал накапливаться. [Система] Получен огненный яд Огненной ящерицы. Когда они покинули область Огненных ящериц, на этот раз появился крупный демонический зверь, похожий на волка. — Это магмовый волк. Хм? Он среднего-высокого ранга, но не мутировавший? Пока Чин Хон-а довольно улыбался, Роун хитро сказал: — Эй, на этот раз не убивайте, пожалуйста. Просто вырубите. Пламенная шерсть магмового волка сохраняет тем больше огненной силы, чем меньше повреждается при добыче. — Вырубить? Легко. — Такая мелочь — раз плюнуть. Ф-уу-ух. Хранители божественных зверей Пика Пламени собрали огонь в руках и атаковали без особого оружия и заклинаний. Чин Хон-а иногда доставал из-за пазухи странные колокольчики или талисманы, будто выполняя даосские техники, и они, синхронизируя дыхание, наносили совместные удары. Среди них особенно выделялось связывающее заклинание Чин Хон-а. Когда разбросанные им талисманы закружили вокруг группы магмовых волков, между талисманами соединилась красная энергия и переплелась, словно багровые цепи. В одно мгновение она образовала темницу, крепко сковавшую волков. Ау-у-у-у-у! В тот миг, когда волки ненадолго оцепенели, мастерская «Рубикс» автоматически завершила добычу. [Система] Получена шерсть магмового волка. [Система] Получены зубы магмового волка. [Система] Получена кожа остаточного жара. . . . Когда ситуация наконец улеглась, группа остановилась перед развилкой. Куда идти? В рейде к развилкам всегда нужно относиться осторожно. Один путь был короткой дорогой прямо к святилищу. Другой вёл в босс-комнату. Даже от одного взгляда казалось, будто жар там расплавит кожу. Внутри наверняка кишели мутировавшие демонические звери. — Тту. Тту. Тту. Тту. Ттутту, до этого дремавшая на плече Роуна, вдруг широко раскрыла большие глаза. Она повернула голову к босс-комнате и закричала. — …Ты говоришь, нам туда? — Тту. Тту. Тту. Тту. Тело Роуна само собой сдвинулось в ту сторону на шаг. И в тот момент пожилой хранитель божественных зверей, словно уже выбрав путь, указал посохом в противоположную сторону. — На этой боковой тропе демоническая энергия слабая, так что мы сможем без помех пройти прямо к святилищу. Услышав это, апостолы Действующего вулкана, включая До Бон-сика, просветлели лицами. После тяжёлой встречи с мутировавшим магмовым слизнем они не могли не выбрать более безопасную дорогу. — Хорошие новости, старейшина. Тогда нам не придётся волноваться, что рейдовая группа первой доберётся до святилища. Роуна рейдовые группы тревожили, но случится ли у них прорыв гейта, было не так уж важно. Всё равно рядом не было деревень, а в месте, уже захваченном мутировавшими демоническими зверями, ещё несколько тварей ничего бы не изменили. Все повернули к боковой тропе. Похоже, каждый хотел как можно скорее добраться до святилища. Хм, что же делать… ---------- Идём спасать их (4) Когда прозвучали слова, что до святилища божественных зверей Действующего вулкана можно безопасно добраться, Ким Хи-тэк с чуть взволнованным лицом заикнулся: — Т-тогда надо поспешить. Почему вы медлите? До Бон-сик и остальные ученики Действующего вулкана тоже уже собирались идти к боковой тропе. Но, услышав спокойный вопрос Роуна, они обернулись. — Эм… а что, если мы все вместе пойдём к босс-комнате? — Так нельзя. Нет причины бросать безопасный путь и нарочно идти к босс-комнате. С магмовым слизнем нам повезло, но кто знает, какие мутировавшие демонические звери там могут оказаться. Старейшина, в такие моменты ведь лучше выбрать безопасный маршрут? Ким Хи-тэк нахмурился, явно недовольный словами Роуна, и стал торопить пожилого хранителя божественных зверей. Роун не мог их заставить. Им нужно было вместе добраться до святилища, вернуть души божественных зверей, а потом с их помощью подняться на вершину Действующего вулкана и забрать уголёк. Но Ттутту так активно реагировала… — В босс-комнате точно может быть особый камень, связанный с Действующим вулканом. Роун сказал это, глядя на Ттутту, которая всё ещё поворачивала голову к босс-комнате. — Правда? Правда-правда особый камень божественных зверей Действующего вулкана? Чин Хон-а широко раскрыл глаза, вынул из рукава жёлтый талисман и поджёг его. Пепел разлетелся, уносясь в сторону босс-комнаты. — Правда. Я выпустил энергию господина Ёмби и прощупал путь: там точно чувствуется энергия божественного зверя. До Бон-сик, стоявший перед боковой тропой, с удивлением сменил направление. — Я думал, их уже всех забрали демонические звери, но наследие осталось у рейдового босса? Тогда, конечно, надо идти забирать. Конечно, надо. — Н-но, господин Бон-сик, Хон-силу, похоже, тяжело. Если идти к босс-комнате, огненная энергия станет ещё сильнее… Может, нам троим всё-таки пройти по боковой тропе первыми? Когда Ким Хи-тэк с неохотным видом заговорил о босс-комнате, хранители божественных зверей переглянулись и на мгновение заколебались. Если там был особый камень, оставленный божественными зверями, выбирать не приходилось, но предложение Ким Хи-тэка тоже было неплохим. Однако Роун вмешался против этого. Если они столкнутся с мутировавшими демоническими зверями, До Бон-сик должен будет нейтрализовать их, чтобы сбор прошёл быстро. — Из тех, кто может применять силу, у нас только господин Бон-сик и Хон-сил. На всякий случай лучше немного потерпеть и идти вместе. Зелья восстановления я дам сколько нужно. — Хорошо. Если это просьба Роуна, я с радостью пойду. Похоже, Хон-сил тоже согласен. Божественный лис взмахнул пушистым хвостом и коснулся носами малышей. — Нос горячий, мяу. — Это пустяк. Я защищу юных господ кошачьих божественных зверей! — Тогда выступаем. К босс-комнате. Пожилой хранитель божественных зверей произнёс это решительным тоном и ударил посохом по земле. Если нужно было найти особый камень, они не могли отказаться, каким бы опасным ни было это место. Когда он принял решение, остальные хранители божественных зверей кивнули и повернули к босс-комнате. В этот миг Роун внезапно замахал руками, останавливая их. — А, подождите. Прежде чем идти, надо сначала проверить, не победила ли рейдовая группа впереди босса. Если да, возможно, лучше всё-таки пройти боковой тропой и заблокировать вход в святилище. — Что?! Если эти люди первыми доберутся до святилища и повредят сокровища божественных зверей, я им этого не спущу. — Нет, я имел в виду… — Ах, почему всё так сложно? Разве нельзя сначала пойти к святилищу, а потом к босс-комнате? После предложения Чин Хон-а у всех будто уши навострились. Они быстро доберутся по боковой тропе, заблокируют вход в святилище, а затем победят босса раньше рейдовой группы и заберут особый камень. Это был лучший способ. Но после следующих слов Роуна все разочарованно помрачнели. — Нельзя. Если выйти через двойной выход, обратно вернуться не получится. Так что… если рейдовые группы победят босса и войдут в святилище, мы опоздаем на шаг. — …Хм. Тогда прямо сейчас идём к босс-комнате. Не знаю, можно ли нам с ними столкнуться, но мы должны найти особый камень и не дать им войти в святилище. После слов пожилого хранителя божественных зверей все посмотрели на Роуна. — Столкновение с ними не принесёт ничего хорошего. Судя по размеру рейдовой группы, у них наверняка есть хотя бы одна записывающая сфера. — …А, если нас запишут, это будет проблемой? Ким Хи-тэк робко пробормотал это, косясь на Чин Хон-а. — Конечно, хён. Посмотри хотя бы, как мы одеты. Разве они не скажут: «Что эти нищие делают в рейдовой босс-комнате?» После этих слов Ким Хи-тэк и пожилой хранитель божественных зверей зачем-то опустили глаза на свою одежду. Повседневная чогори от ханбока, подобранная из ящика для сбора одежды. Концы рукавов все обгорели, а снизу один носил джинсы, другой — костюмные брюки; выглядели они как люди, которые остановились на полпути во время переодевания. Совершенно не сочеталось. Лишь пожилой хранитель, благодаря длинной чогори, едва сохранял достойный вид. Чин Хон-а раскрыл веер с красным мехом и продолжил: — В общем, если выяснится, что мы хранители божественных зверей Действующего вулкана, нас проклянут так, что мало не покажется. Скажут, Действующий вулкан разъело потому, что хранители божественных зверей выглядят вот так. Скажут, мы вовсе не хранители, а охотники на божественных зверей, и это станет идеальным поводом свалить на нас всё, что сделали тёмные маги. В итоге нас обвинят, что мир стал таким из-за нас. А потом наступит мир, где тёмные маги будут бесчинствовать. Последних слов от него никто не ожидал. Но все знали. Знали, как эти ублюдки-тёмные маги забивали в гору колья и ставили барьеры, чтобы превращать трупы божественных зверей в фамильяров. И среди первых целей оказались божественные звери горы Нокма. — Когда хранителей божественных зверей осталось так мало, думаете, они смогут жить открыто? Мы не можем из-за себя испортить образ хранителей. Когда длинная нотация Чин Хон-а закончилась, хранители божественных зверей снова посмотрели на Роуна. Роун тоже не хотел, чтобы божественные звери попали в записывающую сферу. Пока они даже не выяснили, почему горы и моря вместе с горой Нокма подверглись разъеданию, раскрывать способности хранителей божественных зверей было бы нехорошо. До регрессии, после прорыва гейта Действующего вулкана и разъедания даже горы Нокма, существование божественных зверей практически исчезло. — Если идти, нужно спешить. Раз рейдовая группа ушла, не убив всех демонических зверей, похоже, это команда, которая минимальными силами целилась только в босса. Отсутствие шахтёров в комнате ожидания подтвердило это. Это была команда исключительно для закрытия гейта. — Если бы только можно было заранее узнать, что происходит со стороны босс-комнаты… Роун подумал отправить Конджи посадить семя-ориентир, но это не сработало бы: чтобы перемещение стало возможным, оно должно было прорасти. Среди хранителей божественных зверей снова пошли разговоры: уничтожать записывающую сферу или нет. Ким Хи-тэк осторожно предложил идею: — Т-тогда как насчёт сделать клона из пламени Огненной духовной птицы и отправить его? Он хотя бы узнает, что там происходит. — Нет, хён! Если он столкнётся с мутировавшим демоническим зверем, его просто проглотят! Лучше я сделаю огненное гадание. Как раз когда Чин Хон-а рассыпал в воздухе частицы в форме пламени, под крылом Ттутту, сидевшей на плече Роуна, что-то слегка выпирало, будто она что-то держала. …Она что, как Конджи, прячет там какие-то орешки? Когда он осторожно приподнял перья, Ттутту повернула голову и посмотрела на Роуна. Из-под мягких перьев, которые поднялись без сопротивления, к его уху потёк тёплый поток. 「 Ау-у-у-у-у──! 」 — …А? Роун на мгновение застыл, встретившись взглядом с Ттутту. Он вспомнил способность Ттутту — ветровой мешочек. — Что, ты сохранила звук магмового волка? — Тту. Тту. Тту. Тту──! Ритм сбивался, но, похоже, она подражала вою магмового волка. Этот малыш, зачем он повторяет крики демонических зверей, которых мы собрали? Звучит почему-то как реквием. Он хотел спросить, зачем она сохранила такой звук, но сдержал улыбку и погладил Ттутту по голове. А, если Ттутту доберётся до босс-комнаты, разве она не сможет сохранить оттуда звуки или запахи? Конечно, одну он её не отправит. Роун посмотрел вниз на божественных зверей: каждый играл по-своему. Когда божественный лис поднял в воздух маленький огненный шар, Суранг создал водяной каплей кольцо и запер его внутри. Как только казалось, что запертое пламя вот-вот погаснет с паром, божественный лис снова оживлял его, и всё повторялось. Ёнхо, словно забыв игру в конденсацию, хлопал короткими ручками, наблюдая за происходящим. Торан наделал целую кучу глиняных фигурок с помощью штампа. Причём достал даже формы, которые обычно не использовал. Глиняные фигурки подбирали эти формы, словно оружие, и принимали позы, будто собирались сражаться. Тот, кто обычно всё время клюёт носом, сегодня необычно усерден. Уже одно то, что он не дремал, а играл, было достойно восхищения. Роун посмотрел на Соль, игравшую верхом на Соль-сове, и кивнул, будто выбрал именно её. С самой быстрой Солью и Ттутту можно было чувствовать себя спокойнее. Если их не окружат летающие демонические звери, они смогут быстро слетать туда и обратно. Но… Нет ли способа безопаснее?.. В этот момент он вспомнил рецепт зелья, который давно хотел тайком хотя бы раз попробовать. Сейчас была идеальная возможность его испытать. Это был рецепт магии невидимости. Для него требовался очень ценный материал, добытый у Токси-муравьёв, — кристальный экстракт. [Рецепт] Зелье эссенции невидимости Ингредиенты: Очищающая Прозрачная духовная вода — 10 мл Ингредиенты: Кристальный экстракт — 2 капли Ингредиенты: Минерал шайнкрит — 0,5 мл Ингредиенты: Нейтрализатор маны — 5 мл Хотя материалы было трудно достать, у Роуна они уже имелись. Стоило начать изготовление, как мастерская «Рубикс» автоматически заработала, сложный процесс производства был пропущен, и всего за несколько секунд появилась прозрачная жидкость. В отличие от зачарования, у зелий было ограничение по времени. Если выпить напрямую, действие продлится тридцать минут, но если добавить в опцию щита, срок будет больше. Роун посмотрел на Соль и Ттутту и сказал: — Сможете добраться до босс-комнаты и вернуться? Роун спокойно объяснил, что нужно сделать в босс-комнате. Увидев это, хранители божественных зверей Действующего вулкана пришли в ужас от мысли, что он отправляет малышей-божественных зверей к босс-комнате, и заговорили наперебой. — Что, даже с прозрачным зельем ты всё равно собираешься отправить этих крошек? Я лучше сам пойду. — …Старейшина медленный, так что я расправлю крылья Огненной духовной птицы и полечу. Или, может, лучше отправить Чин Хон-а. — Меня? Я не пойду. Господин Ёмби велел просто оставить всё как есть. — Всем незачем беспокоиться. Щит Роуна выдержал даже магмовых слизней. А у маленьких божественных зверей действие зелья продлится дольше, чем у нас. — Но если с ними что-нибудь случится из-за демонических зверей… — Ничего не случится, старейшина. Вы бы удивились, если бы знали, каких демонических зверей эти малыши уже собрали. С довольным лицом До Бон-сик поднял Соль на руки; в его взгляде было столько нежности, что он едва не таял. Через некоторое время Соль оседлала Соль-сову, а Ттутту полетела рядом. Их силуэты постепенно удалялись в пространстве, наполненном красным жаром. Вместо того чтобы ждать Соль и Ттутту, группа решила двигаться к босс-комнате. Даже если малыши вернутся, через боковую тропу путь к святилищу станет намного короче. Когда они тронулись, лис пошёл рядом с До Бон-сиком, а Суранг, сверкая глазами, создавал кольца из ледяных капель воды и отправлял их вперёд. Ёнхо тихо летел рядом с Сурангом. За Тораном, поднявшим пушистый хвост, вереницей следовали маленькие глиняные фигурки. Стараясь не попасть никому под ноги, они шли вдоль стены. Увидев это, Чин Хон-а взмахнул рукой, будто стирая ладонью воздух. Затем воздух зарябил, и на волне, похожей на зеркало, появилось чьё-то изображение. Это было фото молодого на вид шамана, который держал на руках маленького детёныша куницы с бледно-розовой шерстью. — Это когда я впервые стал служить господину Ёмби. Он ведь невероятно милый, правда? Кто угодно решил бы, что это рисунок, настолько чрезмерно милым всё выглядело. Так вот кто был запечатан внутри Чин Хон-а… Вид маленькой жизни, отражённый за рябью, был теплее и милее любого божественного зверя, которого они видели до сих пор. Роун, некоторое время не способный заговорить, осторожно спросил: — Божественных зверей Действующего вулкана оттеснили мутировавшие демонические звери? Честно говоря, даже если так, он хотел спросить, зачем они использовали заклинание, запечатывающее души. — Нет, мы, божественные звери Действующего вулкана, обладаем силой большей, чем божественные звери любой другой горы. Нас никогда не оттесняли. Чин Хон-а, уже без прежней игривости на лице, говорил серьёзно. — Тогда почему… — Ну, даже сейчас, когда я об этом думаю, всё странно… но, по моему чутью, всё началось в тот день, когда эти люди рассыпали тот странный порошок. — …Порошок? ---------- Идём спасать их (5) Роун заинтересовался словами Чин Хон-а и переспросил: — О каком порошке ты говоришь? — Хм, подробностей я тоже не знаю, но это был белый порошок. Сначала я подумал, что это что-то вроде корма с наложенным заклинанием — чтобы создавать фамильяров. Роун подумал, что этим порошком могла быть Некропыль — порошок магического зверя Лумимоса. Вспомнив слова Сиена о том, что тот оживил йети на Снежной горе с помощью Некропыли, Роун спросил: — …Этот белый порошок. Может быть, когда им посыпали трупы магических зверей, ожившие становились зверями-мутантами? Ты видел того, кто его рассыпал? Возможно, кого-то с бледным лицом и светло-каштановыми волосами… Чин Хон-а молча уставился на Роуна, который впервые спрашивал о чём-то с таким необычным энтузиазмом. А потом заговорил удивлённым тоном: — Ну надо же, я и не знал, что наш господин интересуется некромантским типажом… Если о таких речь, они время от времени поднимаются на вершину того вулкана. Как насчёт этого? В следующий раз, когда встретимся, представить тебя? Но, господин, почему именно бледнолицые? Разве не лучше кто-нибудь полный жизненной силы, с вулкана? Так не годится. Заодно познакомлю тебя с женщиной, полной янской энергии. Последнюю часть Чин Хон-а пробормотал тихо и легко похлопал Роуна по плечу. — …Нет, если это не тёмные маги, забудь. Я просто спрашивал, откуда появились звери-мутанты. Роун покачал головой, ошеломлённый странным предположением Чин Хон-а. Если подумать, йети, которого оживил Сиен, утратил агрессию и жестокость, так что, возможно, связи всё же не было. Они шли по раскалённой земле около тридцати минут, и всё это время было странно: несмотря на сильное присутствие демонической энергии, не появилось ни одного демонического зверя. — Господин, не кажется ли вам, что рейдовая группа уже всё зачистила? Здесь слишком чисто. До Бон-сик окинул взглядом дорогу, где не было даже трупов, и ударил красным посохом по земле и стенам. Бах! Дзынь! Даже после такой попытки выманить зверей не появилось ни одного. — Хм, не знаю почему, но глубже они могут собраться все разом и оказаться сильнее, так что не теряйте бдительности. После слов пожилого хранителя божественных зверей Роуна кольнула тревога. Неужели… звери не погнались за Соль и Ттутту?.. И как раз когда его беспокойство начало расти — Уууух. Издалека, рассекая красный жар, показались маленькие силуэты двух божественных зверей. Соль верхом на Соль-сове и Ттутту, широко расправивший довольно крупные крылья, летели бок о бок, словно наперегонки. Увидев их, Роун облегчённо улыбнулся. Хлоп. Соль-сова Соль описала дугу и изящно остановилась в воздухе, а Ттутту точно приземлился Роуну на руку. По виду они вернулись целыми и не переутомились. — …Ого, юные божественные звери настолько быстрые? Они правда уже слетали и вернулись? — О-они нигде не ранены? Чин Хон-а и Ким Хи-тэк смотрели на Соль и Ттутту с тревогой, смешанной с удивлением. — Давайте, соберитесь поближе. По жесту Роуна До Бон-сик и хранители божественных зверей приблизились, ожидая способности ветрового мешочка Ттутту. Роун слегка приподнял перья, которые Ттутту крепко сжимал вместе. Тогда воздух, сжатый, словно рисовый шарик, выпустил поток горячих течений. К окружающим хлынули незнакомые звуки и запахи. — Шур-шур… Нерегулярно послышался слабый шорох, будто что-то скользило по сухой земле. Он походил на звук битых черепков или гравия, который толкает ветер. Затем донёсся липкий звук босых ног, ступающих по влажной, размятой глине. — А, похоже на место, где живут черви извержения… Поймав чавкающий звук глинистого слоя, который ещё не успел полностью затвердеть, пробормотал Ким Хи-тэк. — Хм, путь впереди будет непростым. Демонические звери изверженного типа по отдельности были низкого ранга, но их места обитания были крайне опасны. Они зарывались глубоко под землю, поэтому их трудно было поймать, а сама почва была настолько мягкой, что казалось, будто она вот-вот провалится под каждым шагом. Затем, когда поток ветра из мешочка постепенно изменился… Бум! Тудум! Стали время от времени доноситься короткое, натужное дыхание и скрежет тяжёлых камней. Ссссс. Звук чего-то, скользнувшего мимо. Резкий режущий звук, словно рассекали ветер. Он казался знакомым — чем-то, что они уже слышали или испытывали раньше. Это звук того, как Соль уклоняется? Следом из-под перьев Ттутту пришёл запах серы, смешанный с резкой металлической нотой. Звук ветра, быстро проходящего через то место. Фвуш. Шум усиливающегося огня, будто приближавшегося к ним, накатывал волнами. Одновременно всё более крепкий запах серы резал нос. Буль-буль. …Клок. Разнёсся кипящий, давящий звук, будто внутри что-то перемалывало, и по коже внезапно побежали мурашки. Похоже, Соль и Ттутту повернули назад у места, откуда донёсся этот звук. — До каких пор дошла рейдовая группа? Не могу понять… — Были ли признаки людей? Я ничего не почувствовал. Чин Хон-а и пожилой хранитель потёрли подбородки и нахмурились. Роуну эта странность тоже не давала покоя с самого начала. Если бы они где-то погибли, должен был остаться хотя бы запах крови, но никаких признаков не было. Тогда что это был за знакомый звук, который только что скользнул мимо? — …Никто не слышал ничего странного? Роун хотел понять, почувствовали ли остальные то же самое. — Не знаю насчёт этого. Сам понимаешь. Когда это господин Ёмби вообще обращал внимание на окружение? Для нашего Ёмби мир — это просто место, где есть вода и огонь. Когда Чин Хон-а снова это отрицал, До Бон-сик неуверенно посмотрел на пожилого хранителя и сказал: — Я не уверен, господин. Иногда будто что-то проходит рядом… Но я никогда раньше не испытывал подобного только через звук и запах… — Кхм, если у тебя такое ощущение, трудно сказать, что ты ошибаешься… Он оборвал фразу и посмотрел на Роуна. — Ну… для начала пойдём. Место, где Соль и Ттутту повернули назад, скорее всего, тупик или последние ворота. Не то чтобы они не беспокоились о рейдовой группе, но для поисков артефакта было даже лучше, если их никто не увидит. Шаг, шаг. Хранители божественных зверей бодро направились к босс-комнате. Поскольку по звукам и запахам они уже примерно знали, какое место ждёт впереди и какие там могут быть опасности, они чувствовали уверенность. Через некоторое время твёрдая земля внезапно превратилась в грязь. Когда ноги начали проваливаться почти по подъём — — Всем остановиться. Пожилой хранитель вытянул посох в сторону и остановил группу. Чин Хон-а поднял маленький камень и бросил его на красную почву под ногами. Хлюп. Красная земля дрогнула, как густой суп. — Это огненное болото. Из болота высунулось что-то вроде длинного усика. Значит, это и есть место обитания червей извержения. Тту. Тту. Тту. Тту. Ттутту, сидевший на плече Роуна, заинтересованно зашевелился. Но, словно разочаровавшись, что это не атрибут ветра, он причмокнул и снова свернулся. Пожилой хранитель божественных зверей, посланник огненного дождя, будто ждал этого, тут же раскинул по земле стену огня. Красный барьер покрыл раскалённую землю, словно сахарная глазурь танхулу. О, значит, барьер можно использовать и так. Роун видел, как щитоносцы применяют щиты самыми разными способами, но создать барьер, по которому можно идти, было трудно. Обычно мана сгущалась в груди и выпускалась вперёд, поэтому даже мастера могли в лучшем случае поднять её над головой. Изогнуть направление выпуска вниз было намного сложнее, чем казалось. Конечно, барьер мастерской «Рубикс» Роуна был исключением. Он имел форму полноценной сферы, закрывающей даже пространство под ногами, и вовсе не требовал управления маной. Так или иначе, барьер пожилого хранителя был поистине непревзойдённой магией. По мере того как они приближались к концу мест, которые показал ветровой мешочек Ттутту, группа сама собой ускоряла шаг. Только Торан отставал и всё ещё возился. Даже на ходу он был занят тем, что штамповал глиняные фигурки на потемневшей земле. — Поторопись. Ты отстаёшь. Роун с ошеломлением посмотрел на глиняные фигурки, тянувшиеся за Тораном как венские сосиски, и почти велел ему убрать их перед тем, как идти дальше. И, как назло, они шли даже не в два ряда, а одной линией. Воодушевившись, Торан снова попытался вытащить чёрную землю из мокрого глинистого слоя, чтобы сделать ещё фигурок. — Давай заберём глину домой и сделаешь их там. Попробуй сохранить её в мастерской. После слов Роуна Торан попытался сохранить глину через закреплённый за ним фрагмент мастерской. — А! Будто он забыл, что хранение вообще возможно, Торан широко раскрыл глаза и рот и издал короткий крик. Тогда Роун выстроил глиняные фигурки в три ряда. — Если добавить сюда ещё один, получится четыре ряда. Тогда общая длина сильно уменьшится, правда? — А! Сколько они уже шли? Буль-буль. Звук кипящей лавы становился всё ближе и ближе. Похоже, поблизости был кратер. И вот, наконец добравшись до последней точки следа, принесённого ветровым мешочком, Роун и остальные были вынуждены одновременно остановиться: перед их глазами тянулась река пылающей красной лавы. …Значит, звук кипящей лавы был не из кратера, а от лавовой реки. Роун какое-то время оцепенело смотрел на подавляющую, яростную лавовую реку. Лава, увлекаемая собственным течением, вытягивалась длинными волнами и колыхалась, словно живая; время от времени горячие пузыри с громким хлопком лопались и оседали. Жар заставлял окружающий воздух беспрерывно дрожать. Хранители божественных зверей тоже стояли рассеянно, глядя на красную реку, кипящую жаром, и на их лицах застыло потрясение. После болота появление реки ещё можно было понять. Но не лавовой реки. Даже малыши на этот раз не решились шалить и молча смотрели на лавовую реку. — Ха, будто духом одержало. Лавовая река на вершине Лавового пика давно высохла… Это вообще настоящее? Даже сейчас лава всё ещё медленно стекала в море, но раньше лавовой рекой называли лаву, наполненную божественной силой божественных зверей. — Точно, мы ведь часто ходили с господином Ёмби закалять. — А? Кого вы закаляли? Роун спросил, обернувшись к хранителям божественных зверей Пика Пламени. — Эй-эй, что значит кого? Пусть о божественных зверях Пика Пламени и ходят слухи, будто они строгие, они не стали бы разгуливать и закалять людей. — …Ты сказал «закалять». — У вас довольно жестокое воображение, господин? Я говорю об оружии и доспехах, а вы — о закалке людей? Чин Хон-а, младший среди хранителей божественных зверей Пика Пламени, прикрыл рот, будто испугался, и преувеличенно рассмеялся. Взгляд пожилого хранителя божественных зверей оставался прикован к горизонту кипящей лавовой реки. Из-под глубоких морщин потёк спокойный голос. — Когда мы переправлялись через лавовую реку, это было во времена, когда все высшие божественные звери ещё были здесь. Тогда существовала кузница, созданная одной лишь силой божественных зверей Пика Пламени. Теперь — украли ли её демонические звери или она разрушилась — от неё не осталось и следа. — Понятно… Кузница… Роуну это показалось внезапным, но почему-то вполне подходящим для Пика Пламени. — Эй, я, кажется, не могу больше вот так стоять. В отличие от божественных зверей Пика Пламени, До Бон-сик обречённо вздохнул и тыльной стороной ладони вытер пот со лба. А? Даже после жаростойкого покрытия ему всё ещё так тяжело? Роун и малыши поставили себе в параметры защиты достаточно холодных зелий и жаростойкого покрытия, поэтому почти не ощущали воздействия. Из-за этого он толком не проверил До Бон-сика и божественную лису. — Дядя, не надо просто терпеть и потеть — попроси ещё зелий. Лисе тоже жарко. Роун достал ещё несколько зелий покрытия и передал их До Бон-сику. Увидев, что божественная лиса, в отличие от него, не показывала, как ей тяжело, До Бон-сик слегка почувствовал вину. — Точно, точно, я просто забыл. Хон-силь, наверное, тяжело. До Бон-сик нанёс зелье на Хон-силь и продолжил: — В любом случае, думаю, нам пора возвращаться. В отличие от хранителей божественных зверей, которые, глядя на лавовую реку, были полны ностальгии, До Бон-сика волновали только брызги лавы, и он хотел как можно скорее уйти отсюда. Роун тоже совершенно не собирался переходить через это место. Каким бы непобедимым ни был барьер «Рубикса», как вообще можно выжить внутри лавы? В этот момент Чин Хон-а рассыпал в воздухе крупицы пламени. Па-ба-бах! Прыгающие искры веером разлетелись в сторону лавовой реки. Глаза Чин Хон-а, читавшие знамение, заметно дрогнули. — …?! ---------- Идём спасать их (6) Увидев огненное гадание, Чин Хон-а широко раскрыл глаза и сказал: — Нам нужно пересечь эту реку. Только тогда тот, кто там, выживет. — Что?! Говорить, что это невозможно, было бесполезно. Его гадание ещё ни разу не ошибалось. — Хон-а, что это значит? Если мы не можем перейти, можно просто вернуться, верно? Ты говоришь, что нельзя? Мы здесь застряли? Ким Хи-тэк спросил, тревожно оглядываясь вокруг, а Чин Хон-а спокойно указал красным веером на другой берег лавовой реки и ответил: — Нет, не мы. Выживет тот, кто там, за рекой. — …Что? Тогда ты мог просто сказать, что за рекой есть человек. В такие моменты не надо разыгрывать шаманский образ, говори прямо. Пока Ким Хи-тэк жаловался с измученным лицом, Чин Хон-а наклонился к нему с видом «и что?». Роун нахмурился, вспомнив диссонирующий звук, похожий на ветер, который он слышал из ветрового мешочка. Как я и думал, там действительно кто-то есть. Сосредоточившись на человеке за рекой, Роун снова спросил: — Но как тот человек вообще пересёк это место? Пламя Действующего вулкана могут выдержать только божественные звери Действующего вулкана и их хранители, верно? Даже если попытаться безрассудно перелететь, сильный жар, поднимающийся от лавовой реки, зажарит человека прежде, чем он далеко продвинется. — …Если это место похоже на лавовую реку, вы должны знать, где что находится. Может, тут есть что-то вроде моста? На любопытный вопрос Роуна ответили: — Конечно нет. Подняться на лавовую гору могли только ученики, а поскольку нам было ничего даже от прикосновения к лаве, мост вроде этого никогда не был нужен. — Но сейчас всё не так. Вы всё ещё можете просто переплыть лаву? — …Ну, нет. Если бы могли, давно бы уже переплыли. — … Роун вздохнул и задумался, как человек по ту сторону реки мог её пересечь. Маг с ледяным барьером использовал полётную магию? Но это не очень совпадало со следами, которые прошли мимо, будто шаги в ветре. В этот момент младший, Чин Хон-а, повернулся к Роуну и сказал: — Эй, господин, давным-давно господин Ёмби однажды говорил вот что. Один божественный зверь сделал лодку, чтобы играть на лавовой реке. — …А? Божественный зверь сделал лодку? Как божественный зверь мог сделать лодку? Он же не возьмёт пилу двумя руками и не станет пилить дерево, как человек. Разве существовал божественный зверь с режущими или ремесленными способностями? Ну, звучало бессмысленно, но почему-то всё равно казалось возможным. — Я сам её не видел, но раз господин Ёмби сказал это лично, значит, правда. После этих слов группа начала глазами прочёсывать сухую землю в поисках лодки. Хранители божественных зверей присоединились не столько ради спасения человека за рекой, сколько ради того, чтобы не дать ему забрать уникальные камни божественных зверей. До Бон-сик и божественная лиса ощупывали землю, родственную им по огненному атрибуту, пытаясь понять, нет ли чего-то чужеродного. Но вокруг были только горячий воздух и демоническая энергия. Суранг с помощью водяного кольца создавал одну за другой капли размером с мраморные шарики и рассеивал их по земле. Соль и Ттутту отталкивали ветер и следовали за течением воздушных потоков. Глиняные фигурки Торана тоже активно катались по земле во все стороны. И вот группа полусогнутых глиняных фигурок остановилась. Похоже, они что-то нашли. Глиняные фигурки тут же побежали куда-то и начали облеплять что-то, зарытое в чёрной земле, будто нашли хорошую глину. …Что это? Между глиняными фигурками показалась часть большого камня. Камень, почерневший, как уголь, был весь усеян мелкими ямками, словно оспинами. Он был хорошо обработан, будто когда-то являлся частью скульптуры. Не может быть… лодка, которую мы ищем… это же не она? Когда землю раскопали, на губах Роуна появилась недоверчивая улыбка. Лодка из камня — наверняка она просто была похожа по форме, а плавать не могла. Чин Хон-а, заметив Роуна и божественных зверей, крикнул: — О?! Это же лодка из лавового камня, о которой говорил господин Ёмби! — … Вскоре хранители божественных зверей Действующего вулкана с сияющими лицами, будто нашли потерянную вещь, выкопали лодку, погребённую в земле. — Если мы все сядем, она будет полной. — Есть ограничение по весу? — Давайте сначала просто все сядем. Перед тем как спустить каменную лодку на лавовую реку, Роун грубо нанёс на неё флакон зелья покрытия, чтобы хоть немного сильнее отсечь жар. Если нанести его пятнами, оно само равномерно растечётся, как рассеивающийся аромат. Хранители божественных зверей Пика Пламени вышли вперёд и подтолкнули каменную лодку к лавовой реке. Раз-два! Раз-два! — Ух, она тяжелее, чем я думал. — Полегчает, когда коснётся реки. Продолжаем! Честно говоря, до этого момента Роун не слишком верил, что лодка поплывёт. На ней не было ни магии плавучести, ни магии гравитации, и как ни посмотри, это был просто лавовый камень. Но его ожидания оказались ошибочными. Буль-буль. Именно как сказал Чин Хон-а: когда вода лавовой реки пропитала большую, похожую на обсидиан лодку, та легко всплыла на раскалённой лаве, словно плот из брёвен. По поверхности лодки начал расползаться красный свет, впитывающий энергию лавовой реки. Свет не излучался наружу, а будто сливался с жаром лавы, а затем начал пульсировать, словно сердце лодки. Тук, тук, тук. Что это за звук? Что-то вроде двигателя? Равномерный звук постепенно стихал… Грррм! Бесстрашные малыши первыми запрыгнули на лодку. Наверное, им понравилось тёплое ощущение под лапами: вскоре они уже катались по ней и мяукали. — П-правда можно на ней ехать? Лодка не кажется вам живой?.. До Бон-сик колебался с испуганным лицом, но в итоге последовал за остальными и осторожно ступил на лодку. Божественная лиса тоже осторожно поставила переднюю лапу, похожую на лапку в чёрном носочке. Гооооо-----. Кууууунг----. Без всяких вёсел лодка медленно двинулась вперёд, издавая звук, похожий на сердцебиение. Роун подошёл к краю лодки и тихо посмотрел вниз, на колышущуюся лаву. Думал, сейчас выпрыгнут лавовые рыбы, но тихо. Их нигде не было видно. Он мельком заметил несколько рыбин, плывущих вдали, но вскоре они исчезли в сиянии. В любом случае собирать демонических рыб лавовой реки не было нужды — особой пользы от них не было. Наконец лодка достигла суши. Вопреки ожиданиям, что вокруг будут кишеть демонические звери, здесь оказалось тише, чем они думали. На земле валялись разбитые флаконы из-под зелий и расплавленное оружие. Остались следы боя. До босс-комнаты ещё несколько метров… Уже впечатляло, что кто-то добрался сюда живым, но, судя по следам, они могли быть полностью уничтожены. Послышался любопытный голос Чин Хон-а: — Здесь есть пещера? Может, если пойти этим путём, выйдем к святилищу божественных зверей? Ощущение неплохое. — Остановись, Хон-а. Даже на вид вход слишком узкий. До Бон-сик покачал головой и отступил. Остальные хранители божественных зверей тоже отвели взгляд. Это был другой путь, не та боковая тропа, но проход сужался, так что он мог оказаться тупиком. А, точно, у меня же была карта. Вспомнив, что помимо карты горы Нокма есть ещё одна, Роун развернул карту хранителя божественных зверей, которую поглотил мастерской. Мастерская, распознав их текущее местоположение и рельеф, вывела изображение Действующего вулкана. Но затем… Подожди, что это?! Это была не внутренняя карта рейда и не ближайшие окрестности, а местность вокруг лавовой реки. Более того, неподалёку от глубокой точки, где, вероятно, находился рейдовый босс, проступила бледная надпись. Такая отметка появляется там, где спрятано украденное наследие божественных зверей… Но почему в таком месте… В отличие от горы Нокма, часть которой оставалась живой, в вулканической горе, давно разъеденной демонической энергией, даже если бы реликвия была погребена, её сила не продержалась бы долго и исчезла бы. Именно поэтому было трудно поверить, что в таком месте есть реликвия. Может быть, это был не рейд, а настоящий пик, по которому когда-то текла лавовая река? Немедленно выйти из рейда, чтобы проверить место, было невозможно. Да и само существование этой лавовой реки перед глазами казалось нереальным. Куда правдоподобнее было бы, если бы кто-то целиком перенёс сюда участок с лавовой рекой. Конечно, если демонические звери были способны перемещать реликвии божественных зверей, это не было невозможным. Стоило вспомнить Пик Текущей воды, превратившийся в место обитания Серпенсов, и это становилось понятнее. Сила Водяного бога должна была поддерживать воду и очищающую способность Пика Текущей воды, не давая им иссякнуть, но босс Серпенсов, Нага, обратил эту силу в демоническую энергию и сделал её своей территорией. «Яйцо», исток Божества воды, держалось до самого конца, чтобы не исчезнуть, и в итоге было найдено Сурангом и вылупилось. Так родился Ёнхо. …Нужно найти это как можно быстрее. Живое это наследие или нет, он не мог просто позволить ему исчезнуть. Пока Роун был погружён в мысли, группа медленно вошла в узкую пещеру. Др-др-дрк. Вместе с пробирающим до костей жаром показались несколько големов среднего ранга. Големы размером с человека медленно приближались, волоча тяжёлые тела. Среди них было несколько раскалённых докрасна големов-мутантов, но, в отличие от магмовых слизней, они не могли полностью поглощать пламя, поэтому оставалась возможность разрушить их ядра. Когда До Бон-сик и божественная лиса прижали медлительных големов, Чин Хон-а и Ким Хи-тэк нанесли завершающие удары. Пожилой хранитель в нужные моменты разворачивал барьеры, защищал их и занимался усилениями. Тем временем фрагменты мастерской Роуна тайно начали собирать материалы, поэтому разобраться с големами оказалось нетрудно. Кукукунг. Когда последний голем с грохотом рухнул и пыль улеглась, обзор очистился. Впереди, там, где валялись обломки. На земле были разбросаны останки големов — куда больше, чем тех, которых победили хранители божественных зверей. Разбитые ядра, размозжённые корпуса, руки и головы. Это были следы, оставленные кем-то, кто уже расправился с этими големами. — Похоже, кто-то уже прошёл здесь. — Тогда… впереди всё ещё может быть кто-то из рейдовой группы живым? Как только Ким Хи-тэк спросил это тревожным голосом, откуда-то донёсся неприятный скрежет. — Киииик. На тревожный звук они подняли взгляд и столкнулись с гротескной кучей металлолома размером с дом — настолько деформированной, что её уже трудно было назвать големом. Она выглядела как странная смесь ржавых пластин, шестерёнок и металлических обломков, словно вместе свалили машины, выброшенные с разрушенного завода. — Что это?! — Это тоже демонический зверь? — Н-не знаю. Почему здесь куча металлолома…? Среди дрожащего металлолома тут и там торчали смятые доспехи и обломки оружия, явно принадлежавшие рейдовым группам. — Чёрт, похоже, предыдущие группы все полегли. Ккириририк-. Из двух похожих на глаза частей, прикреплённых к голове кучи металла, заметившей группу Роуна, потёк красный свет. В центре её тела зловеще пульсировало сердце, похожее на печь, а жар и вибрация, исходившие от всего корпуса, будто в любой миг готовы были сорваться с цепи. Хранители божественных зверей Пика Пламени растерянно смотрели вверх на огромную кучу металла. Ккириририк-. В этот момент масса металлолома, обнаружившая их, рванула вперёд, размахивая огромной рукой. Если попасть под такую руку, группу раздавило бы как мух. Пожилой хранитель ударил посохом по земле и развернул барьер, но тот был смят и разбит силой металлической массы. Проклятье!.. Чин Хон-а взорвал талисманы, а Ким Хи-тэк выпустил пламя Огненной духовной птицы. Однако сердце гигантского голема мгновенно поглотило летящее пламя. Как и магмовый слизень, это существо тоже пожирало огонь, и его свирепость взлетела ещё выше. — Э-это, должно быть, босс-мутант… — Чёрт, я даже не понимаю, куда бить. Пока хранители божественных зверей Пика Пламени ошеломлённо смотрели вверх, огромная рука металлолома обрушилась им на головы. — Уворачивайтесь! Крикнув, До Бон-сик метнул длинный посох в сердце голема. Получив физический удар, голем остановил опускающийся кулак и повернулся к нему — к тому, кто атаковал его сердце. Гугугугу. Когда разъярённый голем приблизился, До Бон-сик решил, что времени достаточно, и попытался уклониться. Но это было ошибкой. Голем будто присел, а затем прыгнул прямо на До Бон-сика, широко раскинув тяжёлые руки. — Г-кх…! Голем собирался раздавить До Бон-сика насмерть, рухнув на него всем