Маленькая прелесть (Новелла) Lihua Xiong Опять этому Ляню неймётся — теперь он приключения находит и для себя, и для Хуа Чэна. Правда, ничего серьёзного, скорее даже забавно. ==================== В лесу Хуа Чэн, заложив руки за спину, размеренными шагами направлялся по лесной тропе, которая утопала с двух сторон в густых и больших деревьях с зелеными листьями и высокой травой. Позади Князя демонов был Се Лянь, что только что отстал от него, потому что внимание его золотистых глаз привлек цветок с необычайным обликом. Его нежно-оранжевые лепестки походили на языки с острыми кончиками, имеющими белый окрас. Наследный принц сидел напротив цветка на корточках, сложив руки на коленях и с большим интересом и восторгом рассматривал сие чудо природы, и только потом додумался окликнуть мужа. Хуа Чэн, в свою очередь, сам обернулся посмотреть, что с его спутником, не слышав больше его шагов. Красивые брови Хуа Чэна нахмурились, как только он увидел это растение. Но, как обычно, Се Лянь на шаг впереди его и прежде чем он успел предупредить, что этот цветок опасен, если к нему прикоснуться, наследный принц уже это сделал. — Сань Лан… — наследный принц оглядел подушечку своего указательного пальца, на котором виднелась красная точка: — Ты удивителен: знаешь даже о существовании такого цветка, в отличие от меня. И чем же он опасен? Хуа Чэн поспешно присел на одно колено рядом с мужем, аккуратно взял его руку в свою и принялся высасывать яд из его пальца безо всяких объяснений. Впрочем, эти объяснения Се Ляню и не требовались. Он только смущенно улыбнулся и промолвил: — Тебе не стоит так беспокоиться обо мне, ты же знаешь. Собиратель Цветов под Кровавым Дождем сплюнул в траву сгусток крови, но на его изумление, действие яда оказалось практически молниеносным и даже после этого его спасительного жеста, беда не миновала его супруга. Се Лянь тотчас видоизменился. А именно, стал семилетним ребенком. Его детское тельце оказалось слишком мало для его одеяний и от неожиданности наследный принц упал на пятую точку, запутавшись в высококлассных тканях. Хуа Чэн растерянно и раздосадовано взглянул на детскую версию Его Высочества. Маленькая выскользнувшая из крепких пальцев Князя демонов рука Се Ляня поднялась к лицу своего хозяина и ощупала его. Се Лянь пришел в недоумение. — В этом и заключается опасность данного цветка, — поздно пояснил Хуа Чэн. — Как же так? — детским голоском вопросил наследный принц, милый лик которого изображал негодование. Он был готов ко всему; к любым последствиям яда, но уж точно не к такому. Принц поднялся на землю своими маленькими ножками и одеяния окончательно спали с него, оголив его миниатюрное и худое тельце полностью. К этому ни один из них не был готов. Особенно, Хуа Чэн, которого это зрелище отправило в нокаут. Он так и остался стоять на одном колене перед ребенком, глядя неизвестно куда. Се Лянь, взывая к нему, взволнованно натянул на себя одеяния и опять упал лицом в грязь. Телом он может и стал ребенком, но вот духом — нет. Встав на ноги, принц не без трудностей оказался между ног у Хуа Чэна, лицом утыкаясь в его грудь, а маленькими ручками обхватывая насколько это возможно, его талию. — Сань Лан! Сань Лан! Мы должны что-то с этим делать! Если ты знаешь о свойствах этого ядовитого цветка, то определенно должен знать противоядие! Наследный принц в эту минуту надеялся на знания своего мужа, как никогда раньше. Это такое странное чувство — снова быть ребенком, когда ты уже более восьмисот лет взрослый. Хуа Чэн собрал свою волю в кулак и хлопнул себя по щеке одной