Словно какая-то огромная сила выталкивала меня наружу, и с ощущением взрыва из моего горла вырвался громкий плач.

— Уа-а-а!

Я знаю, что это за ситуация. Потому что уже переживала это раньше.

Снова я переродилась?

Третья жизнь. Теперь мне это так надоело, что я надеялась больше не рождаться.

Но где моя мама? Обычно ведь дают грудь, не так ли?

Я хотела что-то найти, но способность только что родившейся меня воспринимать окружающее была слишком слабой. Слышались только торопливые шаги и шепот людей.

— Кья-а-а-а! Нет, госпожа! Вы должны открыть глаза!

Громко раздался крик какой-то женщины. С этого момента вокруг стало гораздо более шумно, чем раньше.

— Священник еще не пришел?

— Нет надежды. Не видно способа спасти.

Хм? Что-то странное.

— Позовите гонца!

— Говорят, что дорога к владениям полностью заблокирована монстрами, и никто не хочет туда идти.

— Тогда хотя бы свяжитесь с магической башней!

— Поздно.

— Что?

— Она только что скончалась.

...Хоть и жила только в несчастливых жизнях, но на этот раз с самого начала предчувствие было плохим.

---

Прежде чем родиться снова, я прожила две жизни.

В первой жизни, родившись в Южной Корее в девяностых, я была невероятно трудолюбивой. Это была среда, где мне приходилось упорно работать из-за обстоятельств.

Разведенные родители прекратили всякую поддержку и бросили меня к бабушки. Бабушка, которой пришлось неожиданно взять меня на себя, только и думала о том, как бы отчислить меня из школы и отправить работать на фабрику.

Поскольку единственным, что я могла делать, была учеба, я училась и с гордостью поступила на архитектурный факультет престижного университета на полную стипендию.

Три победы в архитектурных конкурсах, пять лет подряд отличные оценки по всем профильным предметам. Ни на секунду не ленилась, и сразу после выпуска была переманена крупнейшей строительной компанией страны.

Но накануне первого рабочего дня нелепо погибла в автокатастрофе.

И пришла вторая жизнь.

Во второй жизни я родилась в бедной семье простолюдинов в другом измерении. Часто приходилось голодать, и отец-алкоголик часто бил меня без причины.

Как только мне исполнилось четырнадцать, мать принуждала меня выйти замуж за мясника, который был на двадцать лет старше. К тому же, для него это был второй брак.

Не выдержав материнского принуждения, я в шестнадцать лет сбежала из дома и, не сумев отказаться от стремления к своему призванию, устроилась помощницей к архитектору.

Но даже не успев взять в руки инструменты, и не достигнув совершеннолетия, я снова встретила смерть, потому что поступил приказ тирана казнить всех архитекторов в стране.

Мол, раз его невеста сбежала через тайные ходы дворца, то архитекторы, создавшие такие сооружения, совершили измену.

Перед лицом бессмысленной смерти последний подарок от семьи был действительно впечатляющим. Это были только заплесневелый хлеб с затхлым запахом и одно ужасное письмо:

«Вот если бы вышла замуж за мясника, то и семью могла бы прокормить, и умирать не пришлось бы. Дура».

Серьезно что ли?..

Это было самое впечатляющее событие во второй жизни.

Я тут же разорвала то письмо в клочья, а старый хлеб отдала голодной беременной женщине и умерла.

Кстати, та беременная женщина дала мне кольцо в знак благодарности...

А? Почему оно надето на мой палец?

Моя третья жизнь немного странная...?

---

Уже прошло довольно много времени с начала моей третьей жизни.

— Кхы-ы-ы!

Я барахталась, протягивая руку к хлебу, лежавшему на столе. Возможно, из-за плохого питания я не росла, и хлеб, который казался почти досягаемым, никак не давался в руки.

Я отчаянно шевелила пальцами. Голодала со вчерашнего дня. В животе, который похудел настолько, что кожа живота касалась спины, постоянно урчало.

Я была ужасно голодна. Настолько, что кружилась голова и невозможно было терпеть.

С мыслью о том, что должна схватить хлеб, я изо всех сил подпрыгнула.

— Э-ча-ча!

И наконец смогла схватить хлеб в руку. Хотя это был хлеб, который позавчера вечером та женщина случайно уронила на пол и оставила несъеденным.

— Наконец-то...

Охваченная восторгом, я откусила большой кусок хлеба.

**После**

Как и ожидалось, вкуса не было. Старый хлеб пересох и был сухим, а из-за накопившейся пыли даже ощущался затхлый привкус.

Но поскольку та женщина сказала, что до завтрашнего вечера ничего не даст, мне приходилось на этом продержаться.

Честно говоря, я не знала, что такого ужасного я сделала. Та женщина была очень капризной, и каждый раз, когда у нее было плохое настроение, она мучила меня, причем большинство наказаний были беспричинными.

— Как же есть хочется.

Хотя я съела весь хлеб, этого было еще очень мало. Но как ни осматривалась, ничего съедобного не было видно.

Из моих мигающих глаз тут же хлынули слезы.

Все это время я была заперта в этой тесной комнате и ела действительно ровно столько, чтобы не умереть.

Кто я, сколько мне лет, сколько времени прошло с моего рождения, и кто та женщина, единственная, которую я встретила после обретения самосознания... Я действительно ничего не знала.

Сначала я громко плакала, умоляя спасти меня, но протянутых ко мне рук не было. Та женщина, которая заботилась обо мне, не давала мне еды и не меняла подгузники.

Часто она просто проверяла, жива я или нет, и уходила из комнаты. Иногда даже воды не давала.

Однажды я с трудом открыла окно и пила дождевую воду, а на следующий день она избила меня чуть не до смерти, говоря, что пол намок.

Но к счастью, та женщина точно не была моей мамой.

— Если бы не долг перед госпожой Одри, я бы и не взялась за эту противную девчонку! Ах, как раздражает!

С тех пор я каждый день думала.

Кто такая Одри? Может быть, это имя мамы? Меня снова бросили родители? Почему моя брошенная жизнь не кончается?

— Эта воровка!

От внезапно раздавшегося резкого голоса я испуганно сжалась.

— Что опять украла поесть?

Я качала головой, но та женщина грозно посмотрела на меня и подняла руку.

— Хотя бы крошки хлеба со рта вытри, прежде чем говорить, эта малявка меня за дурочку держит и пытается обмануть?

— Не-не-нет. Просто...!

*Пах!*

Та женщина резко толкнула меня за плечо назад.

— Кя-а-а!

— Эта тупая грязная девчонка! Замолчи!

С этих слов та женщина начала осыпать меня ругательствами. Голова гудела, грудь болела так, будто разрывалась.

Что же я такого сделала, чтобы меня так ругали? Я так устала, что больше не могла выдержать...

— Хик, хик.

Слезы лились ручьем.

В такой тяжелой ситуации воспоминания о прошлых жизнях не помогали. Как бы ни был у меня опыт прошлых жизней, сейчас я была всего лишь очень маленьким ребенком.

И как в прошлых жизнях, мое сознание постепенно подстраивалось под мой возраст. Поэтому сейчас мне было слишком грустно, слишком тяжело, слишком мучительно.

— Кто это шумно плачет?!

Видимо, плач ее раздражал, потому что та женщина снова подняла руку. Я инстинктивно приняла оборонительную позу и сжалась.

Но тут...

— Что ты сейчас делаешь?

Со стороны двери, которую оставила открытой та женщина, послышался незнакомый голос. Я, которая уткнула голову между колен, подняла заплаканное лицо.

— Г-герцог ваше высочество?!

Та женщина запаниковала и отступила на шаг. Только тогда я смогла как следует рассмотреть появившегося человека.

Герцог?

Это был мужчина настолько высокий, что мне нужно было вытянуть шею, чтобы увидеть его полностью от ног до лица. Выделялись широкие плечи и стройное, но мускулистое телосложение.

Затем в глаза бросились взлохмаченные, но красиво блестящие серебряные волосы. Эти серебряные волосы были похожи на мои. Правда, мои были жалкими — немытыми и нерасчесанными.

Зачем он пришел сюда? Может быть, он человек, который может меня спасти?

Мужчина посмотрел на меня рубиново-красными глазами, а затем перевел взгляд на ту женщину. Из этих драгоценных глаз исходила острая сила.

— ...Совсем обнаглела.

— П-понимаю, что ситуация может вызвать недоразумение, ваше высочество. Но пожалуйста, сначала выслушайте мои объяснения.

Та женщина заикаясь оправдывалась.

— Прежде всего. Одежда, которую носит этот ребенок, очень поношенная.

— Э-это...!

Женщина растерянно посмотрела на меня, а затем дрожа ответила:

— Дети обычно быстро пачкают одежду, играя на улице. Даже если утром надеть новую одежду, к вечеру она становится такой!

Мужчина с выражением полного недоверия продолжил допрос женщины.

— А почему она так исхудала?

— Барышня очень активная... поэтому как ни корми, не толстеет.

Это оправдание явно разозлило мужчину. С еще более суровым лицом, чем вначале, глядя на ту женщину, он низким голосом спросил:

— ...Ты сейчас пытаешься со мной шутить?

Тяжелая атмосфера внезапно сдавила дыхание. Видимо, это чувствовала не только я, потому что та женщина схватилась обеими руками за горло и упала на колени.

— И-икх! В-ваше высочество. Это несправедливо.

Женщина, казалось, испытывала гораздо большее давление, чем я.

— П-простите! Прошу!

Та женщина, которая всегда казалась мне такой страшной и большой, жалко распластавшись, молила о пощаде.

— Леди проблемная, и за ней очень трудно ухаживать, поэтому я на минутку ошиблась, но я заботилась о барышне с величайшим усердием!

— С величайшим усердием заботилась...

Мгновенно давящее воздух напряжение исчезло.

В тот момент мой замерший от страха мозг начал лихорадочно работать. Серебряные волосы, похожие на мои, то, как он допрашивает ту женщину из-за моего плачевного состояния, и титул «герцог».

Это человек, который может мне помочь.

Какие бы ни были у нас отношения, казалось, что только этот мужчина сможет мне помочь. Нельзя допустить, чтобы он поверил лжи той женщины и просто оставил меня здесь.

— Н-Неправда.

На мои слова мужчина и та женщина одновременно посмотрели на меня.

— Много бьет. Хик, каждый день мучает и морит голодом...

Я хотела объяснить, почему меня нельзя здесь оставлять. Хотела показать свое отчаяние тому мужчине, который выглядел способным мне помочь, чтобы он взял меня с собой.

— Ни разу на улицу не выходила. Я заперта здесь.

Но в конце концов сдержанный плач прорвался.

— Выгляжу плохо, в странной одежде только потому... что если помыть и покормить, будет лучше, чем сейчас.

— ........

— Я буду всё делать.

— ......

— Что прикажете, всё буду делать, поэтому...

Из-за плача я больше не могла продолжать говорить. Я, заливаясь слезами, вцепилась в мужчину.

— Хик, хик, пожалуйста, возьмите меня с собой...

Раз начавшись, плач никак не утихал. Даже пытаясь задержать дыхание и подавить его, не получалось. Это все мое измученное тело изливало горе и плакало. Поэтому моей воли было недостаточно, чтобы это остановить.

Тем временем та женщина подползла и зажала мне рот.

— Леди ещё маленькая, поэтому лжет. В этом возрасте все обычно лгут...

Нет, нет. Я не лгу. Эта женщина лжет.

Я хотела хотя бы отбиться от руки, закрывшей мне рот, но из-за того, что ничего не ела, в теле не было сил.

Я смотрела на мужчину умоляющими глазами, прося поверить мне. Однако мужчина только смотрел на меня сверху вниз, не отвечая.

Он мне не верит...?

Это было отчаянно. Было так тяжело, я еле держалась, думала, что наконец-то вырвусь из лап той женщины.

— Как ты смеешь...

Именно в тот момент, когда я, не в силах справиться с горем, собиралась залиться еще большими слезами.

— Куда ты кладешь свои руки?

— Что? Г-герцог, неужели вы верите словам ребенка...

Мужчина большими шагами подошел ко мне. Те долгожданные шаги, шаг за шагом, наконец остановились передо мной.

Я почувствовала, как меня берут на руки, и внезапно моя точка зрения поднялась выше.

— Лёгкая.

Он пробормотал себе под нос.

— Нужно покормить.

Я тяжело дыша от неровного дыхания, смотрела на мужчину глазами, полными слез.

— ...Разберитесь с ней.

Когда он приказал рыцарям рядом, рыцари подошли к женщине.

— Г-герцог. Пожалуйста, проявите милосердие...!

Когда послышался металлический крик той женщины, мужчина закрыл мне глаза.

В тот момент, как по волшебству, я погрузилась в глубокий сон.

Я спала долгим-долгим сном.

Проспав несколько дней крепким сном, я, в отличие от обычного, проснулась сама, хотя никто меня насильно не будил.

Первое, что я увидела, — это ослепительные солнечные лучи.

А когда глаза привыкли к свету, передо мной открылись стены, оклеенные дорогими обоями цвета слоновой кости с коричневыми изысканными узорами.

Оконные рамы были украшены старинной, но роскошной резьбой, а голубые занавески с кружевами были настолько прекрасны, что из такой ткани можно было бы шить платья.

Внизу сверкал полированный мраморный пол.

— Где это...

— Ой, леди! Вы проснулись?

От голоса, донесшегося со стороны двери, я испуганно сжалась по привычке.

— Ой, простите меня. Я вас напугала?

Извинения? Передо мной?

Я осторожно подняла голову и посмотрела на женщину, вошедшую в комнату.

Женщина с рыжими волосами и веснушками, покрывавшими щеки и переносицу, производила почему-то дружелюбное впечатление.

Хотя стало лучше, чем раньше, сердце все ещё колотилось.

— Здравствуйте, леди. Наконец-то удается с вами познакомиться. Я ваша няня, Элиза.

— ...Элиза? Няня?

— Да, леди. Отныне я буду заботиться о вас. Можете звать меня Элизой или просто няней, как вам удобно.

Заботиться обо мне? Но зачем?

Все казалось странным и непонятным.

— Госпожа перед смертью попросила меня позаботиться о леди.

Обращение «госпожа» — я помнила, что слышала его раньше.

Значит, тот человек, который умер, когда я родилась, действительно была моей мамой.

До сих пор я сомневалась...

— Когда госпожа была беременна около восьми месяцев, она внезапно родила барышню в столице. И примерно в то же время вокруг владений начали появляться монстры.

Она посмотрела на меня печальными глазами.

— Хотели забрать барышню, но было слишком опасно, ничего не могли поделать. Как же я ждала дня, когда смогу встретиться с барышней...

Правда ли это?

Глаза Элизы говорили правду, но я все ещё не могла поверить, что кто-то может обо мне заботиться.

К тому же та женщина говорила, избивая меня, что только она одна согласилась присматривать за такой, как я.

Что я всего лишь выброшенный мусор.

— ...Никто меня не искал, она так говорила.

— Кто мог такое сказать? Та женщина? То, что говорила та злая женщина леди, — все ложь.

Я хотела поверить этим словам, но доверие приходило нелегко.

Элиза, видимо, поняла это из моего молчания.

— Вы носите кольцо госпожи.

— ........

В тяжелеющей атмосфере Элиза быстро сменила тему.

Ее попытка оказалась весьма эффективной.

— Это мамино кольцо?

— Да. Госпожа носила его всю жизнь.

Но это кольцо я получила от той беременной женщины перед смертью в прошлой жизни.

После рождения оно осталось на моем пальце, и я думала, что это странно, но как оно могло оказаться маминым кольцом?

— Наверное, госпожа оставила его барышне перед смертью. Говорят, оно само подстраивается под толщину пальца — и правда так!

Неудивительно, что оно не спадало даже с моих тощих, как соломинки, пальцев.

Оказывается, у него была такая функция.

Ситуация казалась запутанной. Но я не могла рассказать Элизе, что на самом деле получила это кольцо от беременной женщины перед смертью.

Разберусь постепенно.

Я решила пока сосредоточиться на том, чтобы принять ситуацию.

— Элиза, я хочу кое-что спросить.

— Да, спрашивайте что угодно.

На добрый ответ Элизы я собралась с духом и открыла рот.

— ...Как меня зовут?

Это был самый важный вопрос.

---

Вивьер Анданте.

Через несколько дней исполнится три года — сейчас мне 2 года и 9 месяцев.

Гражданство — как и во второй жизни, Ибриттон.

А тот мужчина, который пришел меня спасти, — мой папа, герцог Анданте.

Это к счастью или к несчастью?

Мои чувства были очень сложными, когда я шла в столовую на обед с папой.

Если ты житель Ибриттона, то не мог не знать о трех великих герцогских домах нашей страны:

1. Дом герцога Анданте: семья, известная разработкой боевого оружия и магических артефактов

2. Дом герцога Швиц: семья основателей государства

3. Дом герцога Лайан: рыцарская семья, из поколения в поколение рождающая мастеров меча

Но к дому герцога Анданте прилагалось ещё одно определение.

Семья злодеев без капли жалости.

Ходили упорные слухи, что в доме герцога Анданте, если дело принимает неправильный оборот, беспощадно обнажают мечи даже против родной крови.

Более того, говорили, что эта жестокая и холодная натура — семейная традиция.

Если это правда, то меня не будут особо лелеять только потому, что я дочь.

На самом деле, это было привычно. В двух предыдущих жизнях семейное счастье тоже всегда обходило меня стороной. Эта жизнь ничем не отличалась.

Я вспомнила первую встречу с папой.

...Определенно, он был страшным человеком.

В глазах папы, смотревшего на меня, не было любви.

Он спас меня просто потому, что я была кровью дома герцогов Анданте.

Возможно, раз уничтожили всех монстров, пришло время забрать меня. Да, наверняка так.

Что же делать дальше?

По слухам, у каждого из дома герцога Анданте были выдающиеся способности.

Либо очень хорошо владели магией.

Либо были умны настолько, что создавали широко используемые магические формулы.

Либо разрабатывали потрясающее боевое оружие...

Но у меня пока не было таких выдающихся способностей.

К тому же я, казалось, сильно отличалась от людей дома Анданте, о которых слышала в слухах.

А вдруг я, выросшая снаружи без нормального питания, стала чем-то вроде мутанта семьи?

Мой характер был далек от жестокой натуры, которая считалась семейной традицией. У меня не было и амбиций.

Сейчас я желала только одного.

Раз уж родилась, то пусть на этот раз жизнь будет долгой и спокойной.

В первой жизни я умерла, так и не успев нормально поработать, а во второй жизни закончила жизнь в пятнадцать лет.

В этот раз я не хотела так.

Погоди-ка.

Вдруг вспомнилось кое-что.

Определенно, в тот день я обещала папе, что если он заберёт меня, то буду делать все, что он прикажет.

Не из-за того ли обещания он и забрал меня?

Если он заметит, что у меня нет особых способностей и я отличаюсь от крови дома герцога Анданте...

От страха, что меня могут снова бросить, сердце внезапно забилось быстрее.

— Леди, мы пришли.

На слова Элизы я подняла голову, остановившись на месте.

По обеим сторонам двери, в которую мне предстояло войти, были прикреплены роскошные скульптуры львиных голов.

Не только глаза львов, но и их гривы были усыпаны дорогими камнями.

Богатством так и прёт.

Действительно, дом герцога Анданте.

От следов богатства, видных повсюду в особняке, мне стало ещё грустнее от мысли, что меня могут выгнать.

Не было родителей, которые ради того, что ты их ребенок, стали бы жертвовать своим временем и деньгами, чтобы тебя растить.

Обе предыдущие жизни были именно такими.

Отцовская и материнская любовь, о которых так много говорят люди? Я в это не верила.

Но нельзя же просто глупо сидеть сложа руки.

В этом богатом пространстве я хотела расти в безопасности, досыта питаясь.

Когда подрасту настолько, чтобы как-то справляться с миром самостоятельно, тогда можно будет уйти из герцогского дома, но до тех пор не хотела быть брошенной.

Понравлюсь папе.

Понравлюсь и как-нибудь продержусь в этом доме. Хотя бы до тех пор, пока не смогу быть самостоятельной.

Я крепко сжала кулаки, укрепившись в решимости, и с торжественным настроением вошла в столовую.

Папа сидел за длинным золотистым столом, уставленным едой.

И, видимо занятый, смотрел в документы.

Действительно красивый.

В тот день, когда он меня спас, я чувствовала, что он внушительный, но сегодня, зная, что он мой папа, восхищалась ещё больше.

К тому же, даже не глядя на меня прямо, его присутствие было подавляющим.

Вот что значит быть главой дома герцога Анданте?

— Ваше высочество герцог, леди прибыла.

На слова Элизы папа обернулся ко мне.

Я не упустила этот момент и поспешно подбежала к папе.

Затем, вежливо сложив руки, встала перед папой и поклонилась.

— Папочка, спасибо, что привез меня сюда. Буду хорошо слушаться, прилежно учиться, честно...

Я старалась выглядеть как можно послушнее, продолжая говорить.

А?

В тот момент, когда я подняла голову, документы, которые папа читал до этого, наполовину попали в мое поле зрения.

На первый взгляд там был нарисован большой шар, а под ним множество вычислений выглядели очень сложными, но...

Да это же вычисление объема шара.

Технарь до мозга костей.

Пять лет на архитектурном факультете с отличными оценками.

Освоившая всевозможные математические и физические формулы, для меня найти ответ к этому сложному содержанию было слишком просто.

— Папочка, это...

Когда я указала пальцем на документы, папа приподнял бровь.

— Что такое?

— Дайте мне.

Не нужно ничего такого сложного — я решу это в один момент.

Папа с недоумением посмотрел на меня сверху вниз — на ребенка, который просил дать ему свои документы.

И это было понятно.

Я была двух с половиной годовалым малышом, который не то что толком ничему не научился, а даже досыта не ел, пока рос.

— Дайте, папочка.

Я вежливо сложила руки и попросила еще раз.

Побледневшая Элиза поспешно подошла и обняла меня за плечи.

— Простите, ваше высочество герцог. Леди, наверное, из любопытства...

В этот момент папа протянул мне документы.

— Посмотрим, что ты собираешься делать.

Разрешение получено!

Я взяла документы и принялась усердно их изучать.

Как я и думала.

Как я и ожидала, эти несколько страниц документов содержали все вычисления для определения объема шара.

Значит, через такие расчеты создают огненные шары для использования в бою.

Впервые видя магические формулы, я подумала, что, возможно, смогу легко применить к ним математические формулы, и принялась внимательно изучать содержание.

Определенно можно было вычислить объем шара, но поскольку формула не была систематизирована, расчеты получались сложными.

— Объем этого шара равен 113,04.

— ...Как ты это вычислила?

На самом деле, если просто вычислять по написанному, получить ответ было несложно.

Но расчеты были длинными и сложными — на них ушло бы полдня.

Папу интересовало, как я смогла дать ответ меньше чем за три минуты.

Нужно немного потянуть время.

Сразу объяснять было неинтересно.

К тому же было подозрительно, если двух с половиной годовалый ребенок окажется достаточно умным, чтобы бойко объяснять формулы.

Конечно, то, что я решила задачу, тоже было достаточно подозрительно, но все же я решила имеющиеся вычисления.

— Пр-просто знаю.

— Та женщина научила тебя такому?

Та женщина — имеется в виду та злая женщина?

Да как же! Она даже имени мне не сказала!

— Нет.

Я поспешно покачала головой.

— Просто... как только увидела, сама поняла.

Сморщившись.

Пожалуйста, больше не спрашивайте.

— Видимо, леди определенно унаследовала кровь Анданте, ваше высочество.

Когда могли последовать дополнительные вопросы, что было бы неловко, Элиза в подходящий момент меня выручила.

— Хотя в семье Анданте всегда были выдающиеся таланты в магии и фехтовании, отличающие их от обычных людей, возможно, барышня унаследовала стратегические способности.

— ...Возможно.

Папа посмотрел на меня сверху вниз.

Взгляд был странным.

Казалось, он пытался выяснить, какой секрет я скрываю.

И в то же время, по сравнению с недавним, его взгляд стал как-то мягче.

Определенно лучше, чем когда я впервые вошла в столовую.

В такой момент нужно быстро сменить тему.

— Папочка.

Я почувствовала, как в животе заурчало, и искренне сказала:

— ...Я голодная, хи-и-и.

---

У папы не было достаточно времени, чтобы долго тратить его на обед.

— Принесите ей столько еды, сколько захочет. Чтобы живот не был таким плоским.

На слова помощника о том, что днем будет совещание, папа оставил лишь эту изящную команду и вышел из столовой.

Благодаря этому мой всегда плоский живот впервые за долгое время раздулся круглым, как полная луна.

Я действительно очень много съела.

Ела до тех пор, пока меня не начало тошнить, но продолжать есть было необходимо.

Мясной суп, фрукты, салаты...

Все это были блюда восхитительного вкуса, от которых глаза загорались.

Я радостно объедалась, но Элиза и другие слуги извинялись, что не могут принести еще более вкусные блюда, хотя их много.

— Врач сказал, что сначала нужно начинать с блюд с мелкими кусочками и постепенно увеличивать разнообразие пищи...

— Понятно.

Это была разумно.

Ведь до сих пор я почти голодала, а если вдруг начать есть много вкусной еды, то непременно будет расстройство желудка.

На самом деле, хотя я ела в основном легко усваиваемую пищу, видимо, переела, потому что в животе постоянно урчало.

Будет ли все в порядке?

Я потерла полный живот своими крошечными ручками, похожими на папоротник.

Казалось, что этот живот спадет только после того, как я проспю хотя бы одну ночь.

— Леди, если вам хорошо, может, погуляем?

— Погуляем?

— Да, покажу вам герцогский замок. Он очень большой и красивый, а комнат в нем много.

Слова были благодарными, но можно ли мне выходить?

Та женщина устраивала всевозможный переполох и кричала, даже если я чуть-чуть подползала к двери.

Поэтому я ни разу в жизни не выходила из той комнаты.

Конечно, судя по тому, что сейчас я нахожусь в столовой, здесь меня, похоже, не ограничивают.

— Не хотите выйти? Хотела бы показать вам комнату леди.

—А? Та комната не моя?

— Нет, комната, в которой вы проснулись сегодня, — гостевая. Она слишком мала для комнаты леди.

Что такое? Я плохо поняла.

Та комната мала! А ведь она была больше моей прежней комнаты в десять раз.

Даже бегать туда-сюда в ней было просторно. Немного преувеличивая, она была как стадион.

— Комната леди гораздо больше. И жить в ней будет удобнее. Пока не все убрали, поэтому вы временно находились там.

— Что это за комната?

— Ну, как сказать... Например, комната принцессы?

Комната принцессы?

Сердце забилось от волнения.

— Давайте сначала сходим посмотрим, леди. Хотя еще не все закончено, но госпожа обустраивала эту комнату, ожидая рождения леди, так что на нее стоит посмотреть.

— Мама обустраивала?

— Да. Она с радостью готовилась, говоря, что ребенок в животе обязательно будет принцессой. И много детских книжек с картинками для леди приготовила.

Услышав это, мне стало очень-очень любопытно.

И хотелось выйти.

Мне было интересно, где я живу.

На самом деле, даже если это не мое место жительства, мне был интересен мир.

Ведь я ни разу не выходила с рождения.

Ведь я ни разу не видела, каким стал мир после моей смерти.

— ...Хочу посмотреть.

На мой ответ лицо Элизы просветлело.

— Да, леди. Сначала пойдем в комнату. На улице холодно, поэтому оденем вас потеплее.

Я взяла Элизу за руку и вернулась в комнату.

Действительно удивительно.

Удивительно было то, что можно выходить наружу, и удивительно было то, что у меня много платьев для носки, как сказала Элиза.

А раньше я даже толком не мылась.

Кстати, когда я проснулась в герцогском замке, мое тело было чисто вымыто.

Наверное, потому что я была слишком грязной.

Та женщина плохо меня мыла. Когда мыла, просто небрежно хватала за руки и окунала в холодную воду, а потом кое-как вытаскивала.

Когда я начинала рыдать, она бросала меня на полотенце, от которого пахло помойкой из-за налипшей грязи, крича, что я шумная.

Тогда я сама вытирала тело, чтобы не замерзнуть насмерть.

При таких обстоятельствах не могло быть нормальной одежды.

— Готово.

Пока я была погружена в мысли, Элиза застегнула пуговицы верхней одежды до самого моего горла.

— Боже мой, какая прелесть! Показать вам в зеркале?

Элиза суетилась и подняла меня на руки, отнеся к большому зеркалу в золотой оправе.

— Быстрее смотрите. Разве не очень красиво?

— ...Это я?

Поверить было невозможно.

Я, я ведь выгляжу не так.

Серебряные волосы, покрытые всякой пылью и жиром, немытое лицо с желтыми пятнами грязи — грязная и некрасивая девчонка.

Тощая, с хилыми руками, даже непонятно, ходит ли на руках или на ногах — жалкая девчонка.

Это была я. Это я и была.

Сейчас в зеркале была девочка, совершенно не похожая на знакомый мне облик.

Пожелтевшая кожа стала мягкой и белоснежной, а глаза, которые всегда были скрыты под челкой, оказались ясно-голубыми, как чистое море, и блестящими.

Не веря в эту ситуацию, каждый раз, когда я моргала, длинные ресницы отбрасывали глубокие тени.

И порозовевшие щечки, и пухлые вишневые губы без единой трещинки.

И общая гармония черт лица.

Все было совершенно.

Действительно совершенно, как богатая леди, которая выросла в большой любви.

Точно как мое новое имя — «Вивьер».

И серебряные волосы, блестящие как новые, мне очень понравились.

Как у папы.

Тогда я думала, что они отличаются от моих серебряных волос.

Но теперь, когда их аккуратно вымыли, расчесали по направлению роста и заплели, мои волосы стали похожи на папины.

Этот момент... почему-то был приятным. Я не могла описать, что это за чувство.

— А...

— Как вам, нравится пальто? Хотела одеть леди, поэтому как только герцог сказал, что поедет забирать леди, то сразу сшила эту одежду.

На слова Элизы я только сейчас обратила внимание на одежду.

Не замечала, но на мне было синее платье с множеством оборок по подолу.

А поверх — темно-синий плащ-пальто из очень мягкой и легкой, но в то же время очень теплой ткани.

Элиза сказала, что сшила его сама, но это была одежда невероятно хорошего качества.

— Первая шерсть молодого селатоса очень мягкая.

Элиза тоже с гордым лицом объяснила.

— Это сделано из очень редкой ткани, обработанной из шерсти, которая выпадает, когда селатос линяет.

— ...Очень красиво. Это правда мое?

— Конечно. Это ваше, леди.

Мой благородный облик был настолько непривычным, что я долго не могла оторвать глаз от зеркала.

Элиза дала мне время, чтобы я могла достаточно полюбоваться своим видом.

— ...Леди, теперь пойдем?

На голос Элизы я наконец пришла в себя.

— Да.

Так первое место, куда меня проводили, был сад герцогского замка.

— Это место больше всего любила госпожа. В хорошую погоду она выносила столик и наслаждалась чаем или чтением.

Несмотря на холодную зиму, повсюду цвели разноцветные цветы.

— А здесь ухаживают пять садовников.

— Целых пять?

— Да, это много даже по сравнению с другими дворянскими семьями, но герцог хочет сохранить это место таким, каким его любила госпожа.

Это было немного ошеломляюще.

А я думала, что он очень страшный человек.

Разве дом герцога Анданте не был местом, где живут безжалостные и ужасные люди?

— Здесь в каждой зоне используются магические артефакты, которые обманывают представление о сезонах, поэтому можно увидеть цветы всех четырех времен года.

— Элиза.

— Да, леди.

— Мама... почему умерла?

Мне стало это интересно.

Если подумать, я знала, что мама умерла, но не знала причины, почему она умерла.

— ...Ну, срок родов госпожи был в конце января. А леди родилась в начале ноября.

Элиза печально посмотрела на меня сверху вниз.

— Зашла в гости к родителям и заехала в столицу, а потом пришло письмо. Что госпожа родила леди и умерла от родильной горячки, а леди, к счастью, здорова.

...Значит, не от какой-то другой болезни, а действительно из-за меня, умерла при родах.

— Не делайте такое выражение лица, леди. Госпожа была бы рада, что смогла защитить леди.

Но я не была рада.

Конечно, я знала, что при родах, если не повезет, можно умереть.

Это был объективный факт, но неприятно было то, что это касалось именно меня.

Может быть, та женщина часто называла меня «чертовой девчонкой» именно поэтому?

— Что ты здесь делаешь?

Внезапно сзади послышался знакомый голос.

Папа!

Я быстро повернулась к папе, даже не дав Элизе взять меня за руку.

Неужели дневное совещание уже закончилось?

Хотя, конечно, после того как папа вышел из столовой, я ещё долго ела.

Примерно прикинув время, казалось, прошло около трех часов.

— Ваше высочество герцог. Леди много поела, поэтому вышли на прогулку, чтобы она переварила пищу и подышала воздухом.

— ...День очень холодный.

Голос был холодным, как лед.

Затем красные глаза быстро окинули меня с головы до ног.

От недоброжелательного взгляда, отличавшегося от недавнего, мое тело окаменело от страха.

Что я сделала не так?

Внезапно погода показалась холодной. Тело задрожало.

— Она вообще что-то нормально поела? Мало того, что худая и хилая, так ещё и дрожит.

— .....

Определенно выражение было такое, будто ему что-то не нравится.

Накатило непонятное беспокойство. Как и ожидалось, папа обвиняюще спросил Элизу:

— Почему этот ребенок сейчас в саду?

Папа, казалось, говорил, что мне здесь быть не следует.

Неужели.

Причина, по которой он смотрит на меня с таким недовольным выражением, — из-за мамы?

Папа, видимо, любил маму настолько, что нанял пятерых садовников для ухода за садом, который она любила.

Но мама умерла из-за меня, а я нахожусь в саду...

Я ему противна.

И если я буду совершать такие поступки, которые папе не нравятся, и буду постоянно получать такие холодные и ледяные взгляды.

Меня сейчас выгонят.

Грудь, наполненная надеждой, мгновенно сжалась, как лопнувший воздушный шар.

---

— Леди, вы в порядке?

После того как нас почти выгнали из сада и мы вернулись в комнату, Элиза продолжала беспокоиться обо мне.

— М-м-м.

Я неловко кивнула.

— Не расстраивайтесь так сильно, леди. Герцог — человек, который плохо умеет выражать чувства.

— Плохо умеет выражать чувства?

Сердце упало.

Тогда насколько же хуже будет, если он начнет выражаться по-настоящему?

«Эта крысиная девчонка! Спас умирающую, а она нахально собирается переступить порог дозволенного?»

Неужели папа заговорит так же, как та женщина?

Руки задрожали.

Я уныло подошла к кровати и обернулась к Элизе.

— Можно лечь?

— Что? Конечно. Естественно. Вам не нужно спрашивать у меня разрешения.

Правда?

Я широко раскрыла глаза. Было удивительно, что не нужно просить разрешения, чтобы лечь в кровать.

Раньше я могла ложиться только тогда, когда та женщина говорила ложиться, а когда говорила вставать — нужно было вставать.

— Леди, вы будете спать?

Кивок-кивок.

Когда я молча только кивнула, Элиза с беспокойным выражением спросила:

— Может, что-то нужно? Вы не голодны?

На этот раз я покачала головой.

До недавнего времени я безумно ела, поэтому живот всё ещё был полным.

— Хорошо.

После этого ответа я забралась в кровать, Элиза укрыла меня одеялом и вышла.

Послышался звук закрывающейся двери.

И этот звук дал мне странное облегчение. Но тревога не исчезла.

— Что делать...

Я задумчиво грызла ногти.

Элиза сказала, что не могла забрать меня из столицы из-за монстров, но, возможно, это не так.

Может быть, меня долго оставили, потому что мама умерла из-за меня и я противна?

В любом случае в доме герцога Анданте не очень любят родственников...

Сердце упало.

Если ко мне уже сформировалось негативное отношение, то как бы осторожно я ни вела себя, вероятность проблем была высока.

Как ни думай, не хотелось, чтобы меня выгнали из этого теплого и изобильного места.

Но ведь все меня ненавидели.

В первой жизни родители бросили меня, а бабушка притесняла.

Родители, с которыми я встретилась во второй жизни, тоже меня не любили и только хотели использовать.

Та женщина в этой жизни тоже била и мучила меня.

Неужели как бы я ни старалась, все бесполезно?

Вспомнив холодный взгляд папы в саду, в голову приходили только пессимистичные мысли.

Бабушка в первой жизни говорила, что я бессердечная и дерзкая девчонка.

Родители во второй жизни говорили, что я эгоистичная и глупая девчонка, думающая только о себе.

Может быть, я такая от рождения, поэтому недостойна чьей-то любви.

Поэтому все жизни были такими?

Было очень обидно и грустно.

Почему я такая? Почему все меня не любят?

Если я просто человек, которого все должны ненавидеть, то как мне выжить здесь?

— А!

Внезапно пришла мысль.

Во второй жизни у родителей, которые говорили со мной только колкости, была сестра, с которой они обращались не так, как со мной.

Тогда родители были особенно жестоки ко мне, но и с другими братьями и сестрами не очень ласковы.

Но третья, Лина, была другой.

Родители так любили Лину, что говорили — от одного взгляда на нее наедаются, даже ничего не съев.

Но я не могла ненавидеть или ревновать к Лине.

Потому что Лина действительно была прелестным ребенком.

Тот ребенок...

Всегда была веселой. Всегда с улыбающимся лицом, даже в трудных ситуациях не плакала и не унывала.

Даже в сложных обстоятельствах старалась найти решение, а не жаловаться. К тому же говорила мило.

Я в прошлой жизни отказалась от родителей, которые меня не понимали, но в глубине души все же жаждала их любви.

Поэтому Лина раздражала, но искренне ненавидеть ее я не могла.

А что, если я буду как Лина?

Не хотелось, чтобы меня выгнали.

До тех пор, пока не вырасту, хотела как-то продержаться здесь.

Нет, на самом деле...

Когда я решила задачу с объемом шара, казалось, что взгляд на меня стал немного добрее.

Хотелось получить признание своей полезности.

Для этого нельзя было так унывать.

Если оглянуться назад, то в двух предыдущих жизнях ни разу счастье не приходило само к тихо сидящей мне.

В первой жизни билась головой о стену, колола бедро циркулем, изучая.

Во второй жизни выкапывала покрытые пылью корни травы, еле выживая в голоде, помогала с черной работой в деревне, заслужила доверие и смогла попасть к архитектору.

И то, что я все-таки смогла попасть в этот герцогский замок, тоже было потому, что в тот день я разоблачила ложь той женщины.

Нельзя просто сидеть и беспокоиться о том, что меня бросят.

Конечно, папа был страшным.

Те безразличные глаза, которыми он на меня смотрел, и холодные, как лед, слова...

Дрожь.

Вспомнив происшествие в саду, руки задрожали.

— Нет!

Я крепко сжала кулаки.

Если я ему не очень нравлюсь, то заставлю полюбить меня.

— Не сдамся!

Своим острым умом докажу свою полезность и обязательно выживу в этом месте.

Я запечатлела в сердце амбициозную цель и решила выжидать возможности снова встретиться с папой.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как я поселилась в герцогском замке.

Выжидая подходящий момент, я наконец дождалась, когда Элиза ненадолго отлучилась, и радостно сбежала из комнаты.

Но вот незадача.

— Что-то не так...

Куда ни глянь — везде одинаково.

— Не пойму что.

Длинный коридор тянулся бесконечно, словно не имел конца.

— ...Попала в переплёт.

Где я и кто я такая вообще?!

Того и гляди, не успею найти папу, заблужусь окончательно, и меня никто не обнаружит — умру с голоду.

Этот герцогский замок был невероятно огромным, просто нереально большим.

Не то что папину комнату — я даже дорогу обратно в свою найти не могла!

— Что же делать!

Какая же я дура.

Надо было попросить Элизу отвести меня к папе, а не убегать тайком.

— Ой, правда? Что же теперь делать?

— Бедная Элла.

Пока я растерянно стояла чуть не плача, издалека донёсся разговор.

Кто-то идёт!

Я быстро поднялась с пола, где сидела, и заковыляла в сторону голосов.

Быстрее, не упустить бы.

Сердце забилось от волнения.

Но мои ножки были такими короткими, да и ходить я толком не умела, так что тело меня плохо слушалось.

Нельзя их упустить.

Стараясь не упасть, я отчаянно побрела за голосами.

— А мы опоздаем. Главная горничная может поругать, давай чуть быстрее пойдём.

— Да, поторопимся.

Эй, не торопитесь!

— Подождите!

Я закричала изо всех сил, но, видимо, была слишком далеко — меня не услышали.

Чтобы не потерять горничных из виду, я побежала на своих скрипучих ножках.

— Ох, как жалко. Дом у Эллы выглядел крепким, кто бы мог подумать, что он так рухнет.

— Точно. Говорят, отец Эллы может вообще потерять левую руку.

— Как же так. Недавно ещё думала, как жалко Биллин — её дом рухнул, и семья переехала в хижины. А тут Элла ещё хуже пострадала.

Сначала я просто старалась не отстать от горничных, но, слушая их разговор, почувствовала странность.

О чём они вообще говорят?

— Я тоже боюсь, что наш дом рухнет.

— И я. Папа принёс брёвна и подпёр ими стены, но всё равно страшно.

Почему все боятся, что их дома развалятся?

— Этим летом не было тайфунов, думали — пронесло. А зимние ветры оказались такими сильными.

Конечно, если тайфуны сильные, а зимние бури свирепые, дома иногда рушатся, но разве бывают дома, которые валятся от любого ветра?

— А!

Элиза рассказывала, что из-за нашествия монстров деревни подвергались нападениям.

Может, тогда земля сотрясалась или дома повредились, а как следует их не отремонтировали?

— Что ты здесь делаешь?

Пока я строила догадки на основе услышанного, сверху донёсся холодный голос.

— А?

Только теперь заметила — передо мной легла огромная тень.

Я медленно подняла голову. Вытянув шею, наконец увидела.

— Хлипкая малявка, а бегает туда-сюда.

Суровое лицо папы.

— О... те...ц?

Если скажу «папа», может рассердиться за дерзость.

Я быстро сменила тактику.

— Папочка!

Папа приподнял бровь.

— Несколько дней назад ты и пикнуть не могла, а тут голос такой громкий.

Несколько дней назад — в саду, что ли?

Ну да, папа тогда был такой страшный...

Губы чуть не надулись, но я быстро их втянула.

Как Лина!

Надо улыбаться. На милое лицо не плюют!

— Тогда я стеснялась.

Улыбаться непривычно, уголки рта плохо поднимались, но я отчаянно старалась.

— Стеснялась?

К счастью, мои усилия возымели действие — папа заинтересовался.

— Да!

Кивок-кивок.

— Почему?

— Потому что...

А как Лина поступала?

Она никогда не лгала, но часто хвалила других.

Словно обладала способностью видеть только хорошие качества людей.

Если бы Лина была здесь, она бы точно...

— Папочка самый красивый из всех, кого я видела.

Сказав это, я побежала к папе.

— И в будущем тоже будете.

Затем схватила его брюки маленьким кулачком и посмотрела на него снизу вверх блестящими глазками.

Ну как, неплохо?

Где ещё найдёшь такую умную дочку, которая так преданно любит папу?

— ...Малявка.

Но вопреки моим ожиданиям, голос папы оставался жёстким.

Я расстроилась и опустила уголки рта. Да, такие вещи получаются только у тех, кто умеет...

— Уже кое-что понимаешь.

А? Я правильно расслышала?

— То... то есть...

Растерявшись, я схватила убегающие мысли и быстро ответила:

— Я дочка папочки, поэтому умная.

Папа прикрыл лицо большой рукой.

Что это?

Кажется, промелькнула улыбка.

Или темно, и я не так увидела?

Пока я озадаченно смотрела на папу, он строго приказал:

— Иди в комнату. Уже вечер.

Я покачала головой.

— Не пойду.

Конечно, послушная дочка, преданная папе, сказала бы: «Да! Поняла!» — и тут же убежала... но сейчас я ничего не могла поделать.

На мой ответ папа посмотрел на меня с неодобрением.

— Почему не пойдёшь?

Причина была одна:

— Я не знаю дороги...

Лицо папы исказилось от недоумения.

---

Папа приставил ко мне двух горничных, чтобы я не заблудилась, пока Элизы нет рядом.

Элиза сказала, что Джейн и Лидия, ставшие теперь моими личными горничными, пользуются хорошей репутацией в замке.

Мол, папа явно заботится обо мне.

Правда это или нет, но хороший знак.

В любом случае, если мне выделили прислугу, значит, выгонять меня в ближайшее время не собираются.

— Леди, это подарок от его светлости герцога.

Джейн протянула мне небольшую коробочку.

Что это?

Открыв явно дорогую коробку, я увидела под пергаментом множество печенюшек.

А на пергаменте лежали маленькое письмо и перо.

Развернув письмо, обнаружила несколько листов бумаги с математическими примерами.

Они были гораздо аккуратнее тех, что папа показывал мне в документах, но всё равно сложные.

Что именно нужно было вычислить — не указывалось.

В прошлый раз на бумагах была нарисована сфера, и я сразу поняла, но тут придётся решать, чтобы разобраться.

— Говорят, его светлость герцог очень заботится о леди — и это правда.

А? Вдруг?

Неужели основанием служит то, что он прислал печенье вместе с задачами?

— Это перо герцог получил от предыдущего герцога.

— Ой, какая наблюдательная. Джейн, откуда ты знаешь?

— Здесь герб герцогского дома. Смотри.

— И правда. Слышала, что герцог очень дорожит этим пером...

Услышав слова горничных, я внимательно посмотрела на перо, которое бездумно держала в руке.

Присмотревшись, действительно увидела на наконечнике герб герцогского дома.

И по сравнению с другими перьями, которыми мне доводилось писать в прошлой жизни, это лежало в руке гораздо удобнее.

Дорогое, наверное.

Хи-хи. Уголки рта сами поползли вверх.

Такие вещи стоит хорошенько сберечь — пригодятся, когда буду собирать деньги на дорогу из герцогского дома.

— Леди, попробуйте печенье.

Пока я разглядывала задачи и перо, горничные переложили печенье на тарелку.

Как раз время полдника, и я слегка проголодалась.

С радостью открыла рот и откусила печенюшку.

— Вах!

Всего один кусочек — и я поняла, что это печенье совсем иного уровня.

Сливочное печенье обладало невероятно глубоким масляным вкусом, было одновременно ароматным и сладким.

Шоколадное отдавало насыщенным шоколадом, но не приторно, и с молоком было просто идеально.

— Такое вкусное...

Не может быть более счастливого момента.

Ещё месяц назад я утоляла голод хлебными крошками с пола, а здесь не было ни одного невкусного блюда.

И сегодняшнее печенье — просто верх совершенства.

— А, теперь вижу — это печенье из кондитерской «Ремитабль» в столице.

— Ой, точно. Его можно получить только по специальному заказу!

Значит, это печенье из популярной кондитерской, которое трудно достать даже в герцогском замке.

За одну задачку такая коробка печенья — я готова решить хоть сто задач.

Вкусное печенье плюс стакан молока от Джейн — просто блаженство.

Насладившись этим счастьем, я наконец опомнилась и посмотрела на девушек.

— Джейн, Лидия.

— Да, леди.

— Съешьте это.

Когда я протянула коробку с печеньем, Джейн и Лидия округлили глаза.

— Мы? Леди, это же дорогое печенье.

— Знаю.

Но есть одной жадно как-то.

— Оставьте только для Элизы, а остальное съешьте. Я всё равно одна не съем.

Джейн и Лидия посмотрели на меня растроганно.

— Леди...

— Спасибо, с удовольствием съедим.

— Угу. Зато...

Я взяла девушек за руки и попросила:

— Если будет что-то вкусное, то Джейн и Лидия тоже будут делиться со мной.

— Конечно.

Обретя товарищей по лакомству, я погладила сытый животик и довольно засмеялась.

Мирный вечер.

Это была задача на нахождение площади поверхности сферы.

Логично — чтобы создать огненный шар точного размера, нужны значения и объёма, и площади поверхности.

Поскольку я была уверенной в расчётах выпускницей естественно-научного факультета К-университета, вычисления по готовым формулам не составляли труда.

Но для тех, кто не привык к механическим расчётам, как я, такие вычисления определённо заняли бы много времени.

Как ни крути, это нормально для разработки боевого оружия, но если при использовании магии делать такие расчёты в реальном времени, эффективность сильно упадёт.

Теперь понимаю, почему люди ценили магов духов выше обычных магов.

Не знаю, как сейчас, но сто лет назад определённо считали магов духов более подходящими для боя, чем обычных магов.

Даже в гильдии наёмников начинающий маг духов и младший жрец сразу получали ранг С, а начинающий маг — только Д.

Сосредоточиться на боевой ситуации, держа в голове такие длинные и сложные формулы, было практически невозможно.

У магов тоже была бы возможность показать достаточную силу в реальном бою, если бы у них были готовые формулы.

— Леди, вы решили все задачи?

— Угу! Можете относить.

Я кивнула и передала Лидии листок с ответами.

— Хорошо, когда вернётся няня, я отнесу его светлости герцогу.

— Да, спасибо.

Решив задачи, я принялась уплетать оставшееся на тарелке печенье.

После умственной работы определённо нужна подзарядка сахаром.

Теперь я чувствовала себя живой.

— Как вы это решаете, леди — просто потрясающе.

— Точно. Я даже не понимаю, что это значит. Леди, вы же никогда не учились, откуда такие знания?

Джейн и Лидия рассматривали присланные папой формулы, качая головами.

— Даже за миллион не смогла бы такое решить.

— И я. Леди, вам ещё и трёх лет нет, как такое возможно?

— Эй, Лидия. Зачем такие вопросы? Леди же из рода герцогов Анданте.

На слова Джейн Лидия пожала плечами.

— Даже учитывая это, леди всё равно потрясающая.

— Это да.

Слушая разговор горничных, я решила окончательно отказаться от мысли научить папу формулам.

Если уже одно решение задач вызывает такую реакцию, а я ещё и формулы выдам...

Могу стать Эдисоном континента Элансия.

Этого категорически не хотелось.

Цель нынешней жизни — обязательно жить тихо и спокойно.

Хорошо решать примеры, чтобы понравиться папе, но для тихой жизни нужно было как-то регулировать свои способности.

Если попадутся сложные и трудные задачи, скажу, что не могу решить.

Изначально, если слишком выделяешься, становится хлопотно — нужно заранее подготовиться к возможным ситуациям.

Думая, что во всём нужна осторожность, я дочиста опустошила тарелку с печеньем.

— Лидия, передайте папочке, что было очень вкусно.

— Конечно, леди.

Такую вежливость тоже нельзя забывать.

Жить тихо и быть любимой! Этот путь оказался довольно тернистым.

---

— Леди, доброе утро. Сегодня такая хорошая погода. И ветерок приятный.

— Элиза, я ещё сонная.

Сон так и валил с ног.

Словно наверстывая упущенное в росте, моё тело день за днём полнело и вытягивалось.

Может, поэтому? Видимо, рост давался тяжело, и тело постоянно требовало сна.

— Сегодня нельзя, леди.

— Ууу, хочу ещё поспать.

— Тогда не сможете днём поспать. А без дневного сна будете ещё более уставшей.

Раз так говорит, ничего не поделаешь.

Ууу, просто смерть.

Тяжёлые веки сами собой закрывались.

В таком состоянии сегодня буду слишком много капризничать.

За месяц жизни в герцогском замке я кое-что поняла.

А именно — когда я сильно нервничаю, плохо питаюсь или недосыпаю.

В такие моменты моё сознание глубже сливается с детским телом.

Наверное, поэтому я особенно по-детски себя вела, живя с той женщиной.

В любом случае, сейчас, когда тело бурно растёт, усталость ощущается сильнее, и для поддержания нормального состояния сознания остро необходимы обильная еда и достаточный сон.

Ууум, нельзя дремать.

Думая об этом, я всё же клевала носом и очнулась, только стукнувшись головой о пухлую подушку.

— Ой!

— Наша леди, я так и знала.

Лидия со смехом погладила мне лоб.

— Я специально положила туда подушку. На случай, если леди ударится головой.

После того как мы стали товарищами по лакомствам, отношения с горничными стали очень тёплыми.

— Лидия, Джейн. Папочка прислал клубничный торт. Давайте вместе есть!

— Леди! Я думала, что вы проголодаетесь, и тайком принесла яблочный пирог.

Каждый день тайком что-то делили — странно было бы не подружиться.

В любом случае, благодаря Джейн и Лидии я в последнее время заметно округлилась.

— Сейчас лицо вытру. Сон немного пройдёт.

Джейн уже принесла воду для умывания, смочила мягкое полотенце в тёплой воде и аккуратно протёрла мне лицо.

От тёплого прикосновения настроение немного улучшилось.

Жить как дочка богатого герцога — так хорошо...

Я полностью доверилась рукам Джейн и закрыла глаза.

— Леди, вы ведь знаете, что сегодня ваш день рождения?

Ах! Сегодня же день рождения.

Недавно Элиза говорила, но я опять забыла.

Кстати, обсуждая день рождения, я кое-что узнала. А именно:

Что я переродилась через сто лет.

Горничные сказали, что мой день рождения — 9 ноября 7-го года эры Энджека.

В Ибритене годы различают по девизам правления, которые дают при восшествии императора на престол, а Энджек был незнакомым именем.

Из любопытства я стала расспрашивать и узнала даже о том, когда жил тиран Рубето, приказавший убить всех архитекторов.

Тиран Рубето отдал приказ о казни архитекторов около ста лет назад, а правление закончил примерно семьдесят лет назад.

Удивительно, что после таких дел он ещё тридцать лет у власти продержался.

Хоть человек уже в могиле, но чем больше думала, тем противнее становилось.

— Леди, сегодня его светлость герцог тоже придёт вас поздравить.

— Ууу, правда?

Я очнулась от размышлений и посмотрела на Джейн.

— Да. Давно не виделись, так что нужно особенно постараться. Давайте выберем платье?

— Хорошо!

Ответила, но выбирать платье было делом не моим, а Джейн и Лидии.

Обычно, пока я стояла перед зеркалом, они по очереди прикладывали ко мне разные платья и обсуждали наряд.

— Нашей леди больше всего идёт синее платье с оборками.

И сегодня, как всегда, атмосфера была серьёзной, словно решали важную государственную политику.

— Да, наверное. Посмотри на эти переливающиеся серебряные волосы. Покойная госпожа была блондинкой...

— Эй, Лидия!

— Ой, оговорилась.

Лидия быстро покосилась на меня.

Я сделала вид, что не слышала, и тогда горничные с облегчением продолжили разговор.

— Осторожнее надо. Вдруг леди расстроится.

— Да, я тоже испугалась.

А мне нормально.

Живя с этими двумя, я поняла, что они, как и Элиза, хорошо знали маму.

Поэтому, ухаживая за мной, иногда невольно заговаривали о маме.

— Леди, всё готово. Показать в зеркале?

Джейн, заканчивая с причёской, спросила.

— Не надо.

— Ой, не говорите так.

Горничные силой потащили меня к зеркалу.

Правда, никак не привыкну.

Белоснежная чистая кожа стала ещё ярче — наверное, от хорошего питания.

Большие глаза сияли, как драгоценные камни, а губы-вишенки при каждом движении блестели гладким глянцем.

Серебряные волосы, заплетённые в два хвостика, прекрасно сочетались с синим платьем, украшенным множеством оборок.

Глядя на это, понятно было, почему горничные так восторгаются.

Я ткнула указательным пальцем в щёчку, мягкую как тофу.

Мягонькая.

Не думала, что у меня может быть такой вид.

— Как мило.

От голоса сбоку я очнулась и увидела Джейн и Лидию, смотревших на меня сверкающими глазами.

— Наша леди корчит рожицы?

— Хм?

Только тогда я поняла, что принимаю позу так называемых «милых гримасок».

Попыталась быстро опустить руку, но было уже поздно.

— Надо было купить магический кристалл записи. Хнык. Оставить такой милый момент только в памяти!

— Если не кристалл записи, то хотя бы кристалл фото...

Обе с мученическими лицами стали причитать.

— Можете ещё раз повторить?

— Хм? Конечно...

Хотела сказать «нет».

Собиралась сказать, но выражения лиц Джейн и Лидии были слишком жалостными.

— Ладно, ладно.

Я нехотя подняла руку.

Чем выше поднималась моя рука, тем больше становились глаза Джейн и Лидии.

— Мило...

Раз такая бурная реакция, фан-сервис тоже неплох?

— Делаю мило.

С этими словами я ткнула в щёчку — тык! — и горничные взвизгнули и упали.

— Уааа!

— Так хорошо, леди!

— Только мы это видим. Так жалко!

Зря, что ли, согласилась?

Элиза хотя бы меньше показывала виду, а эти двое — настоящие фанатки.

Я качала головой, пока горничные не пришли в себя.

— В любом случае, если Элиза узнает, что только мы видели такое... определённо будет завидовать... Ой, опоздаем!

— Ой, уже столько времени?

Джейн и Лидия, вдоволь наэмоционировавшись, наконец опомнились и снова поправили мне причёску.

Только тогда я смогла отправиться в столовую, где проходил день рождения.

В столовой не было папы, который должен был прийти.

Элиза, которую не было видно всё время подготовки, командовала приготовлениями ко дню рождения, а слуги суетились туда-сюда.

На тарелках с красивыми узорами уже красовались горячие ароматные блюда — все те, что я люблю, но...

Когда же папа придёт?

Самого важного человека не было.

— Леди, какое желание загадаете?

Прошло около получаса, как я тихо сидела и ждала папу, когда Джейн, следившая за моим настроением, осторожно задала вопрос.

— Не знаю.

А есть ли у меня желания?

Кажется, все мои желания уже исполнились.

Больше не нужно терпеть голод, не нужно ложиться спать с мыслью, что лучше бы завтра не проснуться.

Не слишком ли жадно просить ещё больше?

— Не знаю.

— Разве нет ничего, что хотели бы получить?

— Хм...

Деньги? Золото и драгоценности?

Но о таких вещах нельзя говорить как о подарке.

Могут показать пальцем — мол, ребёнок уже такой расчётливый и меркантильный.

А что ещё может быть?

Думая о желании, которое загадаю, задувая свечи на торте, я заметила, что жду папу уже больше часа.

А, точно.

Теперь понимаю — для папы мой день рождения близок к дню, когда он потерял маму.

Возможно, у него плохое настроение.

— Папочка не придёт.

На мои невольно вырвавшиеся слова Элиза побледнела и стала оправдываться:

— Леди, подождите ещё немного. У его светлости герцога утром возникли неотложные дела...

Но если папа до сих пор не пришёл, не бесполезно ли ждать дальше?

— Ничего, Элиза.

Я беззаботно покачала головой.

— Папочка не придёт. Просто поедим.

— Вы очень голодны?

Поскольку мы товарищи по лакомствам, горничные кормили меня во время подготовки, так что голода особого не было, но хотелось побыстрее закончить эту бессмысленную процедуру.

— Угу. Поедим и загадаем желание. Желание будет...

Хм, решила.

— Чтобы в следующем году смогла встретить день рождения вместе с папочкой.

— В этом желании нет необходимости.

Тут за спиной послышался папин голос.

Удивлённо обернувшись, я увидела папу, входящего через широко открытую дверь.

В шлеме, доспехах и с мечом.

Полностью вооружённый.

— Дела задержали.

Папа передал меч висевший на поясе, рыцарю и сел на место.

— Раз его светлость герцог прибыл, начнём приготовленную музыку.

В торжественной атмосфере зазвучал струнный квартет.

Кроме музыки было слишком тихо, и казалось, нужно что-то сказать.

— Э...

Поглядывая на папу, я осторожно заговорила:

— Я ждала. Спасибо, что пришёл.

На мои слова папа некоторое время молча смотрел на меня сверху вниз.

— ...Банда разбойников задержала.

После короткого молчания папа наконец заговорил:

— Они определённо причинили бы вред жителям владений, пришлось разобраться. Поэтому в следующем году не опоздаю.

— А...

Не показалось ли мне, что это звучит как извинение?

— Значит, папочка опоздал, потому что наказывал плохих людей?

— Если объяснять.

Понятно. Действительно была важная проблема, которую нужно было решить.

Пока я сама себя убеждала, вдруг вспомнились слова Лины.

Лина говорила, что хорошие поступки нельзя перехвалить. Тогда...

— Наказывать плохих людей — это очень-очень круто.

Я подняла большие пальцы обеих рук, сопровождая невероятную лесть.

— Папочка лучший!

На такое моё поведение папа посмотрел суровым взглядом. Ответа не было.

Хм, ошибка?

От всё более холодной атмосферы я слегка сникла.

— ...Что означают этот жест пальцами?

А, этот жест не используется в Ибритене.

На мгновение запуталась.

— Хм, это...

Размышляя, как объяснить, я улыбнулась от внезапно пришедшей хорошей мысли:

— Смысл этого жеста звучит как :"Круто покорить мир"!

— Понятно.

Папа сухо кивнул. Реакция оказалась не такой яркой, как ожидалось.

Стало неловко, и я потихоньку стала опускать пальцы.

— Держи так.

Ох, а ведь нужно есть!

Еда хоть и остыла, но всё ещё выглядит такой вкусной!

От жестокого приказа я невольно расстроилась.

---

К счастью, папа вскоре разрешил мне поесть.

И даже велел подогреть остывшую еду или принести новую, чтобы я могла насладиться вкусными блюдами.

— Я наелась...

Было так вкусно, что ела сколько влезло, и живот быстро надулся.

Наверное, от долгого голодания я стала большой обжорой.

Но сегодня прямо-таки объелась и больше не могла.

Признав поражение, я отложила вилку.

Папа уже закончил есть и ждал меня.

Ой-ой!

В такие моменты нельзя заставлять папу ждать.

Хотела произвести хорошее впечатление, а увлеклась едой и заставила скучать.

Какая неосмотрительность, дура.

Пока я себя корила, папа внезапно спросил:

— Наелась?

— Да.

На мой ответ папа мельком взглянул на мой живот и усмехнулся:

— Да. Животик округлился.

Уаа, неужели мой надувшийся живот так заметен даже папе! От стыда лицо покраснело.

Пока я махала руками, обмахиваясь, папа неожиданно задал вопрос:

— Что хочешь получить?

Что хочу получить? Вдруг?

Не понимая, в чём дело, я смотрела на папу, когда внезапная мысль заставила округлить глаза. Неужели...

— Подарок на день рождения?

— А ты думала, день рождения пройдёт без подарка?

Я бездумно собралась кивнуть, но опомнилась и остановилась.

В такие моменты особенно важно хорошо ответить!

— Н-нет. Я знала, что ты подаришь мне всё, что захочу.

Собравшись с духом, я ответила громче обычного:

— Потому что папочка и способный, и богатый, и щедрый, и ещё красивый!