телом. — Осторожно, дядя! Потрясённый Роун бросился к До Бон-сику и божественной лисе, но не мог поспеть за этой скоростью. — Мяу! — Ми-оонг! Суранг быстро выпустил водяную сферу, и Соль тоже подлетела на Соль-сове, но, казалось, они едва-едва не успевали. В этот миг божественная лиса взобралась на упавшего До Бон-сика. — Хон-силь, прочь, быстро! — Каанг! Несмотря на крик До Бон-сика, божественная лиса уставилась на кулак голема и высвободила большой лисий шар, в который вложила всю свою божественную силу. Фвуш. Хотя это был огненный атрибут, атака всё же была физической, так что расчёт был на то, что она хоть в какой-то мере сработает. По крайней мере, она должна была выиграть достаточно времени, чтобы сбежать. Но лисий шар был бесполезно поглощён в тот миг, когда коснулся сердца голема. Перед пылающей печью в его груди больше не действовала никакая атака. — Прочь, Хон-силь! — Ккаэнг! За отчаянным криком До Бон-сика послышался предсмертный вопль божественной лисы. ---------- Идём спасать их (7) — …Нет. В этот миг болезненные воспоминания о потерянных питомцах снова всплыли и впились Роуну в грудь. Он ясно видел, как господин Бон-сик и Хон-силь задыхаются, но всё, что он сделал, — лишь передал им ещё зелий. Самодовольная вера в то, что всё будет хорошо из-за барьера мастерской «Рубикс». Возможно, это было всего лишь самоуспокоением: раз он сам и его божественные звери в безопасности, этого достаточно. …Нет. Так нельзя. Он поклялся больше никого не терять. Он верил, что всё наконец начало меняться. — Мя-а-а! Словно почувствовав отчаянные чувства Роуна, Соль летела изо всех сил, прижав уши назад. Но почему-то ветер вокруг Соль казался тяжелее обычного. Тат-тат-тат. Роун без остановки бежал к голему — туда, где были До Бон-сик и лисий божественный зверь. Господин Бон-сик, старый друг его отца, и лисий божественный зверь — все они были теми, кого он потерял до регрессии. Несмотря на отчаяние, воздух будто растягивался до бесконечности. — Ки-и-ирк! Ему показалось, что поток воздуха, сквозь который он бежал, внезапно остановился. Даже фрагменты «Рубикса» на мгновение замерли в воздухе. А затем, как раз в тот миг, когда поток воздуха должен был снова двинуться, мастерская «Рубикс» быстро отреагировала. [Система] Собрать магического зверя высокого ранга Рус-Бегемота? [Система] Разбор / Хранение / Поглощение …?! У Роуна перехватило дыхание. Испуганное сердце бешено заколотилось и успокоилось только после того, как он увидел окно сбора. Но… Как он остановился?.. Роун понял раньше всех: это сделал не он. — Разобрать и сохранить. [Система] Получено 120 тонн металлолома из магического зверя высокого ранга «Рус-Бегемот». [Система] Получено 2 Несгибаемых рубистона. [Система] Получено уникальное наследие лавовой реки — «Несгибаемая печь». Как только сбор завершился, течение воздуха вернулось в норму. До Бон-сик, лисий божественный зверь и Хон-силь ошеломлённо смотрели в небо — туда, где ещё мгновение назад огромная скала должна была их раздавить, но исчезла в один миг. Над ними, описав круг, спустилась Соль-сова. — Канг! Лисий божественный зверь коротко тявкнул, словно выпустил крик, который едва сдержал, глядя вверх. — Это Соль меня спасла? — Похоже на то. Соль ответила смущённо, но Суранг и Торан сразу поняли, что это именно Соль изменила течение воздуха. — Хон-силь, ты в порядке? Никогда больше так не делай. Никогда… — Каанг! До Бон-сик обнял лисьего божественного зверя за загривок и какое-то время дрожал, выдыхая. В отличие от его обычного грубого вида, когда он избивал демонических зверей, сейчас он выглядел мягкосердечным лысым мальчишкой. Тем временем хранители божественных зверей с огненными посохами застыли на месте: огромная пылающая масса, закрывавшая небо, исчезла в одно мгновение. Они недоверчиво моргали и бормотали: — Т-тот гигантский голем правда исчез? Или мне мерещится? — Ха… мы все сейчас увидели иллюзию? Они так и не могли оторвать глаз от неба, где исчезла огромная груда металлолома. В этот момент самый младший, Чин Хон-а, хлопнул веером по ладони и сказал: — Какая ещё иллюзия? Это Роун его собрал. — С-собрал? Мы даже вырубить его не смогли — как? Хранители божественных зверей даже не успели применить формацию против этой груды металла. Поэтому они одновременно восхищались и смущались тем, что не смогли помочь. — Какая разница, как он это сделал? Если бы не Роун, нас бы расплющило в окаменелости. Чин Хон-а покачал головой, вспоминая пугающее мгновение. Лица у всех напряглись, стоило им подумать о босс-големе, который оказался сильнее ожидаемого. Тем временем Роун смотрел на артефакт, сохранённый в мастерской «Рубикс»: он был похож на миниатюрную модель вулкана. Эта модель… и есть наследие? Судя по тому, что слабые буквы на карте полностью исчезли, так и было. Если поглотить его, возможно, наследие можно будет использовать как древний текст, но Роун не мог присвоить себе уникальное наследие исчезнувшего божественного зверя. Если его можно вернуть вулкану, он хотел это сделать. В этот момент Торан и Соль играли, перекатывая маленькие камешки среди сверкающих фрагментов. После кризиса наступила короткая передышка. Роун посмотрел на хранителей божественных зверей, которые немного успокоились, и сказал: — Теперь, когда босс побеждён, гейт закроется. — Значит… всё уже закончилось? — Да, область вокруг святилища тоже вернётся в норму. — Мяу! — Писк! Суранг и Конджи вдруг настороженно крикнули куда-то в сторону. Все взгляды повернулись к узкому тёмному проходу, в который едва мог протиснуться один человек. — …Похоже, там кто-то есть. — Нет, кто вообще полез бы туда? — Возможно, прятался от Бегемота. — Суранг, сходишь проверить с Конджи? Гр-р-р! Суранг, которому было немного скучно, пока Торан и Соль демонстрировали свои умения, тут же стремительно бросился внутрь. Конджи, сидя на фрагменте «Рубикса», последовала сразу за ним. Хранители божественных зверей смотрели им вслед с завистливыми, но довольными улыбками. — …Н-наш Хваён тоже когда-то слушался всего, что я говорил. — …Это потому, что ты был слишком бестолковым. Из-за тебя даже образ госпожи Огненной духовной птицы стал хуже. От острого замечания Чин Хон-а Ким Хи-тэк широко раскрыл глаза. Он хотел возразить, но, поскольку это было не совсем неправдой, сказать ему было нечего. Надуто поджав губы, Чин Хон-а продолжил, глядя на пожилого хранителя: — Ну… я тоже скучаю по нашему милому и универсальному господину Ёмби. Старик, ты ведь тоже скучаешь по Хвау? — Кхм. Выберемся отсюда — скоро их увидим. Хотя… сначала они должны вернуть прежний облик… Пожилой хранитель божественных зверей тихо крепче сжал посох, не скрывая волнения. --- Тем временем Суранг и Конджи, улетевшие вперёд, в глубине узкой пещеры обнаружили стройную фигуру в чёрной одежде. Она лежала на земле и совсем не могла двигаться. — Мяу! Когда Суранг подошёл и тихо мяукнул, женщина в чёрном медленно открыла глаза. Увидев перед собой плачущего котёнка, она моргнула. Его снежно-белая шерсть будто светилась даже в тёмной пещере. А под ровно уложенными серыми полосами, похожими на аккуратно подстриженную чёлку, были два голубых глаза с совершенно безобидным взглядом. — …Ах. Ангел? Но этот кошачий ангел… почему-то казался знакомым… Вдали, из узкой пещеры, возвращались Суранг и Конджи. Но за ними никого не было видно. — Внутри никого не было? Странно. Божественные звери не могли ошибиться в ощущениях. Роун наклонил голову и ещё раз посмотрел в пещеру. В этот момент кто-то внезапно бросился прямо перед ним. Роун вздрогнул и резко остановился, а знакомое лицо с острым взглядом заговорило: — Как я и думала… это вы, господин Роун. — …Подождите, как вы здесь оказались? Это была Хан Сом-джин. Кожа, видневшаяся сквозь чёрную одежду, была местами обожжена, покраснела и вздулась от ожогов. Редкая пользовательница тёмной способности, мастер теневых навыков, она была быстрее и сильнее почти всех — так почему она снова здесь… Она входила в рейдовую группу? Нет. У входа в гейт Роун не помнил лагеря гильдии «Сентинел». Тогда она пришла как подкрепление? Вопросов у Роуна было много, но сразу задать их он не мог. Её пересохшие губы дрожали. Судя по влажным волосам, Суранг уже дал ей воду и восстанавливающие предметы, но из-за сильного жара ожоги выглядели ещё мучительнее. Роун поспешно приготовил средство от ожогов, затем достал жаростойкое покрытие и протянул Хан Сом-джин. — Сначала нанесите это. Коротко представив хранителей божественных зверей Пика Пламени, До Бон-сика и даже лисьего божественного зверя, группа направилась ко входу в святилище божественных зверей. Благодаря исчезновению демонических зверей путь к святилищу оказался удивительно спокойным. Они пробирались сквозь постоянно поднимающийся откуда-то жар, пересекли маленькую долину, по которой текли потоки лавы, и наконец перед ними открылся вход в святилище. Там прочно стояла огромная гробница из тяжёлого камня, похожая на дольмен. — Фух, наконец-то добрались. Лицо До Бон-сика раскраснелось от жара и напряжения, но, немного привыкнув, он держался лучше; остальные божественные звери, кроме лиса, шли свободно и выглядели свежими. Группа Роуна подошла под гладкую каменную крышу, истёртую ветром и жаром. Подняв глаза, Роун увидел под центральной каменной плитой, которую поддерживали два столба, слабые неразборчивые знаки. — Чхонхва гэмун. Небесный огонь открывает врата. Когда пожилой хранитель божественных зверей тихо произнёс эти слова, сверху, словно разливаясь по ним, засиял тёплый розовый свет. Свет некоторое время ярко освещал всех, будто решая, достойны ли они войти, а затем исчез. Вскоре после этого… Гр-р-рум. Каменная дверь перед ними треснула тонкой линией и медленно разъехалась в стороны. Внутри святилища было, безусловно, жарко. Но, в отличие от внешней части, жара не была влажной — скорее сухой, поэтому липкость, покрывавшая тела, быстро исчезла. Следуя за хранителями божественных зверей Пика Пламени, они пошли вниз между красными расщелинами скал и вскоре увидели шесть божественных зверей, лежащих на чёрном камне, словно спящих. Над ними пространство окружал голубоватый барьер. Возможно, из-за сильного жара, мерцавшего под барьером, казалось, будто божественные звери дышат. Роун медленно осмотрел божественных зверей, лежавших на платформе. Первым в глаза бросился огромный Хвау. Гигантский чёрный бык-божественный зверь, покрытый гладкой как смоль шерстью, аккуратно свернулся, поджав ноги. Наверное, из-за двух тяжёлых чёрных рогов, загнутых вперёд от головы, Хвау казался тихо молящимся о чём-то. — Наш Хвау… к счастью, он спокойно спит. Голос пожилого хранителя божественных зверей, увидевшего, что Хвау не изменился с того самого дня, когда впервые уснул здесь, был полон и облегчения, и печали. Рядом спала Огненная духовная птица — словно высиживала яйцо, аккуратно сложив густые красные крылья. Голова была спрятана в перьях. И Ёмби, божественный зверь Чин Хон-а с острой аурой, тоже спал, свернувшись как аммонит и обвив себя хвостом. — Ты хорошо держался, господин Ёмби? Чин Хон-а опустился перед платформой на колени и прошептал, осторожно протягивая руку внутрь барьера. Словно узнав прикосновение своего садо, барьер пропустил его руку. В этот миг у Роуна сдавило грудь. Он невольно вспомнил детей, которых отправил прочь до регрессии. Ведь он лучше всех знал: если они уходят, увидеть их снова уже невозможно. Именно поэтому это мирное мгновение казалось ещё больнее. Нужно скорее отпустить их… Теперь действительно настало время вернуть души божественных зверей в их тела и попрощаться. Роун с трудом собирался заговорить, как в этот момент рука Чин Хон-а, мягко гладившая нежно-розовую шерсть, внезапно остановилась. — …А? Что это? Оказалось, Ёмби крепко держал что-то красное между маленькими передними лапками. Чин Хон-а осторожно вынул это — один плод, красный и завораживающий, словно рождённый из огня. — Ах, чёрт… это тот самый плод, который господин Ёмби берег. Так он и не успел его съесть? Эти проклятые тёмные маги… Перед глазами Чин Хон-а мелькнул образ господина Ёмби, который радовался маленькому незрелому плоду. Тот плод он всегда носил с собой, считая дни до его созревания. С покрасневшими глазами Чин Хон-а вынул полностью созревший красный плод. И в этот момент… Странным образом отреагировал фрагмент мастерской «Рубикс». [Система] Собрать плод Багрового лотоса? …Что?! ---------- Идём спасать их (8) Роун посмотрел на плод в руках Чин Хон-а и на миг лишился слов. …Что? Это плод Багрового лотоса? Роун собрал все Багровые лотосы, распустившиеся в подпольном игорном зале, но ни один из них не принёс плода. Девочка ведь ясно сказала, что семя у неё было последним. И этот плод — начало всего — хранился у Ёмби. Хм, но Чин Хон, кажется, только что упомянул что-то про тёмных магов. Проявив интерес к плоду, Роун как бы невзначай спросил: — Что тёмные маги сделали с божественными зверями Действующего вулкана? Услышав вопрос Роуна, Чин Хон-а, от чьей игривости не осталось и следа, перевёл взгляд с плода на божественного зверя, похожего на куницу, и процедил слова, будто пережёвывая их: — Они… запечатали души божественных зверей в те бусины, которые мы проглотили. Чтобы использовать их как материалы для тёмной магии. А тела божественных зверей собирались превратить в фамильяров. Когда его голос в конце дрогнул, Конджи, которая тихо летала над платформой, где лежал Ёмби, напряглась и подняла верхнюю часть тела. — Тогда разве нельзя просто вернуть эти бусины в их тела? Разве не поэтому они проделали весь этот путь? На простые слова Роуна Чин Хон-а покачал головой. — На самом деле, если вернуть бусины в их прежние тела, мы уже не сможем входить в резонанс с силой божественных зверей. — Что, вы проглотили души божественных зверей, чтобы пользоваться их силой? Роун опешил. Он думал, они проглотили бусины, потому что больше негде было их хранить. Чин Хон-а опустил голову, чувствуя вину. После короткого молчания пожилой хранитель божественных зверей рядом с Хвау повернулся к ним. — Не совсем так. Души божественных зверей тоже отвергали собственные тела. Пожилой хранитель спокойно продолжил, обращаясь к Роуну: — Души, считая свои тела мёртвыми, всё время пытались вырваться. В конце концов мы срочно проглотили бусины, чтобы удержать их… но человеческий сосуд слишком низок, чтобы вместить души божественных зверей… мы не справлялись. Поэтому они всё время пытались прорваться наружу. До Бон-сик, молчавший до этого, цокнул языком и подошёл к Роуну. Лисий божественный зверь Хон-силь тихо последовал рядом с ним. — Не смотри на них слишком строго. Из-за того что они проглотили эти бусины, остальные хранители божественных зверей отвернулись от них. Но будь Хон-силь в такой ситуации, я поступил бы так же. Нельзя потерять божественных зверей из-за колдовства тёмных магов. До Бон-сик, недавно вернувший свои способности, стал учеником лисьего божественного зверя. Даже за такое короткое время его чувства стали настолько глубокими — насколько же сильнее должны быть чувства учеников Действующего вулкана? Если божественные звери могли вернуться к жизни, стоит лишь снять печать, они неизбежно стали бы искать алхимика любыми способами. Под серьёзным взглядом До Бон-сика Роун кивнул. В этот момент Ким Хи-тэк, смотревший на Огненную духовную птицу с сожалением, обратился к До Бон-сику: — Эм, г-господин Бон-сик, может… мы снова встретимся со старостой и попросим ещё раз? Роун никак не мог понять, почему они пытаются найти его отца, Ли Хак-су, только ради снятия печати. Серьёзно… просят моего отца снять печать. Ребята, у этого человека просто особенность по выращиванию трав. Покачав головой, Роун тихо поднял красный плод, который держал Чин Хон-а. Малыши, послушно сидевшие на корточках, сразу собрали передние лапки и выпрямились, будто давно этого ждали. Энергия мастерской начала едва заметно дрожать, и плод Багрового лотоса в его руке исчез без следа. [Система] Получен плод Багрового лотоса. — …!! Взгляд Чин Хон-а ошеломлённо застыл на пустой руке Роуна, где только что был красный плод. Нарушив тишину, Роун спокойно сказал: — Я сниму печать. — …Что? Брови Чин Хон-а нахмурились, затем лицо просветлело. В его дрожащих глазах смешались сомнение и надежда. Гр-р-рум! Глаза малышей заблестели, когда они подняли взгляд на мастерскую «Рубикс». Чин Хон-а с опозданием опустил неловко поднятую руку и переспросил: — Правда… ты можешь её снять? — Босс всех разбудит, мяу. — Разбудит! — А-а-а! После радостных возгласов малышей появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Начато изготовление Эссенции освобождения. [Система] Эссенция освобождения завершена…… 3/5 — Хе-хе-хе… Ёнхо вдруг сверкнул глазами и попытался сконденсировать Эссенцию освобождения. Если сконденсировать её, вышел бы более высокий ранг, но сейчас было изготовлено ровно три штуки, поэтому его пришлось остановить. — …Попробуешь в следующий раз. — Хе-хе-хе… После сдерживания Роуна Ёнхо потёр лицо короткими лапками и отступил. Роун отправил фрагменты мастерской за барьер, затем по очереди вложил бусины с душами и зелье Эссенции освобождения в пасти божественных зверей. Через мгновение от прежде холодных тел божественных зверей начал подниматься жар. Хууук… Словно остановившиеся сердца снова начали биться, божественные звери выпустили горячее, грубое дыхание. На платформах их тела слегка задрожали. Первым из тела Ёмби вырвалось светло-розовое дыхание. Плотно свернувшийся хвост медленно разжался, закрытые веки дрогнули, а кончики ушей быстро зашевелились. — Г-господин Ёмби пошевелился! Чин Хон-а выкрикнул это, задержав дыхание. Долгожданный миг настал. Вскоре на другой платформе дрогнули красные перья Огненной духовной птицы. Каждое перо вспыхнуло красным, словно угли, заново разгорающиеся из гаснущего пламени. Её раскалённый красный хохолок медленно поднял голову. — О-Огненная духовная птица… Гурук, гурук. Ким Хи-тэк, пошатываясь, шагнул вперёд. Он хотел сказать так много, но горло перехватило, и слова не выходили. Он лишь протянул дрожащую руку, чтобы почувствовать тепло. Крупный божественный зверь Хвау спокойно поднялся. Он словно тихо восстанавливал силы: от его спины поднимался слабый жар. Между двумя тяжёлыми изогнутыми чёрными рогами циркулировало тонкое красное сияние. Когда пожилой хранитель божественных зверей подошёл, Хвау склонил толстую шею и доверился ему. Тяжёлое тепло его тела коснулось груди старика. — …Ты проснулся, Хвау. На дрожащий голос пожилого хранителя Хвау выдохнул горячий воздух и фыркнул. В этот миг мастерская «Рубикс» внезапно испустила золотую вспышку, какой раньше не бывало, и по части её фрагментов разошлись тонкие трещины. Количество фрагментов увеличилось… [Система] Уровень мастерской «Рубикс» значительно повысился. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 25 ◇ Титул Хранитель горы Нокма Хранитель Действующего вулкана ― Иммунитет к демоническому яду +200% • Доступные сотрудники: 6/7 ― Руководитель группы сбора: Конджи • Вклад: 10/10 ▷ Доступно к изготовлению Все виды зелий, мазей, сладостей Синтез всех минералов ▷ Доступно к сбору Все травы, демонические звери, минералы [ Хранение / Разбор / Поглощение ] ▷ Количество материализуемых фрагментов: 3 ▷ Функция дистанционной разведки ▷ Функция рассеивания ▷ Зачарование [Система] Функция дистанционной разведки связана с картой, доступной только хранителям божественных зверей. Новая функция появилась спустя долгое время. Дистанционная разведка была функцией разведки на расстоянии, но её радиус оказался короче, чем ожидалось, а автоматический сбор был возможен только если фрагменты размещались на месте. После одного использования у гнезда чудовищной птицы она показалась слишком неудобной, и Роун о ней забыл; но теперь, если регистрировать координаты с карты на назначенных фрагментах, их можно было отправлять дистанционно. Паджиджик! На этом всё не закончилось. Лучи света, вытекавшие из трещины, потянулись к маленьким божественным зверям. — Мяу…? Малыши распушили хвосты, а тонкие перья крыльев, выросшие между их лапами, стали ещё длиннее. Среди них сильнее всего изменился Торан. Его грива заметно выросла — настолько, что с первого взгляда уже было трудно понять, котёнок он или львёнок. Поверх пушистого подшёрстка тело спокойно покрыла гладкая чёрная шерсть. Даже до регрессии двойной покров был только у полностью выросшего Торана; из-за него грязь почти не липла к нему даже во влажной земле. Соль стала такой же проворной, какой Роун помнил её в прежних воспоминаниях. Её более лёгкое и стройное тело уже излучало изящество. Хлоп. Словно заметив перемены в собственном теле, Ттутту моргнул круглыми глазами и один раз взмахнул крыльями. Поверх светло-коричневого пуха, похожего на вату, поднялись тёмно-коричневые перья. Но почему-то его тело выглядело ещё круглее. — Хе-хе… Ёнхо закружился в капле воды, которую создал Суранг, и встретился взглядом с Роуном. — Ого, а это у нас кто? Самое большое изменение произошло с Ёнхо. Его тело стало плотнее, а длина, прежде примерно с палец, почти удвоилась. На маленькой мордочке выросли тонкие белые усы, которых раньше не было, а на макушке мило поднялись два крохотных белых рога, похожих на молочные клыки. Казалось, он на шаг приблизился к облику дракона. Особенно выделялась сияющая серебристая чешуя, обвившая заднюю часть шеи словно ожерелье. В отличие от других божественных зверей, которые заметно выросли, Конджи почти не изменилась. Однако её чёрные глаза отражали ещё более глубокую ауру пространственного божественного зверя. Не только внешность — способности божественных зверей тоже разом улучшились. Ранг божественной силы малышей поднялся сразу на два уровня, с D до B, а Конджи, Ёнхо и Ттутту поднялись каждый на один уровень — до A и B рангов соответственно. Кроме того, улучшились и некоторые способности божественной силы. Ничего себе, уже B-ранг и выше. Наши сотрудники-божественные звери будут бесконечно становиться сильнее, да? Раз уж он об этом подумал, Роун вложил все очки вклада мастерской в функцию щита. [Статус] Эффект усиления ON/OFF ▷ Базовое усиление: Щит Lv. 45 ― Расход маны: 5,2 ― Длительность: 3 часа ― Дополнительные опции: Зелья восстановления ― Различные зелья восстановления HP (-) ― Различные зелья восстановления маны (-) ― Противоядие низкого ранга (-) Зелье наделения атрибутом (-) • Каждому сотруднику можно назначить десять фрагментов мастерской «Рубикс». Роун посмотрел на божественных зверей и довольно улыбнулся. Повышение уровня мастерской радовало, но больше всего его радовал безграничный рост божественных зверей. — Эй, Роун… Пока воссоединение хранителей божественных зверей Действующего вулкана и самих божественных зверей продолжалось, До Бон-сик слегка отвёл Роуна в сторону. — …Что вообще произошло? Ты вернул божественных зверей к жизни? До Бон-сик спрашивал с лицом, полным недоверия, но Роун лишь широко улыбнулся. Пожилой хранитель божественных зверей смотрел на Роуна взглядом, будто видел всё насквозь. На самом деле хранителям Пика Пламени даже не нужно было спрашивать. Они уже знали, кто был хозяином этого чуда. — Мяу! Малыши уже проскользнули между высокоранговыми божественными зверями и бродили вокруг, тыкаясь в их толстые хвосты и хвостовые перья. — Малыш Кошачьего бога, да ещё и малыш Мышиного бога, пространственного божественного зверя, а также малыши Водяного бога и Бога ветра… как божественные звери горы Нокма оказались в таком опасном месте? Чёрный бык-божественный зверь слегка склонил голову и вежливо спросил на языке божественных зверей. — Наверняка Кошачий бог повернул время ради нас и отправил сюда малышей. Верно? Когда Ёмби спросил это сияющими чёрными глазами, Суранг энергично покачал головой. — Вы снова дышите благодаря нашему боссу. — Точно, мы дали вам зелья! — А-а! — Тту. Тту. Тту. Тту. В этот момент Конджи, ехавшая на фрагменте мастерской, подлетела и вмешалась: — Большую часть материалов собрала я. Услышав это, Ёмби наклонил голову и спросил: — Какие материалы? — Гррк… какие материалы? Конечно, материалы для печати. Огненная духовная птица заговорила так, словно ей уже было не важно, как именно их оживили, и легко шевельнула крыльями. — Ах! Точно, мой плод…! Мой драгоценный плод исчез! Поняв, что лапки пусты, Ёмби снова и снова огляделся. Лисий божественный зверь подошёл и легко коснулся носом носа Ёмби, говоря: — Нюх-нюх, у тебя вокруг рта пахнет пряным плодом. Наверное, ты всё съела во сне. — П-правда… Услышав это, Ёмби опустил голову. Она не могла усомниться в лисьем божественном звере, который точно определил запах плода Багрового лотоса. Хранители Пика Пламени, знавшие правду, отвернулись, скрывая подступившие улыбки при виде наивного Ёмби, которого обманули. В мире есть много истин, которые не обязательно рассказывать. — Каанг! Пока лисий божественный зверь, уже встречавшийся с божественными зверями Действующего вулкана, обменивался приветствиями простым касанием носов, Чин Хон-а осторожно поднял Ёмби, который вдруг приуныл. Роун, не понимавший языка божественных зверей, смотрел на малышей и внутренне тревожился. Они смело мяукали перед Огненной духовной птицей, которая могла сжечь что угодно одним приближением, огромным чёрным быком, казавшимся способным раздавить даже голема, и Ёмби, способным загрызть магических зверей в десятки раз больше себя. Эти ребята вообще ничего не боятся. При такой разнице в размерах они должны были испугаться. Перед ними были божественные звери высшего уровня. Впрочем, эти же малыши не робели даже перед божественным кабаном Снежной горы. В этот момент… Чвар-р-р. Мастерская «Рубикс» вдруг закружилась с реакцией куда сильнее прежней. Что такое? На присутствие магического зверя это не походило. Роун слегка заглянул внутрь мастерской. Там одно яйцо, которое он хранил, потому что оно могло погибнуть, слабо светилось красным. Скорлупа едва заметно дрожала, словно оно вот-вот должно было родиться. Неужели оно пытается вылупиться сейчас? Роун помедлил, прежде чем достать его. Это яйцо изначально было чувствительно к температурам ниже его собственной, поэтому он даже сомневался, стоит ли пытаться его высиживать. Но сейчас они находились в вулканической области. Практически на родине живого пламени. Решив, что раз это Пик Пламени, всё будет в порядке, Роун осторожно достал яйцо, светящееся красными прожилками, и положил его на пьедестал. — Это яйцо было у меня. Оно умирало, но теперь к нему возвращается тепло. Это вулканическое яйцо, верно? — Нет, где ты его взял? Судя по энергии, это точно яйцо божественного зверя Пика Пламени. Хранители божественных зверей Пика Пламени на миг лишились слов, увидев яйцо. Но вскоре кивнули. Это было яйцо, давно потерявшее тепло, и его нужно было согреть, пока не стало слишком поздно. — Ах… О-Огненная духовная птица, пожалуйста, высиди яйцо. — Гр-р-рлук. Огненная духовная птица взмахнула толстыми крыльями, приблизилась к яйцу и обняла его, словно своё собственное. Фвуш. Когда Огненная духовная птица накрыла яйцо, её живот раскалился докрасна, а из-под неё потянулся аппетитный запах. Внезапно вспомнив печёное яйцо, Роун заметил: — Она ведь его высиживает, да? Ким Хи-тэк бросил на Роуна раздражённый взгляд. Чин Хон-а усмехнулся и ответил: — Конечно. А что, ты подумал, мы его жарим? — …Ну да? Так прошло ещё немного времени. Треск. Скорлупа начала раскалываться. ---------- Пру-у-унг, ху-унг Тонкие трещины расползлись по раскалённому яйцу на пьедестале. Малыши, Конджи, Ёнхо и Ттутту, и даже лисий божественный зверь сидели вокруг, переводя дыхание и не отрывая глаз от яйца. Повисла такая глубокая тишина, что в ней не задержался бы даже один вдох. Тук. Первый осколок упал, и остальные тут же посыпались следом. В щелях что-то зашевелилось — очертание, которое могло быть то ли головой, то ли лапой. Плоские, совсем без шерсти, плавники отчаянно захлопали. Треск. Скорлупа рухнула вся сразу. — Ха…! Появилось существо с круглым розовым панцирем. Его тело было меньше нынешнего Ёнхо. Чешуйки, прозрачные и блестящие, словно розовые бриллианты, засверкали на свету. Тот, кто только что пробился в собственный мир, будто испугавшись этого незнакомого нового мира, снова втянулся в плоский панцирь. — Фру-у-унг… Почувствовав знакомое тепло, он наполовину высунул голову и издал звук, похожий на перекатывающуюся бусину. — О… вулканическая черепаха-божественный зверь! Небеса нам помогают. Осталось ещё одно яйцо… какое облегчение… Горло пожилого хранителя божественных зверей дрогнуло, когда он крепко сжал посох. В глазах божественных зверей Действующего вулкана и их хранителей тоже стояло благоговение. Они думали, что вулканических божественных зверей осталось всего трое, поэтому это неожиданное рождение казалось чудом. Роун опустился на колено рядом с яйцом и слегка склонил голову. Ему пришёл в голову вопрос. Разве на вулкане когда-нибудь был черепаший божественный зверь? Место здесь было совершенно иным, чем море под вулканом. Огонь и вода противоположны по природе. Как черепаха — существо, которому нужна вода, — могла жить в этом кипящем жару? Но маленькие божественные звери, казалось, ничуть не смущались и сидели вокруг детёныша-черепахи с ярко сверкающими глазами. Они ненавязчиво демонстрировали каждый свою божественную силу. И тут… — Мяу! Услышав тонкий крик Суранга, маленькая черепаха вытянула розовую шею и посмотрела на Роуна. …Хм? В тот же миг… [Система] Получена заявка от нового сотрудника. [Система] Нанять этого сотрудника? Э… Он знал, что тот попросится на работу. Но как существо, которое родилось буквально только что, могло захотеть стать сотрудником мастерской у первого же человека, которого увидело? Наверное, детёныш захотел присоединиться к группе, увидев маленьких божественных зверей. В любом случае свободное место было, а усиления мастерской делали это безопасным. Роун снова с радостью согласился. [Система] Вулканическая черепаха стала сотрудником мастерской «Рубикс». [Система] Дайте имя сотруднику. Хм, нужно дать имя. Он сверкает, как драгоценный камень… добавим знак со значением «черепаха» и назовём Куби. Когда Роун мысленно произнёс имя Куби, появилась информация о божественной силе детёныша. [Статус] Имя: Куби **Особенность:** ** Божественная сила: C [Система] Невозможно просмотреть способности божественного зверя. [Система] Невозможно войти в гармонию с его средой обитания. Э? Почему я не могу их просмотреть? Судя по сообщению, Куби был божественным зверем, привязанным к среде обитания. Как дух-хранитель, он мог проявлять силу только в определённом месте. Разница была в том, что собственное жилище он мог выбрать сам. Однако его уникальные способности открывались только в среде, соответствующей его свойствам. Так где эта среда? Поскольку он только родился, явных подсказок не было видно. Не похоже, что среда уже окончательно определилась как «здесь», и пока узнать это было невозможно. Роун решил спросить хранителей божественных зверей вулкана. — Похоже, этот малыш — божественный зверь среды обитания. Вы знаете, где он сможет использовать свои силы? — Ух ты… Хозяин, ты знаешь даже про божественных зверей среды обитания? Они исчезали первыми при столкновениях с демоническими зверями, так что даже современные хранители часто о них не знают. Откуда ты знаешь? Чин Хон-а спросил это шутливо, а пожилой хранитель божественных зверей вышел вперёд с серьёзным лицом. — Судя по плавникам, его среда, вероятно, лавовая река. Но… Пожилой хранитель посмотрел на черепашку-божественного зверя. Лавовая река. Как рыба не может покинуть воду, для этих божественных зверей она была единственной рекой, но теперь она высохла. На лицах хранителей Действующего вулкана на мгновение легла тень: они представили потерянный дом маленькой черепахи. Тогда До Бон-сик тихо спросил: — Но Роун, откуда у тебя яйцо этого черепашьего божественного зверя? Ты ведь не сам его собрал, верно? — Я получил его у мясника вместо денег. Говорят, это яйцо высиживал вулканический Цербер, хотя я не знаю, правда ли это. Услышав это, пожилой хранитель шагнул вперёд с посохом и спросил: — Ты говоришь, его действительно высиживал Цербер? — Да. Сказали, возможно, он высиживал его, чтобы потом съесть. — Ух ты, у Хозяина и божественных зверей правда судьба. Босс, забравший среду лавовой реки, был Цербером — как это яйцо могло попасть к тебе? Господину Ёмби тоже, наверное, удивительно, да? — Пиррук, пиррук. Господин Ёмби вытянул длинное тело и зачирикал. — Я тоже хочу к хозяину Роуну. Увидев по-детски непосредственного Ёмби, Чин Хон-а нахмурился и обнял его за шею. — Господин Ёмби, не обижайтесь! Он ведь только что проснулся… Может, хозяин Роун испускает какую-то странную ауру, которая очаровывает божественных зверей? Роун на миг замялся под озадаченным взглядом Чин Хон-а, а затем спросил: — Если Цербер в лавовой реке, мы не можем отпустить туда черепашку-божественного зверя. Есть другое место? — Цербера там уже нет, конечно. Просто сама река высохла. — Тогда мы знаем, кто принёс яйцо? Кто-то, кто разобрался с Цербером, должен был его принести. — Насчёт яйца я не знаю, но с Цербером одним ударом расправился староста… нет, божественный зверь горы Нокма. Странно только, что лавовая река так и не вернулась. Она высохла, разъеденная божественной силой. Хлоп-хлоп. Бульк… В этот миг Огненная духовная птица коротко взмахнула крыльями перед Ким Хи-тэком, будто хотела что-то сказать. — Что говорит Огненная духовная птица? — …Божественный зверь горы Нокма, вероятно, не восстановил лавовую реку потому, что предвидел, каким станет вулкан. Услышав это, хранители божественных зверей кивнули, словно вспомнили прежнюю лавовую реку, но Роун ничего не понял и посмотрел на До Бон-сика. До Бон-сик с чуть серьёзным лицом встретился с Роуном взглядом, а потом быстро отвёл глаза. Он без нужды кашлянул и пробормотал: — Сила очищения божественных зверей горы Нокма лучше всего подходит для восстановления разъеденных гор. Но тогда разъедание зашло слишком глубоко, поэтому они, наверное, отказались. Внутри До Бон-сик колебался. Роун всё ещё не знал историю своего отца. Ли Хак-су много лет не говорил об этом, а До Бон-сик, не будучи прямым участником, не мог легкомысленно раскрыть её. Хранители божественных зверей вулкана чувствовали то же самое. История о том, как староста внезапно потерял силу, была долгой и болезненной. — Это недалеко. Возможно, по пути на поиски углей мы сможем туда заглянуть. Пожилой хранитель закончил фразу, скрывая ожидание. Когда они вышли наружу, все следы магических зверей исчезли; перед ними остались только бесплодные чёрные скалистые горы. Роун уже собирался повернуть к лавовой реке, когда кто-то заговорил: — Я теперь возвращаюсь. — …! До него донёсся давно забытый голос Хан Сом-джин. Он и не подозревал, что она способна так использовать свою способность к скрытности в повседневной жизни. Мысль о том, что всё это серьёзное испытание она бесшумно оставалась рядом, вызвала у него холодок по спине. Прежде чем она исчезла, Роун сначала спросил, как она вообще оказалась в рейде. — ……Меня срочно направили для поддержки и спасения, но я не нашла ни одного человека. Она ушла глубоко внутрь, разыскивая рейдовые группы, столкнулась с боссом и, не выдержав исходящего от него жара, отступила в узкую пещеру, куда жар не попадал напрямую. Однако мелкие и крупные ожоги ухудшились, и она рухнула на землю. Кто отправил её одну в такой опасный рейд?.. Какой бы редкой пробудившейся она ни была, это было чрезмерно. Неужели правительство собиралось довести главу небольшой гильдии вроде неё до саморазрушения, чтобы потом забрать её себе? Поглощения гильдий государством случались часто. Роун уже хотел сказать ей больше никогда не входить в рейд одной, но остановился, когда вмешался Ким Хи-тэк. — Эм, ты… ты не должна никому рассказывать о том, что здесь видела. Ни в коем случае… Хан Сом-джин кивнула так, будто это само собой разумелось. — Я сотру это из памяти. — Нет, будет достаточно, если ты просто ничего не скажешь. Стирать не обязательно… Пока Роун бормотал это, она повернулась. Он успел схватить её прежде, чем она растворилась в тенях. — Подожди. Раз уж ты уходишь… можешь тайно вернуть вот это на место? Крошечная камера, которую он подобрал у входа. Он удалил запись, на которой были хранители божественных зверей Пика Пламени. — Да, верну. С тихим «ссс» она взяла камеру и исчезла без звука. — Роун, где ты познакомился с этой девушкой? ---------- Покорение огненного посоха Звуки маленькой черепахи, похожие на перекатывающиеся бусины, навеяли на живых хранителей божественных зверей Действующего вулкана тяжёлое настроение. Они вспомнили остатки лавовой реки, которые видели во время рейда. Втайне они надеялись, что, возможно, настоящая лавовая река после успешного прохождения всё же ожила. Но картина перед глазами была сухой и поблекшей, словно увядший сон. — Странно. Мы поднялись уже довольно высоко, а я не вижу даже теней демонических зверей. До Бон-сик сказал это, оглядываясь по сторонам. На такой высоте обычно должны были скрываться хотя бы несколько продвинутых демонических зверей. До регрессии Действующий вулкан был похож на пирамидальную башню бойни, где чем выше поднимались, тем более сильные демонические звери царили. Уже у входа кишели мутировавшие демонические звери, и государство давно отказалось от контроля над этим местом. А сейчас здесь стояла жуткая тишина. Чем ближе они подходили к вершине, тем меньше оставалось даже намёков на жизнь — лишь молчание, будто все задержали дыхание. Это была странная пустота: демонические звери словно не спрятались, а исчезли вовсе. В этот миг отреагировала мастерская «Рубикс». [Система] Активировать уникальное наследие лавовой реки — «Несгибаемую печь»? Активировать? Это наследие связано с лавовой рекой? Роун открыл карту, доступную только хранителям божественных зверей. Как он и ожидал, местность совпадала с рекой, которую они видели в рейде. Единственным отличием была впадина посреди реки, будто оттуда вынули зуб. Судя по форме, она примерно совпадала с печью. Роун вывел мастерскую «Рубикс» и поместил печь в это место. Кугугугун――― Земля яростно задрожала. Словно вскрылись кровеносные сосуды, почва раскололась, и из неё хлынула багровая лава. Сначала тонкий поток побежал по трещинам, затем постепенно собрался в широкое течение и разлился, как река. — Э-этого не может быть… лавовая река оживает! — Ох, какое чудо… должно быть, божественные звери Действующего вулкана помогли. Хранители божественных зверей воскликнули в благоговении. Одни прикрывали рты, другие дрожащими глазами врезали эту картину в память. Пиииии―――. Огненная духовная птица расправила большие красные крылья, которые держала плотно прижатыми к бокам. Они были такими огромными, что под ними поместились бы трое взрослых людей. Божественный зверь-куница на спине Хвау выпрямился и заморгал. Шууууух! Лава, взметнувшаяся словно огненный столб, потекла по земле, покрывая сухое русло. Русло быстро наполнилось красной жидкостью. Даже спокойное дыхание давало ощущение, будто лёгкие сейчас сварятся от жара. — Мя-о-он?! — Ч-что, этот ветер слишком горячий! Робкая Соль от неожиданности подпрыгнула и упёрлась лапами в Соль-сову. Ёнхо осторожно спрятался за Сурангом, который чинно сидел на месте. Даже Ттутту, который до этого дремал, открыл глаза от внезапного прилива жара. Тем временем Конджи подлетела к берегу реки и деловито посадила семена. Роун быстро добавил жаростойкое покрытие и зелья холода и жара в варианты защитного барьера мастерской. — Ня-а-анг! Малыши прижались к До Бон-сику, а Роун держался рядом с лисьим божественным зверем Хон-силь. Барьер мастерской «Рубикс» окутал всех. Буль-буль. Температура росла, и непрерывно кипящая лава рождала бесчисленные лопающиеся пузыри. Когда действие достигло кульминации, поднимающаяся река словно замедлилась, а затем из густого красного горизонта что-то выпрыгнуло. Это был Куби. — Ах! Куби! Роун поспешно протянул руку, но только задел кончиками пальцев: Куби рухнул прямо в лавовую реку. Плюх. На поверхности появилась маленькая рябь, а затем её проглотила бурлящая масса. Даже хранители божественных зверей Действующего вулкана в шоке посмотрели вниз, на реку. Жар был слишком силён для новорождённого божественного зверя. Они думали, что Куби будет постепенно привыкать у берега, а не прыгнет сразу внутрь. — …Это ведь его жилище, значит, всё должно быть хорошо, да? Роун видел, что защитный барьер не сработал, когда Куби прыгнул, значит, непосредственной опасности не было. Но кипящая красная река и обжигающий жар перед глазами всё равно пугали. — Всё хорошо. Весь жар Действующего вулкана для наших учеников и божественных зверей всё равно что божественная энергия. Только этот малыш ещё юн, так что ему может быть тяжело с такой мощной энергией. Не успел он договорить, как поверхность зарябила. Буль-буль. Среди лопающихся пузырей показалась маленькая голова. Она была такой крошечной, что почти терялась среди красных пузырей. — Няунг! — Хе-хе-хе… — Ты