рукой. Придя в чувства, он взглянул вниз, на Се Ляня и, ей Богу, был готов визжать от умиления. Все тело Князя демонов могло сравниться с его одеждой по красноте. Он подумал о том, какое это счастье — видеть своего принца в облике ребенка, а затем ударил себя по лицу, ругая за такие бесстыдные мысли. Се Лянь растерянно взмолился: — Сань Лан, пожалуйста, прекрати избивать себя. Ты ни в чем не виноват. Давай поскорее вернем меня в прежний вид. Хуа Чэн согласно кивнул и поднял принца над землей, усадив на своих руках. Се Лянь притянул за собой подол своих одеяний и, скомкав, оставил на своих маленьких коленках. Прильнув к груди любимого, ему показалось, что у Хуа Чэна бьется сердце. — Есть один способ вернуться к прежнему облику, — твердым голосом заявил демон. — Какой же? — Просто подождать сорок восемь часов. Действие яда само сойдет на нет. — Вот как… — Се Лянь прижался посильнее к груди Хуа Чэна и стал походить на хомячка из-за прижатой маленькой щечки. Хуа Чэн нес его очень аккуратно и нежно, как зеницу ока, боясь раздавить такое маленькое и хрупкое тело. ---------- В Призрачном городе Жители Призрачного города не поверили своим глазам, когда увидели, как их господин возвращается с маленьким спящим мальчиком на руках. Личико ребенка было сокрыто от чужих глаз его длинными волосами, но не такими длинными, как раньше, поэтому никто не узнал в нем Се Ляня. — Градоначальник Хуа, что это вы принесли в город? – поинтересовался один демоненок. — Градоначальник, это съедобно? — спросил второй. Бесчисленное количество вопросов посыпались на них и пробудили ото сна Се Ляня. Тот пошевелился и, ощутив это, Хуа Чэн грозно выкрикнул, прожигая холодным взглядом демонов на их пути: — Разойдитесь немедленно и заткнитесь! Демоны тотчас расчистили им дорогу, понизив громкость своих голосов на минимальную. Наследный принц открыл свой светлый лик этому миру и кто-то из демонов не удержался от изумленного возгласа: — Да это же достопочтенный принц! Прочие подхватили его и, будто позабыв о приказе своего господина, они радостно заголосили. Где-то даже затеялся спор о том, что кто-то хотел съесть его. От неловкости принц замахал руками и попытался успокоить пыл публики, но от его детского и прелестного голоска толпа взбурлила новыми эмоциями. — Я же сказал… — грозно начал Собиратель Цветов под Кровавым Дождем. — Нет нужды злиться на них, Сань Лан, — раз уж толпу не успокоить, то сделать это нужно хотя бы с собственным мужем: — Я бы тоже удивился подобному зрелищу. Пусть выпустят свои эмоции. Благодаря Се Ляню, Хуа Чэн знатно смягчился и принял более добрый вид. Казалось, что он стал послушнее после того, как принц так изменился. В конце концов, все эти крики публики остались за дверьми Дворца, в котором супруги счастливо проводят свое время. Хуа Чэн распорядился о том, что слуги сшили для него несколько новых нарядов по размерам. — Зачем же несколько? Одного будет вполне достаточно, — смущенно замялся принц. Они уже находятся в своих покоях. Хуа Чэн сел на огромную постель и усадил супруга на свои колени, получая истинное наслаждение от каждого его вдоха и выдоха. — Я ведь уже говорил: отныне у тебя всегда будет много всего, — с улыбкой ответил Князь демонов. Се Лянь смущенно уткнулся личиком в грудь Хуа Чэна. В эту секунду демон подумал о том, что будь у них ребенок, он бы точно был таким же прекрасным, как и Се Лянь. В этот раз Собиратель Цветов под Кровавым Дождем был не в силах отбросить подобного рода мысли и, сгорая со стыда, продолжал фантазировать, поглаживая своего принца по спинке. Слуги