Папа сначала выглядел растерянным — видимо, от того, что я сразу попала в точку, но потом уголки губ дрогнули, и он самодовольно улыбнулся.

Кажется, я слишком хорошо прочитала папины мысли — ответ пришёлся по душе.

— Малявка.

Тон папы был чуть ниже обычного.

Не слишком ли перестаралась с лестью, и он недоволен?

— ...Кое-что ты понимаешь правильно.

Ой, чуть сердце не выпрыгнуло. К счастью, моя лесть попала точно в цель.

— Итак, что хочешь получить?

— Хм...

Что хочу получить?

Особо ничего. Я уже достаточно довольна — больше не хочется.

Когда решаю присланные папой задачи, в подарок приходят всякие десерты, в шкафу полно красивых платьев, все ко мне хорошо относятся...

Сейчас ни в чём не нуждаюсь.

— Не знаю.

— Не знаешь? Слишком многого хочется?

Как раз наоборот.

— Необязательно выбирать только одно.

Проблема в том, что не приходит в голову даже это одно.

— Хм, ваша светлость. Извините за вмешательство, но в таком юном возрасте, как у леди, можно не знать, чего хочешь.

Почувствовав моё затруднение, Элиза вмешалась и выручила меня.

— Да?

Папа выглядел так, словно не понимает меня, но вскоре кивнул:

— Тогда отложим этот вопрос.

— ...

— Когда захочешь что-то получить, говори о чём угодно.

Правда? Значит, купит всё?

— А срок есть?

— Срок?

Папа выглядел удивлённым от неожиданного вопроса, но не заставил долго ждать и быстро ответил:

— До дня рождения в следующем году.

В следующий день рождения он захочет дать следующий подарок, так что это же безлимитный подарочный сертификат.

Настроение очень поднялось.

Только собралась поблагодарить, как Элиза принесла трёхъярусный торт и поставила на стол.

— Поскольку леди исполняется три года, приготовили трёхъярусный торт.

Т-тогда в десять лет будет десятиярусный торт, а в пятнадцать — пятнадцатиярусный?

Не может быть. Да и неизвестно, буду ли я ещё здесь к тому времени.

Тогда нужно наслаждаться моментом прямо сейчас!

Вскоре свечи зажгли, и горничные подняли меня, чтобы я могла видеть свечки.

— На раз, два, три задувайте. Раз, два, три!

Я глубоко вдохнула и выдохнула разом:

— Фу!

К счастью, все три свечки погасли одновременно.

— Поздравляем с днём рождения, леди!

— В следующем году подготовимся ещё лучше. Поздравляем, леди!

Элиза и горничные с улыбками поздравляли меня. Тут папа внезапно встал.

— Поздравляю с днём рождения.

Я молча смотрела на папу.

Когда в последний раз слышала поздравления с днём рождения от семьи?

Сколько ни думаю, не могу вспомнить — настолько давно.

После того как родители бросили меня у бабушки, дня рождения никто не отмечал.

Единственное поздравление с днём рождения — уведомление в KakaoTalk о том, что в интернет-магазине выдали скидочный купон на 5%.

Во второй жизни я вообще забыла о существовании такого дня, как день рождения.

А теперь не только устроили такую грандиозную вечеринку, но и папа поздравил с днём рождения — чувства такие странные.

Нет, не странные, а...

— Спасибо.

Искренне благодарна.

Не только папе, но и Элизе с горничными.

Люди передо мной сейчас заставляют моё сердце трепетать от тепла.

Внезапно пришло в голову желание, которое хочется загадать.

Моё желание:

Хотелось бы, чтобы эти люди были ко мне добры всегда.

Если даже семья отворачивается, надеяться, что посторонние не предадут — слишком наивно.

Но если эти люди, как бабушка из первой жизни, как родители из второй, как та женщина из нынешней, станут говорить мне гадости и указывать пальцем...

Я могу пострадать в несколько раз сильнее того, что пережила от них.

Могу почувствовать боль в несколько раз больше того, что испытала.

Хотелось бы, чтобы хотя бы внешне были добры ко мне.

Такое желание внезапно захотелось загадать.

— Пора вставать.

Папа встал с места.

А?

Бездумно глядя на папу, я почувствовала что-то странное и нахмурилась.

— Это же...

Сквозь щели доспехов была видна одежда, которую папа надел под броню.

Но она была красной. Особенно левое плечо было ещё темнее.

— Папочка.

Подумав, что это может быть кровь, я испуганно позвала папу.

Но для раненого лицо папы, смотревшего на меня, было слишком спокойным. Как будто ничего не произошло.

Да ну, не может быть.

Подумав, я пришла к выводу и кивнула.

За сто лет развились технологии окрашивания.

Не мог же он пораниться, сражаясь с разбойниками.

Если бы поранился, то пошел бы к врачу, а не пришел на мой не очень важный день рождения.

Зря думала странное.

Я покачала головой.

— Нет, до свидания.

— Хорошо.

Папа легко кивнул и сразу же покинул столовую.

— Леди, вы съели слишком много, поэтому торт отложу отдельно. Теперь пойдете в комнату?

На слова Элизы я кивнула.

— Да!

Как раз от переедания или ещё почему, но после того как живот раздулся, стало клонить в сон.

— Хочу поспать днем.

— Тогда пойдем в комнату, я спою вам колыбельную.

— Хорошо!

Джейн засунула руки мне под мышки и подняла на руки.

Я спокойно устроилась в объятиях Джейн и закрыла глаза. Нужно было идти в комнату и спать, но глаза уже начали закрываться.

Хм, правда, наверное, это краска?

Хотя я была такой уставшей, почему-то цвет папиной одежды не давал покоя.

— Джейн.

— Да, леди.

— Быстрее подойди.

Я пробормотала с расслабленными глазами.

— Нужно много спать, чтобы быстро расти и стать взрослой.

— Леди хочет быстро вырасти?

— Да. Быстро хочу вырасти.

— Поняла, леди.

Слушая смешки Джейн, я полностью прислонила голову к ее плечу.

Сон пришел ещё до того, как я услышала колыбельную.

Поэтому я совершенно не заметила, что камень кольца на моей руке светился непривычным цветом.

---

В рабочем кабинете герцога Анданте.

Кабинет всегда был полон приближенных, помогавших герцогу в работе, но сегодня атмосфера была совсем иной.

— Что вы все стоите?

Герцог холодно спросил.

— Займитесь делами.

— Ваше высочество... Но...

В тяжелой атмосфере барон Эмбест набрался смелости и заговорил.

— Вы же знали, что эти подлые негодяи смазали наконечники стрел ядом, как же вы сразу не обратились к лечащему врачу?

Недавно вокруг владений появилась банда разбойников, создававшая беспорядки.

На самом деле, разбойники были там довольно давно.

Однако они охотились на монстров и продавали их части в деревне, поэтому в основном поддерживали хорошие отношения с жителями владений.

Поэтому даже когда занимались грабежом, целями были чужаки, которых владения Анданте не должны были защищать.

Но недавно появилась новая группа, которая вытеснила старых разбойников.

Они не колебались убивать и даже использовали отравленные стрелы.

Это отличалось от кочевников, которые просто пугали и забирали несколько монет.

Поскольку нужно было подавить их до того, как ущерб жителям владений станет серьезным, герцог Анданте сегодня вывел рыцарей.

И получил ранение от отравленной стрелы.

Подчиненные думали, что он сразу же обратится к лечащему врачу, как только вернется в замок.

Но герцог неожиданно пошел в столовую. Чтобы присутствовать на дне рождения Вивьер.

— Яд мог полностью распространиться по телу. Чуть не случилось большой беды.

— Верно. К тому же вы, ваше высочество несёте ответственность за наши владения и всех жителей, не так ли?

— Зная, что у нас много врагов внутри и снаружи, как вы можете так поступать?

Недовольство приближенных господином, который не заботился о своем теле, возросло.

Герцог, молча слушавший их слова, махнул рукой.

— ...Слишком много слов.

— Ваше высочество!

— Та стрела не могла меня серьезно ранить. Вы же не недооцениваете меня до такой степени.

— Вы получали лечение священной силой целых восемь часов.

В отличие от обычных людей, на магов и духовных наставников священная сила действовала плохо.

Поэтому очищение, которое обычно занимало около трех часов при использовании священной силы, требовало в два-три раза больше времени.

Поэтому герцог получал лечение целых восемь часов после окончания дня рождения Вивьер, и только тогда его тело пришло в норму.

— Поскольку мы выяснили, какой яд они используют, это не было пустой тратой времени.

— Вы же знаете, что мы имели в виду не это...!

— Большая беда!

С грохотом открылась дверь кабинета герцога.

Ворвавшаяся в кабинет с большим шумом была не кто иная, как Элиза, няня Вивьер.

Побледневшая Элиза, пошатываясь, подошла и упала на колени перед герцогом.

— Ваше высочество герцог, В-Вивьер леди исчезла!

---

Хруст!

От звука чего-то ломающегося я быстро открыла глаза.

Что такое?

Тело как будто слегка наклонилось в сторону.

Землетрясение?

В недоумении я поспешно попыталась подняться, но было уже поздно.

Треск!

Со звуком полностью ломающегося дерева мое тело полностью опустилось на пол.

Сломалась моя детская кроватка.

— Что за...

Озадаченно посмотрев вниз, я широко раскрыла глаза, увидев гладкие длинные ноги.

Над ногами виднелись слегка расширившиеся бедра, а выше — тонкая талия и умеренно округлившиеся два холмика.

Я поспешно ощупала тело руками.

То, что видели глаза, не отличалось от того, что чувствовали руки.

— Я сошла с ума?

Слишком удивлённая, я поднялась из обломков сломанной кровати.

Высота обзора была намного выше обычного, но это было не главное.

Непривычными длинными ногами я подошла к детскому зеркалу и с сожалением о размере зеркала, которое показывало только до пупка, присела.

И обнаружила.

— Я... почему взрослая?

Мое тело выросло.

...Конечно, это правда, что я как мантру повторяла желание быстро вырасти и стать независимой, но я не хотела такого.

Это было слишком внезапно и ошеломляюще.

— Ч-что делать?

Полная паника.

Хотя это была третья реинкарнация, в прошлых жизнях не было случаев, когда я так внезапно становилась взрослой.

Присев и плюхнувшись на пол, я несколько раз потерла лицо руками, пытаясь понять ситуацию.

Но это было невозможно. Изначально невозможно было сохранить спокойствие.

Нет, успокойся.

Я старалась успокоить взволнованное сердце и осмотрелась.

Судя по тишине снаружи, к счастью, никто не слышал звук ломающейся детской кроватки.

Это означало, что рядом с моей комнатой никого не было.

...Тогда вывод был один.

— Бежать!

Нужно было немедленно сбежать из герцогского замка, пока кто-то не вернулся и не принял меня за похитителя самой себя.

— Но в таком виде не выйдешь...

Поскольку тело выросло и одежда порвалась, я была совершенно голой.

Покрутив головой туда-сюда, я вдруг вспомнила, что временная спальня служанок находилась в соседней комнате, соединенной с моей.

У служанок были отдельные комнаты в пристройке, но Лидия и Джейн по очереди спали в комнате рядом со мной.

На случай, если мне ночью понадобится их найти.

— Сейчас их там не будет.

Если бы они были в той комнате, то наверняка сразу прибежали бы на звук ломающейся кровати, так что вероятность того, что их нет, была высока.

С тревожным сердцем повернув ручку, я легко открыла дверь.

Как и ожидалось, в соединенной комнате никого не было.

Заперев дверь, через которую можно было войти из коридора, я быстро открыла шкаф.

— Есть!

В шкафу висели несколько обычных платьев, которые обычно носят простолюдины, а на полу стояло несколько пар потёртой обуви.

Быстро одевшись, я вышла в коридор.

Хотя боялась встретить кого-то, но в герцогском замке что-то происходило, потому что в коридоре никого не встретила.

На всякий случай...

Я тихонько вытащила декоративный кинжал, висевший в коридоре, и вышла из особняка.

Найти, где находятся ворота замка, было несложно.

Проблема была в том, чтобы пройти мимо солдата, охранявшего их.

— Куда идешь? К какому подразделению относишься?

Как и ожидалось, обнаруживший меня солдат преградил путь и спросил.

— ...Кажется, незнакомое лицо.

— Я-я служанка, которая прислуживает леди Вивьер. Меня зовут Сиона.

— Сиона?

— Да, я служу с самого рождения леди. Вы не могли меня не видеть.

Хотя я спокойно лгала, на самом деле руки дрожали.

К счастью, солдат убрал копье и кивнул.

— Понятно. Я плохо запоминаю лица... Но зачем служанке леди выходить?

— Сейчас время дневного сна леди. Леди любит картофельный пирог, но закончился картофель, поэтому няня велела быстро сходить купить.

Когда я рассказала то, что могла бы знать моя личная служанка, солдат перестал подробно расспрашивать и уступил дорогу.

От напряжения дыхание участилось, но я старалась сохранять спокойствие, делая шаги.

Но в момент, когда я полностью вышла за ворота замка, открывшаяся картина не позволила мне больше контролировать себя.

— Что это вообще такое...

Это было слишком странное и шокирующее зрелище.

Почему все дома в таком состоянии?

Перед герцогским замком тянулись какие-то старые и жалкие дома.

Как будто по ним нанесли бомбовый удар.

На крышах с дырами кое-как были наложены деревянные доски. Но на самом деле домов без даже этого было больше.

То же самое с дверями и окнами. Куда делись все створки — большинство было кое-как завешано старой тканью.

Это не был Ибриттон, который я помнила.

Ибриттон, который я помнила, никогда не был такими руинами.

Я подумала, что это могут быть заброшенные дома.

Но, судя по людям, которые входили и выходили из домов, это было не так.

Здесь был настоящий жилой район. Но это было ещё более странно.

Обычно рядом с замком дворян хорошая безопасность и удобная жизнь, поэтому даже среди простолюдинов там могли жить только те, у кого были деньги.

Но самый богатый высший район выглядел именно так — определенно что-то было не так.

Вдруг я вспомнила разговоры слуг.

— Ах, как жаль, дом Эллы выглядел целым, а так обрушился.

— Верно. Говорят, отец Эллы может совсем не сможет пользоваться левой рукой, если не повезет.

— Какая беда. Недавно думала, что жаль, когда дом Делинны обрушился и они переехали в лачуги, но с Эллой ещё хуже.

— Я даже боюсь, что наш дом обрушится.

— Я тоже беспокоюсь, хотя папа принес бревна и поставил их к стене.

Сто лет — не короткий срок.

Поэтому, когда я узнала, что прошло сто лет, я думала, что мир за пределами герцогского замка может отличаться от моих воспоминаний.

Даже в Южной Корее из моей первой жизни 1900-е и 2000-е годы выглядели совершенно по-разному, поэтому я была готова к переменам.

Но это слишком отличалось от того, что я знала.

Изменения, которые я представляла, были развитием. Не регрессом, как картина, развернувшаяся перед глазами.

Почему же?

Простояв некоторое время, ничего не делая, вдруг что-то промелькнуло в голове.

— Всех архитекторов Ибриттона схватить и казнить.

...Кажется, что-то стало проясняться.

Тот жестокий приказ, отданный сто лет назад, отправил на эшафот даже меня, которая была всего лишь студенткой архитектуры, а не настоящим архитектором.

Что если это была не просто моя неудача, а действительно всех архитекторов страны, включая студентов, казнили?

Что если после той трагедии профессия архитектора стала нежелательной?

Архитектурные технологии, конечно, регрессировали бы, и когда люди почувствовали неудобство, возможно, было уже слишком поздно что-то исправить.

Но герцогский замок же в порядке.

...Нет, это не могло быть причиной.

Даже во время серьезного голода привилегированные слои всегда ели досыта.

В ситуации, когда дома простолюдинов рушились, а дома дворян оставались приличными, не было ничего удивительного.

В Ибриттоне их просто не было, но в других странах полно архитекторов.

Нужно куда-то идти.

Я не могла просто стоять здесь и думать, пока солдаты, заметившие мое исчезновение, не поймали меня.

Я поспешно зашагала.

---

У меня в кармане не было ни копейки.

Осознав суровую реальность, я решила найти городской рынок и продать кинжал, украденный из герцогского дома.

Пройдя около десяти минут по ветхому жилому району, я без труда нашла рынок.

Люди, глядя на мой явно незнакомый облик, не проявляли особого интереса.

Значит, во владениях много приезжих.

Тогда продать вещи будет легче.

— Извините.

Я осторожно подошла к торговцу, который красиво раскладывал фрукты.

— Я из другой деревни, потеряла попутчиков. Не знаете ли, где здесь лавка?

— Лавка для чего?

— Хочу обменять вещь, до встречи с попутчиками немного проголодалась...

— Ах, здесь в лавке таким не занимаются, а ломбард закрыт уже несколько дней — хозяин заболел.

— Да?

Возможно, придется убегать от солдат, а без денег на дорогу это было проблематично.

Когда я замялась с растерянным видом, торговец фруктами закатал рукава и спросил:

— Что продаете?

— Кинжал.

— А, тогда идите в кузницу. Тот кузнец, если вещь стоящая, нормальную цену даст.

— Ах, спасибо. А куда идти?

— По той дороге прямо, услышите стук молота.

Поблагодарив за любезное объяснение торговца фруктами, я направилась по указанному пути.

Когда я уже начала думать, что сбилась с дороги, издалека послышались ритмичные удары.

Следуя за звуком, вскоре я почувствовала металлический запах, а жар, обжигающий лицо, стал ближе.

Наконец добравшись до кузницы, я громко поздоровалась, чтобы найти хозяина продолжающихся ударов молота.

— Здравствуйте!

Но слышался только стук молота, ответа не было.

— Эй!

После моих многократных окликов стук молота прекратился.

— Барышня в таком месте — долго живешь, всякое увидишь, да ещё в такое раннее время.

На шорох и слова я обернулась и сильно удивилась.

Гном?

Рассмотрев его знакомую внешность ещё раз, я поняла, что это просто невысокий коренастый мужчина.

Я на минуту ошиблась.

Гномы — это другая раса, которая особенно любит обрабатывать и работать с минералами.

Невысокого роста, примерно в половину взрослого человека, коренастого телосложения, сто лет назад на строительных площадках их можно было встретить нередко.

Но когда вышел королевский указ о казни архитекторов и архитекторов стали хватать один за другим, гномы исчезли.

Почувствовав угрозу безопасности, они скрылись в горах.

В любом случае, он походил на гнома, но гномом не был.

— Ах, здравствуйте.

Я опомнилась и поздоровалась.

— Дело в том, что пришла продать вещь, сказали, что сюда нужно идти.

— Вещь? Ну, за всякий хлам больше цены железа не дам.

— Ах, это железо, но...

Я порылась в мантии и достала кинжал.

— Вот эта вещь.

— Хм.

Кузнец взял поданный мной кинжал и осмотрел со всех сторон.

Поглядел на свет, перевернул вверх-вниз, а через некоторое время вынес вердикт.

— Это довольно дорогая вещь, но судя по тому, что лезвие не заточено, декоративная, верно?

— ...Да, верно.

— Где украла?

— Что? Нет.

Нет, строго говоря, украла, но...

— Подарили.

Висел в нашем коридоре, так что можно сказать, что подарили... наверное.

Кузнец, похоже, не очень доверял моим словам, но с безразличным выражением назвал цену.

— Сорок золотых, больше не дам.

Я не знала, насколько отличаются цены сто лет назад от нынешних.

Но то, что первую цену называют заниженную — это основы торговли.

Я изобразила возмущённое выражение и цокнула языком.

— Простите, но за такую цену продать не могу, если бы мне не нужны были срочно деньги, я бы это не продавала. К тому же...

Я быстро окинула взглядом кинжалы среди выставленного в кузнице оружия.

— У моего дизайн уникальный.

— Вот те на.

Кузнец раздраженно нахмурился.

Но, как я и думала, он быстро скорректировал цену.

— Ладно. Пятьдесят золотых.

Казалось, можно было поднять ещё, но не хотелось дальше препираться.

Остается только надеяться, что этих денег хватит на еду и ночлег.

— Договорились.

Когда я согласилась, кузнец, роясь в кармане за деньгами, пробормотал:

— Я из семьи мастеров, работавших на строительстве Дэсуро, а теперь без дела торгую такой мелочью. Эх, предки в гробу перевернутся, если увидят.

Услышав знакомую историю, я широко раскрыла глаза и посмотрела на кузнеца.

Строительство Дэсуро — это стройка, где я лично работала.

Это была площадка, где собрались известные мастера со всей страны, поэтому тогда в отрасли об этом много говорили.

Но надзиратель упрямился, что не может доверить работу молодому новичку, поэтому мне пришлось только готовить еду.

Тем не менее, глядя на горячую атмосферу стройки, я поклялась, что когда-нибудь достойно поучаствую в таком большом проекте.

— ...Если семья работала на строительстве Дэсуро, то вы, наверное, умеете строить каналы.

— Ну, нужно же было бы дело, в теории знаю, но опыта работы на строительстве каналов нет.

— Почему?

На мой вопрос кузнец ответил с выражением, будто я спрашиваю очевидное.

— Если не строить новые здания, зачем строить каналы? Только старое чинить и сидеть.

Тон и выражение были такими, будто отсутствие строительства новых зданий было совершенно естественно.

Судя по домам и картинам, которые я видела по дороге сюда, по разрыву между домами, где живут люди, и одеждой, которую они носят, мои предположения, похоже, были верны.

В этой стране действительно после того случая сто лет назад род архитекторов иссяк.

Странное чувство.

Я знала, что прошло сто лет с моей смерти, но не думала, что буду так чувствовать время.

— А деньги брать не будешь? Рука отвалится.

— Ах, да, простите.

Я с чувством, будто застыла одна в текущем времени, безвольно вышла из кузницы.

Хоть и поменяла вещь на деньги, почему-то никакого желания не возникало.

Не знала, что делать сейчас, куда идти.

А где искать гостиницу.

На самом деле, даже если найду гостиницу, это будет немногим лучше сна на улице.

Дома вокруг можно было считать формой сосуществования с природой.

— Эх.

От удушающей ситуации вырвался вздох.

Теперь Элизу и служанок тоже больше не увижу?

Хотела стать взрослой.

Хотела быстро вырасти.

Но не хотела так быстро, внезапно стать взрослой.

И грустно было думать, что больше не увижу Элизу, Лидию и Джейн, которые впервые отнеслись ко мне ласково.

— Хочу вернуться...

Когда я так пробормотала, как по волшебству стало тошнить, а веки потяжелели.

— Что такое...

Я, дрожа всем телом, схватилась за большое дерево рядом и прислонилась к нему.

Ясный ветер подул на меня, словно колыбельная.

Я пыталась бороться с надвигающейся сонливостью, но безуспешно.

В итоге я так и не заметила, что камень кольца изменил цвет, и что цвет камня снова становился бесцветным, и упала прямо на том месте.

— Вышла прогуляться, а тут такая удача, сегодня везет. Не так ли?

— И выглядит благородно, начальник обрадуется, когда вернется.

Ух, шумно. Почему голова так звенит?

Есть хочется. Элиза, я есть...

Точно!

Я резко открыла глаза.

Хотела просто присесть отдохнуть в тени дерева, и как-то заснула.

Поспешно оглядевшись, я поняла, что место, где я нахожусь сейчас, отличается от того, что видела перед сном, и застыла.

К тому же...

Я снова стала младенцем!

Длинные руки и ноги снова превратились в пухлые короткие ручки и ножки младенца.

Как будто все это было сном.

— О, проснулась, видимо.

— Вот поэтому надо было потише говорить, дурак!

Пока я в смятении рассматривала свое вернувшееся тело, двое мужчин подошли развязной походкой.

Видимо, эти мужчины и привели меня в это место с затхлым запахом.

— Эй, милашка, как тебя зовут?

Я, не до конца поняв ситуацию, только тупо моргала.

— Эй, милашка. Не отвечаешь?

— Да это же ребенок. Осторожнее надо.

— Не отвечает же. Эй, ты имени своего не знаешь?

Как назвать имя, когда так страшно ведут себя!

От сильного испуга у меня даже началась икота.

— Ик!

Видя, как я икаю, не отвечая, толстяк с подозрительным выражением сказал:

— Она что, дурочка?

— Выглядит вроде нормально.

— Смотри. Возраст не такой, чтобы не говорить. Хотя бы агукать должна, а этого тоже нет.

— Не знаю. Может, поэтому родители и бросили?

Когда худой мужчина недоуменно покачал головой, толстяк покачал головой.

— А точно бросили? Как-то странно было. Пятьдесят золотых, да еще женской одеждой прикрыта была.

— Странновато было. Но какая разница, все равно к нам попала. Симпатичная такая, эта девчонка, даже если говорить не может, сто золотых за неё получим.

Из разговора мужчин я наконец поняла, что произошло.

Не совладав с внезапно накатившей сонливостью, я заснула под деревом, а проходившие мимо эти мужчины обнаружили меня и забрали!

Не может быть.

Как можно быть настолько невезучей?

Если бы знала, что так быстро стану младенцем, лучше бы спряталась в герцогском замке.

К тому же эти мужчины явно привели меня с нехорошими намерениями.

— Эй, что ты такой трусливый? Сто золотых что, триста легко получим.

— Да? Теперь вспомнил, постоялец Дерилхопа недавно говорил, что его тянет к маленьким девочкам.

— Нет, тот старик говорил про семи-восьмилетних. Эта не подойдет.

Чем дольше продолжался разговор, тем хуже становилось предчувствие.

Видимо, они не просто подобрали брошенного ребенка, чтобы продать, а изначально профессионально торговали рабами.

— Но легко продать сможем? Посмотри на лицо. Хорошенькая.

— Когда начальник придет, покажем. А когда, кстати, начальник придет? Если герцог снова нападет, тогда справиться будет трудно.

Герцог? Если герцог, то неужели папу имеют в виду?

— Да не будет же он за один день снова бузить? До возвращения начальника нормально всё будет.

Толстяк успокаивал худого, ухмыляясь.

— А мы пока подумаем, куда эту девчонку подороже продать.

— Погоди, Берикс.

Худой, словно что-то вспомнив, хлопнул в ладоши.

— А что если эту девчонку тайком спрятать там, где трупы?

— Что? Ты с ума сошел?

Да, с ума сошел?

Трупы? Даже если продадут в рабство, не хочу быть с трупами!

— Подумай. Эта девчонка отличается от тех, кого мы продавали до сих пор. Уже по виду благородная. Минимум триста золотых, если хорошего хозяина найдет, то в несколько раз больше получим.

Худой облизнулся.

— Если мы оба рты на замке держать будем, деньги за эту девчонку сможем втихаря от начальника прикарманить.

— Но все же...

— Минимум триста золотых. Мы сколько за начальником ни бегали, столько денег в руках держали?

Когда толстяк, несмотря на страх, заинтересовался, худой продолжил его убеждать.

— Начальник с тех пор, как встретил того странного мужчину, все время странный. То вдруг здесь шум поднимать велит, то трупы охранять.

— Да, это так. На самом деле, если бы не это, нам бы не пришлось с утра с герцогскими войсками драться.

— Вот именно. Так мы все умрем. Лучше денежки прихватить и смыться.

— ......

— А то как те, кого мы утром хоронили, станем.

Слушая разговор, я сложила пазл.

Банда разбойников, которую папа ездил подавлять, была именно этой шайкой, и эти парни были профессиональными работорговцами.

И сейчас у них внутренний раздор...

— Сначала эту девчонку запрем.

— Ладно.

Мне предстояло жить в одной комнате с трупами.

Что делать?

Сейчас в герцогском замке, наверное, заметили мое исчезновение, но...

А станут ли меня спасать?

Уверенности не было.

Может, подумают, что я сбежала, и из-за возмущения вовсе искать не будут.

При мысли, что так и продадут в рабство, я уныло посмотрела на двух мужчин.

— Пошли, уведем.

— Да.

Уже третья жизнь, но в такие серьезные преступления я ни разу не попадала.

От страха готова была заплакать, но я крепко сдержала подступающие слезы.

Такие злые работорговцы не моргнув глазом на мой плач, а могли еще и ударить своими ручищами, как крышки от котла.

Побои — это точно не для меня.

Подошедший ко мне толстяк поднял меня грязными руками.

— Если не хочешь пострадать, сиди тихо, милашка.

Говорил ласково, но в словах была явная угроза.

К тому же, когда на мгновение свет упал на лицо, я увидела, что это лицо человека, который совершал всякие злодеяния.

Обязательно нужно беречься.

Я старалась успокоить бешено колотящееся сердце, соображая.

Но все же с трупами быть действительно страшно...

Голова побелела от ужаса.

Не хотела идти к трупам, но мужчина в итоге бросил меня в грязную палатку.

— Не ушиблась? Товарная стоимость не должна упасть.

Толстяк подошел, словно собираясь меня осмотреть.

Когда я поспешно замотала головой, он наконец с довольным лицом ухмыльнулся.

— Здесь только высший товар, так что сиди смирно. Если что натворишь, сильно накажут.

С этой угрозой он показал кинжал на поясе и опустил полог палатки.

К счастью, благодаря костру посередине не стало сразу темно.

Что делать?

Услышав про трупы, даже оглядеться не хватало смелости.

Но нельзя было просто сидеть и ждать, когда кто-то меня спасет.

Что-то нужно делать.

Для этого осмотр палатки, где я заперта, должен был стать первым делом.

Волосы уже встали дыбом от страха увидеть ужасную картину, но выбора не было.

Ну что такого в трупах. Я и сама дважды умирала.

От этой мысли стало немного легче.

Да, трупы — не страшно.

Это просто след и доказательство того, что кто-то жил и умер.

Не буду бояться.

Успокоив себя, я набралась смелости встать и медленно осмотреться.

Палатка была намного просторнее и больше, чем думала. И удивительно чистой и уютной.

Я думала, что будет гнилостный запах или запах крови, или куча подозрительных вещей, но ошиблась.

Ничего такого не было.

Просто в глаза бросилось неожиданное.

На самом деле это первое, что бросилось в глаза при осмотре.

Это же мальчик.

Недалеко от костра стояла импровизированная кровать.

А на ней лежал мальчик (или труп мальчика).

— Ч-что делать...

Подойти или не стоит?

Я расстроилась.

---

В темной комнате герцог Анданте подавил вздох и повернулся.

— Итак, где следы?

— По-прежнему неизвестно.

Барон, командир рыцарей, с виноватым лицом ответил.

— Чужаки?

— Это...

В недосказанности был весь ответ.

Герцог Анданте сжал кулаки. На сердце было тяжело.

Владения Анданте располагались на пути в столицу, поэтому издавна здесь часто бывали чужаки.

Если сюда пришли с целью похитить ребенка, то, вероятно, замаскировались основательно.

— Результатов нет, видимо.

— Да.

— А разбойники?

— Что?

На указание герцога барон с недоуменным лицом посмотрел на него.

— Как вы знаете, утром они подверглись нападению и потеряли половину банды. У них не было сил проникнуть сюда и похитить леди.

— То есть вы говорите, что никаких мер не приняли?

— Это...

Он глубоко вздохнул.

— Пять рыцарей во главе с сэром Ортесом проникли в лес, чтобы следить за их группой.

Сэр Ортес выделялся выдающимся мастерством среди рыцарей герцогского дома Анданте.

Сейчас он младший эксперт меча, но через несколько лет станет стабильным средним экспертом меча — достаточная сила, даже если их мало.

Если Вивьер похитили те, то пяти рыцарей во главе с сэром Ортесом было достаточно, чтобы ее спасти.

Но почему-то спокойствия не было.

— Я тоже туда поеду.

— Что? Но когда не уверены, а герцог в раненом состоянии лично...

— Лечение закончили, так что нормально.

Герцог Анданте вылечил только «яд».

Яд стрелы очистил, но сама рана от стрелы осталась. Чтобы плоть не разошлась, нужно было отдыхать еще несколько дней.

Но, глядя на лицо герцога Анданте, сломить его упрямство было невозможно.

— ...Понял.

— Сэр, видимо, думает, что похищение Вивьер не связано с разбойниками.

Герцог равнодушно сказал, уловив настроение барона по выражению его лица.

— Честно говоря, да. Если похищать леди, то их первых подозревали бы. Не думаю, что стали бы так открыто действовать.

Мысли герцога Анданте были такими же.

Но интуиция почему-то говорила, что те подозрительны. Возникло чувство, что нужно обязательно лично поехать.

— ...Все же нужно лично проверить.

— Как пожелает господин.

Когда барон вышел, герцог встал и начал вооружаться.

Руки, затягивающие пояс доспехов, слегка дрожали.

Не похоже на того, кого обычно называли надменным хладнокровным.

Действительно, это было на него не похоже.

Чуть печень не отвалилась.

Присмотревшись, я поняла, что мальчик не был трупом.

Хотя пульс ещё не проверяла, с вероятностью около 90% он был не трупом.

На лице мальчика была полумаска, а на лодыжке — кандалы.

Если мужчины, которые меня схватили, не были психопатами, то не стали бы такое проделывать с трупом.

Поэтому можно было сделать другой вывод.

И то, что меня бросили в палатку, и то, что мужчина мне угрожал, — все это было достаточно большим шумом в этой тихой палатке.

И все же мальчик не проснулся.

Лежит как труп и не встаёт, поэтому так и прозвали.

Растительное состояние? Или кома?

Не знаю что именно, но то, что не заперта с трупом, было довольно успокоительно.

Я медленно подошла к мальчику.

— Эй.

Тихонько позвала, но движения не было.

Позвать по имени? Но не знаю, как зовут...

— Эй, Труп.

Да, не могли же назвать Трупом, а потом так звать.

Я вздохнула. Тем временем от мальчика не было никакой реакции.

— Слушай, я Вивьер, Вивьер Анданте.

— .....

Как и ожидалось, ответа не было.

В итоге немного погрустнев от мысли, что одна, я постаралась взять себя в руки и проверила пульс мальчика.

Слабый, но бьется.

Только тогда стало немного спокойнее.

Мальчик точно был не трупом, а живым человеком. Почему-то не просыпается, но.

Внешних ранений не видно, и дыхание, если прислушаться, ровное, так что не болеет, похоже.

Я молча смотрела на лицо, наполовину скрытое полумаской.

Черные как смоль волосы, контрастирующая с ними белоснежная кожа.

Длинные ресницы, отбрасывающие густые тени, и красные губы.

Он ребенок, но очень...

— Для трупа слишком красивый.

Приятная внешность.

Если наполовину открытое лицо такое, то насколько красивым будет полное лицо?

Не к месту разыгравшееся любопытство заставило меня осторожно протянуть руку, чтобы снять маску.

Однако.

Бзз!

Словно прошел электрический ток, в момент прикосновения к полумаске кончики пальцев пронзило неприятное покалывание.

— Ай!

Я испуганно упала на попу.

— Что это такое...

Попа болела, но я действительно думала, что печень отвалится.

Думая, не обгорела ли рука, поспешно осмотрела ее со всех сторон, но, к счастью, все было в порядке.

— Вот черт, напугал!

Когда я ворчала от смущения, палец мальчика дернулся.

— Ч-что...

Неужели он не в растительном состоянии? Просто глубоко спал?

При мысли, что только что устроила целое представление перед лицом невинного человека, лицо вспыхнуло.

— Эй?

Но словно я неправильно увидела подергивание пальца, тело мальчика-трупа больше не шевелилось.

— Извините? Вы живы?

Я пальцем потыкала мальчика в плечо.

— Эй, господин Труп?

Но действительно как ни в чем не бывало, мальчик-труп даже дыхание не изменил.

Кстати, тело слишком холодное.

Каждый раз при прикосновении ощущалось прохладно.

А что если дать тепло, не проснется ли?

Дойдя до этой мысли, я крепко взяла руку мальчика-трупа.

— Вставай. Раз уж встретились, вместе сбежим.

— .....

— Если отсюда выберемся, я тебе много вкусного куплю.

Слова, которые не могли дойти, но все же несколько фраз вслух сделали настроение намного легче.

Поэтому ли? Напряжение спало, и сон стал накатывать.

— Хам...

Зевнув, я, моргая отяжелевшими веками, тихонько прошептала:

— Поспишь и проснешься, и снова увидишься.

На этом прощании глаза закрылись.

Темнота.

---

Бум-бум-бум!

Проснулась от внезапно раздавшегося поблизости очень громкого взрыва.

— Ч-что такое?

Испугалась!

Проснувшись, я крепко сжала руку мальчика-трупа и осмотрелась.

— Нападение!

Вместе с криками снаружи один за другим раздавались взрывы.

Что вообще происходит? Вдруг нападение.

Если эти люди действительно разбойники, то тот, кто может на них напасть, — это папа...

— Да ну, не может быть.

Я замахала руками.

Папа ради меня возьмёт на себя труд снова напасть на разбойников?

Ерунда. Я что такого...

— А-а-а-а!

Хлоп-бум!

Но чем больше продолжались крики мужчин, чем больше следовали смерти, тем сильнее росло предчувствие.

А что если папа действительно пришел спасать?

Потому что я внезапно исчезла.

Потому что подумал, что меня похитили.

Потому что посчитал, что эти разбойники, скорее всего, меня похитили.

— А-а! Спасите!

Не очень приятные звуки.

Когда шум снаружи становился все громче, я испугалась.

Возможно, те, кто пришел подавлять разбойников, были не папа и рыцари герцогского замка.

В первой жизни организованная преступность часто дралась группами, и это попадало в новости.

Возможно, другая банда негодяев напала для борьбы за иерархию.

Если так...

— Убегаем.

Толстяк, бросив меня в палатку, не надел наручники или что-то ещё, так что бежать было возможно.

К тому же я маленькая, так что при удаче могла бы незаметно выбраться.

К тому же снаружи была ночь. Вполне возможно.

Но...

— Эй, Труп.

Почему-то мальчик-труп не давал покоя.

Я подбежала к мальчику-трупу и сильно потрясла его тело.

— Вставай, а?

— .....

Я покачала головой и отпустила тело мальчика-трупа.

— Прости, Труп.

Жаль оставлять красивого мальчика-трупа, но живые должны выживать.

К сожалению, ты отсекается.

— Пока.

Для выживания это был неизбежный выбор, но я с беспричинным чувством вины медленно отошла от мальчика-трупа.

Затем, глубоко вздохнув, осторожно открыла дверь палатки.

— Ой!

Но тут же испуганно упала на попу.

Перед палаткой стоял человек, причем очень хорошо знакомый.

— Папочка?

— Вот где ты была. Я долго тебя искал.

Искал? Меня?

Я с круглыми глазами тупо смотрела на папу снизу вверх. А потом...

— Хи-и-и.

От прорвавшихся слез губы задрожали.

Не хочу плакать.

Нужно достойно встать и спросить, пришел ли спасать, и если да, то поблагодарить.

А если нет, то хотя бы покапризничать, чтобы он почувствовал, что стоило приходить меня спасать.

Напряжение спало, и хотя в голове думалось разное, ничего не получалось сделать.

Только слезы навернулись.

— Больше нечего бояться, не плачь. Я здесь.

Я и так это знаю.

— Но, но...

Думала, что онне придет спасать.

Ради такой, как я, поздней ночью повести рыцарей и прийти спасать — изначально не думала.

Боялась разочароваться, если буду надеяться.

Боялась, что буду ждать, а он не придет.

Но папа пришёл.

В действительно трудный момент, как в тот день, когда спас от той женщины.

— Папочка, правда...

Хик, хик.

От плача стало трудно дышать.

— Пришёл меня спасать?

— Конечно.

Папа посмотрел на меня сверху вниз с выражением, что мой вопрос странный.

— А то что, по-твоему, я здесь делаю?

Ну да, но.

Так равнодушно и холодно сказал — ещё красивее выходит.

Я в итоге не выдержала и разрыдалась.

— Спасибо, что спас, папа, у-у-у...

Стараясь не плакать, шмыгала носом, получались странные звуки, но до этого уже не было дела.

Старалась думать максимально позитивно, но на самом деле было очень страшно.

Очень-очень боялась, что продадут таким людям, как извращенный старик, о котором говорили толстяк и худой.

И все же не могла надеяться, что кто-то придет меня спасать.

Потому что когда возлагала надежды, их всегда топтали.

Когда хотела быть значимым для кого-то человеком, всегда понимала, что это не так, и только разочаровывалась.

Боялась, что и на этот раз так будет.

Поэтому, хотя тот, кто устроил такой большой переполох у разбойников, скорее всего, был папа с рыцарями, ставила защиту, что может быть и не так.

Но это действительно был папа.

Прошло совсем немного времени с момента задувания свечей на праздничном торте, а получила больше, чем загадывала.

Папа меня...

От слишком большой радости слезы не переставали течь.

— Иди сюда.

Папа протянул большую руку мне, все ещё сидящей на полу.

— Пора домой.

Я крепко схватила большую руку, которую протянул папа.

— Да, пойдем.

— Хорошо.

Тут вдруг вспомнила о мальчике-трупе.

— Подожди.

Я слегка потянула руку папы.

— Что?

— Там ребенок есть.

— Ребенок?

Папа равнодушно обернулся.

Ненадолго заглянув внутрь, папа сказал пришедшему с ним рыцарю присмотреть за мной и вошёл внутрь.

Вскоре изнутри послышался металлический звук, и папа вышел из палатки с мальчиком-трупом на руках.

— Вивьер.

Папа посмотрел на меня сверху вниз и спросил:

— Что хочешь с этим ребенком сделать?

Что хочу сделать?

Ну что, просто отпустить...

А если отпущу, не схватят ли снова?

Отпустить ребенка, который даже сознание не может обрести, — все равно что бросить.

Если тот начальник придет проверить своих подчиненных и обнаружит мальчика-трупа, его снова уведут.

— Хочу взять его с собой.

На мои слова папа без лишних разговоров передал ребенка рыцарю, который до этого присматривал за мной.

А потом поднял меня на руки.

— Теперь действительно пойдем.

На слова папы я кивнула и прислонила голову к его плечу.

Сверху на голову легла папина мантия.

— Спи до приезда.

В словах папы, казалось, было настоящее волшебство.

— Устала, наверное.

На этих словах, словно только и ждал, накатил сон.

— Вы не представляете, как мы волновались, леди!

Пока ехали в герцогский замок, я немного поспала и проснувшись, увидела Элизу и служанок с опухшими от слез глазами.

— Что за наглецы такие, просто разорвать на части надо, хо-хо-хок, леди, хорошо, что благополучно вернулись.

— Я должна была следить за сном леди, это моя вина, леди, у-у-у...

Все плакали и говорили одновременно, так что трудно было разобрать.

Но достаточно понятно было, что Элиза и служанки обо мне беспокоились.

Я взяла дрожащую руку Элизы.

— Все хорошо.

— Леди...

— Я же целая.

Вопреки намерениям, мои действия, похоже, не успокоили их, а ещё больше расстроили.

— Хо-хо-хок, при мысли, что эти наглецы посмели обидеть нашу леди, сердце разрывается.

— Именно, наша дорогая леди...

— Может, пойдем тайком отравим их?

— Слишком легко, я лично глотки им перережу, у-у-у!

А? Это немного страшно.

Как будто злодеи не те люди, а мы!

К тому же те люди не были настоящими похитителями.

Сама вышла и заснула под деревом, так что была схвачена, возможно, я и подставила разбойникам угощение.

В любом случае, скрывая правду среди этих разгневанных людей, почему-то пробило холодным потом.

— Успокойтесь, а то из-за нас леди еще больше испугается.

Первой пришла в себя Элиза.

Когда Элиза наконец успокоилась и утешила служанок, раздался стук, и рыцарь, которого видела раньше, вошел внутрь.

— Как себя чувствует леди?

— Это...

До сих пор плакали и шумели, так что не было времени узнать, в каком я состоянии.

Чтобы их успокоить, я равнодушно сказала:

— Есть хочется.

Сказав это, поняла, что после сегодняшнего дня рождения все время голодала.

Действительно, живот, который всегда был пухленьким, стал худым.

— Ой, нужно быстро принести молоко для леди.

— Поздняя ночь, так что и фрукты можно, чтобы легко поесть.

Служанки, тоже поняв это, суетясь исчезли.

— Видимо, мы испугались, а с леди все в порядке. Кстати, выяснили ли, как те негодяи проникли в герцогский замок?

Рыцарь покачал головой.

Зная, почему они не могут рассказать способ проникновения в герцогский замок, я немного пожалела тех негодяев, которые, наверное, подвергаются пыткам.

— Барон, каждый раз, когда те негодяи не признаются и упорствуют, вырывайте им по зубу.

Хотя служанки ушли недавно, но вернулись с едой и поддержали слова няни.

— Ой, кстати, я знаю хороший инструмент для такого выдергивания, кузнец из деревни господин Эриксон разработал инструмент под названием «клещи».

Барон с растерянным лицом замялся.

Он ничего не сказал, но я почему-то понимала его чувства.

— А, точно. По-моему, этим можно и ногти вырывать.

— Боже, действительно многофункционально? Господин Эриксон разработал очень полезный инструмент!

На слова двух служанок Элиза со спокойным лицом предложила барону:

— Если нужен бюджет для покупки этого инструмента, можем поддержать частью средств на покупку предметов первой необходимости для леди.

— ...Ничего. Пока усилим охрану особняка, чтобы такого больше не случилось. Состояние леди тоже проверил, так что пойду.

— Подождите!

Я поспешно окликнула барона, собиравшегося выйти.

— А как тот ребенок?

Интересно было состояние мальчика-трупа.

— Без сознания.

— Да? Понятно...

На мой разочарованный голос барон, поглядывая по сторонам, добавил несколько слов.

— Его высочество сказал, что он, похоже, под очень сложным проклятием.

— Проклятием?

На таком маленьком ребёнке? Я плохо понимала.

— Извините, барон. Но сегодня с леди много чего случилось. Может, сложные разговоры пока отложим?

Хотелось узнать больше, но Элиза, очень обо мне беспокоясь, прервала разговор.

Барон, словно соглашаясь со словами Элизы, кивнул и отступил.

— Тогда спокойной ночи, леди.

— Да.

Как только барон вышел, служанки вовремя вошли с печеньем, теплым молоком и несколькими фруктами.

— Леди, очень голодны? Быстрее ешьте.

— Спасибо.

Коротко поблагодарив, я быстро потянулась к тарелке, полной еды.

Обычно ч была прожорливой, но сегодня странно сильно проголодалась.

— Я покормлю, леди.

Элиза улыбнулась и взяла вилку с тарелки.

— Ну, ам.

— Ам.

Фрукт, которым кормила Элиза, был очень сладким.

Поедая мякоть, сладкую как мед, казалось, что смывается вся сегодняшняя тяжесть.

Я была счастлива.

Потому что вкусные эти фрукты, потому что вернулась в герцогский замок, и...

Папа пришел меня забрать.

Потому что есть кто-то, кто будет искать меня, если исчезну.

Конечно, наверное, потому что я хорошо решаю уравнения, хорошо льщу и слушаюсь, но все же...

Хотя сегодня ночью пережила много всего, я была очень-очень счастлива.

Действительно странное дело.

---

Хотелось подумать.

В моем тихом месте, где можно сосредоточиться, серьезно.

Как я смогла из младенца стать взрослой и почему снова стала младенцем из взрослой.

Может ли такое повториться в будущем или это был однодневный сон.

Но сейчас думать было невозможно.

Есть хочется.

Последствия внезапного взросления ли, но хотя вчера немного поела перекусов перед сном, проснувшись, безумно проголодалась.

— Яблочный пирог!

— Вот он, леди.

Боже мой, как сладко.

Свежеиспеченный пирог со сладким ароматом был просто потрясающего вкуса.

Снаружи хрустящий, внутри мягкий.

То есть этот пирог был произведением, идеально воплотившим «хрустящий снаружи, мягкий внутри».

Текстура была невероятной, но и сам вкус потрясающий.

Хрустящее свежее яблочное варенье нежно таяло на языке.

Не приторно сладкий, с идеальной сладостью, я с восторженным лицом мгновенно доела яблочный пирог.

Но удовлетворения не было. Нужно было что-то еще.

Я с надеждой посмотрела на Элизу.

— Элиза, а печенье?

Элиза ласково улыбнулась и подала нарядную тарелку.

— Конечно, приготовила. Молоко не нужно?

— Молоко нужно!

Хотя перед глазами была куча еды, хотелось что-то положить в рот.

К счастью, Элиза и служанки, восхищенные тем, что я вернулась после похищения, разрешили переедание, которое обычно запретили бы из-за расстройства желудка.

Нет, не просто разрешили, а поощряли.

— Леди, ам.

— Да! А-а-а-ам!

Широко открыв рот, печенье с ванильным мороженым попало в рот.

Сочетание холодного ванильного мороженого и теплого печенья.

Это ли небесный вкус?

Я и печенье с мороженым быстро уничтожила.

Ха, наелась.

От бесконечно поступающей еды и десертов живот готов был лопнуть.

Удивительно, что казалось, еще могу есть.

Определенно отличалось от обычного.

— Фу, ха, фу, ха.

Я обняла полный живот и тяжело дышала.

— Теперь наелись?

— Да, это...

Я не могла не колебаться.

Потому что сигналы тела и желания разума различались.

— Хотите ещё есть, тогда, леди, как насчет вот этого?

Удивительно, но Элиза, похоже, поняла мои мысли только по выражению лица.

— Пока закончим с едой и выйдем прогуляться? Если переварим, сможем есть ещё вкуснее.

— М-м-м...

— Когда вернемся с прогулки, попрошу повара приготовить качественный стейк и любимое леди картофельное пюре с маслом, чтобы сразу подать.

В итоге я не могла не поддаться уговорам Элизы.

Чтобы переварить съеденное, я взяла служанок за руки и усердно гуляла.

Коридор второго этажа, холл первого этажа, сад.

Активно размахивая пухлыми ручками-ножками и походив, я радостно зашагала на предложение Джейн просто дойти до заднего двора главного здания и вернуться.

Но войдя в задний двор главного здания, увидела очень смущающую картину.

— Герцог, простите!

Десятки солдат стояли на коленях перед папой.

Были знакомые лица.

Это же охранник, которого видела при выходе из замка?

Предчувствие было плохим.

Казалось, что-то связано с инцидентом похищения!

— Ребенка похитили, и до того, как няня это обнаружила, никто не заметил подозрительного.

Как и ожидалось, мои предположения оправдались.

— Дураки, которые не могут как следует выполнять свои обязанности, не достойны жить в этом мире.

На эти слова коленопреклоненные солдаты со слезами молили:

— Ох!

— Г-герцог, пожалуйста, проявите милосердие!

— Пощадите! Хо-хо-хок!

Думая, что не станет же он убивать, я вытаращила глаза на следующий окрик папы.

— Всех казнить.

Что? Что вы сказали?

— Даю время на самоубийство.

Тогда среди солдат появились те, кто, рыдая, стали вынимать мечи.

— Н-нет!

Казалось, действительно случится беда, поэтому я быстро выбежала вперед.

— Вивьер...?

Папа, не ожидавший моего внезапного появления, с удивленным выражением посмотрел на меня сверху.

— Не убивайте!

— Почему?

Почему! Потому что эти люди не виноваты!

— Е-если всех убьете, кто будет охранять герцогский замок?

— Пока рыцари будут стоять на страже.

— Но все же...

— Эти ребята бесполезны. Охранники безопасности герцогского замка даже не заметили твоего похищения.

Сказать было нечего.

Но если я здесь не остановлю, эти люди из-за меня несправедливо встретят смерть.

Тогда способ один.

— Бу-э-э-э-э-э!

Глубоко вздохнув, я разразилась громким плачем.

— Не хочу, чтобы людей убивали! Станут привидениями от обиды! Биби боится привидений! Бу-э-э-э!

На мой плач Элиза подбежала и обняла меня.

Но как бы меня ни утешала, мой плач становился все сильнее.

— У-а-а-а-а! Боюсь привидений! Папочку тоже боюсь!

— Что?

Папа с окаменевшим лицом спросил.

— Меня боишься?

— Если вы всех людей убьете, то буду бояться. Хик, хик.

Из-за плача плохо видела, но смутно видимый папа казался чем-то потрясенным.

— Не убивайте...

— Леди, герцог проявит милосердие. Поэтому хватит...

Когда Элиза меня уговаривала и утешала, я решила, что это момент, и спросила:

— Хик, хик, правда?

При этом не забыла украдкой взглянуть на папу.

Тогда папа глубоко вздохнул.

— Да, не убью.

— Совсем никого, и заставлять самоубиваться тоже не будете?

Вздрогнул.

Показалось, что плечи папы слегка дрожали, но папа кивнул.

— И заставлять самоубиваться не буду.

Затем, обернувшись к солдатам, сказал:

— Ограничусь вычетом недельной зарплаты. Чтобы исправить распущенную дисциплину.

Солдаты, которые до этого должны были выбирать между казнью и самоубийством, встали, проливая бурные слезы.

— С-спасибо, герцог!

— Больше такого не случится!

— Спасибо, леди!

— Ах, наша леди! Спасительница моей жизни! Мой спаситель!

Внезапно солдаты начали кричать «Леди Вивьер, ура!».

Немного испугавшись этого настойчивого крика, я крепко обняла плечо Элизы и прошептала:

— Пойдем в комнату.

— Да, леди.

Беспокоясь о том, что я разрыдалась, Элиза постоянно гладила мне спину, идя.

Когда вышли из заднего двора и пришли ко входу в главное здание, я вдруг вспомнила о мальчике-трупе.

Кстати, совсем забыла. Просила же взять с собой!

— Элиза, не в комнату, есть куда сходить.

— Куда? Куда это?

— К мальчику-тру... нет.

Неужели действительно стала ребенком?

Чуть не сказала «мальчик-труп» — фразу, которая могла бы вызвать недоразумения.

Успокоив испуганное сердце, я снова сказала:

— К мальчику, которого вчера привезли, хочу пойти посмотреть.

— Тот ребенок...

— Отправлен в другое место.

От внезапно прозвучавшего голоса я испуганно обернулась.

Не знаю, с каких пор стоял, но папа был позади меня.

— Папочка!

В момент поворота засиял ореол.

Хотя раньше для спасения солдат заняла не совсем противоположную позицию, на самом деле мои чувства к папе сильно изменились.

После того как пришел меня спасать, он больше не кажется просто герцогом Анданте.

Герцог Светанте.

В моем сознании папа так переродился.

Но на лице папы почему-то было явное недовольство. Что такое, может, из-за того, что пощадил жизни солдат, настроение плохое? Когда я недоуменно наклонила голову, папа недовольным голосом сказал:

— Не меня, а того парня первым хочешь пойти посмотреть?

«Не меня?» — прозвучало ли повторение этих слов или мне показалось?

Только теперь поняв, почему папа недоволен, я поспешно покачала головой.

— Н-нет.

Я была слишком неблагодарной!

Спас меня папа, а я должна была подождать и сначала поговорить с папой. И так из-за меня уступил и решил пощадить жизни солдат, а вчера из-за плача толком не поблагодарила, и сегодня тоже слишком невежливо себя веду.

— Тогда когда собиралась идти смотреть?

— Это...

Если скажу, что хотела здесь дождаться папу, покажется ложью?

— Т-то есть, папочку хотела увидеть перед сном.

— Меня последним, значит.

— ........

— Почему?

— Если папочку увижу перед сном...

— Если меня увидишь?

Ничего не поделаешь. Придется использовать убийственный прием.

— Потому что смогу увидеть папочку во сне.

...Уголок рта папы дрогнул.

— Вот как.

Исчезло недовольное выражение, а на лице папы появилось торжество — это мне показалось?..

— Тогда нужно идти.

— А? Вы разве не заняты?

— Не занят. Но если я сейчас не пойду, ты же не придешь меня увидеть перед сном.

Сейчас видела, а ещё нужно?

Хотелось быстро лечь спать сегодня, но ничего не поделаешь. Нельзя расстраивать папу.

А, точно, было что спросить.

— Подождите.

Я поспешно схватила папу за подол. Папа так и смотрел на меня сверху.

— Что?

— А куда тот ребенок делся?

— Ему нужно восстановление, поэтому его перевели в другое место.

Настолько тяжелое состояние, что даже лечащий врач герцогского замка не может вылечить?

Видела мальчика только раз, ни словом не перемолвилась.

И все же, возможно, потому что мы недолго были заперты в одном месте, но я немного беспокоилась о мальчике-трупе.

— Когда вернется?

— Сейчас неизвестно.

— Понятно...

Настроение было нехорошее. Тогда папа заговорил со мной.

— Сегодня ты съела целых три яблочных пирога.

Откуда знает?

Я удивленно посмотрела на папу снизу.

— Вкусно было?

— Д-да...

— Насколько?

— Эм, это... как небо, так вкусно было.

— Тот яблочный пирог...

Папа низким голосом нахмурился.

Ой, почему такое выражение, неужели сердится, что не оставила ему?

Я в сильном напряжении ждала продолжения.

— ...Я купил.

Оставив эти слова, папа без сожаления повернулся.

Хм, и что с того?

Не понимая, я недоуменно смотрела на спину папы.

— Ха-ха, ха-ха-ха... Герцог тоже, право слово.

— Это называется хвастовством?

— Тш, Джейн! Леди услышит.

— А? Что?

— А, нет, леди, ничего не говорили. Тогда зайдем?

На слова служанок я отвела взгляд с места, где стоял папа, и кивнула.

---

Столица королевства Ибриттон, Либера.

В центре оживленного района, миновав разваливающийся серый убогий район простолюдинов, собрались роскошные особняки богатых дворян. Некоторые были настолько роскошно раскрашены, что стены и крыши украшали настоящим золотом. Один из особняков, где даже средь бела дня неуместно задернули все занавески, тоже был таким местом. Мужчина, допрашивающий подозрительного типа в капюшоне, стоящего на коленях перед ним, несмотря на возраст, был привлекательным красавцем.

— Итак, след потерян?

Мужчина, грубо сбросив красную куртку с роскошной золотой вышивкой, сурово уставился на человека в капюшоне.

— ...Да.

Бум!

Когда в итоге прозвучал неугодный ответ, мужчина ударил по столу.

Большой бронзовый стол, с первого взгляда дорогой, громко заходил от удара хозяина.

— Ты сейчас пытаешься со мной шутить?

— ...Простите. Но когда вернулся после встречи с хозяином, там было разгромлено.

— И?

— К-конечно, я навел справки везде. Но...

Человек в капюшоне с затрудненным лицом опустил голову.

Лицо мужчины исказилось злобно.

— Говори. Что случилось?

— ...Герцог Анданте.

— Что?

— Пока я ходил к хозяину, подчиненные, видимо, не выдержали и повели себя глупо. Поэтому герцог Анданте привел войска...

— Достаточно.

Больше слушать не стоило.

Мужчина сжал кулак. Если герцог Анданте узнает об этом деле, то начнется головная боль.

Если герцог Анданте заполучил того ребенка, нужно забрать ребенка обратно, прежде чем он что-то выяснит.

— Х-хозяин.

— ......

— Не было разговоров о том, что в герцогском замке появился незнакомый мальчик.

Мужчина ничего не сказал.

Не выдержав давления этого тяжелого молчания, человек в капюшоне склонил голову к полу.

— Внедрю шпиона в герцогский замок. Если немного подождать, какие-то новости...

— Не нужно.

— Что?

— Есть те, кто заменит шпиона.

Хорошо.

То, что есть тот, кто повезло выжил в доме герцога Анданте, который беспощадно устраняет негодных.

Он без способностей, но жадный и подлый, так что если хорошо использовать, можно попробовать расшатать дом герцога Анданте.

— А, на самом деле кажется, что есть и другая возможность.

— Другая возможность?

— Я строго наказал подчиненным беречь того ребенка. Если выследить выжившего, скрывшегося парня, может, найдем в неожиданном месте.

Мужчина, поглаживавший подбородок, достал из ящика кошелек и бросил человеку в капюшоне.

Со звоном кошелек упал на пол.

— Любыми способами найди того ребенка и приведи ко мне. Если и на этот раз ошибешься...

— Т-такого не случится. Я вас не разочарую. Хозяин!

Мужчина криво усмехнулся и сел в кресло.

— Так и должно быть. Если снова дашь мне повод злиться, тогда не только твоя жизнь, но и все твое окружение отправится на тот свет.

— ...Запомню.

— Иди.

По жесту мужчины человек в капюшоне быстро взял кошелек и исчез.

Мужчина, смотревший на место, где исчез человек в капюшоне, начал писать письмо на толстой бежевой бумаге, лежавшей на столе.

Вскоре закончив письмо, мужчина дернул за шнурок и позвал слугу.

— Звали, хозяин?

— Отправь это.

Он тихо прошептал:

— Барону Адажио.

Зачем папа рассказал про яблочный пирог?

Это был вопрос, который не выходил из головы весь день.

Но до самой темной ночи, когда пошла встречаться с папой, я так и не смогла найти ответ.

— Хм...

— О чем так думаете, леди?

— А? А, нет.

Если скажу, что до сих пор думаю о яблочном пироге, то они могут странно посмотреть.

Я быстро придумала ответ.

— Думаю, что пижама мне очень нравится.

— Ой, вот как.

Служанки широко улыбнулись и отвели меня к большому зеркалу.

Аккуратно расчесанные волосы, мягкий голубой ночной чепчик и платье-пижама в комплекте.

На рукавах и подоле платья-пижамы были пышные милые оборки.

Внизу пушистые голубые домашние тапочки, которые специально выбрала Лидия, очень хорошо подходили к пижаме.

— Очень мило, правда?

— Няня специально заказала пижаму в ателье, а я лично пришила оборки.

— Джейн? Не тяжело было?

— Что может быть тяжелого в пижаме для леди? Если захотите, даже звезды с неба достану.

— Леди, чепчик я делала.

Разве пижаму не покупают просто любую?

После того как мы стали товарищами по обжорству, любовь Джейн и Лидии ко мне была пугающей.

Хотела подружиться с ними, но не хотела, чтобы они из-за меня мучились.

Мне стало как-то неловко, и я поблагодарила их.

— Спасибо вам обеим. Очень мило и красиво, нравится. Но специально не мучайтесь. Не хочу, чтобы вам было тяжело!

На мои слова Джейн с тронутым лицом замотала головой.

— Ой, леди! Не нужно так говорить. Это естественно наша работа.

— Точно. К тому же видеть, как мило это на вас сидит, так приятно. Жаль только, что заказанный фотокамень ещё не пришел...

— Ой! Ты тоже заказывала?

— ...Тоже? У меня уже недели три как.

— Ой, у меня тоже примерно столько. Думала, почему не приходит, хорошо. Давай вместе письмо с жалобой напишем.

— Хорошая идея? За такие деньги! Заплатили, так доставка должна быть быстрой!

— Вот именно! Что они, мошенники?

Пока двое обсуждали, как отстоять законные права потребителя, Элиза протянула мне руку.

— Я провожу вас в покои герцога, леди.

— Да...

Я взяла руку Элизы, думая, что хорошо вырваться от служанок, которые с какого-то момента стали странными.

---

Войдя в спальню папы, увидела, что папа в ночном халате сидит на диване.