там жить собираешься, мяу? — Там же никого нет. — Иди сюда, я дам тебе орешков. — Пурурунг, хууунг. Божественные звери встревоженно кричали Куби. Ттутту, который уже какое-то время бодрствовал, теперь захлопал крыльями, будто наконец заметил Куби. А один из малышей совсем не собирался вылезать. Пожилой хранитель божественных зверей поправил посох и подошёл к берегу, словно готовый сам вытащить Куби. И тогда… Один из фрагментов «Рубикса», закреплённых за Куби, влетел в лавовую реку. [Система] Получена лава лавовой реки. [Система] Получена лава лавовой реки. . . . Хм? Он продолжал без остановки собирать лаву. Когда фрагмент почти заполнился, один из закреплённых за Куби фрагментов испустил прозрачное красное сияние. По наитию Куби вскочил на этот фрагмент. [Система] Куби выбрал жилище. [Система] Фрагмент лавовой воды зарегистрирован как жилище Куби. Э, он правда выбрал фрагмент «Рубикса» как жилище? В этот миг способность Куби раскрылась. [Статус] Куби ▷ Имя: Куби ▷ **Особенность:** ** ▷ Божественная сила: C • Ковка, ступень 1 : Производит различные камни печати. Хм? Если это камень печати… Это был обломок камня, на который можно наносить гравировку, вроде магического камня. Если Куби мог создавать камни печати, Роун смог бы гораздо шире использовать свои техники зачарования. Покинув лавовую реку, Роун и группа посмотрели на вершину Пика Пламени среди вулканических гор. Божественная сила, несущая жар лавовой реки, распространялась по горам и рекам. Жар, ослабевший вместе с уменьшением демонической энергии, ощущался так, будто тело попало под сильные инфракрасные лучи, но больше не вызывал вялости. Теперь я могу немного выдохнуть. Роун, До Бон-сик и божественные звери всё это время поднимались по вулканической горе в лёгком напряжении. — Дедушка, вершина Пика Пламени уже прямо впереди. Может, дальше поднимемся только мы с хозяином? — Нет. Пойдём все вместе. Наши божественные звери наверняка хотят увидеть Пик Пламени спустя столько времени. Он уже не такой, как раньше, но они точно захотят его увидеть. Хвау, который медленно и величаво шёл следом, кивнул большой головой, словно соглашаясь с пожилым хранителем. К тому времени, когда горячий ветер улёгся и остался только сильный жар, дорогу впереди преградили большие чёрные камни. Огромные камни лежали друг на друге, будто один нёс другого на плечах, — камни-мудын. Трудно было понять, появились ли они естественно или это следы, которые божественные звери оставляли за долгие годы охраны этого места, но один только вид был странным и впечатляющим. — Нам нужно только перебраться через эту каменную гору. По словам пожилого хранителя, Чин Хон-а, куница и Ким Хи-тэк пошли первыми. Конечно, До Бон-сик и лисий божественный зверь, тоже хорошо владевшие боевыми искусствами, легко взобрались бы на каменную гору… Но как туда поднимется Хвау? Однако такие тревоги оказались лишними. Хвау со своим огромным телом ловко взбирался на гору, двигаясь не хуже горного козла. А малыши-божественные звери Роуна могли летать, так что за них волноваться не приходилось. — …Хаа, наконец-то мы здесь. Ким Хи-тэк, поднявшийся первым, выпрямил спину и пробормотал. Хлоп. Огненная духовная птица сложила великолепные крылья и опустилась на камень. — Наверное, малыши Кошачьего бога здесь впервые. Гр-р-р. На эти слова божественный зверь-куница поднял яркую, настороженную мордочку к вершине и сказал: — Я не могу забыть, как Кошачий бог справился здесь с Цербером. Ни один волосок не выбился, тело было совершенно целым. Это зрелище было таким священным… — Моя мама… — Ой, прости. Я не хотела ничего такого… Куница поспешно прикрыла передней лапой рот, а Суранг шевельнул хвостом. — Всё хорошо. Наш папа… нет, наш босс здесь! — Точно! Мы каждый день собираемся вместе, и нам очень весело! — А-а! А-а-а! Услышав слова малышей, Соль, Ттутту и Ёнхо закивали. Божественные звери вулкана одновременно повернули головы и посмотрели на Роуна. Издалека он выглядел обычным человеком, но от него исходила странно знакомая аура, похожая на ауру божественных зверей. Он не был похож на ученика, но был гораздо сильнее них. Тогда почему он не понимал язык божественных зверей? …? Роун дёрнул бровью под пронзительными взглядами. У меня что-то на лице? Или они заметили, что у меня есть желе? ---------- Отец божественных зверей Шууух. Плеск. Морской берег, куда падала лава. Красное зарево разливалось и гасло на водной поверхности, окрашенной закатом. Тёмная энергия, что клубилась и извивалась вокруг лавовой горы, заметно ослабла, и воздух, смешанный с дымом и пеплом, тоже словно стал мягче. А красная демоническая энергия, обвивавшая талию Действующего вулкана, истончилась, будто с него сняли один слой. До Бон-сик и лисий божественный зверь всё ещё морщились от сильного жара, но всякий раз, когда мимо проходил морской ветер, их застывшие лица понемногу расслаблялись. Похоже, вновь разгоревшаяся искра Действующего вулкана восстанавливала рухнувшее равновесие. В каком-то смысле эта искра была жилой, поддерживавшей гору, как очищающая вода Пика Текущей воды на горе Нокма. Теперь это стало обязанностью хранителей божественных зверей Действующего вулкана и самих божественных зверей. Под Действующим вулканом, на песчаном берегу, окрашенном золотом заката, длинные тени накладывались друг на друга на мокром от волн песке. Роун, хранители божественных зверей Пика Пламени во главе с До Бон-сиком, а также божественные звери горы Нокма и Действующего вулкана стояли лицом друг к другу. — Я получил огромную помощь от такого юного человека. Даже не знаю, как смогу за всё отплатить. Пожилой хранитель божественных зверей глубоко поклонился. Его голос был таким же глубоким, как тыльная сторона руки, сжимавшей посох. Затем он снова поднял голову и тепло посмотрел на Роуна. Да, Роун был сыном Ли Хак-су, но официально хранителем божественных зверей он зарегистрирован не был. Без почестей и без обязанностей он совершил такое великое дело. В идеале его заслуги следовало официально признать и наградить по-крупному, но даже тогда было трудно понять, с чего именно всё началось. Это уже должен был решить Ли Хак-су — глава Союза хранителей, скрывший способности собственного сына. — Господин, встреча с вами стала для нас небесным благословением. Благодаря вам мы снова встретились с нашим божественным зверем Ёмби. В благодарность мы больше никогда не будем брать с вас плату. И талисманы я буду писать вам бесплатно. Мои гадания всегда точны, никогда не ошибаются. Если вас что-то тревожит, приходите ко мне в любое время. Поняли? Стоявший на песчаном берегу божественный зверь Ёмби склонил голову, будто не понимал, что это вдруг на него нашло. — Я запомню. — Р-Роун, да? Я… я прошу прощения, что пытался обменять Багровый лотос. На самом деле меня тоже обманули. О-они даже там не появились. В-в общем, я хотел сказать… Пока Ким Хи-тэк мямлил, До Бон-сик, у которого кончилось терпение, щёлкнул его по лбу. — Говори нормально, оболтус. Что ты собирался сделать, тайком вынеся Багровый лотос? — Н-ну… этот Багровый лотос… Он продолжал заикаться, и До Бон-сик вздохнул, перебив его. — Он хотел отнести его мастеру ядов. Мастеру ядов! — Что? Мастеру ядов? Роун слегка нахмурился от неожиданного слова. Тех, кто обращался с ядами, обычно сторонились. Даже работа с демоническим ядом считалась зловещей, а многие такие люди были связаны с чёрной магией. Однако некоторые мастера ядов, подобно алхимикам, создавали лекарства и изучали одновременно яды и противоядия. — Н-не простому мастеру ядов. О-он сказал, что сможет сделать зелье отпирания. Если будет Багровый лотос… оно получится… Н-но все были против, поэтому я решил сделать это тайком, а потом… Значит, вот как. Хранители божественных зверей Действующего вулкана и До Бон-сик умоляли его отца, Ли Хак-су, изготовить зелье, которое снимет запечатывающую технику, но получили отказ. А Ким Хи-тэк, в отчаянии цепляясь за любую возможность, сам вступил на этот путь, хотя и понимал, что поступает неправильно. До этого места его ещё можно было понять. Но взамен они едва не передали вулканическое ядро Действующего вулкана чёрному магу. Если то, что осталось на вершине Пика Пламени, было умирающей искрой, то ядро было сгущённой сущностью энергии вулкана. — Это вообще имеет смысл? Как ни крути, разве простой мастер ядов, который даже не специалист по изготовлению, смог бы сделать зелье отпирания? Роун, ты ведь тоже так думаешь? До Бон-сик фыркнул. — Если он способный, даже мастер ядов может делать низкоранговые зелья. Но запечатывающая техника божественных зверей Действующего вулкана была высшего класса. Зелье мастера ядов ей бы ничего не сделало. Он вспомнил ингредиенты Эссенции освобождения, которую использовал тогда. Порошок Лумимосов и плод Багрового лотоса. И багровое ядро. Роун, рядом с которым стоял Ёмби, промолчал о других ингредиентах и только добавил, что багровое ядро, бывшее у Ким Хи-тэка, тоже входило в материалы. — Я так и знал. Моя догадка была верной. Хе-хе… Пожилой хранитель божественных зверей не понял, что Роун поглотил ядро. Он лишь решил, что багровое ядро использовали как материал для зелья, а само зелье кто-то заранее приготовил, зная положение хранителей божественных зверей Действующего вулкана. Он даже подумал, что Ли Хак-су, холодно отказывавшийся всё это время, возможно, тихо намекнул что-то своему сыну. Этот Ли Хак-су… делает вид, что ему всё равно, а сам всё равно заботится… Пожилой хранитель, тихо посмеиваясь над собственными домыслами, снова тепло посмотрел на Роуна. Потом он повернул голову и твёрдо сказал: — В любом случае за Хи-тэком я присмотрю, так что не раздувайте это дело дальше. После этого божественные звери обменялись прощаниями. — Малыш Кошачий бог, рада была познакомиться. — Малыш Крысиный бог, малыш Водяной бог, и даже господин Ветровой бог с Огнехвостой лисой! Спасибо вам большое за помощь! Фшух. — Эм, малыши Кошачьи боги… это… Огненная духовная птица с острым взглядом смущённо достала что-то из-под крыла. — Ух ты! Красное перо! — Мяу! Оно блестит! Три пылающе-красных пера опустились перед малышами. — Мне показалось, вам понравились мои перья… — Эй! Огненный дух, нельзя дарить подарки одной. Я тоже должен что-нибудь дать! Ёмби внезапно подбежал к Чин Хон-а и забрался к нему под одежду. — Ах! Божественный зверь Ёмби, что вы вдруг делаете! Ахаха, щ-щекотно! Через миг Ёмби спустился обратно, держа в пасти нитевидный предмет, очевидно принадлежавший Чин Хон-а. — Божественный зверь Ёмби! Зачем вы забираете мой нефритовый шнур?! Проигнорировав крик Чин Хон-а, Ёмби подошёл к малышам и протянул короткие лапы. — Это шнур, в который вложена моя сила. Вспоминайте обо мне, когда будете играть с добычей. — Хорошо. — Мы примем его с благодарностью. — А-а! Суранг принял подарок за всех. Хвау, до этого молчавший, выступил вперёд. Его тень легла на Конджи, Ёнхо, Ттутту и Куби. — Тогда я подарю что-нибудь маленьким друзьям… Хвау медленно подошёл к пожилому хранителю божественных зверей и начал покусывать его воротник. Пожилой хранитель вынул из-за пазухи маленький мешочек. Хвау взял мешочек и опустил его перед маленькими божественными зверями. — Писк? Конджи, спустившаяся с фрагмента мастерской, открыла мешочек. Внутри лежало множество чёрных камней, всё ещё хранивших тепло. — Это каменные лакомства Действующего вулкана. Я сам люблю ими угощаться, так что надеюсь, вам они тоже придутся по вкусу. — Хе-хе-хе… — Мы с удовольствием съедим. Конджи приняла их за всех и аккуратно убрала внутрь фрагмента мастерской. --- До Бон-сик и лисица сказали, что им нужно кое-куда заглянуть, и велели всем уходить первыми. — Мы с Хон-силь немного отдохнём, осмотрим нижнюю часть и только потом уйдём. Похоже, они собирались проверить, не вырываются ли из Действующего вулкана демонические звери. — Я пойду с вами. Когда Роун сказал это, До Бон-сик махнул рукой. — Нас двоих достаточно, так что ты иди первым. Божественные звери ещё маленькие, не перегружай их. Это было верно. Роун беспокоился за Куби, который родился совсем недавно. Он дал ему немного желе и зелий, но, кажется, дома малыша нужно было покормить мягким мясом или детским кормом. Роун достал заранее приготовленное желе из фрагмента мастерской «Рубикс», положил его в маленький мешочек и передал До Бон-сику. — Это желе на крайний случай. Если устанете, разбираясь с делами внизу горы, съешьте по одному. — О, когда ты успел приготовить такое? До Бон-сик широко улыбнулся, принимая мешочек. Хон-силь вытянула нос, принюхалась и облизнулась. — Съедим потом. Я только попробую, а остальное отдам тебе, так что не расстраивайся. — Канг! Будто поняв, Хон-силь вильнула хвостом и коротко гавкнула. Закат длинно растянулся по морю, а красная энергия Действующего вулкана слабо светилась. Оставив позади группу Действующего вулкана, До Бон-сика и Хон-силь, Роун направился к пришвартованному кораблю. — Сюда! Капитан, который привёз Роуна раньше, махнул рукой. На его лице ещё оставалась усталость, но взгляд стал заметно легче. — Я чувствовал, что вы вернётесь живым, поэтому ждал — и оказался прав! Ха-ха! Капитан смеялся так, будто ждал нарочно, но в глубине души он очень надеялся, что Роун обязательно вернётся живым. После истории с демонической белухой ему было страшно возвращаться одному, и, даже работая себе в убыток, он не хотел терять редкий источник дохода для корабля, который сохранял из чувства долга. После того как судно едва не уничтожил демонический зверь, расходы на ремонт должны были быть немалыми. По крайней мере, на этот проезд он сможет несколько дней покупать еду. Капитан, преувеличенно расхохотавшийся, встретился взглядом с Роуном и неловко продолжил: — Но ведь воздух вокруг Действующего вулкана как будто изменился, правда? — Да, кажется, жар немного спал. Роун чуть усмехнулся и поднялся на корабль вместе с маленькими божественными зверями. А потом передал более щедрую плату. — Это… кажется, сумма неправильная? Капитан растерянно посмотрел на деньги и осколки магических камней. — Возьмите. Благодаря вам мы смогли спасти белуху-мать и её детёныша. Если бы вы не спасли детёныша и не оставили его у себя, он уже стал бы пищей монстра. Заодно отремонтируйте корабль. Теперь, когда Действующий вулкан вырвется из разъедания, людей, путешествующих по этому морю, станет чуть больше. — …Ах, спасибо. Укротитель. Благодаря вам я понимаю, что не зря терпел всё это время и водил корабль. Ха-ха, ну что ж, идём! Идём! Причал медленно отдалился, и красная вершина Действующего вулкана постепенно утонула за горизонтом. Шуууух――. Через некоторое время морская вода зарябила, окрашенная бледно-розовым цветом. — Фью-у-у! Услышав знакомый свист, Роун посмотрел за борт. Детёныш белухи мягко поднял над водой чисто-белую голову. Следом медленно появилась и большая круглая голова белухи-матери. — Снова встретились. Когда Роун помахал рукой, Суранг первым узнал их и коротко вскрикнул. — Мы здесь, мяу! Всплеск. Суранг бросился в волны. Соль тут же последовала за ним, скользя по воде, словно по гладкой поверхности, а Торан тоже без колебаний легко прыгнул в море. На этот раз к ним присоединились Конджи, Ёнхо и даже Ттутту с Куби. Кроме Ёнхо, остальные наслаждались морской водой, полагаясь на защитный барьер мастерской, а потом сбились в кучку на голове белухи-матери. Фью-у-у! Увидев божественных зверей верхом на своей маме, детёныш белухи с силой хлопнул хвостом и взметнул морскую воду. Божественные звери то и дело соскальзывали с гладкой головы белухи-матери и снова карабкались наверх. — Эй, хотите жить в море со мной? Моя мама станет и вашей мамой. На слова детёныша белухи мать посмотрела на маленьких божественных зверей и издала низкий звук. — В этом нет нужды. У детёнышей божественных зверей высшего класса уже есть надёжный человеческий папа. — Наш папа-босс крутой, мяу! — Самый лучший, мяу! — А-а! Роун не понимал, о чём они говорят, но на миг почувствовал на себе взгляд белухи-матери и её детёныша. Поморгав, он достал из фрагмента мастерской несколько желе. — Бросаю! — Фью-иииит! Божественные звери устроили на воде настоящее безумие, пытаясь заполучить желе. Как и ожидалось, малыши показали подавляющее мастерство. Роун вытряхнул оставшееся желе и бросил его белухе-матери и детёнышу. Через некоторое время, когда они приблизились к более мелкой воде, Роун подозвал маленьких божественных зверей и крикнул белухам: — Увидимся в следующий раз. Не пораньтесь. Когда Роун поднял руку на прощание, детёныш белухи в последний раз мощно выбросил в воздух столб воды. Капли, смешавшись с розовым закатом, засияли, падая с неба. Белуха-мать и её детёныш повернули в открытое море, а корабль вскоре добрался до места назначения. Сойдя с корабля и направившись к платформе, Роун вдруг остановился. — Поезд нам не нужен. Роун сказал это, посмотрев вниз на Конджи. — Писк! Будто поняв, Конджи тут же проверила координаты семени-ориентира, посаженного дома. Когда все собрались рядом, фрагменты «Рубикса», доверенные Конджи, начали кружиться… Луч света, похожий на переплетённые листья, окутал группу Роуна. По мере того как посаженное Конджи семя прорастало, а его стебель рос, форма света менялась вместе с ростом. И вот они прибыли во двор дома. Знакомый забор, карниз и цветочные грядки разом раскрылись перед глазами. Стоило Роуну ступить на землю, как напряжение, бессознательно стягивавшее тело, сразу отпустило. Подумать только, иметь дом, куда можно вернуться, — это так приятно. До регрессии офистель только для охотников, где никого не было, был не домом, а просто местом для сна. Тёмный коридор и пустой холодильник. Место, где не было ни одного человека, который удержал бы его, когда он уходил. Теперь его заменил дом с пахнущим землёй двором и присутствием родителей, которые ждали его. — Для начала умыться… а потом поесть. План сразу отправиться на Снежную гору сам собой отложился. Сначала хотелось смыть запах вулканического пепла, въевшийся в тело. Солнце клонилось к горизонту, и темнота начала опускаться на двор. Может, сегодня впервые за долгое время просто принять ванну вместе с малышами? И как раз в тот момент, когда Роун снял обувь и собирался войти в дом… Бзззззз―― Странный звук поцарапал воздух. Что это за звук? На Токсичных игл вроде не похоже. Повернув взгляд к источнику звука, он увидел маленькое существо с золотистым пушком на шее, которое неровно летало прямо перед глазами. — …Погодите, это же?! ---------- Королева надежды и её солдаты Виииинг, и-и-и-и―― Стоило Роуну войти во двор, как странное жужжание защекотало уши. Он повернул голову к источнику звука и увидел маленьких существ с мягким золотистым пушком вокруг шеи, парящих в воздухе. Это не демонические звери… От них совсем не ощущалось ни убийственного намерения, ни яда. Скорее они выглядели такими хрупкими, что могли лопнуть от одного прикосновения. И всё же было что-то странно притягательное и милое в том, как они летели, подрагивая брюшками. Тропинки, вдоль которых они собирались, вели в определённую сторону. Будто заворожённый, Роун пошёл за ними. Они привели его в угол сада, где к толстому стволу дерева был подвешен маленький деревянный домик. — О, Роун, ты пришёл? Там стояли его отец, Ли Хак-су, и Сиен. Оба улыбались так ярко, словно дети. Указав на золотистые пушистые шарики, кружившие вокруг Роуна, Ли Хак-су гордо спросил: — Пчёл впервые видишь, да? Пчёлы. Насекомые, которые вымерли на Земле после великой катастрофы, вызванной демонической энергией, и теперь остались лишь фрагментом истории. — Это пчёлы? Сиен их восстановил? — Именно. Сиен очень постарался. Их пока немного, поэтому я выпустил их только вокруг своего сада. Если улетят слишком далеко, могут стать добычей демонических зверей. Отец смотрел на пчёл с довольством. Среди нескольких десятков пчёл, деловито жужжавших вокруг, одна особенно выделялась: она была крупнее остальных и испускала слабую магическую силу. — А это… — Да, это пчелиная матка. Ли Хак-су мягко погладил вход в улей, а Сиен продолжил с благоговением, которое появлялось у него всякий раз, когда речь заходила о насекомых: — Мёда, собранного пчёлами, было недостаточно, поэтому я покормил их мёдом, который ты дал мне, Роун, и родилась пчелиная матка со слабой магической силой. Мне любопытно, как он был создан, но спасибо. Роун вспомнил Кровавый мёд, который дал Сиену перед отправлением к Действующему вулкану. И ещё — неожиданные свойства этого мёда после того, как демоническая энергия была полностью удалена. — Теперь, когда появилась матка, осталось только хорошо их разводить. С ними выращивать земные цветы станет намного легче. Сиен сказал это, с любовью глядя на маленькую пчелу, севшую ему на палец. Роун знал, что земные цветы обладают куда более сильным лечебным действием и глубинной силой очищения, чем обычные травы. — Пчёлы, которых восстановил Сиен, инстинктивно тянутся к «жизненной энергии». Они даже не смотрят на цветы, заражённые демонической энергией, и ищут только те, что расцветают на очищенной земле. Пыльца, которую они переносят, сама получит слабую силу очищения. — Значит, они станут компасом экосистемы. — Именно. Расширение их области активности будет означать, что лесная экосистема естественным образом вращается и восстанавливается. А «магический мёд», который они будут собирать, скорее всего, окажется эффективнее большинства зелий. Они были доказательством, что эта земля возвращается к жизни, и «маленькими садовниками», которые сделают лес зеленее. Только теперь Роун ощутил, насколько удивительно это маленькое и хрупкое трепетание крыльев. Подумать только: будущее этой горы держится на таких крошечных крыльях. Это было и восхитительно, и удивительно. Но, если продолжать кормить их Кровавым мёдом, будут ли рождаться новые пчёлы с магической силой? Однако для этого сперва нужно было выращивать демонические растения Некта. Но я не могу снова просить Сиена их выращивать… Он говорил, что восстановить их трудно только в первый раз, а во второй будет намного легче. Это звучало так, будто он сможет восстановить демонических зверей Лумимосов в любой момент, когда захочет. А поскольку мёд демонических растений Некта был пищей для демонических зверей Лумимосов, их выращивание могло снова подтолкнуть его к восстановлению Лумимосов. Но если это правда поможет спасти гору Нокма… На миг Роун погрузился в размышления между будущими рисками и надеждой. — Фру-у-унг, фу-у-унг? У ног почувствовалось медлительное присутствие. Это был Куби, божественная черепаха с розовым панцирем. Куби не особенно заинтересовался незнакомыми пчёлами и просто рассеянно смотрел, как они жужжат. — Хм, этот малыш. Отец, Ли Хак-су, глядя на Куби, рассмеялся. — Божественные звери лавовой реки неприхотливы в еде. Особенно если дать им сырую пищу: у них есть навык, позволяющий как следует прожарить её собственным жаром. — …Отец, откуда ты понял, что Куби из лавовой реки? — Я догадался, когда ты сказал, что идёшь к Действующему вулкану. Но если не понять даже после такого, это было бы ещё страннее. Он кивком указал на фрагмент мастерской «Рубикс», на котором ехал Куби. Внутри прозрачного фрагмента плескалась красная мерцающая жидкость. Жара от неё не было, но один вид сразу напоминал кипящую лаву. — На вид это же почти объявление: «Я знатное существо, которое возит с собой воду лавовой реки», разве нет? Когда Роун неловко почесал затылок от отцовской шутки, со стороны входа раздался громкий голос. — Сын! Если вернулся, сначала матери покажись! Что ты делаешь снаружи? Роун повернул голову: мать выходила, вытирая руки о фартук. А рядом с ней… — Хрю! За мамиными ногами стояла девочка, смущённо прижимая к себе Ккотним, заметно располневшую с прежних времён. Это была Чом-сун. А? Похоже, она уже довольно близко сошлась с Ккотним. Возможно, после того как жадность, пожиравшая её, была очищена вместе с исчезновением Багрового лотоса, теперь она выглядела как девочка своего возраста. Но в ней всё ещё оставались неизгладимая вина и сжавшееся сердце выращивательницы демонических растений. Чом-сун знала: демонический Багровый лотос обладал свойством разжигать жадность, но это не могло служить оправданием. В конце концов, в это болото она вошла собственной волей. Она не могла держаться уверенно. К тому же человеком, который увидел её уродливую сторону, оказался добрый старший мальчик из её родного дома. Она не могла заставить себя поднять голову. Когда её взгляд встретился с взглядом Роуна, она вздрогнула и поклонилась под прямым углом. — З-здравствуйте… нет, то есть, с-с возвращением… Её голос затих, словно она сама не была уверена, имеет ли вообще право находиться здесь. — Сын, ты ведь помнишь Чом-сун? Ей толком некуда идти, так какой смысл оставлять её одну? Время ужина, вот я её и привела. Мама, госпожа Сон Су-хи, непринуждённо обняла Чом-сун за плечи. В этот момент пушистые создания, терпеливо ждавшие за спиной Роуна, больше не выдержали и бросились вперёд. — Мяу! — Мён! Суранг, Торан, Соль и Конджи побежали к госпоже Сон Су-хи. Она звонко рассмеялась и тепло встретила их. — Ох ты! Наши малыши-божественные звери, этот плохой злой босс опять морил вас голодом? Какой ужасный босс. Заходите, я поджарю вам вкусного мяса. Сон Су-хи преувеличенно сверкнула глазами на сына и, подтолкнув Чом-сун в спину, направилась внутрь. — Ой, а кто это у нас, розовая черепашка? Панцирь и кожа прямо как осколки рубина. Ты тоже сотрудник мастерской? Её голос, уже заботившийся и о Куби, постепенно удалился. Окружённая божественными зверями, Чом-сун, наполовину ошеломлённая, вошла внутрь вслед за матерью. Её спина выглядела уже не такой одинокой, как тогда, когда она стояла в старом доме одна. — Сначала умойся и готовься есть. Я закончу здесь с Сиеном и зайду. — Да, отец. Роун тихо рассмеялся и шагнул в это тёплое оживление. --- В доме стояла тёплая атмосфера, полная людей и божественных зверей. На столе парили блюда, приготовленные Сон Су-хи. Главным было приправленное мясо медведя Пригора. Сладкий запах лучших кусков демонического зверя, которых Роун раньше собрал, жаренных с большим количеством травы Снежного цветка из сада, наполнил воздух. Пока Роун, Ли Хак-су и Сиен не сели, Чом-сун стояла с подносом в стороне от стола. Из-за чувства вины и непривычного гостеприимства её плечи оставались напряжёнными. — Чом-сун, иди садись. Я уже накрыла. Сон Су-хи тепло поманила её. — Ох, я… я в порядке, госпожа. Когда Чом-сун замялась, Сон Су-хи в конце концов подошла сама и подтолкнула её в спину. — Я сказала — садись. Кто здесь ещё будет работать? Когда время еды, мы едим вместе. Мы же семья. При слове «семья» глаза Чом-сун сильно дрогнули. Когда Сон Су-хи наполнила для неё миску рисом, Чом-сун торопливо приняла её обеими руками. Вес миски казался таким же тяжёлым, как и обращённая к ней доброта. — Хрю. Ккотним, сидевшая совсем рядом, тоскливо смотрела не на Чом-сун, а на её миску с рисом. Теперь понятно, как они сблизились. Роун тихо улыбнулся, глядя на Ккотним, чьи глаза сияли, уставившись только на стол. Ли Хак-су и Сон Су-хи всегда сдерживали Ккотним, чтобы она не переедала, а Чом-сун понемногу подкармливала её маленькими порциями. Если давать не много сразу, а часто, вес набирался меньше, и Ккотним, похоже, думала, что ест гораздо больше. — Мяу-мяу-мяу! Под столом тем временем продолжался особый пир божественных зверей. Пространственный божественный зверь Конджи и остальные малыши взяли по куску мяса и посмотрели на Ёнхо. Когда Ёнхо создал прозрачную каплю воды и обернул ею мясо, оно внутри пропиталось чистой энергией, стало мягким и выпустило пар. Ттутту держал большой кусок мяса крючковатыми когтями и разрывал его на маленькие кусочки. Куби использовал фрагмент мастерской, наполненный лавовой водой, как личный обеденный стол. Стоило положить на него мясо, оно мгновенно прожаривалось насквозь. — Как и ожидалось, божественным зверям лавовой реки не нужно ничего жарить отдельно. Сон Су-хи сказала это, старательно подкладывая им мясо. Сиен, наблюдавший с интересом, повернул корпус так, чтобы его божественные звери случайно не коснулись фрагмента. — Не волнуйся. Они не сгорят. Увидев это, Ли Хак-су успокоил его, коснувшись фрагмента мастерской. Кивнув, Сиен поделился куском приправленного мяса со своими спутниками — муравьём-божественным зверем Немторой и демоническим насекомым Силитом. Немтора прижался ближе и быстро задвигал усиками. Панцирь Силита заиграл ослепительным множеством цветов, а затем остановился на тёплом светло-оранжевом, будто тот выражал вкус. Роун положил в рот разной зелени и кусок мяса и принялся жевать. Как и ожидалось, домашняя еда лучше всего. На миг это был совершенно мирный ужин, где каждый наслаждался своим способом покоя. --- Закончив есть, Роун вошёл в комнату вместе с маленькими божественными зверями. Завтра рано утром он собирался сразу отправиться на Снежную гору. — Чтобы расплавить лунный камень, нужно подготовиться заранее. Он сосредоточился на изготовлении в мастерской «Рубикс» нейтрализатора, необходимого для расплавления лунного камня. Когда очищенная вода и эссенция магии, предоставленные Ёнхо, соединились, начал перегоняться самый эффективный очищающий реагент. В то же время в тёмном дворе перед домом. Ли Хак-су смотрел на молодой месяц при свете телефона в руке. Неполная луна словно намекала, что безопасная территория, которую мир оставляет его сыну, примерно так же мала. Секретный канал мессенджера Союза хранителей звонил без остановки. Ли Хак-су быстро пробежал глазами по экрану. Под новостью о чудесной стабилизации Действующего вулкана был отчёт: хранители божественных зверей полностью отказались от внешних контактов и вошли в «режим секретности». Было слишком ясно, какой выбор они сделали, чтобы защитить его сына. Пришло новое сообщение. Отправителем был хранитель Хвау. Текст, появившийся на экране мессенджера, сделал взгляд Ли Хак-су холодным. ― Проницательные уже интересуются личностью сына главы, Роуна. ― Ваш сын проявил и пространственные способности, и способность очищения. Кажется, он уже не на том уровне, чтобы его легко могли задеть, так почему бы просто не раскрыть его? Вам тоже станет легче. В нынешнем кризисе ведь нет причин скрывать его, разве нет? Ли Хак-су крепче сжал телефон. Он сильно прикусил губу. Ли Хак-су вложил все силы в защиту горы Нокма и никогда не жалел об этом выборе. Но он знал: для сильных жертва становится неизбежной судьбой. Именно этого он и боялся. Он хотел только, чтобы его сын, Роун, остался целителем, восстанавливающим раненую природу. Но мальчик родился с энергией горы Нокма. Для него это место было словно колыбелью, где зарыта его пуповина. Если придётся, он добровольно отдаст нечто большее, чем самого себя. Именно поэтому Ли Хак-су тревожился ещё сильнее. До самого последнего мгновения, пока он может защищать сына, он не мог заставить его нести бремя и ответственность мира. Недолго подумав, он пошевелил пальцами и оставил ответ. Это было одно-единственное предложение. ---------- Лунный туман Ли Хак-су коротко повторил про себя ответ, который только что отправил. — Ещё не время. Принцип линии хранителей божественных зверей был прост: куда бы они ни пришли, во главе становился сильнейший. Сам Ли Хак-су занимал это место благодаря глубокой связи с божественными зверями. Если появится кто-то сильнее него, будет правильно без колебаний уступить ему это положение. Тяжестью на сердце лежал сын. Способности Роуна были на таком уровне, какого ещё не показывал ни один пробудившийся. А значит, у него было более чем достаточно таланта, чтобы унаследовать эту линию. Но в глазах Ли Хак-су сын всё ещё оставался совсем юным. Даже божественные звери, о которых тот заботился, были всего лишь малышами, которых едва отняли от молока. Исключительная сила в минуты кризиса неизбежно требует самой суровой платы. В таком хаотичном мире, где демоническая энергия разъедает горы, а демонические звери бесчинствуют, он не хотел взваливать на сына тяжёлое ярмо главы хранителей божественных зверей. Конечно, хранители божественных зверей Пика Пламени только теперь узнали о способностях Роуна, но неофициальная благодарность и официальное признание — совсем разные вещи. Ли Хак-су поднял взгляд к окну комнаты, где спал сын. Оттуда просачивался тёплый и мягкий свет. Некоторое время он стоял там, отбрасывая длинную тень, словно пытался спрятать этот свет от глаз мира. Чтобы завтра утром сын мог спокойно и безопасно отправиться на Снежную гору, отец всю ночь стоял на страже. --- Рассвело, и мирный завтрак в доме подошёл к концу. Роун и малыши-божественные звери собирались переместиться к координатам Семени-ориентира, которое пространственный божественный зверь Конджи посадила в углу двора. Госпожа Сон Су-хи с самого раннего утра куда-то торопливо ходила, а потом появилась перед Роуном с обеими руками, полными поклажи. — Я сходила в универсальный магазин. В такой день я не могу просто так вас отпустить. Руки Сон Су-хи деловито задвигались. Малышей завернули в шерстяные шарфы, приготовленные ещё во время прошлой поездки на Снежную гору. На головах Ттутту и Конджи оказались маленькие меховые шапочки, будто сшитые специально для них. А Конджи вдобавок надели маленький жилет. Куби, божественному зверю лавовой реки, защита от холода была не нужна, а Ёнхо, который любил места с обилием влаги, было всё равно на температуру, пока хватало воды, — ни холод, ни жара его не волновали. — Да мы же скоро вернёмся. Зачем так нас снаряжать? Теперь, когда Роун мог изготовить покрытие от холода и жара на основе термального покрытия, холод Снежной горы его совсем не пугал. На эти слова госпожа Сон Су-хи надула губы, всем видом показывая обиду. — Что ты такое говоришь, сынок! Как можно говорить такие расстраивающие вещи! Я ведь хочу хоть раз насмотреться! Эти проказники — когда ещё мне удастся нарядить их в милую одежду? Думаешь, в обычное время они спокойно дадут себя одеть? — Мяу! — Одеяла нельзя носить как обычную одежду, мяу. — Пушисто, мяу. — А? — Только один раз надену. Глядя на малышей, которые теперь, с повязанными шарфами, стали похожи на кукол, и на Конджи с Ёнхо, ставших ещё круглее из-за меховых шапочек, Сон Су-хи сияюще улыбнулась. Роун тоже с довольством оглядывал их, когда вдруг вспомнил о Ккотним. Шерсть у неё ещё не отросла, но раз они всё равно направлялись на Снежную гору, он собирался дать ей встретиться с семьёй. Роун огляделся в поисках Ккотним, но её нигде не было видно. — Мама, куда ушла Ккотним? На вопрос Роуна Чом-сун, бывшая в доме, тут же появилась, держа на руках пухлую Ккотним. Белая одежда с красной отделкой, надетая на Ккотним, выглядела ей маловата. Говорили, что она будет расти вместе с телом, так что это был брак? Скорее всего, дело было просто в том, что Ккотним росла слишком быстро. — Тебе тоже надо увидеться с мамой. Чом-сун, говоря это, погладила Ккотним по голове, но та глубоко уткнулась лицом в её руки. — Ккуль… По какой-то причине она совсем не собиралась идти. — Похоже, она не хочет. Срочности нет, возьмём её в следующий раз. Направление к лунному камню и место обитания кабаньих божественных зверей находились почти в противоположных сторонах. Вместо того чтобы силой уводить её, было эффективнее сразу идти к пещере лунного камня. Роун слегка кивнул Чом-сун на прощание и сразу повернулся к Конджи. — Конджи, ты посадила Семя-ориентир не только у гнезда странной птицы, но и у входа к лунному камню? — Пииск! Конджи выпрямилась на фрагменте и, гордо подёргивая длинными усами, издала более протяжный, чем обычно, писк. Весь её вид ясно говорил: «Зачем спрашивать такую очевидную вещь?» Этот задранный подбородок и самодовольная поза не оставляли сомнений. — …Хорошо, идём. Шшшрк. Когда Роун дал знак, Конджи подняла над ним и божественными зверями назначенные фрагменты мастерской «Рубикс». Затем в свете на них опустились похожие на снежные лепестки хлопья из прозрачных ледяных кристаллов и окутали группу Роуна. Похоже, Конджи посадила цветы снежного инея. Пространство вокруг быстро исказилось, и вид перед глазами мгновенно сменился. У-у-у-ух. Едва фантастический белый след рассеялся, как в лица ударил резкий пронизывающий ветер. Перед ними оказался вход в скрытую пещеру, где был вмурован лунный камень. На входе по-прежнему лежал сложный барьер, но Роун материализовал фрагмент гостиной мастерской. Это был способ обойти барьер, искривив пространство реальности. Группа смогла войти в пещеру без каких-либо ограничений. Тук. Тук. Тук. Они шли вслед за ритмичными толчками холодной энергии, похожими на удары огромного сердца. Там, где они проходили, влага в воздухе замерзала, и распускались белые цветы инея. Похоже, стало хуже. Будто радуясь холодной влажности, Ёнхо кружился в капле и издавал довольные звуки. Вскоре они дошли до тупика. Там холодно поблёскивал большой лунный камень, похожий на глыбу льда. — Мяу?! Кроме Ёнхо, Конджи, малыши, Соль, Ттутту и даже Куби — все широко раскрыли глаза, глядя на лунный камень, испускавший подавляющую холодную энергию. Хорошо, начнём? Роун подошёл ближе и вынул из фрагментов мастерской заранее приготовленные капли «Нейтрализатора снежного нефрита». В самый центр лунного камня, где холодная энергия была такой прозрачной и ясной, что отражала его лицо, он начал капать нейтрализатор по одной капле. Сссссс—! Поднялся горячий пар, и поверхность камня яростно задрожала. Как раз в тот момент, когда показалось, что пещера вот-вот рухнет, — ритмичный звук пульсирующей холодной энергии постепенно замедлился и вскоре умолк. — Гав? — Шумный ветер остановился. Когда камень, испускавший холодную энергию, наполненную демонической силой, перестал пульсировать, Соль поднял собственный ветер и прогнал его по окрестностям. …И всё? Роун осторожно протянул руку и коснулся поверхности лунного камня. Свирепый холод, будто способный разорвать плоть, исчез; осталась лишь прохлада большой ледяной глыбы, вынутой из морозилки. Что-то слишком просто. Но облегчение продлилось недолго. Ощущение холода под ладонью изменилось. Из глубины прозрачного камня начал подниматься далёкий мороз. Ссссс. …Чёрт, холод снова поднимается. Такими темпами через несколько дней камень явно вернулся бы к прежнему состоянию. — Мяу! — Идёт что-то большее. Суранг, обладавший водной стихией, тоже, кажется, почувствовал поднимающийся холод и насторожил уши. Лунный камень словно компенсировал холод, остановленный нейтрализатором, выталкивая вверх ещё более мощную холодную энергию. Роун досадливо цокнул языком. Что, я просто выиграл немного времени? Он не остановил холодную энергию, наполненную иньской силой, а лишь временно вырубил её. Я потратил горсть углей Пика Пламени, и это всё? Если не вылить туда нейтрализатор бочками, полностью искоренить эту огромную иньскую энергию, похоже, было невозможно. Камень был пропитан чрезвычайно сильной чёрной магией, и даже с производственной способностью Роуна решить всё за один раз оказалось трудно. Ради Снежной горы он хоть десять раз поднялся бы на Действующий вулкан, но вулкан, только начавший восстанавливаться, был сейчас на стадии, когда даже одна горсть углей была драгоценна. Ничего не поделаешь. Придётся искать другой способ. Роун уже собирался с сожалением повернуть назад, когда — — Хру-у-унг, ху-унг… Сзади донёсся низкий, тяжёлый крик. Обернувшись, он увидел Куби: тот стоял на фрагменте «Рубикса», наполненном лавой, и плыл к лунному камню. — Эй, Куби! Это опасно! Остановить его времени не было. Куби скользнул вперёд вместе с фрагментом, на котором ехал, и без колебаний плюхнулся прямо на холодный лунный камень. Сссссс—! В тот миг развернулась невероятная картина. Лунный камень, который казался невозможным расплавить и даже заморозил Нить пожирания, едва коснувшись живота Куби, с визгом начал таять. Ого, он и это плавит? Панцирь Куби, вобравший жар лавовой реки, засветился красным, вступив в прямое столкновение с иньской энергией лунного камня. Это было не просто физическое тепло, а подавляющее преимущество стихии. Расплавленный лунный камень будто превращался в воду, но, едва касаясь сильного жара Куби, тут же испарялся. Пааааах— Пещера быстро наполнилась призрачным серебристым туманом. — Хе-хе! В этот миг Ёнхо, до того спокойно сидевший на месте, возбуждённо вырвался из капельного барьера. Обычно он не любил выходить в воздух, но теперь бодро летал туда-сюда, словно плыл сквозь серебристый туман. Там, где проходил Ёнхо, рассеянный пар притягивался к нему, как к магниту, и сгущался. Вокруг него образовывались крошечные сверкающие капли воды. И тогда мастерская «Рубикс» отреагировала. [Система] Получен редкий побочный продукт «Лунный туман». Роун перевёл взгляд с окна сообщения перед глазами на серебристый туман, заполнивший пещеру. Свирепая холодная энергия лунного камня встретилась с лавовой энергией пещеры и сублимировалась в самый фантастический газ в мире. Словно зачарованный, Роун протянул руку и попытался схватить туман. Ощущение, с которым он ускользал сквозь