явились в их покои, чтобы узнать новые размеры Его Высочества. Однако Хуа Чэн никому не позволил прикасаться к невинному телу Се Ляня и сделал все замеры самостоятельно, выдворив остальных демонов за дверь. Ну как можно позволить этим испорченным демоническим глазам разглядывать чистое, как кристалл тело принца? Как можно позволить их грязным демоническим рукам прикасаться к нему и пятнать? Да даже сам Хуа Чэн засомневался в чистоте собственных рук и хорошенько промыл их, прежде чем снимать мерки. — Сань Лан, это было лишнее, — рассмеялся Се Лянь, стоя на мягкой кровати, прикрытый по пояс белоснежной тканью. Хуа Чэн развернул измерительную ленту, после чего ответил: — Я просто не хочу испачкать тебя, гэгэ. Се Лянь рассмеялся пуще прежнего и произнес: — Ты ведь не перепачкан в грязи, Сань Лан. Но даже если бы так и было, я не брезгую. Пожалуйста, веди себя, как обычно. Уже снимая мерки, Хуа Чэн переспросил: — Как обычно? Ты уверен? Если Князь демонов действительно будет вести себя, как обычно, то на что же это тогда будет похоже? На наивысшее бесстыдство и разврат! Потому что, как обычно, Хуа Чэн флиртует со своим мужем, очень часто к нему прикасается в пошлом ключе, к его талии, а то и ниже; не стесняется прятать руки под его одеждой, даже когда Се Лянь занят, к примеру, каллиграфией, щупать пресс и бока наследного принца, его грудь, большими пальцами или же большими и указательными пальцами трогать его соски, нежно крутить их. Как обычно, стаскивать с принца одежду, целуя его в шею и медленно прокладывать дорожку из поцелуев и нежных покусываний по позвоночнику к его ягодицам. Да, Се Лянь осознал значение своих слов и поспешил забрать их обратно. Закончив с этим делом, наследный принц укутался в прежние одеяния. Слуги по приказу градоначальника забрали мерки и удалились из их покоев. — Мой драгоценный принц, — из уст Хуа Чэна прозвучало уже не новое ласкательное прозвище Се Ляня, но он все равно никак не может к этому привыкнуть: — Позволь мне написать твой портрет в обличии ребенка. — Конечно, — радостно улыбнулся Его Высочество. В скором времени Хуа Чэн уже сидел перед мольбертом и доброй коллекцией различных красок и кисточек, которыми умело работал. — В какую позу мне встать и какое выражение лица принять? — полюбопытствовал натурщик. — В самую естественную. Се Лянь так и сделал: по приличнее и по красивее одевшись в великие белые одеяния, он сел на колени, тепло улыбаясь мужу. Хуа Чэн собрался начать, как принц пошевелился и добавил кое-что новое и необыкновенное: он сложил свои пальцы в великолепную фигуру и приложил ее к своей груди. — Что это? — Если взять два сердца и соединить их, то получится это. Это наши с тобой сердца и я прошу тебя запечатлеть их на полотне. Переполненный чувствами, Хуа Чэн едва не сломал кисть в своих руках. Се Лянь — это действительно величайшее счастье, о котором только можно мечтать! Кто бы еще в этом мире додумался бы соединить два любящих сердца в одно и получить такую красоту? Князь демонов пыхтел над этой картиной, как никогда раньше, пытаясь написать ее наилучшим образом. Спустя некоторое время в их покои постучались слуги. Наследный принц разрешил им войти. Демоны занесли в комнату роскошные одеяния необычайной красоты. Хуа Чэн не удостоил никого из вошедших и единым, мимолетным взглядом, полностью сосредоточившись на картине, которую должен вот-вот закончить. Се Лянь отпустил слуг, поблагодарив за работу, и краем глаза воззрился на их результат. Он успел привыкнуть к одежде хорошего качества и ему не терпелось примерить ее и покрасоваться