Судя по документам, беспорядочно разбросанным на столике у дивана, папа и в это время не выпускал работу из рук.

— Папочка, я пришла.

— Хорошо. Садись.

Папа указал на диван перед собой.

Собираясь сесть на диван, увидела большую розовую кружку, стоявшую перед моим местом.

И из кружки поднимался белый пар.

Что это?

Подойдя ближе, почувствовала сладкий аромат. Неужели это какао?

Когда я посмотрела на папу взглядом, требующим объяснения, папа поднял документы перед собой, закрыв лицо, и сказал:

— Погода такая, что легко простудиться.

Неужели из-за холодной погоды сегодня приготовил, боясь, что я простужусь?

Пока думала, папа длинным пальцем указал на кружку.

— Пей.

Тон был угрожающим, словно давал яд.

Мгновенно подавленная папой, я взяла кружку и поднесла ко рту.

— Подожди.

Тогда папа поднял руку и остановил меня.

Велел пить, а теперь вдруг останавливает?

— Пей медленно.

— ......

— Горячо.

А, горячо, поэтому медленно пить?

Я послушалась папы и очень медленно пила какао.

Если бы не остановил, хотела показать абсолютное повиновение приказу папы и выпить залпом, но если бы так сделала, то обожгла бы язык.

Какао было очень горячим, поэтому нужно было остужать и пить медленнее, чем думала.

— Спасибо, папочка.

— Если ещё что-то нужно, скажи.

На этих словах папа продолжил читать документы.

Покосившись на такого папу, я посмотрела на документ, который папа прочитал и отложил.

Это тоже магическая формула.

Как при создании механизмов нужны расчеты физических сил, так и с магией, похоже.

Уставившись на беспорядочно написанные запутанные формулы, я глубоко вздохнула.

Поскольку мечтаю жить долго и спокойно, старалась хорошо балансировать между тем, чтобы нравиться папе, и тем, чтобы не выделяться.

Ничего не поделаешь.

Папа спас меня от работорговцев.

И не только это — выполнил мою просьбу спасти мальчика-трупа.

Да, благодарность нужно отплачивать как следует.

Кроме того, сделал для меня слишком много, а молчать и делать вид, что не знаю, совесть не позволяет.

Ничего не поделаешь. Я засунула руку в карман пижамы и достала приготовленную записку.

— Мне есть что вам дать.

На мои слова папа положил документы на столик у дивана и посмотрел на меня.

— Мне?

— Да...

В тоне ответа не было силы.

Потому что, хотя и хотела отплатить за доброту, не было уверенности, можно ли это показывать.

На самом деле до несколько дней назад твердо решила никогда не давать этого.

Потому что могло показаться подозрительным.

Опасно, если ребенок слишком умный.

До сих пор внутренний голос отговаривал от этого решения.

Но...

Это поможет семье, поэтому, конечно, и папе поможет.

Из всех подарков, которые я могла дать, содержание этой записки было бы для папы самым лучшим.

Наконец собравшись с духом, я протянула папе записку.

— Что это?

— Формула.

— Формула?

— Да. Задача, которую недавно решила для папочки. Я создала простую формулу для ее решения.

Когда папа с серьезным лицом посмотрел на записку, я осторожно добавила:

— Если хотите, могу доказать эту формулу.

— Это...

Лицо папы, изучавшего записку, с течением времени становилось все серьезнее.

Может, я сделала неправильный выбор?

От тяжелого молчания испуганное сердце забилось.

— Ты специально это скрывала?

Наконец папа заговорил.

Красные глаза, пронзительно смотревшие на меня, казались мне очень угрожающими.

Что я скрывала?

В то же время вопрос папы был не очень понятен.

Когда я молча смотрела на папу снизу, папа глубоко вздохнул и пробормотал:

— ...Ты оказалась гением.

А? Н-нет же.

— С тех пор как без труда решила сложную задачу, которой не учили, я думал, что это странно, но...

Папа, казалось, был очень уверен в этом суждении.

Моргая от смущающего хода событий, я опомнилась.

Неплохо же?

Если папа считает меня гением и понимает так, не нужно было объяснять, как это узнала.

— Вивьер.

На зов папы я отозвалась, прямо посмотрев на него.

— Будь осторожна.

— Что?

— Ты родилась со способностями иного направления, чем те, что наследуют потомки дома герцога Анданте. Такого прецедента не было.

— ......

— Не важно, но беспокоит то, что ты можешь стать добычей.

— Добычей?

— Когда у способного человека нет силы защитить себя, он всего лишь хорошая добыча.

Это предупреждение?

Немного посмотрев на папу, я осторожно ответила:

— ...Тогда папочка меня защитит.

Как забрал меня от той женщины.

Как спас от работорговцев.

— Папочка самый сильный и крутой, поэтому защитите Биби.

Пока я не выросту больше и не смогу уйти, не причиняя неудобств.

Больше не буду вас беспокоить, поэтому папа защити меня.

— Конечно, не на всю жизнь, но пока я достаточно не выросту...

Думая, не слишком ли наглая просьба, остановилась и посмотрела на реакцию папы.

Папа смотрел на меня со странным выражением, а затем кивнул.

— ...Хорошо.

— Защитите?

— Пока будешь в этом нуждаться.

На эти слова в горло поднялось необъяснимое волнение.

Я крепко прикусила нижнюю губу, боясь, что это вырвется наружу.

— Папочка.

Спустя долгое время я позвала папу.

— Говори.

— ...Можно здесь поспать?

Не хотелось покидать эту уютную комнату и долго идти.

Но разрешения у папы просила не просто потому, что лень возвращаться в комнату.

— А если не разрешу?

— Я очень сонная, по дороге в коридоре могу стукнутся головой.

— И что?

— Шишка будет...

— Да. Больно будет.

Папа, словно решившись, протянул ко мне руки и поднял мое маленькое тело.

Вскоре тело легло на мягкую кровать, а сверху накрыло толстое одеяло.

Со звуком «фу» погасла свеча на тумбочке у кровати, и стало темно.

— Спи.

Из-за удобной кровати ли, но сон мгновенно накатил.

Рука, слегка закрывшая тяжелые веки, затем погладила волосы.

Почти полностью засыпая, эта рука была такой теплой.

Крепко.

Я схватила подол папиной одежды.

— Не уходите...

Не хочу, чтобы меня покидали.

Хочу, чтобы всю ночь были рядом.

— ...Хорошо.

Благодаря теплу, охранявшему меня всю ночь, я смогла крепко спать, несмотря на незнакомую обстановку.

Несколько дней ничего не происходило.

Нет, совсем ничего не происходило — это неверно.

В герцогском замке шумели о том, что папа разработал новое боевое оружие, и все семейные маги пришли в переполох.

— Герцог получил новую магическую формулу от ученого, имя которого не хочет раскрывать, и на ее основе разработал оружие!

— Формулу полностью не раскрывали, только часть, но магов, просящих о визите в герцогский замок, чтобы услышать объяснение, уже более ста!

— Боевое оружие настолько эффективно, что желающие купить уже выстроились в очередь.

Папа, видимо, считал безопаснее не раскрывать мое имя.

Но на самом деле именно я дала папе ту формулу.

Говорят, злодей, а неожиданно совестливый.

Если это действительно семья без капли жалости, то даже заслуги родственников должны присваивать себе, разве не так?

Я пожала плечами и откусила большой кусок шоколадного пирожного, которое принесла Элиза.

Густой шоколад между слоями тонкого хрустящего теста.

Не знаю, кто открыл это сочетание, но оно было идеальным.

Это достойно Нобелевской премии.

Я ела шоколадное пирожное, восклицая от восхищения.

— Леди, мне есть что сказать.

Но слова Элизы, принесшей молоко, я подняла голову и посмотрела на нее.

— Хи-хи, вы все измазались.

Мягкий платок легко вытер шоколадные крошки с уголков рта.

— Спасибо. А что ты хотела сказать?

— Ну, мне придется отлучиться примерно на две недели.

— Две недели? Куда?

— Да. У герцога есть поручение, поеду к графу Ирет.

— К графу Ирет? А где это?

— Это дом родственников леди по материнской линии.

На ответ Элизы я широко раскрыла глаза.

Если подумать, мама тоже была дворянкой, раз вышла замуж за папу, но я даже не интересовалась, из какой семьи мама.

Думая, что была слишком невнимательна к изучению себя, я открыла рот.

— А почему едешь именно ты, а не кто-то другой?

— Потому что я родом из владений Ирет. В герцогском замке мало кто из владений Ирет.

Ах, значит, Элиза — человек, которого мама привела в герцогский замок при замужестве.

Неудивительно, что с самого начала симпатия ко мне была намного выше, чем у служанок.

Я думала, что это потому, что Элиза моя няня, но оказывается, не только поэтому.

— Понятно. Ты быстро вернешься?

— Конечно. Неизвестно, что может случиться, а я должна быть рядом и защищать леди.

От ответа Элизы вдруг возникшая мысль заставила меня окаменеть.

Что если случится что-то, то есть я вдруг снова стану взрослой?

Еще не знаю причину изменений моего облика, можно ли так беспечно себя вести?

Нужно готовиться к непредвиденным ситуациям, а я все время только ела и совсем забыла о мерах предосторожности!

Я залпом выпила молоко и пришла в себя.

Нельзя только есть, нужно думать!

Во-первых, если тело изменится, было что-то более срочное, чем незаметно выбраться из особняка.

Если оглянуться назад, даже если средства побега продумать потом, была одна проблема, которую нельзя было игнорировать.

Когда мое тело изменяется, я оказываюсь голой.

Проблема возникала из-за того, что детская одежда рвалась при увеличении тела.

В тот день повезло, что дверь соседней комнаты была открыта и можно было украсть одежду, но нет гарантии, что такое повторится.

Я снова почувствовала серьезность и кивнула.

— А, наверное, поехав к графу Ирет, смогу привезти портрет покойной госпожи. Их магически скопировали в нескольких экземплярах.

На слова Элизы я хлопнула в ладоши и встала.

Да, вот оно!

— Элиза!

— Да, леди.

— Хочу пойти в мамину комнату!

На мои внезапные слова Элиза с растерянным выражением посмотрела на меня.

— Сейчас?

— Да. Недавно слышала разговор Джейн и Лидии. Папочка перенес мамины вещи из столицы в мамину комнату.

— ...Да, верно. Герцог хранит в комнате покойной госпожи вещи, которыми она пользовалась при жизни.

— Хочу посмотреть.

Если там хранится и мамина одежда, то, извините, придется временно одолжить.

Покойной маме, конечно, неловко.

Но раз ситуация неблагоприятная, нужно использовать все возможное.

Не хочу сидеть в тюрьме, будучи по ошибке принятой за похитительницу самой себя.

Покойная мама тоже не стала бы этого желать.

Усиленно рационализируя, я смело потребовала:

— Отведи меня в мамину комнату!

---

В маминой комнате, куда добралась, усердно капризничая, было очень темно.

Окна были завешены черной тканью, видимо, чтобы вещи не испортились от солнечного света.

Когда Элиза зажгла свечи в нескольких местах, наконец открылся вид комнаты.

Комната была уютной и красивой.

Поскольку было ещё темно, плохо видно, но на стенах висели картины, которые могла любить мама при жизни, шкафы тоже были аккуратными.

— Это книги, которые госпожа любила читать.

В книжном шкафу, занимавшем всю стену, книги стояли очень плотно.

— Госпожа была не из тихих, но любила читать, поэтому свет не гас до поздней ночи.

— Точно. Поэтому она много знала и рассказывала интересные истории.

— Воспоминания одно за другим всплывают. Действительно замечательная была...

К объяснению Элизы случайно присоединившиеся служанки добавили известные им истории о маме.

— Когда я впервые пришла служанкой-ученицей и совершила ошибку, она великодушно меня простила.

На самом деле я никогда не интересовалась мамой, лица которой не видела.

Но когда Элиза и служанки рассказывали о маме, постепенно возникало любопытство.

— Сейчас думаю, она очень своеобразная была. Правда?

— Учитывая её семью, так могло быть. К тому же, если бы она не вышла замуж, стала бы контролером.

Контролер?

От слегка тревожного слова я посмотрела на Элизу снизу.

— Что такое контролер?

— Это... когда подрастете больше, герцог расскажет. Сейчас леди будет трудно понять.

Элиза легко сменила тему.

— Мы слишком погрузились в воспоминания. Леди, есть что-то, что хотите посмотреть?

Выудить что-то еще о контролере казалось трудным.

Тогда сразу к делу.

Я знала, что в этой эмоциональной ситуации это очень меркантильно, но быстро сосредоточилась на изначальной цели.

— Хочу посмотреть одежду, которую носила мама.

— Одежда госпожи... повседневную одежду и важные платья сохранили. Немного, но есть.

Боялась, что скажут, что нет, но, к счастью они есть.

Элиза подошла к большому шкафу и открыла дверцы одну за другой, показывая содержимое.

— Госпожа на самом деле не очень любила выходить в свет, поэтому приличных платьев немного.

— Точно. На светские собрания она тоже редко ходила, вообще любила активность.

Вопреки объяснению, в шкафу плотно висели платья.

Чуть не разочаровалась в платьях, кажущихся непрактичными, но как раз вовремя Элиза открыла дверцу соседнего шкафа.

Вот это!

Количество одежды было несравнимо больше, чем в первом открытом шкафу.

Большинство составляли очень простые платья или удобные для активности рубашки и брюки.

— Ой, это одежда, которую госпожа надевала в день, когда испортила огород, предложив всем вместе выращивать овощи.

— Такое тоже было. Хо-хо-хо, леди. У госпожи было больше такой рабочей одежды, чем платьев.

— Она определенно отличалась от других знатных дам.

Когда я молчала, Элиза с беспокойным лицом посмотрела на меня.

— Вы разочарованы, что не принцессины платья?

Да что ты!

Вопреки предположениям троих, я внутренне улыбалась до ушей.

Попала в точку.

Роскошные платья были не нужны.

Если тело изменится, нужно будет сразу выходить из особняка, а в роскошном бальном платье только привлечешь внимание.

А моя мама оказалась такой скромной — это действительно выгодно.

— Очень-очень нравится.

К маме, лица которой не видела, хлынула любовь.

— А, кстати, леди есть что еще сказать. Вот голова у меня.

— Да? Что такое?

— На следующей неделе ваши родственники будут посещать герцогский замок.

— Родственники?

У меня есть родственники?

Когда я наклонила голову, Элиза продолжила объяснение.

— Барон Адажио с супругой и их дети. Для герцога это младший брат с женой.

Значит, приедут дядя, тетя и двоюродные братья и сестры.

— Хм, понятно.

— Раз в 1-2 года приезжают, наверное, надолго не останутся. Меня не будет, когда ониприедут, так что я немного беспокоюсь...

— Да ну, няня. Мы же есть.

— Точно. Мы хорошо позаботимся о леди.

На уверенные слова служанок Элиза кивнула.

Но почему-то выражение было беспокойным, и атмосфера немного странной.

Есть какая-то проблема?

От слегка странной атмосферы я наклонила голову.

Хм, не знаю.

Неужели по герцогскому замку распространились слухи, что я обжора?

— Что это все такое?

— Недавно леди спасли жизни солдат. Солдаты и их семьи прислали леди подарки.

— Да, это понятно. Но все это...

Как ни посмотри.

— Только еда?

Ничего, кроме пищи, не было.

Обычно в таких случаях разве не пишут благодарственные письма?

Или зимой вяжут шарфы, перчатки, носки — разве не это нормально?

Действительно нет ничего, кроме еды.

От овощей до всевозможных зимних фруктов, даже свежие морепродукты.

Откуда я знала, что свежие...

Как додумались подарить их в аквариуме?

Потому что действительно живые были.

Тупо глядя на накопленные продукты, я вздохнула и махнула рукой.

— Все отнесите на кухню. Одна я не съем.

— Да, леди, так и сделаем.

Пока Лидия и Джейн переносили еду, я обнаружила варенье из юдзу и глаза загорелись.

В такую холодную погоду, когда горло покалывает, чай из юдзу был как раз кстати.

— Лидия, завтра семья барона Адажио приедет?

— Да, верно.

— Тогда завтра к обеду немного чая из юдзу попроси приготовить?

— На десерт подать?

— Да! Хорошо!

Когда я широко улыбнулась и кивнула, лица служанок внезапно окаменели.

— ...Джейн, видела?

— Да. Ты тоже так думаешь?

Что с ними такое?

Я с растерянным лицом поочередно смотрела на них.

— Придется написать еще несколько писем с жалобами?

— Да, то, что до сих пор нельзя запечатлеть это милое, прелестное, очаровательное лицо леди в фотокамне, неразумно.

— Эти мошенники, если фотокамень не придет в течение недели, подам в отставку и пойду взрывать магическую башню.

— Лидия, конечно, меня тоже возьмешь?

— Естественно.

Закончив недюжинный разговор, двое вышли из комнаты, неся продукты.

Джейн и Лидия, выходящие как террористки, выглядели немного страшно, но...

Да, в любом случае в этом доме нормальная только я.

Глубоко вздохнув, от скуки я начала решать задачу на вращательную мощность, полученную от папы.

Решая задачу некоторое время, стало клонить в сон.

Клюю носом.

Как всегда, если немного подумать, это детское тело легко устает.

Поэтому усталость проявляется сонливостью или голодом.

— Леди, вы сонны?

Лидия, заметившая мое состояние, быстро подошла и поддержала мою шею.

— Да...

— Тогда немного поспите? Я разбужу вас к ужину.

— Ладно.

Теперь даже голоса служанок казались колыбельными.

Теплые руки погладили меня, а затем коснулась мягкая подушка.

Видимо, Лидия уложила меня в кровать.

— Спите, леди.

Засыпая, я вдруг почувствовала взгляды служанок.

После того случая с псевдопохищением служанки старались никогда не оставлять меня одну.

Неудобство от ощущения слежки можно было терпеть.

Но страх, что проснусь снова взрослой, был неизбежен.

К счастью, пока ничего не происходило, но это не значит, что не было стресса.

Но прошло довольно много времени, а ничего не случилось — может, больше и не будет?

Была ли это разовая странность в день рождения — совершенно непонятное дело.

— Леди спит?

— Да, похоже.

Слышались шепчущиеся голоса служанок.

Делая вид, что не слышу и засыпаю, точное имя попало в уши.

— Определенно в герцогском замке атмосфера не для приема гостей?

— Да, не как раньше. Совершив такой грех, как можно радушно встречать?

— Точно. К тому же барон Адажио снова приедет с целью занять деньги у герцога.

Хм, те люди, которые мои родственники, видимо, хотят занять деньги у богатого папы.

Не очень удивительно.

У кого много денег, к тому мухи слетаются.

Но что за «грех»?

— Противная пара. Барон каждый день только деньги транжирит, а его жена наняла странную женщину, якобы няню для леди.

Что?

Чуть не выдала себя от удивления.

Ту злую женщину наняла моя тетя?

Я успокоила испуганное сердце и прислушалась к разговору служанок.

— Джейн, ты что-то слышала?

— Няня говорила, что баронесса Адажио утверждает, что не знала. Мол, наняла только из-за хорошей репутации.

— ...Правда ли это?

— Честно говоря, не знаю. Ведь до рождения леди постоянно докучала герцогу с просьбами поддержать владения Адажио.

— Кажется, есть другой умысел. Правда?

Хм, интересно?

Если бы не было меня, барон Адажио, младший брат папы, мог бы стать наследником герцогского дома.

Правду не узнать сразу, но у пары Адажио было достаточно причин видеть во мне бельмо на глазу.

— Конечно, если бы няню выбирали неосторожно, могли не знать, что леди такое пришлось пережить, но мне как-то неприятно.

— Мне тоже. В любом случае, баронесса Адажио наняла ту женщину и даже не проверила.

Хотелось больше послушать разговор служанок.

Но двое, решив, что это не разговор для моих ушей, даже если я сплю, встали.

Интересные разговоры о том, что из-за азартных игр на грани банкротства, живут, прицепившись к папиной вилле, постепенно удалялись.

Похоже, предчувствие нехорошее.

Не думалось, что та женщина, которая меня мучила, совершила такое без всякой поддержки.

Хотя папа действительно почти три года не приезжал меня искать, но все же я единственная дочь одного из трех великих герцогских домов.

К тому же, услышав, что приезжают обирать нашего герцога Светанте, те люди, которых не видела, стали еще меньше нравиться.

— Если они приедут с дурными намерениями, то я этого не оставлю так.

Я сжала кулачок размером с камешек.

---

— Дорогой, скоро будут владения герцога Анданте. Посмотрите туда. Большой герцогский замок уже виден.

На слова баронессы Адажио барон Адажио и двое детей, развалившиеся на сиденьях кареты, одновременно посмотрели наружу.

— Давно не видел, поэтому? Кажется, он стал меньше.

Старший сын семьи Адажио, Юстон, пожал плечами.

— Как место, которым я буду управлять в будущем, масштаб не маловат ли? Особняк герцога Швиц огромный и роскошный.

— Конечно. Но Юстон, когда ты в будущем унаследуешь герцогский титул, пригласишь зарубежных архитекторов и полностью переделаешь его.

На слова барона Адажио Юстон хихикнул.

— Ну, так можно. Мечина, ты тоже сейчас показывай мне хорошее отношение. Тогда целый этаж отдам под твою комнату.

— Не надо.

Мечина надменно отвернулась.

— Кстати, Мечина, ты каждый раз была у дедушки с бабушкой, так что в герцогском доме впервые. Кажется, ты не очень интересуешься.

На слова баронессы Адажио Мечина кивнула.

— Да, внешний вид меня не очень интересует. Кстати, каким описали герцога?

— Кхм, старший брат...

Барон Адажио слегка нахмурившись заговорил.

— Очень надменный. Захватив герцогский титул только потому, что родился раньше меня, строит из себя всезнайку, самодур. К тому же характер настолько буйный и жестокий...

— Правда, что чуть что не понравится — сразу убивает?

— Правда. Все плохие черты отца унаследовал.

Баронесса Адажио посмотрела на мужа с пренебрежением.

Глупый недоумок!

Муж не унаследовал титул не потому, что родился позже, а потому что не был достаточно жесток, как нынешний герцог Анданте.

Чтобы стать правителем, особенно в семье, торгующей военными материалами, как дом герцога Анданте, такой характер можно считать достоинством.

Поэтому баронесса Адажио воспитывала Юстона не как обычного ребенка.

Более жестоко, чем кто-либо.

Более надменно, чем кто-либо.

И более алчно, чем кто-либо.

Только таким он сможет стать наследником дома герцога Анданте.

— В любом случае, без капли жалости, так что не создавайте поводов попасть в его немилость. Пока мы не наберем силу, должны лежать плашмя.

— Ну да. Понятно.

Мечина равнодушно ответила и снова устремила взгляд в окно.

Герцогский замок, видимый издалека, вопреки принижению барона Адажио и Юстона, был очень величественным.

Настолько, что обычный человек духом пал бы от одного ступания ногой.

Обязательно создам свое место там.

Роскошный седьмой день рождения Мечины закончился более жалко, чем у любых других барышень ее возраста.

Потому что у отца не было даже силы, чтобы пользоваться уважением других дворян.

Слишком унизительно. Но это была неизбежная реальность жизни дочерью барона Адажио.

Не желая больше переживать такое, способ сбежать из реальности был один.

Вивьер, кажется, так звали.

Мечина еще раз запечатлела в памяти имя двоюродной сестры и улыбнулась.

Зеленые глаза девочки блестели от амбиций, таящихся в сердце.

Барон и баронесса Адажио прибыли в герцогский замок очень торжественно.

Я их ещё не встретила, но уже на слушалась плохих историй о них. Золотая карета, запряженная четырьмя белыми лошадьми, въезжающая перед особняком, почему-то раздражала глаза.

У папы нет настолько роскошной кареты.

Из вежливости выйдя встречать их, я крепко сжала руки Джейн и Лидии.

— Приехали.

— Да, старший брат.

Барон Адажио, сойдя с кареты, глубоко поклонился.

Затем сошла и баронесса Адажио.

— Давно не виделись. Из-за занятости мы не часто заезжали проведать вас. Старший брат.

— Герцог, простите. Мой муж очень занят. Мне следовало уделить вам внимание.

За ними из кареты сошли злобно выглядящий толстый мальчик и симпатичная девочка.

Мальчику было лет десять, а девочка выглядела на год-два младше.

В любом случае оба казались старше меня.

— Ой! Биби, как же ты выросла.

Первой встретившаяся со мной взглядом баронесса Адажио заговорила.

— Так хотела тебя увидеть. Из-за монстров по всей стране не могла как следует навестить...

На притворно дружелюбный вид баронессы Адажио я мило улыбнулась.

— Рада встрече, баронесса.

— Боже, какая умная и милая. Я тоже рада встречи, дорогая.

Суетясь и притворяясь близкой, баронесса Адажио представила детей позади себя.

— Это твои двоюродные брат и сестра. Юстону девять лет, Мечине восемь.

Двое детей встали передо мной.

— Юстон, Мечина. Поздоровайтесь. Это Вивьер.

— Привет.

Юстон поздоровался равнодушно, а Мечина улыбнулась и поздоровалась ласковым голосом.

— Рада знакомству, будем хорошо дружить, Вивьер.

— Да, добро пожаловать.

Я спокойно солгала и замолчала.

— Ой, Вивьер, ты очень молчаливая? Или ещё плохо говоришь?

Что такое? Придирается?

Когда я собиралась ответить немного резко.

— Глупо как-то.

Юстон усмехнулся.

— Мечина, она сейчас впечатлена.

— Впечатлена?

На вопрос Мечины Юстон хихикнул и ответил:

— Посмотри на нашу золотую карету, сделанную лучшим мастером. Для ребенка это впечатляюще! Ха-ха-ха!

От возмущения слова застряли в горле.

Как он интерпретировал мое недоумевающее выражение, Юстон начал объяснения, которых не просили.

— Правда впечатляющая, Вивьер?

— .....

— Эта карета, скажем так, папа ждал полтора года и купил у зарубежного мастера Мерседеса Бенчу.

— Бенчу?

— Да, Бенчу. Цена безумно, дико, небесно высокая. Примерно 50 тысяч золотых?

На слова Юстона я немного удивилась.

По разговору служанок, когда я дремала, эта семья живет в стесненных обстоятельствах, ютясь на папиной вилле.

Занимали деньги, просили заложить вещи.

Говорили, что наследство от предыдущего герцога промотали в азартных играх — на какие деньги это купили?

— Не понимаешь, насколько велики 50 тысяч золотых?

Н-ну да.

Пока не знаю стоимость валюты, поэтому действительно не понимаю, что можно сделать на 50 тысяч золотых.

— Ха-ха, раз маленькая, добро объясню.

— .....

— 50 тысяч золотых — это действительно огромная цена, нам нужно платить Бенчу по 100 золотых в месяц около 40 лет.

Затем Юстон, словно читая мои мысли, разрешил вопрос, который давно мучил.

— Мы дворяне с кредитом, поэтому купили разумным способом — в рассрочку.

Пожав плечами и важничая, Юстон подошел к карете и, поглаживая рукой золотой корпус, сказал:

— Аж зарубежная карета. Понимаешь?

...Другого не знаю, но одно точно поняла.

Понты существуют во все времена независимо от эпохи.

— Ну как, Вивьер? Если хочешь, можешь разок прокатиться.

Юстон с надменным лицом выпятил толстый живот.

Только теперь вернувшись в здравый ум, я легко покачала головой.

— Не нужно.

— О, не немая оказалась. А что? Не интересно, как едет?

— Совсем не интересно.

Не интересовала эта карета Бенчу или как там.

Не мог же папа не купить карету Бенчу из-за отсутствия денег, так что не было причин завидовать.

Наша семья очень богатая.

Единственная семья в стране, владеющая алмазными копьями, не могла не быть богатой.

К тому же боевое оружие, разработанное по моей формуле, скоро принесет кучу денег.

И из этого случая узнала, что среди артефактов в обращении редко какой не прошел через руки нашей семьи.

Поэтому дом герцога Анданте и занял место среди трех великих герцогских домов.

Дочь главы такой великой семьи не станет завидовать карете...

— Завидуешь той карете?

Что? От вопроса папы на мгновение растерялась.

— Это...

Зачем спрашивает такую странность?

Пока колебалась с ответом, не понимая намерения вопроса, взгляд папы странно изменился.

Тогда Юстон усмехнулся и ответил вместо меня:

— Вивьер маленькая, поэтому, видимо, стыдится признать зависть.

— ...Значит, завидует этому.

Папа пробормотал низким голосом.

Почувствовав что-то странное, я поспешно отрицала:

— Нет, не завидую.

— Не ври. Ха-ха-ха! Естественно хотеть то, чего не имеешь.

— Хватит, брат. Вивьер еще маленькая. В возрасте, когда не понимает, что ценно.

Мечина остановила Юстона. Но сомневалась, действительно ли это защита.

Странно.

Пока я их наблюдала, ситуация сложилась так, будто я действительно завидую роскошной карете.

— Ну хватит, дети.

Баронесса Адажио с улыбкой вмешалась.

— Вивьер маленькая, правда? Ты с Мечиной с детства были сообразительными и умными, но Вивьер другая.

Тон баронессы Адажио был добрым, но содержание странно принижало меня.

Не знаю, с каким намерением сказано, но для меня было довольно удачно, что баронесса Адажио так себя ведёт.

Если бы была умнее и скрывала намерения, трудно было бы понять, что она за человек.

А раз показывает истинное лицо, то всё стало ясно.

Вероятность того, что она приказала мучить меня той женщине, составляет не менее 90%.

Воспользовавшись моментом, когда беспорядочная атмосфера утихла, баронесса Адажио гладко сменила тему.

— В любом случае, как сказал герцог, лучше войти и поесть.

На слова баронессы Адажио папа с суровым лицом молча пошел вперед.

Почему папа сердится?

Хоть время было коротким, но благодаря внимательному наблюдению за папой я могла различить его безразличие и гнев.

Сейчас он казался сердитым. Нет, не столько сердитым, сколько слегка обиженным.

Что же?

— Бенчу, говорили...

А? Что?

На тихое бормотание папы я резко подняла голову, но папа больше ничего не сказал.

В итоге я вошла в столовую, ничего не услышав.

На столе были разложены всевозможные деликатесы, аппетитные с виду.

Кисловатый салат из свежих овощей и фруктов с лучшим маслом.

Курица с ароматным запахом жира, золотисто запеченная в духовке.

Стейк из филе с поднимающимся ароматом трюфеля.

Паста из толстой лапши, обильно политая густым кремом.

Это видно сразу, но гораздо больше блюд было аккуратно разложено на тарелках с золотой каймой.

Выглядит вкусно...

Не нравилось мне есть вместе с этими людьми, но от таких вкусных блюд настроение сразу улучшилось.

Решив сосредоточиться на еде, что бы те ни говорили, я усердно орудовала вилкой над блюдами, которые переложила Джейн.

Как и ожидалось, наш повар просто чудо!

Мастерство не вызывало сомнений.

Мясо средней прожарки таяло на языке, а когда становилось жирновато, салат создавал идеальную гармонию.

Двигая вилкой усерднее обычного и поедая, Юстон сделал мне замечание:

— Тц-тц, дыра в подбородке?

На лице Юстона было изображено жалость ко мне.

— Глупо все проливает.

Он что, постоянно придирается?

Придирка была настолько нелепой, что даже не разозлило.

Когда я с лицом «надоел» проигнорировала и отвернулась, папа с неудобным выражением откашлялся.

— Кхм.

От одного откашливания атмосфера стала холодной.

Настроение папы казалось очень плохим.

Ой, неужели он смутился, что я слишком непринужденно ем перед родственниками?

Можно есть аккуратно, но этими крошечными ручками на это уйдет слишком много времени.

...Но может, следовало есть осторожно, даже если долго.

Это ведь не обычная еда.

Стало тяжело на сердце, что я незрело вела себя и зря смутила папу.

— Папочка.

Я набралась смелости и заговорила с папой.

Но когда папа посмотрел на меня, извиняться стало как-то странно.

Хм, как передать сожаление?

Пока думала, в глаза попался мясной пирог.

— Попробуй это.

Детской вилкой и ножом с трудом взяла мясной пирог и переложила в пустую тарелку перед папой.

Папа смотрел на тарелку. Только спустя долгое время перевел взгляд на меня.

Очень растерянный взгляд.

— Хочешь, чтобы я съел?

Хм, пока перекладывала, взяла наоборот, потом шлёпнула— форма сильно испортилась.

— М-м-м...

Пока я терялась в смущении, папа, словно приняв решение, кивнул.

— Хочешь, чтобы покормил тебя.

Что? Нет.

Но прежде чем ответить, папа разрезал мясной пирог и аккуратно положил в рот.

— Ам!

Но.

Очень вкусно же?

Не ела, потому что другое выглядело вкуснее, но упустить было бы обидно.

Я сидела с лицом 100% удовлетворения, затем почувствовала папин взгляд и подняла голову.

— Ещё.

Взгляд был острым.

— Что?

— Что ещё ты хочешь съесть?

И тон был очень угрожающим, словно велел немедленно открыть рот.

Как всё запутанно.

Это ласка или угроза смерти?

— Ну.

Думала сказать ли, что положила папе поесть, но папа не дал достаточно времени на хороший ответ.

От этого понукания я поневоле протянула руку и указала на морепродукты ризотто, слишком далеко для моих коротких рук.

— Вот это.

Мне казалось далеко, но для папиных длинных рук, видимо, не очень.

Папа сам наложил в тарелку и покормил меня.

Не рыбный, а нежный вкус морепродуктов был слишком совершенным.

— Вкусно.

— Насколько?

Ага, папа хочет через мой рот похвалить повара.

— Восхитительно! Оно самое вкусное!

Уголок рта папы дернулся и слегка поднялся.

Видимо, он был доволен, что я идеально поняла его намерение.

Хех, такое мелочь.

— Кхм, хм!

От покашливания я отвела взгляд от папы и посмотрела вперед.

Баронесса Адажио, словно ждала, когда на нее обратят внимание, мило улыбнулась и сказала:

— Юстон, видимо, слишком резко выразился. Вивьер еще маленькая.

Только тогда я поняла, что кроме нас с папой все застыли.

Она пыталась сгладить атмосферу, но Юстон бестактно испортил.

— Но когда я был маленьким, то ел не проливая.

Юстон, глядя на папу, словно что-то расхваливал.

— Как знает мама, я с возраста Вивьер ел сам и наизусть знал исторические книги, изучал административные науки. В возрасте Мечины командование, написанное генералом Лависто...

— Юстон, хватит.

Баронесса остановила Юстона, говорившего лишнее, и быстро сменила тему.

— Кстати, дорогой, разве у тебя не было дела к герцогу?

— А, да.

Прерванный Юстон недовольно скреб тарелку вилкой, но никто не обращал внимания.

Барон Адажио, полностью игнорируя сидящего рядом сына, начал:

— Старший брат, наверное, слышал новость, что герцог Швиц набирает новых инвесторов в королевский инвестиционный продукт.

— Королевский инвестиционный продукт...

— Да, инвестиционный продукт принца Никефрида.

Живот достаточно наполнился, а про «королевский инвестиционный продукт» слышала впервые, поэтому решила закончить есть.

Как раз подавали вчера заказанный горячий чай из юдзу в красивых чашках.

Я дула на чай из юдзу, остужая, и внимательно слушала разговор.

— Как знает старший брат, принц Никефрид, несмотря на юный возраст, обладает потрясающей красотой. Когда вырастет, определенно засияет ярче.

— И что?

Папа с безразличным лицом посмотрел на барона Адажио.

— Поэтому хочу немного инвестировать в продукт герцога Швиц.

— ......

— Дом герцога Швиц знаменит в этом направлении, поэтому не стоит опасаться потери денег, а глядя на внешность принца, этот инвестиционный продукт определенно даст прибыль...

Видимо, из-за слишком равнодушной реакции папы голос барона Адажио становился все тише.

— В-в любом случае убытка не будет. Принц — гарантированный продукт.

Я старалась сосредоточиться на разговоре и достаточно сосредоточилась, но не могла понять слова барона Адажио.

Что вообще такое королевский инвестиционный продукт? Что означает, что принц — гарантированный продукт?

Когда меня приговорили к смерти, у короля была плохая репутация из-за абсурдных и жестоких приказов.

Но поддержка народа королевской династии изначально была потрясающей.

Несмотря на высокий уровень неграмотности, народ знал все легенды и героические саги о династии.

Из поколения в поколение потрясающая внешность с выдающимися способностями, и мудрый, добрый характер.

Любимый всем народом королевский дом имел великую власть.

Неужели королевская семья занялась такими неблагородными делами, как коммерческие инвестиционные продукты?

К тому же, судя по нюансам, это был не первый такой бизнес.

Может, после моей смерти в королевской семье произошли какие-то реформы?

И «королевский инвестиционный продукт» как часть этих реформ управляется герцогом Швиц, одним из трех великих герцогских домов?

...Что-то странное.

— И к чему это?

— Т-то есть, старший брат. Прошу одолжить немного денег.

Я посмотрела на барона Адажио с недоумением.

Разве не говорил, что купил карету Мерседеса Бенчу в рассрочку по 100 золотых в месяц на 40 лет?

100 золотых — большие деньги.

Пообещав платить такие деньги каждый месяц 40 лет и купив заграничную карету, а папе говорит, что нет денег на инвестиции, и просит одолжить.

— Около 20 тысяч золотых будет достаточно.

Слушая чушь барона Адажио, чашка незаметно опустела.

Но.

Что такое, почему так чешется?

Руки немного зудели.

Учитывая место, я незаметно опустила руки под стол и чесала, но от невыносимого зуда нахмурилась.

Начавшийся с рук зуд постепенно поднимался к затылку.

— Не знаю, стоит ли занимать деньги для инвестиций в продукт с неопределенным будущим.

Тем временем разговор, казалось, подходил к концу.

Что происходит?

Показалось или стало трудно дышать?

— Определенно это принесет деньги, старший брат. Принц Никефрид.

— Карлхан, дальнейшее увеличение долга нехорошо для здорового бюджета.

— Но старший брат!

Одновременно с этим криком я поняла. Дышать стало действительно очень трудно.

— Закончим этот разговор.

Папа завершил беседу и посмотрел на меня.

Но...

Что такое?

Папа двоился, а потом ещё троился в моих глазах. К тому же мне не дышалось.

Не в силах терпеть, я обхватила горло руками и задыхалась.

— Л-леди?

Слышался голос Джейн, но ответить не могла.

Казалось, весь воздух в теле исчез.

— Вивьер, Вивьер!

Крик папы, кто-то укладывающий меня на пол — всё чувствовала, но больше не могла прийти в себя.

Так наступила темнота.

---

Анафилактический шок.

По словам лечащего врача доктора Брэнди, это аллергическая реакция, возникающая сразу после употребления какой-то пищи.

Если бы у меня не было лекарства, останавливающего время тела, этот ребенок...

Герцог прикусил губу.

Один раз до прибытия в герцогский замок, два раза после.

Вивьер уже трижды оказывалась в опасности.

К счастью, доктор Брэнди знал лекарство от анафилактического шока, и удалось избежать беды.

Но если бы доктор Брэнди не знал, что за лекарство, он чуть не потерял Вивьер так нелепо.

Из-за всего лишь одной чашки чая из юдзу.

— Леди проснется завтра. Герцог хорошо оказал первую помощь, так что, скорее всего, проблем не будет.

— А если будут проблемы в дальнейшем?

— Что?

— Спрашиваю, какие проблемы могут быть.

Доктор Брэнди спокойно опустил глаза.

— Поскольку была затрудненность дыхания, могут быть повреждения мозга.

— Способ лечения?

— ......

По этому молчанию герцог мог прочесть ответ доктора Брэнди.

— Немедленно приведите всех, кто работает на кухне, включая повара.

— Да, ваше высочество.

Если что-то случится с Вивьер, то сначала снесет головы им.

Герцог с мрачным лицом уставился на дверь.

— Герцог.

Барон, наблюдавший за ним, осторожно подошёл к герцогу.

— Пришло сообщение от графа Ирет.

Знал, что время неподходящее, но герцог Анданте давно ждал связи от графа Ирет.

Зная этот факт, барон осторожно протянул герцогу тяжелый конверт.

Герцог с суровым лицом открыл конверт.

*Дорогому герцогу.

Срочная связь, поэтому прошу понять, что это не аккуратное письмо с должными формальностями.

Сила, сковывающая того ребенка, сначала казалась магическим артефактом, но, как предполагал герцог, ее поддерживала священная сила.

Но эта священная сила не внешняя, а в теле ребенка.

При проверке в теле ребенка сосуществуют магическая сила, близость к духам и священная сила.

Пока сосредоточимся только на снятии всех ограничений.

Существование ребенка держим в секрете, просим герцога тщательнее контролировать окружение.*

Прочитав письмо, герцог с еще более суровым лицом отложил его.

То пророчество.

Вспомнилось пророчество, которое предыдущий герцог тайно передал накануне наследования титула.

Строго секретное пророчество, известное только королевской семье, храму, среди дворян — трем великим герцогским домам и графу Ирет, работающему со святынями.

Ребенок из того пророчества уже родился.

Что за безумие происходило в этой стране все это время?

Лицо герцога Анданте потемнело.

Хм, сыро.

Почему так сыро?

Обычно моя постель пушистая и хорошо пахнет, а это...

— Леди!

Открыв глаза от неприятного ощущения, словно накрыта мокрой тканью, я услышала крик Джейн.

— А?

Теперь вижу — у Джейн и у стоящей рядом Лидии губы совсем побелели от сухости.

— Почему вы все такие...

Голос плохо звучал.

И тело какое-то вялое, самочувствие очень плохое.

— Ты в порядке? Что-то болит?

А? Почему папа с утра в моей комнате?

Когда я, стараясь нормально открыть тяжёлые веки, забарахталась, папа помог мне подняться.

Рядом горничные лили слёзы.

— Что это вообще...

А позади горничных какие-то люди распростёрлись ниц, уткнувшись головами в пол.

— Вивьер.

— Да.

— Сколько пальцев?

Папа показал три пальца.

— Три.

— Тогда как твоё полное имя?

— Вивьер Анданте.

— Сколько тебе лет?

— Третий день рождения... недавно был.

— А кто я?

Зачем вообще такие вопросы?

Чувствуя недоумение от этих странных вопросов, я хрипло ответила:

— Папочка...

— Сколько яблочных пирогов ты съела из тех, что я тебе покупал?

Хек, в этом не уверена.

— Три... штуки?

На мой ответ папа облегчённо вздохнул и крепко обнял меня.

— Молодец.

З-за такое тоже хвалят?

Было очень смущающе.

К тому же никто ещё ничего не объяснил.

Почему вообще незнакомые люди стоят на коленях в моей комнате!

— Папочка, эти люди...

— Да, неприятно смотреть на них. Уберу их.

Что? Что вы уберёте?

— Все встаньте.

Папа отпустил меня и, обернувшись, отдал приказ.

Люди, всё это время лежавшие ничком, дрожа, поднялись.

Все лица были в слезах.

Что, это такое?

Кажется, подобную сцену я уже где-то видела.

— К счастью, с Вивьер всё в порядке, так что ваши семьи убивать не буду.

Что?

— Но вас, бездарей, всех казню.

— Кхы-хы, ваша светлость герцог. Пожалуйста, хоть раз проявите милосердие!

— Ваша светлость, мы совершенно не знали, что у леди аллергия на юдзу. Хны-хны.

— Спасите нас. Хх-хх. У меня дома больная старая мать и больной ребёнок...

Что за переполох?

Голова была мутная, но то, что мне нужно делать в этой ситуации, было ясно.

— Папочка.

— Сегодня нельзя. Эти ублюдки чуть тебя не убили.

— Но, хны, но же...

Значит, я выпила чай из юдзу и упала от аллергической реакции?

— Чай из юдзу Виви сама попросила! Хэ-э-э-эн!

— ...Что?

— Все говорили надо проверить, потому что обычно не едим этого, но Виви упрашивала!

Плачущие люди резко замолчали и с удивлением посмотрели на меня.

— Значит, казнить должны сначала Виви...

Хлюп, хлюп.

Сильно опухшее горло щипало и болело, но разве эта боль важнее человеческих жизней!

Я заплакала ещё громче ради этих людей.

— Фу.

Папа вздохнул.

— Прекрати. Никого я убивать не буду.

— Правда?

Я, словно и не плакала, резко перестала и спросила у папы.

— Да.

Фух, хорошо, что не дошло до «боюсь привидений».

Почувствовав облегчение, я крепко обняла папу.

— Спасибо, папочка!

...Однако.

Прижавшись лицом к папиному плечу, я увидела странные выражения лиц людей.

Хм, такие лица мне кажется уже встречались.

— Спасибо, ваша светлость герцог!

— Спасибо, леди!

— Леди — спасительница наших жизней!

— Хны-хны, леди — настоящий ангел!

Ох, ещё немного, и будет «Да здравствует леди».

Когда я с отчаянием посмотрела на Джейн и Лидию, те, поняв мой взгляд, вывели людей.

— Да здравствует наша леди!

— Да здравствует леди Вивьер!

Эти голоса всё ещё шумно раздавались в коридоре.

— Скажи всем заткнуться.

— Да, ваша светлость герцог.

Папа, словно прочитав мои мысли, приказал дворецкому.

Крики людей вскоре утихли.

— ...Папочка, ты очень волновался?

— Думал, что нельзя даже на секунду отвлекаться.

— Извини. Не надо было упрямиться насчёт чая из юдзу. Теперь обязательно буду проверять, прежде чем есть.

— Новую еду нужно пробовать понемногу, проверяя.

— Да, обещаю, что такого не повторится.

Мне было очень стыдно перед папой и горничными, которые из-за меня переполошились.

Хотелось поговорить ещё, но горло болело, а тело было очень усталым. Словно губка, напитанная водой.

— Папочка, я хочу ещё немного поспать.

— Хорошо. Раз мозги в порядке, то этого достаточно.

А? Неужели это была проверка состояния мозга?

Для проверки мозга вопросы были какие-то странные.

Не проверка ли это была состояния папиного мозга?

— Пойду.

И даже после того, как папа ушёл, я долго была в смятении, не зная правды об этих вопросах.

---

Прошло уже три дня с момента инцидента с аллергией.

Как раз в день приезда семьи барона Адажио произошёл инцидент с аллергией, поэтому их почти не было видно.

Подслушав разговоры горничных, поняла, что папа в тот день выглядел так страшно, что они опасались, как бы на них не попало.

Хорошо, что не приходится видеть противных людей.

Первое впечатление от них было очень плохим.

Поэтому дни, когда можно было свободно разгуливать по герцогскому замку, не чувствуя неудобства от присутствия гостей, были очень приятными.

— Хм?

Поднявшись на террасу, чтобы позагорать на солнышке, я широко раскрыла глаза, увидев внизу двух: мужчину и женщину.

Это баронесса Адажио.

Мужчина рядом, наверное, барон Адажио.

Думая об этом и собираясь отвести взгляд, я повернула голову и увидела лицо мужчины в профиль — и наклонила голову.

Это же не барон Адажио?

Тогда кто?

Я видела, что семья барона Адажио приехала только с одной горничной и кучером.

К тому же этот мужчина не был кучером.

Из герцогского дома?

Хм, можно было бы пройти мимо, но почему-то взгляд постоянно возвращался.

Может, потому что узнала, что баронесса Адажио наняла ту женщину, которая меня мучила?

Что-то подозрительное.

— Леди, вы здесь были?

— А?

Испугавшись внезапного голоса, я обернулась и только увидев лицо, облегчённо вздохнула.

— Напугала.

— Ой, извините. Думала, что подала знак перед тем как подойти.

Обычно я бы услышала.

Просто я была сосредоточена на той странной паре.

— Я смотрю на них.

— Эти люди...

Джейн прищурилась и долго смотрела на двоих.

— А, знаю, кто это.

— Кто?

— Женщина — баронесса Адажио, а мужчина — барон Остас.

— Барон Остас?

Кто такой барон Остас?

— Да, вассал герцогского дома.

— Вассал герцогского дома, а они так близко стоят?

— Хм, может, знакомы. Баронесса Адажио до замужества была известна в светском обществе.

Хм, баронесса Адажио объективно красива.

— Даже я, простая горничная, удивилась, узнав, за кого выходит замуж барон Адажио. Её все знали.

— Понятно. Тогда они могли знать друг друга раньше...

— Или несколько раз виделись на балах в герцогском замке после её замужества.

Тогда ещё подозрительнее.

Нет, точнее странно то, что вассал герцогского дома и баронесса Адажио беседуют вдвоём без слуг в саду, похожем на место для свиданий.

— Хм, понятно. Кстати, Джейн, где Лидия?

— А, как раз об этом хотела поговорить с леди.

— О чём вы?

— У Лидии личные дела, поэтому сегодня она покинула герцогский замок. Какое-то время она будет отдыхать.

— Вдруг? Даже не попрощавшись?

Слишком неожиданная новость.

Конечно, если случилось что-то срочное, такое возможно, но ещё в обед всё было нормально.

— Да, она просила передать извинения леди.

Только теперь заметила, что лицо Джейн немного мрачное.

Хотелось расспросить больше, но почему-то чувствовалось, что не стоит.

— Если одной горничной будет недостаточно, можно привести другую девочку.

— А, нет. Хватит.

Я быстро замахала руками.

Если одна уходит, то всё равно глаз, неустанно следивших за мной, станет немного меньше.

Для меня, которая нервничала, не зная, когда тело снова превратится во взрослое, это была хорошая новость.

Но что действительно случилось?

По выражению лица Джейн что-то знает.

Если бы это было не особенно важно, она бы мне рассказала, а так уклончиво отвечает — странно.

Узнаю ли я со временем?

И вид баронессы Адажио с бароном Остасом, и внезапный отпуск Лидии.

Что-то заставляло меня нервничать.

Как ни посмотри, странно.

После того как несколько дней назад Лидия внезапно исчезла, лицо Джейн постоянно было мрачным.

Она не пренебрегала мной, но могла начать говорить со мной, а потом вдруг перейти на другую тему, или забыть о времени.

Даже забыла принести мне завтрак, так что я первая спросила.

— Простите, леди.

— Ничего, не переживай.

— Но все же...

— Хм, может, прогуляемся?

Чтобы остановить извинения Джейн, я быстро сменила тему.

— А, хорошо? Тогда подождите немного. Я принесу закуски и напитки для улицы.

Вскоре я вышла в задний двор с Джейн, несущей корзину для пикника.

На самом деле это называлось задним двором, но это было как огромное поле.

— Ух, хорошая погода!

Я изначально любила выходить наружу, но сегодня был действительно прекрасный день.

Небо было высоким, белые облака красивыми, ветер прохладным.

Приятно было смотреть, как ручей блестит от солнечного света, пробивающегося сквозь облака.

— М-м, как слепит.

Проблема была в том, что несмотря на облака тут и там, солнце светило слишком ярко.

— Сегодня свет довольно резкий. Очень слепит?

— Да.

Я кивнула.

Мои глаза были чувствительны к солнечному свету. Если подумать, по сравнению с первой жизнью глаза стали гораздо более болезненными.

В первой жизни слышала, что голубоглазые иностранцы часто носят солнечные очки, потому что их глаза слабее азиатских и нуждаются в защите.

Тогда я плохо понимала, но в этой жизни с голубыми глазами определенно понимаю это чувство.

До вчера казалось, что вот-вот пойдет дождь, а внезапно погода прояснилась — может, поэтому ещё хуже.

— Видимо, вам нужна шляпа. Не так ли?

Джейн с виноватым лицом извинилась передо мной.

— Простите, леди. Я должна была заранее подумать и принести...

— Не извиняйся. Всё нормально.

— Но все же. Я быстро принесу шляпу, посидите здесь.

Джейн указала под дерево. Я кивнула.

— Ладно, тогда буду тихо сидеть.

На обещание сидеть тихо Джейн умильно улыбнулась.

— Если что-то нужно, скажите тем людям.

Джейн указала на служанок, идущих к ручью с корзинами для стирки.

— Ладно.

— Сейчас вернусь.

Джейн, подозвав одну из служанок и что-то настойчиво наказав, поспешила к особняку.

В тени дерева было прохладно.

Спокойно ожидая Джейн, услышала разговор служанок.

— ...Лидия поехала в столицу по делу няни?

Нет, может, услышала этот разговор из-за знакомого имени.

Я навострила уши.

— Ну да. Кто ж знал, что такой несчастный случай произойдет?

Даже среди звуков стиральных палок голоса служанок звучали довольно отчетливо.

— Герцог приказал отвезти в столичную больницу, но что будет, когда няня вернется, неизвестно.

— Ну да. Узнав, что муж пострадал под обрушившимся домом, получить такой шок.

Что?

— Как раз когда няни не было, дом обрушился.

— Но хорошо, что дети няни остались целы. Проблема с конюхом.

— Конюх, говорят, сильнее пострадал, спасая детей при обрушении дома.

...То есть дом Элизы обрушился и пострадал муж Элизы?

Слушая разговор, пазл медленно складывался.

Теперь поняла, почему Лидия взяла отпуск без слов, а Джейн постоянно нервничала.

Лидия уехала разбираться с ситуацией вместо Элизы.

Я, думавшая, что Лидия, злая на недоставленого фотокамня, поехала совершать теракт в магической башне, каюсь.

В любом случае, что делать? Как говорят служанки, когда Элиза вернется от родственников, определенно получит шок.

Я знала, что люди живут в хлипких домах, готовых обрушиться в любой момент, но не думала, что это коснется кого-то из моего окружения.

Обрушение дома и попадание под обломки.

Только теперь почувствовала на собственной шкуре, что редкие несчастные случаи стали обычными для людей этой эпохи.

— Леди.

От голоса Джейн я испуганно обернулась.

— Что вы так пугаетесь? Это я.

— А, да. Меня внезапно позвали, поэтому я испугалась.

— Да?

Джейн ласково улыбнулась и надела принесенную шляпу мне на голову.

— Долго ждали?

— Нет, совсем не ждала.

— Хорошо. Хи-хи, даже в шляпе наша леди слишком красивая.

Поскольку я вышла, чтобы поднять настроение Джейн, обычно в такой момент покапризничала бы, но...

— Джейн.

— Да, леди.

— ...Дом Элизы обрушился?

— Что? Откуда леди об этом знает?

Джейн, смотревшая на меня с растерянным лицом, перевела взгляд на служанок, стирающих у ручья.

Лицо Джейн мгновенно покраснело.

— Эти болтливые рты!

— Не нужно, Джейн.

Я поспешно потянула за рукав Джейн, готовую вскочить с места.

— Ответь мне. Дом Элизы правда обрушился?

— ...Да, леди. Это правда.

— Тогда что им делать? Если дом обрушился, где же жить?

Помимо травмы, которую она получит вернувшись из столицы во владения, ей негде будет жить.

Это меня больше всего беспокоило.

— К счастью, когда её семья вернётся после лечения, они смогут жить в герцогском замке. Герцог позаботился об этом.

От слов Джейн мне стало немного спокойнее. Но одновременно возник вопрос.

— А другие люди?

— Какие другие?

— Кроме семьи Элизы, есть другие люди. Где они живут, когда дом обрушивается?

— ...Те люди отправятся в деревню землянок.

Деревня землянок?

Уже название не очень приятное.

— Что это такое?

— Место, где собраны временно построенные землянки для людей, чьи дома обрушились. Это недалеко от деревни.

Деревенские дома и так довольно хлипкие, а временно построенные землянки после их обрушения какие тогда?

Хотя не видела лично, я представляла, как выглядят эти землянки.

— Тогда такие люди не могут вернуться в деревню?

— Да, видимо, им будет трудно.

Джейн объяснила, что папа, как и она, раз в две недели посылает продукты и товары первой необходимости людям из деревни землянок.

Добавив, что многие феодалы не создают для деревень землянок, а говорят, что нужно жить как знают.

— А? Тогда люди без деревни землянок как живут?

— Обычно, потеряв дом, бросают прежнюю работу и скитаются... Из-за трудностей с пропитанием иногда грабят.

Только теперь все поняла.

Сто лет назад разбойники были редкостью, а как же они выросли до масштабов, требующих подавления — оказывается, потерявшие дома люди становились разбойниками.

Я крепко зажмурилась от накатившей жалости.

Сто лет назад, когда тиран приказал казнить всех архитекторов, дворяне не остановили короля.

Не смогли остановить или не стали — не знаю.

Но в любом случае из-за этого все архитекторы погибли.

Конечно, могло выжить один-два архитектора.

Но тиран Лебето, отдав приказ казнить архитекторов, правил еще 30 лет.

В ситуации, когда архитектура стала смертным грехом, люди должны были оглядываться даже на обслуживание собственных домов.

За это время архитектурные технологии медленно утрачивались, и теперь дошло до такого состояния.

Что меня злит особенно — дворяне, которые могли остановить короля, до сих пор живут в безопасных местах, а невинные люди живут в домах без гарантии на безопасности.

Вероятно, у дворян есть отдельные архитекторы для семьи или приглашают архитекторов из-за границы.

Слишком несправедливо.

Все эти деньги создавались налогами жителей владений, которых не могут жить в нормальных домах.

При мысли, что я тоже пользуюсь такими привилегиями, лицо вспыхнуло.

— Людям тяжело.

Когда я уныло пробормотала, Джейн погладила мне голову.

— Все хорошо, леди. Особенно наши жители владений относительно безопасно живут благодаря заботе герцога.

Папа — мой папа.

Приехал меня спасать, кормил вкусной едой, обнимал, но...

Все же я не могла на 100% согласиться со словами Джейн.

Конечно, у папы тоже много дел.

Как глава такого большого дома, он не мог не быть занятым.

К тому же на строительство нужны немалые деньги.

Жилищную проблему жителей владений, которую не смогли решить предки, папе тоже было бы трудно ясно решить.

Хорошо бы я могла помочь.

Невозможно.

В голове полно архитектурных знаний, но мое тело всего лишь младенческое.

От накатившего бессилия я глубоко вздохнула. Тогда...

— Ой, это не Вивьер?

Издалека послышался ласковый голос.

Подняв голову, я увидела Мечину, которая с лучезарной улыбкой направлялась ко мне.

Настроение не располагало к разговорам, но игнорировать приближающуюся родственницу было неприлично.

Я неохотно помахала рукой в знак приветствия.

— Привет.

— Боже мой. Ты мне поздоровалась? Как мило!

Мечина расплылась в улыбке.

— Что делала? Гуляла?

Кивок-кивок.

— И твоя горничная?

— Угу.

— Тогда можно мне погулять с тобой? Ты ведь знаешь, что наша семья заехала в герцогский замок ненадолго, мы скоро уедем.

— И что?

— Как «и что», хо-хо-хо, я хочу создать с тобой хорошие воспоминания!

Хоть она и из семьи Адажио, что было неприятно, слишком грубо отталкивать её тоже невежливо.

Недолго поколебавшись, я молча кивнула.

— Ладно. Джейн, прогуляюсь с ней по саду и вернусь.

— Я пойду за вами, леди.

— Не надо.

После разговора о доме няни лицо Джейн было очень бледным.

— В саду есть садовники, так что всё будет хорошо.

В герцогском замке пять садовников, поэтому один-два всегда находились в саду.

Джейн тоже вспомнила об этом и молча кивнула.

— Понятно. Леди, я буду ждать здесь.

— Не обязательно ждать. Я отведу Вивьер до комнаты.

— Но...

— Я знаю, где её комната. И Вивьер добрая девочка, ей будет неудобно, что ты просто стоишь и ждёшь, разве не так?

— ...

— Вивьер, ты как думаешь?

Я совершенно не планировала проводить с Мечиной много времени.

Но после недавнего разговора Джейн устала, и я хотела, чтобы она отдохнула, поэтому поддержала мнение Мечины.

— Джейн, иди отдыхай, я сейчас быстро вернусь.

— Хорошо, леди. Тогда я приготовлю в комнате закуски для вас обеих.

— Спасибо!

Когда я отпустила руку Джейн, Мечина протянула свою.

— Не надо.

Не хотелось держаться за руки с малознакомым человеком.

— Я сама могу идти.

— Правда? Ну что ж, тем лучше. Я, честно говоря, тоже не люблю ходить, держась за руки.

— Угу.

Я равнодушно ответила и продолжила идти.

— Я мечтала о младшей сестрёнке. А ты как относишься к появлению старшей сестры?

— Наверное, хорошо.

— Ки-я! Мы так понимаем друг друга!

Бездумно отвечая на слова Мечины, я вздрогнула от внезапного дельфиньего визга и остановилась.

— Мечина?

— Тогда с сегодняшнего дня будем обращаться друг к другу как сёстры!

— А?

О чём она говорит?

— Ну, если тебе неудобно называть меня сестрой, можешь по имени, но главное — что мы стали настолько близки, не так ли?

— А, угу...

— Честно говоря, я очень беспокоилась о тебе.

— Обо мне?

Я округлила глаза и показала пальцем на себя.

— Да, о тебе.

— Почему обо мне?

— Слышала, что злая женщина, притворявшаяся твоей няней, мучила тебя. Говорили также, что у тебя что-то с головой и ты толком говорить не можешь.

Явно злонамеренные слухи.

И насколько я знала, распускать такие сплетни мог только один человек.

Наверняка баронесса Адажио.

Мечина, передававшая мне слова, которые должны были расстроить, тоже не вызывала симпатии.

Я нахмурилась и покачала головой.

— Неправда, я нормальная.

— Да, действительно совсем не такая, как я думала, странное чувство.

Хорошее или плохое?

По лучезарной улыбке трудно было понять намерения.

— Но влияние, похоже, есть. В три года я говорила гораздо лучше тебя. И была выше ростом.

— ...

— Раз ты во многом отстаёшь, я смогу тебя многому научить.

— Извини, Мечина.

Больше слушать не хотелось.

И так нервы на пределе из-за дел Элизы, а тут ещё несуразные речи Мечины — голова раскалывается.

— Мне не нужно, чтобы ты меня чему-то учила.

— Что?

Лицо Мечины застыло.

— Я и сама справлюсь. Поэтому можешь не беспокоиться. Мы просто родственницы.

— Ви-Вивьер, зачем так холодно...

Собираясь что-то сказать, Мечина вдруг сверкнула глазами, словно что-то заметила.

Что такое?

Почувствовав неладное, я хотела оглянуться.

— Кья-я-як!

Внезапно Мечина, как сломанная неваляшка, повалилась набок.

— Вот это да.

От такого наигранного падения сам собой вырвался звук, которого обычно не было.

— Ч-что такое?

Что с тобой? Мне страшно.

— Вивьер, не нужно было до такого доходить. Хны-хны...

Но упавшая Мечина вдруг заплакала, роняя слёзы.

— Если не хочешь со мной дружить, хны-хны, можно было просто сказать «не хочу». Зачем было толкать меня?

— А?

Совершенно непонятно.

Не вселился ли в Мечину какой-то дух?

Одержимость, вселение — неужели я стала свидетелем такого?