пальцы, было мягким и прохладным, как шёлк. Что такое Лунный туман? Стоило Роуну задуматься, как мастерская «Рубикс», прочитав его намерение, показала подробную информацию. [Материал] Лунный туман ― Загадочное вещество, ставшее газом, когда крайности инь и ян столкнулись и разрушили границу между собой. С первого взгляда было ясно: это не обычный особый материал. Но даже редкий материал бесполезен, если его нельзя использовать. Что можно из этого сделать? И тогда, словно только этого и ожидая, мастерская «Рубикс» вывела рецепт, которого он даже представить не мог. ---------- Снежная гора: снова веет ветер Бога ветра [Рецепт] Расширение мастерской «Рубикс» ― Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 30 или выше ― Лунный туман 1 л — …Ого. Вот это безумие. Роун не смог сдержать вырвавшегося восхищения. Мало того что мастерская повышала уровень — теперь она могла ещё и расширяться. Безграничный рост мастерской действительно поражал. И в то же время стало ясно, что ему нужно делать. Если хочу сделать рецепт расширения, сперва придётся поднять уровень мастерской. Роун вышел из пещеры вместе с божественными зверями. Ослепительный солнечный свет хлынул на них разом. Режущий холод, который раньше царапал скалу так, будто хотел содрать кожу, исчез, словно его смыло. Вместо него на чисто-белое снежное поле лился тёплый зимний свет. Снег сиял так ярко, что слепил глаза. Энергия полной луны тоже остановилась? Оглядевшись, он, к счастью, не почувствовал присутствия нежити. Наверное, потому, что они уже отправили на покой почти всех, когда он приходил сюда с Бэк Ин-хо. Ккир-р-рук— На Роуна и божественных зверей мгновенно легла огромная тень, закрывшая небо. На скалу, где стояли Роун и малыши, опустилась стая белых птиц. Это были чудовищные птицы. Между их огромными крыльями виднелись и маленькие птицы. Это были детёныши Снежных птиц, испускавшие чистый белый свет. Когда он видел их раньше, их взгляды уже смягчились, но теперь они были так прекрасны, что прозвище «чудовищные» совсем им не подходило. Главной причиной были изменившиеся глаза, но и перья, прежде сероватые из-за демонической энергии, теперь стали снежно-белыми. Воздух очистился, оставив лишь мягкую зимнюю прохладу. Почувствовав перемену, совёнок Ттутту повернул круглую голову. Тту. Тту. Тту. Тту. Издавая ритмичные звуки, он распушил перья и взлетел. У-у-у-ух— В тот миг, когда его крошечные крылья раскрылись, атмосфера Снежной горы дрогнула, словно откликаясь на этот малый жест. Вокруг Ттутту начал закручиваться огромный ветер. Вскоре ставшая мягкой энергия нежно окутала тело Ттутту, и белые снежинки рассыпались по его слегка распушённым перьям. Ккир-р-рурук! Десятки чудовищных птиц вытянули длинные шеи и подняли взгляды к небу. Это был радостный крик жизней, которые медленно высыхали в жестокой засухе и наконец напились спасительного дождя. На миг развернулась фантастическая картина, будто сам ветер заставлял падать снег. В нём больше не было демонической энергии, впивающейся в кожу. Снежинки, словно благословения, ложились на головы Роуна, божественных зверей и чудовищных птиц. …Так это место изначально было престолом ветрового божественного зверя. Роун инстинктивно понял: изначально это были владения ветра. Место, где пребывал исчезнувший Бог ветра. И поэтому яйцо Бога ветра тоже оказалось здесь. Чудовищные птицы положили яйцо Ттутту в гнездо из-за ещё оставшегося инстинкта божественного зверя? В этот момент фрагмент мастерской «Рубикс», подвешенный на ледяной стене, едва заметно задрожал. Это был фрагмент с Небесным самоцветом Снежной птицы, извлечённым из живота вожака чудовищных птиц. Когда ветер Снежной горы вернулся к своей изначальной энергии, инкубационный камень, Небесный самоцвет, отозвался резонансом, словно нашёл родной дом. — Тту— Тту-у-у! Ттутту закричал протяжно, не как обычно. И тогда случилось нечто удивительное. Стая чудовищных птиц и Снежных птиц, заполнивших скалу, разом сложила крылья и склонила головы. Это был не страх, а почтение к истинному хозяину этих владений. — Мяу? — А! Суранг и Торан широко раскрыли глаза. Сегодня Ттутту казался им необычайно большим. У-у-у-у— Когда поток ветра мягко прошёлся по шерсти Соля, его светло-зелёные глаза едва заметно дрогнули. Это была сила Бога ветра, которую его мать, умирая, заимствовала, чтобы спасти его. — Я вижу ветер. В глазах Соля каждая нить стремительно кружащегося ветра ясно разделялась. Казалось, он мог ухватить этот текущий ветер, этот неуловимый миг, лапой. Поток «времени», несомый ветром, остро пробудил всё тело Соля. Хлоп. Когда Ттутту взмахнул крыльями, все ветра Снежной горы дрогнули, словно танцуя под этими маленькими крыльями. Бушевавшая метель мгновенно успокоилась по приказу Ттутту и начала течь великим попутным ветром, мягко обнимающим весь горный хребет. Снежная гора, которую поглощала демоническая энергия, снова начала дышать. Скоро это место тоже сможет полностью вернуть прежний облик. Тту. Тту. Тту. Тту. Будто завершив своё дело, Ттутту мягко рассёк воздух и опустился на плечо Роуна. Роун удовлетворённо улыбнулся и в последний раз оглянулся на ледяную стену. Это было идеальное завершение, к которому нечего было добавить. — Идём. Заглянем в горную деревню. Он на миг подумал, не навестить ли кабаньего божественного зверя, но возле того места Семя-ориентир он не посадил, да и направление было противоположным. Главное же — он не взял с собой Ккотним, и казалось, что своим появлением только зря встревожит семью кабаньих божественных зверей. — Мяу! Малыши вприпрыжку побежали вперёд по снежному полю. Конджи летела рядом с Ёнхо, подстраиваясь под шаг Роуна, а Ттутту уже начал клевать носом на его плече. Не так уж холодно. Даже не включая усиление мастерской, такую погоду можно было выдержать одними грелками. В памяти всплыло, как он заблудился в этих снежных горах и спускался к деревне, ориентируясь на слабый свет одной травы-фонаря. Люди, которых он тогда спас, и спина Бэк Ин-хо, молча шедшего рядом и заботившегося о них. Я сказал, что попробую добиться поддержки, когда докажу, что чудовищные птицы больше не представляют угрозы. Даже до регрессии ведомства по управлению рисками монстров в это время года были настолько консервативны, что он не ждал многого. В любом случае теперь, когда истинная снежная энергия успокоилась, жизнь людей горной деревни, скорее всего, станет легче. То, что это станет известно, было лишь вопросом времени. Вопрос был в том, хорошо ли жители горной деревни продержались до тех пор. Спускаясь по хребту на ветру с растущим нетерпением, он увидел знакомый вид деревни. Раз следов монстров нет, похоже, семья кабаньего божественного зверя иногда спускается сюда. Мысль о том, как они гуляют вместе с малышами, наполнила грудь теплом, но, вспомнив быстрый рост Ккотним, он решил, что переживать не нужно. Если малыши благополучно минуют младенчество, то смогут постоять за себя. Шаг, шаг. Но чем ближе он подходил к горной деревне, тем сильнее менялся воздух. Вместо холодного, морозного запаха снега — аппетитный аромат, щекочущий нос. …Что это, запах еды? Запах варящегося риса в горной деревне, где не было ни единой вещи, которую можно съесть, и где люди выживали, жуя демонические корни. Первой пришла не радость, а растерянность. Неужели кто-то из пробудившихся, покинувших деревню, тайком вернулся с едой? Если их поймают, будут проблемы. Как жители горной деревни не могли легко уйти, так и те, кто однажды ступил сюда из защищённой зоны, не могли легко выбраться обратно. Если нарушить это правило и тайно войти в ограниченную опасную область, их задержат на месте и конфискуют все вещи. С тревогой Роун ускорил шаг. Но едва он вошёл в деревню, тревога мгновенно сменилась удивлением. Вместе с аппетитным запахом над уличным очагом бурно кипел огромный котёл. Буль-буль. Белый пар поднимался, как дым из трубы, тепло согревая холодный воздух деревенской площади. Рядом с котлом, словно гора, лежали коробки с рамёном, помеченные красной надписью «Экстренная помощь», разные консервы и мешки риса. Измученные голодом жители стояли в длинной очереди в толстых пуховиках. Из-под шарфов были видны лица, на которых появились ожидание и жизненная сила. В самом начале очереди мужчина, даже надевший фартук, усердно разливал суп. — …Бэк Ин-хо? В тот миг, когда Роун бессознательно пробормотал это, мужчина поднял голову. Их взгляды встретились, и на его губах расплылась знакомая освежающая улыбка. — Хозяин мастерской! Вы вернулись. Бэк Ин-хо высоко поднял руку с половником и бодро окликнул его. Когда Роун подошёл, Бэк Ин-хо продолжил так, будто ждал его: — Я примерно прикинул, что вы уже должны прийти, и ждал. Как только сегодня выдали припасы помощи, я сразу бросился сюда. Боялся, что начальство передумает, если промедлить. Кивнув, Роун естественно встал перед котлом с рисом, взял миску и лопатку. Он начал накладывать рис в одном ритме с тем, как Бэк Ин-хо разливал суп. — А? Этот человек…! — Господи, разве это не хранитель божественных зверей? Жители, собиравшиеся получить суп и рис, широко раскрыли глаза. Это был тот самый хранитель божественных зверей, который в прошлый раз, не требуя платы, нашёл пропавших людей и даже ударил в золотой колокол. Получая миски, полные горячего риса с горкой, они раз за разом склоняли головы. Казалось, появлению Роуна они радовались больше, чем еде. — Спасибо, правда спасибо… — Ох, милых божественных зверей стало ещё больше. Малыши немного подросли, да? Роун кивнул и плотно прижал рис в миске. — Мяу! Малыши, очарованные аппетитным запахом мясного супа, собрались у ног Роуна и высоко подняли хвосты. Роун, не выдержав, подцепил половником несколько кусочков мяса и положил им в пасти, а затем спросил Бэк Ин-хо: — Но вы снова пришли один? Он слышал, что подчинённые не следуют за Бэк Ин-хо, потому что тот ищет работу, не засчитывающуюся в показатели, но всё равно было горько видеть, как командир группы безопасности каждый раз справляется один. — Нет. Был ещё один человек, который сам захотел помочь. — …Кто? — Перед самым вашим приходом ушёл, сказал, что занят. Он появляется и исчезает как призрак, я даже толком поздороваться не успел. А, это тот человек, который тогда вышел перед тем, как вы сели на мотоцикл у гейта… имя было, кажется, Хан Сон-чжиль? Не могу точно вспомнить. — …Хан Сом-джин. — А, похоже, так. Госпожа Хан Сом-джин. Роун тихо рассмеялся, накладывая рис. Почему Хан Сом-джин снова приходила сюда? Пусть она и была резкой, похоже, это место тоже её беспокоило. В этот момент взгляд Бэк Ин-хо остановился на плече Роуна. — А этих друзей я раньше не видел? Куби был вулканическим божественным зверем, но Ттутту, выходит, он тоже видел впервые? Если подумать, когда вылупилось яйцо Бога ветра, они внезапно переместились через телепортацию Конджи, так что Бэк Ин-хо действительно видел их впервые. — Это новые сотрудники. Поздоровайся, Ттутту. И Куби тоже. — Хррунг, хррунг. Куби потянул голову к Бэк Ин-хо, сверкая спиной, похожей на красный драгоценный камень. Ттутту лениво приоткрыл один глаз и снова закрыл его. — Куби… и правда мистический малыш. Но почему я решил, что Ттутту — это Торан? Эти сонные глаза точь-в-точь как у Торана. Ха-ха… — А-а?! Торан широко разинул рот, отозвавшись на своё имя, произнесённое Бэк Ин-хо. Очередь почти иссякла, оставалось всего несколько человек. Гр-р-р. Услышав неопознанный звук, Роун повернулся к Бэк Ин-хо. Тот, будто его поймали с «часами желудка», неловко потёр живот. — Вы много потрудились. Командир группы безопасности, поешьте первым. С остальным я разберусь. — Нет, всё в порядке. Почти закончили. Давайте быстро завершим и поедим вместе с вами и божественными зверями. Я обязательно положу вам и божественным зверям побольше мяса. — Мяу! Малыши громко крикнули, словно соглашаясь с ним. --- После еды Роун поднялся, чтобы пройтись по деревне и помочь пищеварению. Шаги сами привели его к каменному фонарю у входа в деревню. На маленькой площадке. Вещи Снежных духов, которые Роун и Бэк Ин-хо собрали раньше, были аккуратно сложены в кучу. К счастью, какие-то предметы, похоже, нашли хозяев: по сравнению с тем, когда их впервые сложили, куча заметно уменьшилась. — Гав-гав! Нарушив тишину, маленькая коричневая собака с торчащей во все стороны шерстью залаяла на Роуна и божественных зверей. Её хвост вилял так сильно, что, казалось, вот-вот отвалится. А, это Каштан? Тот, о ком Е-соль вспоминала, глядя на каменный фонарь. Он думал, что это был ёж, а оказалось — собака. И, как он ожидал, издалека уже бежал знакомый ребёнок. — Оппа-а-а! Это была Е-соль. ---------- Ученица-ремесленница Под радостный лай Каштана Е-соль побежала к Роуну. — Хранитель! Ух ты, малышей-божественных зверей стало ещё больше! Глаза Е-соль засияли, когда она посмотрела на малышей, крутившихся вокруг Роуна. Следом за ней подошёл мужчина, отдышался и склонил голову. Это был отец Е-соль — охотник, которого прежде спасли из катакомбы. Он бросил взгляд на божественных зверей, собравшихся рядом с Роуном, а потом опустил глаза на реликвию, которую бережно держал в руках. — Спасибо. Благодаря вам я нашёл памятную вещь жены, которую потерял. У него в руке был потёртый серебряный браслет. — Эм… но, пусть это и бесстыдно с моей стороны, не могли бы вы взглянуть на этот браслет? Энергия у него какая-то странная. Он осторожно протянул браслет. Работа была слегка неровной, но внутри чувствовался слабый поток маны. Неумело, но зачарование есть. Проблема была в том, что поток маны оказался мутным. Изнутри браслета слабо просачивалась демоническая энергия снежного призрака. В процессе «естественной зарядки» артефакт впитал не только окружающую ману, но и ядовитую энергию снежного призрака. Такую ошибку часто совершали начинающие зачарователи. Какой бы захудалой ни была лавка, такую нестабильную вещь там не продали бы. Роун тихо спросил: — Кто это сделал? Е-соль вздрогнула и сжалась. — Я сделала. Подарила маме… Наверное, она носила его и после того, как стала снежным призраком. — А, вот как… Роун мог догадаться, что мать Е-соль тоже была пробудившейся и погибла, защищая деревню. Как люди в островной деревне, которые каждый день ненавидят море, проглотившее их родных, но всё равно вынуждены забрасывать в него сети, чтобы выжить. Для семьи Е-соль эта Снежная гора была одновременно могилой, забравшей их близкого человека, и единственным местом, которое они не могли покинуть. Но у этой девочки… есть талант. Роун снова посмотрел на Е-соль. Ей было ещё слишком рано пробуждаться. Если магическая сила вырвется наружу, когда самосознание ещё не до конца сформировано, велик риск сбиться с пути, как это случилось с тёмной магиней Чом-сун. К счастью, мутной энергии, характерной для тёмной магии, от Е-соль он не ощущал. Однако неконтролируемая мана была искрой, которая в любой момент могла разгореться. Наверное, поэтому в глазах отца Е-соль тревоги было больше, чем гордости. Стадия «пред-пробуждённой», которую даже измерители ещё не улавливали. Е-соль с поникшим видом теребила своё запястье. Пусть её работа была неумелой, сам факт, что она успешно наложила зачарование, доказывал: девочка уже вступила в область магии. Но пока это не та стадия, о которой нужно беспокоиться. Сила внутри браслета была ближе не к магии, а к чуду, рождённому искренней любовью к матери. Роун ненадолго положил браслет в фрагмент мастерской «Рубикс», а затем вынул его обратно. Демоническая энергия снежного призрака исчезла, словно её смыло. — Вот. Я убрал всю неприятную энергию. Береги его. Роун вернул браслет. Там, где прежде была демоническая энергия, теперь мерцал свет — чище и ярче прежнего серебра. — Ух ты, браслет стал ещё красивее! Теперь это правда мамин браслет. — Гав-гав! Каштан согласно завилял хвостом. Увидев сияющую улыбку ребёнка, Роун тихо открыл фрагмент мастерской «Рубикс» ещё раз. Он собирался проверить, сколько осталось ингредиентов для желе Ёнхо. …Мне кажется? Шкала в окне материалов чуть уменьшилась. «Обломок Рус-Бегемота». И вскоре в углу заметилось подозрительное движение. Это был Куби. Присмотревшись к фрагменту «Рубикса», Роун увидел под его животом плоские красные камешки размером с монеты. Как Ёнхо самовольно сгущал воду и делал бусины, так и Куби мял и спрессовывал видимый металлолом, штампуя камни печати. Роун поднял один. Он был тёплым. Красноватый камень всё ещё хранил жар, словно только что приготовленная рисовая лепёшка. — Е-соль, у тебя дома есть инструменты для резьбы? — Конечно! У меня всё есть. Глаза Е-соль засверкали. Её отец, стоявший рядом, неловко улыбнулся и добавил: — Её дед был ремесленником. Похоже, Е-соль унаследовала эту кровь. Так что… я думал, не отправить ли её в защищённую зону. Это была тяжёлая тревога родителя, обнаружившего талант у своего ребёнка. От того, как обращаться с маной в юном возрасте, зависело многое: даже пред-пробуждённый мог в итоге так и не расцвести. С другой стороны, слишком ранний расцвет мог ребёнка погубить. Роун покачал головой. — Она ещё маленькая, так что торопиться не нужно. Он говорил мягко, но твёрдо. — В возрасте Е-соль быть рядом с родителями — уже лучшая мера безопасности. Я буду время от времени заходить и присматривать за ней. — О-огромное вам спасибо! Хранитель божественных зверей! Мужчина с облегчением несколько раз поклонился. Роун вложил в ладонь Е-соль один из камней печати, сделанных Куби. — Это остаточный материал из мастерской. Можешь резать его сколько угодно и даже испортить сколько хочешь. — Ух ты! Правда? — Да. — Я вырежу на нём самую красивую вещь! С таким лицом, будто ей достался весь мир, Е-соль высоко подняла камень печати. Красный камень сиял под светом Снежной горы, словно драгоценность. Девочка, подпрыгивая, побежала по снежному полю домой вместе с Каштаном. Над ними бесшумно начали падать крупные снежинки. Снежинки ложились, словно просачиваясь в каждый уголок горной деревни, даже в щели, откуда демоническая энергия ещё не ушла до конца. Это был очищающий снег, медленно укрывавший раненую горную деревню. --- Перед тем как покинуть деревню, Роун вместе с Бэк Ин-хо остановился у каменного фонаря на входе. Ветер Снежной горы, где уже начала сгущаться темнота, был резким. Внутри фонаря, который он считал погасшим, мерцал слабый свет. Это была свеча Дынмён. Похоже, кто-то нарочно подрезал фитиль. Когда Роун бросил озадаченный взгляд, Бэк Ин-хо спокойно сказал: — Это моя. — Зачем вы её зажгли? — Чтобы не забыть. Взгляд Бэк Ин-хо застыл на колеблющемся пламени. В прошлый раз, когда он заблудился на Снежной горе, он говорил, что в свете свечи Дынмён увидел собственное лицо и тех, кого должен убить. — Можно спросить, кто те люди, о которых вы тогда говорили? — Да. Я и сам плохо помню. Но намерение убить их ясно. Это были лица, которые я иногда видел во снах, но когда они появились в свете свечи Дынмён, стали довольно отчётливыми. — …Если вы говорите «лица», значит, речь не об одном человеке? — Да. Всего их трое. Ответ Бэк Ин-хо был коротким и твёрдым. Пламя внутри каменного фонаря выглядело так, будто вот-вот погаснет на холодном ветру, но словно не должно было быть забыто — упрямо оживало и снова горело. В этот миг рядом с фонарём Бэк Ин-хо Роун заметил ещё один каменный фонарь, испускавший свет. — Кажется, здесь есть ещё кто-то вроде вас, командир группы. Когда Роун указал подбородком, Бэк Ин-хо коротко рассмеялся. — А, это зажгла та призрачная госпожа. Если он говорил о призрачной госпоже, значит, речь была о Хан Сом-джин. Выходило, она тоже что-то здесь увидела. Когда Роун промолчал, Бэк Ин-хо немного подумал и спросил: — Может быть, свеча Дынмён действует и за пределами Снежной горы? — Ну… поскольку такая ритуальная трава зависит от чувствительности к мане того, кто её зажигает, в теории это не невозможно. Но здешние фонари пропитаны энергией божественных зверей, поэтому эффект будет намного сильнее. И всё же стала бы такая способная охотница, как Хан Сом-джин, тащиться в эту бесплодную Снежную гору только ради того, чтобы зажечь свечу? Вероятно, это означало: здесь есть нечто, что можно увидеть только с помощью этих каменных фонарей. Что же? Следуя за этой мыслью, Роун вдруг вспомнил о талисмане, который Чин Хон-а попросила передать Хан Сом-джин. — Ах, верно. Кстати о Хан Сом-джин — она сказала, куда собиралась? Спросил он, теребя талисман за пазухой. — Пункт назначения она не называла. Но… сказала кое-что странное. — Странное? — Сказала, что ищет место, где обрываются тени. — Место, где обрываются тени? Роун склонил голову набок от этих загадочных слов. Не место без теней, а место, где тени обрываются. Сколько он ни думал, ответа, похоже, не находилось. Значит, в следующий раз, когда они встретятся, придётся спросить её напрямую. Роун пожал плечами и позвал Конджи. Он велел посадить в углу деревни семя-ориентир — на случай, если позже понадобится вернуться. В следующий раз, когда он отправится к месту обитания божественного кабана, он собирался прийти сюда, а не к гнёздам птиц Снежного пика, и дойти от деревни пешком. Когда он вышел на деревенскую площадь, до него донёсся весёлый шум. Щенок Е-соль Каштан и малыши, перепутавшись, катались по снежному полю. Позади игривых фигурок, носившихся вокруг, собрались жители деревни — проводить его. — Счастливого пути, хранитель божественных зверей. — Приходите ещё! Староста деревни обхватила ладонь Роуна обеими руками и пожала её. Бэк Ин-хо сказал, что задержится ещё немного, чтобы уладить дела, а потом поедет на машине. — Тогда увидимся в следующий раз. Берегите себя. Когда Роун помахал рукой, божественные звери, до этого разбежавшиеся поиграть, примчались и облепили его ноги и плечи. Прижимаясь друг к другу для телепортации, они выглядели как огромный снеговик. Бэк Ин-хо и жители деревни с любопытством смотрели на странное, но милое зрелище. — Пошли, Конджи. — Писк! Конджи поднял над головой назначенный фрагмент мастерской «Рубикс». Словно стебель семени, посаженного дома, уже полностью вырос, из фрагмента мастерской «Рубикс» с неба пролился свет — тонким столбом. Внутри света начала формироваться фигура бледно-зелёного растения. Проверять, какое растение посадил Конджи, каждый раз при телепортации стало одной из маленьких радостей Роуна. Наконец-то увижу. Что за растение было посажено дома? На этот раз сначала сформировался толстый стебель. Он выглядел довольно крепким. Однако то, как вокруг стебля проступала форма, немного отличалось от обычных растений. Широкие и нежные листья один за другим распускались слоями и вскоре окружили Роуна и божественных зверей кругом. — …А? Что это? ---------- Вот ведь хлопоты Широкие плоские листья света распускались слой за слоем. …Это что, салат? Семя-ориентир открывало путь, используя форму растения, укоренившегося в месте назначения, как посредник. Поскольку сад Конджи захватил салат, форма ворот тоже могла быть только салатной. Окружённый салатом, Роун почувствовал себя так, будто его внезапно завернули в овощной свёрток. Вспышка! За листьями света пейзаж Снежной горы мгновенно свернулся, и перед глазами появился двор перед домом. В тот же миг тело окутал тёплый воздух. Малыши задрожали от резкой смены температуры. Роун огляделся. Было тихо. Дом, ещё недавно шумевший гостями, теперь пустовал, сохранив после их короткого отсутствия только тепло. Даже божественные звери насторожили уши, будто тишина показалась им непривычной. …Куда делись все пчёлы? Последний образец пчёл, который его отец, Ли Хак-су, хранил как ископаемую реликвию. Он сказал, что после встречи с Сиеном вытащил этот драгоценный след, похороненный глубоко в сердце, и едва сумел их возродить. Если их съели монстры, дело не закончилось бы одним разбитым сердцем отца. Это означало бы не только, что долгие усилия по восстановлению пошли прахом, но и что произошло необратимое полное вымирание. Нужно их поискать. Роун сперва осторожно проверил за садом. Улей был на месте. Но внутри было пусто. Не осталось ни капли мёда. — А пчелиная матка? Неужели они последовали за маткой или все разом погибли? Он уже собирался коснуться улья, когда за спиной раздался равнодушный голос: — Наверное, они у цветника Чом-сун по соседству. Ли Хак-су подошёл бесшумно. Увидев испуганного сына, он кивком указал на соседний дом. — Чтобы собирать мёд, нужны цветы, а здесь один салат да листья периллы… Говорят, во дворе Чом-сун сейчас пышно цветёт энотера. — А, понятно. Ты говорил, что у земных цветов есть нектар. Но что насчёт Беллато Арома, посаженной на склонах горы Нокма? Роун вспомнил растение-монстра Беллато Арома, которое маскировалось под земной цветок. Семена, лишившиеся демонической энергии после хранения во фрагменте мастерской. Ли Хак-су каким-то образом вырастил эти семена в земные растения. Это означало, что его гипотеза — будто Беллато Арома на самом деле разновидность земного цветка, — подтвердилась. — Да, они растут хорошо. Некоторые даже зацвели. Но размножение даётся очень трудно, так что их не так много. И даже если бы цветов было много, пчёлам было бы опасно летать туда. Взгляд Ли Хак-су переместился к горному склону. Хотя склоны горы Нокма были владениями божественных зверей, эта граница не была абсолютной. Как божественные звери переходили на территории монстров, так и монстры могли размывать границу и ходить туда-сюда. Именно поэтому деревня на горе Нокма всё ещё числилась опасной зоной. Если оставить всё как есть, будет опасно. Чтобы повысить шансы пчёл на выживание, требовались особые меры. Даже если посадить Беллато Арома рядом с домом, при выращивании земных цветов слишком много переменных. Значит, если скормить пчёлам Кровавый мёд без демонической энергии… Даже если он не пробудит их, их панцири станут крепче, а дальность полёта увеличится. Проблема была в количестве. После того как он отдал по одной бутылке госпоже Сон Су-хи и Сиену и выставил одну на аукцион, осталось всего семь бутылок по пятьсот миллилитров. Даже если забрать вещи, порученные Dark Han, получится только восемь бутылок. Этого было совершенно недостаточно. В этот момент Конджи заёрзал, поглядывая на фрагмент мастерской «Рубикс», паривший над его головой. Это был личный пространственный фрагмент Конджи, дарованный руководителям групп божественных зверей. Обычно при проверке хранилища его не было видно, но фрагмент Конджи отображался отдельно. — Ты опять что-то спрятал, да? Глаза Роуна сузились. В памяти вспыхнуло, как Конджи подбирал крошки рамена рядом с ним, когда Роун раздавал еду в Снежной горе. Только не говори, что этот парень украл рамен? Роун подтянул фрагмент мастерской «Рубикс» Конджи поближе и заглянул внутрь. Конджи, сидевший на фрагменте, толкнул Роуна в нос крошечной передней лапкой, но тот не отступил. Внутри фрагмента, к удивлению, лежали горки семян растения-монстра Некта. От семян исходил тонкий сладкий аромат, а демоническая энергия была полностью очищена. Перед сладко пахнущими семенами ты устоять не можешь. Губы Роуна смягчились в лёгкой улыбке. С таким сильным сладким запахом для Конджи это, должно быть, было сокровище, которое он не хотел терять. Может, он уже и попробовал несколько, не удержавшись. Когда Конджи впервые перегрыз все травы в мастерской, отец, Ли Хак-су, сказал, что травяной воришка, похоже, особенно любит сладкие травы. — Писк! Словно не мог от них отказаться, Конджи начал запихивать семена растения-монстра Некта в щёки. — Подожди. Если съешь их сейчас — на этом всё закончится. А если посадить, сможешь есть мёд. И семян получишь больше. — …Писк? Будто что-то осознав, Конджи выплюнул обратно семена, которые уже набивал в защёчные мешки. Удалось добыть всего пять семян. Казалось, что это слишком мало, но если учитывать толщину растения-монстра Некта — с человеческую руку, — не обязательно. Роун посмотрел на выплюнутые Конджи семена и задумался. Но это… кому доверить? Первым, естественно, в голову пришёл отец, Ли Хак-су. В конце концов, прецедент уже был: он выращивал полынь и энотеру, используя семена Беллато Арома, замаскированные под земные растения. Но Роун покачал головой. Область его отца, Ли Хак-су, строго ограничивалась выращиванием лекарственных трав. Беллато Арома удалось потому, что существовало предположение: это разновидность земного цветка. И даже так размножение оказалось непростым. Конечно, Багровый лотос можно было поручить ему, потому что в зависимости от способа выращивания он мог переходить между лекарственной травой и растением-монстром. После этого было непонятно, то ли отец потерпел неудачу, то ли просто ещё не посадил его. Но растение-монстр Некта несомненно было именно растением-монстром. Даже если из семян удалили демоническую энергию, их природа роста не изменится. Более того, чтобы получить Кровавый мёд, нужно было сохранить присущие растению дикость и демоническую энергию, но не дать ему выйти из-под контроля и позволить распуститься только цветам. Не очищение, а контроль. Значит, требовалась особая способность обращаться с растениями-монстрами. Роун молча оглядел двор. Его взгляд ушёл за забор — к соседнему дому, где собрались пчёлы. Тот, кто лучше всех знает опасность растений-монстров и умеет подавлять их природу, заставляя при этом цвести. Возможно, именно эта девочка и подходила. — Как насчёт спросить Чом-сун? Ли Хак-су, кажется, немного подумал и кивнул. — Неплохая мысль. Этому ребёнку, наверное, нужно что-то, на чём можно сосредоточиться. До Бон-сик целыми днями отсутствовал дома: управлял горой Нокма и занимался волонтёрской работой, расплачиваясь за свои грехи. Для оставшейся одной девочки время, которое ей приходилось проводить наедине со своими мыслями, наверняка было слишком долгим. --- Роун направился к дому Чом-сун. Божественные звери потянулись за ним цепочкой. Говорили, что Ккотним почти поселилась во дворе Чом-сун. То ли из-за энотеры, то ли из-за искренности Чом-сун, которая каждый раз, когда Ккотним приходила, откладывала для неё угощение. Эта Ккотним… ладно ещё отец и я, но привязаться к Чом-сун сильнее, чем к госпоже Сон Су-хи, которая готовит вкусную еду… Возможно, это существо и правда было перерождением Ккотсуни. Погрузившись в мысли, он дошёл до стены. — …Я не понял тогда, что ты была тем самым ребёнком. — …?! Из-за стены донёсся спокойный, старомодный голос. Даже не видя говорящего, Роун знал, кто это. В этих местах только один человек говорил в такой учёной манере — Сиен. Роун остановился и заглянул внутрь через щель в стене. Малыши тоже прилипли к стене и выглядывали во двор одними глазами. Сиен стоял лицом к лицу с Чом-сун. Словно по уговору, щёки обоих покраснели. Их взгляды сталкивались в воздухе и тут же снова и снова поспешно разбегались. А запах энотеры ещё сильнее сгущал атмосферу. …Что это за сцена? Разве это не было похоже на сцену прямо из исторической дорамы — неловкая встреча юного принца и юной принцессы? Оба такие маленькие, но источали перед душой средних лет, прошедшей через всевозможные испытания, такую наивную атмосферу. — Мяу? — Тш-ш. Роун прикрыл рот бестактному Сурангу и незаметно наклонился, чтобы послушать. — Подумать только, человек, который даже не пробудился как специалист по демоническим растениям, смог так хорошо его вырастить… Это удивительно. — Хорошо вырастить… это стало возможно только потому, что твой бонсай был очень крепким. Помедлив мгновение, Сиен тихо продолжил: — Тогда ты сказала, что продаёшь его, потому что нужны деньги, но я понял. Забота, с которой ты протирала каждый лист, умение подрезать ветви так, чтобы демоническая энергия не переливалась через край, ни одного пожелтевшего листа — всё было таким свежим и зелёным… В голосе Сиена дрожала странная влага. — Было видно, что его растили с любовью. Услышав это, Чом-сун подняла опущенные глаза и посмотрела на него. В Сиене была какая-то необъяснимая тоска. Чом-сун снова опустила голову; на её лице смешались смущение и вина. — Нет. Это просто… семя, которое мне случайно дали в подарок. Я выращивала его, потому что оно было красивым, но раз размножить его никак не получалось, если бы я оставила его у себя, он всё равно рано или поздно завял бы и умер… Голос Чом-сун постепенно стих. Ребёнок, которого она растила с любовью, но в конце концов была вынуждена продать из-за бедности. Она не могла забыть вину за то, что не сумела защитить его до конца. — Благодаря этому я тоже смог растить его с большой любовью. Те, кто голодал по любви, острее узнают чужую привязанность. Лицо, будто не евшее несколько дней, руки с выступающими суставами. То, что из этого иссохшего тела была выращена такая глянцевая жизнь, делало искренность ещё более трогательной и жалкой. Нос Чом-сун покраснел. Пока атмосфера не стала слишком тяжёлой, Сиен нарочно откашлялся. — Случайно, ты не могла бы снова достать это семя? — Простите? А, растение-монстр Некта? Чом-сун поспешно вытерла уголки глаз рукавом. Внезапный вопрос вывел её из эмоционального состояния. — С тех пор я его не видела… Но как тебе удалось его размножить, оппа? Я слышала, что его опыление крайне сложное. От невинного вопроса Чом-сун плечи Сиена одеревенели. Вопрос был естественным, но для Сиена он оказался клинком, вонзившимся в самое сердце. — А, это… Губы Сиена шевельнулись, но слов не последовало. Это был ответ, который он никак не мог заставить себя произнести. За стеной глаза Роуна сузились. …Что с этим парнем? Среди демонических растений есть цветы, опыляемые насекомыми, которым для размножения нужна помощь насекомых. Растение-монстр Некта, которое он выращивал, было как раз таким. То, что оно размножилось достаточно, чтобы образовать лес, означало: существовал искусственный посредник. Только не говорите, что он тайком пытался вырастить демонического зверя Лумимоса?! Именно он взял бутылку с шелкопрядом внутри вместо Кровавого мёда. Тогда это упустили из виду, потому что это была личинка, а не взрослая особь. Похоже, он забыл обещание не восстанавливать опасных демонических зверей без разрешения. Говорят же: не стоит подбирать зверей с чёрной шерстью. Даже если волосы у него не чёрные, поступок был неблагодарным. Как взрослому человеку, пора было устроить строгий воспитательный разнос. Роун обогнул угол стены и внезапно показался. — Сиен, ты собираешься нарушить обещание? Твоя цель в поиске семян растения-монстра Некта слишком очевидна. — …! Потрясённый внезапным появлением, Сиен резко отпрянул. И в тот момент — Бз-з-з-з! Все пчёлы, кружившие в цветнике энотеры, разом взлетели. Они заслонили Сиена собой и подняли к Роуну пухлые маленькие брюшки. Боевая стойка пушистых мягкотелых стражей, готовых в любую секунду выстрелить жалами. — Мяу? …Эти ребята. Подумать только, такие кроткие существа поступили вот так. Брови Роуна дёрнулись. Возможно, из-за того, что восстановленная пчелиная матка была первым поколением, их связь с Сиеном оказалась необычайно крепкой. Но когда пчёлы жалят, их внутренности вырываются наружу, и они погибают. Если что-то пойдёт не так, дело будет не только в том, что Роуна ужалят: эти существа, надежда будущего, могут погибнуть целым роем. Но и закрывать глаза на проступок Сиена он не мог. Вот ведь хлопоты, правда. ---------- Наша цветочная роща Пчелиная матка размером с большой палец сидела у Сиена на голове. Странно. Матка, которая должна откладывать яйца в улье, разгуливает вместе с рабочими пчёлами. Картина нарушала порядок экосистемы, но Роун вскоре вспомнил, что существо пробудилось. Раз она пробудившаяся, может, и яйца откладывает по расписанию или вроде того. Почувствовав мгновенное напряжение Сиена, матка взмахом крыльев подала рабочим пчёлам знак. Бззззз—! Стоило матке один раз махнуть крыльями, все рабочие пчёлы, до того зависшие в воздухе, разом бросились к Роуну. Увидев это, он посмотрел на грозивших ему пчёл с выражением полного недоумения. На фоне демонических зверей или божественных зверей пчёлы выглядели до смешного слабыми. Даже крошечный всплеск от водяной сферы Суранга убил бы их мгновенно, но они горели решимостью защищать Сиена ценой собственной жизни. Возможно, их безрассудная преданность заслуживала уважения: божественные звери почти не реагировали, даже когда пчёлы касались их мордочек. Только Ттутту закатил глаза и чуть облизнулся. Бззз! Словно ожидая похвалы, пчелиная матка спустилась Сиену на лоб и склонила голову. Но демонстрация пчёл продлилась недолго. Пчёлы зарылись в мягкую водную энергию Ёнхо и тепло Куби. Вскоре они лишились ядовитости, полностью присмирели и самозабвенно наслаждались очищающей силой божественных зверей. По крайней мере, можно не бояться, что они ужалят. Роун посмотрел на Сиена взглядом: «И что ты теперь будешь делать?» Только тогда Сиен пришёл в себя и удивлённо замахал руками. — Идите сюда. Бззз? Пчелиная матка на голове Сиена склонила голову набок. Неохотно покидая объятия божественных зверей, рабочие пчёлы зашевелили пухлыми брюшками и медленно полетели обратно к цветнику энотеры. Когда маленькая суматоха закончилась, во дворе воцарилась тишина. Сиен опустил голову. — Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Я непременно сдержу обещание. Мне просто стало интересно, можно ли вырастить демоническую траву Некта и получить Кровавый мёд… — Если тебе нужен был этот мёд, сперва нужно было сказать мне. Хочешь посадить семена? У тебя нет другого мотива? Роун пристально посмотрел на Сиена. Он не думал, что Сиен сумеет заставить демоническую траву прорасти, но было ясно: у того есть способность ухаживать за демонической травой Некта. Если он задумал тайно вынести семена и восстановить демонического зверя Лумимоса, закрыть на это глаза было нельзя. — Роун, неужели вы думаете, что я… Сиен осёкся и покосился на Чом-сун. Он вспомнил жуткие слова Ли Хак-су о переносе жизненной силы куда-то ещё. Ему не хотелось, чтобы Чом-сун узнала: он восстановил того страшного демонического зверя. — Не волнуйтесь. Я всегда держу обещания. Я лишь подумал, что пчёлы смогут взять на себя роль переносчиков пыльцы, и собирался обсудить это с Чом-сун. Земные пчёлы помогают опылять демоническую траву? Некта не была хищным растением, так что, если пчёлы выработают сопротивление демонической энергии, это было не невозможно. Встреча демонической флоры и земных существ. И всё же… не будет ли побочных эффектов? В то же время это могло стать шансом повысить вероятность рождения пробудившихся пчёл. Проблема в том, где её выращивать. Даже если особенность Чом-сун заключалась в выращивании демонических растений, у неё была лишь небольшая сопротивляемость демонической энергии, поэтому требовалась осторожность. К тому же, хоть деревня Нокма и была полна пробудившихся, растение с демонической энергией во дворе дома вызвало бы у людей только настороженность. Для Чом-сун, за которой и так наблюдали под предлогом защиты, это был опасный выбор. Пчёлы, набравшие мёда, полетели к дому Роуна. Роун глубоко задумался. Нужно место безопаснее и изолированнее. Он взглянул на Чом-сун и достал из-за пазухи очищенное от демонической энергии семя Некты. Будто собираясь отдать его — и в то же время не отдавая, — он покатал семя на ладони. В этот миг Сиен, истолковав колебание Роуна как отказ, быстро схватил Чом-сун за руку. — Чом-сун, не вырастишь ли ты для меня демоническую траву Некта? …А? Наблюдая со стороны, Роун подавил смешок. Даже Ккотним, тихо сидевшая в цветнике, внезапно подняла голову. Почему этот тип разговаривал как в исторической драме даже с Чом-сун? Роун думал, что это просто образ для общения с фамильярами, но теперь казалось, будто Сиен делает так, чтобы выглядеть эффектнее. Как бы то ни было, когда Сиен с такой внешностью повёл себя подобным образом, Чом-сун растерялась и ответила, не зная, что делать. — Вырастить её нетрудно, но… Чом-сун тоже понимала, что подходящего места нет, поэтому не могла ответить сразу. Роун встал между их взглядами. — Эй, Сиен. Семя демонической травы Некта моё, так почему ты просишь её вырастить его? — Изначально оно было моим. Сиен ответил бесстыдно. Ну, это было не совсем неверно. Семя действительно досталось как трофей из катакомб Сиена. — Уже нет. Теперь это официально конфискованное незаконное имущество. Кто его изъял, тот и владелец. Сиен резко отвернул голову. Жест ясно говорил, что он этого не принимает, но спорить с Роуном дальше он не стал. Вместо этого он снова повернулся к Чом-сун с улыбкой. И возбуждённым голосом сказал: — Разве тебе не интересно, как выглядит демоническая трава Некта в полном цвету? Слои густо-розовых лепестков ложатся один на другой, а мёд, текущий внутри, сияет ярче самоцветов. И этот сладкий аромат… — Вау, звучит правда красиво. Я всегда думала, что хотела бы хоть раз увидеть её перед смертью… — Вот как? Если только решишься, сможешь любоваться ею сколько пожелаешь. — Ккуль? Услышав слово «мёд», Ккотним подошла к Чом-сун и ткнулась в неё рыльцем. Чом-сун, чьи глаза начинали сиять при одном упоминании растений, и Сиен, который ловко этим воспользовался. В глазах этих двоих, смотревших друг на друга, мерцало одинаковое желание. Эти двое и правда хорошо