перед супругом. Когда картина была закончена и они оба вдоволь насладились ею, пришла пора переходить к одеяниям. Хуа Чэн отмылся от краски и помог любимому переодеться. Одна из одежд была светло-голубой с белыми облаками, внутри которых блестят золотые кругообразные нити. Се Лянь с ослепительной радостью на лице крутился перед большим зеркалом, любуясь прекрасной работой. — Этих портных стоит щедро отблагодарить за их старания, — вслух подумал принц. — Не стоит. Шить для тебя наряды — смысл их жизни, — с благоговейной улыбкой ответил Хуа Чэн, стоя позади. — Ну что ты такое говоришь… — неловко отсмеялся наследный принц. — Право, гэгэ, ты ведь уже поблагодарил их и даже одарил своей божественной улыбкой. Чего им еще желать на этом свете? — Ты слишком меня восхваляешь, — Се Лянь раскраснелся. После этого Хуа Чэн и Се Лянь отправились на громадный балкон, чтобы поужинать. Все вокруг сияло яркими фонарями, что создавало замечательный вид на владения супругов и это услаждало их взор. После того, как это место стало родным домом для Се Ляня, огней здесь значительно прибавилось. Обычно по вечерам Се Лянь выходит на этот балкон и восхищается пейзажами. Он подбегал к каменному ограждению, не задумываясь, и ничто не мешало его любованию. Но теперь, имея такой маленький рост, вместо привычной красоты, ему видны лишь ее отрывки в ограждении. Хуа Чэна даже не надо было просить, чтобы он поднял наследного принца. Се Лянь крепко держался ручками за шею мужа и смотрел на творения природы: мрачноватый и завораживающий лес, растущий перед горой, манил своей таинственностью. Хотя, на самом деле, вся таинственность этого места исчезла, когда Се Лянь и Хуа Чэн отправились туда на прогулку ---------- В таинственном лесу От автора: Вся 3 глава является флэшбеком, а не настоящим временем, в котором Се Лянь маленький Т_Т Спасибо за внимание! Хуа Чэн предложил наследному принцу повозку, но тот отказался. Если они возьмут повозку, то, во-первых, она будет слишком выделяться на фоне данного леса и не сможет войти в его глубь, а во-вторых, это означает, что они будут не одни, а с прислугой, следовательно, многое Се Ляню не позволят сделать самостоятельно. Например, собрать что-нибудь, цветы или грибы или же обойти яму. Да-да, в прошлый раз в другом месте вся эта прислуга метнулась к яме в земле и буквально заполнила ее собой, предложив принцу пройтись по ним. Это рассердило Се Ляня и он потребовал их ухода, а иначе накажет. Угроза, к счастью для самого Его Высочества, осталась всего лишь угрозой, которую не пришлось выполнять. Демоны в неистовом испуге повиновались ему. Хуа Чэн еще некоторое время расспрашивал супруга, а правда ли, что он бы наказал их? И что это было бы за наказание? На своих двоих Хуа Чэн и Се Лянь продвигались между деревьями. Нигде не было дорог, даже протоптанных, словно этот лес за все время его существования не посещала ни одна душа. Чем дальше они шли, тем выше были деревья и шире их кроны, оставляя путникам все меньше света. Воздух здесь был необычайно чистый, пахло медом. Се Лянь решил, что ему незачем носить свою шляпу на голове, поэтому спустил ее на спину и продолжил продвигаться дальше беззаботной походкой. Хуа Чэн шел в одну линию с ним, как обычно, держа руки скрещенными на груди и смотрел перед собой. Когда принц глядел на него, то он отвечал мягким взглядом и нежной улыбкой и всегда спрашивал: «Что такое, гэгэ?». Обычно принц отнекивался и продолжал идти дальше. В этот раз Се Лянь прямо, немного смущаясь, ответил: — Хочу взять тебя за руку. — О, ну, разумеется. Их