— Что здесь происходит! Боже мой, Мечина! Наша Мечина!

Вдруг сзади послышался мощный рёв, как у кабана.

С грохотом барон Адажио подбежал ко мне и подхватил Мечину.

— Что ты наделала, Вивьер! Как ты могла толкнуть Мечину!

— Что-о?

Я испуганно отпрыгнула назад и, поняв, что наступила кому-то на ногу, посмотрела вверх.

Это был папа.

Хек, неужели это та самая ловушка, о которой я только и могла слышать?

Странно было, что член семьи капитана Адажио так дружелюбно ко мне приближается.

Как в таких случаях нужно вести себя, чтобы развеять недоразумение?

— Это неправда-а-а!

Тут откуда-то выскочили несколько солдат и встали на колени перед папой.

— Леди невиновна!

— Точно. Мы наблюдали всё время!

— Леди ничего не делала, а та девочка сама упала набок!

— Да! А потом оклеветала нашу леди Вивьер, что та её толкнула!

Я ошеломлённо смотрела на солдат, которые горячо меня защищали.

Присмотревшись, узнала лица. Это были те солдаты, которых я спасла от казни в прошлый раз.

— ...То есть леди Вивьер ничего не делала, а эта девочка сама упала и обвинила Вивьер.

— Именно так, ваша светлость!

— Но почему вы всё время следили за Вивьер?

Да, почему следили?

Это было очень похоже на сталкинг, поэтому я тоже подозрительно посмотрела на солдат.

— Э-это... мы создали «Висамо».

— Висамо?

— Общество любителей леди Вивьер... такое.

Боже мой.

Вдруг закружилась голова.

— Члены Висамо в нерабочее время дежурят по очереди, следя за безопасностью леди.

Папа рассмеялся с недоумением.

— ...Оказывается, в моём замке есть охранная служба, о которой я не знал.

Я прекрасно уловила эмоции в этих словах.

К счастью, папа, похоже, не собирался приказать казнить Висамо за сталкинг.

Отвернувшись от них, папа холодным взглядом посмотрел на Мечину и барона Адажио.

От этого леденящего взгляда оба одновременно задрожали.

— Я проявил гостеприимство, чтобы вы чувствовали себя комфортно, а вы оклеветали моего ребёнка.

— Э-это... неправда!

Мечина вскочила, словно и не падала.

— Просто Вивьер до этого говорила, что не хочет со мной дружить...

— И поэтому ты выдумала небылицу о том, что Вивьер тебя толкнула?

— Н-нет. Поэтому я подумала, что Вивьер меня толкнула. Хны-хны.

Всхлипывая, Мечина пролила куриные слёзы и извинилась передо мной.

— Вивьер, кажется, я тебя не поняла. Искренне прошу прощения. Извини.

Судя по тому блеску в глазах, который я видела, это был не случайный инцидент из-за недопонимания.

Увидев приближающихся папу и барона Адажио, она намеренно это устроила — могла поставить на это все масляные печенья, которые готовила Джейн.

Однако от всех этих дел я слишком устала и больше не хотела поднимать шум.

— Ладно, раз извиняешься — раскайся.

На мои слова глаза Мечины, кажется, загорелись огнём, но я легко проигнорировала это и поприветствовала солдат... то есть членов Висамо.

— Всем спасибо.

— Хе-ек! Что вы, леди, мы делаем это не ради благодарности, а потому что нам это нравится!

— Точно. Даже когда устаём, стоит только увидеть леди — и усталость как рукой снимает, совсем не тяжело!

Когда я растерялась от криков солдат, папа подхватил меня на руки.

— Пойдём, если останемся здесь, то можно сойти с ума.

На папино бормотание я кивнула и обняла его за шею.

А мысль о том, что папа тоже не совсем нормальный, благоразумно оставила при себе.

Обрушение дома Элизы продолжало меня мучить.

Но размышляя, я поняла, что есть способ.

Ведь необязательно мне самой строить!

Вот оно.

Можна точно нарисовать чертежи и тайком подбросить в папину комнату, или сделать вид, что нашла их в библиотеке.

Поняв, что способов довольно много, я тут же принялась за дело.

— Джейн, хочу поиграть с глиной.

— С глиной? Думала, вас это не интересует. А глины в саду много, можете идти играть когда угодно. Принести вам совочек?

— Нет, мне нужна особая глина.

На мои слова Джейн недоуменно посмотрела на меня.

— Какая?

— Жёлтая глина.

Я думала о соломенном доме.

Соломенные дома строятся относительно просто, а материалы легко достать и они дешёвые.

Ещё в студенческие годы я участвовала в архитектурном проекте и строила такой дом.

Нужны солома, древесина и жёлтая глина.

Соломенный дом — это, проще говоря, «глинобитный дом», где стены делают из соломенных блоков, сложенных как кирпичи, а поверхность покрывают жёлтой глиной.

Из-за использования соломы глинобитные стены толстые, но зато летом в них прохладно, а зимой тепло.

Возможно, такой дом мог бы легче всего решить жилищные проблемы, с которыми сейчас столкнулся Ибритен.

Но у соломенных домов есть небольшой недостаток.

Требуется много рабочих рук.

Когда мы реализовывали проект соломенного дома, самой большой статьёй расходов была оплата труда.

Дом требует много рабочей силы, но мне ведь нужно только создать чертежи!

Однако перед созданием чертежей нужно было сначала проверить, обладает ли жёлтая глина теми свойствами, которые я знаю.

Потому что природа Земли и здешняя природа были похожи, но имели различия.

Во второй жизни я выполняла всю черную работу для архитекторов на стройке.

Однажды мне сказали подготовить древесину, и я пошла на рынок, накупила сосновых брусьев и притащила их.

После всех мучений с доставкой купленной древесины меня встретили руганью и насмешками.

— Кто вообще использует такое хрупкое и слабое дерево для строительства!

В Южной Корее сосна — обычный строительный материал.

Но сосна Ибритена и сосна Южной Кореи, хоть и похожи внешне, имели совершенно разные свойства.

То же самое с почвой. Выглядит похоже, но не идентично.

Нужно провести испытания самой.

Если здешняя жёлтая глина имеет те же свойства, что и та, которую я знаю, я смогу помочь не только жителям герцогства, но и всем жителям Ибритена.

Для успеха такого плана нужна была уверенность в материалах.

Хорошо бы я могла это проверить во второй жизни, но, к сожалению, тогда я была всего лишь пятнадцатилетней девчонкой.

Строек, где я могла получить опыт, было крайне мало, да и умерла я слишком молодой...

Эх, не буду думать о грустном.

Хорошо хоть, что благодаря опыту прошлой жизни я точно знаю, какую древесину и глину использовать.

— Э, леди.

Джейн смотрела на меня с затруднённым лицом.

— Извините, но это вряд ли возможно.

— А?

Я округлила глаза.

Что такое, я же дочь герцога!

Я не просила драгоценности и не требовала невероятно дорогое платье!

— Конечно, обычно это было бы возможно, но сейчас няни нет.

— Без Элизы нельзя?

— Да, чтобы потратить выделенные на леди деньги не по обычному назначению, нужно разрешение няни.

Хек, значит, нужно ждать возвращения Элизы!

Я глубоко вздохнула.

— В саду есть много разной земли кроме жёлтой глины, леди. Как насчёт поиграть с ней?

— Нет, ничего страшного.

Раз такие обстоятельства, нельзя же капризничать.

Поскольку я много знаю об архитектуре, рано или поздно найдётся способ помочь людям. Загадав на будущее, я съела три куска клубничного торта, чтобы развеять грусть. Абсолютно не потому, что просто хотела есть, а потому что от грусти лучше всего помогает сладкое.

---

Руки Джейн торопливо переодевали меня.

Сонно моргая, я вскоре последовала за Джейн из комнаты.

— Леди, сегодня вы будете завтракать вместе с его светлостью герцогом.

Думала, папа просто хочет короткую встречу утром, когда у него есть свободное время из-за занятости.

— Хм, понятно.

— А, и ещё кое-что нужно сказать, леди.

Дойдя до коридора, где находилась папина комната, Джейн тихо прошептала.

— Мне?

— Да.

— Что?

— Элиза приходила.

— Элиза? Когда?

— Прошлой ночью. Но встретилась только с его светлостью герцогом и сразу уехала в столицу. Как вы знаете, её семья сейчас у врачей в столице.

— Понятно...

Жаль, что не увидела Элизу, но это вполне понятно.

Дом внезапно обрушился, раненых членов семьи отвезли к врачам в столицу — странно было бы остаться здесь ухаживать за мной.

— Когда Элиза вернётся?

— Наверное, вернётся вместе с семьёй, когда они полностью выздоровеют.

Долго не увижу, видимо.

Как-то грустно.

— Зато Лидия скоро вернётся. Она поехала в столицу вместо няни. Так что не расстраивайтесь сильно.

Мы уже подошли к спальне папы.

Джейн постучала в дверь с изящно выгравированными узорами.

— Входи.

На голос папы Джейн осторожно открыла дверь и слегка подтолкнула меня.

— Джейн?

Я удивлённо обернулась, но Джейн лишь мило улыбнулась.

— Увидимся чуть позже, леди.

С коротким прощанием дверь закрылась.

Растерянно глядя на закрытую дверь, я повернула голову и увидела папу, стоящего прямо передо мной.

Глоток. От волнения я сглотнула.

Папа, почему у тебя такое страшное выражение лица?

...подумала я, но, оглядываясь назад, поняла, что просто моя внутренняя близость к папе сильно возросла после того, как он пришёл меня спасать, а папа остался прежним.

Правда, казалось, он не против моей лести.

Хм, ещё он кормил меня перед родственниками.

Недавно даже защитил от клеветы Мечины.

Нет, всё равно нельзя расслабляться!

До того чтобы быть любимой всеми, как Лина, ещё далеко, так что нужно больше стараться.

Я собралась с духом и положила обе руки на живот. И поклонилась.

— Доброе утро, папочка.

— ... Ты рано встала.

На папины слова я хотела кивнуть, но замешкалась.

Сегодня утром Джейн разбудила меня, сказав, что папа ждёт. Потому что я никак не просыпалась.

То есть папины слова могли означать:

— Лентяйка, только сейчас встала?

Такой упрёк!

Эх, дура. Как можно так буквально понимать слова!

Из-за того что тело стало маленьким, и мысли стали детскими.

Я выпрямилась и максимально вежливо и степенно ответила:

— М-могу вставать и раньше. С завтрашнего дня буду вставать на час раньше.

Папа, казавшийся слегка растерянным, через некоторое время заговорил.

— ...Если ты хочешь, то я не буду этому препятствовать, но в этом нет необходимости.

Конечно, совершенно справедливые слова!

Вставать на час раньше — это, естественно, не потому что хочет герцог Анданте, а потому что я сама хочу.

Наверное, эти слова означают, что он будет наблюдать, веду ли я самостоятельно прилежную жизнь.

— Да.

Я покорно склонила голову.

В тот момент в животе заурчало.

С утра чувствовалось, как сжимается желудок, и именно сейчас!

Что если он подумает, что я слишком прожорлива?

— Голодна?

Я быстро покачала головой.

Однако.

Урчание.

Словно издеваясь надо мной, прозвучало урчание несравнимо громче предыдущего.

— Если голодна, то так и скажи. Зачем отрицать?

Лицо папы было грозным. Видимо, ему не понравилось, что я солгала.

Какое оправдание придумать в такой ситуации?

— Потому что...

— Ладно. Сейчас велю приготовить завтрак.

Дёрнув шнурок, чтобы заказать еду, папа вскоре отпустил всех слуг.

В комнате остались только мы с папой, и почему-то стало волнительно.

Атмосфера была такой, словно предстоит серьёзный разговор.

— ...С утра я позвал тебя потому, что есть кое-что для тебя.

— Для меня?

Коротко кивнув, папа подошёл к комоду и достал маленькую коробочку.

Коробка была достаточно мала, чтобы поместить драгоценности.

Что это?

Вряд ли он позвал трёхлетнего ребёнка с утра, чтобы подарить драгоценности.

Но мои предположения оказались неверными.

Когда папа открыл коробку, в центре виднелся голубоватый камень.

— Это временно твоё, Вивьер.

Я не смогла скрыть недоумения.

Странно было внезапно дарить драгоценность, но ещё страннее было условие «временно».

Думала, дворяне не дают, чтобы потом отобрать.

— Что это?

— Это «покровительство духов».

Папа слегка понизил голос.

— Священная реликвия, которую прислал дом графа Илет для твоей защиты.

— Святую реликвию?

Я округлила глаза.

Думала, святые реликвии существуют только в легендах?

В этом мире есть предметы, наделённые мистической силой, называемые «артефактами».

Артефакты — это обычно магические инструменты, создаваемые магами или исследователями магии.

Но в широком смысле это слово включает ещё два типа предметов.

Один — это божественные предметы, которые могут использовать только те, кто владеет священной силой, а другой — святые реликвии, оставленные древними богами.

— Да, о святых реликвиях ты, наверное, не слышала. Ты ещё слишком мала.

Папа начал объяснять тихим голосом.

— Святые реликвии — это божественные артефакты, позволяющие использовать силу, которой ты не обладаешь. А твоя семья по материнской линии, дом графа Илет, поколениями обязана управлять святыми реликвиями, существующими в Ибритене.

— ...

— В старые времена святые реликвии можно было использовать только с разрешения королевской семьи. Но теперь, когда королевская власть ослабла, где и как использовать святые реликвии, зависит от дома графа Илет.

— Значит... для меня мамина семья прислала святую реликвию?

Вместо ответа папа промолчал. Я вдруг что-то поняла и округлила глаза.

Неужели папа попросил это из-за моего похищения?

Элиза отлучилась, чтобы передать что-то дому графа Илет, и это было после инцидента с похищением.

Наверное, это было очень хлопотно.

От мысли, что папа ради меня потрудился сделать то, что не обязан был делать, на душе стало странно.

Снова нахлынуло чувство, похожее на то, что я испытала, когда он пришёл меня спасать.

Даже не ожидала, а почему я только получаю от папы?

Никогда такого не было. До сих пор никто никогда не помогал мне безвозмездно.

Почему папа так добр ко мне, что я должна дать взамен в таких случаях — понять не могла.

Тук-тук.

Тут послышался стук.

— В чём дело?

— Э, господин. Горничная леди приготовила заранее перекус, думая, что леди проголодается.

Вошедший слуга поставил на стол печенье и два стакана молока и ушёл.

— Ты же голодна была. Ешь и слушай остальные объяснения.

Услышав эти слова, мне в голову пришла мысль.

Я взяла горячее дымящееся печенье. И...

— А-а.

Сунула печенье в рот папе, который собирался продолжить объяснения.

— Вкусное должен первым есть взрослый!

Вместе с милым конфуцианским комментарием.

— ...

Папа с печеньем во рту окаменело посмотрел на меня.

Хм, почему воздух такой холодный? Камин же горит.

Неужели ошиблась?

— В-вкусно?

Когда я напряжённо спросила, папа наконец начал жевать печенье.

— ...Вкусно.

— Как хорошо!

Папа всегда что-то для меня делает, поэтому и я хотела отблагодарить.

Но я не богата, как папа, и не сильна, поэтому могу отплатить добром только таким способом — уступая еду!

Доев печенье, папа дал печенье и мне.

Свежеиспечённое печенье с нежным сладким ароматом было действительно вкусным.

Когда раскусила хрустящую корочку, боялась, что будет слишком твёрдо, но внутри оказалось нежно.

Благодаря крупным шоколадным крошкам ощущалась даже тягучесть.

Съев больше половины большого печенья, я поняла, что горло пересохло, и потянулась к молоку.

Но была проблема.

Ручки слишком короткие...

Молоко стоит слишком близко к папе!

Хм, но нельзя же беспокоить папу.

Решив потерпеть с пересохшим горлом, я собралась откусить ещё печенья.

— Вот.

— А?

— Пей.

Папа вложил стакан мне в руку. Потом нахмурился.

— ...Нет, трехлетнему ребенку будет трудно самой держать и пить из стакана.

Тогда он подставил ладонь под стакан.

Прежде чем что-то подумать, в горло попало ароматное молоко.

— Спасибо.

Папа без ответа усмехнулся и снова достал коробку с покровительством духов, которую убрал, когда входил слуга.

— Я продолжу прерванный рассказ, эта святая реликвия позволяет призывать и управлять духами даже без родства с духами. В реликвии обитает дух ветра.

— Значит, я смогу использовать духом ветра?

Папа кивнул и положил камень мне на ладонь.

— Попробуй призвать.

— Как?

— Позови по имени. Дух, которым ты сможешь управлять, вероятно, он у тебя зовётся Сильф.

— Сильф?

В тот момент волосы взметнулись вверх, на мгновение образовался вихрь ветра и исчез.

Что такое?

Испуганно оглядевшись, я вскоре обнаружила полупрозрачного голубого мальчика размером с кулак, парящего в воздухе и смотрящего на меня.

— Папочка, это случайно...

— Да, дух, которого ты призвала. Теперь попробуй сказать ему вернуться.

— Возвращайся.

Сделав, как сказал папа, я увидела, как сильф мгновенно исчез.

— Обычно маги духов призывают духов собственной внутренней восприимчивостью и родством с духами. Но эта святая реликвия, согласно исследованиям, может использоваться даже без родства с духами.

Папа, наверное, посчитав, что дал слишком сложное объяснение маленькому ребёнку, снова объяснил проще.

— В любом случае, в критической ситуации призови он поможет выиграть время и сообщить о твоём местонахождении. Всё зависит от того, как ты будешь им управлять.

Закончив объяснения, папа встал и направился к книжному шкафу.

Тем временем я потёрла рукой гладкий голубой камень.

— Хе-хе.

Сама собой появилась улыбка.

Конечно, он ценен — ведь это святая реликвия, легендарный артефакт.

Но настроение было хорошим не потому, что папа дал мне ценную вещь.

Даже если бы он дал мне затупившийся кинжал, говоря беречь себя, я чувствовала бы то же самое.

Сам факт того, что папа что-то сделал для меня, сейчас делал меня очень-очень счастливой.

— Вивьер.

— Да?

На вопрос папы я сунула покровительство духов в карман и подняла голову.

На столе лежала тонкая книжка сказок под названием «История короля духов».

— Попроси горничную почитать тебе. Тогда ты примерно поймёшь, что такое духи.

А, папа думает, что я не знаю, что такое духи.

Конечно, я три года страдала от издевательств и недавно попала в герцогский замок, так что он не может не думать, что я многого не знаю.

Папа не знает, что я помню две предыдущие жизни.

— Спасибо.

Я мило улыбнулась и взяла книжку сказок.

Тут снаружи послышался стук.

— Завтрак готов, господин.

— Входите.

Получив разрешение, несколько слуг вошли и начали накрывать на стол.

Вскоре маленький стол заполнился едой.

Поскольку было утро, блюд было не так много, но все были те, что я люблю.

Грибной суп, салат с жареным стейком и свежий горячий хлеб с маслом.

У нас похожие вкусы?

Казалось, завтрак состоял только из блюд, которые я предпочитаю.

Может, как отец и дочь, мы похожи по вкусу.

— Ты, кажется, голодна, ешь побольше.

На папины слова лицо слегка покраснело.

Вспомнилось, как недавно бестактно урчал живот.

Чтобы скрыть горящее лицо, я низко склонила голову и ответила:

— Да.

---

Вивьер, сидящая с ложкой и вилкой в маленьких ручках, собираясь есть, выглядела очень мило.

Хоть герцогу Анданте хотелось наблюдать за ребёнком, он старался не смотреть на Вивьер, опасаясь, что ей будет неловко.

— Ммм!

Но при периодических восклицаниях восхищения взгляд невольно обращался к ней.

Сама Вивьер, казалось, даже не сознавала, что издаёт такие звуки.

Она очень любит поесть.

Герцог незаметно подвинул к Вивьер нарезанный хлеб с маслом.

Ребёнок, беспокоясь о пролитом на одежду супе, кажется, не заметил его заботы.

Герцог Анданте быстро перевёл взгляд на свою тарелку, прежде чем Вивьер подняла голову, и спокойно продолжил есть.

Взгляд ребёнка задержался на его лице лишь на мгновение, затем опустился на свою тарелку.

Не глядя, он чувствовал, как округляются её глаза.

Наверное, думает, что сколько ни ешь, еда всё равно не убывает.

Угадывать мысли этой маленькой головки в последнее время доставляло ему немалое удовольствие.

Кстати...

Вдруг вспомнился инцидент в первый день приезда семьи барона Адажио в герцогский замок.

На самом деле герцог не очень любил семью брата.

Особенно не нравилась ему неугомонная расточительность семьи барона Адажио.

Мерседес Вентура, кажется?

Сто золотых каждый месяц в течение сорока лет.

Мало того что тратят не по средствам, так ещё и Юстону преподносят это как разумное потребление — будущее рисовалось предельно ясно.

В любом случае, если они сами несут ответственность, в трату супругов барона Адажио вмешиваться не хотелось.

Просто герцога беспокоил вид Вивьер, которая как-то завистливо поглядывала на карету.

Казалось, она хочет, но не может об этом сказать.

Поэтому он под предлогом не подаренного подарка на день рождения в тот же вечер написал заказ на иностранную карету.

Как звали того мастера — Ламборгини? Или Порше?

Как только он сказал, что заказывает иностранную карету для престижа герцогского дома, адъютанты пришли в возбуждение.

Каждый выкрикивал имена мастеров иностранных карет, которых считал лучшими, подняв такой шум, что он даже не помнил, кому отправил заказ.

— Э, папочка.

На зов Вивьер герцог очнулся от размышлений.

— Можно спросить одну вещь?

Когда он кивнул, Вивьер, словно ждала этого, задала вопрос.

— Куда делся тот мальчик?

— Ты об этом ребёнке.

Как раз несколько дней назад доклад барона заставил его нервничать.

Может, ещё больше потому, что было очевидно — Вивьер будет любопытствовать.

Вокруг этого ребёнка уже велась предварительная работа неизвестных сил.

И на маске, и на кандалах на лодыжке были заклинания сдерживания и проклятия.

Больше всего беспокоило то, что эти заклинания были сделаны священной силой.

Вопреки распространённому мнению, священная сила не только исцеляла, хоть и была известна именно целительными способностями.

Священная сила могла и разрушать, и проклинать. Просто храм тщательно управляет имиджем, поэтому об этом помалкивают.

Значит, за этим, скорее всего, стоит храм.

У храма были достаточные мотивы для приближения к ребёнку.

Мерзавцы.

В любом случае, неизвестно, когда закончится лечение.

Неясно даже, удастся ли разбудить этого ребёнка.

Даже если удастся разбудить, встреча Вивьер с этим странным ребёнком вряд ли будет хорошей идеей.

— Этот ребёнок очень болен, возможно, даже умрёт.

Поэтому он солгал.

— Так что забудь о нём.

Глядя в ясные глаза дочери.

Настроение было не очень.

С трудом спасла его и привезла, а он может умереть.

Ну, те злые мужчины называли того ребёнка мертвецом не просто так...

Думая о мальчике-зомби, я взяла Джейн за руку и вернулась в комнату. Плюхнувшись на кровать, наконец почувствовала раздутый живот.

— Наелась...

— Много съели?

— Угу.

Ничего не могла поделать — чем больше я ела, тем лучше становилось папино настроение.

Каждый раз, когда тарелка пустела, он вызывал слуг, чтобы наполнить снова, и довольно улыбался...

— Быть примерной дочкой тяжело.

— Что?

— Ничего.

Я замахала руками и маленькой ладошкой погладила круглый животик.

Джейн с беспокойством смотрела на меня, глубоко вздохнула и сказала:

— Я принесу чай для пищеварения, леди.

— Э-этот?

Не хочется...

В этом мире тоже были средства для пищеварения. Но маленьким детям лекарства давали редко. Вместо этого использовали народные средства.

Этим народным средством был уксус.

Не люблю уксус.

Конечно, я знаю, что уксус стимулирует выделение пищеварительного сока, но вкус очень неприятный.

— Не надо. Можно не пить.

Но Джейн сказала, что добавит сахар, успокоила меня и ушла.

Я пропала.

Я с унылым лицом посмотрела вниз.

Неубывающий пухлый живот расстраивал ещё больше.

Если оставить как есть, живот сам собой сдуется, зачем обязательно это пить?

Хлопнула дверь.

От внезапно открывшейся двери я подумала, что Джейн уже вернулась, и с отчаянным лицом подняла голову.

Но в комнату вошёл не Джейн, а неожиданный человек.

— Эй, тупица!

Это был Юстон.

Что он здесь делает?

Самоуверенно войдя в мою комнату, Юстон с высокомерным видом оглядел её.

— Фигня какая-то, ничего особенного.

— Что? Зачем ты сюда пришёл?

— «Ты»? Мелочь пузатая, откуда такая наглость — «тыкать» мне? Хочешь получить?

...Сошёл с ума?

Я недоуменно смотрела на странно ведущего себя Юстона.

— Ну, неплохо.

— Что ты делаешь?

— Что я делаю?

Юстон презрительно усмехнулся, словно мой вопрос был смешон.

— Я осматриваю то, что станет моим домом. Есть возражения?

— Почему это станет твоим домом?

— Ха! Не знаешь, спрашиваешь? Тупая ты. Потому что я — будущий наследник герцогского дома.

— ...

— Кто будет считать наследником герцогского дома проклятую девчонку, убившую мать? Только не говори, что мечтаешь о поддержке господина герцога?

Выдаваёт такие реплики, как какой-то злодей из романа.

Даже Мечина была на порядок выше Юстона.

— Эй.

К счастью, в предыдущей-предыдущей жизни, то есть на Земле, я встречала много таких, как Юстон.

И на таких простых тупиц хорошо действует вот что:

— Хочешь умереть?

— Ч-что?

Глаза Юстона округлились.

Совершенно не ожидал, что трёхлетний ребёнок скажет такое.

— Ты что, забыл, что это дом герцогов Анданте? Болван.

— Ты, ты, ты всё это время скрывала свою сущность!

— Если знаешь, то проваливай.

Я самоуверенно улыбнулась и проговорила, как маленький демон:

— А то закопаю так, что никто не найдёт.

Когда я угрожающе подняла руку ребром, Юстон с испуганным лицом попятился.

Потом, поняв, что отступил перед маленьким ребёнком, покраснел.

— А-а! Ты хочешь умереть!

— Братик! Здесь так нельзя!

Тут внезапно появилась Мечина и преградила путь Юстону, который с кулаками шёл на меня.

— Ч-что? А ты раньше говорила, что она тебя раздражает...

— Тебе приснилось? О чём ты говоришь? У тому же нельзя врываться в комнату девочки и устраивать беспорядок. Быстро извинись.

— Ты чего вдруг? Сошла с ума? Почему я должен извиняться перед этой противной девчонкой!

— Братик поступил невежливо. Это неприличное поведение.

Хм, сразу видно, что происходит.

Обсуждали меня за спиной.

Возможно, Мечина подстрекала Юстона ворваться в мою комнату.

Тогда она могла бы сыграть роль миротворца и завоевать доверие. Обычно на трёхлетнего ребёнка это подействовало бы, но я проживаю уже третью жизнь.

Один раз обманут — на второй не попадусь.

Всё же неуч Юстон и лицемерка Мечина.

То есть смотреть, как брат и сестра «невежды-притворщицы» ссорятся, было довольно забавно.

— Почему ты не на моей стороне?

— Какая сторона? Быстро извинись перед Вивьер, братик.

— За что извиняться? Хотел как следует побить эту мелочь!

— Когда я такое говорила? Вивьер, на всякий случай скажу — я не хочу, чтобы ты поняла неправильно. Я такого не говорила.

Всё более нелепо.

Хорошо бы ещё попкорн, но скоро придёт Джейн.

Нельзя показывать такой беспорядок.

— Скоро папочка придёт.

— Что?

— А?

Бешено ссорившиеся двое словно сговорившись одновременно посмотрели на меня.

— Уходите.

— С чего это!

На мой приказ Юстон разозлился и закричал.

— Хм, слишком шумно. Расскажу папочке. Ничего не поделаешь.

Но от этих слов снова стало тихо.

Вот видишь, раз так хорошо слушаешься.

— Пока.

Когда я мило улыбнулась и помахала рукой, Юстон, бросив последнюю злодейскую фразу, развернулся.

— Ну, погоди.

Мечина до конца не потеряла своего характера.

— Вивьер, надеюсь, недоразумений не было. Извини.

— Ладно-ладно.

Равнодушно кивнув, я посмотрела на потихшую комнату и глубоко вздохнула.

Когда семья Капура наконец уедет?

---

— Почему я опять взрослая!

После встречи с Юстоном и Мечиной сегодня я уснула гораздо раньше обычного.

Но открыв глаза, снова стала взрослой.

Не может быть, из-за чего?

— Хм, сегодня рано лягу спать.

— Вы сонная? Быстрее спите. Милые детки должны рано ложиться и много есть, чтобы хорошо расти.

— Точно, скорей бы вырасти.

Вспоминая события перед сном, ничего особенного по сравнению с обычным не было.

Я глубоко вздохнула.

Хорошо хоть то, что после поломки детской кроватки в прошлый раз пользуюсь большой кроватью, так что ещё одну кровать не сломала, и...

У меня есть покровительство духов.

Как хорошо, что утром я получила от папы покровительство духов.

Сначала выйду из герцогского замка и спрячусь, а когда тело вернётся в норму, с помощью Сильфа вернусь обратно.

Все будут волноваться, папа тоже, но как-нибудь я всё объясню.

Сейчас самое главное — преодолеть этот кризис.

— Сильф.

Я негромко позвала Сильфа.

Появился тот милый голубой мальчик, которого видела утром, создав лёгкий ветерок.

— Привет, снова встречаемся.

На моё приветствие мальчик улыбнулся и помахал рукой.

— Есть просьба, возможно ли?

Я попросила о двух вещах.

Первое — принести из маминой комнаты подходящую одежду.

Второе — незаметно вынести меня из герцогского замка.

Сильф выполнил оба поручения гораздо лучше, чем я думала.

Довольно темно.

С помощью Сильфа я смогла полететь по небу из герцогского замка в деревню.

Только глядя сверху вниз, без уличных фонарей действительно было темно.

Не спустившись полностью вниз, трудно различить, где что находится.

Ночью точно никто не заметит. Но в полнолуние нужно быть осторожнее.

С такими мыслями, осматривая деревню, я внезапно заметила одно место.

Почему там горит свет?

Я медленно приблизилась к ярко освещённому месту.

Это был участок дома, где всё обрушилось, кроме одной стены неправильной формы.

Только несколько тканей, покрытых пылью и разбросанных, и разбитая утварь показывали следы того, что здесь жили люди.

Но этот дом, кажется, обрушился недавно.

Когда руины долго стоят после обрушения, даже при ветре тяжёлая пыль оседает.

А здесь, хоть ветра и нет, всё ещё летает пыль.

К тому же внутри стен, за исключением пыли, было чисто, без грязных следов.

Возможно, это место...

— Может быть, это дом Элизы.

Конечно, рушащихся домов много.

Даже соседние дома выглядели настолько ветхими, что могли рухнуть в любой момент.

Но почему-то интуитивно чувствовалось, что это дом Элизы.

Я медленно вошла в развалины.

— Сильф, можешь принести факел с той жердины?

С помощью Сильфа я поднесла факел ближе и внимательно осмотрела разрушенный дом.

Действительно, обычному человеку, не разбирающемуся в строительстве, трудно взяться за ремонт такого дома.

Даже одну стену видно — каждый камень обтёсан и поставлен вручную.

Но водопровод цел. Правда, от удара при обрушении дома появились небольшие протечки...

Я до конца разгребала пол ногами, проверяя состояние.

— Земля выровнена, так что если строить, сохранив водопровод, много времени не потребуется.

Профессиональная болезнь?

Сама не заметила, как составила смету, и вздохнула.

— Если бы тело оставалось взрослым, то могла бы быстрее помочь здешним людям.

Тут что-то попалось на глаза.

Камень кольца на моём пальце стал зелёным.

Дом графа Илет = семья, управляющая святыми реликвиями

Мама = из дома графа Илет

Кольцо = вещь мамы

Я становлюсь взрослой → цвет кольца меняется.

Кольцо = возможно, святая реликвия?

Такая головоломка сложилась в голове.

Если подумать, уже странно было то, что кольцо, полученное от беременной женщины перед смертью, я носила и после рождения.

К тому же всегда бесцветное кольцо стало светиться странным светом именно когда я стала взрослой — это точно не могло быть совпадением.

Предположив, что кольцо меняет моё тело, я спокойно подумала, что происходило, когда я становилась взрослой, и когда снова превращалась в ребёнка.

Если это святая реликвия, совершала ли я действия, на которые она могла отреагировать.

Размышляя так, ответ нашёлся проще, чем ожидала.

Когда в первый раз из ребёнка стала взрослой, перед сном я говорила с горничными:

— Нужно быстро спать, чтобы быстро вырасти и стать взрослой.

— Леди хочет быстро вырасти?

— Да. Хочу быстро вырасти.

А когда вернулась обратно взрослой, точно говорила под тенью дерева:

— Хочу вернуться назад...

А сегодня.

Перед тем как стать взрослой, было такое:

— Точно, скорей бы вырасти.

Как для использования покровительства духов нужно назвать имя духа, так для использования этого кольца нужно высказать своё желание?

Дойдя до этой мысли, я тут же с помощью Сильфа вернулась в комнату и раз пятьдесят проговорила, что хочу стать ребёнком.

Как тогда под деревом, накатили тошнота, головокружение и сонливость...

— Мои предположения верны!

Открыв глаза, я снова стала трёхлетней Вивьер!

— Проснулись, леди?

Ох! Когда Джейн успела прийти?

Я удивилась, но как ни в чём не бывало ярко улыбнулась и поприветствовала:

— Привет, Джейн! Доброе утро!

— Да, доброе утро, леди. Но почему вы совсем раздеты?

— А? Это... Было жарко, поэтому сняла!

— Но одежда, в которой вы были...

Наверное, вся порвалась.

Я неловко улыбнулась и сделала вид, что не знаю, наклонив голову.

Тогда Джейн, видимо, решив поискать потом, пожала плечами и спросила:

— Сегодня вы проснулись раньше обычного, вы не сонная?

— Угу, бодрая. Но сейчас...

— Да, что-то нужно?

— Я голодная, очень-очень.

Голод был гораздо сильнее обычного.

Аппетит разыгрался так, словно могла съесть целый стол.

— Кушать хочу.

— До обычного времени еды ещё час остался...

Что, что она сказала?

Гром! Словно небо рухнуло.

Нужно есть прямо сейчас. Я очень-очень голодная!

Я умоляющими глазами посмотрела на Джейн.

— Не вкусное тоже можно. Даже чёрствый хлеб съем, поэтому хоть что-то дайте...

— Что?

Джейн растерянно посмотрела на меня.

— Голодная. Хны.

От разочарования, что не могу поесть прямо сейчас, из глаз закапали слёзы.

— Тогда, леди...

Немного поколебавшись, Джейн решительно сжала кулаки. Потом подхватила меня на руки.

— Пойдёмте.

— Д-Джейн? Куда идём?

— Грабить кухню.

На лице Джейн читалась нескрываемая решимость.

---

Вчера днём от зарубежного мастера карет Ламборгини пришёл ответ на заказ вместе с каталогом.

— На сумму, которую запросила ваша светлость герцог, можем изготовить согласно вашим предпочтениям. Пожалуйста, ознакомьтесь с прилагаемым каталогом, подробно опишите требования и пришлите ответ. Мы используем специальную технологию с применением магии, так что завершим за 2 недели, а с услугой магического круга после завершения и финальной обработки доставим прямо к поместью.

Вчера вечером было слишком много дел.

По этой причине герцог только сегодня утром прочитал отложенный каталог и письмо.

— Изготовление согласно предпочтениям...

Думая, какая карета понравится Вивьер, он вдруг почувствовал голод и поднялся.

Сегодня завтрак задерживается.

До встречи с вассалами остался всего час.

Встречи всегда длятся дольше ожидаемого, нужно поесть перед началом, но не забыли ли они приготовить?

Герцог с недоумением позвал дворецкого.

— Эндрю.

— Да, ваша светлость.

— Как дела с завтраком?

На его вопрос дворецкий с виноватым лицом склонил голову.

— Как раз проверял. Говорят, на приготовление завтрака потребуется ещё полчаса.

Если поесть быстро, то на встречу успеет.

Но что-то странно. За последние годы такого ни разу не было.

— Случилось что-то на кухне?

— Дело в том...

Эндрю с затруднённым лицом избегал его взгляда.

Эндрю более двадцати лет работает дворецким в герцогском замке, так что обычно не теряется.

Но раз он так явно смущается, видимо, произошло что-то серьёзное, о чём ему стоит знать.

— Я не буду наказывать, говори спокойно.

— Дело не в этом. Просто...

Долго колебавшийся Эндрю наконец решился заговорить.

— Леди Вивьер рано утром лично пришла на кухню.

— Этот ребёнок на кухню?

— Да. Плакала, что очень голодна, и повар, чтобы успокоить леди, готовил ей еду и израсходовал все продукты.

Что он сейчас услышал?

Герцог, не веря своим ушам, переспросил:

— Это возможно?

Сейчас в герцогском замке находились не только он и Вивьер, но и семья барона Адажио.

С запасом должно было хватить еды для семи взрослых, а её всю израсходовали.

— Говорят, она съела как пять голодных взрослых мужчин.

— ...Тогда что с ребёнком?

— Говорят, что устала есть и упала.

— Что?!

Услышав, что Вивьер упала, герцог вскочил с места.

— А, не то чтобы заболела и упала, а поскольку пришла очень рано, заснула во время еды.

Что это за чувство, чем больше слушает, тем глупее он становится.

— Она сейчас в комнате?

— Нет. Сейчас горничная выводит её на прогулку, чтобы живот немного сдулся.

Кажется, с Вивьер что-то не так.

Не последствия ли недавнего похищения?

Или после обморока от аллергии на юдзу появился ненормальный аппетит?

А может, попала под какое-то злое проклятие?

Услышав такое, он не мог просто сидеть. Герцог принял решение.

— Нужно посмотреть. Встречу с вассалами отложи на полчаса.

— Понятно, ваша светлость.

Отложив встречу, герцог, даже не осознавая, что держит каталог карет, направился в сад, где гуляла Вивьер.

---

Хе-хе, весело.

Наевшись досыта, живот раздулся так, что трудно дышать, но всё же терпеть тот сильнейший голод было мучительнее.

Слегка сонная, но от прогулки постепенно просыпалась.

Как раз хорошо.

Раскрыла секрет превращения во взрослую. Есть покровительство духов.

Теперь, кажется, я смогу справиться с любыми переменными, — уверенность била ключом.

— А?

Тут вдали показался папа.

Я думала, он работает, неужели вышел на прогулку в свободную минутку?

Ну, какая бы ни была причина, сейчас я была воодушевлённым вежливым ребёнком, поэтому улыбнулась и поприветствовала:

— Папочка, привет!

— ...Слышал, сегодня очень много ела.

А? Сразу по приходу говорит такое?

Неужели?

Он услышал новость, что я разграбила кухню!

С тревогой посмотрев на папу, он с обычным каменным лицом снова спросил:

— Слышал, что ты полностью опустошила продукты на кухне.

Хе-ек! Правда. Что делать?

К-конечно, по взрослым меркам за мгновение закинула в рот еду на семь человек, но неужели это настолько серьёзная проблема?

Нет, ведь мы богатые...

— Не знаю.

Глаза папы сузились.

— Отрицаешь, что съела столько, что всё опустошила?

Не может быть!

Горы мяса и фруктов мгновенно исчезли в моём животе, притворяться, что не знаю, было бы бессовестно.

Я энергично покачала головой.

— Дело не в том...

И с унылым лицом честно сказала:

— Не знала, что если столько съем, то это скажется на финансах герцогского дома.

Конечно, подсчитав, если каждый раз есть как семь взрослых, получается довольно огромная сумма.

Да, переедание нужно исправить.

— О чём ты говоришь?

Папа недоуменно посмотрел на меня сверху вниз.

— Как раз собирался сказать, что доктор Брэнди должен тебя осмотреть.

— Что?

— Таким маленьким телом есть столько — это ненормально.

Когда я растерянно посмотрела на папу, Джейн рядом тихонько добавила:

— Его светлость герцог беспокоится, не случилось ли что-то с вашим здоровьем из-за переедания.

А, вот в чём дело?

Пока я недоуменно наклоняла голову, папа снова заговорил:

— Твоей горничной нужно дать премию.

Хм, значит, Джейн была права.

Хорошо. Он не ругает за то, что разграбила продукты.

Стало стыдно, что из-за напрасного недоразумения посчитала папу скрягой.

— Я согласна на осмотр.

— Больше ничего не болит?

Кивок-кивок.

— Тогда хорошо. Сегодня пришлю доктора Брэнди в комнату.

— Да.

Молча кивая, я заметила что-то в папиной руке.

Это...

Каталог карет.

— Папочка, ты собираешься купить новую карету?

На мой вопрос папа посмотрел вниз.

Только тогда он, кажется, осознал, что держит в руках каталог карет.

Лицо папы окрасилось смущением.

Как я и думала.

Неужели человеческая психология такова, что если видишь роскошные вещи, то хочется их приобрести?

Но что ж, для такого богача, как папа, покупка дорогой импортной кареты не была проблемой.

— ...Просто смотрел.

— Понятно.

Я молча кивнула, но папиным словам не поверила.

Очнуться и обнаружить каталог в руках означало, что он в повседневной жизни изучает каталог и размышляет, какую карету купить!

Хм, я видела не одного-двух таких людей, как папа.

Особенно в первой жизни, когда работала стажёром в строительной компании, во время обеденного перерыва отовсюду слышались подобные разговоры:

«Менеджер Ким, какую машину мне купить?»

«Слышал, начальник О купил новую машину».

«Видел машину, на которой сегодня приехал президент? Говорят, в нашей стране их всего несколько штук».

В любом случае, то, что я много слышала таких разговоров, означает, что могу дать папе довольно полезный совет.

Машина и карета. Разница лишь в том, двигатель это или лошади!

— Папочка, если бы вы покупали карету, какую бы выбрали?

— ...Не знаю. А какое твоё мнение?

Как раз папа передал ход мне.

Тогда настало время продемонстрировать мои блестящие подслушанные знания.

— Хм, по моему мнению, простота — это лучшее.

Simple is the best.

Такие кареты, как роскошная золотая карета семьи барона Адажио, со временем только устаревают.

— Что именно ты имеешь в виду?

— Хм, то есть...

Немного подумав, я пошагово объяснила свои мысли.

— Во-первых, функциональность должна быть на высшем уровне.

Превосходная функциональность.

— Как я уже говорила, слишком яркий внешний вид не очень хорош. Изысканность служит дольше.

Изысканный дизайн.

— Но размер важен. Чем больше, тем лучше для кареты.

Плюс большой размер.

Я сказала всё, что можно было применить к каретам из того, что знала.

— Подожди, ты сказала «превосходная функциональность»?

— Да.

Лицо папы окаменело.

Немного погрузившись в размышления, папа пробормотал себе под нос:

— ...Магия предотвращения столкновений, магия поглощения ударов, защитная магия были бы хороши.

Хм, не может быть, чтобы всё это входило в карету.

Наверное, говоря о каретах, он думал и о государственных делах. Действительно, владелец этого огромного герцогского замка не может не быть занятым.

В любом случае, это был отличный совет.

Я с довольным лицом кивнула.

Раз я усердно давала советы, можно ещё раз разграбить кухню?

Пока я так весело крутила колёса счастья.

— Ваша светлость герцог, случилась беда!

Издалека к папе бежала группа дядей-вассалов с встревоженными лицами.

— Что случилось?

На вопрос папы один из дядей, который с трудом добежал, тяжело дыша, сказал:

— К-королевство Эфен больше не будет импортировать кожу гоблинов с наших земель.

На эти слова лицо папы окаменело.

Что? Кожа гоблинов?

Гоблин — это монстр, которого я тоже знала.

Хоть это и не очень сильный монстр, но всеядный и умный, он постоянно воровал еду у людей, причиняя вред деревням.

В том месте, где я жила в прошлой жизни, гоблинов было мало, но если их кожу экспортируют, значит, вокруг владений Анданте их много.

— Это большая беда, ваша светлость! И так запасы переполнены, из-за того что не охотимся на гоблинов, они буйствуют повсюду.

— В последнее время часто поступают жалобы на разграбление деревень.

— Сейчас это заканчивается мелким ущербом, но со временем недовольство жителей владений возрастёт.

— Нужно принять какие-то меры.

Слушая разговор папы и дядей, я поняла, что это довольно серьёзная проблема.

Как я и предполагала, вокруг владений Анданте густые леса, где живёт много гоблинов, и большинство жителей владений получают доходы, продавая их кожу.

Но торговля начала прерываться ещё при предыдущем герцоге, и с королевством Эфен в качестве последнего покупателя теперь не осталось мест для экспорта кожи гоблинов.

Поэтому дяди, предположительно вассалы, даже бегали непривычным для них способом, разыскивая папу.

— Это действительно беда.

Папа глубоко вздохнул.

— Раз они прекращают торговлю по окончании контракта, мы не можем это остановить.

— Слышал, что у других владений такая же ситуация.

— Королевство Эфен прекратило торговлю и с другими владениями?

— Да, ваша светлость, похоже, они полностью прекращают торговлю с Ибритеном.

— Именно так. По данным шпионов, досмотры на границе стали гораздо строже.

— Только с Ибритеном?

— Да.

Какая причина?

Я с недоумением внимательно слушала разговор папы и дядей.

Я понимала, что ситуация неблагоприятная, но совершенно не могла понять основную причину.

В конце концов, я притворилась любопытным ребёнком и бойко вмешалась:

— Папочка, почему они не дружат?

Все взгляды мгновенно сосредоточились на мне.

На мгновение лицо покраснело, но я преодолела смущение и снова спросила.

Точнее, собиралась спросить.

— Ты и этого не знаешь?

Если бы не помешавший мне нарушитель, который неизвестно откуда появился.

Естественно, только Юстон мог говорить таким коварным тоном.

— Трусливые короли боятся нашего Ибритена.

Короли трусы?

Сразу понять не удалось.

Я нахмурилась и посмотрела на Юстона.

— Почему?

— А?

— Почему боятся?

— Ну это, э, ну это...

Юстон вращал глазами.

Похоже, он сам точно не знал причины.

Кстати, откуда он вылез?

Лучше было бы услышать от папы или дядей-вассалов, чем вести непродуктивный разговор с невеждой.

От мысли о потраченном времени мне стало немного досадно.

Тут, как и следовало ожидать, откуда-то появившийся барон Адажио с неприятной улыбкой заговорил:

— Вивьер, Юстон слишком тебя любит, поэтому нарочно говорит озорно.

— Что? Это совсем не так...!

— Юстон, хватит. Это детские шалости, прошу понять, братец.

Он низко поклонился, а затем положил руку мне на голову.

— Вивьер, короли других стран не могут не настораживаться и бояться ситуации в Ибритене. Потому что...

Противно.

Прикосновение, гладящее волосы, было слишком отвратительным.

В итоге я не смогла контролировать выражение лица и сильно нахмурилась. В этот момент:

— Убери руку с её головы.

— Что?

— Ребёнку неприятно.

На слова папы барон Адажио наконец смущённо отступил от меня на шаг.

— Ха-ха. Не знал. Вивьер, извини.

Прежде чем я успела ответить, папа обнял меня за плечи, притянул к себе и завершил объяснение барона Адажио:

— Ибритен — это страна, где над королём есть парламент, Вивьер.

Юстон, желая понравиться папе, высокомерно вмешался, показывая свои знания:

— Э, ваша светлость герцог. Хоть я и не успел объяснить, но на самом деле знаю об этом. Причина в глупом правлении тирана Рубето.

...Что?

— Поэтому умные дворяне крепко держат короля, чтобы он больше не мог творить глупости. Понимаешь, Вивьер? Король — это марионетка!

Сто лет назад за такие слова голову могли снести.

Но сейчас никто не останавливал так говорившего Юстона. Значит, его слова были правдой.

Когда я получала покровительство духов, папа тоже говорил что-то подобное. Что королевская власть сильно ослабла.

Тогда я была поглощена получением святой реликвии и не задумывалась, но до каких пределов простираются последствия того скандала, который устроил король сто лет назад?

Слишком странно.

Для меня это закончилось потерей жизни, но теперь, сто лет спустя, влияние того события оказалось огромным.

Я думала, что люди живут в руинах только потому, что архитекторы вымерли.

Но из объяснений следовало, что была введена система, похожая на конституционную монархию.

То есть дворяне принимали важные политические решения.

Поэтому в других странах, где король правит подданными естественным образом, Ибритен отвергали.

Это происходило и на Земле.

Когда во Франции произошла революция, соседние страны, боясь, что такое может случиться и у них, развязали войны.

Можно сказать, к счастью, соседние государства не объявили войну Ибритену.

В любом случае, это действительно большая беда?

Даже если войну не развяжут, торговлю, похоже, постепенно прекращают.

Поэтому дяди-вассалы так запыхавшись прибежали.

Но способ есть.

Хоть я не могу помешать соседним странам постепенно прекращать торговлю с Ибритеном, способ израсходовать кожу гоблинов существует.

Мне нужно ускориться.

Нельзя же жить в таком просторном доме, есть и носить хорошее, а ничего не делать, как паразит!

Сначала попробую.

Выжидая момент, я незаметно подала Джейн знак, чтобы незаметно уйти в сторону.

Когда одно решается, другое блокируется.

Нет, даже когда кажется, что решение близко, ничего не решается ясно.

Мне удалось выяснить, как я становлюсь взрослой и как возвращаюсь в детское тело, но это не означало, что всё идёт как по маслу.

Просто чертежей недостаточно.

В любом деле есть переменные.

На Земле ещё куда ни шло, но в прошлой жизни в Ибритене я не строила дома, поэтому не могла знать, какие проблемы могут возникнуть.

Если строительные технологии практически утеряны, нужны не просто чертежи, а очень подробные чертежи с детальным описанием.

Для этого прежде всего важно было построить самой хотя бы маленькую однокомнатную квартиру.

Но перед этим была ещё одна проблема.

Прежде всего меня больше всего беспокоило то, что я не знаю, обладает ли известная мне жёлтая глина теми же свойствами, что и жёлтая глина этого мира.

Размышляя о разных вещах и глядя в окно, я увидела садовников, которые перевозили тележки, полные земли.

— А!

Как это я не подумала о таком простом способе!

Когда не знаешь что-то, можно узнать самостоятельно, но можно и спросить у специалистов.

А в саду герцогского замка было целых пять экспертов, которые хорошо знали такую информацию!

— Леди, куда вы собираетесь?

Джейн недоумённо посмотрела на меня, когда я слезла с кровати и надевала обувь.

— Пойду в сад.

— Сейчас? Так внезапно?

— Да! Можешь не идти со мной. Десяти минут хватит.

Скорее Джейн помешает мне расспрашивать.

— Нет, леди, я пойду с вами. Подождите немного, только доделаю это...

— Эй, говорю же, что всё в порядке. Схожу и вернусь!

Я быстро выбежала из комнаты, прежде чем Джейн успела встать со своего места.

Выйдя из особняка, я увидела садовников, которые, как обычно, деловито ухаживали за рассадой.

Что у них спросить?

Есть ли способ не вызвать подозрений?

Сейчас в Ибритене исчезли архитекторы.

Уже странно, что в герцогском замке внезапно появились бы чертежи домов, а если станет известно, что я, дочь герцога, которая пришла несколько дней назад, спрашивала информацию о жёлтой глине...

Не возникнут ли подозрения?

Конечно, можно было бы настаивать на том, что это действительно очень странное совпадение.

Но в ситуации, когда я и без того вызываю у папы недоразумение, что я якобы гений, я хотела избежать других подозрений.

— Хм...

В голове было сложно.

Я медленно шла к саду, поглаживая большим пальцем поверхность покровительства духов, которое держала в руке.

В этот момент:

— Ой, леди! Там нужно осторожно...!

— А? Что осторожно... Ой!

Кто-то, видимо, пролил много воды у входа в сад.

Из-за того что я не смотрела перед собой как следует, я сильно наступила на край лужи, полной воды, и поскользнулась.

— Ай!

Я упала так основательно, что раздался звук «плюх!».

Колено болело так, что выступили слёзы. К тому же при падении я выронила даже покровительство духов, которое держала в руке.

— Какая беда! Леди, вы в порядке?

Ближайший садовник подбежал и стал вытирать платком моё лицо, забрызганное грязной водой.

— Всё хорошо. Не ушиблась.

Конечно, ладонь, которой я опиралась о землю, и колено болели, но было слишком стыдно это показывать.

— Может, нужно к врачу? Отвести вас?

— А, нет, правда всё хорошо. Можете подобрать то?

Когда я указала пальцем на покровительство духов, облитое грязной водой, садовник быстро подобрал камень и вернул мне его.

— Спасибо.

Я кое-как вытерла покровительство духов о подол испачканного платья и тут же сунула его в карман.

Нужно было проверить, не повредился ли камень, но для этого мой вид был слишком постыдным — я так шумно упала у входа, что юбка перевернулась.

С помощью садовника я встала и вернулась в комнату, словно убегая, даже забыв спросить о жёлтой глине.

— Боже мой, леди!

Крик ужаса Джейн, увидевшей моё состояние, был бонусом.

---

— Леди, не холодно? Добавить дров в камин?

На вопрос Джейн я покачала головой.

— Нет, всё хорошо.

— Даже если леди так ушла, нужно было мне последовать. Если бы знала, что вы вернётесь, валяясь в грязной воде.

Джейн ворчала, вытирая полотенцем мои мокрые волосы после того, как я только что закончила купаться.

— Я же не специально упала.

— Конечно, это не ваша вина, леди. Но если бы я пошла с вами, быстрее показала бы раны врачу.

Это была простая ссадина.

Такая неглубокая рана, которая часто появляется, когда маленькие дети играют и падают.

Все так выросли, но все слишком суетились.

— Совсем не болит.

— Смотрю, какая стойкая, из вас выйдет генерал. Принесу тёплый шоколадный чай, так что спокойно ждите. Поняли?

Джейн отложила полотенце, которым сушила мне волосы, и вышла.

Видимо, от долгого купания в тёплой воде тело расслабилось. Глаза стали закрываться.

— А, точно!

Если подумать, я не достала покровительство духов из испачканного платья.

Я торопливо порылась в платье, брошенном на пол, и нашла камень в кармане.

— Чуть беды не случилось.

Покровительство духов всё ещё было грязным от земли.

Я усердно протёрла камень полотенцем, которое Джейн отложила, вытирая мне голову.

— А?

Что-то странное.

Почему не оттирается, сколько ни три?

— Хм?

Как ни прикладывала силы, вытирая камень, голубой цвет не проявлялся.

Я недоумённо наклонила голову и потрогала поверхность камня.

— Что такое...

Шершавая засохшая земля совсем не ощущалась на ощупь.

Наоборот, поверхность была только гладкой. Словно на ней ничего не было.

Растерявшись, я подняла камень и внимательно рассмотрела его. И только тогда поздно поняла.

— Изменилось!

Покровительство духов, цвет камня изменился!

Это были не мои глаза.

Что вообще происходит?

Сердце забилось.

Неужели я сломала драгоценную святую реликвию? Нет, вообще может ли святая реликвия сломаться?

Всевозможные мысли пронеслись в голове, как ураган.

— Нет, всё в порядке. Успокойся.

Я еле сдержала выпрыгивающее сердце и успокоила себя.

Сегодня я сильно устала.

Сходила в сад, основательно упала и даже искупалась — для трёхлетнего ребёнка, каким я являюсь, этого было достаточно для усталости.

Как у взрослых бывает дальнозоркость, так может быть и у детей.

— Глаза немного устали, поэтому могу видеть странно. Сначала поем и сладко посплю.

От этих мыслей на душе стало немного легче.

Да, так и должно было быть.

Нет, я думала, что так и будет.

---

— Такое же!

Мои глаза были в порядке.

Изменилось покровительство духов.

— Сильф!

На самом деле вчера перед сном я несколько раз кричала под одеялом, но никакой реакции не было.

Всё же надеялась-надеялась, но и сегодня было то же самое.

Я совсем не чувствовала мягкого ветерка, который ощущала каждый раз, когда Сильф отвечал на мой зов.

Словно камень, который я сейчас держу, стал не покровительством духов, а просто никчёмным камнем.

Действительно функция исчезла?

Неужели он действительно сломался из-за того, что я вчера уронила камень на землю?

Подожди. Значит, я его сломала?

Сердце ухнуло вниз.

Хоть эта вещь у меня, но это не моя собственность.

Папа тоже сказал, что это вещь, взятая в долг у дома графа Илет.

Это означает, что когда-нибудь её нужно вернуть дому графа Илет!

Святые реликвии — драгоценные артефакты.

Но если папа узнает, что я её сломала?

И если из-за этого испортятся отношения с домом графа Илет?

— Неужели меня прогонят...

Когда я не могла понять, к какой ситуации приведёт эта сломанная святая реликвия, волосы встали дыбом.

— Что делать!

Сердце колотилось.

Я совершила слишком большую ошибку, чтобы её исправить.

Я ведь не экспериментировала с ней и не бросала её сильно.

Хоть и уронила на землю при падении, но не особенно сильно.

Что вообще было не так?

В безвыходной ситуации на глаза навернулись слёзы.

— Леди, когда вы проснулись?

На голос Джейн я обернулась.

— Джейн.

— Леди?

Джейн, обнаружившая меня плачущей, испуганно подбежала ко мне.

— Что случилось?

— Это...

То, что святая реликвия сломана, было очевидным фактом, а ответственность полностью лежала на мне.

— Расскажите что угодно. Если есть проблема, я всё решу, хорошо?

Джейн, видимо, беспокоилась обо мне, только роняющей слёзы, но это была не та проблема, которую она могла решить.

— О-отведи меня к папочке.

— Что?

Джейн, казалось, была озадачена моей просьбой.

По её виду она ждала объяснений, но сейчас у меня не было спокойствия что-то рассказывать.

— Нужно извиниться перед папочкой за ошибку. Иначе...

Иначе я могла полностью упустить шанс исправить эту ужасную ситуацию.

Но даже если буду просить до изнеможения, может не помочь.

Из-за этой святой реликвии могут полностью испортиться и отношения с папой.

— Что делать, хны-хны!

В итоге я не выдержала и разрыдалась.

Только когда ситуация дошла до этого, я поняла.

Не знаю, сделали ли меня слабой это маленькое тело и душа, но я уже сильно зависела от папы.

Поэтому было ещё больнее.

Папа всегда только спасал меня.

Папа всегда старался защитить меня.

Он немного неразговорчивый, непонятно, о чём думает, и при малейшем проступке выносил смертный приговор, но всё же...

Он был ко мне добр.

Я всё испортила.

Слёзы лились потоком, словно открыли кран в глазах.

Джейн, смотревшая на меня с растерянным выражением, словно решившись, поставила поднос, который держала, и подняла меня на руки.

— Идём в комнату господина герцога, леди.

— Хны, хнык. Джейн, меня будут ругать?

— Нет, какую бы ошибку ни совершила леди, ничего не случится. Обещаю.

Джейн тёплой рукой вытерла моё лицо.

— Господин очень дорожит леди и любит её. Поэтому простит любую ошибку, которую совершит леди.

Я молча крепко зажмурилась.

Словно выжимая тряпку, из-за плотно сжатых век слёзы, которые скопились, потекли по щекам.

Джейн глупая.

Хоть было жаль Джейн, которая так трепетно заботится обо мне, но Джейн что-то неправильно понимала.

Это была не та проблема, которую можно простить только потому, что я дочь.

Семьи могли поссориться. Ведь речь шла о святой реликвии.

Если я так навредила семье, простит ли папа это?

Нет, ни в коем случае не простит.

То, что мы семья, ничего не меняет.

Если не нужны, безжалостно выбрасывают, если причиняют вред, не стесняются атаковать.

Семья или чужие — одинаково. Нет, семья может быть хуже чужих, потому что находится рядом.

Зная этот факт из двух предыдущих жизней, мне было больно.

То, что я разочаровала папу.

То, что я причинила папе вред.

И то, что отныне папа будет относиться ко мне без сердца и слёз, как тот герцог Анданте из слухов.

Все эти ожидания причиняли мне слишком сильную боль.

Папина комната всегда казалась мне, маленькой и юной, невероятно большой.

Сначала я смотрела на высокий потолок с роскошными картинами, а потом уставилась на блестящий королевский синий ковёр, который даже на вид выглядел дорого.

Что же делать?

Когда я пришла, рыдая, что должна извиниться за свою ошибку, папа с растерянным лицом посмотрел на меня и посадил на кровать.

Вскоре принесли тёплое сладкое какао в розовой принцессиной чашечке.

И сейчас эта чашка из-под какао стояла пустая на моих коленях.

Теперь я больше не могла тянуть время, потягивая какао.

Нужно сказать.

Но смелости не хватало.

Я не могла сказать, что испортила покровительство духов, что драгоценная святая реликвия сломалась из-за меня.

— О чём ты хочешь поговорить?

От несколько скучающего выражения папиного лица моё сердце будто провалилось.

Папа — занятой человек, ответственный за этот герцогский дом.

У него нет времени тратить его на мои капризы.

В итоге мне стало плохо от мысли, что я снова причиняю ему ущерб, затягивая время.

Но всё же, несмотря на это, я никак не могла открыть рот.

Маленькая рука, сжимавшая сломанное покровительство духов, дрожала.

— Вивьер.

Папа позвал моё имя, словно больше не мог терпеть.

— Т-то!

Колебавшись, я крепко зажмурилась.

Пришло время говорить.

— Я, я...

А может, предложить сделку?

От внезапно мелькнувшей мысли я остановилась.

Если я скажу, что создам больше формул в качестве компенсации за испорченную святую реликвию, не смогу ли я как-то пережить эту ситуацию?

Конечно, раз я испортила святую реликвию, с домом графа Илет могли возникнуть конфликты.

Но если через формулы, которые я дам, они разработают новое боевое оружие и семья получит от этого выгоду...

Может быть, всё будет хорошо.

Хоть он и разочаруется во мне до некоторой степени.

— Вивьер.

На папин зов я наконец поняла, что слишком долго тяну время.

— Что вообще случилось?

От жёсткого голоса папы у меня пересохло в горле.

От беспокойства о том, что произойдёт дальше, вся кровь прилила к голове, и я не могла нормально думать, но больше медлить было нельзя.

— Извините, папочка.

Голос дрожал.

— Я святую реликвию... сломала.

— ...

— В саду сильно упала. Уронила покровительство духов, а после этого цвет изменился и больше не слушается.

Нужно было спокойно объяснить ситуацию, но я уже провалилась. Ведь мои глаза уже наполнились слезами.

— Я знаю, что это моя ошибка. Знаю, что причинила вам ущерб. Я беру на себя ответственность. Хик.