ладят. — Ладно, и где вы собираетесь её выращивать? Во дворе нельзя. — …Ах, я как раз тоже об этом беспокоюсь. Дома или где-то рядом выращивать нельзя… Сначала, может, всё будет ничего, но по мере роста демоническая энергия станет гуще. На голос Чом-сун легла тень. В прошлом, поскольку переносить пыльцу было некому, даже зацветая, Некта вскоре увядала. Поняв, что не сможет размножиться, демоническая трава Некта сама убивала себя, превращаясь в питательные вещества. Но теперь проблему могли решить пчёлы. Чом-сун хотела своими руками пройти весь жизненный цикл демонической травы Некта, начавшийся на кончиках её пальцев. — Если бы только мои катакомбы были поблизости. Сиен вздохнул и посмотрел в сторону снежных гор. Наступила короткая тишина. В деревне Нокма, где демонические звери и божественные звери находились в напряжённом противостоянии, выращивать растение-монстра первого класса было всё равно что положить искру рядом с бочкой пороха. Это могло даже привести к тому, что территория божественных зверей окажется разъедена демонической энергией. Треск, треск. Когда тишина затянулась, откуда-то донёсся звук, похожий на потрескивание сухих дров. Все взгляды обратились к Конджи. Он доставал из защёчного мешочка орешки один за другим и выкладывал их на панцирь Куби. Маленькими лапками он переворачивал их, поджаривая как надо, а потом кормил Ккотним, которая ждала рядом. Ещё он разгрызал орешки зубами и делился с Куби. Ттутту устроился на углу стены, будто нашёл место получше плеча Роуна, и клевал носом. Малыши, заскучав, вытащили теневые куклы, подаренные Хан Сом-джин, и носились по широкому двору, а Ёнхо кружил возле Роуна, тихонько посмеиваясь. Нарушая эту мирную повседневную сцену, Чом-сун спокойно сказала: — Лучше всего пойти на территорию демонических зверей и вырастить её там. И речи быть не могло. Это было опасно само по себе, а постоянные походы туда ради ухода за демонической травой легко привлекли бы внимание полиции. И всё же просто возразить он не мог. Роун вспомнил, что у мастерской «Рубикс» ещё оставались фрагменты, которые можно материализовать. Неизвестно, получится ли создать желаемое пространство вроде комнаты отдыха, но лучшего места для изоляции демонической травы не было. Когда пространство сворачивается, время внутри останавливается. Для управления это было оптимально. Роун закрыл глаза, представляя, как пейзаж внутри фрагмента превращается в цветочную рощу. Представить нужно было конкретно, но для комнаты, где выращивают рощу демонической травы, достаточно плодородной почвы и подходящего количества демонической энергии. Попробовать призвать сейчас? [Система] Материализовать фрагмент мастерской «Рубикс» «Цветочная роща»? Похоже, получилось. Когда Роун согласился, пространство начало искривляться. Вууууун─ В одном углу двора возникла арочная дверь. За открытой дверью, словно мираж, раскинулось пространство, покрытое красной плодородной почвой и оптимизированное для выращивания демонической травы. — Войдём. Попробуем вырастить её здесь. Роун повёл Сиена и Чом-сун. — Т-ты говорил о сборе, но у тебя есть ещё и такая способность? — …Так ты пространственный пользователь, Роун. Двое вошли внутрь словно заворожённые. Фрагмент мастерской «Рубикс» не занимал объёма и снаружи сливался с окружающими предметами, оставаясь незаметным. В тот миг, когда кто-то проходил через дверь, связь с внешним миром обрывалась. Хотя они находились внутри материализованного фрагмента, снаружи он полностью растворялся в окружающем пейзаже. — Мяу! Малыши, последовавшие за ними раньше, чем кто-либо успел заметить, похоже, оценили ощущение новой почвы и стали нажимать на землю передними лапами. — Невероятно! Кажется, здесь что угодно хорошо вырастет, стоит только посадить семена! Мы правда можем выращивать здесь демоническую траву? Глаза Чом-сун начали краснеть от волнения. Пряча довольство, Роун как ни в чём не бывало передал ей семена. — Выращивай сколько хочешь. Но хищные растения — нельзя, поняла? — Ваа… Когда Чом-сун приняла семена, жизнь вернулась на её лицо. Это было первое яркое выражение, которое он увидел с момента возвращения домой. Одна только мысль о выращивании демонической травы делала её настолько счастливой. Роун тихо смотрел на спину Чом-сун, которая улыбалась, прикасаясь к почве. Как он и думал, людям, похоже, нужно заниматься тем, что им нравится. --- В это время в кабинете Dark Han. Аукцион должен был состояться завтра. Рука Dark Han, проверявшая финальный список лотов, остановилась: прибыли предметы, от которых «тот человек» сойдёт с ума. Dark Han усмехнулся уголком губ. Инстинкт торговца шепнул ему: это точно уйдёт по очень высокой цене. Не теряя времени, он открыл окно сообщений только для VIP. Тап, тап. Роун рассеянно посмотрел на впервые за долгое время мигающее окно мессенджера. Мессенджер, которым можно было пользоваться с полномочиями главы гильдии сбора в деревне Нокма, где магическая сеть не была установлена. Он позволял только общаться между гильдиями; больше ничего. Кто это? [Уведомление VIP-аукциона] поступили редкие предметы! Только тогда Роун вспомнил сайт VIP-аукциона, на который его зарегистрировал Dark Han. Для вас прибыл специальный товар, подобранный под ваш вкус. Пожалуйста, проверьте список и посетите аукцион. Фраза прямо сочилась торговыми приёмами. Обычно он бы проигнорировал её, но приложенный список привлёк внимание. [Список предметов] Эссенция природы: набор орехового ассорти ― Высшего качества грецкие орехи и кедровые орехи, собранные в чистой местности, не тронутой демонической энергией. Порошок мататаби и кошачьей мяты, 50 г ― Легендарный вызывающий зависимость порошок, перед которым не может устоять даже кошачье племя. Мячик с кошачьей мятой ― Игрушка, которая убегает, реагируя на движение. Премиальный ветровой шар ― Шарик, который никогда не лопается и навсегда сохраняет воздух внутри. …… В голове Роуна уже всплыла картина: Конджи набивает щёки грецкими орехами до предела, а малыши носятся за мячиком с кошачьей мятой. Почему-то ветровой шар казался вещью, которая понравится Ттутту. …Ну да. В конце концов, они немало натерпелись во время поездки на Снежную гору, так что один-два подарка не повредят. Заодно можно поискать что-нибудь для Ёнхо и Куби. Сходить посмотреть? ---------- Аромат чудесных яблок Ли Хак-су стоял на одном из пиков горы Нокма. В горном ветре, дувшем к нему, смешивалась рыбная демоническая энергия, но она разбивалась и рассеивалась, не успев коснуться даже его ног. Давным-давно это была гора Нокма, которую он защищал вместе с Кошачьим богом. Когда рядом с этим божественным зверем времени была она, бояться было нечего. Силой божественных зверей и их двоих демонических существ постепенно оттеснили к вершине горы. — Они стояли на распутье смерти и даже дышать не могли. Но за одну ночь эта славная победа перевернулась. На вершине горы Нокма прорвался гейт. И этого оказалось мало: чёрные маги, ищущие духовные реликвии божественных зверей, хлынули сюда толпами и попытались рассечь гору пополам. Ли Хак-су вложил все силы в создание барьера. Пока божественные звери сдерживали их, Кошачий бог в одиночку прыгнула в гейт. — Если мы не закроем этот гейт, гора Нокма погибнет. И тогда мир тоже рухнет. Очищающая сила горы Нокма была подобна сердцу Земли. Если это место разъест демоническая энергия, Земля мгновенно превратится в среду, подходящую для жизни демонических существ. Ли Хак-су мог только смотреть в спину Кошачьего бога, исчезающую за гранью гейта. Прошло двадцать лет. Когда Кошачий бог появилась снова, вид у неё был совсем истощённый. Некогда лоснящийся золотой мех стал грубым, а ясные, сиявшие зеленью и синевой глаза потускнели. — Кажется, моя сила иссякла. Я больше не смогу защищать гору Нокма. И этот мир скоро рухнет тоже. Кошачий бог с трудом продолжила: — Теперь это ставка. Бог ада… я воспользуюсь силой этого ублюдка. Пообещай: если твой сын покинет родные края, что бы ни случилось в будущем, ты не встретишься с ним. Кошачий бог велела ему расстаться с сыном на всю жизнь. Ли Хак-су не понимал, что она имеет в виду, но, видя её такой жалкой, не мог спросить причину столь странной просьбы. Он мог лишь предположить, что она увидела какое-то будущее. Оставив своим детям эти горько-ироничные слова, Кошачий бог снова исчезла за разломом времени. — Если бы я знал, что это был последний раз… Он заставил бы себя заговорить, обнял бы её, запечатлел бы глазами этот прекрасный облик. — Неужели ты была драгоценностью, слишком дорогой для меня? Это прекрасное существо было рядом с ним. Дни, проведённые с Кошачьим богом, теперь казались не более чем сном. После этого божественных зверей горы Нокма становилось всё меньше, а барьер Ли Хак-су, оставшегося в одиночестве, постепенно слабел. Воспользовавшись этой щелью, демонические существа сжали хватку на жизненной жиле горы. — Кошачий бог потерпела неудачу? Что случилось с этим ребёнком? Однажды, когда тревоги, которые он не мог никому показать, накопились до предела, всё изменилось. С помощью его сына, Роуна, закупоренный поток снова начал бурлить. Роун обратил вспять эрозию вулкана после горы Нокма. Ли Хак-су решил больше не перекладывать всю тяжесть на сына. Ли Хак-су раскинул обе руки. Когда он обвил горные потоки ветра вокруг кончиков пальцев и закрутил их, остановившаяся энергия горы Нокма рванула вверх. Вууууун— Синий свет крепко опоясал середину горы. Между серой областью, где притаились демонические существа, и священной зоной, которую вырастил его сын, пролегла ясная граница. Слой за слоем полупрозрачные синие занавеси утолщались, безжалостно отталкивая льющуюся демоническую энергию. Вдруг он вспомнил, как Кошачий бог когда-то сказала с улыбкой: — У тебя будет сын, который в точности унаследует твою энергию. Именно как она сказала, у Ли Хак-су был сын, совершенно на него похожий. На губах появилась слабая улыбка, но вскоре глаза стали одинокими. — Я скучаю по тебе. Ты называешь себя божественным зверем времени, так почему же ни разу не появилась? Только крепкий синий барьер, воздвигнутый им, безмолвно сиял над ночным горным хребтом, словно охраняя путь её возвращения. --- Роун объяснил Чом-сун и Сиену, что у материализованных фрагментов мастерской есть ограничение по времени активности и откат перед повторным использованием. Похоже, из-за значительного роста уровня мастерской активное время стало длиннее, а откат сильно сократился, но временами это всё равно могло быть неудобно. Было бы хорошо, если бы существовал способ остановить время, но такой функции пока не было. — Я могу это выдержать. Уже одно то, что я смогу выращивать их во дворе, похоже на чудо. И почва на клумбе мне тоже нравится. Чом-сун, чьё лицо обычно казалось немного затенённым, просветлела. От одной её улыбки вокруг словно внезапно стало светлее. — Ах, одну минутку. Чом-сун принесла из кладовой мотыгу, кирку и лопату. Нужно было подготовить почву, чтобы подходящее количество демонической энергии смогло просочиться в место, где пустит корни растение-монстр Некта. — Я вскопаю землю, а ты рассыпь семена. Сиен выхватил у Чом-сун кирку. — Ах, спасибо… Вопреки своему виду, Сиен начал умело обрабатывать почву. Чом-сун осторожно последовала за ним. — Нет, но сколько же там семян… Подготовить почву заранее было не вредно, но эти двое выглядели так, будто собираются начать полноценное земледелие. Торан снова заинтересовалась новой землёй, зарылась в неё и, решив, что ей нравится, призвала земляного голема, чтобы играть всерьёз. Когда Суранг тоже присоединился и попытался создать целую кучу водяных сфер, Роун коротко крикнул: — Домой. — Мяу! Коротко попрощавшись с Чом-сун и Сиеном, Роун оставил материализованный фрагмент мастерской как есть и вернулся домой. Теперь пора было отправляться в защищённую зону. — До входа доехать на велосипеде? Когда Роун уже собирался достать велосипед, Конджи подлетел прямо перед его лицом. Закреплённые за ним фрагменты двигались вместе с Конджи. — Хм? Ты и там посадил семена пространства? Конджи кивнул. Похоже, семена, которые он тайком посадил перед посадкой на магический поезд, уже проросли. — С тех пор прошло совсем немного времени. Стеблям нужно было вырасти хотя бы до какой-то степени, прежде чем стало бы возможно групповое перемещение. — Писк! И всё же, словно показывая, что это возможно, Конджи внезапно перенёс к входу в защищённую зону одного Роуна. А затем Конджи исчез. — …А? Вдалеке виднелись ворота защищённой зоны. К счастью, он оказался у уединённой обочины неподалёку от ворот. Но долго стоять здесь было нельзя. Наблюдение здесь было не слишком строгим, однако люди всё равно проходили постоянно. Через некоторое время Конджи и малыши-божественные звери появились рядом с проросшим ростком. — Мяу! — Хе-хе-хе… Но тело Конджи было насквозь мокрым, а Суранг недовольно дёргал усами. — Почему ты вдруг весь мокрый? Попал под водяную сферу Суранга? — Писк! Конджи встал на задние лапки и запищал так, будто это было несправедливо. — Я же говорил: не двигайся так внезапно. На Снежной горе было то же самое. Ещё раз так сделаешь — рассержусь. Роун прижал голову Конджи пальцами, в наказание грубо помассировав её. — Ну, так добираться удобно. Приходилось перемещаться дважды с паузой, но даже так путь занял меньше десяти минут. — Раз уж я здесь, сперва зайду в Гильдию алхимиков. Нужно было зарегистрировать божественных зверей как исследовательских питомцев гильдии сбора. Он решил поехать к зданию Гильдии алхимиков на такси. Роун посадил божественных зверей в дорожную сумку, хотя там было тесновато. У него была и коляска для питомцев, подаренная Dark Han, но ради скорости он велел им потерпеть. Он уже спешил к стоянке такси, когда… — Мя-яу! — Мио-он! Малыши высунули головы из сумки и громко закричали, словно подгоняя его идти в ту сторону. Би-и—! Одна машина внезапно втиснулась носом между стоявшими в ряд такси и засигналила. Когда он обернулся, то увидел лицо таксиста, высунувшего руку из окна. А? — Сюда! Сюда! Это был тот самый таксист, которого Роун встречал во время экзамена пробуждения и по дороге на магический поезд. Внутри такси всё ещё витал сладкий аромат яблок. Малыши узнали этот запах издалека и начали кричать. — Похоже, я сам того не заметив стал постоянным клиентом. — Ха-ха, видимо, это судьба. Говорят, если совпадения повторяются, они становятся судьбой. На самом деле таксист издалека узнал Роуна и поспешил к нему. Поскольку в этой защищённой зоне людей ходило не так уж много, снова встретить одного и того же клиента было неудивительно, но Роун тихо рассмеялся. — Похоже, им нравится яблочный аромат. — Это аромат, который любит моя жена. — Понятно. Должно быть, она купила много диффузоров. Наверное, они были очень близкой парой. Несмотря на суровые цены в защищённой зоне, он принёс диффузоры — вещь, которую с доходом таксиста было бы тяжело позволить себе, — не только домой, но и на рабочее место. Таксист заговорил, поглядывая на Роуна через зеркало заднего вида. Его голос слегка дрожал. — Эм… насчёт желе, которое вы дали мне тогда. Жена его съела и пришла в себя. — …? — В больнице говорили, что не знают причины, и велели мне готовиться к худшему, а теперь… теперь она даже сама может есть. Улыбнулась и сказала, что помнит моё лицо. — А? Тогда Роун точно передал всё желе, наполненное магией, Ли Хак-су. Таксисту он дал более сладкие кусочки, которые нравились малышам. В них почти не было магического эффекта — разве что снять усталость или добавить жизненных сил. — Ваша жена, случайно, не пробудившаяся? — Как вы узнали? Моя жена была парфюмером. Из-за неизвестной болезни она постепенно теряла память и в конце концов не могла узнать даже моё лицо. Но единственное, что до самого конца она не забыла, — это вот этот яблочный аромат. Услышав это, Роун понял, что неправильно понял ситуацию. Чтобы жена не забыла, как создавать яблочный аромат, водитель продолжал покупать ингредиенты, несмотря на бедственное положение. А потом, когда она забыла даже это… Их дом был заполнен бесчисленными диффузорами, но он не смог заставить себя продать тот, что казался последним воспоминанием о ней. Поэтому стал пользоваться им сам. Он тихо продолжил: — Когда она была беременна, ей приснился сон про яблоки, может, поэтому. Тот ребёнок… мы потеряли его из-за той болезни, которая сейчас у неё. Водитель не смог продолжить и крепко сжал руль. Даже не видя его лица, Роуну показалось, что глаза у того наверняка покраснели. …Чёрт, неужели она заразилась миазматическим отравлением во время беременности? В это время об этом ещё не было широко известно, но видов миазматического отравления существовало много. Оно блокирует поток маны и разъедает разум пробудившегося, в конце концов стирая даже лицо любимого человека. Густой туман, от которого отказалась даже больница, желе Роуна развеяло. — Я не знаю, как выразить благодарность… — …Вам просто повезло. Восстановление, должно быть, случайно совпало по времени. А может, чудо сотворил яблочный аромат, за который держалась ваша жена. А, пожалуйста, высадите меня у входа вон в то здание алхимиков. Машина остановилась. И на этот раз водитель тоже сказал, что не возьмёт оплату, но Роун насильно расплатился. Перед тем как выйти, он тихо положил пакет с желе на подлокотник переднего сиденья. Прежде чем водитель успел что-либо сказать, Роун быстро захлопнул дверь машины и ушёл. --- Стойка приёма Гильдии алхимиков. Воздух был прохладным, внутри стояла тишина. Сотрудница, до этого боровшаяся с сонливостью, взяла удостоверение Роуна. Тап, тап-тап. Звук клавиатуры, разбивавший тишину, оборвался. Пальцы сотрудницы застыли в воздухе. — …А? Сотрудница прищурилась, глядя на монитор. Она переводила взгляд с лица Роуна на экран и обратно. Будто не уверившись, снова набрала что-то на клавиатуре. — Алхимик Ли Роун, в настоящий момент все сборы для вас полностью отменены. Вы знали об этом? — …?! Брови Роуна едва заметно дрогнули. Гильдейские сборы отменены? Государство никогда не вводило такой политики. За всю свою жизнь он ни разу не слышал о подобном. ---------- Питомцы — ассистенты исследований Роун моргнул и спросил: — В чём причина? — В системе вы зарегистрированы как «первый вкладчик в создание мутантных зелий и снабжение противоядиями». Ваш вклад во время недавней нехватки противоядий в больнице признан официально. Голос сотрудницы слегка дрогнул. Запись категории «VVIP», доступная только верхушке гильдии. История, которую она читала, была крайне необычной, а несколько этапов аутентификации, необходимых для её проверки, заставляли её нервничать ещё сильнее. — Вы уверены, что не ошиблись? Я не сделал ничего настолько значимого. Если речь шла о поставке зелий в больницу, это могла быть только больница Нокмы. Тогда он помнил, что просто передал зелья и даже не оставил своего имени. Тогда, может…? Бэк Ин-хо доложил? Непохоже. Правительство никак не могло знать о делах божественных зверей и их хранителей. Даже до регрессии, не то что правительство — очень немногие обычные пробудившиеся вообще знали об их существовании. Тогда кто же… Под вопросительным взглядом Роуна сотрудница спокойно ответила: — В тот момент был человек, который сообщил об этом деле в гильдию и указал вас, господин Ли Роун, как внесшего вклад. Сотрудница открыла вкладку с подробностями. — Имя информатора… господин Ли Хак-су. Роун ничего не сказал. Он думал, что отец равнодушен к таким вещам. Хотя тот отлично знал ценность зелий, которые делал его сын, он ни разу не сказал, что это впечатляет. О чём думает отец? При том что сам хочет тщательно скрыть личность сына… Хм, как говорила госпожа Сон Су-хи, он пытается сделать так, чтобы я не стал таким же удобным для всех, как он? С губ Роуна сорвался тихий смешок. Из переноски донёсся низкий крик. — Мяу. — Писк! Малыши и Конджи дёргали Роуна за рукав, будто заскучали. Только тогда взгляд сотрудницы повернулся внутрь сумки. Опасно милые для сердца существа. Но поток магической силы, который они излучали, не походил на поток обычных пробудившихся питомцев. Как и ожидалось, это были питомцы, достойные S-рангового алхимика, получившего государственные привилегии. — Хотите зарегистрировать этих детей как питомцев — ассистентов исследований? — Да, всего их семеро. От этих слов глаза сотрудницы расширились. Для регистрации питомца нужно было поставить его лапу на магическое устройство распознавания. После малышей Роун показал Конджи и Ттутту. — Ох…! Сотрудница затаила дыхание перед вереницей пушистых существ. Обычно пробудившиеся питомцы, которых приводили на регистрацию, были крупными и свирепыми взрослыми особями. Таких крошечных пробудившихся она ещё никогда не видела. Даже без особых способностей им легко поверили бы, если бы их регистрировали просто как декоративных компаньонов. Едва удерживая сердце, готовое растаять, сотрудница дрожащими руками протянула устройство распознавания. Куби ненадолго подняли с фрагмента и показали, после чего Роун поставил отпечаток. А Ёнхо взял устройство сам и зарегистрировался, прячась внутри сумки. Когда регистрация питомцев завершилась, отношение сотрудницы вышло за пределы вежливости и стало почти благоговейным. С этого момента, благодаря статусу первого вкладчика, все процедуры проверки были пропущены. — Это фонд поддержки и награда первому вкладчику. Вместо сложной проверки на его счёт была перечислена крупная сумма. [Система] Зачисление завершено: 2 миллиарда вон. Ого, во сколько раз это больше, чем мясо магических зверей, которое я продал на бойне? К тому же он получил ещё и припасы поддержки для питомцев. Роун поднял тяжёлый свёрток с провизией и встал. В основном там были разные мелочи, но не было причин отказываться от бесплатного. — Пойдём. — Мяу! Когда Роун вышел из гильдии, взгляд сотрудницы настойчиво цеплялся за него. Запись, оставленная его отцом, всё ещё ясно сияла на мониторе. Он собирался продать что-нибудь, чтобы собрать денег перед походом в аукционный дом, но всё сложилось удачно. Роун удовлетворённо собрал свёрток. — Пойдём. — Гав. — Писк! Малыши завиляли хвостами и двинулись за ним. Воспользовавшись моментом, когда из Гильдии алхимиков никто не выходил, он убрал багаж во фрагмент комнаты отдыха мастерской «Рубикс». Шаги Роуна повернули к аукционному дому Dark Han. Ну что, теперь и правда вычистим его? --- Большой аукционный дом защищённой зоны. Вместо переноски для питомцев Роун достал подарок Dark Han — коляску для питомцев. — Ладно, ладно, денег у меня достаточно, так что говорите всё, что хотите. Вперёд, вперёд! Внутреннее пространство напоминало огромный кинотеатр. Там было не совсем темно, но и не особенно светло. Черты человека рядом можно было легко различить, а вот лица тех, кто сидел дальше, выглядели лишь смутными послесвечениями. В полутёмном зале стояло напряжение, подавленное высокомерной уверенностью и жадностью людей, обладавших богатством. Роун вошёл, толкая перед собой золотистую коляску для питомцев. — Ой, что это? Проходившие мимо молодые женщины остановились. Увидев малышей, высунувших головы из коляски, они прыснули от смеха, но Роун даже не взглянул на них и продолжил идти. Места находились в самом первом ряду. Кресла, зарезервированные только для VVIP. Dark Han оставил два места, учитывая и пространство для божественных зверей. Когда он сел, прохладная поверхность кожаного кресла коснулась тела. Взгляды окружающих были прикованы к роскошной коляске и пушистым существам внутри, но Роуна это не волновало. Здесь имело значение не сияние драгоценностей или одежды, а цифры, способные закрепить за тобой предметы на сцене. Сосредоточиться на ставках. Придвинув коляску ближе к своему креслу, он увидел большой экран впереди. Людям с задних рядов приходилось полагаться на личные мессенджеры и экраны, но с этого места он мог собственными глазами видеть настоящие предметы на сцене. Вскоре на сцену вышел ведущий. Коротко подчеркнув редкость сегодняшних лотов, он объявил начало аукциона. Первым лотом был цветок Дальчхон. Цветок в стеклянной пробирке выехал на сцену, испуская голубоватое фосфоресцентное сияние. Это был редкий цветок, о котором говорили, что он растёт в тишине глубоких защищённых зон, питаясь только лунным светом. Его лепестки были прозрачны, как лёд, а голубой свет, застрявший в каждой прожилке, казался одновременно холодным и благородным. И это было не просто украшение: у цветка был особый эффект — очищать мутную демоническую энергию в воздухе и успокаивать кипящую жажду убийства у пробудившихся. В особенности не было лучшего лекарственного ингредиента для контроля бессонницы и слуховых галлюцинаций — предвестников магического срыва. …Этот цветок расцветает в снежных горах. Сейчас добыть его было трудно, но, когда снежная энергия гор отступила, со временем он расцветёт снова. Однако по эффективности он был, по сути, нижней версией Снежного цветка. Роун равнодушно смотрел на экран. Как бы ярко он ни сиял, для нынешнего Роуна этот цветок был не более чем «дорогим сорняком». Вскоре вынесли второй лот. [Предмет] Колесо Пустоты Ранг: B+ (растущий тип) Функция: выпускает нити маны и формирует сверхскоростной вращающийся щит. Улучшение: можно усилить в Колесо Серебряного демона или Колесо Ядовитого демона при помощи серебряного или ядовитого свойства. Это был простой серебряный браслет, но нити маны, намотанные внутри, не выглядели обычными. В отличие от нитей пожирания, которые пытаются поглощать ману, у него была структура, которая накапливает её, а затем выпускает всю разом. Артефакт, который можно улучшить, выбрав серебро или яд. На мгновение ему вспомнился Бэк Ин-хо. В памяти задержались его неуклюжие приёмы: он сражался, держа два меча, хотя даже не был мечником двух клинков. И именно когда Роун не мог отвести взгляд от браслета, затылок закололо. Почувствовав откуда-то настойчивый взгляд, Роун медленно повернул голову. В темноте его глаза встретились с глазами мужчины с гладко зачёсанными назад волосами. — …?! В и без того тусклой атмосфере, увидев мужчину с синеватыми губами, он естественно нахмурился. Тот напомнил ему «цзянши», которых он видел в старых земных книгах. Только у тех лица хотя бы были бледными, а лицо этого мужчины отливало синевой куда сильнее. На его тусклой, свинцовой коже, потерявшей всякий свет, живыми блестели только глаза. — Что? Даже когда Роун повернулся и спросил прямо, мужчина не мог оторвать взгляд от малышей в коляске. — …Они красивые. ---------- Крупный аукцион Бах, бах, бах. Сто миллиардов вон. Число притупило чувство реальности. Победившим покупателем стал джентльмен средних лет, окружённый несколькими слоями мужчин в чёрных костюмах. Взгляд Роуна задержался на резкой линии подбородка, видневшейся между телохранителями. — …Я где-то видел это лицо. Осадок туманных воспоминаний медленно всплыл на поверхность. До регрессии — первый и последний непробудившийся президент. В мире, кишевшем демоническими существами, он был аномальной фигурой: его избрали лишь потому, что он сумел тронуть сердца людей. Но конец бессильного правителя был жесток. S-ранговый морской рейд, разразившийся во время его срока. Силы президента, направленные туда, были уничтожены, и, потеряв власть, он просидел как пугало меньше года, прежде чем его отправили в импичмент. Возможно, таков был предел рода, в котором не появилось ни одного пробудившегося. Ходили лишь слухи, что его выгнали в незащищённую зону и он умер там в одиночестве. Так что легко было представить, насколько отчаянно ему был нужен этот предмет. — В этой жизни… тот инцидент ещё не произошёл. Для него трата ста миллиардов, по сути, была платой за выживание, чтобы предотвратить истребление семьи. К счастью, он ухватился за эту спасательную верёвку. — Бывший президент пытается получить пробуждённого ребёнка… В нынешней системе срок президента не был жёстко фиксирован. Даже до регрессии президенты сменились всего дважды. Причина, по которой он так долго удерживался у власти, заключалась в том, что он последовательно отдавал приоритет политике, ориентированной на людей защищённых зон. — Мяу? — Ах! Божественные звери в коляске для питомцев скорбно смотрели, как продают лунного жука и Кровавый мёд. Даже Торан, обычно не проявлявшая интереса к окружающему, подняла голос и вскрикнула. Роун успокоил их. — Всё в порядке. Лунных жуков ещё много, а пчёлы соберут ещё мёда. — Хе-хе-хе… Ёнхо замахал короткими ручками, словно хотел что-то сказать, открывая и закрывая рот. Когда он делал такой жест, это означало, что у него есть зелье, которое он хочет сконцентрировать. Роун посмотрел на фрагмент мастерской «Рубикс», который Ёнхо протянул ему. За Кровавым мёдом в глаза бросилась ещё более густая золотистая жидкость. Это был «Бронзовый мёд», который сконцентрировал Ёнхо. — Ах, точно. И он был. Его эффекты пока оставались неизвестны, но плотность сконцентрированной магической силы находилась на совершенно ином уровне. Роун кивнул Ёнхо. — Ладно. Можешь концентрировать, только оставь одну бутылку. Нужно кое-что оставить пчёлам, пока демоническое растение Некта растёт. Тем временем голос ведущего снова прозвучал в зале. — …Итак, следующий лот. После бури в сто миллиардов вон вместо напряжения остались только влажная усталость и сожаление. Люди просто винили себя в том, что у них не хватило денег, и смотрели пустыми глазами. Следующим лотом был тот, о котором Dark Han заранее намекнул Роуну: лакомство для малышей. — Мио-о-он! Коляска затряслась. Конджи повёл носом, а малыши, словно опьянев от сильного запаха кошачьей мяты, замахали пушистыми лапками. Стартовая цена составляла двадцать миллионов вон. Для обычных пробудившихся это была роскошь, но для Роуна — необходимость. — …Тогда начнём с двадцати миллионов вон. Роун небрежно поднял табличку. — Двадцать миллионов. Соперников не было. После цифры в сто миллиардов двадцать миллионов казались легче карманной мелочи. Бах, бах, бах. Ведущий поспешно ударил аукционным молотком. — Хорошо. Следом появилось ещё несколько редких предметов, но они не привлекли интерес Роуна. — Ничего особенно подходящего для Ёнхо, Ттутту или Куби. Он хотел дать награду тем, кто тихо ждал. К счастью, их заинтересовали орехи. Изначально это было лакомство, которое в основном любил Конджи, но после появления Куби, который стал их поджаривать, они понравились всем. Толпа на аукционе потекла из зала, как отступающий прилив, тихо и быстро. И как раз когда Роун неспешно шёл дальше — Спешный голос позади остановил его. — И-извините, этот браслет! К Роуну приблизилась крупная тень. Это был мужчина, сидевший позади него и украдкой поглядывавший на малышей. Его глаза налились кровью, а кончики пальцев дрожали. Он выглядел насквозь пропитанным отчаянием. — Пожалуйста, отдайте его мне. Роун нахмурился. — О чём вы говорите? Неужели он имеет в виду наших малышей? Когда взгляд Роуна стал острым, мастер ядов запаниковал и согнулся вперёд, будто кланяясь до земли. — Всё моё состояние — сто тридцать миллионов вон. И… я добавлю ещё это. Он достал из-за пазухи помятый свёрток чеков и стеклянный флакон, наполненный красной жидкостью, и положил их на коляску для питомцев. Словно этого было недостаточно, он поспешно обшарил карман и добавил ещё один фиолетовый стеклянный флакон. — И это тоже добавлю. Вязкая жидкость внутри флакона колыхнулась. — …Что это? Зловещая энергия, в которой демоническая и духовная силы переплелись между собой. В этот момент фрагмент мастерской «Рубикс» в руках Роуна отреагировал. Появились слабая вибрация и сообщение. [Предмет] Зелье увеличения Назначение: Побочный материал расширения и улучшения мастерской. — Ха, материал для расширения? Поскольку он был указан как побочный материал, похоже, он не был обязательным, но… Это был материал для улучшения мастерской, так что колебаться не требовалось. Взгляд Роуна переходил от браслета мастера ядов к зелью. Придётся позже дать Бэк Ин-хо что-нибудь другое. Оружием Бэк Ин-хо был серебряный клинок, прорастающий из его собственного тела. Что-то на запястье могло, наоборот, помешать его необычному стилю боя. Для него ожерелье или кольцо подойдёт лучше, чем браслет. — Деньги не нужны. Роун подтолкнул свёрток чеков обратно к мастеру ядов. — Обменяемся на зелье. — …Что? Рот мастера ядов открылся. На аукционе, где цены доходили до ста миллиардов, обменять один лишь флакон зелья на браслет за двести миллионов вон казалось абсурдом. Но Роун без колебаний передал браслет. — Если не хотите, забудьте. — Н-нет! Спасибо! Мастер ядов схватил браслет, будто вырвал его. Сердце у него бешено колотилось. Экономия денег была второстепенной — куда больше он радовался тому, что избавился от этого проблемного зелья. Это был экстракт из сердца «огра-мутанта», который он добыл, рискуя жизнью. Эффект был несомненным, но уверенности в его производстве у него не было. Процесс принудительного увеличения живой ткани был настолько ужасен, что он не смог заставить себя испытать его на себе и оставил зелье как неликвидный запас. Более того, побочные эффекты были неизвестны, а поскольку это был материал из запретного рецепта, которого избегали даже алхимики, его никто не покупал. Теперь он избавился от него и получил желанный браслет — сделка казалась невероятно выгодной. Мастер ядов радостно развернулся, но замешкался. Его взгляд упал на пушистых существ в коляске. Внезапная тревога закралась в сердце. Он ведь не собирается скармливать такую опасную штуку этим незрелым малышам… правда? Побочными эффектами зелья были безумная ярость или разрушение тела. Представив, как эти маленькие милые существа разрываются на части, он почувствовал вину. Переминаясь на месте и отступив на полшага, он спросил: — И-извините… для чего вы собираетесь это использовать? Если для биологических экспериментов, не забрать ли его обратно? Знал ли Роун о внутреннем конфликте мастера ядов или нет — он ответил равнодушно: — Для мастерской. — …Что? Для мастерской? Алхимик-ядовик моргнул. Зелье гигантизации было препаратом, раздувающим мышцы живых существ. И он собирался использовать его на неодушевлённой мастерской? Хотел увеличить строительные материалы или что-то в этом роде? Сколько бы тот ни перебирал алхимические рецепты, такого способа производства нигде не было… Он что-то неправильно понял? Он подумал, не сказать ли ему, но алхимик-ядовик промолчал. Он боялся, что, если покажет, будто что-то знает, сделку отменят. — …Т-тогда прошу, используйте его с пользой. Алхимик-ядовик отвернулся, словно сбегая. Но небольшое сожаление всё же осталось. Белый пушистый комочек, который тихо сидел в углу коляски для питомцев. Он хотел погладить его хотя бы раз, но сдержался. Ангелочек, до следующего раза. Прощание, пробормотанное в сердце со слезами. Возможно, это чувство дошло. Из удаляющейся коляски белый пушистый комочек повернул голову и безмолвно уставился на него. ---------- Давайте прясть нить Роун прищурился. Детектив протянул ему пару наручников, подавляющих магию. — Разве такие вещи можно отдавать кому попало? — Вы не кто попало: знакомый начальника службы безопасности. И вообще, разве вы не герой, которого знает вся Нокма? — …Простите? Этот детектив был особенно близок с Бэк Ин-хо? Вдруг называть его героем… Что это вообще значит? Как ни посмотри, наручники были специальным снаряжением, которым могли пользоваться только детективы. Роун попытался отказаться, но детектив быстро поправил маску и исчез, словно призрак. Глядя на наручники у себя на ладони, Роун пусто рассмеялся. И что мне с ними делать? Похоже, у детектива без денег просто не осталось ничего другого под рукой. Ну, пока оставлю у себя. В следующий раз, когда увижу его, верну. Или отдам Куби — пусть расплавит и поиграет. Так или иначе, карманы стали тяжелее: вместе с лакомствами для божественных зверей он неожиданно получил ещё и наручники. Роун толкнул коляску для питомцев и вышел из аукционного дома. Над головой палило солнце. Вдалеке особенно ярко сиял голубой барьер горы Нокма. Раз уж я всё равно в защищённой зоне, стоит перед уходом зайти в универмаг для пробудившихся. Нужно было отметить сто миллиардов вон, поступившие на счёт. Сотрудник узнал Роуна и склонил голову. Увидев в коляске божественных зверей, он широко раскрыл глаза, но ничего не спросил. В универмаге действовало правило: первыми не расспрашивать клиента о его способностях. Роун направился в текстильный отдел. Ему нужны были материалы для зачарования и печатей Куби. Малыши в коляске увидели выставленные клубки нитей и протянули передние лапки. Роун подошёл, чтобы их остановить, но, коснувшись нити, сам просиял глазами. К удивлению, это была нить с примесью шерсти разных животных. А в некоторых прядях даже попадалась рыжая шерсть божественного зверя. На вид она была незавершённой и не похожей на товар для продажи; проследив, где висели нити, Роун заметил маленькую прялку. Универсальная прялка? Колесо, способное прясть в нить любую шерсть. О, это как раз то, что нужно. С её помощью он мог бы дарить божественным зверям артефакты, сделанные зачарованием. Изначально божественные звери не могли владеть артефактами. Существовали разные объяснения, но причина была в том, что произвольные мановые пути конфликтовали с их сущностью. Ожерелье на хвосты матери-белухи и детёныша он смог повесить лишь потому, что специально покрыл нить порошком раковин — ресурсом божественных зверей. Но такие материалы добывать трудно, а у зачарования тоже есть пределы. Если он сможет прясть нить из шерсти божественных зверей, то станет делать вещи куда свободнее. Роун осмотрел прялку. Она была прочной, а нить получалась плотной. Можно использовать. Следом он купил большое количество тонких мягких шарфов. И наконец — набор деревянных заготовок для резьбы. Это был подарок для Е-соль, будущей мастерицы. Печать Куби была бы намного ценнее, но маленькой Е-соль твёрдый металл только поранил бы руки. Когда он добрался до отдела артефактов, Ттутту, до этого клюющий носом, открыл глаза. Ттутту, дух ветра, шумные вещи нравились больше, чем артефакты стихии ветра. Бууу-у-у. Ттутту всё дул и дул в игрушечную трубу, выставленную на витрине. — Ладно, куплю. Поиграешь дома. Пока малыши не успели выбрать ещё кучу бесполезных игрушек, Роун направился к кассе. Те, что он покупал раньше, они брали в лапы всего раз-другой, и теперь игрушки уже валялись без дела. Он покупал их, прекрасно это понимая, но каждый раз, когда видел игрушки, катающиеся по фрагменту-гостиной, ему становилось не по себе. — С вас сто двадцать миллионов вон. Вышло дороже, чем он ожидал, отчасти из-за оптовой покупки шарфов. Роун спокойно протянул карту. В обычное время это была бы огромная сумма, но после поступления ста миллиардов казалось, будто счёт уменьшился всего на пылинку. --- Офис гильдии «Сентинел». Даже среди бела дня внутри офиса царил тусклый полумрак. Хан Сом-джин развернула свою тень на столе. Тьма, расколотая, словно ледяные осколки, беспорядочно расползлась по поверхности. Она закусила губу и взяла иглу. Сшивать тени было куда мучительнее для разума, чем сшивать плоть. Хорошо, что я подобрала тень босса-голема. Она пришила часть тени «Рус-Бегемота» к своей разорванной тени. Казалось, от этого теневого фрагмента всё ещё тянет рыбным запахом серы из вулканического гейта. Тот миг, когда она, чтобы избежать босса-монстра, прижалась к стене узкой пещеры и задержала дыхание. Свеча Дынмён, которую она когда-то оставила в Снежной горе. Свеча Дынмён, испускающая свет только для тех, кто заблудился. Возможно, потому, что сама Хан Сом-джин никогда не считала себя заблудившейся, эта свеча, удерживающая сознание, ни разу не загоралась для неё. Но теперь свеча Дынмён осветила и её. В слабом свете стало отчётливым размытое лицо младшего брата. Слишком ясное, чтобы назвать его галлюцинацией. Мой брат… уже вырос. Эти слова не смогли сорваться с губ и были проглочены глубоко в горле. Тень, однажды рассеянную внутри разлома, невозможно восстановить полностью. Ей приходилось силой присоединять фрагменты тьмы других монстров, но теперь она уже не видела никаких монстров. Залатанная тень становилась такой же рваной, как болезненное прошлое её хозяйки. И тогда Суранг и Конджи пришли её спасать. Те питомцы… неужели это те самые, которых я видела на горе Нокма?.. Белошёрстный разбил о неё водяную сферу, а другой внезапно сунул ей в рот твёрдый орех. Вернув силы, Хан Сом-джин поднялась и вышла наружу. Но основного тела нигде не было — вокруг лежали только разбросанные тени големов. Именно там она добыла тень босса-голема, «Рус-Бегемота». Если бы не Роун и его питомцы, я бы застряла в другом измерении. Вспомнив Суранга и Конджи, Хан Сом-джин тихо усмехнулась. Она собрала тень и поднялась. За Снежной горой — горная деревня. Нужно проверить свечу Дынмён. Ей нужно было убедиться, что свет, который в следующий раз, когда она потеряется, подскажет ей причину жить, всё ещё цел. Ссссск. Ступая по тени снега, она двигалась плавнее, чем на коньках. Когда горная деревня приблизилась, до неё донёсся аппетитный