руки крепко сцепились. Вокруг стояла тишина. Было слышно только шелест травы и опавших листьев под ногами Се Ляня. Внезапно наследному принцу пришла в голову довольно странная, но желанная идея. Он остановился и осторожно выпустил руку супруга из своей и наклонился к земле. — Что-то не так, мой принц? — Нет, все хорошо, я просто хочу кое-что сделать. Се Лянь, к сущему удивлению Князя демонов, снял свою обувь и даже носки и аккуратно оставил их на месте, освещаемом сквозь листьев, лучами солнца. После этого он своими босыми, белоснежными ногами сделал несколько шагов и сладостно вздохнул, обернувшись после этого лицом к спутнику. Его ступни ласкали холодные и мягкие травинки. Это было весьма приятным ощущением. — Гэгэ, не боишься испачкаться? — Хуа Чэн стоял на месте и глядел на ножки мужа. — Никак нет. Не беспокойся. Мне очень приятно. Кроме того, ступни всегда можно оттряхнуть, — Се Лянь с улыбкой взял свою обувь с носками и отправился дальше, снова взяв супруга за руку. Хуа Чэн лишь улыбнулся с большей мягкостью и любовью и легко опустил свободную руку на талию возлюбленного, прижав его к себе поближе. Чем дальше они шли, тем темнее и прохладнее становилось, но это не казалось чем-то мрачным. Наоборот, такая обстановка очаровывала и манила заходить дальше. Хуа Чэн увидел дерево с довольно широким стволом и произнес: — Одежду тоже можно всегда оттряхнуть. Мой принц, давай присядем вон там. — Хорошо! Собиратель Цветов под Кровавым Дождем отвел Его Высочество к тому самому дереву, сел сам на траву, а своего спутника усадил на свои колени лицом к лицу. Се Лянь, не глядя, оставил предметы в своей руки рядом с ними. На него глядел ясный и прекрасный черный глаз Хуа Чэна, разве можно в такой момент смотреть на что-то иное? — Нам очень повезло, что в этом лесу никого нет, правда? Эти слова Хуа Чэн промурлыкал Се Ляню возле уха, обхватив его талию обеими руками и прижав к себе вплотную. — Похоже на то. Се Лянь захватил губы Хуа Чэна в «плен» своими губами, потихоньку снимая его верхние одеяния красного цвета. Оголив упругую грудь и кубики пресса Хуа Чэна, Се Лянь принялся без капли стеснения трогать его тело. На самом деле для Князя демонов это было очень неожиданно и его лицо стало пунцовым. Он попытался позвать принца, но тот вновь жадно поцеловал его, приспустив и свою одежду. Этот поцелуй длился дольше и вскружил демону голову настолько, что тот повалил мужа и раздел его, параллельно любуясь его великолепным телом. Совсем скоро лесную тишину нарушили стоны наследного принца, обхватившего ногами талию демона, руками — его шею. Хуа Чэн, делая размеренные толчки, нежно кусал его шею, оставляя следы. Се Лянь, забывшись от наслаждения, шептал ему, чтобы кусал сильнее и двигался быстрее. Хуа Чэн повиновался и вознаграждением ему за это были более протяжные и сладкие стоны своей второй половинки, которые еще сильнее разгорячили его. От зубов демона на шее Се Ляня осталось несколько небольших кровоподтеков. Это было странное ощущение, которое раньше было ему неизвестно, но это было так приятно, что ему захотелось еще. Он не постыдился попросить добавки… Хуа Чэн слегка приподнялся и только сейчас заметил, что оставил кровоточащие ранки на его шее и извиняющимся тоном вымолвил: — Прости, тебе больно? — Нет, ничуть. Пожалуйста, продолжай, — мелодично промурлыкал принц, приподнявшись и поцеловав мужа в нос. — Если желаешь, можешь сделать со мной тоже самое, — Князь демонов не остановился, но стал нежнее, входя и выходя из тела Се Ляня. Их красные лица располагались к друг другу в паре