В конце концов разрыдалась.

Папино молчание стало ещё страшнее.

Прежде чем ситуация дошла до крайности, я быстро выложила свой козырь:

— Как в тот раз, я могу создать больше формул для вычислений.

Создам столько, сколько вы захотите.

— Они точно будут полезными.

Я полностью компенсирую весь ущерб от этого происшествия.

— Если вы их используете, папочка, сможете создать новое боевое оружие.

Поэтому, пожалуйста, не выгоняйте меня холодно.

Не нужно относиться ко мне ласково, только не поворачивайтесь ко мне спиной.

— И что?

Красные глаза папы смотрели на меня. Попав под этот взгляд, я от страха не могла пошевелиться.

Наверняка скажет что-то страшное?

Что если он пожалеет, что привёз меня в этот дом?

Пересекающиеся мысли довели меня почти до обморока.

В этот момент:

— Ты не ранена?

— ...Что?

Что это означает?

Я не сразу поняла папины слова и переспросила.

— Говорили, что упала в саду. Спрашиваю, нет ли травм.

— К-колено немного...

— Лечение получила?

— Джейн вечером привела доктора Брэнди.

— Это хорошо.

Сказав это, папа отхлебнул из чашки чая, стоявшего перед ним.

Я округлила глаза.

Что такое?

Почему он не бьёт меня по щеке?

Почему не хватает за волосы и не швыряет на пол?

Лишить еды, запереть в комнате или выгнать из герцогского замка...

Он мог бы хотя бы обругать меня.

Что из-за такой противной девчонки, как я, испортились отношения с домом графа Илет.

Что герцогский дом понёс значительные убытки.

Что если я не выложу все известные формулы, он бросит меня в подземную темницу и будет пытать.

Он мог бы так поступить, но почему не делает этого?

— Ты... не сердишься?

Хоть казалось, что если я буду молчать, ситуация как-то разрешится, я не могла не спросить.

На мой вопрос папа, ставя чашку, ответил:

— Я не сержусь.

— ...

— Нет, всё-таки сержусь.

Как и думала.

Не может же он просто так оставить...

— Если повредила колено, в следующий раз сразу иди к врачу. И...

— ...

— Не нужно насильно придумывать формулы для решения проблем.

Почему? Почему он так говорит?

Тогда папа не получит никой выгоды. Только понесёт убытки.

Не понял ли он что-то? Или ошибся?

— Научные достижения нужны для твоего собственного развития, а не для меня или семьи.

— ...Почему ты так говоришь?

Из глаз капали слёзы.

— Почему не сердишься?

— А зачем мне сердиться?

— Потому что я ошиблась...

— У меня тоже есть вина перед тобой.

Не может быть. Папа не виноват передо мной.

После приезда в герцогский замок я жила как во сне.

Прекрасная еда, которой можно наесться досыта, сладкие десерты, тёплые люди вокруг, и...

Папа, который всегда меня спасает.

Было так счастливо и мирно, что можно было умереть без сожалений.

Но в чём он провинился передо мной — я совершенно не понимала.

— Такого не было.

— Нет, было.

— Нет. Не было.

Как ни рылась в голове — не было.

— Ты ошибаешься.

Но папа был непреклонен.

— Я был неспособным.

— ...?

— Потребовалось почти три года, чтобы справиться с монстрами. Поэтому я не мог заботиться о тебе и заставил тебя жить в аду.

Это вина папы?

Нет. Это не вина папы, а вина той женщины и баронессы Адажио, которая её подговаривала.

— Ты даже своего имени не знала.

— ...

— Элиза рассказала. Когда спросила, каким именем тебя звали, ты ответила, что «Эта».

Это правда, но всё же...

— Оставить тебя в столице было самой большой ошибкой в моей жизни.

— Нет...

— Нет, это так. Поэтому ты можешь ошибиться передо мной десятки, сотни раз. Даже тогда это не сравнится с моей ошибкой.

— ... Ты же ничего не знал!

Сама не заметив, как повысила голос, я испугалась и крепко закусила губу.

Папа не показал ни малейшего смущения от того, что я повысила голос.

Просто спокойно ответил:

— И ты тоже ошиблась неосознанно.

— Но, но...!

— Не ищи свою вину.

— Я же виновата. Создала тебе проблемы. Совершила глупость.

— Повторяю: ты ни в чём не виновата.

Хлынуло.

От этих слов все сложные эмоции нахлынули разом.

Члены моей семьи, которых я встречала раньше, не были такими, как папа.

В первой жизни бабушка всегда говорила:

Что родители развелись из-за того, что я родилась.

Что мама заболела послеродовой депрессией, а папа тем временем завёл любовницу — всё из-за меня.

Что я — корень зла, разрушивший семью.

Во второй жизни отец при виде меня приходил в ярость и бил кулаками, а мать его ещё больше подстрекала.

Стать старшей дочерью и пойти лить водку, чтобы заработать денег, или выйти замуж за мясника, чтобы хоть братьев и сестёр накормить.

Каждый день они терзали меня, говоря, что я не делаю ничего полезного.

Но почему папа.

Мне, совершившей такую большую ошибку, почему. Почему вообще.

— Папочка, хик, странный человек.

— ...

— Ведёшь себя страшно, но добрый, смотришь так, будто съешь, но говоришь только тёплые слова.

Как дура, слёзы всё текли и текли.

— Почему так, папочка?

— ...

— Почему всё время... заставляешь хотеть на тебя положиться?

— Ты должна полагаться.

Папа сказал решительно.

— Какой бы гений ты ни была, тебе всего три года.

— Но!

— И ты ещё страннее.

А?

Я перестала плакать и посмотрела на папу.

— Ты, малышка, странная.

Что такого странного?

— Говоришь странные вещи, делаешь странные поступки. Поэтому заставляешь испытывать странные чувства.

Не понимаю, что он имеет в виду.

— Поэтому странная ты.

Хоть и была озадачена, я точно поняла, что папины слова не плохие.

Я рукавом вытерла все слёзы с лица.

— Тогда...

Я поставила чашку из-под какао, которая шатко стояла у меня на коленях, на стол и встала.

— Тогда давайте помиримся.

— Что это такое?

Я подошла к папе.

Шаг за шагом.

Вскоре я прошла мимо стола и стояла перед диваном, где сидел папа.

— Помириться — это... раз оба виноваты, то оба забываем.

Папа пристально посмотрел на меня.

В какой-то момент вдруг красные глаза слегка заволновались.

— Хорошо.

Папа ответил, словно решившись.

— Хнып.

И одновременно хлынули слёзы.

— Буэ-э-э-эн!

Я не выдержала и, рыдая, крепко обняла папины колени. Папа поднял меня и посадил к себе на колени.

— Говорили, ты много ешь.

— Хик, хик...

— А такая лёгкая.

Папа длинными пальцами вытер слёзы с моего лица.

— ...Нужно отменить увольнение повара.

Зачем вы уволили повара?

Он так хорошо делает десерты и превосходно жарит стейки.

— Наплакалась, и вся вода из организма вышла? Слишком лёгкая.

Что за логика?

— Будем есть вкусное.

— Да.

Это хорошо.

— Только в таких случаях ты очень хорошо отвечаешь.

Попалась.

Мне стало стыдно, что попалась, не за что-то другое, а просто стыдно, что попалась, и я спрятала лицо у папы на груди.

Хотя знала, что папина рубашка промокает.

— Ну что, успокоилась немного?

— Да-а.

Папа легонько похлопал меня по спине, когда мои слёзы наконец иссякли.

Какая же я глупая

Зачем я так разревелась? Больше получаса рыдала навзрыд, от чего глаза распухли, и веки стали тяжёлыми, словно свинцовые.

— Прямо как рыбёшка, — заметил папа.

— Н-нет же!

Хотя я и сама понимала, что выглядела ужасно.

Стыдно...

Наверное, и глаза, и нос покраснели и опухли?

— Я ужасно выгляжу? — спросила я неуверенно.

Папа дёрнул за шнурок, чтобы позвать слугу, и обернулся ко мне.

— Нет.

А я думала, он скажет «да».

— Некрасивой не стала.

Тогда...

— Выглядишь немного странно.

Это ругательство или похвала?

Пока папа шёл к двери на стук, я принялась энергично тереть лицо руками, надеясь, что хоть немного спадёт отёчность.

— Звали, господин? — послышался голос слуги за дверью.

— Принеси что-нибудь съестное для ребёнка.

— А, кстати, горничная леди уже всё заранее приготовила.

Вот это Джейн! Как и в прошлый раз, её предусмотрительность поражала.

Быстро на столе появились нарезанный аккуратными кусочками лимонный кекс, молочник с парным молоком и две фарфоровые кружки.

— Ешь, — сказал папа, указывая на угощение.

— Да, спасибо, папочка.

Я взяла маленькую детскую вилочку, отрезала кусочек лимонного кекса и отправила его в рот.

После всего этого стресса и слёз голова шла кругом, но стоило мне проглотить всего один кусочек, как самочувствие заметно улучшилось.

— Ешь медленно, — предупредил папа. — Он немного суховат, можешь подавиться.

— Хорошо.

Он придвинул ко мне кружку с тёплым, ароматным молоком.

Как же это приятно!

Не верилось, что ещё недавно я дрожала от страха, идя к папе в кабинет — теперь моё настроение было просто замечательным.

Я с довольным видом уплетала угощение, наслаждаясь каждым кусочком.

— Вивьен, — позвал меня папа, когда тарелка заметно опустела.

— Да?

— Больше не беспокойся о священном артефакте. Семья графа Ирет поколениями занималась священными артефактами — возможно, они знают способ решения этой проблемы.

Неужели это правда? Тогда духи объяснили бы всё, когда давали своё благословение.

Увидев мою сомневающуюся мину, папа добавил:

— Если что-то случится, я возьму всю ответственность на себя, так что не волнуйся.

— ...Хорошо.

Спасибо тебе, папа.

— И ещё одно, — продолжил он.

А? Есть что-то ещё?

— Ты говорила, что хочешь играть с глиной.

— Откуда вы знаете? — удивилась я.

Джейн категорически отказалась помочь мне с этим, и я совсем забыла об этой просьбе.

— Неужели ты забыла, что я хозяин этого герцогства? — усмехнулся папа.

Ну, если так говорить, то возразить нечего.

— Ты особенно хотела играть именно с жёлтой глиной. Есть какая-то особая причина?

— Эм...

Если скажу, что есть особая причина, он наверняка спросит, какая именно. Мне не хотелось постоянно врать папе, поэтому лучше было сказать правду.

Но от такого прямого вопроса всё равно не увернёшься.

— Да, есть, — честно призналась я.

— Понятно, — кивнул папа и, к моему удивлению, на этом закончил расспросы.

— В следующий раз, если захочешь что-то получить, приходи ко мне и говори прямо.

— ...Тогда вы всё для меня исполните? — спросила я с надеждой.

— Если это в пределах моих возможностей.

А значит, практически всё возможно!

Я и так знала, что он удивительный, но это превосходило все мои ожидания...

Глядя на папу восхищённым взглядом, я импульсивно потянулась и схватила его за лицо.

И...

Чмок!

— Спасибо, папочка!

Папа, неожиданно получивший поцелуй в щёку, посмотрел на меня с таким ошарашенным видом, словно потерял дар речи.

— Хе-хе, — засмеялась я.

А потом он, увидев мою довольную улыбку, тихонько улыбнулся в ответ.

— Такая малютка, — проговорил он с нежностью.

— Я уже многое понимаю! — возразила я.

— Да. Ты же моя дочь.

Моя дочь.

Возможно, он сказал это не задумываясь, но эти простые слова отчего-то заставили моё сердце сжаться от тепла.

---

Сегодня я проснулась необычайно рано.

К моему удивлению, Джейн тоже встала рано и вошла в мою комнату почти одновременно с моим пробуждением.

— Ой, вы уже проснулись, леди Вивьен? — удивилась она.

— Только что.

— Не голодны случайно?

— Нет, пока нормально.

На мои слова Джейн мягко улыбнулась.

— Тогда не прогуляемся ли в саду до завтрака?

Хм, сегодня на улице, кажется, прохладно.

Я бросила взгляд в окно, но затем заметила книгу, лежащую на комоде у подоконника.

— Почитай мне лучше вон ту, — попросила я, указывая на неё.

Это была «История королей духов» — подарок от папы.

Изначально я хотела прочесть её пораньше, но после того, как испортила благословение духов, намеренно избегала эту книгу.

После вчерашнего разговора с папой на душе стало спокойнее, и наконец проснулось любопытство.

— Тогда сегодня до завтрака я почитаю вам, — согласилась Джейн.

— Да, спасибо.

Джейн устроилась у изголовья моей кровати и раскрыла книгу.

Видимо, учитывая мой трёхлетний возраст, это была скорее сказка, чем серьёзная книга по истории.

Король огненных духов Селион.

Король водных духов Элайм.

Король воздушных духов Сильф.

Король земных духов Терра.

Повествование рассказывало о том, как эти четверо могущественных королей духов одновременно полюбили принцессу, заточённую в высокой башне замка.

Как раз такая история, которая должна нравиться детям моего возраста.

Тук-тук

Джейн как раз читала эпизод о том, как дух Эндайрон похитил принцессу после того, как его повелитель, король воздушных духов Сильф, впал в отчаяние.

На внезапный стук в дверь Джейн отложила книгу и поднялась с места.

— Сейчас вернусь, леди Вивьен.

— Хорошо.

Джейн вскоре вернулась с изящным розовым конвертом в руках — таким, какими обычно пользуются молодые леди.

— Леди Мечина просила передать это вам.

— Мечина? — удивилась я.

Поскольку интерес к книге сразу пропал, я обрадовалась и поспешно вскрыла письмо.

«Дорогая Виви!*

Мне не даёт покоя то недоразумение, которое произошло между нами.

До моего отъезда осталось совсем немного времени. Как насчёт того, чтобы завтра пообедать вместе?

Я очень хочу исправить свою ошибку и всё объяснить.

Дай знать через свою горничную. Буду с нетерпением ждать ответа.

С искренними чувствами, Мечина»

Конечно, я понимала, что это письмо едва ли могло быть полностью искренним.

Но сейчас, когда благословение духов было испорчено, мне остро требовалось на чём-то сосредоточиться, иначе мысли неизбежно возвращались к грустному.

К тому же мне было любопытно узнать, что именно она собирается сказать.

— Джейн, — позвала я её.

— Слушаю, леди Вивьен.

— Передай Мечине, что я согласна завтра пообедать с ней.

— Конечно. А как ваше настроение сегодня? Получше?

Джейн посмотрела на меня с лёгким беспокойством.

Действительно, вчера я так расплакалась, что Джейн, должно быть, очень волновалась за меня.

После того эмоционального разговора в папином кабинете я потратила столько душевных сил, что, вернувшись в свою комнату, только немного поела и тут же заснула.

С точки зрения Джейн, которая не получила никаких объяснений о произошедшем, она, вероятно, провела беспокойную ночь.

— Извини, Джейн, — сказала я виновато.

— За что, леди Вивьен?

— За то, что не объяснила как следует, что со мной случилось вчера.

На мои слова Джейн мягко улыбнулась и осторожно взяла мою руку в свои.

— Всё в порядке, леди. Не стоит извиняться за такие вещи.

— Но всё-таки...

— В любом случае, я вижу, что после встречи с его светлостью герцогом ваше состояние значительно улучшилось. Значит, всё разрешилось наилучшим образом. Этого вполне достаточно.

— Джейн...

Ах, как же Джейн добра ко мне!

Я решила, что обязательно буду ещё лучше относиться к ней, и вкратце рассказала о вчерашних событиях.

— Я нечаянно сломала подарок от папочки и пошла извиняться. Очень боялась, что он не простит меня.

— Напрасно волновались. Его светлость герцог никогда не стал бы сердиться на вас из-за подобного.

Вчера эти слова до меня не доходили.

Но сегодня я могла согласно кивнуть Джейн.

Теперь я была твёрдо уверена, что папа не станет сердиться на меня по такому поводу.

— Да, ты была права, Джейн.

Я отпустила её руку и нарисовала на своей ладошке маленькое сердечко пальчиком.

— Леди Вивьен?

— Спасибо тебе за то, что ты мне объяснила тогда.

— ...Как же вы очаровательны, — тихо проговорила Джейн.

— Это потому что ты считаешь меня милой и симпатичной!

От моего фирменного кокетства уголки губ Джейн поползли вверх.

— Право же, леди Вивьен, с вами просто...

Она покачала головой, словно не зная, что делать со мной, и направилась к двери.

— Схожу принесу завтрак.

Когда Джейн вышла, я вдруг осознала, как много дорогих мне людей появилось в этом герцогстве.

И особенно папа.

Не думала, что он так меня примет

В его присутствии мне всё время казалось, что нужно стараться, показывать себя с лучшей стороны, и от этого я постоянно нервничала.

Но когда я перестала это делать, стало намного спокойнее на душе.

И появилась чёткая цель.

На основе знаний в моей голове построить настоящий дом и создать для папы точные чертежи.

Чтобы все жители герцогства могли спокойно находиться в своих домах, не опасаясь за свою безопасность.

А, точно!

Меня вдруг осенило.

Нужно попросить папу достать мне не только жёлтую глину, но и другие виды почвы.

Обычно я сначала связалась бы с папой через Джейн, но сейчас её не было в комнате.

Быстро сбегаю и вернусь.

С такими мыслями я вышла из комнаты, но, к сожалению, в коридоре мне встретился весьма неприятный человек.

— О, это ведь Вивьен! — раздался голос позади меня.

Это была баронесса Адажио.

Неужели с самого утра такая неудача!

— А, здравствуйте, — вежливо поздоровалась я.

— Да, доброе утро, дорогая.

Баронесса Адажио улыбнулась и подошла ко мне, вместо того чтобы просто пройти мимо.

— Уже завтракала? — спросила она.

— Ещё нет.

— О боже мой, неужели? Твоя горничная, видимо, очень ленивая. До сих пор не принесла тебе еды.

Если бы это говорил кто-то другой, но слышать, как баронесса Адажио критикует моих людей, мне совсем не хотелось.

Я с трудом разгладила нахмурившееся лицо и ответила:

— Я только что проснулась.

— Ох, милая, нужно вставать рано и жить прилежно. Юстон с рассвета встаёт на тренировку по фехтованию.

— ...

— Разве он не прекрасный наследник для продолжения рода? — продолжала она.

— Не знаю, — пожала я плечами. — А я думаю, что после того, как Юстон безцеремонно ворвался в мою комнату и наговорил гадостей, он совсем не такой уж прекрасный.

— Ой, такое было? — удивилась баронесса.

— Да. Я очень рассердилась из-за его грубости, но решила простить. Юстон просто плохо воспитан и, кроме того, не очень умён.

От моих слов лицо баронессы Адажио помрачнело.

— Хо-хо-хо, наша Вивьен очень разозлилась из-за ошибки Юстона, — сказала баронесса, пытаясь улыбаться.

Хотя ей удалось кое-как поднять уголки губ, дрожь гнева в голосе она скрыть не смогла.

— Но кузены должны прощать друг другу такие маленькие промахи.

Что за чепуха!

Я с недоумением посмотрела на баронессу Адажио.

Почувствовав мой взгляд, баронесса крепко схватила меня за плечи.

— Мальчики иногда могут так себя вести, когда растут. Но родственники должны прощать и покрывать недостатки друг друга.

— Но Юстон назвал меня несчастной ублюдкой, убившей свою мать.

— Это...

Баронесса Адажио отстранилась от меня и пробормотала:

— Но ведь это не ложь.

Ч-что она сказала?

— Даже если тебе обидно, пойми и прости его. Дети часто ссорятся во время взросления, но нельзя же каждый раз раздувать из этого скандал. Нужно быть взрослее.

Это она говорит трёхлетнему ребёнку?

Я рассказала о том, как Юстон ворвался в мою комнату, с намерением дать понять: твой сын виноват, так что не приставай ко мне и убирайся прочь.

Но эта женщина становилась всё хуже и хуже.

— Баронесса, — тяжело вздохнув, я посмотрела на неё. — Знаете, в одной стране есть такая поговорка.

Открывайте уши пошире и слушайте внимательно, тётенька.

— Ребёнок может так поступить. Но взрослый — не должен.

Сначала лицо баронессы выражало недоумение, но постепенно становилось всё краснее и багровее.

— Ты сейчас...

— Думаю, это именно те слова, которые баронессе стоило бы запомнить навсегда.

Я мило улыбнулась и вежливо поклонилась.

— Тогда до свидания.

— Ты!

Не сумев сдержать гнев, баронесса Адажио резко окрикнула меня.

— Пошла в мать — какая же дерзкая! Как смеешь так нагло разговаривать!

Конечно, дети берут пример с родителей.

Вот откуда такие слова в устах Юстона — из-за подобных бескультурных высказываний его матери.

Пусть я никогда не видела свою маму и не испытываю к ней особой привязанности, но это уже переходило все границы.

— Если жизнь дорога, лучше быть осторожнее.

И ещё угрозы?

— Сейчас ты маленькая и своевольная, но думаешь, это будет продолжаться вечно?

Если она будет продолжать в том же духе, мне придётся преподать этой женщине ещё несколько земных истин.

— Родилась, убив свою грязную мать, и три года была отвергнута жестокосердным отцом... Кажется, ты уже забыла об этом...

— Уа-а-а-а-а-а! — завопила я, прервав её отвратительные слова громким рёвом.

Я уже заметила, что издалека приближались господа, которые, услышав мой плач, ускорили шаг.

Баронесса Адажио, видимо, только сейчас услышала звуки шагов — она побледнела и обернулась назад.

— Хи-ик, хи-ик, я ничего плохого не делала!

— В-Вивьен, что с тобой внезапно? — спросила она.

Она пыталась успокоить меня с натянутой улыбкой, но чем больше она старалась, тем сильнее я лила слёзы.

Даже плача, я видела лица господ, которые уже подошли довольно близко.

Это были помощники, которых я часто видела в кабинете папы.

А судя по тому, что среди них было несколько седоволосых дедушек...

Сегодня день большого совещания!

Я поняла, что сегодня тот день, когда проводится большое совещание с участием даже старейшин для обсуждения важных семейных дел.

Что ж, чем больше людей, тем лучше.

— Баронесса, простите меня. Хи-ик. Но я не могу просить папочку одолжить деньги тётушке. Хи-ик.

— О чём ты говоришь? Хо-хо-хо, Вивьен, не понимаю, откуда такие странные слова.

Баронесса Адажио говорила нарочито громко, чтобы все слышали.

Однако, судя по выражениям лиц господ, они не очень-то верили словам баронессы.

— Простите, как вы сказали, мы должны прощать и покрывать недостатки друг друга... — продолжала я.

Я вытерла слёзы рукавом.

— Но я не могу обратиться к папочке с плохой просьбой. Хи-ик.

На мои слова и господа, и дедушки зашептались с серьёзными лицами.

Говорили о том, что тётушка обратилась к ребёнку с неподобающей просьбой, что это оскорбление его светлости герцога, до каких пределов барон Адажио собирается занимать деньги.

Когда пошли разговоры, позорные для баронессы Адажио, её лицо вспыхнуло от ярости.

— Ты...!

Что она так злится из-за такой мелочи?

Я всего лишь немного вдохновилась поступком её дочери и повторила нечто подобное.

— Ой, леди Вивьен! — раздался голос Джейн.

Как раз вовремя появилась Джейн. Я, дрожа всем телом, раскинула руки навстречу ей.

— Джейн!

Увидев моё заплаканное лицо, Джейн достала платок и принялась вытирать мне лицо.

— Что же...

Джейн с расстроенным видом закусила губу.

Видя это, мне стало немного стыдно за мою актёрскую игру уровня кинофестиваля.

— Мне страшно, хи-ик. Хочу в свою комнату.

Ситуацию нужно было завершать.

— Идёмте скорее, леди Вивьен.

Джейн аккуратно подняла меня на руки.

И в этот момент мой взгляд встретился с растерянными глазами баронессы Адажио.

Изначально этого не было в плане, но...

Тётенька переступила черту

То, что я беззвучно пошевелила губами, глядя на неё, было чисто импульсивным порывом.

Поняв, что я сказала губами, баронесса Адажио окончательно потеряла самообладание.

Чего я не ожидала — что эта женщина окажется ещё хуже в притворстве, чем Мечина. А что ожидала...

Кто первый встал, того и тапки

Я улыбнулась победной улыбкой.

---

Ребёнок, который появился на свет следом за старшим братом, был украден прежде, чем успел как следует увидеть свет этого мира.

Брат был завёрнут в мягкие пелёнки и получил благословения, но младший ребёнок был оставлен в тёмном и холодном месте.

Однако, когда свет жизни почти погас, кто-то изменил решение.

— Пусть ребёнок живёт.

— Что?

— Я сказал — пусть живёт.

— Н-но этот ребёнок опасен! Он определённо станет нам угрозой.

— Нет, это всего лишь скучное предсказание. К тому же, если этот ребёнок будет жив, мы сможем узнать гораздо больше.

Так ребёнок остался в живых.

Священная сила, основанная на вере, магическая сила и близость к духам, основанные на природе.

Хотя он родился со всеми этими способностями, ребёнок должен был жить в тени, скрывая лицо под маской, которую нельзя было снять, и даже мать не знала о его существовании.

— Время изучать письмо.

— Время изучать историю.

— Время изучать географию.

Ребёнок жил, как машина, выполняя всё, что ему приказывали.

Ему было любопытно узнать о колоссальной силе внутри тела, готовой взорваться в любой момент, но он не мог задавать вопросы.

Те, кто общался с ребёнком, давали ему информацию, но не разговаривали с ним.

Никаких вопросов не разрешалось.

Год за годом он взрослел. И сила внутри него становилась всё мощнее.

Три вида силы.

Каждая из этих трёх сил обладала своей энергией и характером.

И они постоянно подталкивали ребёнка выбрать и использовать их.

Но ребёнок не знал, как использовать эту силу, и не знал, как её контролировать.

День за днём.

В один из таких опасных дней ребёнок наконец не выдержал и использовал эту силу.

— Усыпите его.

— Н-но, учитывая предсказание, не лучше ли будет убить его прямо сейчас...

— Не будем. Предсказания существуют не для того, чтобы им верить и следовать. А чтобы использовать их.

Ребёнок снова заснул.

Однако сила, однажды пробудившись, не могла полностью уснуть.

Тело спало, но разум бодрствовал, и хотя сила была сжата внутри тела и не могла вырваться наружу, она была крайне чувствительной.

Ребёнок не знал, кем он был.

Только время, текущее в такой тьме, пугало.

И вот однажды...

— Привет, мертвечина. Я Вивьен, Вивьен Анданте.

Кто-то, впервые заговорил с ним, к кому никто никогда не обращался.

— Вставай. Раз уж мы встретились, давай вместе сбежим отсюда.

Маленькая рука взяла его холодную руку, к которой никто никогда не прикасался. Это тепло было настолько сильным, что разбудило сознание глубоко спящего мальчика.

— Если выберемся отсюда, я куплю тебе много вкусного.

Девочка предложила ему пойти с ней.

В короткой жизни мальчика это были первые такие слова, которые он слышал. И...

— Я хочу пойти с ним.

Тот голос, который действительно его не бросил.

Он хотел ответить девочке, которая впервые заговорила с ним.

Разбуди меня. Пробуди меня

Он хотел ожить. Хотел вырваться из этой тьмы.

Хотел встретиться с тем, кто впервые постучался в его дверь.

Не уходи

Хотел встретиться снова. С той девочкой снова...

— Хах, хах, ха-ах!

— Он, он проснулся!

Мальчик сел, тяжело дыша.

Сердце...

Тук-тук, тук-тук.

Чувствуя, как сердце бьётся сильнее, чем когда-либо, он не смог сдержаться и крепко схватился за левую сторону груди.

Только спустя долгое время пришедший в себя мальчик торопливо огляделся по сторонам.

Несколько свечей освещали тёмную комнату, и по дорогим подсвечникам, в которые они были вставлены, можно было понять, что это дом знатной семьи.

Несколько человек наблюдали за ним, но знакомых лиц среди них не было.

Тех людей, которые решали его жизнь и смерть, здесь не было. Но означало ли это безопасность?

— Прибыл граф! Все отойдите! — раздался громкий крик.

Ребёнок с неуверенным выражением лица посмотрел на мужчину, который открыл дверь и вошёл.

Светлые волосы, голубые глаза. Мужчина средних лет с гладкой кожей решительно вошёл и сел перед ним.

— Вы... — начал мальчик.

— ...

— Кто такие?

Первым заговорил именно он.

Задавая вопрос, он торопливо искал глазами ту девочку, которая с ним разговаривала.

Но найти её не мог. По крайней мере, здесь.

— Наконец-то проснулся, — сказал мужчина.

— Где это место?

— Как смеешь так грубо обращаться к графу...! — рыцарь, сопровождавший графа, резко повысил голос, но граф поднял руку, останавливая его.

— Ничего страшного. Это восточная часть Ибриттона, Беллита в графстве Ирет. А тот, кто спас тебя — священник Грегори. Поблагодарить нужно его.

Графство Ирет, граф, и священник.

— ...Священник? — переспросил ребёнок.

Мальчик холодно уставился на священника. Прежде чем его взгляд полностью превратился в откровенную враждебность, священник покачал головой.

— Я не священник — меня заключили под стражу за противостояние коррупции в храме. Судя по твоему свирепому выражению, как я и предполагал, какой-то священник наложил на тебя заклинание.

— ...

— Грегори, но почему ты не снял полумаску с этого ребёнка?

— Прошу прощения, ваше сиятельство. Я удалил всю священную силу, но священная сила в теле держит проклятие маски. Это я не смог снять.

— Значит...

— Кажется, его светлость герцог Анданте должен посмотреть лично.

Герцог Анданте.

Та девочка, которая с ним говорила, Вивьен, носила фамилию «Анданте».

Значит, причина, по которой мальчик находился здесь, тоже была связана с этим.

— Понятно.

Граф кивнул и повернулся к мальчику.

— Как тебя зовут?

Имя... У ребёнка никогда не было имени.

Те, кто обращался к нему, называли его «молодой господин». За исключением...

— ...Мертвечина.

— Что?

— Мертвечина, — так меня называли.

— Как можно дать такое ужасное имя! — воскликнул отлучённый священник Грегори.

Мальчик помедлил, а затем открыл рот:

— ...Мне нравится.

— Что?

— Это имя.

Это имя дала ему девочка, которая впервые взяла его за руку.

Поскольку именно она пробудила его душу, заключённую в глубинах, это имя имело право на существование.

Более того, мальчик знал словарное значение слова «мертвечина», но всё равно считал это имя вполне приемлемым.

Конечно, никто не мог понять мальчика, поэтому выражения лиц графа Ирет и отлучённого священника Грегори странно изменились.

— ...Сколько тебе лет?

— Не знаю.

— Где родился?

— Не знаю.

— Тогда ты даже не знаешь, откуда пришёл?

Граф Ирет спросил с усталым лицом.

Мальчик недолго смотрел на них, а затем низким голосом ответил:

— Я знаю только одно.

— Что именно?

— Верховный жрец Рафель.

Глаза обоих мужчин расширились при упоминании этого имени.

— Я знаю только то, что он что-то сделал с моим телом.

---

— Леди Вивьен, видите?

— Да.

Огромное количество жёлтой глины было сложено в углу сада.

Увидев столько глины, что её хватило бы на строительство дома, я была поражена.

— Его светлость герцог мобилизовал рыцарей и привёз много глины из глубины леса.

А? Зачем? Из глубины леса?

Конечно, это было очень любезно с его стороны. Действительно очень любезно, но...

И слишком много

Мне бы хватило количества, достаточного для смешивания с водой и тестирования свойств глины.

Что папа думал о масштабах игр в грязи трёхлетнего ребёнка?

— По одному только этому можно понять, как сильно герцог дорожит вами, леди Вивьен.

Джейн радостно говорила, не подозревая о моих мыслях.

— А?

— Ведь он привёз глину из глубокого леса, чтобы ваше здоровье не пострадало.

— Что ты имеешь в виду?

Как то, что он привёз глину издалека, доказывает его заботу обо мне?

— Жёлтая глина есть и около деревни. Но у неё есть свойство поглощать окружающую влагу и запахи.

— И что?

— Поскольку там живут люди, он боялся, что глина могла впитать неприятные запахи, поэтому добыл её далеко отсюда. Это точно.

Да ладно, вряд ли.

Возможно, это было для военных учений или он попутно хотел провести разведку в лесу.

— Нужно поблагодарить папочку.

В последнее время мне нравилось проводить время с папой.

— Да, это было бы хорошо, леди. И если не возражаете, я хотела попросить повара сделать шоколадные кексы...

— Отлично! Тогда подожди меня в комнате! Я скоро приду.

— Хе-хе, хорошо. Тогда я приготовлю перекус и буду ждать.

— Да, спасибо.

Отправив Джейн, я улыбнулась, глядя на жёлтую глину.

Свойство поглощать окружающие вещества было, насколько я знала, характерной особенностью жёлтой глины.

Но проверить всё же нужно было, поэтому я радостно начала активно работать, чтобы поскорее съесть перекус.

Однако...

Мои ожидания рухнули после нескольких тестов.

— Что это такое...

Жёлтая глина здесь отличалась от земной.

Как будто в воду добавили песок — вода и глина никак не хотели смешиваться.

Даже когда я пыталась размешивать и взбалтывать смесь, она лишь на мгновение становилась густой, как грязь, а затем быстро расслаивалась — глина оседала на дно.

Я пробовала добавить солому из конюшни, другую землю из сада, песок и гравий — ничего не менялось.

Солома плавала на поверхности воды, глина лежала на дне, а мутная вода в итоге становилась прозрачной.

Эх

Всё неправильно.

Расстроенная, я начала разбрасывать глину вокруг садовой лопаткой.

Какая досада

Снова к исходной точке.

С самого утра встреча с баронессой Адажио — ничего не идёт как надо.

Я сердито копала в глине, сложенной на высоту моего роста, когда внезапно вспомнила кое-что и достала из кармана благословение духов.

Цвет земли

Что-то вспоминалось, но не до конца.

Что-то почти ухватывалось, но ускользало.

От чувства, что упускаю что-то простое, сердце похолодело, и тут мне внезапно что-то пришло в голову.

— История королей духов.

Та книга, которую я просила Джейн почитать сегодня утром.

Благословение духов, которое стало цвета земли после падения на землю.

— Подожди-ка.

Название этого камня — «благословение духов».

Это было не «благословение Сильфа» и не «благословение воздушного духа».

Просто «благословение духов».

А не может ли этот камень призвать и других духов?

Это был не просто артефакт, а настоящая священная реликвия.

Не слишком ли я ограничивала его применение только тем, что знала?

Если хорошенько подумать, когда я упала, благословение духов каталось по полу, и именно тогда изменился его цвет.

А что, если цвет камня — это подсказка?

Если камень показывает характеристики духа... то сейчас он указывает на возможность призвать земного духа?

Как называли земного духа?

От слишком большого количества мыслей одновременно в голове началась путаница, как от перегрузки.

Единственное имя, которое пришло в голову:

— Земной дух, Терра.

Наступила тишина.

Не было тёплого и мягкого ветерка. Но и землетрясения тоже не случилось.

Вывод — ничего не произошло.

Ну да

Насколько я знала, ни один маг духов не смог успешно призвать короля духов.

Говорили, что Ибриттон особенно благословлена обилием магов духов и волшебников, но даже в нашей стране вершиной считался маг духов, заключивший контракт с высшим воздушным духом.

Поэтому в обществе даже ходили слухи, что короли духов на самом деле не существуют.

Сначала найду в книге имена низших земных духов и попробую их призвать — тогда точно узнаю. В любом случае призвать короля духов невозможно...

И тут...

Словно по волшебству, из благословения духов внезапно хлынул свет.

Благословение духов засияло, словно собирая весь свет в мире, а затем мгновенно выпустило всё это сияние.

На мгновение мир озарился ослепительной белизной.

Когда яркий свет угас, наступила тёплая, уютная, совсем не страшная темнота.

До носа донёсся свежий запах земли.

Это была свежесть природы, которую можно изредка почувствовать ясным утром, но ещё более яркая.

И я интуитивно поняла.

Это присутствие невозможно было не узнать.

— Давно я не показывался в мире людей.

«Его» следовало называть или «её»?

Загадочное и прекрасное существо, которое нельзя было описать прилагательными этого мира, поднялось из земли.

Длинные волнистые волосы спускались до босых ног, всё тело было полупрозрачного бежевого цвета.

Единственные чётко очерченные чёрные глаза мигали, и каждый раз распространялся свежий запах земли.

Каждый раз, когда поднимались кончики пальцев, каждый раз при медленном приближении на землю сыпались сверкающие звёздочки.

— Приветствую тебя, дитя, не являющееся хранителем.

...Ох, я реально призвала короля земных духов.

— Это, это я вас позвала? — спросила я неуверенно.

Хотя это был очевидный факт, поверить в него было сложно — настолько всё казалось нереальным.

На мой вопрос она (я решила называть её так, поскольку её облик больше походил на женский) кивнула.

— Да, удивительно, но ты меня призвала. Несмотря на то, что не являешься хранителем.

Способ общения сильно отличался от Сильфа.

Сильф посылал мне ветер, наполненный своими чувствами.

И когда этот ветер касался меня, я могла естественным образом понять его мысли.

Но Терра общалась со мной с помощью языка.

Странные ощущения

Каждый раз, когда Терра произносила слово, в голове гудело.

Неужели таково присутствие короля духов?

Хотя это ощущение не было неприятным, величественность буквально подавляла всё моё тело.

Пока я осознавала ситуацию с призывом короля духов, Терра, видимо, тоже со своей стороны изучала происходящее.

Изящно повернув голову, она указала кончиком пальца на благословение духов.

— Ага, вот в чём причина. Ты призвала меня с помощью подарка, который мы оставили.

— Вы имеете в виду благословение духов?

— Сейчас его так называют. Да, именно об этом я говорю.

Терра мягко улыбнулась.

— Я не думала, что такая юная девочка станет обладательницей нашего подарка.

— Я не владелица. Просто временно ношу его с собой.

— Это значит, что сейчас ты его хозяйка. К счастью, ты мне нравишься.

Казалось, она не лжёт.

Всё тело Терры было полупрозрачного бежевого цвета, но только глаза были непрозрачными и чёрными, и в их взгляде чувствовалась явная симпатия.

— ...Можете ли вы рассказать мне, что это за предмет?

Терра мягко кивнула и начала объяснение:

— Я и остальные три короля духов существовали, существуем и будем существовать в течение бесконечных эпох. Почувствовав бесконечность времени, мы поняли, что нам нужны развлечения для избавления от скуки.

— ...

— В мире людей лишь две расы могут призывать духов — эльфы и люди. Но эльфы слишком похожи на нас и ничем от нас не отличаются, а люди обладают слишком малым сосудом и не могут призвать нас, даже родившись с силой хранителя.

— ...

— Поэтому мы создали артефакт, который позволил бы людям призывать нас, заимствуя силу природы.

— И это...

— Да. Истинная сущность того камня, который ты называешь благословением духов, а в более широком смысле — священной реликвией.

Я примерно понимала, что она имела в виду.

В итоге люди, которые владели этой священной реликвией, использовали её для подчинения низших духов без заключения договоров, но на самом деле она предназначалась для призыва королей духов.

Увидев, что я понимающе киваю, на этот раз Терра спросила меня:

— Дитя, зачем ты меня призвала?

Я не собиралась её призывать...

Помявшись, я в итоге честно призналась:

— Я не знала, что призываю вас. На самом деле я просто заметила, что цвет изменился, и попробовала — а тут появились вы, ваше величество.

— Хм, понятно.

К счастью, она не рассердилась на то, что я призвала её по ошибке.

Я боялась развития событий в духе «Как смеешь шутки ради призывать занятую меня!» или «Дерзкий ребёнок совсем обнаглел!»

Наоборот, у неё была такая добрая улыбка, что на сердце становилось совершенно спокойно.

От этой улыбки исходила сильная симпатия.

Что-то странное

Возможно, это моё воображение, но этот король духов, кажется, испытывает ко мне симпатию.

---

В гостевой комнате герцогского замка Анданте баронесса Адажио молча смотрела в окно, а затем повернулась.

Её муж, барон Адажио, до сих пор безмятежно ужинал.

Когда они впервые встретились, она и представить не могла, что он окажется таким жалким и раздражающим человеком.

— Дорогой, ты действительно уедешь? — спросила баронесса.

На её вопрос барон Адажио кивнул.

— Конечно. Разве я не говорил, что должен присутствовать на презентации бизнеса герцога Швитца?

— Но...

Баронесса Адажио закусила губу.

Они даже не получили финансовой поддержки от герцога Анданте — что толку посещать бизнес-презентацию?

Чтобы получить пользу от участия, сначала нужны были деньги.

Но из-за этой маленькой девчонки путь к убеждению герцога Анданте стал ещё более заблокированным.

Что толку идти на бизнес-презентацию с пустыми карманами? Только больше унижений.

Придётся пресмыкаться перед успешными дамами высшего общества.

Ничего не шло по плану.

До замужества с этим человеком я больше всех радовалась светским собраниям!

До замужества баронесса Адажио занимала совсем иное положение.

Все её хвалили, все её любили.

У неё даже был особый псевдоним — «очаровательная и грациозная Одри».

За исключением одной только Сиены Ирет, не было юной леди, которая привлекала бы больше внимания.

К счастью, Сиена Ирет вскоре после того, как стала заметной в высшем обществе, вышла замуж и заперлась дома.

Поэтому Одри забыла о Сиене. Она думала, что больше никогда её не встретит.

Но это была ошибка.

Та ночь, проведённая с Карханом Анданте, изменила всю её жизнь.

Кархан Анданте и тогда был объектом насмешек — говорили, что он держится только благодаря милости наследника дома Анданте.

Он был глуп и бестактен, но лицо у него было ничего, так что как партнёр на одну ночь вполне подходил.

Но неожиданно она забеременела.

Ребёнок был случайностью, и она хотела сделать аборт, но строгие родители не позволили.

Так Одри пришлось выйти замуж без любви и стать баронессой Адажио.

Что ещё больше разозлило её — Сиена Ирет, которая впервые заставила её познать чувство неполноценности, вышла замуж за старшего сына герцогского дома и стала её золовкой.

Более того, их положения кардинально различались.

Вскоре после замужества Сиена стала герцогиней Анданте, а она — баронессой Адажио.

А несколько лет спустя Одри получила позорное прозвище «несчастная жена барона Адажио, который терпит неудачу в любом бизнесе».

Самолюбие было задето, кровь кипела.

Она возненавидела барона Адажио, который разрушил её жизнь.

Слёзы крови текли из её глаз.

Свободная Одри, любимая и восхищавшая всех Одри.

Счастливое прошлое, которое было совсем недавно, постоянно делало её несчастной.

Но выдержав долгое время, она увидела луч света в жизни, которая казалась безвозвратно испорченной.

Первая хорошая новость после замужества — смерть Сиены.

Герцог Анданте безумно любил Сиену. Было очевидно, что он не возьмёт новую жену.

Значит, если наш Юстон просто вырастет, этот замок станет моим домом

Если она ещё немного потерпит, то сможет жить в этом старинном замке до самой смерти.

Но процесс был мучительным.

Эта девчонка не простая

Вивьен Анданте, прямая наследница герцога Анданте.

Она была всего лишь младенцем. И всё же, похожая на свою мать, в ней не было ничего милого — злая и хитрая, она постоянно мешала.

Она могла стать помехой на пути Юстона, поэтому, когда девочка попала в её руки, Одри хотела задавить её в зародыше.

Из-за той глупой женщины я тоже пострадала!

Вспоминая Стеллу, которую приставили первой няней к Вивьен, она до сих пор злилась.

Из-за того инцидента Одри пришлось встать на колени перед герцогом Анданте и просить прощения.

— Почему у тебя такой недовольный вид? — спросил барон.

На его слова баронесса наконец пришла в себя и покачала головой.

— Нет, ничего особенного.

С этим жалким человеком было бесполезно разговаривать — никакой продуктивности.

Она решила не продолжать беседу, а лучше смириться с ситуацией, что придётся ехать на собрание.

— Кажется, ты недовольна.

— Говорю же, что нет.

— Да как же нет. Но на этот раз ты не сможешь меня винить. Пока ты была занята делами в замке, я тоже не сидел сложа руки.

— О чём это ты?

— Я встретился с советом старейшин.

Барон Адажио самодовольно ухмыльнулся.

— Старейшины на нашей с Юстоном стороне.

Глаза баронессы Адажио расширились.

— Что ты имеешь в виду?

— У брата, видимо, есть упрямая сторона.

Барон Адажио хихикнул.

— Говорят, он игнорирует совет старейшин и самовольно принимает все решения, просто уведомляя о них. Их сердца уже давно отвернулись от него.

— Правда?

— Именно так. Конечно, они немного колебались из-за того, что ты устроила с Вивьен, но...

— Об этом деле я уже несколько раз говорила, что меня оклеветали! — взвизгнула баронесса, выходя из себя.

Но он не мог скрыть подозрительный взгляд.

Разве могла маленькая девочка в такой ситуации придумать ложь, чтобы её оговорить?

— Дорогой! — баронесса, заметив это недоверие, снова повысила голос.

— Хорошо, хорошо. В любом случае... важно не это.

Наконец барон примирительно махнул рукой. Затем с мрачной улыбкой тихо прошептал:

— Они обещали поддержать нашего Юстона как следующего главу семьи.

На эти слова баронесса Адажио, которая ещё секунду назад была на взводе, вскочила с места.

— Это правда? Ты показывал Юстона старейшинам?

— Конечно. Все уже выказывали почтение, называя его будущим господином.

Кто бы мог подумать, что её жалкий муж способен на такой подвиг!

Улыбка баронессы Адажио растянулась от уха до уха.

Конечно, кое-что всё ещё беспокоило её.

Дело в том, что когда прямых наследников только один, право наследования переходит и к женщинам.

Обычно женщины чувствовали бремя становления главой семьи и отказывались от права наследования из-за сильного сопротивления внутри семьи.

Но нужно было подготовиться к таким переменным, как принятие зятя в дом.

Я не позволю этой злой и подлой девчонке украсть место нашего Юстона

Совет старейшин уже был на стороне Юстона, так что внутренние дела семьи можно было считать решёнными.

Значит, чтобы в будущем не было осложнений, теперь нужно действовать по-настоящему, а не играть в игры.

— В любом случае, ты хорошо потрудился, дорогой. Остальное я устрою сама.

Твёрдо решившись, баронесса Адажио поднялась с места.

Её глаза, коварно улыбающиеся, опасно сверкнули.

Король духов — это существо, подобное божеству природного мира.

Для человека, особенно слабого трёхлетнего ребёнка, долгий контакт с богом был нежелателен.

Не прошло и десяти минут после начала разговора с Террой, как я почувствовала сильную головную боль и тошноту.

— Твоё тело не может выдержать резонанс со мной. Я приду позже, — сказала она и исчезла.

Мне хотелось поговорить с ней дольше, но самочувствие было настолько плохим, что ничего не поделаешь.

Вернувшись в комнату, я заснула среди белого дня, не помывшись, и проснулась только после девяти утра следующего дня.

Голодная.

На мои капризы Джейн с момента пробуждения до сих пор продолжала приносить мне еду.

Когда самочувствие было плохим, обычно помогали несколько пирогов с большим количеством шоколада.

Но сегодня было по-другому.

Благодаря благословению духов процесс призыва короля духов стал лёгким, но прямое общение с божеством природы, видимо, отнимало огромное количество сил.

Жаль.

Я надула губы.

Конечно, при этом не забывая тянуться к молоку.

Но это же как в лотерею выиграть, нужно быть благодарной.

Благословение духов оказалось проще в использовании, чем я думала.

Чтобы призвать духа ветра, нужно помахать рукой над благословением духов, а чтобы призвать духов воды или огня — опустить его в соответствующую стихию.

Хоть одновременно можно использовать только один тип духов, зато можно призвать нескольких духов сразу.

Учитывая, что обычный маг духов может призвать максимум двух духов одновременно, это было потрясающе.

— Леди Вивьен, скоро вам нужно обедать с леди Мечиной. Не слишком увлекайтесь сладостями, — сказала Джейн.

На её слова я наконец пришла в себя. Тарелка, которая была доверху набита пирогами, уже опустела.

Мне стало как-то неловко, и я застенчиво улыбнулась, почёсывая голову.

— Ой, кто же всё это съел?

— Хм, — улыбнулась Джейн, словно находя меня очаровательной, и вытерла крошки с моих губ.

— Спасибо.

— Не за что. Принесу платье для переодевания.

— Да, что-нибудь удобное.

Глядя на спину Джейн, уходящей в гардеробную, я вспомнила последний разговор с Террой перед её исчезновением вчера.

— А есть ли такая земля, которая липкая, когда её поливают водой, а когда вода высыхает, твердеет и становится трудной для разрушения?

— Есть то, что соответствует этим условиям.

Терра протянула мне обе руки, и из её ладоней высыпались три разных вида земли.

Увидев эти три типа земли, я поняла, что наконец нашла выход из тупиковой ситуации.

Поэтому сегодня, пока Джейн отлучалась, чтобы принести мне еду, я время от времени систематизировала информацию, полученную от Терры.

1. Вайтрис: белая земля. Судя по свойствам, которые описала Терра, и результатам реальных тестов, больше всего похожа на жёлтую глину.

2. Енох: зелёная земля. После затвердения становится прочнее при обжиге, и цвет становится более насыщенным.

3. Дарктри: чёрная земля. Из трёх видов самая твёрдая после растворения в воде и затвердения, почти как цемент.

Для соломенного дома лучше использовать вайтрис.

К тому же цвет мягкий белый — построенный дом будет намного красивее земных соломенных домов.

Енох лучше использовать не для строительства, а для других целей.

Наконец, дарктри... это настоящий натуральный цемент, поэтому применений у него будет бесчисленное множество.

Так легко решить мою проблему — Терра действительно была как выигрыш в лотерею.

Ещё раз просмотрев лист с информацией, которую узнала вчера, я аккуратно убрала его в ящик, услышав шаги Джейн.

— Леди Вивьен, как вам это? — Джейн показала мне кремовое платье с оборками до щиколоток.

— Нравится!

— Не знаю, не обращаете ли вы внимания на одежду потому, что вам всё идёт, или вас это вообще не интересует.

Конечно, второе, ну и Джейн тоже.

Хотя, если подумать, маленькие девочки обычно любят ярко-розовые блестящие платья.

Я серьёзно задумалась, не веду ли я себя слишком не по возрасту, и ждала, пока Джейн застегнёт все пуговицы на платье, затем опустила руки.

— Как ангелочек.

— Правда?

— Конечно. Наша леди прекрасна в любом платье.

— Это всё благодаря Джейн, которая так красиво меня наряжает. А который час?

— Ой-ой, если ещё немного задержимся, опоздаем. Вы договорились встретиться на террасе третьего этажа, да?

— Да.

Джейн легонько взяла меня за руку.

Наконец пришло время встретиться с Мечиной.

---

Увидеть Юстона вместе с бароном Остасом было просто совпадением.

Ах вот в чём дело, значит, баронесса Адажио была с ним из-за Юстона?

Помня сцену, которую видела на террасе в тот день, я не могла просто пройти мимо этих двоих.

— Джейн, прячься.

— А?

— Быстро!

По моему настоянию Джейн волей-неволей спряталась за статуей, как и я.

Разговор Юстона и барона Остаса, идущих издалека, становился всё отчётливее.

— Барон тоже поддерживает меня, какой прекрасный вкус. Когда я захвачу этот герцогский замок, отплачу золотом и серебром.

Содержание разговора было настолько откровенным, что трудно было поверить, что он происходит в коридоре, где часто проходят люди.

Как они могут совсем не думать о скрытности?

Джейн тоже, видимо, думала то же самое — у неё было озадаченное выражение лица.

— Поздравляю с тем, что получили поддержку совета старейшин.

— Ха! Ха! Ха! Моё превосходство сработало. В любом случае это было лишь вопросом времени.

Я была готова поставить на кон свои волосы, что привлекло их скорее невежество Юстона, чем его превосходство.

Не знаю, какие люди в совете старейшин, но то, что они поддерживают барона Адажио Юстона, а не меня, прямую наследницу, означает, что у них есть скрытые мотивы.

Если они затевают дело с уверенностью, что могут управлять отцом и сыном Адажио из-за их глупости, это довольно логично.

Иначе не было бы причин поддерживать барона Адажио, который влезает в долги с каждым предприятием, или Юстона, который выдаёт своё невежество, как только откроет рот.

— Совершенно верно, молодой господин.

— В любом случае барон тоже удивительный. Уже сейчас разглядеть такой скрытый драгоценный камень, как я.

— Ха-ха-ха, это мой величайший талант.

— Поразительно, барон, хе-хе! Если у тебя такой хороший вкус, то когда я буду выбирать себе герцогиню, придётся спросить твоё мнение.

— Это будет честью.

Барон Остас тоже был удивительным.

Умение льстить и терпеть фамильярное обращение от Юстона, который младше его и не имеет титула...

— Кажется, они прошли? — поскольку звук их шагов удалился, я кивнула и встала из-за статуи.

— Может, стоит рассказать его светлости герцогу?

Я пожала плечами.

— Зачем?

Болтать о том, что собираешься делать, — это можно сколько угодно.

Кроме того, папа... даже если я не расскажу ему первой, он до некоторой степени разберётся в ситуации.

Кроме того, что я это слышала, других доказательств нет — зачем вмешиваться?

Конечно, папа мне поверит, но мне не хотелось, чтобы папа беспокоился из-за людей, которые ему не ровня.

Судя по тому, как они разбалтывают секреты, их будущее ясно.

Вдруг мне стало жаль Юстона.

Даже если я позже захочу претендовать на место главы семьи, мне не придётся прикладывать больших усилий для получения информации.

Достаточно будет поставить одного шпиона за Юстоном, чтобы получить всю информацию, которой он обладает.

— Кстати, Мечина ждёт.

— Тогда поторопимся?

— Да, давай.

Так отвечая и поворачивая за угол, я столкнулась с идущим навстречу человеком и со звуком *пах* отлетела в сторону.

— Леди Вивьен! — испуганная Джейн поддержала меня.

— Ах, вот беда.

Человек, с которым я столкнулась, был каштанововолосым мужчиной с зелёными глазами, который в молодости, наверное, часто слышал, что он красив.

И я видела этого дядю раньше, нет, только что.

Потому что этим дядей был барон Остас.

Кстати... болят ягодицы и лоб. Ох.

Когда я потёрла ягодицы, побледневший барон Остас подошёл и извинился.

— Вы не ушиблись, леди? Простите. Я должен был смотреть вперёд...

— Нет, всё в порядке.

— Если вы не возражаете, я отведу вас к лечащему врачу.

Говорит, что отведёт к врачу, а сам куда-то меня уведёт.

Я замахала руками.

— Не нужно, правда всё в порядке.

— Но всё же... Ах, извините за позднее представление. Я — Джерон Остас, правящий Серидом на юге герцогства.

Словно поздно поняв, что даже не назвал своё имя, он отступил на шаг назад и формально поклонился.

— Приятно познакомиться, я Вивьен Анданте.

— Называйте меня бароном Остас. А вы действительно уверены, что вас не нужно отвести к врачу?

— Да, всё хорошо.

Я кивнула и посмотрела на него.

Мягкие черты лица, ласковый тон речи, и даже то, что он соблюдает должный этикет, хотя мог бы легкомысленно отнестись ко мне из-за моего возраста.

Человек, который мог вызвать симпатию у всех, но зная, что он сговорился с семьёй Капур, я не чувствовала к нему расположения.

Взгляд, которым он смотрел на меня, тоже был липким и неприятным.

Фу, противно.

— Могу ли я спросить, куда вы направляетесь? Я провожу вас в знак извинения.

— Хм...

Подумав, я кивнула.

Если он проводит только до места, то ничего страшного. К тому же я тоже хотела выведать у этого дяди всё, что можно.

— Иду встречаться с Мечиной. На террасу третьего этажа.

В тот момент зелёные глаза барона Остаса неприятно блеснули.

— ...Вы имеете в виду леди Адажио.

— Да.

— Понятно. Я безопасно провожу вас туда.

Лицо Джейн побледнело, но я молча подала ей знак следовать за мной и взялась за руку барона Остаса.

— Леди, кажется, у вас хорошие отношения с вашей кузиной леди Адажио.

— С Мечиной?

Вряд ли, но я уклончиво ответила:

— Ну, мы же кузины.

— Понятно. В других благородных семьях родственники часто ссорятся при встрече, но леди Вивьен и леди Адажио, кажется, прекрасно ладят — это приятно видеть.

Действительно, с братом и сестрой мы не ссорились при каждой встрече.

Скорее, когда они начинали свои проделки, я давала им сдачи.

Я истолковала слова барона Остаса в свою пользу и кивнула.

— Слышал, что леди Адажио прекрасной личности.

— ...

— Скромного характера и правильного поведения — если будете дружить с ней, многому научитесь.

Совершенно не соглашаясь, я шла и вдруг почувствовала что-то странное, слегка нахмурившись.

Слова барона Остаса странным образом были сосредоточены на Мечине.

— Барон хорошо знает Мечину? — спросила я.

На мои слова он неловко улыбнулся.

— Ха-ха, как же так. На самом деле мы совсем не знакомы. Просто...

— Рекомендуете её мне по слухам.

— Это рассказ от надёжного человека, ха-ха-ха. Возможно, я превысил свои полномочия. Ой, а мы уже пришли.

Барон Остас суетливо подошёл к террасе и открыл дверь.

— Т-тогда желаю приятно провести время. Я пошёл!

Он поспешно ушёл, не дав мне даже поздороваться в ответ.

— Леди, я принесу мазь, — сказала Джейн.

Я кивнула на её слова и вошла внутрь.

Полупрозрачные занавески, как вуаль, развевались на ветру, и я увидела Мечину, которая уже сидела за столом и ждала меня.

Мечина в зелёном платье под цвет её глаз покраснела на щеках, видимо, от холода.

— Мечина.

Я первая назвала её имя и медленно подошла к ней.

— Вивьен, пришла.

Увидев меня, Мечина резко встала с места.

Не было нужды вставать, поэтому я жестом показала ей сесть и сказала что-то наобум:

— Извини за опоздание. Красивое платье на тебе сегодня, Мечина.

Мечина растерянно посмотрела на своё платье.

После того как я заговорила, я заметила, что на платье Мечины не было даже обычных оборок.

Едва подумав, что ошиблась, я почувствовала что-то странное.

Возможно, из-за того, что видела Юстона перед приходом сюда, ощущалось странное несоответствие.

Семейство барона Адажио находилось в таком тяжёлом финансовом положении, что нуждалось в экономической поддержке от папы.

Но Юстон и Мечина всегда были одеты роскошно, как богатые дети.

Даже наряд Юстона сегодня был такой.

Он был одет ярко, как певец трота из прошлой жизни.

Блестящая шёлковая рубашка, манжеты, вышитые роскошной золотой нитью, бархатный шарф и пиджак, которые менялись каждый раз.

Низ тоже был в преувеличенных бриджах и чулках.

В отличие от обычных дворян, которые носят брюки прямого покроя, похожие на современные слаксы, это был очень роскошный наряд.

Мечина тоже обычно носила только пёстрые платья с обилием роскошных оборок и кружев.

Но сегодня было совсем по-другому.

Строгое платье серого цвета без блестящих украшений, развевающихся лент и даже обычной вышивки.

Даже ткань была жёсткой и грубой. Словно она надела платье горничной.

Что это.

Обычно я не слишком обращаю внимание на одежду других людей, но здесь изменения были слишком кардинальными.

Это настоящий фанатизм концепции.

Я искренне восхитилась тщательной подготовкой Мечины.

— Кстати, а почему у тебя лоб такой красный? — спросила Мечина.

На её вопрос я наконец отвлеклась от размышлений.

— Лоб?

Когда я потрогала место, на которое указала Мечина, почувствовала боль.

Я не заметила, но, видимо, когда столкнулась с бароном Остасом, слегка поцарапала лоб.

— По дороге с кем-то столкнулась.

— Ах ты, надо было быть осторожнее. Видеть тебя пострадавшей так больно, что хочется плакать.

Глаза Мечины действительно заблестели.

Мне стало грустно. Если бы Мечина родилась на Земле в XXI веке, стала бы актрисой.

— Не стоит плакать.

В любом случае я не верю.

Проглотив последние слова, я утешила Мечину.

— Всхлип, понятно. Наверное, у меня слёзы потому, что я так тебя люблю.

— М-м, наверное.

На мою неловкую реакцию Мечина, кажется, взяла паузу и осторожно перешла к главному:

— В любом случае, хм, ты не удивилась, получив моё письмо?

— А, это?

Я пожала плечами.

— Немного.

— Меня беспокоило то, что случилось в тот день. Если бы не те солдаты, эти... члены фан-клуба, ты могла бы навсегда остаться в недоразумении, и я думала, что у тебя остался осадок.

Никакого осадка не осталось.

Только формула *Мечина = притворщица* засела у меня в голове.

— Поэтому ещё раз извинюсь. Прости, Вивьен.

— Всё хорошо. Не переживай.

— Но мне очень стыдно. В тот день я сильно ошиблась с тобой.

Мечина глубоко вздохнула.

— На самом деле все меня не очень любят. Поэтому я, наверное, была слишком чувствительна. Я стараюсь быть ко всем добра, но не понимаю, почему все меня не любят.

А я, кажется, понимаю.

Опущенный взгляд Мечины выглядел настолько жалко, что вызвал бы сочувствие у кого угодно, но, к сожалению, я была исключением.

— Поэтому, Вивьен, я бы хотела, чтобы ты меня полюбила.

...Почему развитие событий идёт в эту сторону?

— Ты же моя единственная двоюродная сестра. К тому же ты единственная младшая сестра у меня.

Не желая препираться, я молча кивнула.

— Спасибо, теперь ты думаешь обо мне как о подруге?

— М-м...

На мой ответ Мечина мило улыбнулась.

Но хотя уголки губ поднялись, взгляд Мечины был по-прежнему злобным.

---

Вивьен была молода, но сообразительна и смела. Не похожа на обычного ребёнка.

Именно по этой причине Мечина невольно точила на неё зубы.

О чём ещё поговорить?

Мечина закусила губу.

После принятия извинений она ожидала какого-то разговора.

Жалобы на обиду или разочарование, которые она испытала к той, которая её не поняла, или переход к другой теме.

Но после завершения извинений на террасе воцарилась только тишина.

О чём вообще думает эта противная девчонка.

Сердце Мечины, которая ещё не получила никаких знаков близости от Вивьен, заволновалось.

Вспоминая недавний разговор с матерью, баронессой Адажио, она должна была получить какие-то результаты от сегодняшней встречи.

— Мечина, как ты знаешь, из-за этой хитрой девчонки Вивьен дело твоего отца с займом денег стало безнадёжным. Но мы не можем покинуть герцогство без всяких результатов.