запах. Запах человеческой жизни — непривычный для деревни, которая, казалось, должна была замёрзнуть насквозь. Атмосфера определённо изменилась. Хан Сом-джин остановилась и оглядела вход в деревню. — Это другая деревня? Её бормотание рассеялось в ветре, смешанном со снежинками. Ещё недавно это была монохромная деревня, придавленная энергией демонического яда. Но теперь откуда-то из деревни доносился детский смех. Такого звука не могло быть в Снежной горе, наполненной только беспощадным холодом. Она невольно остановилась и прислушалась. К слову, и кусачая холодная энергия тоже стихла. — Гав-гав! Из деревни донёсся лай бегущей собаки. Когда Хан Сом-джин подошла ближе, лица людей, прежде привыкшие к отчаянию, теперь налились румяной жизнью. Что здесь произошло? Она наложила воспоминание о горной деревне, которую видела раньше, на картину перед глазами, и внутри поднялось сомнение. Осмотрев каменный фонарь, она увидела: свеча Дынмён, которую она зажгла, всё ещё ярко горела. Как её собственная прямая осанка, пламя поднималось ровно и честно, не дрогнув даже от слабейшего ветерка. Ты всё ещё цела. Она тихо пробормотала это, глядя на зажжённую свечу Дынмён. Стоя перед этим огнём, она вдруг почувствовала, что миг, когда она балансировала на грани смерти в гейте Пика Пламени, стал далёким. Тогда, когда в слабом свете она увидела лицо младшего брата. Снова вспомнилось то лицо, слишком отчётливое, чтобы отмахнуться от него как от галлюцинации. Хан Сом-джин была самой молодой S-ранговой пробудившейся в мире. Поскольку она относилась к редчайшей категории, её ещё в юности отправили одну за границу — как государственное оружие. Тепло было для неё роскошью, а к чужому теплу следовало относиться настороженно. В те времена у неё был младший брат, которого она потеряла. Она искала его повсюду и в конце концов нашла, но по какой-то причине он продолжал её избегать. И последнее сообщение, которое он кому-то оставил: Никогда не приезжай в Корею. Это моя территория. Она не могла понять, что это значит. Её брат не ходил в рейды и не состоял ни в какой фракции, стремившейся к власти через восстание. Удалось узнать лишь то, что он где-то живёт, скрывая свою личность. И всё же сообщение, дошедшее до неё, оставалось тем же. Никогда не приезжай в Корею. Это было больше похоже на предупреждение, чем на просьбу. Если брат узнает, что теперь она в Корее, ей казалось, он каким-то образом появится. Она не знала, как он отреагирует, но даже если попытается прогнать её, лишь бы убедиться, что он живёт хорошо… Именно поэтому она приехала в Корею. Но каждый гейт, появившийся в Корее, давал плохие результаты, а вдобавок случилось явление разрыва тени. …Я скучаю по тебе. Мой единственный брат. Она тосковала по семье. Вдруг Хан Сом-джин вспомнила дом, стоящий на страже у входа на гору Нокма. Дом-крепость, построенный в прифронтовой гейтовой зоне. Место, куда в любой момент могли ворваться демонические звери, но где ощущалась странная духовная энергия. Дом, от которого исходило не напряжение, а щедрое спокойствие. Она даже не могла догадаться, что было источником этого тепла. Оно лишь казалось похожим на то, что она давно потеряла. Её пустые шаги сами собой повернули к горе Нокма. --- В то же время Роун и божественные звери уже покинули защищённую зону. — Перед тем как идти домой, заглянем на гору Нокма. Когда дело касалось сбора материалов, колебаний быть не должно. Фрагмент «Рубикса» Конджи всплыл над его головой, пейзаж исказился, и воздух переменился. Ноздрей коснулся знакомый запах травы и густой зелени. В одно мгновение они прибыли к источнику. Божественные звери горы Нокма, заметив внезапно появившихся Роуна и остальных, стали один за другим показываться. — Босс Желе пришёл! — Быстро, становимся в очередь! Роун поставил на землю купленную в универмаге прялку. Пока божественные звери обнюхивали механизм, он буднично спросил: — В неё кладут шерсть и прядут. У вас есть лишняя шерсть? Когда глаза Роуна загорелись при виде кролика, покрытого густым мехом, тот вздрогнул и отступил. — Что ты собираешься делать с моей шерстью? Н-не говори, что хочешь построить гнездо. Кролик-божественный зверь представил огромные гнёзда, в которых живут люди, и беззвучно вскрикнул. — Кья-а! На такое большое гнездо я столько шерсти не дам! Божественные звери окружили прялку с растерянными лицами. — Мяу! Суранг лизнул переднюю лапу и поторопил остальных. — Все дайте немного шерсти. Даже выпавшая подойдёт. Суранг спокойно выщипнул у себя клочок шерсти и, держа его во рту, заговорил. Ослепительно белая шерсть заискрилась в солнечном свете. Енот-божественный зверь потёр лапки и спросил: — Люди мёрзнут, потому что у них нет шерсти? Конджи, стоя на фрагменте мастерской, указал на прялку и нарочито важным голосом произнёс: — Это инструмент, который делает магическую нить. — О, магическая нить, магическая нить. — Из нашей шерсти делают магическую нить? Божественные звери стали рыться в своей шерсти. Обычно шерсть, наполненная духовной силой, легко не выпадала, но из любопытства к странному предмету они осторожно выбирали столько свободных волосков, сколько могли. Каждый протянул по горстке тщательно отобранной шерсти. На мордочках было гордое выражение, будто именно их шерсть — самая лучшая. — Умницы. Быстро поняли. Роун грубо рассортировал шерсть на белую, чёрную и жёлтую. Тр-р-р, тр-р-р, тр-р-р. Прялка начала вращаться. Механический звук мерно постукивал по тихому горному склону. Божественные звери, затаив дыхание, смотрели, как нить аккуратно наматывается на стержень. Тонкие нити мягко мерцали, напоминая цвета их шерсти. — Та жёлтая — из моей шерсти. — Нет, из моей. Божественные звери тихо заявляли права. Это был мирный переполох. Роун тихо усмехнулся. Какие милые малыши. В следующий раз надо сделать расчёску, которая убирает выпавшую шерсть, и вычесать их. Тёплую атмосферу разрушило холодящее присутствие за спиной. Сссшх. Звук, будто что-то скребёт по траве. В следующее мгновение уродливая тень появилась и дотянулась до ног Роуна. — Мяу! — Мью! Все малыши одновременно повернули головы. Передние лапки, которыми они сортировали шерсть, замерли в воздухе. Шерсть у них поднялась дыбом, а Конджи, как настоящий руководитель группы, шагнул перед Роуном. — …?! ---------- Нереальный день Грубо сшитая тень. Перед Роуном расползлась лоскутная форма, словно к ней силой присоединили тьму других демонических существ. — …?! Брови Роуна нахмурились. Спокойствие, царившее ещё мгновение назад, исчезло как ложь, и у источника повисло напряжение. В этот момент показалась хозяйка тени. — …Хан Сом-джин? Она поняла, что взгляды Роуна и божественных зверей прикованы к её ногам. Тень, бессознательно выплеснувшаяся наружу, лежала на земле уродливой кляксой. Придя в себя, она быстро выровняла тень. Шух. В одно мгновение рваная тень стала аккуратной, будто с самого начала ничего не происходило. — …? Роун моргнул. Только что она явно была жутко разорвана. Неровная и нестабильная, словно залатанная тьмой других демонических существ. Но, если посмотреть снова, ничем не отличалась от обычной тени. — Странно. Разве с ней точно не было что-то не так? Взгляд Роуна задержался у ног Хан Сом-джин. Хан Сом-джин невозмутимо отвела глаза, делая вид, что всё иначе. — Вы собирали шерсть. Её взгляд переместился между прялкой и божественными зверями. — …Если вам нечем заняться, не могли бы немного помочь? Роун некоторое время смотрел на неё, а потом всё же кивнул. Похоже, даже если надавить, она не ответит. У неё наверняка свои обстоятельства. — …Видите там рассортированную шерсть? Возьмите горсть жёлтой и положите в верхний приёмник прялки. Хан Сом-джин склонила голову, затем молча подняла пучок жёлтой шерсти. Её тонкие пальцы протолкнули пушистую шерсть в приёмник. Др-р-р-р. Прялка снова начала вращаться. Механический звук разошёлся по тихому горному склону. Хан Сом-джин стояла среди божественных зверей и молча смотрела, как Роун управляет прялкой. Даже для неё, самой молодой S-ранговой пробудившейся в мире, эта сцена была непривычной. Пробудившийся, окружённый зверьками, делает пряжу — не покоряет гейты и не охотится на демонических существ. В тишине Хан Сом-джин негромко произнесла: — Получается, все животные горы Нокма — пробудившиеся питомцы? — … В этот миг божественные звери одновременно склонили головы, посмотрели на Хан Сом-джин, затем переглянулись и начали тихо ворчать. — Что такое пробудившийся питомец? — Существа, которые выучили какие-то пустяковые трюки. Они с рождения не такие, как мы. При слове «питомец» божественные звери зашептались. Для Хан Сом-джин это выглядело всего лишь как енот, шевелящий носом, и кролик, стучащий задними лапами. Птицы защебетали, словно протестуя, а енот недовольно поднял хвост. Хан Сом-джин с недоумением посмотрела на это тонкое изменение. — Почему животные так себя ведут? Роун на миг замялся, а затем сказал: — Эти ребята — все божественные звери. Духовные существа, которые защищают гору Нокма. Глаза Хан Сом-джин расширились. — Все они… вместе защищают гору Нокма? Её взгляд ещё раз скользнул по божественным зверям. Сильнее, чем слова «божественный зверь» или «духовное существо», её задел сам факт: все они защищают гору Нокма вместе. Для настолько сильного человека, как она, защита чего-либо всегда была делом одиночным. Тяжёлая ответственность и миссия. Люди ждали от неё спасения, и защищала их всегда она одна. Роун потянул рычаг прялки и продолжил так, будто говорил очевидное: — Да, мы защищаем своё. Др-р-р-р. Прялка завершила последний оборот. На стержень намотались толстые пучки белой, чёрной и жёлтой нити, с едва заметным блеском. Наверное, из-за духовной силы божественных зверей они мягко светились, не как обычная пряжа. — И что вы собираетесь с ней делать? Хан Сом-джин не знала, насколько мистична шерсть божественных зверей. Она решила, что это просто животная шерсть, и спросила. — Думаю, будет забавно сплести из неё браслеты и сделать ожерелья. Если каждому подарить по одному, им будет приятно. Услышав, как взрослый мужчина говорит, что будет мастерить из ниток что-то девчачье, Хан Сом-джин посмотрела на Роуна с едва заметной улыбкой. Его слегка странная манера держаться и особенность, ориентированная на сбор, чем-то напомнили ей младшего брата. Хотя её брат скорее коллекционировал, чем собирал. Но разве это не разница всего в один слог? — Перед уходом я ещё немного поднимусь, чтобы собрать кое-что. Почему бы вам не пойти со мной? Госпожа Сон Су-хи, кажется, хочет вас увидеть. Сказала, хочет приготовить вам поесть. Хан Сом-джин, куда больше привыкшая помогать, чем принимать помощь, обычно отказалась бы. Даже маленькая доброта казалась ей долгом, который нужно вернуть в десятикратном размере. И всё же она без малейших колебаний кивнула. Тропа вверх по горе Нокма была тихой. Солнечный свет, пробивающийся сквозь густую зелень, красиво ложился на землю, будто в этот раз велел ей наступать на него, а не на свою тень. Редкий крик горных птиц казался почти ложью, будто утверждал: этот мир мирный. Шур-шур. Словно вспомнив забытую игрушку, малыши достали теневую куклу, которую Хан Сом-джин им подарила. Три кошачьи тени прятались в кустах и появлялись снова, как ниндзя. Хлоп. Даже Ттутту, обычно клюющий носом, приободрился от энергии горы Нокма и летал между ветвями. По сравнению с тем, как он поднимал метели в Снежной горе, филину это подходило куда больше. Конджи, верхом на фрагменте «Рубикса», бродил вокруг и собирал плоды, а Ёнхо свободно летал — гора Нокма была его владением. Куби в этот раз робко держался рядом с Роуном. — Здесь всегда такой хаос? Божественных зверей было много, а с тенями в придачу поход становился не иначе как беспорядочным. Для Хан Сом-джин, чувствительной к движущимся теням и избегающей людных мест, тем более. Роун спокойно ответил: — Да, сейчас ещё довольно тихо. Только благодаря защитному барьеру мастерской всё не становилось хуже: заботиться о детёнышах божественных зверей, которые могли в любой момент рвануть куда угодно, было непросто. --- Это случилось, когда они миновали середину склона горы Нокма и дошли до места, где из земли выступала огромная скала. Из мшистых трещин камня сочилась холодная аура. Шаги Хан Сом-джин остановились от знакомого ощущения. Её тень, приблизившаяся к скале, была отсечена. Она почувствовала это не одна. — Мяу?! — Почему у моей теневой куклы отрезало голову, мяу! — Моей теневой кукле хвост тоже отрезало, мяу! — А-а-а?! Малыши тоже это ощутили. — Что такое? Роун, поздно заметивший странность, нахмурился, глядя на кошачьи тени, будто беспорядочно порезанные ножом. Только вокруг этого места чувствовалось, что барьер горы Нокма ослаб. Чёрт… Хан Сом-джин поспешно спрятала собственную тень, отсечённую так же, как тени малышей. К счастью, ни одну из теней ещё не затянуло в разлом. Она молча опустилась на колено и собрала теневые куклы малышей. — …Я их зашью. На самом деле Хан Сом-джин уже бывала здесь раньше. Тогда разлом не казался серьёзным, поэтому она оставила его как есть, но сегодня он явно стал больше. Что делать… Если этот разлом действительно причина того, что тени отрезает, значит, здесь скоро откроется гейт. На горе Нокма переплетались сложные барьеры, и даже пробудившиеся легко могли сбиться с пути. Более того, гейты, обнаруженные таким способом, до сих пор случались всего дважды, так что она не могла быть уверена, но как минимум S-ранг… Нет, с большой вероятностью выше. Хан Сом-джин промолчала о явлении, из-за которого тени отсекались возле разлома. Особой причины не было. Просто привычка. Чем больше она раскрывала свои способности другим, тем чаще её классифицировали не как человека, а как совершенное оружие. Шашашак. Малыши собрались перед ней и смотрели, как она чинит теневые куклы. Её скорость шитья, такая же быстрая, как шаг, была ослепительной. Аккуратно зашитые тени снова обрели живость и легко скользнули по земле. Глядя на повеселевших малышей, Хан Сом-джин едва заметно улыбнулась. Это было непривычное чувство. Помочь кому-то и увидеть в ответ чистую радость — такое случалось с ней очень давно. На поле боя против магических зверей, где смерть постоянно приходила и уходила, слова благодарности за спасение всегда сопровождались горькой печалью. Это были долги, возложенные на смерти товарищей, и жалкая цена выживания, купленного потерянными конечностями. Крики тех, кто хватал её за воротник и спрашивал, почему она не дала им умереть, врезались в её тень как шрамы. А малыши искренне веселились, прыгая вслед за своими теневыми куклами. Пока Хан Сом-джин молча наблюдала за ними, Роун протянул ей кое-что. — Это… шаман с Пика Пламени сказал передать вам. Велел держать там, где не видно, и не доставать. Нахмурившись от странности, Хан Сом-джин взяла из руки Роуна аккуратно сложенную жёлтую бумагу. И тогда… Ссссс. Её порванные тени начали соединяться, даже самые изодранные фрагменты. Тени магических зверей, присоединённые силой, естественно впитывались, возвращаясь так, будто изначально были её собственными. — …Что это за талисман? Хан Сом-джин спросила с широко раскрытыми глазами. — Хм, как же он сказал… Что-то вроде: не дать смерти следовать за вами…? — Что? Что это значит? — Я и сам не знаю. Может, к главе гильдии «Сентинел» даже жнец прицепился. — … Роун пожал плечами и отвернулся. На спуске с горы Нокма он использовал мастерскую «Рубикс» и приготовил желе для божественных зверей. — Не подходите к пику Хвансве. Там что-то странное. Роун раздавал желе божественным зверям, указывая на дальний пик, где поднимались тёмно-красные скалы. --- Когда они вошли в дом, лицо госпожи Сон Су-хи расцвело при виде Хан Сом-джин. — Вот поэтому я и говорила, что надо было родить ещё одну дочь. Ли Хак-су тоже поприветствовал её довольной улыбкой. Судя по пчёлам, летавшим над садом, Сиен тоже вернулся. А по оживлённому лицу Чом-сун было видно: посадка магических растений Некты прошла успешно. Бзззз. Хан Сом-джин открыла рот, глядя на пчёл, летающих прямо в доме. Это были земные пчёлы. Особенно та самая большая — она даже пробудилась. И ещё здесь была пробудившаяся свинья. И это было не всё. Пробудившийся муравей и бледный юноша, беседующий с магическим насекомым. А это ещё кто?.. Как такой человек нашёл это место, и как вообще здесь оказался настолько своеобразный тип? — Что это вообще за дом…? Не логово ли это каких-нибудь токкэби? Словно заворожённая, Хан Сом-джин села за стол. Горячий белый рис, суп с полынью и соевой пастой, яичный рулет и кимчи из редьки кубиками прошли через её палочки. — Ешь побольше, девочка. Они встречались всего несколько раз, но эти люди были добрее приёмных родителей, которые её вырастили. Сюрреалистичная атмосфера, будто она попала в другой мир, сохранялась. Но, как ни странно, ей не было неприятно. --- — Спасибо за еду. — Ладно, если вспомнишь о нас, когда приедешь на гору Нокма, заходи ещё. Еды у нас всегда много. — Да, тогда я пойду. Хан Сом-джин, от которой обычно ожидали бы, что она исчезнет, наступив на тень, твёрдым шагом пошла по дорожке между рисовыми полями. Сегодня почему-то даже шумные звуки насекомых её не раздражали, и ей не хотелось прятаться в вытянутой тени. …Какой нереальный день. --- На следующее утро. Когда запах завтрака наполнил двор, за воротами послышались торопливые шаги. — Роун, ты дома? Это был дядя Пак. — Что случилось? У вас уже закончились зелья? Раз уж пришли, поешьте перед уходом. Дядя Пак не ответил, только замахал руками и сказал: — …Помоги мне один раз. Нужна замена. — Что?! — Мён? ---------- Кофейный микс Дядя Пак говорил, переводя дыхание. — Эй, что у тебя с лицом? Ты нигде не болен? Если присмотреться, цвет лица у него был бледный, и даже стоять ровно он толком не мог. Когда Роун расспросил подробнее, оказалось: после происшествия с Багровым лотосом дядя Пак проходил лечение от последствий, но демонический яд так и не исчез. Из-за этого он до сих пор не мог выйти на работу, его убрали из команды, куда он с трудом попал, и перевели в другую — группу, составленную только из шахтёров, которым, как и самому дяде Паку, было больше некуда идти. Он сказал, что его команде не хватает нескольких шахтёров. И как назло, гейт появился на середине склона горы Нокма. — Ты собираешься идти в таком состоянии? — Собираюсь. Для тебя это будут небольшие деньги, но если я это пропущу, меня правда могут уволить. Мир шахтёров оказался холоднее, чем Роун ожидал. Он посмотрел на дядю Пака с ошарашенным и вместе с тем жалостливым выражением. — Ассистентом команды я быть не хочу. Но если вместо тебя — пойду. — П-правда можно? — Конечно. Зачем мне идти ассистентом команды? Это ведь даже не команда, которую ты собрал. Если Роун пойдёт как замена, показатели дяди Пака вырастут, так что не придётся закрывать чужую дыру. Шахтёр с выросшими показателями и после ухода мог легко присоединиться к другой команде. — Ха-а, если ты так сделаешь, я правда буду благодарен. Честно говоря, я очень переживал, смогу ли сегодня работать. Когда тело болеет, дух тоже слабеет. Его упрямо сжатые губы дрогнули. — Эй, дядя Пак, такими темпами ты сейчас расплачешься. Иди сюда, хотя бы поешь и поставь полынное прижигание. При словах о полынном прижигании лицо дяди Пака просветлело. А мысли Роуна были уже в другом месте. Проблема была в том, найдутся ли охотники, способные добраться до того места. Середина склона горы Нокма не так-то просто позволяла людям ступить на себя. Это была смертельная зона, где буйствовал мутировавший демонический яд: стоило сбиться с пути — и можно было считать себя мёртвым. — Как думаешь, рейдовую команду уже собрали? На вопрос Роуна, в котором не было особой надежды, дядя Пак энергично кивнул. — Да, там… поддержала гильдия «Сентинел». А, Хан Сом-джин? Если она там, за сам рейд можно не волноваться… А поскольку он мог связаться с ней через мессенджер, в случае ЧП, возможно, получится бросить кирку и сразу идти к боссу. Если это гейт на горе Нокма, я не могу просто закрыть на него глаза. До регрессии, пока Роун становился государственной гончей в защищённой зоне, гора Нокма была разъедена всего за год с небольшим. Теперь, благодаря усилиям Роуна, ход событий немного изменился, но безопасной она всё равно не стала. Демонический яд мог распространиться непредсказуемо, и скорость его разрастания была высокой. Даже если гейт Токсичных комаров удалось перекрыть, на этот раз появился другой гейт — уже одной этой причины хватало, чтобы не терять бдительность. Если обнаружится хоть малейшая аномалия, её нужно вырвать с корнем. У него было разрешение на участие в рейдовом сборе, но оно предназначалось для чрезвычайных ситуаций или команд поддержки, так что просто так ворваться внутрь он не мог. Алхимику тем более трудно было присоединиться к рейдовой команде. Так что пойти внутрь как шахтёр-заместитель было даже удобно. — Да, я заменю тебя. — Спасибо, Роун. Я всё время остаюсь у тебя в долгу. Когда-нибудь обязательно отплачу. Дядя Пак положил грубую ладонь Роуну на плечо. Он был первым человеком, который охотно покупал зелья, сделанные отцом Роуна, Ли Хак-су, ещё неумелой рукой. Он говорил, что зелья полезны, и даже рассказывал о них коллегам. А когда заканчивалась добыча, приносил маленькие кусочки руды. Отец Роуна тонко перемалывал эти похожие на осколки кусочки и осторожно извлекал из них материалы. Оглядываясь сейчас, это были пустяковые побочные продукты, но тогда дядя Пак отдавал ему самое ценное из того, что имел. — Ничего страшного. Божественных зверей с собой взять можно? — Конечно, конечно. Все удивятся. Ха-ха… Мало кто поймёт, что они божественные звери, но для шахтёров, которых запускают ещё до победы над боссом, спутник с сильной огневой мощью всегда желанен. Роун выслушал от дяди Пака краткое объяснение шахтёрских правил. — Как только выполнишь норму, всё, что добудешь после этого, можешь забрать себе. Глаза Роуна заблестели. Это куда больший куш, чем я думал. --- Подняться до середины склона горы Нокма для Роуна было проще, чем ехать на автобусе через защищённую зону в незнакомое место. Люди дрожали перед сложным барьером, но Роун не видел его истинной формы. Он лишь чувствовал, что гору Нокма накрывает стена. На божественных зверей барьер тоже не действовал. Он влиял только на монстров и людей, поднимавшихся на гору Нокма. Когда Роун добрался до ровной площадки на середине склона, там, к его удивлению, уже собралось довольно много народу. Он достал коляску для питомцев, посадил туда божественных зверей и сразу направился к шахтёрам. — Похоже, все добрались благополучно. Шахтёр, который, кажется, пришёл незадолго до Роуна, поздоровался с остальными. — Ага, я чуть не заблудился, но тут появился кролик и всё время крутился рядом. Я пошёл за ним и оказался здесь. Один мужчина рассказывал серьёзно, словно делился удивительным опытом. Другой рядом поднял голову. — А? Я за оленем шёл. — Что? А у меня ленивец был. — Эй, хватит! Ты такую чушь несёшь, будто у тебя игра лагала. Если ты шёл за ленивцем, как так рано добрался? — Нет-нет, я его нёс. Он всё тянул лапу вот так, и я подумал, что он хочет, чтобы я посадил его на дерево. Но, как только я пытался, он снова вытягивал лапу туда, вот так. Один из шахтёров изобразил, как ленивец медленно тянет лапу и меняет направление. Все рассмеялись. Особенности у шахтёров были самые разные. От полного отсутствия особенностей до врачей с ясновидением, лучников с баффами точности, спортсменов вроде бейсболистов, которые каждый раз выбивали хоум-ран, и даже странных особенностей вроде понимания растений. Объединяло их одно: их особенности не приносили денег, зато каждая была своеобразной. То же касалось и боевых особенностей. F- или E-ранговые копейщики, топорники, щитоносцы, мастера рукопашного боя, рейнджеры и так далее. Большинство из них не могли участвовать в охотах из-за низкого ранга, неэффективной особенности или нехватки навыков. Где-то среди них находился и Роун. S-ранг, но укротитель, неспособный охотиться. Перед гейтом на середине склона горы Нокма собиралось всё больше людей. Тех, кто сидел на земле в ожидании, становилось больше, и вскоре место стало шумным, как рынок. Здесь были шахтёры вроде Роуна, а также управляющие гильдий, репортёры и продавцы всякой всячины или баффов. Ближе всего к гейту ставили палатки разных размеров. Вероятно, это были люди гильдий. Похоже, божественные звери отлично справляются и ведут людей сюда. Оглядываясь, Роун заметил девушку, которая суетливо двигалась внутри одной из палаток. О?! Его внимание тут же радостно притянулось к ней. — Возьмите кофе. В это время у пробудившихся ещё иногда появлялась возможность выпить кофе. Скоро даже этот обычный кофе будет трудно достать. Люди называли её мисс Ким. Хотя она раздавала кофе, на самом деле она была сотрудницей ассоциации, отвечавшей за реестр охотников, а кофе был её личной добротой, не обязанностью. Поскольку кофе не было в безлимитном количестве, выпить чашку перед работой было настоящей удачей. Надеясь, что её доброта распространится и на него, Роун тихо подошёл к палатке, где она находилась. Но кто-то первым встал перед ним. Мм?! E-ранговый охотник с очень усталым лицом обратился к молодой женщине. — Можно мне тоже чашку кофе…? Худой, потрёпанный вид, на шее — ожерелье E-рангового охотника. Сам того не заметив, Роун уступил ему очередь. Увидев его, мисс Ким резко отрезала: — Вы что, кофе бронировали? И новичкам мы не даём. Не хватает. Глядя, как она недовольно отворачивается, Роун почему-то почувствовал неловкость. И тут её взгляд встретился с Роуном, стоявшим прямо позади. — А! Я тоже здесь впервые… Пришёл в надежде получить чашку кофе, но, похоже, нельзя. Тогда я пойду… Как это называлось — обучение наблюдением? Учиться, чего не делать, глядя, как отчитывают другого? Когда Роун поспешно попытался развернуться, её срочный голос схватил его за шкирку. — Ой! А тут как раз одна осталась! Хо-хо-хо-хо~! Мисс Ким внезапно сменила резкий тон на мягкий. Когда Роун обернулся, она улыбалась и быстро хватала пакетик растворимого кофейного микса. На лице E-рангового охотника, увидевшего это, промелькнула тень печали. — … Суранг и Соль в коляске для питомцев подняли головы на высокий голос. Конджи и Ёнхо заинтересовались жидкостью в бумажном стаканчике, а Куби тоже вытянул шею, будто хотел сделать и без того горячее ещё горячее. Ттутту дремал в углу вместе с Таро. — А, нет, я в порядке. Я не могу взять такую драгоценную последнюю порцию. Когда Роун осторожно попытался отвернуться, она снова окликнула его. — …А, не переживайте об этом. Если посмотреть ещё раз, сегодня, кажется, останется достаточно. Вы ведь здесь впервые, должно быть, нервничаете — выпейте кофе. Хе-хе… Когда Роун посмотрел ей прямо в лицо, её щёки покраснели, и она схватила целую горсть пакетиков кофе. Искушению кофейных пакетиков было трудно сопротивляться. Что делать? Если я выпью без причины, не случится ли чего плохого? Но я ведь уже не тот монстр, каким был раньше. И всё же, на всякий случай… В этот момент он почувствовал жалостливый взгляд E-рангового охотника рядом, который смотрел с завистью. Верно, говорят: разделённое горе уменьшается вдвое, а разделённая радость удваивается. Даже обременительная доброта, если разделить её, станет вдвое легче. Роун неохотно кивнул, словно больше не мог отказываться от доброты мисс Ким. А затем добавил: — Простите, а для того человека тоже найдётся? Когда он указал на жалкого E-рангового охотника, который пусто смотрел рядом, она бросила на него раздражённый взгляд. — А, да… ладно уж, как хотите. Сморщив лицо, она щёлкнула пальцами по пакетику кофе, который держала, и разорвала его. Часть драгоценного кофейного порошка просыпалась на стол. Она приготовила две чашки кофе рядом. В её движениях — как она почти швыряла воду в переработанные бумажные стаканчики и раздражённо размешивала кофе — было что-то странно точное. — Спасибо, мисс Ким. E-ранговый охотник забыл о гордости и широко улыбнулся. Похоже, ему до безумия хотелось сладости кофе. — Дядя, считайте, что вам сегодня повезло. Мисс Ким говорила всё тем же резким тоном, будто они вовсе не были незнакомцами. Что? Я думал, она сказала, что новичкам кофе не дают. Они знакомы? Не понимая, чем он ей не угодил, E-ранговый охотник принял протянутый кофе двумя руками, как драгоценность. Роун и E-ранговый охотник сели рядом на свободный коврик. Пар, поднимавшийся из переработанных бумажных стаканчиков, растворялся в холодном воздухе. Роун подул, сделал глоток — и горячая жидкость скользнула по горлу, растапливая туго скрученное напряжение. — Ах…! — Ах, ожил. Возгласы вырвались одновременно. Соотношение воды и кофе было изумительным. Смесь не была ни водянистой, ни горькой. Чистый сахар и сливки, свободные от всякой демонической энергии, позволяли в полной мере почувствовать вкус. Теперь он понял, почему кофе мисс Ким так популярен. Её кофе и правда был исключительным — достаточно, чтобы рабочие хотя бы на мгновение забыли страх. Подумать только, такое ещё существует. Вкусно. — Эм… вы, похоже, укротитель? ---------- Гильдия E-ранговый охотник, отпивая кофе, с любопытством посмотрел на божественных зверей и спросил: Роун понимал, что его естественно принять за укротителя, но каждый раз, когда он это слышал, чувствовал себя неуютно, и посмотрел на него с чуть неловким выражением. Охотник неправильно понял его реакцию и поспешно представился. — А, прошу прощения. Надо было сначала представиться. Моя специализация — магическая инженерия. Магическая инженерия, значит. Этому парню в будущем придётся зарабатывать очень много денег. Из-за последствий коррозии маны вся нынешняя научная цивилизация находилась в состоянии блэкаута. Чтобы ходить в рейды с такой специализацией, ему пришлось бы собирать высококлассные магические механизмы, а денег у него сейчас не было. — Недавно я несколько раз таскал грузы, потом попробовал один рейд, но мне так не повезло, что я чуть не умер. Поэтому и подался в шахтёрскую команду. — А, понятно… Он сам, без просьбы, начал рассказывать свою историю. Не сдержав любопытства, Роун спросил: — Но вы сказали, что чуть не умерли носильщиком, потому что это было опасно. Тогда как вы пошли в рейд? Магией ведь вы не пользовались, верно?.. Денег на изготовление оружия у него, похоже, тоже не было. Зная, что магические инженеры мало что могут сделать без машин-посредников, Роун из чистого любопытства спросил прямо. Охотник глубоко вздохнул и только потом ответил: — Ну, у меня было что-то вроде модифицированного пистолета. Разрушительная сила одного выстрела была примерно как у мага низкого ранга, так что меня смогли взять дилером. Удивительно. Пистолеты трудно достать, а у него ещё нашлись детали, чтобы его модифицировать. Роун задумался, как он это сделал, но не стал давить, опасаясь, что рассказ уйдёт в сторону, и продолжил слушать. Когда Роун промолчал, охотник продолжил: — Когда началась охота, танк своим телом заблокировал песчаных змей и песчаных кротов. Это было потрясающе. Песчаные змеи обвились вокруг его ног, но он ловко разрубил их на части. А когда монстров набежало больше, танк крикнул: «Стреляй!» Похоже, он выстрелил из этого странного оружия по песчаным кротам. Но… — Звук оказался слишком громким. Он помрачнел и крепко сжал губы. — Простите? Насколько громким он мог быть?.. Взрыв и так громкий, верно? Насколько же громким должен быть звук, чтобы появилось такое мрачное выражение? Он разорвал барабанные перепонки всей команде? Увидев растерянность Роуна, тот снова вздохнул. — Настолько громким, что на нас бросились монстры, которые до прикосновения вообще никогда не атакуют первыми. — …Простите? Монстры, которые не атакуют первыми, сами бросились на вас? Что? Это не похоже на обычную реакцию на звук. Что это было за оружие, если оно так стягивало агро? Роун хотел расспросить подробнее, но подождал, пока упавший духом охотник продолжит сам. В итоге из-за одной выпущенной им пули вся команда едва не погибла, а как только они вышли из гейта, его выгнали. Слух мгновенно разлетелся по охотничьей доске объявлений… И среди охотников его фактически негласно изгнали. — После модификации пистолета пробный выстрел прошёл нормально. Я не думал, что он так потянет агро. Он понимал свою ошибку, но на лице у него было обиженное, досадующее выражение. Нет, этот парень… после того как чуть не убил людей, такое лицо ему совсем не подходит. Роун устал продолжать разговор, спрятал настоящие мысли и сказал: — Да, такое бывает. В любом случае пистолет сработал, и вы вернулись живым, так что забудьте. В следующий раз просто сделайте так, чтобы он не тянул агро. Хотя Роун сказал это небрежно, мрачное лицо E-рангового охотника просветлело, как цветок персика под долгожданным дождём. — Большое спасибо, старший укротитель. Все остальные говорят, что это глупость, и ругают меня, но я не сдамся. Однажды я обязательно сделаю настоящий магический пистолет. Повеселевший охотник рассмеялся и изобразил выстрел. Хм. Все охотники поставили на нём крест, а он всё ещё мог так улыбаться. Обычно люди проклинают себя, говорят: «моя способность мусор», — и сами себя загоняют. Когда его история закончилась, Роун кратко представился и сказал, что сегодня впервые выходит с шахтёрской командой. Охотник стал задавать Роуну вопросы — в основном о питомцах. — Питомцы тоже добывают руду? — …Можно сказать и так. Но они ещё маленькие, так что их приходится носить с собой. Роун лениво объяснил что-то про сбор и прочее. — А-ха! E-ранговый охотник и магический инженер энергично закивал, явно всё поняв. Хлюп— Чурп! Ни одной капли кофе в белом бумажном стаканчике не должны были упустить ни E-ранговый охотник, ни Роун. Они перевернули стаканчик вверх дном и втянули падающую каплю. Даже остывшая капля кофе была невероятно сладкой. Ах… жалко. Кофе девушки Ким был настолько искусным, что хотелось попросить ещё чашку — нет, целую миску. — Похоже, время вышло. Вокруг палатки с флагом шахтёрской команды люди уже собрались плотной толпой. Роун и E-ранговый охотник естественно направились в одну сторону, но у гейта, где толпились люди, атмосфера была немного беспокойной. Чем ближе они подходили, тем громче становился гул. Роун и E-ранговый охотник обменялись тревожными взглядами. И тут кто-то перекрыл суету криком: — Эй! Рейдовая команда пришла! Вслед за толпой, которая обернулась, появились охотники в сверкающих артефактах и снаряжении. Брови Роуна слегка поднялись, когда он посмотрел на них. Лица охотников были незнакомы. Молотовика, танка с бетонным щитом, мечника с двумя клинками и дилера с плазменной пушкой среди них не было. Это не «Сентинел». Взгляд Роуна зацепился за эмблему красного волка на их плечах. Это были Красные волки — до регрессии государственная гильдия, базировавшаяся в северном Сеуле. Сейчас же они были просто бандитами. Они выбирали слабые, малоизвестные гильдии, рейдили их цели и разыгрывали из себя так называемых «профессионалов рейда». Хан Сом-джин, вероятно, не знала их: в это время они ещё не были знамениты. — Почему у вас такое лицо? Вы будто плохо себя чувствуете. E-ранговый охотник склонил голову набок. — Нет, ничего. Роун заставил лицо стать нейтральным и ответил. Тогда E-ранговый охотник жестом указал на гейт. Охотники Красных волков преграждали дорогу сотруднику гильдии. — Рейдовая команда уже назначена, так что это неудобно. — Ничего страшного, отойдите. Мы ненадолго. Охотник во главе группы махнул рукой. Сотрудник у гейта поджал губы, но в итоге отступил. Вокруг пополз шёпот. — Что это за типы? — Изначально должна была зайти другая команда, но эти, похоже, настаивают, что пойдут первыми. На лицах сотрудников было смирение. Похоже, они сталкивались с таким не впервые. — Они известные? — спросил Роун. E-ранговый охотник вздохнул. — Известные. С плохой стороны. Шастают по низкоуровневым гейтам и первыми выгребают всё полезное. У них даже прозвище есть — «государственно сертифицированные бандиты». — Гильдия их не наказывает? — У них связи. Говорят, политика. E-ранговый охотник пожал плечами. Тем временем охотники гильдии Красных волков широким шагом вошли в гейт. Их развязная осанка раздражала. — Сегодня все будут напряжены. — Почему? Какая разница, кто зайдёт, если мы идём добывать руду? — Эти думают только о своей прибыли. Им плевать на зачистку. Из-за оставшихся мобов может быть опасно. Их интересовали не побочные продукты и не добыча, а только камни маны и боссы. Ещё недавно весёлая атмосфера вмиг натянулась. С момента, как Красные волки вошли, прошло пять минут. Потом десять. Глава шахтёрской ассоциации после долгих раздумий поднял мегафон. — Сегодняшняя добыча отменяется… Но стоило ему объявить, что работа шахтёров отменяется, как синяя мембрана гейта дрогнула. — А-а-а-а! Из гейта выбежал охотник. Вскоре за ним один за другим выбежали ещё двое, потом трое. От высокомерия, с которым они заходили внутрь, не осталось и следа. A-ранговый охотник впереди опустился на колени перед гейтом и вырвал желудочной кислотой. — Ух…! Кхак! Ещё один охотник, выбежавший следом, пошатнулся; его взгляд был расфокусирован. — Ч-что… что с этими людьми…? Среди ожидающих у гейта людей разнёсся гул. Божественным зверям в коляске, похоже, стало весело: они смотрели сверкающими глазами. — Почему A-ранговый в таком состоянии? — Что там внутри? — Ранг гейта мог измениться? На лицах шахтёрской команды распространился страх. A-ранговый охотник дрожащими руками схватил сотрудника ассоциации за воротник. — …Мы… просто немного осмотрелись, теперь уйдём. От прежней заносчивости не осталось ничего. Когда сотрудник у гейта кивнул, глава шахтёрской ассоциации снова поднял мегафон. — Сегодняшняя добыча продолжится в обычном режиме. Рейдовая команда — гильдия «Хан». Гильдия «Хан»? Не «Сентинел»? В отличие от реакции Роуна, люди облегчённо выдохнули при словах «обычный режим». Но Роун расслабиться не мог. Он чувствовал себя спокойно только потому, что в рейде участвовала Хан Сом-джин. Если гильдия Красных волков сбежала, этот гейт не мог быть обычным. В коляске Суранг возбуждённо навострила уши. Соль, похоже, тоже что-то заметила: её хвост стоял торчком. Роун уставился на гейт. Тёмно-синяя мембрана тихо колыхалась, словно что-то скрывала. Гул, гул. Толпа перед гейтом снова пришла в движение. — Это гильдия «Сентинел»! На чей-то крик все разом повернули головы. Роун быстро понял, почему сотрудник назвал участвующую рейдовую команду гильдией «Хан». Серебряная броня, чёрный плащ. На плече, на щите и на декоративных элементах брони было аккуратно выгравировано слово «Хан», словно нанесённое чёрной тушью. Что… она недавно это выгравировала? Хан Сом-джин, должно быть, сделала эмблему на основе собственной фамилии. И название гильдии, вероятно, тоже изменила. Атмосфера отличалась от той, что была при появлении гильдии Красных волков. Поскольку имя Хан Сом-джин уже было известно на горе Нокма, по лицам людей разлилось облегчение. — Фух, раз это «Сентинел», всё нормально. — Сказали же, гильдия «Хан», а не «Сентинел». — Ну, всё равно теперь хотя бы немного спокойнее. В отличие от обычных глав гильдий, Хан Сом-джин появилась поздно. Божественные звери, узнавшие её, вытянули шеи, чтобы посмотреть. Её глаза за чёрной маской были направлены на божественных зверей. На губах появилась слабая улыбка. В этот момент взгляд Хан Сом-джин встретился со взглядом Роуна. Роун инстинктивно ответил лёгкой улыбкой. — …! Глаза Хан Сом-джин расширились. Её улыбка мгновенно исчезла, лицо слегка покраснело. Она быстро отвернула голову и смешалась с толпой своих спутников. Что… это была за реакция? Роун пусто смотрел ей вслед. — Вы знакомы? E-ранговый охотник спросил с любопытством. — …Нет. Роун коротко ответил и отвёл взгляд. ---------- Шахтёрский кот (1) Даже в мире шахтёров иерархия была строгой. Команды делились не по рангу пробуждения, а по опыту. Первая группа занимала глубины босс-комнаты, вторая отвечала за логово промежуточного босса. А остальные бродяги и новички должны были дышать пылью возле входа в гейт и ещё заниматься перевозкой. Почти все получали примерно одинаковую плату, но разница в «левых минералах», которые оседали у них в руках, была огромной. Чем ближе к босс-комнате, тем больше возможностей спрятать магические камни высокой чистоты. Настоящий доход шахтёров определялся именно этой тайной добычей, но выгодной такая работа была не для всех. Большинство оставалось в третьей и четвёртой группах. Умение незаметно прикарманить минералы тоже считалось чертой опытного шахтёра. Но для людей, которые едва перебивались со дня на день в незащищённых зонах, такое терпение было роскошью. Те, у кого семья могла умереть, пропусти они хоть один приём пищи, не могли терпеть сегодняшний день ради назначения в группу, которое, возможно, когда-нибудь придёт. Они не выдерживали соблазна мгновенной выгоды, попадались на попытке спрятать дорогие минералы и в итоге так и оставались шахтёрами низшего разряда или вылетали с работы. Лишь те, у кого был хоть