миллиметров. Хуа Чэн поддался вперед, чтобы Се Лянь мог точно также укусить его. Именно это и произошло. Сначала принц нежнейше поцеловал его мягкими и горячими губами, затем укусил. Он услышал, как Хуа Чэн тяжелее задышал и даже дрогнул, что немало изумило принца. Несколько секунд спустя раздался его голос: — Умоляю, продолжай. Князь демонов увеличил темп и полностью отдал свою шею на «съедение» супругу. Новые ощущения слишком сильно полюбились демону с первых секунд и возбуждали еще больше, так что он решился войти в тело супруга еще глубже, почти во всю длину своего ствола. Из-за этого наследный принц не выдержал удовлетворенных стонов и отпустил шею Хуа Чэна… ---------- Во Дворце Налюбовавшись видами вдоволь, Се Лянь спустился с каменного ограждения с помощью Хуа Чэна. Вместе они уселись за столик, накрытый расписной скатертью и различной вкусной едой. Но оказалось, что Се Лянь слишком низкий, чтобы сидеть в одиночку за столом и пришлось сесть на колени мужа, который, похоже, был несказанно счастлив этому. Наевшись, Его Высочество почувствовал усталость и сонливость. Он зевнул и облокотился на Хуа Чэна, который со сдержанно-радостным выражением на лице любовался ликом любимого. — Гэгэ, хочешь расскажу тебе сказку и убаюкаю на своих руках? — Да! Казалось, что Се Лянь превратился в ребенка еще и духом. Уж слишком по-детски он согласился и это милейшая картина взволновала чувства Хуа Чэна, заставила его трепетать от восторга; хотелось затискать маленькие щечки принца. Князь демонов оставил этот балкон с мужем на руках, возвратился в покои и помог переодеться в ночное одеяние, которое также сшили по его новым размерам демоны-портные. Затем он устроил «ребенка» на огромной постели, а сам скрылся за ширмой, чтобы переодеться в свою ночную одежду. Обычно он не пользуется этой ширмой, давая Се Ляню довольствоваться своим телом, но сейчас ситуация переменилась. Все-таки Хуа Чэн не питает никаких чувств к детям и позволить сейчас Се Ляню в таком облике делать то же, что и всегда, будет несколько странно. Наследный принц лежал на своей подушке под одеялом, от нечего делать болтая носочками ног, руки сложены вместе, пальцы переплетены в замок. Совсем скоро, погасив везде свет, Собиратель Цветов под Кровавым Дождем оказался в кровати на своем месте. Как и обещал, он стал рассказывать супругу сказку на ночь. Сказка эта была про доблестного и честного принца, который очень любил детей и всегда стоял на их защите. Принц не видел разницы между детьми разных государств и помогал всем одновременно, как мог. Он собирал нуждающихся ребятишек в своем дворце и заботился о каждом из них, любил и души не чаял в каждом. Два государства были на грани войны, но узнав о поступках этого принца, они пересмотрели свои решения и решили заключить мир. Конец. — Какая чудесная сказка… — зевая, потянулся Се Лянь. — Я тоже так считаю. Се Лянь не переставал зевать и, в конце концов, улегшись рядышком с Хуа Чэном, уснул. Хуа Чэн, полюбовавшись его ликом в темноте ночи, перебрав пряди его волос вдоволь, точно также отправился в царство снов. И даже во сне Князь демонов увидел мужа в нынешнем облике, но это не стало поводом его плохого настроения, а наоборот, заставило обрадоваться даже больше. Целую ночь ему снилось, как они проводят время вместе, счастливо смеются и играют. Когда он пробудился, то вместо маленького ребенка увидел прежнего взрослого Се Ляня. Он сладко посапывал на его груди, почти полностью оказавшись сверху. Это знатно удивило Князя демонов. Неужели он ошибся, когда говорил, что действие яда продлиться