— Да. Раз уж приехали сюда.

— Действительно, женщины понимают друг друга. Как быть?

— ...Я думаю, лучше будет, если я сама обольщу Вивьен. Она ещё маленькая, если быть с ней ласковой, тут же растает.

— Да, используй нехватку материнской любви.

Баронесса Адажио прикрыла рот веером и засмеялась.

— Или, мама, как насчёт того, чтобы я попросилась остаться в герцогстве?

— Ты? Как?

— Используя эту нехватку у Вивьен. Если только подружимся, она определённо не захочет, чтобы я уехала.

— Хм, это тоже имеет смысл. К тому же с тобой будет легче получать полезную информацию.

— Именно.

На самом деле была и другая причина, о которой она не сказала баронессе Адажио.

Не могу позволить этой девчонке Вивьен одной пожирать огромные деньги герцогского дома.

Вилла, которую герцог Анданте милостиво позволил им занимать, была достаточно роскошной для семьи Адажио.

Кроме того, поскольку Одри не могла терпеть отставание от других, внешний вид семьи барона Адажио тоже выглядел богато.

Однако за ними стояли огромные долги.

Юстон был незрелым и думал, что деньги, которые они тратят, бьют ключом откуда-то, как неиссякаемый источник.

Но Мечина, рано повзрослевшая, хорошо знала, откуда берутся эти деньги.

Источником денег был герцогский дом Анданте.

Чем я хуже этой девчонки Вивьен.

Вся жизнь, которой наслаждалась Вивьен, заслуживала того, чтобы её тоже проживала Мечина.

Она тоже была из рода Анданте и была достаточно очаровательна, чтобы не потеряться где угодно.

И хотя она сказала, что все её не любят, чтобы обмануть Вивьен, на самом деле у неё была прекрасная репутация среди сверстников.

Чем зловещая девчонка, которая родилась, съев свою мать, она сама с правильным поведением больше подходила для получения покровительства герцогского дома Анданте.

Мечта Мечины, о которой она никому не говорила, — стать приёмной дочерью герцога Анданте.

Не было ничего необычного в том, что глава герцогского дома брал на воспитание выдающихся представителей боковых линий и покровительствовал им.

В прошлый раз она слишком жадно стремилась к этому и совершила большую ошибку, поспешно пытаясь оклеветать Вивьен, но способ был.

Определённо герцог Анданте, казалось, дорожил дочерью.

Если Вивьен попросит его покровительствовать ей, он определённо уступит, делая вид, что не может устоять.

Не для того ли она достала и надела тряпьё, которое носят простолюдины, чтобы встретиться с Вивьен.

Я смогу.

В конце концов ей всего три года.

Мечина опустила глаза, полные решимости.

Когда она снова подняла голову, лицо Мечины излучало чувство жалкой девочки, вызывающей сочувствие.

Взгляд Мечины казался немного пугающим, но в удачный момент вернулась Джейн.

— Извините за опоздание. Простите. Леди Мечина, леди Вивьен немного поранилась по дороге сюда, поэтому я принесла мазь.

— Ничего. Лечение Вивьен — это приоритет.

— Спасибо за понимание.

Вежливо поклонившись, Джейн поспешно нанесла мне мазь на лоб.

— Холодно.

— Мазь может давать охлаждающее ощущение. А колени не поцарапались?

— Нет, всё хорошо. Больше ничего не болит.

— На всякий случай осмотрю ещё раз перед купанием. Готово, леди.

— Спасибо. Не принесёшь лимонный кекс? Хочу поесть вместе с Мечиной.

— Конечно. Леди Мечина, что предпочитаете из напитков — сок или молоко?

— Я?

Внезапно получив вопрос, Мечина на мгновение задумалась, а затем ответила:

— То же самое, что и Виви.

— Молоко!

— Хорошо, сейчас принесу.

Когда Джейн ушла, терраса снова погрузилась в тишину.

Но на этот раз Мечина не позволила молчанию затянуться.

— Виви, я правда тебе завидую.

— А? Чему?

— Твоей личной горничной. Говорили, что раньше у тебя была ещё одна?

— Да, она временно отлучилась. А почему завидуешь?

— Обычно личных горничных не бывает.

Нянечки — другое дело, но случаи, когда личная горничная появляется в таком юном возрасте, были редки.

Я тоже знала об этом факте, поэтому молча кивнула.

— Наверное, когда ты подрастёшь, сможешь участвовать в фестивале сакуры?

— Фестиваль сакуры? Что это такое?

— А, ты не знаешь. Фестиваль сакуры — это праздник, в котором могут участвовать дети из знатных семей, достигшие восьми лет, когда получают право поступления в академию.

Мечина сделала горькое лицо.

— Мне, конечно, будет трудно принять участие.

— ...У Мечины много желаний.

— Если бы я могла, хотела бы многого. Не по чину, но я довольно жадная.

Ощущения становились всё более странными.

Глядя на Мечину, у которой взгляд менялся каждую секунду, мне даже стало немного страшно.

Когда я молчала и слушала, Мечина начала рассказывать очевидно выдуманную историю.

— В отличие от тебя, наши родители... не имеют такой силы.

Мечина продолжала с опущенной головой, словно вынужденно открывалась:

— На самом деле я не хочу покидать герцогство, Виви.

— ...

— Наша семья скоро поедет в герцогство Швитц. Родители планируют присутствовать на инвестиционной презентации герцога Швитца. Но мне не нравится то место.

— Почему?

— Дочь герцога Швитца меня не любит. Она говорит, что родители бедные и никудышные. Каждый раз распускает обо мне слухи среди девочек, с которыми я дружу.

Мечина дрожала губами, как несчастная девочка, много выстрадавшая.

— Если не возражаешь, я хотела бы остаться в герцогстве, пока родители ездят в герцогство Швитц. Не могла бы ты попросить дядю разрешить мне остаться в герцогстве?

Из глаз Мечины наконец упали слёзы.

Капля за каплей.

Сначала слёзы просто капали, но вскоре это переросло в громкие рыдания.

Это был настолько жалостливый вид, что даже самый холодный и жестокий человек захотел бы её обнять от жалости.

— Это...

Но, как я уже говорила, я была исключением.

— Будет немного сложно. Извини.

Глаза Мечины расширились. Словно она не ожидала такого ответа.

— Это ведь не мой дом, а дом папочки. И приглашать гостей, и определять сроки пребывания — всё это решает папочка.

— Всхлип, т-тогда если ты, Виви, попросишь герцога...

— Не хочу доставлять папочке неудобства. У него и так много дел.

Я решительно отклонила просьбу Мечины.

Искажённое выражение лица впервые казалось искренним, что немного обнадеживало.

Наконец-то скинет маску притворщицы?

— Но всё же, Виви, всхлип, мне так страшно туда ехать.

Но, похоже, она ещё не потеряла надежду.

— Тогда лучше поехать к родственникам со стороны баронессы, чем в герцогство — это будет полезнее для тебя.

Поэтому я любезно сообщила ей, что надежды нет.

— ...Да.

Мечина, словно смирившись, грубо вытерла слёзы рукавом.

У меня в кармане был платок, но я знала, что если дам, то обратно не получу, поэтому не достала его и безучастно утешала Мечину.

— Не плачь. В герцогство ты всегда можешь приехать в гости.

На самом деле это ложь.

Больше не приезжай в гости. Никогда.

Как раз тогда Джейн вошла на террасу.

Я, как ребёнок, у которого начисто отсутствует чувство такта, радостно вскочила с места.

— Кекс! Он очень вкусный, Мечина.

Мечина кивнула со странным выражением — то ли сдерживая слёзы, то ли сердясь.

— Д-да. Выглядит вкусно...

Ну, кажется, всё хорошо разрешилось.

---

Хотя я ещё не призывала всех духов, по словам Терры, если есть благословение духов, можно заимствовать силу любого духа.

Я знала способ становления взрослой и освоила, как обращаться с духами.

Как раз Элиза и Лидия отсутствовали, так что некому было следить за мной по ночам.

Это означало, что построить дом в одиночку было не невозможно.

Но была проблема. Именно то, что для строительства дома нужны деньги на покупку материалов.

Однако какие деньги могли быть у меня, трёхлетнего ребёнка, чтобы собрать средства на строительство дома!

Способ был только один.

— Доложите.

По моему приказу слуга постучал в дверь папиного кабинета.

— Ваша светлость герцог, леди Вивьен пришла.

Изнутри не было слышно никакого ответа.

Неужели откажет из-за занятости?

Когда я беспокоилась, что пришла не вовремя...

Бах!

Внезапно дверь кабинета открылась, и папа вышел немного поспешным шагом.

Оглядевшись по сторонам, папа с лицом, словно что-то запоздало понял, посмотрел вниз.

— Не ослышался.

— Привет, папочка.

— Что привело тебя сюда?

— Хм, пришла поужинать вместе, но не знала, что вы всё ещё работаете.

И действительно, уже было время ужина.

Поскольку была зима, на улице было совсем темно. К тому же я видела, что помощники ушли домой ещё час назад!

— Осталось немного работы.

— Тогда вы заняты?

— Конечно нет.

Ещё до того, как я закончила вопрос, папа поспешно покачал головой.

— ...Работу можно сделать завтра.

— Хорошо. Хе-хе.

Я быстро схватила папу за руку, пока он не передумал.

— Пойдёмте скорее.

Папа, растерянно глядя на свою руку, которую я держала, хихикнул, а затем кивнул.

— Пойдём.

Я беспокоилась, что у него может быть слишком срочная работа, но, к счастью, всё обошлось.

Я поспешно направилась с папой в столовую.

Вскоре перед столом, за которым сидели папа и я, были красиво сервированы великолепные блюда, которые не будет преувеличением назвать пиром.

Папа положил на мою тарелку вкусно запечённую в масле куриную ножку.

— Ах! Это моё самое любимое блюдо.

— Знаю.

— Как же...

Собираясь спросить, откуда он знает, я вдруг поздно заметила, что все блюда на столе были моими любимыми.

Сначала подумала, что Джейн заранее сказала повару, но от Джейн не было никаких особых слов.

Судя по всему, это...

— Повар приготовил только мои любимые блюда. Это всё то, что я больше всего люблю!

На мои слова папа коротко рассмеялся.

— Видимо, так. Повару в этом месяце нужно дать премию.

— В прошлый раз вы хотели его уволить.

— Это...

Папа немного серьёзно посмотрел на меня.

— Потому что ты ешь так много, что можешь переесть.

Проблема же во мне.

Я глубоко вздохнула. У папы иногда были непредсказуемые стороны.

— В любом случае доктор Брэнди сказал, что с твоим телом всё в порядке...

Папа кашлянул и придвинул тарелку ближе ко мне.

— Ешь.

— Да, папочка вы тоже кушайте!

Тающая куриная ножка в масле словно пылесосом всасывалась в мой рот.

Вкус, текстура, ощущение при глотании — всё было идеальным.

Но куриная ножка в масле была лишь началом.

Жареные креветки и салат из морских водорослей, трюфельная паста, остро-сладкая пицца с большим количеством сыра поверх острого соуса.

Можно было поверить, что повар вложил душу в приготовление этих блюд.

Я усердно наслаждалась вкусом еды, даже не подозревая, что за этими великолепными блюдами стояли и морковка папиной премии, и кнут увольнения.

Через некоторое время живот был настолько плотно набит, что больше ничего не помещалось.

Опять переела.

Поскольку ела закуски с Мечиной, хотела поужинать легко.

Но после еды голова, кажется, стала работать намного быстрее обычного.

Стараясь думать позитивно, я осторожно заговорила:

— Папочка, а что насчёт моего подарка на день рождения?

Когда я осторожно заговорила об этом, папа вздрогнул и посмотрел на меня.

Сначала подумала, что ошиблась, но ясно видела, как дёрнулись его плечи, так что это было не моё воображение.

Почему он так удивился?

Неужели он не думал, что я действительно попрошу подарок на день рождения?

— Подарок на день рождения, вдруг, зачем...

— Дело в том...

Реакция была слишком вялой, что беспокоило, но ничего не поделаешь.

Если обещал исполнить всё, должен нести ответственность!

Но в отличие от этой уверенной мысли, голос был тихим, словно съёживающимся.

— Нельзя ли дать деньгами...?

— Что?

Лицо папы, которое застыло от растерянности, немного смягчилось.

— В прошлый раз вы говорили, что если мне что-то захочется, я могу обо всём сказать...

— Говорил.

Выражение лица папы наконец полностью расслабилось.

— Понятно. Речь об этом.

В каком-то смысле я требовала денег, но, судя по выражению его лица, сама просьба о деньгах не была проблемой.

Тогда почему он раньше испугался, словно его в чём-то поймали?

Может, он беспокоился, что я попрошу корону?

Я втайне улыбнулась, думая, что и беспокойство — тоже судьба.

— Сколько тебе нужно?

— Хм.

Я и сама не знала, сколько мне понадобится.

Поскольку я ещё не разбиралась в ценах, было трудно точно назвать нужную сумму.

Немного подумав, я ярко улыбнулась от внезапной мысли:

— Столько, насколько папочка меня любит?

На мгновение воцарилась тишина.

Хм, слишком переборщила?

Когда я собралась поспешно исправить сумму:

— Дворецкий.

— Да, ваша светлость.

— Сколько составляет награда из столицы за истребление чудовищ на пути в столицу?

— В наличии восемьдесят тысяч золотых, есть ещё не обналиченные.

— Все наличные отправьте в комнату Вивьен.

...Простите, что?

— Подождите, папочка.

Мне кажется, мне столько не понадобится.

Нет, разве это не слишком много денег для трёхлетнего ребёнка?!

— Слишком мало, не хватает?

— Н-нет.

Восемьдесят тысяч золотых — это мало?

К тому же как восемьдесят тысяч золотых могут не хватить!

Как бы я ни была несведуща в ценах, учитывая, что заграничная карета, которой хвастался Юстон, стоила пятьдесят тысяч золотых, можно было примерно представить.

То есть в земных единицах это деньги на покупку примерно полутора потрясающих заграничных машин.

Около ста пятидесяти миллионов?

Невозможно было точно перевести в земные ценности.

Но это определённо были огромные деньги, поэтому моё сердце трепетало от ожидания.

— Тогда, видимо, не мало.

Конечно! Как это могут быть малые деньги.

Единственное, что я сейчас могла сказать папе, — это, естественно, искренняя благодарность за такую невероятную щедрость.

— Папочка.

Папа смотрел на меня с высокомерным лицом, словно ожидая, какую прекрасную благодарность я выражу.

— Подождите, хм, пока что... нельзя ли не спускаться на второй этаж?

Весь второй этаж главного здания состоял из гостевых комнат.

Изначально планировалось сразу переехать, как только закончится моя комната, но из-за отсутствия Элизы я всё ещё жила в гостевой комнате.

— Хм? Почему?

— Это...

Я изо всех сил делала вид, что не замечаю жара лица, пылающего от смущения, и бодро закричала:

— Из-за папочки я так счастлива, что стучу по стенам, и они все разрушились... весь второй этаж превратился в одну комнату!

— Тогда.

Глаза и рот папы дрогнули от улыбки, вызванной умилением.

— Скоро и весь третий этаж станет одной комнатой.

На третьем этаже главного здания находились спальня и кабинет папы.

После долгого такого баловства мы закончили ужин, и нам подали фрукты на десерт.

Аккуратно накалывая клубнику вилкой, я вдруг вспомнила кое-что и позвала папу.

Папа, который пил чай и просматривал оставшиеся документы, перевёл взгляд на меня.

— У меня есть вопрос.

— Какой?

— В нашем поместье есть гильдия наёмников?

Папа кивнул, словно недоумевая, зачем спрашивать такую очевидную вещь.

— Гильдия наёмников хоть и центрируется в столице Либере, но разбросана по всему Ибриттону. В Ибриттоне, который находится на пути из южных регионов в столицу, она конечно же есть.

— Тогда есть и гильдия информации?

Я думала, он спросит, зачем мне это, но папа неожиданно просто кивнул, ничего не спрашивая.

— Есть.

— Тогда... есть и гильдия рабочей силы?

— Конечно.

То, что было сто лет назад, всё ещё существует.

Заново осознался факт, что по сравнению со ста лет назад отступила только строительная технология.

— Тогда где найти гильдию наёмников, гильдию информации и гильдию рабочей силы?

— Прежде чем отвечать.

Папа сделал глоток чая и поставил чашку на стол.

— Где ты об этом всём слышала?

Хм, где я слышала?

Не могу же сказать, что это понадобится для строительства дома.

В таких случаях просто...

— Юстон рассказывал! Говорил, что когда вырастет, будет использовать гильдию наёмников и гильдию информации, чтобы захватить власть.

На лице папы появилась лёгкая трещина.

Конечно, Юстон никогда такого не говорил, и даже если бы он делал это, для папы это не было бы угрозой, но...

— Хе-хе.

Имя Юстон существует, чтобы его можно было продать.

Я изобразила невинную улыбку, словно только что не солгала, и ждала ответа папы.

---

С восьмьюдесятью тысячами золотых, нет, даже с восемьюстами золотыми можно было сделать бесконечно много.

Получив кошелёк от папы, первым местом, куда я направилась, была гильдия рабочей силы.

Хотя было уже поздно ночью, в гильдии рабочей силы было много людей. Я удивилась этому факту, но случайно узнала причину.

Из-за блокировки экспортного пути шкур гоблинов охотники потеряли работу, и рабочей силы стало избыток.

Печально.

Сто лет назад, даже если бы путь экспорта шкур гоблинов был заблокирован, столько людей не потеряли бы работу.

В любом случае, по этой причине найти рабочих было не очень сложно.

Наняв трёх крепких мужчин, я поручила им очень простую работу.

— Купите двадцать деревьев сении и обработайте их по нужным мне размерам.

— Достаньте прессованную солому. Если прессованной нет, подойдёт и обычная в снопах.

— Достаньте шестьдесят шкур гоблинов хорошего качества.

Кроме обработки дерева, это была работа настолько лёгкая, что её мог выполнить любой, кто может пойти на рынок днём.

Поэтому ли, или мне просто повезло, но рабочие добросовестно выполнили задание, хотя я заплатила девяносто процентов вознаграждения авансом.

Все необходимые строительные материалы были собраны всего через три дня после того, как я наняла людей в гильдии рабочей силы.

Сложив строительные материалы на пустой поляне в лесу, я убедилась, что никого нет, и позвала Терру.

— Терра.

Как и при первой встрече с Террой, кончик носа коснулся свежий запах земли.

Воздух вокруг меня стал очень тёплым и мягким...

— Давно не виделись, дитя, не являющееся хранителем.

Терра появилась с добрым улыбкой.

— Я скучала по тебе.

— Я тоже скучала.

Собираясь сразу сказать Терре о деле, я вдруг поняла, что моя внешность изменилась с первого раза, и осторожно спросила:

— Вы не удивлены? Моя внешность изменилась...

На мой вопрос она внимательнее посмотрела на меня, а затем опустила взгляд на кольцо на моём пальце.

— Это дело рук артефакта времени.

Удивительно было то, что она сразу поняла причину этого изменения, но ещё больше меня поразили слова Терры о том, что кольцо — это артефакт.

Конечно, я предполагала, что это может быть артефакт, но через уста короля духов подтвердилось, что это действительно так.

— Я не удивилась. В моих глазах душа, чисто сияющая, видна яснее, чем твоя внешность.

— Чистая... душа?

Несколько дней назад я льстила папе всеми способами, чтобы выклянчить деньги, поэтому эти слова показались мне очень неловкими.

— С-спасибо.

— Я просто сказала то, что вижу. Но по какому делу ты меня сегодня позвала?

На её вопрос я наконец пришла в себя и сказала о цели:

— Есть просьба. Можно сказать?

— Конечно. Если это твоя просьба, я хочу сделать всё, что в моих силах.

Благодаря этим словам я смогла более спокойно сказать о своём желании.

То, о чём я попросила Терру, было большим бункером глубиной в три подземных этажа, размером со школьный стадион.

Сначала я думала делать это на пустом участке Элизы, но побоялась, что для начала строительства будет слишком много наблюдающих глаз.

Поэтому я придумала бункер, созданный с помощью силы Терры.

Конечно, при этом должна была быть предпосылка, что после завершения дома его можно будет перенести на пустой участок Элизы.

— Несложно.

Выслушав моё объяснение, Терра слегка закрыла глаза.

Одновременно земля сильно задрожала и раздался грохот, словно произошло землетрясение.

Но ждать долго не пришлось.

— Готово.

Придя в себя, я увидела, что рядом появилась небольшая пещера, ведущая вниз.

— Спускайся через неё. Увидимся внизу.

Когда Терра исчезла, я осторожно протиснулась в пещеру. Она была немного узкой, но не настолько, чтобы нельзя было спуститься вниз.

Проползя недолго, я смогла мягко приземлиться на мягкий пол.

— Вау.

Бункер, который создала Терра, был именно таким, как я представляла.

Высокий и просторный, находящийся глубоко под землёй, даже если кто-то пройдёт мимо этого места, звуки строительства дома не будут слышны.

— Нравится?

— Да, очень здорово. Спасибо!

— Если что-то понадобится, снова скажи.

Придя в себя, я увидела, что все строительные материалы, которые были на поверхности, тоже переместились в бункер.

Я с хорошим настроением смогла приступить к настоящему строительству.

Фух, тяжело.

Эта работа была для меня действительно давней.

Хотя знания немного поблекли, тело быстро адаптировалось благодаря опыту практики на каникулах и подработки на стройках во время учёбы.

Закончив установку каркаса, я легла на землю с усталым телом.

Но работа не была слишком тяжёлой благодаря помощи духов ветра.

Сначала я думала, что раз уже призвала Терру, то не смогу использовать духов других стихий.

Но Терра, словно поняв мои ошибочные мысли, сообщила мне неизвестную информацию.

— В отличие от других духов, короли духов, однажды спустившись в мир людей, могут являться и использовать свою силу без помощи священной реликвии.

Для меня, которая не сразу поняла, Терра добавила пояснение:

— Духи существуют потому, что есть природа. Это значит, что там, где есть природа, они могут существовать везде.

То есть суть в том, что короли духов могут существовать в мире людей без благословения духов, пока есть природа.

— Всё закончила?

Когда я лежала, Терра подошла, превратив землю под моим местом в мягкое ложе.

— Да, сегодняшняя работа, кажется, закончена. К тому же скоро утро.

— До рассвета ещё далеко.

— Правда?

Я удивлённо округлила глаза.

Естественно, я думала, что к моменту установки всего каркаса использую всё доступное время.

А, благодаря духам работа закончилась быстрее, чем ожидалось.

Не проверяв время, я этого не знала, но, видимо, было именно так.

— Тогда можно поработать ещё немного.

— Прежде чем продолжить, не думаешь ли ты призвать других королей духов?

— Других королей духов?

— Да. Все интересуются тобой из-за того, что я первой среди королей духов спустилась в мир людей.

Судя по тону, любопытство других королей духов не казалось плохим.

— Почему бы не призвать их?

— Дело в том...

На самом деле я об этом думала.

Но если король земных духов Терра обладала очень изящным и благородным характером, не было гарантии, что другие короли духов будут такими же.

До сих пор я откладывала попытки призвать других королей духов именно по этой причине.

Конечно, сказать это прямо было нельзя, поэтому я быстро подобрала любое оправдание.

— То, что я делаю, не настолько грандиозно, чтобы беспокоить королей духов своими просьбами. Боюсь, что они найдут это докучливым.

— Хм, среди них есть привередливые, но к тебе они будут снисходительны.

— Почему?

— Хоть ты и не хранитель, но ты очаровательна. В любом случае, я хочу порекомендовать тебе поскорее их призвать.

— Поскорее?

— Все они так достают меня своим любопытством о тебе.

Терра устало покачала головой.

Действительно, говорили, что священная реликвия, созданная совместными усилиями четырёх королей духов, впервые используется по назначению.

С точки зрения королей духов им просто не могло не быть любопытно.

Может, призвать их сейчас?

Как раз я узнала, что короли духов после первого призыва могут использовать свою силу независимо от священной реликвии.

Хотя было немного тревожно, но что плохого может случиться?

Терра определённо испытывает ко мне симпатию, поэтому если возникнет опасная ситуация, она не останется в стороне.

Закончив расчёты, я достала из кармана благословение духов.

---

Король духов — это тот, кто управляет и командует духами.

Терра, первый встреченный мною король земных духов, идеально соответствовала такому образу.

Поэтому я думала, что все короли духов, даже если их характер или симпатия ко мне будут отличаться, обладают схожим величием.

Что это было заблуждением, я точно поняла после призыва остальных трёх королей духов, которые, как оказалось, изводят Терру.

— Вода существует повсюду. Она существует и в телах людей. Без воды люди умирают. Поэтому я могу оживить что угодно и убить что угодно. Итак, дитя, не являющееся хранителем, что тебе нужно?

Король водных духов Элайм был немного... как Искусственный Интеллект.

Механическая манера речи, невозмутимое выражение лица и андрогинная внешность.

Невозможно было определить не только пол, но и характер, и мысли.

— Кхаха-ха! Наконец-то спуск в мир людей! Дитя, не являющееся хранителем, если желаешь завоевать мир, говори в любое время! Я превращу этот мир в море огня и заставлю всех преклонить колени перед тобой!

Король огненных духов Селион имел облик, близкий к мужскому.

Нет, судя по грубой линии подбородка и мускулистому телосложению, он определённо был мужчиной.

В лучшем случае он был пылким, в худшем — психопатом.

Сразу после призыва он начал шуметь, а сейчас без причины провоцировал Элайма и поджигал всё вокруг.

— Ах, Селион! Посиди спокойно! Нашей красотке жарко! Красотка, тебе нужен прохладный ветерок?

Король воздушных духов Сильф был хрупким мужчиной ослепительной красоты.

Но его характер был немного странным. Нет, очень странным.

Каждый раз, когда он говорил, вокруг него появлялись облачка в форме сердечек — кажется, это был задуманный эффект, но...

Самый странный.

После Терры он был вторым призванным королём духов, и я была настолько ошарашена!

В любом случае, эти четыре короля духов обладали совершенно разными характерами.

И они оказались гораздо более болтливыми, чем ожидалось.

Уши болят. Нет, голова болит?

Сначала это было терпимо, но когда они заговорили без перерыва, голова готова была расколоться.

Как сказала Терра, короли духов после призыва могут являться самостоятельно, пока есть природные объекты.

Сначала я считала это преимуществом, но теперь поняла, что это недостаток. Не было способа их отослать.

Хуже того, самочувствие ухудшалось.

Неужели опять?

Каждый раз, когда короли духов обменивались словами, я чувствовала, как энергия покидает всё моё тело.

Это напоминало симптомы, которые я испытывала в младенчестве при разговоре с Террой.

Разница была в том, что сейчас было намного болезненнее.

— Ах.

В конце концов я не выдержала и села на землю.

Короли духов, которые разговаривали между собой, испуганно подбежали ко мне.

— Что вдруг с ней происходит?! С нашим драгоценным призывателем!

Селион заорал.

И от его слов в голове словно произошло землетрясение — она снова сильно заболела.

— Я...

Я закрыла уши руками и сказала:

— Каждый раз, когда короли духов говорят, у меня очень болит голова.

Вероятно, факт общения с четырьмя божествами одновременно влиял на моё тело.

По спине стекал холодный пот.

Короли духов, осмотрев моё бледное лицо, разом разбежались.

Появившаяся неизвестно откуда Ундина подошла и стерла холодный пот со лба прохладной водой.

Наверное, они пошли решать эту проблему?

Благодаря Ундине, которая протёрла лоб, или благодаря тому, что четыре короля духов покинули это место, состояние тела было намного лучше, чем раньше.

Но всё же недостаточно хорошо, чтобы работать как до призыва королей духов.

— Фуу.

Я пришла в себя и проверила благословение духов.

Видя, что благословение духов голубого цвета, я поняла, что менять цвет не нужно.

— Сильф.

Сильф, который определённо защищал мои уши, восстановил свой первоначальный девичий облик и появился передо мной.

— Есть место, куда нужно попасть.

До полного рассвета оставалось ещё немного времени.

Однако было место, которое открывалось и начинало работать ещё до восхода солнца.

Это было последнее место, которое я посещу перед возвращением в герцогский замок.

---

Эриксон, единственный кузнец в Ронтауне, деревне, где располагался замок герцогства Анданте, был одним из самых рано встающих людей в Ронтауне.

В этом смысле сегодня он проснулся довольно поздно.

Зря съел утиное мясо, которым угостил Бокс.

Всю ночь мучился болями в животе и бегал в туалет, поэтому проснулся позже обычного.

Но всё же, как обычно, в то время, когда все жители Ронтауна спали, он направился по дороге к своему рабочему месту — кузнице.

Настроение неважное, сегодня не буду принимать заказы на оружие.

Когда Эриксон так думал и почти дошёл до кузницы, перед кузницей, где никого не должно было быть, стоял человек.

— К-кто там?

Испуганный Эриксон отступил на шаг.

В это время здесь никого не должно было быть.

Эриксон вытащил кинжал, который носил для самозащиты, и ещё раз отступил назад.

— А, вы пришли? Немного опоздали.

Однако, вопреки ожиданиям, донёсшийся до него голос принадлежал взрослой женщине.

— Давно не виделись. В прошлый раз я продавала кинжал, помните меня?

Когда Эриксон направил фонарь на лицо женщины, наконец стало видно её облик.

Блестящие серебристые волосы, голубые глаза и яркая улыбка.

Лицо Вивьен было настолько безобидным, что его испуг, от которого сердце чуть не выскочило, казался смешным.

— Напугали! Что за дела в такое время?

— Хочу сделать заказ.

— Заказ? Вы мне? Что, иголку для шитья попросить?

— Нет, иголка тоже хороша, но сейчас не то, что нужно.

Вивьен мягко отклонила грубоватые слова Эриксона и направилась к кузнице.

— У меня мало времени, поэтому перейду сразу к делу.

— Конечно.

Эриксон, думая, что за грандиозный заказ может быть, достал ключи.

— Прокладка труб — умеете? Хочу заказать именно это.

Но от слов Вивьен он уронил ключи на землю.

— Что?

— Не прошу сделать всё с нуля. Старые трубы могли заржаветь, и из них может течь ржавая вода, а дом мог обрушиться и повредить их, поэтому хочу попросить о ремонте.

Вивьен подняла ключи, которые он уронил, и протянула ему.

— Думаю, это вам по силам, верно?

— А-а зачем леди нужны трубы? Кто вы вообще такая?

Эриксон заикаясь пытался выяснить личность Вивьен.

Для него это было естественно.

Более тридцати лет работая кузнецом в Ронтауне, он никогда не получал заказов на прокладку труб.

То же самое касалось и ремонта. Изначально люди не знали, нужен ли ремонт труб.

Но кто эта женщина, которая делает такой заказ, который никто не делает?

— Я архитектор. Планирую построить новый дом на старом участке.

Вивьен легко раскрыла свою личность. Но на лице Эриксона по-прежнему было полно недоверия.

— Что за дом может строить такая мелюзга?

— Мелюзга я или нет — время покажет.

Вивьен, заметив светлеющие окрестности и поняв, что нужно поторопиться, спросила у него:

— Прокладка труб — разве это не та работа, которой вы хотели заниматься?

— Ну... это...

Её слова были правдой.

Большая часть знаний, которые Эриксон получил от отца, была техникой, которая ни разу не использовалась.

Работа, которую он делал до сих пор, была простой.

Если проезжие чужеземцы приносили сломанное оружие, он чинил его, а если жители деревни просили сделать инструменты, он делал и продавал их.

Единственной особенной работой была покупка полезного металла среди принесённого на продажу.

На самом деле он думал, что до самой смерти будет получать лёгкие заказы, которые займут максимум неделю, но заказ на прокладку труб!

Для него это был заказ, который стоило встретить с распростёртыми объятиями.

— Но на что мне полагаться...

Прокладка труб требует много времени.

Нужно пойти на участок и обеспечить место для установки труб, а также создать новые формы.

Более того, это очень дорогая работа, поэтому нельзя было браться за шуточный заказ.

В этот момент...

Звяк!

Словно прочитав его мысли, Вивьен достала кошелёк и положила его перед ним.

Глаза Эриксона расширились, когда он заглянул в кошелёк.

— Сколько же здесь...

— Пятьсот золотых. Когда закончите, дам ещё пятьсот.

— Э-это не та работа, на которую нужно столько денег...

— Знаю. Но нужно делать формы с нуля, и раз до сих пор не занимались прокладкой труб, придётся многое создавать заново. В следующий раз, когда буду заказывать, не дам столько.

— Следующий раз...?

— Если дело пойдёт хорошо, тогда не только я, но и другие люди смогут заказывать.

Вивьен мило улыбнулась.

— Используйте материалы, которые долго не ржавеют. Хотелось бы сохранить заказ в секрете до завершения, и ещё хочу попросить об особом процессе.

— Особый процесс? Что за процесс вы называете особым?

На вопрос Эриксона Вивьен, словно ждала этого, протянула документы, которые держала в руке.

— Я посмотрела на канализацию этой деревни. Канализация для бытовых отходов в реку была хорошо устроена. Но водопровода не было.

Использование подземных вод было технологией прошлого, возможной уже сто лет назад.

Конечно, подземные воды подавались не в каждый дом, а колодец или водопровод располагались в центре деревни, откуда люди носили воду для использования.

Но Вивьен знала, насколько неудобно носить воду для домашнего использования жарким летом или холодной зимой.

Она не хотела, чтобы Элиза и её семья жили в таких неудобных условиях.

— Пробурим водоносный слой, подключим большую трубу, а к большой трубе подключим маленькие трубы для создания водного резервуара.

— Водный резервуар...?

Это было слово, которое он слышал впервые. Но Эриксон смог без труда понять значение этого слова.

— Да. Если разместить водный резервуар выше дома, в доме можно будет использовать воду без особых технологий.

— А...

Даже получив устное объяснение, он, кажется, понял, о чём она говорит.

И Вивьен тоже могла понять, что Эриксон смутно понял её слова.

— Думаю, дальнейшие объяснения не понадобятся, поэтому оставлю здесь чертежи. Я тоже не очень опытна в этой части, так что это не идеально.

— Но вы специалист, поэтому с этим определённо справитесь.

Хотя отсутствие ответа немного тревожило, у неё ещё оставались заказы.

Умывальник, унитаз, кухонная раковина, водопроводный кран, ванна и так далее.

Нужно было добавить вещи, которые я считала необходимыми для удобства жизни.

Некоторых вещей не было в Ибриттоне сто лет назад, поэтому не знаю, возможно ли это.

— Остальные заказы вы поймёте, если посмотрите на чертежи. Тогда прошу начать строительство как можно скорее.

— П-подождите!

Эриксон поспешно остановил уходящую Вивьен.

— Л-леди, нет, как зовут архитектора?

Вместе с явно отличающейся от прежней вежливой речью.

Заметив это изменение, Вивьен радостно ответила:

— Виви.

— Виви... я, я Эриксон.

— Да, мистер Эриксон. Прошу хорошо поработать. Адрес тоже записан в тех документах, проверьте и посмотрите, я приду снова через неделю.

— Понял.

Закончив разговор с Эриксоном, Вивьен прошла несколько шагов, быстро вошла в лес и позвала Сильфа.

Если ещё немного задержаться, солнце могло полностью взойти.

На лице Вивьен, торопящей Сильфа, была заметна нескрываемая радость от удачного хода дел.

---

— Уху...

Видимо, я слишком переборщила.

Если подумать, такая усталость была естественной.

Всю ночь строила в теле взрослого, призвала трёх королей духов, потратила силы на то, чтобы слушать слова королей духов. И после всего этого ещё пошла в кузницу...

Больше никогда не буду заниматься такой безумной деятельностью.

Раньше, как бы ни была усталой, голод был сильнее, поэтому даже клюя носом, засовывала что-то в рот.

Но на этот раз была настолько усталой, что не могла даже есть.

— Леди, нужно вставать.

— Ещё десять минут...

— Если будете так медлить, его светлость герцог будет долго ждать.

— Папочка?

Я резко открыла глаза.

Но как ни думала, я не договаривалась с папой о встрече.

— Почему папочка ждёт?

— Завтра семья барона Адажио уезжает. Поэтому говорит, что будет обедать вместе.

— А...

Уже прошло столько времени.

После получения восьмидесяти тысяч золотых от папы я так погрузилась в строительство дома, что не замечала, как течёт время.

Если подумать, семья барона Адажио уже несколько недель оставалась в герцогстве, так что определённо пришло время уезжать.

Поскольку герцогство очень большое, а семья барона Адажио жила в пристройке, мы не часто встречались.

Но разница между наличием и отсутствием посторонних в доме была большой, поэтому факт их завтрашнего отъезда поднял мне настроение.

— И есть одна радостная новость для вас.

— Для меня?

— Да.

До сих пор из-за усталости не обращала внимания, но теперь видела, что выражение лица Джейн было намного ярче обычного.

— Какая радостная новость?

— Лидия и няня выезжают из столицы через две недели. Значит, самое позднее через три недели сможем увидеться.

— А как дела у Элизы? Она выздоровела?

— Да! Через две недели сломанная нога полностью срастётся, поэтому сказали, что можно возвращаться домой.

Это была одновременно хорошая и торопящая меня новость.

Хотя я не составляла чёткого плана, думала построить новый дом до возвращения Элизы, но три недели — довольно сжатые сроки.

Конечно, благодаря помощи духов дом можно завершить за три недели, но проблема была в трубах.

Меня беспокоило то, что Эриксон — неопытный человек, который никогда не занимался строительством.

Конечно, учитывая глаза, которые светились с момента упоминания о прокладке труб, воли сделать это было достаточно, но...

На следующей неделе нужно будет навестить.

Я привела мысли в порядок и ярко улыбнулась.

— Хорошие новости.

— Правда? Благодаря его светлости герцогу они удобно живут.

— Благодаря папочке?

— Говорят, он позволил жить в особняке в столице во время лечения.

Особняк в столице был местом, где я подвергалась насилию от той женщины до трёх лет.

— Расстояние до места, где есть врач, близко, и удобно вызывать домашнего доктора...

Джейн тоже поздно это поняла и вдруг остановилась с удивлённым лицом.

Но строго говоря, в самом особняке не было плохих воспоминаний.

Поскольку та женщина держала меня взаперти только в комнате, в памяти осталась только та старая грязная комната.

Та комната была грязной из-за отсутствия уборки, но другие хорошо обслуживаемые комнаты были бы удобными для проживания.

То, что папа сделал для Элизы и её семьи, было определённо добротой.

— Хочу скорее увидеть Лидию и Элизу.

Когда я завела другую тему, делая вид, что совсем не заметила, на лице Джейн наконец появилось облегчение.

— ...Лидия и няня тоже так говорят. В письме было написано, что они беспокоятся, не забудете ли вы их лица.

— Эй, не забуду.

Когда я энергично замахала руками, словно это абсолютно невозможно, Джейн игриво спросила:

— Если я уеду далеко, тоже не забудете?

— Конечно. Но лучше никуда не уезжай.

— Почему?

Хм, почему?

Потому что Джейн теперь очень дорогой мне человек и...

— Потому что мы договорились всю жизнь делиться вкусным.

Джейн помолчала, а затем внезапно крепко обняла меня и стала тереться лицом о моё лицо.

— Наша леди, что делать, если вы такая милая и очаровательная. Уже сейчас жалко до смерти.

— Джейн, задыхаюсь...

— Как хорошо, что я ваша горничная.

Несмотря на мои попытки вырваться, Джейн отпустила меня только после поцелуя в лоб.

— Принесу воду для умывания!

Глядя на Джейн, которая бодро говорила и выходила наружу, на моём лице, с которого уже сошла усталость, тоже появилась улыбка.

В этот момент...

— Красотка!

Этот голос...

Когда я удивлённо подняла голову, увидела красивое лицо Сильфа.

— Господин Сильф?

— Кя! Наша красотка в детском облике ещё милее и очаровательнее! Это же нечестно!

Суетливо появившийся Сильф кружился вокруг меня, с любопытством наблюдая за моим видом.

Остановил его Селион, который появился следом.

— Прекрати. Каждое ненужное слово становится бременем для дитя, не являющегося хранителем.

Его слова были правдой.

Вчера в теле взрослого я, кажется, довольно долго держалась, но сегодня тело детское, плюс накопилась усталость — не услышав и нескольких слов, я уже чувствовала себя умирающей.

— А, верно. Прости, красотка.

Когда Сильф извинился и отступил, одновременно появились Элайм и Терра.

Ах, я покойник.

Если эти четверо заговорят одновременно, то даже по одному слову от каждого — уже четыре слова, как это выдержать?

От накатившего отчаяния я забыла, что нахожусь перед королями духов, и сделала плачущее лицо.

Тогда Элайм открыл рот своей ИИ-подобной манерой:

— Мы нашли способ.

— ...

— Мы существа, принадлежащие природе. Поэтому можем наблюдать за тобой, не показывая себя. Проблема в общении, поэтому мы её решили.

Когда Элайм раскрыл ладонь к небу, над ней плавно появился полупрозрачный юноша, полностью белого цвета.

— Это наш представитель.

[Здравствуйте. Я представитель королей духов, дух Раум.]

Раум? Это имя не появлялось даже в «Истории королей духов», где встречались всевозможные духи.

Судя по белому телу, он не принадлежит ни к одной из четырёх стихий.

[Верно. Я был создан для связи между вами, не являющимся хранителем, и четырьмя королями духов. Поэтому мой облик видите только вы.]

Ой, он сейчас прочитал мои мысли?

[Правильно. При желании вы можете заблокировать это, и заблокированные мысли не будут переданы четырём королям духов.]

Кажется, я понимала, о чём речь, но всё равно было запутанно.

Элайм, видя моё состояние, добавил объяснение:

— Мы будем рядом с тобой, но поскольку не знаем, какое влияние может оказать даже само наше присутствие, решили не показываться, если не нужно. И отныне наши слова будет передавать Раум.

— Как он может передавать?

Одновременно с моим вопросом четыре короля духов плавно исчезли.

Когда я поворачивала голову, ища их после внезапного исчезновения, Раум, словно ждал этого, заговорил:

[«Король огненных духов Селион» громко смеётся, говоря, что вот так это и делается.]

[«Король водных духов Элайм» спокойно говорит, что это очень эффективный способ, и что он сам его придумал.]

[«Король воздушных духов Сильф» подмигивает, говоря, что счастлив видеть нашу красотку таким образом.]

[«Король земных духов Терра» кладёт руку на грудь и с облегчением говорит, что хорошо, что больше не будет падений.]

Вот как это работает.

...Идея довольно хорошая?

[«Король водных духов Элайм» ещё раз подчёркивает, что этот метод придумал он.]

Реальный Элайм был очень механичным и жёстким, но через уста Раума это почему-то казалось милым, и я не смогла сдержать смех.

---

Хотя я была очень уставшей, но также послушным ребёнком.

Пока Джейн вытирала мне лицо тёплым полотенцем, я не капризничала ни разу, а во время надевания платья вела себя тихо, чтобы можно было застегнуть пуговицы.

— Ай, какая хорошая.

Это определённо не из-за шоколада, который Джейн давала мне в рот вместе с похвалой.

В любом случае, благодаря моему сотрудничеству, мы смогли очень быстро закончить всю подготовку, несмотря на поздний старт.

— Как наша леди может быть такой милой, очаровательной и прелестной? Это нечестно!

Джейн с лицом, выражающим желание меня покусать, достала фотокамень, который наконец доставили недавно.

— Леди, улыбнитесь.

— А? Вот так?

Когда я неловко подняла уголки губ, Джейн закричала и начала щёлкать фотографии.

— Эта непривычность! Это выражение удивления! Каждая деталь такая милая!

[«Король воздушных духов Сильф» жаждет фотокамня, говоря, что тоже хочет наснимать красотку и создать коллекцию.]

[«Король водных духов Элайм» указывает, что в мире духов невозможно чем-либо владеть.]

[«Король земных духов Терра» успокаивает королей духов, говоря, что запишет эту сцену силой земли.]

[«Король огненных духов Селион» на эти слова останавливает подготовку извержения вулкана. Спящий вулкан на западе континента Эласия чуть не начал активность.]

Каждый раз, когда я слышала слова Раума, я всё ещё не привыкла и вздрагивала, но слушать рассказы королей духов было интересно.

Когда я фыркнула и рассмеялась, Джейн с амбициозным лицом, словно ждала этого момента, щёлкнула фотографию.

— В-вообще-то, Джейн...

Такая игра в модель была неплохой, но времени уже прошло много.

Когда я указала пальцем на часы, Джейн, словно пришла в себя, опустила фотокамень.

— Ой, на что я смотрела.

— Так опоздаем...

— Не опоздаем раньше его светлости герцога. Когда шла сюда, слышала, что совещание всё ещё затягивается.

— Из-за чего?

— Этого не слышала, но, наверное, из-за экспорта шкур гоблинов.

Если провести капитальный ремонт старых домов в Ибриттоне, спрос на шкуры гоблинов возрастёт настолько, что их будет не хватать...

Не могла сказать то, что знала, поэтому на душе было очень тяжело.

Пока я сожалела, Джейн поправила растрёпанную ленту на шее. Затем глубоко вздохнула.

— Из-за леди у меня в последнее время много забот.

— А? Почему?

— То хочется, чтобы на вас смотрела только я, то хочется похвастаться перед всем миром, показать нашу леди...

— Хватит, Джейн.

Вот это фанатка-горничная.

Когда я собиралась поцокать языком...

[«Король воздушных духов Сильф» яростно кивает, соглашаясь со словами этого милого человека.]

...Я решила передумать.

Раз есть фанатик-король духов, то фанатка-горничная — не такая уж странность.

---

У Мечины с утра было плохое настроение.

Она злилась из-за того, что с момента приезда в герцогство до дня отъезда ничего не пошло по плану.

Почему так получилось?

Определённо обольстить трёхлетнего ребёнка добрым лицом не было таким уж сложным делом.

Глупые дети младше неё просто хорошо следовали указаниям.

Чем эта девчонка отличается.

Мечина скрипела зубами и тяжело дышала.

— Мечина, я же говорила не грызть ногти.

— Простите.

На предупреждение баронессы Адажио Мечина наконец тихо положила руки на колени.

— И дядя такой, и эта маленькая девчонка опаздывает. Они что, нас не уважают!

Барон Адажио недовольно нахмурился.

— Потерпите, дорогой. Раз совет старейшин решил поддержать нашего Юстона, сколько дней этим людям осталось задирать нос?

— Это да, но...

— На этот раз мы приехали как гости, но в следующий раз можем приехать, чтобы захватить это герцогство. Не так ли?

На эти слова гневное лицо барона Адажио, кажется, немного смягчилось.

— Хм, здесь не стоит говорить о таких вещах. У стен есть уши.

— В этом открытом саду какие уши могут быть? Хо-хо-хо, в любом случае не расстраивайтесь. Скоро это место станет нашим.

Но Мечина совершенно не могла согласиться со словами матери.

Герцог Анданте, которого она видела, был настолько необычным человеком, что трудно было поверить, что он одной крови с отцом — бароном Адажио.

Хотя у них были одинаковые серебристые волосы и красные глаза, они были слишком разными.

Герцог Анданте излучал потрясающую харизму и величие, которое нельзя было проигнорировать, а у барона Адажио была только красивая внешность.

От отца она ни разу не чувствовала такой харизмы и страха.

Юстон, который был хуже отца и ещё глупее, был ещё хуже.

Мечина тоже жаждала огромного богатства этого герцогства, но не могла представить, чтобы Юстон захватил герцогство.

Поэтому это последний шанс.

Пока вся семья барона Адажио ела заранее поданные закуски, Мечина даже не двигала ложкой, тихо ожидая отца и дочь Анданте.

Вскоре первой появилась Вивьен.

— Здравствуйте. Извините за опоздание.

Вежливо поклонившись и сев на место, Вивьен, видимо, снова испортила настроение баронессе, которая, словно ждала этого, заговорила:

— Ты каждый раз опаздываешь, Вивьен.

— ...

— По одному тебе видно, насколько расшатана дисциплина в герцогском доме.

— Как смеешь заставлять нас ждать, что у тебя с головой?

Юстон тоже поддержал мать, яростно размахивая кулаками.

Это была хорошая возможность заработать очки, поэтому Мечина с сожалеющим лицом остановила Юстона:

— Прекрати. Виви ещё маленькая. И то, что Виви опаздывает — полностью вина горничной.

— Хозяин низкого уровня держит при себе слуг низкого уровня.

От слов баронессы Адажио атмосфера стала ещё более холодной, словно температура упала на несколько градусов.

Отлично.

В таких ситуациях маленький ребёнок ещё больше полюбит того, кто протянет ему руку.

Мечина мило улыбнулась и поздоровалась:

— Привет, Виви, давно не виделись.

— Да, Мечина. Привет.

На приветствие Мечины я ответила взаимностью.

— Хотела увидеться ещё раз перед отъездом, но времени не было. Очень жаль.

На самом деле времени не хватало не у Мечины, а у меня.

Хотя я не избегала её специально, каждый раз, когда Мечина приходила, я либо ела, либо спала. Или же меня вообще не было на месте.

Наверное, с точки зрения Мечины казалось, что я её избегаю.

Для моего психического здоровья это был довольно хороший выбор, но обычно при общении с притворщицей нужно притворство!

— Я тоже так думаю, приезжай ещё в гости.

Почувствовав бездушность в моих словах, лицо Мечины на мгновение окаменело.

Но, как и ожидалось, вскоре она кивнула с доброжелательным выражением, словно ничего не было.

— Если Вивьен пригласит, обязательно приеду в гости. Пригласишь меня?

— Да, давай ещё поедим что-нибудь вкусное.

Тогда баронесса Адажио холодным голосом сказала:

— Вивьен, тебе хорошо. Наша Мечина тебя очень любит, хотя мне не нравится, что она с тобой общается, но нет родителей, которые могли бы переубедить детей.

— Хи-хи.

Юстон подло засмеялся.

— Мечина, слышала? Не расстраивай маму и не играй с такой, как она.

Баронесса Адажио из категории невежд или притворщиков?

Судя по тому, что она показывала до сих пор, она разочаровывает больше Мечины, видимо, всё-таки невежда.

Пока я серьёзно анализировала баронессу Адажио как личность, внезапно послышались голоса королей духов.

[«Король огненных духов Селион» выражает неприятие, говоря, что это отвратительный человек.]

[«Король воздушных духов Сильф» размахивает кулаками, говоря, что уродка, которая трогает нашу красотку, не смешна.]

— Пфф!

Ой, нельзя смеяться.

То, что короли духов так оценивают людей, показалось мне смешным.

— Ты сейчас смеялась над моими словами?!

Тогда баронесса Адажио закричала и встала с места.

— Неестественная, коварная и мрачная! Вот почему нельзя воспитывать детей без мамы.

— Хи-хи-хи, говорит, что выросла без мамы!

Слишком частые оскорбления становятся скучными.

От неизменных ругательств этих двух людей мне уже хотелось зевнуть, но короли духов, которые видели эту ситуацию впервые, казалось, разозлились.

[«Король огненных духов Селион» кричит, что может прямо сейчас поджарить эту мать с сыном, если захотите.]

[«Король воздушных духов Сильф» горячо просит не обращать внимания, говоря, что красотка должна слышать только красивые слова.]

[«Король земных духов Терра» советует не прислушиваться к негативным словам, а лучше пожалеть их.]

Спасибо, короли духов. Но не беспокойтесь.

В конце концов, мать и сын Адажио ведут себя так, потому что думают, что могут меня ранить.

Но это просто смешное заблуждение.

За кого они меня принимают!

Хоть я и выгляжу так, но у меня такая полная превратностей жизнь на третьем круге, что я могла бы прочитать лекцию о трудностях и невзгодах.

В первой жизни родители меня бросили, а бабушка только проклинала, но я бодро жила.

Во второй жизни тоже с родителями, которые были хуже, чем их отсутствие, я спокойно искала свой путь.

По сравнению с этим нынешняя жизнь...

Слишком гладкая.

К тому же у меня есть папа, который прибегает каждый раз, когда опасность.

Даже наш папа здесь самый сильный. К тому же, честно говоря, характер у него не очень хороший. Иногда и с головой немного...

Ах, нет.

В любом случае, поэтому я могла уверенно сказать:

— Тогда если у Юстона есть мама, то почему он такой?

Туманное лицо барона Адажио,

Растерянное лицо баронессы Адажио,

Глупое лицо Юстона, словно он недоумевает, почему его зацепили,

И наконец, явно удивлённое лицо Мечины — проверив всё по порядку, я вбила последний гвоздь.

Красивые стол и стулья с изогнутыми ножками и золотой резьбой хорошо сочетались с садовым пейзажем.

На столе блюда в золотых тарелках, возбуждающие аппетит, тоже были просто идеальными.

Проблемой были лишь несколько людей низкого уровня, сидящих за столом.

Нужно быстро поесть и уйти!

Мне очень не нравились эти несколько людей низкого уровня, поэтому я думала быстро закончить еду и ела.

У-а-а, слишком вкусно...

Видимо, повар постарался, поскольку это была трапеза после долгого времени.

Каждое блюдо, которое я пробовала, было фантастическим, вызывающим восхищение.

А?

Усердно поедая, я почувствовала что-то странное и посмотрела на тарелку.

Кажется, я наелась досыта, но почему количество еды не уменьшается...?

Мне кажется?

Подняв голову, я увидела семью барона Адажио, которая с растерянными лицами попеременно смотрела на папу и меня.

Не понимая причины, я посмотрела на папу, но у него было спокойное выражение лица без малейшего волнения.

Может, что-то произошло без ведома папы и меня?

Я пожала плечами и потянулась к апельсиновому соку . Тогда папа поднял стакан и поднёс его к моим губам.

— Хм?

— Пей.

Папа, наверное, думает, что я всё ещё младенец.

Я энергично покачала головой.

— Всё в порядке, папочка. Я могу пить сама.

— Этот стакан тяжёлый для твоих маленьких рук.

На слова папы я попеременно посмотрела на свои руки и стеклянный стакан.

Не думаю, что это слишком тяжело...

Но если я буду держать, а руки поскользнутся и стакан разобьётся, кто-то может пострадать из-за меня.

Когда я более-менее согласилась и собралась пить напиток, Джейн с побледневшим лицом подошла ближе.

— В-ваша светлость герцог. Я поддержу стакан леди.

— Не нужно.

— Но вам будет неудобно...

— Неудобно не будет.

Выражение лица папы было очень решительным.

Посторонний человек мог бы подумать, что у папы есть миссия помочь мне пить апельсиновый сок.

Почему он так делает.

Не понимала, но в любом случае, видя такое упрямство, моё дело было решено.

Эх, что поделаешь. Притворюсь, что не могу устоять, и выпью несколько глотков.

Когда я поднесла рот, папа одной рукой поддержал мой подбородок, а другой наклонил стакан.

— Спасибо.

Допив апельсиновый сок, я вежливо поблагодарила и подняла голову.

И тогда я увидела совершенно побледневшие лица семьи барона Адажио.

А те почему опять такие?

У них были выражения, словно они увидели что-то неприличное.

Папа тоже почувствовал такое же неудобство и с жёстким лицом спросил:

— Есть что сказать?

— Нет.

Барон Адажио жалко отвечал, но вдруг с лицом, словно что-то вспомнил, снова покачал головой.

— А, нет, если подумать, есть что сказать.

— Что?

— Речь о том инвестиционном разговоре.

Лицо папы нахмурилось, но он храбро продолжил:

— Не могли бы вы ещё раз подумать, брат?

— Я же говорил, что больше не хочу об этом говорить.

— Сегодня уезжаю, поэтому в последний раз прошу. Брат, для меня это единственный шанс. Вы же знаете, что обычно я послушно следую вашим словам.

— Я чётко сказал, что этот разговор окончен.

На холодный отказ папы барон Адажио замялся и глубоко опустил голову.

Папа так холодно отрезал, что я думала, больше никто ничего не скажет, но неожиданно барон снова заговорил:

— Я тоже глава семьи.

Вместе с этими словами он поднял голову, и на его лице была решимость, которой раньше не видела.

— Юстон тоже растёт, и Мечина уже достигла возраста для поступления в академию. В ситуации, когда не могу нанять домашнего учителя, хочу хотя бы отправить в академию — это сердце отца. Вы тоже как отец поймёте моё сердце...!

— Я в порядке.

Пока я внимательно слушала, думая, что это самое убедительное из того, что говорил барон, вдруг вмешалась Мечина.

Барон Адажио с выпученными глазами удивлённо посмотрел на Мечину.

Время попкорна.

Увидев торжественное лицо Мечины, я поняла.

Мечина собиралась продемонстрировать здесь пик своего актёрского мастерства.

Определённо затеяла это, чтобы достичь цели остаться в герцогстве.

Не знаю, почему она так хочет остаться в герцогстве...

Я с интересом наблюдала за шоу, которое устраивала Мечина.

— Простите, что не сказала заранее, отец, мать. На самом деле, после приезда в герцогство я кое-что решила.

— О чём ты говоришь? Сейчас отец разговаривает с его светлостью герцогом.

Баронесса, казалось, хотела отругать Мечину и заставить её замолчать, но Мечина быстро высказалась:

— У меня есть что сказать по этому поводу. Мне не нужно идти в академию. Потому что я собираюсь стать горничной в герцогстве.

— Что ты сказала?

Барон Адажио с грохотом ударил по столу и встал.

— Что это за речи, Мечина!

— Слышала, что, став горничной, можно получить высшее образование по этикету и другим предметам. Нашей семье не по карману оплачивать моё обучение, поэтому...

Мечина с жалким выражением объяснила причины своего решения, а затем повернулась к папе.

— Дядя, нет, ваша светлость герцог. Не могли бы вы принять меня как горничную-компаньонку для Виви?

А? Внезапно моя горничная-компаньонка?

— Я очень люблю Виви. Хоть я ещё многого не знаю, но если обучусь, определённо справлюсь. С детства часто слышала, что умная.

Супруги барона Адажио выглядели совершенно потерявшими дар речи, а папа молчал.

Судя по этой реакции, Мечина действовала в одиночку. Возможно, поэтому атмосфера не разрядилась.

В холодном молчании Мечина на этот раз посмотрела на меня.

— Виви.

Мечина умоляющим голосом взмолилась мне:

— Мы же дружим. К тому же я тебя действительно люблю и дорожу тобой. Поэтому скажи его светлости герцогу. Да?

— ...

— Ты ведь тоже меня любишь? Мы ведь разговаривали о разном. Мне нравится болтать с тобой и гулять.

Теперь в глазах Мечины даже блестели слёзы.

— Я прошу не потому, что ты моя двоюродная сестра. Я буду усердно учиться, чтобы не доставлять неудобств герцогскому дому. И моя любовь к тебе не изменится...

Раз уж показывать спектакль, то можно было бы больше пошевелить мозгами. Почему репертуар такой предсказуемый?

— Извини, но.

Я сглотнула вздох и прервала всхлипывающую Мечину.

— Я против, Мечина.

От решительного отказа лицо Мечины мучительно исказилось.

В её глазах была полная предательства, словно она не ожидала, что именно я так откажу.

Я встретила этот взгляд прямо и спокойно объяснила причину:

— Если Мечина станет моей горничной, будет неудобно. Я хочу жить спокойно, как сейчас.

— Виви, такого не будет. Как я сказала, я...

— Хватит.

Папа прервал слова Мечины и посмотрел на барона Адажио.

— Кархан, ты сказал, что все твои дети достигли возраста поступления в академию?

— Д-да, брат.

— ...Если дети пройдут вступительные экзамены в академию, я оплачу всю учёбу.

— Что? Н-не нужно до такого...

Барон Адажио, потерявший предлог для получения инвестиций, неохотно покачал головой, но папа был непреклонен.

— Это решение принято, потому что я понимаю твою любовь к детям. И Мечина.

— Да, ваша светлость герцог.

— Я не доверяю свою дочь любителям.

— ...

— Если хочешь получить образование, учись, чтобы поступить в академию.

Мечина глубоко опустила покрасневшее лицо. Её маленькие плечи мелко дрожали.

Это определённо была злость от того, что всё идёт не по её плану.

И в такой ситуации она опускает голову, чтобы не показать выражение лица — вот это мастерство притворщицы.

Чтобы не опозорить репутацию братьев-невежд, Юстону нужно было постараться стать ещё более невежественным.

В любом случае решение папы было настолько безупречным, что хотелось аплодировать.

Он перекрыл предлог барона Адажио для займа денег и одновременно предоставил возможность детям семьи, желающим получить образование.

Думая, что папа действительно достоин титула светлейшего герцога Анданте, я почему-то почувствовала гордость.

— В-ваша светлость герцог.

К нам, более-менее закончившим трапезу, подошёл дворецкий Эндрю, которого я видела каждый раз, идя в папин кабинет.

— То, что вы просили, полностью готово.

— Понятно.

— Принести сейчас?

— Да, так и сделай.

А? О чём говорил папа?

Может, он приготовил подарки для семьи барона Адажио, которая сегодня покидает герцогство?

Когда я недоумённо склонила голову...

И-и-хн—

Послышалось ржание лошадей и стук копыт.

Обернувшись, я увидела чёрную карету, которую тащили четыре чёрных коня, въезжающую в сад.

Хм?

Это была не та карета, которой обычно пользовался папа.

Кто приехал?

Я недоумённо наблюдала за приближающейся каретой.

Карета с гладким чёрным корпусом по мере приближения демонстрировала свою элегантность и изысканность.

Украшение в виде колючих лоз было вырезано на поверхности кареты рельефом по краям и покрашено золотом.

Этого было достаточно для роскоши, но также впечатляли маленькие бриллианты, выстроенные рядами в нижней и верхней частях кареты.

Наконец, большой красный драгоценный камень на самом верху кареты был настоящим завершающим штрихом.

Карета выглядела простой по дизайну, но дорогой.

Даже лошади, тащившие карету, имели блестящую шерсть и крепкое телосложение — выглядели очень сильными и храбрыми.

— Э-это...!

Тогда Юстон внезапно закричал:

— Эмблема быка под каретой... разве это не символ мастера Ламборгини!

— Что? Не может быть!

На слова Юстона барон Адажио с покрасневшим лицом встал с места.

— Такую карету может иметь только...

Барон Адажио, бормотавший как потерянный, внезапно с выпученными глазами посмотрел на папу.

— Неужели вы лично заказали у Ламборгини, брат?

Не знаю, кто такой мастер Ламборгини, но судя по реакции Юстона и барона Адажио, он более знаменитый мастер, чем их хвалёный Бенц.

— Верно.

Когда папа кивнул, лица семьи барона Адажио тонко исказились.

Казалось, они пытались не показать вида, но в их взглядах я могла увидеть зависть и ревность.

На самом деле карета была настолько красивой, что любой позавидовал бы.

— Ваша светлость герцог, это письмо благодарности, написанное собственноручно мастером Ламборгини.