небольшой запас прочности, могли нарабатывать репутацию и подниматься в группы выше. Так бедность становилась тюрьмой, которую человек будто сам на себя надевал. Причина, по которой это прикарманивание терпели, была очевидной. После завершения рейда, когда проходило определённое время, гейт закрывался, и все невыкопанные минералы исчезали. Размер подземелья был ограничен, поэтому в него невозможно было ввести столько шахтёров, чтобы добыть все богатые залежи. Если бы даже этот неофициальный доход перекрыли, рабочие без колебаний ушли бы в команду, где такая выгода гарантирована. Гарантированный неофициальный доход создавал разрыв в десятки миллионов вон в зависимости от ранга группы. Для низкорангового охотника было куда практичнее работать во второй шахтёрской группе, чем рисковать жизнью в рейде. Люди из третьей и четвёртой групп иногда завидовали и сетовали на свою долю, но не ненавидели монополию первой группы. Для них первая группа была не несправедливо сильным противником, а единственным путём к спасению и надеждой, которой можно достичь, если отточить навыки. Роуна вместе с E-ранговым охотником, который потягивал кофе, распределили в четвёртую группу — ближе всего ко входу в гейт. В глазах охотника жила смутная надежда: если он будет приходить стабильно, то, возможно, когда-нибудь доберётся хотя бы до третьей группы. — Давайте постараемся, укротитель. Отвергнутый другими охотниками, он заговорил с Роуном, словно заново укрепляя собственную решимость. Он всё равно пришёл заменой, но незачем было самому себя добивать пораженческими словами. — Да. Как раз когда они собирались начать, перед ними прошли первая и вторая группы, катя пустые вагонетки. Лидер первой группы, шедший впереди, бросил взгляд на E-рангового охотника и надменно сказал: — Эй, слабенькая команда, вы вообще думаете сегодня норму закрыть в таком виде? Не отвлекайтесь на минералы. Сначала норму выполните, а потом уже забирайте себе что сможете. Поняли? — Норму закрыть будет непросто. В общем, старайтесь, новички! Насмешливые советы сыпались один за другим. На лицах шахтёров первой группы, уходивших к босс-комнате, читались предвкушение и радость, словно у искателей приключений, отправляющихся за сундуком с сокровищами. — Вау, у первой группы правда совсем другая аура, да? E-ранговый охотник с восхищением смотрел им вслед, пока их энергичные спины скрывались вдалеке. — Хм, действительно. Глядя на первую группу, Роун ясно понимал, насколько важно быть сытым и излучать уверенность. Их подтянутые, мускулистые тела были крепкими, как у хорошо выезженных скаковых лошадей. А вместе с уверенностью на лицах это создавало совсем иную атмосферу. Когда Роун после этого посмотрел на третью и четвёртую группы, контраст бросился в глаза сразу. Большинство этих людей долго жило в суровых условиях, их тела ослабли от недоедания, а лица неизбежно были мрачными. Горько… Роун посадил божественных зверей в коляску для питомцев и закинул кирку на плечо. Его место оказалось в сыром углу возле входа в гейт. — Не собирайте всё подряд, поняли? Прикарманивать добычу разрешалось, но за дорогие минералы, взятые без меры, наказывали. Поняли малыши слова Роуна или нет, божественные звери во все глаза осматривались вокруг. Добыча началась. Кланг! Клак! Кланг! Четвёртая группа, движимая чувством долга, изо всех сил размахивала кирками. Хотя это «чувство долга» на деле означало желание поскорее закрыть норму, чтобы забрать остальное себе. Так или иначе, они работали громко, с бодрыми криками. Извлекать руду из твёрдой породы, не повредив её, было важно, но только если руда была дорогой. Возле входа в рейд ценных минералов не было. Здесь попадались лишь камни стоимостью в десятки тысяч вон, которые всё равно раскололись бы на кристаллы размером с гальку, так что грубая добыча особой роли не играла. И всё же даже такая грубая работа киркой требовала техники. — Ха-а… ха-а… Укротитель, вы потрясающий. Я думал, вы просто красивый, а вы ещё и невероятно сильный. Уже вымотавшийся E-ранговый охотник, весь мокрый от пота, заговорил с ним. Роун на мгновение остановил кирку. Его сила была примерно на уровне E-рангового охотника. — Не вкладывайте силу, когда поднимаете кирку. E-ранговый охотник, горевший желанием справиться, поднимал тяжёлую железную кирку так, будто взваливал на плечо мешок риса. — Не вкладывать силу? Что вы имеете в виду? — Поднимайте медленно и дайте весу кирки сделать работу. Если идти по слоям породы, она расколется без лишнего усилия. Роун показал движение и мягко улыбнулся. Плавным, расслабленным движением он без труда расколол камень. Возможно, сказался опыт обращения с оружием до регрессии, когда ему приходилось сражаться не ведя питомцев: Роун быстро уловил технику. Глаза E-рангового охотника загорелись, и он начал повторять за Роуном. После нескольких проб лишняя сила ушла из его движений. — Вау, силы почти не нужно. Кланг! Клак! Кланг! Клак! Клак! Кланг! У входа в каменоломню зазвучал ритм. Вместо первоначального хаоса по гейту прокатилась согласованная пульсация, будто хорошо настроенный инструмент. Скорость E-рангового охотника заметно выросла. Примерно в три-четыре раза быстрее — он уже закрыл половину их нормы. Кланг—! Кирка Роуна ударила по чему-то другому. В серой породе что-то блеснуло. Хм? На первый взгляд камень выглядел обычным. Роун поднял его, чтобы рассмотреть поближе, и расколол киркой надвое. Внутри серого среза были вкраплены жёлтые кубические камешки. О, повезло! Этот минерал был ураном, пока ещё почти неизвестным. Он походил на обычную серую породу и редко встречался в рейдах, но даже когда попадался, его считали бесполезным минералом и выбрасывали. — Фурррунг, фууунг… Куби тоже заинтересовался ураном. Роун собрал минералы с урановыми вкраплениями и отправил их в мастерскую «Рубикс». Пока он искал на земле серые камни, норма легко оказалась перевыполнена. — Укротитель! Мы превысили норму. Отдохнём? — Да. Давайте. Найдя приятные ему минералы, Роун наслаждался вполне довольным перерывом. Это оказалось неожиданно весело. Давно не приходилось как следует вспотеть, и ощущение было приятным. Малыши радовались новой обстановке, то забираясь на коляску для питомцев, то спускаясь обратно. Роун налил в дорожный стакан холодный чай из Снежного цветка, который приготовила госпожа Сон Су-хи. Буль-буль-буль. Трава, растущая наперекор горным ветрам, несёт в себе холод снега, но прячет внутри сильный огонь. В тёплом виде она помогает восстановлению клеток, а в холодном успокаивает кипящую ману и проясняет голову. Он предложил стакан сидевшему рядом E-ранговому охотнику, который тоже усердно работал. — Вау, такой драгоценный чай… Я впервые его пробую. Большое спасибо. Чай из такой травы обычно доставался только высокоранговым мастерам, так что его благодарность была вполне оправданной. Он взял маленький стакан обеими руками и с почтительным выражением сделал глоток. Шлёрп. — Ах… это…! Он даже не смог договорить и продолжил пить, наслаждаясь чаем. Тем временем Роун раздал божественным зверям желе. Ёнхо он дал кусочек внутри капли, а дремлющему Ттутту — ещё один. Конджи взял желе для себя, малышей и даже Куби, затем нацепил несколько кусочков на откуда-то найденную жёсткую ветку. А потом разложил по кусочку на спине Куби. Ш-ш-ш. Слабый жар спины Куби поджарил желе до хрустящей корочки. Малыши сбились вокруг и ждали, когда их желе будет готово. — Вау! Какие они милые, укротитель! Что это за маленькие питомцы?! E-ранговый охотник спросил, совершенно очарованный. — Кошки. Вон тот — полевая мышь, этот — маленькая сова… кажется, ещё есть черепашонок и саламандра. — Вау, ва-а-ау… Он не мог отвести от божественных зверей глаз. Закончив простой перекус, они снова взялись за кирки. Норма уже была выполнена, так что дальше начиналось настоящее прикарманивание — ради собственного кармана. Бах! Кланг! Бах! Основные минералы утащить было нельзя, поэтому каждый серьёзно размахивал киркой, выискивая то, что можно продать. Возле входа чаще попадались камни, чем минералы. Они сменили место и продолжили копать, и тогда кое-что произошло. Тр-р-р… Откуда-то покатился маленький камешек, ткнулся ему в носок и отскочил в сторону. …? Роун повернул голову туда, откуда прилетел камень, и увидел малышей, которые играли с довольно большим камнем — примерно с их собственную голову. Что это? От камней исходила необычная аура. Плотная магическая энергия, которой не место у входа в рейд. Где они это нашли? Раз малыши не собирали их сразу, значит, хотели показать Роуну? Роун быстро положил кирку и подбежал. В углу, где стояла коляска для питомцев, лежала кучка блестящей гальки. От камешков шли слабые вибрации, будто крошечные вдохи. Рассмотрев гальку внимательнее, Роун широко распахнул глаза. — …Почему это здесь? Это были не обычные камни маны. Маленькие каменные гнёзда, похожие на соты и насквозь испещрённые отверстиями. Внутри каждого гнезда плотно набились лунные жуки, испускавшие ослепительное сияние. И в этот миг мастерская «Рубикс» отреагировала. [Система] Шайнкрит. Собрать каменные гнёзда лунных жуков? ---------- Шахтёрский кот (2) Говорят, лунный жук дрейфует по отверстиям гнезда лунных жуков и впитывает рудные вещества. Его точная экология неизвестна. — Где вы вообще это нашли? После находки урана Роун уже обрадовался, решив, что ему повезло, а теперь обнаружил ещё кое-что новое. Теперь он сможет есть сколько угодно жареных снеков из лунных жуков. Роун собрал лунных жуков внутри и отправил гнездо лунных жуков в мастерскую «Рубикс». И тут раздался крик руководителя шахтёрской команды: — Ну всё! Гейт скоро закроется. Сворачиваемся! Не жадничайте, берите в меру! Они собрали прикарманенные минералы и шевелящуюся добычу, а на коляску для питомцев погрузили даже кирку. Тянуть её было нетяжело благодаря магии веса. Когда Роун закончил приводить всё в порядок и огляделся, E-ранговый охотник, похоже, тоже был готов уходить. — Хорошая коляска. Выглядит обычной, но не неуклюжая, и функций у неё много. E-ранговый охотник, шагавший рядом с Роуном к выходу, смотрел на коляску для питомцев и говорил мрачным голосом. На его лице было больше горечи, чем зависти. — Ах, сейчас ведь магия в тренде. Мир давно стал таким, что в нём доминируют пробудившиеся, способные пользоваться магией. Механическая инженерия оставалась цивилизацией обычных людей, которые магией пользоваться не могли. Но талант должен встретить подходящую эпоху. Сейчас же механические технологии скорее застыли на месте. Из-за свирепствующих монстров цивилизация, объединяющая магию и механизмы, ещё не получила шанса развиться. Конечно, когда-нибудь магическая инженерия могла бы расцвести, но мир до регрессии уже подавал признаки обрушения из-за наступления монстров. Если на этот раз всё изменится, возможно, шанс появится. — Механической цивилизации теперь конец, да? E-ранговый охотник спросил опустошённым голосом. — Хм, ну… если вы охотник типа роста, надежда есть. И всё же одна надежда оставалась. Если он достигнет второго пробуждения, то сможет создавать сложные магические контуры. Более того, если он освоит даже технологию создания магических тел, то станет почти непобедим. — Тип роста? Я что-то смутно слышал о таком… Но как узнать, тип роста ты или нет? Говорят, экзамен пробуждения этого не показывает. Он спросил, и его глаза засияли от слабой надежды, которую Роун небрежно упомянул. — Хм… ну. — Для меня магическая инженерия — это весь мир. Если я отпущу этот путь, от меня ничего не останется. Роун вспомнил себя до регрессии, когда отчаянно пытался защитить своих питомцев. Сердце, которое отказывается отпускать то, что любит. Пусть объекты были разными, страсть оставалась одинаковой. По разным причинам Роун ощутил сочувствие к его увлечённости. Способ узнать, относишься ли ты к пробудившимся типа роста, прост. — Вы узнаете, если будете продолжать пытаться. — …Продолжать пытаться? — Да, постоянно, пока рост не остановится. — …«Рост остановится» — это значит, пока не начнёшь постоянно проваливаться? — Нет. Провал — это начало, а не конец. Рост останавливается тогда, когда у вас больше нет воли продолжать. Если он действительно пробудившийся типа роста, его главным препятствием станут не разочарование и не неудачи, а отказ от самого себя. Когда Роун закончил, охотник на мгновение замолчал. Наверное, это прозвучало абсурдно. Продолжать бесконечно? Сказать легко, но повторяющиеся усилия без награды естественно утомляют. — И всё? — Да? Он спросил уже более светлым голосом. Роун молча посмотрел на его профиль. — Это проще, чем я думал. Ха-ха… Он открыто рассмеялся и даже выглядел довольным. — Тогда мне нужно сразу сделать пистолет. Он сказал это, полный мотивации. Пистолет пока всё равно будет сложен. Чтобы продолжать стабильно, важно начинать с маленьких успехов и получать чувство достижения как награду. — Начните с чего-нибудь небольшого. Не сразу с пистолета. — С чего-нибудь небольшого? — Да. Даже игрушка подойдёт. — Игрушка…? Он слегка опустил глаза, будто это казалось пустяком, но потом сжал губы и кивнул. — Спасибо, укротитель. Я попробую начать с малого. В следующий раз сделаю что-нибудь крутое и покажу вам. Глядя на блеск в его глазах, на то, как он наслаждался вызовом, Роун подумал, что тот и правда может относиться к типу роста. Роун и E-ранговый охотник уже дошли до выхода из рейда. Перед выходом он встал и выбросил из мешка с прикарманенной добычей буроватый камень. — А?! Это же ингредиент для Порошка пустоты! Когда Роун поднял камень, E-ранговый охотник с любопытством посмотрел на него. — Говорят, из него можно сделать лекарство от запора, специально для пробудившихся. Даже охотники, которым почти не нужно было ходить в туалет, часто страдали от закупорки мановых каналов, если у них случался запор. Обычные лекарства на пробудившихся не действовали, поэтому приходилось пользоваться только средствами, изготовленными алхимиками. Через несколько лет Порошок пустоты станет продуктом-хитом. — Правда? Ха-ха, полезная штука. Говорят, после одного рейда от запора так мучаются? Роун рассказал о Порошке пустоты, потому что скрывать личность камня не было нужды. Тогда охотник передал Роуну все такие камни. Если судить по его мешку, там лежали довольно хорошие минералы. Заметив взгляд Роуна, он улыбнулся и сказал: — Я заранее изучил, что здесь бывает. Какие минералы появляются в паучьих рейдах, какие дорогие и так далее. А, простите, укротитель. Похоже, я всю хорошую добычу себе выкопал. Поделиться с вами? Он сказал это, глядя на серые камни, известные как мусорные минералы, которые Роун специально оставил другим. — Ха-ха, всё в порядке. Мне нужны именно эти. Роун поднял серый камень с урановыми вкраплениями и улыбнулся, а охотник склонил голову набок. Мир узнает, что эти камни — уран, лишь через несколько лет. --- Проверку добычи проводили прямо у входа. В отличие от охоты в рейдах, пространство перед гейтом было тихим. Палатки убрали; вместо камер и управляющих гильдий здесь теперь были пропитанные потом рабочие каменоломни, круглые грузовые тележки и вагонетки для перевозки минералов. Администратор добычи, помощники и лидеры каждой группы поставили столы, чтобы рассчитаться с людьми. Рабочие выстроились в очередь за оплатой начиная с первой группы. — Хорошо сегодня поработали! Я вот думаю купить дочери квартиру в защищённой зоне, когда она выйдет замуж, ха-ха. — Для B-рангового рейда вышло неплохо, да? А я думаю перевести жену в другую больницу. — Правда? Я слышал, твою жену заразило миазматическим ядом, и улучшения всё ещё нет? — Он всё распространяется. Но я нашёл неплохого целителя, который живёт на границе защищённой зоны. Метод необычный — лечит яд ядом… В общем, если сложить это с заработком за рейд, на лечение хватит. — Лечить яд ядом? Ну, если работает и дёшево, почему нет. Где это? Мне тоже скажи. Мои племянники ходили рядом с Чёрной землёй и принесли оттуда что-то вроде миазматического яда. Шахтёры из первой и второй групп радовались, словно моряки, вернувшиеся с охоты на кита, думая о своих семьях. А вот у третьей группы лица были самыми мрачными. Они не знали, какая руда хорошая, поэтому хватали всё подряд. В отличие от них, четвёртая группа — Роун и E-ранговый охотник — выглядела светло. — Вау, я думал, двое новичков будут слабее всех, а у вас объём в несколько раз больше, чем у остальных. И прикарманено в разумных пределах. Администратор, довольный и улыбавшийся, по очереди кивнул Роуну и E-ранговому охотнику. Количество утащенной добычи оценивалось субъективно самим администратором, но никто не жаловался. Нормы были строгими, поэтому даже при высоком допустимом проценте прикарманенного существовал предел. Но Роун и E-ранговый охотник превысили норму, а их собственная добыча составляла примерно половину, так что у администратора не было причины им препятствовать. E-ранговый охотник сразу продал свои минералы. Цены на низкосортную руду были примерно одинаковыми, но он ещё и не хотел, чтобы его обманули при самостоятельной сделке. — Укротитель, а вы не продаёте? — Нет, у меня есть покупатели. Я сам изготовлю и продам. Роуну не было нужды говорить это вслух, и он просто улыбнулся, записывая имя дяди Пака в ведомость шахтёров. Земля слегка дрогнула, словно подтверждая, что гильдия «Хан» Хан Сом-джин благополучно победила рейдового босса. Интересно, что там выпало в рейде. Роуну было любопытно, почему гильдия «Красные волки» выбежала меньше чем через десять минут. Позже он спросит Хан Сом-джин. И в этот миг Торан зашевелился в коляске для питомцев. — Ааа! Он пристально уставился на вершину горы и издал тонкий, слабый крик. ……Что это? Остальные ребята, как обычно, валялись без дела, но только Торан отреагировал так. Впервые он откликнулся подобным образом. Это было чем-то похоже на реакцию Ттутту у развилки вулканического рейда. Там… там что-то есть. Люди начали уходить один за другим, и даже E-ранговые охотники торопливо готовились спускаться с горы. Роуну тоже нужно было спуститься вместе с остальными; если он останется один, возникнут проблемы. — Старший укротитель, давайте тоже быстрее спускаться. E-ранговый охотник позаботился о Роуне, но тот покачал головой. — Я ненадолго загляну туда наверх, а потом спущусь. — Э? Вы разве не боитесь барьера горы Нокма? И наверху ведь монстры тоже есть… Он спросил, широко раскрыв глаза, но Роун стоял спокойно и улыбался непринуждённо. — Всё в порядке. Это место практически мой дом. Я каждый день сюда прихожу. И вам в следующий раз стоит как-нибудь заглянуть вон туда. Роун указал куда-то на рисовое поле у подножия горы, где, казалось, ничего не было. E-ранговый охотник озадаченно склонил голову, но кивнул. — Укротитель, пожалуйста, тоже загляните ко мне домой. К тому времени я подготовлю игрушки. Он добавил местонахождение своего дома. — Игрушки? — Я, э-э, придумал хорошую идею. Игрушки для этих ребят, ну… Роун, притворившись радостным, чтобы не сломить волю потенциально развивающегося пробудившегося, принял предложение. — Загляну, если окажусь по делу в той стороне. Попрощавшись с E-ранговым охотником, Роун направился прямо к вершине пика Хвансве. ---------- Зверь рельефа пика Хвансве Божественные звери, выбравшиеся из коляски для питомцев вместе с Роуном, начали подниматься на пик Хвансве. Когда они проходили середину склона, его вдруг охватило странное чувство. Это определённо была область демонических зверей, но здесь стояла слишком глубокая тишина. Не слышалось ни демонических зверей, ни шелеста листьев на ветру. Будто вся гора затаила дыхание. Казалось, кто-то вымел отсюда всех демонических зверей. Хан Сом-джин? Но она должна была быть посреди интервью. Когда гейт полностью закроется, её наверняка окружат репортёры, и какое-то время она не сможет двинуться с места. Шмыг-шмыг. Роун зачерпнул горсть земли, смешанной из охристой и серой почвы, и понюхал её. Демоническая энергия была слишком слабой для разъеденной области. Странно. Будто кто-то сделал умирающему существу реанимацию и едва удержал его в живых: жизненная энергия горы Нокма тихо лежала где-то внизу. Роун открыл карту территории божественных зверей и проверил путь. Тогда на вершине пика Хвансве горы Нокма проступило едва заметное название. [Сердце Зверя рельефа] Это… уникальное наследие? Но текст был бледным и неясным. Значит, оно находилось не на своём исходном месте, а где-то ещё. Небесный самоцвет, который был в гнезде гигантской птицы на Снежной горе, сначала тоже отображался тускло. Проверить это можно было, только добравшись прямо туда. Ккурын. Суранг остановился и оглянулся. Роун тоже повернул голову. Позади стояла Хан Сом-джин. — Ух, вы меня напугали. Вы разве не были посреди интервью? Роун сказал это, успокаивая встрепенувшееся сердце. — Я только коротко поздоровалась и ушла. На лице Хан Сом-джин ещё держалось довольное выражение. Её цель состояла в том, чтобы впервые взяться за S-ранговый гейт на родине и попасть в новости. Измерение гейта показало B-ранг, но там были теневые разломы, поэтому она на всякий случай вызвалась первой. И, как ожидалось, гейт оказался трансформированным. Трансформированные гейты встречались редко, так что это наверняка попадёт в заголовки. Теперь оставалось только, чтобы её младший брат увидел её по телевизору и пришёл искать. Слова, которые она оставила, глядя прямо в камеру, были короткими и решительными: > «Я на горе Нокма. Осмелишься — приходи». Для неё это было послание отчаянной тоски к брату, призыв прийти. Однако зрители почему-то истолковали эту фразу иначе, глядя на героиню. Репортёры и горожане на месте затаили дыхание. Это прозвучало как праведное объявление войны героини всем демоническим зверям, которые посмеют вторгнуться на её родину. — Осмелишься — приходи… значит, она намерена защищать гору Нокма до конца. Потрясающе. — Вау, как круто! Люди зааплодировали и зашумели. Хан Сом-джин, так и не поняв причины этого восторга, выскользнула из толпы. В этот момент она заметила, что Роун не спускается, а поднимается к середине горы. Даже если он собиратель, он что, собирается один лезть в разъеденную область? Ей стало не по себе, когда она увидела, как Роун без всякого снаряжения поднимается по разъеденной территории, ещё и тащит за собой маленьких питомцев. Однако, наблюдая за горой, она поняла, что разъеденная экология в середине Нокмы не так страшна, как ожидалось. — Кстати, что появилось в рейде, раз люди из гильдии «Красные волки» выскочили меньше чем за десять минут? — Рейдовая пещера просто ходила волнами. Ничего на самом деле не вышло. — То есть само пространство исказилось? — Нет, сама пещера извивалась, будто живая. Всё, что было из земли или камня. Роун немного подумал и кивнул. — Значит, это был Зверь рельефа. — Если это Зверь рельефа… значит, вся пещера была демоническим зверем? — Да. Но как глава гильдии с ним справилась? — Я просто прошла насквозь, разрезая тени, и движения вокруг остановились. После этого не осталось ничего, что стоило бы S-рангового гейта. Появились демоны земляного атрибута, но со всеми ними члены гильдии справились сами. Затем она достала из кармана камень размером с гальку и протянула Роуну. — Думаю, это не камень маны, но я почувствовала энергию горы Нокма, поэтому сохранила. Ты ведь собиратель, так что, подумала, сможешь понять, как его использовать. Она передала ему грубый, неровный ком земли. По его ладони прошла тяжёлая вибрация, похожая на пульс земной жилы. В тот же миг мастерская «Рубикс» дрогнула. [Система] Получено Сердце Зверя рельефа. Глаза Роуна расширились. Как Хан Сом-джин… Когда он подумал, что эта вещь выпала из рейда, ему вспомнилась Несгибаемая печь из вулканического гейта. Когда её вернули на исходное место, где была лавовая река, поток лавы восстановился. Может быть, некоторые рейды были целыми территориями, созданными демоническими зверями, которые поглотили мир божественных зверей? По спине Роуна пробежал холодок. — Аа? Торан, проходивший мимо, быстро выхватил Сердце Зверя рельефа. Роун попытался забрать его обратно, испугавшись, что оно потеряется, но Торан спокойно спрятал его в своём фрагменте мастерской «Рубикс». Хан Сом-джин, шедшая чуть впереди, остановилась и посмотрела на вершину. Роун проследил за её взглядом. Вершина пика Хвансве. Издалека она выглядела как обычный пик, но чем ближе они подходили, тем мрачнее и внушительнее он становился. Будто нечто, поднимающееся из земли, передавалось прямо через подошвы. — Похоже, оно выше наших зверей по уровню. Хан Сом-джин пробормотала, глядя наверх. В этот момент Торан остановился на камне. Он пристально смотрел на вершину, будто заметил крупную добычу. …На что он смотрит? Обычно у Торана было расслабленное выражение, поэтому такой напряжённый вид казался непривычным. Когда Роун подошёл, Торан издал не похожий на прежние рык. — Аа… Это был тонкий, но короткий крик. Затем его взгляд, направленный на вершину, стал до невозможности серьёзным. — Торан, что ты видишь? Роун спросил, но Торан не ответил. Он просто тихо сидел и смотрел на гору. — Сначала поднимемся. Хан Сом-джин сделала первый шаг. Роун и божественные звери последовали за ней. Чем ближе они подходили к вершине, тем сильнее становилась вибрация земли. Сначала это была едва уловимая дрожь, но теперь земля под ногами шла волнами. Казалось, под землёй бьётся огромное сердце. — Стойте. Хан Сом-джин подняла руку, останавливая группу. Её взгляд был прикован к земле под ногами. — Земля движется. Роун тоже это чувствовал. Она не тряслась, как при землетрясении, а будто вздувалась и опадала. Хан Сом-джин вытащила эбеновый кинжал. Когда она влила в него ману, его тень вытянулась, словно огромный меч. От непрозрачного острия потекла неописуемая убийственная аура. Курурурур. Низкая вибрация пульсировала и извивалась, но прямой атаки не последовало. Наоборот, ритмичный звук сердцебиения странным образом успокаивал. — Похоже, это не демонический зверь. Хан Сом-джин собрала тень чёрного меча и сказала: — Но и на божественного зверя, кажется, не похоже. Роун вопросительно посмотрел на божественных зверей. Вы чувствуете то же самое, да? — А! Словно отвечая ему, Торан спрыгнул на землю, остановился у трещины в расколовшейся почве и поднял взгляд на Роуна. Глубокая, бездонная яма. Даже с защитными барьерами и перьями-крылышками он всё ещё плохо летал, так что, если упадёт, будет опасно. — Торан, выходи. Там опасно! Роун протянул руку, но не коснулся ничего. Торан бесстрашно прыгнул внутрь. — Чёрт, Торан! Р-р-р-р-р! По этому сигналу из-под ног раздалась мощная вибрация, и вся гора заизвивалась, словно собирала огромный скелет. Вдоль поверхности горы пики снова и снова вздувались и опадали, будто вдыхали и выдыхали. Когда Роун уже собирался прыгнуть в расщелину, куда упал Торан, маленькие божественные звери и Хан Сом-джин прыгнули следом. Кугугугугу. И тогда, будто преграждая им путь, в одно мгновение взметнулись семь пиков. Роун, Хан Сом-джин и божественные звери оказались изолированы каждый на своём пике. — Мяу! — Мью! — Чирик-чирик! Маленькие зверята и Конджи громко закричали, отделённые от Роуна. Ёнхо и Ттутту захлопали крыльями и попытались перелететь к Роуну, но отскочили от невидимой стены. Куби тоже пришлось плавать над маленьким пиком. — Барьер? Роун протянул руку, но, как и ожидал, её что-то остановило. Каждый пик был окружён прозрачным барьером. Но это больше походило не на удержание, а на приказ сидеть на месте и наблюдать за пульсацией земли. — …Хм, не думаю, что они собираются атаковать. — Я чувствую то же самое. Хан Сом-джин ответила на слова Роуна, скрестив руки. Маленькие зверята, словно поняв ситуацию, уселись и зевнули. Роун успокоил бьющееся сердце и решил ждать Торана, который ушёл под землю. Тем временем Торан, прыгнувший в расколотую расщелину, рыл тоннель. Каждый раз, когда он копал передними лапами, глиняные фигурки дружно выносили землю наружу. Всё глубже и глубже. И когда он, словно притянутый чем-то, вкладывал все силы в копание, будто крот, скрич. Скрич-скрич. Откуда-то донёсся звук царапаемой земли. Ровный, но деловитый звук. Звук десятков маленьких ног, ритмично двигавшихся так, будто они перекладывали землю. А? — Есть кто-то, кто копает лучше меня? Торан начал рыть, как бульдозер, беспрерывно штампуя лапами глиняные фигурки. Грубая пыль разлеталась во все стороны. Румм. Скрич, скрич-скрич. Румм. Скрич, скрич-скрич. За хаотичной кучей земли, которую нарыл Торан, царапанье становилось всё ближе. Насколько глубоко они успели прокопать? Перед его глазами в идеальном порядке двигались тысячи ног, перенося комья земли. — А?! Ноги дробили твёрдую землю, сбитую демоническим ядом, и проделывали между комьями крошечные дыхательные отверстия. Чёрная магия, прилипшая к каждой крупинке земли, слетала под ударами маленьких ног. Там, где они прошли, грубый земляной пол превращался в мягкую, тёплую, густо переплетённую почву, похожую на золотой шёлк. Плотно сотканная земля удерживала влагу, а по её промежуткам текли жилы жизни. Мягкая, тёплая почва, словно свежеиспечённый хлеб, расходилась теплом во все стороны. — Мне не победить. Противник был слишком далёк, чтобы считать его соперником. Торан оцепенело смотрел на глиняные фигурки и на эту картину. И тогда все бесчисленные ноги разом остановились, а низкий, тяжёлый голос прозвучал, обращаясь к Торану. ---------- Малыш-бог земли Круглые глаза Торана вспыхнули при резонансе, который будто просачивался из земли. — Дитя таинственного бога, ты дитя, несущее энергию Бога земли. Но твоя почва… всего лишь сбита в комья. — Сбитая в комья земля подобна стоячей воде. Застоявшаяся почва не может взрастить жизнь; она способна стать только могилой. Тысячи ног одновременно выровняли землю, посылая тяжёлую вибрацию. — Как семя разбивает скорлупу, чтобы дать росток, так и ты должен подняться над спрессованной землёй. Это и есть рост. Торан, который всегда был сонным, вдруг почувствовал необычайную ясность в голове. До сих пор он использовал только сбитую в комья землю, чтобы побеждать магических зверей. Он никогда не думал о том, чтобы позволить этой земле дышать. …Моя сила… это рост? Неужели он унаследовал и способность матери? Силу, которая втягивает время в почву и ускоряет пульс жизни. Тук, тук. Когда сердце Торана забилось быстрее, стук окружающей земли начал звучать в ответ. В этот момент он почувствовал, как в мастерской «Рубикс» шевельнулось хранившееся там сердце Зверя рельефа. — А?! Когда он достал его, сбитые в шар комки земли рассыпались, постепенно уменьшились и полностью развеялись. Земля вернула себе сердце. Куру-руру… Под его лапами что-то изогнулось, будто против течения времени. Тонкий корень пробился под ногами Торана и медленно потянулся вверх. Корень утолщился. Он стал стволом, затем ветвями. Крак, крак—! Начало расти дерево. Дробя землю и раскалывая камни, огромный ствол потянулся к небу, словно рёв. Роун, сидевший на вершине, не верил своим глазам. Из-под земли внезапно проросло гигантское дерево. На самой его верхушке невозмутимо сидел Торан. Скорость роста была ненормальной. Будто дерево обгоняло само время: весь путь от ростка до раскинувшихся ветвей произошёл за одно мгновение. — Что… это такое?! Хан Сом-джин закричала от потрясения. Рост дерева не останавливался. Там, где проходили корни, следы тёмно-красного яда смывались, а мёртвая земля оживала и становилась наполненной жизнью коричневой почвой. Крак, крак—! Затем огромные деревья проросли из каждого пика. Барьеры вокруг пиков, заперевшие группу Роуна, беспомощно рухнули, словно их долг закончился. — Мяу! — Мяу! Освобождённые малыши влетели в объятия Роуна. Конджи защебетал и взобрался ему на плечо. Ёнхо захлопал крыльями следом, а Ттутту и Куби собрались рядом с Роуном. Семь пиков, медленно поднявшихся вверх, начали опускаться. Земная суматоха стихла, и вернулась тишина. Торан спустился под огромное дерево. Он всё ещё сидел с пустоватым выражением. Но у его лап ярко пробивались маленькие ростки. — Торан! — …А. Увидев бегущего Роуна, Торан коротко ответил, затем уткнулся мордой в землю и провалился в глубокий сон. — Это… Роун подхватил Торана, от тела которого сильно пахло землёй. Похоже, он уснул от того, что потратил слишком много силы. Подняв взгляд, Роун увидел изменившийся пейзаж пика Хвансве. Будто у горы открылись дыхательные отверстия: земля стала чистой и зелёной, а прежде разъеденные пласты снова обрели плодородную жизненную силу, способную глубоко укореняться. Пик Хвансве восстановил свою изначальную очищающую силу. — Разве… такое возможно? Хан Сом-джин ступила по желтоватой земле, и на её лице читалось недоверие. — Я… тоже никогда такого не видел. Роун коротко ответил, поглаживая уши Торана. Что-то прилипло к кончику его уха. Клещ? Роун нахмурился и снял его. Едва палец коснулся существа, оно свернулось в идеальный шарик. Когда он присмотрелся, оно медленно раскрыло серый панцирь и задвигало десятками ног. Странное существо сворачивалось обратно в шар при каждом прикосновении. Роун замешкался, не зная, что делать с такой крошкой. В этот момент Торан открыл глаза у него на руках и крикнул: — А! — Я его выращу! И тут же снова рухнул в сон. Одновременно появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Получена новая заявка на трудоустройство. [Система] Нанять сотрудника? — Э?! Тяжёлый пульс, который ощущался в сердце Зверя рельефа, исходил от этой крошечной букашки. Неужели… этот малыш — исток Бога земли? Похоже, Бог земли оставил часть себя в этом маленьком существе. Роун на мгновение заколебался, но согласился, ведь оно могло служить защитным щитом мастерской. [Система] Мокрица стала сотрудником мастерской «Рубикс». [Система] Назовите сотрудника. Круглая, похожая на шарик форма подсказала имя Донгури — его было легко звать. Затем появилась информация о сотруднике мастерской. [Статус] Имя: Донгури Особенность: Земное возделывание Божественная сила: ранг C I. Преобразование яда Lv. 1 Поглощает яд земли и преобразует его в питательные вещества для жизни. II. Сжатое хранение Lv. 1 Сжимает всю жизненную энергию в земле, чтобы использовать её в подходящее время. III. Плетение пластов Перестраивает все подземные материальные компоненты и сплетает пласты, оптимизированные для жизненной активности. Способности были специализированы на укреплении внутренней структуры земли. Сила малыша оказалась поразительной. Следом наконец повысился долгожданный уровень мастерской. [Статус] Магическая мастерская «Рубикс» Lv. 29 ◇ Титул Хранитель горы Нокма Хранитель Пика Пламени ― Иммунитет к яду +250% • Нанятые сотрудники: 8/8 ― Руководитель группы сбора: Конджи • Вклад: 3/10 ▷ Доступно к изготовлению Все зелья, мази, сладости Синтез всех минералов ▷ Доступно к сбору Все травы, магические звери, минералы [ Хранение / Разбор / Поглощение ] ▷ Максимальное количество материализуемых фрагментов: 3 ▷ Функция дистанционной разведки ▷ Функция рассеивания ▷ Техника зачарования Награды оказались скудными по сравнению с ожиданиями. За восстановление одного пика горы Нокма мастерская не получила ни одной значительной новой функции. Разочаровывал только уровень. На тридцатом уровне условия расширения мастерской будут выполнены, но им не хватило всего одного. Зато ранг божественной силы и способности священных зверей поднялись на один уровень. Среди них особенно выделялась новая способность Куби. [Статус] Куби ▷ Имя: Куби ▷ Особенность: Исток ковки ▷ Божественная сила: B • Ковка Lv. 1 Производит различные печати Производит малые клинки • Шлифовка Lv. 1 Многократно закаливает и проковывает, чтобы очистить поверхность и заострить её Пока было непонятно, какого размера эти малые клинки, но они наверняка пригодятся. Роун повысил уровень щита усиления мастерской до 48 за счёт заработанного вклада. — Теперь спустимся. На слова Роуна Хан Сом-джин отвела ошеломлённый взгляд и кивнула. На её лице появилась странная краска. — ……Кажется, я зря волновалась. Пошла за тобой, ни о чём не подумав, и даже не поняла, что это место, где тренируются твои питомцы, Роун. Похоже, она серьёзно что-то не так поняла. Он смутно помнил, что в прошлый раз упоминал божественных зверей. Видимо, она вообще не знала, что такое божественные звери. Роун не знал, с чего начать объяснение Хан Сом-джин, но решил, что можно рассказать ей правду. — Это не питомцы, а божественные звери. Божественные звери горы Нокма. В отличие от обычных питомцев, они духовные существа. Спускаясь вниз, Роун подробнее рассказал о божественных зверях горы Нокма, в том числе о тех, кто исчез с разъеденных гор. Глаза Хан Сом-джин дрогнули, пока она слушала. — Значит, питомцы на Пике Пламени тоже настоящие божественные звери… Роун кивнул. На самом деле Хан Сом-джин вроде бы и раньше смутно слышала о божественных зверях. Но поскольку она не верила в их существование, то решила, что это просто особые питомцы Пика Пламени. Поэтому она оставалась равнодушной даже когда божественные звери ожили, и проходила мимо, не замечая их, даже когда они стояли прямо перед ней. Внезапно Хан Сом-джин поняла, почему Роун казался таким спокойным среди бесчисленных кризисов. Потому что с самого начала он никогда не был один. В этот момент Ли Хак-су почувствовал энергию пика Хвансве и удовлетворённо улыбнулся. [Система] Пик Хвансве восстановлен. Исток Бога земли благополучно пробудился. Ли Хак-су воспользовался тем, что всё внимание было приковано к рейду на середине склона Нокмы, разобрался со всеми божественными и демоническими зверями и спустился. Но как бы он ни старался, сам он не мог пробудить исток Бога земли. Единственным, кто был на это способен, был Торан, получивший часть силы Бога земли. Сделав своё дело, Ли Хак-су спустился, надеясь, что Бог земли в безопасности. — Пииинг, пииинг! В этот момент над головой пролетели две птицы, бурая и белая. Птицы облетели плечи Ли Хак-су и чисто защебетали. — Папа, малыш-бог земли только что родился. Прочирикала бурая птица. Ли Хак-су подобрал её ещё птенцом, когда она выпала из гнезда, и вырастил, поэтому бурая птица считала его отцом. Белая птица была её племянником и летала за дядей. — Он жил под землёй один, мокрицей. Добавила маленькая белая птица. — О-хо, этот Бог земли — мокрица? Ха-ха, спасибо, что сообщили. Глаза Ли Хак-су смягчились, когда он услышал слова птиц. Похоже, он выжил один, очищая множеством ног землю, разъеденную миазмой, после того как вылупился из яйца. — А ещё старые души острова Небула пробудились. — О, какое облегчение. Остров Небула ведь недалеко от лавового моря? Ли Хак-су ярко улыбнулся щебету бурой птицы. Пик Пламени восстанавливался, и чёрная магия, видимо, развеивалась. — Но почему-то они не могут достичь просветления. Великий посланник должен пойти проверить. Белая птица защебетала, и её ясные глаза заблестели. — Тогда хорошо, мои достойные проводники. Я посмотрю. Спасибо и за сегодняшние добрые вести. Ли Хак-су отдал им два желе Роуна, которые берёг. — Вау! Желе! — Спасибо, великий посланник, мы хорошо их съедим! Бурая птица вскрикнула и полетела к горе Нокма, а белая последовала за ней. В хорошем настроении Ли Хак-су ускорил шаг. Интересно, что любят божественные звери-мокрицы? Он начал готовиться встречать сына Роуна, божественных зверей и нового члена семьи. --- Вернувшись домой, Роун высыпал минералы на стол мастерской. Руды, пригодные для изготовления, и оранжевые камни для Порошка пустоты сияли разными огнями. По воспоминаниям до регрессии, для изготовления Порошка пустоты нужно было не просто разбить камни, а провести особый процесс высокой температуры и давления, меняющий их свойства. Так, какие рецепты изготовления требуют уран? Была электрическая магия. Отделив уран от серого камня и соединив выделенный уран, можно было создать «Вольтовый камень». С помощью «Вольтового камня» можно изготавливать зелья электрического атрибута. Роун попробовал улучшить Малую искру в дополнительных опциях щита мастерской. [Система] Малая искра → Вольтовая искра Если Малая искра вызывала лишь короткий разряд, то Вольтовая искра содержала достаточно силы, чтобы сжечь нервную систему. При неправильном применении она могла даже убить цель. Против крупных демонических зверей пригодится. Он также достал осиное гнездо. Насекомые, пересёкшие измерения, вернулись, впитав немало сверкающих минералов. Часть он собрал и поместил в банки, часть оставил как есть. Пока он проверял хранилище мастерской «Рубикс», — Дядя Ли Хак-су! Случилось кое-что страшное! Раздался почти крик Чом-сун. Следом за ней, покрытый пылью, бежал Сиен. Ли Хак-су, готовивший сад во дворе для нового гостя, повернул голову. — Что произошло, раз вы так бежите? — Ха, ха… Хварим… Чом-сун задыхалась и не могла закончить фразу, поэтому Сиен схватил её за руку и заговорил вместо неё. — Простите, господин. У Хварим магическая энергия вышла из-под контроля. Пожалуйста, помогите нам. ---------- Одинокий демонический цветок Лицо Чом-сун побледнело. Судя по их реакции, состояние Хварима было совсем плохим. Роун забрал фрагмент Хварима из