сорок восемь часов? Прошло всего двадцать четыре. Но и в этом есть свои плюсы. Он больше не воспринимает принца, как ребенка, а значит, перед ним нет никаких преград. Ресницы наследного принца начали подрагивать от скорого пробуждения, что и произошло в следующее мгновение. Его Высочество поднял голову, опершись о кровать одной рукой, а другой потирая левый глаз. — С добрым утром, мой принц, — поприветствовал Хуа Чэн. — С добрым утром, Сань Лан, — ответил он, сев. Се Лянь вначале не понял, что с его голосом, но потом догадался. Хуа Чэн оглядел мужа с ног до головы и довольно усмехнулся: — Гэгэ с самого утра радует меня своим обнаженным телом. Се Лянь только что осознал, что сидит в кровати совершенно голый, а рядом с ним лежит разорванная ткань, судя по всему, его детская одежда, которая не выдержала резкого роста Се Ляня. От смущения он прикрыл одеялом свое тело, а ладонью — лицо. Он никогда не думал о том, чтобы устроить такого рода сюрприз для своего мужа с самого утра и мысль об этом просто сбила его с толку, а если бы он стоял, то сбила бы еще и с ног. Хуа Чэн отбросил одеяло и усадил мужчину на себя. Волосы Се Ляня упали на лицо Князя демонов и закрыли ему взор, так что он откинул их тому за спину, затем той же рукой крепко схватил принца за ягодицу. Все, что мог наследный принц — это с запинками повторять имя Хуа Чэна. Он прикрыл нижнюю часть лица внешней стороной запястья. Хуа Чэн обхватил свободной рукой плоть Се Ляня и стал неторопливо наяривать. Наследный принц стал издавать непристойные звуки, что являлись для демона самой лучшей и красивой музыкой, которую он мог бы слушать часами. — С-Сань… Лан… Постой немного… — Гэгэ? Се Лянь остановил руку своего мужа, отсел немного назад и тогда, во-первых, Хуа Чэн смог принять сидячее положение, во-вторых, принц спустил пояс партнера и точно также взял в руку его половой орган, который уже стал возбуждаться. — Мой драгоценный принц… Прикосновения красивых пальцев Се Ляня к его важнейшей части тела взбудоражило его кровь. Прежде чем он успел сказать что-либо еще, принц накрыл его губы своими. Это оказался довольно легкий поцелуй, который Хуа Чэн страстно углубил. Они оба делали друг другу приятно, но вот в отличие от Се Ляня, Хуа Чэн сдерживал себя и всего лишь тяжело дышал. Наследному принцу такое стало не по душе и он принялся молить мужа проронить хоть парочку стонов. — Я… — начал Хуа Чэн, но его оборвали. — Неужели я недостаточно хорош? — Се Лянь стал посмелее в своих движениях и принес любимому гораздо больше приятных ощущений: — Я очень хочу услышать это от тебя… Собиратель Цветов под Кровавым Дождем отмалчивался, краснея до ушей. Его Высочество не остановился на этом и продолжал шалить руками и языком. Они оба уже подрагивали от сладостных чувств и ощущений, от возбуждения. Хуа Чэн пылал от невероятно пошлых фраз Се Ляня. Казалось, что он позабыл о всяком стыде и сдержанности и превратился в настоящего развратника. Удивительные метаморфозы! Недавно принц был необычайно робок, а теперь подключил всю свою фантазию и умения. — Гэгэ, ах… Этот звук невольно вырвался из уст демона и одно это привело принца в экстаз. — Еще, Сань Лан! Пожалуйста, позволь мне услышать снова этот прекрасный звук… Что ж, раз уж его принц так старается во всем, значит, и Хуа Чэн должен. Он позволил мужу вдоволь наслушаться своих стонов, позволил лицезреть свое расслабленное выражение лица, как он прикусывает губы, закидывает голову назад и возвращает обратно, как закрывает и открывает глаза от наслаждения, как стискивает простынь в руке… ----------