— Прочитай.

— Понял.

По приказу папы дворецкий развернул письмо и начал читать:

— Спасибо за заказ кареты по индивидуальному проекту 1:1. Сотрудничество с Башней Магов было впервые, поэтому это была очень интересная и приятная работа.

Сотрудничество с Башней Магов?

Что же они сделали с каретой, что понадобилось сотрудничество с Башней Магов?

Я с любопытством слушала письмо, которое читал дворецкий.

И вскоре поняла, почему понадобилось сотрудничество с Башней Магов.

— Колёса изготовлены из мифрила с горы Эбелас, шины — из слизи слаймов. Никогда не скользят даже на снегу и в дождь.

До сих пор это была более-менее обычная карета. Но следующее содержание заставило усомниться в своих ушах.

— Сиденья внутри изготовлены из ткани высшего качества из шерсти селатоса с водонепроницаемой функцией, включают регулировку высоты и угла спинки, а также контроль температуры сиденья.

Это же уровень автомобильных сидений XXI века с Земли.

— Шумоизоляция и подавление вибрации дважды тщательно проработаны — технически и защитной магией.

Содержание было удивительным, но изюминкой было это:

— На случай нападения на кучера предусмотрена экстренная магия автономного вождения, доступная 3 раза по 30 минут, возможно повторное использование при зарядке магических камней.

Письмо заканчивалось тем, что все функции помещены в один пульт управления, чтобы даже ребёнок мог им пользоваться.

Не только я была ошеломлена этим потрясающим содержанием — после того как дворецкий закончил читать письмо, никто не открывал рот.

Я тупо смотрела только на золотую эмблему быка, выгравированную на сиденье кучера.

В этот момент...

— Виви.

— Да?

Когда я подняла голову на зов папы, передо мной протянулась рука.

А? Взять её?

Когда я машинально протянула руку, папа мягко взял мою руку и поднял меня. И сказал грубоватым голосом, не соответствующим нежному прикосновению:

— Это твой подарок на день рождения.

На эти слова семья барона Адажио ахнула.

Я тоже была совершенно не готова к этому и была в растерянности.

— Н-но вы уже дали...

— То был первый подарок на день рождения.

— Тогда это...

— Второй подарок на день рождения.

Боже мой.

Молодая, богатая и красивая!

В этот момент я очень глубоко осознала, что это может меня описывать.

Придя в себя после оцепенения, я обнаружила, что уже стою перед каретой, ведомая папиной рукой.

Возможно, потому что услышала, что это моё, блеск кареты вблизи казался ещё более гладким.

Когда папа нажал одну из кнопок на пульте, из-под кареты бесшумно выдвинулись низкие ступеньки.

— Вау.

Казалось, что даже с этими короткими ножками я смогу садиться и выходить самостоятельно, без чьей-либо помощи.

Прямо перед тем, как я возбуждённо выставила ногу, папа наклонился к моему уху и тихо прошептал:

— Теперь тебе не нужно завидовать карете Бенца.

А? Я никогда не завидовала...

Но в любом случае в этот момент мне нужно было что-то сказать.

— Спасибо, папочка.

Дорогие подарки — это всегда приятно.

Мне было очень хорошо на душе, потому что я невольно осадила высокомерие семьи барона Адажио, хвастающейся золотой каретой.

— Есть что сказать ещё?

Нужно ли что-то ещё, кроме благодарности?

Но от трёхлетнего ребёнка вряд ли ожидают чего-то материального, хм.

Задумавшись, я на всякий случай осторожно открыла рот:

— Э...

Когда я собралась что-то сказать, глаза папы почему-то заблестели.

Неужели моя догадка верна?

Немного подумав, я сначала хлопнула в ладоши.

— Папочка действительно очень-очень замечательный! Самый лучший!

На губах папы появилась лёгкая улыбка, но он не был доволен настолько, насколько я ожидала.

Может быть, это показалось, но у меня было чувство, что он как-то разочарован.

Тогда...

Осторожно поглядывая на папу, я аккуратно заговорила:

— На самом деле... когда я вижу такого папочку, чувствую какую-то стену.

Папа посмотрел на меня с очень суровым лицом, словно недоумевая, что за слова.

— Ты чувствуешь от меня стену?

— Да.

Хотя в голосе свистел холодный ветер, я уверенно кивнула.

— Со-вер-шен-ство.

— Что?

— От папочки чувствую «совершенство».

Лицо горячо вспыхнуло.

Но выражение лица папы стало несравнимо светлее, чем когда я просто похвалила его как замечательного. Он определённо был доволен.

...Да. Хоть и немного стыдно, но раз так нравится, то это мелочи.

Пока я так справлялась со стыдом...

[«Король огненных духов Селион» стучит кулаками по мускулистому торсу и спрашивает, не чувствуется ли от него стена.]

[«Король воздушных духов Сильф» хвалит, откуда наша красотка научилась такому чувству, и посылает взгляд с тайной надеждой.]

[«Король земных духов Терра» советует, что этих двоих не остановить, и лучше их игнорировать.]

[«Король водных духов Элайм» направляет леди, говоря, что в таких случаях нужно кричать «железная стена».]

Боже мой.

Я схватилась за голову, чувствуя головокружение.

---

Уход семьи барона Адажио был довольно жалким.

Пока карета Ламборгини стояла тут как тут, их золотая карета больше не могла быть предметом гордости.

Барон Адажио до конца имел лицо, полное поражения, лицо баронессы тоже было бледным, а состояние Юстона и Мечины тоже было неважным.

Юстон, который смотрел на карету Ламборгини пылающими от зависти глазами, на самом деле не очень удивлял, но Мечина была немного тревожной.

Выглядела плохо.

Ну, хоть и жаль примадонну, потерявшую сцену, но это не моё дело.

Они теперь ушли, а у меня было своё дело, на котором нужно сосредоточиться.

— Силайрон.

В глухую ночь, снова тайно выбравшись из герцогства, я по прибытии в бункер сразу призвала высшего духа ветра. Естественно, чтобы заставить работать.

— Принеси снопы соломы из амбара герцогства. Столько, чтобы заполнить всю эту зону. Только во время переноски ни в коем случае нельзя попадаться на глаза.

Силайрон сразу исчез, чтобы выполнить мой приказ.

А, это мне рассказали короли духов — при использовании духов, если я знаю содержание, не нужно объяснять подробно.

Говорят, что как только призовёшь духа, с тех пор часть разума связывается с духом.

Поэтому если это место, положение, предмет, которые я знаю, то не нужно объяснять — дух будет действовать на основе информации в моей голове.

Это означало, что я могла продолжать строительство, заставляя духов работать, даже если сама не буду на месте.

Поскольку я использовала благословение духов, энергия не будет уходить из моего тела, поэтому ситуация была ещё лучше.

Немного неудобно было то, что когда мне нужно управлять духом ветра, я не могу призвать духов других стихий.

Высший дух ветра Силайрон и низший дух ветра Сильф могли действовать вместе, но Силайрон и низший дух воды Ундину вместе использовать нельзя.

Поэтому сейчас я усердно размешивала тесто из вайтриса, которое обычно попросила бы сделать Ундину.

— Ай-яй.

Я стонала, размешивая тесто железными вилами, подобранными неизвестно где.

[«Король земных духов Терра» извиняется, что не может помочь, и смотрит на короля водных духов.]

[«Король воздушных духов Сильф» косится на короля водных духов, говоря, что будет безмерно рад, если красотка заставит его работать, мучить и эксплуатировать.]

[«Король огненных духов Селион» зловеще бормочет: огненное море, огненное море, огненное море...]

Всё в порядке.

Было бы странее просить королей духов о таких мелочах.

Сейчас мы постоянно вместе, к тому же короли духов странным образом испытывают симпатию, говоря, что моя душа чистая и сияющая, поэтому я получаю много помощи, но то, что должна делать я, должна делать я сама.

Стук-стук-стук—

Обернувшись на звук сзади, я увидела, что Силайрон уже складывает огромное количество снопов соломы.

Затем, словно закончив всю работу, он подошёл ко мне с чувством гордости, как триумфальный полководец.

Но, к сожалению, для Силайрона работа только начиналась.

— Сейчас попрошу очень важное дело.

Самое важное в основной работе по созданию соломенного дома.

Это было...

— Высуши эти снопы соломы досуха, без капли влаги.

Нужно было высушить снопы, которые станут стенами, чтобы в них не завелись насекомые и не появилась плесень.

И для такой работы духи ветра были слишком полезными работниками.

После этого я помещу всю сухую солому в заранее сделанные деревянные ящики и сожму их давлением.

Это тоже было делом Силайрона.

— Сможешь?

[«Король воздушных духов Сильф» подмигивает, говоря, что одним взмахом руки всё это решится мгновенно.]

Эй, но как же я могу просить о таком.

[«Король воздушных духов Сильф» ворчит, что это будет намного быстрее, чем призывать трёх Силайронов, и что наша красотка слишком независимая.]

Если бы изначально была независимой, то не стала бы занимать силу духов...

И на самом деле, после того как узнала, что короли духов — существа божественного уровня, я не могла легко просить их, как прежде просила духов, призванных благословением духов.

Это же боги.

Если это не совсем необходимо, то даже если это займёт немного времени, было спокойнее просить других духов.

На самом деле благодаря духам работа продвигалась очень быстро.

— Сильф.

Рассказав Силайрону обо всех делах, я на этот раз призвала Сильфа.

— Отвези меня к тому разрушенному участку.

После встречи с Эриксоном в прошлый раз я ещё ни разу не навещала его.

С момента передачи чертежей прошло не так много времени, и я беспокоилась, что если приду и буду приставать, он почувствует давление или уязвлённое самолюбие.

Но если работа продвигается без проблем, он должен был поставить хотя бы столбы для разметки на участке.

С такой надеждой я вышла из бункера и направилась к пустому участку, где округлила глаза, увидев следы уже ведущихся работ.

— Уже...?

Место, где раньше были трубы, было полностью расчищено, а земля перерыта.

Если уже так выкопали землю и сделали всю разметку, это означало, что готовы приступить к строительству.

Нужно встретиться в ближайшее время.

Времени сократилось больше, чем я ожидала, даже с учётом сокращения благодаря силе духов.

Если работать до рассвета сегодня, то до вставки сжатой соломы между заранее установленными каркасами.

Нет, возможно, даже до первой штукатурки вайтрисом.

Чтобы сделать достаточно прочно, чтобы не рухнуло даже при землетрясении, нужно было сделать стены толстыми до третьей штукатурки.

Если не получать помощь духов, пришлось бы сушить несколько дней, что заняло бы много времени, но если попросить духов ветра, эта проблема решается аккуратно.

Возможно, всё высохнет за одну ночь, и на следующий день можно будет снова штукатурить.

[«Король земных духов Терра» передаёт беспокойство, говоря не слишком перенапрягаться.]

Со мной всё в порядке. Хоть и тяжело, но эта работа действительно доставляет удовольствие.

[«Король воздушных духов Сильф» подмигивает, говоря, что поддержит всё, что делает наша красотка.]

[«Король огненных духов Селион» рычит от расстройства, нет ли дел, где нужен огонь. Из спящего вулкана на юге континента Эланския внезапно хлынула лава.]

Хек, успокойтесь. Огонь я сберегаю на потом.

[Вулкан на юге континента Эланския снова входит в период покоя.]

Фух, хорошо.

В любом случае, с такой скоростью можно было завершить дом до возвращения Элизы в поместье.

Только бы трубы не создавали проблем.

С ясно видимой надеждой я наконец смогла улыбнуться.

Бардрик Новис.

Мужчина, который был вассалом дома герцога Анданте, но имел только титул барона без феода, и одновременно чужак.

Барон Новис был печально известен как внутри герцогства, так и за его пределами.

Это было причиной того, почему герцог Анданте считал его ценным талантом, но иногда раздражался, что тот приносит проблемы.

— Прошу прощения, ваша светлость герцог.

Барон Новис в потрёпанной одежде преклонил колени и склонил голову перед ним.

Конечно, герцог знал, что в его словах нет ни одного процента искренности.

— Жалко.

Барон Новис был пойман на мошенничестве с дворянами в столице Либере.

Герцогу пришлось трижды писать письма в парламент и заплатить довольно большую сумму залога, чтобы его освободить.

— Если собирался мошенничать, нужно было делать это так, чтобы не попался.

Единственная причина, по которой барон Новис сейчас мог находиться в тёплом от камина кабинете герцога, а не в холодной тюрьме, была одна.

Деньги, которые он добыл мошенничеством, были ровно в 30 раз больше залога, который заплатил герцог.

— И ещё глупо попался.

— Кто мог предположить, что они будут караулить целую неделю днём и ночью, чтобы поймать одного меня...

Он мрачно пробормотал, но герцог не собирался милостиво его понимать.

— Не предвидеть этого — третий сорт. Предвидеть — второй сорт, предвидеть и пройти без всякого ущерба — первый сорт. Так что ты больше не первый сорт.

— Хе! Как можете говорить такие жестокие слова, это слишком!

Барон Новис хныкал, но герцог даже бровью не повёл.

— Из-за тебя престиж герцогского дома упал до дна.

Странная злодейская семья, которая заставляла обманутых людей не знать, что их обманули, людей, отдавших деньги, думать, что они пожертвовали, а людей, отдавших вещи, думать, что они принесли дань.

Опасная семья, которая сгребала деньги граблями, накопив огромное состояние, так что никто из дворян столицы не смел их трогать.

Где-то неприятная семья, которую, если с ней связываться, внезапно разоблачали в тайных фондах или указывали пальцем как на закулисного кукловода, когда подчинённые убегали с деньгами.

Именно таким великим статусом обладал дом герцога Анданте.

То, что герцог Анданте, который поднимался в столицу для участия в парламенте менее месяца в году, всё ещё сохранял позицию одного из трёх великих герцогских домов, не было удачей.

— Какое наказание тебе подойдёт.

— Н-наказание тоже хотите назначить?

— Другие дворяне нас сдерживают. Если узнают, что ты живёшь как прежде, определённо найдут к чему придраться. Конечно, мне всё равно, но пока хочется избежать хлопотных дел.

Раньше люди, которые осмеливались драться с ними, все 100 из 100 получали по заслугам — он лично поднимался в столицу и основательно их растаптывал.

Но демонстрация гнева герцогского дома тоже требовала времени. В последнее время у герцога появилось дело, на которое он хотел потратить отдельное время. А именно — наблюдение за своей странной дочерью.

Какими ещё нелепыми словами она заставит его смеяться сегодня?

Какими ещё глупыми действиями не даст оторвать взгляд сегодня?

— Хм.

От внезапно всплывшего лица Вивьен он невольно улыбнулся.

Барон Новис посмотрел на такого герцога, как на монстра.

— Какое наказание вы хотите мне назначить?

На самом деле он не был человеком, который боялся тюрьмы. Он был человеком, который боялся отсутствия дел в тюрьме.

— Как раз есть подходящее дело.

Неужели собирается отрубить голову, которую тогда не отрубил.

Барон Новис, думая в голове о жестоких наказаниях, которые мог бы назначить герцог Анданте, крепко зажмурил глаза.

---

— Итак, барон дядя с сегодняшнего дня будет меня учить?

— Да, это воля его светлости герцога. Позвольте ещё раз представиться. Бардрик Новис.

На лице представляющегося мужчины было полно недовольства. Было видно, что он взвалил на себя нежелательную работу против воли.

— ...Не хочу слышать о наставниках и прочем, так что называйте меня просто Бардрик.

— Поняла, Бардрик.

Я притворилась, что ничего не знаю, и весело улыбнулась в ответ.

Но 30 минут назад, поедая булочки, я слышала от Джейн информацию, поэтому мне тоже было любопытно, почему он вдруг стал моим наставником.

Бардрик Новис изначально был из обедневшей дворянской семьи.

Сейчас он человек с титулом и поместьем, но ещё несколько лет назад мошенничал в задних переулках из-за денег на лекарства для больного сына.

Целями Бардрика были люди любого возраста, пола и даже статуса, и в этом смысле папа, купающийся в деньгах, был хорошей мишенью.

Конечно, папа не мог попасться на мошенничество Бардрика, и тот чуть не лишился головы.

В момент, когда папа принял решение, больной сын Бардрика приполз, кашляя кровью, и стал умолять.

Находившаяся там герцогиня, то есть мама, прослезилась от жалости, и папе пришлось взять отца с сыном под крыло.

После прихода в герцогство Бардрик показал довольно заметные результаты, и папа, признав его талант, восстановил титул Бардрика и принял его как вассала.

После этого Бардрик обворовывал дворян, попавших в немилость к папе, всевозможным финансовым мошенничеством, делая их банкротами и способствуя ещё более плохому имиджу герцогского дома.

Говорят, папа довольно благоволил к такому Бардрику.

Но однажды он попал в немилость. Это было, когда он обобрал даже барона Адажио.

На расследование папы Бардрик, говорят, бесхитростно ответил:

— Разве моя вина, что он не умеет отличать правду от лжи?

Бардрик, чьё положение больше не было критичным, перестал заниматься злостным мошенничеством.

Но он использовал свой врождённый талант для унижения нелюбимых людей, поэтому говорят, что в герцогстве довольно много людей, затаивших на него обиду.

Учитывая, что он причинял вред другим людям, Бардрик выглядел немного плохо.

Но за то, что он предал барона Адажио, можно дать дополнительные баллы...

0 баллов.

Я пока поставила Бардрику оценку «отсутствует».

Тогда в голову внезапно потёк голос Раума.

[«Король водных духов Элайм» презирает, говоря, что грязная натура, способная обманывать свой вид, — это свойство, присущее только людям.]

Элайм, в отличие от других королей духов, был не очень разговорчивым.

Это был первый раз, когда он высказал что-то похожее на мнение, поэтому я немного удивилась, но хм, неужели история о Бардрике настолько плохая, что стоит говорить так язвительно?

Может, есть какая-то история.

Я сделала вид, что не слышала слов Элайма, и посмотрела на Бардрика.

В любом случае информация о Бардрике, которую я слышала, была такой.

Умелый мошенник, хорошо использующий лазейки, и человек, имеющий связи с каждой известной торговой гильдией.

Говорят, что после прихода Бардрика в дом герцога Анданте работы у барона Шульфе, ответственного за торговую компанию, которой управляет герцогский дом, значительно убавилось.

И причина, по которой его поймали на этот раз, тоже в том, что он попался на мошенничестве, пытаясь избавиться от надоедливых шкур гоблинов в поместье...

Этот дядя, кажется, странно проявляет преданность.

В любом случае, если он был выбран наставником, лучше умный человек, чем глупый, поэтому я собиралась отложить личную оценку.

— Тогда прошу хорошо заниматься.

Вчера вечером папа, отозвав меня в сторону, рассказал несколько вещей о Бардрике.

— Барон Новис предан герцогскому дому, но если будет считать вас глупее себя, обязательно поставит вас ниже себя в иерархии.

— А что, если так и будет? Я ещё маленькая и многого не знаю...

— Что за слова? Ты гений, Виви.

— Г-гений?

— Да. Поэтому достаточно просто слегка подыграть. Скрывай, что ты гений, и особенно никогда не показывай формулы. Всё же он способный человек, поэтому у него будет чему поучиться.

В любом случае слушать папу не было убыточно.

К тому же Джейн радовалась, говоря, что само то, что папа отдельно приказал о моём образовании, произведёт довольно большие волны в семье.

В любом случае это должно было оказать на меня хорошее влияние.

Нужно прилежно учиться.

Раз так хорошо живу в таком прекрасном доме, поедая такие вкусности, то это мелочи.

Внешне буду выглядеть как ребёнок, который немного поправился, но в прошлом была легендой с одними пятёрками с поступления до выпуска с архитектурного факультета.

— Тогда перед началом урока у меня есть задание для леди.

— Задание?

— Мне тоже нужно убедиться, достойны ли вы слушать мои уроки.

А? Задание, об этом я не слышала...

Разве трёхлетним детям тоже обычно дают такие задания?

Я всю студенческую жизнь мучилась с заданиями, а теперь в теле ребёнка тоже должна делать задания.

Не могла согласиться.

— Вы сейчас хотите меня проверить?

Я дочь герцога!

Наш папа хозяин этого дома!

Хотя я сказала это, выпучив глаза, Бардрик бесхитростно кивнул.

— Да. Это обязанность учителя.

...Раз так говорит, нечего возразить.

Почему-то по груди пробежало нехорошее предчувствие, что я попала в ловушку.

Прошло уже целую неделю с момента встречи с Эриксоном.

Пришло время увидеться с ним и узнать о ходе работ, поэтому я медленно направилась к кузнице.

Я думала, что пришла довольно рано в кузницу, но хотя до рассвета оставалось ещё много времени, кузница была ярко освещена.

Видимо, Эриксон уже пришёл на работу.

— Здравствуйте.

— А, пришла.

Эриксон, который лежал головой на старом деревянном столе, поднял голову с растрёпанным видом.

— Сегодня рано пришли на работу.

— Я не уходил с работы. Там, дайте воды.

Он выглядел очень уставшим, поэтому я налила воду в стакан, как он просил, и подала ему.

— Всё в порядке? Почему не ушли с работы?

— Как я мог уйти, не зная, когда леди придёт?

Хм, и это правда.

Я никогда не говорила, когда приду, а в прошлый раз пришла рано утром...

Только сейчас я поняла свою ошибку.

— Извините.

Я быстро склонила голову, извиняясь.

— В следующий раз буду договариваться о встрече. Не знала, что вы будете ждать...

— Ничего страшного.

— Но у вас есть какие-то заботы? Лицо постоянно мрачное.

— Появились проблемы. Как раз хотел посоветоваться об этой проблеме.

Эриксон одновременно развернул на столе чертежи и карту деревни.

— Речь о водопроводе. Жители Ронтауна берут воду вот здесь, из общественного колодца или из ручья.

Я проверила местоположение общественного колодца, на который указывал палец Эриксона.

— Чтобы сделать по чертежам архитектора, нужно найти водоносный слой и установить водопровод, но если подключиться к водоносному слою колодца, воды в колодце будет не хватать.

— Тогда это причинит вред жителям деревни.

Теперь я поняла, почему Эриксон сказал, что у него появились проблемы.

— Нужно найти новый водоносный слой. Но в Ронтауне нельзя найти мага духов, который управляет водными духами.

— Мага духов?

— Да. Обычно водоносные слои находят маги водных духов. Если расспросить в других поместьях, можно найти, но, вероятно, стоимость будет огромной, и время, которое потребуется на дорогу...

Если проблема была в этом, у меня было очень простое решение.

Эй, господин Элайм.

Я осторожно обратилась.

В отличие от других королей духов, король водных духов был очень молчаливым.

Когда я призывала его напрямую, я определённо чувствовала, что Элайм испытывает ко мне симпатию, но по сравнению с другими королями духов это был всего лишь незначительный уровень.

Поэтому просьбы, которые легко давались другим королям духов, было трудно обратить к Элайму.

[«Король водных духов Элайм» говорит, что может помочь, если вы хотите попросить найти водоносный слой.]

У-у! К счастью.

Я беспокоилась, что он откажет в просьбе.

Хотя господин Элайм говорит сухо, кажется, он тоже очень заботится обо мне.

Я сказала Эриксону, который всё ещё с обеспокоенным лицом бормотал о том, как найти мага водных духов:

— Думаю, я смогу решить проблему с водоносным слоем.

— Что? Правда? Как...

— У меня есть тот, кто поможет. Завтра проверю местоположение и снова приду.

— Понял.

[«Король водных духов Элайм» обещает немедленно найти водоносный слой и дать «благословение» — власть короля водных духов, которая никогда не позволит высохнуть даже в засуху.]

Я нарисовала сердечко в душе, выражая благодарность Элайму.

Господин Элайм, большое спасибо. Вы лучший!

На мои слова Элайм не отвечал. Только...

[«Король огненных духов Селион» извергает пламя изо рта, прося немедленно дать ему заказ.]

[«Король воздушных духов Сильф» прыгает, говоря, что, подумав, у него есть что поручить.]

[«Король земных духов Терра» советует на несколько дней отключить разговоры между королями духов.]

Видимо, сегодня нужно было послушать совет Терры.

---

Всего сто лет назад шкуры гоблинов можно было полностью потребить на внутреннем рынке.

Это было потому, что шкуры гоблинов были обязательно нужны для строительства домов.

Шкуры гоблинов имели заметную характеристику — они не гнили и не промокали.

Поэтому люди Ибриттона сто лет назад использовали шкуры гоблинов как брезент.

Если плотно настелить шкуры гоблинов под крышей, проблема попадания снега и дождя в дом решалась начисто.

И сейчас как раз пришло время для этой работы по настилу брезента.

На установку стропил ушло больше времени, чем думала.

Даже с помощью духов работа затянулась из-за отсутствия подходящих инструментов.

К счастью, у Эриксона были заранее сделанные инструменты, и после их покупки работа пошла быстрее, но...

Сделанные из чёрного адамантиума, не слишком ли дёшево купила?

Я размышляла, не нужно ли доплатить, стеля шкуры гоблинов внизу и стуча молотком.

Тук-тук—

Звук молотка был довольно бодрым.

Всё-таки при такой физической работе лучше всего думать о чём-то другом.

На самом деле было дело, которое нужно было быстро решить. А именно — задание, которое дал Бардрик.

— Подумайте о самом надёжном и эффективном способе превратить 1 золотой в 1000 золотых. В зависимости от ответа леди будет решено, проводить уроки или нет.

Это была действительно задача без правильного ответа.

Может, заняться азартными играми?

В этом мире тоже были азартные игры. Насколько я знала, в Ибриттоне было несколько видов законных азартных игр.

Среди них популярной азартной игрой, которая позволяла делать ставки даже маленьким детям, были скачки.

Но даже на скачках превратить 1 золотой в 1000 было невозможно без невероятного везения.

Какой смысл давать такое задание трёхлетнему ребёнку?

Бардрик, этот странный человек.

Было очевидно, что он не хочет вести мои уроки — неужели он хочет отказаться от уроков под предлогом недостаточности моего ответа?

Конечно, мне тоже больше нравилось бездельничать, валяться и есть вкусное, чем учиться, но...

Не хочу разочаровывать папу.

Бардрик говорит, что не может вести мои уроки, а папа только молчит с серьёзным лицом.

Одна мысль об этом была настолько унизительной, что лицо горело.

[«Король земных духов Терра» беспокоится, что вы так ударите молотком по руке.]

Ой, видимо, я неосознанно била слишком сильно.

Я быстро скорректировала силу, постучала и положила молоток.

Руки уже обессилели, но шкуры гоблинов всё ещё лежали горой, а более половины площади ещё не было покрыто шкурами.

[«Король воздушных духов Сильф» слезится, говоря, что хочет явиться и заменить красотку в этой работе с молотком.]

[«Король огненных духов Селион» выпячивает грудь, говоря, что он поможет быстрее, чем хилый ветродуй.]

[«Король водных духов Элайм» говорит, что кого бы ни выбрали, вероятность разрушения с трудом построенного дома составляет более 95%.]

Спасибо за заботу, но всё в порядке.

Я быстро сменила тему, прежде чем короли духов начали ссориться.

Работать физически после долгого времени тоже бодро и хорошо.

Это была не совсем ложь.

До сих пор я поручала духам всю неприятную работу, поэтому почти не работала физически одна.

Самая тяжёлая работа — штукатурка вайтрисом — была бы печальной, если бы делала одна, но благодаря земным духам закончилась легче, чем ожидала.

Поэтому такую работу я могла делать и одна.

К тому же, строго говоря, я работала не совсем одна. Каждый раз, когда я заканчивала стучать молотком, Сильф приносил по одной шкуре гоблина.

Когда эта работа закончится, настанет очередь поднимать крышу, а после поднятия крыши закончится и это строительство, длинное, если длинное, и короткое, если короткое.

Если подумать, Элизе скоро пора прибыть.

Смогу ли всё это закончить до возвращения Элизы?

Я взяла молоток в руку для физической работы, подсчитывая в голове дни.

Сегодня был день, когда я впервые собиралась прокатиться на карете, которую мастер Ламборгини изготовил специально для меня.

По предложению папы мы решили проехаться по всему герцогству, чтобы подышать свежим воздухом.

Когда мы назначили встречу, подстраиваясь под расписание папы, я считала это довольно обыденным делом.

Однако для других людей это было далеко не обыденно.

Первое, что меня насторожило, произошло вчера утром, когда я встретила дядюшек-помощников в коридоре.

— Говорят, сегодня у вас первая поездка на карете? Как завидую!

— Обязательно расскажите нам об этих фантастических ощущениях от езды!

— Хаа, и подумать только, что я доживу до того дня, когда собственными глазами увижу карету Ламборгини...

— Леди, как вам повезло! В три года уже владелица импортной кареты!

Дядюшки, увидев меня, сразу заговорили о карете и начали лить слезы ручьем.

Они выглядели в таком плохом состоянии, что я даже на мгновение усомнилась в их способности помогать папе в работе.

Но не только дядюшки-помощники были взволнованы каретой Ламборгини.

— Боже, почему все люди сюда прибежали? — удивилась я.

Вчера днем, когда я вышла на прогулку с Джейн, я была поражена толпой людей, собравшихся возле кареты.

— Это... вассалы и старейшины, которые приехали в герцогский замок на большой совет, фотографируют карету как память, — объяснила Джейн.

— Зачем?

— Говорят, карету Ламборгини, сделанную по индивидуальному заказу 1:1, редко можно увидеть даже в столице.

Да, до этого момента я могла понять такое поведение.

Подобно тому, как люди на Земле XXI века интересуются импортными автомобилями, жители континента Элансия могут интересоваться импортными каретами с магическими чарами.

Но апогей наступил сегодня утром.

— ...Что это такое? Печенье черное? Почему черное? — спросила я в недоумении.

— Это печенье в форме кареты леди и в форме лошадей, поэтому оно черное, — пояснила Джейн.

— А это что такое?

— Это блюдо в честь первой поездки леди на карете — мясо замариновали в чернилах кальмара, запекли и украсили в форме кареты. Название блюда...

— Не хочу знать. Мне страшно... — поспешно перебила я.

Теперь я действительно боялась безумия людей.

Но поскольку времени до встречи с папой оставалось немного, я начала готовиться с помощью Джейн.

— Ой, на улице так холодно, что щечки леди немного обветрились, — заметила Джейн.

— Правда? А я не замечала...

— Не болит и не беспокоит? Не щиплет?

— Нет, я не знаю.

Я кивнула и слегка потрогала обветрившуюся щеку. Поверхность была немного шершавой, но не болела.

— Хорошо. Но на всякий случай, пока леди будет гулять с герцогом, я схожу в город и куплю масло, которое подходит для малышей.

— Хорошо.

— Кстати, леди, вы придумали имя для кареты? — спросила Джейн.

Имя для кареты? Разве это нужно делать?

— Это нужно?

— Это же вещь леди. Как дают имена лошадям, так и каретам обычно дают имена...

Действительно, наш дом мы просто называем герцогским замком или герцогской резиденцией, но люди обычно дают имена своим домам.

Например, особняк Дербишир, особняк Алларес — они дают значимые для них имена.

— Я не буду придумывать. Лень, — отказалась я.

На мой ответ Джейн с каким-то затрудненным выражением лица еще раз попыталась меня уговорить.

— В любом случае, это первый подарок, который леди официально получила от герцога, так почему бы не дать ему имя?

— Хмм...

— Не нужно слишком глубоко думать, что-то простое тоже подойдет.

Когда Джейн снова начала упрашивать, я притворно начала размышлять.

— Что же придумать?

У меня не было таланта к придумыванию имен. Знаете, как некоторые люди, увидев кота, обязательно называют его Бабочка. Вот такой человек — это я.

— ...Просто спрошу у папы, — решила я в итоге.

Одетая в платье, поверх которого был толстый жилет, а поверх него — плотное пальто, я натянула шляпу с широкими полями, взяла Джейн за руку и вышла наружу.

Перед особняком с величественным видом стояла моя карета Ламборгини.

Я думала, что из-за толпы людей на ней могут остаться отпечатки рук или царапины, но карета по-прежнему выглядела безупречно.

Более того, все четыре лошади тоже выглядели в отличном состоянии. Их шерсть стала еще более блестящей, чем когда я видела их впервые, а глаза казались более ясными.

Неужели это эффект привязанности к моим вещам?

— Долго ждала? — раздался сзади голос папы.

Пока я забыла о том, что не понимаю людей, восхищающихся каретой, и тупо любовалась ею, папа подошёл незаметно.

Только тогда я пришла в себя и обернулась.

— Нет, я недолго ждала.

— Хорошо. Внезапно возникло дело, поэтому опоздал, но постарался закончить как можно быстрее.

— Ой, не нужно было так спешить. Мне нравится ждать папу.

— Ладно. Холодная погода, — заметил папа.

На его слова я сообразительно указала на карету.

— Тогда давайте быстрее садиться!

— Конечно.

На этот раз, когда папа нажал кнопку на пульте, появилась небольшая лестница, по которой я могла подняться в карету.

Поднявшись по ступенькам, я увидела внутренность кареты, которая была намного просторнее, чем выглядела снаружи.

Снаружи она была черной, но внутри была оформлена в цвете слоновой кости и бежевом.

Когда я села на мягкое сиденье, папа вошёл внутрь и сел напротив.

— Скажи, когда тебе будет удобно, — сказал папа.

Когда он нажал кнопку, сиденье начало двигаться, и мое тело откинулось назад. А с пола поднялась мягкая подставка для ног.

Было невероятно уютно и комфортно, как будто я лежала в кровати.

— Удобно, — сказала я.

На мой ответ папа еще раз нажал кнопку, и сиденье зафиксировалось.

— Теперь объясню, как пользоваться.

Вскоре после того, как карета тронулась, я смогла освоить все способы использования пульта.

Поскольку все было очень интуитивно понятно, учиться было несложно.

Кстати, эта функция подогрева сиденья — просто превосходна!

— Ах, кстати, папа, — обратилась я к нему.

Я с обеспокоенным выражением посмотрела на папу.

— Деньги... не слишком ли много потратили? Все в порядке?

Эта карета была воистину верхом роскоши.

Даже если бы люди не вели себя так странно, я бы поняла, что папа потратил огромные деньги.

Я была очень благодарна и довольна, но в то же время беспокоилась, не потратил ли он слишком много денег на мой подарок ко дню рождения.

Однако папа рассмеялся, словно я сказала что-то невообразимое.

— Эта одна карета по сравнению с общим состоянием герцогского дома — даже следа от трат не оставит.

Что? Настолько много у вас денег?

Тогда...

Как замечательно.

Я — единственная дочь такого невероятно богатого папы. Когда-нибудь смогу искупаться в деньгах?

— Ах, у меня есть кое-что интересное, — сказала я.

Папа кивнул, давая понять, что слушает.

— Я действительно завидовала карете семьи барона Адажио? Совсем не припоминаю такого...

Конечно, эта карета хорошая, но я не завидовала им, поэтому мне было как-то неловко, что я не смогла тогда дать четкий ответ и как-то уклончиво отделалась.

Я хочу быть для папы чистой дочкой без материальных желаний!

— Не только из-за этого я ее купил, — ответил папа.

Хм? Значит, есть другая причина покупки этой кареты?

— ...На самом деле, семья графа Ирет хочет пригласить тебя к себе.

Семья графа Ирет — это семья мамы?

Зачем они хотят меня пригласить? Хотя, конечно, нет ничего странного в том, что родственники по материнской линии хотят меня увидеть...

— Сиена, то есть твоя мама, очень любила свою семью. И на самом деле те люди заботятся друг о друге и любят друг друга, — сказал папа.

Папа продолжил с несколько помрачневшим выражением лица.

— Ты можешь неправильно понять, но люди из семьи графа Ирет не искали тебя в столице не потому, что им было все равно. Сразу после похорон Сиены в их владениях случилась беда, — объяснил папа.

Папа рассказал, что во владениях графа Ирет внезапно выпал сильный снег, и большая часть территории пострадала.

— С тех пор прошло не так много времени после ликвидации ущерба. Граф Ирет, услышав о том, что произошло в столице, очень взволновался и хотел приехать к тебе. Я остановил его под предлогом того, что тебе нужен покой.

В этом объяснении было что-то странное.

— Под предлогом? — переспросила я.

— Тогда... — ответил папа с горьким выражением лица.

— Я боялся, что ты захочешь уехать с ними.

— Зачем мне уезжать?

Я не могла понять такого развития событий.

Когда я спросила с непонимающим лицом, папа неохотно заговорил.

— Люди из семьи графа Ирет теплы друг к другу, и атмосфера у них дружелюбная. Совсем не как в герцогском доме. Поэтому...

Папа не закончил фразу, но я достаточно хорошо поняла, что он имел в виду.

То есть папа боялся, что я, очарованная теплой атмосферой семьи графа Ирет, захочу там жить.

Но папа совершенно не знал одного факта.

— Папа, — позвала я его.

— ...

— Мне здесь так-так нравится, что я хочу жить здесь всю жизнь.

Это была чистая правда.

Папа, видимо, думал, что плохо ко мне относится, но это было совершенно не так.

Где же еще найти такого замечательного папу!

Где найти такого папу, который так заботится о дочери, что заказывает карету со всеми возможными средствами безопасности!

Иногда мне казалось, что папа слишком строго оценивает себя.

— Мне очень нравится жить с папой. И вкусной еды много, и люди хорошие, и папа такой заботливый...

На мои слова папа рассмеялся, словно не верил в услышанное.

— Ты, пожалуй, единственная, кто так говорит о нашем роде.

— Но это же правда!

— Малышка...

Большая рука легла мне на голову и растрепала волосы.

— Ничего толком не зная.

— Нет! Я все знаю.

— ...Хватит, Виви, — строго предупредил папа.

— В карете не стоит стучать от радости по стенкам — это не квартира-студия, а снаружи открытое пространство.

Хм, кажется папа тоже постепенно становится странным...

Пока я молчала, не зная, что сказать, папа спокойно сменил тему, словно и не говорил ничего такого.

— В любом случае, люди из семьи графа Ирет — твои кровные родственники, и они искренне о тебе беспокоятся. Поэтому они без колебаний отдали святую реликвию, — сказал он.

Я кивнула.

Поскольку семья графа Ирет была родом, обязанным хранить святую реликвию, это решение было бы невозможно без любви ко мне.

Я вполне понимала, что имел в виду папа.

— В любом случае они пригласили тебя к себе, но я пока отказался. Ты еще маленькая, поэтому сказал, что отправлю тебя после того, как тебе исполнится шесть лет.

— Поэтому вы так заказали карету?

— Эта причина тоже в какой-то степени была включена. Дорога далекая, а мне будет сложно сопровождать тебя.

Слушая папу, я почувствовала любопытство.

Род, хранящий святые реликвии, семья мамы, мои кровные родственники, которые охотно помогли мне, даже ни разу не видев.

Интересно, какие они люди?

Не хочу строить ожидания, но, судя по рассказам папы, они должны быть лучше семьи барона Адажио...

— Ах, кстати, как проходят уроки с бароном Новисом? — спросил папа.

Ах! Я резко вздохнула от удивления.

На вопрос папы я только сейчас поняла, что совершенно забыла о задании барона Новиса.

Что делать? Если подумать, завтра как раз день проверки задания.

— Это...

Я состроила жалобное лицо, надеясь использовать "папин шанс".

— Бадрик дал мне задание. Хнык, — проныла я.

— Задание?

— Да! Трёх! лет! девочке дал задание!

Но несмотря на мои акценты, папа, казалось, не был особенно против заданий.

Скорее, с выражением лица, словно думая "ну что ж, она унаследовала кровь Анданте, так может быть", папа лишь позже с недоумением спросил:

— Задание сложное?

— Что?

— Я спрашиваю, настолько ли сложное задание, что ты не можешь решить его самостоятельно.

Нет, если вы так спрашиваете, мне неловко сказать, что не справлюсь.

На самом деле сказать, что решение невозможно, было трудно. Задание барона Новиса не имело правильного ответа.

Эх, ничего не поделаешь.

— ...Я могу его решить. Просто нужно немного подумать, — ответила я.

— Понятно.

Папа понимающе кивнул. Затем вдруг посмотрел на меня и сказал:

— Если у тебя есть какие-то проблемы или трудности, скажи мне. Я рядом с тобой, и ты можешь попросить меня о чем угодно.

Нет, как можно говорить такие нежные слова с таким невозмутимым лицом?

От этого сердце сжимается.

От того, что он беспокоился, что я навсегда уеду в семью графа Ирет, до того, что он заказал безопасную карету, не запрещая мне совсем.

Сегодня папа, если оценивать, был папой на все сто баллов.

Я не выдержала и, встав с уютного сиденья, крепко обняла папу.

— Спасибо, папочка.

Тело папы, на мгновение застывшее, расслабилось, и он обнял меня, посадив на колени.

— Удобно?

— Да.

— Сиденье было бы удобнее.

— Нет. Колени папочки удобнее.

— Проблема, — сказал папа довольным голосом.

— Не могу же отрезать свои колени, чтобы сделать из них сиденье.

Поскольку это прозвучало как-то серьезно, мне стало немного страшно.

— Кстати, ты придумала имя для кареты?

Имя для кареты?

После Джейн теперь и папа спрашивает об имени кареты, отчего я почувствовала давление, что нужно обязательно придумать имя.

— Еще не придумала, но давайте сейчас придумаем?

— Если можешь.

— Тогда...

Я внимательно подумала.

Кот — Бабочка, дворняжка — Рыжик, лежащий мальчик — Трупик.

Значит, имя моей кареты...

— Придумала! — объявила я.

— Какое?

— Иго-го.

Лицо папы слегка застыло.

Чтобы тянуть карету, нужны лошади. А лошади ржут "иго-го".

Поэтому в итоге имя "Иго-го" было очень логичным именем.

— ...Понятно, — после небольшой паузы папа кивнул.

— Хорошо.

Так наш разговор закончился.

Но на следующий день я пожалела об этом логичном имени.

Как только наступил следующий день, на передней части кареты появилась ослепительная табличка, которой раньше не было.

А на этой роскошной табличке золотыми буквами очень стильным почерком было написано:

"Иго-го" Вивьен

...Это было имя моей кареты.

---

Барон Новис с утра стал свидетелем странного зрелища.

"Иго-го"?

Что ж, ожидать чувства стиля от трехлетнего ребенка сложно, поэтому табличку можно было принять как есть.

Но странным ему показались люди, разделившиеся на две группы и спорящие.

Одна группа сокрушалась, что у такой дорогой кареты странное имя.

Другая группа утверждала, что любое имя, данное их леди, драгоценно.

Из-за чего они вообще спорят...

Пока он занимался мошенничеством за пределами герцогства, неужели в герцогском замке распространилась заразная психическая болезнь?

Барон Новис долго не мог понять происходящее и наблюдал за этим зрелищем, пока не понял, что время урока приближается, и поднялся на второй этаж.

— Куда направляетесь? — спросил он.

В коридоре, где находились комнаты Вивьен, он столкнулся с герцогом и помощниками.

— ...Ваша светлость, как вы здесь оказались?

— Вышел на прогулку.

Это было беспрецедентно.

Герцог был воплощением скучного и страшного начальника, который во время работы думал только о работе. А тут вдруг прогулка?

Взглянув на помощников, он увидел, что они тоже выглядели растерянными, не понимая происходящего.

Видимо, пришел подсмотреть за уроками леди.

Восточный коридор второго этажа, где останавливались только особые гости.

В настоящее время в гостевой комнате восточного коридора жила только Вивьен, поскольку уборка в ее комнате еще не была завершена.

Случайно забрести сюда во время прогулки было невозможно.

Так даже лучше.

Вивьен, вероятно, не справилась с заданием.

Что может знать трехлетка, чтобы придумать способ превратить одну золотую монету в тысячу?

Она наверняка даст ответ ниже ожиданий, и, конечно, уровень уроков Вивьен станет самым-самым-самым низким...

Если показать всем присутствующим, что леди еще не достигла возраста и уровня для занятий, я смогу предотвратить несчастье обучения денежным единицам.

Нашедший неожиданный выход барон Новис сделал вид, что ничего не знает, и предложил герцогу:

— Как раз направлялся на урок с леди Вивьен, если не возражаете, может быть, вы поприсутствуете на занятии?

— Хм, не планировал, но раз вы так настаиваете, придется согласиться.

Когда герцог неохотно кивнул, барон Новис внутренне ликовал.

Жаль маленькую леди, но сегодня ей придется основательно опозориться.

Твердо решившись, барон Новис повел герцогскую свиту и постучал в дверь.

— Входите! — послышался размытый голос с разрешением из-за двери.

Войдя внутрь, он увидел кукольно красивого ребенка, который аккуратно одет в платье с множеством лент и сидит за большим столом.

На столе были приготовлены несколько чистых листов бумаги и пара маленьких перьев, подходящих для детской руки.

— Как поживали все это время, леди? Сегодня первый урок, поэтому герцог и помощники будут наблюдать сзади. Вы не против?

Вивьен выглядела немного удивленной, но вскоре кивнула.

— Да, не против.

Хотя была небольшая суматоха из-за того, что горничная поспешно принесла стул хотя бы для герцога, герцог и помощники вскоре расположились позади Вивьен.

— Тогда... — после того как атмосфера несколько успокоилась, барон Новис мягко спросил:

— Вы справились с заданием?

— Да.

Ответ прозвучал уверенно, но барон Новис только усмехнулся.

Ну конечно. Она, вероятно, спросила у горничной, как это сделать.

— Тогда ответьте, пожалуйста. Как вы превратите одну золотую монету в тысячу золотых?

— Хм, Бадрик не сказал ничего о сроках. Правильно?

М? От несколько необычного начала барон Новис невольно кивнул.

— Так... было.

— Да, поэтому если можно очень-очень долго ждать, то можно купить муку за одну золотую, сохранить ее и ждать засухи, а потом продать дорого.

— ...

— Со временем ценность денег тоже растет, поэтому тогда эту муку можно будет продать и за тысячу золотых.

Лицо барона Новиса застыло, а сзади раздались восхищенные возгласы.

— Боже, какая сообразительность! Сразу указала на ошибку в вопросе!

— Более того, она уже понимает, что в случае бедствий цены на продукты питания растут.

— Она даже учла тот факт, что со временем стоимость денег может измениться!

Хотелось возразить, но, к сожалению, все слова помощников были правдой.

В ответе Вивьен, конечно, были дыры, но поскольку изначально задание было дано, чтобы понять, до каких пределов может мыслить Вивьен, это не было проблемой.

К тому же оригинально.

Если думать, что это ответ трехлетки, можно было бы поставить сто баллов.

Но если начать подробно разбирать ошибки этого ответа, она наверняка потеряет рассудок и разрыдается.

Барон Новис собирался открыть рот, чтобы указать Вивьен на недостатки, когда...

— Или можно использовать другой способ.

— ...Вы придумали и другой способ?

— Да, я думаю, это самый простой способ. Хотя нужна удача.

Когда барон Новис поднял бровь, Вивьен, словно ждала этого, ответила:

— Пойти на ипподром и сделать ставку. Если повезет, можно превратить одну золотую в тысячу. Хотя это почти невозможно.

И снова помощники восхищенно зашумели.

— Ипподром — предсказуемый ответ, но она добавила условие "если повезет"!

— Она понимает, что этот ответ реально невозможен!

— Боже мой, она действительно слишком умна для своего возраста...

И на этот раз в восхищении помощников не было ошибок.

Более того, теперь он заметил, что на губах герцога Анданте играла едва заметная улыбка.

Самоуверенное лицо, словно он так и знал!

Черт...

Барон Новис стиснул зубы.

— Это ответ с почти нулевой вероятностью реализации, слишком зависящий от удачи. Это ваш лучший вариант?

На его агрессивный тон Вивьен слегка улыбнулась и покачала головой.

— Нет. На самом деле есть самый надежный и быстрый способ.

При этих словах взгляды всех, включая барона Новиса, сосредоточились на Вивьен.

— Если бы вы попросили меня прямо сегодня превратить одну золотую в тысячу, я бы использовала именно этот способ.

Не хотелось признавать. Но приходилось признать.

Инициатива уже перешла к этому милому ребенку.

И барон Новис тоже сейчас сходил с ума от желания услышать этот надежный ответ.

Я с интересом наблюдала за тем, как ежесекундно менялось лицо Бадрика. Затем незаметно оглянулась назад.

Папа и даже вассалы смотрели на меня с выражением, в котором наполовину читался интерес, наполовину — ожидание.

— В конце концов... — упавшим голосом спросил Бадрик. — В конце концов, что это за надежный способ?

Голос его был низким, но на шее вздулись вены.

До сих пор он, казалось, только и пытался придираться ко мне, что немного беспокоило, но я спокойно собралась с духом.

Выдавая подобные ответы, нужно быть уверенной.

— Этот способ на самом деле очень простой. И это способ, который может использовать только я, — сказала я.

Я резко встала со своего места и побежала к папе. Затем крепко обняла его за шею.

— Папочка, если я попрошу вас поменять мою одну золотую монету на тысячу, вы это сделаете?

На мой вопрос папа на мгновение удивленно посмотрел на меня, а затем тихо рассмеялся.

Словно теперь точно понял, что я хотела сказать.

— Конечно.

— ...

— Ты моя дочь. Нет ничего невозможного.

На слова папы вассалы, словно ждали этого момента, радостно закричали.

— Как и ожидалось от леди! Даже слов восхищения не хватает!

— Вы не предусмотрели предпосылку, что любой должен суметь обменять одну золотую на тысячу этим способом, поэтому вы снова указали на изъян в вопросе! Действительно умно!

— Вы умело умеете использовать имеющиеся отношения! Получить такое впечатление от юной леди...

Когда Бадрик впервые пришел с папой и группой вассалов, я была удивлена внезапностью, но теперь думала, что это хорошо.

Раз уж так случилось, Бадрику тоже, как бы он ни был недоволен, придется продолжать уроки со мной.

Я посмотрела на Бадрика, который до сих пор молчал с закрытым ртом.

[*Король духов ветра Сильф* ворчит, что если этот человек не признает красавицу, то это потому, что он полный болван.]

[*Король духов огня Салион* выдыхает пламя, говоря, что готов в любой момент поджарить наглого человека.]

[Пустыня в центральной части континента Элансия увеличилась на 25%.]

То ли интуитивно почувствовав, что короли духов точат на него зуб, то ли наконец закончив размышления, Бадрик поднял голову.

Подняв голову, он некоторое время молчал, а затем вдруг начал хлопать.

Хлоп-хлоп-хлоп—

В затихшей комнате одиноко разносился звук его аплодисментов.

— Я признаю леди. Давно не встречал такого сообразительного человека.

Снова подняв голову и глядя на меня, в глазах Бадрика сверкнул интерес, которого раньше не было.

Это сильно отличалось от того безразличного и скучающего выражения, с которым он недавно входил в мою комнату, якобы давая задание.

— Это действительно превзошло ожидания. Леди точно указала на изъяны в задании, которое я дал, и пробила их.

[*Король духов огня Салион* размахивает кулаками, говоря, что наконец-то говорит правильные вещи.]

К счастью, пустыня в центральной части континента Элансия, кажется, больше не увеличилась.

Я невольно провела рукой по груди и сосредоточилась на словах Бадрика.

— Частично это моя невнимательность, но главное — проницательность леди намного превосходит ее возраст. Искренне восхищаюсь.

Наконец на губах появилась улыбка.

На самом деле оценка Бадрика, который изначально не был благосклонен, значила для меня больше, чем похвала других.

— Поскольку уровень леди намного выше, чем я думал, проведу не подготовленный урок, а другой. Сделаю небольшой перерыв, а затем продолжим урок.

— Да, спасибо, Бадрик.

Вежливо поприветствовав его, я сразу же посмотрела на папу.

Папа, словно ждал этого момента, похвалил меня.

— Хорошо потрудилась.

— Нет. Если бы не слова, которые папочка сказал вчера в карете, я бы не додумалась до последнего ответа.

— Что я говорил вчера? — переспросил папа.

На его вопрос я быстро кивнула.

— Вы сказали, что если есть какие-то проблемы или трудности, нужно обо всем рассказывать. Тогда я и поняла ответ.

Наш род — один из трех герцогских домов Ибриттона, дом герцога Анданте, а папа — глава дома герцога Анданте.

А я — единственная дочь такого папы!

Превратить одну золотую в тысячу — это не проблема.

Можно превратить одну золотую в десять тысяч, нет, даже в сто тысяч золотых!

Поняв этот факт, мне стало спокойнее, а предыдущие два ответа я придумала только после этого.

— В любом случае, папочка мне помог.

— Если бы ты была глупой, то даже если бы я сказал сотни раз, ты бы не нашла там ответа.

— Все равно благодаря папочке. То, что я умная, это потому что унаследовала все хорошие гены папочки.

На мои слова дядюшки-вассалы восхитились сзади.

— Боже мой, какая очаровательная.

— Дочки всегда такие? Такие ласковые, милые и приветливые, тогда, может, и мне...

— Как слышали, — холодным тоном сказал папа. — То, что Вивьен умная, милая и очаровательная, потому что она унаследовала мои хорошие гены.

Хм?

— Конечно, само существование Вивьен красивое и прелестное.

В кривой улыбке на губах читалась нескрываемая гордость.

Еще более смущающим было то, что дядюшки-вассалы, казалось, соглашались со словами папы.

Почему мир сошел с ума...

[*Король духов ветра Сильф* фыркает, что красавица умная просто потому, что красавица замечательная, а отец красавицы раздражает своим самодовольством.]

[*Король духов огня Салион* исключительно соглашается с королем духов ветра и кивает.]

[*Король духов земли Терра* говорит, что в любом случае малышка заслужила похвалу всех и что она молодец.]

Ха-ха-ха, спасибо.

Пока я отвечала хотя бы нормальному Терре, Бадрик аккуратно навел порядок.

— Теперь нужно проводить урок с леди, поэтому остальные, пожалуйста, выйдите.

На эти слова папа и дядюшки-вассалы одновременно посмотрели на него с недовольными лицами.

Однако, поняв, что дальнейшее присутствие будет мешать уроку, вскоре освободили место.

Смелее, чем думала. Неожиданно.

По сравнению с другими дядюшками-вассалами, которых я видела до сих пор, Бадрик, кажется, все же говорил папе то, что нужно сказать.

Я повысила свою оценку Бадрика и села за стол. Он тоже сел напротив на приготовленный стул.

— Изначально планировал провести время, изучая денежные единицы, их стоимость и историю, но...

Бадрик убрал в сумку подготовленные книги.

— Кратко объясню, а затем сразу дам задание.

— Опять?..

— Учитывая, что леди показала стремление решать проблемы в направлении, к которому другие не подходят, думаю, что практика вместе с теорией даст больший результат, чем просто теория.

Хотя я состроила явно недовольное лицо, он был непреклонен.

— Тогда расскажу о денежных единицах и стоимости Ибриттона.

Ах, нужно было послушаться папу, когда он говорил не показывать, что я гений.

Я маленькой ручкой хлопнула себя по лбу.

Совершенно не зная, что Джейн фотографирует эту сцену на память.

---

— Тогда теоретическую часть урока на сегодня закончим здесь.

Думала, что быстро закончится, но объяснение денежной системы Ибриттона заняло целый час.

Голова уже болела, но я не хотела убегать.

Удивительно, но я считала этот урок довольно интересным.

Мне также нравилось, что это практический урок, который можно сразу применить в реальной жизни.

— Тогда теперь можно идти? — с жадными глазами спросила я.

Но Бадрик одним ударом разрушил мою надежду.

— Конечно, нет.

— То-тогда...

— Сейчас поговорим о шкурах гоблинов, которые стали самой срочной проблемой в поместье, вместе с сегодняшним уроком.

— ...Да.

Я уныло кивнула.

— Сто лет назад шкуры гоблинов продавались в восемь стран по одной золотой за штуку. Пятьдесят лет назад — в три страны по пять серебряных за штуку.

— ...

— А сейчас поставляем в королевство Эпен по одному серебряному за штуку, но с апреля решили прекратить торговлю.

— Это из-за изменения стоимости денег? — спросила я.

Хотя я знала, что есть и другие факторы, сегодня мы изучали деньги.

Я специально притворилась незнающей и задала вопрос Бадрику.

— Именно так. Конечно, это не вся причина, но была инфляция. Однако другие факторы повлияли больше.

— Хм, шкур гоблинов стало больше?

— Близко к правильному ответу, но немного не так. Количество гоблинов в Ибриттоне, особенно вокруг герцогства, оставалось постоянным.

Бадрик продолжил объяснять о шкурах гоблинов.

— Ответ — в изменении спроса. В прошлом шкуры гоблинов использовались в строительстве. Но в Ибриттоне сейчас редко строят новые дома.

— Тогда шкуры гоблинов стали не нужны.

— Да, многие даже не знают, что шкуры гоблинов используются в строительстве.

В итоге пришлось полагаться только на экспортный рынок, но другие страны постепенно прекращали торговлю с Ибриттоном.

— После того как королевство Эпен услышало слухи о найденном заменителе шкур гоблинов, оно сказало, что прекратит торговлю, и теперь предложение осталось прежним, а спроса не стало.

Недавно, поскольку я работала всю ночь, покрывая крышу шкурами гоблинов, объяснение Бадрика, казалось, проникало еще глубже.

— То есть герцогство Анданте, имеющее наибольшие места обитания гоблинов в Ибриттоне, понесло большой ущерб.

— Тогда как это можно решить?

— Найти это — и есть задание на этот раз. Найти собственный способ решения леди.

Что? Что вы сказали?

Хотя я смотрела на Бадрика с остолбеневшим лицом, он с улыбающимся лицом добил меня.

— Завтра пришлю вам сводку характеристик шкур гоблинов. Срок — месяц.

Ах, он был невероятно жесток.

Кажется, я действительно Гермиона континента Элансия.

Еще недавно, как бы поздно я ни работала ночью, я могла восстановить свое состояние, если хорошенько выспалась и безумно поела.

Но теперь, с домашними заданиями от Бадрика, заданиями, уроками в свободное время и работой по ночам, я чувствую себя просто ужасно.

Ох, хочется спать...

Я насильно приоткрыла глаза, которые постоянно закрывались, и проверила состояние крыши.

Благодаря усердной работе крыша была плотно покрыта шкурами гоблинов без единого зазора.

Работа по защите от дождя и снега была завершена, теперь оставалось только поднять крышу.

Хотелось бы использовать черепицу.

Сто лет назад черепицу тоже часто использовали.

Но даже тогда черепица, которую нужно было изготавливать из обожженной глины, была дорогой, а мастеров по изготовлению черепицы было мало.

Обычно нужно было заказывать в столице Ривера за два-три месяца вперед с предоплатой, чтобы хоть что-то получить.

Вероятно, когда перестали строить дома, люди, работавшие с черепицей, начали делать посуду.

Поэтому у меня был только один выбор.

Мне нужна помощь господина Салиона.

[*Король духов огня Салион* напрягает мускулистые руки, спрашивая, неужели наконец пришло время показать себя.]

Если нагреть деревянные доски горячим паром, а затем согнуть их силой, можно придать им форму, не ломая.

Даже без черепицы был способ красиво сделать крышу.

Правда, я не знала, какая температура оптимальна в единицах континента Элансия, и не могла быть уверена, что свойства дерева такие же, как на Земле, поэтому нужна была проверка.

Поэтому мне была нужна помощь Салиона, который мог напрямую общаться со мной, а не других духов огня.

[*Король духов огня Салион* хвалит, что малышка много знает, и спрашивает, чья же это дочка.]

[*Король духов земли Терра* почему-то гордится этими словами.]

[*Король духов ветра Сильф* фыркает, спрашивая, почему тот гордится.]

Ах, господин Элайм, можете ли вы тоже помочь?

При силе Салиона вся приготовленная вода могла испариться.

[*Король духов воды Элайм* отвечает, что ожидал, что понадобится его помощь.]

Одновременно с уведомлением Раума в приготовленном котле набралось полно воды.

Спасибо. Подождите минутку!

Я надела толстые перчатки, которые попросила достать у Эриксона, в два слоя и начала приготовления.

Обычно под котлом должны быть дрова, но поскольку был Салион, дрова не нужны были, поэтому достаточно было поставить заранее изготовленную форму поверх котла.

Форма с тремя закрытыми сторонами должна была зафиксировать древесину так, чтобы она хорошо впитывала пар.

Я поместила древесину в форму и попросила Салиона.

Сейчас.

[*Король духов огня Салион* радуется, что наконец может помочь малышке, и громко смеется. Огонь становится сильнее.]

Котёл закипел, и пар начал интенсивно подниматься.

Еще немного.

[*Король духов огня Салион* добавляет еще тепла.]

Совсем чуть-чуть."

Когда пар начал подниматься еще более взрывоопасно, я резко вытащила древесину из формы и с силой согнула ее.

— Получилось!

Даже со взрослым телом, не имея большой физической силы, было трудно, но потратив немного времени, дерево вскоре согнулось под нужным углом.

Только тогда я смогла вздохнуть с облегчением.

То, что, как на Земле, после воздействия горячего пара деревянные доски можно сгибать, не ломая их, и то, что я нашла оптимальную температуру.

Это был самый замечательный результат.

На самом деле можно было бы просто положить на крышу древесину, нарезанную определенного размера, но поскольку это подарок для Элизы, я хотела сделать более красивый дом.

— Можете поддерживать эту температуру?

[*Король духов огня Салион* пожимает широкими плечами, говоря, что это вообще не проблема.]

— Великолепно.

[*Король духов ветра Сильф* говорит, что наша красавица, кажется, устанет, поэтому перевозку он возьмет на себя. При этом спрашивает, нет ли чего сказать.]

— Господин Сильф тоже действительно великолепен. Спасибо, что так помогаете.

[*Король духов ветра Сильф* подмигивает, говоря, что красавица действительно читает все его мысли.]

[*Король духов огня Салион* яростно протестует, спрашивая, почему тот перехватывает заслуги, когда всю тяжелую работу сделал он.]

[*Король духов воды Элайм* поправляет, что он тоже работал, поэтому слова короля духов огня не соответствуют действительности.]

[*Король духов огня Салион* приходит в ярость. Ледники на северной оконечности континента Элансия тают.]

По-подождите!

Эта суматоха закончилась только после того, как я поспешно похвалила всех королей духов.

Строительная площадка с четырьмя королями духов не уступает сорока тысячам рабочих, но...

Раум, заблокируй мои мысли.

[Заблокировал связь между малышкой и королями духов.]

Сопровождается болью, похожей на то, как будто принимаешь нытье малышей.

Эх, это мои короли духов, поэтому я должна их воспитывать с лаской.

Я спокойно думала мысли, которые, если бы короли духов узнали, привели бы их в небесный гнев, и сняла блокировку.

Работа по сгибанию древесины для изготовления крыши продолжалась до самого рассвета.

---

— Скоро въезд в графство Кудели. Через час сможем поесть горячую еду в гостинице.

Услышав слегка уставший голос кучера, настроение Элизы испортилось.

Ещё даже не прошли графство Кудели.