дома Чом-сун и попытался материализовать его во дворе. С хорошо обработанной земли потянуло гнилым, сырым запахом. Сначала в Хварим вошли Роун и Ли Хак-су. Воздух был тяжёлым и влажным. Место, где было зарыто семя, уже потеряло цвет живой почвы. Почерневшая, вспухшая земля корёжилась и растрескивалась, а из каждой трещины сочился липкий демонический яд — словно дыхание зверя. Чем сильнее её разъедала демоническая энергия, тем больше это место превращалось в среду, где могли процветать высокоуровневые демонические звери. …Плохо дело. Если оставить всё как есть, демоническая трава Некта может вырасти в хищное растение. Ли Хак-су опустился на одно колено и зачерпнул горсть земли. Почва сухо сыпалась между пальцами, а к ней цеплялись чёрные, похожие на жилы потоки демонической энергии. — Чом-сун, откуда эта земля? Ли Хак-су спросил это, даже не оборачиваясь к Чом-сун, которая вошла следом. Чом-сун со слезами на глазах взглянула на Сиена. — Э-это… Эта беда началась из чрезмерного усердия. Чом-сун хотела вырастить демоническую траву Некта получше и рискнула вместе с Сиеном отправиться на гору Нокма, чтобы собрать почву, пропитанную демонической энергией. Там они нашли кучу земли, в которой был сгущён демонический яд, в месте, где появлялся теневой разлом Хан Сом-джин. С этого всё и началось. И-и-и-и-инг! Демоническое насекомое Сиена, Силит, искусное в разведке, от возбуждения беспорядочно меняло цвет панциря. Чом-сун решила, что такая реакция вызвана почвой с высокой чистотой демонической энергии, и собрала её, чтобы равномерно рассыпать под корнями демонической травы. — Её правда было меньше горсти. Я думала, ничего страшного не будет, но не ожидала, что она так расползётся. Это было естественно. Та земля была не обычной демонической почвой, а обломками бездны по ту сторону гейта — фрагментами рельефа, проглоченного энергией Бога земли. Ли Хак-су стряхнул землю с ладони и поднялся. — Очистить её не невозможно, но от демонической травы Некта придётся отказаться. После этих слов на лица Чом-сун и Сиена легла глубокая тень. Сиен пытался вырастить демоническую траву Некта ради пробуждения пчёл, а Чом-сун только-только снова нашла в себе силы, чтобы своими руками заставить этот цветок распуститься. Казалось, можно было услышать, как разбиваются два сердца. Чом-сун умоляюще посмотрела на Роуна, но тот покачал головой. — Другого выхода нет. Нужно выдернуть её, пока она не стала хищным растением. Как только Роун решительно протянул руку, из медного жука, зарытого в шерсть Торана, донёсся любопытный звук. Затем на землю выпрыгнул крошечный малыш размером с рисовое зёрнышко. Чом-сун вздрогнула, решив, что это клещевой демон с Торана, но глаза Сиена расширились от потрясения. — Мокрица… божественный зверь? Это было насекомое, восстановить которое они давно мечтали, но нигде в мире не могли найти ни следа. Даже Ли Хак-су настаивал, что оно исчезло, а теперь оно живым двигалось у них под ногами. И не просто мокрица — оно явилось в облике божественного зверя. Ш-ш-шурх. Шурх, шурх. Мокрица переплетала пласты земли тысячами ног. В каждом месте, где её ноги касались почвы, земля дрожала, будто в супе закипали пузырьки. Почерневшая, вспухшая земля оседала, и почва возвращала себе прежний мягкий коричневый цвет. — …Демоническая энергия исчезает! Торан, наблюдавший за первым деянием мокрицы, призвал тоусов. Пока тоусы вспахивали почву, не давая демонической энергии распространяться, Суранг создавал маленькие капли и равномерно их разбрызгивал, а Соль рассеивала частицы земли ветром, в который была вложена энергия очищения. Ёнхо, Ттутту и Куби тоже попытались присоединиться, но Роун остановил их, чтобы сохранить нужное количество демонической энергии. Земля Хварима наконец превратилась в место, где подходящие демоническая энергия и жизненная сила сосуществовали. Однако испорченные ростки уже было поздно восстанавливать. Зелье Роуна не могло вернуть демонической траве Некта, напитавшейся демонической энергией, первоначальное состояние. Оставалось только ждать, пока она со временем восстановится естественным образом. — А-а! В этот момент Торан прыгнул на клумбу. Определённый участок земли стал золотым, и течение почвы начало ускоряться. Демоническая земля постепенно стабилизировалась, а стебли демонической травы Некта поползли вверх. Листья, пожелтевшие болезненным цветом, стали завораживающе светло-зелёными. Это была не такая широкая область, как пик Хвансве, но именно в этот миг проявилась новая способность Торана. — …Демоническая трава Некта растёт сама, — благоговейно пробормотала Чом-сун. Подросшие растения сформировали бутоны. Густо-розовые лепестки, лежавшие плотными слоями, наконец расслабились и раскрылись полностью. — Вау! — Цветы распустились! Ли Хак-су и даже божественные звери затаили дыхание от восхищения. Одновременное цветение наполнило Хварим беззвучным криком. В центре цветочной тычинки мерцал золотой сок, словно расплавленный из самоцветов. Липкий, тяжёлый сладкий аромат мгновенно изменил воздух Хварима. — Это Кровавый мёд! Демонический цветок Некта был вдвое крупнее и куда великолепнее того, что Сиен видел в катакомбах. Более того, поскольку в нём смешалась больше энергия Торана и мокрицы, чем демоническая энергия, кому-либо будет трудно распознать в этом цветке демоническое растение. — Сиен, теперь можешь привести пчёл. Стоило Ли Хак-су разрешить, как Сиен поспешил наружу, чтобы позвать пчёл. Ви-и-и-и-инг—! Спустя мгновение пчёлы хлынули в Хварим, будто только этого и ждали. Они садились на лепестки демонического цветка Некта, тёрли усиками и всасывали прозрачный мёд. Каждый раз, когда похожий на самоцвет сок просачивался в их брюшки, по крыльям пробегал золотой свет — знак пробуждения. — …Правда, какое облегчение. Чом-сун, пробормотав это, опустилась на землю. Сиен же в оцепенении смотрел на расцветшие цветы и пчёл, которые их украшали. Густо-жёлтая пыльца налипала между лапками пчёл. Когда они перелетали от цветка к цветку, жёлтая пыльца рассыпалась в воздухе, унося с собой семена. Глаза Чом-сун тепло засияли. О демонической траве Некта было известно, что это одинокое растение: без партнёра, который перенесёт пыльцу, оно расцветает и увядает. Но когда её вырастили собственными руками, обнаружилась небольшая разница. Когда демоническая трава Некта не чувствовала партнёра, способного унести её пыльцу, она отказывалась цвести и вяла. Некты в Хвариме уже знали. Они узнали пчёл, которые время от времени следовали за Сиеном. Убедившись, что есть партнёр, который продолжит их жизнь, демонические травы Некта изо всех сил заставили себя расцвести. Если бы демоническую энергию не убрали, они стали бы хищными растениями и сожрали бы пчёл. …Простите, дети. Теперь можете цвести свободно. Чом-сун поклялась бережно выращивать Хварим. Ли Хак-су подошёл к Роуну, который тихо стоял рядом, и заговорил: — Малыши пробудили врождённую способность матери. У Торана — сегодня. А у остальных? Роун на мгновение задумался. — Врождённую способность матери? Взгляд Ли Хак-су задержался на Роуне. Он решил, что Суранг или Соль уже пробудили свои способности. И веским тоном коротко добавил своему медлительному сыну: — Это божественный зверь времени. Роун вдумался в слова Ли Хак-су и вспомнил врождённую способность. Раз Конджи был пространственным божественным зверем, не было причин, по которым не мог бы существовать божественный зверь временного типа. Но у каждого малыша были отдельные стихийные способности. Система размножения божественных зверей отличалась от обычных зверей. Их плодовитость была крайне ограниченной: оставался только один ребёнок, который полностью наследовал уникальную способность. Роун думал о них как о брошенных, жалких детях, потерявших мать, но правда была глубже. Не существовало записей о божественных зверях с двумя совершенно разными способностями. Поэтому Роун предположил, что их стихийные силы были инстинктивными. Память вернула его к мигу на пике Пламени. Он вспомнил странное ощущение, когда мир словно на мгновение застыл в ветре, поднятом Соль. Тогда он решил, что это временный паралич от давления воздуха. Значит, Соль на самом деле остановила время. Соль останавливала текущее время с помощью ветра, а Торан ускорял будущее время, используя почву как опору. Тогда что насчёт Суранга…? Когда мысли Роуна углубились, он увидел, как мокрица катается по земле. Её серый панцирь стал ярко-коралловым. Возможно, потому что она запасла в панцире демоническую энергию высокой чистоты. Убедившись, что демонический цветок Некта благополучно расцвёл, мокрица забралась на тело Торана и спряталась в его шерсти. — Значит, малыши унаследовали таинственную божественную способность. А стихийные способности, должно быть, пришли от других божественных зверей. Ли Хак-су слабо улыбнулся быстрой догадке сына, которого считал медлительным. — …Как ты это понял? — Если наблюдать, видно. Их энергия вроде бы похожа, но разная. Если считать, что она унаследована от поколения родителей, всё складывается. Зачем усложнять? — …И правда. Ли Хак-су хмыкнул, слушая простую логику сына. Он бы стал размышлять, как божественные звери с разными врождёнными способностями могли делиться силой, почему они это сделали, и задавался бы другими вопросами. Прямота сына, не связанная пустяками, тоже была частью его обаяния. Когда шум в Хвариме улёгся, Чом-сун начала прививать демонические растения. Она собиралась создать новый гибрид, в котором будут и яд, и жизненная сила. Роун и Ли Хак-су покинули стабилизированный Хварим. На следующее утро Роун собрался уйти пораньше. Он собирался заехать к Dark Han, чтобы тот выставил Медового жука на аукцион от его имени. Возможно, потому что пик Хвансве вернулся к тринадцати пикам горы Нокма, средний ярус горы Нокма стал глубже синеть кверху. — Я съезжу в город. — Сынок, вернись к обеду, поешь и потом снова выходи. Смотри, не заставляй малышей-божественных зверей голодать, понял? Роун мог телепортироваться, но хотел насладиться свежим воздухом. Пропустив мимо ушей ворчание госпожи Сон Су-хи, он сел на велосипед. Вру-у-ум—! --- У входа в деревню горы Нокма было немного шумнее обычного. Роун убрал велосипед в секцию мастерской у зоны отдыха и вошёл на площадь, толкая коляску для питомцев. Тогда над головой ему бросился в глаза баннер с броскими буквами. [Величайшая героиня Хан Сом-джин! Звери! Осмелитесь — приходите! Я защищу гору Нокма!] На ветру трепетало знакомое имя. — …А? Даже из старого телевизора в придорожном ресторане доносилось имя Хан Сом-джин. […Наконец появилась героиня, которая защитит гору Нокма. Благодаря усилиям S-ранговой охотницы редкого класса Хан Сом-джин…] И как они вообще взяли у неё интервью…? Подумав о её резком характере, Роун неловко рассмеялся. Офис Dark Han. Его глаза слегка дрогнули, когда он смотрел на Лунного жука. Минералы, заключённые в Лунном жуке, который путешествовал через пространственные разломы, мерцали так, будто были живыми. Это было чужеродное сияние, какого никогда не увидишь в земных жилах. Кем же на самом деле является этот человек? Предмет, проданный за три миллиарда, он принёс обратно всего через несколько дней, причём сразу три штуки. Более того, они были примерно вдвое крупнее прошлого Лунного жука. От Бэк Ин-хо он знал, что Роун обладает необыкновенными способностями, но чем больше узнавал, тем сильнее чувствовал: его истинная природа похожа на луковицу — слой за слоем, и конца не видно. Большинство ожиданий со временем тускнеют и в конце концов упираются в предел. Однако предметы, которые приносил Роун, каждый раз разбивали эти ожидания, вызывая даже пугающее благоговение. — Я возьму на себя ответственность и продам их по максимальной цене. И он внёс авансом по миллиарду за каждый предмет — всего три миллиарда. — Да, тогда оставлю это вам. Когда Роун, закончив сделку, повернулся, чтобы уйти, Dark Han вежливо окликнул его. — Простите, господин, вас, возможно, интересуют ещё и яды? Когда Роун проявил любопытство, Dark Han принёс старый планшет. И как раз в тот момент, когда он собирался включить видео, гильдейский мессенджер, который почти никогда не мигал, начал часто вспыхивать. — А, одну минуту. Видео, похоже, было довольно длинным, поэтому он сперва проверил гильдейский мессенджер. [Срочно] Требуется противоядие [В Первой защищённой зоне распространяется неизвестный яд] — …?! ---------- Демонический зверь «Невидимый огонь» (1) Роун опешил от неожиданного содержания. Первая защищённая зона. Она находилась в самом центре города, была оборудована зданиями для важных персон и детскими садами и полностью изолирована от угрозы демонических зверей или гейтов. Иными словами, это было самое мирное сердце города. Даже до регрессии защищённая зона оставалась невредимой, поэтому сообщение о неизвестном яде, распространившемся в таком безупречном месте, было одновременно странным и пугающим. В глазах Dark Han отражалась особая тревога. — …Как мы и опасались, инцидент произошёл. Разложение началось с места, которое мы считали самым безопасным. — Что? Что вы имеете в виду? Роун спросил в замешательстве. Это была переменная вне траектории мира до регрессии. Dark Han нажал воспроизведение на экране планшета и тихо произнёс: — Верховный хищник переносит охотничьи угодья только по двум причинам: либо он нашёл более питательную добычу, либо избегает более крупного монстра, угрожающего его жизни. — …Охотничьи угодья? — Для них защищённая зона — не священное убежище, закрытое барьерами, а консервная банка, полная добычи, которой некуда бежать. Похоже, они наконец решили открыть крышку. Роун вспомнил мир до регрессии, словно панорамное изображение. Их привычку господствовать над богатой духовной энергией горой, как вершина пирамиды. Лестницу выживания сильнейших, где они через повторные мутации эволюционировали в более высоких хищников. Значит, защищённая зона была последней добычей верховного хищника. — Странно только одно: почему он появился прямо в Первой защищённой зоне. Вторгаться с окраин было бы проще. Роун тоже недоумевал из-за демонического зверя, который появился в защищённой зоне, нарушив их собственную структуру выживания сильнейших. Пожав плечами, Роун ответил кивком. — Возможно, он нетерпелив. Или достаточно силён, чтобы не ждать своей очереди. Конечно, это был не самый сильный. Самым сильным демоническим зверем, которого знал Роун, был другой — тот, что отнял жизнь Суранга, тот самый, из-за которого Роун был вынужден броситься вперёд с камнем самоуничтожения. — …Может быть. Когда Dark Han закончил говорить, загруженное видео начало воспроизводиться. Мужчина на экране яростно дрожал, закутавшись в толстые одеяла, совершенно неподходящие для сезона. Его губы посинели, и хотя он стискивал зубы, из динамиков доносился их стук. — …Эти кадры впервые сообщили из Первой защищённой зоны два дня назад. Улицы на экране были наполнены полуденным теплом, но заражённые люди кричали, засовывая руки в огонь плит или поджигая жилые комплексы. Это была безумная борьба с невыносимым холодом — они пытались броситься в огонь. — Люди, не выдерживающие холода, повсюду устраивают пожары! За напряжённым голосом ведущего разворачивалась странная сцена: пожарные не тушили пламя, а удерживали людей, которые пытались прыгнуть в него. Глаза Роуна сузились. Заражены ядом огненного атрибута, но тело замерзает. Тогда причина стала ясна. Паразитический демонический зверь по имени Невидимый огонь проникал в тело носителя и пожирал всю огненную энергию и ману. Но Роуна беспокоило другое. Слишком быстро. Период носительства должен длиться минимум неделю. С момента открытия гейта прошло всего два дня. Это означало, что Невидимый огонь внутри носителя уже вырос почти до взрослого состояния, высасывая жизненную силу. В этот момент через тайный мессенджер Dark Han посыпалась дополнительная информация. Он небрежно проверил её перед Роуном и пробормотал с неверящим видом: — Чёрт… ребята из Алхимического штаба напортачили. — Напортачили? — Они приняли это за обычную лихорадку на этапе первичного реагирования и ввели противоядие холодного атрибута. По сути, они накормили демонического зверя. В результате симптомы взорвались, а теперь глава гильдии и основные маги штаба заражены, и весь штаб парализован. — Если они ввели неподходящее противоядие холодного атрибута… — Да, это ускоряет его. Если вам нужна информация о демоническом звере, посмотрите это. Dark Han передал маленькую коробочку. Внутри лежал кусок разбитой плоти демонического зверя. Мастерская «Рубикс» отреагировала. Анализ показал, что это часть демонического зверя Невидимый огонь. [Рецепт] Противоядие от Невидимого огня ― 2 листа Споровой зелени ― 1 корень Огненного аромата ― 5 г пыльцы Светового дерева ― 5 мл воды очищения К счастью, материалы не были особенно редкими. Нужно было лишь, чтобы это были свежевыращенные травы, выдержавшие мутировавший яд. Разумеется, у Роуна всё это уже было. Высокомерные маги штаба неверно прочитали состав яда и невольно ускорили рост паразитического зверя. — Мне нужно идти в штаб. --- Роун и божественные звери мгновенно телепортировались ко входу в защищённую зону. Они сразу поймали такси и направились к Алхимическому штабу. Сбор демонического зверя был важен, но сперва, как алхимику, ему нужно было срочно предоставить противоядие. Алхимический штаб сиял, как серебряный полумесяц над зелёным полем. Но внутри благородных стен уже разверзся гротескный хаос ледяного холода и поднимающегося пламени. Огонь вспыхнул в месте, где в штабе работали с самой большой огненной энергией, — в экспериментальном здании с большой синтезной печью. Неужели…? В голове Роуна промелькнул мрачный сценарий. Носитель Невидимого огня не выдержал экстремального холода, вызванного противоядием холодного атрибута, и инстинктивно потянулся к самому горячему месту в штабе — синтезной печи. Пожар устроил не демонический зверь. Если это место взорвётся, Гильдия алхимиков будет уничтожена, а поставки противоядий по всей стране полностью остановятся. — Стойте! Согласно правилам штаба, текущее производственное здание опечатано! Посторонним… — Мяу?! Суранг преградил путь охране и алхимикам штаба. От леденящего давления божественных зверей охранники отшатнулись. Времени не было. Роун не остановился и заговорил на ходу: — Я глава гильдии Ли Роун. Прибыл по экстренному запросу поддержки. Пропустите. — А, глава гильдии Ли Роун! Но внутри необъяснимый яд… — Я пришёл именно потому, что причина неизвестна. Пока вы использовали противоядия холодного атрибута и ухудшали ситуацию. — Т-тогда как вы…? Услышать факт, обнаруженный всего несколько часов назад, причём не от алхимика-производственника, а от алхимика, специализирующегося на сборе, — это потрясло магов штаба. Сухая и острая реплика Роуна заставила их лица застыть. Он не ошибался; перед Роуном, который мгновенно вскрыл их неверное решение, им оставалось только молчать. Роун не стал ждать ответа и бросился к двери производственного помещения. И тогда случилось то, чего они боялись. Ку-ку-ку-кунг―! Кваанг―! Массивная стальная дверь производственного помещения, крепко закрытая, взорвалась изнутри. Вместе с мощным взрывом раздались крики. — …Чёрт! Из щели двери повалил чёрный дым, заставив магов оцепенеть от страха. Когда Роун ворвался внутрь, помещение было полно густого дыма и багрового пламени. Вспых—! В тот же миг в большой печи яростно разгорелся огромный огненный шар. Кто-то поджёг печь. — О-огонь! Когда остававшиеся в сознании члены команды попытались вывести запертых людей, некоторые одурманенные маги яростно вырвались из поддержки и бросились в пламя. — А-а-а―! — Держите их! Коллеги, следившие снаружи, ворвались внутрь. Все отчаянно пытались удержать их, но не могли справиться с силой одурманенных магов, которые неслись к печи, словно мотыльки на огонь. Их тела начали обгорать в пламени. — Огонь! Сначала потушите огонь! Кто-то закричал, но в мастерской не было видно инструментов, способных потушить пожар. Магов водного атрибута поблизости тоже не было. — Няо-онг! Малыши первыми прыгнули в пламя. Суранг создавал водяные сферы и рассыпал их по свирепому огню. Очищающие водяные сферы не давали пламени подняться снова, но печь продолжала безостановочно извергать огонь. Соль, Ттутту и Ёнхо действовали вместе: уклоняясь от языков пламени, они рассыпали ветровой дождь. Роун дал людям противоогненное противоядие. Им едва удалось взять буйство печи под контроль, но жар в алхимической печи и не думал спадать. Пламя, поддерживаемое магией, сияло синим и бушевало. Любое существо, попавшее в такой жар, обратилось бы в пепел прежде, чем кости успели бы сохраниться. Как раз когда маги, получившие противоядие, вроде бы на мгновение успокоились, тишину пронзил крик. — А, нет! Уберите руки! Холодно! Юный маг, обезумевший от холода, попытался броситься в пламя. В этот миг пожилой маг, пытавшийся его удержать, голыми руками схватил ученика за талию и прыгнул вместе с ним. Шшшииик―! Тело юного мага отскочило от ледяного барьера, который Суранг мгновенно распылил. Однако от отдачи пожилой маг, вытолкнувший ученика, потерял равновесие и головой вперёд упал в пасть огненной печи. — Учитель! На крики магов, больше похожие на вопль, Суранг прыгнул следом и обвился вокруг тела пожилого мага. Но маленький защитный щит Суранга не мог полностью его закрыть. В этот момент Роун и божественные звери бросились к печи. — Куби, сделай что-нибудь! Роун изо всех сил подтолкнул фрагмент мастерской «Рубикс», где находился Куби, к плавильной печи. — Фуру-унг, фуунг. Куби втянуло в алхимическую печь, словно его засосало. Огромное пламя внутри печи закружилось и стало всасываться в панцирь Куби, будто в пылесос. Поглощая жар, его красный полупрозрачный панцирь то слегка темнел, то снова светлел, повторяя этот цикл. Скри-и-ип. Куби не вышел сразу, а пополз глубже в алхимическую печь. Роун и маги безопасно вытащили наружу пожилого мага, рухнувшего там, где исчез огонь. — Отпустите! Отпустите меня! — Аа? Торан капнул противоядие в рот юному магу, который бился на полу под удерживающими его людьми. Тогда появилось сообщение мастерской «Рубикс». [Система] Собрать демонического зверя Невидимый огонь? Значит, внутри печи скрывался демонический зверь Невидимый огонь. Роун сразу выбрал поглощение. [Система] Получен демонический огненный яд Невидимого огня. [Система] Из демонического огненного яда Невидимого огня извлекается огненная энергия. [Система] Из щупальца Невидимого огня извлекается белок… [Система] Из щупальца Невидимого огня извлекается регенеративная сила… Возможно, он пробудился в теле носителя. Печь, теперь лишившаяся магии, мгновенно остыла. Если бы он показался сам, поймать его было бы легко, но этот способ размножения демонических зверей Невидимый огонь был коварным и странным. Часто к тому моменту, когда он показывался, жизненная сила носителя уже была полностью истощена. Роун с тяжёлым сердцем посмотрел на серый пепел, вспоминая безымянных жертв, которых не смог спасти. Лучше бы я приехал раньше. Тяжёлая рука легла Роуну на плечо, смешиваясь с его самообвинением. — ……Ты Ли Роун, сын Ли Хак-су? Когда он обернулся, перед ним стоял старик. Председатель алхимиков, который недавно выиграл аукцион за жука-шершня. ---------- Демонический зверь «Невидимый огонь» (2) Роун поклонился в знак приветствия. — Спасибо. Если бы не вы, синтезная печь взорвалась бы. Старик вздрогнул, будто даже думать об этом не хотел, и, изо всех сил скрывая скривившееся лицо, уже собирался продолжить. — Но у вас… у вас есть противоядие?.. К председателю, едва не спотыкаясь, подбежал маг. — Беда! Председатель! Корейская больница горит! Пациенты, госпитализированные с отравлением, пытаются броситься в пламя! — Ч-что?! Председатель вздрогнул, вспомнив кошмар, о котором на мгновение успел забыть: образ алхимика, ринувшегося в огонь. — Это серьёзно! Разве все пострадавшие от яда из ближайших городов не лежат в Корейской больнице?! — Пожарные уже прибыли в больницу? А охотники?! На вопрос председателя алхимиков маг, прибежавший из больницы, покачал головой. — Они должны быть уже в пути. Я сначала прибежал сюда, чтобы забрать противоядие. — О-однако противоядие ещё не до конца разработано. По крайней мере, начнём с этого… Маг, пришедший с вестью, передал коробки с противоядием другому магу и спросил: — …У вас, случайно, есть противоядие? Взгляд председателя алхимиков стал отчаянным. — Да, немного есть. Но ингредиенты могут закончиться, так что вам придётся поставить травы. Роун добавил, что того, что лежит на алхимическом складе, будет недостаточно. — О, значит, нужны недавно собранные травы, выросшие, выдерживая мутировавшую демоническую энергию? Вы ещё и формулу знаете? — Да. Я сам сделаю противоядие, просто поставьте ингредиенты. — Ха-ха, у нас есть и другие сотрудники, так что не перетруждайтесь. Председатель алхимиков посмотрел на Роуна одобрительным взглядом. Сделать всё в одиночку было невозможно, но одна только его решимость уже вселяла уверенность. — Немедленно запускайте экстренный сбор трав по всей стране. Председатель отдал распоряжение магу, который следовал за ним как секретарь. — А я поеду в Корейскую больницу. Председатель хотел было остановить его, сказать, что в этом нет необходимости, но осёкся, увидев божественных зверей. Это были питомцы с необычайными способностями. От мысли, что Роун и его питомцы отправятся туда, стало немного спокойнее, но осторожность всё равно была нужна. — Не переусердствуйте. Вопреки тревоге председателя, в спокойных и живых глазах Роуна отражалась решимость. Спасти людей и собрать демонического зверя Невидимый огонь. Демонические звери-носители были редкостью. Токсичные иглы тоже встречались нечасто, а ингредиенты из демонического зверя Невидимый огонь были травами, которые почти невозможно получить в другое время. Роун сел в машину администратора больницы, приехавшего сообщить новости, и направился к Корейской больнице. В салоне он достал из мастерской «Рубикс» пустые флаконы и перелил в них противоядие от демонического токсина Невидимого огня. Противоядие, которое раздавали алхимики, давало лишь временный эффект. Он также сделал несколько мазей для частичной обработки поражений от демонического токсина. Как он и ожидал. Когда он прибыл, во дворе больницы уже царил хаос. Из здания валил чёрный дым, а за разбитыми окнами ярко-красное пламя свирепо полыхало. Во дворе охотники изо всех сил удерживали пациентов, которые пытались броситься в огонь, а пожарные магией и шлангами пытались взять пожар под контроль. Однако пламя, смешанное с демоническим ядом, было упрямым и не гасло. Роун подошёл к больничным сотрудникам с коляской для питомцев и передал им противоядие от демонического зверя Невидимый огонь. — Быстрее! На мгновение оцепенев, сотрудники приняли противоядие и бросились к бьющимся пациентам. Тем временем Роун решил проверить, что происходит внутри больницы. Вестибюль первого этажа уже был заражён липким демоническим токсином и огнём. Посреди этого демонический зверь Невидимый огонь извивался щупальцами, высматривая добычу. Охотники, противостоявшие Невидимому огню, уже валились с ног — похоже, их поразил демонический токсин. — Сосредоточьтесь! Отрубите все щупальца! Один охотник, пошатываясь, поднялся на ноги и выкрикнул приказ товарищам. Его броня расплавилась от яда, обнажив плоть, но он всё равно кричал, подгоняемый ужасом и решимостью. Наблюдая за этим, Роун шагнул вперёд. — Стойте! Если рубить щупальца, он только выпустит ещё больше яда. Судя по всему, они уже несколько раз повторяли ту же атаку. Хотя всё вокруг было покрыто демоническим токсином, они упорно продолжали делать одно и то же. — Ты… ты кто такой?! Немедленно убирайся отсюда! Один охотник крикнул на Роуна. Он пытался скомандовать охотникам, которые уже собирались замахнуться топорами и мечами на демонического зверя Невидимый огонь. — Эй, жить надоело?! Убирайся отсюда! Охотники рявкали на Роуна, но их ноги дрожали от страха. А молодой человек, которому велели уйти, напротив, не отступил и уверенно шагнул вперёд. — Ц-ц. У демонического зверя Невидимый огонь нужно атаковать ядро или убивать его льдом либо известковой магией… Ядро демонического зверя Невидимый огонь — пасть — открывалось только тогда, когда он пожирал добычу. Иначе говоря, кому-то нужно было рискнуть жизнью и стать его едой. Роун беззаботно ступил на пол, запачканный обжигающим пламенем и демоническим токсином. — Ч-что он несёт?! Их ножи дрожали, а Роун оставался невредимым. Снаряжение у них было не особенно высокого класса, но то, что они сражались, защищая других, заслуживало уважения. Из-за многократного воздействия яда костюм охотника расплавился, и под ним показалась плоть. Другой охотник, ворча, приблизился. — Чёрт. Как этот пацан сюда пробрался? Он хромал вперёд, собираясь заслонить Роуна, и вдруг… Шшхааак—! Демонический токсин брызнул со стен и пола, ударив охотникам в лица и тела. — А-а! Горячо! — Яд попал в глаза! Охотник, готовившийся нанести второй удар, закричал от боли и схватился за глаза. К счастью, охотник, пытавшийся схватить Роуна, избежал попадания в лицо. — Дурак! Надо было уклоняться! Атакуйте сейчас! Командир кричал, но охотник, в которого попал яд, чувствовал жгучую боль, будто ему вырывали глаза. Лязг! Он выронил оружие. Командир ощутил приближение смерти. Щупальца демонического зверя Невидимый огонь не были отрублены даже наполовину, а все уже страдали от яда. — Мяу?! Божественные звери, впервые наблюдавшие охоту охотников, смотрели с любопытством. Они держались у коляски для питомцев и будто наблюдали со стороны, готовые в любой момент прыгнуть вперёд, если понадобится. Тем временем охотник, державший Роуна, бросил на него отчаянный взгляд, словно беззвучно завыл. Почему он ещё не уходит? Этого дурака нам уже не спасти. Но время ещё оставалось. Если они сейчас убегут… — Беги… быстрее… Командир в последний раз крикнул Роуну. В тот самый миг… Оставшиеся щупальца, спеша разобраться с надоедливой добычей, вслепую хлестнули вперёд и, как плети, опутали растерянных охотников. — Ух! Нет! — Помогите! Охотники, обвитые щупальцами, закричали. Связанные мгновенно, они не могли вырваться без оружия или способностей. Щупальца потянулись назад, открывая лавово-красную пасть, готовую их проглотить. Жар был куда сильнее окружающего пламени. Их последние крики эхом разнеслись по первому этажу больницы… Роун цокнул языком и ступил на скользкий от демонического токсина пол. — Видите? Почему вы меня не слушаете? — Мяу-онг! Когда Суранг шевельнул лёгким ветром, появилось сообщение: [Система] Получен яд демонического зверя Невидимый огонь. Одновременно мастерская спросила, поглотить ли отрубленные щупальца и всё ещё извивающегося демонического зверя Невидимый огонь. [Система] Получен побочный продукт: щупальце демонического зверя Невидимый огонь. Пол и стены, прежде покрытые чёрным демоническим ядом, в мгновение ока стали чистыми. Ни единой капли яда не осталось — всё было поглощено мастерской «Рубикс». ---------- Демонический зверь «Невидимый огонь» (3) [Система] Собрать яйцевой мешок Невидимого паразита? …Ух ты, он больше, чем я думал. В прозрачном яйцевом мешке размером с футбольный мяч плотно теснились яйца, похожие на чёрные бобы. Когда Роун уже собирался убрать его, Куби, паривший на фрагменте «Рубикса» внутри коляски для питомцев, вдруг подпрыгнул и пополз по воздуху к Роуну. Взгляд Куби, летящего так, будто он рассекал пустоту, был прикован к яйцевому мешку. — Хочешь это съесть? Роун медленно, словно в замедленной съёмке, подставил ладонь приближающемуся Куби. Куби вытянул шею и кивнул. — Подожди немного. Роун убрал яйцевой мешок в мастерскую «Рубикс» и предложил Куби опустевшее яйцо демонического зверя Невидимый огонь. В этот миг Конджи подлетел и в одно мгновение выхватил яйцо из руки Роуна. — Чирик-чирик! — Это перед едой нужно приготовить. Шшшш. Когда Конджи положил яйцо на панцирь Куби, раздался приятный звук. Тёмно-красное яйцо постепенно желтело, поджариваясь. Конджи подул на него, откусил кусочек и, кажется, остался доволен, потому что запихнул остаток в рот Куби. Жуй-жуй. Когда Куби проглотил, его драгоценное, словно самоцвет, тело вспыхнуло бледно-розовым сиянием. Пользуясь моментом, Роун приготовил ещё несколько яиц и раздал по одному малышам, Ёнхо, Ттутту и Донгури. Сам Роун тоже положил в рот красиво подрумяненное яйцо. Тягучее и липкое. Густое ореховое послевкусие напомнило сырные палочки, которые он ел в детстве. Кстати, захотелось того сыра. Роун положил ещё одно яйцо на фрагмент «Рубикса» Куби и, вспоминая ту хрустящую корочку, поджарил его сильнее. Конджи быстро взял другое яйцо и положил на панцирь Куби. — Мяу! — Наши тоже приготовь! — Снаружи хрустящее, внутри сочное, мяу! — Тту. Тту. Тту. Тту. — Хе-хе… Ттутту, не умея говорить на языке божественных зверей, просил сырое, а Ёнхо радостно издавал звуки, будто ему нравилось всё. Донгури ещё не осилил даже одно яйцо и крепко вцепился в него. — Ладно, такие драгоценные ингредиенты лучше оставить пробудившейся поварихе. Пойдём домой и попросим госпожу Сон Су-хи их приготовить. — Мяу. — Мяу-онг! Малыши с довольным видом охотно ответили кивками. Убрав яйцевой мешок паразита, Роун решил подняться на верхний этаж больницы. Здесь ведь никого не должно быть? Выше четвёртого этажа огонь почти не распространился, и демонических зверей Невидимый огонь нигде не было видно. Даже если бы они были, те, что выносили яйца, к этому моменту уже должны были быть съедены. Однако следы трагедии оставались повсюду. Люди оказались заперты дымом и не могли спуститься из-за демонических зверей Невидимый огонь. Роун не мог просто пройти мимо и открыл мастерскую «Рубикс». Кап. Капли зелья, ещё не разлитые по флаконам, по приказу Роуна всплыли в воздух. Когда зелье просочилось между губами пациентов, их задыхающееся от дыма дыхание мгновенно успокоилось. Роун перенёс людей, к которым вернулось дыхание, к окнам, чтобы они могли вдохнуть свежий воздух. — Ух… демоны… демоны внизу. — Если останемся здесь, щупальцевые монстры… избегайте их, скорее… Выжившие, наполовину приподнявшись, с трудом говорили перепуганными голосами. — Монстров больше нет, не беспокойтесь. Роун сказал это небрежно и покатил коляску для питомцев. Любопытные малыши выглянули наружу, и когда их взгляды встретились с глазами пациентов, по лицам людей разлилось облегчение. Увидев невинные мордочки маленьких питомцев, они невольно приняли, что угроза исчезла. — …Маг, вы один поймали всех этих страшных демонов? Голоса выживших донеслись Роуну в спину. Без охотничьего снаряжения и оружия они приняли его за мага. — Я их не поймал. Я их собрал. — …Что? Собрали? Обернувшись, Роун улыбнулся так, словно это было само собой разумеющимся, и продолжил: — А ещё безопаснее дождаться спасателей здесь, чем спускаться. Огонь на нижних этажах скоро возьмут под контроль. — …Мы спасены! — Спасибо, маг! Услышав это, люди снова и снова кланялись в облегчении и благодарности. Однако, когда в конце коридора нашли погибших, радостные возгласы, вспыхнувшие всего мгновение назад, превратились в горькие рыдания. Облегчение живых и молчание мёртвых смешались в задымлённом коридоре. — … Демонический зверь Невидимый огонь, который должен был быть сдержан на Пике Пламени, появился посреди защищённой зоны. Была ли это отчаянная борьба демонов после того, как их территория внезапно была отнята возвращением божественных зверей Пика Пламени? После регрессии изменилось многое, но это событие оказалось неожиданным и совсем не благополучным. Казалось бы, естественный выбор — спасти гору Нокма и мир — исказил причинность непредвиденным образом. Значит, нужно быстро это исправить. Пока ударная волна не превратилась в ещё большую катастрофу, Роуну нужно было погасить семена демонического зверя Невидимый огонь. Оставив позади рыдающих людей, Роун вышел из здания. Двор больницы был пропитан криками и паром. Флаконы с противоядием валялись на полу разбитыми. Чёрт, буйные заражённые, должно быть, всё разбили. Роун запустил фрагменты «Рубикса» и снова собрал драгоценные капли противоядия. Но это было не его противоядие. А-а-а-а―! — Остановите их! Оттесните немедленно! В тот же миг пациенты, проскользнувшие мимо спасателей, побежали к алому пламени. Спасатели бросились их хватать. Они силой открывали пациентам рты, чтобы влить противоядие. — Ух―! Один пациент уставился на спасателя отравленными глазами и повернул голову, отказываясь принимать его. Когда спасатель попытался влить противоядие, кто-то вмешался и протянул другой флакон. — Оставьте это, используйте лучше вот это. Это было противоядие Роуна. Секретарь председателя алхимиков, директор Кан. Не в силах позволить Роуну справляться одному, Кан сразу после приказа о сборе трав полетел в Корейскую больницу. Умея мгновенно считывать поток маны, он по прибытии понял, что прежнее противоядие уже перестало действовать. Вспышка началась раньше, чем он успел вмешаться. — У-у-ух! Пациент, проглотивший зелье Роуна, забился от боли, когда паразиты, свернувшиеся в животе, начали таять. Вскоре он успокоился и ровно выдохнул. — …Уже подействовало? В глазах Кана одновременно отразились облегчение и удивление. В этот момент у выхода из больницы появился Роун, толкая сквозь дым коляску для питомцев. Это тот самый полезный алхимик? Как он вообще остался невредимым? Внутри больница была адом, наполненным демоническими зверями Невидимый огонь и отравленным демоническим токсином. И всё же Роун выглядел гладким и чистым, будто только что умылся. Даже подол его ханбока не тронул копоть, он легко развевался на ветру. В коляске маленькие питомцы игриво кувыркались. Слишком резкий контраст посреди этой адской картины. Вокруг Роуна висели неизвестные маленькие капли. Когда они падали рядом со ртами заражённых пациентов, те тут же переставали биться и обмякали. Когда Роун подошёл ближе, Кан невольно сглотнул. Человек прямо перед ним спросил: — Пациенты, которые приняли противоядие ледяного атрибута, только здесь? — А, скорее всего, да. Его раздавали только поблизости, так что все пострадавшие должны были прийти в Корейскую больницу. Но важнее другое… Он на мгновение замялся, затем продолжил, обращаясь к Роуну: — Демонический зверь Невидимый огонь всё ещё в городе. Я слышал, что из-за разлитых демонических токсинов улицы небезопасны. Люди, которые пытаются вытереть их, тоже получают травмы. Демонический токсин горел неотступно, как тлеющие угли, поэтому даже небольшое количество нужно было сразу убрать. Неосторожность даже с малой каплей могла расплавить кость. Броня охотников на первом этаже расплавилась именно потому, что они этого не знали. — Я пойду и очищу всё. — Но на этот раз это правда будет опасно. Директор Кан, даже собственными глазами увидев, как Роун мгновенно подавил пламя синтезной печи и вышел из больницы совершенно невредимым, всё ещё не мог до конца в это поверить. Он мог лишь предположить, что пламя было подавлено удачей, а внутри синтезной печи находился невидимый зверь; сам он видел только, как красная черепаха вошла туда и вышла обратно, но самого зверя так и не увидел. Он знал, что в больнице были невидимые звери, но не видел своими глазами, как с ними разобрались, поэтому происходящее казалось нереальным. — Тогда объедем круг и вернёмся. Роун достал из секции мастерской «Рубикс» велосипед. Он поставил внутрь коляску для питомцев, достал переноску и ловко пересадил в неё божественных зверей. — Мяу-у-у. — Одному собирать скучно, мяу. — Так скучно, мяу! Когда Суранг и Соль протяжно и громко пожаловались, Роун, прекрасно их поняв, кивнул. — Похоже, они хотят выйти наружу и побегать. Увидев это, директор Кан вытаращил глаза, круглые как фонари. Он видел пространственные мешочки и раньше, но никогда не слышал, чтобы кто-то мог так легко вынимать и убирать такой вес. Откуда вообще взялся этот велосипед? — Директор Кан, пожалуйста, займитесь зачисткой! — Ро-Роун! Ты же не собираешься всерьёз ехать в таком виде?! Директор Кан, глядя на тонкие рукава повседневного ханбока Роуна, побледнел и спросил. Стоило пламени лишь задеть его, и плоть обуглилась бы. Выходить так наружу было практически самоубийством. — Всё в порядке. Всё равно я буду заниматься своей профильной работой. — А? Под профильной вы имеете в виду свою особенность? Директор Кан знал, что особенность Роуна — сбор, но не мог понять истинный вес этого слова. Тот сбор, который он знал, оставался в пределах здравого смысла: собрать добычу после охоты или подобрать разбросанные материалы руками. Он ни разу не видел метода Роуна, который рассекал само пространство, будто цель никогда и не существовала. Врум—! Роун улыбнулся и повернул ручку. Велосипед скользнул вперёд, на улицы, кишащие демоническим ядом. — С ним правда всё будет в порядке? — Надо было хотя бы дать ему форму спасательной команды… Сотрудники больницы и спасатели тревожно переговаривались, глядя, как фигура Роуна исчезает вдали. ----------