Уже прошло довольно много времени с тех пор, как она приехала в столицу ухаживать за мужем, услышав ошеломляющую новость сразу после возвращения из дома графа Ирет.

Сначала она была без ума, заботясь о больном муже и шокированных детях.

Вероятно, если бы Лидия не помогала ей, Элиза могла бы слечь в постель от слишком большого стресса.

Тем не менее, большой кризис был пройден, и когда пришло время покидать столицу, она немного пришла в себя.

И тогда мысли обратились к Вивьен.

Госпожа попросила хорошо заботиться о леди...

Чувство вины пришло на шаг позже.

Она даже не провела должного времени с Вивьен.

Вивьен почти три года жила в столице, подвергаясь жестокому обращению со стороны недостойной женщины.

А она, не подозревая об этом и во сне, только ждала дня, когда леди вернется в герцогский замок.

Она надеялась, что теперь наконец сможет исправить то, что было неправильно, но одна за другой случились неприятности.

Похищение Вивьен,

Случай, когда она упала в обморок от аллергии на юзу,

Поездка в дом графа Ирет по приказу герцога Анданте,

И даже то, что дом обрушился и муж пострадал.

Конечно, это не было ее виной, но на сердце было слишком тяжело. Тем более когда думала о покойной Сиене.

На самом деле Элиза изначально не была человеком из дома Анданте.

Она несколько лет работала горничной, ухаживавшей за волосами Сиены, матери Вивьен, в доме графа Ирет.

Сиена была довольно необычной леди, сильно отличавшейся от обычных дворян.

Тем не менее, Элиза не знала, что своенравная молодая леди Сиена, как только дебютировала в обществе, найдет мужчину для замужества и приведет его домой.

Этим мужчиной был герцог Анданте.

— Мы договорились пожениться, — сказала она.

Обещание брака между сторонами до обсуждения между семьями было редкостью в дворянском обществе.

Нет, не редкостью, а практически несуществующим явлением.

И дом графа Ирет, и дом герцога Анданте были перевернуты вверх дном.

Хотя произошло столько событий, что их трудно описать в одной строчке, двое в итоге сдержали обещание, данное друг другу.

Супруги герцога Анданте наслаждались довольно долгой медовой жизнью по сравнению с другими дворянами, прежде чем завести ребенка.

— Стань няней моего ребенка, Элиза.

— Как я осмелюсь...

— Именно потому, что это ты, Элиза, я могу просить. Хочу, чтобы ты хорошо позаботилась о моей очень милой дочке.

Сиена предложила работу няни Элизе, которая бросила работу в доме графа Ирет и воспитывала двух сыновей.

Мужа-охотника устроили конюхом в герцогском доме, а двоих детей — прислугой в герцогском особняке.

По сравнению с другими нянями, которые должны были жить отдельно от своих настоящих семей, ухаживая за детьми дворян, это были очень хорошие условия.

На самом деле она приехала в поместье Анданте не столько из-за условий, сколько из-за доверия к Сиене.

Но вскоре после этого Сиена, поднявшаяся в столицу, желая провести время с родственниками до рождения ребенка, родила преждевременно. И умерла.

В огромном горе она хотела покинуть поместье герцога Анданте, но не могла игнорировать последнюю просьбу Сиены, ставшую ее завещанием.

Элиза решила воспитать Вивьен как мать вместо умершей Сиены.

Но из-за магических существ, напавших на поместье герцога Анданте, она не могла забрать Вивьен с собой.

Элиза смогла встретить Вивьен только спустя почти три года после получения известия о смерти Сиены.

Первое впечатление было шокирующим.

— Боже мой, это ребенок наша леди?

Ребенок, слишком худой и маленький для своего возраста, следы жестокого обращения по всему телу, и даже то, как она оглядывалась по сторонам.

Сначала она злилась, потом чувствовала вину.

Она ненавидела себя за то, что даже не думала поехать в столицу, полагая, что все хорошо.

Она так сожалела, думая о том, как Сиена должна была ее винить с небес.

Поэтому думала, что должна лучше относиться к Вивьен, но...

Надеюсь, она не забыла мое лицо.

В таком юном возрасте это могло случиться.

Но больше, чем личная грусть, ее беспокоило то, что слишком большая пустота образовалась из-за отсутствия и ее как няни, и Лидии как одной из горничных.

— Нельзя ехать быстрее? — не сумев подавить нетерпение, Элиза высунула голову из кареты и спросила кучера.

— Можно увеличить скорость, но, вероятно, это будет тяжело для выздоравливающего пациента и детей.

— Понятно.

Элиза обреченно опустила глаза.

Говорят, даже семья барона Адажио приезжала...

Хотя она изначально была из дома графа Ирет и не очень знала людей из дома герцога Анданте, те как-то вызывали у нее неприятные ощущения.

Тем более что их имена всегда слышались только в связи с плохими делами.

Барон Адажио, который растратил все богатство, данное герцогом, и всегда приходил занимать деньги, Баронесса Адажио, которая наняла злую женщину, жестоко обращавшуюся с Вивьен, а потом отделалась словами, что ничего не знала...

Было тревожно, не случилось ли что-то, пока она отсутствовала.

— Фу-у.

— Няня, немного отдохните. Последние несколько дней вы почти не спали.

На слова Лидии Элиза вынужденно кивнула.

Но беспокойство о Вивьен, беспокойство о Джейн, которой придется справляться со всем одной, и беспокойство о семье, у которой не стало дома, куда можно вернуться...

Сердце Элизы никак не могло успокоиться.

Уже само движение в изменившемся взрослом теле было большим ударом, а поскольку я не могла нормально спать, усталость увеличилась вдвое.

Способов справиться с этим было только два: спать и есть.

— Леди, сегодня нужно немного выйти.

— Не хочу, слишком устала.

Сонным голосом я отклонила уговоры Джейн.

— В последнее время вы слишком много спите. Не бродите ли где-то по ночам, поэтому не спите?

Ой. Попала в точку.

Джейн иногда проявляла такую проницательность в самых неожиданных местах.

Я поспешно покачала головой.

— Нет. Это не то...

Какой предлог придумать?

— Это зимняя спячка.

— Зимняя спячка?

— Зимой всегда хочется больше спать. Сплю, чтобы быстрее расти.

— Но сегодня вы слишком много съели. Если так заснете, то еда не переварится.

Действительно, в последнее время я только ела и спала, поэтому из-за плохого пищеварения пришлось несколько раз пить разбавленный уксус.

Эх, ещё раз пить не хочется, поэтому сегодня придется послушать Джейн.

— Тогда только 10 минут.

Получив согласие Джейн, я встала с места.

— На улице очень холодно?

— Для прогулки леди слишком холодная погода.

— Но здесь тепло.

Даже когда я ходила в одной домашней одежде и в домашних тапочках на все сезоны, в коридоре не чувствовалось холода.

И камина тоже не было видно, поэтому мне было трудно поверить, что на улице холодно.

— В герцогском замке действует магия контроля температуры.

— Магия контроля температуры?

— Да, на все здание. Поэтому как бы ни было холодно снаружи, внутри тепло. Летом наоборот.

— Понятно...

Вот что значит один из трех герцогских домов, разрабатывающих магические артефакты.

Пока я про себя восхищалась классом нашего рода и собиралась повернуть за угол коридора.

— Посмотрим, как долго ты сможешь так самодовольно себя вести.

От разгневанного мужского голоса мы с Джейн одновременно остановились.

— По крайней мере, дольше тебя. Я не подлый человек, который выживает, подлизываясь.

— Этот сукин сын...!

Хм, кажется, кто-то дерется.

Хотела просто пройти мимо, но почему-то оба голоса показались знакомыми.

Джейн потянула меня за руку, предлагая пойти в другую сторону, но я притворилась непонимающей и прислушалась, желая узнать, кто дерется.

— Хочется прекратить эту бесполезную беседу.

Один очень возбужден, другой невероятно спокоен.

— Особенно вместо траты времени с дураком, лучше послушать хрюканье свиней для душевного покоя.

К тому же едко.

Я могла поставить около 500 золотых на то, что спокойная сторона выиграет в словесной перепалке.

— Этот, проклятый мошенник, который обманывает всех подряд и ворует деньги!

— Лучше быть осторожнее с этим ртом. Зерон Остас.

Зерон Остас?

Этот подлый дядя? Этот возбужденный мужчина — барон Остас?

А ведь этот дядя не пришел на урок.

Не видя его, я совершенно забыла о существовании барона Остаса.

Но что случилось, что они так грубо ругаются и дерутся?

Джейн явно не хотела туда идти, но я харизматично схватила руку Джейн и осторожно направилась туда.

— А-ах, леди!

— Тсс!

Ты мне еще спасибо скажешь.

Ведь наблюдение за драками — самое интересное в мире!

— Ха, хватит. Зря связался с грязным мошенником.

Но было слишком поздно, все что я увидела — это как барон Остас плюнул на пол и резко повернулся в противоположную сторону.

Если плюешь, то плюй на улицу, зачем плевать в коридоре чужого дома?

У него не было основ как у вассала.

И так уже попался на сговоре с Юстоном, может, пожаловаться папе?

Пока я серьезно размышляла, глядя на место, где стоял барон Остас, человек, который с ним спорил, тоже повернулся.

И в момент, когда я увидела лицо этого человека, я очень удивилась.

Человеком, который спорил с бароном Остасом, оказался никто иной, как мой учитель, барон Новис Бадрик.

Видя, как он идет к нам с Джейн, я поспешно дернула подол платья Джейн.

— Бежим!

По моему сигналу Джейн, словно ждала этого, подхватила меня на руки и убежала с места.

Джейн опустила меня только после того, как спустилась на два этажа вниз по лестнице.

— Кажется, не заметил?

— Да, не видел. Но, Джейн, я не тяжелая?..

Зная, что в последнее время ела очень много, я очень беспокоилась за суставы Джейн.

— Ой, какая вы тяжелая. Как пушинка.

Но при этом лицо очень-очень красное и тяжело дышит.

Горничная, которая так страдает из-за тяжелой хозяйки, а я грешница, ослепленная аппетитом.

— Прости.

— Ой, да что вы! В любом случае раньше так нельзя было, подглядывать за дракой невежливо, леди.

— Но все же...

Наблюдение за драками же интересно.

[*Король духов огня Селион* полностью соглашается с малышкой, говоря, что самое интересное в мире — наблюдение за огнем, а потом за драками, и громко смеется.]

[*Король духов ветра Сильф* закатывает глаза на короля духов огня, говоря, что тот учит нашу красавицу очень хорошим вещам.]

...Драки между вами двумя неинтересны, поэтому не деритесь.

К счастью, на мои слова два короля духов послушно замолчали.

— В любом случае, я знала, что отношения между двумя баронами плохие, но не знала, что они будут так драться в герцогском замке.

— М? Отношения между этими двумя плохие?

На слова Джейн я округлила глаза.

— Да, леди.

— Почему?

Нельзя было пропустить историю о том, кто с кем дрался. Такие сплетни всегда интересны!

Джейн, зная это, рассказала слухи с глазами, сверкающими намного ярче, чем раньше.

— Барон Новис обманул и разорил половину состояния дома барона Остаса. В герцогстве это очень известная история.

— Бадрик так обманул?

После настоящих уроков он не казался настолько плохим человеком.

Говорили, что в герцогском замке много людей с обидами, кажется, теперь я понимаю почему.

— Это было четыре года назад. На самом деле не знаю, каким образом он отнял так много денег, но...

Джейн понизила голос и сказала почти шепотом.

— Говорят, барон Новис издевался над плачущим от потери денег бароном Остасом, спрашивая, зачем человеку хуже зверя деньги.

— И после такого они работают под папой?

— Поэтому они стараются не встречаться.

— Папа это знает?

— Обстоятельства примерно знает, но раз закрывает глаза, у барона Новиса тоже есть свои причины.

— Ну, у каждого человека есть свои обстоятельства.

Обмануть и отнять половину состояния нормального человека — это плохой поступок, заслуживающий осуждения.

Но то, что папа знал все содержание и все же пропустил, значит, была достойная причина.

И то, что он доверил меня Бадрику, тоже было не без причины.

Не нужно было иметь предрассудки против других из-за прошлого, которого я не знаю.

К тому же, поскольку объектом этого обмана был барон Остас, я могла еще более гладко обойти эту проблему.

[*Король духов земли Терра* восхищается зрелым образом мышления малышки, говоря, что благодаря ей начал видеть мир теплее.]

Ой, да что я такого. Спасибо.

[*Король духов ветра Сильф* с лицом, что не может проиграть, стреляет стрелами любви, говоря, что счастлив каждый день, видя нашу красавицу с утра до вечера.]

[*Король духов огня Селион* говорит, что люди должны быть горячими как огонь, а размер его сердца — это само его существование, не требующее выражения.]

[*Король духов воды Элайм* холодно смотрит на двух королей духов, но ничего не говорит.]

И сегодня все теплое неправильно...

Я старалась улыбаться и взяла руку Джейн.

— Пойдем, Джейн.

— Да, леди.

В такие времена лучше всего убежать в страну грез.

— 10 минут прошло, я пойду спать.

— Леди тоже...

Джейн покачала головой, словно ничего не могла поделать, и пошла вперед.

---

Сегодня немного волнующий день.

Потому что сегодня наконец можно увидеть завершенный дом.

На самом деле отделочные работы закончил три дня назад, но было как-то тревожно сразу переносить дом после строительства, поэтому немного повременил.

Я всегда видела его только из бункера, но снаружи смотрю впервые.

С трепещущим сердцем я вышла посмотреть на дом, который перенес Терра.

— Вау.

Благодаря тому, что Салион лично зажег огонь в пустых факелах, я могла любоваться домом не темноте.

— Красиво...

Не знаю, потому ли что я строила этот дом, но первым словом было "красиво".

Белые плоские толстые стены,

Темно-коричневая крыша, красиво обхватившая даже дымоход и плавно следующая по линии крыши,

Дверь, сделанная из того же дерева.

Не такой уж великолепный дом, но по сравнению с разваливающимися соседними домами он был достаточно красив, чтобы сказать, что он сияет.

Открыв дверь и войдя внутрь, увидела пустое пространство, где не было ничего, кроме пола из темного дерева.

Нет, пространством можно было назвать только отдельное место для камина и туалета.

Войдя в туалет, увидела отверстие, которое заранее проделала для подключения труб.

Теперь, если Эриксон подключит трубы и установит кран, получится дом, вполне неплохой для жизни.

— Я справилась.

Так прекрасно построила дом и тщательно записала все проблемы и решения, с которыми столкнулась во время строительства.

Я сделала все, что должна была.

Поэтому теперь оставалось только одно.

Остается только положиться на Эриксона.

Поскольку я узнала о неиссякаемой водной жиле, благословенной королями духов, где вода постоянно бьет фонтаном, теперь была его очередь.

Выйдя наружу, я увидела Эриксона, который с инструментами в руках растерянно смотрел на дом.

— Что случилось в такое время? — спросила я, делая вид, что знаю его.

Эриксон, словно только сейчас заметил мое присутствие, повернул голову ко мне.

— Меня беспокоила работа с трубами, которую не успел закончить днем... Поэтому вышел и...

Запинаясь, он продолжил говорить, затем посмотрел на меня с восхищенными глазами и спросил:

— Это дом, который построил архитектор?

— Да.

— Вот оно что.

Медленно подойдя к дому, Эриксон бросил инструменты на землю и погладил стену рукой.

— Впервые в жизни вижу такое. Боже, свежепостроенный новый дом. Значит, строительство дома не было ложью...

— Вы думали, что я лгу?

— Не то чтобы, но все же видеть своими глазами слишком...

Эриксон не мог нормально говорить. Видимо, шок от впервые увиденного в жизни нового дома был настолько велик.

Долго осматривая снаружи, он вскоре вошел в дом. Я не останавливала Эриксона.

[*Король духов огня Селион* говорит, что видя, как он сверкает глазами при виде нового, даже полукровка-дворф не может обмануть кровь.]

А? Эриксон был полудворфом?

[*Король духов ветра Сильф* удивляется, что красавица не знала, хотя это было заметно с самого начала.]

Когда я впервые его увидела, он действительно напомнил мне дворфа.

Но поскольку у него не было характерных черт, присущих только дворфам, я думала, что просто получила похожее ощущение из-за того, что он кузнец.

Значит, полудворф.

Неудивительно, что он казался более взволнованным при создании новых вещей, чем я ожидала.

Эриксон вышел наружу только спустя долгое время после того, как я закончила разговор с королями духов, узнав новую информацию о нем.

Глядя на его лицо, казалось, будто душа вся вытянулась и он потерял рассудок.

— Все в порядке?

— А, да. Извините.

— Вы видели все отверстия, которые проделаны для подключения водопровода внутри?

— Видел. Но отверстия кажутся больше, чем я думал...

На затрудненное выражение лица Эриксона я поспешно замахала руками.

— Это можно заделать после установки, так что не беспокойтесь. Сможете сделать запрошенный водопроводный кран?

— Да. Сначала я не очень понимал, но размышляя о водяном баке, понял, какой это принцип. С раковиной и туалетом вообще никаких проблем, но с ванной будет сложно из-за нехватки времени.

— Это нормально. Но когда закончится работа?

— Водяной бак уже сделал, и водопроводные трубы, соединенные с водной жилой, тоже готовы, так что остальная работа закончится за три дня.

— Значит, с тех пор можно будет использовать дом?

— Да.

На слова Эриксона я чуть не схватила его за руки и не запрыгала. Однако перед этим мне нужно было о чем-то его попросить.

— Люди случайно не спрашивали, что вы делаете, видя вашу работу?

— Несколько раз спрашивали, но каждый раз как-то уходил от ответа.

— Хорошо сделали. Но если кто-то придет и спросит, кто архитектор, с которым вы работали...

— Я сохраню секрет.

Еще до того, как я закончила говорить, Эриксон первым сказал желаемый ответ.

— Если я буду болтать языком направо и налево, станет хлопотно.

— Это тоже так, но...

Я улыбнулась и как-то уклончиво промямлила остальное.

— В любом случае, дом тоже завершен, поэтому не стоит больше затягивать. Пойду работать.

— А, да. Удачи.

Вежливо попрощавшись с Эриксоном, я вскоре достала из кармана брюк смятый кусочек бумаги.

Этот, казалось бы, незначительный клочок бумаги на самом деле был чертежом со структурой дома.

И здесь было подробно записано не только структура дома, но и где какие материалы использовались.

Я несколько раз сильно разгладила смятый клочок бумаги ладонью, затем проткнула булавкой и воткнула в стену.

— Должно быть нормально...

Я не без колебаний решила обнародовать способ строительства дома.

Но уже слишком много людей жило в разваливающихся домах.

Даже если я хотела им помочь, у меня было одно тело. Я не могла так тайно построить дома для всех.

Поэтому я и решила оставить чертеж.

Если обратиться к нему, то даже если сразу не получится построить дом, по крайней мере можно будет сделать ремонт.

Это дойдет и до папы?

Если все пойдет, как я ожидаю, папа может задействовать войска или нанять жителей поместья для проведения восстановительных работ.

Нет, я была уверена, что восстановительные работы будут проведены.

До того, как я попала в дом герцога Анданте, хотя и по стандартам сто лет назад, но все же я слышала о доме герцога Анданте только плохое.

Невероятно богатые, но холодные люди, которые думают только о себе.

Бесчувственные люди, которые поднимают меч даже на собственную кровь.

Единственные в мире негодяи, которые спокойно делают подлые вещи, если это приносит выгоду.

Но на самом деле это было не так.

Конечно, иногда папа казался немного страшным и жестоким.

Особенно когда выносил смертные приговоры.

Но в любом случае папа был хорошим главой, заботящимся о жителях поместья.

Даже если жители поместья не смогут продать шкуры гоблинов, папа все равно будет сыт и сможет жить в теплом доме в роскоши.

Но все же он бодрствовал несколько ночей из-за переговоров с королевством Эпен и провел множество встреч с вассалами.

Поэтому если я оставлю это, и если это дойдет до папы...

Папа не разочарует меня.

Люди, которые боятся, что их дома рухнут, вскоре смогут получить безопасные дома, о которых им не нужно беспокоиться.

[*Король духов земли Терра* растроган альтруистичным видом малышки.]

[*Король духов воды Элайм* добавляет, что малышка, возможно, похожа на воду.]

[*Король духов огня Селион* говорит, что вид малышки заставил его хотеть делать больше хороших дел в мире.]

[Площадь пустыни в центральной части континента Элансия уменьшилась на 10%.]

[*Король духов ветра Сильф* объявляет о полной замене языка духов.]

[Слово, означающее "прелесть" в языке духов, заменено на "Вивьен".]

Что? Конечно, я думала, что сделала хорошее дело, но разве это не слишком большой масштаб...

[*Король духов ветра Сильф* подмигивает, говоря, что прелестная Вивьен достойна этого.]

Ах, на мгновение забыла. Что с королями духов иногда не найдешь общего языка.

Я вздохнула, а затем улыбнулась.

На самом деле мне было не плохо.

---

Настроение герцога Анданте было очень подавленным.

Барон Новис, пришедший с утра воскресенья, перехватил его, когда он собирался выйти на бранч с Вивьен.

Времени и так было мало, а дело, по которому барон Новис посетил его, было весьма дерзким.

— Вы скрыли от меня информацию о леди.

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Ваша светлость сказал, что леди умна не по годам, поэтому нужно подстроить уровень уроков под ребенка пяти-шести лет.

Выражение лица герцога, попавшего в болезненную точку, едва заметно изменилось.

В глазах барона Новиса, уловившего тот мгновенный момент, который другие не заметили бы, появился интерес.

Как и думал.

То, что герцог Анданте в тот день привел вассалов в коридор Вивьен, было не просто из любопытства увидеть дочь на уроке.

Несомненно, пришел проверить, правильно ли скрываю.

Не предвидеть этого было его просчетом.

— Слышал, что ваша светлость с детства был известен как гений?

Герцог Анданте с трех лет искусно ездил верхом, в четыре впервые успешно применил простую магию.

В семь лет победил взрослого рыцаря чистым фехтованием без использования магии, а в пятнадцать официально получил звание мага-мечника.

После совершеннолетия погрузился в исследования, а после наследования титула герцога, словно ждал этого, разработал и представил множество магических артефактов.

Герцог Анданте был гением, рожденным в роду впервые за несколько сотен лет.

Будь то меч, магия или исследования — универсальный гений, не отстающий ни в чем.

— А леди должна была стать контролером дома графа Ирет.

Власть в доме графа Ирет разделяют глава и контролер.

Глава — это буквально руководитель, управляющий делами рода, а контролер — тот, кто выполняет обязанности, возложенные на дом графа Ирет.

Дом графа Ирет широко известен как семья, которая поколениями управляла святыми реликвиями, принадлежащими королевской семье Ибриттон.

Но у них была еще одна роль. Именно контроль силы королевской семьи.

Основатель Ибриттона — Равилли, полукровка эльфа и человека-великого мага.

Обычные люди абсолютно не могут использовать магию и духов одновременно, но полуэльф сломал этот здравый смысл.

Но это касалось только Равилли.

Равилли использовал свою силу, идеально контролируя ее, но проблемы начались с будущих поколений.

Потомки Равилли также родились со способностью одновременно управлять магией и духами, но не могли контролировать эту силу.

Несчастные случаи происходили нередко, и эти случаи всегда заканчивались смертью того, кто не смог контролировать силу.

Восьмой король Ибриттона Вес выяснил, что это происходило из-за неспособности полностью заблокировать одну силу при использовании другой.

Но королевская семья, рожденная с двумя силами одновременно, изначально не могла использовать эти силы отдельно.

Поэтому появились сдерживающие устройства, которые полностью блокировали близость к духам при использовании магии и магическую силу при использовании духов.

Контролер был обязан управлять и контролировать такие сдерживающие устройства.

Управление сложными сдерживающими устройствами без единой ошибки было возможно только для тех, кто глубоко понимал теорию магической силы и близости к духам.

Сиена была назначена таким контролером.

Если бы Сиена не вышла замуж за герцога Анданте, она приняла бы приемного мужа и унаследовала обязанности контролера.

— Ваша светлость, знаменитый как гений, и леди, которая должна была стать контролером. То, что леди, дочь вас двоих, необычна, не удивительно.

Глаза Бадрика заблестели.

— Следовало заранее предвидеть, что леди, унаследовавшая кровь вас двоих, будет необычной...

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Разве леди не родилась с выдающимися способностями?

Барон Новис спросил, улыбаясь.

— Поскольку леди очень хорошо усваивает содержание уроков, я невольно продолжаю повышать уровень занятий.

— ...

— Урок, который могли бы понять только умные дети среди детей возраста молодого господина Юстона, переваривает трехлетняя леди.

Лицо барона Новиса мгновенно застыло, а голос понизился.

— Очень великолепно. Ваша светлость.

— И что?

— ...Честно говоря, это не удивительно. Скорее, я был глуп, не предвидя этого.

Родившись с кровью дома герцога Анданте, она не могла быть обычным ребенком.

А ведь это дочь главы дома герцога Анданте и женщины, которая чуть не стала контролером дома графа Ирет.

Возможно, было бы странее, если бы она не показывала таких достижений.

— Вы испытывали меня?

— ...Что?

От совершенно неожиданного вопроса, не похожего на то, что он ожидал услышать дальше, выражение лица герцога Анданте исказилось от растерянности.

— Вы усомнились в моих качествах из-за того, что я попался на мошенничестве, и испытывали меня через то, смогу ли я распознать способности леди или нет?

...Это было чрезмерное самомнение.

От этого огромного заблуждения барона Новиса герцог не знал, с чего и как начать указывать на ошибку.

Это была редкая головоломка для того, кто всегда быстро находил ответы, как бы они ни были сложны.

— Видимо, тебе пришлось нелегко в тюрьме, — наконец заговорил герцог. — Судя по тому, как поехала твоя голова.

— Простите?

— Если заставишь меня терять время на неподобающую чушь, с этого момента буду назначать по одному удару розгами за каждую минуту.

В старые времена он бы сразу приказал вытащить и избить, но это было проявление милосердия.

Конечно, если барон Новис продолжит наглеть, герцог был готов добавить к наказанию все время, которое тот заставил потратить впустую.

К счастью, барон Новис тоже, видимо, почувствовал его серьезность и сообразительно отступил.

Нет, собирался отступить.

— Ваша светлость!

Дворецкий Эндрю без стука распахнул дверь и вбежал внутрь.

Барон Новис, который как раз собирался выходить, столкнулся с дверью и свалился, но для Эндрю это даже не было предметом интереса.

— Случилось большое дело.

— Большое дело? Разбойники разграбили жителей?

— Н-нет. Если разобраться, это хорошее большое дело...

Герцог поднял бровь.

Хорошее большое дело — с тех пор как он управлял герцогским домом, такого никогда не случалось.

От острого взгляда герцога Эндрю поспешно заговорил.

— Говорят, на месте разрушенного дома Элизы, которая работает няней леди, внезапно появился дом.

— ...Что?

— И это новый дом. В таком стиле, какого никогда не видели в герцогстве, и даже чертежи остались внутри.

Дом в стиле, какого никогда не видели в герцогстве, и чертежи.

Это было очень необычно и подозрительно. На самом деле было непонятно, как на это реагировать.

— Рыцари?

— Уже расследуют дом жителя поместья. Получил сообщение от барона, что он вернется, обеспечив чертежи.

— Понял. Свяжись и с вассалами.

— Вероятно, они сейчас едут в герцогский замок. Прибудут в течение 30 минут.

Настроение было неважным.

Частично из-за внезапно возникшего неожиданного дела, но на самом деле на 80% из-за того, что планы неторопливого бранча с Вивьен, о которых он думал несколько дней, полностью провалились.

Бранч придется отложить на следующую неделю.

Конечно, даже в такой ситуации герцог полностью не отказался от мыслей о бранче.

---

Давно не просыпалась поздно, не думая о других планах.

Сколько сейчас времени?

Глядя в окно, увидела, что солнце садится.

Даже учитывая зиму, судя по пейзажу за окном, было уже около четырех часов дня, я поняла, что действительно долго спала.

Изначально сегодня была назначена встреча с папой на бранч. Но то, что Джейн не разбудила меня, наверное...

Папа отменил встречу.

Причина была понятна.

Вероятно, дошла новость о том, что на пустом месте внезапно появился дом.

Чертежи благополучно попали к папе?

Беспокоилась, не утащил ли их куда-то тот, кто первым обнаружил дом.

Было неизвестно, благополучно ли дом перейдет к Элизе. На всякий случай оставила записку вместе с чертежами.

"Был в долгу перед Элизой, построил дом в знак благодарности.

Чертежи оставляю, думаю, они пригодятся здешним людям. Желаю, чтобы жители поместья герцога Анданте жили в безопасных домах."

Хотя записка была довольно небрежной, поскольку сочинила ее на скорую руку...

Поверят ли?

Эх, не знаю.

Дом старательно сделала, и теперь он покинул мои руки, поэтому хотелось бы, чтобы Элиза поскорее вернулась в герцогский замок.

— Ой, леди. Когда вы проснулись?

— М? Только что. Почему не разбудила?

Хотя знала причину, нужно было хотя бы приблизительно понять, как развивается ситуация.

Как и ожидала, Джейн заговорила о доме Элизы.

— Внезапно случилось большое дело, поэтому дела отменили. На самом деле на пустом участке няни внезапно появился сверкающий новый дом.

— Правда?

— Да, поэтому сейчас расследуют, не новое ли это оружие.

Дом, который я старательно делала, новое оружие... Слишком.

Но если подумать, дом появился внезапно, не упав с неба, поэтому было естественно отнестись к этому подозрительно.

— В доме была оставлена записка. Что человек, который был в долгу перед няней, построил дом для нее.

— Вау, удивительно, что есть человек, который умеет отвечать добром на добро.

— Если такие хорошие намерения, то я бы тоже очень обрадовалась. Сейчас расследуют кузнеца, который пришел делать водопровод в том доме, но подозрительного нет ничего, поэтому скоро освободят.

Хорошо!

Если дела пойдут как надо, Эриксон, кажется, не пострадает из-за меня.

— Тогда...

Скрывая облегчение, я посмотрела на Джейн.

— Если проблем нет, тот дом станет домом няни?

В таком случае мое дело было определено.

---

Встретиться с папой удалось только около десяти вечера.

Обычно в это время я притворялась спящей и готовилась выходить, но поскольку дом был завершен, больше не нужно было этого делать.

Теперь прощай дни, когда сердце трепетало от страха быть пойманной. Хм-хм.

— Леди, входите.

По приглашению дворецкого Эндрю я поспешно пришла в себя и последовала за ним.

В кабинете был не только папа со слегка усталым видом, но и несколько дядюшек-вассалов.

Последствия нового дома оказались больше, чем думала.

Но все же выходные все отдыхали, а сегодня до такого времени остались в герцогском замке.

— В такое позднее время не спишь.

— Папочка, вы тоже не спите.

Я с улыбкой подошла к папе.

— Слышала от Джейн. Что у Элизы появился дом.

— Ещё расследуется.

— Когда расследование закончится, он станет домом Элизы?

Пожалуйста, скажи, что станет домом Элизы. Пожалуйста!

— По законам Ибриттона, все в поместье принадлежит феодалу. Но если подтвердится, что Элиза и ее семья не опасны, они смогут жить в том доме.

Хм, если закон такой.

Все же хорошо, что папа позволит Элизе жить в том доме.

Я хотела узнать именно это, поэтому ждала до такого времени и пришла к папе, поэтому очень хорошо, что услышала хорошие новости.

— Но по прибытии некоторое время она будет жить в герцогском замке.

— А? Почему?

Хотелось бы, чтобы она вошла в тот дом как можно скорее!

Когда я с недоумением посмотрела на папу, он заправил мои волосы, упавшие вперед, за ухо и ответил.

— Нельзя жить в доме без мебели и всего прочего, только расстелив одеяла. Нет, даже одеял нет, поэтому будет еще труднее.

А, понятно.

Тогда придется жить в герцогском замке...

— Папочка!

Нет, пришла хорошая идея.

В любом случае подарок дома был подарком кого-то, кто был в долгу перед Элизой.

Официально я ничего не дарила Элизе.

— Я хочу подарить Элизе мебель.

— Мебель?

— Да. Элиза все это время хорошо заботилась обо мне, и она возвращается после трудных времен, поэтому хотела бы, чтобы она обрадовалась...

Папа медленно кивнул.

— Хорошо, дарить подарки при появлении нового дома тоже традиция. Ты сказала, что хочешь подарить мебель?

Кивок-кивок.

Если уж на то пошло, хотела бы подарить всю мебель, чтобы можно было сразу войти и жить!

— Тогда устрою встречу с мебельщиком.

Встретиться и заказать лично тоже хорошо.

Как и при общении с Эриксоном, разговаривая со специалистом в той области, можно не только развить свои мысли, но и получить хорошие результаты.

— Мне тоже стоит приготовить подарок твоей няне.

— Папочка тоже?

— Да.

Папа слегка улыбнулся.

— В любом случае я требовал от твоей няни больше, чем работа няни. На этот раз она сильно намучилась в чужих местах, поэтому хорошо бы помочь ей сразу отдохнуть по возвращении домой.

Наш папа лучший!

Было непонятно, почему в обществе говорят, что дом герцога Анданте жестокий.

Хм, может быть, слухи, ходившие сто лет назад, теперь изменились?

Наверное, так и есть. Папа хотя и выглядит немного холодным и страшным, но очень заботливый, теплый и нежный.

[*Король духов огня Селион* спрашивает, как насчет него.]

Хм? Господин Селион?

Внезапно почему будто землетрясение в зрачках...

Я сделала вид, что не слышала слов Раума, и поспешно попрощалась с папой.

— Тогда поскольку поздно, я пойду. Слышала, что папочка очень расстроился из-за отмененного бранча. В следующий раз поедим, поэтому не сердитесь слишком. Поняли?

— ...Хорошо, понял.

— Скорее ложитесь спать.

Собиралась поклониться и выйти, но папа внезапно остановил меня.

— Виви.

Затем понизил голос.

— Барон Новис понял, что ты гений.

Хм? Значит, понял, что я создала формулу?

— Он... не знает нашего важного секрета, но, кажется, понял, что твой уровень слишком высок по сравнению со сверстниками.

Тьфу, в чем была проблема?

И при изучении теории денежных единиц, и при объяснении применения ее к практическим примерам я играла, будто мне трудно!

Неужели все понял и поэтому дал задание по шкурам гоблинов?

— В любом случае, он уже узнал, поэтому не нужно мучиться, пытаясь скрыть это.

Кажется, это не очень хорошо.

Я состроила грустное лицо и кивнула.

— Поняла.

— Хорошо. Это не твоя вина, а вина этого хитрого змея барона Новиса, поэтому не беспокойся.

Хотя кается, что хитрый змей слишком чересчур за то, что он немного понял мой уровень...

— Да, папочка. Спокойной ночи.

Попрощавшись с папой, я вышла из кабинета.

Теперь, когда закончила строительство дома, нужно подумать, как решить задание, связанное со шкурами гоблинов.

Почему так много дел?

— Эх.

Мне стало жалко себя, уже в таком юном возрасте вздыхающую так глубоко. Хм-хм.

Черные наручники и кандалы, надетые соответственно на руки и ноги, сковывали тело юноши.

Уже десять дней прошло с тех пор, как он не мог сделать ни шагу без посторонней помощи.

Он чувствовал, как тело, которое не могло нормально двигаться, повреждается, но это было то, чего хотел юноша.

— Герцог Анданте сказал, что если заблокировать священную силу, можно будет снять маску. Но как это возможно?

— Способ блокировать священную силу не является полностью невозможным.

— Неужели...

— Нужно надеть сдерживающие устройства. Вы уже управляете сдерживающими устройствами, не так ли?

— Это... это предметы, созданные и усовершенствованные за десятки, сотни лет. Нелегко сразу создать такую же вещь.

— Сможете хотя бы приблизительно сделать подобное.

— Это возможно, но не хочется. Для молодого юноши это слишком жестоко.

Бесконечную дискуссию взрослых прекратил юноша.

— Я сделаю это.

— Что?

— Каким бы ни был этот способ, я сделаю это.

Он хотел снять эту проклятую маску.

С тех пор как он начал осознавать себя и понимать, что видимые ему люди — это другие, он ни разу не снимал эту маску.

Хотя это была только полумаска, юноша не знал даже, как он выглядит.

Возможно, лицо, скрытое под этой полумаской, было слишком уродливым.

Но он хотел снять ее. Потому что хотел полностью освободиться от тех, кто надел на него эту маску.

Это было нелегко.

Граф Ирет предупредил, что поскольку он никогда не создавал сдерживающие устройства для блокировки священной силы, способ будет довольно примитивным.

Тем не менее он сказал, что согласен. И вот так, с руками и ногами, скованными кандалами, он лежал как труп.

Тук-тук.

На звук стука юноша бессильно повернул голову.

В комнату вошли граф Ирет и отставной священник Грегори.

— Состояние ребенка нехорошее.

— ...Я же заранее предупреждал.

— Я не виню вас. В любом случае... проверим священную силу.

Отставной священник подошел к нему и положил руку на сердце.

— Дыши медленно.

На эти слова юноша спокойно вдохнул и выдохнул. Тогда тяжелая энергия медленно проникла в сердце юноши.

Энергия, которая приблизилась, словно пронзит сердце, вскоре остановилась, обошла вокруг сердца и вытекла через руку отставного священника Грегори.

— Чисто.

— Тогда...

— Теперь, кажется, можно попробовать снять маску.

— Я.

Юноша встрял между графом Иретом и отставным священником.

— Могу ли я снять ее?

— Помнишь, когда последний раз снимал маску?

— ...Не очень помню, но носил маску с самого раннего детства.

— Тогда и ты не знаешь своего лица.

Юноша кивнул, подтверждая слова графа Ирета.

На кивок графа Ирета стоявший рядом рыцарь принес зеркало, висевшее на стене, и поставил его у изножья кровати, где лежал юноша.

— Снимай. Ты тоже должен быть любопытен увидеть себя.

С разрешения графа Ирета юноша поднес дрожащую руку к лицу.

Длинные наручники издавали неприятный звук ударов металла о металл, но сейчас он его даже не слышал.

Вскоре твердая маска оказалась в его руке.

Боли, которую он всегда чувствовал при прикосновении к маске, не было. Не сыпались трескучие искры. Можно было просто снять ее.

Поняв этот факт, у него не было причин колебаться.

Тук—

Юноша мгновенно снял маску и бросил ее на пол.

Затем откинул назад густую челку, падавшую до носа, и наконец увидел свое лицо.

Кожа, не видевшая должного солнечного света, была чрезмерно бледной.

Возможно, густые черные волосы, которые росли как попало, на контрасте с кожей делали ее еще более бледной.

Глаза были длинными и узкими, но золотые зрачки были настолько интенсивными, что привлекали взгляд, поэтому не казались раскосыми. Только и разрез глаз, и губы были холодными.

Нос был высоким, длинно вытянутым. Без неровностей или острых углов, объективно красивый нос.

Только долго глядя, он смог понять.

На его лице не было ничего уродливого или гнилого. То есть не было ничего настолько странного, что нужно было скрывать.

Поэтому это было еще страннее. Почему они должны были скрывать лицо юноши?

Юноша наконец отвел глаза от зеркала и посмотрел на графа Ирета и отставного священника Грегори.

— Боже мой!

Отставной священник вздохнул и отступил на шаг, а лицо графа Ирета тоже побледнело.

Их состояние было слишком плохим. Явно отличалось от того, что было до того, как юноша снял маску.

Граф Ирет запинаясь заговорил.

— Не знаю, кто надел маску, но это...

— Э-этого не должно быть. Как вообще такое могло произойти...

Отставной священник тяжело дыша подхватил.

В лице юноши двое видели то, что им не следовало видеть.

Граф Ирет и отставной священник Грегори успокоились еще позже.

На самом деле им понадобилось больше времени, чтобы обрести спокойствие, чем юноше, который впервые увидел свое настоящее лицо.

Настолько то, что они увидели в лице юноши, могло вызвать большие проблемы.

— Мальчик.

Юноша, который тихо рассматривал свое лицо, повернулся на зов графа Ирета.

— Да.

— Хочешь жить?

Жизнь.

Никто никогда не спрашивал юношу о жизни, поэтому это была проблема, о которой он никогда не думал.

Но если бы кто-то спросил юношу, хочет ли он жить, у него был ответ.

— Не хочу умирать.

— Тогда ходи, скрывая лицо. Ты...

Граф Ирет сглотнул.

То, что он собирался сказать, было слишком жестоким для еще молодого юноши.

Но он должен был сказать. Не мог не сказать.

— Ты будешь вынужден убивать тех, кто увидел твое лицо, поэтому если не хочешь этого, обязательно должен скрывать лицо. Согласен?

— По какой причине?

— Сейчас не могу сказать. Но сокрытие лица никоим образом не навредит тебе.

Не прошло и часа с тех пор, как он снял полумаску, которая сковывала его с детства.

Тем не менее юноша не мог отказаться от слов графа Ирета.

— ...Тогда согласен.

— С сегодняшнего дня ты возрождаешься заново. Дом графа Ирета будет тебя защищать.

— Ваше сиятельство, эти слова...

Лицо отставного священника побледнело, но граф Ирет не взял свои слова обратно.

Так началась новая жизнь юноши.

---

Кажется, выживу.

Поскольку не выхожу тайно работать по ночам, мне действительно кажется, что выживу!

Все то бесчисленное множество дней, когда днем только спала, безумно ела, снова спала, снова ела.

Все это было доказательством того, что причиной было ночное строительство.

— Ой, леди. Сегодня по какому случаю так рано встали? Приготовить еду?

— Еду?

— Да, хотя не смогу приготовить столько, сколько обычно, но две миски смогу принести.

— Хм, нормально. Сегодня нет аппетита.

Джейн удивленно посмотрела на меня.

— Тогда прогулка... как? Пойдем погуляем?

— Да, пойдем, сегодня и погода хорошая?

Когда я послушно кивнула, на этот раз у нее было выражение ужаса.

Спустя долгое время Джейн, обретшая спокойствие, положила руку мне на голову, проверила температуру и резко встала.

— Джейн?

— Знаете, сколько времени прошло с тех пор, как у вас было такое хорошее состояние?!

— Хм...?

Джейн принялась рассказывать о том, насколько я была похожа на больного цыпленка все это время, как беспокоилась, не болею ли я где-то, видя, как я с трудом встаю только после многих уговоров.

— Даже встав, только ели и снова спали!

— ...

— И количество еды тоже было не обычным!

Это немного кольнуло.

— Сердце горело от беспокойства, что заболеете от переедания, но нельзя же было не давать есть!

Так долго излив свои беспокойства и тревоги, Джейн наконец пришла в себя и сделала вывод.

— В любом случае, хорошо, что леди выздоровела.

Фух, наконец закончилось.

Видя выражение Джейн, которая теперь казалась спокойной, словно выговорилась, я подумала, что хорошо выслушала ее.

— Тогда готовиться?

— А, точно.

От слов Джейн вспомнилось кое-что. Кстати, сегодня было дело.

— Сегодня нельзя. Папочка сказал, что пригласит мебельщика. Не знаю, когда придет, поэтому нужно ждать.

— А, это я получила сообщение. Сказал, что придет около 10 утра, а сейчас 9, поэтому если погуляем, вернемся, помоемся и подготовимся...

Джейн, подсчитывавшая время, с затруднением посмотрела на меня.

— Кажется, нужно погулять после встречи с мебельщиком. Нормально?

— Конечно. Нормально.

— Но зачем вдруг попросили пригласить мебельщика? Если нужно что-то, можно было сказать мне.

— Хочу подарить Элизе!

— Ой, няне?

Джейн, кажется, удивилась тому, что я готовлю подарок для Элизы.

— Появился новый дом, поэтому хочу, чтобы Элиза и ее семья быстрее въехали в дом, для этого нужна мебель.

— Боже, какое теплое сердце. Няня, если узнает, обязательно обрадуется.

Конечно, обрадуется. После нового дома еще и красивая мебель!

По желанию хотелось заранее заказать несколько комплектов постельного белья, чтобы можно было сразу жить, и купить еще несколько необходимых вещей, но...

Папа, кажется, настроен что-то приготовить.

[*Король духов земли Терра* беспокоится, что малышка не слишком ли много на себя берет.]

[*Король духов ветра Сильф* советует довериться биологическому отцу прелестной Вивьен, поскольку он, кажется, не совсем бесполезен.]

Ха-ха, да, поняла. Спасибо за беспокойство.

[*Король духов огня Селион* подчеркивает, что хотя он молчал, не будучи болтливым, но беспокойство среди королей духов у него номер один.]

Если здесь снова отвечу, между королями духов начнется переполох?

Я поспешно заговорила, делая вид, что не слышала из-за разговора с Джейн.

— Джейн, тогда нужно встретиться с мебельщиком, поэтому быстро приготовимся, нельзя встречаться в таком виде.

— Оставьте это мне! Кья! Сколько времени прошло с тех пор, как я наряжала нашу леди! Все время только спали и ели...

Я решила пропускать мимо ушей все слова до прибытия мебельщика.

— Че-честь познакомиться с вами. Я Хендерсон, который поставляет мебель в герцогский замок. Леди, это моя дочь Айрис, она пришла сегодня как помощник.

— Да, приятно познакомиться. Я Вивьен.

Я улыбнулась и поприветствовала их.

Хендерсон выглядел лет на тридцать пять, а Айрис казалась ровесницей Мечины.

Сначала она только вращала глазами, словно ей было интересно смотреть на огромный герцогский замок, а потом, увидев меня, так мило покраснела.

— Джейн.

— Да, леди.

— Можешь принести печенье? Хочу поделиться с Айрис.

— А-а, н-нет, леди. Со мной все в порядке.

Айрис, лицо которой теперь стало красным как хурма, замахала руками, но я покачала головой.

— Нет, я хочу поделиться с тобой. Если ты не против печенья, давай есть вместе. В герцогском замке много печенья.

Когда я снова убедила ее, Айрис наконец прикрыла покрасневшие щеки руками и кивнула.

— С-спасибо.

— Да не за что.

Когда Джейн вышла за печеньем, я жестом показала Хендерсону сесть напротив меня.

— Айрис, садись где удобно, можешь сесть рядом с Хендерсоном или на диване.

На мои слова она тихонько подошла и села рядом с ним.

— Слышала, что в деревне появился новый дом, там будет жить моя няня, и я хочу подарить ей мебель.

Я показала им рисунки, которые небрежно набросала на бумаге после встречи с папой вчера.

— Это...

— Мебель, которую я хочу заказать. Кровать, диван, стол, стулья, шкафы, гардероб... Много, да?

— Да. А, должны ли мы сделать точно как на этих рисунках?

— Что? Нет, конечно.

Мои художественные способности настолько ужасны.

Если сделать по этим рисункам, Элизе пришлось бы жить с мебелью-бомбой в хорошо построенном новом доме.

[*Король духов огня Селион* подбадривает малышку, говоря, что если во всем хороша, это читерство, и хорошо иметь что-то одно, в чем не сильна.]

[*Король духов ветра Сильф* спрашивает, что он говорит, и аплодирует, заявляя, что рисунки красавицы как потрясающие произведения искусства, где перо живет.]

[*Король духов воды Элайм* чувствует стыд.]

Как хорошо, что слова Раума слышу только я.

Я глубоко вздохнула и продолжила объяснения Хендерсону.

— Рисунки просто как пример. Кровать хочу вот такого размера, а диван — разделенный на три секции. Что-то вроде того.

— А-а, понимаю, что вы имеете в виду. А есть ли предпочтения по цвету мебели?

— Ну...

— Э-эм...

Тогда Айрис вдруг заговорила.

— Леди случайно видела тот дом?

Конечно, я его строила, поэтому видела, но не могла сказать это честно.

— Нет, не видела.

— Тогда нужно сначала рассказать о структуре. Я вчера была там и осматривала его.

— Правда? Какой он?

— А? Ну, это...

Айрис, казалось, размышляла, затем осторожно заговорила.

— Это был действительно аккуратный и удивительный дом. Белые стены толстые, крыша красиво изогнута, и структура позволяет широко использовать пространство.

— Какая структура?

— Хм, когда открываешь дверь и входишь, слева туалет, прямо небольшая комната. А рядом с маленькой комнатой еще одна такого же размера.

— Ещё?

— Если пройти по короткому коридору, открывается большое пространство, а затем видна самая большая комната. Если войти в комнату, там есть самая маленькая комната, соединенная с самой большой.

Наблюдательность Айрис была превосходной. Когда я строила дом для Элизы, думала о панельной структуре.

Четыре комнаты, один туалет. И с двумя комнатами по бокам, посередине гостиная и кухня.

Это и была структура дома Элизы.

Я хотела сделать два туалета, но поскольку Эриксону было бы сложно работать с сантехникой, пришлось оставить только один в гостиной...

В будущем эта проблема тоже постепенно решится.

В любом случае я кивнула и спросила Айрис.

— Но почему ты спросила, видела ли я его?

— По-моему... было бы лучше придать единство мебели в каждой комнате. У меня была идея, когда я смотрела на тот дом.

Айрис точно нарисовала структуру дома, который она видела — тот, что я построила.

— Хорошо, Айрис.

Хендерсон легонько погладил ее по голове.

— Айрис нарисовала структуру дома потому, что в зависимости от структуры меняется расположение мебели и необходимая мебель. Леди.

Хендерсон спросил меня о составе семьи, которая будет жить в этом доме, поле и возрасте детей.

За меня, которая затруднялась, ответила Джейн, принесшая печенье.

— Мальчик и девочка от восьми до десяти лет.

— Тогда нет опасности упасть и пораниться, поэтому кровати можно сделать размером для одного взрослого, а каркас из темного дерева подойдет.

— Обязательно темный цвет? Для девочки светлый был бы лучше...

Поскольку моя комната светлая, казалось, что дочери Элизы тоже понравится светлая мебель.

Но Айрис осторожно вмешалась.

— Я думаю, что, как говорит отец, лучше сделать всю мебель в детских комнатах темной.

— Почему?

— Потому что стены белые. И окна большие. Если повесить светлые шторы, комната будет достаточно светлой.

— Рекомендую рассмотреть мнение Айрис. Леди.

Хендерсон осторожно добавил свое мнение.

— Мебель нельзя легко заменить, поэтому для долгого использования без видимых царапин лучше темная мебель.

Раз специалист так говорит, лучше послушать его.

Кроме того, Хендерсон и Айрис помогали делать лучший выбор, добавляя свои мнения к мебели, которую я требовала.

— А диван, леди думает о кожаном диване?

— Хм, материал неважен. Не очень знаю, но кожа хорошая, да?

— Кожаный диван действительно люксовый, но дорогой, и сейчас сложно достать кожу для диванов.

— А? Почему?

— Королевство Эпен, которое экспортировало кожу для диванов, прервало торговлю. Можно достать из столицы, но это займет три месяца.

— Тогда нет других вариантов?

На мой вопрос Хендерсон, словно ждал этого, ответил.

— Есть. Но не знаю, будете ли удовлетворены.

— Какой?

— Тканевый диван. Только если что-то прольете, стирка невозможна.

— Тогда что за диваны используют люди?

— Используют тканевые диваны, обтянутые темной тканью.

Я не очень поняла объяснение Хендерсона.

— Тогда можно сделать диван и сверху надеть чехол из ткани.

— В прошлом были такие попытки, но в итоге проблема была той же — ткань впитывала грязь, и вата внутри гнила. Это только немного замедляло процесс.

Слушая его, я вспомнила кое-что.

— Шкура гоблина.

— Простите?

— Сделать диван, надеть тканевый чехол, но изнутри подложить шкуру гоблина.

— Эм, зачем подкладывать шкуру гоблина?

— Шкура гоблина водонепроницаемая и не гниет.

Поэтому шкура гоблина могла бы решить проблему загрязнения тканевых диванов.

— Как леди узнала об этом?

На удивленное выражение Хендерсона я улыбнулась и ответила.

— Изучала.

Как раз на столе лежал документ с характеристиками шкур гоблинов, который прислал Бадрик.

— Понятно. О-о, шкуры гоблинов тоже относительно дешевые!

Хендерсон энергично кивал.

— Если это применимо, диванная индустрия сильно разовьется. Благодаря леди!

Хм, может, подать это как решение задания по шкурам гоблинов?

Судя по тому, что можно продавать на внутреннем рынке некоторое время, задание, кажется, решено.

Нет, этого недостаточно.

Только внутренний рынок не решает основную проблему шкур гоблинов.

Я подавила вздох и ответила.

— Я тоже думаю, что это хорошо. И Айрис, ты сегодня хорошо поработала.

— Спасибо за похвалу. Леди. Я тоже сегодня многому научилась, придя сюда.

— У Айрис хороший вкус.

— Нет.

Айрис растерянно замахала головой.

— Мама все рассказала. Я просто немного научилась подсматривая и делаю вид, что знаю. Обычно мама помогает отцу.

— Правда? Но сегодня ты пришла вместо нее?

— Да, обычно пришла бы мама, но умерла бабушка по маминой линии. Поэтому она поехала на родину...

— На родину?

Значит, мама была иностранкой.

Неудивительно, что лицо Айрис казалось иностранным, хотя и похожим на жителей Ибриттона.

— Мама из королевства Шразл. Это место, где очень много дождей, но леди, наверное, не знает. Это маленькая страна.

— Как встретились Хендерсон и жительница королевства Шразл?

— А, королевство Шразл — это островное государство, окруженное морем со всех сторон. Это торговая страна, активно торгующая с Ибриттоном, поэтому они встретились, когда он ездил покупать материалы для мебели.

Королевство Шразл, дожди, торговая страна...

Внезапно какая-то мысль молнией пронеслась в голове.

Сегодня день, когда в герцогском замке проходит большой совет.

Наверное, вся прислуга встала рано с утра и готовилась принимать множество гостей.

Обычно я бы спала, не обращая внимания, но сегодня встала на рассвете и без предупреждения ворвалась на кухню.

— А, леди?

— Привет!

Вежливо поприветствовав, я подошла к дяденьке с красным галстуком на шее, который явно был главным поваром.

— Дядя, ты главный повар?

— Ох, да. Верно. Леди. Я Ханс, отвечаю за кухню герцогского дома.

— Понятно.

Я кивнула и улыбнулась Хансу.

— Приятно познакомиться, Ханс. Хочу сказать спасибо, что благодаря вкусным десертам, которые ты делаешь, каждый день жду время еды и чувствую себя счастливой.

— Правда...?

— Да, правда. Разве не слышал, что я люблю десерты?

— Слышал, но не думал, что вы лично придете и поприветствуете...

Не только главный повар Ханс, но и все повара на кухне просияли.

— Как приятно, что леди говорит такие благодарные слова.

— Хочу сам стукнуть себя по губам сто раз за то, что жаловался, что не хочу идти на работу!

— В прошлый раз вы же спасли нам жизни. Хм-хм, леди лучшая!

— Больше не могу терпеть. Я хочу увеличить леди...

[*Король духов ветра Сильф* гневается, спрашивая, что этот человек говорит нашей красавице.]

— Если увеличим это милое лицо, добавив пухлости, площадь, на которой мы можем видеть леди на этой земле, увеличится.

[*Король духов ветра Сильф* говорит, что оказывается, это хороший человек, и благословляет, что в будущем этого человека ждет много ветра.]

— Боже мой, увеличитель. Очень хорошая идея. С этого момента давайте при каждом приеме пищи добавлять много тающих во рту десертов.

— Я тоже присоединюсь. Как насчет назвать нашу группу единомышленников "Банда увеличителей"?

— Боже, Рена! Ты гений? А то завидовала, что солдаты создали фан-клуб! Банда увеличителей звучит круче.

...Хм, эта кухня тоже выглядит не в лучшем состоянии.

Но это было лучше, чем когда они настороженно относились ко мне при первом вторжении на кухню.

В любом случае, это не было моей главной целью.

— Ханс.

— Да, леди.

— Я хочу сделать печенье сегодня.

— Что?

На мое заявление-бомбу не только Ханс, но и повара, которые обсуждали создание банды увеличителей, одновременно посмотрели на меня.

— Все делают мне вкусное печенье. Я тоже хочу сделать печенье.

— С-сегодня же не "день любви"?

Конечно, день любви, когда выражают чувства близким людям, включая семью, готовя любимую еду, приходится на осень, поэтому еще далеко.

Нужно было пройти целый сезон.

Но это не имело значения. Изначально я не планировала использовать день любви как предлог.

— Просто хочу сделать... Не могли бы все помочь?

Я выстрелила взглядом-убийцей, который отрабатывала перед зеркалом десятки раз.

Тогда Рена, которая предлагала идеи по поводу банды увеличителей, вдруг со стуком поставила тесто, которое месила, и сказала:

— Главный повар, о чем вы раздумываете? Наша леди просит помочь!

— Н-но подготовка еды...

— Если освободите меня и еще двух специалистов по десертам от подготовки еды, мы поможем леди.

— Хм, сегодня день большого совета, и так нужно готовить больше обедов, большая проблема.

Ханс хватался за голову в мучениях, но банда увеличителей (которая уже выросла до пяти человек) размахивала кухонными принадлежностями и шумела.

Это и есть переворот в мире кухни...

Невольно захватив власть (?) на кухне, в итоге Ханс тоже, кажется, решился и кивнул.

— Только нужно быстро. Поняли?

— Да, поторопимся!

Я зацепила мизинец Ханса своим мизинцем и пообещала.

— Обещаю!

— А-а! Главный повар получил печать руки леди!

— Леди, я первая согласилась. Мне тоже...

— И мне тоже!

[*Король духов огня Селион* кричит. И мне!]

Ха-ха-ха, хотелось бы, чтобы все успокоились.

Я сделала вид, что ничего не слышу, быстро отошла в сторону и попросила единственного повара, который пришел в себя, завязать фартук и надеть шапку.

Немного велико, но...

Теперь нужно делать печенье.

Это печенье, которое я буду делать с сейчас, определит успех или неудачу сегодняшнего плана.

Я закатала рукава и мысленно громко прокричала "Файтинг!".

---

Сладкий аромат печенья заполнил кухню.

Масляное печенье, шоколадное печенье, печенье с изюмом.

С помощью поваров я смогла сделать кучу печенья трех видов своими неумелыми руками.

— Спасибо.

Честно говоря, внешний вид был немного так себе.

Я пыталась сделать в форме как баттеринг, которое видела на Земле, но почему получились странные формы, непонятно круглые ли, треугольные ли, квадратные ли.

Может, потому что руки слишком маленькие?

Я уныло смотрела на поднос с печеньем.

— Леди, прекрасно. Для первого раза это показывает талант.

— Точно. Если будете практиковаться каждый день в течение пяти лет, сможете делать красиво.

П-пять лет...?

Слова поваров, которые хотели меня утешить, больше ранили.

— В таком смысле, как насчет приходить на кухню каждый день с завтрашнего дня?

— Точно, есть приготовленные нами закуски и практиковаться в изготовлении печенья! А когда наскучит, практиковаться в другой готовке.

Хм, оказывается, они заманивают меня!

Чуть не поддалась на уговоры банды увеличителей.

Конечно, если каждый день приходить на кухню и получать вкусности, это было бы счастьем, но я растолстею настолько же, насколько буду счастлива.

И без того одежда, которую носила в начале прихода в герцогский замок, теперь совсем не подходит.

— Не могу. Я занята.

— Хм-хм, какая вы жестокая!

Я сделала вид, что не слышу слов банды увеличителей, и взяла печенье, которое сделала, чтобы попробовать.

— Хм...

Не вкусно и не невкусно, но печенье с теплым вкусом, которое можно съесть.

В любом случае, хотя и грубо, но важно было то, что я успешно сделала печенье.

— Теперь это отнесу папе.

— Что? Сейчас?

Повара растерянно посмотрели на меня.

— Да, печенье нужно есть, пока горячее.

— Эм... Его светлость сейчас на совещании, леди.

Я знала. Я пришла, рассчитав время.

Но именно поэтому сейчас было подходящее время для меня ворваться с печеньем.

Конечно, я не могла так сказать, поэтому наклонила голову, как невинный ребенок.

— Но печенье нужно есть, пока горячее, а его так много, может, отдать всем дядям в зале совещаний?

Ради такого предлога я специально испекла много, хотя было тяжело!

[*Король духов огня Селион* кричит, что если только можно съесть печенье, которое сделала малышка, он съест целый поднос.

[*Король духов ветра Сильф* решительно оставляет одно слово. Поросенок.]

[*Король духов земли Терра* вздыхает, глядя на двух королей духов, которые начинают драться.]

[*Король духов воды Элайм* советует заблокировать.]

...Сегодня, кажется, стоит послушать господина Элайма.

Раум, заблокируй.

[Заблокировано.]

Одновременно с блокировкой слов королей духов дверь кухни резко открылась в удачное время.

— Леди!

Человеком, который второй раз ворвался на кухню, была Джейн.

— Джейн?

— Я долго вас искала. Зачем вы на кухне?

— Я же оставила записку.

— С момента обнаружения той записки прошло два часа, а вы не возвращались, в этом проблема. Как же я беспокоилась...!

Джейн, которая начала читать мне лекцию, только сейчас заметила мой вид и смотрела на меня с застывшим лицом.

Уголки губ дрожали, а затем поднялись... что-то странное?

— Кья! Как мило!

— Хм?

Джейн достала из кармана фотокристалл и подряд сфотографировала меня, глупо смотрящую на нее.

Затем снова положила фотокристалл в карман и начала читать лекцию, делая вид, что ничего не было.

— В любом случае, кхм, как вы можете так исчезать? Быстро возвращайтесь, леди.

— Не могу. Мне нужно кое-куда идти.

— Куда?

— Да.

— Куда именно?

— В зал совещаний, к папе.

На мои решительные слова Джейн сделала затрудненное выражение.

— Сейчас герцог проводит важное совещание, где присутствуют все вассалы и совет старейшин, леди. Если вы вдруг появитесь в таком виде...

— Не упадут ли все назад от милоты?

Один из банды увеличителей, который прервал слова Джейн, заткнулся под взглядами, направленными на него.

— Извините...

— В любом случае, леди, нельзя.

— Не хочу. Я хочу отнести папе печенье! Хочу дать папе, поэтому встала с утра и старательно пекла!

Конечно, с тестом помогли, при выдавливании помогли, а выпекание делала духовка! В любом случае!

— Каждый день папа дает мне вкусности, поэтому хочу сказать спасибо и старательно готовилась...

Хлюп, хлюп.

Когда я начала притворно плакать, Джейн затрудненно посмотрела на меня.

— Нельзя, Джейн?

— Тогда...

Джейн глубоко вздохнула.

— Сначала отнесем к залу совещаний, попросим слугу передать печенье и вернемся.

— Да, конечно. Поняла.

Конечно, я совершенно не собиралась этого делать, но ложь для меня не была такой трудной.

Так я гордо взяла мини-корзинку для пикника, полную печенья, и направилась к залу совещаний.